За порогом 7. За труды и отечество

Глава 1−1

— Да уж, красавец, — Серов крутанулся у поставленного возле стены большого зеркала и внимательно осмотрел себя со всех сторон. — Хотя конечно шкура местами попорчена.

На десятилетие попаданства подданые — хоть они про этот юбилей в общем-то и не догадывались — преподнесли своему сюзерену долгожданный подарок. Зеркало. Не просто зеркало — мелкие, размером с ладонь, изделия начали выходить из стекольной мастерской Александрова еще пару лет назад — а большое ростовое. Первое в своем роде. Раньше подобного размера изделия получались все время кривыми-косыми, и только спустя годы экспериментов и килограммы — буквально килограммы — золота у графских мастеровых наконец получился готовый к продаже продукт.

Смешно сказать, до этого люди тут пользовались либо полированными бронзовыми листами, либо магическими артефактами, имеющими свойство зеркала. Первые имели не слишком высокие «эксплуатационные характеристики», а вторые сильно кусались по цене. ОЧЕНЬ СИЛЬНО.

— Нормально. Сам же говорил, что для мужчины — красота не главное, — глядя на то, как крутится перед зеркалом граф, прокомментировал происходящее сидящий тут же в комнате старший сын. Игорю в этом году должно было исполниться девять лет, и Александр очень ответственно подходил к воспитанию наследника, таская его за собой постоянно по «правительственным делам». Парень рос смышлёным хоть и местами склонным к погружению в себя. — «Мужчина должен быть чуть симпатичнее орка».

Последнее было явной цитатой, когда-то оброненной самим попаданцем. Просто про обезьян местные не слышали — может они и обитали где-то на неизведанном юге, но в этих краях не встречались, — а орки обладали достаточно специфической внешностью и вполне подходили для подобного сравнения. Ну а Игорь, как все дети в подобных ситуациях, банальным образом повторял за старшими, не сильно задумываясь об уместности сказанного.

— Нет, ну я все же надеюсь, что буду посимпатичнее серокожего громилы. Поверь, вживую они выглядят еще более сомнительно чем на иллюстрациях в книгах, — Серов дотронулся пальцами до двойного шрама на щеке, оставленного когда-то мутантами, вырвавшимися из-за Барьера. Это можно сказать, была его первая боевая отметина в этом мире, во всяком случае из тех, что остались с мужчиной на долгие годы. Уже после того, как Жерард получил посох подмастерья и набрался опыта, Серов попросил целителя избавить его от шрама на лице, однако тот эту задачу не потянул. Убрать рубцы на теле — да, даже мизинец на ноге, сожжённый когда-то подручными барона Понтер удалось, хоть и не без проблем, вырастить заново, а вот отметины на лице и других открытых участках тела — магу оказались неподвластны.

— А я видел.

— Где это ты успел орка увидеть? — Повернулся к сыну Серов.

— Когда мы в Коркост ездили. Там у них орки бывают в городе. Не такие уж серокожие и страшные, просто другие. Дрор же не страшный, а от людей сильно отличается, не перепутаешь, — выдал достаточно мудрую как для своих лет сентенцию парень. Впрочем, ему не доводилось сталкиваться с орками в бою, не встречал он вырезанные под корень селения и места массовых людских жертвоприношений, совершенных серокожими кочевниками, поэтому к соседям из-за Кель мог относиться без предубеждения.

— Ааа, ну ладно, — Серов опять повернулся к зеркалу. Как на свои «законные» тридцать восемь лет мужчина выглядел вполне не плохо. Седина на висках скорее придавала некоторой солидности, чем старила, тело, увитое тугими жгутами мышц, находилось буквально на пике формы, ну а то, что морщинки кое-где появились, так от этого никуда не денешься. В первые годы попаданства в магический мир Серов очень активно «тратил здоровье» направо и налево. Почти как местные, которые в среднем выглядят лет на десять старше, чем одногодки из родного Александру мира. — Ну хоть что-то тебя там смогло удивить.

А потом на попаданце начало проявляться божественное влияние и старение вовсе затормозилось. Более того Александру стало просто тяжело менять внешность — те же шрамы на лице, об которых споткнулась практически всесильная целительская магия.

И тут все очень просто — брала свое божественная природа. Люди верили в Александра, молились ему, представляли у себя в голове конкретный образ, и оказалось, что божество фактически неспособно сопротивляться той силе, которая исходи от его последователей. Банально у Серова практически перестала расти борода с усами, нет он и раньше растительность на лице не уважал, регулярно, раз в два-три дня, сбривая появляющуюся щетину. А теперь подобные косметические процедуры требовалось проводить не чаще чем раз в две недели, и были у попаданца сомнения в том, что даже при появлении у него такого желания — что вряд ли, но тем не менее — получится эту самую бороду нормально отрастить.

— Твое сиятельство, — в комнату без стука и предупреждения ворвался огненный маг. Прошедшие годы на внешности Ариена тоже практически не отразились, впрочем, у магов вообще другие представления о возрасте, не такие как у простых людей. — Тебя уже все ждут. Ты одеваться собираешься или как? Или так пойдешь? Я не отрицаю, фигура у тебя что надо, но там же не барышни приехали, а торговые мужи, их таким не проймешь. О привет, малой.

Маг на едином выдохе выдал явно заготовленный спич и, повернувшись к наследнику, отбил тому «пять». Огневик за счет своего легкого характера отлично ладил с детьми, и Игорь души не чаял в «дяде Ариене».

— Подождут, — буркнул граф, с определенным усилием оторвавшись от зеркала. Не то, чтобы вид собственной телесной оболочки так уж привлекал мужчину, тут скорее были мысли о возможных в обозримом будущем заработках. Даже маленькие зеркальца — размером с ладонь, примерно, -продаваемые заезжим купцам по золотому за штуку приносили в казну очень приличный доход. А вот продать такого монстра по весу в золоте — так, кажется, венецианцы в земном средневековье оценивали свой наиболее раскрученный товар — так это ж можно просто удвоить бюджет. Там и дороги, и мосты новые, и еще целая куча полезных вещей. Не получится, конечно, ради такой кучи золота местные артефакторы напрягутся и выдадут магическое зеркало сравнимого размера, так что рассчитывать реально можно только на нишу «среднего класса». С другой стороны и там рынок был более чем приличный. — Прошлый раз, когда мы приезжали к ним на переговоры, горожане вели себя совсем не гостеприимно, теперь настал мой черёд показывать, что я умею быть на переговорах жестким.

Тем не менее граф все же начал неторопливо собираться. Накинул на плечи рубаху, на нее кевларовую подкладку и тонкого плетения гномью кольчугу, подаренную по случаю бородатыми своему самому важному тут на юге торговому партнеру. Сверху надел что-то типа камзола, застегнул перевязь с мечом, и пистолетом — земное оружие видело уже такое количество людей, что скрывать его просто не имело смысла — после чего бросил еще один взгляд в зеркало.

— «Нет, ну все же красавец», -а вслух сказал, — ну что, господа ближники, вы готовы?

— Да, капитан! — Отозвался Ариен. Маг шутки понять до конца так и не смог, но всегда с удовольствием подыгрывал другу, произнося свою реплику в этой нехитрой сценке. — Вперед!

Эти три года после окончания эпидемии «серой чумы» были для графства максимально благостными. Как-то так совпало, что и природа, будто бы возвращая людям долги, радовала отличной погодой — зимы были теплые и снежные, летом когда нужно шел дождь, а осенью, когда не нужно, было сухо — из-за Барьера никакая гадость не лезла, орки сидели за рекой и о походах на людские земли — ну во всяком случае в Баронства, вроде как в прошлом году серокожие не плохо так потрепали север Касского ханства, но Александру на это очевидным образом было наплевать — не помышляли. Ну а про войны с соседями и говорить нечего — не осталось фактически соседей после эпидемии.

Нет, конечно, все люди не вымерли, как потом оказалось, немалая часть поселян успешно переждали буйство магической заразы по дальним лесным ухоронкам, часть владетелей отсиделось в замках, а кое-кто и просто отбиться сумел. Но все они скопом никакой конкуренции в политическом плане графству Серов составить теперь не могли, поэтому Александр буквально сразу получил возможность расширять свое государство во все стороны настолько, насколько хватит сил.

При этом реально оценивая свои силы, граф не бросился бесконечно расширяться во все стороны — так можно и надорваться по глупости — а вместо этого сосредоточился на развитии тех земель, что уже были под его рукой. Начал тогда — ту зиму Серов не забудет никогда, это совершенно точно — с переселения людей из графства Урвит в пределы собственного домена…

Зима, холод, снег, бродящие бесцельно, но оттого не ставшие менее опасными монстры… И тысячи запуганных и уже было совсем потерявших надежду людей, которые не знали кого бояться больше. Порождений магической эпидемии или собственных властей. А еще возмущенные «уводом» «кормовой базы» феодалы, которые даже в такой ситуации конечно же в первую очередь думают о своей власти, а не о выживании податного населения. И это при том, что Серов сразу предложил «переехать» в том числе и вассальным графине Урвит баронам, благо свободных замков, а с ними и феодов после эпидемии осталось более чем достаточно. Впрочем, было бы странно, будь иначе.

Короче говоря, тогда в течении полугода Александру удалось вывести из Закрытого королевства чуть ли не пятьдесят тысяч новых подданых. Люди с огромным удовольствие покидали места, где им довелось пережить столь страшные месяцы, и откочевывали со всем хозяйством на север за Барьер. Да, там климат был чуть хуже, всяких связанных с повышенным магическим фоном подработок существенно меньше, зато Серов обещал — и один вид его хорошо вооруженных и обученных полков намекал, что это не пустой трёп — защиту, минимальные налоги и близость к цивилизации. Наверное, житель какого-нибудь Авенбурга не согласился бы — да просто поржал бы в лицо, если говорить совсем честно — с тем, что в Вольных Баронствах есть цивилизация, однако… Во-первых их никто не спрашивал, а во-вторых, по сравнению в ошметками графства Урвит, с разоренной столицей и страшным, все еще излучающим странные магические эманации замком в самом центре страны, на землях попаданца действительно было куда более спокойно.

А еще проповеди пришедших из Александрова церковников тоже не нужно забывать, в их речах графство Серов представало разве что не раем на земле, местом изобилия и справедливости, где каждый может найти себе судьбу по душе.

Да и в целом графство Серов стало таким себе центром притяжения, куда в последующие годы принялись стекаться люди буквально со всех сторон. С юга, с запада, с севера и особенно с востока. Там — на востоке, в смысле, в междуречье Кель и впадавшей в нее Лайи — напуганные возможным новым визитом орков люди просто принялись убегать под руку единственного человека, способного их хоть как-то защитить. Все это привело к резкому увеличению численности населения графства почти до четырехсот тысяч человек. Примерно, лишних ресурсов для проведения поголовной переписи у Александра все равно не было, так что приходилось обходиться ориентировочными числами.

— Что там эти? — Возле дверей Серова уже ждал «почетный конвой». Нет, до того уровня паранойи, чтобы ходить с охраной даже в отхожее место, Александр еще не дошел, просто для переговоров с горожанами лишняя солидность была совсем не лишней. Это ближники знают, что их граф — человек простой и лишних церемоний разводить не любит, а вот со внешними контрагентами пустить пыль в глаза всегда полезно. Поэтому сейчас Александра в зал для переговоров сопровождала четверка храмовой стражи в белых плащах с вышитыми на них восьмерками.

— Нервничают, — отозвался Ариен. Он на предстоящих переговорах числился не только правой рукой графа, но и как бы отдельно лидером магического сообщества государства.

— Ничего, это полезно, — кивнул своим мыслям Серов. — Чтобы как прошлый раз не получилось.

Это были уже не первые переговоры о «добровольном» вхождении Коркоста в состав графства Серов. Осенью сам Александр со свитой уже приезжал на тот берег Лайи, чтобы договориться полюбовно и не доводить до войны со штурмом городских стен, обоюдными потерями и дальнейшим разорением населенного пункта. Но тогда ни до чего договориться в итоге не получилось, горожане хотели — как это часто бывает — усидеть сразу на двух стульях. Одновременно получить доступ к внутреннему рынку графства, интегрироваться экономически и при этом сохранить автономию в политическом плане.

Естественно, Серову такой — как он мысленно окрестил его «Финский» — вариант не подходил, поэтому дипломатия была временно отставлена в сторону, дав место клинкам. После того как выпал первый снег, солдаты попаданца очень быстро и практически без сопротивления заняли принадлежащие городу земли на правом берегу Лайи.

Даже штурм одинокого, принадлежащего городу замка Сандер — по имени когда-то владевшего им барона — прошел фактически бескровно. Поставленные на прямой выстрел орудия за полдня снесли ворота — неплохо укрепленные магией, на минуточку, Ариен вместе со своими учениками, по его мнению, быстрее бы точно не справился — после чего гарнизон в сотню вооруженных лбов тупо сдался, не желая умирать без всякой заметной пользы. Намек получился достаточно жирным, чтобы вот теперь весной активировать второй тур переговоров.

— Его светлость граф Серов! — Распорядитель с красивым витым посохом в руках объявил о появлении самого главного лица на переговорах и толкнул створки двери. Александр не торопясь прошествовал к своему месту и, кивнув собравшимся, сел. Стол для переговоров по местной традиции имел странную треугольную форму — на одном углу стоял трон правителя, две прилегающие к нему грани занимали «хозяева», а противолежащую «гости».

При появлении правителя уже сидящие за столом ближники быстро поднялись на ноги, приезжие горожане тоже повторили этот манёвр, но как бы с небольшой задержкой, всем видом показывая свое нежелание прогибаться даже в таких мелочах.

— Итак, господа, — мужчина уместил свою задницу в кресло с высокой спинкой, натуральный трон фактически. Поначалу ему было как-то непривычно от одной только мысли, а потом нормально — привык, тем более что сделали ему «царственное место» удобным, так чтобы задница не начинала отваливаться через полчаса сидения на нем. — Я надеюсь, вы понимаете, что те кондиции, которые я привозил вам прошлой осенью, сейчас уже совершенно не актуальны.

Изначально Коркосту были предложены достаточно «мягкие» условия. С сохранением некой свободы самоуправления во внутренних городских делах. Александр собирался поставить в город свой гарнизон, взять «на клятву» обитающих там магов, установить какой-то определенный налог и в целом в жизнь горожан не лезть. Собственно графу сам город и вовсе был не так чтобы сильно нужен: после эпидемии Коркост начал стремительно терять свою привлекательность для жителей, часть ремесленников за эти три года по собственной воле перебралась в Александров, крестьяне-арендаторы, живущие на левом берегу Лайи не слишком широким но стабильным ручейком перетекали на земли графства, и было понятно, что рано или поздно Коркост либо примет руку соседнего владетеля, либо просто зачахнет ко всем демонам.

С другой стороны, после эпидемии поток переселенцев с севера, до этого постоянно подпитывающий Вольные Баронства новым населением практически пересох. Во-первых, там на юге Игела и востоке Ронделийского царства у самих освободилось немало земли, во-вторых, далеко не всех еще за три года успели выловить созданных магией монстров, и путешествие через пустоши в неизвестность представляло собой натуральную русскую рулетку. Стабильно проходили северное пограничье Вольных Баронств только многолюдные и хорошо вооруженные купеческие караваны, — зачастую еще и магами усиленные, — способные при необходимости отбиться от нападения какого-нибудь просидевшего в чащобе полутонного бронированного монстра.

Дошло до того, что пришлось уже купцам графства Серов — при поддержке самого владетеля и его подручных магов — отправлять на север караваны с собственным товаром, который несмотря на все неурядицы последних лет не только не потерял в торговой актуальности, но даже наоборот еще и вырос в цене. Ну а о том, что маржинальность торговли с доставкой товара покупателю будет совсем иная, по сравнению с ситуацией, когда иностранные торговцы сами приезжали за товаром в Александров и Берсонзон, и говорить, наверное, не нужно. Плата за риск она в эти времена могла добавлять две-три цены к себестоимости товара, и это считалось вполне нормальным явлением.

«За морем телушка-полушка, да рубль — перевоз», — подобной поговорки у местных не было, но Серов был уверен, что они бы с такой трактовкой окружающей действительности согласились.

Глава 1–2

— Давайте, ваше сиятельство, вы озвучите нам ваши условия, а потом мы будем думать, подходят они нам или нет, — подал голос, сидящий посреди дальней от Серова грани треугольника, городской голова Коркоста. У них в отличии от Берсонзона имелся один выборный лидер, который как бы был уполномочен заключать договора от имени всего полиса. Впрочем, соглашения эти все равно потом подлежали утверждению в городском совете, так что нельзя сказать, что власти у него было слишком много.

— А никаких условий больше не будет. Коркост открывает ворота и принимает, — граф поднял вверх палец, — заметьте покорно принимает мою власть. Все вооруженные силы, в том числе и личные отряды советников и другой городской старшины должны быть распущены, стража переходит под командование моих людей. Маги либо принимают клятву, либо сваливают на все четыре стороны, и в дальнейшем на вас будут распространяться все правила и законы, которые уже сейчас установлены в графстве.

— В чем тогда смысл данных переговоров? — Советник Лайон, пятидесятилетний мужчина с неэмоциональным лицом и серыми ничего не выражающими «водянистыми» глазами, исполнявший обязанности городского головы, пожал плечами и поднялся со стула. За ним поднялись на ноги и другие члены делегации… Но не все. Остался сидеть представитель гильдии магов Коркоста, мастер ан-Дитрих. Это был землевик, и как часто бывает, характер мага был под стать его дару — в данном случае спокойный, уравновешенный и где-то даже флегматичный.

Всего в гильдии магов Коркоста было четверо мастеров. Землевик ан-Дитрих, который по большей части специализировался на мирных направлениях типа строительства и поиска полезных ископаемых. Не слишком сильный артефактор, основной специализацией которого было переснаряжение бытовых поделок и скупка хабара у всяких возвращающихся из-за Барьера приключенцев. Один сильный алхимик — именно благодаря его боевым зельям армия города смола как-то пережить два вторжения орков и эпидемию серой чумы. А последним был мастер целитель — тоже не бог весть какой силы, однако Жерард за прошедшее время все же несколько раз катался в Коркост для кое-какой помощи в развитии, что кстати стоило Серову целое состояние — и вот именно его Александр переманить хотел больше всего.

Артефаторы в графстве и свои были, еще от Берсонзона доставшиеся «в наследство». Один мастер, один подмастерье и с десяток учеников, которых им в нагрузку выдали, выбрав наиболее подходящих по структуре дара. Для обучения и ускорения выполнения «госзаказа». Попаданец так и не отказался от идеи прикрыть свое войско от враждебной магии с помощью амулетов, и последние два года артефакторы были заняты буквально от зари до зари, клепая не слишком сложные и не слишком дорогие, но тем не менее способные сберечь не мало жизней, обереги для рядового состава графской армии.

К алхимии Серов относился с изрядным скепсисом, а магов-землевиков и вовсе — очевидно перенося на них тот не слишком удачный опыт, когда спасённый им из темницы замка ан-Крейн маг, воспользовавшись ситуацией, едва не прибил походя доверившихся ему друзей — недолюбливал всех скопом. Про остальных подмастерьев и учеников и говорить нечего, этого добра и у самого Серова было навалом.

— А вы, я так понимаю, готовы продолжать диалог? — Александр повернул голову к оставшемуся сидеть ан-Дитриху.

— Ну для нас мало что может поменяться в любом случае, — пожал плечами маг. Внешне землевик на удивление на «свою» стихию не походил вовсе. Высокий, выше Александра, что в этих краях немалая редкость, с вытянутым «лошадиным» лицом и длинными, собранными в хвост волосами. — Те, кто посчитает для себя приемлемым принять клятву, судя по всему, пожизненную, те останутся. Те, кто не готов — те уедут и, конечно же, дожидаться штурма города не станут, дураков и самоубийц среди нас нет. Как вы понимаете, качественный специалист всегда сможет себе найти теплое место.

Такой поворот «не магическую» часть делегации Коркоста явно удивил. Впрочем, что тут странного-то? Каждый борется за свое благополучие, и если благополучие городской верхушки со сменой власти вызывает вполне обоснованный вопрос, то маги точно ничего принципиально не потеряют.

Именно поэтому Александр с самого начала считал неприемлемым для себя наличие не связанных личной клятвой магов на своей территории. Потому что случаи, когда одаренные в последний момент предпочитали не воевать до конца, а вместо этого просто сделать ноги, происходили в местной истории с завидной регулярностью.

— Пожизненную?

— Надо быть очень большим оптимистом, чтобы надеяться пережить божество. Пусть даже такое… Неоперившееся еще, — землевик растянул узкие губы в неком подобии ехидной улыбки.

Серов почувствовал, как за спиной напряглись бойцы его церковной стражи. Фанатики, они на любой выпад в сторону своего «бога» реагировали более чем нервно. С другой стороны, ничего такого уж нового и еретического землевик не сказал. Действительно, Александр и сам ощущал, что просто так умереть от старости ему теперь вероятно не светит. Понимали это и маги, а значит, клятва, которую граф с них требовал, становилась фактически пожизненной, и далеко не каждый носитель дара готов был на такое согласиться. Это найденные среди крестьян одаренные фактически выбора не имели — либо так учишься, либо никак, и до конца своих дней остаешься ковырять землю, тут выбор был очевиден и прост, — а вот уже готовые специалисты вполне моги рассматривать альтернативы.

— И что вы по этому поводу скажете? — Уже не сильно обращая внимания на «гражданские власти» города, переспросил Серов у мага.

— Мнения разделились, — приподнял одну бровь ан-Дитрих, демонстрировавшие было полную готовность уйти советники во главе с Лайоном, мгновенно растеряли «боевой настрой» и молча вернулись за стол. Без магической поддержки даже самые призрачные шансы горожан отстоять минимум автономии развеивались как утренняя дымка в первых лучах солнца.

— Но судя по вашему тут присутствию, вы, мастер, относитесь к тем, кто склоняется остаться? — Серов вопросительно приподнял бровь.

— Вы нечеловечески проницательны, ваше сиятельство, — слегка наклонил голову землевик. — Семья, знаете ли, да и возраст, не мальчик уже чтобы бегать туда-сюда. Однако и отдаться в ваши руки без всяких оговорок мы не готовы, не та ситуация. Мы не крестьяне, которых вы подняли буквально от земли и не сидим, запертые в ставшем враждебным городе, куда вы приходите как освободитель. Мы готовы признать вашу… Власть. Но все же с условиями.

— Давайте для начала проясним о ком идет речь? — Граф поморщился и откинулся на спинку кресла.

— Предварительно готовы принять ваше предложение я и мастер ан-Руфус, — начал оглашать «весь список» маг.

— Ан-Руфус — это…

— Наш артефактор, — уточнил маг. — Мастер ан-Горвис — целитель — сообщил, что он совершенно точно собирается покинуть Баронства и уехать на север, куда-нибудь в места поспокойнее.

— Это печально, — Александр немного разочарованно поджал губы. Заполучить мастера-целителя, способного взять в руки обучение имеющих этот дар учеников, было очень и очень заманчиво. В данный момент кроме Жерарда, который уже считался достаточно крепким подмастерьем, в графстве имелось сразу четверо учеников с целительским даром разной силы, и вот с их развитием имелись совершенно определенные проблемы.

— Ну вы же понимаете, ваше сиятельство, что маги — народ свободолюбивый, и просто так надевать пожизненный ошейник вряд ли согласятся. Вы это и сами могли бы уже понять, — удар был что называется не в бровь, а в глаз. За все время правления попаданца в качестве самовластного феодала, он не смог заманить к себе ни одного мага со стороны. Ну то есть сначала у него был Ариен, потом найденные «от земли» одаренные, потом «наследство» Берсонзона и графства Урвит. От последнего ему достался всего один мастер-друид, который в момент очевидного отъезжания крыши у своей графини догадался спрятаться и не отсвечивать.

А больше никого на озвученных условиях Серову под свою руку заманить не удалось. И даже обещания доступа к новым знаниям, фактически неограниченное финансирование на эксперименты и исследовательскую деятельность, возможность набора большого количества талантливых учеников… Все это уходило на второй план по сравнению с жестким требованием принесения магической клятвы владетелю. Причем, если поначалу Александр в этом большой проблемы не видел — с дилетантской точки зрения ему казалось, что качество можно заменить количеством, да и не стояло в те времена перед графом каких-то глобальных задач, требующих магической поддержки соответствующего порядка — то со временем такая концепция стала очевидно ошибочной.

Уже и сам Ариен намекал своему сюзерену, что уперся в потолок, и без возможности учиться у более сильных магов или, скажем так, обмениваться с ними опытом, он никогда до магистра не дорастет; и Жерард был вынужден в Коркост кататься за консультациями по своему направлению, а «непрофильные магические направления» в графстве и вовсе практически не развивались. Оказалось, что выучить какого-нибудь воздушника-погодника даже до уровня подмастерья по одним лишь книгам совершенно не реально. Слишком много нюансов, слишком многое авторы зачастую — сознательно или предполагая, что читающий их знает сам — оставляли за скобками. Да, в графстве имелся уже добрый десяток огневиков в ранге подмастерья, а Норвин — один из первых учеников Ариена и большой талант в своей стихии — уже через пару лет, по словам самого главы магического сообщества графства, готов будет и на мастера замахнуться. Вот только слишком уж у огня узкая специализация — боевая, ну а графству нужны были еще и маги мирных профессий, причем местами гораздо сильнее чем военные чароплеты.

Доходило до того, что некоторых не слишком сильных и перспективных магов-огневиков приходилось переквалифицировать в «производственники». Например, ссылать к Дрору в литейный цех — оказалось, что наличие мага, способного произвольно нагреть тот или иной кусок стальной — или бронзовой, не так важно — болванки изрядно облегчает весь технологический процесс. Но опять же Александр понимал, что это все паллиатив, и бесконечное количество обучаемых Ариеном огневиков графству просто не нужно. А на мирные профессии обучать найденных одаренных было некому, такая вот засада.

— И что, у вас есть конкретные предложения? Условия, на которых вы будете готовы перейти под мою руку?

О необходимости «смягчения взглядов» Серов думал уже давно. Разговаривал об этом с Ариеном и другими магами графства. Очевидно, что ситуация в государстве сейчас сильно отличалась от того, что было восемь лет назад. Тут и общая сила страны выросла, у верховной власти появилось много структур, на которые можно опереться. Набрали определенное влияние церковники, производственники оперились и стали серьезной силой, богатеющее на внешней торговле купечество опять же за графа стояло горой, армию забывать не стоит… Да и сам Серов теперь уже в случае какого-то форсмажора мог кое-что магам противопоставить в плане личной силы. Так что можно сказать, что вопрос уже давно созрел и перезрел.

— Временная клятва. Скажем, на десять лет, — ан-Дитрих вопросительно приподнял бровь.

— Двадцать как минимум, — улыбнулся Серов такой нехитрой попытке проскользнуть между капелек. Через десять лет должен был пасть Барьер по причине окончания действия наложенного когда-то заклинания, и остаться в самый тяжелый момент без магов выглядело далеко не самой разумной идеей. — Это даже немного обидно, вы меня совсем за идиота держите?

— Прошу прощения, ваше сиятельство, — ухмыльнулся землевик и вновь слегка склонил голову. — Двадцать будет справедливо.

Дальше последовал не слишком долгий торг по поводу взаимных обязанностей сторон и случаев возможного досрочного разрыва отношений. В целом ничего сверхординарного маги Коркоста себе не требовали, можно сказать, держались в рамках стандартной для наёмников логики. Главное, чтобы наниматель хорошо платил и в первую линию не ставил, а там разберемся. Их резоны тут были в общем-то понятны: слава о «новой математике», разработанной в графстве, уже успела выплеснуться за его границы, и желание магов присосаться к источнику новых потенциально очень ценных знаний виделось тут очевидным и не вызывающим вопросов. При этом рассуждения их тоже лежали на поверхности — мол контракт они отработают и будут свободны, а знания-то никто назад не заберет.

Граф со своей стороны не менее резонно предполагал, что двадцать лет — это очень долгий срок. Даже для магов, которые до двухсот лет доживали при наличии внутренней силы без особых проблем. Опыт его предыдущих десяти лет жизни в новом мире показывал, что вероятность сложить голову тут достаточно велика и в условно «мирные» годы. Что будет, когда начнется большой передел — а то, что он начнется после открытия ранее недоступной территории, сомнений в общем-то не было — и вовсе предугадать сложно. Ну и, кроме того, даже если эти самые маги через двадцать лет по окончании «контракта» — те из них, кто выживет — покинут его, Серову все равно останутся подготовленные за это время ученики. Пусть тот же ан-Дитрих успеет за это время подготовить одного-двух мастеров и десяток-полтора подмастерьев, это все равно принесет огромнейшую пользу попаданцу и его небольшой — не такой уж и небольшой теперь, если честно — стране.

— Ну вот и прекрасно, — наконец выдохнул граф, когда последний пункт соглашения лег на бумагу и был предварительно зафиксирован подписями сторон. Теперь нужно было ехать в сам Коркост заключать магические клятвы со всеми представителями тамошнего цеха. С теми, кто согласится на временное «ограничение свободы», конечно. Впрочем, как рассказывал другу Ариен, даже свободные маги они в общем-то не такие уж и свободные. Так, поступая в городской цех, маг в обязательном порядке давал клятву коллегам и самому городу как минимум по поводу нанесения — или вернее «не нанесения» — им вреда. Дураков пускать к себе жить мага, который в одиночку может этот самый город сжечь при желании — кто знает, что ему в голову шарахнет, заклинят извилины и все прости-прощай — традиционно не было. — Ну а вы что, господа советники? Вы же вроде бы уходить собирались и приглашали нас штурмовать стены Коркоста? Или уже нет?

Ехидство в голосе графа можно было буквально черпать ковшиком.

— Давайте все же попробуем обойтись без самых кровопролитных вариантов, — все это время сидящий молча за столом городской голова с заметным трудом выдавил из себя фразу. Понятное дело, если раньше был шанс выбить из Серова какие-то преференции по-мелочи, шантажируя графа возможными разрушениями в городе, которые очевидно были ему не нужны, то теперь оставалось только смиренно принять волю владетеля. В отличии от тех же магов, которые всегда имеют возможность просто встать и уехать зная, что найдут себе тепленькое местечко без больших проблем, городская старшина о отрыве от своего города не стоила ничего. Разве что в наемники идти ну или в приказчики — не слишком завидная судьба для того, кто привык играть в «большую политику».

— Я это вам с самого начала и предлагал, — удовлетворенно кивнул Александр, даже не пытаясь скрывать расплывающуюся по лицу улыбку.

Глава 2

Армия шла восток. Весна в этом году выдалась теплой и не слишком дождливой, так что к началу третьего месяца — Серов все думал раздать месяцам имена, но никак до этого руки не доходили — растительность уже плотно покрылась свежей зеленью, радуя глаз яркими красками после стандартно черно-белой зимы. В воздухе витали ароматы первых распустившихся цветов… И дорожной пыли, куда без нее, к сожалению.

За три года активного дорожного строительства в графстве успели «облагородить» примерно сто двадцать километров путей — всего лишь, к сожалению, — и до восточного направления у дорожников руки пока так и не дошли. Улучшенную дорогу — «графский тракт», как по аналогии с имперским стали называть эти артерии местные — дотянули от Берсонзона до Никелевого замка на севере и от Александрова до Серого замка на юго-западе. Получился такой себе сквозной маршрут потенциально пригодный и для переброски войск, и для облегчения перемещения товаров. В будущем. Пока и первое, и второе было не слишком актуально.

— Надо было через Берсонзон идти, — демонстративно сплевывая пыль на дорогу, высказал мысль Элей. Коннетабль за прошедшие три мирные года несколько растерял воинственность, погрузился в семейную жизнь, заделал жене сына и заметно оброс жирком на боках. Причем совсем этого не стеснялся, считая такие перемены признаком достатка и глобально — улучшения собственной жизни. — Хоть часть пути по нормальной дороге сделали бы.

Едущий рядом Ромул только молча ухмыльнулся, но ничего не сказал. Перевертышу, казалось, мелкие бытовые неурядицы вообще были до лампочки, удивительно, насколько это смертоносное существо имело спокойный и даже флегматичный характер.

— Лишнюю сотню верст пути пришлось бы проделать, — покачал головой Серов. — не отыграли бы на одном куске приличной дороги три дня.

— А я давно говорил, что нужно начинать строить путь в сторону Лайи. Хотя бы, чтобы при случае иметь возможность быстро перебросить войска, —скривился барон Оранж и, заметив где-то впереди в пехотной колонне какой-то непорядок, пришпорил коня, принявшись на ходу отдавать команды по его устранению.

А вот о дороге в восточном направлении пока только думали. Причем не только в узко-тактическом, но и в стратегическом плане тоже. Пока обширные территории в пограничье между Вольными баронствами, Игелом, герцогством Тавар и Ронделийским царством превратились фактически в безлюдные пустоши, крайне привлекательным стал выглядеть водный путь. Теоретически Лайа ниже впадения в нее Красной была вполне судоходной, и мысль о том, чтобы спуститься вниз до ее соединения с Кель, а потом подняться на север до земель Гномов и не затронутых эпидемией человеческих территорий, выглядела достаточно очевидной.

Однако был тут один неприятный… Нет «неприятный», вероятно, не совсем то слово — правильнее сказать ломающий всю потенциальную малину момент — слияние Лайи и Кель небольшим буквально клочком земли залазило на территорию Закрытого Королевства. А у сраного Барьера были по поводу кораблей совершенно необъяснимые — впрочем, природу и алгоритм работы великого заклинания никто не смог понять за тысячу лет, так что тут ничего удивительного — предубеждения.

Без проблем могли проплыть только небольшие лохани без всякого вооружения и с минимальным экипажем. Наличие даже относительно небольшой вооруженной охраны приводило к тому, что Барьер клинило и могло даже «располовинить» судно в момент прохождения магической границы. Такое правда случалось крайне редко, а вот так чтобы выкинуть с палубы несколько «лишних» человек из команды за борт — происходило вполне регулярно. Хорошо еще если за борт, а не об обшивку на корме изнутри размажет — отсюда у тех, кто рисковал все же ходить туда-сюда по реке появилось правило преодолевать магическую завесу исключительно стоя на палубе — это существенно повышало шансы на успех. А относительно большие посудины — такие, как ни странно, тоже плавали по Кель несмотря на все проблемы — были вынуждены причаливать к берегу, ссаживать большую часть команды, и проходить Барьер в таком вот разделенном виде, что очевидно было неудобно, да и просто опасно.

Короче говоря, с учетом всех описанных выше проблем у Александра появилась идея построить речной порт непосредственно на берегу Кель на самой восточной границе Вольных баронств. На первый взгляд — бред, до берега реки от Александрова даже по карте почти триста километров, а по дорогам — и того больше. Плюс местность, там не особо зачищенная от оставшихся после серой чумы монстров, и населения нет совсем. А еще орки за рекой, которые могут в любой момент наведаться в гости — натуральные пустоши, «Фоллаут» как он есть, разве что без радиации. Но с магией, что зачастую ничем не лучше.

Но, с другой стороны, подобный финт ушами моментально решал сразу целую пачку проблем. Во-первых, река — это прекрасный канал для торговли. Как для сбыта собственных товаров, так и для завоза всего необходимого снаружи. Во-вторых, по реке можно завозить напрямую переселенцев с севера, что было с учетом наличия под рукой — а все эти пустоши Александр как-то незаметно привык считать своими — огромных пустующих территорий более чем актуально. В-третьих, это, как ни парадоксально, давало защиту с восточной стороны. А что? Собери несколько кораблей условно боевых, поставь на них пушки, и все — река закрыта. Пусть те же орки — их, кстати, эпидемия тоже потрепала, но самым краем, первые заражения там начались только осенью и к зиме, когда все закончилось, зараза не успела распространиться слишком широко — попробуют под прицелом корабельных орудий через реку переправиться. На собранных из говна и палок — причем с учетом нехватки древесины в степи, нет никаких сомнений, какой материал там будет преобладать — плотах, это будет крайне занятное зрелище. Местами смертельно занятное. Пиратов опять же прижать, что оживит сквозную торговлю сквозь Закрытое королевство. На юге у впадения Кель в Узкое море с этой заразой вроде бы относительно успешно борются те же Кассцы и жители Карланда, но пока северный проход закупорен, в этом смысла не так много. А сесть на торговый поток с юга на север, ммм… О таком Серов мог только мечтать, причем только в самых-самых сладких своих фантазиях.

— Ваше сиятельство, — на место ускакавшего куда-то в голову колонны Элея подъехал «начштаба» группировки Родвин. В момент аттестации всех военных на личные звания снабженец получил капитанское звание, а с увеличением численности армии дорос и до полковника. — Место для отдыха армии подготовлено у Голубого замка, прискакал гонец о том, что нас уже ждут.

— Хорошо, благодарю за службу, — откликнулся Серов в тайне радуясь, что подобными вещами ему не нужно заниматься самостоятельно. Потом подумал и спросил, — а ты как думаешь, дорогу нужно от Берсонзона делать или по тому маршруту, что мы сейчас идем?

— Здесь нужно делать, ваше сиятельство, — без тени сомнений ответил Родвин и пояснил. — Оно и в Берсонзоне лишних дурацких мыслей не будет и армию перемещать по прямой все ж быстрее, ну а теперь, коль Коркост мы присоединяем, и вовсе…

Кроме денег и рабочих рук, которых постоянно не хватало, вопрос прокладки улучшенной дороги в сторону Лайи затыкался на моменте выбора маршрута. Графство разрослось уже достаточно широко, чтобы иметь как минимум три потенциальных альтернативы. Ну ладно, две с половиной, никто всерьез южный вариант, упирающийся в итоге в реку, без возможности перебросить через нее мост, реально не рассматривал.

Первый вариант пролегал от Берсонзона через Бронзовый, Фиолетовый и Цинковый замки и там у последнего имелся мост через не слишком широкую в тех местах реку. Достаточно логичный маршрут, тем более что именно северный город очень быстро начал превращаться в «торговые» — в противовес более «промышленному», если так вообще можно говорить на данном уровне развития, Александрову — ворота графства. Более того, Берсонзонские купцы начали активно «лоббировать» этот вариант, предлагая с одной стороны профинансировать частично инфраструктурный проект за счет, так сказать, средств «частного» капитала, а с другой принялись искать возможности повлиять не принятие решения за счет банальных взяток. Благо ключевых персон в графстве насчитывалось не так много, и все они были лично преданы попаданцу, так что подобные порывы удалось быстро пресечь и показательно надавать нехорошим людям по рукам. Чтобы дурные мысли в голову не лезли.

Второй маршрут, о котором как раз говорил Родвин, шел по левому берегу Красной до впадения ее в Лайю и моста у Оловянного замка. Баронство Цирван эпидемию не пережило и сейчас эти земли условно — ну а после присоединения Коркоста и не условно, в общем-то — относились к графству Серов, так что проблем тут возникнуть не должно было. Этот маршрут был более привлекателен тем, что замыкал логистику на столицу ну и путь до города на левом берегу Лайи сокращал на добрых сто километров.

Впрочем, все это было делом весьма отдаленного будущего, при имеющемся темпе строительства графских трактов — сорок километров в год, и без особой перспективы к ускорению этого дела — только на эти двести километров до Коркоста ушло бы добрых пять лет. А пять лет в нынешних условиях — это слишком много, чтобы всерьез планировать на такую глубину. По той же собственно причине и о проекте речного порта на берегу Кель и боевом, вооруженном артиллерией флоте, приходилось только мечтать.

Эти самые двести километров дороги до Коркоста армия в составе трех пехотных полков и гвардейской мушкетерской роты преодолела за пять дней. Не самый выдающийся результат с какой стороны не посмотри, но и задачи форсировать марш тоже не было. С другой стороны, сделать двести километров за пять дней смогла бы далеко не каждая «коронная» армия. Только благодаря отсутствию обоза и выстроенной, опирающейся на бывшие баронские замки, логистике пехотные полки Серова могли перемещаться по собственной территории зачастую быстрее, чем конные дружины других феодалов.

Каждый замок был заранее превращен в своеобразный пункт снабжения и имел запас — не слишком большой, нужно признать, но все же — продовольствия, чтобы накормить проходящих мимо солдат. Это позволяло не тягать с собой большое количество телег и вот такими перебежками от замка до замка идти, фактически, налегке.

Вокруг замков, ставших местом развития цивилизации на отдельном клочке суши, кстати, потихоньку начали вырастать поселки, чего раньше практически не случалось. Объяснение тут тоже было достаточно простое — в мелких феодальных войнах между баронами крестьян трогать было не принято, а вот посад под замковыми стенами страдал фактически неизбежно. Его свои же сжигали, чтобы осаждающему жизнь осложнить. В такой ситуации проще было поселиться подальше, а в случае действительно серьезной беды — тупо сбежать в лес. Но прошло 5–7 относительно мирных — в плане отсутствия междоусобных войн на своей территории — лет, и ранее очень утилитарные укрепления получили фактически вторую жизнь.

— Стройся! Ровнее, да ровнее, вы квафры беременные! — Тут и там суетились сержанты, выстраивая пришедшие под стены города войска в ровные «парадные» линии. Серов сразу хотел показать коркостцам, за кем сила, но при этом сделать это в «праздничной» манере. Поэтому армии были даны два дня на приведение себя в порядок — уставшие и запыленные люди после пятидневного марша смотрелись совсем не браво, — ну а за это время нанятые тут же рабочие подготовили трибуну и все что нужно для будущей церемонии.

Граф сидел на походном троне — пришлось везти с собой, ничего не поделаешь, символ власти — и смотрел как луг перед внешним городским валом заполняется жителями Коркоста. В отличии от того же Берсонзона Коркост был относительно молодым населенным пунктом, имперской истории не имевшим, поэтому капитальная городская стена опоясывала только самые богатые кварталы, а основную его часть прикрывал один лишь вал с частоколом и отдельно стоящими деревянными башенками. Не слишком солидно, но, с другой стороны, не так часто в этих местах собираются армии способные даже попытаться взять штурмом столь значительный населенный пункт.

По правую от владетеля руку ровными коробками стояли его полки, а левая сторона была отведена для готовящихся принести присягу горожан.

Погода, как назло, подкачала — с самого утра начали наползать тяжелые дождевые тучи, принялся очень подозрительно задувать ветер… Короче говоря пришлось напрягать магов, чтобы они решили вопрос. И поскольку погодника под рукой у графа не было — тот бы решил эту задачу буквально за двадцать минут, не сильно при этом даже вспотев, — Ариену с учениками и помощниками пришлось городить целый ритуал. Впрочем, результат того стоил — тучи быстро снесло в сторону, ветер немного приутих, выглянуло ласковое весеннее солнышко.

До орочьего нашествия и последовавшей эпидемии в городе жило около десяти тысяч человек. Потом кто-то погиб, кто-то уехал, и количество тут живущих несколько уменьшилось, но в целом оставалось на достаточном уровне, чтобы полностью заполнить все пространство перед главными воротами города. По меркам будущего толпа в условных пять тысяч человек — не весть какое событие, а вот по нынешним собрать такое количество людей на одном пятачке может только очень важное событие.

— Мои подданые! — Дождавшись назначенного времени, когда все желающие посмотреть на нового правителя окажутся перед ним, Серов принялся толкать свою «тронную» речь. Причем маги пообещали, что усилят собственными силами голос графа, так что ему не понадобится слишком сильно напрягать связки. — Как показывает история, человечество сильно́способностью объединяться. Последние годы были не простыми и оглядевшись вокруг легко понять, что вместе преодолевать трудности гораздо проще чем по-отдельности. Где эти баронства, чьи правители посчитали, что смогут сами справиться с бедой? Их нет, а кости их жителей догнивают в траве. Я рад, что горожане Коркоста сумели сделать правильный выбор и согласились добровольно и без всякого принуждения присоединиться к графству Серов. Объединение открывает перед нами невиданные ранее возможности, только вместе мы сможем привести человечество к всеобщему процветанию и вернуть нас на то место в мире, которое мы заслуживаем.

Народ внизу в ответ на речь графа взорвался аплодисментами. Тут понятное дело тоже на самотёк процесс пускать не стали, вбросили в толпу «заводил», которые своим примером стимулировали окружающих проявлять нужные властям реакции. Причем Александр даже никаких по этому поводу распоряжений не отдавал, служба Диная сработала в автоматическом режиме, безмерно радуя своего сюзерена. Прекрасно, когда тебе не нужно погружаться в каждую мелочь, иначе можно не иллюзорно кукухой поехать. Даже если ты бог.

— На колено! — Приказал гражданам Коркоста глашатай, когда команда была выполнена, он начал зачитывать текст клятвы. Ничего такого там не было, разве что упоминалась присяга не только лично графу, но его роду, стране и человечеству в целом, что тоже было своеобразным пропагандистским ходом.

— Не слишком пафосно? — Усевшись обратно на трон спросил Александр у стоящего справа от него Ариена. Тут же на трибуне находилась вся приехавшая в Коркост верхушка графства, исключая только Реймоса, оставшегося в Александрове «на хозяйстве».

— В самый раз, — тот усмехнулся и кивнул. — Если бы я тебя не знал близко, то действительно преисполнился.

— А я что? — Едва заметно пожал плечами попаданец, — все было сказано от чистого сердца. Я действительно думаю, что человечеству нужно объединяться.

— Под твоей рукой, конечно, — с трудом сохраняя серьезное выражение лица откликнулся маг. Он сам-то глобально против расширения и объединения ничего не имел, но и возможность поддеть друга тоже пропустить не мог.

— Ну не то, чтобы я прям претендовал на титул императора человечества, — у Александра перед глазами на секунду промелькнул образ сидящего на Золотом Троне Бога-императора, и ему с трудом удалось удержаться от совершенно не соответствующего моменту смеха. Было бы странно, если бы граф начал ржать, когда пять тысяч новых подданых стоят перед ним на колене и повторяют за глашатаем текст клятвы. — С другой стороны, ты что знаешь кандидатуры лучше?

В момент окончания присяги стоящие тут же солдаты — городскую стражу вместе с личными отрядами местных нобелей сразу же разоружили, чтобы вредные мысли ни у кого в голову не лезли — слитно жахнули копьями о щиты. Получилось достаточно пафосно.

Войска графа произвели на коркостцев серьезное впечатление. Нет, то, что соседний владетель активно вкладывается в армию, ни для кого секретом не было. Наоборот, Александр считал, что такую информацию нужно распространять максимально широко. Одно только знание о том, что под его рукой сосредоточено ни много, ни мало — пять тысяч «штыков» и «сабель» — чуть меньше на самом деле, но какая разница — само по себе делало любые шальные мысли тех же лучших людей города не состоятельными.

Основой войска, как и раньше были копейные роты, чье снаряжение, однако, претерпело некоторые изменения. Теперь стандартное снаряжение в стандартное вооружение копейщика входило собственно трехметровое копье, сложной формы щит, с прорезью для удержания оружия второй рукой, кольчуга — впрочем их хватало не на всех, так что часть войска было одето в обычные стеганки, местами усиленные металлическими бляхами, — шлем, по́нож на левую ногу и один — тоже левый — наплечник. Выглядело это достаточно странно, однако имело под собой, можно сказать, научное обоснование.

Еще в самом начале, когда Жерард только-только принялся осваивать должность главного — по началу вовсе единственного, но это не так важно — целителя государства, Серов приставил к нему специального человека, который дотошно конспектировал все вылеченные магом травмы. Ну и вообще после каждой большой битвы — если, конечно, возможность была — трупы солдат не просто хоронили, но и записывали в книги с упоминанием в том числе и перечня ран, от которых тот или иной бедолага отдал богам душу.

Со временем набрался прелюбопытнейший массив данных, на основе которых в графстве и была проведена реформа воинского снаряжения. Оказалось, что порядка 25% — то есть каждый четвертый — погибший имеет рану на левой, как бы передней, при стандартной стойке ноге. Именно ее и должен был защитить штампованный стальной понож, закрывающий всю голень и часть колена. Предполагалось, что бедро при этом будет прикрыто щитом и дополнительной защиты не требует.

Второй по распространенности была травма головы, причем опять же с левой стороны. Для купирования это опасности и был введен массивный выпуклый наплечник, прикрывающий всю нижнюю часть лица если смотреть в профиль. Верхнюю часть головы прикрывал шлем — тут единой конструкции не было, поскольку большую часть этих самых шлемов составляли захваченные в разные времена трофеи, а лишних средств на унификацию еще и этого предмета снаряжения у Серова просто не было. Не было средств и лишнего металла, с которым без регулярных поставок с севера имелись серьезнейшие напряги.

Третьим по «популярности» было ранение в левую руку, ту которая удерживала щит — тут было решено снабдить солдат кольчужными перчатками, хотя до практического воплощения эта идея пока не дошла — ну а дальше уже все подряд. Правое бедро, торс, правая кисть и так далее. Если суммироваться все вышесказанное, то «собирая» снаряжение для солдат первой линии, военачальники графства старались прикрыть потенциально самые страдающие части тела, пусть даже где-то в ущерб красоте и какой-то внушительности. Впрочем, и так закованное в железо воинство смотрелось более чем солидно.

Ну и последним элементом, который совершенно не бросался в глаза, но которому бы позавидовали бы даже солдаты коронных полков гораздо более крупных и богатых — хоть тут связь между двумя этими категориями далеко не всегда была прямой — государств, стали противомагические амулеты. Сразу после похода в графство Урвит Серов выдал своему отделу артефакторов госзаказ на тысячу амулетов для солдат первой линии. Ничего сверх дорогого или сложного, просто чтобы минимально прикрыть людей от самых простейших воздействий. Каждый амулет — даже при массовом производстве — выходил только в себестоимости порядка полутора золотых, а ведь еще нужно было заплатить за работу… Короче говоря, пока всю армию обеспечить защитой не удалось, но даже то, что получилось на данном — промежуточном — этапе, по мнению Александра изрядно повышало устойчивость войска при потенциальной встрече с какой-нибудь мерзопакостной гадостью.

— Сколько людей не пришло на принесение клятвы? — Привычно улыбаясь и держа соответствующую моменту маску на лице, одними губами спросил граф стоящего тут же у трона советника Касмина ан-Царвена. Это был вельможа, который первый «перекинулся» на сторону соседнего правителя и всю дорогу аккуратно продвигал его интересы в городе. Слабый маг он ко всему прочему согласился еще и принести попаданцу клятву в обмен на обещание поставить его рулить городом, и пока Серов не видел никаких причин, для неисполнения данной договоренности.

— Из серьезных персон, почти все. Всякую бедноту, естественно, никто не пытался считать, — в полголоса, так чтобы слышал только новый правитель откликнулся ан-Царвен.

— Отдашь списки Динаю.

— Конечно, ваше сиятельство, все сделаем в лучшем виде, — новый городской голова Коркоста лично был Алесандру не слишком приятен. Это очевидно был тот человек, который ради выгоды мать родную продаст, однако имелся нюанс. Ради выгоды долговременной, поскольку мозги у ан-Царвена совершенно точно присутствовали, так что как-то играть против своего сюзерена вельможа точно бы не стал. Клятва опять же, нет, с какой стороны не посмотри — ценный кадр, особенно если держать его в ежовых рукавицах и не позволять лишнего. — Готовить их выселение?

— Подожди, — Александр еще сам не решил, что ему делать с протестным элементом. С одной стороны, если смутьянов действительно было не много, то погоды они не сделают, с другой — не отреагируй сразу на подобный плевок, это будет крайне плохим примером для других. — Пока понаблюдаем, нет смысла торопиться.

На удивление самого графа переход под его руку целого города — вместе с зависимыми территориями и стоящими на них селами считай под полсотни тысяч населения к нему присоединилось — прошел в целом мирно и без эксцессов. Серов до последнего боялся, что привыкшие к «вольной жизни» горожане начнут бузить, но этого так и не произошло. Возможно, из-за реальной оценки имеющихся у сторон сил, возможно из-за того, что в Коркосте уже глубоко пустил корни культ, представляющий одного удачливого попаданца в виде божества, а может, потому что модель общества, которую формировал Александр, фактически ничего общего с классическим феодализмом не имела.

На ключевых позициях у графа стояли люди, не имеющие родословной или вообще даже формального дворянского титула. При этом бароны — а таких в вассалах Серова имелся добрый десяток — не получали какого-то привилегированного статуса исключительно благодаря своему титулу. Барон Терс командовал конницей не потому, что был бароном, а потому, что проявил себя талантливым организатором и уверенным военачальником. Барон Оранж — Элей — и вовсе получил титул уже после назначения на должность коннетабля графства. Барон Крастер, показав себя верным и деятельным человеком, был назначен на должность своеобразного руководителя дипломатической службы, именно он объезжал после окончания эпидемии оставшиеся «в живых» окрестные баронства и договаривался с ними о мирном присоединении, и он же — совместно с Динаем, правда — прорабатывал соглашение о бескровной аннексии Коркоста. Прочие бароны при этом продолжали спокойно сидеть в своих феодах и никак на общую политику страны повлиять не моги.

Так что можно сказать, что горожане вливались в новое общество, никак не теряя в правах, а наоборот только приобретая возможности. Вот если бы Серов был классическим местным феодалом, свысока глядящим на чернь и считающим простолюдинов грязью у себя под ногами, вероятно, горожанам принять такую власть было бы гораздо сложнее.

Глава 3−1

— Ариен, на тебе проверка новых подданых и поиск одаренных. Включай в работу местных магов как можно скорее, и еще посади людей проверить местную магическую библиотеку, может быть там есть что-то достойное, что можно будет пустить в печать, — первый управленческий брифинг несмотря на усталость всех причастных провели буквально тем же вечером. Нужно было как можно скорее перехватить рычаги управления городом, при этом желательно сделать это мягко, чтобы ничего не поломать сдуру.

— Сделаю, — с тяжелым вздохом кивнул огневик. Впрочем, он свой сектор ответственности отлично знал и сам, так что в особых напоминаниях и дополнительных ценных указаниях не особо-то и нуждался.

К описываемому моменту гильдия — на самом деле так называть ее было неправильно поскольку структура управления обществом более напоминала орден своей «вертикальной направленностью», однако по привычке общество одаренных называло себя «гильдией» — магов графства насчитывала уже около двухсот человек. Впечатляющее число, с какой стороны не посмотри, в Академии герцогства Тавар одновременно училось, при том, что туда стекались одаренные чуть ли не со всего континента примерно столько же, и это считалось чуть ли не самой крупной общиной магов на континенте.

Имелся правда один нюанс — примерно 120 из 200 с копейками магов были слабосилками, ни на что в будущем не претендующими и способными только на пару-тройку условно боевых заклинаний. С другой стороны даже оставшиеся восемьдесят магов — из них правда мастеров даже вместе с новоприсоеденившимся насчитывалось всего восемь человек — это достаточно серьезная сила. Конечно, даже один архимаг, буде попадется такой на пути, порвет их всех в открытом противостоянии не сильно при этом вспотев, однако где эти архимаги? Нет их особо, под каждым кустом не валяются. Да и не бессметрны они при всех своих силах, уж Александр знал это совершенно точно, благо одна «звездочка» у него на борту за архимага уже имелась. И не важно, что там он просто оказался в нужном месте в нужное время, чтобы ткнуть старика мечом, а всю основную работу сделал другой человек, это уже частности, никому не интересные.

— Никара, ты сама знаешь, что делать. Подбирай место для храма, стесняться не надо, если что выкупим любой участок, — поначалу присутствие главной жрицы на рабочих совещаниях графа серьезно напрягало остальных его ближников. Как же — баба, да и в целом религиозная тема в баронствах никогда особо развита не была, но со временем все привыкли и начали воспринимать такое положение вещей как должное. Тем более, что и пользу «церковная линия» приносила неиллюзорную, причем сразу по нескольким направлениям. Тот же Динай от сотрудничества с церковниками был в восторге, главный тихушник графства больше работал по внешней разведке и контрразведке, а заниматься настроениями в народе особенно на низовом уровне откровенно был не способен. И ресурсов на это объективно не хватало, да и не выходило это особо у бывшего купца, все же спецшколу КГБ он не заканчивал, а являлся просто талантливым самоучкой. А вот у церковников подобного ресурса было выше крыши, и мониторить точки возможного общественного недовольства у них получалось просто на отлично.

— Сделаем, ваше сиятельство, — в рабочей обстановке Александр просил обращаться к нему по «гражданскому титулу», чтобы остальных не смущать.

— Авар, на тебе стража. — Парень только молча кивнул, — постарайся пожалуйста по максимуму использовать местных, лишних людей у меня для тебя нет, как ты понимаешь, поэтому нужно плотнее употреблять доступные ресурсы. Если будет большая нужда, выдергивай из пришедших полков сержантов и капралов, у нас войны вроде как пока не намечается, успеем воспитать еще.

Авар уже фактически перерос должность главы стражи Александрова и превратился в что-то типа министра полиции. Он не только отвечал за порядок в двух — а теперь видимо в трех — городах страны, но и имел сеть уполномоченных в замках, которые разбирали всякие непотребства в сельской местности.

— А мое мнение, твое сиятельство спросить не хочет по этому поводу? — Нахмурился сидящий тут же за столом Элей, которого фактически разрешили беззастенчиво грабить. С младшими командирами в армии была громаднейшая беда — их тотально не хватало, и если на места командиров рот людей наскрести еще как-то удавалось, то все что ниже… Страх и ужас там был, короче говоря. Нет по местным меркам все было вполне прилично, но это, по мнению попаданца, только оттого что «мерка» данная располагалась где-то возле плинтуса и никак иначе.

— Хочу, — граф поморщился и повернулся к своему главнокомандующему, — на тебе включение всех местных бойцов в состав регулярной армии. Никакой вольницы нам не нужно, поэтому, кто не хочет, пускай с первым же караваном валит на север. Ну или куда пожелает. А еще на тебе учет боевой алхимии, когда мы с орками дрались, я помню она себя отлично показала.

— Никогда не имел дела с боевой алхимией, — еще сильнее нахмурился коннетабль. С трудом представляю, что с ней вообще делать.

— Советник ан-Царвен тебе поможет в этом деле, — кивнул в сторону городского головы Александр. — И еще одно: займись местными кораблями. Я понимаю, что это вообще не твоя сфера деятельности и ты вояка сугубо сухопутный, а не морской, но никого знакомого с флотом у меня просто нет. Подумай насчет установки на корабли пушек, хотя бы самых маленьких. И да, у тебя же были водники?

Последнее граф спросил, повернувшись к Ариену, тот задумался на секунду и кивнул.

— Есть один парень… Он должен получить посох подмастерья в ближайшее время. Ну и несколько учеников, склонных к этой стихии, но там еще работать и работать.

— Нужно их «во флот» перевести, думается мне, что на корабле, посреди своей родной стихии толку от них будет гораздо больше, чем в поле, — Серов задумался и добавил. — Впрочем, наверное, и от огненного мага на корабле тоже толк будет, для вражеской посудины любой огнешар может быть фатальным. Так что тут имеет смысл подумать и поэкспериментировать. Считайте, что это вам задание на двоих.

Коркост — что и позволило ему в свое время отбиться от наступающей с юго-запада серой чумы — имел в этих краях самый сильный боевой флот. Ну как сильный… Серов в кораблестроении разбирался примерно никак, но на «крейсер Варяг» пришвартованные у причала скорлупки на дилетантский взгляд попаданца не тянули даже с большой натяжкой.

Пара явно гребных «галер» — можно ли назвать галерой судёнышко имеющее всего по полтора десятка весел с каждой стороны и простейший прямой парус, Александр даже не пытался задавать себе подобные вопросы — узких и длинных. Несколько более «кургузых» и бочкообразных… Стругов? Лодей? Коггов? Серов под страхом смерти не смог бы классифицировать данные корабли, что, впрочем, было не так уж и важно. Эти имели более развитое парусное вооружение, но при этом вроде как на веслах тоже могли ходить. Для речного судна, ограниченного близкими берегами и не всегда способного идти строго по ветру, весла были не прихотью, а жизненной необходимостью, так что ничего удивительного.

Ну и огромное разнообразие совершенно уже «гражданских» лодок всевозможных форм и размеров, благодаря котором город, находящийся не в самом «проходном» месте, вполне сносно себя чувствовал последние две сотни лет.

— Займусь, — пожал плечами барон Оранж. — Но ничего не обещаю, заменить экипажи на кораблях, например, мне просто некем, так что тут придется положиться на лояльность местных.

— Хорошо, — принял такой ответ граф, — главное не пускай дело на самотек. Ну и вообще принимай на баланс местные закрома, разберешься не маленький. Что у вас по запасам? Провизия? Есть какие-то срочные нужды?

Последний вопрос уже был адресован непосредственно назначенному графом городскому голове Коркоста, который на этом заседании тоже конечно же присутствовал.

— Пока все есть, ваше сиятельство, — с легким наклоном головы ответил ан-Царвен, — жители рады бескровному завершению этой истории, а также тому, что никто не пострадал. В том числе и материально. Однако определенные люди просили меня разузнать, имеются ли вас планы на железное месторождение, находящееся к востоку от города? Формально оно принадлежит… Принадлежало городу, однако было отдано в концессию товариществу купцов, которые его последние годы успешно разрабатывали.

— И вы хотите знать, не собираюсь ли я его реквизировать в казну? — Серов прищурился и посмотрел внимательно на нового подручного. — «Интересно, он уже слупил с них деньги за то, что замолвит словечко или получит долю по выполнении данного задания».

— Именно так, ваше сиятельство, — кивнул ан-Царвен. Глава Коркоста несмотря на приятные «арийские» черты лица и совершенно по-голливудски выглядящие блондинистые волосы до плеч, почему-то производил на Александра сугубо отталкивающее впечатление. Может, потому что душонка у распихавшего локтями всех коллег советника была черная. А может, попаданцу просто не нравились подобного типа «красавчики».

— Передай этим господам, — граф на секунду задумался и тут же принял решение. Не нужно грести все под себя, у самовластного феодала и так имелись вполне денежные проекты. Живи и дай жить другим — хороший принцип. — Что забирать рудник я не стану. Но есть условие: они должны резко нарастить количество добываемой руды, причем в самые кратчайшие сроки. И конечно графство будет иметь приоритет в выкупе продукции. А лучше пусть поставят на месте плавильный заводик и продают мне готовые слитки, я выкуплю приблизительно любой объем. Если, конечно, они цену гнуть не будут… Не будут же?

— Конечно, ваше сиятельство, — на лице склонившего голову блондина отобразилось нескрываемое довольство, так что даже дурак бы понял, что ан-Царвен уже успел залезть в члены товарищества и теперь отстаивал фактически свои интересы. — Цены будут умеренными, а добыча вырастет в самое ближайшее время. Я лично займусь этим вопросом.

Этот рудник стал одной — не самой главной, но все же существенной — из причин давления Серова на вольный город Коркост. Оказавшись в такой себе изоляции без внешних поставок стали, герцогство было вынуждено перерабатывать добываемое на его территории болотное железо и буквально задыхалось от нехватки ценного ресурса. В это же Коркостцы, имея под рукой довольно богатый рудник, расширять там добычу совсем не торопились, с одной стороны таким образом держа высокую цену на руду, а с другой — резонно предполагая, что из этого железа будут потом изготовлено оружие. И вот это оружие вполне может оказаться повернуто против самого Коркоста.

— И да, передайте своим… Коллегам, что я вообще не собираюсь трогать их имущество, как мы и договаривались изначально. Пусть не нервничают, — Серов задумчиво потер подбородок, на котором за эти дни успела вылезти едва заметная щетина. Казалось бы, сколько дней прошло после выступления из Александрова, а шероховатость едва-едва наметилась. Попаданец вообще заметил, что борода стала расти хуже и это его изрядно напрягало. Нет, не отсутствие бороды — это как раз в плюс, бриться нужно реже, что приятно само по себе. А вот влияние «божественности» на физиологию его организма пугало, Александр банально боялся потерять в какой-то момент «себя», «свое я». — Нужно будет подготовить помещение для размещения школы, учителей я пришлю.

— Большое?

— Большое, — кивнул граф, — так чтобы несколько сотен человек разместить можно было. Плюс учителя, учебные классы, помещения для хозяйственных нужд. Я пришлю потом человека, он займется, пока просто имейте ввиду, что я собираюсь открыть в Коркосте еще одну школу. И да может вы не знали, но в Александрове в сентябре будет второй набор в университет, и жители Коркоста тоже могут подавать заявку на поступление. Если, конечно, экзамен сумеют сдать.

Образовательная система в графстве на данный момент выглядела так. В селах имелись небольшие двукласные школы, дающие детям — по желанию исключительно, ни о каком обязательном всеобщем образовании, понятное дело, пока речь не шла — базовую грамотность. Чтение, письмо, счет в пределах четырех действий, минимальные знания об окружающем мире и религиозные основы «правильной» веры, конечно. Всего таких начальных школ в графстве уже имелось чуть ли не полсотни и каждый год это количество увеличивалось на десяток-полтора. На большее просто не хватало учителей.

За среднее образование «отвечала» открытая еще восемь лет назад «четырёхлетняя» гимназия в Берсонзоне. Это учебное заведение давало по восемь-девять десятков уже более-менее прилично образованных выпускников в год, плюс аналогичную гимназию три года назад основали и в столице, но там первый выпуск планировался только будущей весной. И вот третью гимназию Серов сразу — чем раньше начнешь, тем раньше получишь подготовленных работников, тем более что нужны они уже сейчас, а закончат обучение только через несколько лет — предполагал открыть в Коркосте. Две с половиной сотни обладателей «среднего» образования в год должны были, некоторым образом, закрыть самые насущные потребности маленького государства. Во всяком случае Александр на это очень рассчитывал.

