Владимир Голяховский

Развитие западного интеллектуализма. Этапы зарождения идей в обществе (от обезьяны до Данте)

Кто меня враждебной властью

Из ничтожества воззвал,

Душу мне наполнил страстью,

Ум сомненьем взволновал?

Александр Пушкин, 1828

VLADIMIR GOLYAKHOVSKY

THE DEVELOPMENT OF WESTERN INTELLECTUALISM

Stages of the origin and development of new ideas in society (From Apes to Dante)

Illustrations by the author

Zakharov Publishing House

2007

Иллюстрации автора

Аннотация

Мы есть то, что мы знаем и умеем. Знания и умение выражают индивидуальную сущность каждого человека, его интеллектуальные способности. Развитие интеллекта явилось высшим проявлением эволюции человека. Но как нет двух одинаковых организмов, так и уровень интеллекта у всех разный. Людей с очень высоким уровнем интеллекта, с обширными знаниями и широкими интересами называют интеллектуалами. Среди них всегда были люди – генераторы новых идей и полезных изобретений. Хотя они не занимали ключевых позиций, многие из них способствовали развитию прогресса истории. Общее проявление исключительности этих интеллектуалов называется интеллектуальностью.

Развитию интеллекта и интеллектуальности посвящено мало книг, они рассчитаны на читателей с обширными знаниями и глубоким интересом к предмету, насыщены научным материалом и интеллектуальными рассуждениями. Предлагаемая книга отличается тем, что она рассчитана на широкий круг неподготовленных читателей и не требует от них специальных знаний, кроме общего интереса к истории культуры. В ней изложен ход возникновения, формирования и развития интеллекта и, без упрощения предмета, представлено место и значение интеллектуализма в истории. Написанная в форме живых рассказов, она содержит интересные жизнеописания и яркие факты истории культуры, богато украшена иллюстрациями и стихами на исторические темы. Цивилизации Запада и Востока с самого начала шли разными путями, и ход развития интеллектуализма в них тоже шёл по-разному. Эта книга ограничена описанием интеллектуализма только в западном мире.

Повествование открывается рассказом о египтянине Имхотепе, первом в мире известном по имени интеллектуале, жившем около пяти тысяч лет назад. Он был визирем фараона, архитектором, учёным и врачом, его творение – ступенчатая пирамида Джосера в Саккаре – было первым большим каменным зданием в мире и сохранилось до сих пор. Затем следуют рассказы о роли интеллектуализма в становлении древнейших цивилизаций и религий в Египте и Месопотамии. Они более всего повлияли на ход развития цивилизаций западного мира.

В главах о доисторическом периоде рассказано о предпосылках познавательных способностей. Они зародились у лесных обезьян в Африке семь миллионов лет назад, когда те спустились на землю в поисках новых источников питания. Толчок к началу эволюции и зарождению интеллекта был простой – голод. За три миллиона лет они превратились в прямоходящих двуногих полуобезьян, в клетках их мозга произошли генетические сдвиги, мутации, которые ускорили формирование новых нервных центров и связей. На самых ранних этапах будущий интеллект выражался в вырабатывании примитивных навыков – использовании камней и палок для защиты и добычи. Затем развивавшийся интеллект привёл первобытного человека к умению пользоваться огнём, к строительству укрытий и созданию каменных и костяных орудий.

Около ста пятидесяти тысяч лет назад сформировался наиболее совершенный вид двуногих – Homo sapiens, человек мыслящий, и новые люди распространились по всему миру. На том этапе их высшим интеллектуальным достижением было создание разговорной речи как средства общения и информации и изобразительного искусства. В их сознании зарождалась вера в непонятную высшую силу природы, она дала начало проявлениям культового поклонения. В этом было проявление интеллектуальной способности абстрагировать от общего к конкретному, частному. Из этого стали возникать ранние формы религий. Наиболее древним образцом религиозного поклонения были пещерные росписи эпохи плейстоцена, созданные тридцать тысяч лет назад. Возможно, это могло быть началом развития европейской цивилизации, но оно остановилось из-за наступления ледникового периода.

В последующих главах ведутся рассказы об участии интеллекта в создании колеса, в концепции счёта и времени, в зарождении письменностей и в создании алфавитов.

Следующие после Имхотепа известные по именам интеллектуалы жили в Древней Греции около трёх тысяч лет назад. Рассказывается о первых поэтах Гомере и Гесиоде, об их эпических поэмах, ставших основами античной литературы и мифологии политеизма. За этим в развитии интеллектуализма следовал этап перехода к научной и логической философии как школе жизни. Описана жизнь и работы греческих философов – Фалеса, Сократа, Платона и Аристотеля, и их влияние на интеллектуализм последующих веков. За ним следуют рассказы о расцвете культуры эллинизма в Афинах, об Александрийской школе учёных и философов.

В ту же эпоху возникла и развивалась иудейская цивилизация с созданием первой монотеистской религии единого Бога. Об этом рассказано в истории написания Библии и о её интеллектуальном влиянии, о древнееврейских царях Моисее, Давиде, Соломоне, и о пророках, с легендами и фактическими сведениями о них.

Три большие главы посвящены развитию культуры и интеллектуализма в Римской империи, достижениям классического мира в ней. В них включены описания создания юриспруденции (римского права), литературы на латинском языке, строительство Колизея, Форума, Пантеона, ансамблей зодчества, приведены факты из жизни интеллектуалов и императоров, которые были создателями римской цивилизации и её искусств.

Интеллектуализм отдельных личностей играл важную роль в развитии религий.

В главах об этом представлены история возникновения христианства и рассказы о личностях Иисуса Христа и апостола Павла. Описано, как распространение христианства и его интеллектуальное влияние отразились на падении Римской империи.

В главах о наступивших затем Средних веках рассказывается история арабских завоеваний и возникновения ислама, жизнь пророка Мухаммеда, а также влияния арабского стиля ислама на культуру западного мира в эпоху Средневековья. В наступившем новом этапе развития Европы описана жизнь и интеллектуальное влияние Карла Великого, история формирования государств, укрепления христианства и начала монастырского образования. В рассказах об интеллектуалах-просветителях того периода описаны их ранние интеллектуальные сомнения в религиозных доктринах. Это заложило начала теологии новых времён, во многом основанной на учениях древних греческих философов. Затем описана история возникновения первых европейских университетов и новых пышных религиозных храмов. Интеллектуалы того времени возрождали искусство литературы, скульптуры, живописи и музыки, рассказы об этом изложены в историях о жизни их создателей. Важным достижением интеллектуализма той эпохи явилось создание национальных литератур. Первым примером великого произведения была поэма Данте «Божественная комедия». Данте явился провозвестником эпохи Проторенессанса. Его жизни и истории создания поэмы посвящена последняя глава.

С эпохой Возрождения и после неё последовал целый каскад великих достижений интеллектуализма. Но это настолько сложный и богатый фактами раздел истории, что рассказ об этом мог бы перегрузить книгу, это предмет отдельного описания.

Synopsis

We are what we know and what we are capable of doing. Knowledge and skills are the expression of the essence of each human being – in other words, his or her intellectual abilities. The development of intellect is the supreme manifestation of human evolution. Just as there is an enormous diversity of organisms, there is a great variety of intellectual levels. People who have a very high IQ, who possess broad knowledge and have diverse interests, are called the intellectuals. Among them, throughout history, have been those who have generated new ideas and useful innovations. Even though they have not always held key positions in society, many of them had an impact on the progress of history. The combined manifestation of high intellect of these people can be determined as the intellectualism.

Few books have covered the evolution of intellect and intellectualism. The ones that have been published are usually meant for readers with broad knowledge and profound interest in the subject. They contain highly scholarly materials and intellectual arguments. This book is different.

It targets a wider group of readers, those who don’t possess special knowledge on the subject, but who are interested in history and different cultures. It addresses the origin, formation and development of intellect and, without simplifying the subject, demonstrates its place and significance in history. Written in the form of lively short stories, it contains exciting descriptions of the lives of famous individuals and interesting facts from the history of civilization. The stories alternate with illustrations by the author and his poems on historic themes. From the very beginning, Western and Eastern civilizations developed in different ways. The same was true of the evolution of the Western and Eastern intellect. This book addresses intellectualism in the Western world.

The book opens with a story about the Egyptian, Imhotep, the first known intellectual in the world, who lived about five thousand years ago. He was a vizier to a Pharaoh, an architect, scholar and physician. His Pyramid of the Steps was the first large stone structure in the world and has been preserved to the present day. The opening story is followed by accounts of the role of intellectualism in the most ancient civilizations and religions in Egypt and Mesopotamia. These have had a strong impact on the course of development of the Western world.

The chapters dedicated to prehistoric times serve as the explanatoty for the development of cognitive abilities. It originated in the brain of African forest apes when they descended from the trees onto the ground in search of new sources of food. It was hunger that facilitated evolution and laid the groundwork for the development of intellect. Over three million years, the apes evolved into vertically-walking two-legged semi-apes. Genetic changes and mutations took place in their brain cells, which accelerated their development and formation of new nervous centers and ties. At the very early stages, rudimentary intellect was expressed through development of the simplest skills – the use of sticks and stones for defense and hunting. Gradually developing intellect led to the use of fire, to construction of shelters and creation of weapons made of stone and bone.

About one hundred fifty thousand years ago the development of the most perfect type of the two-legged creature – homo sapiens, a thinking human being – appeared. New human beings spread all over the world. During that phase, their highest intellectual achievements were the creation of spoken language as a means of communication of information, and the development of visual art. The concept of faith to explain the incomprehensible forces of Nature settled in their minds. That was the beginning of religious worship.lt was the manifestation of a new ability to abstract from the concrete, the particular to the general. Early forms of religion arose in that manner. Cave drawings in Western Europe, created thirty thousand years ago, were the oldest examples of religious worship. That skill could represent the beginning of the development of European civilization, a progression which was halted by sliding glaciers ten thousand years later.

The next chapters of the book cover the application of intellect to the development of the wheel, to the concept of counting and time measurement, and to creation of written languages and alphabets.

The next known intellectuals after Imhotep lived in Greece about three thousand years ago. They included the first poets Homer and Hesiod. Their epic poems laid the foundation for classical literature and the mythology of polytheism. That period in the development of intellectualism sparked the transition to scholarly and logical philosophy as the school of life. Several chapters are then dedicated to the life and work of Greek philosophers Thales, Socrates, Plato, and Aristotle and their influence on intellectualism during the subsequent centuries. Stories about the flourishing of the Hellenic culture of Athens, about its dissemination throughout the empire created by Alexander of Macedonia, and about the Alexandria school of scholars and philosophers are also included.

During the same epoch, the Hebrew civilization originated and developed with the introduction of the first monotheistic religion of one God. One of the stories tells about the writing of the Bible and about its intellectual impact on future generations, and about Hebrew Patriarchs and Prophets – Moses, Ezra, David, Solomon at al, and includes legends about them and their lives.

Three long chapters are dedicated to the development of culture and intellectualism in the Roman Empire and the achievements of the classical world. They encompass the creation of Roman law, Latin literature, achievements in construction, architecture and sculpture, as well as life stories of intellectuals and emperors who created Roman civilization and art.

Intellectualism of private individuals played an important role in the development of religions. The history of the origin of Christianity and stories about Jesus Christ and the Apostle Paul are the subject of subsequent chapters. They describe how the spread of Christianity and how its intellectual influence sped up the fall of Roman Empire.

In the chapters dedicated to the Dark Ages, the story of the creation of Islam by Prophet Mohammed, the story of his life and the writing of the Koran, as well as the influence of Islam on the culture of the Western world in the Middle Ages are covered. The new development of Europe during the Middle Ages and the intellectual impact of Charlemagne, the history of the origin of the state, the strengthening of Christianity, and the beginnings of monastic education are the subject of the next chapters. In stories about intellectuals in pursuit of enlightenment, their early intellectual doubts about religious doctrines are described. That skepticism laid the foundation of new theological thinking based to a great extent on the teachings of ancient Greek philosophers.There is next adescription of the founding of the first European universities and construction of new, pretentious religious temples. Intellectuals of that time were resurrecting the arts of literature, sculpture, painting, and music. Their life stories are the subject of subsequent chapters. Creation of national literatures was an im portant achievement of that epoch. The first example of great work of literature was Dante’s poem The Divine Comedy. Dante’s work was the forerunner of the humanism that flowered during the Renaissance. The last chapter of the book is dedicated to his life and the creation of his epic poem.

With the advent of the epoch of the Renaissance and the period, that followed, a cascade of great achievements of intel-lectualism took place. This era is so rich in events and so complex that it could easily overburden this book. It deserves a separate study.

Translated from Russian by Regina Kozakova

Предисловие

В эпоху всеобщей грамотности и повсеместной специализации выработанные тысячелетиями интеллектуальные возможности, знания и умения стали для людей привычным явлением. Интеллект превратился в своего рода пьедестал, на который взошел человек. Но где, как развивались силы, поставившие наших пращуров на путь зарождения интеллекта? Как и почему «враждебная власть» первобытной Природы «воззвала» нас стать человеками, заполнив наши души страстями, а ум – сомнениями?

В историческом сложном аспекте

Мы стоим на своём интеллекте.

Интеллект человечеству стал,

Как для статуи – пьедестал;

Но ещё интересный аспект:

Как развился он, наш интеллект?

Как из древней простой обезьяны

Получились ума великаны,

И явились такие таланты,

Как Сократы, Эйнштейны и Данты?

С эволюцией человека интеллект становится специфической высокой формой сознания. Его развитие обусловлено двумя факторами: внутренним – механизмом строения нервных клеток человеческого мозга и внешним – традициями культуры общества. На этапах истории интеллект всё более превращался в рабочий инструмент человечества. Именно он определял развитие и роль отдельных личностей и всего человечества.

Однако средний уровень развития интеллекта не смог бы привести к тому прогрессу науки и искусства, который мы имеем сегодня. Уровень умственного развития разных личностей всегда был различен. Высшую его степень называют ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОСТЬЮ, а людей, обладающих ею, – ИНТЕЛЛЕКТУАЛАМИ. Интеллектуал – это человек-генератор прогрессивных идей, обладатель обширных знаний, разнообразных интересов и большого кругозора. Эти качества интеллектуалов во многом стимулировали развитие общества в целом. Истинные интеллектуалы – большая редкость, их высокий интеллект почти всегда направлен на прогресс в разных сферах знаний. Интеллектуалы не обязательно достигают при жизни признания. Наоборот, многие из них стояли и стоят в оппозиции к власти и страдают за это. Не всегда быстро и эффективно, однако в конечном итоге именно они влияют на развитие общества своими идеями.

Вот какие вопросы возникают по поводу зарождения и развития интеллектуализма: когда интеллект людей был уже достаточно высоко развит, какие условия вызвали к жизни высочайшие формы его проявления в отдельных личностях? Кто были первые интеллектуалы, что и как они сделали для прогресса и совершенствования жизни людей в мире?

В исторической литературе не много книг, рассказывающих широкому кругу читателей о развитии интеллекта – группа историков этой области очень мала. Я решился рассказать о развитии интеллекта, хотя по образованию я не историк, а врач-хирург. Любительство в истории отличается от профессионализма меньшей глубиной познания, но оно способно давать более широкий взгляд, не стеснённый узостью профессии, потому что история – это не только наука, но ещё и искусство. Для понимания истории надо её чувствовать, для этого нужна особая интуиция. Многое в истории было понято и открыто любителями. Американские историки культуры, супруги Уилл и Ариэль Дюрант, писали: «Большая часть истории – это догадки, а остальное – просто личные убеждения историков». И я тоже почувствовал место интеллекта в развитии истории мысли и представляю здесь это в моём понимании. Для проникновения в глубины истории подходит метод интеллектуального предположения – что и как могло происходить в древние времена. Для этого надо уметь воображать и чувствовать возможные условия развития.