Что касается же «университета», то небольшие курсы, на которые с определенным трудом набрали аж три десятка человек, можно было поименовать гордым названием высшего учебного заведения только с большой натяжкой. Более того предыдущей осенью даже для набора одной группы хоть сколько-нибудь приемлемого уровня пришлось проделать серьезную работу, благо кое-какой запас образованных людей в графстве уже был.

Ну и конечно ВУЗ был нужен не только и не столько для получения высококлассных специалистов — кто их учить-то здесь будет и чему, да и зачем, не было пока на данном этапе развития общества в них большой нужды — сколько в пропагандистских целях. Во-первых, университет, даже такой «игрушечный» — это круто. Стильно, можно, молодёжно! Далеко не во всех столицах «больших» стран имелись высшие учебные заведения для не магов. Во-вторых, это способ влиять на умы подрастающего поколения. Собрать детей всех баронов, купцов, городской старшины, разбавить их выпускниками гимназий и дать правильную жизненную установку, глядишь лет через десять мысль о былой феодальной раздробленности будет вызывать только недоумение и брезгливость.

— Сделаем, ваше сиятельство, — еще раз кивнул ан-Царвен.

— Еще одно… — Что еще хотел сказать граф, его «министры» так и не узнали, поскольку именно в этот момент Серова накрыло. Он как будто провалился под лед, стало резко нечем дышать, а внутрь начала вливаться отвратительная «на вкус» черная энергия.

Понятное дело, что ни цвета, ни вкуса у этой гадости не было, но субъективно Александр воспринимал все с ним происходящее именно так. Со стороны же могло показаться, что граф умирает, он невидяще уставился в одну точку, тяжело задышал и непроизвольно сжал в кулаке лежавшую тут же на столе бумагу со списком первоочередных дел.

Глава 3−2

— Целителя! — Первым среагировал Элей, за ним Ариен бросился к другу, пытаясь понять, что происходит.

— Не надо целителя, — с трудом прохрипел Серов. — Сам справлюсь. Но сначала, кажется, мне нужно кого-то… Покарать.

После чего его сознание скользнуло наверх, а потом перенеслось туда, куда его звали. Следующим, что увидело вернувшееся на землю молодое божество, оказалась темное, освещенное мерцающими свечами, помещение, судя по убранству какой-то древний храм. Таких странных мест Серов за прошедшие десять лет повидал не одно и не два, причем впечатление от этого дела у каждый раз оставались сугубо отрицательные. Посреди помещения стояли странные люди — ну во всяком случае они ощущались как люди — окружив здоровенный кусок грубо отесанного камня. На камне лежала голая девушка с воткнутым в грудь клинком.

— Приди владыка! Приди наше божество, мы взываем к тебе!

Серов прислушался к ощущениям и понял, что может двигаться. Опустил взгляд вниз, пошевелил рукой. Тело чувствовалось очень стронно, впрочем, это и не удивительно, ведь сознание божества находилось внутри каменной статуи. Такой, которую при освещении последователи Александра устанавливали в каждом из их храмов и которая, собственно, и олицетворяла собой присутствие божества. Откровенно говоря попаданцу не слишком нравилось такое максимально «персонализированное» поклонение, он бы предпочел — если отбросить всю шизофреничность ситуации в целом от начала и до конца, — чтобы поклонялись не его изображению, а скорее некой «идее»… Однако оказалось, что заставить своих же верующих верить именно так, как нужно тебе — не так просто. Вернее — сложно, практически невозможно. И что с этим делать дальше, попаданец просто не знал.

Александр с трудом поднял каменную руку и с интересом рассмотрел ладонь. Ладонь была явно не «его», уж рисунок венок, всяких складок, морщин и конечно же шрамов мужчина на своем теле вполне мог бы узнать. Тут неизвестный скульптор явно схалявил — рука была гладкой лишь с небольшим намеком на рельеф. И ощущалась странно… Как будто чужая, что с другой стороны было совсем не удивительно, ведь Серов просто «занял» место внутри статуи.

Оживление стоящего у алтаря каменного истукана меж тем оказалось замечено собравшимися. Экзальтированные крики стихли в помещении на секунду воцарилась звенящая тишина. Было буквально слышно, как сквозняки, гуляющие по явно старому зданию, играют с огоньками свечей.

— Ну и кто тут меня звал, черви навозные? — Немного освоившись в «новом теле» Серов сошел с постамента и приблизился к одному из культистов. — Кто вы такие? Кто вас надоумил принести мне… МНЕ! ЧЕЛОВЕСЕКУЮ ЖЕРТВУ!

Сомнений теперь уже не оставалось, та темная отвратительная на вкус сила, которая в мгновение захлестнула его сознание, была ничем иным как результатом жертвоприношения. Александр даже внутренне содрогнулся, представив себе такие регулярные жертвы. Если от одной убитой в его честь девушки ему чуть крышу не снесло, страшно даже представить, в кого можно превратиться, получая такие «подарки» регулярно.

— «Хотя конечно, объем влитой силы поражает, никакие коллективные молитвы и добрые дела „во славу“ и рядом не стоят, не удивительно, что столько различной степени пакостности сущностей жертвы любит, дармовая сила она такая».

— Владыко! Владыко! — Внезапно отмер один из балахонистых культистов. Черные одежды неожиданно напомнили Александру эпизод с попаданием его самого в этот мир, отчего, казалось бы, и так отвратительное настроение испортилось еще сильнее. — Прими жертву! Дай нам сил!

Не обращая внимание на заданные раннее вопросы, самозваный последователь бросился в ноги Александру — статуе, временно выступавшей его вместилищем — и продолжил причитать о жертве, силе и прочем бреде.

— Где мы находимся? — Не обращая внимания на крики граф просто ухватил павшего ниц мужика за шкирку и с неожиданной легкостью поднял перед собой как нашкодившего котенка. То ли у статуи не было ограничений по силе, то ли это божесвенные возможности так проявлялись, но веса мужчины Серов просто не почувствовал.

— Это город Синтос, Владыко, — слегка заикаясь ответил культист.

— Синтос… — На секунду задумался Александр, — это тот, который на южной границе Ветлана, не далеко от герцогства Тавар?

Карту континента попаданец знал не так чтобы очень хорошо, но относительно близкие населенные пункты, с которыми еще до эпидемии имелись торговые связи, помнил. Синтос был совершенно невзрачным городком, выросшим вокруг пограничной крепости и жил с торгового пути, идущего в обход Авенбурга. Таварские герцоги не будь дураками на въезжающий к себе товар накладывали более чем существенную пошлину, и не важно, собираешься ты его продавать внутри страны или идешь транзитом. Поэтому имелся и путь из Ронделийского Царства в Игел через этот самый Синтос в Ветлане для тех, кто платить герцогские пошлины не хотел. Ну а кроме данного факта Александр про этот населенный пункт собственно ничего и не знал.

— Да, Владыко.

— «Вот это меня закинуло, километров шестьсот-семьсот на северо-запад. Нихрена ж себе полеты во сне и наяву», — подумал Серов, а вслух переспросил. — Кто вас надоумил, черви, что принести мне в жертву человека — будет хорошей идеей? Я вас всех за такую гадость уничтожу, как тараканов раздавлю.

Один из одетых в балахон участников жертвоприношения видимо понял, что что-то пошло не так и подхватив полы своего одеяния без оглядки стартанул куда-то в сторону выхода из помещения. Стартанул и буквально взорвался кровавыми брызгами, разлетевшись на мириады, размером со спичечную головку кусочков. Александр почувствовал, как часть переполнявшей его энергии ушла, оставив после себя очень неприятное ощущение.

— Еще кто-то побегать желает? Нет, тогда отвечаем на мои вопросы! — Кажется, подобная демонстрация силы остальных участников всего действа немало впечатлила. Во всяком случае никто больше убегать не пытался. — Кто вас познакомил с верой в меня?

О том, что его культ уже вырвался за пределы Вольных Баронств, Серов знал. Ощущал тонкие связующие нити, уходящие куда-то далеко на север и запад, впрочем, без подробностей, так далеко чувствительность его силы не распространялась. И вот понимание, что основы заложенного им учения могут так просто извратить, начать реально приносить жертвы и творить всякие непотребства его именем… Пугало.

— Я не знаю его имени, он называл себя Амадом, — Александр сделал мысленную зарубку уточнить у Никары имеется ли у нее такой человек.

— Рассказав тебе о вере в меня, этот Амад дал тебе священный знак?

— Нет, он сказал, что знак нужно заслужить, принеся тебе, Владыко, жертву.

Мужик в балахоне — капюшон съехал на одну сторону, открывая взору божества лысеющую голову небогатого горожанина, судя по всему, лет сорока с неприятными бегающими поросячьими глазками и кривыми зубами — уже окончательно понял, что попал, и в перерывах между ответами начал противно подвывать на одной ноте. Умирать ему очевидно не хотелось, хотя, судя по распластанному на жертвенном алтаре телу, никакого пиетета перед бесконечной ценностью человеческой жизни культист глобально не испытывал.

— «Плохо» — Все «бесконечности» несли на себе отпечаток того, кто их передавал дальше по цепочке, поэтому при необходимости так можно было бы отследить предателя. А в том, что это была натуральная, заложенная под него бомба, Серов уже практически не сомневался. В слух он, однако, спросил другое, — много вас? В вашей ячейке? Есть еще кто-то, кто здесь не присутствует?

— Н-нет, — голос лысого культиста дал петуха, а в воздухе неожиданно запахло говном…

— Простите нас, Владыко, — видимо поняв, что такими темпами они все тут сдохнут, другой балахонистый бросился статуе Александра в ноги, но тут же словил каменной ступней пинок в противоход и, издав неопределённый звук, поломанной куклой отлетел на несколько метров к дальней стене.

— Никому не двигаться! Ты слышишь меня?

— Да, Владыко, — еле слышно ответил лысый засранец.

— Почему вы решили жертву приносить именно мне, а не любому другому богу? — Последовал следующий вопрос.

— Владыко, вы единственный действующий бог на континенте, который действительно являет последователям свою силу, — пока лысый «ушел в перезагрузку» на вопрос ответил еще один культист, который до этого, кажется, вообще не шевелился. Из пяти человек, которые изначально учувствовали в ритуале, двое уже отправились на свидание в Богами — как бы странно не звучал этот эвфемизм в данной ситуации — один с самого начала упал в обморок, засранец впал в прострацию и получается, что у Александра остался только один доступный собеседник. — До нас дошли слухи о том, что ваша сила помогла людям справиться с недавней эпидемией, остальные же боги остались глухи к просьбам своих последователей.

— И поэтому вы, придурки, решили принести человеческую жертву? Богу, который «прославился» лечением больных и помощью страждущим? У вас в голове говно вместо мозгов? — Последний вопрос был явно риторическим, поэтому балахонистый даже не попытался на него отвечать. Серов подумал немного и продолжил вопрос. — Много в городе людей, которые считают меня своими последователями?

— Н-не очень, Владыко, — этот культист тоже начал заикаться от волнения и страха. — Несколько десятков.

— Есть среди них нормальные люди? Которые точно не будут замазываться этой гадостью? — Серов ткнул каменной рукой в сторону лежащей на алтаре жертвы. — И что это за девушка? Вы же не первую попавшуюся бабу на алтарь потянули?

— Это девушка — младшая дочь начальника городской стражи, — уже понимая, что правда может расстроить божество, но все равно не решаясь соврать, ответил неудачливый культист. — Мы хотели поймать какую-то магичку посильнее или дворянскую дочь, но не получилось. А получилось только ее.

— Твою мать! — Серов до хруста — буквально до хруста, с пальцев начала осыпаться мелкая крошка — сжал каменные кулаки и в сердцах пнул лежащего перед ним лысого. Под ногой что-то хрустнуло и культист издал тяжелый болезненный стон. — Сука! Сука! Сука! Нет простой смертью вы не отделаетесь, я вам такое посмертие устрою… В назидание другим вот таким умникам.

Последние пару лет Александр усиленно работал над своей «Библией». Книгой, которая станет философской и метафизической основой его религии. В ней должны были максимально подробно и без всяких двойных толкований разъясняться все аспекты жизни «праведного» приверженца новой веры. Начиная от привычного всем «не убей» и «не укради», через основы правильного мышления и необходимость умственного и телесного саморазвития к банальным правилам гигиены. А что, вон у мусульман очень правильная и передовая — уж на момент становления веры в 7–8 веке нашей эры так точно — практика мытья рук и ног. Мелочь кажется, местами даже смешная в разрезе «религиозного видения», а сколько это сэкономило за полтора тысячелетия жизней, страшно даже представить.

Короче говоря, должен был получиться такой себе гибрид уголовного кодекса с кодексом юного строителя коммунизма, пропущенный через личный опыт успевшего пожить в двух мирах человека и адаптированный для средневековых реалий.

Но самая главная изюминка раскрывалась даже не в этом. В своей «Библии» Серов хотел «прописать» для верующих в него почитателей концепцию «рая» и «ада» — не в плане наличия дьявола-антагониста и вечного с ним сражения, а в плане награды-наказания для человека в зависимости от его земного пути, — что было в местных религиозных системах настоящей прорывной новинкой.

Собственно, и у имеющихся богов далеко не все души получали одинаковое померите. Каждый бог «имел» — как оно наличествовало на самом деле, никто естественно не знал, были возможны разные варианты — свой домен, куда забирал «подходящие» ему души. Воины, погибшие в бою или просто отличавшиеся на ратном поприще за время жизни отправлялись к богу Расу. Души магов уходили Фарине, а души женщин-матерей-домохозяек — Лиос. Но при этом разделения по принципу праведности/неправедности как бы и не было. Вор и убийца не попадал в ад он просто отправлялся в домен бога Литона, и в общем-то ничего плохого с его душой не происходило там. Ну наверное, во всяком случае именно такая концепция была основной среди верующих. Серов же уже успел почувствовать, насколько человеческая вера — мощная штука, способная менять действительность и перекраивать под себя даже самих богов. Так что вероятность того, что реальность соответствует тому, во что люди, собственно, и верят, была как минимум не нулевая.

Ну и, короче говоря, попаданец тут хотел произвести настоящую революцию в деле управления массами. Ведь с учетом ситуации — когда «вера» в бога не является фактически верой, а скорее знанием — влияние на общество концепции рая и ада будет в разы, на порядки сильнее, чем в том же христианстве. А самое смешное, что верующий фактически сам, не только создаст себе место для посмертного обиталища души, но и сам определит место ее попадания. То есть система будет работать как бы автоматически.

В общем, Серов всю эту концепцию уже третий год силился перенести на бумагу, но пока работа еще была далека от завершения. Даже не в том смысле, что за три года граф не успел обратить все свои идеи в письменный текст — дело-то в общем-то не хитрое, — а вот отточить формулировки, дабы избежать двойного толкования, так выразить свои мысли, чтобы потом у верующих сформировалась именно нужная тебе картина мира, а не что попало — это да, это не легко. Да и страшно, на самом деле, а вдруг что-то пойдет не так, последователи извратят первоначальный посыл своего божества, жертвы начнут — не дай, хе-хе, Бог — приносить, как это отобразится на самом попаданце. Останется ли он тем же человеком, собой фактически, или мутирует во что-то другое, утратив собственное «я». Вопросов было больше, чем ответов.

— Откуда у вас моя статуя? Ее тоже неизвестный проповедник приволок на горбу?

— Не знаю, Владыко. Когда меня привели в храм, статуя уже здесь была.

Допрос культистов продлился еще добрых полчаса, за которые Александр выяснил подробности существования религиозной ячейки в пограничном городе Синтосе. Если не углубляться в подробности, то новость о появлении в Баронствах нового божества — активного, что важно — дошла до этих мест в изрядно искаженном виде. Хотя, казалось бы, каких-то шесть сотен километров по прямой, а постулаты нового культа оказались полностью перевраны и вывернуты наизнанку. Настолько радикально, что закрадывались даже мысли о намеренном желании сделать «как хуже». И это опять же возвращало Серова к мысли о необходимости скорейшего выпуска своей «библии», без нее ереси начнут плодиться с умопомрачительной скоростью, не будешь успевать их выжигать.

— «Забавно. Вот уж воистину, точка зрения определяется точкой сидения. Ну или по-научному — бытие определяет сознание. В прошлой жизни мне все эти средневековые „веселые“ способы борьбы с ересью казались полнейшей дикостью. Какая разница, кто как верит, и как трактует ту или иную строчку из Писания. А ты ж гляди, как жизнь развернулась», — размышлял Серов, рассматривая более детально помещение, в котором он неожиданно для себя оказался. Вся пятерка незадачливых культистов, выбравших не того бога для жертвоприношения к этому моменту уже закончила земное существование, повторять кровавый салют устроенный из первого, попытавшегося убежать мужчины Александр не стал, а просто пожелал, чтобы культисты перестали существовать. Реальность неожиданно легко поддалась, и оставшаяся четвёрка тут же истаяла, без следа растворившись в окружающем пространстве. Как будто никогда их тут и не было.

Немного осмотревшись, Серов понял, что первое впечатление было ошибочным. При детальном рассмотрении оказалось, что к древним религиозным постройкам это место совершенно точно не относится. Каменные стены выглядели совершенно убого, а темнеющий потолок над головой оказался перекрыт чуть ли не дранкой.

Под храм, как понял граф, приспособили какое-то небольшое отдельно стоящее помещение без окон. Что-то типа сарая. Попытка осознать, что находится за пределами постройки с помощью божественной силы при этом позорным образом провалилась — дальше внешних стен он просто не смог проникнуть. Как не смог в виде каменной статуи и физически выйти за пределы «храма» — невидимая стена на месте обычной, довольно хлипкой на вид двери, держала божество более чем уверенно. Очень быстро пришло понимание, что это просто невозможно. Такие правила.

Станы оказались исписанными какими-то обрывистыми фразами, значение которых от Серова ускользало, изрисованы странными знаками и символами. Какой-то системы или вообще смысла во всех этих каракулях он не видел, а ведь за время нахождения в этом мире уже успел познакомиться, мягко говоря, не с одним культовым помещением. И храмы местные видел — ничего особого, если честно, — и в гостях у призванного демона побывал и в древней «темнице»… Короче говоря, с разным дерьмом повстречался, но вот конкретно эти письмена больше выглядели как поделки обитателей старшей группы детского сада.

Еще раз осмотревшись Александр подошел к телу лежащей на жертвенном алтаре девушки. Невысокая ростом, одетая в легкое простое домашнее платье, длинные темные волосы, собранные в косу и искажённое ужасом лицо. Серов осторожно провел каменной ладонью по щеке погибшей, закрыл глаза и заглянул вглубь себя. Если жертву принесли ему, то и душа девушки должна была быть где-то в доступности.

— Пиона! Иди сюда, — и тут же ощутил присутствие девушки. Это не была полноценная личность, что такое «душа» молодому божеству еще предстояло разобраться… Скорее некий интеллектуальный и эмоциональный слепок погибшего человека.

Душа девушки выглядела… Пустой. Вообще-то Серов банально не знал, как должна выглядеть «информационная» начинка человеческой тушки, но сомневался, что именно так. Впрочем, сравнивать ему было не с чем в любом случае.

С той стороны пришел отклик, который сам граф истолковал как вопрос о дальнейшей судьбе.

— И что мне с тобой делать? — Задумчиво протянул Александр, пытаясь понять, как ему поступить в такой ситуации. — Не чувствую в тебе ничего хорошего и ничего плохого. Ты не заслужила хорошего посмертия, не заслужила и плохого. Иди на следующий круг, может быть там ты сможешь проявить себя более ярко.

Ощущение присутствия рядом чужой души тут же исчезло, а в сгусток силы в груди молодого божества как будто стал немного меньше. Что это было, и как оно связано, ему еще только предстояло разобраться.

— Ну а тут нужно прибраться, — разобравшись с наиболее насущными делами Александр перешел к остальному. В качестве остального имелся «недохрам» посвященный ему как богу и при этом «запачканный» жертвоприношением. Подобной репутации Серову было совсем не нужно, поэтому он просто пожелал и стены очистились, алтарь рассыпался щебнем мелкой фракции, кровь с пола и стен испарилась, а труп девушки вспыхнул огнем и в мгновение осел прахом. Теперь даже самый дотошный дознаватель не смог бы догадаться о произошедшей тут буквально только-что трагедии.

А самое главное — все эти манипуляции дались Александру неожиданно просто. Все предыдущие его попытки влиять на реальность вокруг напрямую без посредников, в виде получающих часть божественной силы церковников, заканчивались недомоганиями, головной болью и состоянием похожим на похмелье. А тут вообще практически никакого отката. Это еще тоже предстояло хорошенько осмыслить. К сожалению, руководства «Становление божеством для чайников» ни в одной из доступных библиотек обнаружить не удалось, поэтому буквально любой нюанс требовал практических экспериментов и собственного опыта. Иногда крайне негативного, но тут уж ничего не поделаешь.

Серов потянулся к своему телу и «прыгнул» обратно в городскую ратушу Коркоста, где для графа выделили гостевые покои.

— Так, я вернулся, что пропустил? — Граф открыл глаза и обнаружил себя в том же кресле, что и был час назад, когда его выдернула «в астрал» энергия жертвоприношения. Правда из ближников рядом — ну как рядом, на диване в углу кабинета — обнаружился только Ариен, сидящий в стороне с бокалом чего-то явно алкогольного и книгой. Непосредственно же возле его тушки сидел Жерард и с очень обеспокоенным видом пытался что-то рассмотреть в ауре своего сеньора.

— О! — Огневик демонстративно лениво повернул голову и отсалютовал другу бокалом. Огневик с годами — ему не так давно исполнилось тридцать три, что, впрочем, внешне на мужчине не сильно отразилось — стал большим поклонником бытового комфорта. Не то чтобы теперь Ариен был не способен подняться с дивана и рвануть в поход, спать на земле и «стойко переносить все тягости и лишения», однако в перерывах между приключениями предпочитал вкусно есть, не мнее вкусно пить, мягко спать и мягко «не спать» с одной, а лучше даже не с одной девушкой. — Я же говорил, что наш граф скоро вернется, не нужно о нем беспокоиться. Его и раньше-то убить было не просто, а уж теперь… Где был, что видел? С кем воевал на этот раз?

— Какие-то придурки, — Серов кивнул Жерарду, встал, сделал пару наклонов и махов руками-ногами разгоняя кровь. — Решили принести мне человеческую жертву.

— Хм… — Из голоса огневика мгновенно улетучилась вся безмятежность, — не буду даже спрашивать, что ты с ними сделал, это и так понятно. Но откуда вообще взялась идея приносить тебе жертвы?

— Хотел бы я знать, — задумчиво протянул Серов, после чего схватил стоящий тут же столе колокольчик, тряхнул его и приказал заглянувшему на звон в кабинет служке. — Найди Никару. Срочно. С миссионерской работой нужно что-то делать, причем радикально.

Последнее он сказал, вновь повернувшись к магу. Ариен на такое заявление только пожал плечами, сушить себе голову еще и церковными проблемами он совершенно точно не собирался, и так в тридцать лет совершенно неожиданно для себя стал лидером очень большого по стандартным меркам сообщества магов, хватает и своих забот.

Глава 4−1

— Я эту жилу давно нашел, ваше сиятельство, — в голосе мага чувствовалось неприкрытое самодовольство. — Очень богатая, я даже с поверхности чувствую там внизу целые сформировавшиеся самородки. И не так чтобы очень глубоко, бери, копай никаких проблем.

— Разве что, само место… Далековато от города, — задумчиво протянул Александр рассматривая окружающие небольшой распадок, по дну которого протекал ручей, холмы. — Игорь, пожалуйста, не отходи далеко, мы не дома, тут солдаты каждый куст не осматривали, никто не знает, что там может быть. Веди себя соответствующе.

— Да, папа, — тут же откликнулся мальчик, но пытаться куда-то увильнуть в сторону от основного маршрута не перестал. Как же — там неизведанные территории, это же самое интересное.

В отличие от правого — ровного как стол и покрытого бесконечной степью, по которой тысячелетиями и бродили племена орков — берега Кель, левый был гораздо более рельефный. На севере вообще из земли поднимался горный хребет, в тут в Баронствах в междуречье Кель и впадающей в нее Лайи имелась цепочка не слишком высоких холмов. Именно здесь Коркостцы и добывали железо. А еще по слухам раньше тут добывали серебро и свинец. А еще цинк и даже золото, но вроде как желтый металл выбрали весь еще во времена империи. А вот железо, видимо, было в те времена не столь востребовано. Ну или просто имелись более удобные места для добычи.

— А почему раньше свою находку не раскрыли? — Переступая через приличных размеров валун, лежащий прямо тропе, поинтересовался Серов. Идущий за ним ан-Дитрих только шевельнул пальцами и кусок породы сам перетек в сторону. Выглядело эффектно. — Железо — это деньги, или вам золото не нужно?

— Не было смысла, — пожал плечами маг. — Наши дорогие советники со своими приближенными и имеющееся-то под рукой месторождение не пытались разрабатывать на полную, сюда бы не полезли совершенно точно. Ну выдали бы мне «премию» в полсотни золотых, сказали бы «спасибо»… И на этом, пожалуй, все. А теперь я заработаю гораздо больше.

— Ну да, — вздохнул граф, еще раз оглядываясь. Сказать, что место было «диким» — изрядно ему польстить. Ближайшая деревенька располагалась примерно в десяти километрах к западу, в том месте, где холмы сливались с равниной, и вот этот заключительный отрезок пути приходилось пробираться буквально козьими тропами. Ну или не козьими, граф был не силен в классификации местной живности, но несколько раз какие-то копытные с длинными причудливо загнутыми рогами на пределе видимости показывались. — Придется крепостицу тут ставить, рабочий поселок организовывать, дорогу как-то торить.

— Если вы, ваше сиятельство, всерьез собираетесь утверждать вашу власть не только над кусочком Вольных Баронств, но и дальше, — аккуратно произнес землевик, как бы подчёркнуто не проявляя скепсиса насчет быстрого возвышения попаднца. Ну действительно, мало ли было в истории вот таких стран-однодневок, которые быстро появившись, быстро и исчезали с политической карты мира? Сотни примеров можно привести как родном мире Серова, так и в этом. — То вложения отобьются, я вам гарантирую. Это очень богатые места, во времена империи именно данная провинция была главным промышленным центром государства. Если полазить по этим холмам, можно найти старые выработки и отвалы. Здесь меньше, а вот у впадения Лайи в Кель — там холмы дырявые как хороший сыр.

— И что, еще что-то осталось и нам, даже после империи? — С сомнением в голосе переспросил граф. Попаданец в отличии от местных прекрасно понимал, что такое «большое государство», и как оно может выгребать ресурсы. Это тебе не баронство и даже не отдельный город на десять тысяч человек, совсем иные масштабы.

— Много что, — пожал плечами ан-Дитрих. Землевик в отличии от пыхтящих впереди и сзади мушкетеров на «полевом выезде» чувствовал себя отлично. А ведь сначала Серову показалось, что это совершенно кабинетный маг, к полевой работе не приспособленный. Ошибся. Ну и Ромул со своим спецназом где-то по кустам шуршал, изображая боковое охранение и дальнюю разведку. Перевертышу полазить по горам было только в удовольствие. — Тут регулярно потряхивает землю, случаются осыпи, новые жилы обнажаются, всякое не поверхность вылазит, бывает. А еще под нами тут в холмах много пещер. Там кое-где и камни можно добывать, но это уже совсем собачья работа. Темно, холодно, сыро, скользко. А еще и летучие мыши роятся буквально миллионами и слой дерьма от них на полу… В некоторых местах буквально в человеческий рост. Нет, даже мне, магу, имеющему сродство со стихией земли, лезть туда совершенно не хочется.

— А что там за летучие мыши? — Неожиданно зацепила Александра фраза, он даже не сразу понял к чему его подсознание отправило сигнал.

— Да здоровенные твари, — ан-Дитрих явственно передернул плечами. — Не скажу, что так во всех пещерах, но… В общем, там не просо дырка в земле, там энергетическая линия поднимается к поверхности из-под земли, потому-то и камни формируются чаще, чем в среднем… Полез я туда, лет эдак десять назад это было… Не сильно даже готовился, я ж маг земли, мне под поверхностью сами боги велели чувствовать себя как дома… А там… Не знаю уж что жрут в темноте подземелий эти твари, но срут они просто демонову кучу. Ну и видимо энергетическая жила на них тоже повлияла, потому что таких здоровых летучих мышей я не видел ни до, ни после. Так, стоп! Здесь.

Не обращая внимания на задумчивого графа, ан-Дитрих принялся раздавать указания своим ученикам. У него и до недавних событий был один ученик-помощник, ну а после присоединения к команде попаданца Ариен ему еще четверых потенциальных землевиков выдал. Тех одаренных, у которых внутренняя энергетика лучше всего отзывалась именно на данную стихию.

Молодые — по началу обучения, а не по возрасту, одному мужику в группе ан-Дитрих было уже явно прилично за сорок — маги тут же принялись суетиться и расчищать место для какого-то ритуала. Учитывая, что находились они в заваленном мелкими булыжниками русле сбегающего с холмов ручья, сделать это было не так-то просто.

— А выходов угля каменного тут нигде нет поблизости? — Глядя на то, как суетятся ученики, поинтересовался у землевика Александр. Голые, заросшие кустарником холмы совершенно точно не располагали к тому, чтобы устраивать производство прямо на месте добычи руды. Даже для переплавки в слитки, просто чтобы транспортировать железо было проще и пустую породу не возить туда-сюда, нужно много дерева. ОЧЕНЬ много хорошего дерева, которое после передела в древесный уголь пойдет на топливо для печей. И вот этого дерева вокруг как раз и не наблюдалось.

Нет, была у Александра «запасная» идея с перекрытием ручья, постройкой плотины и использованием силы воды для работы своеобразного обогатительного комбината. Это когда большой молот хреначит руду и крошит ее на мелкие части, отделяя собственно будущее железо от пустой породы. Тоже полезная штука, но… Но, если бы тут нашелся уголь, весь процесс облегчился бы неимоверно.

— Уголь? — Задумчиво переспросил землевик.

— Ну да, как древесный, только из-под земли добывают его. Как камень только горит жарко.

— Ах этот, — ан-Дитрих махнул рукой. — Здесь нет, но южнее по берегу Лайи его крестьяне копают из-под земли. В ямах. Не знаю, зачем, вроде зимой печки топят, но наш городской совет когда-то давно еще до меня постановил запретить топить им печи непосредственно в городе. Вроде как дым от него особо едкий и вонючий, и на этом все закончилось. Но это не точно, еще до моего приезда сюда это было. Я-то и сам о нем знаю только потому, что пару раз меня нанимали, чтобы жилы вскрыть. А так он вроде бы никому не нужен особо.

— О как! — Хмыкнул Серов. Он как-то никогда не задумывался насчет угля. Во-первых, леса вокруг навалом, во-вторых, металлургия графства упиралась не в топливо, а в руду. Ну и в-третьих, этим направлением занимался Дрор, так что Серов предпочитал в него просто не лезть — ничего дельного придумать не сможешь, только пачку ругательств поймаешь от прямого как лом в таких случаях гнома. А вот теперь возникла у попаданца неожиданная мысль: а как сами бородачи у себя под горой плавят сталь? Деревья у них под землёй очевидно не растут, тащить их с поверхности — пусть даже в виде древесного угля — задолбаешься мгновенно, да и по деньгам накладно, а вот уголь… А если гномы все-таки используют «черное золото», то почему Дрор об этом не заикнулся ни разу в плане улучшения металлургического процесса уже в графстве.

Маги тем временем закончили приготовления к ритуалу и начали делать синхронно какие-то пасы руками. Ан-Дитрих при этом встал в стороне и только приподняв бровь молча наблюдал за учениками. На немой вопрос графа он пояснил.

— Вы же сами, ваше сиятельство, настаивали на максимально интенсивной учебе. Ну вот — пускай развлекаются, ритуал простейший, базовый в нашей работе. Тем более, что задачи сейчас поднять всю жилу для разработки и нет, там совсем другие силы привлекать нужно. Сейчас пару железных булыжников поднимем, полюбуемся на них и, считай, дело сделано.

И действительно, секунд через тридцать на поверхность раздвинув почву и слой насыпанной сверху гальки вылезло нечто. Ржавого цвета и размером с приличную кастрюлю.

— Все молодцы, Ризара, ты едва не упустила правый нижний поток, я тебя подстраховал, — совершенно не поднимая голоса и не проявляя каких-то эмоций, принялся «раздавать слонов» землевик. — Следующий раз осторожнее, мало того, что ритуал запорешь, так еще и кисть оторвет к демонам.

— Это руда? — Дождавшись окончания воспитательного момента, поинтересовался Серов. Вокруг булыжника уже во всю крутился Игорь, пытаясь расковырять добычу своим ножом.

— Именно она, — землевик подошел к валуну, положил сверху ладонь, прикрыл глаза и прошептал какое-то заклинание. Железо у него под рукой прям на глазах поплыло, меняя форму и всего через несколько секунд примерно половина «ржавого» камня переплавилось в достаточно ровный железный слиток. — И причем отличного, скажу вам, ваше сиятельство, качества. Считай целый кусок из одного железа и состоит, пятая часть где-то посторонней породы, остальное — металл. Бери и плавь.

Собственно, на этом «экспедицию» — на самом деле просто короткую прогулку, фактически, день туда, день обратно, по меркам живущего в совершенно другом темпе мира — считай на пикник выбрались — можно было и заканчивать. Однако какая-то мысль чесалась у Серова в голове, и он все же поинтересовался.

— А та пещера… Ну с камнями и летучими мышами, которая. Далеко отсюда?

— Да нет, ваше сиятельство, — маг подчеркнуто обращался к сюзерену только по титулу и со всем возможным вежеством, но почему-то Серов каждый раз слышал в его тоне какую-то как будто издевку. А с другой стороны, ан-Дитрих ему почему-то нравился. Такой вот психологический выверт. — Еще дальше по этому хм… Ущелью, если его так можно назвать. Оно там дальше изгибается и уходит на север, как бы параллельно Кель. Где-то десять этих ваших верст, кстати спасибо вам за них, очень недурно придумано стандартизировать единицы измерения с десятичным шагом. Впрочем, тут вы не первый, кто до этого додумался, другое дело, что у остальных не хватило сил навязать свое видение остальным владетелям.

— «Посмотрим, получится ли у вас», — мысленно закончил за мага Серов. Ну что скажешь, действительно для того, чтобы навязывать человечеству свою волю, нужно под рукой иметь серьезную силу, тут спорить глупо. В слух же он произнес, — как вы смотрите на то, чтобы прогуляться туда еще раз?

— Заинтересовали камни? — Землевик вопросительно приподнял бровь, — ваше сиятельство.

— Камни — да, — не стал отрицать очевидное граф. — Может еще что-то полезное найдем. Считайте это моим хорошим предчувствием. Ромул, как ситуация вокруг?

Откуда-то из кустов выпрыгнул перевёртыш, как будто только и ждал, что его сейчас позовут.

— Тихо. Несколько живых мертвецов, неизвестно как сюда залезших упокоили, а больше вроде бы никого вокруг и нет, — перевертыш как-то совсем по-звериному потянул носом воздух и добавил, — зверье кое-какое, но думаю вам это не интересно.

— Ну что же, нет повода ему не довериться, — резюмировал землевик, имея ввиду хорошее предчувствие графа.

Десять километров по узкой каменной осыпи — это прилично. Если Серову подобные нагрузки были на один зуб, «спецназ» тоже держал марку, а маги попросту читерили — уплотняли поверхность под ногами, чтобы она не съезжала из-под сапога — то вот мушкетёрам, составляющим основную в плане численности часть отряда, было совсем тяжело. Поэтому приходилось делать регулярные остановки, и к пещере отряд добрался только к вечеру, когда солнце уже спряталось за ближайшим холмом и на распадок опустились сумерки.

Естественно, никто в темноте лезть в пещеру не стал, организовали лагерь разожгли костры, поужинали носимым с собой сухпайком и отправились на боковую.

Ночь прошла без приключений, и с самого утра граф с небольшой группой выдвинулся непосредственно ко входу в пещеру. На классическое «компьютерное» подземелье она — ну во всяком случае вход в нее — была совсем не похожа. Ни тебе арки или ворот каких или еще какого-то «облагороженного» прохода. Здоровенная вертикальная щель в три-четыре человеческих роста, раскалывающая единый каменный массив и при этом на половину засыпанная осыпавшимися камнями.

— Папа, ты всерьез хочешь туда лезть? — С сомнением протянул наследник, глядя на всю эту, выглядящую весьма неустойчиво конструкцию. — Мне кажется, это не самая хорошая идея.

— А вот мы сейчас нашего главного специалиста по камням попросим, и он нам путь и освободит, освободите же? — Серов спросил, повернувшись к магу, тот только молча кивнул, прошептал пару заклинаний и махнул рукой.

Очевидно, без помощи землевика расчистить проход было-бы, мягко говоря, той еще работой. Ну а лезть по осыпи поверху… Лучше не надо.

Здоровенные булыжники, повинуясь воле мага зашевелились и принялись один за другим откатываться в сторону. Выглядело это конечно феерично и немного пугающе, однако судя по сосредоточенному лицу ан-Дитриха, он весь процесс полностью контролировал.

— Ну что ж давайте заглянем внутрь, — когда проход был расчищен, предложил Серов. — Мне даже интересно, что там за летучие мыши такие. Ведите господин маг, вы же тут один раз уже были, наверное, помните дорогу. Игорь остаешься снаружи, Ромул присмотри.

Перевертыш хотел было начать протестовать против того, чтобы граф лез в неизвестное место без прикрытия, но Александр отклонил все возражения. Вряд ли подосланные тати-убийцы могли ждать его целенаправленно в этом месте, а с остальными неприятностями типа тех же летучих мышей он и сам справится.

Глава 4−2

Ан-Дитрих взял с собой пару учеников из тех, что дальше продвинулись в деле получения знаний, и первым двинул в разлом. Кажется, его путешествие под землю не напрягало совершенно, более того он прямо здесь же начал читать подопечным весьма, как показалось Александру, нудную лекцию о сродстве мага земли с камнем. Основным посылом была мысль о том, что если маг земли чувствует себя неуютно под землей, то вероятно у него есть серьезные проблемы со стихийным сродством, и дальше ученика ему никогда не подняться. Что мол хороший землевик может вообще жить в таких пещерах и вообще не нуждаться ни в чем сверх того. Сам ан-Дитрих, что характерно, особого желания переехать сюда на ПМЖ совсем не проявлял, то ли был недостаточно хорош, то ли все эти рассказы были «для бедных».

Внутри с самого входа пещера выглядела… Странно. Серов в прошлой жизни имел кое-какой опыт, лазил в пещерах в Крыму, в других местах, и там они выглядели куда более «дикими».

— Скорее всего, тут еще при империи что-то ковыряли уже, — подтвердил его мысль маг, когда они продвинулись по «главному ходу» метров на пятьдесят вглубь и немного вниз. — Там дальше большой зал, где как раз летучие мыши кучкуются, направо и налево есть ответвления и, кажется, весьма глубокие, но я думаю, что сейчас туда мы не полезем.

В последнем вопросе мага послышалась плохо скрываемая просьба. Очевидно, ползать по всяким шкуродерам ан-Дитриху не хотелось совершенно.

— Посмотрим на большой зал и вернемся, — пожал плечами Александр, — встревать в неприятности я сегодня не собираюсь.

Маг только дернул щекой и ничего не ответил. Лишь по слегка мерцающему светляку — простейшее заклинание, которое конечно же было доступно не только огневикам, но и вообще всем одаренным — можно было догадаться, что ан-Дитрих нервничает.

— Красиво. — Появление в «большом зале» людей и источника света вызвало ожидаемый переполох летучих тварей, гнездящихся где-то там выше под потолком пещеры. Большое пространство имело приличный уклон вниз, и его дальняя-нижняя стена оставалась скрыта в темноте. Тем не менее торчащие тут и там сталагмиты отражали своими влажными боками свет светляка и все это вместе создавало просто непередаваемое ощущение.

— Я чувствую, — подал голос один из учеников мага.

— Что ты чувствуешь, Вангор? — Не поворачивая головы спросил ан-Дитрих.

— Силу. Она как будто меня «обнимает»? — Тридцатилетний мужчина, бывший дружинник одного из баронов графства Урвит, у которого обнаружили дар и перевели по магической линии, был явно удивлен новым ощущениям.

— Так и должно быть… Фу, кыш тварь летучая, — последнее было сказано не ученику конечно, а одной из летучих мышей, которая то ли от любопытства то ли от отсутствия мозгов решила спикировать на голову землевика. Тот только шевельнул пальцем и крылатую с лёгким хлопком бросило на землю. Размеры летучей мыши действительно поражали — размах крыльев ну никак не меньше метра, да ещё и когти вполне приличные… Явно не фрукты и не сверчков они тут жрали, на сверчках так не откормишься.

— Чем это вы ее? — Александр, привыкший иметь дело с огненными магами, арсенал землевиков знал плохо.

— Шило. Простейшее заклинание стихии земли — из пыли и прочей гадости, что в воздухе летает, формируется тонкая спица и летит в противника. Большую тварь такой безделицей только щекотать, а вот разной мелочи — в самый раз.

— Забавно, — хмыкнул попаданец, разнообразие различных форм магических воздействий каждый раз приводило его в недоумение. Неужели нельзя было за столько времени придумать какую-то универсальную формулу, которая была бы наиболее эффективна? Но нет каждый норовит какую-нибудь свою гадость использовать. Вслух он, впрочем, ничего не сказал, молча присел на корточки, достал из-за пояса нож и ковырнул дно пещеры. То, что казалось на первый взгляд обычным камнем оказалось некой более мягкой субстанцией… Впрочем додумать мысль Серов не успел.

— Назад! — И сам отступая в сторону выхода неожиданно скомандовал ан-Дитрих. — Быстро! Быстро, если жить хотите!

— Что не так? — Тут же поднялся в вертикально положение Серов и запустил «ощущение пространства» вокруг себя. В автоматическом режиме оно у молодого бога не работало и требовало полного сосредоточения. А еще после ее использования у Александра неприятно болела голова, поэтому просто так изображать из себя «радар» Серов чаще всего не желал. — Ох ты ж срань какая! А ну все назад! Валим отсюда!

Точной картины — переполненная магической энергией пещера изрядно сбивала «чёткость обзора» — молодой бог увидеть не смог, но вот то, что к ним на всех парах откуда-то из глубины спешит какая-то недобрая кракозябра — уловил совершенно отчетливо.

— Говорил я — пещера поганая, — кажется впервые землевик проявил яркую эмоцию пока они бежали обратно по главному стволу пещеры.

— Можешь остановить эту хрень?

— Без гарантий, — ан Дитрих резко затормозил, развернулся и принялся формировать какое-то заклинание. Буквально через несколько секунд из стен, пола и потолка тоннеля, по которому они бежали, начали вырастать своеобразные каменные штыри, направленные в центр прохода. Минута-две и выход из пещеры окажется полностью заблокированным, такую монолитную стену только динамитом подрывать. Но нет, не успели эти ветки соединиться вместе и набрать крепость как показался напугавший людей «ужас глубин».

— Ах ты ж тварюка! — Здоровенное нечто даже незаметило потуг мага, походя снеся преграду и рванув за ускользающей добычей дальше наружу из пещеры. — Валим!

Серов уже на бегу дернулся было к пистолету, но тормознул руку на полпути, такую дуру пистолетными пулями разве что пощекотать можно.

Когда Александр выскочил наружу, там уже во всю происходило человеческое бурление. Молодые маги, кажется, принялись готовить какой-то ритуал, спецназ рассыпался по склону отдельными бойцами, а Ромула и Игоря видно не было, отчего с души Серова буквально свалился камень. За себя он в любом случае постоять сможет, а вот еще сына одновременно прикрывать — это уже сложнее. А чуть в стороне по склону в сторону входа в пещеру уже торопились мушкетеры. Сомнительно, что их пукалки всерьёз тут что-то смогут сделать, но сами солдаты об этом конечно же не знали и как положено спешили на помощь начальству.

И вот с грохотом эта тварь вылетела на свет Божий. В разные стороны полетели камни, да и само существо явно не было готово к тому, что ствол пещеры заканчивается на этой стороне резким спуском вниз, поэтому не удержало равновесие и буквально кубарем покатилось под откос, собирая за собой небольшую лавину из камней.

Туда же прямо в кучу прилетел сначала подарок от учеников мага в виде здоровенного булыжника, поднятого силой магии и брошенного в неожиданного противника. Впрочем, учитывая ситуацию, выбор оружия оказался явно не очень удачным, каменюка скользнула по куче щебня, где-то внутри которой и был монстр и отлетела в сторону. Еще большей неудачей обернулась атака самого ан-Дитриха — по мановению его руки откуда-то снизу из земли наверх начали прорастать острые каменные жала, видимо родственники тех, которыми землевик хотел закрыть твари путь из пещеры. Против небронированной цели такая атака была бы просто смертельной, будь это условный слон, насадили бы его на булавку как ту бабочку и вся недолгая. Тут же толстая шкура твари данную угрозу полностью нивелировала.

— «Такого я еще не видел», — лихорадочно соображал Серов, краем сознания отмечая происходящее вокруг. Вот подоспели первые мушкетеры, встали в линию и как на учениях дали слитный залп. Большая часть свинцовых приветов опять же не нанесли этой гадости никакого вреда, хотя, судя по тому, что она принялась не слишком ловко разворачиваться в сторону мушкетеров, обстрел ей все же не сильно понравился. — «Похожа на многоножку переростка. Хотя ног всего шесть. Нет восемь, вон еще две торчат. И вот эти серповидные когти я уже совершенно точно раньше видел. Но не такого здорового, сколько ж в ней весу? Размером с камаз, скотина!»

При детальном рассмотрении — тварь скатилась по склону и получив удары сразу с нескольких сторон замешкалась, что и позволило ее оценить во всех подробностях — тварь оказалась совершенно точно родственником тех, монстров, которых во множестве крошили во время серой чумы. Вот только размер… Как она так отожраться смогла, и почему ее за прошедшие три года никто не встречал — вопрос, как говорится, со звездочкой.

Тварюка меж тем определила для себя именно землевика, как самого потенциально опасного, и тут же рванула к нему. Ну как рванула, все же такую массу по не слишком устойчивой поверхности быстро тягать не получится, впрочем, на то у монстра были аж целых восемь опорных лап… И две явно боевые «клешни» спереди в довесок.

— «Семь», — поправился Александр, одна конечность оказалась сломана и нефункциональна. То ли при падении со склона холма сломалась, либо какой-то из ударов, суетящихся вокруг людишек все же возымел результат.

Под передней лапой твари с грохотом взорвался один из камней, разлетевшись в стороны каменной шрапнелью, восьмилапое порождение магической заразы на такой спецэффект, однако, особого внимания не обратило и, кажется, даже не замедлилось. Наоборот, взрыв как будто придал ему скорости и еще через секунду тварь на всем ходу протаранила ан-Дитриха, который в последний момент замешкался и не успел ничего сделать. От удара тело мага отбросило в дальше в низ по склону на целых двадцать метров, он несколько раз перекувыркнулся и остановился только оказавшись на самом берегу ручья на дне распадка.

Тут уж Серов понял, что дело совсем запахло жаренным. Он-то рассчитывал на мага, как на свою основную ударную силу, считая, что тот теоретически и сам способен справиться с монстром. Тварь была большой, бронированной, но тупой, да еще и масса ее делала скорее менее опасной. Во всяком случае обычно монстры на «быстрой» стадии своей эволюции приносили гораздо больше вреда.

Вот только под рукой не было артиллерийского взвода, который одним залпом разобрал бы тварь на куски, а меньшие калибры — рядом мушкетеры дали еще один залп, Александр со всем своим разогнанным до предела восприятием буквально видел, как часть свинцовых пуль просто расплескиваются о спинную броню монстра не нанося вообще никакого урона, намекая, что там уже не просто кость, а что-то более серьезное — тут практически не играли.

Тут на краю периферийного зрения Серов заметил резво прыгающего по каменной осыпи Ромула. Видимо ребенка он уже успел куда-то деть и вернулся чтобы оказать помощь отряду. План сложился мгновенно.

— С разных сторон, держим его на месте, пока мушкетеры не расковыряют! — По едва уловимо изменившейся структуре движений перевертыша граф понял, что команда принята и тоже рванул в сторону монстра. Тот как раз развернулся и нацелился на группу учеников мага, которые в условиях стресса пытались сообразить что-то поубойнее. Попаданец, естественно, не знал, что именно, но сильно сомневался, что у них в итоге что-то получится, если уж мастер-маг не смог… Затопчут сейчас учеников, надо спасать.

Рывок, три десятка метров Александр преодолел буквально за полторы секунды, и пока тварь не успела опомнится с силой рубанул клинком по удачно подставившейся лапе. С одного удара перерубить не смог, но судя по тому, как монстр дернулся, такое угощение ему не понравилось. Он было начал разворачиваться, но, с другой стороны, уже подскочил Ромул, взяв, таким образом тварюку «в клещи».

Ту такое окружение несколько смутило, что дало пару лишних секунд — попытка ковырнуть мечом броню на боку позорно провалилась, а вот удар по уже коцнутой раньше лапе наконец довершил начатое.

— «Шесть!», — мелькнуло в голове Александра. Сзади в этот момент послышался крик мушкетерского офицера.

— В сторону! — Серов тут же отреагировал и отпрыгнул на несколько метров вверх по склону. — Залп!

В след за мушкетными пулями по твари прилетел еще и от магов удар в виде хорошо разогнанного каменного «копья». И вот этот удар уже продемонстрировал некий результат. Глубоко проникнуть заклинание не смогло, но несколько броневых пластин сорвало со своих креплений, обнажив уязвимые потроха под ними. Впрочем, даже в таком виде добраться до них было не просто, поскольку находилось «окно» на спине твари, на высоте двух с половиной метров.

— Ноги, рубим ноги! — Так чтобы услышал Ромул на той стороне, скомандовал Серов, однако как раз его попытка сблизиться и нанести еще какой-то урон оказалась не слишком удачной. Монстр видимо понял, что таким макаром его рано или поздно заклюют и, выбрав приоритетную цель, рванул в атаку со всей решимостью.

Александр только в последний момент успел увернуться от удара клешней — не смотря на вес, с реакцией у монстра тоже все было нормально — и рванул вверх по склону. Тут масса — и отсутствие уже трех конечностей, Ромул ведь тоже не сидел без дела — сыграли против твари, тягаться в скорости с молодым богом она просто не смогла. Серов же, разорвав дистанцию, выхватил пистолет и хладнокровно всадил весь двадцатипатронный магазин в основание правой клешни, после чего та обвисла плетью и стала явно нефункциональна. Более того монстр сам наступил на повисшую конечность и, «споткнувшись» об нее, не завалился на бок, после чего начал съезжать обратно вниз по камням.

В этот момент стало понятно, что тварь уже никуда отсюда не уйдет. Слишком для нее неудачным оказалось поле битвы, будь тут ровная твердая площадка, дающая возможность набрать скорость по прямой, результаты сражения могли бы оказаться совсем другие. Ну и в темноте и узости подземелий атаковать такую гадость, без возможности обойти ее с фланга, выглядело совсем сомнительной задачей. Так что, можно сказать, повезло.

Пока тварь сползала вниз подсуетился Ромул, подрубив ей удачно откляченную в сторону лапу и доведя количество опорных конечностей до четырех. Тут же по монстру прилетело еще пара заклинаний, без большого эффекта правда в этот раз, ну а точку в сражении поставила в итоге все равно магия.

Тварь поднялась было на лапы — с видимым трудом, четырех ей было явно мало — и тут же провалилась в раскрывшуюся прямо под ней яму. Провалилась на добрых три метра, после чего стенки «окопа» тут же обратно сомкнулись, полностью обездвижив монстра и оставив «на поверхности» только кусок спины. Как раз в том месте, где уже были сорваны бронепластины. На то, чтобы добить застывшую в «интересной» позиции тварь понадобилась теперь всего какая-то минута. Несколько ударов клинком и мушкетный залп в упор, превративший внутренности твари в фарш.

— Все живы? — Александр обвел свое возбужденное воинство отческим взором. На первый взгляд все были в порядке, не хватало только улетевшего вниз ан-Дитриха.

Не ожидая ничего хорошего, Серов бросился к ручью, но буквально сразу понял, что как минимум фатального ничего не произошло. Судя по тому, как сочно матерился маг, отбросив в сторону всю свою напускную невозмутимость и легко высокомерие, землевик был совершенно точно жив. И даже судя по способности колдовать — а последний трюк был явно его рук работа — относительно цел.

— Жив, цел?

— Полетел как орел! Ногу, кажется, сломал, — морщась от боли ответил маг. — И несколько ребер.

— Помощь нужна? Или сам справишься? — Маги были тварями живучими, при наличии энергии и времени способные оправится почти от чего угодно.

— Нужна, в позднее заклинание влил все до донышка. Я пуст и в ближайшие часы творить магию не смогу, так что уж будьте добры…

— Ну это не плохо, я вообще думал, что на данном приключении с тобой можно будет попрощаться и искать себе нового мага земли. Идти сможешь? Хотя бы до лагеря, там носилки сообразим, — Александр подхватил мага с одной стороны, подскочивший перевертыш — с другой, и они вдвоем аккуратно перевели мага в вертикальное положение.

— Каменная кожа. Базовое защитное умение школы земли, — ан-Дитрих с сомнением попробовал покачать передний зуб, судя по рассаженной в мясо губе по лицу ему тоже отлично прилетело. Ну или скорее он лицом куда-то приземлился. — Лет двадцать его не использовал.

— А чего было просто сразу эту гадость в яму не засунуть? — Поинтересовался Ромул, которому, кажется, небольшое приключение, обошедшееся к тому же без потерь, только приподняло настроение.

— Я не боевой маг, молодой человек. Я занимаюсь поиском рудных жил, специализируюсь на строительстве, развиваю науку. Не бегаю и не кидаюсь заклинаниями в людей и монстров, — едва только миновала опасность и схлынул адреналин, землевик вновь включил режим зануды, из которого выпал на короткий промежуток времени. — Я делаю то, что не может сделать любой тупой громила с оглоблей. Для того, чтобы качественно отправлять людей на встречу к богам, не нужно быть одаренным и всю жизнь учиться. Достаточно быть тупым здоровяком и ловко махать железякой. Мне даже немного оскорбительно, что я могу производить впечатление именного такого мага.

— Все-все, мы поняли, что с тобой все в порядке, — Серов передал мага мушкетерам, которые из пары своих карамультуков и плаща тут же соорудили подобие носилок и с легкостью вчетвером подхватили землевека на руки.

— Откуда такая здоровая тварь тут взялась? — Ромул, который для боя частично обернулся в звериную форму, с заметным усилием вернул себе человеческий вид.

— Источник магии. Ан-Дитрих, — Александр махнул головой в сторону мага земли, который как раз в этот момент высказывал недовольство качеством транспортировки своим носильщикам. Впрочем, делал это без огонька, скорее для поддержания образа, — говорил, что там внизу в пещере к поверхности поднимается энергетическая линия. Видимо тварь как-то забралась в пещеру, потом случился обвал, вход привалило, а зверушка три года сидела на месте отжираясь за счет дармовой силы. То, что они могут впитывать магическую энергию, это не новость.

Серов, Ромул и оставшиеся временно без присмотра наставника магические ученики, не торопясь тоже двинули вниз вслед за мушкетерами.

— Как в Корсанте?

— Как в Корсанте, — кивнул Александр.

Корсант, столица графства Орфален эпидемию серой чумы не пережил. Причём там случилась какая-то мутная ситуация, до определенного момента горожане успешно держали оборону, даже умудрялись потихоньку чистить территорию вокруг… А потом прямо внутри стен обнаружилась целая стая монстров, которые буквально вырезали жителей чуть ли не поголовно. Более того, после уничтожения источника эпидемии твари передрались между собой, а последняя из них села на местный Концентратор энергии. Типа того, что был построен в Александрове только постарше и помощнее. Место не столь жирное как природная энергетическая линия, но тоже вполне достаточная.

Короче говоря, теперь внутри стен бывшего города обитало нечто жуткое и смертельно опасное, и все попытки залезть внутрь за хабаром — а поповой находились смельчаки и не редко, все же немало там ценных вещей осталось — приводили только к смерти отчаюг. В итоге город был объявлен Александром закрытой территорией, а вокруг него пущены патрули для контроля за ситуацией. Чтобы и внутрь смертники не лезли, и, если тварь все же решится прогуляться по окрестностям, предупредить людей заранее. Можно сказать, проблему законсервировали. Тварь сидела внутри и не лезла наружу — может понимала, что на открытой местности ей кранты, а может была просто слишком тупая, чтобы преодолеть полосу каменных стен — а люди не лезли внутрь.

— То есть теорию о том, что твари могут питаться магической энергией и расти без всякого предела, можно считать доказанной. Да, ваше сиятельство? — Подала голос одна из учениц мага. Та самая Ризара, которая едва не «упустила поток» во время ритуала поднятия руды на поверхность.

— Видимо да. Вопрос только в том, есть ли какой-то предел роста. Если есть, то можно не спешить.

— А если нет, — продолжил мысль Ромул, — то имеет смысл ускориться. А то лет через десять можно получить под богом что-то совсем невообразимое.

— Да, кстати, — едущий впереди на носилках ан-Дитрих, обернулся назад. — Эта тварь имела слабые магические способности. Ничего серьезного, но я чувствовал, что мои заклинания работают не в полную силу, какая-то защита и что-то подобное. Прошу прощения, но тут я не специалист.

Землевик только пожал плечами и развел руками, тут же схватившись за простреливший болью бок.

— Ну, можно сказать, что не зря сходили, — вздохнул Ромул, хотя уж кто-кто, а перевертыш точно и от самой хорошей драки мог получать удовольствие. — Информацией разжились полезной.

— Не только, — Серов достал из кармана небольшой белесый камушек размером с куриное яйцо и бросил его своему начальнику «специальных сил». — Смотри, что я добыл.

— Что это? — Ромул покрутил камень в руках, понюхал, потом сжал в пальцах и раскрошил на мелкие кусочки. — На что-то ценное не похоже. Я, конечно, в драгоценных камнях не разбираюсь, но есть у меня сомнения…

— Гуано. Слежавшееся до состояния камня дерьмо летучих мышей.

— Фу! — Ромул, с отвращением выбросил оставшиеся у него в ладони мелкие камешки, а саму руку тут же вытер об штанину. — Зачем?

— Природная селитра. Судя по всему, ее там много, очень много.

— И что это значит?

— Это значит, что теперь проблем с порохом у нас не будет. — Задумчиво ответил граф и мысленно добавил. — «И можно будет армию переводить из семнадцатого века в девятнадцатый».

Интерлюдия 1

- Как там Норлиг? Совсем плох?

— Говорят, уже совсем не встает, всеми делами заправляет мальчишка Севастр, — покачал головой герцог.

— Не такой уж и мальчишка. Он так-то не сильно младше тебя, Алексис.

— Десять лет — это много. Мне тогда еще двадцати не было… Сам был мальчишкой, так что прекрасно представляю себя на его месте.

— Все через это проходили, — пожилой бородатый мужчина, массивный как каменная башня и ростом сильно выше среднего, только немного скривился, — научится править, никуда не денется. Ну или скинут его младшие, такое тоже может быть, впрочем, это уже не наша забота. Но как же не вовремя сейчас это.

Король Ветлана на правах самого старшего из присутствующих — и при этом своеобразного хозяина встречи — старался высказываться более аккуратно, никого не задевая. Тот же Алексис Тавар, например, из-за смерти — будущей, но тем не менее, видимо, уже неизбежной — своего соседа совсем не расстраивался. У него с королем Игела были напряженные отношения еще с тех пор, как молодой герцог только-только принял бразды правления своим небольшим государством. Тогда Норлиг Седьмой еще находясь в добром здравии задумал немного потеснить «младшего товарища» и едва не довел дело до войны. Тогда за Алексиса Тринадцатого как раз заступился монарх Ветлана, которому усиления восточного соседа тоже не было нужно.

С другой стороны, при всех очевидных противоречиях, которые регулярно возникают у самовластных правителей граничащих между собой стран, имелись у них и общие интересы. Так Игел, Ветлан, Ронделийское царство и герцогство Тавар — трое монархов из четырех как раз в этот день присутствовали на встрече — образовывали такой себе своеобразный союз для защиты от угроз с юга. Из Закрытого королевства. Во многом благодаря этой кооперации страны вообще остались существовать во время последней вспышки эпидемии серой чумы. Тот же король Ветлана, — хоть его государство и не граничило с Баронствами напрямую — с готовностью пришел коллегам на помощь и привел усиленную магами армию на территорию Ронделийского царства, что в итоге и помогло стабилизировать ситуацию сохранив потери населения в рамках «умеренных». Больно, но не смертельно.

— Как вам последние новости с севера? — Подал голос третий из присутствующих на встрече монархов. Ронделийский царь был внешне полной противоположностью своего ветланского коллеги. Среднего роста, худощавый, «звонкий», со слегка более смуглой кожей нежели имели прочие живущие в этих местах люди. Ронделийцы традиционно в своей политике больше ориентировались на юг, вот и мать нынешнего царя была родом из Равенского ханства, привнеся во внешность царской семьи заметную невооруженным глазом толику экзотики. — Не стоит ли начинать нервничать?

Троица монархов неторопливо трусила верхом по грунтовой дороге. На первый взгляд ничего серьезного — просто правители соседних стран выбрались на охоту, подведя своеобразный итог под весьма хлопотным периодом существования их стран. Загнать зверя, отвлечься от повседневных забот, провести смотр приведенных с собой отрядов, трахнуть пару великосветских шлюх, хорошенько накидаться… Стандартная в общем-то программа, внутри которой обязательно находилось время для решения наиболее важных международных вопросов. Потом, конечно, оно все будет оформлено как многочисленные дву- и многосторонние договора на разных уровнях, но принципиальные решения зачастую принимались именно тут.

— Ты про мгновенное объединение Зартака под единой короной? — Переспросил явно думающий о другом герцог и тут же получил едкий ответ.

— Нет, про повышение цен на шерсть солоранских овец. Конечно, про Зартак. В этом деле отчетливо торчат уши эльфов, и меня это нервирует.

Парой месяцев ранее Южный Зартак неожиданно для всех соседей провел молниеносную военную кампанию по «возвращению исконных земель», вторгшись на территорию северного государства, в двух сражениях разгромив не успевшее по большому счету даже собраться ополчение северян и без боя взяв их столицу. На все про все ушло меньше тридцати дней, что по любым меркам выглядело весьма солидным результатом. А при том, что в составе армии южан действовал «союзный» эльфийский корпус, да и вообще политика Южного Зартака последние годы была откровенно про-эльфийской, кое-какие государства вокруг получили повод ощутимо напрячься.

Нет, сам по себе Северный Зартак был той еще дыренью. Лежащее на далеком севере государство было обитаемо фактически только вдоль южной границы и отдельными поселениями — вдоль берега Ледяного моря. В экономическом плане существовало оно в основном за счет добычи в море рыбы, а также морского зверя, и в целом никто особо от его захвата не расстроился. На глобальные расклады повлиять это никак не могло.

Другое дело, что сегодня его захватили, а завтра меня? Такие мысли не могли не прийти в голову правителей окружающих человеческих государств, и вроде как там даже потихоньку начали сколачивать что-то типа оборонительного союза. Но это не точно.

— Тебе-то что? Пусть об этом солоранцы нервничают, если ушастые решат восстанавливать свою империю, то очевидно начнут с них, — совсем по-простецки хохотнул Лаур III и от избытка эмоций хлопнул себя здоровенной ладонью по ляшке. Король Ветлана, откровенно говоря, на управляющего здоровенной страной монарха был не слишком похож, его было проще представить где-то, например, в кузнице с молотом в руках.

Впрочем, это только при первом рассмотрении. На самом деле ветланец был весьма и весьма образованным и местами даже пресвященным правителем, не чуждым в том числе и тонкой интриге. Не мало вельмож при дворе по глупости своей обманувшись внешностью монарха, закончили в итоге свой путь на плахе. Лаур Третий власть в своей стране держал крепко и ни с кем ею делиться не собирался.

— А ну да, — кивнул Алексис XIII, — я же и забыл, у вас с ними войнушка была, за пару холмов. Лет тридцать назад, кажется.

— Двадцать восемь, — кивнул ветланец. — И эта пара холмов, как ты изволил выразится, дорогой друг, площадью была примерно в два раза больше твоего герцогства. Так что я бы не стал…

— Господа! — Вновь вклинился роделийский царь. — Может быть вернемся к делам?

— Если к делам, то пока нам с севера ничего не угрожает, — откликнулся король Ветлана. — Поверьте мне, господа, никто не позволит ушастым вылезти из их лесов, уже идут переговоры о том, чтобы выкатить им требование уйти из Зартака. Дураков нет, люди между собой могут собачиться сколько угодно, но ложится под эльфов никто не станет.