Есть два пути описания истории: один – это следование ходу событий – истории фактов; другой – следование истории культуры. События, факты и культура времени оставляют после себя материальные следы: памятники архитектуры, рукописи и изображения. Но сознание и интеллект далеких времен не оставляют материальных следов своего возникновения и развития. Какую голову, когда и почему озарила первая искра сознания?.. Когда и как возникла идея поклонения Высшему Существу?.. В чей мозг пришла идея первой письменности?.. Ответов на это нет. Историю мыслей и идей приходится восстановливать по косвенным признакам рациональности их возникновения, по общему фону событий, которые им способствовали (а иногда и мешали).

История не просвечивается насквозь: как глубоко ни проникай в неё, всё равно что-то было раньше и какие-то стороны культуры останутся неосвещенными.

Возникающие цивилизации накладывались одна на другую, их слои скрывали в своих глубинах сложное сплетение из недораскрытых и недопонятых фактов и событий.

Один из историков признался: «Бог не в состоянии изменить прошлое, для этого он придумал историков». Это, конечно, интеллектуальная шутка. Пишущие об истории люди никого не обманывают, но они могут сами заблуждаться на уровне своего времени. Поэтому и понимание истории тоже меняется с новыми открытиями, в новых условиях и с развитием интеллекта новых поколений.

Я описываю развитие общества посредством рассказов о его интеллектуалах, о них самих и их влиянии на жизнь и развитие истории. Чтобы не перегружать текст и чтобы идея книги была ясна и доступна, я старался соблюдать баланс между описанием исторических фактов и местом интеллекта в них. Для этого мне приходилось отбрасывать многое из массы событий, как скульптору надо отсекать от глыбы мрамора всё лишнее, ненужное. За всю историю было немало интеллектуалов, но мне пришлось ограничиться описанием только некоторых из них. За пределами моего описания остались тысячи известных или безымянных людей, которые тоже могли влиять на эволюцию культуры и ход истории.

Одним из связующих моментов развития интеллекта было зарождение религий. С самого возникновения религий стали основой многих аспектов цивилизации. И на всех этапах истории интеллектуалы вносили свой вклад в развитие религий. Я представляю это в своей интерпретации, в своём понимании значения религии для развития общества. Некоторым мои представления могут показаться противоречащими традиционным, но это – вопрос спорный.

Всю историю человечества образно можно представить себе в виде большого ветвистого дерева: скрытые под землёй корни – это как бы происхождение человека из глубины Природы; ствол дерева – это его общее начальное развитие; а раскидистая крона с пышной листвой, ветвями и огромными сучьями – это формирование народов и линии их развития – иногда прямые, но чаще искривлённые, а то и вовсе засохшие.

Ветвистое дерево истории такое же большое, как велик сам мир со множеством разных народов – западных и восточных. На одной стороне дерева истории растут ветви культуры западной, на другой – ветви культуры восточной. Западному человеку понять движущие силы и побуждающие причины развития интеллектуализма Востока трудно – Восток во многом развивался другими, собственными путями. «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись», – писал поэт-интеллектуал Р.Киплинг. Не сошлись они и в этой книге. Я ограничился описанием истории интеллекта Запада, лишь упоминая о тех интеллектуалах Востока, которые повлияли на западную мысль.

Я знаю, что книги по истории читать скучно – копание в прошлом интересует очень немногих. Британский историк Ян Кершо считал, что «историки всегда пишут книги для самих себя». Но если представить историю в рассказах об интересных личностях, о развитии сознания и интеллекта – наверняка кто-то заинтересуется этим. Я добавил ко многим главам стихи на исторические темы – свои и других поэтов, и украсил текст богатым подбором своих иллюстраций. Это придаст ему большую живость и ясность. Надеюсь, что моя книга заинтересует людей, склонных к интеллектуальному анализу. Несомненный интеллектуал Вольтер писал: «Я хочу знать, через какие стадии человек прошёл от дикости до цивилизации».

Доктор Владимир Голяховский,

New York, 2007

1. Легенда о первом в мире интеллектуале

Почти 5000 лет назад в Древнем Египте жил знаменитый архитектор и великий врач по имени Имхотеп. Он был визирем фараона Джосера и построил для его захоронения первую пирамиду. В главе рассказывается история жизни и творчества легендарной личности первого известного по имени интеллектуала Имхотепа.

……………………………….

Человек боится времени, а время боится пирамид.

Египетская пословица

Полотно истории соткано из мифов и легенд. Мифы отражали фантазию, мечты о несуществовавшем. Но в основе легенд всегда лежала правда жизни. Легенды о людях прошлого – это бесценный кладезь истории. Люди уходили, а легенды о них оставались. И чем больше сделал человек при жизни, тем дольше жила легенда о нём. Легенда о египтянине по имени ИМХОТЕП – одна из древнейших, ей почти пять тысяч лет. Имхотеп – первый ученый, известный по имени: великий врач, лучший переписчик своего времени (это ценилось очень высоко), поэт, архитектор и строитель самой первой египетской пирамиды. Согласно легенде, он был человек огромных знаний, генератор идей в науке и искусстве на тысячи лет вперёд – он был тем, что называется ИНТЕЛЛЕКТУАЛ.

Рассказ о нём надо начинать издалека – с 3200-х годов до н. э. Вождь Менее, глава одного из египетских племён, сумел объединить народы двух государств – Верхнего и Нижнего Египта. Страна простиралась вдоль плодородных прибрежных долин Нила, самой длинной реки мира. Нил обладал уникальной особенностью: каждые четыре месяца наступал сезон разлива, после которого египтяне снимали в долинах богатый урожай. Поэтому там рано образовались оседлые аграрные общества и уже в пятом тысячелетии стала формироваться цивилизация, одна из древнейших в мире.

Менесу приписывается строительство первой столицы Египта – города Мемфиса – на берегу Нила (близ теперешнего Каира). В те времена владыку не называли фараоном – этот титул стали использовать через два столетия, он символизировал единение власти и религии в одном лице: в Египте фараон считался главным земным богом. Египтяне верили, что бог-фараон даёт указание Нилу разливаться, поэтому он почитался настоящим отцом-кормильцем народа. Остальные боги были мифическими созданиями.

За два столетия столичный город Мемфис превратился в громадный богатый центр, в нём жило пятьдесят тысяч человек – вся бюрократия страны, имевшая сложную иерархию. Имелась также школа писцов, где изучались искусство письма, многочисленные мифы, легенды о походах фараонов и литература – записанные ранее тексты. Там же обучали системе мер и весов, экономике, архитектуре и, возможно, другим искусствам. Насколько можно себе представить, это была первая в мире школа университетского типа. Верхушка Египта была образованной.

Но уровень знаний и представлений в Древнем Египте диктовался постулатами религии. Она развивалась под влиянием условий жизни и с развитием государства оформилась в систему миропонимания. В культуре и повседневном быте Египта главенствовал абсолютный религиозный символизм. То, что сегодня называется суеверием, там было правилами поведения – наукой жизни. Религиозный символизм диктовал всё, но особое значение он приобретал в вопросах веры в загробную жизнь и культ мёртвых. По оставшимся захоронениям состоятельных египтян можно себе представить, что все усилия людей были в философском и бытовом плане направлены на одно: пока ты существуешь, готовься к жизни после смерти. Богатое воображение, фантазия в подготовке к загробной жизни стимулировали искусство мумификации тел и расцвет изобразительных искусств.

Для погребения богатых и влиятельных людей к западу от Мемфиса предназначалось кладбище Саккара, названное в честь бога похорон Сокара. Египтяне знали, что солнце опускается на западе, и считали, что туда вместе с солнцем спускался и сам бог солнца Ра, или Амон-Ра. Он был одним из главных богов, был представлен в семидесяти разных образах и имел множество других имён. Согласно доверию, к ночи он уходил за горизонт и спускался вниз, под землю, чтобы обходить умерших. На следующее утро бог солнца снова появлялся из мира покоя, восходя на востоке. Для умерших выкапывали могилы в земле, а над ними ставили мастабы — крытые прямоугольные сооружения из глиняных или известковых плит. В них было припасено всё для жизни после смерти: продукты, вещи и папирусные свитки, сопровождавшие людей в загробную жизнь. Многие мастабы были изнутри расписаны фресками – символами общения с богами, сценами из бытовой жизни, даже изображениями праздников с танцами.

Самые большие и красивые мастабы были над захоранениями фараонов. По традиции, они готовились задолго до смерти фараона. В 2780 гг. до н. э. ДЖОСЕР, став фараоном, сразу же решил строить для своей загробной жизни большое каменное захоронение. Хотя строения из камня в Египте уже были, но строить каменную гробницу было новой и трудной задачей. Это стало переходом от мастабы к необычному виду захоронения – пирамиде. Отсюда и берет начало легенда об Имхотепе.

Первую каменную египетскую пирамиду построил визирь фараона Имхотеп. Его имя означает «тот, который посвятил себя миру». Сохранились некоторые биографические сведения о нём: он был сыном архитектора по имени Канофер, был многосторонне образован, имел семью, а до первой пирамиды построил храм в Верховьях Нила. Но за долгие века об Имхотепе сохранилось больше легенд, чем точных сведений. Одна из них рассказывает, как, будучи политическим советником фараона, он предсказал ему, что в Египте семь урожайных лет сменятся семью засушливыми. Поэтому фараон приказал сделать запасы зерна и тем спас народ от голода (позже эта легенда была повторена в Библии – в истории об Иосифе Прекрасном, который растолковал фараону его сон о семи тучных и семи тощих коровах). Но ярче всего Имхотеп остался в памяти народа, как искусный целитель.

Рис. 1–1. Позднее скульптурное изображение Имхотепа в виде бога медицины, прижизненные изображения Имхотепа неизвестны.

Позже он был причислен к богам как бог медицины, и был построен храм, посвящённый Имхотепу. Сохранилось несколько его скульптурных изображений (Рис. 1–1), но его настоящее захоронение не найдено. Египтяне тысячелетиями приходили для исцеления к его воображаемому захоронению и приносили с собой вылепленные из глины изображения своих больных частей тела (рук, ног, глаз), веря, что бог Имхотеп сможет вылечить их. Через две тысячи лет он был признан богом медицины и, как бог, почитался больше фараонов. Легенды о врачевании Имхотепа перешли в мифы греков о боге Эскулапе и в образ римского бога медицины Асклепия. Считалось, что все традиции египетской медицины исходили от Имхотепа, они высоко ценились во времена греческой и римской цивилизаций и через тысячелетия дошли до Средних веков.

Имхотеп был также и знаменитым зодчим, он должен был бы, по идее, составить план и расчёты задуманной им пирамиды, но не сохранилось никакой документации по её строительству. Тогда впервые в истории были применены сложенные ярусами блоки. Их вырубали из скал светлого и прочного известняка, обтачивали и обрабатывали на месте. Всё делалось вручную, без применения какой-либо техники (которой тогда и не было). Скрепляющих растворов вроде цемента египтяне не знали, для прочности конструкции блоки вытачивались с «замками» – уклонами и выступами соответствующих впадин для подгонки друг к другу. Это делалось с такой точностью, что даже после пяти тысяч лет высушивания ветрами, засыпания песками и землетрясений между блоками нельзя вставить и почтовую открытку. Такой высокой культуры строительства, какая была в Древнем Египте, потом не знала ни одна страна мира.

Рис. 1–2. Первая египетская пирамида – Ступенчатая пирамида, построенная Имхотепом для захоронения фараона Джосера.

Начальный вариант пирамиды был из двух ярусов, но, очевидно, он не удовлетворял фараона, а может быть, и самого Имхотепа. Поэтому в процессе постройки Имхотеп увеличил её в два раза. С поразительной точностью он сумел вмонтировать прежнее строение во второе, разросшееся (Рис. 1–2). Пирамида состоит из шести суживающихся к вершине ступеней. Предполагалось, что умерший фараон может по ступеням пирамиды подняться в рай (по этому плану в XX веке был построен «ступенчатый» мавзолей Ленина в Москве. Но куда было подниматься по ступеням неверующему коммунисту Ленину – неизвестно).

Квадратное основание пирамиды по длине равно 63 м и соответствует такой же высоте (22-этажный дом!). Это соотношение основания и высоты создаёт идеальную пирамидальную форму и потом использовалось во всех остальных пирамидах. Вся конструкция ориентирована точно с севера на юг, так что с восхода до заката тень падает на запад и восток, и это можно использовать для точного указания времени дня. Учитывая астрономические знания древних египтян, наверняка известные Имхотепу, расположение пирамиды можно считать точно продуманным. Вокруг пирамиды Имхотеп построил галлерею помещений, размером 544 на 277 м и высотой 10 м. Это были размеры среднего города того времени. Пышно оформленный вход состоял из парных колонн с раструбом в виде цветов папируса. Стены были укращены барельефами и росписями. На одной из стен сохранилась надпись, что это сооружение было построено мудрым визирем фараона Имхотепом. В галерею ведут четырнадцать входов. Всё в Египте имело символическое значение, число четырнадцать было также магической цифрой. Лишь один из четырнадцати входов был настоящим, остальные – ложные. В галерее было расположено триста залов и комнат для ритуальных процедур, склады вещей и продуктов для жизни фараона после смерти. Они образовывали сложный запутанный лабиринт. Не знакомый с планом человек, особенно грабитель, никогда не смог бы выбраться оттуда. Имхотеп впервые применил лабиринт в строительстве, и это затем повторялось в планах многих строений в других странах[1]. На две тысячи лет Ступенчатая пирамида Имхотепа стала образцом для строительства всех последующих пирамид. Она даже вошла в египетскую письменность как иероглиф «Первое строение мира». Имхотеп сумел создать беспрецедентную концентрацию и организацию рабочей силы – для постройки такого грандиозного сооружения работали тысячи людей и должна была существовать сложнейшая многостепенная организация. Это был один из первых примеров непревзойдённой до сих пор египетской организации работ.

Ступенчатая пирамида – это самое древнее в мире крупное строение. Одной из основных загадок остаётся решение Имхотепа – почему это гигантское строение должно было иметь форму пирамиды. Почти наверняка, он должен был сначала экспериментировать с формой в меньшем масштабе, чтобы выбрать наиболее рациональную.

Имхотеп

Когда ночами дремлет Нил,

Бог Ра проходит вдоль могил,

И среди мумий Саккара

Там отдыхает до утра,

А утром снова, Солнца Бог,

Он озаряет весь Восток.

Он знает тайны Пирамид,

Кто в саркофагах древних спит.

Он помнит всех мужей и жён,

Кто был прекрасен, кто умён,

Кто добрым был, кто был свиреп.

Но только мудрый Имхотеп

Из всех, кто там навек застыл,

К Богам потом причислен был.

Он был целитель всех невзгод

И предсказатель непогод,

Он Пирамиду Ступеней

Воздвиг, как чудо, средь полей;

Она, красой своей гордясь,

Вершиной к небу вознеслась.

В неё внесён был фараон

На тризне пышных похорон;

А где-то рядом скромный склеп,

И в нём бессмертный Имхотеп.

Когда ночами дремлет Нил,

Два бога видны у могил:

Пред Имхотепом – дани знак —

Бог Солнца замедляет шаг.

Владимир Голяховский

Фактически с Имхотепа начинается записанная история развития архитектуры, строительства, медицины и вообще всей науки. Письменность в Египте применялась не только в административных и экономических целях, но и для записи событий. Поэтому так много известно об истории египетской цивилизации. Конечно, в те записи вплетено много легенд древнего времени, проверить которые невозможно. Но даже если Имхотеп не совершал всего, что ему приписано в легендах, всё равно – его реальная Ступенчатая пирамида возвышается перед нами и теперь. Уже давно одряхлевшая, но всё ещё прямая и прочная, она всем своим видом говорит, что легенда о первом выдающемся учёном по имени Имхотеп не выдумка, не миф, а отражение правды, и что прогресс цивилизации уже тогда держался на плечах интеллектуала.

Известность и влияние Имхотепа как учёного не были превзойдены еще и через две тысячи лет после него. Только через два тысячелетия в истории появились имена следующих достоверно известных интеллектуалов – греческих философов, математиков и астрономов, живших уже в VIII–V веках до н. э.

2. Доминирующая сила религии Древнего Египта

Раннее развитие сложных религиозных представлений во многом способствовало высокому уровню культуры Древнего Египта. В главе описываются связи религии со многими достижениями древности: строительство Великой пирамиды Хеопса, религиозные храмы в долине Нила с их обелисками и колоннами и Большой Сфинкс в Гизе. Именно в Египте впервые зародилась идея монотеистской религии.

……………………………….

В египетской религии была продолжительность энергии, которая, как и другие стороны её цивилизации, пережила политические формы, поддерживавшие и защищавшие её.

Джон Робертс

(британский историк)

Религиозные представления зарождались в сознании первобытных людей под влиянием окружающей природы. Люди не могли понимать её сверхъестественной силы, в их примитивном сознании она превращалась в первые символы. Так возникло суеверие, вера в могущественных богов и в силу магии. С развитием общества эти символы постепенно складывались в устойчивые представления и ритуалы, порождавшие культуру народа.

В Египте было более двух тысяч богов – больше, чем в других древних цивилизациях. Каждое селение имело своих богов, свои религиозные ритуалы и традиции. Религия страны была скроена из «лоскутов» вер разных местностей. В природе доминировала река Нил: в сухой изнуряющей пустыне, которая занимала 90 % территории страны, могучий Нил давал людям жизнь – воду, умеренный климат, рыб, птиц и растения. Древние египтяне почитали Нил богом. Даже сама идея, что смерть – это лишь временное прерывание жизни, могла прийти египтянам из наблюдений над ежегодным бурным возрождением природы в долинах Нила. Он и теперь, через многие тысячелетия, поражает своей величественностью.

Нил Нилыч

Наш кораблик «Святая Стефания»

Выходил из Асуана в Луксор,

И уже предвкушал я заранее,

Что увижу я нильский простор.

Ранним утром вода – как зеркальная,

Над пустыней забрезжил рассвет;

Нил-красавец, река уникальная,

Во всём мире славней тебя нет.

Ты рождён водопадом Виктории

И зовёшься там Нил Голубой,

В эфиопской сухой территории

Твой источник родился второй.

Рассекая пустыню Нубийскую,

У гранитных порогов бурля,

Ты живишь берега свои низкие,

И тобой напоилась земля.

Разливаясь широкими нивами,

Урожай ты давал трижды в год,

Люди жили твоими разливами —

Тебя богом считал твой народ.

И как бог, ты египетской нации

Подарил небывалый прогресс,

Омывал ты цивилизацию,

След которой вовек не исчез.

Много рек есть на свете, которые

Напоили народы собой,

Но во всей человечьей истории

Ни одна не сравнится с тобой.

Асуанским гранитом гружённые,

Обработанным силой рабов,

С обелисками и колоннами

Плыли сотни тяжёлых плотов.

Ты сплавлял их тысячелетьями

И для храмов, и для пирамид;

Красок яркими многоцветьями

Украшался их стройный вид.

Может, Нил, ты далёк от идиллии,

И опасен бываешь порой —

Всех пугали глаза крокодильи,

Вдруг всплывавшие над водой.

Но тебя перекрыли плотиною,

Крокодилам отрезали путь.

Электричеству с новою силою

У плотины подставил ты грудь.

Не решаюсь я, Нил, на пророчества,

Но хочу с уваженьем сказать:

Тебя надо по имени-отчеству

Нилом Нилычем называть.

Владимир Голяховский

Со всё усложнявшейся фантазией египтяне тысячелетиями шли от реалистического восприятия природы к условной символической форме поклонения ей. Эта религия символов помогала им жить в необъяснимом окружающем мире. Богов они изображали полулюдьми-полуживотными. Такая форма религии называется анимизмом – одушевлением животных. С неповторимым мастерством и фантазией египтяне представляли богов в скульптурах и росписях людьми с головами животных и птиц, или животными с головами людей.

Когда укрепилось государство и выросли поселения – выделилась группа основных богов. Они фигурировали под многими именами. Северная часть страны, которая называлась Нижним Египтом, поклонялась божеству в виде кобры, а южная часть, называвшаяся Верхним Египтом (по направлению течения Нила), почитала божество в виде грифа.

Сложные представления о богах могли приходить к простым людям только через жрецов – профессиональную группу служителей культов, магов-волшебников. Волшебство явилось первой стадией интеллектуального развития – нечто вроде примитивной науки. Люди глубоко верили, что магические чары способны повлиять на их реальную и загробную жизнь. В религии господствовал принцип МААТ – божественная справедливость и порядок. Полное погружение в символику религии и обожествление владык пропагандировались и поддерживались верховными жрецами. Как при любой диктатуре, подавляющая сила религии во многом обеспечивала успех внутренней стабильности египетской цивилизации в течение трёх тысяч лет. Это беспримерно большой срок существования цивилизации – половина всего того времени, в котором существует записываемая история.

Египтяне обожествляли реку Нил, а также животных и птиц, обитавших в тех местах. Египет был богат урожаями зерновых культур. На его земле, близко к поверхности, находились в изобилии ценные металлы и минералы: золото, серебро, медь, драгоценные камни. Особо ценились растения, используемые для пахучего фимиама, и дорогостоящие шкуры леопардов и других зверей. К тому же, в сильном Египте всегда была большая армия африканских рабов из соседних стран – Нубии, Эфиопии и Судана. Их использовали как солдат и неквалифицированную рабочую силу. Другим богатством Египта были слоновая кость и чёрное дерево. Красота и плотность дерева были так велики, что из него выделывали особо ценные украшения.

Название «ЕГИПЕТ» пришло из греческого языка, от слова «AIGUPTOS», данного этой древней стране через тысячи лет после её возникновения. Сами египтяне ещё шесть тысяч лет назад назвали свой край «ЧЁРНАЯ СТРАНА» – за плодородность земли. Богатство и роскошь, сконцентрированные в руках владык – фараонов, способствовали процветанию интеллектуальных сил и мастерству бесчисленных художников, которым фараоны и просто богатые люди хорошо платили.

Подготовка к жизни после смерти была так внедрена в повседневное существование египтян, будто эта вера жила под их смуглой кожей. Но это было заботой элиты, а масса народа была занята простым трудовым существованием и человеческими страстями.

С верой в загробную жизнь было связано уникальное египетское искусство мумифицирования тел для подготовки к загробному миру. Этот сложный процесс проводился жрецами высокого ранга в присутствии фигур богов.

Рис. 2–1. Маска бога смерти в виде головы шакала, которую жрецы надевали на себя в процессе мумифицирования тела (показано в рамке).

Из тела вынимались внутренние органы, потом его туго обматывали бинтами, которые были пропитаны ароматическими маслами (Рис. 2–1). Для различных внутренностей, извлекаемых при мумификации, были назначены разные боги (например, бог кишечника). Хотя медицина и хирургия в Древнем Египте были развиты больше, чем в других государствах, но мумифицирование было религиозным ритуалом и не имело никакой связи с медициной. Например, по представлениям того времени, сердце считалось вместилищем разума, а мозг служил для охлаждения крови.

Безымянные интеллектуалы египетской науки пытались определить начала космологии – учения о Вселенной. Согласно мифу, в создании мира участвовали три бога: богиня неба НУТ, бог земли ГЕБ и бог воздуха, дыхания и ветра ШУ – отец богини Нут. Все они были детьми основного бога АМОНА, первого и единственного во Вселенной. Так как у Амона не было напарницы, он создал себе детей путём мастурбации. Его изображали с лицом, скрытым священным жуком-скарабеем, и держащим в руках свой пенис (Рис. 2–2).

Вначале богиня неба Нут и бог земли Геб соединились в полном любовном слиянии. Когда она забеременела, любящий отец Шу отделил её от Геба и стал на руках поддерживать в воздухе. Нут родила звёзды, и они распространились по её животу. В египетской религии было много эротических описаний происхождения богов.

Рис. 2–2. А – Изображение главного бога Амона, Б – египетское представление о происхождении мира – космология (объяснение в тексте).

Среди многочисленных богов был бог самозародившегося интеллекта по имени ТОТ, которого называли «писец в компании богов». Он был богом мудрости и письма, автором священного «СВИТКА ТОТА», в котором содержались главные тайны всех загадок мира. Написанный иероглифами, он мог дать тому, кто сумел его прочитать, неограниченную власть над духами воздуха и над подземными богами. Но хитрость была в том, что прочитать такую рукопись могли только верховные жрецы; даже фараонам, как правило неграмотным, это было не под силу. Считается, что этот священный свиток был потом потерян в веках.

Рис. 2–3. Бог Тот – бог интеллекта и письма, всегда изображался с головой священной птицы ибис.

Бог Тот изображался с человеческой фигурой и головой птицы ИБИС (белая болотная птица с длинным загнутым вниз клювом; Рис. 2–3). Тайну этого изображения узнали в более поздние времена от последних жрецов Древнего Египта. Голова и шея ибиса были даны богу интеллекта потому, что, когда спящий ибис кладёт свою голову под крыло, он принимает очертания, сходные с формой сердца. А сердце почиталось вместилищем высокой мудрости. Кроме того, размер шага ибиса считался точно равным размеру «одного локтя». Эта величина считалась священной. Она якобы была дана ибису самими богом Тотом. Математически эта величина – около 1 м 25 см – присутствовала во всех измерениях Вселенной. По поверию жрецов, у ибиса было ещё одно священное свойство – длина его кишок составляла точно 96 локтей (равняется 120 м). Это была важная мера в строительстве, потому что она делится на священную цифру «6».

Рис. 2–4. Бог-покровитель фараонов Гор, изображался в виде сокола.

В добавление к прежним культам каждый новый фараон присоединял себя к лику богов, сочинялись легенды о его божественности и могуществе. Традиционно фараоны отождествляли себя с богом ГОРОМ. Бог Гор был потомком богини материнства и плодородия ИЗИДЫ и её супруга ОЗИРИСА, главного бога подземного царства. Гор изображался в виде сокола с хищным загнутым клювом, иногда с человеческой головой, и почитался богом династий фараонов (Рис. 2–4).

Рис. 2–5. Главный вход в храм Карнак; традиционно вход состоял из двух массивных пилонов и ворот между ними и двух обелисков по сторонам.

По всей долине Нила фараоны строили храмы с бесчисленными памятниками и украшениями, новые города. Эти строения до сих пор поражают величественностью размеров, сложностью архитектуры и тонкостью оформительского искусства. Один из храмов в комплексе «КАРНАК» возле города Луксора по размерам мог вместить в себя базилику Св. Петра в Риме, Миланский собор и Собор Парижской Богоматери (Рис. 2–5). Проектирование, строительство и украшение Карнака продолжались почти полторы тысячи лет. Это была непрерывная работа сотен интеллектуалов и тысяч мастеров одной школы искусств, направляемой религией страны.

Храм Карнак

Мне снилось, что мне подан знак:

Езжай в Луксор для интереса

И посети там храм Карнак,

Строенье славного Рамзеса;

Других таких на свете нет —

Отец и мать великих храмов;

Он простоял там тыщи лет,

Засыпанный песком и хламом.

Когда Египет ослабел

И потерял поддержку Рима,

Песок веками им владел

И разрушал Карнак незримо.

Арабы дикою толпой

Египет слабый захватили,

Внесли разруху и разбой,

Чужих сокровищ не ценили.

Не мог арабский мир понять

Захваченного им величья,

И в дикой страсти разрушать,

Ломал его от безразличья.

Когда к Египту интерес

В Европе снова возродился,

Карнак совсем почти исчез,

Песком и грязью завалился.

У европейцев много лет

Ушло в Египте на раскопки,

Египтологии расцвет

Сначала шёл по узкой тропке.

Одним из первых встал Карнак,

В своём величьи возродился…

………………………………………….

Мне снилось, что мне подан знак.

Чтоб на поклон к нему явился.

Владимир Голяховский

Дворцы украшались гениальным египетским архитектурным изобретением – колоннами. Колонны вошли в архитектуру всего мира, но лишь не многим известно, что это изобретение египетского интеллекта. Другое изумительное изобретение – это гранитные обелиски изысканных пропорций. Каждый из них четырёхгранной формы, в 2–3 метра у основания, с постепенным сужением к вершине до 1 метра, высотой 20–30 метров и весом 400–500 тонн (Рис. 2–6). До сих пор не раскрыты инженерные тайны их изготовления, транспортировки и вертикального воздвижения на местах. «Как египтяне это делали?» – этот вопрос так и остаётся неразгаданным, как и многие тайны их высокой культуры.

Рис. 2–6. Обелиск и колонны – изобретения египетского архитектурного гения.

С поразительной точностью египтяне высекали колонны из целых гранитных скал и на всех четырёх гранях писали крупными иероглифами сложные тексты, возвеличивающие фараонов. Поэты создавали победные гимны, воспевающие их подвиги и достижения. В одном из них, в 1500 г. до н. э., писалось: «Он – бог, делами которого каждый живёт, он – отец и мать всех людей, он – единственный, он – только сам, равного которому нет». Но фактически, кроме прославлений, обелиски стали одними из первых письменных памятников истории.

После построенной Имхотепом Ступенчатой пирамиды Джосера все фараоны строили для своего захоронения пирамиды – уникальный египетский религиозный символ загробной жизни. Всего сохранилось 114 пирамид, из них 98 – в Египте и 16 – на территории Судана. Их продолжали складывать из блоков, но вместо ступеней архитекторы нашли более простую и величественную форму – гладкий конус с наклоном в 52 градуса. Считается, что это могло быть имитацией расходящихся от солнца лучей. Все четыре стены выкладывались отполированными гранитными плитами (в Египте не было мрамора). Поверхности отражали яркие лучи солнца пустыни, символически утверждая единение фараона и бота-солнца.

Новые пирамиды строились всё больших размеров и устремлялись всё выше. Это отражало богатство фараонов и их растущие аппетиты, но также и инженерное искусство строителей. Самые большие пирамиды построили в районе селения Гиза под Мемфисом. Там стоит огромная пирамида Хеопса, которая, как и две другие пирамиды в Гизе, была позже причислена к семи чудесам света (Рис. 2–7). Она построена в 27 веке до н. э., на сто лет позже Ступенчатой пирамиды, для фараона Хуфу, которого греки назвали Хеопсом. Пирамида Хеопса – до сих пор самое величественное сооружение мира: её высота в 146,6 метров равна основаниям четырёх сторон (при тщательном измерении разница в их длине меньше 20 см, что составляет 0,09 % длины основания).

Рис. 2–7. Великая пирамида Хеопса и ее внутренняя структура: 1 – усыпальница фараона, 2 – усыпальница жены фараона, 3 – главная галерея, 4 – отвесный коридор вверх, 5 – коридор вниз, 6 – стена вокруг пирамиды, 7 – ритуальное помещение для мумификации, 8 – путь в пирамиду, 9 – храм для молений и принесения жертв.

Когда в 1798 французские солдаты армии Наполеона Бонапарта, вторгшиеся в Египет, впервые оказались перед пирамидами, они застыли от удивления и побросали свои ружья. Наполеон приказал инженерам произвести подсчёты – сколько каменных блоков было уложено в три самые большие пирамиды. Оказалось, что из блоков можно было сложить стену трёхметровой высоты вокруг всей Франции.

Массив пирамиды составлен из 2 300 000 известняковых блоков особой прочности, весом от 2,5 до 15 тонн. Между этими блоками, у кожуха основания и на периметрах особо большой нагрузки конструкции заложены гранитные блоки, весом до 40 и более тонн. Их высекали на каменоломнях возле города Асуана и доставляли по Нилу на специальных баржах на расстояние 500 км. От основания до вершины пирамиду строили вручную двадцать лет, поднимая блоки без применения какой-либо техники. Было занято от 20 до 30 тысяч рабочих. Не все они были рабами. В Египте существовала система КОРВИ – обязанность крестьян работать на фараона один месяц в каждый из трёх сезонов разлива Нила. Не сохранилось никаких чертежей и описаний строительства, и даже неизвестен её строитель. Предполагается, что это был брат фараона принц РАХОТЕП (Рис. 2–8). Если это так, он должен был быть глубоким интеллектуалом, вторым известным по имени после Имхотепа – широко образованным и с удивительными организаторскими способностями. В древнеегипетском языке не было слова, обозначавшего «искусство», но существовало понятие «ремесла» – архитектуры, скульптуры, живописи и музыки. Почётный титул «Великого ремесленника» давался иногда верховным жрецам, но не архитекторам и художникам.