— Кроме зартакцев, это даже немного иронично…

— Они так легли, — не заметил реплики своего южного соседа Лаур III, — что во время короткой войны именно эльфийский корпус понес самые большие потери. Потому что, когда на поле боя ушастые, солдаты с обеих сторон предпочтут совместно пойти метелить именно древолюбов, а уж потом разбираться между собой. Князь Эррестор конечно… Умный и опытный, этого не отнять, но вот людей он склонен недооценивать тотально. Эта недооценка встала ему — по моим сведениям — в добрых четыре сотни погибших эльфийских лучников.

— Это очень много, — нахмурился ронделийский царь. — Таких потерь эльфы не несли уже несколько сотен лет.

— Вот и я о чем, — согласился его севреный коллега. — Поэтому предлагаю оставить проблему ушастых нашим солоранским и рондорским друзьям, а самим обсудить дела южные. Что это за новое божество там вылезло? Какого вообще демона происходит в Баронствах?

— А вот тут уже мне есть, что рассказать, — как бы нехотя протянул герцог Тавар и в нескольких словах описал историю своего короткого знакомства с вылезшим откуда-то молодым и очень шустрым бароном. Ну то есть тогда бароном, а сейчас графом, у которого по рукой земли хватило бы на небольшое королевство. С другой стороны и сам герцог не побрезговал немного подвинуть на юг свои границы, пользуясь тем, что часть баронов в приграничье недавний катаклизм не пережило. — В общем, очень интересный персонаж. И я не только про превращение его в божество, хотя это конечно затмевает все остальное, но и прочие его придумки. Как в военной сфере, так и в мирной. Даже удивительно, как один человек может столько всего изобрести, поневоле начинаешь задумываться о природе его происхождения…

— И что? Вот эти пушки и мушкеты настолько хороши? Лучше магии? — Удивленно вскинул брови Конкрейн I. Ронделийское царство традиционно имело сложные отношения с гномами Южной Гряды, которые фактически держали за горло транзитную торговлю с государствами, лежащими по берегам Узкого моря. И при примерном магическом паритете — ронделийские маги никогда не славились своей силой, а гномы традиционно были хороши в создании защитных артефактов — на «честном» поле боя коротышки раз за разом били северных соседей. Кованные гномьи «черепахи» оказывались не по зубам даже рыцарской коннице, про вооруженную кое-как пехоту и говорить нечего. Из-за специфики «театра военных действий» ронделийцы считались среди людей наиболее искусным в построении и использовании всяких военных метательных машин, начиная от легких стреломётов до тяжелых гравитационных камнеметов. Когда на плотный гномий хирд отвесно падает кусок скалы размером с лошадь, тут уж никакие щиты и никакая броня не поможет. Так что нет ничего удивительного в том, что именно ронделийский монарх больше всего заинтересовался новым оружием.

— Не знаю, — пожал плечами герцог. — Мне самому, к счастью, полюбоваться на действие этих игрушек не довелось, но несколько бойцов, которые прибились к моей дружине после всех последних событий, видели их своими глазами. И оказались под немалым впечатлением. Стрельбу из ручного оружия сравнивают с работой слабого мага-телепата. То есть чуть эффективнее крепкого лучника.

— Звучит не слишком опасно.

— Если телепат один, — покачал головой герцог. — А если их против тебя выйдет несколько тысяч?

— Нужны большие щиты. Осадные, на колесах или что-то подобное, — протянул ветланец, — а большие метатели?

— Это вообще что-то невообразимое. По словам тех, кто видел их в деле, конечно. На две-три сотни шагов сметают все подряд, без магического прикрытия просто не подойдешь… — Герцог Тавар с одной стороны готов был щедро делиться с коллегами информацией, предполагая возможные совместные действия в будущем, но при этом факт добычи пары мушкетов в, так сказать, натуральном виде упоминать все же не стал.

Собственно последние полтора года его люди активно занимались тем, что пытались скопировать устройство самого мушкета — не сложное в общем-то в своей идее, но проблемное с точки зрения технологии — и подобрать огненную смесь, на которой оружие работало. Мушкеты достались людям герцога без зарядов, поэтому приходилось разбираться буквально методом научного тыка. И пока положительного результата добиться не удалось.

— Что мы вообще обсуждаем? — Ветланец не выдержал долгих рассуждений о «всяких мелочах» и недвусмысленно предложил перейти к самой важной теме, — хороший боевой магистр разнесет и пять, и десять тысяч таких доходяг, чем бы они не было вооружены. Гениальные придумки, работающие в войнушках баронов, никогда не работали в серьёзных схватках, тут нет смысла даже рассусоливать. Вы мне скажите, что мы с его божесвенностью делать будем? Это уже серьезно в отличии от какого-то нового оружия! Я уже несколько десятков придурков повесил, которые пытались проповедовать новую веру, не хватало, чтобы еще мои подданные поклонялись какому-то графу. Это что вообще шутка что ли такая?

— Хм… Боюсь, что тут мне вас, дорогой друг, тоже нечем обрадовать, — покачал головой герцог Тавар. — К сожалению, с этим новым культом все серьезно, и граф Серов не только играет роль маленького божества, но действительно им является. Во всяком случае наличие дарованных сил у его жрецов — дело подтвержденное и не вызывающее сомнений.

— Да я это понимаю, — махнул рукой Лаур III. — Я тут паре придурков, которые вдруг уверовали, предложил принести человеческую жертву. Ну не я, мои люди, понятное дело. Думал сделать из этого представление, чтобы все увидели «подноготную», так сказать, нового культа. Ну и чтобы запретить его под общее одобрение…

— И чем все это закончилось?

— Исчезли. Придурки, жертва, алтарь оказался разрушенным, и вообще весь сделанный на быструю руку «храм» полностью потерял все свои признаки сакральности. Как мне доложили, прибывшая на место стража даже не поняла, что внутри помещения что-то происходило. Пришли осмотрелись, пожали плечами и отправились «учить» принесшего ложные вести паникера, его пришлось потом из камеры доставать и отдавать целителям.

— Вот как… — Ронделийский царь, чьи земли находились немного в стороне и который с историей графа Серов знаком не был, оказался рассказанной историей по-настоящему поражен. — Я, по правде говоря, думал, что это все байки. До нас, к счастью, представители данного культа еще не добирались… Ну или они просто не попадались на глаза… Соответствующим людям. Нужно будет…

Что будет нужно царь проговаривать не стал, и так понятно.

— И что будем делать со всем этим? Думаю, идея позволить нашим подданым поклоняться какому-то дикому графу с окраины цивилизации никому не нравится? Тут разногласий нет? — Герцог, чьи земли лежали ближе всего к границам графства Серов, не стал уточнять, что в Авенбург миссионеры последнее время стали приезжать едва ли не с каждым караваном. Дошло до того, что всерьез встал вопрос о закрытии границы с беспокойным соседом, и не произошло этого только по причине крайней выгоды южной торговли герцогства. Из-за прошедшей эпидемии столица герцогства Тавар осталась единственным крупным городом в относительной доступности торговцев графства и фактически замкнула на себе львиную долю потока целого ряда эксклюзивнейших товаров, на перепродаже которых дальше получалось неплохо пополнять казну. Отказаться от этих денег Алексис Тринадцатый был просто не способен в данный момент.

— Надавить на жрецов Семерки? Они молодому активному конкуренту не обрадуются… — Предложил очевидное решение Конкрейн I.

— Как бы на них самих не надавили, — поморщился герцог Тавар. — После того как во время эпидемии жрецы Семерки продемонстрировали свою полную беспомощность…

— Вроде бы последователи Фарины неплохо себя проявили, даже лечили кого-то от недуга, — с сомнением протянул король Ветлана, который в церковную тему был совершенно не погружён.

— Ну да, только за большие деньги, — зло хмыкнул герцог, — и только потому, что целители сбивались с ног от усталости, а цены на подобные услуги улетели за облака. А жрецы Серова лечили всех бесплатно, не деля людей на богатых и бедных.

— Опасный прецедент, — качнул головой ронделийский царь. — Подрывает основы нашего благословенного богами государственного устройства. Аристократы — правят, воины — сражаются, монахи — молятся, ремесленники — производят товары, крестьяне — пашут землю. И если их всех начать уравнивать между собой, начнется полнейший хаос, любое вторжение длинноухих покажется тогда детской забавой.

— Прекрасно, раз с первоочередными задачами определились, давайте все же еще раз подумаем, что стоит предпринять в первую очередь…

Глава 5−1

— Да уж… На крейсер «Варяг» это все не тянет совершенно… — Пробормотал Серов, осматривая доставшиеся ему «в наследство» корабли. — Оно хоть вообще способно… Плавать?

При детальном рассмотрении весь боевой флот Коркоста оказался достаточно жалким на вид. Ну то есть попаданец, конечно, понимал, что линкора типа «Советский Союз» шестьдесят тысяч тонн водоизмещением посреди небольшой в общем-то реки Лайи ждать не приходится, но такое… Ведь граф в прошлой жизни не мало поездил по Европе, видел кучу разной сохранности деревянных кораблей-музеев и ожидал чего-то более… Внушительного. Впрочем, если подумать немного глубже, то ничего удивительного в этом-то и нет. В качестве музеев ставили все же в основном корабли океанского класса, да и немного другой эпохи. Какие-нибудь барки или клиперы — суда уже фактически индустриальной эры.

— Да, ваше сиятельство, конечно! Отлично ходят и груз берут, если надо и команду абордажную при случае. Мы не раз с бандитами которые по Кель шалят цеплялись и не безуспешно, как видите. Мы здесь, а они в основном на дне реки рыб кормят. Уж поди сгнили давно, — в отличии от Серова местный главный флотоводец, вместе с кораблями оставшийся от старой власти в городе, выказывал совершенно неприкрытый энтузиазм. Во-первых, заменить его было просто некем, а значит, в отличии от прочих силовиков Коркоста он своей должности не лишится, а во-вторых, приход сюда «большого» государства как не крути означает толчок в развитии. Просто за счет большей концентрации ресурсов.

— И как вы Барьер проходите? Это же каждый раз туда и обратно, а если на север по Кель плыть, то по два раза даже? — Серов вдохнул пахнущий сырым деревом воздух и по весьма хлипким на первый взгляд мосткам взошел на борт флагмана городской флотилии. Галера с почему-то женским именем «Амина» «изнутри» впечатляла еще меньше, чем снаружи. Плоская палуба без всяких надстроек, лавки по бортам, на корме рулевое весло. Посреди палубы прямая мачта с явно «вспомогательным» для такой конструкции парусом. О том, что корабль относится к боевым намекала его относительная узость и наличие дополнительных деревянных щитов, которые в случае боестолкновения предполагалось поднимать по борту для защиты от стрел. Ни тебе пушек, ни даже катапульты какой завалящей в качестве главного калибра. Только стрелы и честная сталь. Ну и магия, конечно же, куда без нее.

— Дык приловчились ваше сиятельство, — отозвался барон Еридан. Он собственно полноценным бароном-то и не был, земли его семьи попали под власть Коркоста еще полсотни лет назад, но вот владетельная семья не покинула родные места, как это часто бывает, а прижилась при новых порядках, найдя себе «экологическую нишу». И это было, в-третьих. В плане того, что вызывало у местного флотоводца прилив энтузиазма, виделось ему, что при монархическом строе продвинуться наверх потомственному дворянину станет проще. Пока разочаровывать барона никто не торопился. — Вниз по реке совсем просто — все сходят на берег, один кормчий на весле остается, ну и просто за счет течения… Оно само выходит. А вверх сложнее — чаще всего канатом тянем судно. Медленно, но надежно практически не бывает осечек, ну в худшем случае подождать немного придется.

— А смысл вообще держать корабли здесь у Коркоста, если все равно они в основном там «работают» по ту сторону Барьера? — Серов, прислушиваясь к ощущениям прогулялся по палубе, графу буквально казалось, что «Амина» начинает крениться из стороны в сторону под его весом, что, конечно, было игрой воображения. Всего кораблик был порядка двадцати пяти метров в длину и где-то пять-пять с половиной в ширину. При достаточно скоромном трюме оставалось только гадать, где могла обитать вся команда, состоящая из добрых тридцати пяти человек. С другой стороны, в нынешних условиях большая команда была жизненно необходима — это и «движитель», и «вооружение». Ну а груз можно везти на отдельных специальных грузовых кораблях, все равно иначе как многочисленными караванами тут по реке никто не плавал. Если и были такие дураки, они уже все давно кончились.

— А как же защита города? Когда есть корабли, через реку никто не переправится, вот и во время эпидемии мы водную преграду патрулировали постоянно, считай цельный год караваны ни на север, ни на юг не водили, только до Барьера и плавали туда-сюда.

— Понятно… — Серов присел на одну из установленных по борту лавочек для гребцов, примерился. Работа на веслах, конечно, виделась, мягко говоря, тяжелой. А если еще потом нужно на абордаж идти или наоборот защищаться… Кошмар. — Ну теперь, защищать Коркост со стороны реки не от кого, так что есть предложение перевести флот за Барьер. Там у вас же есть небольшая крепостица, расширить ее гарнизон поставить покрепче, припасы, то-се. Ну чтобы логистики облегчить, что скажете?

— Эмм… Боюсь наши речники будут против, — в имперском в отличии от русского имелось специальное слово для команд кораблей, курсирующих по рекам. Их называли не моряками, а речниками. — Они в Коркосте всегда считались уважаемыми людьми и не плохо зарабатывали, так что вряд ли согласятся так просто переезжать из большого города в глушь. Тем более за Барьер.

— Ну да, ну да, — покивал Александр, явно думая о своем. — А что, пробовали пушки ставить на корабли?

— Пробовали, — отозвался тоже поднявшийся на борт Элей. Пока Серов гулял в поисках железной руды и селитры, коннетабль занимался как раз инспекцией флота. С уточнением возможностей его коренной модернизации. — На галеру можно только две пушки поставить. Вперед и назад стреляющие по оси корабля.

— На носу и на корме, — не удержался и ввернул пару «корабельных» терминов барон Еридан.

— Ну да, — кивнул Элей. — В бок стрелять не получается, слишком узкий кораблик начинает заметно раскачиваться.

— А на эти, которые более пузатые? — Серов кивнул в сторону пришвартованного рядом корабля двойного назначения. Не только боевого, но и как бы торгового одновременно.

— Туда вполне по паре пушек на борт всунуть можно. Но тогда для груза меньше места останется, — пожал плечами Элей, как бы говоря, что последнее уже не его забота.

— Ничего, у нас товар дорогой и не слишком объемный, а если что-то нужно будет более габаритное везти, всегда можно пару дополнительных суденышек с собой захватить. — Серов повернулся к барону Еридану и спросил, — кстати, давно хотел поинтересоваться, вы сами корабли строите? Или покупаете где? И можно ли что-то повнушительнее соорудить?

— Да, ваше сиятельство, вот те, как вы выразились, пузатые лодьи — это наши мастера ладят. Галеры, в том числе вот эта, на которой мы стоим — были куплены на юге, кассцев работа, они по узкому морю на таких рассекают, но и для реки они тоже более-менее сгодятся, — принялся объяснять флотоводец. — А что-то посерьезнее строить… Это сложно. Мастера нужны, которые сподобятся, не уверен, что наши возьмутся. Ну и совсем крупные корабли нам тут не подойдут, в устье Лайи есть одно место не слишком удобное, с перекатами, что-то потяжелее чем наши лодьи там просто не пройдут. Ну или разгружать их нужно будет. Или вообще по берегу волочь, никому такие мытарства не нужны, вот и пользуют, что само проходит это узкое горлышко.

— Понятно… — Протянул Серов. Идея постройки полноценного речного порта на берегу Кель вновь вильнула хвостом перед лицом попаданца. И вновь растворилась в тумане — на такие масштабные стройки у него пока просто не было ресурсов. — Элей, я хочу к началу осени иметь как минимум три боевых корабля вооруженных артиллерией. С тренированными пушкарями и командой, которая при звуках выстрелов не будет сигать за борт.

— Есть планы, твое сиятельство?

— Пока нет, но уверен, что-нибудь появится. Считай, что я так будущее предвижу. Магов отобрал?

— Ариен выделил трех учеников-водников и двух воздушников, — судя по скривившемуся лицу коннетабля о возможностях «личинок мага» он был совсем не высокого мнения. А давно ли бывший наемник любого одаренного способного метнуть простейший огнешар считал чуть ли не супероружием. Вот что с человеком понимание роста масштаба всего предприятия делает.

— Ну уж чем богаты, как говориться… — Развел руками Серов. В этот момент из-за ближайшего портового здания выскочил всадник на лошади и не останавливаюсь рванул в сторону причала, чем заставил напрячься оставшихся стоять внизу александровых охранников.

— Срочные сведения для графа! Срочные сведения, — молодой паренек выскочил буквально на ходу из седла и тяжело дыша рванул к пришвартованным кораблям. — Срочные новости…

— Что случилось? — Александр выглянул за борт, заметив, как сопровождающие его белоплащники технично приняли потенциальную угрозу. Мягко, но непреклонно, не дав пареньку-курьеру взойти на борт галеры.

— Сообщение пришло по магической почте из Берсонзона! Вокруг Корсанта замечена какая-то подозрительная магическая активность, ваше сиятельство, — курьер помахал зажатой в руке бумагой, как бы намекая, что он хотел передать сведения конфиденциально, но раз его заставили кричать на всю улицу, то это уже не его проблемы. — Один из патрулей вокруг города исчез, и есть свидетели того, что солдаты вроде как сами по своей воле направились внутрь Корсанта.

— Ну вот и дождались, — вздохнул граф. Повернулся к Элей и приказал. — Поднимай полки… Думаю два пехотных, и конную артиллерию, будет достаточно. Ну и магов тоже… Всех. А ты занимаешься флотом и не дай бог к началу осени у меня не будет готовых к бою кораблей. Понял?

Последнее было адресовано главному флотоводцу, который от такого заходя явственно побледнел, но кивнул, пробормотав, что все сделает в лучшем виде.

Глава 5−2

И опять длинная человеческая змея, состоящая из солдат, взводов, рот и полков — людей, лошадей и телег — ползла на север. Уже который раз граф за последние годы вот так двигал навстречу опасности во главе армии, иногда ему даже приходила в голову мысль: это только он такой беспокойный правитель, «везучий» на различные приключения или всем местным владетелям тоже приходится постоянно носиться туда-сюда как ужаленным, регулярно гася пожары в разных концах своих владений.

К одиннадцатому году попаданства Александра и десятому году существования на политической карте графства — сначала баронства, но это не так важно — Серов, вооруженные силы государства имели такую структуру.

Вся армия делилась на три части: полевую, территориальную и феодальную. Полевая армия состояла из пяти пехотных полков, двух кавалерийских, одного гвардейского мушкетерского и одного полка конной артиллерии. Всего около четырех тысяч человек.

Пехотный полк все так же состоял из трех рот копейщиков, роты стрелков — арбалеты потихоньку заменялись на мушкеты, хоть этот процесс шел весьма тяжело — магов, взвода конной разведки, артиллерийской батареи и обоза.

Мушкетерский полк состоял из трех рот посаженных на лошадей стрелков плюс артиллерийский дивизион из трех батарей по четыре орудия и представлял собой по-настоящему грозную силу. Серов лично тренировал своих гвардейцев, и теперь мушкетеры, вооруженные отработанным до автоматизма — сколько на это пороха ушло, попаданцу было больно даже вспоминать — навыком караколлирования, могли остановить примерно любую не магическую лобовую атаку. Ну а чтобы и с магией проблем не было, буквально каждый из них был снабжен амулетами по самому первом разряду.

Ну и последней придумкой Александра стал полк конной артиллерии, состоящий из трех дивизионов по двенадцать орудий. Немалая сила, если не акцентировать внимание на том, что пушки тут собрали самых ранних и самых легких моделей. Те, которые в остальном войске уже активно заменялись на нормального вида бронзовые орудия со сверленным каналом ствола.

Ну и два полка конницы по три роты в каждом, тут ничего особо интересного.

Первый и третий пехотные полки вместе с гвардейским мушкетерским базировались в столице. Второй пехотный и первый конный — в Берсонзоне. Четвертый пехотный ранее квартировал в Черном замке, где для солдат были специально выстроены дополнительные казармы, а после присоединения Коркоста был переведен на новое место службы в восточный город, плюс там же было объявлено о формировании шестого пехотного полка из состава местного ополчения и прочего оружного люда, который менять мечи на орала не захочет и предпочтет делать военную карьеру. Туда же в Коркост должен был переехать второй конный полк, а полк конной артиллерии переместился из столицы — где и так места было мало — в его казармы, построенные вокруг замка Терс.

К полевой армии так же относилась отдельная рота спецназа под командованием Ромула и рота церковной стражи, которая формально подчинялась Никаре — кроме «охраны» Александра, бойцы в белых плащах исполняли церемониальные функции в храмах и во время проведения всяких религиозных мероприятий — но реально ими тоже командовал перевертыш.

Территориальная армия представляла собой разбросанные по многочисленным замкам гарнизоны. Внутри графства гарнизоны были поменьше — размером с взвод, на окраинах — размером с роту, солдаты, служащие в замках активно занимались патрулированием, сбором таможенных платежей, ловлей всяких бандитов и прочей случайно забредшей на территорию графства гадости магического и не магического характера. Плюс на гарнизоны возлагалась миссия по первоначальной тренировке рекрутов, которые потом уже могли попасть — и это считалось повышением — в состав полевой армии.

Ну и третья часть вооруженных сил представляла собой феодальные контингенты баронов- вассалов графа. На описываемый момент Серов имел под рукой восемь баронов, которые «по мобилизации» обязаны были выставить на поле боя пол тысячи верховых. Граф при этом давно вынашивал реформу о замене военного налога «в копьях» на налог «в деньгах» с одновременным запретом иметь не подчиненные центру дружины, но пока до реального воплощения ее в жизнь дело не дошло. Только барон Оранж — он же Элей, коннетабль графства — объективно не имеющий возможности заниматься феодальной дружиной, но при этом имеющий во владении приличный кусок земли, выбивался из данного ряда. Главнокомандующий по здравому размышлению согласился, что выплачивать в казну графства небольшой налог, а за это получить военное прикрытие от сюзерена — которое фактически в практической плоскости все равно будет лежать на его плечах — ему удобнее.

— Стоит может ускориться? — Голос Ариена вырвал Александра из состояния контроля за пространством вокруг. — Как бы не упустить зверушку, а то, гоняться потом за ней…

— Она сидит на месте, — покачал головой граф, который уже успел осознать ситуацию вокруг бывшей столицы графства Орфален. Это стоило ему изрядного похолодания в груди и противной пульсирующей головной боли, но сейчас было явно не то время, чтобы экономить. — К нам как раз спешит курьер, чтобы сообщить об этом. Верст через пять как раз и пересечемся.

В очередной раз показало себя во всей красе несовершенство средств связи в этом мире. Происшествие с патрульными вокруг Корсанта случилось двадцать третьего числа первого летнего месяца. Два дня понадобилось курьеру чтобы преодолеть добрых сто пятьдесят километров до Берсонзона, где имелась станция магической почты, и уже оттуда сообщение практически мгновенно попало в Коркост.

Идея создания оптического телеграфа умерла не родившись. В плоском по большей части графстве для создания полноценной системы связи нужно было строить целую кучу вышек на расстоянии не больше десяти километров друг от друга. Плюс стоимость зеркал, которые только-только начали производить, а еще грамотные люди, которых на каждый «пункт связи» для круглосуточной работы нужно было не меньше пяти человек. А еще… И еще… И еще…

Короче говоря, Серов плюнул и начал думать в сторону нормального гальванического проволочного телеграфа, который в плане административной и физической организации выглядел куда более простым. Медную проволоку Дрор мог тянуть примерно в любом количестве, благо месторождение имелось под боком, поставить столбы вдоль дороги, провесить на изоляторах провода… С одной стороны простейшая батарея из книжки детских опытов, с другой — некий приемник либо визуальный, либо звуковой. Опять же проблема кадров все равно остается, но как ни крути промежуточных пунктов в проволочном телеграфе гораздо меньше, чем в оптическом — громадный выигрыш получается.

Конечно, можно было бы обойтись и вовсе только системой магической почты. Это для маленького баронства Серов один комплект оборудования, стоивший полтысячи золотых, являлся тяжелейшей тратой, для графства такие расходы виделись уже более подъемными. Сделать десяток «отделений», благо магов способных обслуживать систему в достатке, а десяток-другой километров вокруг можно и курьером покрыть при необходимости. Но опять же, останавливали проблемы со связью с внешним миром, а также определенное недоверие к чужой системе. Если ты не знаешь, как все работает, то и гарантий, что тебя не отключат в какой-то момент тоже нет. Остаться в самый тяжелый момент без связи? Нет уж спасибо, лучше телеграф с нуля проложить. Опять же, кто может гарантировать, что отправляемые по магпочте письма никто не перехватывает и не читает? Никто.

До Корсанта добрались без приключений, разве что ливень, заставший армию уже на территории бывшего графства Орфален, несколько притормозил движение армии, вынудив сделать лишнюю остановку на полдня.

— Ну и какой план, твое сиятельство? — Развернув лагерь примерно в километре от городских стен, старшина собралась в штабной палатке для обсуждения дальнейших действий.

— Я хотел бы вообще-то это от вас услышать, — Александр вопросительно приподнял бровь и обвел взглядом собравшихся. Вокруг раскладного походного стола стояло полтора десятка человек, включая представителей от армии, магов и жрецов. Последних олицетворял тут Горинис — правая рука Никары, отвечающий за условно «силовое крыло» церкви.

Бородатый мужик с совершенно крестьянским лицом на первый взгляд абсолютно не тянул на одного из лидеров религиозного движения, его скорее можно было бы представить где-то в поле с тяпкой занимающимся борьбой с сорняками. На деле же бывший купеческий приказчик оказался весьма дельным помощником и хорошим организатором. Именно он подал идею организации храмовой стражи, и именно он полностью от начала и до конца выстроил систему церковного контроля населения на низовом уровне.

— Для начала нужно понять, с чем мы имеем дело, — на правах человека, лучше всего разбирающегося во всякой магической гадости отозвался Ариен. Кивнул в сторону стоящего чуть поодаль коллеги и продолжил мысль, — мы с Вирмосом накидаем печать познания, посмотрим, что нам это даст, если это просто большая отожравшаяся тварь, не имеющая в запасе особо хитрых фокусов, то пушки с ней разберутся и без нашей помощи.

— Ага, просто так эта гадость начала приманивать к себе солдат, без фокусов, как же, — проворчал Элей. — Нужно отправить за стены разведку. Вживую посмотреть, разнюхать хорошенько.

— Нет ничего проще, — пожал плечами Александр. — У меня и амулет есть от всяких гадостных ментальных воздействий, возьму Ромула, слазим посмотрим. Пощупаем…

— Эм… — После короткой паузы Элей быстро переглянувшись с остальными присутствующими прокомментировал данное предложение. — Думаю, что выскажу общее мнение, твое сиятельство, однако нас тут всех, мягко говоря, напрягает твое желание лезть в самую задницу. Причем постоянно. Оно, может быть, я сейчас нарушаю все законы сословного чинопочитания и прочие правила приличия, однако кто-то все же должен тебе это сказать. Я надеялся, что это сделает Ариен, но молодой балбес сам любит встрять в какую-нибудь переделку, да и что с него взять три десятка лет, никакого житейского опыта, в голове ветер гуляет.

— Эй! — Попытался было возмутиться огневик, но под скептическим взглядом коннетабля быстро сник.

— Так вот, капитан, — после появления в армии графства постоянных званий, вместе со званием собственно капитана, старое обращение к Серову как-то само сошло на нет, и вот теперь Элей достал его откуда-то из закромов памяти, видимо, чтобы подчеркнуть серьезность своих слов. — Ты уже давно не командир наемнического отряда в полсотни рыл. У тебя куча подчиненных, которые могут… Которые должны выполнять за тебя всякую грязную и опасную работу. Это не нормально, когда владетель постоянно рискует головой по самому незначительному поводу. Если сегодня здесь под стенами этого поганого городишки погибнут солдаты, маги… Кто угодно, если погибну я, например, ничего не изменится, если погибнешь ты, все развалится к демонам. Поэтому от лица всех твоих поданных я прошу тебя не лезть и позволить нам делать все самостоятельно. Вон Ромул со своими парнями смотаются за стену и без тебя, особенно если ты своим амулетом поделишься, который мозги защищает.

— Ладно, ладно… — Серов поднял ладони в защитном жесте, — признаю свою ошибку, лежачего не бьют. Не буду никуда я лезть, сами справитесь. Ариен, на тебе магия, Элей, я хочу, чтобы уже завтра тут появились укрепленные позиции для артиллерии. Пусть твои ребята берут в руки лопаты и копают, ров, вал, все как положено, как будто мы ждем из города полноценного прорыва. Лишним не будет, если что зачтем как тренировку. Горинис… Есть предложения?

Совещание в итоге затянулось на добрых полтора часа. После него все графские ближники расползлись трудиться в отведенных им секторах ответственности, а сам попаданец как будто остался не у дел. Граф вышел из шатра, дошел до окраины лагеря, где уже во всю суетились бойцы, возводя укреплённый периметр и остановился, глядя на виднеющиеся вдалеке стены Корсанта. С такого расстояния разглядеть было что-то сложно, да, впрочем, Серов и не пытался даже.

— Ну и что ты тут стоишь как памятник себе, — сзади к графу подошёл Ариен. — Вон уже солнце садится, а ты людей пугаешь. Или что, обиделся на Элея за его слова, так барон Оранж прав, как не крути.

— Да знаю я, — Александр раздраженно дернул плечом. — И это бесит больше всего. Понимаешь… Я тут поймал себя на мысли, что мне… Скучно. Просто скучно.

— В каком смысле?

— В прямом. Я устал от «работы» графом. Постоянные совещания, бесконечные бумаги, тут проверь, там проконтролируй. Мотаешься туда-суда, подчиненные, уж прости за правду, тупят постоянно. Хочется на лошадь прыгнуть и рвануть куда-то… За приключениями. Просто чтобы очистить голову, вытряхнуть оттуда мысли о текущих делах. Мне кажется, что за эти три мирных года я устал больше, чем на предыдущие пять.

— Боюсь, мне тут тебе нечем помочь, — покачал головой огневик. — Сам задолбался. Ученики эти… Тупые. В огромных количествах, я только сейчас начал понимать, почему никто не занимается полноценной проверкой всего населения на наличие способностей… Просто так можно и умом двинуться, если их всех учить. У нас полмиллиона населения и две сотни магов, чуть больше. Будет двести пятьдесят, когда просеем жителей Коркоста… Это очень сложно, я уже не помню, когда занимался собственными исследованиями, уровня магистра мне так не видать просто никогда. А с другой стороны и свалить это все не на кого… Так что я тебя понимаю, уж поверь…

Глава 5−3

Ромула в это же время моральные терзания хозяина не беспокоили совершенно. Перевертыш впервые за много десятков лет отбрел душевное спокойствие и жил той жизнью, которая ему нравилась. Или вернее той жизнью, которую для него задумали когда-то маги давно почившей в бозе человеческой империи. Впрочем, Ромул такими философствованиями не заморачивался и просто получал удовольствие от происходящего. Он был частью чего-то большого, его стая вновь увеличила свою численность, обе самки за это время успели принести еще по одному щенку, доведя их общее количество до восьми особей. Конечно, таким составом, они восстановление численности популяции не осилят, хорошо бы найти еще сородичей со стороны, но и работать в этом направлении никто не мешает.

— Все на месте? — Ромул с лёгкостью взлетел по веревке на стену и, обернувшись, дождался пока его подчинённые повторят за ним миллион раз отработанное на тренировках действие. — Никто не потерялся?

— Все тут, командир, что дальше? Вниз или поверху попробуем пройти?

Местный концентратор находился в самом центре города, у стен городской цитадели. Была надежда, что раз тварь располагалась там же, то и всякие ценные вещи из жилища Орфаленов вынести так и не успели.

— По верху попробуем, так оно надежнее будет. Все готовы? — Четверо самых «сильных» подопечных Ромула только молча кивнули. Этих людей, пусть они буквально во всем проигрывали самому перевертышу, но уже сами были на голову выше остальных коллег по военному ремеслу, Ромул тренировал последние три года и достиг в данной работе заметного результата. — Вперед.

Прыжок на ближайшую крышу: черепица под ногами захрустела на выдержала. Перескочить через конёк — аккуратно опершись на кирпичную дымовую трубу, как на самый крепкий элемент всей конструкции, — оттолкнуться и так же мягко приземлиться на крышу уже соседней постройки. Да, понизу было бы быстрее и вероятно безопаснее, — в плане вероятности сверзиться с верхотуры так точно — но вот шастать по тесным улочкам «зараженного» города, где опасность может подстерегать буквально за каждым углом… Нет уж, спасибо, лучше вот так по крышам.

— Ах… Тварь! — Донеслось сзади вместе со звоном разбитой черепицы.

— Что там? Все живы? — Повернулся назад Ромул. На первый взгляд никто вроде бы из поля зрения не исчез.

— Гнилая плашка попалась, рассыпалась под ногой в труху, — пожал плечами боец, и поморщившись потер ушибленную голень. — Ничего, нормально, готов двигаться дальше…

С высоты городских крыш Корсант выглядел… Странно. Пугающе. Ромул за свою длинную жизнь видел не мало населенных пунктов, в том числе и мертвых. Но все они выглядели по-другому.

Старые мертвые города, давно покинутые своими жителями, выглядели как кладбища. Обычно уходя люди забирали с собой все ценное, оставляя за спиной только пустые каменные коробки. Это выглядело странно, но не пугающе, нет ничего такого в мертвом камне, чтобы могло напугать человека с крепкой психикой.

Видел Ромул и населенные пункты, вот только сейчас взятые на копье вражеской армией и подвергаемые тщательному разграблению. Даже участвовал в этом деле, чего греха таить. Они тоже выглядели совсем иначе — там были крики одних и смех других, звон клинков и бьющегося стекла, запах гари от пожаров, мечущиеся людишки. Кто-то спасал свое имущество, кто-то спасал имущество, только-только ставшее своим… А кто-то пытался спасти свою жизнь.

Однажды забрел перевертыш в город, разграбленный орками парой месяцев ранее. Он тоже выглядел по-другому — серокожие выгребали буквально все, до чего могли дотянуться их руки, оставляя при этом на улицах горы трупов и даже не думая о том, чтобы «убираться» за собой. Им какая разница, кочевники уйдут в степи, не боясь распространения каких-то там эпидемий. Тот город тоже выглядел… И вонял… Вонял он совсем по-другому, это уж точно.

Корсант выглядел странно. Большая часть домов выглядело целыми и не разграбленными, вплоть до того, что на окнах продолжали висеть занавески. Нет, внутри, наверное, было все не так благостно, все же три зимы без отопления не могли не наложить свой отпечаток, но внешне… На улицах не было трупов — наметанный глаз перевертыша выхватывал то тут то там отдельные валяющиеся на мостовых кости… Тут череп, там берцовая кость, а вот там дальше очевидно какой-то бедолага оставил свой позвоночник. А еще не было животных. В таких местах обычно бесконечным потоком плодятся всякие падальщики типа крыс и собак. А еще птицы с большим удовольствием заселяют покинутые людьми постройки. Тут же ничего этого не было.

Зато было какое-то тяжелое, давящее ощущение, как будто мозг внутри черепа начинают сжимать тисками.

— Все это чувствуют? — Ромул повернулся к подчиненным и по их лицам тут же понял, что да, все чувствуют то же что и он. — Держитесь?

— Кажется мне пора назад, командир, — отозвался один из бойцов. — Я последние пару минут отчетливо слышу в голове голос, который зовет меня туда вперед… Пока я держусь, но, честно говоря, приближаться к источнику этой гадости совсем не хочется. А еще амулет нагрелся заметно.

— Принял, тогда ты возвращаешься, расскажешь командованию, что ты тут уже увидел, мы пойдем дальше, — перевертыш еще раз посмотрел в глаза каждого из оставшихся «в строю» бойцов и не увидел там паники. А значит, пока можно продолжить выполнение задания.

Сам Ромул хоть и чувствовал давление, особой опасности для себя не видел. Давно забытые химерологи погибшей империи сумели привить перевертышам неплохую сопротивляемость магии, лишив их с другой стороны всяких собственных способностей в этой области. И опять же сопротивление к магии работало достаточно ограниченно — если в голову тебе пытаются залезть, сделать это будет весьма сложно, но вот против разогнанного магией булыжника никакое сопротивление естественно работать не будет.

Еще пара кварталов кажущихся с такого ракурса совершенно одинаковых домов и вот она центральная площадь и ворота расположенной на холме цитадели. Впрочем, верхний город волновал Ромула постольку-поскольку — он только отметил, мимоходом, что ворота крепости были закрыты и совсем не несли следов штурма — а вот выделяющееся пологим куполом здание пристроенное буквально к внешней стене цитадели — очень даже.

Одна из стен здания зияла здоровенным проломом, прямо посреди которого торчала голова — а может и не голова, разобрать было достаточно сложно — отожравшейся на дармовой энергии твари.

— Вот это дура… — Непроизвольно вырвалось у Ромула, остальные члены его группы выразились еще более радикально, равнодушным не осталось никого. — Как же она вообще перемещается-то…

Размером существо — даже монстром ЭТО назвать было сложно — не уступало приличного размера дому и было все покрыто перекрывающими друг друга подобно рыбьей чешуе пластинами. Было даже непонятно, с какой стороны у него голова, а с какой — задница. Впрочем, полноценной головы как потенциально уязвимого места твари лишались гораздо раньше, так что впору было говорить просто «передней части», где располагались органы чувств монстра.

— Ну посмотрели мы на это, и что делать будем?

— Попробуем потыкать чем-нибудь, посмотрим на реакцию, — быстро принял решение перевертыш, — думается мне, что убежать о нее мы всегда сможем.

Бойцы не торопясь рассредоточились по крышам и заняли места для стрельбы. С собой у них было два арбалета — компактные модели, специально сделанные для нужд «спецназа» — и пачка зачарованных магией болтов к ним. Штуки одноразовые и дорогие, но в данной ситуации экономить было просто глупо, попадание обычного куска металла тварь с ее броней просто не заметит.

— Пли, — тихо приказал перевертыш бойцу, сжимавшему ложе одного из арбалетов. Тетива тихо тренькнула, запуская снаряд в полет по пологой дуге. До здания с магическим концентратором было примерно сто пятьдесят шагов, и начиненный магией болт преодолел это расстояние где-то за секунду. Преодолел… И просто стукнулся о шкуру твари, с бессильным звяком отскочив в сторону. — Что не так? Обычный что ли болт использовал?

— Не, командир. Желтый. Огненный, два раза проверил, без ошибки.

— Ладно, — почесал затылок Ромул, отлично представляя, как ему будут сношать мозг за каждый потраченный впустую болт, пять золотых каждый — не мало для расходника. — Давай еще раз, попробуй попасть не в тварь, а в землю перед ней. На расстоянии в пять-десять шагов.

— Сделаем, — кивнул боец. Достал еще один снаряд, зарядил его резким движением — благо усиления тела позволяли «спецназу» и не такое — и прицелившись выстрелил.

На этот раз результат попадания получился более наглядным. Заряженный энергией огненной стихии болт прилично так рванул прямо на мостовой, раскидывая в разные стороны — большая часть причем полетела именно вперед, в сторону пока никак не реагировавшей на людей твари — битые куски камня.

Реакция воспоследовала мгновенно, хоть и совсем не такая, на которую рассчитывал Ромул. Перевертыш надеялся на веселое приключение с побегушками от очень злого, но медленного и неповоротливого монстра, который объективно поймать тренированного человека в описанных условиях просто не смог бы. Однако ответ вышел ассиметричный.

— Ааа, ммать! — Лежащий радом на скате крыши арбалетчик вдруг выронил свое орудие труда -арбалет при этом задорно поскакивая скатился вниз по черепице и ухнул куда-то вниз с края крыши — и принялся с руганью доставать откуда-то из-за пазухи раскалившийся мгновенно противомагический амулет. Впрочем, это мало ему помогло, едва уже явно потерявшая свои свойства цацка была отброшена в сторону, боец тут же схватился за голову и принялся буквально выть на одной ноте. А еще через несколько секунд попытался, уже явно окончательно потеряв связь с реальностью, рвануть куда-то в сторону все так же лежащей без движения твари.

Впрочем, тут уже Ромул не сплоховал. Перевертыш в последний момент успел ухватить утратившего ориентацию в пространстве подчиненного и оперативно его скрутил, зафиксировав руки и ноги так, чтобы пациент не мог навредить сам себе.

— Хватайте его и тащите из города как можно быстрее, а я эту хрень отвлеку. — Отдав приказ оперативно прискакавшим бойцам, Ромул, недолго думая схватил колчан с «заряженными» болтами и одним махом спрыгнул с крыши на брусчатку. Приземлился, перекатом погасил скорость и тут же рванул через площадь к куполообразному зданию. Уже приближаясь к твари, он почувствовал на себе чужое внимание, но ничего сильнее легкого дискомфорта на него монстр наслать не смог. — Что не берет меня твоя магия?

Здоровенная бронированная туша при приближении опасности как будто-то пошла волнами и начала «перетекать» на встречу. Сложно описать способ ее движения, однако лап там точно не было, что кстати вызвало у перевертыша определённое разочарование. Как показала практика, конечности были самой главной уязвимостью обычных тварей, при отсутствии под рукой артиллерии их так в основном и уничтожали — подрубая лапы и потом не торопясь ковыряя панцирь.

Панцирям тварей, кстати, в графстве смогли найти применение. Они были чуть легче и чуть прочнее хорошей древесины и имели легкие антимагические свойства, поэтому их стали пускать на щиты для копейщиков. Не полностью, а в виде дополнительного верхнего слоя, наклеенного на деревяную же основу. Получалось дешево и сердито, от чего-то серьезного не спасет, но какой-нибудь стандартный огнешар не сожжет бойца до состояния головешки, а только чуть-чуть поджарит, давая целителям шанс его потом спасти в спокойной обстановке. Видимо конкретно эта зверюга смогла развить свои способности гораздо сильнее и начала «гасить» магию уже более качественно.

Удар, отскок. Меч гномьей работы оставляет глубокую зазубрину на боку монстра, но, кажется, это того совсем не впечатляет. Удар, еще удар, на первый взгляд неповоротливая скотина, пытающаяся как-то отреагировать на меленького, но верткого перевертыша, вообще не может ничего сделать, и рано или поздно он пробьет дыру в шкуре и доберется до мягких потрохов.

Однако почти сразу тварь показала, что совсем не так проста. Подловив момент, когда Ромул увлечется атакой она как-то резко изогнулась и буквально бросила себя в сторону источника опасности, бортанув его своим бронированным боком. Перевертыша от удара такой массой буквально сдуло. Он пролетел добрых два десятка метров и хлопнулся спиной — только в последний момент успел немного подстраховать себя рукой, смягчив падение и не поломавшись во всех местах одновременно — о каменную мостовую.

— Ах ты ж тварь, — судя по торчащей из груди кости, левой ключице сильно поплохело. Боли перевертыш не чувствовал, это была еще одна «родовая способность» его вида, во время боя под действием адреналина болевые рецепторы просто засыпали, для сохранения трезвости мышления даже в самой паршивой ситуации. И вот эта, кажется, была именно из таких. — Так, видимо пора делать ноги.

Прикинув, что за те пару минут, что он отвлекал тварь на себя, его парни вероятно успели ускакать на достаточное расстояние, перевертыш подхватил оброненный во время падения меч и тоже направился прочь из центра мертвого города.

Тварь, отвратительно шурша своими бронепластинами, которые активно тёрлись друг о друга при движении, поползла за Ромулом. Причем начала делать это весьма шустро. Ну как шустро, со скоростью не быстро идущего человека, но даже такой резвости от безногого монстра размером с дом сложно ожидать.

Перевертыш даже остановился и с удивлением осмотрел полностью вылезшую на белый свет тварь. Больше всего она напоминала здоровенную личинку, примерно одинаково выглядящую со всех сторон. И только небольшие, явно редуцированные клешни спереди — в покое их видно не было, они явно как-то прятались в тело — давали понять, где у этого создания «лицо».

К воротам города Ромул добрался, когда солнце уже начало садиться на западе. Путешествие получилось долгим, потому что перевертыш двигался наружу практически со скоростью преследующей его твари. Монстр не отставал и уверенно «шуршал» вслед за противной добычей, на которую ее магические способности почему-то не желали действовать. Ну а сам командир спецназа видел в этом возможность — вытащить тварь из города и подставить ее под развернутую у стен артиллерию. Что делают разогнанные до невероятных скоростей чугунные шары с подобными вот мешками из мяса и костей, Ромул уже видел не раз, и в данном противостоянии ставил отнюдь не на монстра.

Начал отпускать адреналин, стала проступать боль в поломанной ключице, благо по требованию графа у каждого бойца — включая спецназ — был с собой чистый бинт, которым Ромул сам себя как-то сумел перетянуть. В любом случае до конца дня смерть от потери крови ему не грозила, а дальше его целители обиходуют и поставят на ноги. Опыт есть, были в его жизни ранения и серьёзнее.

— Эй там, наверху, — предполагая, что уж городские ворота солдаты занять-то точно должны были, крикнул перевертыш задрав вверх голову. Лезть наверх по стене без веревок, которые остались у отправленных назад ранее подчинённых, не было никаких сил и желания — Открывайте калитку, и пошлите кого-то в лагерь, пусть там играют тревогу и готовятся встречать ползущую гадость.

Глава 5−4

— Ваше сиятельство! — В палатку, где за столом сидел и ковырялся в каких-то документах граф, влетел взмыленный и слегка припорошенный пылью боец, — сообщение от полковника Ромула.

Как начальник над отдельной ротой спецназа перевертыш имел именно такое звание.

— Ну! — Серов поднял глаза на бойца.

— Полковник передал, что сумел выманить существо из центра города и как раз сейчас тащит его за стены, чтобы подставить под огонь пушек. Просит поддержать его «огнем».

— Вот это другое дело! — Александр с отвращением отбросил в сторону какой-то лист бумаги и подскочил из-за стола. — Тревога! Боевая тревога! Все по местам, пушкарям быть готовым открыть огонь по команде!

Крик графа тут же расшевелил начавший было готовиться ко сну лагерь. Все куда-то сразу побежали, начали суетиться, тут и там виднелись офицеры, которые пытались придать общему этому действу некоторую стройность. Чуть поодаль из своих палаток начали вылезать маги и тоже готовиться к отражению возможной опасности.

Серов поднялся на один из сооруженных для пушек «бастионов» — за один день успели насыпать только небольшой холм и навтыкать пару рядов кольев — достал бинокль и быстро оценил ситуацию. Как раз в этот момент здоровенное темное нечто протискивалось сквозь городские ворота Корсанта. Несмотря на их впечатляющий размер, тварь делала это явно с трудом.

— Командир! — Сбоку вынырнул Ромул. Перевертыш выглядел помятым, левая рука висела подвязанной на косынке. На вопросительный взгляд Александра командир графского спецназа только отмахнулся и принялся докладывать. — Здоровенная дура. Реально большая и бронированная. Но из-за этого медлительная и неповоротливая. Видимо, как я понял, имеет мощные ментальные способности и охотится с помощью них. Просто выжигает мозги и потом пожирает уже пустую оболочку, которая сама приходит на обед в качестве главного блюда. Одного моего бойца чуть не положила, амулет спас, но досталось ему прилично, сейчас целители пытаются его спасти.

— Сам-то как? — Успел вставить вопрос в поток речи обычно далеко не столь разговорчивого подчинённого граф. — Что-то похоже эта «неповоротливая» штука смогла тебя хорошенько достать.

— Ерунда, командир, — пожал плечами перевертыш и поморщился от боли в ключице. — Сам подставился, когда внимание на себя отвлекал.

В этот момент туша все же смогла протолкнуть себя сквозь узость ворот — снеся по дороге окованные металлом створки, но это уже такая мелочь, на которую никто внимания не обратил — и совершенно не обращая внимание не перевес людей в численности поползла прямо в сторону лагеря.

— Какая самоуверенная тварюга.

— Просто безмозглая и голодная, — на бастион взобрался Ариен. — Наличие способностей в ментальной магии совсем не говорит об интеллекте.

— Вы чем-нибудь поддержите пушкарей?

— С учетом ее иммунитета к прямым магическим воздействиям, вся подготовительная работа считай пошла насмарку, — скривился огневик. Его откровенно раздражала ситуация, когда какие-то пушки, а вовсе не благородная магия становилась главной ударной силой армии графства. — Все что рисовали — теперь нужно переделывать. Помочь поможем, но на действительно серьезную магию не рассчитывай.

— Ладно, глядишь и так отмахаемся. — Серов обернулся и нашел взглядом Элея, который немного в стороне что-то там втолковывал пушкарям. Ощутив на себе внимание графа коннетабль обернулся и только кивнул головой на немой вопрос попаданца. Серов тоже кивнул в ответ, разрешая действовать по способности.

— Огонь! — Тут же прозвучала долгожданная команда, и несколько десятков пушек разом плюнули чугуном в сторону ползущей на встречу своей судьбе твари.

— Ах ты ж, мать твою! — Ариен оглушено затряс головой, пытаясь обратно «поймать фокус». Звук выстрела от такого количества орудий не слабо так ударил по барабанным перепонкам, и в отличии от графа, который в самый последний момент прикрыл ладонями уши и открыл рот, огневик оказался к такому явно не готов. — Как громко!

Получилось действительно громко, но вот результат… Во-первых, даже по такой немаленькой цели попасть с расстояния в километр из дульнозарядных пушек было не просто, большая часть ядер просто «обстучала» землю вокруг. А во-вторых… Даже те несколько чугунных приветов которые явно летели в цель, в последний момент замедлились и серьёзного ущерба не нанесли.

— Это что у нее еще и от этого защита? Какого демона! — Разглядев результаты стрельбы вспылил граф и крикнул суетящимся артиллеристам. — А ну ка молодцы, поддайте огня… «Пока нас тут всех не сожрали».

Последнее Александр добавил мысленно, закончить вот так свой путь в этом мире было бы максимально обидно.

Второй залп оказался более успешным. Тварь за время перезарядки успела подползти еще метров на сто пятьдесят-двести и соответственно ядра полетели точнее. Теперь уже чуть ли не десяток чугунных шаров попали в цель, причем как минимум один, судя по всему, даже сумел нанести какой-то вред. Во всяком случае обстрел твари явно не понравился, она как-то странно вся пошла волнами и ускорилась.

— Чувствую, как оно щупает нашу защиту, — произнес Ариен до этого никак все происходящее не комментировавший.

— Могут быть проблемы? — Коротко переспросил Серов, не поворачивая головы.

— Нет, я полностью контролирую ситуацию, — мотнул головой огневик.

Третий залп уже заметно достиг цели. От монстра в разные стороны полетели какие-то ошметки, части его костяной брони, какая-то зеленоватая жидкая субстанция, судя по всему, выполнявшая роль крови.

Перед четвертым залпом — ползущая гадость уже приблизилась на пистолетную дистанцию — по твари отработали маги. В нее одновременно полетело со всех сторон сразу несколько десятков заклинаний разной степени убойности. Визуально магия все так же ползущей личинке навредить не смогла, однако Ариен видимо считал иначе.

— Все, защита окончательно потухла, — в подтверждение этому в бок твари влетел какой-то запоздавший огнешар и не развеялся, как было до того, а вполне полноценно, как ему и полагается, взорвался, оставив после себя тлеющую подпалину на уже заметно покоцанной шкуре монстра.

— Огонь! — Пятый залп собранной в одном месте большей части артиллерии графства наконец поставил точку в истории раскормившейся за четыре года существования зверушки. Полтора десятка ядер, пущенных фактически в упор ее разве что не разорвали на куски, каждое попадание проделывало настоящую дыру в мясистом теле. Еще несколько десятков секунд живучая тварь пыталась шевелиться, а потом все же издохла, вызвав радостные крики собравшихся в этот день у городских стен людей. Не часто получается избавиться от подобной гадости вообще без потерь.

Дальше поднялась обычная в таких случаях суета, маги ринулись изучать убитую зверушку, коннетабль принялся рассылать в разные стороны сторожевые посты. Не смотря на «освобождение» города от главной угрозы, лезть внутрь стен в подступающих сумерках дураков не нашлось. Уж лучше в поле переночевать, оно надежнее будет.

Ночь прошла без происшествий, и с первыми лучами солнца солдаты выдвинулись в сторону Корсанта.

— Нужно будет оставить тут гарнизон… — Элей глядя на сорванные створки ворот только покачал головой. Чернеющие окна домов смотрели на пришлых людей с какой-то укоризной и как будто с надеждой. Надеждой на возвращение сюда полноценной жизни. — Я даже не знаю какого размера. Целый полк сюда отравить?

— Да, пожалуй, — согласился граф. — Первый пехотный вернется в столицу, а третий можно будет перевести сюда. Только о припасах позаботиться, чтобы зимой неожиданностей не возникло.

— Собираешься возрождать город? — Коннетабля явно интересовала практическая сторона дела, он был готов «растягивать» армию до любого разумного предела. — Тогда в автономии баронов Голван, Курапс и Хонтер вообще теряется всякий смысл.

В предыдущие годы одним из главных аргументов за сохранение определенной военной самостоятельности вассальных Серову баронов было использование их в качестве прикрытия границы. Просто в случае чего их было не жалко. Теперь же, если начинать осваивать территории бывшего графства Орфален, земли этих феодалов оказывались глубоко в тылу, сохранять им возможность держать собственную дружину просто не оставалось разумных резонов.

— Подумаю, — коротко ответил Александр. — Лишних крестьян у меня пока все равно на эти земли нет, когда будут — появится смысл и обсуждать. Ну а сам голод бросать в любом случае глупо. Ценное приобретение даже без жителей.

Пока лидеры похода добрались до ворот цитадели, бойцы уже успели забраться на стену и открыть изнутри ворота.

— Как думаешь, много внутри добра ценного? — Серов повернулся к Родвину, которому, собственно, и предстояло заниматься описью трофеев.

— Не думаю, ваше сиятельство. Последние годы у Орфаленов были тяжелыми, одни сплошные поражения и разорения. Но что-то конечно найдем…

Потрошение города в итоге затянулось на добрых две седмицы. Серьезных богатств — в плане злата-серебра или каменьев — действительно не нашли, но и без того пожива вышла добрая. Например, библиотека у Орфаленов оказалась богатая, в том числе и весьма ценные магические тома нашлись. Коллекция дорогих доспехов — обычная оружейка при этом была пуста точно так же, как и казна — принадлежащая лично графу, огромные винные запасы, которым три лишних года выдержки только на пользу пошли. Большая часть мебели и обстановки правда пришла в негодность, все же три зимы без человеческого пригляда; сырость и плесень они никого не щадят.

Но самая главная добыча ждала Александра в местном отделении магической гильдии. Кроме самой по себе имеющей приличную ценность станции магпочты, разных артефактов, в том числе нескольких весьма ценных — по мнению разбирающегося в таких вещах Вирмоса — боевых жезлов, пригодных для использования на уровне подмастерья, целой партии заготовок под защитные амулеты, обнаружился здоровенный сундук с хакашем. Нашедшийся в личных покоях того самого мастера-воздушника, который во время войны с Орфаленами попил столько крови у попаданца, и совершенно выдохшийся, к сожалению. В смысле, трава выдохлась и потеряла магические свойства, а не сундук, конечно же.

— Можно было бы пол армии укрепляющими зельями обеспечить, а так — мусор, ничего не стоящий.

— Интересно, откуда?

— Да оттуда же, — пожал плечами Ариен. — Из-за Барьера. И судя по объему партии, заработок этот шел мимо казны графа. Иначе, уж прости, дружище, шансов у нас тогда не было бы совершенно. Нанял бы Орфален не куцую сотню мечников, а десяток магов-мастеров и раскатали бы нас в блин. Тонкий-тонкий. Тут вопрос не сотни-другой золотых, а десятков тысяч, сам понимаешь.

— Интересно, почему этот воздушник не забрал свое добро с собой? — Серов, не слишком интересуясь магическими игрушками, найденными в трофеях, принялся быстро просматривать целый ворох найденных бумаг, — письма, письма, какие-то счета… Целая куча макулатуры.

— Прибили, поди, как-нибудь по дурости. Уж воздушник-то, если бы был жив, по-любому вернулся бы. Ему что, захотел и прилетел… Захотел — улетел.

— Завидуешь?

— Не без того, — отозвался огневик, внимательно изучая заднюю стенку книжного стеллажа в рабочем кабинете обсуждаемого мага. — О! А вот и тайник. Умный он может и умный, а прятать хорошо свои вещи явно не умел. И зачарователем был никудышним, всего за три года охранка совсем «протухла».

— Думается мне, — Серов отложил бумаги, встал из-за стола и подошел к другу. — Что мертвому магу уже совсем без разницы, кто спустя три года копается в его вещах… А вот это действительно интересно!

— Что? — Огневик оторвался от шкатулки с небольшим запасом камней и повернулся к графу, — что там?

— Отчет о выращивании хакаша. Подробный, у него в где-то в Закрытом Королевстве прям плантация была. Не просто посредник — производитель.

— Плантация хакаша, которая осталась без хозяина… — Даже в голосе мага было слышно, как он мысленно облизнулся, — там случайно нет указаний точного места. А то можно было бы неплохо на этом деле заработать.

— Ага, и карту тебе. Сокровищ, блин, с крестиком, — пробурчал Серов и мысленно добавил. — «Хватай Эспаньолу, Джона Сильвера и вперед на поиск клада. Да уж не дурно было бы сейчас устроить себе морское путешествие и хорошенько развеяться. Можно даже без сокровищ».

— Надо будет покопаться в бумагах, — после беглого изучения пары нескольких листов, резюмировал Александр. К сожалению, местные документы были все сплошь рукописными и порой даже простое их чтение представляло собой серьезную, мучительную работу. О печатном тексте можно было только мечтать. — Может чего и найдем.

Глава 6−1

К границам Закрытого королевства Александр собрался уже ближе к осени. Когда стартовал очередной учебный год, первоначальная суета, связанная с набором новых учеников, улеглась, закончились основные полевые работы, крестьяне собрали урожай, и вообще жизнь в графстве после весенне-летних пертурбаций вновь вошла в спокойную колею.

— Ну что может расскажешь, пока едем? Все равно заняться особо нечем, — стандартные местные пейзажи уже давно не вызвали в попаданце того первоначального трепета. Одни и те же деревья, кусты, луга, поля. Всякие мелкие ручейки, озерца, болотца. Куча живности, которая опять же поначалу умиляла — ну правда, для городского жителя порскнувший из-под копыт коня заяц — вполне себе приключение — а потом стала раздражать. Особенно всякая летучая и жужжащая часть местной живности, насекомых тут в мире, не знавшем всякой ядовитой химии и инсектицидов, было в десятки раз больше.

Разве что радовали глаз разбитые в последние годы сады, обещающие закрыть потребности в фруктах для переработки их в алкоголь. Небольшие деревца, высаженные ровными, уходящими в даль, рядами, только в этом году начали давать минимальный урожай, но уже себя практически окупили. Благо в этом климате особого ухода они не требовали и обслуживались совсем небольшим количеством работников, специально организованных для этого дела графхозов.

— Не-а. — Качнул головой огневик. — Потерпи немного, так же интереснее будет.

После эпопеи с походом в графство Урвит — а потом и эвакуации населения этой страны на территорию подконтрольную Александру — стала совершенно очевидной необходимость постройки на той стороне Барьера своеобразного эксклава. Устроить в одном месте контролируемый «переход», а вдоль всей остальной «границы» построить стену. Ну не прям стену, понятное дело, но обустроить засеку, где возможно, ров вырыть и прочими способами затруднить возможность свободно шастать туда-обратно дополнительно к существующей уже магической преграде. Существуй такая система четыре года назад, тот же вариант с похищением адептами Темного Ордена графского сына стал бы гораздо сложнее выполнимым с практической точки зрения. Не невозможным, конечно, но организовывать подобную операцию стало бы гораздо труднее.

Пока весь проект был еще скорее на стадии задумки. Все же графство за последние годы изрядно прибавило в площади, и даже если не брать новоприсоединенные пару месяцев назад земли, длина магической границы составляла сильно за двести километров. Вот так с кондачка все расстояние и не перекроешь. Впрочем, это не значит, что ничего не делалось вообще — в тех местах, где существующие дороги пересекали Барьер — таких точек имелось три штуки — люди графа соорудили небольшие деревянные крепостницы, были проложены маршруты патрулирования, те же засеки начали потихоньку обустраивать. Маги-артефакторы по просьбе Серова опять же обещали подумать над какой-то сигнализацией, чтобы она работала в автоматическом режиме и сообщала о возможных «нарушениях» границы. В общем, работа потихоньку велась, хоть ее окончания в обозримом будущем и видно не было.

Впрочем, в данный момент Александр неторопливо трясся в седле, двигая на юг в сторону Закрытого Королевства, совсем не по делам «пограничной службы». Тут нужно сделать отступление и отмотать на несколько лет назад. Когда под рукой Серова было еще не так много населения и соответственно — магов, которых в среднем, как уже упоминалось, рождается примерно один на тысячу, попаданец высказал предположение о возможности искусственного повышения популяции имеющих дар людей.

Ничего фантастического — банальная селекция, тем более и в остальном мире давно было замечено, что у родителей-магов дети с даром появляются куда чаще, чем «в среднем по больнице». Короче говоря, идея взять несколько разнополых магов и устроить такую себе «ферму», — если данное слово применимо к разведению людей — буквально витала в воздухе. Почему раньше никто до этого не додумался, Серов так и не понял, хотя, с другой стороны, до него никто и не у страивал поголовную проверку населения на наличие магических способностей, обходились как-то местные правители и магические ордена естественным, так сказать, пополнением.

А еще, так сложилась ситуация, что с годами у Ариена в подчинении набралось почти три десятка одаренных женщин, которых просто некуда было применить. Они либо имели слишком низкий потенциал, чтобы достичь хоть какого-то минимального результата в постижении магического искусства, либо были тупыми — из песни слов не выкинешь, интеллектуальный уровень крестьян оставлял желать лучшего, и далеко не каждого из имеющих дар просто можно было хоть чему-то научить — либо натренировав одно-два боевых заклинания в реальном бою терялись, паниковали и не были способны принести хоть какую-то пользу. С мужчинами причем — вероятно тут на первый план выходило местное патриархальное воспитание, с его ориентацией женщин на дом, детей и хозяйство, но это не точно и Серов, если честно не сильно и пытался разобраться в подобных психологических тонкостях — таких проблем зачастую не было. Даже самым слабым магам находилось занятие, если не в армии, то в народном хозяйстве — точно.

Так или иначе просто кормить бесполезных людей, ко всему прочему имеющих еще и магический потенциал, никто не хотел, поэтому их всех включили в программу «разведения». Ну а за Барьер это все мероприятие было вынесено не просто так, а по причине повышенного в Закрытом королевстве магического фона, что должно было дополнительно способствовать успеху начинания.

— Дай угадаю, — через некоторое время граф вновь заговорил, — есть результаты? Ты же говорил, до трех лет вообще нет смысла проверять детей, у них еще ядро не стабилизировалось.

— Это было слишком легко, — в притворном разочаровании прищелкнул пальцами огневик. — Впрочем, ничего удивительного, если бы не проявился первый результат, я бы тебя просто не стал дёргать.

Несмотря на «спокойную жизнь» граф мотался по своим владениям как угорелый с упорством достойным лучшего применения пытаясь успеть проконтролировать все процессы. Учитывая невысокую скорость доступного транспорта и стремительно увеличивающиеся, расстояния сделать это было не так-то просто. Порой Александр с тоской вспоминал те времена, когда его баронство можно было объехать по кругу за сутки, а срочных требующих его присутствия дел за пределами столицы и вовсе практически не было.

— Так что там произошло, колись уже, — улыбнулся Александр, радуясь тому, что у него есть «старая команда», с которой можно общаться более «просто». Новые, поднимаемые на верхушку власти сподвижники, иначе как «ваше сиятельство» Серова не называли, и вообще там буквально во всем чувствовалась сословная дистанция. Ариен, Элей, Реймос, Дрор — хотя тут скорее гномья «простота» выходила на первый план, — в меньшей степени Динай. Без них Александр уже бы просто полез на стену от тоски.

— Первый спонтанный выброс. Мальчик, два с половиной года. Едва не сжег кроватку, в которой лежал, хорошо няньки были рядом, потушить успели.

Серов подозрительно покосился на едущего рядом собеседника. Естественно, он сам не занимался сведением будущих магических матерей с «бычками производителями», графу такие подробности были не слишком интересны — главное результат. И вот сейчас Серов подумал, что, зная Ариена, он совсем не удивится, если буквально все родившиеся дети окажутся отпрысками самого огневика. Ну а что — совместить приятное с полезным, почему бы и нет.

— Твой что ли?

— Не знаю, — ухмыльнулся маг, — может и мой. Мы же для «улучшения породы» самых сильных магов привлекали. Вирмоса, Жерарда, Норвина… Ну и я тоже поучаствовал, не без того.

— Дай угадаю — никто не отказался? — Поинтересовался граф, и судя загадочному покачиванию головой в ответ, это было не далеко от истины.