Рис. 2–8. Предполагаемый строитель пирамиды Хеопса принц Рамхотеп и его жена Нофрет.

Первый рассказ о Египте написал «отец истории» ГЕРОДОТ (485–425 гг. до н. э.), который в 440 г. поехал в Египет для изучения его истории и памятников. Он писал: «Я должен теперь повести рассказ о Египте, потому что эта страна имеет множество чудесных вещей и обладает памятниками, которые нуждаются в описании, являясь более замечательными, чем в любой другой стране». Так, от Геродота мир узнал о развитой письменности Египта – иероглифах. Это понятие тоже ввел Геродот.

Ко времени его посещения пирамиды стояли более двух тысяч лет и египетская цивилизация фактически уже перестала развиваться, ослабленная нашествием персов в 553 г. Описание Геродота основано на устных преданиях.

Чтобы сложить 2 300 000 блоков за 20 лет (7300 рабочих дней), даже при рабочем дне в 16 часов, ежедневно должны были укладываться 315 блоков со скоростью по 20 блоков в час. Две трети пирамиды внизу составляли её основной массив и вес, поэтому интенсивность работ на разных стадиях строительства могла быть разной. Внутри массива было четыре узких воздушных канала и один высокий наклонный проход, опоясанный гранитными блоками. Для прочности скрепления все блоки пирамиды вытачивались с «замками-скосами», подгонялись друг к другу индивидуально и точно – щель между ними была всего 1–2 мм. Благодаря «замкам» вся пирамида представляет собой один цельный массив. Поэтому она выстояла почти 4500 лет и выдержала все катаклизмы природы, включая землетрясения.

Пирамида Хеопса и стоящие рядом пирамиды Хефрена и Микерина в Гизе – одно из самых посещаемых туристами мира мест. Со времен Геродота там побывало много миллионов людей.

Остаётся неизвестным, почему к середине 2-го тысячелетия до н. э. фараоны перестали строить пирамиды и перенесли свои захоронения в тайные подземелья, вырытые в горах «Долины фараонов», неподалёку от города Луксора. Раскопано более ста таких захоронений с мумиями фараонов и их жён. Религиозный культ и традиции захоронений оставались незыблемыми, но приобрели другую форму: вместо вознесения памятников-пирамид мумии тел фараонов стали прятать глубоко под землю. Каждое захоронение имело несколько залов и коридоров, богато расписанных фресками из жизни усопшего. На подготовку такого захоронения уходило около шести лет. Считается, что строительство пирамид стало чересчур дорогим и они были слишком привлекательны для грабителей, которые умели проникать внутрь и разворовывали все богатство, припасённое для посмертной жизни фараонов. Подземные же захоронения в «Долине фараонов» не имели никаких наружных признаков, обнаружить их и проникнуть в них грабителям было сложней. При раскопках археологами были обнаружены ценные росписи, искусные скульптуры, богатые ювелирные и бытовые изделия и отделанные золотом саркофаги. Самое богатое неразграбленное захоронение было у юного фараона Тутанхамона (правил в 1351–1342 гг. до н. э.).

Другой великий памятник искусства и тоже символ египетской религии – это гигантский каменный СФИНКС, скульптура с телом льва и головой человека. Его размер 57 м в длину и 20 м в высоту – самая большая скульптура в мире (Рис. 2–9). Сфинкс был создан при фараоне Хефрене (1-я пол. 3-го тысячелетия до н. э.), неподалёку от его пирамиды, немногим меньшей, чем у Хеопса. Так же как и сами пирамиды, эта скульптура никогда не была превзойдена по величине. Почти невозможно представить себе, как древние люди могли вручную вырубить такую громадную и такую прекрасную скульптуру.

Рис. 2–9. Реконструкция первоначального вида Большого Сфинкса Египта, лицо которого было портретом фараона Хефрена, но было обезображено в XV веке н. э. прямыми выстрелами из пушки по приказу арабского эмира.

На арабском языке, который заменил египетский после завоевания страны арабами, эта скульптура называлась Абу аль-Хауль – Отец ужаса. Греки дали ему название Сфинкс, что означает «душитель». Ни то, ни другое название не передают сущности скульптуры. Они были даны ей потому, что долгие века она вся была засыпана, и только гигантская голова торчала из песка (Рис. 2-10).

Рис. 2-10. Офицеры армии Наполеона измеряют голову Сфинкса (копия с зарисовки художника Шарля Бальзака).

Все изображения в Древнем Египте носили символический характер, зачастую очень сложный. Изображения льва-сфинкса повторялись после той первой скульптуры тысячи раз. Часть из них была с головой человека, часть – с головами священных животных.

Сфинкс с головой человека – это портрет фараона в виде льва, символизирующий его царственное величие над природой и над человеком. В Египте лев был одним из символов солнца Ра. Так, фараон с телом льва как бы отождествлялся с этим могущественным божеством.

Наиболее вероятно, что Сфинкс был изваян при строительстве второй пирамиды – пирамиды Хефрена, из части каменоломни, и что его лицо было портретом фараона. Это подтверждается наличием большого числа статуй и портретов Хефрена, найденных вокруг его пирамиды.

Но в XV в. н. э. один арабский эмир приказал выстрелить в лицо Сфинкса и наполовину разрушил его черты. Только с помощью компьютерного изображения можно представить, как он выглядел первоначально.

Сфинкс

Я видел всех людей поклоны

За все прошедшие века.

Внизу стояли фараоны,

На них смотрел я свысока.

Потом раздался топот конский,

Скакун летел что было сил,

И Александр Македонский

Коня в галопе осадил.

Он здесь властитель был державный,

Он не боялся никого;

Он думал, что мы были равны.

Гордец! – я выше был его.

Блестело римское железо,

Полки сошлись со всех сторон,

Высокомерный Юлий Цезарь

Ко мне явился на поклон.

И за любовником назавтра,

Блестя короной золотой,

Сошла с носилок Клеопатра

И пала ниц передо мной.

А после них почти по брови

Меня засыпало песком;

Арабы здесь потоком крови

Египет залили кругом.

О, много крови человечьей —

Сраженья, крики, вопли, стон…

А позже – звук французской речи,

Передо мной Наполеон.

Не мог глазам своим он верить,

Дивился мне, и по пути

Он приказал меня измерить,

Хотел во Францию везти.

Но я с Египтом не расстанусь,

Я часть его великих дней,

Я вечный Сфинкс, я здесь останусь

И буду новых ждать гостей.

Прошедшей славы отголоски

Я слышу в речи толп людских;

Я царь моей пустыни плоской,

Египет весь у ног моих.

Владимир Голяховский

Самым могущественным правителем Египта за всю его историю был фараон АМЕНХОТЕП III – успешный воин, он расширил и обогатил страну. Он умер в 1367 г. до н. э., оставив трон сыну АМЕНХОТЕПУ IV, мужу легендарной красавицы НЕФЕРТИТИ. Для политической власти Египта были важны постоянство и непрерывность формы религиозной доктрины, поэтому все новые правители избирали себе моделью прежних владык. Архаизм в вере и связанном с ней искусстве был самой характерной стороной жизни. Но на пятый год правления новый фараон переделал своё имя на ЭХНАТОН, что в переводе означает «тот, кто угоден АТОНУ» – богу солнца (известному также под именем Ра и ещё под семьюдесятью именами). Это была революционная перемена: новый фараон впервые решился отменить двухтысячелетний культ поклонения множеству богов, особенно главному из них – родоночальнику богов Амону. Он приказал закрыть старые храмы и поклоняться одному богу Атону. В своей новой столице Ахетатоне (ныне г. Амарна) он приказал строить новые храмы – без крыш, чтобы бог солнца мог свободно проникать в них. Устремление вверх, к небу и солнцу, всегда было символом власти фараонов. Но отменить поклонение двум тысячам прежних богов было невероятно смелым шагом. Эхнатон стал первым в мире монотеистом, признающим единого бога (правда, оставив себя и Нефертити как бы вспомогательными богами). Упрощая религию, он фактически пытался сделать её более понятной народу.

По библейской истории считается, что первой монотеи-стской религией была иудейская, которая утвердилась к XVII в до н. э. Значит, монотеист Эхнатон внедрил в Египте новую форму религии, создав идею о едином боге, ранее или почти одновременно с еврейской религией патриархов Авраама, Исаака и Иакова.

Жрецы всегда строго следили за тем, чтобы портреты фараонов представляли их человеческий образ в виде богов, и не отходили от архаических традиций настолько, чтобы представлять богов в человеческом образе. Эхнатон, оставив одного бога, первым разрешил представить себя и свою семью обычными людьми. Насколько прогрессивным был шаг фараона, видно из того, что на изобразительное искусство Египта новая религия монотеизма повлияла почти мгновенно, освободив его от обязанности возвеличивания власти. За время правления Эхнатона искусство сделало скачок вперёд, представив первые реалистические изображения фигур и лиц людей. Настенная живопись приблизилась к отображению реальности повседневной жизни, представляя в росписях и скульптурах не только портреты фараона, но и моменты жизни и быта народа. То был период интеллектуального освобождения искусства из-под влияния религии, и теперь многое известно о жизни простых трудовых жителей Египта. Одним из художников того времени был скульптор ТУТМЕС, которого можно считать таким же искусным реалистом, каким впоследствии были Пракситель в Греции и Микеланджело в Риме. Его реалистическое скульптурное искусство намного отличалось от стилизованных безжизненных изображений всех предшественников, явилось переходным этапом к скульптурам двух следующих цивилизаций – греческой и римской.

Рис. 2-11. Скульптурное изображение царицы Нефертити.

Тутмос изваял знаменитый на весь мир бюст идеальной красавицы Нефертити 2-11), который своим мастерством поражает людей вот уже три с половиной тысячи лет. Тутмеса можно считать первым известным по имени великим художником, настоящим предвестником будущей классической греческой и римской скульптуры. Осталось несколько реалистических изображений Эхнатона с довольно искажёнными чертами лица – увеличенным носом и подбородком (Рис. 2-12).

Рис. 2-12. Рельефное портретное изображение фараона Эхнатона.

Фараон Эхнатон действовал как настоящий диктатор: он отдавал приказы, не утруждая себя мыслями о возможном сопротивлении консервативно настроенных фиванских жрецов и элиты. Но своей идеей монотеизма он нажил много врагов. После его смерти в 1351 г. культ множественности богов вернулся в Египет. Новые храмы стали разрушать, а самого фараона-монотеиста постарались стереть из памяти. С его наследником Тутанхамоном был заключён договор, по которому Египет возвращался к старой религии и поклонению богу Амону. Именно за это верховные жрецы возвели юношу Тутанхамона на трон.

Короткое существование монотеизма показало, что консерватизм египетской религии во многом уже изживал себя. То, что в начале цивилизации было стимулирующей силой – религия, – постепенно становилось тормозом её развития.

3. Предтечи цивилизаций и зарождение культуры

До формирования египетской цивилизации существовали в разных уголках мира очаги людских общин, от которых осталось мало следов. Одними из самых первых были общины на территории Европы и на Ближнем Востоке, но их погубило наступление ледникового периода. Зарождение культуры ясней прослеживается на территории Месопотамии, где одновременно с Египтом сформировалось древнее государство Шумер.

……………………………….

Мы не знаем всей истории человечества; вероятно, могло быть много цивилизаций до Шумерской и Египетской.

Уилл и Ариэль Дюрант

(американские историки)

Египет был первой цивилизацией, в которой ярко проявлялось раннее влияние интеллекта отдельных безымянных личностей на развитие общества. Благодаря сухому климату памятники древности сохранились там лучше, чем в других странах. По ним можно судить о его наиболее бурном и полном развитии, начиная с 3200-х годов до н. э. Впоследствии египетская цивилизация во многом повлияла на формирование и развитие цивилизаций стран Средиземноморья, на греческую и римскую, с которых началось развитие западного интеллектуализма.

Точно утверждать хронологическое первенство какой-либо из древних цивилизаций невозможно – их настоящая глубина сокрыта в таинственной доисторической тьме.

Приблизительно в одно и то же время, около десятивосьми тысячелетий назад, в нескольких районах природа сама подсказала людям, где больше возможностей для развития. Возникновению предтеч цивилизаций положило начало материальное основание: этому способствовали природные условия. Они возникли в плодородных равнинных долинах Месопотамии, Египта, Индии и Китая (Рис. 3–1). Там выгодные природные условия создали возможность высокой производительности труда в людских общинах. Впервые в истории люди смогли не только обеспечивать своё существование, но и производить избыток продукции.

Рис. 3–1. Карта зарождения древнейших цивилизаций в бассейнах великих рек Африки (1), Азии (2), Индии (3) и Китая (4).

Но ещё более ранние людские сообщества обитали на территории Европы и в районах Ближнего Востока. Археологические раскопки показывают, что более пятидесяти тысяч лет назад на юге Пиренеев существовали массовые поселения людей. Около тридцати тысяч лет назад в Европе и на Среднем Востоке тоже могло происходить зарождение предтеч цивилизации – в тот период эти области мира обладали выгодными условиями для жизни и деятельности людей. Доказательством являются наскальные росписи-изображения животных, найденные в пещерах Испании, Франции и Италии, а также наличие массивных каменных монументов по всей Европе и на юге Британии (этому будет посвящена специальная глава).

Но около двадцати тысяч лет назад с севера подступило глобальное похолодание. Оно принесло ледниковый период в Европу, а около семнадцати тысяч лет назад дошло до Ближнего и Среднего Востока. Наступление холода и ледниковые наносы остановили развитие жизни и погубили возможные следы самых ранних цивилизаций.

Однако около двенадцати тысяч лет назад климат значительно улучшился. Тогда у слияния рек Тигра и Евфрата с двумя другими (которые потом пересохли) земля стала покрываться многообразной растительностью. На месте теперешних Ирака, Сирии, Южной Турции, Ливана, Иордании и Израиля паслись стада газелей, диких коз и овец – там было изобилие трав и диких зерновых растений. Если бы можно было сегодня взглянуть на тот ландшафт, он поразил бы густым смешением трав, кустов и плодовых деревьев. Везде колосились дикие виды полбы, пшеницы, ячменя; вились стебли бобовых; росли фисташковые, миндальные, оливковые и ореховые деревья; над ними возвышались развесистые кедровые деревья и пальмы с густыми кронами. Этот район историки назвали «Полумесяцем древнего плодородия» – по изогнутой форме его территории (Рис. 3–2).

Рис. 3–2. Карта территории так называемого «Полумесяца плодородия» на Ближнем Востоке (зачеркнуто косыми линиями) и место расположения первых медных рудников (в овалах), от которых началось металлургическое производство.

Большие стада жвачных животных привлекли туда охотничьи племена. Это были светлокожие и светловолосые высокие люди из северных районов, с Кавказа. Другие пришли из ближайших юго-восточных территорий – со смуглой кожей, чёрными волосами, короткими шеями, широкими лицами и плоскими носами. От их смешения образовалась ближневосточная раса, ясно представленная на стелах раннего Шумера.

Предтечи цивилизаций лучше изучены по развитию общества в Месопотамии, в стране Шумер. Это древнее название территории южной Месопотамии. Там сохранились памятники эпохи предцивилизации. Шумер принято считать одной из древнейших колыбелей цивилизации. За сорок веков до нашей эры, более шести тысяч лет назад, в Шумере уже существовал центральный город под названием ЭРИДУ, в котором был самый первый из известных религиозных храмов. До сих пор частично сохранилось его массивное основание. Внушительные размеры храма говорят о том, что он мог быть местом собрания множества людей – пилигримов веры, пришедших отовсюду. Можно предполагать, что единое представление о высшей силе впервые объединило народы одной географической области – Месопотамии – и способствовало образованию единой культуры и одного сходного языка (или хотя бы языковому взаимопониманию). Для массы примитивных людей, занятых охотой и интенсивным сельским трудом на выживание, исповедование единых религиозных постулатов и влияние единого храма, как центра веры, было стимулирующей силой к объединению в одну нацию, и это определило основание шумерской цивилизации.