Как показывала статистика, дети в парах одаренный-не одаренный наследовали дар не слишком часто, и даже сила самого мага тут на результат влияла не так уж принципиально. Серов — опираясь на школьные знания биологии, если, конечно, вообще имело смысл пытаться познать магию через науку — подозревал, что в таком случае шанс получения ребенком магического дара должен составлять одну четвертую. Минус те случаи, когда ребенок умирал в младенчестве — а даже среди магов такое было не редкостью, а уж если одаренный обрюхатил какую-нибудь крестьянку, то и вовсе, — минус варианты со слишком слабым даром или просто необнаруженным… Короче говоря выглядело не первый взгляд вполне правдоподобно.

В таком случае, если применять теорию наследования рецессивных генов, то при двух родителях-одаренных четверть будет иметь дар точно, еще четверть — не будет, а вот оставшаяся половина… Тут могли быть варианты. Впрочем, даже вероятность получения мага с шансом в 50% виделась очень приятной. С учетом того, что у Серова под рукой имелось около сотни разной силы магичек, пусть рожать они могут раз в три года… Тут Александр обычно проваливался в совсем уже сладкие мысли о тысячных армиях магов, способных общими усилиями на… Да просто на все что угодно, это такая силища, против которой противостоять будет очень и очень не просто. Особенно, если ему дадут время развить полученные таланты в что-то более серьёзное, чем толпа безмозглых учеников…

И да, процент одаренных среди вывезенных из Закрытого Королевства жителей графства Урвит был в среднем примерно в три-четыре раза выше в сравнении с привычными по эту сторону Барьера значениями. Это навевало на определенные мысли, и даже предстоящее — через десять лет, но все же — падение магической завесы в таком разе уже не казалось однозначным благом.

— Ну что, переходи, мы за тобой, — кивнул Александр огневику, когда они наконец добрались до Барьера. Путешествие в не слишком напряженном темпе у отряда — граф без роты мушкетеров даже по свой территории старался не передвигаться, а уж на ту сторону магической границы — и подавно — заняло двое суток. Благо за эти годы основные дороги в стране успели достаточно прилично облагородить, появились трактиры, постоялые дворы, всякие верстовые столбы с указателями, исчезли ямы. Была тотально вырублена растительность на два десятка шагов от дорог, перекинуты всякие мостики через ручьи… — Если, конечно, получится.

С Барьером никогда нельзя было быть полностью уверенным. Один раз получалось пройти без проблем, другой — ждать или объезжать. А тут еще как раз перед самым прибытием графского отряда через магическую границу на эту сторону перешел небольшой купеческий караван из нескольких повозок и полутора десятка охранников. Так что уверенности в быстром проходе не было ни на грош.

— Нормально, — в отличии от непосредственно людей, звук Барьер пропускал без проблем в обе стороны. Огневик осторожно прошел границу и оглянувшись махнул головой другу и следующим за ними солдатам. — Следующий.

Однако невидимый алгоритм посчитал, что даже один маг — это слишком много — и закрыл проход.

— Придется ждать, — констатировал Александр ткнувшись в уплотнившуюся буквально перед его носом преграду.

— Это все из-за купцов, — поморщился огневик. — И надо было им как раз перед нами припереться.

— Не трогай торговых людей, — качнул головой Александр. — Пусть едут, мы подождем.

За проведшие десять лет «дорожный трафик» в графстве вырос неимоверно. На самой заре карьеры попаданца в качестве феодала эта часть Баронств выглядела чуть ли не пустыней — в плане социальных и экономических связей, а не в плане климата, конечно. Хорошо если раз в несколько десятков дней какой торговый караван проедет мимо, не заезжая даже в сам замок. Банально, потому что покупательская способность местных владетелей находилась где-то на уровне плинтуса, а продавать феодалы и вовсе могли только зерно и только в конце лета — в начале осени.

Иногда катались крестьянские телеги, но тоже не часто — много ли нужно провизии замку, имеющему не полную сотню обитателей? Если считать килограмм еды в день на человека и предположить, что половина от этого объема приходится на зерно, то считай полцентнера свежих овощей, мяса и рыбы в день. Полутонная телега — одна — способна закрыть текущие потребности в провизии чуть ли не на десять дней. Ну и смысл тогда кататься туда-суда?

Теперь же все было не так. За время двухдневной поездки на юг графства только навстречу отряду прошло три торговых каравана, и это при фактической изоляции графства от северных государств. Ну и крестьянских телег, едущих в Александров с провизией, на дорогах были десятки. А еще патрули, всякие курьеры, фургоны, перевозящие руду, кирпичи, бревна и прочие «промышленные» грузы. В некоторых местах уже, бывало, образовывались натуральные пробки.

Все это безмерно радовало попаданца и любые посягательства на вот эти «кровяные тельца экономики», таскающие по дорогам-артериям необходимые грузы, воспринимались Александром чуть ли не как личное оскорбление.

Глава 6−2

— Ну давай, твори свою магию, мне тоже интересно, — добравшись наконец до магической фермы — официально это место названия вовсе не имело, поскольку считалось насквозь секретным, но попаданец мысленно окрестил его именно так — друзья поели, помылись, привели себя в порядок, после чего занялись наконец непосредственно делом.

— Уже делаю, — не поворачивая головы ответил маг, сосредоточенно глядя на сидящего перед ними на столе карапуза. Вполне упитанный на вид пацаненок явно был удивлен появлению двух каких-то незнакомых дядек и теперь сосредоточенно грыз костяшку указательного пальца на правой руке видимо размышляя, как ему с ними взаимодействовать. Рассмеяться или заплакать.

— А как же всякие ритуалы и магические печати?

— Для проверки одного ребенка мне они не нужны, чуть сложнее, но справлюсь и так, — Ариен немного раздраженно дернул щекой. — Если ты, конечно, позволишь мне сосредоточиться.

— Все-все, молчу как рыба! — Серов вскинул ладони в защитном жесте и действительно замолчал, с интересом наблюдая за процессом магической проверки.

— Есть! — Еще через пару минут огневик наконец облегченно выдохнул и встряхнул ладонями, как будто стряхивая с них капельки воды. — Хороший дар, мощный. Пока не понятно, какая стихия будет ему наиболее близка, но… Тут точно есть с чем работать.

— Остальных смотреть будешь? — Поинтересовался граф.

— Буду, не зря же сюда приехали, — Ариен повернулся к сюзерену и задумчиво переспросил, — кстати давно хотел поинтересоваться, что ты собираешься делать с детьми, которые дара не унаследовали?

На данный момент на «ферме» росло уже четыре десятка детей в возрасте от нуля до двух с половиной лет, и количество их в обозримом будущем должно было только возрасти.

— Ничего, — Александр пожал плечами, — пусть растут здесь. Откроем школу, пусть одаренные и неодарённые дети учатся вместе, польза будет. Образованные дети даже без дара мне нужны, работа для них найдется. Ну и кроме того… Есть тут кое-какие соображения…

Граф попытался на пальцах объяснить суть генетического эксперимента Менделя с горохом. Там, где объяснялись принципы наследования доминантных и рецессивных генов. Опять же, на сколько оно работает с магией и магами, было пока не понятно, просто статистика еще не набралась в достаточном количестве, но банальная логика подсказывала Серову, что слишком сильно отличаться наследование магических способностей от любых других не должно.

— Подожди… — Ариен аж остановился посреди коридора. Они как раз шли в местную столовую на обед и то, что огневик по собственной воле откладывал прием пищи, само по себе говорило о его огромной заинтересованности. — Ты хочешь сказать, что ребенок двух магов, который не унаследовал дара — не бесполезен. И что уже его дети вполне могут родиться магами, несмотря на «бракованного» родителя?

— Ну… — Граф задумчиво почесал затылок. — Как-то так. Если я правильно понял систему. И в том числе и поэтому детей без дара я не собираюсь отдавать куда-нибудь на усыновление, а оставлю при себе. Они могут оказаться вполне ценным ресурсом при игре в долгую.

— Ахахаха! — Огневик буквально изошелся смехом, сел на пол и привалился спиной к стене, не в силах стоять на ногах. На вопросительный взгляд Александра, который не понял, что такого смешного может быть всего лишь в каких-то принципах генетической наследственности, маг попытался объяснить, хоть и получалось это у него не слишком связно. — Ты… Даже себе не представляешь… Сколько в истории магии было конфликтов по причине появления в семье магов… Не одаренных детей…

Отсмеявшись, Ариен с трудом поднялся на ноги. Все-таки проверка десятка детей — из них пока только в одном удалось обнаружить зачатки магического дара, что, впрочем, ничего еще не значило, слишком карапузы были пока маленькие — изрядно вымотала мага. Не удивительно, что в «Большом мире» идея проверки всех подряд у тамошних магов не вызывает никакого энтузиазма.

— Все так серьезно?

— Ну навскидку могу назвать два межгосударственных конфликта, которые начались из-за этого, одну затянувшуюся почти на шесть веков кровную месть… Ах, да и, конечно, как минимум один магический орден по данной причине развалился. Там у архимага и его жены — тоже магички — родился ребенок без дара, он подумал, что ему изменили, убил ребенка, мать, разнес главную резиденцию ордена и ушел в неизвестность. До сих пор, кстати так и не известно, что с ним в итоге произошло и куда он делся. А ведь две сотни лет прошло.

— Да уж… Дела…

— Ваше сиятельство, вас там… Один человек спрашивает. Маг кажется, — уже в столовой во время обеда к графу подошел один из местных бойцов и, явно испытывая смущение от того, что прерывает трапезу начальства, доложил, — представился Гровером ан-Вайном.

— Ух ты, какие люди, — покачал головой Серов. — Откуда он здесь? И как узнал о моем присутствии в крепости?

— Дык это. С караваном прибыл, кажись, ваше сиятельство, — боец почесал затылок. — А узнал… Ну мы же как положено ваш штандарт над главной башней повесили, как полагается, чтоб, значит, все знали…

— Вот так и живем, — Александр повернулся к огневику, — секретность секретностью, а все вокруг обо всем знают.

— Ты преувеличиваешь. То, что ты приехал за Барьер — это не секрет, а о расположении в дальнем флигеле «магической фермы» никто и не знает, она от основной части крепости стеной отделена, — огневик совершенно спокойно отрезал кусок отбивной из какой-то местной зверушки, которой не повезло попасть на глаза охотниками и добавил. — А пообщаться с нашим дорогим контрабандистом в общем-то совсем не помешает. Может он что-то новое нам расскажет. Интересное.

— Зови его сюда, — бросил граф дожидавшемуся ответа бойцу, повернулся к местному главному по кухне и, подозвав его к себе, поинтересовался. — Уважаемый, у вас тут вино хорошее есть?

— Эм… Откуда ж, ваше сиятельство, бражка есть, но ее солдатам только в выходные дни ставим, да и все, — работник местной столовой, функционировавшей исключительно на прокорм собственных кадров, явно был удивлен такому запросу.

При «пограничной» крепостице естественно очень быстро появился и трактир, и гостиный дом, для идущих транзитом купцов, но все это было там снаружи. При желании бойцы вполне могли купить выпивку за свои кровные, а тут в столовой их кормили пусть и не очень разнообразно, зато бесплатно. За счет графа.

— Ну тогда пошли кого-то в мои покои, пусть принесет пару бутылок из того, что я с собой привез. Пару — значит две, понял?

— Сделаем, — кивнул местный служитель ножа и поварешки и куда-то убежал.

Вскоре за столом уже сидел знакомый друзьям контрабандист, тут же было разлито вино, появились закуски и все что нужно для хорошей беседы.

— Рад вас видеть, Гровер, — первым поздоровался граф. — выглядите уставшим, все в делах? Как ваш бизнес, восстанавливается после эпидемии?

— Вы себе даже не представляете… — Маг действительно выглядел не лучшим образом, было видно, что прошедшие годы дались ему не легко, в волосах добавилось седины, появились мешки под глазами, да и вообще. С прошлых встреч ан-Вайн запомнился попаданцу таким себе франтом, который в глуши Вольных Баронств весьма выделялся и внешностью, и одеждой, и повадками. Сейчас вот эта щеголеватость куда-то ушла, оставив по себе просто немолодого уже мужчину. — Впрочем, чего это я, представляете, наверное, у вас тут тоже весело было.

— Весело — не то слово, — кивнул Ариен. Мужчины чокнулись бокалами, выпили. — Вероятно нынче у вас горячие деньки? Рынок за время эпидемии вероятно успел подъесть старые запасы и требует новых поставок.

— Вот только торговые пути на север все еще по большей части зарыты, — пожаловался маг. — В Игеле грядет смена монарха, там вообще не до южных дел. У них демоны знает, что творится на южных границах, из-за Кель орки шастают, а они… Только вот через ваше графство в герцогство Тавар и уже дальше через Ветлан в остальные страны, можно сказать, относительно безопасная дорога. Раньше еще по реке ходили, но… Да что там говорить, у меня груз в Карланде застрял, на… Много тысяч золотых. А тут одновременно в устье Кель пираты расшалились, и между Карландом и Касским ханством очередная заваруха началась.

— Да? Очень интересно, расскажите подробнее, а то нам на эту сторону Закрытого Королевства новости с берегов Узкого моря практически не доходят. Даже близко не представляем, что там творится.

— Кассцы с упорством достойным лучшего применения последнюю пару сотен лет пытаются захватить Карланд, — в видимым удовольствием принялся рассказывать контрабандист. — Их понять можно, богатый город, отличный порт, торговля по всему Узкому морю и так далее. Опять же когда-то Карланд действительно кассцам принадлежал, только было это… Давно, короче говоря, было, я даже и не скажу, когда. Вот только город стоит на большом полуострове, перешеек узенький, прикрыт крепостью, а по воде не обойдешь — флота у кассцев нормального нет, потому как все средства они на оборону от орков тратят, какой уж тут боевой флот.

— Выглядит как тупик, — быстро прикинув в голове нарисованную магом картину и соотнеся ее со своими знаниями по местной географии, резюмировал Серов.

— Он и есть. В общем, ни по суше не проскочить ни по воде.

— А что за проблема с речными пиратами? Взять пару магов посильнее, раз уж такие деньги на кону, сплавать разок туда-обратно один раз потопить всех к демонам, да пользоваться потом рекой спокойно. Неужели не окупится такая экспедиция?

— Все несколько сложнее, — грустно усмехнулся ан-Вайн. — Со стороны открытого моря Барьер… Он имеет несколько иную природу — не стена в конкретном месте посреди водной глади, а такая себе полоса нестабильной магии шириной в добрый дневной переход. Еще и смещающаяся туда-суда без всякой системы. Очень опасное место, особенно в восточной его части у бывшей имперской столицы. Жангльтон хоть и стоит не в самом устье Кель, но все равно на него влияет. Короче говоря, магию там применять просто опасно. На всякие мелкие заклинания чаще всего никакой реакции не следует, но если попытаться применить что-то действительно серьёзное… В лучшем случае — просто не получится, упадет антимагическая зона и все. В худшем — пойдут потоки вразнос, и расплескает тебя по водной глади так, что потом и в гроб положить нечего будет.

— На воде еще и заякориться не на что… — Понимающе протянул Ариен. — Все на себе держать нужно.

— Именно так, — кивнул контрабандист. — Поэтому дураков в тех местах магичить — нет. Только честная сталь грудь в грудь. Когда Карланд не занят очередной войнушкой, его флот патрулирует устье реки, позволяя хоть как-то вести торговлю. Но всех они понятное дело выловить не смогут никак: там огромное количество мелких островов, мелей, плавней, можно целую армаду спрятать, никто не найдет.

— А вот еще такой вопрос к вам, Гровер, не сочтите за оскорбление, но что сейчас на рынке хакаша? — В ответ на удивленно взметнувшиеся брови мага граф пояснил, — не для употребления его в виде дури интересуюсь, естественно. У меня тут алхимик один толковый в команде оказался, который мог бы переработку травы в зелья для внутренних нужд наладить, есть у меня бойцы, которым усиление тела требуется. Так вот я аккуратно поспрашивал у торговцев, которые с герцогством работают, говорят — совсем глухо. Это просто со мной работать поостереглись или действительно дефицит травки образовался?

— Хм… — Ан-Вайс немного задумчиво пожевал нижнюю губу, но ответил, учитывая их прошлые дела, свой интерес и в этой весьма скользкой теме отрицать было как минимум глупо. — Есть такое дело. С началом эпидемии поставки хакаша действительно практически прекратились, несколько известных моей организации производителей просто погибли, причины выпадения других игроков на этом рынке… Ну наверное с ними тоже не произошло ничего хорошего, будем честны, просто так от таких денег не отказываются.

— Хорошо, а если, скажем мы… — Ариен кинул быстрый взгляд на сидящего рядом графа, тот только утвердительно моргнул глазами, — сможем достать партию травы? Какие объемы вы сможете продать, и по какой цене?

— Достать? — Контрабандист заинтересованно посмотрел сначала на огневика, потом на Александра. — Не буду даже задавать вопросов, откуда. Любой разумный объем. Стандартная мелкооптовая порция за прошедшие три года выросла в цене в пять раз. С тридцати золотых до примерно ста пятидесяти. В розницу еще дороже, как вы понимаете.

— Ого!

— Если предположить, что хакаш у вас здесь, в графстве, — продолжил Гровер, не обратив внимания на восклицание, но при этом тщательно отслеживая реакцию на свои слова. Явно хотел понять, речь идет о теоретической партии или товар у его давних партнеров действительно есть. — И партия действительно серьезного размера, то я смогу дать двадцать пять золотых за стандартного размера мешочек.

— Это солидно, — Александр мысленно застонал, представив цену того сундука, найденного в покоях мага-воздушника. Там таких мешочков было где-то две сотни. Пять тысяч золотых как с куста, треть годового бюджет графства. Вернее, уже меньше с учетом последних территориальных и демографических приращений, но тоже не копейки. Шестьдесят-семьдесят километров графского тракта. Или рота мушкетеров вместе с оружием и лошадьми. Или… Да много, чего полезного можно было бы на эти деньги приобрести. — А из-а чего так цена рванула?

— Так хакаш — это же та еще дрянь. Если ее без ума потреблять, как, если честно, большинство и делает, то вызывает жуткое привыкание и зависимость. Такую, что что слезть без помощи целителей практически невозможно, да и с ними-то… Не всегда получается. Так что либо куришь эту дрянь постоянно, либо ложись и помирай.

— А помирать, никому особо не хочется.

— Истину глаголите, ваше сиятельство, — Серов мимоходом отметил, что раньше ан-Вайс весьма фамильярно обращался к нему по имени или называя «бароном», а теперь вот как роли поменялись.

— А расскажете, ка мне, дорогой Гровер, чем вообще торгуют на берегах Узкого моря, что везти туда и что оттуда… И вот если я, например, решусь сплавать в Карланд и привезти оттуда ваш груз, о какой сумме тут может идти речь?

Глава 7−1

— Бабах! — Пушка выплюнула ядро, которое пролетев полкилометра и пару раз коснувшись «жабкой» воды, закончило свое путешествие попав в большой, специально сколоченный в качестве мишени, деревянный щит. Корабль при этом только немного качнуло, без всякой опасности в плане опрокидывания. — Бабах!

Вторая пушка отработала не так удачно, ядро пролетело в нескольких метрах правее от цели, но, если говорить честно, в описываемых условиях, когда целиться приходится буквально «по стволу», да еще и с учетом не самой устойчивой платформы… Накрытие, как не крути, дальше уже остается полагаться на статистику и госпожу удачу.

— Ну, нормально. Будем считать именно такую навеску пороха оптимальной, — кивнул сам себе Серов и повернулся в стоящему рядом барону Еридану. — Подготовьте запас отмеренных зарядов, чтобы в бою этим не заниматься.

— Сделаем, ваше сиятельство.

— Команды готовы? Провизия запасена? Корабли обихожены? Ничего нигде не течет? Никаких неожиданностей не будет?

— Все готово, — кивнул главный флотоводец, — ждем только товар на погрузку и можем выдвигаться. И хорошо бы с этим не тянуть, в конце осени погода на море может портиться, желательно бы проскочить туда-обратно до начала штормов.

— Отлично, тогда отправляемся восемнадцатого числа, четырех дней на все про все, думаю, будет достаточно.

— Все же решил сам поучаствовать? — Реймос, как отвечающий за всю экономику в графстве, в подготовке торгового похода на юг принимал самое живейшее участие. Бывший наемник за прошедшее десятилетие вовсе утратил свои боевые кондиции, раздобрел, обзавелся «солидной» бородой и целой армией помощников. Впрочем, упрекнуть его в чем-то было сложно, со своими обязанностями он справлялся на отлично, и у Александра, кажется, вообще ни разу даже не мелькало мысли о возможной его замене.

— А и то. Сбегаю, развеюсь. Поди не на другой край света собираемся. Седмицу туда, там… Ну пусть столько же. Обратно еще десяток дней, за полмесяца, считай обернемся, и это я еще прилично заложился на всякие неожиданности, если без них обойдемся, еще быстрее получится, — кажется граф пытался убедить в первую очередь сам себя в необходимости своего участия в экспедиции, о чем ему «премьер-министр» тут же сказал. — Устал от всего этого, ты-то меня должен лучше других понимать.

— Понимаю, — кивнул Реймос, — но плыть в неизвестность не тороплюсь.

— А я вот путь проложу, глядишь и ты следующий раз сам отправишься, — усмехнулся попаданец. — Не на юг, так на север, к гномам.

— К гномам — да, дело полезное. Ну посмотрим, как пойдет…

Еще через четыре дня на рассвете караван из целого десятка разнокалиберных кораблей и суденышек отчалил от пристаней Коркоста, начав движение на юго-восток вниз по Лайе. В составе каравана были две боевых галеры, четыре больших ладьи — одна при ближайшем осмотре была признана негодной для дальнего похода — и шесть… Фактически лодок. Только больших, с парусом, но без палубы. Сомнительная штука для хождения по открытому морю, но местные заверили графа, что они все равно будут идти вдоль берега Карландского залива, и что там серьезного волнения обычно не бывает. Так что волноваться нечего.

В качестве товара на юг загрузили бочки с различным алкоголем — благо и в тех краях имелись любители этого дела, — книги, ткани собственной выделки, различные изделия из стекла, несколько ящиков зеркал. Овощи опять же земные, еще не привычные в этом мире, урожай которых как раз собрали по осени. Ну и добили все это мешками с зерном, логично предполагая, что находящемуся в осаде городу лишняя провизия будет совсем не лишней. Очевидно, что с голоду там никто не пухнет, когда есть море под рукой, всегда можно рыбы наловить, вот только долго сидеть на рыбной диете вряд ли кому-то понравится, так что зерно по любому своего покупателя найдет.

Обратно из Карланда собирались везти в первую очередь ту же рыбу, как это не странно. Казалось бы, вот река — рыбы в ней сколько хочешь, бери черпай, ешь-не хочу. Но понятно, что морская рыба — что-то типа обычной селедки земной — совсем другой специалитет. И по вкусу, и по полезности, и по цене. Сам не съешь — в том же герцогстве Тавар с руками оторвут, туда от Большого Залива ничего практически не доходит, а любители полакомиться селедкой вполне наличествуют.

Кроме рыбы и груза, который нужно было привести для Гровера ан-Вайса, Серов планировал закупиться драгоценными камнями и оловом, которые добывались в гоблинских горах, и на которые всегда был устойчивый спрос. Ну и в целом походить посмотреть, что там можно еще интересного приобрести. Например, корабль еще один. Или даже не один, раз уж принято решение о развитии речной торговли с севером и югом. Лишним не будет уж точно.

— Ну как, говорится, помолясь… — Глядя на отдаляющийся берег пробормотал Серов, пробегающий мимо матросик, видимо услышав слова графа, тут же остановился, осенил себя знаком бесконечности и рванул дальше по своим делам.

Караван судов выстроили таким порядком. Впереди на приличном расстоянии шла первая галера — «Амина» — исполняющая роль передового охранения. За ней одна из больших ладей, переделанная под штабной и военный корабль, тут находился сам граф, Ариен — куда без него, — с парой учеников, Жерард, Ромул со своими бойцами ну и пушек сюда сумели воткнуть аж семь штук. По три на каждый борт и одну на нос, что правда привело к тому, что груза этот флагман вовсе не мог никакого перевозить. И даже так «покои» графа на корабле выглядели как маленький отгороженный занавеской закуток в три квадратных метра. Убирающаяся кровать, стул и маленький стол — вот и вся обстановка. С другой стороны, если сравнивать это с путешествием верхом, все равно — громадный шаг вперед в плане комфорта. И задница не болит и пыль глотать не приходится дорожную — красота!

За флагманским кораблем шли еще две ладьи — им тоже всунули по паре пушек на каждую, но тут уже пришлось выбирать — либо груз, либо вооружение — потом все «грузовые» лодки последняя ладья и замыкающей опять же на некотором отдалении плыла вторая галера.

Несмотря на то, что течение у Лайи было совсем медленным, и даже при движении вниз иногда приходилось браться за весла, Барьера караван достиг уже к концу первого дня пути. А ведь от Коркоста да границы Закрытого Королевства добрых шестьдесят километров, а учетом всех изгибов реки — и того больше. Если по земле телегами тащить сравнимое количество груза, считай два-три дня пути.

Пройдя магическую границу — для этого экипажи сошли на берег и небольшими группами за два часа преодолели преграду, оставив корабли двигаться исключительно по воле текущей воды — встали на ночевку. Тут на этой стороне Барьера имелась небольшая крепостица с гарнизоном в пару десятков человек, поставленная специально для контроля места перехода, так что проблем не возникло. Во всяком случае можно было не ожидать засады в процессе этого дела. Если идти по Кель на север, то прохождение границы с той стороны будет куда более опасным делом.

— А хорошо… — Серов сидел на застеленном покрывалом бревне, смотрел на огонь костра, тихонько прихлебывал коньяк из фляжки и радовался душевному спокойствию. Все проблемы остались там за спиной, в отсутствии под рукой мобильной связи, которая тебя достанет в любой точки мира, кажется, и волноваться начинаешь меньше. Ну а что, все равно раньше, чем вернешься обратно, никаких свежих новостей не получишь. Ну или если будет что-то прям совсем срочное, можно будет магпочтой связаться из Карланда. А вот так в пути попаданец чувствовал себя совершенно оторванным от повседневной суеты и счастливо свободным. А еще его немного шатало с непривычки, вроде бы какое там может быть волнение на реке, а поди ты.

— Как Игорь отнесся к тому, что ты без него уплыл? — Поинтересовался сидящий рядом Ариен. Огневик снял сапоги и придвинул голые ступни практически вплотную к огню, кому другому такой фокус стоил бы как минимум серьезных ожогов, но магу, имеющему сродство с огненной стихией, подобное просто не грозило.

— Без восторга. Пришлось долго объяснять ему, что эта поездка — совсем не развлечение, а очень даже работа, и что мне будет просто не до него.

— Ну да, почти это же ты говорил Элею, когда объяснял свое желание сплавать на юг.

— А что, барон Оранж возмущался? Сильно?

— Требовал на тебя повлиять, — хмыкнул Ариен. — А потом узнал, что я тоже собираюсь плыть и махнул рукой. Ты хочешь найти плантацию? Поэтому решил отправиться в плавание самостоятельно?

Тщательно изучив документы пропавшего мага-воздушника Александр, к сожалению, точное место расположения потерянной плантации определить не смог. Единственное, что стало понятно совершенно точно — это то, что она находится где-то на правом берегу Кель в Закрытом Королевстве. Об этом недвусмысленно намекал счет на оплату аренды речного судна и кое-какие другие факты. Учитывая, что только на территории Закрытого Королевства длина реки составляла порядка семисот километров — а со всяким изгибами береговая линия будет еще больше — найти вот так без дополнительных подсказок чужую плантацию будет на так уж просто.

— В том числе, — поморщившись согласился граф. — Пойдем ближе к правому берегу, там в документах есть пара зацепок… Шанс, конечно, не большой, но уж очень потенциальный куш аппетитен.

— Ну я примерно так и думал, — кивнул огневик, одним глотком допил свой чай и завернувшись в плащ тут же начал готовиться ко сну.

Ночь пришла без приключений, и утром экспедиция вновь двинула дальше по реке. Лайа тут в нижнем течении становилась шире — берега как-то разом раздвинулись от фарватера в стороны, убежав на добрую сотню метров направо и налево — и при этом мельче. Движение воды замедлилось, тут и там стали попадаться торчащие прямо посреди зеркальной глади участки, плотно заросшие какой-то речной травой. Все это вынуждало речников браться за весла и помогать себе с помощью мускульной силы.

По берегам реки иногда подпались лодки с какими-то местными рыбаками, тут же спешившими убраться подальше от явно вооруженного до зубов каравана, попадались деревянные причалы, отдельные постройки, в общем, все говорило о том, что не смотря на эпидемию и прочие негативные факторы, жизнь тут тоже есть.

А потом как-то совсем неожиданно Лайа вдруг закончилась, берега с обеих сторон оборвались, и корабли один за другим выкатились на «большую воду».

— Ух ты, — пробормотал Серов.

— Ага, — кивнул Ариен.

— Впечатляет, не правда ли, ваше сиятельство, — в голосе барона Еридана послышались какие-то забавные самодовольные нотки. Как будто это он был тем человеком, который, собственно, и прокопал русло реки. Ну или как минимум участвовал в этом процессе.

Кель была громадной рекой. Что-то типа Волги возможно, во всяком случае дальний ее берег было видно весьма посредственно. Нет, ощущения нахождения в открытом море все же не создавалось, но рассмотреть что-то конкретное на том берегу было практически невозможно.

— Сколько здесь? Ширина я имею в виду?

— Сложно сказать. В разных местах по-разному, — пожал плечами «адмирал». — Если брать версты, то примерно от двух до трех. Где-то так.

Только недавно перешедшему на новые единицы измерения длины адмиралу было явно не очень удобно ими оперировать.

— Да уж, через такую реку мост так просто не построишь, — Серов попытался вспомнить, в каком году был в его мире построен первый пост через сравнимую по ширине водную преграду. Наверное, где-то во второй половине 19 века через ту же Волгу. До такого уровня развития им еще ползти и ползти. Тут не о десятилетиях говорить в пору, а о веках.

— Во времена империи был мост, — тут же откликнулся Ариен. Он тоже явным интересом смотрел на раскинувшуюся во все стороны водную гладь. — Не здесь правда, выше по реке, уже в предгорьях. Там и поуже река будет, и гномы по слухам тоже участвовали в постройке.

— Магия?

— Магия, — согласился огневик. — Читал, что было задействовано чуть ли не сотня землевиков-строителей во главе с двумя магистрами этой стихии. Мост длиной в версту они что-то около года возводили.

— А почему был? Что с ним стало?

— А не знаю, — просто пожал плечами маг. — Знаю, что сейчас три центральных пролета, которые делались так чтобы под ними корабль пройти мог, разрушены, а остальное все так же торчит из воды.

— Да уж, — Александр представил себе размер моста, который нужно было построить, чтобы под арками пропускать парусники, а также запас прочности, который нужно заложить в отсутствии нормальных строительных материалов. Про их кастрированную математику и неразвитость методов обсчета конструкций даже говорить нечего. — Циклопическое должно было быть сооружение.

— Это да…

Второй день путешествия тоже прошел без происшествий, на ночь высаживаться на неизвестном берегу не стали, заночевали прямо на кораблях, встав на якори.

На третий день, погода слегка испортилась, поднялся ветер и по реке пошла мелкая волна, отчего на кораблях часть непривычных к подобному способу передвижения людей — а часть команд, особенно в абордажной части и около трети гребцов были заменены графом на своих людей, просто для безопасности, а то мало ли какие дурные мысли кому в голову полезут, плюс пушкари, плюс маги, которым, как оказалось, ничего человеческое тоже не чуждо — начали страдать от морской болезни. Причем оказалось, что поскольку это как бы не паталогическое состояние, а просто реакция вестибулярного аппарата, то и Жерард никак помочь им фактически не мог. Целитель оказался способен только снять неприятные ощущения на короткое время, после чего бедолаг опять начинало тошнить.

— А почему Кассцы по реке не ходят? — В пути делать было особо нечего, работать с документами у себя в закутке графу быстро осточертело, и он вместе с остальными лидерами похода бесцельно слонялся по верхней палубе, наблюдал за окрестностями и чесал языком. Сыграли с Ариеном пару партий в шахматы, к сожалению, огневик так игру полноценно и не освоил, так что развлечение это было весьма сомнительным. В какой-то момент Александру даже пришла в голову мысль о необходимости изобретения каких-то настольных игр, для убивания времени, но в итоге попаданец забросил ее в дальний чулан мозга как не слишком актуальную. Это сейчас они просто по течению вниз плывут, еще дня два-три в таком неспешном темпе можно будет тюленить, а дальше придется ставить мачту начинать играться с парусами или вообще за весла браться, на скуку времени не останется.

— А им не повезло, — отозвался барон Еридан. Адмирал выпросил у графа его бинокль и теперь с оптикой в руках проводил весь световой день, пытаясь высмотреть одному только ему известные угрозы.

Серов пытался наладить выпуск какой-нибудь оптики у себя в графстве, благо стекольное производство было уже налажено. Пусть не бинокли, но какие-нибудь примитивные подзорные трубы… Получилась полная фигня со слабым приближением и мутными, темными линзами. Что пошло не так, Серов не знал, в деле варки стекла он был полным профаном, а курочить свой бинокль «на опыты» отдавать отказался. Поэтому пока со своей оптикой в графстве было примерно никак.

— В каком смысле?

— Барьер у них находится считай на расстоянии двух пеших переходов от берега реки. Верст с полсотни примерно, если на ваши переводить, ваше сиятельство. В среднем. Армию Кассцам постоянно приходится держать на северных рубежах, чтобы от набегов орков защищаться, туда на юг из степи дикари ходят куда как чаще чем к нам. Быстро перебрасывать войска из-за магической преграды не получается, поэтому нужно считай две армии иметь, а на это средств у хана нет. Они несколько раз пытались на берегу реки закрепиться, но в итоге каждый раз ничего не выходило, ватаги пиратов, промышляющих на реке, каждый раз собирались с силами, подбирали момент, когда начнётся очередной набег серокожих и неизменно сжигали отстроенные крепостицы. Почитай уже лет тридцать кассцы и не пытаются на берег реки выбраться.

— И что ж они не пользуются такой выгодной артерией торговой? — Удивленно переспросил граф. В голове попаданца просто не укладывалось, как имея под рукой не баронство с населением в полтора землекопа, а полноценное государство, можно подобные возможности обходить стороной.

— Пользуются, почему не пользуются, — пожал плечами адмирал. — Просто в качестве основных торговых ворот с этой стороны у них город Питран выступает. Он в заливе находится, его оборонять проще, опять же с Барьером играться не нужно. Ну а то, что плыть дальше… Ну что ж тут поделаешь.

Глава 7−2

Приключения настигли экспедицию только на пятый день пути. Все это время корабли двигались максимально осторожно, не приближаясь особо к берегам и ночуя посреди воды на якорях. Только одну ночь позволили себе передохнуть, обнаружив небольшой и удобный для стоянки остров посреди реки, судя по остаткам костров и другим характерным признакам, место это было известно и активно использовалось ранее другими речниками.

Пару раз мелькали вдалеке неизвестные корабли, но каждый раз при виде большого и явно хорошо вооруженного каравана тут же ныряли куда-то под берег в плавни, не желая испытывать судьбу и выяснять принадлежность флотилии. Вообще-то на корабельных флагштоках — мачты были сняты по причине неудобного бокового ветра — висели флаги с графским белым единорогом в лазоревом поле, что как-бы само по себе отвечало на вопрос о том, кто плывет, но вряд ли местные жители были так уж сильны в геральдике.

— Корабль справа по борту — на пятый день пути адмирал все же отдал бинокль специальному «впередсмотрящему» бойцу, поэтому первым потенциального противника заметил не барон Еридан. — Галера, движется нам на перерез! За ней вторая!

— Тревога! Гребцы на весла! Вздеть брони, пушкари готовьте артиллерию. Мушкетерам иметь тлеющие фитили! — Начавшие суетиться бойцы едва не затоптали застывшего на одном месте графа. В отличии от остальных «обитателей корабля» он как бы не имел собственного места «по боевому» распорядку, поэтому немного даже растерялся, не зная, что делать.

Отойдя с прохода, Серов выпрыгнул из тела и осознал пространство вокруг. То, что он увидел, ему совсем не понравилось.

— Впереди нас ждут еще три корабля и сзади, прикрываясь цепочкой островов — догоняют два, — вернувшись в тело озвучил Александр результаты своей рекогносцировки. К нему тут же, уже зная последствия от таких действий, подскочил Жерард и принялся торопливо лечить головную боль. К сожалению, силы целителя плохо снимали последствия от божественных деяний, но и сказать, что совсем бесполезным это было, тоже нельзя.

— Семь вымпелов? — Было видно, что адмирал ошарашен таким масштабным комитетом по встрече. — Это мы неудачно попали, ваше сиятельство.

— Сможем оторваться? — Поинтересовался граф заранее предполагая ответ.

— От галер, — барон повернулся и еще раз быстро окинул взглядом идущую на перерез пару явно боевых кораблей. — У них по два десятка весел с каждой стороны. Разве что нам сейчас ровно в корму ветер задует и прямо на руках вынесет из дельты реки… Но даже так — сомневаюсь.

— Значит, придется показать кое-кому, что разевать варежку на флаг с белым единорогом — это смертельная ошибка, — Александр внезапно понял, что даже не волнуется. Если после всего, что он сделал, после всех усилий в развитии магического и военного потенциала графства, он умудрится проиграть каким-то вонючим пиратам, то так ему идиоту и нужно.

Меж тем корабли продолжали сближаться. Конвой графства перестроился в две колонны, уведя левее невооруженные торговые лодки, а правую колонну поставив военные вымпелы. Передняя и задняя галеры — они размерами были чуть меньше, чем у противника, что само по себе не внушало оптимизма — тоже подтянулись к основной группе, замыкающая и вовсе вышла вперед и встала первой, сформировав такое себе быстрое крыло эскадры.

Попаданец никак не мог избавиться от ощущения, что постоянно пытается оценивать действия местных речников с токи зрения морской тактики будущего. Какое еще быстрое крыло? Тут нет линейной тактики, никто не забрасывает врага снарядами и не пытается сделать «кроссинг-Т», поставив в невыгодные условия. Быстрая атака и абордаж — вот и вся стратегия, даже таран никто использовать не будет, не для того чай нападают чтобы утопить, а для того, чтобы трофейным добром поживиться.

Логика простейшая, корабль может везти либо товар, либо солдат, и речной разбойник тут всегда будет в заведомо выигрышной ситуации, просто потому что может набрать на борт вдвое, втрое больше вооруженных людей. Вот и все военное искусство.

— А потом пришел полковник Кольт и всех уравнял, — пробормотал себе под нос граф. — Попробуем шугануть их с расстояния? Может получится проскочить без боя.

— Не стоит, — покачал головой адмирал. — От попытки абордажа они все равно не откажутся, только раньше времени свои карты раскроем. Сойдемся в плотную и бахнем картечью, оно так надежнее будет.

— Так может не будем ждать, пока нас в ловушку загонят, и сами атакуем? — Несмотря на то, что фактически сражение уже во всю шло, события развивались максимально неспешно. Привыкший к совсем другим скоростям Серов от этого находился как будто не в своей тарелке. Вроде бы десять минут уже прошло с момента обнаружения противника, а корабли еще даже на дистанцию выстрела не приблизились.

— Там тоже не дураки, ваше сиятельство, не будут они в драку лезть, пока не почувствуют, что обладают полным преимуществом. Они же не просто подраться на реку вышли, а за заработком. — Адмирал задумался на секунду и добавил. — Впрочем, никто не мешает нам попробовать.

И тут же отдал приказ принять правее, чтобы ускорить схождение кораблей. При этом ладьи, идущие за своим флагманом тут же, дисциплинированно тоже подправили курс, а возглавляющие колонну галеры на некоторое время замешкались и довернули с опозданием образовав таким образом как бы строй пеленга.

Вражеские галеры отреагировали мгновенно тоже изменив курс — теперь уже они шли строго вдоль русла реки — и немного добавив скорости. С такого расстояния было уже слышно, как отбивающий ритм барабан принялся стучать активнее.

— Ариен, твои что-то сделать могут? — Серов повернулся к магу.

— Да я и сам тоже вполне, — маг подошел к борту и без лишних разговоров метнул в сторону противника простейший огнешар. Александр мимоходом заметил, что огневик не смотря на свои жалобы за последние годы изрядно прибавил в силе, раньше он на такие дистанции даже простейшими заклинаниями бросаться не мог. Получилось, однако, не слишком впечатляюще, Ариен банально с непривычки не сделал поправку на движение, и снаряд прошел далеко за кормой замыкающей галеры. В отличии от чугунного ядра, которое условные сто метров пролетает практически мгновенно, огнешару на это требуется добрых пять секунд, при скорости той скорости, с которой передвигалась галера, за пять секунд она проходила почти двадцать метров — две трети собственной длины. С другой стороны, неудача мага не смутила, он только пожал плечами и метнул второй огнешар уже взяв нужное упреждение. На этот раз магический снаряд попал в цель, но нанести какого-то ущерба не смог — бессильно расплескался по выставленному щиту и развеялся белёсым паром. — У них тоже есть маг. Судя по структуре щита — водник, силу определить не смогу. Тут его родная стихия вокруг, все его конструкты будут сильнее выходить, ну а мои — наоборот. Может мастер, может подмастерье сильный.

— Это проблема? У нас тут на борту пятеро магов, я думал, этого хватит на любую жизненную ситуацию, — в этот момент с вражеской галеры, идущей чуть впереди начали лететь стрелы, барон отдал приказ «поднять щиты», что и было сделано, ладья «нарастила» борта на добрый метр и превратилась в такую себе «осадную башню» на воде. В щитах заранее были проделаны бойницы для стрельбы из мушкетов, однако выкладывать на стол этот козырь никто пока не торопился. — А всего в конвое у нас больше десяти магов, разве противник может вообще, что-то противопоставить?

— Ну, не думаю, что там на галере может быть магистр, все же эти вот игры для мага такого масштаба мелковаты, — с сомнением протянул Ариен.

— Будем надеяться, — согласился граф. Магистр — это уже уровень главы серьезной организации где-нибудь в северных королевствах, вряд ли такой человек будет промышлять речным разбоем. Просто, потому что легальными способами заработает гораздо больше.

— Вот они наперерез идут! — Послышался голос вперёдсмотрящего.

Серов тоже повернул голову, практически перпендикулярно их движению и течению реки из-за заросшего каким-то кустарником острова показались те самые корабли, которых явно ждала «загонная команда» на галерах, и чье существования для речников графства уже давно не было сюрпризом.

Тут же ранее уклонявшиеся от столкновения галеры справа вновь изменили курс и начали сближаться активнее. Видимо данный маневр у этих речных пиратов — хотя как их тут пиратами назовешь, полноценный боевой флот, семь вымпелов, у того же графа Серова имелось меньше — был отработан не один и не два раза, поскольку действовали они достаточно согласовано и без излишней суеты.

— Вжух! — Точно летевшая по крутой дуге вражеская стрела с характерным звуком сгорела, коснувшись выставленного Ариеном щита. Другая — явно летевшая мимо цели — булькнула в воду где-то за левым бортом «Арго». Именно так Серов назвал свой флагман, примерив на себя, соответственно, воображаемую шкуру аргновата. Только теперь наблюдая за летящими в их сторону стрелами — отвечать артиллерией они все так же не торопились — попаданец подумал, что подобное названия для корабля как бы само провоцирует мироздание на сотворение им приключений в дороге. «Как вы яхту назовете, так она и поплывет», возможно стоило выбрать какое-то более спокойное и даже скучное имя.

— Как тебе мой новый щит? — Ариен повернулся к другу и в глазах огневика Серов увидел только предвкушение от близкой драки. Видимо подсознательно маг тоже считал, что с тем количеством козырей, которые были распиханы у аргонавтов по рукавам, проиграть каким-то вонючим речным пиратам они точно не смогут. — Последняя моя разработка. Тончайшая работа, сам определяет, летит снаряд в цель или нет. К сожалению, использовать его можно только на вот такой платформе как корабль, но зато сил практически не потребляет. А если еще над ним поработать, то может быть даже в стационарный вариант, работающий от накопителя, можно будет переделать.

— Это для этого ты перед отплытиям пол дня по кораблю лазил и что-то там рисовал со всех сторон? — Поинтересовался Александр. Над его головой как раз вспыхнула еще одна стрела и мужчина непроизвольно немного присел. Магический щит — магическим щитом, а наработанные годами рефлексы никуда не денешь.

— Ну да. С магическими снарядами оно работать не станет, но вот со стрелами, дротиками и прочей летающей дрянью — вполне, — Ариен прислушался к себе и переспросил. — Мне кажется или мы останавливаемся?

— Так точно, ваше магичество, — отозвался стоящий тут же барон Еридан. — Это их маг-водник нас тормозит, я сам не сталкивался, но мне рассказывали…

В этот же момент чужой маг, видимо, решил продемонстрировать свою силу более наглядно. Безошибочно определив «Арго» в качестве флагмана, по нему он и нанес удар. Прямо из воды около борта корабля в небо рванул столб воды и развернувшись где-то в тридцати метрах над палубой обрушился обратно сверху вниз. Тут уж Ариену пришлось не сладко. Даже несмотря на то, что к мастеру тут же подключились его ученики, сформировав прямо на баке такой себе круг с огневиком в центре, было видно, что защита корабля требует от мага полной концентрации. Огненный купол, возникший в воздухе по большей части, держал напор воды, — до палубы корабля долетали только отдельные хоть и горячие, но совершенно не опасные брызги — однако по мгновенно покрасневшему лицу Ариена стало понятно, что долго он так не продержится.

— Огонь! — Не желая быть смытым в воду тут же скомандовал Серов. Благо одна из вражеских галер уже подошла на пистолетную дистанцию. Палуба вражеского корабля находилась ниже, чем борт «Арго» и с баковой надстройки было прекрасно видно, как три десятка бойцов в полной готовности с оружием в руках ждали окончательно схождения кораблей.

— Бабах! — Выплюнули свинец все три расположенные на один борт пушечки. — Бах-бах-бах!

Это уже вооруженная мушкетами «противоабордажная команда» вразнобой разрядила свое оружие куда-то в сторону врага. Им конечно стоило бы приберечь заряды в стволах и дождаться пока развеется пороховой дым, а не стрелять наобум, но нервы… Они же у людей не железные.

Впрочем, через несколько секунд, когда пороховое облако снесло ветром в сторону, стало ясно, что добавки конкретно этой галере уже не требуется. Залп с расстояния в два десятка метров — фактически в упор кровавой косой прошелся по открытой верхней палубе галеры, буквально снеся с нее все живое. Большая часть абордажной команды превратилась в кровавые ошметки, ровным слоем размазанные по всем деревянным поверхностям.

Часть гребцов, сидящая на крайних веслах и не попавшая под залп, выжила, но оказалась полностью деморализована и неспособна к дальнейшему сопротивлению. Ну и судя по тому, что водяной столб тут же опал, а «Арго» как будто получил пинка под корму, сорвавшись вперед, вражеский маг тоже оказался выведен из строя.

Вторая вражеская галера, которая шла чуть впереди отреагировала на изменившиеся обстоятельства считай мгновенно. Явно не желая приближаться к флагману под флагом белого единорога — возможно там посчитали, что на борту какой-то особо сильный маг присутствует — гребцы налегли на весла и рванули вперед так, что угнаться за ними оказалось просто невозможно. При всех своих достоинствах пузатые ладьи были весьма посредственными ходоками и за стремительными, как будто специально построенными для гонок, галерами угнаться не могли.

Вместо прямого боя неизвестный командир второй галеры поступил гораздо более цинично и прагматично, сделал небольшой крюк и переложившись на левый борт явно дал понять, что собирается, пока боевые корабли графства тут занимаются всякими неинтересными делами, познакомиться поближе со строем совершенно беззащитных лодок с товаром.

Александр закусил губу — впереди две его «боевые» галеры уже вступили в бой с тремя противниками. Причем судя по тому, что дело там уже перешло в стадию абордажа, ничем хорошим оно закончиться не могло. Сзади строй из трех «военно-торговых» ладей настигали еще две вражеские галеры из задней группы. За этот «фронт» можно было не сильно переживать, но и помочь другим кораблям нагруженные товаром и медлительные ладьи явно никак не успевали. Нужно было срочно принимать решение и делать выбор.

— Полный вперед! Сначала поможем нашим, потом будем спасать добро.

— Весла на воду! — Тут же отрепетовал приказ барона Еридан. — Давайте наляжем, нужно ускориться!

— Ты как? — Серов повернулся ка магу.

— Это было тяжело, — с лица Ариена сползла улыбка, и теперь оно выражало только полную сосредоточенность. — Я знал, что драться на воде с водниками… Тяжело. Но это было действительно что-то с чем-то. Думаю, еще немного и он бы меня продавил.

— Можешь помочь ускорить «Арго»? — До сражающегося впереди «быстрого крыла эскадры» было примерно километра с полтора. При таком темпе движения — пять-семь минут. Вроде и не особо долго, но для скоротечной рукопашной схватки эти минуты вполне могли стать фатальными.

— Хайрум, — Ариен повернулся к ученику-воднику, которого определили во флот, так сказать, штатным составом. — Толкни корабль.

— Как? — Совсем молодой еще, лет пятнадцати паренек, у которого еще даже усы нормально не росли, явно растерялся в непривычной обстановке.

— А я откуда знаю! Почувствуй воду вокруг, это же твоя стихия. Почувствуй и толкни, не спрашивай — делай, — не смотря на напор огневика, Александр, как человек знавший его тут дольше всех, сразу понял, что Ариен и сам нервничает от попадания в непривычные и некомфортные для себя обстоятельства. А еще оттого, что вынужден полагаться на юнца только-только научившегося чувствовать силу.

Парень закрыл глаза, нахмурил брови, раскинул немного в стороны руки с открытыми ладонями — при этом пальцы его как-то странно шевелились, как будто он ими что-то перебирал, — и спустя пару десятков секунд корабль действительно ускорился. Не сильно, но вполне заметно.

Граф приподнял удивленно бровь и повернулся к Ариену, на лице которого тоже проявилось выражение немалого изумления. Видимо, огневик при всем своем напоре не слишком верил, что у этого Хайрума что-то всерьез получится.

Тем временем впереди три вражеских вымпела — две средних размеров галеры и что-то большое и пузатое с массивными надстройками на корме и на носу — уже во всю штурмовали не сумевшие от них оторваться графские корабли.

Впрочем, бой для пиратов явно проходил совсем не так просто, как им хотелось бы. Одна вражеская галера уже во всю горела, оттуда бойцы спешно перебегали на «Амину». Нос графского корабля был уже захвачен, однако на корме защитники сумели сформировать строй из щитов, из-за которого мушкетеры во всю поливали атакующих свинцом.

Вторая графская галера — на ее борту было нанесено название «Щука», а нос был выполнен в виде головы хищной рыбы — видимо сумела удачно отстреляться по своему визави, но была настигнута тем самым пузатым кораблем и там тоже шел абордаж.

— Проходим мимо «Амины», разряжаем по ним пушки с одного борта и идем на помощь «Щуке». — Александр обернулся назад, там его ладьи вполне спокойно отстреливались от наседающих пиратских галер. Туда, где от чужой галеры во все стороны пытались разбежаться беззащитные лодки, он даже не хотел смотреть. — Эти уже горят, мы их не спасем. Попробуем спасти «Щуку». «И затрофеить вот этого пузатого парня».

Последнее от добавил мысленно, чтобы не сглазить.

Уже сейчас, еще до окончания одного, первого же, морского — ну ладно речного, невелика разница в данном случае — сражения Серов понял, что узкие и быстрые галеры ему не подходят в качестве основы для построения собственного флота. Мало того, что на них груза не перевезешь много, но главное — у них низкая палуба, нет надстроек, а из-за «скоростного» соотношения длины и ширины невозможно поставить пушки для стрельбы на борт. Вот и сейчас «Щука» явно поймала одного противника под выстрел с курсового угла, а когда ей зашли сбоку, осталась фактически беззащитной.

— Бдыщь! — Несколько пиратских бойцов, как раз перепрыгивающих с борта высокого корабля на борт «Щуки», точечным порывом ветра отбросило в воду. Значит, как минимум приписанный к кораблю маг-воздушник еще жив и сопротивляется.

— Огонь! — Три пушки левого борта разом выплюнули картечь, расчищая палубу вражеского корабля. К сожалению, надстройки на носу и корме были выше, чем у «Арго» поэтому те, кто находился там фактически никак не пострадали. — Мушкетеры огонь по способности, остальные со мной!

Александра окончательно захлестнул азарт сражения, он без всякой дополнительной подготовки перемахнул через борт и два разделяющих корабли метра воды. Кто-то там справа и слева уже закидывал кошки с канатами, соединяя две посудины вместе, но графу это было не интересно. Тут же в полуметре от него мягко приземлился Ромул и радостно оскалившись выхватил из ножен клинок. Перевертыш подраться любил и никогда бы такое развлечение не пропустил.

— Берем корму, — быстро скомандовал граф и не дожидаясь ответа рванул в указанную строну.

Пнув походя какого-то раненного недобитка, который не смотря на дыру в боку еще пытался ворочать остро отточенной железякой, Серов в три прыжка взвился по короткой деревянной лестнице и тут же ткнул кулаком с зажатой в нем рукоятью меча первого попавшегося тут пирата. Открытый шлем-шишак никак защитить лицо своего хозяина не смог, под кулаком что-то отчетливо хрустнуло, брызнула кровь. Александр даже не стал добивать подранка, а тут же обрушил простой бесхитростный косой удар на следующего противника — где-то сзади бахнула вспышка от привычного огнешара, заставив графа мысленно поморщиться, не хватало еще чтобы Ариен ему потенциальный трофей сжег — мгновенно располовинив того до пояса.

В отличии от сухопутных бойцов, речники тяжелые стальные доспехи не жаловали по понятной причине — свалишься за борт пойдешь ко дну топором, и «мама» сказать не успеешь — поэтому по большей части одеты были в тканевые стеганные тулупы, которые гномьему мечу были совсем не помехой.

Еще удар, блок мечом чужого удара — пират проваливается вслед за пущенным вскользь клинком, и Серов одним выверенным толчком отправляет бедолагу в полет за борт — уворот, — полоса стали проходит буквально в десяти сантиметрах он головы графа… И на этом сражение неожиданно закончилось. Последнему пирату Ромул просто сломал шею, не став даже использовать свой клинок.

Пока попаданец геройствовал с мечом, на палубу успели высадиться мушкетеры и с высоты разрядить свои карамультуки в спину вражеской абордажной партии пытавшейся в этот момент захватить «Щуку». Попав меж двух огней, пираты очень быстро сдулись и принялись поднимать в гору лапки.

— Быстро! Быстро! На весла! — К сожалению расслабляться было еще рано. Несмотря на то, что тотальный разгром графскому каравану уже в общем-то не грозил, до полной победы было еще далеко. — Ариен, хватай своих и за мной, Ромул ты тоже!

Идея Александра была проста. «Арго» при всех своих достоинствах был весьма посредственным ходоком, а именно скорость была важна им сейчас больше всего. Нужно было спасать свои грузовые корабли, иначе весь смысл похода просто терялся.

— Все, кто способен грести — на весла, кто не способен — переходим на трофей! — Произошла быстрая смена экипажа, к остаткам команды «Щуки» присоединились бойцы с флагмана, благо чтобы сидеть на веслах никаких специальных навыков не требуется, это не по мачтам лазить и паруса ставить. — Хейрум, поднажми если можешь.

— Попробую, ваше сиятельство. — Отозвался парень и вопросительно посмотрел на Ариена. Огневик только кивнул и положил ученику руку на плечо, делясь с молодым силой.

На поле боя меж тем ситуация сложилась такая. Та самая первая галера, попавшая под полный залп с «Арго», но после этого недобитая, болталась на воде, без попыток как-то поменять свое положение. Там, судя по всему, боеспособных единиц не осталось совсем. Вторая галера, которая в самом начале столкновения пострадала от «Щуки», активно сваливала прочь в сторону правого берега, надеясь спрятаться в плавнях до того, как о ней кто-то вспомнит.

На месте сцепившейся «Амины» и ее визави во всю полыхал здоровенный пожар, там бойцы уже не думали о сражении, а просто прыгали в воду, ожидая, когда их подберут плывущие дальше в хвосте колонны ладьи.

Там же в хвосте сражения, судя по всему, так и не случилось. Две замыкающие ловушку пиратские галеры поняв, что жертва оказалась излишне кусючей и видя судьбу своих подельников, решили не дергать удачу за яйца и просто отвернули в сторону. Как потом выяснил граф, перед этим разбойники все же получили пару ядер в борт с дальней дистанции, чего хватило для просветления в мозгах, но не хватило, чтобы отправить их на корм рыбам.

Ну а главной сейчас проблемой была последняя галера, которая уклонилась от боя и вместо честного сражения направилась грабить торговую часть каравана. К счастью, времени на то, чтобы нанести критический вред у пиратов не было, при виде приближающейся опасности речники дружно порскнули в разные стороны на своих лодках-переростках, поэтому догнать разбойникам удалось только одну. Более того, явно не успевая перегрузить товар к себе на борт, они поступили гораздо проще. Банально взяли лодку на буксир и принялись, работая веслами из всех сил, уходить обратно вверх по реке, в надежде оторваться от гораздо более медленных преследователей.

Вот только отпускать разбойников со своим добром Серов совершенно не собирался. Да, «Щука» была меньше вражеской галеры и гребцов на ней было соответственно тоже меньше. Да и опыт гребцов, ко всему прочему успевших только что поучаствовать в коротком, но ожесточенном сражении, тоже сказывался. Вернее, сказывалось его отсутствие — весла то и дело норовили опуститься в воду вразнобой, из-за чего кораблик то постоянно слегка подыскивал на курсе и терял драгоценные крупицы скорости.

— Можем быстрее? — Серов повернулся к Ариену, но тот только отрицательно покачал головой. Впрочем, вопрос был глупый сам по себе, достаточно было посмотреть на лицо молодого мага-водника, с которого буквально градом тек пот, чтобы все понять без слов. Александр повернулся назад, и еще раз окинул взглядом свою гребную команду — там тоже все выкладывались на полную.

Не смотря на все усилия, расстояние между двумя — тремя если считать грузовую лодку — кораблями почти не сокращалось. Минута текла за минутой, а дистанция примерно в километр оставалась фактически стабильной.

— Как думаешь, долго они протянут вот так, наверное, не легко груженную лодку на буксире тянуть?

— Да кто ж их знает, — пожал плечами Ромул, к которому был обращен вопрос. — Ну и опять же, кто сказал, что у них там своего мага нет.

— Давайте тогда что ли хоть из пушки их пугнем… — Серов подошел к стоящей на носу галеры пушечке и принялся ее торопливо заряжать. Благо и ядра, и порох искать не пришлось, они тут же в специальных ящиках жали своего часа.

— Бабах! — Ядро медленно, так что его было буквально видно невооруженным глазом полетело вперед, пару раз стукнулось о воду и проскочило мимо вражеской галеры. Сильно мимо, метрах в пятидесяти левее поднялся фонтан из брызг. Все же километр для этой пушки был слишком большой дистанцией. С другой стороны, заняться было все равно нечем, поэтому Александр не слишком торопясь тут же принялся перезаряжать орудие. — Бабах!

Второе ядро легло лучше. Назвать это накрытием было еще нельзя — на этот раз брызги взметнулись правее вражеского корабля — но все же.

— Вилка, — пробормотал Серов, ехидно усмехнувшись в душе. С учетом отсутствия каких-либо нормальных средств наведения и мощного отката орудия, сбивающего всяческую настройку, пользы от пристрелки практически не имелось. Каждое следующее ядро приходилось класть как первый раз.

Впрочем, как оказалось, польза все же была. Кто-то там на рулевом весле оказался недостаточно крепок на нервы и при очередном близком попадании — на этот раз действительно близком, — видимо, слишком резко дернул своим орудием труда. И не было бы в этом никакой проблемы, если бы не тяжелая лодка с товаром, взятая на буксир. От рывка, веревка, которой приз был прикреплен к галере просто лопнула и на этом, можно сказать, бой был окончен. Возвращаться и вступать сражение за утерянный хабар пираты очевидно посчитали неоправданным риском, а без тянущей ее назад лодки вражескую галеру догнать оказалось просто невозможно. Та на глазах ускорилась и «ушла в закат», бросив на произвол судьбы троих бойцов, оставленных на захваченном ранее призе. Двое из них предпочли сдаться, а еще один попробовал прыгнуть в воду и спастись бегством. Неудачно — отправленный вдогонку Ариеном огнешар поставил точку в жизненном пути бедолаги. И обеспечил здешних рыб питательным обедом.

Глава 8−1

— Потери в итоге не так велики, как могло казаться на первый взгляд, ваше сиятельство, — после боя «аргонавтам» все же пришлось причалить к берегу, чтобы привести себя в порядок, разобраться с кораблями и пленными. — Всего погибло двадцать семь наших, включая, к сожалению, находившегося на «Амине» мага. Еще полтора десятка человек получили разной тяжести раны, но господин Жерард обещал большую часть из них поставить на ноги.

— Что по кораблям? — Граф стянул с головы шлем, отдал его подскочившему пажу, пригладил совершенно мокрые от пота волосы, ухватил протянутую баклагу с водой и жадно к ней приложился. Вот вроде бы уже совсем не жарко на дворе, а все равно — не замерзнешь.

— «Амина» сгорела, мы ее даже спасать не стали, «Щука» в порядке. Относительном, там от столкновения бортами открылась небольшая течь, ее нужно будет законопатить, — Серов поморщился, такие они морские волки… Пока гнались за убегающей галерой чуть сами не утопли, не удивительно что догнать не могли, с полным-то трюмом воды. Позорище. — Остальные корабли в порядке, никакого ущерба кроме как в людях не понесли.

— Трофеи? — Граф скинул с себя броню, поддоспешник, рубаху и с наслаждением облился поданной ему водой. Теплой, что приятно. Отфыркался, обтерся чистым полотенцем и вновь повернулся к адмиралу. Не полноценный душ, конечно, но в пути сойдет.

— Взяли одну галеру почти целую. Чуть крупнее «Амины» и «Щуки»…

— Пусть будет «Быстрая», — тут же окрестил трофей граф.

— Пусть будет, ваше сиятельство, — пожал плечами барон, ему название корабля явно было до лампочки. — У нее побиты борта, несколько весел поломано, но в целом, вполне можно использовать.

— А этот, большой который? Как ладья, но с надстройкой на носу?

— Кауза, ваше сиятельство, такие корабли в Карланде называются каузами.

— Почему так?

— Прошу прощения, — на лице адмирала на секунду отобразилась непередаваемая гамма эмоций, явно связанная с неуместным по мнению флотоводца любопытством попаданца, но он сдержался и просто ответил, — не имею ни малейшего представления, ваше сиятельство.

— Ну ладно, что с ней?

— С ней все в порядке. Отличный трофей. Только вот команды нам на нее не хватит, ну и в устье Лайи она пройти сможет только облегченной по максимуму.

— Сколько людей нам не хватает?

— Выживших с «Амины» мы переведем на «Щуку», пару человек на побывавшую «в плену» грузовую лодку, благо там парни додумались не сопротивляться и сдаться побыстрее, иначе было бы хуже. Полсотни человек нужно на галеру, чтобы она стала боевой единицей, если просто до Карланда довести — вдвое меньше. Ну и на каузу…

— Давай ей «Аннией» назовем, — вставил Серов, а сидящий рядом возле костра Ариен от звука этого имени неиллюзорно дернулся.

— Пусть «Анния», — кивнул барон, со всей предысторией этого имени не знакомый. — На нее нужно хотя бы два десятка человек, чтобы опять же до Карланда довести. Как на ней плыть обратно пока вообще не понятно, на веслах там против течения выгрести будет сложно, а людей, которые хорошо с парусами умеют работать у нас и так не хватает.

— Хм… — Бросать трофей было жалко, плыть дальше с половинными командами — просто опасно. Дело даже не в каких-то очередных пиратах, не может же их быть тут пачками под каждым кустом. Просто налетит какой-нибудь шторм, не сумеешь против волны выгрести и все — прости прощай. — А что пленники?

— Почти четыре десятка взяли, — тут же отчитался барон. — Не все правда совсем здоровые, а часть очень даже помятые, с лишними дырками в телах, но да. Тридцать семь человек.

— А если их на весла посадить?

— Пленников? — До идеи галерных рабов в этом мире явно еще не дошли. Это вообще было достаточно сомнительным делом, когда абордаж — главное оружие боевой галеры. Не только снижаешь количество собственных бойцов на корабле, но и ставишь глобально все дело в зависимость от рабской готовности пленников подчиняться своему хозяину. А ну как в самый ответственный момент они грести перестанут, или повернут галеру под неправильным углом — их конечно убить за такой бунт можно, но вряд ли это поможет выиграть сражение. Как с этим мирились в земной истории, попаданец представлял весьма смутно.

— Ну да, — кивнул Серов. — Привязать руками к веслам, чтобы они проблем не доставляли, пускай гребут. Пообещать, что в Карланде освободим.

— А обратно? — Адмиралу предложенная идея явно пришлась по душе, очевидно, что бросать трофеи он тоже желанием не горел. Барон Еридан не скрывал своих честолюбивых планов занять одно из важнейших мест при троне графа — пока графа, а там глядишь и короля — и хороший старт для этого нужен был как воздух. А что может быть лучше, чем удачная экспедиция, показывающая способность флотоводца готовить команды и командовать в бою, да еще и закончившаяся пополнением в вымпелах.

— А обратно в городе моряков наймем, — пожал плечами Александр.

— Ну да, война, проблемы с торговлей, шалящие в устье Кель пираты, вероятно не мало привычных к этому делу людей сидят без работы в такой момент, — быстро подхватил мысль барон, показывая наличие межушного ганглия и некое умение им шевелить. — Может и выгореть.

Весь следующий день пришлось потратить на приведение эскадры в порядок, на переукомплектованние команд, да и просто отдохнуть после такого сражения виделось совсем не ошибкой. Люди устали, выложились в том числе на веслах, часть была ранена и требовала помощи магов-целителей. Одного целителя и остальных используемых в качестве «батареек».

Утром седьмого дня, если считать от начала похода, корабли вновь отчалили от берега и двинули на юг.

Устье Кель… Это уже не река. Это огромная территория занятая водой. Несколько относительно больших рукавов, образующих громадную дельту, бесчисленное множество мелких проток, мириады остров и плавней между ними. Все это густо покрыто камышом, кое-где прямо «посреди реки» торчат отдельные деревья и даже небольшие рощи. А еще невообразимое количество всякой живности. Плескающейся в воде рыбы, оглушительно галдящих птиц и тучами вьющихся насекомых.

И все это на площади в пару десятков тысяч квадратных километров, дельта Кель размером была примерно, как половина графства Серов. Впечатляет. Не Рио де Ла-Плата, но тоже серьезно.

И тем удивительнее, что проскочить это весьма сомнительное с точки зрения безопасности место — в здешних кустах можно было легко спрятать Великую Армаду и не одну, про пару-тройку боевых пиратских галер и говорить нечего — каравану удалось вообще без всяких приключений. Просто выбрали один из боковых протоков, который забирал левее — они тут тоже регулярно меняли направления своего течения, поэтому никогда нельзя было быть уверенным в своих знаниях местных лоций — и к концу дня уже выскочили в открытое море. Впрочем, учитывая особенности местной географии провести четкую границу между морем и рекой тоже было не так просто.

Переночевали на якорях, а утром пришлось ставить мачты и браться за весла. Помогающее движению вниз по реке течение закончилось и теперь нужно было проскочить еще около ста километров вдоль берега, чтобы достичь знаменитого торгового города.

— Да уж, кажется, с семью днями я несколько погорячился, — пробормотал Серов, прикидывая, что на эти сто километров, если даже махать веслами от зари до зари, уйдет не меньше двух дней.

— Ничего, ваше сиятельство, — услышал бормотание сюзерена барон Еридан. — Сейчас парус поставим, ветерок поймаем утренний и считай треть дистанции у нас в кармане.

И действительно, легкий утренний бриз тут же наполнил поднятые речниками — вернее теперь уже полноценными моряками — паруса и обеспечил вполне приличную скорость движения.

Продолжалась халява правда не очень долго. К обеду задул устойчивый ветер с юго-запада и эскадре пришлось резко менять направление движения сдвигаясь в сторону касского побережья. К сожалению, прямые паруса, которыми были оборудованы все корабли, довольно паршиво работали при крутом встречном ветре, поэтому особого выбора в общем-то и не было. Аккуратные же расспросы Александра насчет использования косых парусов, позволяющих ходить галсами практически против ветра, выявили, что такого изобретения тут просто не знают.

К сожалению, здесь не было Средиземного моря, ставшего в нашей истории своеобразным «детским бассейном», в которой европейские цивилизации учились мореходному делу перед выходом в большой океан. Тут человеческая цивилизация фактически была сугубо континентальной. Узкое море было заселено слабо и считалось настоящей задницей мира, плюс наличие близких берегов способствовало «каботажному складу мышления».

Большой же залив на западе давал больше простора, но при этом славился своим отвратительным нравом в плане погоды, без мага на борту там выходить из порта считалось делом совершенно самоубийственным, а посему и форма парусов вроде как была не так важна.

Проблема заключалась в том, что и сам попаданец представлял себе устройство косого паруса весьма смутно. Ну то есть принцип понятен — парус работает фактически как крыло, создавая «подъёмную силу» вбок по направлению движения судна. Вот только между пониманием основного принципа и реализацией его на практике… Ну скажем так, немалая дистанция.

И таких вот моментов, когда более конкретные знания из будущего могли бы пригодиться на практике, имелось просто неисчислимое количество. Попаданец мысленно скользнул к лежащему у него в дальней ухоронке трофейному ноутбуку. К большому сожалению, то, что он научился включать «чудо враждебной техники», никак графу не помогло. На компьютере был установлен пароль, а попытка его побороть одной своей волей, предпринятая как-то молодым божеством, едва не стоила ему здоровья. В прямом смысле, Серов потом несколько дней лежал пластом и приходил в себя. Видимо, с точки зрения мироздания данное влияние на мир — и от мысли, какие же там содержаться потенциально полезные знания у Александра начинало буквально посасывать под ложечкой — было для молодого бога запредельным.

Граф в поисках ответа даже Ариена подключил, чтобы тот провел над техникой ритуал познания, вдруг маг смог бы как-то из мировой инфосферы достать нужную комбинацию цифр и букв. Но тут тоже вышел облом, у огневика от объема новой полученной информации чуть не лопнула голова, и при этом что-то конкретное он выцепить так и не смог.

Ну а других способов обхода пароля попаданец не знал, поэтому ноутбук продолжал лежать бесполезным кирпичом. Единственная от него польза — с помощью компьютера, а вернее часов, которые отображались системой в экране ввода пароля, удалось установить, что продолжительность суток в этом мире действительно на двадцать семь минут длиннее, чем в родном Александру. Правда, в практическом плане эту информацию применить все равно было невозможно, было бы странно делать местные сутки длиной в двадцать четыре часа и двадцать семь минут, местные бы такой фортель просто не поняли.

Поэтому пришлось разлиновывать местный циферблат опираясь исключительно на здравый смысл. Посидев немного с бумажкой и карандашом, граф в итоге пришел к такой системе — 10 часов по 100 минут и 100 секунд в одной минуте. Несколько непривычно, но глобально без особой разницы, с учетом того, что он считай десять лет вообще без нормального времени прожил.

Потом были сделаны водяные часы — тут кстати ноутбук сильно пригодился для точного замера времени — а с помощью них — солнечные. И теперь на территории графства уже было установлено под сотню солнечных часов, для приучения местных к использованию точного времени.

Ну а поскольку ночью солнечные часы по понятной причине не работают, к ним в дополнение в городах — в том числе в недавно присоединенном Коркосте — была создана «служба точного времени». Она представляла собой команду людей, которые раз в час переворачивали точные водные часы и сообщали горожанам время соответствующим количеством ударов в колокол.

Это нововведение, далеко не сразу понятое местными, тем не менее резко упорядочило жизнь в городах и повысило производительность… Всего. Просто за счет того, что теперь людям было проще ориентироваться во времени, и можно было, например, назначать встречи без большого зазора на ожидание.

— Не хотелось бы к побережью приближаться. Там кассцы, а мы их противникам продовольствие везем, кажется мне, что они этому будут совсем не рады. Да и патрулям из Краланда, блокирующим побережье, тоже, наверное, попадаться на глаза не стоит. Они, наверное, сейчас нервные, объясняй потом горожанам, что мы не в Питран груз тащим, а в Карланд.

— А мы не будем приближаться, ваше сиятельство, — караван как раз вошел в полосу магической нестабильности, поэтому временно приходилось полагаться только на свои силы. — Сейчас ляжем в дрейф, переночуем, а утром опять поймаем ветер северный и как раз успеем дойти до города. Ну или на веслах догребем, тут совсем немного осталось.

В отличии от своего флотоводца, который по этому маршруту туда-суда ходил не раз, Серов как человек сугубо сухопутный посреди открытого моря чувствовал себя неуютно. Он как-то даже и не задумывался никогда об этом, но оказавшись в ситуации, когда вокруг одна сплошная вода, до ближайшего берега полсотни километров, а под ногами палуба отнюдь не трансатлантического лайнера водоизмещением полсотни тысяч тонн, к Александру пришла какая-то смутная тревога. Прорезалось желание как можно быстрее доплыть хоть куда-то и наконец ступить на твердый берег.

Впрочем, как показала практика, барон Еридан оказался прав, и уже утром они увидели на горизонте торчащие из воды скалы, на которых и располагался вольный город Карланд. Путешествие «туда» наконец-то закончилось хоть и опозданием на полтора дня от расчётного срока.

Глава 8−2

Вольный город Карланд был одним из самых крупных человеческих поселений южнее Закрытого королевства и насчитывал около полусотни тысяч постоянного населения плюс еще сколько-то временного. Соперничать с ним могла разве что Равена — столица Равенского ханства — лежащая на другом берегу Узкого моря, однако, этот город не так давно пережил большой набег змеелюдей из южной пустыни, что, некоторым образом, ее подкосило. Ну и Касс — так же столица одноименного ханства — тоже имел примерно столько же жителей, может даже чуть больше.

Карланд был основан еще при империи, и тогда это была главная южная военно-морская базой страны. От империи городу досталась удобная, доработанная магами бухта, в которой раньше стоял многочисленный боевой флот, а теперь — разнокалиберные торговые и рыболовецкие посудины. В неменьшем, а скорее — куда большем количестве.

Конечно, если смотреть более широко, то вся торговля и вообще человеческая жизнедеятельность с образованием Закрытого королевства получила мощнейший удар под дых. Магическая аномалия фактически разрезала ареал обитания людей надвое, формируя сплошную цепочку преград. Большой залив, Южный гномий хребет, Закрытое королевство, орочьи степи. Чтобы просто добраться из, например, княжества Каракан куда-нибудь в Рондор нужно было серьезно постараться, а если речь идет о транспортировке грузов, то и вовсе… Нет, был относительно «надежный» канал через горы гномы, но даже если отбросить необходимость пересекать опустыненные предгорья, «билет» за проход под горами по вырубленным в скалах тоннелям стоил дорого. Очень дорого.

Ну а Карланд был такой себе «пробкой», запирающий горлышко реки Кель, имел относительно неплохие отношения со всеми вокруг, включая орков и даже — в это сложно поверить, но ходили такие слухи — гоблинов. Разве что с кассцами вот постоянно ссорились, но это было привычное их состояние, которое делам на низовом уровне, если честно, даже не сильно и мешало.

— И какой у нас план, барон? — То, что в городе серьезно относятся к своей безопасности, стало ясно, когда на подходе к порту их перехватила патрульная галера, офицер оттуда пообщался с адмиралом, выяснил, кто, откуда, куда и с какими целями, а потом указал им причалы, где можно становиться и разгружаться.

— Сначала нужно подождать местного мытаря и заплатить пошлину, ваше сиятельство, — по лицу барона было видно, что он от таких порядков не в восторге, а вот Серову они, наоборот, скорее нравились, чем нет. Всегда лучше, когда есть порядок, пусть даже это и означает существование налогов, чем разброд и шатание, при которых тебя просто ограбят и отберут все. — Потом нужно взять образцы товаров и поговорить с местными скупщиками.

— Скупщиками?

— Ну конечно, мы же чужаки, никто не позволит нам вот так просто и свободно торговать. Мы сможем продать свои товары только специальным скупщикам, которые получают лицензию на это у совета города. И потом уже они продают все дальше. Ну и мы соответственно потом не сможем покупать напрямую у других купцов, которые сюда товар привозят, только через посредника.

— И конечно нас будут сильно-сильно давить по цене, причем в обе стороны, — такая система графу уже сразу стала нравится куда меньше. Получается с его собираются обобрать фактически три раза.

— Ну… Мы всегда можем попробовать поискать другие места для продажи своих товаров… — В голосе адмирала сквозило неприкрытое ехидство. Ну понятно, классическое «походи по рынку найди дешевле», как из анекдота. — Хотя нет, вру, учитывая, что сейчас идет война, нас с зерном отсюда просто не выпустят, конфискуют в пользу города с выплатой малой компенсации и вся недолгая.

— Понятно… — Вздохнул Серов. Впрочем, он же сюда не за прибылью поплыл, а чтобы развеяться, новые места посмотреть, а торговля… Ну во-первых, у него есть, кому этим заняться, а во-вторых, они уже двумя кораблями разжились новыми, считай в любом случае не впустую сходили.

— Груз забрать нужно, который нам приготовили, людей распределить, чтобы часть отдохнуть могла, а другая на кораблях осталась — охранять. Да и не пустят за стены сразу две сотни вооруженных лбов, дураков нет. С пленными пиратами что-то сделать нужно.

— А что с ними делать, — пожал плечами Серов. — Обещали отпустить, пусть катятся на все четыре.

— Ну да, — из-под палубы выбрался Ариен. Огневика на море неожиданно укачало, и полтора дня он фактически лежал платом. — Они в городе натворят делов, станут дебоширить, как думаешь, к кому потом вопросы будут.

— Господин Ариен дело говорит, ваше сиятельство. Нельзя их отпускать так просто.

— А что с ними делать?

— Горожанам сдать, пускай сами разбираются.

— Так их же повесят, как разбойников, — Карландцы, как люди, живущие от воды, разного рода пиратов на дух не переносили и вешали их при первой же возможности безо всяких сомнений. Впрочем, с учетом местной торговой системы Александр уже склонялся к тому, что это была обычная нелюбовь к конкурентам.

— Повесят, и, что характерно, плакать по ним никто не будет, — согласился Ариен. — Я возьму парней, пробегусь по торговым рядам, загляну в местную гильдию, может что-то найду интересное.

— Ну ладно, предложите тогда им выбор, либо они продолжают сидеть на веслах и дальше, либо мы их властям сдадим, и это будет уже не наша проблема. Деньги нужны?

У них с Ариеном сложились странные отношения в финансовом плане. Огневик был как бы не «нанятым работником», а «младшим акционером». То есть с одной стороны Александр ему не платил жалование, а с другой — маг был на полном государственном обеспечении, его заявки по деньгам выполнялись в первую очередь плюс в пользу гильдии шел весь заработок, который маги получали от сторонних заказов.

— Есть, все учтено, как ты любишь говорить, могучим ураганом. — Попаданец на это только усмехнулся и, завидев приближающегося чиновника, потянулся за кошелем.

Дальше последовала весьма длительная и утомительная процедура подсчета налога, который требовалось заплатить. В качестве налоговой базы тут принимался объем груза вне зависимости от его стоимости, что намекало с одной стороны на преимущественную специфику местной торговли — скорее всего местные ориентировались на относительно дешевые и объемные «сырьевые» товары — а с другой — на серьезный поток грузов.

Отдельно пришлось заплатить за место у причалов и за возможность посещения командой города, если бы люди Серова остались на кораблях и не сходили даже на причал — с них бы последний из перечисленных сборов бы не взымали.

Был, впрочем, и положительный момент. По причине боевых действий продукты питания — с которым после короткого препирательства и небольшой взятки отнесли и бочки с алкоголем — пошлиной не облагались, поэтому суммарно Александру пришлось расстаться всего с четырьмя десятками корон. Огромная сумма на первый взгляд, — десять лет назад за свой первый и единственный наемнический контракт он предполагал получить меньше, а ведь с ним было полсотни душ и не в бирюльки они играться собирались, а воевать — но с другой стороны и товара-то они привезли тоже не мало.

— Барон, на тебе корабли и люди, Гарбит, — Александр повернулся к очередному помощнику Реймоса, получившему свой собственный сектор ответственности. Впрочем, тут как раз ничего удивительного не было, пятидесятилетний мужик две трети жизни занимался торговлей и никого лучше в этом плане в графстве все равно не было, — на тебе дела торговые. Как распродашься, начинай сразу и закупаться по списку, если будут проблемы или вопросы, сразу обращайся. Я пойду в город, заселюсь на какой-нибудь постоялый двор, как определюсь с местом, сразу пришлю вестового.

Почувствовать под ногами твердую землю было приятно, пусть даже это была грязная — какие-то помои, морской песок, гниющие водоросли, мелкие ошметки канатов, парусов, куча разнокалиберной деревяной щепы и боги знают, что еще — пропахшая рыбой и сырым деревом портовая улочка.

— Вперед, — скомандовал граф свой группе поддержки и они, не торопясь начали подниматься в сторону городских ворот.

Карланд глобально состоял как бы из трех частей. Внизу огромный порт, включающий в себя многочисленные причалы, склады, стоящие немного в стороне верфи и всю необходимую для обслуживания морских промыслов инфраструктуру.

Над портом на скале возвышалась старая крепость, и нынче используемая под военные нужды, а чуть в стороне, но тоже на верхотуре раскинулся и сам город, обнесенный, надо признать, весьма приличными стенами.

Александр невольно прикинул, как бы он штурмовал такой город, и был вынужден признаться самому себе, что особо гениальных идей у него нет. Мало того, что стены были высотой чуть ли не пятнадцать метров с массивными полукруглыми далеко выступающими башнями — причем судя по внешнему виду собраны они были не из какого-то там кирпича, как в том же Александрове, например, а из здоровенных каменных блоков, так что имелись сомнения в способности имеющейся у графа артиллерии их хотя бы поцарапать — так еще и рельеф играл отнюдь не в пользу атакующих.

Длинный пологий и совершенно голый склон, по которому хрен затащишь наверх штурмовые лестницы, не говоря уже про таран… Многочисленные телеги поднимались из порта в город по длинной и извилистой дороге, пока по ней пройдешь, тебя десять раз со стен железом нафаршируют. Без магии совершенно точно тут не обойтись.

— Что думаешь? — Серов повернул голову к идущему рядом Ромулу.

— В лоб не взять, — перевертыш явно думал о том же, — но вот возле вон той башни справа есть очень интересная мертвая зона. Там в углу можно аккуратно забраться на стену и даже поднять целый отряд, а уж потом…

Внутри Карланд выглядел как типичный средневековый торговый город, благо Серов уже не один раз в таких бывал. Громкий, суетливый, грязный, кишащий карманниками и прочим сомнительным элементом. Авенбург, столица герцогства Тавар, на его фоне выглядел как настоящий бриллиант посреди навоза. Не смотря на все не самые приятные события, что с ним там произошли, Александр не мог не признать, что тамошние правители большие молодцы. В плане градостроения и управления всем городским хозяйством, конечно, а не в плане желания убить одного попаданца, с последним как раз граф был не согласен категорически.

Быстро нашли подходящую гостиницу, заселились, после чего Серов сразу же отправился по выданному ему Гровером ан-Вайсом адресу, чтобы договориться о загрузке требующего перевозки товара. Много времени на это не ушло, благо контакт оказался на месте, поэтому сошлись на том, что он организует доставку груз в порт через три дня. За это время Серов предполагал уже распродаться и почистить трюмы, освободив их для новой загрузки.

После этого граф с охраной направился в сторону здоровенного городского торга, находящегося с обратной стороны Карланда у опоясывающей населенный пункт стены. С этого направления оборонные рубежи выглядели совсем не так солидно, как со стороны порта, явно не во времена империи их возводили — новодел.

И здесь попаданец впервые познакомился с новой для себя расой — вернее, правильнее тут было говорить «вид», — гоблинами. Выглядели они странно и отталкивающе: невысокий, около метра рост, бледная с каким-то зеленоватым отливом кожа, большие уши, торчащие клыки. Тройка гоблинов сидела в большой, сколоченной из толстых и неокуренных брусьев, клетке и совершенно безучастно провожала снующих туда-сюда людей глазами.

— Первый раз… Ваша милость? — К Александру, заметив его интерес, тут же подскочил приказчик, безошибочно вычленив из десятка вооруженных мужчин главного, и лишь немного не угадав ступеньку его сословного статуса.

— Что первый раз? — Поскольку Серову было насрать на такие мелочи, поправлять торговца он не стал.

— Гоблинов видите? Забавные зверушки, невзрачные на вид, но полезные. Их отлично берут маги-землевики.

— Зачем же? — Попаданец с трудом мог представить себе применение маленьким зеленым уродцам, больше всего внешне напоминавшим ему гремлинов из одноимённого голливудского фильма восемьдесят какого-то лохматого года.

— Они их на ингредиенты разбирают, говорят, отличные зелья получаются, но нужно использовать именно «диких» гоблинов, которых из-под земли достали, рожденные уже на поверхности, к сожалению, не подходят. А еще, — приказчик немного понизил голос, — есть любители самок гоблинш. Как по мне -сомнительное приключение, но, знаете, ваша милость, некоторых так и тянет на экзотику.

— Мерзость какая, вы что ж разумных существ ради магических ингредиентов убиваете? — Повернулся к стоящему за спиной Ромулу и констатировал, — что-то этот город мне нравится все меньше и меньше.

То, что в Карланде балуются работорговлей — это было в общем-то не новостью. Если на севере данный институт практически отсутствовал — тамошние крестьяне не были свободными, но и рабами их все же назвать было нельзя, имел место некий вид крепостной зависимости — то тут на юге эта хрень цвела самым что ни на есть буйным цветом. Основным видом живого товара в общем-то были не люди, а орки, которых ловили кассцы во время набегов на собственные земли, — а порой солдаты ханства и сами делали рейды в степь за живым товаром. На серокожих надевали специальные ошейники подчинения, делающие их не агрессивными и покорными, а значительно большая чем у человека сила и выносливость превращала их в идеальных работников. На этой стороне Узкого моря их правда старались не держать во избежание всяких там эксцессов, зато активно продавали на другой берег — в Равенское ханство и прочие более мелкие государства там расположенные.

Имелись и рабы-люди, но в гораздо меньших количествах, в Касском ханстве такой вид рабства был просто запрещен, а в Карланде свободу можно было потерять из-за долгов или попав в плен. Ну и не редко из того же ханства рабов переправляли нелегально. Похитил человека, в лодку кинул, через пролив переплыл, тут продал, навар в карман положил. В Карланде вообще было не слишком принято спрашивать откуда взялся раб, ну а кассцев такая ситуация естественно не устраивала, что опять же регулярно становилось еще одной причиной для конфликтов.

Ну и гоблины. Как они живут там у себя под горами фактически никто и не знает, контакты с зелношкурыми карликами минимальны и чаще всего ограничиваются их вылазками на поверхность за продуктами. Так же вроде как кассцам удалось наладить с кое-какими племенами что-то типа меновой торговли, получая драгоценные камни и другие полезные вещи из-под гор в обмен на те же продукты питания. Оттуда же шли и основные поставки рабов, то есть не люди под землю лезли, а зеленошкурые продавали своих сородичей. Или не своих, а чужих, кто их там разберет.

— Какие же они разумные, ваша милость, — приказчику явно не понравилась реакция Александра, но он благоразумно придержал свое мнение при себе. Вместо этого он достал из-за пояса короткую деревянную дубинку и провел ей по прутьям решетки, отчего сидящие внутри гоблины всполошились и постарались отползти как можно дальше. — Зверье оно и есть зверье. Вы не смотрите, что они такие хлипкие на вид, силы у них побольше, чем у человека. Жилистые и резкие. Только отвернись — враз глотку перегрызут, это у них быстро.

— А как же тогда гоблиншу… Пользовать, коль они все такие дикие? — Высунулся из-за плеча Александра Ромул.

— Дык ошейник на нее цепляешь и вперед, — с явным энтузиазмом ответил торговец, у графа даже возникла мысль, что сам приказчик порой пользуется товаром озвученным им способом. — Мы без ошейника их из клетки вовсе не выпускаем, дураков-то нет. Да и запрещено это городским советом. Во избежание, значит, всяких беспорядков.

— Благодарю, уважаемый, мы дальше пойдем, — Серов заметил, что от последних слов работорговца перевертыш резко напрягся и, кажется, даже начал принимать боевую форму. Во всяком случае зубы его начали увеличиваться совершенно точно, что говорило о крайнем раздражении главного телохранителя. — Что с тобой? Все нормально?

— Довелось мне посидеть как-то с ошейником, — перевертыш задумчиво потер указанную часть тела. — Паршивейшая судьба, скажу я тебе, командир, перестаешь чувствовать себя собой. И это даже при моей высокой сопротивляемости к ментальной магии, что там у лишенных такой защиты в голове творится… Я даже думать не хочу.

— Всех не спасешь, дружище. Я тебя понимаю, мне самому это не шибко нравится, но давай держать себя в руках, — Александр сжал предплечье Ромула и немного встряхнул, сбивая неготовый настрой телохранителя. — Уходим отсюда, пройдемся по рядам с оружием, и идем обедать, жрать уже хочется немилосердно.

Уйти без проблем в итоге не получилось. На самом выходе из «рабских» рядов внимание мужчин привлекло столпотворение вокруг помоста, с которого особо восторженный приказчик накачивал эмоциями толпу.

— Только у нас! Впервые за десять лет! Самый эксклюзивный товар! Такого вы еще совершенно точно не видели! — Серов переглянулся с Ромулом, пожал плечами и тоже встал посмотреть. Авось действительно чего необычного покажут. Тем временем торговец жестом фокусника сдернул со стоящей тут же на помосте клетки кусок ткани и воодушевленно прокричал! — Подросток перевертыша! Самый лучший телохранитель, которого можно купить за деньги!

Глава 9−1

— Я должен ему помочь, командир, — я отсюда не уплыву, пока не вытащу щенка, — с рынка Серов вернулся в гостиницу и теперь они с Ромулом сидели за столом и ждали свой обед. Больших разносолов «осаждённый» город предложить не мог, по большей части меню состояло из разного рода рыбных блюд вплоть до салата из морской капусты, заменяющей местным растительную часть рациона.

Карланд нравился попаданцу все меньше и меньше, он уже и сам был не рад, что вписался в это приключение, глядишь и без него бы сплавали торговые люди, проблем было бы меньше. А еще на Серова как будто что-то давило сверху, что именно ему не нравилось, граф даже сам себе сказать не мог, но почему-то было тут неуютно. Все время хотелось обернуться и посмотреть, не заходит ли кто-то со спины. Странное, навязчивое и очень неприятное чувство.

— Денег у нас таких нет, извини, дружище, но выкупить его мы не сможем. — За подростка торговец заломил какие-то немыслимые две тысячи золотых. Это было просто за гранью добра и зла, на такие деньги можно было снарядить целый небольшой флот боевых кораблей, та же захваченная во время боя на реке кауза торговалась у местных примерно в пятьсот-шестьсот золотых, галеры шли и того дешевле. Весь привезенный торговым караваном графа товар — за исключением зеркал и книг, цену на которые пока еще установить не удалось — стоил сравнимую сумму. Вероятно больше, но не на порядки, а ведь это был результат чуть ли не трехгодичного затоваривания складов в графстве вследствие разрыва внешнеэкономических связей. Плюс никто не собирался везти обратно золото, на него тоже планировалось хорошенько закупиться. При всем желании помочь перевертышу, пробивать в бюджете графства дыру такого размера Александр не стал бы ни при каких условиях.

— Значит, нужно его освободить без денег, — Ромул увидел как нахмурился сидящий перед ним сюзерен и понизил голос. — Торговец сказал, что аукцион будет только через четыре дня, пока он только прогревает толпу, чтобы нагнать ажиотажа. Так что время есть, можно хорошенько подготовиться, влезть ночью в загон, где держат пленников и освободить всех.

— А потом? — В этот момент подавальщица принесла заказанную еду. Серов получил какую-то незнакомую ему рыбу, запечённую целиком с травами и сыром. Плюс пиво и миску с водорослями. Вернее, это блюдо шло как «салат», но главным ингредиентом в нем были именно какие-то морские растения. Не сказать, что попаданец был большим поклонником морепродуктов, но для разнообразия, чтобы порадовать свои вкусовые сосочки десять лет, подряд привыкавшие к стандартному мясу и овощам — вполне годно. Перевертыш заказал целую миску, видимо это предполагалось в качестве порции на двоих, но Ромул с его бешенным метаболизмом жрал вдвое или даже втрое больше обычного человека его комплекции, мелкой жаренной в масле рыбешки, которую не теряя время сразу принялся забрасывать себе в рот. Что ни говори, при всей очевидной человечности, нередко проступало у графского телохранителя отчетливое звериное начало. Когда девушка отошла от стола Александр продолжил мысль. — Что потом? Как мы отсюда выбираться будем? По морю убегать, так карландцы нас догонят на своих быстроходных галерах, тем более что убегать мы сможем только в одну сторону, тут никого не обманешь. Да и вообще. Ссориться с потенциально важнейшим торговым партнером, работа с которым сможет вывести графство на совершенно новый уровень… Ты меня извини, но ставки тут слишком высоки, чтобы просто так рисковать.

— Постараемся без риска. Тихо ночью зайдем, заберем щенка и уйдем. А потом спрячем его где-нибудь в трюме корабля среди товаров, никто и не найдет. Ты пойми командир, нас мало. Совсем мало, мы вымираем, я просто не смогу себе простить, если уйду хотя бы не попытавшись.

— Ладно, — Серов тяжело вздохнул, он уже понял, что Ромул так просто не отступится. Ну и опять же заполучить второго относительно взрослого перевертыша себе под руку тоже выглядело достаточно заманчивым. Особенно если за это еще и платить не придется. — Разрешаю тебе осмотреться. Походи, понаблюдай, что там и как, прикинься любителем экзотики и потенциальным покупателем, можешь какого-то орка в крайнем случае купить, чтобы посмотреть, как оно все там происходит, деньги я тебе выделю. Но заниматься самодеятельностью без приказа запрещаю, ничего не предпринимай без согласования, ясно?

— Ясно, командир, куда яснее, ходить, слушать, наблюдать, ничего не делать, не суетиться, — в голосе перевертыша не было слышно особого восторга, но и печали — тоже. Такой приказ он воспринял как должное, Александр уже много раз показывал, что своих он не бросает, но и в совсем уж глупые авантюры старается не встревать. По возможности.

На этом товарищи закончили разговор и сосредоточились на еде, однако спокойно поесть им все равно не дали.

— Граф Серов? — В харчевню при гостинице ввалился какой-то мужик сомнительной внешности. Кожаная куртка по местной моде, с грубо залатанной прорехой на видном месте, лицо с явными следами алкогольных возлияний и почему-то криво выстриженная бородка «на испанский манер». Плюс пара дуболомов за плечами. — Пройдемте с нами.

Два болвана повинуясь кивку мужика тут же попытались обойти стол и ухватить Александра, но сделать это у них не получилось. Во-первых, со своего места подорвался Ромул, который и раньше пребывал в отвратительном настроении, а уже теперь и вовсе готов был сорваться в любой момент. Перевертыш перехватил одного из бугаев — тот, впрочем, на фоне Ромула уже не казался таким большим — и с размаху кинул его через бедро. В этот же момент граф быстрым движением схватил своего противника за руку, крутанулся на каблуках, беря на болевой и впечатал мужика лицом в стол, где стояла посуда с недоеденной рыбой. Тарелки жалобно звякнули, бугай с заломленной за спину кистью только вытаращил глаза и попытался ртом поймать разом потерявшийся куда-то из легких воздух.

Ну а тот кривобородый в ответ на такое развитие событий не нашел ничего умнее, чем схватиться за висящую на поясе железку. Но тут уж с мест подсочил и остальной десяток — вернее пятерка, еще пятёрку граф отправил приглядывать за Ариеном, который тоже был не дурак влипнуть в какую-то передрягу на ровном месте — «спецназа» сидящий за соседним столом. На фоне подавляющего преимущества противника и при реальной опасности вот прям тут оказаться нашинкованным на мелкие кусочки, мужик только поднял открытые ладони на уровень груди и принялся быстро-быстро объяснять.

— Вы меня не так поняли…

— Ваше сиятельство, — перебил пришедшего Ромул, одновременно коротким пинком пресекая попытку лежащего на полу бойца встать. Тот выдал короткий стон, но шевелиться прекратил. — К графу нужно обращаться, «ваше сиятельство», иначе можно резко стать чуть ниже. Примерно на одну голову, это понятно?

У жителей вольных городов с «чинопочитанием» было традиционно сложно. С одной стороны — у тебя в городе вроде как совет выборный и бугромистр правят, то есть тебе вот эти сословные заморочки должны быть до лампочки. С другой — не в вакууме же живешь, попробуй начать плевать во всех вокруг, так можно и надорваться.

— Да… Хм… Ваше сиятельство, — бородатый даже попробовал изобразить что-то типа поклона, поручилось правда достаточно криво. — Прошу прощения, вы не так поняли. Это не попытка вас арестовать или ограничить свободу каким-то образом. Наш городской голова попросил передать вам приглашение на встречу, он ждет вас в ратуше… Сейчас.

— По какому вопросу, уважаемый, — граф попытался голосом намекнуть неизвестному посланнику, что как минимум не плохо было бы представиться. Но тот явно намека не различил.

— Это мне не известно…

— Кхм…

— Ваше сиятельство, — тут же исправился бородатый, — однако господин Валлуй, просил передать, что очень ждёт встречи.

— А господин Валлуй — это?

— Это наш градоначальник Валлуй Синор Третий.

— Стальной старик, ему уже за сотню лет, а он весь город в кулаке держит так что никто и пикнуть не смеет, — вставил свое мнение хозяин харчевни, вылезший на шум, но благоразумно не ставший встревать в конфликт. — Это у них семейное, его отец, говорят, еще дольше жил, да сыну уже полсотни лет, а выглядит он вполне молодо. Может быть, вы все же перестанете пугать клиентов и решите все свои разногласия на улице, ваше сиятельство?

— Как интересно, — пробормотал Серов. Не часто выборные чиновники имеют порядковый номер, опять же, что от него могло понадобиться местным властям — это конечно вопрос из вопросов. — Ладно. Сделаем вид, что я ваше хамство не заметил. Ромул отпусти бедолагу и… Свободен, чем заняться ты и сам знаешь. А мы пойдем прогуляемся.

Идти до городской ратуши, которая служила в том числе и штаб-квартирой местному бургомистру, оказалось совсем недалеко. И сам город был не столь уж велик, если честно, да и все более-менее приличные здания были сгруппированы в одном месте. Причем, что интересно не в цитадели, как это часто бывает, а у ее подножия.

Вообще, ощущения что город ведет какие-то боевые действия в Карланде практически не имелось. Ни каких-то там патрулей усиленных, ни даже дополнительного наряда сил на воротах или проверок каких-то особых. Жители не выглядели обеспокоенными, да и цены на торжище — ну во всяком случае по прикидкам Александра, от-то был тут первый раз — не казались сильно завышенными. Собственно, сами боевые действия велись не перешейке в некотором отделении от главного населённого пункта, ну а местные видимо просто привыкли к подобной движухе и не переживали за ее результат. При этом чувство тревоги Александра все равно не покидало. Что это — паранойя или интуиция, попаданец не хотел даже пытаться угадать.

— Ваше оружие. — На входе в ратушу тем не менее, охрана пропускать вооруженных чужаков отказалась. — Сдайте, пожалуйста, мы вернем его, когда вы будете уходить.

При желании Александр раскидал бы этих пентюхов не слишком даже запыхавшись, но он решил не обострять. Вместо этого молча развернулся и пошел обратно, оставив бородатого Вергилия, явно не справляющегося со своей работой, стоять в полном обалдевании.

— Постойте… Эээ, ваше сиятельство, — бородатый быстро оббежал Александра и встав на его пути попытался остановить графа. — Но как же так?

Серов все так же не желая обострения остановился, ткнул пальцем в грудь мужчине — того аж качнуло — и пояснил.

— Меня не просили сдать оружие даже на аудиенции у герцога Тавар, неужели вы думаете, что я расстанусь со своим мечом здесь, — не то чтобы графу так уж нужен был его меч в любой момент времени, тем более что пистолет все равно никто забрать не догадался бы. Но тут важен был сам факт. Прожив в этом мире десять лет, попаданец уже вжился в шкуру самовластного феодала и в некотором роде принял правила игры. И вот они требовали от каждого дворянина соответствующего уровня понтов, а инче тебя просто не будут воспринимать всерьез и начнут вытирать ноги. Этого Александру совсем не хотелось.

Понадобилось еще минут десять спешных консультаций, чтобы графа в итоге пропустили внутрь и отвели в кабинет главного городского начальника без посягательств на его оружие. Охрану правда пришлось оставить в холле ратуши, но Серов посчитал, что и так уже достаточно всем показал свой характер, и не стал дальше выделываться. Все хорошо в меру.

Глава 9−2

— Добрый день, ваше сиятельство, — на встречу вошедшему графу со своего места поднялся невысокий сухонький и совершенно седой старик в простой невзрачной одежде. Он одновременно не постеснялся воспроизвести положенное по титулу обращение к графу и при этом сделал это как-то совсем обыденно. Без вложения в свои слова какого-то дополнительного смысла. Без уважения, — прошу прощения за действия моих подчиненных, к сожалению, подобрать толковых людей нынче совсем не просто. Еще и эта война не нужная, она требует привлечения лучших, а те, кто остается… Ну вы сами все понимаете.

Мужчины пожали руки и сели к столу.

— Понимаю, — кивнул граф. — Но давайте без длинных расшаркиваний, не люблю этого. Вы же меня позвали не просто так.

— Во-первых, хочу поблагодарить вас, граф, за привезенное зерно. Не могу сказать, что мы уж очень страдаем от нехватки продовольствия, но лишним оно не будет совершенно точно, — голос старика был под стать его внешности. Сухой, безэмоциональный, немного поскрипывающий и как будто высохший от старости, но при этом крепкий и уверенный. От этого голоса у Серова почему-то по загривку побежали мурашки, — что же касается вопросов, которые я хотел с вами обсудить, то в первую очередь это ситуация с привезенными вами в наш город пиратами. Конечно, я мог просто послать стражу чтобы они разбойников у вас забрали, но мне не нужны лишние конфликты в городе.

— А что с пиратами? — Внутренне поморщившись переспросил граф.

— По нашим правилам пиратов надлежит либо вешать на месте, либо продавать в рабство. Вы не сделали ни того ни другого, более того, как мне доложили имело место обещание отпустить разбойников здесь в Крланде. Как вы понимаете, нас такое не устраивает, наш город не помойка, чтобы свозить сюда всякий мусор. В том числе и человеческий.

— Хорошо, — максимально покладисто ответил Серов, вот только конфликта с властями ему сейчас не хватало, — мы заберем пиратов с собой и разберемся с ними дома.

— Этого я тоже вам позволить не могу, — качнул головой бургомистр. — Пираты — бич Узкого моря, и они должны изничтожаться всегда и везде, при первой же возможности. Боюсь я буду вынужден у вас их изъять.

— И продать на рынке рабов? — Александр вопросительно приподнял бровь, — четыре десятка человек по… Сколько там взрослый мужчина стоит? Два-три десятка золотых?

— По-разному.

— То есть вы меня хотите кинуть на четыре с половиной сотни корон, я правильно понимаю?

— Вообще-то, ваша светлость, — а вот теперь в голосе старика прорезалась какая-то странная смесь ехидства и раздражения, было видно, что Валлуй Синор Третий не привык к тому, чтобы ему перечили, — по нашим законам за укрывательство преступников я могу арестовать вас и ваших капитанов, а груз и корабли конфисковать в казну города. Однако я хочу договориться с вами полюбовно, так чтобы не раздувать совершенно никому не нужный конфликт.

— И при этом кинуть меня на деньги? — Серов уже откровенно смеялся, — давайте сделаем так, заниматься продажей этих неудачников я все равно не собираюсь, с вас… Скажем три сотни корон и забирайте их всех. Ну а там уже сколько удастся выручить — все ваше.

— Что ж… — Бургосистр откинулся на спинку своего кресла и отстучал сухими пальцами по столу какой-то затейливый ритм, — по-хорошему договариваться вы не хотите.

— Знаете, господин бургомистр, — Александр тоже откинулся на спинку стула как бы зеркаля позу хозяина кабинета, закрыл глаза и пожелал узнать о сидящем напротив человеке все. Виски тут же заломило болью, к горлу подкатил комок и только с большим усилием граф удержал в себе съеденный недавно обед. В груди похолодало, а на плечи навалилась тяжесть, все же подобные фокусы молодому божеству давались еще очень тяжело. И самое противное — попаданец никак не мог понять алгоритм, по которому божественные силы можно «прокачивать». Вроде бы и паства растет, храмы строятся, а заметного личного роста что-то не видно, — вы ведь не первый такой, кто пытается меня кинуть. И даже не второй, обычно для таких недальновидных людей все заканчивается плохо.

В сидящем напротив человеке попаданец почувствовал отголосок сил того же рода, что с некоторых пор жили и в груди самого Сарова. Вот только «на вкус» они были как будто темными, маслянистыми, непроизвольно вызывающими рвотные порывы. Такие ощущения Александр уже испытывал один раз четыре года назад при знакомстве с призванным когда-то из-за кромки демоном. И последнее, где Александр предполагал встретить что-то подобное, был центр здоровенного торгового города. Интересно, куда местные церковники смотрят?

— Вы что же, молодой человек, угрожать мне вздумали? У меня в кабинете? В МОЕМ городе?

— Интересно, городской совет в курсе ваших незарегистрированных способностях в ментальной магии, благодаря которым ваша семья занимает эту должность уже третье поколение? Как вы думаете, что они скажут на этот счет? — Серов почувствовал, как пальцы на руках начало покалывать, и не дожидаясь продолжения вскочил, выхватил клинок из ножен и приставил его к горлу старика. Все это было проделано так быстро, что тот буквально не успел даже моргнуть. — Не нужно, еще одно попытка влезть мне в голову, и я просто отчекрыжу твою поганую кочерыжку. Понял меня?

— Понял, — старик аккуратно, чтобы не напороться на клинок обозначил кивок, — кто ты такой?

— Что? Непривычно, что твои силы не действуют, не повезло тебе, старик. Где алтарь?

Познание с помощью божественных сил работало не идеально. Во всяком случае с людьми оно давало лишь общие представления о человеке, о его жизни, о моральных приоритетах, желаниях и стремлениях. Обычно. Но в этот раз Серов практически не сомневался, что наткнулся на главу какого-то демонического культа, во всяком случае знание о собрании и принесении жертв проявились у него в мозгу совершенно четко, отчего на голове натурально начали вставать волосы. И не только на голове, но и в других местах.

— К-к-каой алтарь?

— Той темной твари, которой вы поклоняетесь. — Серов пожал плечами, — не знаю ее имени, да и знать не хочу, если честно. Сколько вас таких в городе, которые продали свою бессмертную душу в обмен на… Что? Долголетие, видимо. И ментальные способности?

— Ну ладно, — Валлуй Синор, одним пальчиком аккуратно отвел кончик клинка от своей шеи и кивнул. — Предположим, вы меня разоблачили, но кажется у нас тупик.

— Тупик?

— Убить вы меня не можете, поскольку иначе выбраться из города у вас не получится, тут я вам гарантирую. Разве что вы умеете летать или бегать по воде. Не умеете, тогда предлагаю не делать резких движений. Я с вами тоже сделать ничего не могу, поскольку, прежде чем подоспеет помощь, вы меня успеете убить. Не совсем понимаю, как именно у вас это получается, однако приходится работать с тем, что есть. Я достаточно близко к истине обрисовал нашу ситуацию?

— Хм… — Смена поведения сидящего перед ним старика была настолько разительной, что Серова это даже на несколько мгновений сбило с толку. — Да, пожалуй.

Александр, уже кляня себя за несдержанность — ну и дались ему эти четыре сотни золотых, отдал бы просто пиратов, как и собирался, все было бы гораздо проще — принялся лихорадочно прикидывать возможные варианты решения проблемы. А ведь можно было просто согласиться и уйти, а потому уже думать, что делать с местным культом, явно же бургомистр тут не один замазался связью с иномировой гадостью.

Если реально грохнуть бургомистра здесь и сейчас, то выбраться из города будет практически невозможно. Даже с учетом того, что большая часть местной армии в десятке километров отсюда обороняют перешеек от кассцев. И тем более усложняется задача, если принять за обязательное дополнительное условие о сохранении возможности в будущем еще и торговать в этом городе. Он же в конце концов сюда плыл не просто так, а чтобы эконмические связи установить, рынки сбыта организовать…

— «Организовал, блин, себе приключения на задницу», — мысленно проворчал Серов.

Ну и просто уйти вот так ему явно не дадут. Тем более, что они только сегодня приплыли на и все торговые дела нужно как минимум еще несколько дней. А ведь там еще чертов перевертыш, которого вызволять как-то нужно. При мысли о последнем граф разве что не застонал мысленно.

— И так, молодой человек, о чем задумались?

— Предлагаю следующую схему. Вы сейчас подходите к двери и приказываете охране позвать вашего сына сюда. Я его беру и уходу в порт, где он гостит у меня на корабле следующие пару дней. Потом мы заканчиваем свои торговые дела, и уплываем, взяв с собой какую-нибудь дополнительную парусную лодку. Где-нибудь в дневном переход от города пересаживаем вашего сына в нее и расходимся в разные стороны. Ну а в дальнейшем мои корабли спокойно будут заходить в Карланд и привозить сюда эксклюзивные товары, которые никто другой вам не привезет, ну а я сделаю вид, что не знаю о вашем культе. Живите, как хотите.

— Эксклюзивный… — Попробовал на вкус слово старик, — я так полагаю, речь идет о книгах и зеркалах, которые вы привезли.

— А еще об алкоголе, — кивнул Александр.

— Заложника, значит, хочешь. — Бургомистр еще раз оглядел графа с ног до головы, старательно не замечая кончик клинка, мельтешащий у него перед глазами. — А другие варианты? Всегда должны быть другие варианты.

— Есть один. Я тебя сейчас быстро прирежу, а потом постараюсь втихую свалить через окно. Думаю, у меня будет время до заката, чтобы добраться до своих кораблей и попытаться выйти в море. Торговля, конечно, пойдет по одному месту, но думаю, шанс улизнуть есть.

— Сомнительно…

— Будем проверять? — Граф вопросительно приподнял одну бровь.

— Пожалуй, что и нет. Я хоть и достаточно уже пожил на этом свете, отдавать богам душу не тороплюсь.

— Еще бы, представляю, что с заложенной душой-то пришельцы из-за кромки делают, — усмехнулся граф. — Поди ничего хорошего, не на перерождение отправляют, а выкачивают до последнего. Сомнительная участь.

По изменившемуся на секунду лицу старика Серов понял, что попал в цель. Валлуй Синар прекрасно представлял, какая участь его ждет за гранью, и совсем туда не стремился.

После коротких согласований спорных моментов, они вдвоем подошли к двери кабинета и озвучили «заказ». Бургомистр приказал разыскать его наследника, а Серов — позвать сюда Гарбита, занимавшегося торговыми делами экспедиции.

— Сам выкуплю у вас привезенный в Карланд товар. Чтобы ускорить весь процесс. Ну и по закупкам в обратную сторону тоже помогу. Не переживай, не собираюсь наживаться. Ну почти, — бургомистр хмыкнул, перехватив скептический взгляд Александра, — себя обделять тоже не буду, но цену дам нормальную, лучше все равно ни у кого не получите. Просто чтобы мой сын находился у вас в гостях как можно меньше времени.

В итоге дела торговые заняли, считай, всю оставшуюся ночь. Четверо мужчин сидели за столом в свете магических светильников и до хрипоты споря по поводу цен на товары на городских рынках — благо за день Гарбит уже успел прицениться на местном торжище и даже заключить кое-какие предварительные сделки — что-то черкали на листах бумаги, считали «в столбик», суммировали и вычитали.

Глава 9−3

Проще всего было с зерном. На время военных действий в городе действовала монополия на торговлю этим видом товара, а с ней и твердая цена продажи и покупки, так что в любом случае дороже установленной планки граф бы пшеницу не продал.

Стандартный мешок — такая тут была мера веса, примерно 50 килограмм — стоил два денье или тридцать грамм серебра, что давало суммарно 40 денье или 8 гроутов за тонну пшеницы. При грузоподъемности каждой лодки примерно по 15 тонн, а трех из четырех ладей около 80 тонн, теоретически Серов мог привезти зерна за этот вояж на сумму шесть сотен корон. Минус накладные расходы — полтысячи золотых, вполне приятная сумма.

Вот только суда были зерном заполнены не более чем на половину. Основным по соотношению масса/стоимость был груз алкоголя. Зерновая водка, виноградный бренди, кальвадос из яблок, разного рода ягодные напитки суммарно — тысяча стандартных столитровых бочонков. И вот тут уже пошел торг во весь рост.

Бочонок водки на месте в графстве шел по десять денье. Бренди — по двенадцать, кальвадос — по четырнадцать. Выдержанные сорта соответственно дороже. Плюс тара — еще по гроуту за каждую бочку, которую отдавать бесплатно естественно никто не собирался.

— Нам не нужны ваши бочки, — пытался «защитить» свои деньги бургомистр, — да и про скидку на опт давайте не будем забывать, напоминаю, у нас война, быстро я ваши напитки не распродам, предлагаю вам подвинуться по цене…

Серов смотрел на этот цирк и внутренне дивился, как стальной внешне старик, глава темного культа, руководитель приличного по размерам города в торговых делах мгновенно преобразился в настоящего барыгу и готов был начать полноценную войну за каждый медный ноготь.

— У меня уже есть предварительные договорённости на треть всего объема, и это всего за один неполный день, — парировал ему Гарбит. — И война людям пить совсем не мешает, скорее наоборот. У меня готовы купить всю водку по двадцать пять денье за бочку плюс гроут за тару. Виноградный бренди, три года выдержки! Настоящий нектар, напиток богов, никто вам ничего подобного не сможет предложить хоть до Большого Залива пройдите! А вы хотите его по двадцать три денье забрать? Дешевле водки? Грабеж! Так дела не делаются!

В итоге, после долгих-долгих торгов согласовали итоговую сумму с учетом тары — тридцать тысяч денье. Или шесть тысяч гроутов или тысяча двести золотых корон!

— «Ничего себе заработки от одной только торговой экспедиции», — Александр сидел чуть в стороне и тихо млел от порядков цифр. Когда-то он попал в этот мир, имея на руках двадцать килограмм золота и считался охренеть каким богатеньким буратиной. Этих денег ему хватило чтобы собрать отряд и захватить себе баронство, которое теоретически он мог бы просто купить. А потом выстроить там промышленность с нуля и еще несколько лет содержать дружину, которая среднему барону была бы просто не по карману. И это при том, что двадцать килограмм золота «три девятки» — это всего чуть больше двух с половиной тысяч золотых. Две шестьсот шестьдесят шесть, если считать по чистой массе драгоценного металла, без учета стоимости меди.

— Хорошо, с этим понятно, но вот книги… Много за них не дам, сразу предупреждаю. У нас тут на юге с образованными людьми сложно, читать особо некому, так что товар не популярный, — Александр привез с собой пять тысяч томов различных напечатанных за эти годы книг, но Валлуй Синор согласился выкупить только семь сотен из них, причем взяв каждого вида всего по несколько десятков и полностью зарубив попытку Серова продать тираж своего собственного философского трактата. Книги, на которые граф так рассчитывал, в итоге принесли ему еще полторы тысячи золотых. Огромная сумма, но попаданец-то рассчитывал на куда большее.

Гораздо лучше пошли остальные товары. Ткань — «фабричная» и очень тонкая, высочайшего по местным понятием качества, — стеклянные изделия, зеркала. Последние и вовсе привели бургомистра в восторг, у него аж глаза от жадности загорелись. Всю партию в пять сотен небольших размером в две мужских ладони зеркал местный городской голова забрал — с небольшой опять же скидкой за опт — за полторы тысячи золотых. А одно громадное ростовое зеркало, привезенное с собой исключительно «на удачу», и вовсе потянуло на половину своего веса в золоте. Четырнадцать с половиной килограмм!!! Две тысячи золотых монет. Это буквально за одну продажу оправдало все деньги и время, затраченные на «НИОКР» и подготовку к потоковому производству. Над созданием больших зеркал бились больше трех лет, ввалили в это дело кучу денег, в какой-то момент Александр даже малодушно думал заморозить проект, и вот на тебе — одна продажа отбила все!

На фоне зеркал остальные товары выглядели совсем «мелко», нет даже смысла о них вспоминать. Суммарная же стоимость заключенной этой ночью сделки потянула на почти на десятку. Восемь с половиной тысяч корон, если быть точным. Половина годового бюджета графства за одну торговую экспедицию.

Когда-то давно Серов читал в какой-то книге о средневековой торговле. Там говорилось, что португальцы плавали в Индию, привозя в Европу товары из-за моря и назывались при этом какие-то совершенно неприличные суммы. Что-то типа один успешно сплававший туда-обратно корабль зарабатывал больше годового бюджета всего Русского царства. Тогда Александр только скептически посмеялся, а теперь оказалось, что это вполне реально. Да, у него плавал не один корабль, а целый небольшой флот, но ведь и не в Индию, а всего лишь «за угол», каких-то семь дней пути, даже говорить не о чем.

Понятное дело, что каждый день те же зеркала продавать в таких количествах не будешь — просто рынка на это достаточного нет. Во всяком случае при таких ценах — так точно. Книги опять же вообще не пошли. А вот ткани и стеклянную посуду — мастера Серова активно экспериментировали с добавлением в расплав всяких красителей и итоговые изделия порой выглядели действительно хорошо — горожане готовы были покупать и дальше в практически неограниченных количествах. Как и алкоголь с продовольствием. Так что было понятно, взаимовыгодное сотрудничество можно будет продолжать и дальше. Если бы не наличие в городе темного культа — считай обрели прекрасного торгового партнера.

— Хорошо. С этим разобрались, — подвел итог бургомистр, когда время уже полноценно перевалило за полночь. — Теперь, если вы не против я предлагаю немного перекусить и продолжить по товарам, которые вы хотели закупить.

Основными экспортными товарами Карланда, как уже упоминалось ранее, была рыба, добываемые в близких горах олово, медь и драгоценные камни, ну и, кроме того, тут был один из важнейших на всем берегу Узкого моря торговых хабов, поэтому купить можно было практически все что угодно. Серова заинтересовали в первую очередь добываемые на юге из каких-то местных моллюсков красители, кое-какие специи и прочее — по мелочи.

В итоге почти половину всех вырученных денег потратили на олово. По двадцать гроутов за стандартный десятикилограммовый слиток суммарно договорились о покупке тысячи таких слитков. Со скидкой на опт — три с половиной тысячи корон за все. Этого количества олова должно было хватить графству на сто тонн или примерно семьдесят-восемьдесят полевых пушек. Опыты литья артиллерии из чугуна, к сожалению, пока выходили полностью провальными, а вот производство бронзовых орудий уже практически было поставлено на поток и сдерживалось в основном постоянной нехваткой олова. Теперь эта проблема оказалась практически решенной.

Еще тысячу золотых потратили на бочки с местной соленой селедкой — по двенадцать денье за бочку плюс гроут сверху за тару — и фактически на этом грузоподъемность флота и закончилась. Взяли бы больше, но некуда.

Договорились о красителях, специях — тут однако пришлось ограничиться только предварительным соглашением, эти товары были не местные и бургомистр не готов был за них отвечать персонально, то есть все равно на следующий день их нужно было смотреть по месту — перешли к самому вкусному.

— Камни есть? — С мыслью, что нет смысла везти обратно золото, а нужно загружаться по максимуму местными товарами поинтересовался Александр. На улице уже начало светлеть, когда дошли этого пункта «меню».

— Камни? Есть.

— Я бы взял на остаток золота камни. И закроем сделку.

— Это можно, сейчас. — И тут Валлуй Синор Третий совершил фатальную для себя ошибку. То ли расслабился, то ли устал после бессонной ночи, а может подумал, что выйдет из этой ситуации с прибытком и пребывал в излишне благодушном настроении. Бургомистр Карланда вышел в небольшое соседнее помещение, служившее своеобразным складом бумаг, книг и фактически личным архивом градоправителя, что-то там пошуршал, после чего вышел, держа в руках приличного размера шкатулку. Вернее, правильнее будет сказать — небольшой сундук. — Вот, давайте считать.

Камни были в графстве еще одной постоянной болью. Они нужны были как «батарейки» для постоянных магических операций, в качестве накопителей при создании всяких артефактов, амулетов и магических конструктов и как расходник при совершении масштабных манипуляций с силой. При этом камни были до́роги, а большую часть рынка держали гномы, с которыми ни о каких скидках на этот товар договориться было просто невозможно. Небольшой камешек диаметром в пару миллиметров стоил от пяти золотых, качественные алмазы, размером с горошину могли потребовать уже сотню-другую. Те камни, которые когда-то достались Серову в качестве трофеев от погибшего архимага суммарно тянули на десятки тысяч золотых, но при этом в повседневной жизни были мало применимы. Это как атомное оружие, которое конечно не бесполезно, но швыряться им направо и налево совершенно точно не будешь.

Следующие два часа мужчины сидели, перебирая камни — в местных горах добывали в основном рубины, что особо должно было поратовать Ариена, вероятно, так как с огненной магией этот вид драгоценностей взаимодействовал лучше всего — и яростно торгуясь чуть ли не по каждому из них. В итоге Александр без всякого сожаления «утвердил» несколько горстей драгоценных камней на общую сумму в две с половиной тысячи монет — чуть больше двух золотых в среднем за камень. Самый «ходовой» размер, который и ученику дать, с мыслью, что тот его может сжечь, не жалко, и в дело пустить всегда можно. Опять же: отвези камни в герцогство Тавар и за них легко можно и пять тысяч выручить, а если в розницу продавать — и того больше. Хорошая сделка.

Вот только оставшиеся в ларце камни… Их там было впятеро или вшестеро больше того, что приобрел граф. А ведь явно где-то имелись стекляшки и покрупнее, не только же «гречку» тут добывали. Если их как-нибудь себе затрофеить, это могло бы стать отличным подспорьем для дальнейшего развития магов в его государстве.

А скорее Серов просто искал повод, чтобы не уходить из Карланда, оставляя за спиной темный культ. Умом он прекрасно понимал, что дело это опасное, если не сказать большего. Гиблое, если уж совсем честно… Но видимо та сила, которая поселилась когда-то у него в груди, уже во всю влияла и на сознание попаданца, от мысли, что он может просто уйти и оставить все как есть, Александра начинало вполне отчетливо подташнивать. И это даже если не вспоминать подростка-перевертыша, которого тоже нужно было как-то вызволять. Просто чтобы не потерять лояльность Ромула. В общем, можно сказать, что резоны сошлись в одну точку, и решение было принято.

Интерлюдия 2−1

— Ну что, ваша светлость, командуйте. Считайте, что сегодня день вашей славы.

— Да какая в том слава, легших под ушастых недотеп разогнать, пойти бы дальше, до самого края континента, — молодой Каниш Амбер герцог Цумвальтский тяжело вздохнул. — Очистить наши, богами данные людям земли от этой заразы, которая постоянно вылезает из Западных лесов, выжечь ее каленым железом раз и на всегда, вот это было бы славное деяние. А в войне против Зартака нет ни славы, ни радости. Сплошная насущная необходимость.

Тридцатилетний герцог был самым молодым правителем в составе собравшейся военной коалиции. При этом он уже в свои невеликие годы был признанным военным талантом, успевшим провести две успешных кампании против союза вольных городов Ромферта и Фанириона, силой оружия завоевав право своим кораблям ходить по Зирале до озера Камо без уплат всяких пошлин. Учитывая, что озеро было своеобразным центром цивилизации тут на севере человеческих земель, выгоды от такого приобретения нет смысла даже описывать, они были очевидны.

Теперь же герцог Амбер должен был продемонстрировать свои таланты не на благо собственной страны, а на благо всего человечества. Именно для этого правители Солорана, герцогства Цумвальтского и Одхании в этот день привели свои армии к границе Зартака. Вернее, Южного Зартака, поскольку никто из «концессионеров» данного мероприятия объединение двух стран под одной короной конечно же не признавал и более того, трон Северного Зартака уже был обещан двоюродному брату герцога, который теоретически — по маме правда, но кого такие мелочи волнуют, право слово, — имел право на него претендовать.

На трон Зиндая — столицы Южного Зартака — планировалось посадить малолетнего Артака VIII, которого части оставшейся верной старой династии дворянства удалось в момент переворота спасти из охваченной бунтом столицы. Ну а при короле, конечно, должен был быть сформирован регентский совет, с участием всех заинтересованных сторон. Борьба людей против эльфов — это без сомнения прекрасно и необходимо, историю противостояния двух видов никто забывать не собирался, но и себя обижать тоже — как минимум глупо.

— Мы готовы, ваша светлость, — к стоящим немого в отдалении от основного штаба монархам подошел высокий мужчина в закрытом балахоне цвета лазури, и с коротким кивком доложил. — Стационарный щит над холмом установлен, мы в безопасности.

— Поддержите атаку, господин ан-Фроман?

— Конечно, ваша светлость, — придворный маг Солоранского королевства, магистр-воздушник еще раз кивнул. Он, как признанно самый сильный боевик из собравшихся тут в этот день, принял командование магическим аспектом сил коалиции на себя.

— Ну что ж! — Герцог Амбер непроизвольно вытер мгновенно вспотевшие как обычно перед большой дракой ладони об штаны и скомандовал. — Застрельщики — вперед.

— Застрельщики вперед! — Прокричал отданную команду специально приставленный к командующему офицер, после чего ее уже «озвучили» горнисты и бойцы со специальными сигнальными флагами. Учитывая, что тут на одном поле собрались представители сразу трех независимых государств, даже банальная отдача команд превращалась в непростую задачу.

От строя стоящих на поле будущего сражения солдат отделились маленькие единичные фигурки и бросились в сторону противника. Солдаты Зартака под командованием своих ушастых кукловодов выбрали сугубо защитную тактику — заняли позицию на невысоком пологом холме, огородились дополнительно кольями и деревянными щитами и всем видом приглашали интервентов попробовать их оборону на крепость.

Застрельщики — легкая пехота, вооруженная метательным оружием: луками, пращами, дротиками — нужны были для того, чтобы предварительно вскрыть вражескую оборону. В магическом мире быть застрельщиком означало очень яркую, но крайне короткую жизнь, чаще всего они погибали под действием какого-нибудь особо мерзкого проклятия, поэтому туда шла в основном всякая нищая босота, привлеченная полуторным по сравнению с обычным воином линии жалованием.

А уж в данной ситуации, когда в войске Зартака присутствовал еще и отряд эльфийских лучников, жизнь застрельщиков и вовсе стала короткой и безрадостной.

— Отзывайте их обратно, — всего через пять минут скомандовал герцог, — нет смысла ждать, пока их изведут под ноль.

Вновь взвыли горны, теперь в несколько иной тональности, и оставшаяся в живых легкая пехота схлынула обратно к своим силам, оставляя на первом выпавшем в этом году снегу десятки черных пятен-тел тех, кому сегодня не повезло.

— Что скажете герцог?

— Не меньше двух сотен лучников, думаю, — вражеское войско было подернуто полупрозрачным колдовским маревом, которое мешало разглядеть точный состав сил противника. Мелочь, но эльфы показывали, что тоже умеют учиться и придумывать новые трюки. Раньше они такими маскировочными чарами вроде бы никогда не баловались. — Если бы наш дорогой магистр меньше думал о собственной защите и больше — о нанесении ущерба врагу, простым солдатам жилось бы гораздо проще.

Магистр ан-Фроман был известен в узких кругах тем, что порой излишне трепетно подходил к обеспечению собственной безопасности. Кто-то называл это предусмотрительностью, кто-то трусостью, но факт, что маг уже плотно подобрался к отметке в две сотни лет своего существования на этом свете, говорил о, как минимум, не бесполезности такой стратегии.

В этот же момент от стоящих и в стороне магов в направлении вражеского строя метнулось какое-то заклинание. Для чего-то действительно убойного было далековато, почти пять полетов стрелы, даже магистр на такой дистанции мало, что может, однако и прощупать оборону эльфов никто не запрещал. Выглядело это как полупрозрачный голубого цвета — с явной доминацией воздушной составляющей — луч, облизавший то самое марево. Чего магистр хотел добиться, герцог так и не понял, но чисто визуально ничего не поменялось.

— Ну ладно, тут все ясно, — тяжело вздохнул герцог. — Командуйте наступление пехотного центра. И пускай граф Зортен возьмет своих всадников и проскачет во-он за тот лесок справа. Попробуем заставить эльфов нервничать, продемонстрируем ушастым, что у нас хватает людей для обхода их армии. Вдруг повезет, и они сами начнут отступать, тогда на марше высокомерных выродков и прихватим.

Никакой особо хитрой стратегии герцог выдумывать не стал. Все население Зартака — даже если считать и Южный, и Северный вместе — не превышало пяти миллионов человек. При всем напряжении ресурсов в гораздо более спокойные времена их объединенная армия при полуфеодальном способе ее комплектования могла бы выставить на поле боя не больше десяти-пятнадцати тысяч человек. Двадцать при полном напряжении сил, плюс какие-то наемники со стороны, но на них еще деньги нужно было бы найти.

Сейчас, после всех переворотов, внутренних стычек, войны по объединению Зартака и последующего бегства части дворян, не желающих жить под ушастыми, восемь тысяч бойцов был объективный максимум, который эльфы могли бы выдавить из своих людских подчиненных. Нет, теоретически набрать крестьян, раздать им колья и выставить вперед в качестве смазки для мечей можно было и больше, но речь сейчас именно о профессиональных военных.