Шумеры обладали достаточно высоким уровнем развития, высокой степенью умения адаптироваться ко всяким условиям. Если природа Междуречья была больше приспособлена для жизни, то и люди прекрасно приспособились к ней. Орудия охоты у них были довольно разнообразны: лук и стрелы с острыми каменными наконечниками, копья, дротики и пращи для бросания камней на большие расстояния. Они умели разжигать огонь, у них был достаточный для общения словарный запас, они строили для себя временные жилища из дерева с каменным основанием. И у них уже была развита символика отвлечённых понятий, она выражалась в культовой религии – во многих жилищах того времени найдены небольшие каменные и глиняные фигурки богини-матери (Рис. 3–3). Очевидно, она символически охраняла дом, приносила удачу и плодородие. Можно предполагать, что в общинах шумеров были зачатки иерархической структуры и имелось разделение труда между мужчинами и женщинами.

Рис. 3–3. Изображение богини-матери, одно из распространенных подобных изображений из глины и камня (А и Б).

Около 4-го тысячелетия до н. э. в зоне «Плодородного полумесяца» Месопотамии сформировалась религия – примитивное идолопоклонничество – со множеством фетишей-богов (далеко, в Индии и Китае, происходил такой же процесс). У разных племён были свои идолы с разными функциями. К образу беременной богини-матери прибавились фетиши, символизирующие скалы, пещеры, скот, холмы и многое другое из окружающей среды, важное для жизни. Вера становилась такой же необходимостью, как само выживание – физический и ритуальный мир людей сливался в единое целое.

Зарождавшиеся мифы о богах-фетишах пробуждали и усложняли человеческую фантазию. Например, люди одного племени могли считать, что боги соседей намного мощней их собственных и приносят им больше успехов – тогда они тоже начинали поклоняться этим богам. Возникли ритуалы организованного поклонения с приношением жертв. На площадях поселений, где происходили торговые обмены, люди собирались вместе для задаривания богов и приносили им жертвы. Эти открытые сборища были древнейшим прообразом будущих храмов.

Вдохновителями массовых поклонений были шаманы. Очевидно, они умели влиять на массы потому, что их интеллект был выше среднего уровня. Чародейство шаманов могло быть для толпы чем-то вроде примитивной науки – люди могли воображать, что с помощью заклинаний, особых движений и применения магических объектов шаманы влияли на удачу и на саму их жизнь. И этот древний самообман веры и суеверия, преобразившись в другие культы, остался в людях навсегда. Так начался второй период развития ранних форм интеллекта – внедрение отвлечённых понятий в повседневную жизнь. Потом это было названо духовным развитием. В широком смысле слова духовное развитие – это более высокий уровень сознания и мыслительных способностей, то есть – самого интеллекта.

Так, благодаря сочетанию природных условий с относительно высоким развитием интеллекта, в этом районе земли стали складываться основы древнейшей цивилизации – шумерской. В район «Плодородного полумесяца» людей привлекла богатая охота. Но при наличии новых видов растительности они научились собирать плоды незнакомых местных растений и всё больше включали их в свой пищевой рацион. Шумерцы собирали зерновые, хранили их в каменных хранилищах и перед едой толкли каменными ступами. Они валили высокие пальмы и умели использовать каждую их часть: ели плоды, из стволов строили жилища, из лохматых волокон коры скручивали верёвки, а листья использовали для крыш и подкладывали под себя как матрасы. Охота переставала быть единственным средством для выживания – к мясу добавился солидный рацион плодов и зёрен. Такой вид хозяйства способствовал переходу к новому важному этапу быта людей – осёдлой жизни.

Около десяти тысяч лет назад они стали строить первые поселения и научились выращивать основные зерновые культуры – пшеницу, ячмень и бобовые. Это была громадная победа наблюдательности, памяти и опыта коллективного взаимодействия членов общества. Так возникало умение вести сельское хозяйство – основа всей жизни человечества.

Около десяти тысяч лет назад люди стали одомашнивать животных. Это была окончательная победа человека над животным миром. Первыми одомашненными зверями были волки. Очевидно, ещё задолго до оседлой жизни охотники научились приманивать их, бросая им куски мяса, приучали к себе и захватывали. Люди ели их мясо и одевались в их шкуры. Но выросшие в неволе потомки тех зверей стали домашними собаками и научились служить людям для охраны и на охоте. Вторым одомашненным видом животных были свиньи – в Древнем мире они имелись повсюду. Около девяти тысяч лет назад в районе северного Ирака были приручены овцы и козы. Из их шерсти делали пряжу для изготовления тёплой одежды. Коровы были следующим видом одомашненных животных. Они давали больше мяса, молоко, а позже быков и волов стали использовать как тягловую силу. Культивирование растений и одомашнивание диких животных были новыми интеллектуальными победами людей над силами Природы.

У людей ещё не было глиняной посуды, они хранили воду в каменных вместилищах и собирали её в крупные листья. Но под ногами в изобилии была глина, и она после дерева стала первым строительным материалом – люди научились делать из неё кирпичи и высушивали их на солнце – для строительства постоянных жилищ. Самым древним из известных поселений было то, которое потом стало городом под названием ИЕРИХОН, в Палестине, возле Мёртвого моря. В нём уже жило полторы-две тысячи человек, он был обнесён глиняной стеной и имел башни – это был город-крепость с бассейном для запасов воды из реки Иордан. Это говорит о возможном начале ирригации земель.

Установлено, что за четыре тысячи лет этого периода численность людей в плодородных районах земли возросла в шестнадцать раз. Не удивительно, что богатый район Месопотамии навсегда остался в памяти людей – впервые за тысячи лет развития он стал колыбелью их осёдлой жизни. В анналы истории этот район вошёл как РАЙ ЗЕМНОЙ – место происхождения первого человека.

Но рай не был бы раем, если бы у людей не развился интеллект, подготовивший их к переходу в жизнь цивилизованную. Одновременно с образованием первых поселений и городов развивалась материальная культура – от кремнёвых ножей и каменных стрел люди переходили к металлическим изделиям и конструкциям, в них больше всего нуждались охота и война. Медь, золото и серебро – единственные металлы, которые в природе находятся в чистом виде. В чью-то интеллектуальную голову пришла первая мысль – поднести кусок металла к огню, расплавить его и сформировать из него оружие или украшение. Так, в 4–3 тысячелетии до н. э. начался короткий МЕДНЫЙ ВЕК.

Медь была относительно легко добываемым металлом, потому что находилась в чистом виде близко к поверхности земли. Однако обработка её для изготовления орудий труда, войны и украшений требовала технических знаний и навыков. Так появлялись первые профессионалы квалифицированного труда, они изготовляли мечи, наконечники стрел, щиты и украшения. Медные украшения, сделанные семь с половиной тысяч лет назад, найдены в Шумере и Египте. Тогда же в тех районах делались украшения из золота и серебра.

В конце 4-го – начале 1-го тысячелетия до н. э., в Месопотамии и Египте появились первые изделия из бронзы – начался БРОНЗОВЫЙ ВЕК. Изготовление бронзовых сплавов требовало смешения меди с оловом и цинком, разные пропорции этих металлов создавали разную плотность сплава. Из него делали более прочные и совершенные орудия, а для этого были нужны люди, обладавшие знанием, опытом и умением передавать его другим. Это был период довольно высокой технической организации. Он продолжался до начала обработки железа в середине первого тысячелетия до н. э. Можно считать, что развитие первых металлургических производств завершило период предтечи цивилизаций.

Во многих районах мира ещё оставались примитивные племена, ведущие жизнь первобытных дикарей, находившихся на начальной стадии развития познавательных способностей. Но люди в сформировавшихся городах-государствах и в первых империях достигли высокого уровня развития. Пути совершенствования их познавательных способностей прошли через развитие генетических особенностей мозга и через изменения в анатомии и физиологии человека.

4. Генетические предпосылки познавательных способностей

Мыслительные способности человека определяются генетическими особенностями строения мозговых клеток. Эти способности начали зарождаться в наших предках около восемнадцати миллионов лет назад. Под влиянием наступления глобального похолодания, около семи миллионов лет назад, лесные обезьяны вынуждены были спуститься с деревьев на землю для добывания пропитания. Новая пища была богата белками, и это вызвало каскад изменений в генетическом и анатомическом строении мозга. Около миллиона лет назад это привело к развитию познавательных способностей.

……………………………….

Генетические изменения представляют собой только сырой материал для отбора, но не сам сложный процесс эволюций видов.

(Академическая Американская Энциклопедия)

Строение и функции человеческого мозга начали глубоко изучаться около ста лет назад. В сложнейшей структуре мозга есть ещё много неизученного и непонятого. Ещё менее известно, как и на каких стадиях эволюции наших предков могли возникнуть основы формирования мозговой деятельности, стимулирующие познавательные способности. Немного больше известно о том, на каких ступенях развития человека они стали проявлять себя как способности творческого мышления, как ИНТЕЛЛЕКТ. Это изучают науки – эволюционная генетика, палеонтология, археология и история. Чтобы разобраться в предпосылках этого, надо вернуться от первых цивилизаций в необозримо глубокий доисторический «провал времени».

Миллионы лет назад в ветвях густых лесов Восточной Африки жили и плодились в относительной безопасности стаи небольших обезьян менее метра ростом. Судя по ископаемым находкам, их могло быть не менее пятнадцати видов – все с низким покатым лбом, с вытянутой вперёд мордой, маленьким объёмом мозга. Их условно называют «лесные обезьяны». В далёкой доисторической глубине, около восемнадцати миллионов лет назад, в примитивной поведенческой активности этих обезьян начали закладываться истоки познавательных способностей с генетическими изменениями в клетках мозга. Около семи миллионов лет назад в клетках мозга начали происходить изменения, приведшие к формированию из этих обезьян человека.

Эволюция лесных обезьян и необычайные превращения в клетках их мозга были необходимой для выживания приспособительной реакцией на климатические природные изменения. Глобальное похолодание около восьми миллионов лет назад вызвало сложный каскад перемен всей их жизни, сочетавшихся с уникальным усложнением генетического кода мозговых клеток. А затем – изменения в анатомическом строении.

Когда в Африке леса стали замещаться саванной с редкими деревьями, богатая растительность – основа пищи лесных обезьян – стала исчезать. Поведенческое сознание подсказало голодным обезьянам чаще соскакивать вниз, на землю, для поиска пропитания. Стимул к будущему прогрессу был простой – инстинкт голода. Так началось их переселение с деревьев на землю. Но это был лишь первый толчок на пути будущих перемен. Второй толчок заключался в том, что от растительной пищи на деревьях обезьяны постепенно переходили к более богатому белками смешанному питанию на земле.

Земля была миром новых возможностей: на ней росли коренья, водились мелкие животные, валялись не доеденные хищниками остатки убитых зверей. Но земля была и миром опасностей – только сильные и быстрые обезьяны могли обороняться или убегать от хищников, а значит – выживать. Большинство же из них гибли. Опыт приспособления к новой жизни на земле стимулировал их примитивные мыслительные способности и функциональные изменения в строении тел. Выживали более крупные, сильные и ловкие, они давали более крупное, сильное и ловкое потомство. Это был первый заметный по внешним изменениям этап эволюции. Этот этап занял около двух миллионов лет.

Другой этап заключался в росте мозга, в увеличении в нём слоя коры и серого вещества – вместилища мыслительных способностей, и в образовании новых мозговых центров в белом подкорковом веществе. Смешанная животная и растительная пища, более богатая белками, давала большее насыщение и была материалом для роста мозга и тела. Но мозг рос быстрее тела. Мозг человека в шесть раз больше, чем у его отдалённых предков, а тело – больше лишь в два раза. Этот этап роста занял более четырёх миллионов лет.

В результате всех изменений некоторые виды эволюционировали в так называемых человекообразных обезьян. Но и среди этих видов в приспособительном отборе сохранялись лишь немногие. Катаклизмы природы и враги-хищники погубили часть, а в основе гибели других могли лежать отрицательные изменения в генах их мозговых клеток. Наши предки генетически и физически разделились с гориллой и орангутаном около семи миллионов лет назад. Генетическое разделение с их «ближайшим родственником» шимпанзе произошло около шести миллионов лет назад. Первые прямые предки человека – ранние австралопитеки (приматы) появились путём эволюционного отбора около четырёх миллионов лет назад и развивались в человека ещё почти три миллиона лет (Рис. 4–1 – схема).

Рис. 4–1. Схема генетического расхождения обезьян и человека в процессе эволюции. Прерванные ветви означают прекращение вида.

Устойчивость вида любого живого организма гарантируется генетическим кодом клеток – передачей потомкам наследственных признаков. Коренные, хотя внешне не заметные изменения происходили в передаче генетического кода мозговых клеток своим потомкам. Но в процессе передачи наследственности время от времени происходят изменения в строении элементов клетки – так называемые МУТАЦИИ. Мутация – это отклонения от обычного механизма повторения информации генетическим кодом. Изменяя структуру генов, мутации способны вызывать каскады перемен, которые приводят к изменению образования и распределения белков. Мутации происходят непредсказуемо и очень редко – раз в несколько тысяч лет. Статистически, за семь миллионов лет развития в цепи предков человека могло происходить много мутаций. Чаще всего это ослабляло клетки, вызывая понижение активности и выразительности работы генов. Это приводило к заболеваниям и вымиранию вида. Но иногда, наоборот, мутации способны приводить к активизации и улучшению работы клеток. Подсчитано, что после разделения с шимпанзе такие мутации в наших предках происходили не менее пятнадцати раз. Это способствовало усилению роста клеток серого вещества мозга, а значит, познавательных и мыслительных способностей.

Все генетические изменения происходят в структуре ДНК – дезоксирибонуклеиновой кислоты – биохимического носителя врождённой наследственности. Изменения создают хромосомы клеток. Функция хромосом – постоянно образовывать новые белковые молекулы, определять, где и когда синтезировать белковые молекулы в клетках, чтобы давать силу для деления и роста. Белковые молекулы – это «волшебники клеток», они катализируют химические реакции и дают клеткам силу для их постоянного деления. В мозговых клетках белковые молекулы катализируют электробиохимические реакции – основу мыслительных способностей.

Около пяти миллионов лет назад в клетках мозга наших предков произошла мутация, послужившая толчком к более активному механизму деления. Это активизировало процесс белкового образования в пять раз. Сигналы в клетках мозга стали происходить в пять раз активнее, чем у других подобных видов. Новые изменения передавались по наследству, способствуя развитию мозговых клеток. Доставшись нам по наследству, «ген активизации» продолжает работать в человеческом мозге и сегодня – по прошествии пяти миллионов лет. Переводя тот этап биологической эволюции в более ясные понятия современной технологии «искусственного интеллекта» компьютера, можно сказать, что с той важной мутацией механизм мыслительной работы мозга получил ускорение, как это происходит от добавления микросхем («чипов»), вмонтированных в прежнюю структуру компьютера.

Потребовалось ещё около двух миллионов лет, прежде чем из них сформировались первые человекоподобные животные – гоминиды. Они были крупнее своих предков – около полутора метров ростом, ходили на двух ногах, лицо уплощилось, черепная коробка выросла. С новой активностью генетического контроля в сером веществе мозга росли и усложнялись клетки и их нервные связи. Они определяли новые мыслительные способности. Особенно увеличились лобные доли, ведающие памятью, способностью планировать и оценивать риск. Мозг стал в два раза больше, чем у лесных обезьян. С его ростом вместо покатой передней поверхности черепа образовался лобный купол – вместилище мозга. (Рис. 4–2). Два миллиона лет назад это привело к образованию новых мозговых центров. Но в дальнейшем часть видов гоминидов тоже вымерла. Продолжали развиваться лишь немногие. И только один вид гоминидов смог сохраниться и пройти все стадии эволюционного развития – до формирования около ста пятидесяти тысяч лет назад Homo sapiens – человека разумного (Рис. 4–3). У этого сохранившегося вида должна была быть выраженная мотивировка поступков – прямые предки человека были способны намного быстрей и разнообразней упражнять свой мозг в повседневной жизнедеятельности, применять примитивные орудия. Постепенно это вело их на путь всё большей независимости от сил природы.