При этом коалиция трех государей привела сюда на границу Зартака и Солорана просто вдвое большее количество бойцов — семнадцать тысяч из которых почти четыре — конница. У зартакцев при этом конницы было меньше тысячи всадников, так что итог сражения виделся предрешённым в общем-то с самого начала.

И тем не менее герцог Цумвальтский даже тут показал, что его не зря считали самым талантливым полководцем нового поколения. Для защиты от стрел — эльфы равно стрелы, эта аксиома в общем-то не требовала доказательств — первые линии пехоты были вооружены тяжелыми ростовыми щитами и более того — по предложению главнокомандующего на поле боя специально назначенные бойцы выкатили несколько десятков тяжелых осадных щитов-мантелетов.

Вслед за пехотой уже на «боевые позиции» выдвинулись и маги. Не для того они получают свои деньги, чтобы отсиживаться в тылу, уж как минимум свою пехоту они прикрыть от вражеских атак совершенно точно обязаны.

И действительно едва первые бойцы с щитами вошли в зону обстрела из-за все того же поганого марева начали массово вылетать стрелы. Тут правда уже большая часть либо задерживалась выставленными магами щитами, либо уже попадали в щиты деревянные. Видя, что стрельба «прямой наводкой» не приносит зримого успеха часть снарядов начало вылетать по крутой параболе с тем, чтобы упасть сверху. Такой вид стрельбы был куда менее точным — даже природные стрелки-эльфы так могли попадать только очень примерно в область диаметром в несколько шагов — тем не менее то один солдат, то другой все же ловили очередной эльфийский подарок незащищенной частью тела и выпадали из строя. Их место тут же занимали бойцы из задних линий.

Били барабаны, отмеряя ритм шагов, казалось, этот накат вовсе ничего не сможет остановить. Двести шагов, сто пятьдесят, сто. Пятьдесят — барабанщики резко ускорили темп, бросая пехоту на рывок. В этот же момент эльфийские маги показали, что тоже не зря едят свой хлеб. Или что там они едят — прямо на пути солдат антиэльфийского союза и даже буквально у них под ногами с невообразимой скоростью начали прорастать из земли длинные и острые в форме клинка растения.

Часть бойцов начала падать из-за того, что напоролись подошвой обуви на такой вот с позволения сказать чеснок, другие принялись рубить выросшие всего за два десятка ударов сердца до высоты среднего человеческого роста стебли, третьи просто остановились в нерешительности. С эльфийской магией мало кто сталкивался, особенно из простых людей, что от нее ждать — не понятно, ясно только что ничего хорошего.

Тем не менее основная масса солдат все же смогла проскочить опасный участок и не останавливаясь навалилась на выстроенных в боевой порядок солдат Зартака. Вблизи демоново марево уже не работало, поэтому рубка пошла фактически грудь-в грудь, на равных. А тут еще и людские маги показали, что тоже вполне способны на адекватный ответ.

Прямо на центр построения зартакцев из воздуха начали бить многочисленные и ветвистые молнии. Это было одно из самых стандартных площадных заклинаний воздушной школы, что, однако совершенно не умоляло его эффективности. Тут и там сраженные электричеством начали валиться на землю солдаты зартакской армии. Каждый «хлопок» очередной молнии вырывал из строя по четыре-пять человек, далеко не все из них умирали, но и продолжать драться после того, как через тебя пройдет мощнейший электрический заряд, уже точно не захочешь.

Впрочем, эльфы показали, что и тут они хорошо подготовили домашнее задание. Почти мгновенно из земли уже за спиной собственных войск начали прорастать длинные тонкие «лианы», устремившиеся вверх и принявшиеся «перехватывать» своими телами насланные человеческими магами молнии. Поскольку заклинание, подготовленное магистром ан-Фроманом, было не самонаводящимся, — магия просто создавала на локальном участке пространства усиленное движение взвешенных в воздухе частиц, из-за чего возникало трение и молнии — электрические заряды достаточно легко было увести в сторону. Достаточно было лишь подставить «громоотвод», и фактически молнии уже были солдатам не страшны. Нет, где-то отдельные удары все же проскакивали, отвлеченные размазанной по земле большой массой железа — доспехов и оружия, — но глобально это уже были мелочи.

Не смотря на не слишком удачное магическое выступление, «на земле» дела у солдат коалиции шли гораздо веселее. Пехота трех монархов прорвалась сквозь остролистные магические заросли — при всей гадостности, это все же были просто растительные стебли, которые срубались мечом с одного удара — и навалилась на строй зартакцев. Те первый напор выдержали, но потихоньку начали пятиться.

Тут на севере к пехоте относились несколько иначе, чем на юге. Если южане вовсе за бойца считали только конного воина, низводя пехоту до уровня обслуживающего персонала и смазки для мечей, то северяне уже некоторым образом отошли от концепции исключительного конного войска. Вот и сейчас с обеих сторон в битве участвовали не просто вчерашние крестьяне с копьями или наемники на контракте, а профессиональные бойцы, что и определяло ожесточенный характер сражения. Вот только коалицианты сражались за себя, а зартакцы — за своих длинноухих хозяев, поэтому моральное превосходство принадлежало все же атакующим.

— Так кажется увязли, — прокомментировал герцог очевидное положение вещей. Маги еще пару раз обменялись ударами, вырвавшими из пехотного строя по несколько десятков человек. Эльфы использовали рой каких-то жуков, страшно даже представить, что чувствует человек заживо сжираемый тысячами мелких тварей, насекомых пришлось буквально сжечь вместе с парой десятков своих бойцов, чтобы парировать угрозу. В ответ людские маги обрушили на противника «Вихрь острых снежинок», благо холодная погода способствовала применению заклинаний, связанных с низкой температурой.

Мириады поднятых с земли мелких бритвенно острых снежинок обрушились на пехоту зартакцев и буквально прошлись по ней косой, сдирая мясо с незащищенных броней или хотя бы одеждой частей тел. Получилось эффектно, жаль только эльфы достаточно быстро разобрались в заклинании и просто нагрели воздух в локальной области на десяток-другой градусов. Температура ушла в «положительную область», лед начал таять и снежинки почти мгновенно потеряли остроту, а с ней и эффективность.

— Не пора ли вводить в дело резервы, мой дорогой друг, — король Солорана, который до этого не вмешивался в управление боевыми действиями, явно находился в возбуждённом состоянии. Возможно, чувствовал приближение победы, а возможно причиной тут была бутылка вина, которую монарх, не торопясь, успел употребить с начала сражения. — Я сам возглавлю атаку и решу исход дела. Пусть маги как обычно занимаются собственными разборками, я готов показать, что воинская доблесть не чужда современным королям.

— Нет, еще рано, — попытался было возразить герцог, но было уже поздно. Настроение солоранского монарха передалось его свите, а учитывая, что большая часть оставленной в резерве конницы была приведена именно поддаными самоуверенного короля, шансов остановить это движение у Каниша Амбера, четвертого герцога Цумвальтского этого имени, фактически и не было.

Интерлюдия 2−2

Буквально через несколько минут уже вся масса конницы — две с половиной тысячи всадников, наиболее боеспособная часть вооружённых сил Солорана — с криками и звоном доспехов ринулась обходить по широкой дуге левый фланг построения Зартакцев, чтобы одним ударом поставить точку в сражении.

Герцог Цумвальтский от бессилия только прикусил губу, у него под рукой осталось всего четыре личных конных сотни и если что-то пойдет не так, возможности вовремя отреагировать просто не останется.

— Вестовой, — командующий бросил отирающемуся чуть в стороне бойцу, — скачи к магистру. Попроси его поднажать, прямо сейчас, пусть выкладывает все что у него есть. Быстро!

— Есть! — Боец отсалютовал и вскочив в седло рванул в сторону сместившихся совсем вплотную к продолжающей рубиться пехоте. Нет, если эльфы не подготовили больше никаких сюрпризов, битву им не выиграть, слишком уж у людской коалиции серьезное преимущество в силах. Вот только не покидало герцога ощущение, что он что-то упускает…

А дальше случилось сразу несколько событий, перевернувших все с ног на голову.

Взорвался холм, на котором располагалась ставка трех монархов. Буквально взорвался, разлетевшись в разные стороны громадными комьями земли и хороня под собой большую часть свиты. В отличии от сформировавших коалицию людей, эльфы на той стороне прекрасно понимали всю шаткость своей позиции и невозможность опираться на «голую силу» и поэтому постарались еще мозги применить по максимуму. Заняв холм на дороге, идущей из Солорана в сторону столицы южного Зартака, и приготовившись к обороне, эльфийские маги резонно предположили, что возвышенность напротив будет облюбована человеческими командирами. Просто, потому что это было единственное удобное место.

Ну а дальше — это просто вопрос тщательности подготовки и емкости магического накопителя для мины, которым ушастым было не жалко пожертвовать для доброго дела. Они не поскупились, закопали — вернее с помощью магии заставили провалиться сквозь грунт — целую конструкцию из драгоценных камней, способную вместить объем энергии, который иметь было бы не зазорно и какому-нибудь архимагу.

Некоторым образом смазались последствия взрыва по причине того, что мину пришлось засовывать глубоко под землю, в противном случае ее бы обнаружили при подготовке к битве. А так даже самый мнительный ан-Фроман не стал сканировать холм на два десятка шагов в глубину, ограничившись только поверхностной проверкой, и эта ошибка в итоге лишила человеческое войско единого командования.

Одновременно с этим конные полки, ведомые королем Солорана, совершенно неожиданно для них попали под фланговый удар. Вообще-то засадный полк, спрятанный в том лесочке, который всадники обходили по опушке, был предназначен совсем для другого. Предполагалось, что в нужный момент укрытые тут силы ударят в спину вражеской пехоте, взяв ее в кольцо и устроив форменный разгром. Однако несдержанность солоранского монарха вынудила эльфов использовать свой козырь раньше, с другой стороны и так получилось более чем эффектно.

Во фланг скачущей на рысях конной лаве из леса подобно демонам из-за кромки начали вылетать десятки и сотни измененных магией тварей. Всего в засадный полк эльфы отрядили шесть сотен гольцев, все что они успели подготовить за три года интенсивной работы с полным напряжением сил. Создание сильных, быстрых и плохо уязвимых для обычного оружия солдат постоянно упиралась в нехватку исходного материала — имеющих зачатки магического ядра разумных, которых приходилось собирать буквально поштучно. Эта деятельность эльфов в подчиненном теперь Зартаке осталась фактически незамеченной соседними монархами и магическими организациями. За эти годы длинноухие, пройдясь частым гребнем, буквально под ноль выгребли всех ранее необнаруженных носителей дара. Наверное, не подчистую, все-таки даже статистически в стране с населением в пять миллионов человек носителей дара должно быть в разы больше, однако далеко не все жители Зартака уж очень горели желанием знакомиться с новыми властями, а выковыривать каждого селянина из дальней ухоронки — дело совсем неблагодарное и непродуктивное.

Так или иначе сейчас эти самые преображенные извращённой магией монстры ворвались в строй совершенно не ожидавших этого всадников и принялись учинять там форменный геноцид. Со времен первых версий, испытанных когда-то в Вольных Баронствах, твари стали еще быстрее, еще сильнее и еще смертоноснее. За это правда пришлось заплатить. В прямом смысле заплатить, на производство одного гольца теперь уходил не один камень, а сразу три, что, впрочем, не сильно тревожило их создателей и кукловодов.

Стая монстров сходу ссадила с лошадей ближайших всадников, буквально разрывая человеческие тела когтями и мощными ударами длинны передних лап. Спешащая «на добивание» конница даже не сразу заметила, что подверглась нападению, и это парадоксальным образом спасло отряд — целую армию, в ином государстве поменьше и вовсе столько конных воев не наберется — от полного уничтожения.

С увеличением силы монстров неведомым химерологам пришлось для сохранения баланса пожертвовать скоростью на дистанции. Первый рывок гольцы все так же могли совершить с ошеломительной скоростью, но вот догнать в чистом поле лошадь, пусть даже тяжеловоза, пусть даже под всадником в доспехах… Уже нет.

Понадобилось целых пять минут, чтобы сообщение о неожиданной атаке дошло до взявшего на себя командование фланговым ударом солоранского короля. И, наверное, правильнее всего на его месте было бы плюнуть на сотню павших от когтей монстров бойцов и продолжить движение. Закончить задуманное, ударить-таки зартакской пехоте в левый бок, выиграть сражение, а потом уже разбираться с ордой черных тварей. Однако монарх не знал о том, что ставка на холме только что перестала существовать, не знал, что армия человеческой коалиции фактически осталась без командования, да и в принципе… Рауд II был, если честно, человеком не самого большого ума, но при этом считал себя природным рыцарем «без страха и упрека». Опасное сочетание для правителя государства.

— Направо! Направо! Эльфы призвали демоновых тварей, мы обязаны их уничтожить! С нами Боги! Вперед! Вперед! Вперед! — Как именно собирался король уничтожать тварей обычным железом в том случае, если бы они действительно имели демоническое происхождение, не совсем понятно, однако этот вопрос в итоге так и остался не заданным. Вся масса же конницы развернувшись на пятачке рывком набрала скорость и на встречных курсах врубилась с надвигающихся на них магических тварей.

Тут нужно отметить — этот момент остался за кадром истории, но он важен для понимания происходящего — эльфийские маги в момент первого столкновения банальным образом потеряли контроль над своими питомцами. У ушастых не было опыта реального управления столь большим количеством «животных» в сложных условиях, да и просто пятнадцати «петоводов» — а больше не было, после разгрома Темного ордена, откомандированные в Западные леса людские маги просто разбежались, оставив ушастых разбираться со своими проблемами самостоятельно — оказалось глобально недостаточно для работы такой сложности.

В итоге в момент, когда боевых тварей обуял азарт битвы, когда их когти и клыки обагрила первая кровь, управляющие ментальные контуры просто поймали «переполнение» и отключились, отправив эльфийских магов в глубокий нокаут и предоставив магическим монстрам свободу действий в рамках заложенных им базовых моделей автономного поведения. Ну а поскольку последним приказом была атака, твари и продолжили его выполнять, бросившись в погоню за конным отрядом и оторвавшись от небольшого леска, в котором они прятались до этого, и который мог бы уберечь их от таранного удара рыцарской конницы.

Две с лишним тысячи профессиональных воинов-кавалеристов — это много. Это действительно очень серьезная сила, которая одним ударом может решить исход сражения. Пехота зачастую просто не может ничего противопоставить накатывающему цунами из людей, лошадей и стали. Только высокая выучка, соответствующее оружие, правильный плотный строй и железобетонные яйца — причем нужны все компоненты при выпадении хоть одного шансов у передвигающихся на своих двоих бойцов в общем-то и нет — могут обеспечить в лобовом столкновении пехоте победу над «четвероногими визави».

Вот только воевать против магически сотворенных тварей всадников никто не учил. Да и как учить, если всякой магической гадости существует просто бесконечное количество? Первый же копейный удар вышел максимально успешным. Просто, потому что при всей своей ловкости и силе гольцам зачастую банально некуда было деваться, а таран четвероногой машиной весом под тонну и разогнанной в моменте до скорости в тридцать пять километров в час, он вполне может быть летальным даже без участия непосредственно стального оружия. Примерно треть от всех тварей мгновенно закончили свое существование будучи насаженными на копья или затоптанными лошадьми.

Но вот дальше… Конный строй вынужденно затормозил и вот тут уже началось форменное избиение в обратную сторону. В тесноте, когда непонятно вообще, где кто находится и в какую сторону нужно сражаться, монстры смогли проявить свои самые лучшие качества. Один удар когтистой лапой — один выведенный из строя боец. Ну а сидящим на верхотуре всадникам, у которых под седлом начинают паниковать от страшного и непривычного запаха лошади, и вовсе даже попасть по мелькающим внизу «гориллам» практически невозможно. А если даже и попадешь — далеко не факт, что с одного удара получится тварь успокоить, на рану они гораздо более крепки чем человек.

Самым правильным для всадников было бы просто разорвать дистанцию и повторить столь успешный таранный удар, но вот незадача — король Рауд II оказался при развороте всей конной массы практически на острее удара и погиб в первые же минуты стычки, а в месте с ним в страну вечной охоты отправилась и большая часть его свиты, поэтому командовать в моменте оказалось просто некому. Эта неразбериха обошлась человеческому войску почти в восемь сотен бойцов и закончилась фактически распадом одного отряда на несколько меньших, которые принялись разбегаться в разные стороны, ведомые феодалами рангом пониже. Впрочем, и армия черных тварей тоже понесла — все же это были опытные бойцы, а не мальчики-зайчики — серьезные потери, к тем двумстам монстрам, которые были выведены из игры в самом начале, добавилось еще около девяти десятков убитых в процессе дальнейшего сражения. Считай армия гольцев уменьшилась одномоментно в два раза.

Можно было бы даже сказать, что размен чисто математически был в пользу людей — если в начале стычки было две с половиной тысячи всадников против шести сотен монстров, то в конце осталось полторы тысячи человек против трех сотен тварей, часть из которых были еще и изрядно покоцаны — однако люди — не роботы, не механические болванчики, и в отличии от безмозглых тварей рубиться до конца, до последнего человека просто неспособны. Так что сражение на этом участке фронта, можно сказать, здесь и закончилось, всадники разбежались, за ними в погоню в разную сторону бросились гольцы, на главное сражение ни те, ни другие уже серьезно повлиять были не способны.

Одновременно с этим чуть в стороне тоже происходили интересные события. Взрыв холма с командующими армией хоть и лишил части людского войска нормальной координации, на происходящую рядом пехотную рубку уже повлиять особо не мог. Там облаченные в доспехи бойцы увлеченно крошили друг друга орочий клец, и отвлекаться на что-то далекое, что напрямую на них не влияет, просто не имели времени.

Солдаты человеческой коалиции пользуясь численным превосходством и более крепкой мотивацией продолжали давить зартакцев, уже вытолкав их не только на гребень холма, но и на ту сторону. Оставалось приложить совсем немного усилий, чтобы сломить ход сражения и сделать все ухищрения длинноухих бесполезными.

Вот только в отличии от занятой взаимной рубкой пехоты маги взрыв холма за спиной заметили. Да, по большей части персонально силы магической поддержки не пострадали, пусть и лишились запаса накопителей, ингредиентов и прочей без сомнения очень полезной и важной в их искусстве атрибутики, но физически основная часть магов находилась тут, возле своей пехоты. И казалось бы, на них события в тылу повлиять не могли, но на короткий миг одаренные все же отвлеклись, растерялись, снизили концентрацию… И пропустили удар.

Удар эльфийские маги разумно нанесли не по человеческим визави — там защита была куда крепче — а по людской пехоте. Всего нескольких мгновений хватило эльфам, чтобы обрушить на самый центр построения облако мелких, но крайне агрессивных спор. Один вдох, мельчайшая растительная частица попадает в легкие и начинает прорастать там, пуская во все стороны побеги с шипами и буквально разрывая своего носителя изнутри на части.

Ужасное заклинание, крайне редко используемое по причине крайней энергозатратности, это во-первых. Во-вторых, оно легко парируется щитом огня или даже просто хорошим порывом ветра, а в-третьих, может быть опасно и для своих солдат. Впрочем, тут жизни людей-зартакцев эльфам были совершенно не интересны, и подобный размен никого не смущал.

Всего за десяток ударов сердца — потом людские маги опомнились и деактивировали эльфийскую гадость — несколько сотен бойцов из центра построения погибли ужасной смертью, с криками боли буквально развалившись изнутри. Более того, колючие лианы, вылезшие их уже мёртвых людей, тут же начали хватать живых, и вот это уже стало последней точкой. Строй человеческой пехоты развалился, и сломанные морально бойцы бросились бежать. Их никто не преследовал, сил у армии Зартака уже не имелось, даже эльфийские маги и приданный отряд лучников, пару раз попав под действие вражеской магии, успели понести потери, про человеческую пехоту и говорить нечего. Небольшой же конный резерв сейчас ожесточенно рубился с отрядом графа Зортена, который атаковал обоз и успел там неслабо покуролесить, прежде чем его отогнали прочь.

На этом сражение у Черного Холма фактически закончилось. Закончилось как бы ничьей. При примерно равных потерях обе армии практически полностью утратили боеспособность. При этом коалицианты еще и потерли двух из трех монархов — герцог Цумальтский имел при себе хороший амулет против физического урона, который его спас, почти спас, Каниш Амбер отделался всего лишь тяжелой контузией и многочисленными переломами.

С другой стороны, большая часть армии — после того как собрали разбежавшихся — и почти все маги были способны продолжать войну, так что теоретически можно было бы даже попробовать навязать эльфам второй раунд. Однако в отличии от физических возможностей, политической воли у членов коалиции уже не осталось, тем более что у феодалов Одхании и Солорана резко появились важные дела дома. Смена монарха — это всегда время возможностей, поэтому людская армия просто развернулась и ушла восвояси.

И можно было бы эльфов и союзный им Зартак — хотя называть это союзом мягко говоря не совсем точно, это как именовать данным словом отношения свиньи и фермера, тот может хрюшку кормит и защищает, но итог у нее все равно один — назвать победителями если бы не одна маленькая деталь. В то время, когда происходило сражение у Черного Холма, по реке Авуаре от Большого залива поднялся вверх флот Рондора и практически полностью разорил голод Зиндай. При этом в столице Южного Зартака погибло и не мало эльфов, которые приход чужих кораблей совершенно прохлопали. Рондорцы разграбили город и ушли обратно, не ввязываясь в долгосрочное противостояние.

Так что стратегически итог короткой войнушки — в том, что в дальнейшем им предстоит продолжение, фактически никто не сомневался, ни люди, ни эльфы — можно обрисовать как ничью. Эльфы смогли защитить свои территориальные приобретения хоть и потеряли на этом немело ресурса, в том числе и невосполнимого.

И только одно различие глобально в будущем повлияло на дальнейшую судьбу континента. Князь Эррестор из всего произошедшего выводы сделал, а главы людских государств — нет.

Глава 10−1

— А, ссука! — Граф аккуратно, чтобы не производить особо громких всплесков погрузился в воду. Вода по осеннему времени была уже совсем холодной, градусов десять по ощущениям. В кожу как будто одномоментно впились целые мириады мелких иголок, сердце в груди под действием впрыснутой в кровь порции адреналина тут же начало стучать с двойной скоростью. — Давайте быстрее!

Последнее было сказано «громким шепотом», что, впрочем, на самом деле было совершенно лишней предосторожностью. Масса стоящих у причалов кораблей даже ночью производила достаточно шума, — скрип мачт, хлопки плохо закрепленных концов паруса и каких-то канатов, глухие удары деревянных корпусов о причальные кранцы, — чтобы скрыть плеск от десятка плывущих в воде мужчин.

— Все на месте, никто не потонул часом? — Из воды выбрались у дальнего края порта. К сожалению, просто выйти ночью на причал возможности не было, поскольку за кораблями графа достаточно плотно наблюдали с берега, из-за чего и пришлось выдумывать вот такой сомнительный в плане удобства способ «десантирования». Если бы не сварганенные Ариеном буквально на коленке согревающие амулеты — проработали эти поделки всего полчаса, чего, с другой стороны, вполне хватило — диверсионная группа вполне могла просто не добраться до берега и даже усиления тела был не помогли. Поймали бы судорогу и все, привет Нептуну, ну или кто у них тут за воду отвечает — это была бы очень глупая смерть.

— Все на месте командир, — откликнулся Ромул. Повернулся к своим подчиненным и скомандовал, — одеваемся вооружаемся и вперед! Времени нет!

Одежду группа предусмотрительно тащила с собой в герметичных — относительно, конечно, но на полчаса их хватило — кожаных мешках и теперь спешно облачалась, прячась от тусклого света молодой луны в тени какого-то портового склада. С собой Серов взял только перевертыша и десяток «спецназа», остальные «аргонавты» должны были утром сняться с якорей и выйти в море уходя на север в сторону дельты Кель.

На удивление Александра — он до последнего ждал подвоха и кидка со стороны бургомистра — все торговые операции прошли гладко и максимально оперативно. Суда разгрузили, вывезли с причалов товары и тут же начали загружать другие по согласованному той ночью списку. В общем, никаких проблем, разве что команде в итоге не разрешили сходить на берег и свободно бродить по Карланду. Все же Валлуй Синор тоже не слишком доверял неожиданно свалившимся на голову пришельцам.

Прошлым вечером, когда все погрузочно-разгрузочные работы были закончены, местная портовая стража буквально по списку пересчитала всех приплывших в Карланд с графом людей. Так что окно для организации диверсионной вылазки было совсем узким. В идеале они должны были управиться за те десять часов, которые даровала им уже прилично удлинившаяся осенняя ночь. О том, как они будут выбираться из города в случае, если не успеют разобраться со всеми делами до темноты, Серов предпочитал не думать.

— Все, вперед, цепочкой, замыкающий контролирует тыл, попрыгали! — Спецназовцы несколько раз подпрыгнули на месте, пара человек после этого спешно поправила снаряжение. В эти времена, когда чуть ли не каждый боец был увешан железками с ног до головы даже просто не звенеть при движении было непросто задачей. Для этого все бойцы под командованием Ромула получали специальные доспехи, составленные из стальных пластин, обтянутых тканью. Дорого, не слишком долговечно и не идеально в плане глушения звука, но ничего лучшего они придумать так и не смогли.

— Стоп! — Идущий первым Ромул присел на одно колено и понял вверх кулак. Из какой-то спрятавшейся в темноте рыгаловки, даже вывески не имеющей, буквально вылетел поздний посетитель, явно ускоренный хорошим пенделем сзади. Загулявший морячок приземлился на четыре кости прямо посреди улицы, постоял в таком положении несколько секунд, потом гравитация его все же одолела, бедолага распластался на земле и мгновенно захрапел. — Вперед!

Порт проскочили на удивление без проблем. Впрочем, тут ничего сверхъестественного не было, пообщавшись с местными Серов узнал, что война хоть и не чувствовалась для постороннего человека, все равно влияла на жизнь горожан. Так часть моряков была принудительно мобилизована на принадлежащие городскому совету боевые корабли, да и поток транзитных товаров из-за всего происходящего тоже подсократился. То, что Алесандр попервой воспринял как многолюдное столпотворение, для местных виделось чуть ли не упадком торговли.

Дальше нужно было взобраться, минуя единственную ведущую наверх дорогу, на нависающую скалу и оттуда по примеченному Ромулом закутку между стеной и башней уже залезть на куртину. Простому человеку, да еще и в темноте, когда — особенно в момент заходя луны за очередную тучу — не видно буквально кончиков пальцев на вытянутой руке, это было очевидно не под силу. Именно поэтому данный участок обороны города практически не охранялся. Иногда по верху стены проходил патруль, но происходило это сильно нерегулярно.

— Не торопимся, я иду первый, если что — помогу, — перевертыш тут же принял боевую форму, в которой его и так невообразимая для человека ловкость и сила увеличивались многократно, и начал взбираться вверх по каменному нагромождению. Серов, который благодаря своим божественным силам видел в темноте гораздо лучше среднего человека, только покачала головой. В прошлой жизни он пару раз забредал на скалодром и пересекался там с опытными спортсменами. Тогда его поразило, как они, цепляясь за минимальные выступы и используя едва заметные глазу непрофессионала углы, взлетают даже по стенам с отрицательным наклоном. И вот все они вместе взятые и рядом с Ромулом не стояли, тот кажется просто «шел» по отвесным поверхностям, не испытывая вовсе никакого неудобства. — Следующий!

Залезший на скалу Ромул скинул вниз веревку, опираясь на которую наверх выбралась и вся остальная команда. Положа руку на сердце Александр признавал себе, что без перевертыша они бы тут просто не прошли. А если бы и прошли, то затратили бы на это дело не меньше пары часов.

— Напоминаю еще раз, что наша цель — проскочить максимально незаметно, не поднимая шума и никого не убивая. Нужно, чтобы никто не мог связать события в городе и нас, спокойно сидящих в порту, — еще раз напомнил бойцам Серов. Терять такого перспективного торгового партнера как Карланд граф не хотел, а значит все нужно было сделать максимально чисто. — По городу ходим аккуратно, внимания не привлекаем, делаем вид, что местные.

Александр кивнул перевертышу, и тот, только и ожидавший команды, тут же рванул вперед. Вернее вверх. Башня, в тени которой они собирались покорить городскую стену, была явным новоделом, причем новоделом сделанным как попало без всякого приложения мозгов, это было очевидно любому, кто хоть чуть-чуть разбирался в фортификации. Да и качество исполнения тоже явно оставляло желать лучшего, куда более старая, — очевидно еще при империи построенная — стена рядом выглядела значительно лучше, по выщерблинам же «новой» башни можно было лезть вверх практически как по лестнице. Если бы не отвратительная туалетная вонь — очевидно этот закуток местные использовали в самых естественных целях — такую ночную прогулку можно было бы даже назвать приятной.

На стену взобрались без приключений. Заранее посланный все разведать в плане магической сигнализации Ариен подсказал маршрут, при котором сигнальные нити не будут задеты, и соответственно вторжение незваных гостей не всполошит охрану. По мнению огневика когда-то очень давно — возможно даже еще при строительстве этих древних стен — проложенные магические линии многие десятилетия, очевидно, не подновлялись и успели изрядно протухнуть. Так что вероятнее всего сингалки просто не сработали, даже если бы граф со своими людьми принялись там на стене танцевать ламбаду. С другой стороны и проверять утверждения огневика никто конечно же не стал. Не дожидаясь очередного патруля так же быстро по верёвке, спустились уже во внутрь городских стен Карланда и тут уже не таясь, делая вид, что они просто добропорядочные граждане, двинули по улице.

На ближайшем перекрестке разделились. Ромул со своей пятеркой отправился к противоположной стене города, его путь лежал к рабским загонам с внешней стороны стены. Понятно зачем.

Серов же торопливо — время тут работало против него, ночь хоть и длинная, но далеко не бесконечная — рванул в сторону ратуши, надеясь застать бургомистра на «боевом посту».

Несмотря на позднее время, Карланд в этой части города, практически не спал. По улицам — тут даже наружное освещение работала на основных «магистралях», причем магическое, вот уж чудо так чудо, что значит дешевые камни, можно батарейки на всякую фигню тратить невозбранно — шатались поздние гуляки, тут и там какие-то люди разгружали-загружали телеги с товаром, пару раз поадались даже уличные музыканты, которые в таком антураже не выглядели инородным телом.

До здания ратуши добрались еще минут за пятнадцать. Свою команду поддержки Серов распустил приглядывать по сторонам — все же спешащая куда-то целенаправленно группа из шести вооруженных мужчин выглядела инородно даже на не пустых улицах — а сам не торопясь обошел здание по кругу. Окна кабинета бургомистра, расположенные на втором этаже граф приметил заранее, как и примерный маршрут вторжения.

Применять свои силы в активном варианте Серов все так же опасался. Кто его знает, какая чувствительность у «систем РЭБ» противника, а вдруг засечет, и тогда вся затея пойдет одним местом.

Окна горели мягким белым светом, говоря о том, что хозяин города находится у себя в кабинете. Ловкостью перевертыша Александр похвастаться не мог, но и своей в данном случае хватило — оглянувшись, нет ли вокруг лишних любопытных глаз, попаданец подпрыгнул, ухватился за ветку растущего у стен ратуши дерева, подтянулся и с силой вытолкнул себя наверх. С нижней ветки перескочил на верхнюю, а оттуда — тут пришлось аккуратно прицелиться и хорошенько оттолкнуться — перескочил уже на стену здания, едва не сверзившись вниз и ухватившись в последний момент за торчащую голову какой-то зубастой и рогатой гаргульи.

Аккуратно переступая по карнизу Александр добрался до нужного ему окна. Заглянул внутрь. В знакомой уже обстановке бургомистерского кабинета градоначальник сидел за своим столом и что-то писал магическим пером.

Оставалось фактическим самая малость — попасть внутрь так чтобы не привлечь внимания охраны и всего квартала, благо решёток на втором этаже не имелось, а сама ратуша была по кругу обсажена несколькими рядами деревьев, что в данный момент работало на благо графа.

— «Как сраный ниндзя», — мелькнуло в голове Серова, и он не нашел ничего умнее нежели просто постучать в окно.

Расчёт был на простейшую психологию. Что сделает человек сидя на втором этаже, если ему в окно постучатся? Особенно если на дворе ночь, а он целый день работал, и голова уже варит не так активно, как утром. Ну как минимум он подойдет к окну и попытается посмотреть, что там происходит. А как максимум…

Глава 10−2

Валлуй Синор, услышав странный стук в окно, отложил перо, потянулся, зевнул и не торопясь — почесываясь в разных местах — подошел к окну. Из-за того, что в комнате было светло, а на улице солнце уже давно нырнуло за горизонт, разглядеть что-то на той стороне оказалось практически невозможно. Недолго думая, бургомистр щелкнул задвижкой, потянул на себя створки окна и слегка перевесившись через подоконник выглянул наружу.

— Стой, не двигайся, — из темноты вдруг выскочила рука с зажатым в ней ножом и опасно приблизилась к шее продавшегося демонам чиновника. Вторая рука ухватила его за ворот камзола и не позволила скрыться обратно внутри помещение. Еще две секунды и граф уже всей своей тушкой нырнул в хозяйский кабинет. — Ну вот мы и свиделись еще раз.

— Вам не кажется, граф, что это уже не смешно? — Бургомистр, как будто, даже не испугался, — первый раз это было оригинально, можно даже сказать — свежо, но вот так повторяться… Дурной тон.

— Нет, ведь на этот раз твоя охрана не ждет меня за дверью, и, если я вскрою тебе глотку, об этом никто не узнает до завтра. — Улыбнулся Серов.

— И что вам от меня в таком случае нужно? — Валлуй Синор демонстративно сложил руки на груди, как будто не замечая ножа прижатого к сонной артерии.

— Где алтарь?

— Молодой человек, скажите мне пожалуйста, я похож на идиота? Какой резон мне с вами «сотрудничать», если вы с самого начала декларируете целью мою смерть. Вы правда верите, что я такой вот приятный старикашка сам все вам расскажу и потом безропотно позволю себя убить? — Бургомистр вопросительно приподнял бровь и сам ответил на свой же вопрос, — нет, этого не будет, не дождетесь.

— Если ты думаешь, что мне не хватит духу начать тебя прямо тут пытать, — оскалился Серов, — то ты сильно заблуждаешься.

Впрочем, граф на самом деле был далеко не так уверен в своих силах, как пытался показать. Бургомистр, очевидно, уперся, ломаться при виде клинка у собственной шеи он тоже не торопился, пришлось Александру на секунду отвлечься и захотеть осознать подноготную поселившегося в торговом городе культа. Виски заломило, к горлу подкатила тошнота, и в этот же момент, видимо почувствовав движение божественных сил, Валлуй Синор нанес удар в ответ.

От черно-склизкого — понятное дело, что энергия сама по себе не имела ни цвета, ни запаха, да и пощупать ее не получилось, однако подсознание попаданца интерпретировало происходящее именно таким образом — щупальца, вырвавшегося из груди бургомистра, Серов сумел увернуться, тупо упав на пол и откатившись в сторону. Следующий удар он отразил своим клинком — меч вне привычного материального пространства почему-то горел огнем, но кажется вражеской силе на это пламя было наплевать — потом еще раз увернулся.

Попробовал надавить голой божественной силой, просто захотеть, чтобы долбанный демонов приспешник испарился из реальности, но быстро понял, что его сил на это не хватит.

— У тебя нет власти здесь, сосунок, ты не на того нарвался! — В «астрале» бургомистр выглядел странно. Как будто в нем соседствовали сразу две сущности — человеческая основная и полупрозрачная, но весьма и весьма ощутимая демоническая. Именно частью последней было это самое щупальце, которым сейчас пытались достать графа.

Удар, еще удар. К сожалению — а может и к счастью, ну их такие приключения — опыта подобных сражений у Александра было не много, умом он понимал, что здесь, на этом плане бытия важны отнюдь не сила и не ловкость тела, а совсем другие качества, и что на самом деле он не руками вертит свой клинок, а лишь силой воли и божественным желанием. Но все равно каждый раз пытался уклониться, парировать или еще как-то задействовать навыки оставшегося в физическом мире тела.

Это сильно мешало сосредоточится на сражении, и в какой-то момент Серов понял, что его начинают передавливать, невеликие силы молодого божества потихоньку подходили к концу, а подпитка от верующих так далеко от собственных «мест силы» практически не чувствовалась. Все же боги без собственной паствы мало чего стоят сами по себе.

— Ха-ха-ха, — сколько прошло времени попаданцу сказать было сложно. Может минута, может дни, постепенно фигура напротив начала «плыть» и преображаться. Видимо сражение на божественном плане нелегко далось человеческой части противника, она как будто начала тускнеть и становиться прозрачнее, а на первый план начала выходить демоническая часть. Сомнительно, что даже в случае победы над Александром, Валлуй Синор сможет впоследствии, как и раньше, управлять своим городом, эта битва для него оказалась проигранной при любом ее исходе. — Ха-ха-ха. Ыыыы!

Если сначала бургомистр еще говорил что-то осмысленное, пытался оскорблять графа, очевидно хотел как-то его задеть, то потом он просто опустился до воспроизведения какого-то булькающего смеха и не связанных между собой звуков. Вероятно, настоящему хозяину всей этой богадельни тоже было не просто, и он задействовал все доступные ресурсы, походя «высушив» и своего носителя.

В какой-то момент Серов все же смог немного «расслабиться», перестал дергаться и окончательно «отпустил разум» в свободное плавание. Границы тьмы по бокам, который давили на наго, пытаясь смять, остановили свой натиск, а пламенеющий меч, кажется, просто превратился в сферу из света, которая не пускала темную силу к своему хозяину. Установилось шаткое равновесие. Вот только оно было сугубо на пользу местному кукловоду. Рано или поздно в реальном мире заметят происходящее в кабинете бургомистра и тогда… Что будет тогда — понятно.

Стабилизировав ситуацию, Серов получил возможность оглядеться. В божественном плане место, где они сражались представляло собой тот же кабинет, только с расплывшимися, полупрозрачными как будто стенами. Опять же видел все это граф отнюдь не глазами, просто сознание интерпретировало информацию через визуальную картинку.

Вот люди ходят на улице, вот его бойцы — все пятеро, вокруг ратуши рассредоточились, они заметно выделяются на общем фоне, и от них к Серову тянутся тонкие нити. Вот по тем же улицам ходят отдельные персонажи — сознание представляло их как небольшие кляксы грязно-бурой энергии, — явно принадлежащие к демоническому культу, причем, судя по всему, «тревога» уже успела пройти по системе, и теперь все больше клякс стягиваются в центр города.

Понимая, что время играет против него, Серов решился еще на один удар, в конце концов не только же в защите отсиживаться. Противник форсировать события явно не торопился, его текущая ситуация вполне устраивала. Собрав волю в кулак молодое божество взглядом поставило точку в центр средоточия демонической энергии внутри бургомистра и мысленно «надавило». Противнику это явно не понравилось, внешнее давление тьмы ослабло, а главное Серов смог разглядеть толстый жгут энергетического каната, который шел от тела Синора куда-то вниз и наружу, явно питая это существо — человеком его уже назвать было нельзя, а на полноценного демона оно совершенно точно не тянуло, сумев просунуть в этот мир лишь «кончик пальчика» в виде своей проекции — и позволяя на равных бодаться с божеством. По этому канату Александр и нанес удар, воспользовавшись ослаблением давления он вновь «выхватил» из воздуха пламенеющий клинок и попробовал перерубить связь твари с алтарем.

Ударил и сразу понял, что ошибся. Что подобные структуры всегда будут защищать в первую очередь, и не с его куцыми силами воевать против накопленной за столетия энергии темного алтаря.

Тут же прилетело в ответ, Серов почувствовал, как его тянет куда-то далеко, и как натянутые до предела связи с далекими последователями начинают гудеть от напряжения предупреждая, что сейчас начнут просто рваться. Что произойдет с ним тогда, с его божественной и даже человеческой частью Александр даже боялся себе представлять.

Уже чувствуя, как его сознание начинает растворяться, из последних сил Александр нанес еще один удар. Но не по проекции демона и не по питающему ее каналу, а наоборот. По тому, что осталось от человека — эту полупустую оболочку полноценной личностью назвать было уже нельзя, — логично предположив, что так или иначе демону нужен якорь, для проецирования собственных сил. В противном случае он бы явился сам и просто стер наглого вторженца из реальности.

В следующую секунду Серов вывалился из божественного безвременья на ковер в кабинете бургомистра и без сил рухнул на расстеленный тут ковер. В паре шагов от него гремя костями осыпалась полуусохшая мумия, все то, что осталось от могущественного еще недавно бургомистра Валлуя Синора Третьего.

Граф попытался встать, его качнуло и вырвало прямо на пушистый, мягкий и явно дорогой ковер. Он собрался с силами, свел глаза в одну точку и опираясь на массивный стол перевел себя в вертикальное состояние. Посмотрел в окно — там уже во всю светлело, шансы вернуться к себе на корабль вовремя фактически отсутствовали.

— Дерьмо, — только и произнес Серов. После чего развернулся и двинул в подсобку к тайнику покойного градоначальника, который успел зацепить вниманием во время осмотра окрестностей. Тайник был отлично спрятан, и для активации спрятанной в деревянной облицовке дверцы сейфа нужно было сделать несколько совершенно несвязанных между собой действий. Надавить на конкретную деревянную плашку, толкнуть вверх, казалось бы, намертво вделанный в стену канделябр и при этом не стоять на доске перед самим тайником — поскольку там в пол был встроен совершенно незаметный «предохранитель». Не имей Серов возможности использовать свои способности, никогда бы не догадался, как это все открывать. Пришлось бы стену разбирать, что тоже дело совсем не простое. И не быстрое, второе было даже важнее в этот момент.

— Идите к папочке, — Серов не без удовлетворения протянул руки к заветному сундучку с камнями, вытащил из-за пояса специально заготовленный под такой случай мешок с лямками, засунул туда добычу, отправил вслед за камнями еще найденные тут же тетради и документы, увесистый кошель с золотом и пару каких-то явно древних фолиантов. Вряд ли бургомистр интересовался букинисткой, но и разбираться стоящая это добыча или пустышка, прямо на месте времени не было. Берем все, там определим, что ценно, а что — нет. — А теперь, кажется, пора уносить ноги.

Вообще-то граф очень хотел «познакомиться» еще и с темным алтарем. Во-первых, такую гадость просто не нужно оставлять в этом мире. Особенно если и дальше собираешься тут жить. А во-вторых, после каждой победы над той или иной сущностью, имеющей божественную природу, попаданец чувствовал, что его возможности растут. Было бы просто преступно не дальновидно упускать шанс «качнуть своего персонажа».

Закинул мешок за спину, торопливо — на сколько позволяло его состояние, после схватки с демоновым приспешником Александра все еще пошатывало — подскочил к окну и аккуратно выглянул на улицу. Там было тихо, комитета по встречи потерявшего всякий страх попаданца, во всяком случае при первом взгляде, не наблюдалось. Проводить сканирование окрестностей Серов при этом резонно опасался, сил и так не было, свалиться без сознания прямо тут на «месте преступления» было бы максимально глупо. Не теряя времени, открыл окно и перемахнул через подоконник.

Глава 10−3

Брусчатка больно ударила по ногам — граф поморщился, прыжок с высоты второго этажа уже давно не мог поломать ему ноги, но и удовольствия от подобных трюков он совершенно точно не испытывал.

Оглянулся — никто, кажется, хватать его не торопился — и рванул к закоулку, заранее назначенному местом встречи.

— Мы не успеваем обратно, командир, — констатировал очевидный факт старший над пятеркой спецназа. По плану эскадра должна была выйти в море с первыми лучами солнца, чтобы зацепить попутный утренний бриз. И так вверх по реке предстояло немало работы на веслах, облегчить себе жизнь хоть на этом этапе выглядело совсем не лишним.

— Все тихо? — Задал вопрос Серов и тут же получил на него ответ — где-то вдалеке за домами что-то хорошенько жахнуло. — Понятно, переходим к запасному плану.

Вариантов, что это мог быть за взрыв, имелось совсем не много. Ариен заранее снабдил диверсионную группу парой артефактов-мин, которые предполагалось использовать либо непосредственно в деле, либо для отвлечения внимания при отходе. Если отбросить невеликую вероятность того, что в городе кто-то решил покуролесить одновременно с Александром — такой вариант виделся все же сомнительным — скорее всего это была работа Ромула. А значит, и у перевертыша что-то пошло не так.

Граф мысленно досчитал до десяти, выдохнул и приказал своим бойцам следовать за ним.

— Стоп! Хватайте вот этого, только тихо, — на соседней улочке пришлось сделать остановку. У стены пошатываясь и явно не совсем осознавая себя в пространстве, стоял молодой мужчина, судя по одежде кто-то из семей городской старшины или богатых купцов. Его можно было бы принять просто за позднего гуляку, перебравшего в какой-то работавшей всю ночь ресторации «для богатых господ», если бы не одно «но». Память Серова четко подсказывала, что этот парень был одной из тех самых бурых клякс, которые ближе к утру начали стекаться на помощь своему патрону под стены ратуши. Видимо, утеря главного якоря демонической сущности и последовавшие за этим энергетические возмущения не слабо вдарило прочим адептам культа по мозгам, из-за чего группе графа и удалось фактически без проблем удрать с места преступления.

Два раза приказывать бойцам было не нужно. Если командир сказал хватать кого-то, значит, будем хватать, тем более что парень был щуплый и нетяжелый, просто двинули по затылку, через плечо перебросили и «алга».

— Стоять! Кто такие? — Еще спустя пять минут и несколько кривых узких улиц, по которым проскочила группа, удача их, видимо, дала сбой. Взрыв на окраине города разбудил жителей, на улицах начали появляться люди, зашевелилась традиционно не сильно активная ночью стража. Ну и конечно группа вооруженных мужчин, куда-то торопливо направляющаяся, да еще и с бессознательным телом в виде багажа, стражу не заинтересовать просто не могла.

— Бой! — Патруль хоть и был усиленный — четыре человека против обычных двух — мало что мог противопоставить слаженной команде графского спецназа. Едва поступила команда, как четверо свободных от груза бойцов рванули вперед, сокращая дистанцию, и буквально за несколько секунд все было кончено. Местные пентюхи, оставленные в городе для охраны правопорядка, вооруженные ко всему прочему не слишком удобными для стычек накоротке алебардами — двуручные топоры добавляли местным силовикам солидности, да и в строю ими работать было одно удовольствие, но против быстрых, вооруженных короткими клинками убийц не канали вообще — в мгновенье ока оказались на брусчатке без всяких признаков жизни. — Оттащите тела вон туда к ящикам, закидайте чем-нибудь и догоняйте.

К сожалению, качественно спрятать тела в этих «каменных джунглях» было совершенно невозможно, но Серов надеялся, что слишком долго им блуждать по городу не понадобится, так что риск в итоге сведется к незначительным величинам.

— Хозяева, открывайте, — Граф не особо стесняясь постучал в дверь. Конечно, для хороших гостей было еще рановато, однако и ситуация была, можно сказать, чрезвычайной. — Есть кто дома?

Стучался Серов не просто куда-то. «Запасным аэродромом» был выбран дом того самого контакта контрабандистов, который передал Александру необходимый к транспортировке на север груз. С одной стороны подобный заранее не согласованный визит был откровенной наглостью, с другой — граф обоснованно предполагал, что хозяина дома новость о смерти бургомистра немало порадует.

Детали политического устройства — вместе с его подводными течениями — Карланда Серов начал выяснять едва только понял, что разойтись краями с бургомистром у него не получится. Просто внутренняя сила не позволит.

Выяснилось, что у семьи Синоров тут имеется весьма серьезная оппозиция, несогласная с проводимой бургомистром политикой как в экономико-политическом, так и в идеологическом плане. Во-первых, очень многим не нравилось то, что одна семья занимала самый главный в городе пост уже больше двух сотен лет без перерыва. Во-вторых, не мало было тех, кого напрягали постоянные войны с Касским ханством. Вся эта движуха хоть и не влияла напрямую на жизнь в городе — ханцам так и не удалось ни разу прорваться через построенные еще при Империи укрепления на перешейке — но изрядно мешала бизнесу. Отвлекала работников и корабли, рвала привычные цепочки поставок товаров и в целом доставляла массу неудобств бизнесу.

Камнем преткновения тут был вопрос о рабах и рабстве в целом. Кассцы и сами были не против продать захваченных в плен орков, тут разногласий не имелось, но вот касательно рабов-людей… Ханцам сильно не нравилось, что их граждан регулярно похищают и отправляют за море к в качестве рабов. При этом, по слухам, именно семья Синоров плотнее всего сидела на теме работорговли и отказываться от сверхприбылей не желала.

И все было бы ничего, в таком клинче можно было бы существовать очень долго — как оно в принципе и было на практике, — если бы кассцы не начали активно осваивать мореходство и торговлю в обход Карланда. Транзитный поток товаров с севера истончался год от года, приводя к постепенному увяданию города. Конечно, во время боевых действий горожане перекрывали северным соседям морскую торговлю, но при этом полностью лишались идущих оттуда товаров. Выходил тупик. Как в анекдоте про пойманного медведя, который не пускает, Карландцы вполне могли задушить чужую торговлю, но только вместе со своей, а при прочих равных все больше иностранных кораблей предпочитали заходить в сам Касс или расположенный ближе к устью Кель Питран.

— Кто там так рано? Граф? Что вы тут делаете? — Дверь открылась и на порог вышел высокий мужчина средних лет в домашнем халате. — Вы же должны были отплыть сегодня утром?

— Мои корабли уплыли, а я остался, так уж вышло, господин Архат — улыбнулся Серов и пожал плечами. — А еще так вышло, что этой ночью отдал демонам душу всеми любимый бургомистр Валлуй Синор Третий. И, кажется, еще в рабских кварталах за северной стеной города что-то происходит, возможно часть рабов взбунтовалась.

— За вами погоня? Что это за тело? Валлуй Синор точно мертв? — Мгновенно перешел в «рабочий» режим представитель торговой организации.

— Мертв настолько, насколько вообще можно быть мертвым, погони нет, но я бы предпочел по улицам лишний раз не гулять, очевидно пару дней в городе может быть шумно. А тело… Это один из подручных бургомистра, к которому есть пара вопросов. К сожалению, самого градоначальника расспросить не удалось… По многим причинам, о которых мне не хотелось бы разговаривать на улице.

На лице Архата на мгновение мелькнуло сомнение, однако возможные выгоды явно перевешивали риск, поэтому он просто кивнул и отступил в сторону. Серов не подал виду, но у него с души свалился приличных размеров камень. Да, он подобный маневр предполагал заранее, собирал информацию о политических течениях и партиях, но в конце концов всегда может сыграть человеческий фактор. Окажись этот купец банальным трусом и не пожелай ввязываться в ожидаемый передел власти, ситуация могла бы оказать весьма сложной.

— Прошу прощения господа, вы можете пометить пленника в подвал, там все для этого есть, — Архат указал на дверь в закоулке, явно ведущую вниз, — сейчас сын угостит вас вином, закусками, а потом еще раз обсудим детали. А пока мне нужно отвлечься и отослать пару писем.

Судя по тому с какой поспешностью купец двинул по лестнице на второй этаж, оставаться в стороне от событий в городе он не собирался. А еще графа порадовал милый подвальчик такого себе рядового — ну предположим не совсем, но все же — торговца магическими ингредиентами, у которого меж бочек с явно чем-то алкогольным, запасов провизии на черный день и почему-то стойкой с оружием нашлась в дальнему углу небольшая, но крепкая клетка, явно рассчитанная под габариты человека. Интересные у них тут торговые дела… Нескучные.

Еще спустя примерно полчаса хозяин дома вновь присоединился к гостям и пожелал услышать подробности безвременной кончины всеми любимого городского головы. Серов не стал ничего скрывать, разве что подробности сражения на божественном плане оставил за скобками. Судя по тому, что Архат этот вопрос не педалировал, личные способности графа его не интересовали. А вот наличие в городе демонического культа, ко всему прочему еще и сумевшего влезть во власть — впрочем, что было первичным, а что вторичным, тут могли быть варианты — мягко говоря, привело мужчину в замешательство.

— Слухи о том, что у нас пропадают люди ходили давно, — потирая короткую «испанского типа» бородку на лице пробормотал купец. — Да и то, что Синоры живут по сто с лишним лет — это тоже знаете ли… Но все списывали на толику эльфийской крови, алхимию и амулеты, при наличии денег и правильных предков даже без дара человек может прожить долго… Но демоны… Это точно?

— Точнее быть не может, я своими глазами видел проекцию твари. Впрочем, доказательств у меня нет, только слово, — Александр подумал немного и добавил, — а еще можно нашу добычу допросить, глядишь и наведет нас на их главное кубло с алтарем. Я все равно из города никуда не уйду, пока мир от этой гадости не избавлю. Просто не смогу.

— Вы паладин что ли? Обеты борьбы со злом и все такое? — Видимо до Коркоста новая вера еще свои лапки дотянуть не успела. А может конкретно, Архат был не слишком погруженным в божественные дела человеком.

С Серовым на кораблях в плавание вообще-то отправилось несколько проповедников, однако пошедшие по одному месту события заставили графа проявить осторожность и в город миссионеров не выпускать. Так они на судах безвылазно и просидели, и теперь, вероятно, уже плывут обратно.

— Типа того, — не стал особо погружаться в этот вопрос Серов. Кто знает, во что именно верит собеседник. Иногда лучше оставить свои секреты при себе. Граф с хозяином дома вместе спустились в подвал, однако полноценно допросить пленника у них не получилось. Сначала тот был в достаточно сумеречном состоянии вследствие полученного удара по голове, а после того, как Архат, использовав какой-то целительский артефакт, немного привел его в порядок, успел ответить всего на пру вопросов общего плана. Едва речь зашла о делах культа, как пленника банальным образом «выключили» с «той» стороны. Серов успел даже заметить импульс, пришедший по связывающему культиста с «центром» каналу, после чего мужчина просто расползся на куски обратившись изнутри гнилью.

Молодое божество умудрилось даже ухватить край этой соединительной нити и пустить по ней толику своей, напитанной светом силы, но большого толка этого не вышло. И источник информации таким образом не вернуть, и демонопоклонникам не насолить особо. Мелкая гадость, от «пинка под зад» может быть у кого-то заболит голова. Ну или взорвется, но опять же глобально делу это не поможет.

— Что это было? — Архат при виде того, во что превратился пленник, а также от соответствующих запахов, мгновенно наполнивших его подвал, отчетливо позеленел, но вчерашний ужин все же сумел удержать внутри себя. Впрочем, вероятно, часть хранящихся в подвале продуктов в итоге придется выкинуть, так что радоваться ему все равно было нечему.

— Кто-то… Или что-то на той стороне подчистило хвост. Не слишком аппетитно, но не более того.

— И что делать дальше?

— Я хотел спросить это у вас, дорогой друг, — Серов повернулся к купцу. Тот был явно уже не рад, что столкнулся с потусторонними силами. Одно дело — борьба за власть с возможностью потерять голову, это штука привычная, родная в некотором смысле даже. И совсем другое — война с демонами в любом их виде. Тут можно уже лишиться души, а это гораздо серьёзнее. — Мне нужно узнать, где находится алтарь и уничтожить его. Поверьте, это пойдет на пользу всем, уж не знаю, как вы тут жили, но обычно города, где к власти приходят демонические культы, заканчивают плохо. Зачастую там фигурируют массовые жертвоприношения, прорывы реальности, визит гостей из-за кромки и прочие радости, без которых, уверен вы бы с большим удовольствием обошлись.

Не то чтобы Серов за последнее время стал большим специалистом по демонам и прочим божественным сущностям, но он честно старался добыть любую возможную информацию по интересующему его предмету. Другое дело, что ее было очень немного, да и зачастую наличествующие сведения проходили скорее по разряду сказок, чем по разряду серьёзных исследований. Короче говоря, рассуждающий о прорывах демонов Александр подразумевал в первую очередь два случая произошедшие в глубокой-глубокой древности, чуть ли не до формирования человеческой империи. Две тысячи лет в условиях полусредневековой системы накопления и передачи информации заставляли подходить к ней с изрядной долей скепсиса. Что с другой стороны не мешало хорошенько напугать стоящего напротив купца.

— А вы, ваше сиятельство, сможете этот алтарь… Победить? А то у нас в городе с церковниками… Как- то не очень, — в первый раз в голосе купца послышалось какое-то что ли уважение.

Серов действительно неожиданно для себя понял, что за все время нахождения в Карланде не видел никого из жрецов Семерки, что было достаточно странно. Единственный небольшой храм Лиос, стоящий чуть в стороне от главной площади, выглядел закрытым и заброшенным.

— И как вы дожили, что у вас собственных жрецов в городе не осталось? Они бы точно почувствовали присутствие демонов. Не сразу, но существовать культу десятки лет без всяких проблем бы однозначно не дали.

— Дано это было, еще до моего рождения, — Архат наморщил лоб. Двое мужчин вылезли из подвала и поднялись на второй этаж, в рабочий кабинет купца. — Там какая-то паршивая история была, жрецов вроде бы уличили в подпольной торговле артефактами, как бы даже не темными, оштрафовали и заставили платить налоги в казну города со всех доходов включая пожертвования. Они расплевались с городским советом и просто покинули город.

— Весело у вас тут, — покачал головой граф.

— Так что с алтарем, вы сможете его уничтожить?

— Смогу, — ответил Александр с уверенностью, которой на самом деле не чувствовал.

В этот момент в окно на втором этаже купеческого дома постучали. Серов выхватил клинок из ножен, купец достал откуда-то из-под стола странного вида магическую цацку. Граф сделал пару коротких шагов в сторону звука, стараясь не стоять в створе. Ну просто на всякий случай.

Однако тревога оказалась ложной. Даже сквозь мутное, отливающее желтизной стекло — Александр непроизвольно отметил краем сознания, что его стекольная мануфактура превосходит местных бракоделов на две головы — нельзя было не узнать довольную физиономию Ромула, свесившегося с крыши здания и теперь болтающегося перед окном верх ногами.

— Свои, — выдохнул Александр и вложил меч обратно в ножны. Открыл створку, на подоконник с поражающей непривычных людей легкостью спрыгнул перевертыш и радостно оскалившись произнес.

— Привет командир. Так и думал, что застану тебя тут. Познакомься, это Нума.

Глава 11−1

Следующие несколько дней в Карланд шла полноценная — хоть и ограниченная по объективным причинам — гражданская война. Примерно так Серов представлял себе войну Монтекки и Капулетти из «Ромео и Джульетты». Или что-то типа мафиозных войн эпохи сухого закона в США — когда обывателей боевые действия не особо касаются, но заинтересованные стороны при этом режутся не на жизнь, а на смерть.

Начали гореть склады в порту, взрываться конторы отдельных купечески товариществ, на улицах города — особенно тесных и уединенных, скрытых от посторонних глаз — то и дело начала звенеть сталь и полыхать магия.

Причиной же ограниченности боевых действий стал объективный фактор наличия касских войск на севере перешейка и невозможность отвести оттуда основную часть вооруженных сил города. Получалось, что в конкретный момент времени объединившиеся оппозиционные силы — тут было каждой твари по паре, включая отодвинутых от кормушки купцов, местных цеховиков и даже откуда-то неожиданно вылезших церковников, — и те, кто так или иначе поддерживал клан Синоров, примерно сравнялись в возможностях, что и стало причиной взрыва.

По «власти» еще и сильно ударило смерть самого бургомистра с одновременным отсутствием в городе его наследника, уплывшего на север в качестве заложника. Заложника, которого отпускать естественно никто не собирался, тем более что, как оказалось, покойный градоначальник тоже вел нечестную игру. Еще за полдня до того, как должен был отправиться восвояси торговый караван из герцогства Серов, порт покинула эскадра из нескольких боевых кораблей с парой сильных магов на борту, чтобы перехватить купцов в море и ликвидировать тем самым вообще все опасности для себя. То есть как Александр изначально не собирался вести дела с демонопоклонником честно, так и тот с самого начала хотел кинуть графа Серов, просто сделать это «по-тихому», не раздувая скандала внутри города. И более того, оперативность, с которой все было сделано, намекала, на наличие определенного опыта у Валлуя Синора в решении собственных проблем подобным образом. Можно предположить, что часть потерь от «страшных и бесчисленных пиратов, орудующих в устье Кель» приходилось и на личный флот карландского бургомистра, который подобным образом зарабатывал себе лишнюю копеечку к пенсии.

Так или иначе, было весело. С учетом бунта рабов, который случился — причём как-то разом и сразу в нескольких загонах — после того как самая главная казарма надсмотрщиков почему-то взлетела на воздух с основной частью своего содержимого, и последовавшими после этого массовыми грабежами городских пригородов, большей части жителей, наверное, начало казаться, что приближается апокалипсис.

Пару раз к «акциям» привлекали и графа с командой. Сначала они помогали штурмовать дом начальника городской стражи — им «работал» племянник покойного градоначальника, и насчет его политической ориентации можно было не сомневаться — однако там фактически сработали впустую. Дом оказался покинут, а все следы демонического присутствия старательно подчищены. Ну то есть это Серов догадывался, что могли прятать, я приглашенный купцами маг — гильдия в городе политического влияния не имела и была сведена до роли магов-контракторов — констатировал, что в подвале было применено мощное заклинание огненной природы, дополнительно ограниченное замкнутым контуром, из-за чего там остались фактически только закопчённые кирпичи.

Второй раз культисты — очень быстро они поняли, что их силы уже не секрет если не для «широкой общественности», то для «ответственных товарищей» точно — пытались штурмовать контору купеческого союза, к которому принадлежала и организация Архата. Эта стычка уже вплотную подобралась к тому, чтобы начать полноценную гражданскую войну. С обеих сторон было по несколько сотен бойцов с дополнительной магической поддержкой. Ну и конечно демоновы приспешники не могли не пульнуть какой-нибудь гадостью, которую пришлось перехватывать и нейтрализовывать Серову. Благо ничем действительно мощным его удивить не смогли, иначе бы мрачные предсказания графа о потенциально печальном конце города, зараженного вирусом демонопоклоничества, вполне могли начать сбываться наяву.

— Командир, — молодой перевертыш мгновенно влился «в стаю» и принял главенство Серова, начав обращаться к графу именно таким образом. — Я, кажется, нашел.

Нума оказался вполне смышленым парнем, которого не смогло испортить даже попадание в рабство. Хотя Александр, применяя его ситуацию к себе, совсем не был уверен, что ему бы удалось сохранить здравый рассудок. Щенка натурально притравливали специально подобранными бойцами, регулярно отправляя его — пользуясь мощной природной регенерацией — затягивать раны чуть ли не после каждого поединка. Ему пытались сломать психику, сделав покорным и одновременно агрессивным, но заложенные древними магами «предохранители», к счастью, оказались сильнее.

— Ну?

Все эти дни мы искали алтарь. Идея была проста — нанести удар по средоточию демонской силы, решить все проблемы одним уколом. Как показала схватка с бургомистром — вернее ее последствия — все адепты демонического культа связаны между собой на энергетическом уровне и естественно уничтожение алтаря даже если не убьет их всех, то точно надолго выведет из строя.

Причем Серов хотел нанести этот удар собственными силами, не привлекая к делу союзников из числа местных купцов. С демоническими алтарями у него складывались собственные весьма интимные отношения и раскрывать свои маленькие секреты перед посторонними граф не слишком хотел.

— Старая башня. Там, где сейчас городской арсенал. В подвале, видимо, но тут я не уверен.

Александр пытался нащупать алтарь собственными силами без привлечения «агентурной разведки», но в божественный план над городом был плотно затянут отвратительной серой дымкой, разглядеть что-то конкретное у Серове сквозь которую так и не получилось. Пришлось пользоваться более традиционными методами, такими как, например, скрытыми наблюдение за интересующими объектами.

— Ее же проверили вроде бы. Там пусто, — нахмурился Серов. В поисках алтаря граф руководствовался здравым смыслом: просто так демонический артефакт куда угодно не спрячешь. Во-первых, он своими эманациями будет влиять на окружающих, поэтому места массовых скоплений людей типа рынка, можно отбросить. Нужно более уединенное место, но при этом не слишком. Если в заброшенный дом — в тесном, обнесенном стенами городе таких не было, но предположим — будут регулярно наведываться толпы не самых бедных горожан, это как минимум вызовет вопросы. Ну и конечно про безопасность забывать тоже нельзя, не мешок картошки же прячешь. Вот и получалось, что при всем богатстве вариантов, реально удобных мест в плотно населенном городе не так уж и много.

Одним из «кандидатов» была так называемая «старая башня», мощное угловое укрепление, которое при очередном расширении периметра стен осталось как бы внутри укрепленного кольца и из-за этого потеряла свое защитное значение. Там в итоге устроили пост городской стражи и арсенал со всяким глубоко запасным оружием. Такой себе гибрид укрепления и складского помещения — на первый взгляд идеальное сочетание. Вот только никого из культистов рядом замечено не было, во всяком случае в таких количествах, чтобы можно было предположить наличие главного центра именно в этом месте, поэтому Старую башню из списка претендентов, считай, вычеркнули.