Рис. 4–2. Сравнительные величина и форма черепов: А – шимпанзе, Б – человека.

Рис. 4–3. Схематическое изображение этапов эволюции человека.

Судя по находкам костей и отпечатков следов, формирование и развитие людей из гоминидов началось около трёх-четырёх миллионов лет назад в восточной части Африки. Возможно, этот процесс происходил и в других географических зонах – редкие ископаемые останки гоминидов находили в разных частях Африки, в Азии, в Западной Европе, на Кавказе и даже на острове Ява. Но для сохранения останков возрастом во много миллионов лет нужны особые условия – сухость и плотность земных пластов. Палеонтологи и археологи, занимающиеся изучением доисторических времён, только в XX веке научились определять возраст находок и восстанавливать картину важного начального этапа развития человека.

Генетически и анатомически вид современного человека сформировался около ста пятидесяти – двухсот тысяч лет назад. Он стал носителем того, что называется «человеческими качествами» – появились осознание своего личного «Я», понимание целей жизни и широкий спектр сложных человеческих эмоций. В нашем мозге есть структуры, определяющие эти свойства. Хронологически, это последние по времени образования – «внутренние пружины» управления и контроля мозгом. Они состоят из так называемых «веретенообразных клеток». Это клетки особого вида со множеством сложных нейронных связей. Их скопление контролирует побудительные моральные и эмоциональные сферы человеческой активности. Они расположены в переднем отделе основания мозга, под слоем серого вещества.

У взрослого человека имеется около 83 000 таких клеток, тогда как в мозге шимпанзе – менее 2000. Считается, что число этих клеток стало увеличиваться в мозге наших предков немногим более ста тысяч лет назад. Это соответствует тому времени, когда происходило окончательное формирование Homo sapiens – человека разумного.

Но хотя мозг гоминидов и их потомков генетически развивался и анатомически рос в несколько раз быстрее других органов, для превращения в современного человека одних изменений в клеточной структуре мозга было недостаточно. Для этого необходимо было их сочетание с анатомическими и физиологическими изменениями в строении тела.

5. Анатомические и физиологические основы становления будущего человека

Самым первым и важным анатомическим изменением лесных обезьян было приобретение ими вертикального положения. С этим освободились передние конечности, которые стали руками. Изменилось строение позвоночника, таза, гортани и физиология многих органов. Но наибольшие изменения произошли в величине и структуре мозга. Всё это привело к формированию гоминидов как вида, предшествующего современному человеку.

……………………………….

Ты была уже не обезьяна,

Но пока ещё не человек.

(Из студенческой песни)

Что происходило сначала – увеличение роста или развитие умственных способностей? За четыре миллиона лет, со времени, когда лесные обезьяны начали спускаться с деревьев в поисках пищи, и до превращения их в прямых предков человека – ГОМИНИДОВ, рост этих животных увеличился в полтора раза. А ещё через три миллиона – ко времени превращения в человека – увеличился вдвое. Но, конечно, сформировавшийся человек не стал просто увеличенной копией начального образца. Под влиянием новых условий жизни изменения включали не только рост, но и анатомо-физиологические преобразования в строении скелетно-мышечного аппарата и внутренних органов – комплекс приспособительных перемен, направленных на выживание в окружающей среде. Он осуществлялся в результате многих миллионов лет естественного отбора.

В природе нет целесообразного развития – все изменения происходят случайно, и для выживания вида могут служить только наиболее рациональные из них. Изменения в строении тела обезьян происходили каскадом. Они передавались по наследству новым поколениям, таким образом шла эволюция человека. «Кирпичиками» этих изменений в скелете, мышцах и внутренних органах, как и в ткани мозга, были белковые молекулы новой, более калорийной пищи.

Трудно себе представить тяжёлые и опасные условия, в которых формировалось строение тела наших дальних пред-предков. Природа была для них суровой матерью – она подвергала их опасностям и лишениям: пожарам, землетрясениям, засухе, наводнениям, голоду, холоду, травмам и болезням. К тому же, они были окружены врагами-хищниками. Выживали только наиболее приспособленные – сильные, быстрые и более опытные.

Первым изменением было вертикальное положение тела, опирающегося на задние конечности. Миллионы лет обезьяны были приспособлены к жизни на деревьях, четыре их конечности были хороши, чтобы хвататься, цепляться за ветки и лазать по деревьям. Но они плохо передвигались по равнине. Когда передние конечности обезьян освободились от необходимости цепляться за ветки, они стали превращаться в более совершенные орудия развития – освобождённые от опоры, они стали руками. Руки могли выполнять более сложные функции – подбирать пищу, брать палки и камни, размахивать ими и бросать их на расстояние для защиты от хищников и для нападения на мелких животных. С развитием рук плечевые суставы и грудь раздавалась в ширину и давали большую возможность размаха. Ладони расширились, пальцы удлинились и стали тоньше, особенно изменился большой палец: его противостояние другим пальцам позволило выполнять захват при пользовании орудиями (Рис. 5–1). Это сыграло важную роль в дальнейшем развитии человека.

Кроме того, для вертикального положения нужна была устойчивость и способность балансирования на ногах. У обезьян был узкий таз, который постепенно стал раздаваться в ширину, вследствие этого их бёдра раздвинулись, а короткие и кривые задние конечности удлинились. Ступни уплощились, пальцы укоротились – это было необходимо для опоры на земле.

Рис. 5–1. Сравнительное изображение кисти и стопы: А – обезьяны, Б – человека.

С приобретением вертикального положения тела у человека прямоходящего ось позвоночного столба изменилась: приобрела прямую форму с двумя взаимно сбалансированными искривлениями – в грудном и поясничном отделах. Это дало телу новый устойчивый центр тяжести. Короткая шея обезьян раньше была приспособлена к тому, чтобы поддерживать голову наклоненной вперёд, это было выгодно для лазания по деревьям и перескакивания по веткам. С вертикальным положением и с изменениями в позвоночном столбе шея удлинилась и положение головы исправилось. Это давало лучший обзор при новом образе жизни на равнине: подняв голову и вытянув шею, они могли издали замечать пищу, врага или жертву.

Одновременно с удлинением и выпрямлением шеи вытягивалась гортань, это увеличивало её резонансную способность. Гортань более крупных самцов была больше и обладала характерным низким звучанием командного типа. Это было вторым заметным признаком мужского пола и таковым осталось до сих пор. В удлинённой гортани на тех этапах уже могли образовываться складки-щели – предвестники будущих голосовых связок. Возможно, два миллиона лет назад наши предки умели издавать горловые звуки – ранний предвестник будущей речи.

В связи с необходимостью пережёвывания более твёрдой смешанной пищи – мяса животных с жилами и даже небольших костей – происходили перемены в строении зубов: у основания дёсен всё больше развивались задние жевательные зубы. В лицевом скелете выдвинутые вперёд челюсти становились меньше, а с новым положением головы и увеличением объёма мозга увеличивался лобный купол. В результате узкая, вытянутая вперёд морда уплощилась, развилась богатая жевательная и мимическая мускулатура: у человека сорок четыре мышцы лица – больше, чем у любого вида животных.

Рис. 5–2. Реконструкция двуногого гоминида Люси, восстановленная по остаткам скелета.

С изменением состава пищи и с превращениями жевательного и лицевого аппарата изменялся и весь желудочно-кишечный тракт: в нём происходило более полноценное всасывание переваренных белковых продуктов, длинный кишечник укорачивался (важное эволюционное преобразование для эстетики будущей человеческой гигиены).

Около трёх миллионов лет назад жила самка гоминид, которая оставила нам свой почти полный скелет. Она ходила на двух ногах. Её нашли в XX веке и назвали Люси. Это была уже не обезьяна, но пока ещё не человек (Рис. 5–2).

Миллионы лет новых, укрепившихся преобразований и изменений в строении тела отразились в переменах эмбрионального развития плодов: рождались поколения с унаследованными признаками новых преобразований тела. Поскольку сами плоды и особенно черепа всё больше увеличивались, происходило увеличение объёма таза самок. С вертикальным положением тела изменился и ход родовых путей: вместо прямого родового канала, типичного для горизонтального положения тела у обезьян, этот ход стал угловым, с выходом плода не прямо вниз, а под углом вперёд (Рис. 5–3). Это затруднило процесс родов, но предотвратило лёгкие выкидыши – матери уже не могли при родах легко терять детей.

Рис. 5–3. Схема изменения родовых путей: А – обезьяны, Б – женщины.

Рис. 5–4. Реконструкция лица раннего гоминида – «первый проблеск интеллекта».

Важным фактором для сохранения новых видов в новых условиях была их жизнь стаями – у сплочённой группы больше шансов для выживания. С самого начала обезьяны были общественными животными. Самки приматов, в отличие от других животных, имеют частый – месячный – менструальный цикл, и поэтому постоянно доступны для самцов. Это удерживало оба пола вместе. Существование стаями укрепляло контакты всей группы и создавало развитую связь матерей с младенцами. А младенцы приматов требуют усиленного выхаживания и длительного вскармливания.

Путь к выживанию новых видов обезьян проходил через цепь превращений в анатомо-физиологическом аппарате, с естественным отбором по величине и силе. Вместе с преобразованиями в мозге это подготовило наших предков к новому качественному скачку развития – к формированию более крупных и сильных видов. У них уже появились начальные познавательные способности. Это привело к рациональному сознанию, направленному на улучшение условий выживания. И, возможно, в их раннем сознании зарождались первые далёкие искры интеллекта (Рис. 5–4).

В провале времени глубоком

Когда б я мог прильнуть к истокам

Начала человеческих начал,

В провале времени глубоком

Что я тогда бы увидал?

Мохнатый зверь стоит нетвёрдо

На задних гнущихся ногах,

Покатый лоб, с оскалом морда,

И камень держит он в руках.

Голодным взглядом он тревожно

С враждою смотрит на меня,

И отступает осторожно,

Как от врага, как от огня.

Но я был счастлив этой встречей,

Забыв про времени провал,

И привлекая звуком речи,

Ему я ласково сказал:

– Узнай, мой предок – Человек ты!

………………………………………………..

Зверь превозмог свой дикий страх,

И первый проблеск интеллекта

Сверкнул в осмысленных глазах.

Владимир Голяховский

6. Развитие навыков, победа над огнём и начало речи

Вслед за этапами генетического развития и анатомо-физиологического формирования человека началось развитие рационального поведенческого сознания и навыков, которые привели к созданию первых орудий труда и защиты. Следующим важным этапом развития стала победа человека над огнём, которая поставила его выше остального животного мира. Ещё более высокого развития предки человека достигли с началом формирования языкового общения.

Потребовалось более трёх миллионов лет на эволюционное превращение лесных обезьян в вертикально стоящих гоминидов. Эти были уже человекоподобные существа. Сколько для этого потребовалось поколений? Если считать, что выживаемость составляла 30 лет (а на самом деле, наверное, даже меньше), то за три миллиона лет сменилось болше ста тысяч поколений.

В поведении гоминидов развилось новое умение, которое являлось условием выживания – рациональное применение камней как готовых орудий для добычи и защиты. Сохранилось много образцов тех первых орудий. Несомненно, гоминиды умели также применять и палки, но деревянные орудия той эпохи не сохранились. С дальнейшим обретением опыта гоминиды стали пользоваться камнями с острыми краями – это давало им больше возможностей.

Из мастерства владения первыми орудиями возникли начальные приспособительные навыки. Они появлялись параллельно с увеличением мозга и ростом тела гоменидов. Судя по археологическим находкам, потребовалось ещё не менее пятисот тысяч лет (может быть, даже миллион), прежде чем наши предки догадались сами обтачивать камни. Так начался период развития человека, который историки назвали КАМЕННЫМ ВЕКОМ.

Впервые наши предки сумели воспользоваться преимуществом отработанных навыков – быть постоянно «вооружёнными». Опыт подсказал им выбирать для изготовления орудий самый крепкий материал – кремень. Потом они научились изготавливать иглы и скребки из костей животных. С их помощью гоминиды стали обрабатывать шкуры убитых зверей и сшивать из них накидки – пример целенаправленного, отработанного мастерства.

Изготовление орудий стало началом сознательного труда и проложило путь к следующим эпохам человеческого созидания.

Первый труд

Ещё немного кремень бить осталось,

Чтоб обточить орудие своё…

Мой давний предок, что Вам показалось?

Какая грань, какое остриё?

Как заострить Вы кремень догадались?

Что примитивный осветило ум? —

Вам жертвою бизоны представлялись,

Добычею голодных Ваших дум.

Зажав кулак с обточенным орудьем

И примеряясь – как рукой взмахнуть,

Не знали Вы, что нам, далёким людям,

Вы пролагали в будущее путь;

Не знали Вы, что искрою сознанья,

Осмысленного первого труда

Вы начали эпоху созиданья

И мир наш изменили навсегда.

Владимир Голяховский

Как всякому мастерству, обтачиванию кремней надо было учиться друг у друга. В процессе этого развивалась наблюдательность, особенно среди молодых. Потом распространение и усовершенствование мастерства шли уже от стаи к стае, из племени в племя, параллельно с территориальной миграцией гоминидов и с расширением контактов. Кремнёвые и костяные орудия находят на раскопках на разных континентах, с разрывом в создании «всего» в сто – двести тысяч лет (цифра почти ничтожная для того темпа развития). Это показывает, что начальные способности разных типов гоминидов проявлялись приблизительно в одну и ту же эпоху (Рис. 6–1).

Рис. 6–1. Обточенные каменные и костяные инструменты эпохи каменного века: А – ручной нож, Б – ручной топор, В – обоюдоострая бритва, Г – круглые и плоские иглы из костей (до 10 см. длиной).

Может показаться странным, как малочисленны были наши далёкие предки. По подсчётам, основанным на вычислении генетических начал человека, полтора миллиона лет назад гоминидов могло быть всего несколько десятков тысяч особей. И постепенно они распространялись на всё большие пространства.

Вслед за общими закономерностями этапов генетического развития и анатомо-физиологического формирования, освоение одинаковых навыков в разных географических районах доказывает общие закономерности проявления рационального сознания в предках человека.

Около миллиона лет назад развивающееся сознание привело наших предков к следующему важному достижению: они научились создавать и применять рычаг для большей эффективности физических усилий – это были простые деревянные рукоятки с довольно искусно привязанными к ним выточенными кремнёвыми клиньями. Рычаг-рукоятка давал более сильный размах и повышал эффективность броска и рубки, им было легче убивать зверя и противника. Эти первые рычаги стали прообразом топора и дротика и были прапрадедушками всех наших механических орудий (Рис. 6–2).

Рис. 6–2. Первые стрелы, топоры и дротики эпохи каменного века: А – наконечники стрел, Б – топор, В – топор-дротик.

Но при всех изменениях в развитии предки человека более шести миллионов лет оставались в полной зависимости от сил природы. В этом они ничем не отличались от других животных: как все, они были заняты только борьбой за выживание. Начальные достижения разума не выделяли их среди других животных – перед силами природы все оставались одинаково беззащитными.

Самой враждебной и страшной силой был всеразруша-ющий огонь. Миллионы лет назад земля утопала в растительности, и наши предки жили, окружённые мощными лесами и густыми травами. Огонь часто вспыхивал в них от солнечного жара, от ударов молний и метеоритов, во время землетрясений. Невозможно и страшно представить, как часто возникали и какой невероятной интенсивности достигали те лесные пожары – всему живому одинаково приходилось спасаться в панике от надвигающейся лавины огня, все звери были бессильны перед огнём, все гибли массами. Всесильный огонь должен был вселять в наших предков непреодолимый страх.

Но всё же… развитая наблюдательность могла подсказать им, что тлеющие ветки способны согревать, а в остывшей золе можно найти тела сгоревших животных. Запах палёного мяса должен был дразнить их постоянно и манить, чтобы подкрасться поближе и захватить добычу. Надо было только суметь осторожно обойти тлеющие угли. И вот на каком-то этапе, около миллиона лет назад, кому-то из них удалось преодолеть в себе животный страх перед огнём. Только воображение может подсказать, сколько надо было смелости и ловкости, чтобы решиться на это. Использование огня было первой победой над силами природы, а умение управлять им поставило предков человека над животным миром.