— А у них подземный ход. Они не поверху к алтарю при ходят, а внизу, поэтому мы их и не заметили раньше.

— Где вход в подземный тоннель? — Тут же заинтересовался Александр, — и как ты его отследил?

— Вход в одной из лавок на окраине торговых рядов, там постоянно крутится куча народу, поэтому можно не боясь любопытных глаз собирать людей сколько душе будет угодно — никто не догадается. Если бы не мой слух и нюх, я бы тоже про подземный ход не подумал.

Серов только поднял вопросительно бровь, требуя подробностей. Нума довольно усмехнулся и рассказал такую историю.

Мол следил за одним из младших Синоров, ставшим в одночасье чуть ли не главным лидером — одним из, так точно — своей «провластной» партии, резонно предположив, что молодой и не слишком опытный парень под давлением начнет ошибаться. И тот начал — несколько раз за два дня приехал в магазин тканей. Один раз, два — это не удивительно, ткани, как не крути, важный товар, но не постоянно же туда кататься, когда у тебя война идет в городе.

Молодой перевертыш, пользуясь субтильностью и внешним обликом подростка без явно выраженных половых признаков, переоделся в молодую горожанку и два дня крутился в магазине тканей, якобы выбирая себе материал для будущих нарядов. Ну и заметил, что Ражап Синор каждый раз проходит куда-то в глубь, за пределы основного торгового зала, а потом оттуда начинает тянуть затхлостью как будто из подвала. А еще вроде бы дверь хлопает тяжелая.

А потом Нума взял тяжелую трость с металлическим набалдашником и прошелся вокруг лавки, обстукивая мостовую. Слух обычного человека вряд ли смог бы определить пустоту в метре ниже уровня земли, но вот перевертыш в этом деле оказался куда как одарённые. Остальное — дело техники и живости ума, сложить «два плюс два» в целом уже не составляло большого труда.

— Молодец, выношу благодарность, от лица командования, — полушутя-полусерьезно похвалил парня граф. — Вернемся в графство, озадачу своих агентов поиском тебе жены.

С численностью у перевертышей было сложно, а от идеи устроить себе настоящую гвардию из оборотней Серов только мечтательно закатывал глаза. Оставалось только где-то найти еще самок «на развод», ну и подождать лет двадцать. Одной из «балансирующих» расплат перевертышей за свои сверхчеловеческие способности было их медленное взросление. Как узнал Александр — специально поинтересовался у Ромула — молодому щенку на самом деле было уже восемнадцать зим, но по человеческим меркам больше четырнадцати ему дать было просто невозможно. Поэтому при упоминании о «самке» парень только закашлялся и густо покраснел.

Глава 11−2

— Ну и что будем делать?

— Штурмовать, конечно же.

— Как?

— А вон — местных пошлем, это их город, пускай разбираются, — попытка пробраться к демоническому алтарю по обнаруженному тоннелю втихую позорно провалилась. Причем в буквальном смысле этого слова — демонопоклонники, видимо, заранее заметили подбирающуюся к магазину тканей команду Серова и организовали «эвакуацию», тупо взорвав за собой подземный ход. Тоннель обвалился, и под землю ушла пара домов, погребя под обломками два десятка человек. Пока все суетились с разбором завалов, демонопоклонники стянули свои основные силы в башню и сели там в осаду. Учитывая высоту оборонительного сооружения, толщину его стен, а также место нахождения — считай в центре «делового квартала» Карланда — просто так махнуть рукой на стремительно теряющих влияние в городе демонолюбов просто не вышло бы. Такую занозу в пятке не бросишь, махнув рукой — по любому вытаскивать придется.

— Пойдут они как же, держи карман шире.

— Ну, если им свой город жалко, то пойдут. Вон сейчас жрецы толпу заведут, и вперед на стены, — откуда-то вылезшие жрецы Семерки, в частности традиционно сильного в городе Бога торговли, мореходства и путешествий Армеса, сходу включились в просветительскую работу и всего за несколько дней сумели развернуть общественное мнение в «правильную» сторону. Клану Синоров с союзниками как-то резко стало неуютно в городе, а с другой стороны и бежать считай некуда. И алтарь — штука, которая совершенно не приспособлена к перевозке, и без городских связей за пределами Карланда они мало что собой представляли. Да и физически сделать это было сложно — кругом враги.

А с другой стороны возникает вопрос: и как, если они такие шустрые и вообще молодцы со всех сторон, церковники вообще допустили правление продавшихся иномирным сущностям вельмож. Почему только с появлением Серова закрутились шестеренки сопротивления, и все недовольные резко подняли голову? Что мешало сделать это на полсотни лет раньше?

— Вперед, мои братья! Демонову нечисть нужно вырвать с конем, очистить огнем наш город от пришедшей из-за кромки гадости! — Сидящему на крыше одного из примыкающих к площади зданий попаданцу как-то резко стало неуютно. Жрецов Семерки можно обвинять в чем угодно — они и от народа оторвались, и людям мало помогают, и золото любят сверх всякой меры, и вообще далеки от идеала смирения — но вот манипулировать толпой они, как видно, умели на вполне себе достаточном уровне. Вон как людей завели, еще пару часов назад спокойные горожане очень быстро превратились в накрученных по самое набалуйся фанатиков. — Возьмем в руки оружие и совершим справедливый суд. Боги на нашей стороне.

Впервые Серов наблюдал со стороны, как работают в полную силу представили «официально разрешенных религиозных организаций». Нет Александр и раньше видел, и даже посещал храмы Семерки, но они на него, если честно, большого впечатления не производили. Зачастую там практически и не было связи с Богом, большая часть собранной церковниками энергии с прихожан тупо уходила в окружающее пространство.

С чем это было связано опять же, Александр не знал и не понимал — просто опыта не хватало. Возможно, с тем, что верховные Боги давно не посещали этот мир, и связь с ними истончилась до последней крайности, возможно, сами жрецы так далеко отошли от первоначальных заветов, что начали «выпадать» из собственного культа… Мелкому божеству подобное могло грозить извращением собственной сущности, но если, скажем, у тебя миллиарды поклонников в нескольких мирах, то малая, застрявшая в средневековье секта, погоды не сделает. Короче говоря — не понятно, очевидно, какая-то связь между храмами и находящимися где-то далеко за кромкой Богами имелась, однако она точно была не слишком прочной.

Сейчас же над площадью начал потихоньку сгущаться плотный туман неоформленной божественной силы, который Серов чувствовал буквально кожей. От ее прикосновения по коже начинали бегать мурашки размером со слона, а шерсть на загривке непроизвольно становилась дыбом. Визуально Серов воспринимал происходящее, как зарождение грозы — тучи клубятся, сгущаются, в воздухе пахнет озоном… Того и гляди — сверкать начнет.

И оно реально сверкнуло! Люди на площади этого заметить не могли, но граф совершенно отчетливо видел, как из центра облака силы над площадью в сторону башни ударила… Молния. Ударила и не смогла пробить выставленную демонопоклонниками защиту. У тех хоть и было гораздо меньше сил, но пользовались они ими явно с гораздо большим КПД.

Еще удар! Еще! Видимо громадный расход собранной энергии жрецов Семерки не смущал, сила была столь велика, что часть ее прорывалась в «видимый диапазон». Пару раз мелькнули настоящие молнии с характерным хлопком уткнувшиеся в стену башни и вызвавшие дополнительный прилив религиозного экстаза у толпы. Как же — на призыв простых смертных откликнулись далекие небожители и действительно пришли на помощь. Единственное, чего горожане не знали, так это того, что откат от данного светопреставления «добрые» жрецы «милостиво» возложили на тех же людей.

В идеале работа с божественной энергией выглядит такой себе цепочкой: прихожанин ее генерирует, жрец собирает и отдает «наверх». Божество перерабатывает ее и часть возвращает таким себе «кэшбеком» жрецу, а тот уже — опять же в идеале — тратит ее на пользу людям. Теоретически — все в плюсе.

При этом, если жрецы попытаются использовать «непереработанную» энергию, то их ждет жесточайший откат, который в особо тяжелых случаях легко может возомнившего о себе слишком много церковника просто убить. Более того, такие случаи регулярно случались и во множестве описаны в книгах.

Но вот «старшие боги» ушли из этого мира и практически перестали обращать снимание на своих слуг, обращающих к ним молитвы. Канал передачи силы обмелел — не настолько, чтобы заподозрить окончательную смерть божества, но тем не менее функционал свой практически потерял — церковникам никто «сверху» сил теперь не дает. И что делать, ведь власть и золото сами себя не добудут, да и просто жрецом в храме «работать» гораздо приятнее, чем в поле тяпкой махать?

Ответ просто и очевиден — использовать собираемую силу напрямую, а откат «раскидывать» на паству. Поскольку прихожан у Семерки действительно много, а масштабные божественные воздействия случаются очень нечасто, в большинстве случаев люди практически никак не страдают. Одному вылечили тяжелую болезнь, у сотни других потом пару дней голова болит. Это и сопоставить сложно и реального большого вреда за собой на тянет. Но вот в случае серьезных, масштабных вмешательств и откат становится… Гораздо более неприятным. Чем именно придется теперь расплачиваться людям на площади за вот эти вот эффектные, но не слишком эффективные молнии, Серов точно сказать бы не взялся — опять же по причине малого опыта, — но вот нехорошие пятна, которые начали появляться на божественных телах жителей Карланда, выглядели очень и очень паршиво. Тут не про головные боли уже речь идет, а про тяжелые болезни, для тех, кто послабее, они вполне могут закончиться летально.

— С другой стороны, это всегда можно списать на проявление демонической активности и потом еще и денюжку собирать «за лечение», — пробормотал Серов, глядя как вооруженная толпа горожан, доведенная жрецами до нужной кондиции, теперь без всяких сомнений рванула на штурм башни. Впрочем, и совсем безумным это действо тоже не было, пока церковники отвлекали демоническую защиту на себя, городские маги подготовили какой-то ритуал — без Ариена под рукой Серов даже близко не мог бы сказать, что это такое, и с чем его едят — и подгадав время жахнули по достаточно солидно выглядящим воротам мини-цитадели. Чем-то, видимо имеющим в основе водную стихию жахнули — что не удивительно, в городе, живущем «от воды», именно водники и воздушники пользовались самой большой популярностью, — визуально это выглядело как сконденсировавшийся в нужном месте туман, который в определенный момент резко «взорвался» отельными струями воды, разрезая камень, железо и вообще все вокруг. Штука не слишком точная, но воротам — а также судя по подозрительным красным брызгам и нескольким неудачникам, которые к воротам в моменте стояли слишком близко — этого хватило. Створки просто вывалились распластанные на несколько неравных кусков.

В набегающую толпу, вооруженную как попало, что под руку подвернулось, с верхней площадки башни тут же полетели разного рода метательные снаряды, призванные причинять раны и увечья. Стрелы, дротики, камни. Вслед по людям хлестнуло что-то магическое из огненного арсенала, похожее на брызги лавовых капель. Тут правда уже отработали более-менее уверенно городские маги, прикрыв штурмующих щитом. Хотя и через него несколько снарядов смогло проскользнуть, на брусчатку начали падать первые неудачники, которым пережить этот день было не суждено.

— Может поможем? — Рядом неспешно поедая бутерброд с какой-то местной соленой рыбой, предложи Ромул. Его неудача с захватом подземного хода изрядно смутила и теперь он, хоть и не подавал виду, но граф точно чувствовал настроение перевертыша, хотел отплатить демонопоклонникам за плевок в лицо. Ну и за смерть подчиненного, который неудачно влетел в магическую ловушку, и которому размолотило всю нижнюю половину тела. Поганая смерть.

— А смысл?

— Ну… — Ромул задумчиво почесал щетину на подбородке, которую со всей этой суетой просто не успевал соскоблить. — Мы же вроде бы боремся против демонов. Эти люди тоже, как ты там любишь говорить — «враг моего врага — мой друг». Как-то так.

— Это так, но и загребать для других жар нашими руками я совершенно не желаю. После такой накачки от жрецов Армеса любой успех будет без сомнения трактоваться как воля этого Бога. Алтарь опять же нам хрен отдадут, да и вообще, ты уверен, что после того, как разберутся с демонолюбами за нас не примутся? Науськать толпу на еще одного странного «лживого» Бога будет очень просто.

— Интересная мысль, я как-то об этом не подумал.

— А вот если церковники облажаются, зальют башню кровью горожан, но продавшихся не добьют… Вот тут могут быть варианты, — граф дернул плечом и поднял меховой воротник куртки. Вот вроде бы еще только середина осени, да и широты тут совсем не северные, что-то типа севера Турции или юга Болгарии по ощущениям, а ветер с моря поддувает откровенно холодный.

И вообще Узкое море — особенно восточная его часть отличалась тем, что купаться тут было тяжело даже летом. Большая глубина — видимо длинный и узкий залив, где-то там на юге соединённый с океаном имел тектоническую природу, потому что берега тут уходили резко вниз у самого обреза воды, и никаких островов практически не имелось, — а также обильный сток холодной воды с горных ледников ставили крест на туристической привлекательности этого побережья. Минусовых температур тут, конечно, практически никогда не было, но и +5 — +7 зимой при близкой к ста процентам влажности тоже далеко не сахар.

— А есть причины, почему горожане могут облажаться? В ними и жрецы, и маги, и численно их больше в разы?

— Численность это далеко не самое главное, уж не тебе мне объяснять, — хмыкнул Серов.

— И все же? — Перевертыш засунул остаток обеда себе в рот, вытер руки об штаны и повернулся к сюзерену.

— Заводить толпу у церковников явно получается хорошо. А вот насчет их боевых качеств есть сомнения, — вздохнул Александр. Не смотря на пачку попавших в башню молний, серая дымка вокруг нее хоть и стала как будто тоньше, но полностью не исчезла. И будь граф проклят если бы пожелал кому-то из простых людей познакомиться с этой гадостью лично и без божественной защиты.

Глава 11−3

Следующий удар городских магов пришелся по верхушке Башни. Когда-то верхняя площадка, видимо, предназначалась под установку метательных машин, но с приходом мирных времен и превращением Башни в своего рода хозяйственную построку там «наросла» кривоватая и не слишком аккуратно выглядящая деревянная крыша. Теперь она от резко налетевшего порыва ветра — Серов точно не видел, но ему показалось, что ветер был не простым, а с какими-то «вкраплениями» — красиво разлетелась на отдельные доски, деревянным дождем пролившись на крыши домов с той стороны площади. Вот только прикрытых стрелков наверху заклинание, судя по всему, совсем не зацепило, во всяком случае поток смертельных снарядов сверху на первый взгляд абсолютно не уменьшился.

Толпа горожан с некоторыми потерями достигла входа в укрепление и сразу же застряла на входе. Башня была хоть и приличных размеров — круглая, метров двадцать в диаметре примерно на глаз и около десяти в высоту — но все же одновременно проникнуть внутрь нескольким сотням человек через один вход было затруднительно. По хорошему горожанам стоило бы запастись штурмовыми лестницами, чтобы попробовать совершить «вертикальный охват» противника, но заранее об этом никто не думал. Церковники были сосредоточены на другом, а профессиональных военных тут вообще не было — все они находились на перешейке.

— Выглядит не убедительно, — не смотря на расслабленный вид, перевертыш за развернувшейся на площади бойней наблюдал со всей возможной внимательностью. Вероятность того, что потом и им придется как-то участвовать в этом замесе, была крайне велика, стремясь к ста процентам.

— Не нужно доверять работу профессионалов дилетантам, — качнул головой граф.

Древние строители, сооружая каменное укрепление обустраивали его под возможную круговую оборону. Даже если будут захвачены стены, и враг ворвется в город, в Башне гарнизон еще долго может выдерживать осаду отбиваясь со всех сторон.

Для того чтобы «обезопасить тыловое направление» строители собрали входную группу в виде узкого простреливаемого коридора, дополнительно навесив над воротами не бросающиеся на первый взгляд машикули. Да, маги снесли ворота, но, чтобы попасть во внутренние помещения атакующим все равно нужно было преодолеть тесную каменную кишку, оборонять которую могли всего несколько вставших в ряд бойцов. Штурмующие продвигались вперед только за счет численности и создаваемого кучей людей напора, буквально устилая каменный пол завалами из трупов.

А потом произошло то, что и должно было случиться. Причем Серов видел все заранее, но предупреждать кого-то было уже поздно. По серой пелене окутывающей Башню на божественном плане — защита, нужно ради справедливости признать, изрядно пострадала под ударами молний жрецов Семерки и теперь местами висела клочками, зияя дырами подобно старой побитой временем паутине — прошла волна, из ее остатков сформировалось более плотное даже на вид щупальце и размашисто хлестнуло по горожанам все еще находящимся у подножья каменного укрепления.

Нельзя не признать, церковники в последний момент видимо что-то заподозрили и попытались как-то прикрыть свою паству, но хиленько выглядящий купол — почему-то насыщенного синего цвета, ну во всяком случае Александр видел его именно таким — оказался пробит сходу и без каких-то затруднений.

Площадь взорвалась криками боли. Демоническое воздействие выглядело не слишком эффектно — никаких взрывов, вспышек и прочих визуальных свистелок и перделок. Просто тела людей начали буквально гнить, на глазах рассыпясь зловонными кучами. Не все умирали, некоторые теряли части тела — за несколько секунд нога или рука чернела, как будто от стремительно прогрессирующей гангрены, а потом просто отваливалась исходя гноем — и это было, вероятно, еще хуже. О том, что такие бедолаги испытывали — физически и мораль — лучше даже не думать. Иначе потом спать будешь плохо.

Уцелевшие горожане — а были и такие, демоническое щупальце своим ударом зацепило отнюдь не всех и даже не половину — мгновенно растеряли свой воинственный настрой и принялись с криками ужаса разбегаться в разные стороны. Одно дело стрелы и даже огонь — хоть бы и магический — это не слишком приятно, но хотя бы понятно. Другое дело умереть вот так — превратившись в кучу зловонного гниющего мяса, так закончить свой земной путь, наверное, не захочет никто.

— Поднимай людей, — скомандовал Серов, мысленно жалея, что не взял с собой в эту авантюру пару собственных жрецов. Все «посвященные», которые участвовали в экспедиции, уплыли обратно вместе с Ариеном и закупленным в Коркосте товаром. Сейчас бы устроить с их помощью светопреставление, такую себе рекламную акцию, показывающую разницу между немощными старыми богами, способными только отправлять людей на бойню и новым, который заботится о пастве и бережет последователей. Но чего нет, того нет, придется обходиться своими силами.

— Принял, — мгновенно начав трансформацию в «боевую форму» ответил Ромул и ничего дополнительно не спрашивая просто спрыгнул с крыши вниз. Для перевертыша высота третьего этажа — была совершенно не опасной, но зато выглядело это максимально пафосно.

Александр хмыкнул — он тоже был не чужд некого самолюбования и не важно, что со зрителями вокруг было не густо, красивый жест, он красив и без наличия наблюдателя — и тоже шагнул в пустоту вслед за командиром своего спецназа.

Вообще-то отряд был готов к действиям заранее. Парни подготовили веревки с крюками, закупили боевую алхимию у местных специалистов и засели в одном из домов рядом с Башней в ожидании приказа. Нужно было только подгадать время и теперь, когда демонопоклониики отбиваясь от первого штурма выложились на полную, изрядно растратив силы, пришло время вступать в дело «засадному полку».

Первым как обычно рванул прямо по стене перевертыш — для разнообразия теперь в компании младшего товарища — за ними уже выдвинулись и бойцы-люди вместе с графом. Сознание последнего как будто бы раздвоилось — тело автоматически продолжало двигаться, бежать карабкаться по веревке, кидать склянки с какой-то зажигательной гадостью, махать мечом — а разум отделился от физической оболочки и принялся разбираться с остатками демонической защиты.

Тут ему вновь пригодился уже не раз выручавший молодое божество гномий меч, на божественном плане выглядящий скорее как джедайская свето-шашка. Разве что светился он не красным, синим или зеленым, а ровным и мягким белым светом, внутри которого проскакивали отдельные оранжевые — как бы огненные — искры. Вид оружия — каждый раз немного разный — в очередной раз заставил Александра немного удивиться, что, впрочем, на его действия никак не повлияло. Серов мысленно потянулся и нанес несколько пробных ударов по остаткам серой завесы, от которой к этому времени остались лишь отдельные слабо связанные между собой куски.

Оружие практически без сопротивления прошло сквозь серую дымку, заставив ту буквально плавиться и скукоживаться при малейшем прикосновении. Понятное дело, что на самом деле никто ничем ни к чему не прикасался, борьба шла совсем на другом уровне, но все еще человеческое сознание графа не способно было объять все тонкости и подстраивало «входящий поток информации» под собственные возможности.

После очередного удара, вся оставшаяся демоническая сила пошла рябью и резко втянулась куда-то вниз под Башню, не желая участвовать в заведомо проигранном сражении. Очевидно, кто-то там внизу контролировал оборонительный контур и здраво — на сколько вообще это слово применимо к людям продавшимся существам из иного измерения — принял решение об отходе на «вторую линию обороны».

Вернувшись «в тело», Серов обнаружил, что крыша Башни к этому моменту уже оказалась захвачена его людьми. И судя кровавым каплям на гномьем клинке, он даже успел полноценно поучаствовать в веселье, такое раздвоение личности в другой момент могло бы напугать, но прямо сейчас на рефлексию просто не было времени. Вражеские бойцы — их остатки — сумели отступить вниз, закрыв за собой массивную даже на вид, обитую клепанным железом, дверь. Ковырять такую без более весомых аргументов чем обычный меч можно было до скончания веков.

— У нас что-то осталось? — Имея ввиду алхимию переспросил Серов. Воевать без магической поддержки было максимально непривычно и некомфортно, за прошедшие десять лет попаданец как-то уже совсем привык, что его в случае необходимости всегда прикроет Ариен, и теперь без его огнешаров граф чувствовал себя почти голым.

— Найдется, — пожал плечами Ромул и кивнул своему бойцу. Тот залез в заплечный мешок и аккуратно вытащил оттуда шкатулку со склянками.

К сожалению, тут была не компьютерная игра, а реальный мир, просто так увешаться стеклянными емкостями, причем зачастую с весьма агрессивным содержимым, и пойти в бой виделось не смой удачной идеей. Это, кстати, являлось причиной не самой высокой популярности боевой алхимии, банальным образом во время сражения использовать ее чаще всего оказывалось затруднительно. Хорошо если ты вот так на стене никуда не торопясь можешь атакующих всякой гадостью сверху поливать — для этого в общем-то и алхимии не нужно, обычное кипящее масло действует, скажем прямо, не хуже, — а вот если бой стенка на стенку? Когда в одной руке оружие, в другой — щит, и как ты эти склянки и пузырьки использовать будешь? Хоть бери и третью руку отращивай, в самом деле.

Пока боец поливал какой-то едкой дрянью петли двери, закрывающей проход внутрь, Серов подошел к краю верхней площадки и аккуратно — не хватало еще шальную стрелу в лоб поймать, вот хохма-то была бы, тем более, когда и целителя под рукой нет — выглянул из-за зубца. На площади внизу творился настоящий хаос, продолжали кричать от боли раненные, вповалку валялись тела убитых. Судя по всему, даже те, кто перед демоническим ударом смогли прорваться внутрь Башни, уже тоже сбежали. Ну или погибли. Второе, причем, вероятнее.

— Бабах! — Сзади хорошенько хлопнуло, заставив графа отчетливо дёрнуться. Александр обернулся и обнаружил, что злополучную дверь наконец смогли сорвать с положенного «по боевому распорядку» места, и теперь его бойцы, не дожидаясь командира, бодро ныряют куда-то вниз, вглубь каменного укрепления.

Попаданец вздохнул — никогда он не любил публичные выступлений, каждый раз они ему давались ценой серьезного напряжения духовных сил — запрыгнул на парапет и высунулся полностью меж каменных зубцов.

— Жители Карланда! Я, граф Серов, обещаю избавить вас от этой демонической гадости. Не нужно сюда лезть и рисковать своими жизнями, я справлюсь сам. Крышу мы уже захватили, а сейчас пойдем внутрь и убьем там всех демонопоклонников, — свой крик Александр подкрепил воинственным взмахом меча, вызвав на той стороне площади заметное оживление. Речь получилась не слишком выдающейся, но заранее «застолбить» за собой плоды будущей победы было просто необходимо. Чтобы потом ни у кого не возникло дурного желания присвоить ее себе, мол типа это мы все организовали, подготовили и сделали, а пришлый — только исполнитель. Это, конечно, означало обременение себя «повышенными обязательствами», теперь в случае чего просто так сбежать было бы сложно, но с другой стороны — граф все равно собирался идти до конца, так что большой проблемы в этом не видел.

Дожидаться какой-то существенной реакции публики внизу — тем более что на фоне общего шока вряд ли она была бы хоть сколько-нибудь заметной здесь и сейчас — у Серова не имелось ни времени, ни желания, поэтому он просто спрыгнул обратно на крышу, после чего вслед за своими бойками нырнул вглубь укрепления.

Интерлюдия 3−1

— Все, ждать больше нет возможности, господин маг. Нужно решаться, либо выходим сегодня, либо уже нет, — оставленный «за главного» на эскадре Ариен всю вторую половину ночи провел без сна. Как, впрочем, и первую. Ждал пока вернется диверсионная команда. Сначала почти не нервничал, его друг за прошедшие десять лет продемонстрировал такую способность выворачиваться из любых передряг, что ей могли позавидовать великие герои древности. Потом, когда на востоке начала алеть заря, а барон Еридан принялся раздавать команды связанные с подготовкой к выходу в море, начал переживать сильнее. Поначалу стоял на носу «Аннии» — каждый раз при упоминании имени корабля огневика не иллюзорно передергивало, воспоминания графиня после себя оставила более чем смешанные — потом вовсе сошел на причал, пытаясь рассмотреть что-то в раскрашенном серыми тонами пейзаже вокруг. Но нет, никто не вернулся.

— Хорошо, барон. Командуйте. Уходим в море, не будем нарушать приказ графа, он потом своим ходом доберется, — огневик тяжело вдохнул и кивнул командующему эскадрой. Тот, получив отмашку, мгновенно начал кричать на подчиненных подгоняя и так отлично работавших моряков. Не только Ариен нервничал — слишком уж много было завязано на одного графа, убери его, и вся выстроенная система рухнет в одночасье, тут сомнений не было ни у кого.

Еще спустя четверть часа швартовы были отданы, трапы подняты, а паруса — поставлены. Караван из десятка разнокалиберных суденышек потихоньку начал движение прочь от ставшего не слишком гостеприимным города.

Ретирада, несмотря на все опасения мага прошла, спокойно, без осложнений. Утренний бриз бодро наполнил паруса ветром и потащил караван кораблей на север. Никто им не препятствовал, документы были оформлены загодя, с прошлого вечера, пошлины уплачены, справки взяты. И тем не менее выдохнул Ариен только, когда спустя пару часов очертания башен Карланда окончательно скрылись за горизонтом. Хотя и потом огневик то и дело бросал осторожные взгляды наверх, туда где в вороньем гнезде сидел наблюдатель — на вынырнут ли откуда-то сзади паруса преследователей. Хотя, какие паруса? Тут главными боевыми кораблями считались галеры, их из-за низкого профиля еще и заметить над водой было намного сложнее.

— Ну что, барон, кажется, самое худшее позади, теперь осталось только доплыть домой без приключений?

— Я бы на вашем месте подождал радоваться, господин маг, — несмотря на то, что барон в социальной иерархии традиционного феодального общества стоял несколько выше, чем обычный маг-огневик, реальное положение дел в данном конкретном случае было совершенно иным, и графский адмирал не стеснялся обращаться а Ариену как к старшему. Подспудно перекладывая, заодно, на него ответственность за все происходящее вокруг. — Каждый выход в море слишком непредсказуем, сначала доплывем, а потом будем праздновать.

К сожалению, пессимизм барона Еридана, как оказалось, вполне имел под собой почву. Утром второго дня, когда до устья Кель оставалось совсем рукой подать, марсовый «обрадовал» купцов встревоженным криком.

— Вижу корабли! По левую руку! Галеры, сколько точно — не понятно, но больше одной. Кажется, движутся в нашу сторону наперерез! — Не нужно было иметь абсолютный слух, чтобы услышать в голосе сидящего на верхотуре наблюдателя нешуточную тревогу. И правда — просто так в этих водах подобными компаниями не плавают, для торговли галеры подходят не слишком хорошо, зато по скорости на тихоходных пузатых купцах от них не убежишь никак. Выводы тут каждый может делать сам в меру собственной фантазии.

— По местам! Вздеть брони, приготовить оружие. Пушкари на палубу! Поднять щиты! Поднимите красный флаг, строимся в две колонны! — Адмирал мгновенно перешел в «боевой режим», как будто только и ждал появления потенциального врага. А может и правда ждал, опыт, его как говорится, не пропьешь. — Ваше магичество, сможете помочь?

— Думаете будет драка? — Ариен без всякого удовольствия еще раз окинул водную гладь, с высоты палубы неизвестных галер было еще не видно.

— Даже не сомневаюсь, — барон немного раздраженно дернул плечом. — Так что на вас можно рассчитывать?

— Не думаю, — огневик поморщился раскрыл ладонь и призвал небольшой огонек. Тот сразу же пошел волнами, начал переливаться разными цветами и в итоге, потух пыхнув напоследок искрами. — Мы входим в зону искажений границы Закрытого королевства. Чтобы тут колдовать нужно быть напрочь отбитым на голову, потому что скорее причинишь вред себе, чем врагу. Но это одновременно и хорошая новость — противник тоже сможет полагаться только честную сталь, никаких фокусов.

— Охренеть как я рад, — буркнул адмирал уже совсем без тени чинопочитания. — Спрячьтесь тогда где-нибудь в трюме, а то, если главный придворный маг поймает шальную стрелу головой, мне потом граф эту самую голову открутит ко всем демонам. Целительствовать опять же после боя видимо придется не мало. Ну и вообще…

Что «вообще», барон уточнять не стал, а огневик — не стал спрашивать. И так все понятно. С другой стороны, Ариен как любой дворянин с детства был обучен фехтованию — да последние лет десять он за шпагу практически не брался, но крепко вдолбленные с младых ногтей навыки так просто не забыть. Да и пара пистолей в личном сундучке у Ариена были припрятаны отнюдь не для красоты, а именно на такой случай, когда магия откажет, и придется выкручиваться своими силами.

Не обращая внимание на общую суету, огневик спустился в трюм каузы, достал из своего багажа специально сделанные для него порохобои и не торопясь принялся их заряжать. Порох, пыж, свинцовый шарик. Большого опыта в этом деле у мага не имелось — он и стрелял-то всего несколько раз больше из любопытства, чем реально для тренировки — но дело это не хитрое, один раз запомнил — уже никогда не забудешь.

— Есть запасной меч? — Засунув пистолеты на свой неизменный красный кушак, Ариен направился на кормовую часть корабля, где располагался импровизированный арсенал. В обычное время матросы под рукой традиционно оружия не имели и получали его только по объявлении боевой тревоги. Офицеры в море — да и не только в море, если у совсем честно — как правило не слишком доверяли своим подчиненным, а в условиях, когда часть команды была навербована всего несколько дней назад в Карланде, а еще часть состояла из бывших пиратов, которых в торговом городе ни отпустить, ни продать просто не успели, и теперь они без всякого удовольствия продолжали грести привязанные к веслам, любые меры предосторожности виделись не лишними.

— Только тесаки, вашество, — стоящий на раздаче снаряжения боцман с сомнением пожал плечами. — Дорогого оружия не держим.

— Давай тесак, — Ариен без всякой радости на лице принял крайне подозрительного качества клинок, совершенно точно не являвшийся примером кузнечного искусства. Просто отточенная полоса паршивой стали с рукоятью и чашкой-гардой для прикрытия ладони. Сделал пару пробных махов, поморщился — баланс у тесака был явно смещен к острию. Как у топора — таким только рубить, какое уж тут фехтование.

Отмахнувшись от предложения напялить на себя защитное снаряжение — без привычки к металлу на теле оно только мешать будет, не хватало еще за борт выпасть и на дно пойти тем самым топором пресловутым — огневик вновь вылез на палубу.

Первая суета уже улеглась, и теперь команда, изготовившись к возможному бою, спокойно ожидала развязки. Барон Еридан приказал довернуть западнее, чтобы лучше ловить ветер в паруса, и попытался если не оторваться, то хотя бы не так быстро проигрывать дистанцию. Он явно не торопился близко знакомится с неизвестными на галерах. Ветер, однако, дул слабенький, хорошей скорости не давал и расстояния с преследователями потихоньку сокращалось, впрочем, не очень быстро.

— Пусть гребут, глядишь, пока догребут — устанут, уже и в драку лезть не захочется. — Кто-то высказал мнение за спиной Ариена, с которым маг был в целом согласен. Жаль только, что преследователи были не идиотами и тоже поставили паруса, — у местных галер они были небольшие, можно сказать — рудиментарные, но все же полностью местные «мокрые» вояки силу ветра не игнорировали, — поэтому надежд на то, что преследователи отвалятся сами по себе так ничего и не достигнув, имелось не много.

Время шло, расстояние постепенно сокращалось. Ближе к полдню вражескую эскадру стало видно уже совсем невооруженным глазом — шесть больших галер, подобно той, что была захвачена во время речного боя на пути «туда», и пять маленьких. Кажется, пять, своими корпусами ближайшие корабли перекрывали видимость, делая точные подсчеты затруднительными.

— Нас караулили. Тащите вашего заложника из трюма, пусть объяснит, как его папаша нас решил кинуть, — барон злобно сплюнул за борт, не отрывая глаз от вражеских вымпелов.

— Уверены?

— Более чем. Вражеский флагман два дня назад стоял в порту Карланда и ушел вместе с еще двумя бортами за день до нас. Я тогда значения не придал — мало ли. Ротация, патрулирование… Война у них как-никак. И вот эта галера тут.

На взгляд огневика все корабли были строго «на одно лицо», он бы различить их не смог даже под страхом смерти. Но раз профессионал уверен, нет повода ему не верить.

На палубу вывели уже практически двое суток сидящего в трюме заложника. С ним не жестили, обращались аккуратно, все же предполагая возможность его возврата домой в будущем. Небольшую, но все же. С другой стороны, морское путешествие на небольшом деревянном кораблике, болтающемся на волах и потихоньку подтекающим соленой водой из щелей — сколько ты борт не конопать, не смоли, а вода все равно себе путь найдет — дело не слишком приятное даже в добровольном формате. В виде пленника-заложника это и вовсе удовольствие сильно ниже среднего.

— Что скажете, дорогой наш Айронт Синор? Это по вашу душу такой флот отправили? Или скорее по нашу? И как вы расцениваете свои шансы выжить в случае начала веселья? — Барон без особой злобы сунул пленнику кулаком под дых. Все было и так уже понятно, диалог нужен был только, чтобы скоротать время.

— Плюх! — Чуть в стороне от левого борта замыкающий строй под флагом Белого единорога галеры взметнулись брызги от упавшего снаряда. Большие галеры преследователей — они, кстати, подняли черные флаги, что в местных водах означало формальное «объявление войны», флагов принадлежности корабли не несли, это уже само по себе являлось понятным знаком — были оснащены баллистами на носу и корме, и первая из них уже потихоньку начала пристрелку.

— Это не из-за меня, — чуть продышавшись ответил карландец.

— Ну конечно не из-за тебя, если бы твой папа ценил жизнь своего наследника, он бы совершенно точно не попытался бы перехватить нас в море. Это же просто глупо, — адмирал замолчал на секунду и перескочил на другую тему. — Ваши галеры кидают только камни или зажигательные снаряды тоже?

Вообще-то обычно пираты огнем старались не баловаться, они же ради добычи воюют, а какая добыча будет, если чужие корабли поджигать? Никакой, вестимо. С другой стороны и баллистами пиратские корабли обычно не оснащают, подобная машинерия для простых разбойников излишне сложна и дорога. Тут же, можно сказать, перед ними был «регулярный» флот и зажигательные снаряды вполне могли у них найтись. Поймать в лоб глиняный горшок с чем-то горючим было бы совсем не приятно.

Интерлюдия 3−2

— Нет, какие галеры? — Чувствуя, как собственная жизнь повисает на волоске, попытался оправдаться младший Синор. — Я не понимаю, о чем вы говорите.

Барон Еридан посмотрел долгим оценивающим взглядом на чуть ли не плачущего сына Карландского бургомистра, перевел взор на догоняющие их строй галеры, повернулся к Ариену. Огневик только скривился и пожал плечами. Мол сам решай, мне этот червяк не нужен.

— Швырните его в воду, может получится выиграть пару лишних мгновений, — приказал адмирал подручным. Тех долго упрашивать было не нужно, шесть рук разом подхватили ставшего теперь бесполезным заложника и одним рывком отправили за борт. — И следите за наемниками и пиратами-кандальниками. У меня не слишком хорошее насчет них предчувствие.

Судя по тому, что корабли под черным флагом на призывы остановиться и вытащить бултыхающегося в холодной воде — долго в такой не поплаваешь, минут через десять-пятнадцать уже начнут хватать судороги, и здравствуй подводное царство — мужчину никак не отреагировали, приказа спасать заложника вражеский флотоводец не получал. И это уже само по себе навевало нехорошие мысли.

— Могут быть проблемы? — Ариен подошел к адмиралу, тот еще раз окинул взглядом прибарахлившегося оружием мага с ног до головы, явственно хмыкнул, но ответил.

— Если бы не засада, проблем бы не было… А так, кто знает, в самый ответственный момент можно схлопотать нож в спину, лучше об этом помнить и быть начеку. — Барон задумался на секунду и переспросил, — вот эти все железяки — это конечно хорошо, но как думаете, могут наши преследователи какой-то сюрприз преподнести?

— В каком смысле?

— У нас пушки на кораблях. Меньше, чем хотелось бы, — к сожалению во время предыдущего сражения в устье Кель пушки со сгоревшей «Амины» спасти не удалось. На «Быструю» переставили одно орудие с «Щуки», но этого явно было недостаточно, на большую галеру можно было бы легко всунуть четыре пушки — две на нос и две на корму — однако взять их в далеке от родных берегов было особо негде. Большая же кауза «Анния» теперь тоже могла похвастаться артиллерией, для чего одну из лодей поменьше полностью разоружили и перевели в состав безоружной-транспортной части эскадры. В целом несмотря на то, что после предыдущего дела количество кораблей увеличилось, боевая мощь соединения скорее снизилась, и никакого желания дергать удачу за хвост барон Еридан не испытывал совершенно. — Но их все же достаточно, чтобы отбить желание лезть к нам у любого разбойничающего урода. Вот я и интересуюсь, могут ли они преподнести нам какой-то сюрприз, перебив наши пушки? Магия, как вы сказали, не работает, но… Может быть что-то другое? Артефакты какие-то? Или еще что-то. Думай маг, это сейчас очень важно!

В конце своей речи адмирал уже полностью отбросил всякую сословную вежливость, явно демонстрируя серьёзную обеспокоенность.

— Что-то может быть, — медленно подбирая слова кивнул огневик. — В мире столько гадости разной, что всего и не упомнишь. Обычные артефакты — точно нет, они на тех же магических принципах работают, а вот если артефакт божественной природы… Нужно доставать из трюма жрецов пускай начинают возносить молитвы, прося защиты. Если у этих под черным флагом есть что-то демонической природы, только жрецы нам помогут. Других идей у меня нет.

— Как же меня все это достало… — Только и буркнул барон, после чего отвернулся от мага и больше никаких вопросов не задавал.

Меж тем кильватерная линия вражеских галер уже почти догнала строй кораблей графства Серов. Вражеский флагман практически вышел на траверз замыкающей удирающий караван «Быстрой», и там флажными сигналами попросили дозволения открыть огонь из пушки. Разрешение было дано, пушка с грохотом выплюнула ядро, которое пролетело разделяющие два корабля полторы сотни саженей и, отрикошетив от воды, влетело в борт пиратского флагмана. Там явно не ожидали от потенциальной дичи подобной прыти, потому что кормчий — это было буквально видно невооруженным взглядом — отчетливо вильнул влево, разрывая дистанцию. Оценить повреждения от одного ядра было сложно, да и вряд ли они могли быть особо тяжелыми, но даже с расстояния в пару сотен саженей было видно, что пара весел разлетелись щепками, а их остатки безвольно опустились в воду, притормаживая теперь правый борт галеры.

Еще один выстрел с идущей второй с конца «Щуки», к сожалению, оказался отнюдь не столь удачным — там и расстояние было больше и в качестве артиллерийский платформы меньшая галера подходила хуже, — ядро просвистело заметно выше вражеской палубы и подняло фонтан брызг далеко за левым бортом корабля. Для остальных пушек и вовсе было еще далековато, так или иначе первую кровь в этой стычке пустили именно моряки под флагом с белым единорогом, что всегда полезно для морального состояния экипажей кораблей.

Такой горячий прием пиратов совсем не смутил. Об артиллерии там очевидно не знали, подробности предыдущего морского сражения команды кораблей предусмотрительно — и дело тут не в какой-то чрезмерной сознательности, просто все понимали, что подобный козырь может в будущем спасти им жизнь — держали в секрете, а значит, преследователи могли счесть прилетающие им чугунные ядра результатом действия какого-то артефакта. Ну а в условиях нестабильной магии на границе Закрытого Королевства рано или поздно любой артефакт пойдет в разнос и угробит скорее собственного хозяина, чем его противника. И опять же тут напрашивается вывод, что вероятно удирающие находятся в полнейшем отчаянии, раз решили применить оружие более опасное для себя, чем для противника. То есть нужно поднажать, и тогда…

В какой-то момент стало ясно, что вражеская эскадра уже готова откусить замыкающие корабли под флагом белого единорога и адмирал скомандовал принялся действовать активнее.

— Поднимайте сигнал к развороту. Не будем ждать, и атакуем сами, заодно дадим купцам немного времени, чтобы оторваться. Берем левее чтобы перерезать этим сволочам курс и палим из всех стволов. Наша задача — выбить как можно больше кораблей до того, как они возьмут нас абордаж. Иначе нас просто завалят мясом.

Еще через полминуты нужные флаги взвились на мачтах, и «Анния» начала со скрипом доворачивать на курс «0». То есть на север.

На вражеской эскадре решение «добычи» перестать удирать и дать бой приветствовали яростными, но радостными криками. А в ответ получили уже полноценный залп из восьми орудий, к их счастью — не слишком точный. На циркуляции не имеющим достаточного опыта морских сражений артиллеристам не удалось хорошо прицелится, поэтому более-менее удачно залетело только два ядра. Первое воткнулось в борт без видимых последствий, а второе — пролетело над палубой вражеского флагмана обратив кровавой пылью пару неудачно подставившихся лучников. Еще одно ядро влетело в парус второй галере проделав аккуратное круглое отверстие, а остальные просто бесполезно попадали в морские волны.

Третий залп корабли графства Серов дали, когда в ответ уже полетели стрелы. Из катапульт, что характерно, пираты почти не стреляли, видимо понимали, что в условиях активного маневрирования попасть куда-то дальше пары десятков метров просто невозможно. Ну и у графских пушкарей результаты тоже были более чем скромные, а главное, что даже пропадании в корпус относительно небольшого ядра, видимых повреждений вражеские галеры не получали. Слишком он был небольшим снаряд диаметром с хороший мужской кулак, даже десяток сквозных отверстий в корпусе серьёзно повлиять на плавучесть корабля просто не могли. Тут напрашивалось резкое увеличение калибра…

— Заряжай картечь! Огонь только по команде! — Видимо результаты стрельбы не слишком понравились главнокомандующему, поэтому он решил поменять концепцию.

И все же пираты смогли переманеврировать своих оппонентов. Если задуматься, это было не удивительно, очевидно опыта у них в таких делах имелось куда больше. Поставить себе палочку нат «Т» они не позволили, вовремя отклонившись влево, а потом ускорились и уже сами охватили голову графской боевой колонны. Видимо, пиратские галеры имели солидный запас по максимальному ходу, а длительность погони как раз и была вызвана нежеланием перенапрягать собственных гребцов, которым потом еще на абордаж идти.

— Еще раз прошу, маг, спрячься в трюме, — в корпус каузы влетел приличных размеров камень из пиратской катапульты снеся часть щитов поднятых для защиты стрелков. Судя по всему, это был стандартный маневр, потому что по корпусу корабля с более низкой галеры даже не пытались метать снаряды. А вот расчистить сектора для собственных лучников виделось более чем полезным делом. На палубе «Аннии» уже лежала пара убитых вражескими стрелами бойцов, нескольким раненным в срочном порядке оказывали первую помощь. Не магического свойства — просто перетягивали раны, чтобы можно было дотянуть до конца сражения и выхода из зоны магической нестабильности. Пушки при этом все так же молчали, барон явно поставил все на один решающий выстрел, что произойдет, если артиллеристы при этом оплошают, Ариен даже не хотел думать.

— Лево на борт! Берите левее, поворачивай иначе нас сейчас возьмут в клещи. Огонь!

Залп получился мощный, особенно с учетом того, что стреляли сразу два борта. К сожалению, нехватка стволов не позволила нанести атакующим пиратам фатального ущерба, пущенная с двух десятков саженей картечь нанесла им серьезный урон, на палубы галер тут начали валиться убитые, покалеченные и раненные, доски тут и там окрасились в красный цвет, крики боевой ярости были в момент заглушены стонами боли. Однако даже так численное преимущество все равно оставалось не на стороне моряков графа.

Тут же на борт «Аннии» полетели веревки с крючьями, борт каузы был на полтора человеческих роста выше, чем палуба галеры, и это давало очевидные тактические преимущества. Еще одним преимуществом были мушкеты и другое пороховое оружие.

— Мушкетеры! Огонь! — Еще десяток вторженцев отправились на встречу с богами словив острое отравление тяжелыми металлами.

Ариен подскочил к борту корабля и с размаха опустил тесак на голову весьма ловко лезущего по веревке пирата. Тот инстинктивно попытался закрыться руками, но слабая плоть не смогла остановить хоть и паршивую на сталь, клинок махом отсек кисть и нанес скользящую рану головы, сняв морскому бандиту кусок скальпа. Пират с криком боли полетел куда-то вниз в пространство между двумя кораблями, однако огневик этого уже не видел. Маг развернулся к еще одному вражескому бойцу, который уже успел перебраться на палубу графского флагмана, выхватил пистоль и не слишком целясь разрядил его тому в грудь. Отбросил бесполезное оружие прочь и чисто не рефлексах попытался бросить в сторону еще одного врага огненную стрелу.

Получилось паршиво — заклинание взорвалось прямо на ладони, едва не оторвав магу несколько пальцев.

— А ты ж сука! — В сердцах выматерился огневик, кого именно при этом он имел ввиду — пирата, в которого заклинание хотел бросить, сам магический конструкт или древних магов устроивших такую подляну для потомков, — осталось не известно. Возможно — всех вместе.

Дальше на Ариена насело сразу два бандита, и он, медленно отступая спиной вперед, начал продвигаться к лестнице на кормовую надстройку.

— Маг, вниз! — тело сработало раньше головы, услышав из-за спины команду, маг резко присел и тут же над головой бахнул очередной залп мушкетеров, снесший троих самых наглых пиратов. От грохота у огневика случилось прояснение в голове, и он резко вспомнил про второй пистоль, который до того без дела болтался за поясом.

Интерлюдия 3−3

— Бах! — Еще один нападающий, движение которого было остановлено небольшим кусочком свинца, валится на палубу, а мага в этот момент уже подхватывают крепкие руки и волокут вверх по лестнице на кормовую надстройку. Центр каузы, несмотря на яростное сопротивление защитников, достаточно быстро оказался захвачен. Ничего не поделаешь, весь экипаж графского флагмана составлял шесть десятков человек, из которых только пятнадцать входили в условную абордажную — или в данном случае антиабордажную — команду и могли проходить по разряду полноценных бойцов. Остальные — палубная команда, артиллеристы и командование экспедиции, включая бесполезных сейчас магов, в лучшем случае тянули на полбойца, а то и вовсе сами требовали защиты. Каждая же из атакующих галер могла похвастать чуть ли восемью десятками бойцов, при условии использования их на веслах во время гребли. Сто шестьдесят пиратов на двух галерах так просто парой залпов орудий не перебьёшь.

— Поворачивай. Руби канат и поворачивай пушку, щас пальнем вдоль палубы, сметем поганцев в воду, куда им дорога! А-а… — Руководящие крики барона были прерваны самым бесцеремонным образом, прилетевшая откуда-то снизу стрела пробила адмиралу левый бок заставив замолчать буквально на полуслове. К командующему тут же бросилась пара бойцов, чтобы оказать помощь, но даже на первый взгляд было понятно, что без магии тут совершенно точно не обойдешься.

— Зарядил? Пали! — Огневик как-то автоматически принял командование на себя, хоть в этом на самом деле уже и не было серьезного смысла. Сражение перешло в ту фазу, когда управлять им уже невозможно, даже на флагмане носовая и кормовая надстройки защищались фактически по-отдельности, без всякой возможности помогать друг другу. — Ниже бери, чтобы наших не задеть.

— Бабах! — Перезарядившаяся пушка выплюнула целую пачку мелкой «ближней» картечи вниз вдоль палубы своего корабля. К этому моменту туда уже успело перебраться с галер добрых три десятка пиратов, которые теперь пытались придумать, что им делать дальше. Собственно, на этом всякие размышления и закончились, аналогичный выстрел с носовой надстройки, видимо там тоже кто-то догадался развернуть орудие, окончательно поставил точку в борьбе за корабль.

Несколько сотен небольших дробин, разлетевшихся в разные стороны, собрали обильную жатву, укрыться на плоской палубе корабля от опасности было просто негде и каждый из атакующих получил свою порцию свинца. Большая часть карландских пиратов было убито, оставшиеся в живых и способные как-то передвигаться мгновенно рванули обратно в сторону собственных кораблей.

Неизвестный вражеский командующий в этот момент видимо осознал, что добыча им попалась слишком кусючая, и если продолжать в том же духе, то в итоге можно остаться посреди моря с захваченными кораблями, но без возможности вернуть в родной порт собственные. Ведь чтобы галера куда-то плыла туда нужно как минимум три десятка гребцов. Желательно живых и способных к достаточно тяжелой работе.

Так или иначе над местом сражения раздалось три коротких последовательных — и достаточно громких, чтобы перекрыть звуки боя — свиста, очевидно означавших команду к отступлению, потому что сразу после сигнала пираты принялись рубить связывающие корабли канаты и отваливать в сторону. При этом забрать своих убитых или хотя бы раненных они даже не попытались, что выглядело уже совсем по-скотски.

Ну и напоследок, — огневик уже было подумал, что самое худшее они пережили и можно расслабиться — видимо от нежелания отпускать добычу и оставлять свидетелей, а заодно чтобы прикрыть собственные отступление, пираты закинули на палубу «Аннии» несколько горшков с горючей смесью. Судя по тому, как быстро и четко — едва галеры отвалили чуть в сторону и этот огонь стал не опасным для самих бандитов — все было проделано, трюк этот являлся домашней заготовкой, а не импровизацией. В стиле — так не доставайся ты никому.

Пока мушкетеры продолжали палить по отваливающим в сторону пиратам — оттуда тоже летели стрелы, так что тут чувства были взаимны — остальная команда каузы немедля ни мгновения бросилась бороться с огнем. Дело это было в целом понятным хоть и не простым. В качестве зажигательной смеси пираты использовали какое-то масло, вероятно с добавками, впрочем, изучать состав так или иначе времени не было, важным виделось другое. Такой огонь достаточно сложно затушить, на суше проще всего его закидать землей, на борту деревянного корабля — смыть водой за борт.

Под свист стрел и бахи мушкетов огневик буквально слетел вниз по лестнице, нырнул в самую середину начинавшего разгораться на палубе пожара и, потянувшись к своему внутреннему пламени, попытался заставить прыгающие по корабельному дереву огненные языки умерить свои аппетиты. Для этого магу не нужны были заклинания или заемная внешняя сила. На Ариене вспыхнула не обладающая какими сверхъестественными возможностями одежда, но сам огневик, кажется, этого даже не заметил. Сознание мага как бы растворилось в огне, он сам стал пламенем, и даже желания у него как будто стали под стать своей стихии.

Призвать силу и обратить все вокруг бушующим огненным ураганом, дотянуться до убегающих вражеских галер и подарить им «кусочек своего тепла». В конце концов обратить весь мир очищающим огнем. С определенным усилием Ариен сумел загнать эти мысли вглубь, а потом принялся как бы втягивать огненную стихию в себя, очищая корабль от пожара и одновременно напитывая внутреннее ядро силой. Еще через несколько мгновение, когда почувствовал, что все, дальше некуда, еще секунда и он лопнет как перезрелый гриб-дождевик, Ариен просто выпустил из себя сырую набранную силу в сторону. В сторону не успевшей еще отплыть далеко пиратской галеры.

Поток сырой, не оформленной в заклинание силы, взятой из огненной стихии, мгновенно настиг боевой корабль, и тот вспыхнул, кажется, весь и разом подобно горке сухого пороха. Секунда и кричащие от боли и страха люди принялись выпрыгивать с галеры за борт, ища спасения в водной стихии. Пламя же на борту «Аннии», как будто удовлетворившись принесенной ему жертвой, почти сразу опало и потухло, отдельные мелкие возгорания были оперативно залиты водой и потушены экипажем графского флагмана.

Ариен — он стоял посреди палубы совершенно голый, но никто даже не подумал шутить по этому поводу, слишком уж впечатляющей была демонстрация силы — наконец получил возможность выдохнуть и немного оглядеться. В целом «Анния» и ее экипаж были в порядке. Да, несколько человек погибло, имелась куча раненных, обожжённых, на досках палубы виднелись черные подпалины, кое где торчали разломанные от попаданий вражеской катапульты доски, вся пространство вокруг было посечено — как будто крупным абразивом теранули — мелкой свинцовой картечью, но в целом… Можно сказать, что они отделались малой кровью, корабль сохранил плавучесть и имел все шансы добраться как минимум до берега, чтобы встать в тихом месте и починиться.

Маг, немного пошатываясь и все еще не до конца придя в себя от слияния со стихией, поднялся обратно на кормовую надстройку. Собрал мозги в кучу — кто-то из команды подскочил сзади и накинул на плечи огневика плащ, Ариен не оборачиваясь благодарственно кивнул — и окинул взглядом поле морской битвы. Как оказалось, большей части кораблей удалось вполне прилично отбиться от нападающих, можно сказать, что отступление пиратов от графского флагмана было не только заслугой защитников корабля, но и следствием общей ситуации в ходе сражения.

В целом морякам под флагом белого единорога повсеместно удалось отбиться. Все же пушки и мушкеты давали тут обороняющимся слишком большое преимущество. Пусть ладьи были заметно меньше достаточно крупной по местным меркам каузы, это в некотором смысле было одновременно их преимуществом, поскольку для атаки этих кораблей сложнее было воспользоваться численным преимуществом.

Конечно, Ариен мог только предполагать, что же именно происходило там за спиной, пока они сами отбивались от нападения, однако результат был, что называется, на лицо. Одна вражеская галера явственно тонула, осев на нос и выставив на всеобщее обозрение перо рулевого весла, безвольно свалившееся теперь на сторону. Как удалось потопить вражеский вымпел можно было только догадываться, хоть на самом деле вариантов тут, при условии отсутствия магии, было ровно два — либо из пушки как-то удачно попали, либо таран. Местные галеры все же были не армейскими кораблями, а охранными и пиратскими, поэтому таранов в массе своей не имели, так что удачный выстрел был все же вероятнее.

Три галеры — «Быстрая» и две неизвестных вражеских — сцепившись бортами весело пылали огромным костром. Что там произошло тоже было не понятно, но, очевидно, даже мечтать о спасении боевого вымпела уже было нечего. Кораблей — нет, а вот людей еще можно было попробовать вытащить из воды, поэтому Ариен только указал рукой в сторону коптящего в небо пламени, опытные моряки и так все поняли, начав ворочать парусом и спускать на воду уцелевшие во время последних перипетий весла, использовавшиеся на каузе для быстрых разворотов.

— Бабах! — От неожиданности Ариен чуть не подпрыгнул, резко развернулся к источнику шума, но ничего не сказал. Это один из пушкарей проводил своеобразным картечным салютом второй уцелевший корабль ранее атаковавший графский флагман. С расстояния в сотню саженей картечь уже не наносила такого опустошающего урона, но судя по тому, что галера тут же встала на явно неуправляемую циркуляцию, рулевых там подвыбило. Значит не зря.

— Молодец. Получишь премию за инициативу, — кивнул маг и повысив голос скомандовал. — Всем на орудиях! Огонь по возможности, валим всех, кого видим, не стесняемся.

Данный приказ был воспринят с явным энтузиазмом, отпускать морских разбойников без напутственного пинка никто явно не желал. Идти против ветра — галеры, замыкающие колонну графских кораблей, приняли бой первыми и соответственно — изрядно отстали от остального отряда — на судне с прямым парусом было максимально сложно. Пришлось доворачивать левее и под острым углом проходить вдоль всего поля битвы.

От огрызающегося пушечными выстрелами графского флота тем временем во все стороны расползались — кто сумел унести ноги и хоть как-то сохранить ход — потрепанные пиратские галеры. Как минимум два корабля болтались на волнах с выбитым экипажем и без всякой возможности убежать. Всего за время короткого, но ожесточенного сражения пираты потеряли шесть кораблей — одна большая и две маленькие галеры горели, одна маленькая — уже перевернулась килем вверх и на звание боевой единицы не претендовала и еще две — фактически стали трофеями. Графский флот потерял «Быструю», а одна из ладей оказалась захвачена в процессе абордажа, однако карландские пираты, видя неутешительный для себя итог дела просто бросили трофей, вернулись на свою галеру и теперь активно гребли прочь. Победа с какой стороны не посмотри разгромная, вряд ли получится забрать с собой захваченные вымпелы — потери в экипажах все же были значительными, ими банально некому было бы управлять — но даже так лучшего исхода от этой передряги ждать было бы просто глупо.

Интерлюдия 3–4

Следующий час графские моряки занимались спасательными и срочно-восстановительными работами. Из воды удалось выловить чуть ли не полсотни — восемнадцать своих и три десятка пиратов, которых скрутили и отправили в трюмы «до выяснения» — человек, раненные получили первую помощь, болтающиеся на волнах галеры окончательно захватили, добили и взяли в плен — раненых добили, здоровых и не сопротивляющихся пленили — остатки экипажей, размарадерили все ценное и прорубив днища пустили корабли на дно. Так же с болью в сердце пришлось оставить собственную галеру, перетащив на оставшиеся в строю вымпелы все ценное. Банально не хватало людей, чтобы ей управлять, а выбирая между сугубо военным бортом сомнительной ценности и набитой ценным товаром ладьей, оставшейся практически совсем без экипажа, принять решение было совсем не сложно.

— Странно все это… — Ариен приняв на себя обязанности главного над эскадрой был вынужден погрузиться с головой в многочисленные текущие дела, однако одним глазом все равно поглядывал на остатки пиратского флота, собравшиеся в кучу чуть в стороне — пара верст была где-то между двумя группами дрейфующих кораблей — и не торопящиеся уходить прочь. Нехорошая мысль свербела где-то в затылочной части мозга, опытная в плане предсказания опасностей чуйка говорила, что на этом данное приключение не закончится. — Заканчивайте перетаскивать все ценное и рубите дно.

Приговоренная к утоплению «Щука» стояла борт о борт с «Аннией» и сейчас с обреченной галеры на каузу перетаскивали все, что можно было хотя бы теоретически оттуда забрать.

— Что-то не так, господин маг? — Вылезший из трюма Горинис щеголял покрасневшей от крови повязкой на голове. Ничего серьезного, просто вражеская стрела чиркнула по виску, порезав кожу. На пару ногтей левее и Никаре пришлось бы искать себе нового главу боевого крыла церкви.

— Если эти, — огневик кивнул в сторону галер под черными флагами, — промышляют в этих местах подобным образом уже давно, почему никто не об этом не говорит? Что это сами Карландцы грабят торговцев, а не какие-то мифические пиратские шайки. Неужели за все годы ни одному кораблю не удалось от них сбежать? Ладно наши купцы-тихоходы, но ведь есть посудины, которые на открытой воде вполне могут и с галерами тягаться. Или у них есть в рукаве какой-то аргумент особо тяжелый? Почему тогда его не применили раньше, позволили себе навалять вот так беспросветно? По вашей «линии» никаких не было… Возмущений?

Ариен не знал, как правильно сформулировать, но церковник его понял.

— Нет, никаких проявлений божественных сил не… — Церковник запнулся на полуслове, охнул и схватился за висящий на груди знак бесконечности.

— Что случилось? — В принципе маг мог и не спрашивать, по лицу Гориниса и так все было очевидно.

— Волна прошла. Что-то темное и демоническое. Отвратительное на вкус, — было видно, что церковника сейчас стошнит. — Но это не прямая атака и не проклятие какое-то. Что-то иное, прошу прощения, господин маг, что именно, я сказать не могу. Просто не знаю. А сейчас, извините, мне нужно срочно вознести молитву. Боюсь, божественное заступничество нам может вскоре пригодиться.

— Боевая тревога! — Тоже не стал сиськи мять огневик. Хрен его знает, что там против них применили, но любую гадость лучше встречать во всеоружии. — Бросайте к демонам «Щуку», по местам, поднимаем паруса. Попробуем уйти!

Дополнительного волнения тут же добавили и вражеские галеры, которые, то ли заметив переполох на кораблях графства Серов, то ли просто зная больше о применённой ими гадости, тоже начали шевелить веслами демонстрируя явное желание «продолжить общение».

Уйти, однако, с места сражения эскадра не успела — зато не пришлось долго гадать, что за гадость для них выдумали карландцы, сомнительная с какой стороны не посмотри радость — напротив флагмана вспучилась вода в воздух прямо из волн взметнулись здоровенных размеров щупальца.

— Монстр глубин! Мы все умрем! — Кто-то из палубной команды рядом принялся было паниковать, но быстро был заткнут крепким боцманским тумаком. Панику можно сказать удалось задавить в зародыше, что с другой стороны, отнюдь не решало главную проблему графских моряков.

— А вот и козырь из рукава… — Пробормотал Ариен и тут же принялся раздавать команды. — Пушкари огонь по способности. Мушкетеры, держать заряд до команды! Поднимайте же уже паруса, каракатицы беременные!

Сбоку жахнула пушка. Чугунное ядро — и тут не понятно, что полезнее болванка или картечь, первая нанесет больший урон, но вот попасть небольшим в общем-то шаром по мельтешащим щупальцам было, мягко говоря, затруднительно — пролетело разделяющие орудие и цель сто саженей за полсекунды и никуда не попав бесполезно нырнуло в волны.

— Картечь, заряжайте картечь! — Выдал очевидное распоряжение огневик, впрочем, пушкари явно знали свое дело не хуже далекого от обычного оружия мага. — Горинис, сделай же что-нибудь!

Церковника понукать было не нужно, к боевикам графской церкви можно было относиться по-разному, но вот труса перед всякой гадостью они точно никогда не праздновали. Горинис с парой подручных без дополнительных слов скатился с лесенки на палубу каузы, подскочил к левому борту и тут же затянул какой-то гимн, вознося хвалу собственному божеству.

— Если вы верите в нашего графа и бога — молитесь, может быть, это нам поможет! — В полголоса произнес огневик, но кажется, все вокруг его услышали, потому что часть моряков потянулась за своими «символами веры». Бронзовые «восьмерки» были у многих в графстве, далеко не у всех, но у многих, что с другой стороны отнюдь не говорило об их вере. А с другой стороны, именно в такие моменты оказывалось, что «верят» почти все.

Поднявшийся из волн осьминог-переросток — не весь, основная его часть явно была где-то там внизу, для знакомства с добычей он высунул только четыре своих «конечности» — рванул вперед и атаковал оставленную уже экипажем «Щуку». Что тут сработало, не понятно, то ли мотива помогла, то ли просто повезло, а может у морского гада в принципе мозгов имелось с гулькин хер и управлять им можно было весьма условно, но всю свою ярость чудище обратило на и так приговоренный уже корабль.

Мясистые щупальца, вооруженные дополнительно присосками и какими-то шипами-когтями, в мгновение ока обхватили галеру с двух сторон и начали сдавливать ее в смертельных объятиях. Дерево стало отчетливо хрустеть, кое-какие более хрупкие элементы надстройки мгновенно обратились щепками, повалилась за борт мачта.

Ариен представил себе такие, с позволения сказать, обнимашки, сомкнувшиеся на его корабле, и тут же покрылся холодным потом. И главное без магии ничего ты такой вот морской гадости — откуда только карландцы ее взяли, впрочем, огневик этого даже знать не хотел — не сделаешь. Клинком ты это щупальце будешь рубить неизвестно сколько, стрелы ему и вовсе не страшны. Ну а человеку достаточно всего небольшого движения конечностью, чтобы обратиться поломанным мешком с костями. Это если тебя еще вдруг сожрать не пожелают, питается такой монстр тоже явно не морской зеленью. И уж точно Ариен не хотел бы познакомиться поближе с пищеварительной системой щупальцевого монстра.

— Бомби ее! Огонь! — Команда, по правде говоря, была излишней, нервы у людей не железные и едва подводная тварь пошла в атаку, со всех сторон начали бахать хлопки выстрелов. Сначала отдельные, а потом переросшие в полноценный залп. На «Аннии» имелось два десятка мушкетов и некоторое количество пистолей, которые полагались офицерам в качестве личного оружия. И теперь весь этот арсенал принялся в максимально возможном темпе отправлять вперед свинец в сторону вынырнувшего из морских глубин противника. Остальная команда с удвоенным рвением принялась ставила паруса, желая побыстрее убраться подальше или хотя бы покинуть зону магической нестабильности, чтобы наконец подключить к работе свой «главный калибр».

— Бах! Бах! Бах! Бомм! — Слово сказала кормовая пушка успевшая перезарядиться и выстрелить картечью. Выстрел получился явно удачным, если на уколы свинцовых ос, выпускаемых мушкетами, щупальца практически никак, не реагировали — хоть попадания явно были, их Ариен видел собственными глазами — то пачка крупной картечи, удачно угодившая в толстую часть щупальца, за малым не перебила его напрочь. В разные стороны полетели куски плоти и брызги синей жидкости, по видимому заменявшей осьминогу-переростку кровь.

То, что тварь почувствовала удар, стало понятно мгновенно. По нервам ударила волна чужой злобы, вынудившая даже огневика, максимально скептически относящегося к божественному возвышению друга, схватится за собственный амулет-восьмерку и прошептать несколько слов молитвы. Стало легче.

— КРАК! — Корпус несчастной «Щуки» в итоге не выдержал напора и натурально переломился пополам, брызнув в разные стороны деревянными ошметками.

Сказать, что такая демонстрация силы впечатлила графских моряков — не сказать ничего. Ариен буквально кожей почувствовал, как люди вокруг еще сильнее напряглись, хотя казалось бы — куда еще.

— Бомм! — Вставила свое чугунное слово носовая пушка каузы. Этот выстрел был не столь удачным просто потому, что, сломав галеру, щупальца вновь пришли в движение, и попасть по ним стало гораздо сложнее. Зато к месту событий, подняв паруса и дав небольшой ход, успела подойти ближайшая ладья, без команды разрядив в мешанину из дерева, водной пены и мелькающих шипастых конечностей все три свои пушки левого борта. Причем, судя по всему, как минимум одна из них была заряжена ядром, которое угодив куда-то в центр явно сделало твари больно. Потому что по нервам врезала еще одна «черная волна», а еще мгновение спустя из воды показалось и тело монстра.

— Твою мать! — Только и смог вымолвить Ариен, хоть ради справедливости, других слов было и не нужно.

Выглядела тварь отвратительно, кусок зеленоватой слизи, со странными наростами и большим напоминающим птичий клювом в центре. И судя во всему, именно этим клювом монстр и примеривался атаковать удачно пришедшую на подмогу флагману ладью.

— Огонь! Да стреляйте вы уже, мать вашу! — Самообладание окончательно оставили Ариена, он зачерпнул всю доступную силу из собственного ядра и не формируя опять же заклинание просто швырнул ее в сторону твари, надеясь, что однажды проделанный трюк сработает и теперь. Получилось не столь эффектно и не столь эффективно. И собственная сила из ядра была уже «переварена» и более стабильна, а потому не склонна переходить в огненную форму, и монстр был совсем не деревянным, и совсем не столь горючим как сухая древесина галеры.

Тем не менее этого магического удара хватило чтобы в очередной раз сделать твари больно, ошпарить ее не привыкшую к высоким температурам шкуру и заставить потерять время. Осьминог на несколько секунд замедлился, оценивая новую опасность и вновь переключил свое внимание на каузу, оставив проскочившую мимо него ладью вспокое. Ариен, впрочем, этого уже не видел, опустошение резерва далось ему не легко, в глазах потемнело, маг потерял ориентацию в пространстве и осел на палубу, выпав из сражения уже окончательно.

— Бах! Бах! Бах! — Подряд выстрелило еще несколько пушек. Разрядили в сторону монстра свои жерла орудия на «Аннии» — одно ядро просвистело мимо, второе самым краешком зацепило торчащую из воды «голову» твари нанеся явно незначительный ущерб — плюс подключилась третья ладья, идущая в выстраиваемой кильватерной колонне. Оттуда тоже дали залп бортом, и вот это уже явно была заявка на победу: во все стороны полетели ошмётки мяса и брызги крови. Одно ядро угодило прямо в клюв напитанной демонической энергией гадости, и кость в этом столкновении откровенно проиграла разогнанному до огромных скоростей чугуну.

И вновь все вокруг почувствовали боль монстра. С другой стороны, даже получив хорошенько по морде отступать он не торопился, а вместо этого вытащил из-под воды еще одно щупальце и наотмашь хлестнул им по столь удачно обстрелявшей его ладье. Благо удар был нанесен не вертикально — проверять, что было бы с явно не рассчитанным на такие издевательства судном если бы щупальце врезало по палубе совершенно точно никто не хотел — а горизонтально. Мачта толщиной в полноценный мужской охват переломилась как тоненькая веточка и полетела за борт под крики сидящего в вороньем гнезде впередсмотрящего. Впрочем, и остальной команде досталось — даже падающий с высоты двадцати саженей парус может покалечить, а про всю мешанину из поломанного и разорванного рангоута и такелажа даже говорить нечего.

А потом в дело наконец вступили церковники во главе с Горинисом. Мужчина хоть и получил ранение во время абордажа, «из строя» не выпал и продолжал свою борьбу. Правда, когда тут рядом происходят такие дела, на молящихся и совершающих какие-то ритуалы жрецов никто особо внимания не обращал. Молятся они там как-то, что-то поют, жестикулируют — ну и пусть, хуже не будет.

— Познай гнев заступника человеческого! — С максимальным доступным ему пафосом, что с другой стороны не отменяло и глубокой веры, прокричал Горинис и сделал рубящее движение рукой сверху вниз.

Одновременно с этим там в стороне от флагмана, над головой монстра появилась огромная полупрозрачная рука с зажатым в ней клинком — особо глазастые потом утверждали, что клинок этот в мельчайших подробностях повторял знаменитый уже гномий меч графа Серов, однако никаких доказательств этому, конечно, предоставить было невозможно — и фактически повторила движение боевого жреца.

Удар божественным клинком выглядел странно, волны вокруг монстра он совершенно не задел, ни капли воды не брызнуло даже. А вот тварь на себе воздействие высшей сущности почувствовала сполна, удар буквально располовинил осьминога-переростка, продемонстрировав всем заинтересованным — таких, по правде говоря, было не очень много — богатый внутренний мир морского обитателя. В стороны брызнула синяя кровь головоногого, полетели какие-то ошметки, а еще спустя несколько секунд труп напитанного демонической силой монстра без дополнительных спецэффектов ушел под воду, сопровождаемый криками бурной радости наконец понявших, что они сегодня доживут до вечера, людей.

Как бы подтверждая эту мысль на той стороне демонического поводка, лишившиеся цепного зверя пираты — они наконец сообразили, что просто-напросто неудачно выбрали цель для атаки — принялись как можно активнее загребать веслами, улепетывая куда глаза глядят. Уж если обычные купчишки могут такое… Кто знает, какие еще козыри у них припасены в рукавах, лучше убраться подобру-поздорову пока хуже не стало.

А еще через пару часов потрепанная эскадра — ладью без мачты пришлось брать на буксир, что конкретно ограничивало общую скорость соединения — наконец вышла из проклятой зоны магической нестабильности, и приписанные к кораблям одаренные принялись как можно быстрее лечить многочисленных раненных.

Глава 12−1

— Ох мать твою, — едва Серов оказался внутри Башни, на него буквально со всех сторон навалилось отвратительное давящее чувство, как будто бы чужая сила пыталась вытолкнуть его обратно наружу. Хотя почему «как будто»? Так оно фактически и было, здесь внутри каменного колодца концентрация демонической энергии зашкаливала просто за все возможные пределы, оставалось только догадываться, как продавшимся тварям удалось держать иномирную силу внутри, не допуская ее прорыва наружу. — Парни вы как? Жить будете?

Если даже молодому божеству было паршиво в подобной обстановке, не трудно догадаться, что простым людям и вовсе приходилось с огромным трудом удерживать свое сознание от сползания в безумие. Оказавшиеся внутри башни первыми спецназовцы — при том, что это все люди были с зачатками магического дара, дополнительно усиленные зельями и обвешанные амулетами, а не просто прохожие с улицы — сейчас валялись на каменном полу не в силах сопротивляться давлению на мозги. Серов закрыл глаза, выдохнул и пожелал создать вокруг себя «чистую» зону. Пришлось приложить определенное усилие — граф еще только познавал это умение, «хотеть» особенным образом, продавливая реальность вокруг собственной волей — и отодвинуть на несколько шагов демоническую энергию, сняв давление.

— Прости, командир, кажется, мы не тянем, — один из бойцов с трудом поднялся на ноги, за ним еще один, постепенно в себя пришли и все остальные. Для Александра стало неприятным открытием то, что перед ликом силы божественной природы оба перевертыша спеклись так же быстро, как простые бойцы-люди. Видимо, никакого дополнительно сопротивления от этой напасти, казалось бы, защищенные от всего на свете искусственно выведенные бойцы от своих древних создателей не унаследовали. Впрочем, учитывая редкость божественных проявлений в этом мире, данный момент был вполне понятен, и так им древние химерологи отвесили всяких преимуществ полной меркой, обзавидуешься. — Эта гадость бьет по мозгам крепче любого пойла. Оно мне такие вещи шептало, такое показывало…

— От меня требовало вонзить меч в спину впереди идущему, — с заметным дрожанием в голосе произнес Нума. Хотя было видно, что они с Ромулом приходят в себя быстрее остальных, его все равно прилично потряхивало. Молодой перевертыш пару раз чувствительно залепил себе пощечину, выбивая из головы поганые мысли, и продолжил уже нормально. — Я прямо чувствовал, что получу от текущей по клинку крови неземное наслаждение. Какая мерзость! Кому вообще может прийти в голову желание служить такой силе?

— Не важно, — Серов мотнул головой, намекая не неуместность в такой момент философских разговоров. Подумал несколько секунд, вздохнул и принял решение. — Сейчас вы встаете и идете наружу. Задача — предупредить всех, что внутрь лезть нельзя — это смертельно опасно. Ну и рассказать всем о том, что я остался тут сам, чтобы спасти их души от попадания демонам на обеденный стол. Вряд ли получится, но, если жители города затеют общую молитву или хотя бы мысленно будут меня поддерживать, это должно сыграть свою роль.

— Мы тебя не бросим, командир, — в голосе Ромула послышалось искреннее возмущение желанием сюзерена отправить их назад.

— Нет. Никакой пользы от вас не будет, наоборот это мне нужно будет вас прикрывать. Не хочу думать о том, что мне могут воткнуть в спину клинок свои же. Только отвлекаться буду все время. Поэтому не обсуждаем приказ, встаем и двигаем на выход. Обещаю, если будет совсем жарко подставляться не буду, тоже отступлю, — судя по скептически скривившемуся лицу Ромула, он в подобное благоразумие командира не верил абсолютно.

И что самое паршивое — сам Серов не верил в него тоже. И что тут играло первостепенную роль — вбитый еще со времен службы дома комплекс защитника, готового лезть под пули ради людей или влияние собственной божественной сущности подстраивающейся под мнения паствы об их обожаемом предмете поклонения, — не знал даже сам граф.

Дождавшись пока его маленькое войско покинет опасную территорию, Александр достал верного Стечкина, который выручал хозяина уже далеко не первый раз и к которому, к сожалению, осталось не так уж много боеприпасов, проверил наличие патрона в патроннике и двинул вперед дальше. Помещение, в котором он находился, судя по всему, представляло собой что-то типа склада всякой рухляди. На многочисленных стеллажах горами валялись всякие явно побывавшие в деле доспехи, проржавевшие местами кольчуги, сомнительно выглядящие, местами мятые шлемы и прочий неликвид. С вероятностью близкой к ста процентам Александр мог предположить, что по документам вся эта снаряга, очевидно предназначенная для раздачи горожанам-ополченцам в самом крайнем случае обороны Карланда, содержится в идеальном порядке и более того на ее обслуживание регулярно выделяются средства из казны полиса. Просто иначе нет никакого смысла держать этот мусор на складе, проще его переплавить. Идут годы, меняются страны и даже миры, а победить коррупцию среди чиновничества так нигде и не смогли. Впрочем, вероятно и не пытались даже.

Дверь наружу оказалась, что логично, открыта. Защитники крыши Башни явно не предполагали атаку спецназа и уж точно не планировали защищать ее до последней капли крови, а значит, не могли не думать о возможном отступлении. Теперь этой тропой в тыл противнику шла штурмовая группа. Состояла она, правда, из целого одного бойца, но Серов предпочитал думать, что качество важнее количества.

Кроткий коридор — проверять закрытые двери ведущие направо и налево граф не стал, вряд ли в такой момент кто-то мог бы отсиживаться по дальним ухоронкам, это просто глупо — возьми горожане Башню, вырезали бы всех, никуда не спрячешься. Дальше коридор упирался в уходящую вниз и опоясывающую башню по кругу лестницу. Освещалась она только снаружи через узкие окна бойницы, впрочем, света было достаточно чтобы не сломать себе шею на крутых ступеньках, а больше и ненужно.

— Наверх! Быстрее! Они наверху, проникли с крыши. — Снизу послышались крики, топот и металлический звон доспехов сообщающие, что вторжение через верхние этажи отнюдь не осталось незамеченным.

Еще через несколько секунд снизу показались вражеские солдаты, весьма недурно экипированные и явно горящие желанием познакомиться с графом поближе. Из-за очередного поворота лестницы вывалились двое бойцов с большими ростовыми щитами и без дополнительных команд наглухо перекрыли ими проход. Откуда-то из-за их спин тут же показался стрелок вооруженный коротким — полтора локтя размах плеч, самое то в помещении такой использовать — луком и принялся одну за другой метать вверх стрелы.

— Вжух, — первый снаряд просвистел рядом с головой Серова, заставив его сдвинуться к внутренней стене лестницы и отступить на пару ступеней назад. — Вжух! Вжух!

За первой стрелой полетела вторая и третья, благо в данной ситуации лучник достать вторженца не мог никак и способен был только держать его на расстоянии. Впрочем, мелькнула мысль в голове Александра, демонолюбы же вероятно не в курсе его способностей и вполне могут делать ставку на то, что разлитая вокруг демоническая сила убьет — или сведет с ума, что в данном случае одно и то же — атакующего без дополнительной помощи. Нужно только немного подождать.

С другой стороны, ждать Серов тоже не собирался нисколечко. С каждым шагом вниз, с приближением к алтарю концентрация темной энергии нарастала дополнительно еще как бы пульсируя через равные промежутки времени, и каждый такой «пульс» отдавался в голове молодого божества тупой болью.

Вся ситуация вызывала у Александра совершенно противоположные чувства. Сознательная его часть кричала о необходимости бежать без оглядки, чтобы оказаться как можно дальше от этого места в кратчайшие сроки. Бессознательная — тащила вниз, явно предполагая личное участие в веселье. Такая двойственность изрядно отвлекала и мешала сосредоточиться, благо тренированное тело действовало на автомате само без «указки сверху».

Бывший спецназовец просто отклонился немного левее, отлипая от внутренней стены башни и не глядя пустил вниз десяток пуль. Судя по крикам боли и звукам падения тела, в кого-то попал. К сожалению, расчищать себе проход огнем постоянно у попаданца возможности не было, в Карланд, не рассчитывая на масштабные боевые действия и больше полагаясь на другие способности, Серов взял всего шесть десятков патронов, из которых полтора десятка успел истратить в предыдущих стычках. Теперь же пришлось вновь идти на поводу у своей жабы и — без всякого, надо признать, удовольствия -переходить в рукопашную.

Прыжок — как в замедленной съемке коротким движением граф сбивает летящую в него стрелу в строну — и прямо двумя ногами влетает во второго «щитоносца» только что потерявшего напарника. Боец от толчка всеми ста тридцатью килограммами опрокидывается назад, своим телом цепляет явно не успевающего дотянуться до следующей стрелы лучника, и они все вместе дружно валятся вниз по ступенькам. Разница только в том, что попаданец при этом за счет нечеловеческой ловкости и разогнанного восприятия успевает контролировать процесс падения и дополнительно еще орудовать клинком прямо в полете.

Так щитоносец даже не успел понять, как умер, он попытался извернуться чтобы падать грудью вперед, а не спиной и просто не увидел движение меча, пробившее ему горло. Потом быстрый удар тяжелым ботинком в куда-то в область головы пытающегося сохранить равновесия лучника и вот уже Серов летит вниз по лестнице на чьем-то теле подобно сумасшедшему сёрферу.

— Бах! Бах! Бах! — Еще два вражеских бойца успевших отскочить в сторону с пути «стихии» валятся на каменный пол с лишними дырками в теле, а вот «соскок» вышел смазанным. Александр все же за что-то зацепился и при приземлении больно ударился коленкой.

— Ах, сволочь, — граф в сердцах пнул тело неудачливого лучника, который судя по неестественно вывернутой шее, ответить ему уже не мог. И вообще ничего уже не мог. Впрочем, времени на долгую рефлексию у него просто не было.

Изнутри Башня представляла собой череду этажей, опоясанных по периметру лестницей с входом на каждый новый этаж по «четвертинкам». И вот в как раз из такого бокового входа на графа и выскочил очередной персонаж, внешне принципиально отличающийся от предыдущих демонолюбов.

— Сдохни! — Мужчина с перекошенным лицом и какой-то странно серой кожей, сделал неопределенный пасс руками, после чего Серов почувствовал, как на него демоническая атмосфера начала давить еще сильнее. А тут еще снизу пришел очередной «пульс», ударив по нервам и принеся отчетливый и при этом явно существующий только у мужчины в воображении запах гнили. — Познай мощь моего господина!

Глава 12−2

Граф почувствовал, как сознание его сжимается под напором чужой силы. Руки и ноги потяжелели, стало труднее дышать, поплыло периферийное зрение. Попаданец сделал первое что пришло ему на ум, просто повалился вперед погребая под собой демонолюба. И опять масса зарешала, когда на тебя валится стокилограммовый мужик, одетый дополнительно в броню общим весом еще кил под тридцать — это неприятно. Сразу все посторонние мысли, в том числе и бред про служение демонам, как-то сами собой вылетают из головы. А если еще и потом дополнительно добавить подачу «на Одессу», да еще и в металлической шапке… В общем, уже спустя несколько секунд Серов смог перевести дух и мысленно вознося хвалу… Самому себе, видимо, за то, что рядом в моменте не оказалось никого способного ткнуть ему в спину остро отточенной железякой, вновь принять вертикальное положение.

Огляделся. Помещение явно представляло собой пустующую казарму. Деревянные нары, сколоченные в два этажа, один небольшой стол посреди помещения, освещенный сейчас каким-то масляным светильником. Пованивало человеческим потом и затхлостью. Пусто и уныло, хоть надо признать, что граф предпочел бы встречать и дальше комнаты именно в таком виде, а не переполненные врагами. Десяток человек они перебили на крыше, тут уже шестеро он на свой счет уже записал. Вряд ли у демонопоклонников тут рота солдат, при всей своей массивности укрепление явно на подобную численность гарнизона было не рассчитано.

— Ладно, хватит тянуть кота за причиндалы, — сам себе приказал Серов и еще раз тяжело вздохнул. Засунул в пистолет последний полный магазин, с сожалением цокнул зубом и двинул дальше вниз по лестнице. На удивление, следующие две четвертины никто ему не встретился.

Пустая, судя по всему, тюрьма или какое-то помещение для содержания пленников — небольшие металлические клетушки с кандалами не оставляли сомнений в назначении помещения — и оружейка. В отличии от склада под крышей тут, видимо, хранилось что-то имеющее реальную ценность, потому что большая часть стеллажей и стоек были сейчас пусты. И опять же ни одной живой души.

Следующий пролет лестницы Серов прошел уже в полной темноте, на этом уровне в стене не имелось бойниц, поэтому солнечный свет внутрь практически не проникал. Благодаря своим способностям Александр большой проблемы в этом не чувствовал, однако, неожиданно открывшаяся ему картина побоища все равно заставила вздрогнуть.

Лестница вывела графа к входному тоннелю, тому самому который получасом раньше пытались штурмовать горожане. Нет, даже снаружи было ясно, что ничего хорошего тут произойти не могло, однако все же настолько паскудной картины Серов не ожидал увидеть. Видимо главной причиной смерти людей тут стала даже не честная сталь, а все та же концентрированна демоническая энергия, поскольку на многих трупах наваленных буквально кучей, так что мужчине буквально приходилось через них перелазить, даже ран было незаметно.

Вот лежит один из карландцев, молодой двадцатилетний на вид парень со светлыми волосами. Кажется, он пытался ползти к выходу, но не смог. А вот тот чуть дальше — у него все лицо в крови и характерная рваная рана на руке — как будто вовсе начал себя грызть заживо.

Плюс у всех одинаковая посеревшая кожа и почерневшие от отравления демонической энергией радужки глаз. Вот уж правда иномирная гадость не совместима с нормальным человеческим существованием. Мелькнула мысль о том, как сами демонолюбы переваривают яд, источаемый находящимся за кромкой хозяином, но попаданец ее быстро отбросил в сторону. Вот еще в сортах дерьма разбираться, гниль нужно выжигать каленым железом, а не пытаться понять.

И опять Серов остановился и дернул головой. Последняя мысль была странной, как будто чужой, с каких пор он считает зазорным изучать врага? Наоборот, это обязательно нужно делать, как минимум чтобы бороться с демонопоклонниками более эффективно. Это ему кто-то снаружи нашептывает или собственная сила, основанная на усредненном воззрении прихожан, шалит.

— Хватит рассматривать трупы, ты им уже не поможешь. — Мужчина постоял немного, постарался выбросить лишние мысли из головы, и двинул дальше.

Каменная кишка в этом месте изгибаясь вдоль внешней стены продолжала уходить вниз. Тут на лестнице ведущей в подземелье Серова догнал очередной пульс, кажется еще сильнее ударивший по божественной оболочке. Ощущение приближающегося апокалипсиса нарастало, заставляя Александра торопиться.

Путь на нижние этажи — судя по всему, он там был даже не один — перекрывала массивная деревянная дверь, обитая толстенными кованными железными полосами. Такую топором не вырубишь, тут натурально таран нужен. Ну или магия, что, впрочем, сейчас было так же недостижимо.

На секунду Александр даже запаниковал. Обычно с такими проблемами у него Ариен справляется очень легко, граф еще раз мысленно посетовал на столь стойко сформировавшуюся привычку к магической поддержке и на то, что без нее чувствовал себя неуютно.

Однако быстро взяв себя в руки мужчина просто подошел к двери, дернул пару раз за такую же массивную кованную ручку — дверь, как и ожидалось, была заперта — а потом по наитию просто постучал. Ну как просто? Пару раз хорошенька бахнул навершием гномьего клинка. Получилось громко.

— Кто? — через секунду последовал приглушенный вопрос с той стороны.

— Свои, — не выдумывая велосипед ответил граф. Ничего хитрого — чистая психология. Попробовать сыграть на том, что враг не ожидает такого тупого захода. Ну и стресс, понятное дело, когда в крови бурлит адреналин, сердце стучит в ушах, разумно действовать получается далеко не всегда.

Вот и сейчас приём сработал на все сто. Пара секунд ожидания, и дверь со скрипом подалась на Александра. Граф, не теряя времени, дернул ее на себя изо всех сил и тут же приложил клинком провалившегося вперед незадачливого охранника оборонительного рубежа. Тот, наверное, даже не понял, как умер.

Перепрыгнув через уже лишившееся души тело, Серов ворвался внутрь подвального помещения. Тут, в отличии от других раннее встреченных им комнат Башни, было достаточно многолюдно. Появление графа, такого себе героя-одиночки, который при виде десятка вооруженных и явно неплохо подготовленных бойцов не пытается сделать ноги, а наоборот — прет вперед, вызвало заметное оживление.

Хоть тут надо сказать, что первая же атака графа сразу же заставила местный гарнизон впечатлиться. Он просто поднял левую руку с зажатым пистолетом и нажала на спуск, широкой дугой перечеркнув сектор, где было больше всего противников. АПС за секунду выклюнул все двадцать патронов, имевшихся в магазине, добавив к урону непосредственно пулями еще и «моральный» фактор. Стрельба в закрытом помещении вызвала у непривычного человека оторопь, и желание оказаться подальше от этого места. Иногда люди в такой ситуации даже легкую контузию могли поймать.

Очередь получилась не слишком удачной, всего четверо вражеских бойцов поймали свинцовые приветы, остальные хоть и были несколько шокированы столь горячим «началом общения», тут же бросились в атаку подгоняемые криками какого-то видимо главного местного демонолюба.

— Убейте его! Быстрее! Нельзя позволить прервать ритуал!

Серов отбросил бесполезный пистолет куда-то в темноту, активировал магический щит в перчатке левой руки и тут же принял на него чужой клинок. Пригнулся, пропуская удар бойца справа и немедля контратаковал, взвинтив скорость реакции на максимум. В таком состоянии, кажется, даже серая муть стала давить на него меньше.

Пихнул правым плечом удачно подставившегося мечника — тот был килограмм на тридцать легче и от столкновения с корпусом Александра просто отлетел в сторону, давая попаданцу нужное ему пространство — после чего сразу же ткнул гномьим мечом третьего попытавшегося принять участие в веселье. Тот оказался достаточно ловким, чтобы успеть подставить под удар небольшой кулачный щит, а вот сам деревянный кругляш откровенно подвел. Меч дымчатой стали пробил не слишком толстый слой дерева и искалечил неизвестному демонопоклоннику руку. Брызнула кровь, боец взвыл от боли и зажимая кровоточащую рану выпал из боя, уступив место возле графа другому.

Серов, не желая позволить себя окружить, сделал шаг назад и встал в дверном проеме так, чтобы атаковать его могли только двое врагов одновременно. Вражеских бойцов это не смутило, видимо свое начальство — на всех его уровнях — они боялись сильнее, чем графской стали. А может действительно верили в свои силы, тут правда Александр собирался их разочаровать по максимуму.

Удар — граф с силой отбивает чужой клинок в сторону и тут же контратакует. Неизвестный боец оказывается на удивление ловким и успевает отскочить назад, разрывая дистанцию, при этом Серова одновременно атакует боец слева. Его удар сверху — потолок в подвальном помещении был достаточно высоким, чтобы не бояться зацепить его оружием при широких махах — Александр принял на магический щит и по отработанной уже схеме тут же отключив магию заехал вражескому бойцу по лицу кулаком с зажатой в нем рукоятью меча. С обычным деревянным щитом так извернуться было бы сложно, но вот магический вполне позволял подобные трюки.

Под кожаной перчаткой с нашитыми железными шипами на костяшках хрустнуло, в разные стороны полетели зубы и брызги крови, открытый шлем-шишак от таких неожиданностей практически не защищает, воевать дальше этот демонопоклонник совершенно точно уж не сможет.

Удар — уклонение, еще удар — отвел в сторону мечем. Враги оказались, к большому огорчению графа, не дураками и, отложив в сторону короткое оружие, схватились за имеющиеся здесь же двухметровые пехотные копья, что сразу осложнило положение Александра в разы. Теперь перед ним имелась не просто пара мечников, а два мечника прикрытые сзади острыми жалами копий, готовых подключиться в любой момент и наделать в тушке мужчины не запланированных природой отверстий.

Вместо того, чтобы переть вперед на рожон — в прямом смысле в данном случае — Александр, используя преимущество в скорости рванул вправо, прикрываясь вновь развернутым щитом из перчатки и опрокидывая назад стоящий тут же у входа стол. Расчёт был прост, у каждого «хищника» имеется инстинкт убийцы, требующий догонять драпающую без оглядки жертву. Лезть на ощенившуюся копьями фалангу — ищите дураков в другом месте, а вот поиграть в увлекательную игру «кто кого съест», бегая по подвалу и выбивая врагов по одному — это гораздо более приятное занятие.

И надо сказать, что вражеские бойцы полностью оправдали ожидания Александра. Завидев убегающую дичь, они тут же сломали строй и рассыпались веером, загоняя добычу в угол, этого графу только и нужно было.

Серов подхватил стоящую на полке массивную глиняную чашку и с силой метнул ее в голову ближайшего врага. Тот закрылся щитом, чашка с жалобным звоном разлетелась на осколки, но позволила графу выиграть полсекунды времени. Он сократил дистанцию и успел ткнуть потерявшего его из виду бойца клинком. На этот раз тот увернуться не успел, и сталь разорвав кольца не слишком качественной кольчуги пробила мужчине печень. Без целителя такая рана приговор, в течении пяти минут испечешь кровью.

Увернулся от удара следующего бойца, перехватил копье за древко и дернул на себя. Копьем хорошо в строю орудовать или если места есть в достатке. Держать врага на дистанции и наносить много коротких и точных уколов, а вот так в свалке, в движении, да еще и без большого умения. У копейщика против попаданца не было ни единого шанса, боец провалился вслед за своим оружием, фактически самостоятельно насадившись на клинок графа.

Против Серова осталось пятеро противников — один с покалеченной рукой, один с пулевым ранением ноги, двое здоровых бойцов и их командир. Последний, видимо понимая, что обычные солдаты тут не справятся, начал махать руками, выкрикивать ругательства и влиять на Александра заемной силой своего хозяина.

И опять на Серова начала давить отвратительная всепроникающая — вот уж каламбур так каламбур — серость. Вот только на этот раз попаданец уже знал, что ждать от демонического жреца и работать ему в комфортных условиях просто не позволил. Подхватил стоящую рядом табуретку и, плотно приложившись, метнул ее в дальний угол комнаты. Сколоченный из толстых брусков снаряд не подвел, влетел точно в грудь культисту и просто смел того с ног.

Давление вмиг прекратилось, и граф, не теряя времени, за каких-то десять секунд расправился с оставшейся в строю вражеской инвалидной командой. Добил раненных, произвел «контроль» — не хватало еще всякую мерзость опасную за спиной оставлять — после чего подскочил к потерявшему ориентацию в пространстве главному демонолюбу и, приставив нож к шее, спросил.

— Что за ритуал там внизу происходит? Отвечай или сейчас отправишься на встречу к своему хозяину! — В этот момент Александра догнал очередной «пульс», заставив на секунду отвлечься от допроса и пару раз ухватить воздух раскрытым ртом. А вот распластавшемуся на полу культисту наоборот, как будто добавило сил, он вновь попытался давить на попаданца, за что тут же получил хороший пинок коленом по ребрам. — И что это за гадость оттуда вылетает?

Последний вопрос граф впопыхах сформулировал максимально криво, но допрашиваемый его явно понял, разбитое его лицо расплылось в широкой улыбке, кажется собственное состояние его совсем не заботило.

— Я попрошу у хозяина твою душу себе в услужение, — попытался рассмеяться культист, но получилось у него не очень хорошо. Серов не успел ничего сделать, как допрашиваемый начал неожиданно задыхаться, кожа его посерела еще сильнее и стала совсем уж нечеловеческого оттенка, и спустя всего десяток секунд так ничего путного и не сказав, демонолюб отправился на свидание с покровителем.

— Кажется его позвали с той стороны, — Александр слабо разбирался в таких вещах просто по неопытности, но вот близкое касание чужой силы почувствовал отчетливо. И это навевало на неприятные мысли, как минимум означая, что кто-то с той стороны за своими зверушками приглядывает. Появилась угроза плена и выдачи ценной информации, тут же дернули за веревочку и обрубили конец.

Серов встал обратно на ноги. Огляделся. Живых на этом этаже не осталось. Прошелся по подвалу, нашел отброшенный впопыхах пистолет, поднял сунул в кобуру. Патронов к нему с собой не осталось, но это же не повод разбрасываться ценным оружием.

Когда наклонялся за пистолетом заметил, что на левой руке кровоточит порез. Видимо где-то он все же не уследил и позволил себя достать, теперь по предплечью на пол стекала тоненькая дорожка его крови. Выматерился, достал из специальной сумки на поясе свернутый в рулон кусок чистой такни и, помогая себе зубами, перетянул конечность, благо рана была пустяковая — глубокая царапина, не более того.

В какой-то момент, сознание Александра кольнула какая-то неправильность. Он еще раз огляделся, а потом посмотрел на комнату иным зрением. Посреди серой мути легким белым светом выделалась сфера, в которой находился сам граф, но не это привлекло его внимание. Кровь, вернее капли его крови на полу светились небольшими белыми «диодами», разгоняя серость вокруг себя на несколько сантиметров. Это открытие заставило молодое божество отчетливо поежится, все же изменения — подчас неконтролируемые — в собственной природе подчас нервировали сильнее чем все враги вместе взятые. С теми хотя бы было понятно, что делать.

Тем не менее времени на долгие рефлексии не имелось, поэтому Серов отбросил тяжкие думы прочь и, подойдя к большому люку в полу ведущему на нижний, не обнаруженный при первоначальном осмотре укрепления, уровень подвала, взялся за массивное металлическое кольцо. Судя по всему, сверху на нем раньше стояла большая бочка с водой, предназначенная для питья гарнизона в случае осады, теперь она была сдвинута в сторону, и ничего не мешало доступу в святая святых демонолюбов.

Глава 12−3

Едва Серов приподнял толстый, обитый по краю железными полосами люк, на него тут же с низу дохнуло тяжелым запахом смерти. Это не фигуральное выражение, именно так смерть и пахла — кровью и дерьмом, ни с чем не спутаешь.

Граф с определённым усилием сдерживая рвотные позывы перехватил поудобнее меч и начал спускаться вниз по кривовато уложенным каменным ступеням. Одновременно он постарался подальше загнать неприятные воспоминания, вытащенные из глубин памяти характерным запахом. Как минимум два раза он с ним сталкивался: в Михайловском соборе, захваченном «террористами», и в дворце Аннии. И оба раза ничего хорошего там не происходило.

— Прими эту жертву, наш властелин! — Откуда-то из-за угла послышался мужской возглас, за ним последовал короткий женский крик и по нервам ударил очередной, еще более отчетливо ударивший по божественной оболочке «пульс».

На секунду Александр остановился, ловя открытым ртом убегающий куда-то кислород и с отвращением ощущая «металлический вкус» на языке, как будто кровь была прямо взвешена в воздухе.

— «Жертвоприношения, ну конечно, можно было догадаться. Ну почему, вы твари, в любой непонятной ситуации начинаете резать людей, откуда эта гадость лезет?» — одновременно с внутренним монологом ноги мужчины уже практически без участия головы несли его вниз. И чего тут было больше, желания спасти людей, наказать ублюдков-демонолюбов или чувства самосохранения в желании прервать потенциально опасный ритуал, не сказал бы даже сам Серов.

— Давайте следующего, — ворвавшись в подземную комнату Александр застал отвратительную картину. Посреди приличных размеров помещения располагался алтарь. Ничем иным эта здоровенная каменная плита быть просто не могла, сейчас с нее двое мужчин в кожаных мясницких передниках за ноги и руки стаскивали тело молодой женщины. Чуть поодаль виднелась целая гора трупов, десятка два тел тех, кого твари уже успели «оприходовать». Возле алтаря с ножом в руке весь с ног до головы заляпанный кровью стоял младший сын покойного уже Валлуя Синора и методично раздавал указания, его видимо вся хтоничность окружающей реальности вокруг совершенно не волновала. Еще несколько человек стояло в разных углах комнаты и видимо тоже делало что-то очень важное, потому что на появление нового действующего лица вовремя никто отреагировать не успел. — Кто там прётся, я же сказал, никому не…

Закончить фразу он не успел. Серов одним большим прыжком преодолел несколько метров и обрушил на главного культиста размашистый косой удар. Клинок будто чувствуя важность происходящего, а может, просто реагируя на взвешенную в атмосфере помещения демоническую энергию, начал светиться ярчайшим белым светом, разгоняя темноту из самых дальних уголков подземелья.

Главный культист успел заметить движение, начал поворачиваться, но противопоставить что-то пламенеющему клинку не смог. Меч, напитанный божественной силой, верой людей в лучшее, в справедливость, в светлое будущее, в конце концов персонально в набирающее силу молодое божество без всякого сопротивления проскочил сквозь тело последнего Синора располовинив того на две неравные части.

Еще буквально полминуты понадобилось Александру, чтобы перебить всех демонопоклонников, которые явно не ожидали нападения и вообще не были к нему готовы. Только один из них попытался что-то сделать, ухватил железную подставку, на которой размещался освещавший подвал масляный светильник и попытался ею ткнуть Серова. Вот только явно не подготовленный и не тренированный полноватый мужик лет пятидесяти двигался с такой удручающей скоростью, что разогнавшемуся графу показался натурально влипшей в смолу мухой. Он даже не увернулся, а оббежал чудака с железной палкой в руках и одним ударов проломил ему череп.

Остановился. Огляделся. Зрение то и дело падало на кучу трупов, отчего к горлу непроизвольно подкатывал комок. Серов с трудом оторвал от ужасающей инсталляции взгляд и сосредоточился на главном. Из большой подвальной комнаты с алтарем в разные стороны вело несколько дверей, намекая на то, что культисты тут обустроились, подойдя к делу с максимальным тщанием.

Впрочем, для начала нужно было разобраться с алтарем. Уничтожь якорь, удерживающий возможность неизвестному пришельцу из-за грани проецировать свою силу в этот мир — все остальное станет уже не так важно.

Серов попытался придумать, чем можно уничтожить плиту — крепкий на вид кусок красного от крови гранита в двадцать сантиметров толщиной и площадью два на метр — но ничего подходящего в комнате не нашлось. Ну да, было бы странно найти тут бочонок с порохом, да и хорошей кувалде тут тоже вроде как делать нечего. Ну а прикасаться к алтарю руками и вовсе желание отсутствовало, чуйка подсказывала, что ничем хорошим это не закончится.

Ничего в итоге гениального не придумав, граф в сердцах поднял свой уже давно превратившийся в нечто большее чем просто кусок стали меч — он, кстати, продолжал светиться хоть и не так ярко, как в начале — и с силой жахнул им об камень. Неожиданно для самого мужчины сталь глубоко вошла в камень, как будто гранит был не твердым, а пластичным как пластилин.

Во все стороны брызнули языки серой энергии, а от клинка по плите наоборот начали во все направления расползаться языки «пламени». Опять же огнем это очевидно не было, просто именно так интерпретировало уведенное буйство энергий сознание человека.

Расползающиеся в сторону языки «светлой» силы, начали «окружать» и «захватывать» целые куски серого противника, нарезая площадь алтаря на сектора и как будто переваривая ее в питательный субстрат. Отдельный «язык» демонической энергии в последнем явно усилии попытался дернуться в сторону самого графа, чья рука продолжала сжимать рукоять клинка, но наткнувшись на «оболочку чистоты», сформированную его желанием, отпрянул и развеялся.

Еще спустя минуту все было кончено. Алтарь захрустел — как камень, который сначала очень сильно нагрели, а потом полили водичкой — и рассыпался крупным гранитным щебнем, по виду которого уже совершенно точно нельзя было предположить наличие каких-либо сверхъестественных свойств. Клинок — Серов прямо почувствовал волны сытого довольства исходящие от гномьего меча, и это, нужно признать, немало его напугало, все же относиться к оружию как к живому существу было как-то странно — впитал в себя чужую силу и погас. В подвале стало резко темно, оказалось, что масляные светильники позволяют едва-едва разгонять тьму, ни о каком комфорте тут речи не шло даже близко.

А еще Серов чувствовал себя… Плохо. Резко навалилась слабость, начала разливаться тянущая боль где-то под черепом, как-то сразу напомнили о себе пережитые за последние недели приключения, начала пульсировать болью порезанная левая рука. Захотелось просто лечь и полежать.

— Чуть позже. Сначала дело, потом отдых, — мужчина тряхнул головой и принялся обходить тайное святилище демонопоклонников в поисках трофеев.

Правило о том, что война должна кормить сама себя, соблюдалось им неукоснительно, ну и кроме того, ему еще корабль нанимать нужно было, чтобы домой возвращаться. А лучше купить, да товарами загрузить, чтобы сразу двух зайцев убить, а на это непременно нужны будут прекрасные желтые кругляши, которые все так любят. Ну и просто, никогда бы граф не поверил в то, что, отступая в самую главную свою цитадель, продавшиеся твари не стянут сюда свое «золото партии». Люди, они всегда думают примерно одинаково, так что теперь после окончания основных геройствований пришло время осуществить самый приятный пункт плана — наложить руку на трофеи. Желательно сделать это быстро и незаметно, пока другие желающие не набежали и не поставили вопрос о дележке. Ну правда же, зачем делиться, если можно забрать все себе?

За ближайшей дверью оказалось очередное складское помещение. Какие-то рулоны с тканями, бочки — вероятно не с водой — куча прочего добра, которое совершенно не заинтересовало Александра. Нет, прибрать его к рукам виделось недурной идеей, но что с этим всем делать конкретно сейчас, было решительно непонятно, так что пускай лежит.

Вторая дверь вела в какие-то жилые помещения. Мягкие диваны, ковры на полу, стеллажи с книгами. А вот дальше уже было более интересное место — кабинет главного начальника. Ну во всяком случае большой стол и здоровенный металлический ящик на это прямо намекали. Ящик оказался закрыт на ключ, пришлось графу возвращаться в комнату с алтарем и обыскивать тело младшего Синора в поисках ключа. Провозившись несколько минут — все было залито начавшей подсыхать кровью, удовольствие, прям скажем, ниже среднего — Александр-таки нашел искомое и вернулся к сейфу.

— Джек-пот! — Ключ без скрипа провернулся, массивная стальная дверца отъехала в сторону открывая доступ к скрытым внутренностям. Серов быстро пробежался по полкам железного чудовища, инвентаризируя его содержимое.

Ничего оригинального на первый взгляд, но добыча приличная. Золото, камни, какая-то ювелирка, вероятно магическая. С десяток подозрительных книг, прикасаться к которым голыми руками совершенно не хотелось, несколько папок с демонической бухгалтерией. В общем стандартный примерно джентельменский набор, у самого графа в Александрове можно было найти похожий. Разве что там магических книг не нашлось бы — их вместе с прочим профильным имуществом Александр всегда Ариену сплавлял — ну и остатки иномирного наследства, попавшие вместе с ним сквозь портал, в том сейфе наличествовали. А так — все тоже самое

Воспоминание о собственном путешествии заставило мысль мужчины вильнуть в сторону. Можно сколько угодно плевать в сторону адептов Темного Ордена, которые устроили резню у него в родном городе — эти события после десяти прожитых тут лет и всех приключений уже подернулись дымкой забвения, но тем не менее, — однако там магам понадобилась всего одна жертва, чтобы открыть полноценный стабильный проход между мирами. Да, там был артефакт, правильное время и место, но и мастерство очевидно присутствовало. А тут уроды режут людей десятками и что? Никакой пользы — дилетантизм он и есть дилетантизм.

Под эти мысли Серов продолжил осмотр подземелья. Обнаружил отходящий в сторону и сейчас заваленный тоннель, какую-то подозрительного вида алхимическую лабораторию и наконец за третьей дверью ведущей из алтарного зала — тюрьму, где в клетках сидели пленники, предназначенные для принесения в жертву иномирной демонической сущности.

Большое помещение, метров пятьдесят примерно, разделенное на небольшие клетушки, половина из которых была уже пуста.

— Есть кто живой? — Серов поднял с каменного пола какую-то валяющуюся тут железяку, оказавшуюся здоровенным кованным ключом, и провел ею по прутьям металлической решетки. Получилось громко, однако даже такой шум на сидящее в клетках «мясо» большого впечатления не произвел.

Александр подошел к одной из камер, посветил внутрь и присмотрелся. На каменном полу вповалку лежало несколько тел мужчин и женщин относительно молодого возраста. В местных реалиях люди стареют быстро, особенно те, кто тяжким физическим трудом занят, а на помощь целителей и алхимиков рассчитывать не может. В тридцать-тридцать пять лет большинство крестьянок уже выглядят глубокими старухами. Тут парни и девушки явно были молоды и еще полны жизненных сил. Теоретически.

На практике пленники выглядели весьма паршиво, на лицо сильное отравление демонической энергией. Неизвестно, как они — учитывая все происходящее в подвале — вообще выжили тут так долго, вон бойцы Александра даже на верхних этажах Башни находиться не могли, может защита какая-то имелась, чтобы не угробить «материал» раньше времени. Так или иначе людей нужно было спасать и выводить, вот только вытаскивать два десятка полубессознательных тел в одиночку Серову не улыбалось совершенно.

Граф подергал прутья решетки — они держались более чем уверенно — подумал секунду, а потом примерил найденный на полу ключ к замочной скважине. Тот без проблем подошел, небольшое усилие и дверь камеры с противным скрипом, от которого у мужчины заломило зубы, отворилась на распашку.

Серов подошел к ближайшему телу на полу и присел перед ним на корточки. Молодая девушка с темными как смоль волосами и едва заметными «восточными» чертами лица. Полноценных азиатов в этом мире не было — как и любых других рас, боги привели в сюда условных европеоидов — однако некое расслоение по фенотипу в человеческой популяции за прошедшие пару тысячелетий все же накопилось. Короче говоря, именно жители Касса — ну так во всяком случае считалось — отличались чуть более смуглой кожей, густыми черными волосами и более «раскосым» глазами. Впрочем сейчас, когда девушка лежала без сознания, закрытые ее глаза выглядели совершенно обыденно.

— Что же с тобой делать? — Бросать людей в беде Серов не мог, но и организовывать полноценную спасательную операцию тоже не горел желанием. Приводить сюда людей снаружи «чистить» помещение от демонической энергии, что-то кому-то объяснять… А там в процессе его трофеям еще ноги кто-нибудь приделает или как минимум заставит делиться. Ну зачем ему это?

Неожиданно решив проверить стрельнувшую где-то в мозжечке идею Александр достал нож и хотел было ткнуть себе в палец, но в последний момент передумал. Вместо этого — тыкать себя острым железом — это больно, даже если в ты на стадии превращения в бога и даже если подобные развлечения уже фактически стали привычным делом — пошевелил немного давящую повязку на левом предплечье. Зашипел от дернувшей боли, но добился своего. Сквозь ткань проступило несколько капель крови, граф обмакнул в нее указательный палец правой руки и с некоторым сомнением — все это выглядело максимально странно — нарисовал на лбу девушки «восьмерку».

— Очнись, я беру тебя под свою защиту, — едва слова были произнесены, как девушка мгновенно открыла глаза. Несколько секунд она не шевелилась, только зрачки бегали по едва подсвеченному лампой помещению очевидно пытаясь понять, что происходит вокруг. После это дернулась и попыталась принять вертикальное положение. При этом судя по перекосившемуся выражению лица ничего хорошего девушка от своего ближайшего будущего не ожидала. — Успокойся. Уже все, все темные твари мертвы, я всех убил. Ты кто, как тебя зовут?

— Я Лара, — с заметным трудом ответила девушка.

— Ты как сюда попала? — Не то, чтобы Серову было реально интересно, тут скорее имела место попытка через короткий диалог немного успокоить несостоявшуюся жертву темного ритуала. Александр надеялся, что она потом поможет ему привести и остальных пленных в чувство.

— Меня похитили, — как будто с усилием вытягивая воспоминания из своей головы озвучила короткую историю своих заключений Лара. — Я… Из Касса… Потом сидела в клетке с рабами. Долго не знаю сколько. А потом несколько дней назад нас всех заставили прийти сюда. Я думала, что это конец.

— Все-все-все, — граф аккуратно взял девушку за плечи и чуть-чуть встряхнул, сбивая с явно готовой начаться истерики. Непроизвольно взгляд мужчины пробежал по фигуре девушке, сейчас практически не прикрытой скудными порванными тряпками. Все что нужно было на месте, на измученную работой крестьянку девушка была совершенно не похожа. Отмыть, приодеть, отдать целителям, чтобы синяки и ссадины подлатали — получится настоящая красавица — Все уже закончилось. Меня зовут граф Александр Серов. Я взял тебя под свою защиту, теперь тебе ничего уже тут не грозит. Теперь нужно…

Договорить он не успел, сзади послышалось какое-то шевеление, одновременно глаза девушки широко раскрылись от удивления и страха, намекая на то, что с той стороны происходит что-то нехорошее. Граф начал разворачиваться, но делал это непозволительно медленно. Уставшее тело совершенно не желало проявлять чудеса ловкости, да еще и поза — сидя на корточках перед девушкой — сама по себе ограничивала возможности моментальное реакции.

Уже понимая, что не успевает Серов попытался вскинуть правую руку, как-то заслониться от опасности, однако клинок демонолюба оказался быстрее. Сталь без всякого сопротивления вспорола плоть на не прикрытой доспехом шее и мгновенно погрузилась на целую ладонь вглубь перерубая горло, артерии и всякие важные для жизни человека нервные пучки.

— «Ключ!» — Успел подумать мужчина, — «он не просто так валялся на полу, кто-то его бросил и спрятался, ну конечно».

Это была последняя мысль, после чего сознания Александра померкло. Он умер.

Глава 12−4

Сколько прошло времени он не знал. Да и вообще время — неприменимая в этом случае категория. Сознание божества висело в пространстве не связанное ничем. Чувства, желания, стремления — все это не имело значения.

— «Где я?» — Запустило вопрос в окружающую пустоту бестелесное сознание.

— «Нигде. Это колыбель нового бога». — Ответ пришел не снаружи, а как будто всплыл внутри. Как будто он всегда это знал, но потребовалось отдельное усилие, чтобы вспомнить.

— «Я умер?»

— «Умерла телесная оболочка. Это необходимый этап для рождения нового божества. Божество не может иметь человеческую природу, это балласт, который необходимо отбросить, чтобы взлететь вверх».

— «Я могу получить ответы не любые вопросы?»

— «Если на это хватит твоих сил. Наших сил». — В последней реплике, при том, что она даже словами оформлена не была, а просто всплывала в виде цельного куска информации, Серов почувствовал толику ехидства.

— «Хочу посмотреть на свою родину».

— «Эээ нет, заглядывать за край этого мира нам еще рано. Слишком мало сил, мы там просто перестанем существовать. Не хватит входящего потока веры от последователей, он так далеко банально не дотянется».

— «Мы?»

— «Ты. Я. Мы. А кого ты тут еще в собственной колыбели хотел найти?»

— «Мои последователи, их вера в меня. Это благодаря им я не умер окончательно?»

— «Смотри».

Серов увидел вокруг себя тысячи уходящих в разные стороны нитей, каждая из которых соединяла его с верующими. Часть нитей горели ярким огнем, часть можно было разглядеть лишь хорошенько приглядевшись.

Вот одна из нитей потухла, а еще несколько зажглось. Сознание молодого божества потянулось к новым последователям и обнаружило себя на площади Карланда, где местные жители устроили ему коллективную молитву. Как Ромул этого сумел достичь, как жрецы Семерки допустили появление молодого и активного конкурента, Александр не знал и ему было не слишком интересно, но факт в том, что прямо сейчас — очевидно время для божественного сознания и для людей тянулось совершенно по-разному, потому что фигурки на «внизу» практически не двигались — к нему тянулись новые и весьма, что отдельно приятно, яркие ниточки новых последователей.

Так же граф — впрочем, в этот момент он не был графом и не был человеком, все человеческое вместе с мертвым телом осталось где-то там в подвале — с легкостью пробежался по своим «владениям», посмотрел на людей в храмах, пообщался с жрецами, немало офигевшими от такого неожиданного способа связи. В графстве все было хорошо, там знали, — спасибо магической почте — что правитель задерживается «в командировке» и не переживали.

А вот территории за границами графства ощущались будто покрытые «туманом войны», полноценно попасть туда молодое божество не смогло, даже несмотря на то, что прямо из тумана к нему оттуда тянулись отдельные ниточки. Видимо знание о новом божестве начало расползаться по континенту, и границы государств остановить этот процесс были не способны.

— «Что дальше?», — «наигравшись» с картой у себя в голове бесплотный дух наконец задал главный вопрос.

— «Дальше ты должен сделать осознанный выбор. Ответить положительно на вопрос о том, хочешь ли ты стать Богом».

— «А если я не хочу? Если мне нравится земная жизнь?»

— «Ты умер. Умер правильно, в соответствии с верой в тебя. Защищая людей и этот мир, именно поэтому ты здесь. Возврата к прежнему уже не будет. Это невозможно».

— «А если я не хочу становиться богом? Как вообще можно существовать в таком состоянии? Я поговорил с сотней человек, осмотрел все свои владения, узнал столько нового в реальности прошла какая-то секунда. Что я буду делать в бесконечности?»

— «Узнаешь, когда решишься сделать этот шаг», — и опять молодому божеству показалось, что внутренний голос ответил с каким-то подозрительным ехидством. — «Дороги назад нет. Вернее есть, но она означает смерть и забвение. Плохо быть падшим богом, еще хуже — не родившимся падшим богом».

— «Сколько времени у меня есть?»

— «Сколько угодно. Время — это субъективная штука, тут его нет. Во всяком случае сейчас, потом к тебе начнут прибывать первые души…»

— «Души?»

— «Ну ты же сам написал в своей книге, что души праведников и просто достойных людей попадают к тебе в „рай“. Души недостойных — в „ад“, а те, кто не заслужил ни того ни другого -отправляются на перерождение. Твои последователи верят в это, а значит так есть. Здесь это работает только так. Есть твоя воля и совокупная воля всех твоих почитателей, больше ты ничем не ограничен».

— «А потом?»

— «А потом тебя… Нас ждет долгая-долгая работа богом в этом мире. Сначала нужно будет распространить сформировавшийся уже культ по континенту, избавиться от конкурентов, помочь людям избавиться от давления других разумных, выплеснуться в конце концов за пределы континента. Эта планета не меньше Земли, то, что местная человеческая цивилизация до сих пор ютиться на небольшом клочке суши, иначе как недоразумением назвать сложно».

— «Ничего не имею против других разумных», — попытался было возразить сам себе Серов, но был оборван внутренним голосом.

— «А твои последователи считают тебя защитником людей. Людей, а не всех разумных. Поэтому… Нужно было думать о таких мелочах заранее».

Некоторое время — опять же «время» тут можно было отмерить только очень условно — молодое божество пыталось осознать свои перспективы, однако осознать свое будущее в качестве полноценного божества сознание на этом уровне было просто неспособно. Как объяснить слепому отличие красного цвета от зеленого, это вполне можно понять с точки зрения физики и длины волн, но вот именно осознать — нет.

Однако в конце концов, решение принимать было нужно. И Александр все же сделал свой выбор.

Для сидящей на грязном каменном полу Лары все вышеописанные события уместились в какую-то секунду времени. Вот она приходит в себя, рядом с ней сидит здоровенный и весьма симпатичный мужчина, закованный в тяжелую стальную броню. Вот он говорит о том, что пришел ее спасти — совсем как в тех романах, которые во множестве хранятся в библиотеке ее отца — а потом откуда-то из темноты выскакивает какая-то тварь с перекошенным лицом и всаживает ее спасителю нож в горло. Что она испытала за эти мгновения, даже описать невозможно.

Но самое странное, удивительное и одновременно пугающее произошло дальше. Мужчина вместо того, чтобы повалиться на пол и заливаясь собственной кровью умереть, дернулся, вспыхнул светом — настолько ярким что у девушки начали прыгать зайчики в глазах — поднял руку, выдернул из собственного горла нож, поднялся, развернулся и посмотрев на опешившего от такого развития событий демонолюба произнес.

— Сгинь.

Казалось бы, простое слово, не подкрепленное ничем серьезным, но только что пытавшийся убить его культист от банального набора звуков просто развеялся прахом. Лара видела немало магии в своей жизни, у нее самой имелся не слишком серьезный, но все же магический дар, однако ни о чем подобном девушка даже близко не слышала.

Еще больше ее впечатлила рана на шее мужчины. Она, едва клинок был извлечен из шеи, наполнилась светом, а потом просто заросла. Исчезла, не оставив после себя даже и следа.

Мужчина повернулся обратно к девушке и протянул ей руку. Лара совершенно автоматически протянула в ответ свою и через мгновение оказалась на ногах.

— Ты же… — Уроженка Касса, не найдя подходящих слов, вопросительно ткнула пальцем в шею своего спасителя. Не слишком вежливо, но, учитывая обстоятельства, все правила приличия как-то сами собой отошли на второй план.

— Ну нет, — рыцарь в доспехах отрицательно мотнул головой и усмехнулся. — Для того, чтобы убить аватара светлого Бога нужно чуть больше, чем какой-то вонючий кусок стали. А теперь помоги мне привести в порядок остальных.

Интерлюдия 4

В Шаншине, столице Ронделийского царства в этот день было не спокойно. На площади перед столичным собором Фастена — это было одно из главных мест почитания бога ремесла на континенте — собралась огромная толпа горожан. С выстроенного специально под такое мероприятие помоста на всю площадь вешал жрец в вышитой золотыми молотками тунике, отсылающей к специализации его божества.

— Их лживые речи коварны! Они обещают блаженство, но забирают ваши души! Их нельзя слушать, с ними нельзя разговаривать! Даже находиться рядом с ними опасно! Их можно и нужно только уничтожать. Очистить их души данным нашим божеством священным огнем.

Главным символом бога Фастена был кузнечный горн с полыхающим внутри пламенем. Пламя это было созидательное в отличии уничтожающего все и вся огня бога войны Армеса. В этом огне рождался металл, тесто превращалось в хлеб, он давал тепло и защиту. Теоретически. Ну правда, кто может запретить очень сильно не любящему конкурентов жрецу сжечь на этом же «божественном» огне еще и пару еретиков. Или не пару. В конце концов боги, они далеко, на призывы своих слуг уже очень давно не откликаются, и видимо на этот мир просто забили. А может потеряли сюда доступ или — вот уж богохульство так богохульство — вовсе погибли и перестали существовать в изначальной форме. Кто знает, это же не повод теперь отдавать какому-то выскочке власть над телами и душами — а еще конечно же над деньгами, но тсс-с, вслух об этом приличные люди конечно же не говорят — паствы.

— Не слишком ли? — Ронделийский царь стоял на втором этаже одного из окружающих площадь особняков и без всякого воодушевления смотрел на творящееся на площади. Конкрейн I считал себя просвещённым, образованным монархом, и вот эта вся церковная дикость не нравилась ему абсолютно. С другой стороны, в деле дележа власти не бывает слишком грязных решений. Бывают действенные и нет.

— Таково было условие церковников, ваше величество, — первый министр царства стоял в нескольких шагах от монарха слегка склонив голову.

— Я бы предпочел все же чуть менее кровавые решения.

Как будто услышав слова венценосца, церковники на площади принялись разжигать огонь под заранее сложенными кучами валежника. Посреди подготовленных к самому главному действу костров стояло несколько деревянных столбов, к которым были привязаны люди. Жрецы Фастна решили преподать жителям Шаншина максимально наглядный урок и сжечь «еретиков» заживо. Монарх был от этого не в восторге, он вообще не любил казни, рационально считая такие «развлечения» бесполезной тратой человеческого материала. А уж в такой форме — и вовсе.

Вот только так складывалась политическая ситуация, что союз с жрецами Семерки был правителю ронделийского царства нужен как воздух. На севере ситуация с эльфами оставалась напряженной. В оставшемся без правителя Солоране началась натуральная гражданская война за трон, ветланцам пришлось переключить свое основное внимание с южного направления на северное. С юга очередной раз подляну устроили гномы, из-за каких-то своих внутренних причин перекрыв транзитные туннели под горами, это больно ударило по торговле государства. С запада у царства традиционно напряжённые отношения были с Корвианой. А со времени эпидемии серой чумы прошла всего пара лет, и восточные провинции царства еще даже близко не восстановились от нанесенного магической заразой ущерба.

Конкрейн I чувствовал себя защитником осажденного замка, и какая-то «новая секта» во главе в самозванным графом из самой задницы Вольных Баронств ему под носом была совсем не нужна. Тут интересы правителя и церковников сошлись в одной точке, фактически не оставив никому выхода.

На площади меж тем жрецы Фастена — пока не слишком хорошо разгорающийся из-за влажной погоды хворост потихоньку начинал обрастать отдельными язычками пламени — продолжали накручивать толпу. Впрочем, даже просто сожжение еретиков уже само по себе было по-настоящему изысканным угощением в плане массовых шоу. Как уже говорилось Конкрейн I казни на жаловал и предпочитал отправлять преступников на пожизненную каторгу. Итог примерно тот же, но выгоды куда больше.

— Каждый желающий спасти собственную душу обязан убивать еретиков, где бы их не встретил. Никакой торговли, никаких переговоров. Каждому, кто убьёт еретика будет обеспечено доброе посмертие, а его потомки получат благословение от нашего божественного покровителя!

Изначально церковники и вовсе хотели объявить «благословенный Семеркой» очищающий поход в Баронства, более того предлагали кампанию даже профинансировать растрясся под это собственную мошну, что вообще-то делать крайне не любили. Вот только лишних войск у ближайших правителей не нашлось, и даже обещанное золото тут не так уж грело Конкрейна. Золото — это хорошо, но гораздо лучше товары, которые можно за него купить. А вот покупать-то как раз — или в данном случае нанимать наемников — было нечего и негде. Опять же жрать золотые кругляши не будешь, и в осаждающих твой замок врагов их кидать тоже бесполезно. Так что обошлись пока полумерами, призванными не допустить дальнейшее распространения опасного культа.

— Господин наш! — Перекрывая шум толпы, закричал бородатый мужчина, привязанный к столбу. Языки пламени начали потихоньку подбираться к его ногам, развязка всего действа очевидно была все ближе. — Помоги нам, облегчи наши страдания, прими наши души!

Неожиданно для всех плотные осенние облака, уже который день закрывающие небо над столицей, чуть раздались в стороны, и на площадь упало несколько прямых солнечных лучей. И надо же так случиться, что упали они прямо на помосты с разгорающимися на них кострами, как будто кто-то сверху пожелал подсветить все происходящее огромной лампой.

Более того сразу после этого казнимые — которые по задумке церковников вообще-то должны были мучиться, корчиться от боли, просить пощады или хотя бы быстрой смерти, тем самым развлекая толпу и служа примером возможных кар за впадение в «ересь» — начали разом улыбаться, смеяться и хором возносить хвалу своему богу. Ложному конечно же.

Ложному, но то, что им всем не больно и не страшно умирать, стало заметно каждому, отчего воспитательный эффект оказался, мягко говоря, смазанным. А тут еще и хворост неожиданно резко начал разгораться все сильнее, будто в него масла плеснули, и спустя минуту фигуры казнимых оказались окончательно скрыты от посторонних глаз за дымом и языками пламени. А когда спустя короткое время огонь спал, глазам удивленного люда открылись обугленные, но совершенно пустые деревянные столбы без всяких привязанных к ним тел.

— Твою мать… — Тихо пробормотал наблюдающий за всем представлением ронделийский царь. Стоящий рядом советник промолчал, но мысленно был со своим сюзереном полностью согласен. Таких явных проявлений божественных сил в этих краях не видели уже очень давно. И учитывая обстоятельства, ничего хорошего для страны и лично для монарха все это предвещало.

А еще заставляло крепко задуматься. Очень крепко.

Лондон — Барселона

Июль-Ноябрь 2024

* * *

Таким образом 7 том приключений Александра Серова в магическом мире окончен. Он стал сильнее как феодал, перешел на новую ступень бытия, переродился в полноценного бога, но все же выбрал для себя земные приключения. Надеюсь вам понравилось, особенно в плане финального твиста. Становление Богом через смерть — не слишком оригинально, но мне нравится.

Вообще я постарался соблюсти баланс в этой книге. Тут и для любителей хомячизма и экономического развития был материал, и для любителей приключалова, и для любителей больших битв, и даже наметки на новую романтическую линию появились. Ну и основной сюжет вроде как хорошо продвинулся вперед.

Поскольку серия большой популярностью не пользуется, предсказывать сроки начала работы над 8 томом я не буду. Этот я написал чтобы отвлечься от АИ и просто потому, что мне нравится созданная вселенная. Ну и потому что мне регулярно писали в личку и спрашивали насчет продолжения. Может через полгодика или годик наваяю еще том.

Впрочем, как я и раньше говорил, серия в любом случае будет закончена. Рано или поздно, так или иначе. А пока читатели могут скинуться лайками и комментами, чтобы показать, что книга им зашла. Или не зашла. А еще накидать идей для следующего тома, может что-то я и использую.

Спасибо, что читали))

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

За порогом 7. За труды и отечество

Content

За порогом 7. За труды и отечество

Глава 1−1

Глава 1–2

Глава 2

Глава 3−1

Глава 3−2

Глава 4−1

Глава 4−2

Интерлюдия 1

Глава 5−1

Глава 5−2

Глава 5−3

Глава 5−4

Глава 6−1

Глава 6−2

Глава 7−1

Глава 7−2

Глава 8−1

Глава 8−2

Глава 9−1

Глава 9−2

Глава 9−3

Интерлюдия 2−1

Интерлюдия 2−2

Глава 10−1

Глава 10−2

Глава 10−3

Глава 11−1

Глава 11−2

Глава 11−3

Интерлюдия 3−1

Интерлюдия 3−2

Интерлюдия 3−3

Интерлюдия 3–4

Глава 12−1

Глава 12−2

Глава 12−3

Глава 12−4

Интерлюдия 4

Nota bene