Жрец огня

Пылали деревья, валясь от пожара,

И воздух взрывался от дыма и жара;

Огонь разгорался в лесу полосой,

Огонь надвигался сплошною стеной.

И звери бежали, и птицы летели,

Но гибли в огне, кто спастись не сумели;

И вместе со всеми гнал ужас и страх

Двуногих зверей на дрожащих ногах.

Бежали они, на бегу подвывая,

И падали, факелом ярким сгорая,

А мимо другие неслилсь, задрожав,

И еле спаслись, до реки добежав…

Огонь затухал и пожар прекратился,

У берега лес догоравший дымился;

Двуногие сбились у края толпой,

Боясь проходить раскалённой тропой.

Они озирались, считая потери,

Но их окружали лишь хищные звери,

И было опасно ступить даже шаг —

Пред ними – огонь, а за ними их враг.

Стояли, дрожали, увидев соседей —

В воде затаившихся львов и медведей;

И грозно рычал над водой, озверев,

Готовый наброситься спасшийся лев.

Как быть, где спасаться?.. Один догадался,

И робко к затухшему лесу подкрался;

Зелёная ветвь на огне там горела,

С одной стороны она пламенем тлела,

Но быстро заметил двуногий храбрец,

Что всё зеленел её ближний конец.

Как жутко и страшно казалось герою

Той тлеющей ветки коснуться рукою!

Но он этот ужас в себе превозмог

И выхватил ветвь за её черенок.

И глаз не сводило двуногое племя,

Забыв о врагах и о смерти на время,

Они сознавали, молчанье храня,

Что первый из них не боялся огня.

А он замахнулся на зверя и гордо

Вдруг бросил огонь прямо в львиную морду;

И лев, огрызаясь, попятился в реку…

Так зверь в первый раз

Уступил Человеку.

Владимир Голяховский

С победой над огнём и над хищниками окончательно пробудился в своей природной колыбели будущий человек – величайший из хищников.

Вероятно, за долгий период времени во многих племенах и на разных континентах могли появляться свои «жрецы огня», и постепенно наши предки научились сложному искусству поддерживать огонь и пользоваться им для разных целей – греться, защищаться от врагов и животных и обжаривать мясо. На территории Кении и Эфиопии найдены самые древние следы применения огня, им около полутора миллионов лет. На территории Китая так называемый «Пекинский человек» применял огонь около пятисот тысяч лет назад. В Европе – около четырехсот тысяч лет назад: под Ниццей (Франция) найдены овально сложенные камни и посредине – очаг. От того же периода сохранились остатки защитных построек.

Всесильный огонь должен был представляться им мистической силой. Как всякое трудное дело в начале освоения, поддержание огня могло быть для них неким ритуальным занятием и послужило ранним прообразом первых культов поклонения.

Воображение рисует картину, как, радуясь добыче, наши предки подносили к огню куски мяса, как запах возбуждал их, как они ликовали и прыгали вокруг костра. Так появилась основа первого исполнительского искусства – ритуальных танцев. Само по себе использование огня для приготовления мяса могло быть зарождением древнейшего и самого распространённого из всех искусств – будущего искусства кулинарии. Как и в те древние времена, огонь продолжает давать людям веселье, наслаждение и пользу от согревания и обработки пищи.

С появлением орудий и умения управлять огнём в племенной жизни наших предков произошли коренные изменения: появилось разделение труда – мужчины занимались охотой, женщины и дети поддерживали огонь и собирали коренья. Так зарождалась структура будущего общества.

С огнём и орудиями гоминиды всё больше выживали и всё дольше жили. В результате этого увеличивалась их численность. В поисках новых источников питания они стали мигрировать. Около миллиона лет назад они начали стихийно расходиться из Восточной Африки – колыбели своего зарождения и созревания. Выживать в миграции на новых землях им помогали их новые союзники – огонь и изготовленные орудия.

Миграция стай в поисках пищи – обычное явление в животном мире. Но для наших предков это оказалось не просто миграцией – это было началом их распространения по Земле. Из Восточной Африки они расходились во всех направлениях (Рис. 6–3): одно из них вело гоминидов в Азию и Европу. По их следам через несколько сотен тысяч лет туда же двинулись племена эволюционно сформированного человека разумного – Homo sapiens.

Рис. 6–3. Карта предполагаемых путей распространения гоминидов из Африки (заштрихованные части континентов показывают, где предки человека жили уже 300 тыс. лет назад).

Благодаря более успешной охоте гоминиды получали с мясом всё больше белкового питания, это способствовало их дальнейшему росту и увеличению мозга. За шесть миллионов лет, с тех пор как они спустились с деревьев на землю, мозг вырос почти в шесть раз – от начального объёма в 300 см^3 до 1700–1800 см^3 у Homo erectus, человека прямоходящего. В основании увеличившегося черепа расширилось отверстие подъязычного нерва. Это привело к тому, что через него могло проходить намного больше нервных волокон, которые соединяли мозг с мышцами языка, гортани и шеи. В самой гортани сформировались голосовые связки с новыми мышцами. Язык стал намного более подвижным, губы на уплощённом лице тоже стали подвижней и тоньше. Это были важные для будущей разговорной артикуляции приобретения – речь рвалась наружу из изменившихся рта и горла (Рис. 6–4).

Рис. 6–4. Схема звукового аппарата: А – гориллы, Б – человека: 1 – голосовые связки; 2 – гортань; 3, 4 – подъязычный канал в основании черепа; 5,6 – язык, 7 – центр восприятия речи у новорожденных людей.

Медленно и с трудом давались нашим предкам первые звуковые обозначения и определения. Подкреплённые богатой мимикой сорока четырёх мышц лица, они становились выражением основных аспектов их жизни. Можно себе представаить, как однажды, около миллиона лет назад, обессиленный, израненный и окровавленный охотник ввалился в свою пещеру. Сидевшие там у костра женщины и дети глянули на него и поняли, что другие, ушедшие с ним, уже не вернутся. Но что случилось? Он ползком добрался до них и начал «рассказывать». Слов у него не было, в глубине глаз, запрятанных под выступающими надбровьями, сверкали искры эмоций. Он рычал, имитируя зверей, он бил себя в грудь и по голове, он распластывался по земле, изображая гибель других. Весь рассказ был передан жестикуляцией, мимикой лица и отдельными звуками. Они понимали его без слов.

Предположительно, раздельная речь появилась около пятидесяти тысяч лет назад. Набор звуков для составления обозначений был проявлением нового начала – начала обобщений.

Звуковые обозначения были не только новым способом общения, но и самым начальным проявлением способности древних людей переводить основные жизненные понятия в звуки. Пользование набором звуковых сигналов для составления конкретных обозначений стало проявлением первого интеллектуального процесса развития.

Первое слово

Есть звуки – значенье

Темно иль ничтожно,

Но им без волненья

Внимать невозможно…

М.Лермонтов

Он мучился ЧЕМ-ТО, чего не хватало,

ЧЕГО до сих пор никогда он не знал,

ОНО ему будто незримо мешало,

И он это ЧТО-ТО в мученьях искал.

Он сам поражался тому, что томился,

Он чувствовал ЭТО, как в горле комок,

Который как будто наружу стремился,

Но вырваться звуком из горла не мог.

За день он промёрз на бизоньей охоте

И к ночи в пещере разжёг он костёр,

И искры костра разлетались в полёте,

Наверх уплывая в подзвёздный простор.

Причудливо пламя рвалось и металось,

И к жару огня протянул он ладонь…

И вдруг это ЧТО-ТО из горла прорвалось,

Как звук небывалый, как слово – ОГОНЬ.

ОГОНЬ – повторял он всё снова и снова,

Звучание в памяти силясь сберечь;

И эхо вокруг разносило то слово.

………………………………………………..

И так человек начинал свою речь.

Владимир Голяховский

Началась эпоха самой сложной формы контактов – разговорного общения. Наверняка можно предположить, что начальная артикуляция речи была так же не похожа на нашу сегодняшнюю, как маленький дубовый желудь не похож на выросший из него ветвистый дуб. Но всё же… если однажды, такой же обессиленный и окровавленный охотник вваливался в свою пещеру один, без напарников, он был в состоянии словами рассказать сидевшим перед костром женщинам – что произошло на охоте. Ему не надо было бить себя в грудь, изображая гибель остальных: он выкрикивал их имена и говорил слова о гибели, понятные для всех. Слушавшие его женщины и дети потом много раз передавали тот рассказ другим. И за долгие годы их рассказы могли обогащаться «красками» новых звуков-слов.

Процесс происхождения и распространения речи не оставил никаких следов. Была ли первая речь одинакова для всех – неизвестно. Скорей всего, при широком географическом расселении и при больших расстояниях между племенами, зарождавшееся формирование языков шло по пути многообразия определений. Каждое из них было односложно и просто для произношения и запоминания. Это было важно для новых растущих поколений. Но как бы ни была примитивна начальная речь, она, как форма абстрактных определений, стимулировала развитие будущего интеллекта. Разговорная речь становилась самым мощным орудием человека.

Способность абстрагирования становилась настолько доминирующей и повсеместной из поколения в поколение, что впоследствии она смогла явиться основой формирования национальных языков и наречий. Но они появились намного позже – с переходом племён на оседлый образ жизни на определённых территориях. Это началось не ранее пятнадцати – двадцати тысяч лет назад. Для возникновения национальных языков, как и национальных характеров, важны были внутриплеменные и межплеменные контакты на фоне одинакового доминирующего миропонимания. Языки могли развиваться и устанавливаться параллельно с торговым обменом и войнами на одной и той же территории.

Формирование языков шло подобно приливам и отливам океана – они появлялись, развивались и исчезали. Многие из них исчезли, многие изменились настолько, что трудно определить их происхождение. Всего в мире известно около шести тысяч языков и наречий. Однако до сих пор изучено возникновение, распространение и исчезновение только двухсот из них. Все языки мира подразделяются на двенадцать крупных «языковых семейств». Их распространение по миру соответствует основным направлениям миграции людей из Восточной Африки.

Различные группы гоминидов доминировали в мире до периода около двухсот тысяч лет назад. Один из них – человек прямоходящий, Homo erectus, считается прямым предком современного человека. Ко времени возникновения этого вида тремя основных достижениями развития гоминидов стали: умение пользоваться изготовленными ими орудиями, победа над огнём и возникновение племенного общения. Разговорная речь пришла позже и стала достоянием нового вида – человека разумного, Homo sapiens.

7. Начала интеллектуального отражения природы в сознании

Около ста пятидесяти тысяч лет назад в Восточной Африке эволюция гоминидов сформировала последний вид – разумного человека, Homo sapiens. В нём пробудилось представление о собственном «я» и зародились эстетические поведенческие начала – прообразы искусства. Суровая окружающая природа родила в его пробуждающемся сознании отвлечённое представление о Высшей силе. Это были зачатки будущей религии.

……………………………………..

В те древние времена мы видим период, когда в генетическое программирование гоминидов стало внедряться сознание.

Джон Робертс

(британский историк)

В конце 1900-х годов на раскопках в Эфиопии обнаружили череп, которому было 125 тысяч лет. Он сумел сохраниться благодаря особым условиям климата и свойствам почвы того района. По внешнему развитию, форме и объёму он идентичен черепу разумного человека – Homo sapiens. Находка также подтверждает, что эволюцонное формирование следующего и последнего вида в линии гоминидов – человека – проходило в Восточной Африке, в период между двумястами и полуторастами тысяч лет назад.

Около ста тысяч лет назад в разных концах мира уже имелась настоящая индустрия мастерского изготовления кремнёвых и костяных инструментов и орудий – ножей, топоров, игл, скребков и дротиков. Многие из них сделаны так искусно, что их приятно взять в руки и ими легко пользоваться и теперь. У наших предков всё ярче проявлялись способности, важные для улучшения качества жизни.

К тому же времени относятся первые найденные декоративные амулеты из клыка мамонта и ракушек. Так же был найден первый музыкальный инструмент – костяная флейта с отверстиями. Эта музыкальная находка говорит о зачатках эстетики быта тех людей. Несомненно, у них могли быть ударные инструменты, потому что вкус к ритмичным звучаниям проявляется первым. Это доказательства формирования мастерства и вкуса, требующих довольно высокого индивидуального развития. Процесс естественного эволюционного развития постепенно уступал место отбору по приобретённым механизмам выживания – сознанию и умению.

Но эволюция человека не остановилась – изменения шли по пути приспосабливания людей к зонам расселения. В период от ста и до пятидесяти тысяч лет назад началась миграция групп из Восточной Африки. В поисках новых источников питания они расходились по всем направлениям. Часть из них шла в Европу и Азию, через территории Ближнего Востока, по следам предшествовавших им гоминидов-неандертальцев. Новые люди потеряли большую часть волосяного покрова, и в программирование эволюционного развития стало внедряться обретение «зональных» расовых черт – по цвету кожи, по росту и чертам лица. Цвет кожи и внешний вид варьировались по зонам расселения: первоначальный пигмент менялся на белый цвет в Европе, там люди были выше и стройней, с удлинёнными лицами и круглыми глазами; в Азии пигмент кожи менялся на жёлтый, люди там были ниже и коренастей, с широкими скулами и узкими глазами.

С новым витком развития появились новые проявления зарождающегося интеллекта. Понятие интеллекта нестабильно за всю историю развития человека, его надо применять с учётом уровня этого развития в разные эпохи. В ту далёкую доисторическую эпоху, около пятидесяти тысяч лет назад, интеллектуальное мышление можно определить как форму сознания, направленную не прямо на нужды выживания, а на развитие начальных отвлечённых понятий. Этого нет в животном мире, от которого развитие людей отходило всё дальше.

Самое первое и самое мощное, что могло влиять на формирование отвлечённых понятий первых людей, была окружающая их природа. Они были её дети и черпали свои представления только из наблюдений над ней. Сложная мистика природы наверняка озадачивала и пугала их – они были беззащитны перед её катаклизмами. Несомненно, они должны были бояться гроз с грохотанием грома и ударами молний, они не могли понимать чудес звёздного неба с пролетающими по нему кометами (которых в ту эпоху было намного больше). Ещё страшнее были для них землетрясения, несущие массовую гибель.

Всё это могло казаться им гневом чего-то мощного, несознаваемого, находящегося высоко над ними – в небе, с которого обрушивались эти катаклизмы. Спастись было невозможно – оставалось только покориться той высшей силе, которая пугала и убивала. Эти представления о высшей силе могли стать начальной формой отвлечённых понятий. В их основе лежал страх, и этот страх непонимания вёл к покорности. Из тех неосознанных отвлечённых понятий потом возникли основы представлений, которые мы называем религиозными.

Рис. 7–1. Самое древнее известное изображение быка, высеченное на скале более 30 тыс. лет назад.

Как ни слабо была развита примитивная психология, но под влиянием постоянного страха люди начали создавать первые отвлечённые символы той силы. Это требовало развитого воображения. Они были окружены животными, и первыми символами стали изображения окружавших их диких животных. Около пятидесяти тысяч лет назад у людей появилось воображение – способность сложного символического отображения природы. Воображение – это самое тонкое дитя интеллекта. Конечно, оно являлось не ко всем (и до сих пор осеняет не все головы), но те немногие, в ком оно возникло, упражняли его индивидуальными упражнениями на стенах пещер и скал (Рис. 7–1).

Начало

Кремнёвый нож в руке сжимая,

Межвежьей шкурою покрыт,

Бежал он, отдыха не зная,

Весь день по следу тех копыт;

А ветер выл в степи холодной

И дождь безжалостно хлестал;

Он был усталый и голодный,

Но след бизоний не терял.

И вот, звериный чуя запах,

Увидел он издалека,

Как горный лев, прильнув на лапах,

Готов был прыгнуть на быка.

От нападения, кругами

Скача на склоне по кустам,

Бизон проткнул врага рогами,

И вверх подбросил к небесам.

Зверь был прекрасен, он сердито

Храпел и тяжело дышал,

И землю острым рыл копытом,

И шею круто выгибал.

И кроясь в ямах по засадам,

Он полз к нему, за пядью пядь,

Бизон стоял почти что рядом —

Он мог рукой его достать.

Взрывались громом в небе тучи,

Метались тени полосой,

И любовался он могучей

Звериной, дикой красотой.

Ещё дикарь, ещё безбожник,

Он вдохновенье ощутил —

В тот миг родился в нём художник,

И нож он в зверя не вонзил.

Неясных чувств томящей бездной

Он был впервые поглощён;

И на стене скалы отвесной

Черты бизона выбил он.

Владимир Голяховский

Люди той эпохи были дикарями. Дикость прекращается там, где начинаются моральные устои, а уровень их морального развития был нулевой. Они могли легко убивать друг друга и наверняка зачастую поедали убитых врагов. И всё-таки среди них появлялись более развитые индивидуумы, которые умели планировать, руководить и устанавливать порядок, основанный на организационных началах.

Развивавшиеся хозяйства племён стали требовать учёта. Пятьдесят тысяч лет назад люди научились счёту, ведя его зарубками на костях животных (и наверняка на палках, которые не могли сохраниться). Это был колоссальный шаг развития, неоценимое преддверие математики и точных наук. Счёт дал толчок к развитию осмысленного ведения хозяйства – отсюда берёт начало вся экономика мира. После разговорной речи счёт был вторым важным этапом внедрения абстрактных понятий в существование людей. Ясно, что не все умели считать, для этого должны были появиться мастера счёта, люди более высокого развития, первые представители нового вида человеческого труда – мышления.

Рис. 7–2. Прическа и украшения первобытных женщин каменного века.

Не исключено, что во главе племён стояли женщины. Матриархальный период общественного развития господствовал в Древнем мире людей долго. Женщины рожали и выкармливали детей, на них лежало ведение хозяйства: они поддерживали огонь, запасали воду, готовили пищу, шили накидки из шкур. Около ста тысяч лет назад они уже начинали прясть шерсть и осваивать ткацкое ремесло, делая для себя накидки из скрученной шерсти убитых животных, а потом и из выработанной льняной ткани. Предположительно, именно женщины способствовали развитию разговорной речи, обогащая её новыми словами: оставаясь в пещерах и укрытиях, они могли «болтать» друг с другом (как делают это до сих пор). При тесных контактах внутри племён могли появляться и избирательные отношения между мужчинами и женщинами. Инициаторами их тоже должны были быть женщины – они приманивали к себе избранных мужчин и отвергали неугодных. Как они это делали, остаётся их женской загадкой (как, впрочем, является и до сих пор): уже на тех ранних этапах интеллектуального развития они могли обладать врождённым инстинктом женского обаяния. Недавно были найдены небольшие каменные фигурки – изображения женщин той эпохи: они одеты довольно изящно в подпоясанные накидки, и их волосы собраны в аккуратно сплетённые косы (Рис. 7–2). Зарождавшееся в древних людях чувство избирательной любви было, как и искусство, одним из проявлений развивавшегося в них воображения.

Стихи про первобытную любовь

Жил да был неандерталец,

Он ходил вразвалочку,

И однажды повстречал

Он неандерталочку.

До сих пор таких красавиц

Не видал неандерталец:

Первобытной красоты

Строгие критерии —

Запах плотной густоты

И ни клочка материи,

А на выпуклостях мех —

Для романтических утех.

Поражённый красотой,

Заворожённый самочкой,

Он застыл балда балдой

Пред такою дамочкой.

А она, полна кокетства,

В ход свои пустила средства:

То оскалится, сердясь,

То поманит пальцем,

Издеваясь и смеясь

Над неандертальцем.

Сам собою удивлён,

Ноги словно ватные,

Испытал впервые он

Чувства непонятные:

Робость и смущение —

Влюблённых ощущения.

И, любуясь, целый день

Он за ней бродил, как тень.

(Первобытного экстаза

Допотопная зараза —

Все мы ходим по следам,

Что остались после дам).

Он и охал и вздыхал,

Никогда он не слыхал,

Чтоб доисторически

Любили платонически.

Но…

Другой неандерталец

Вдруг напал на парочку

И в пещеру утащил

Ту неандерталочку.

Оглянулся наш герой —

Мамонт ходит за горой;

Проще мамонта убить,

Чем красавицу любить.

Кто не верит в этот вздор

Даже мало-мальски,

Подступает до сих пор

По-неандертальски:

Надо ли влюбляться,

Чтоб совокупляться?..

Владимир Голяховский

8. Первый взлёт интеллектуализма?

Задолго до формирования первых цивилизаций в Египте, Шумере и на Востоке, около сорока тысяч лет назад, в юго-западной части Европы жили люди, которые делали наскальные росписи и скульптурные фигурки, изображавшие животных и человека. Никаких других следов существования тех людей не осталось, они погибли в ледниковый период. Но их реалистические росписи были такого высокого уровня мастерства, что сами по себе доказывают довольно высокий уровень развития того общества.

…………………………………………..

Искусство, символы и имитации каменного века отражают структуру и связи экономической и культурной жизни охотников того времени.

Александр Маршак

(британский историк)

У подножия громадных нависающих скал высотой более ста метров, в долине реки Ардеш на юге Франции, в 1994 г. была найдена большая пещера. Тридцать пять тысяч лет назад её стены были расписаны первыми людьми, пришедшими в Европу. Пигментными красками и углём они изобразили более 420 животных – медведей, львов, мамонтов, носорогов, лошадей и сов. Эта пещера с росписями – не единственная в Европе. На территории Франции, Испании, Италии и Сицилии обнаружено более двухсот пещер с наскальными изображениями сцен охоты и ритуалов человеческого поведения, с выточенными из камня фигурами. По названию одного из французских гротов Кро-Маньон человека того периода назвали кроманьонцем. Он относился к европеоидной расе эпохи позднего палеолита, изготавливал орудия охоты, труда и украшения, одевался в звериные шкуры.

Рис. 8–1. Рисунки животных в пещерах; изображения травоядных в трех разных стилях, очевидно, тремя художниками.

Наскальные изображения были сделаны в период от сорока до двенадцати тысяч лет назад. Это 2058 изображений животных и 106 изображений людей. Кроме росписей изготовлялись скульптуры и процветала резьба по кости (Рис. 8–1). Можно предполагать, что пещер с росписями и скульптурами было даже больше, но они были уничтожены наплывавшими с севера ледниками, и это искусство зачахло и прекратилось. Последний ледниковый период наступил двенадцать тысяч лет назад.

Судя по археологическим находкам, первые человеческие племена пришли из Африки в Европу около сорока тысяч лет назад. Генетиками подсчитано, что к тому периоду в Европе могло быть не более двадцати тысяч пришельцев. При сопоставлении дат прихода первых людей со временем росписи ими пещер выявляется, что люди уже ранее могли обладать искусством отображения своей жизни в росписях и скульптуре. Невозможно представить, чтобы они могли освоить и развить его на месте в течение «всего» нескольких тысяч лет. Очевидно, овладение изобразительными средствами началось в процессе их многотысячелетней миграции и совершенствовалось на путях переселения. Когда они заселили Европу, они принесли своё искусство с собой.

Значит, у них должно было быть довольно высокое общее развитие. Для чего они делали эти рисунки? Вполне возможно, целью наскальных изображений был культ алтарного поклонения животным – одна из первых форм религиозного культа; она называется АНИМИЗМ. Крупных хищников в росписях намного больше, чем травоядных животных, охотиться же люди могли только на травоядных. Возможно, плотоядным они поклонялись. Животные нарисованы пигментными красками разных цветов – красным, жёлтым, коричневым, чёрным, с обрисовкой и оттенками. Они изображены поразительно реалистично, со всеми деталями строения, зачастую в динамике движения. Зато люди изображены схематично, без деталей, и иногда угадываются только по вертикальному положению тел.

Массовость росписей говорит о том, что среди древних европейцев впервые культивировались художники – творцы, наделённые воображением и отработанным искусством. Они оставили нам «документы» своей жизни, по которым можно восстановить картину их развития.

Несомненно, реалистичность изображения и изготовление красок требовало большого мастерства. Но если это искусство стояло на такой высокой ступени развития, то и сами люди-творцы должны были быть довольно высоко развитыми. Уже действовали связи ассоциативного воображения – стимул к творчеству. Их мастерство было проявлением интеллектуального творческого импульса. И у них был талант – способность передачи высокоразвитого искусства, было развито чувство красоты. Их творчество отражало их интеллект, поэтому его можно считать первым известным всплеском интеллектуализма.

Рис. 8–3. Самая древняя известная скульптура, изваянная 32 тыс. лет назад; изображение лошади из кости мамонта, 10 см величиной.

По диапазону времени создания и по распространению пещер на сотни километров можно судить о том, что творческий импульс пробуждавшегося интеллекта был не единичным редким явлением, но распространённым фактом жизни поколений европейцев того периода – он проявлялся у многих индивидуумов.

Рис. 8–2. Изображения хищников в одном стиле, одним художником.

Примитивными средствами на каменных стенах пещерные художники изображали основной интерес их жизни – животных, на которых они охотились и которым, возможно, поклонялись. Они делали это так выразительно, динамично, ярко и тонко, что мы до сих пор любуемся их искусством. С поразительным реализмом изображений, с развитым эстетическим чувством и опоэтизированием природы наскальные художники представляли синтез сознания и воображения в познавании природы, символическое отражение поклонения ей.

То, что сегодня представляется нам искусством, для древних могло быть религией. Своими изображениями художники каменного века положили начало ИСКУССТВУ и начало первой форме религиозного поклонения – КУЛЬТОВОЙ РЕЛИГИИ. Поэтому пещеры с наскальными изображениями кажутся нам СОБОРАМИ ДРЕВНОСТИ (некоторые историки так их и называют). Интересно, что исследования не выявили никаких данных, подтверждающих, что сами люди жили в тех пещерах. Очевидно, это и были специальные помещения – «пещерные храмы».

До нас не дошли их имена. Хотя и безымянные, наскальные художники Европы были первыми достоверно существовавшими интеллектуалами и ещё задолго до возникновения египетской цивилизации представляли синтез сознания и воображения в познании природы.

По многочисленным росписям, барельефам и скульптурным фигурам можно представить себе тех художников. Несомненно, они проходили обучение – мастерство передавалось в заведении вроде школы: они изготовляли пигментные краски, волосяные кисти, каменные долота для вытачивания фигур, обучались рисунку и раскраске. В пещерах сохранились отпечатки детских ног и обрисовки детских рук – учеников мастеров. Большинство наскальных изображений делалось, очевидно, при дневном свете. Другие делались при свете костров и жировых ламп – есть находки светильников двадцатипятитысячелетней давности. Но за тысячелетия многие пещеры разрушились, другие оказались глубоко под землёй и до сих пор не открыты. До нас дошли лишь редкие сохранившиеся рисунки.

В полусвете костров художники и их соплеменники могли демонстрировать поклонение изображениям. Хотя рисунков людей намного меньше, чем животных, но некоторые из них изображают танцующих людей в звериных шкурах и с оленьими рогами на головах. Танцы и украшения – это ритуалы шаманов, свидетельствующие о культурных традициях.

Если религия зародилась как дитя страха, из непонимания сил природы и смерти, то в руках первых наскальных художников религия превратилась в преклонение перед Высшей силой природы – её загадочной всесильной красотой. Так отвлечённые идеи и ещё неустоявшиеся образы богов впервые появились около сорока тысяч лет назад. А около двадцати тысяч лет назад одним из следующих ранних фетишей стала беременная богиня-мать, носительница жизни, продолжательница рода. Её фигуры вытачивали из известняка, вырезали из дерева и кости. Она одновременно была и символом плодородия, и отражала реальность жизни.

С тех древних времён и с тех первых изображений связь искусства с религией уже никогда не исчезала. Религиозные представления и формы культа менялись во всех последующих цивилизациях, но всегда несли в себе самое большое собрание мыслей, чаяний, описательного, изобразительного и музыкального выражения – все виды искусств служили религии. В синтезе с искусством заключалась прогрессивная сторона влияния религии на развивавшееся сознание и интеллект.

9. Исторические и культурные предпосылки развития Европы

Около 20 тысяч лет назад началось самое сильное похолодание за последний миллион лет, и на Европу наползли всеразрушающие ледники. Это привело к вымиранию неандертальцев, смогли выжить лишь немногие из людей. Около десяти тысяч лет назад ледники растаяли, и Европа превратилась в цветущий лесистый край. Тогда стали вновь развиваться человеческие сообщества и началось новое развитие культуры.

…………………………………………………………..

Название «Европа» впервые появилось в писаниях греческого интеллектуала и поэта VIII века до н. э. Гесиода. Научных объяснений того, почему континент носит это имя, нет.

Человек разумный – HOMO SAPIENS вышел из Африки и появился в Европе около сорока тысяч лет назад. Через десять или пять тысяч лет люди смогли создать высокоразвитое изобразительное искусство. Но около двадцати тысяч лет назад в Северном полушарии наступил ледниковый период. Всеразрушающие ледники появились почти во всей Европе, части Азии и Северной Америки, меняя ландшафт, уничтожая всё живое и всё сделанное руками наших предков (Рис. 9–1). После ледникового периода от искусства первых европейцев осталось только то, что было защищено глубиной и стенами пещер, а основное было разрушено в последующие тысячелетия самим временем и сменой климата. Наиболее вероятно, что суровые природные условия Европы затормозили переход первых европейцев к цивилизации. По хронологическому совпадению, можно предполагать, что суровый климат способствовал и исчезновению более ранних пришельцев – неандертальцев. Борьба за выживание в более суровых условиях стимулировала появление приспособительных навыков и умений. Поэтому хоть немногие сумели приспособиться и выжили. Это было подтверждено недавним открытием генетических особенностей северных людей. Однако следов их развития, кроме пещерного искусства, осталось мало, создать европейскую цивилизацию они не смогли.

Рис. 9–1. Карта распространения ледника в Европе 30 тыс. лет назад.

Для формирования цивилизации необходимы три условия: 1 – многочисленность и концентрация населения; 2 – благоприятный климат в сочетании с плодородием земли; 3 – избыток продуктов питания. Ничего подобного в Европе в те времена не было. Характерно, что, при всём реализме искусства пещерных художников, в их изображениях нет ни плодов, ни трав – того, что могла давать земля. В Европе того времени плодородия ещё не было.

К периоду возникновения ранних цивилизаций, около десяти тысяч лет назад, ледники сошли и наступило потепление. В прорытых льдом долинах и впадинах образовались многочисленные реки и озёра, возник более благоприятный климат со средней температурой и уровнем влажности. В результате древние европейцы стали поклоняться «богу Солнцу» или «богу Солнца». Это ставит их религию на уровень других, одновременных с ними цивилизаций. Относительное сходство расставленных по всей Европе каменных памятников – мегалитов между собой и их повсеместное распространение доказывает, что в древней Европе были распространены контакты народов и могла быть единая религия. Это было признаком зарождения будущей европейской цивилизации.

Рис. 9–2. Реконструкция облика «Ледового человека» из Альп, около 3300 лет назад.

На вершинах Альпийских гор в конце XX века был найден замороженный труп охотника – «Ледового человека» – давностью в пять тысяч лет (Рис. 9–2). Его плотная одежда из кожи, его оружие и металлическая стрела, рана на теле дают представление о довольно высоком уровне развития той жизни. Это доказательство того, что при всех разрушениях европейцы смогли выжить в ледниковом периоде. Сохранились металлические орудия их охоты и битв, но из-за климата не могли сохраниться кости скелетов, деревянные орудия труда и предметы быта. Остатки жилищ (до десяти тысяч лет назад) сохранились на территории итальянских Альп, Чехии, Украины и Франции. В больших «французских жилищах» могло жить вместе до шестисот человек – это были почти городки. Оседлая жизнь большими группами означает, что они умели прокормить себя без перемещений, что они переходили от охоты к обработке земли. Ранние следы развития сельского хозяйства семитысячелетней давности есть на территории Германии, Чехии, Франции, Англии, Ирландии и Италии.

Рис. 9–3. Реконструкция колоссального мегалитического комплекса Стоунхендж (близ г. Солсбери) в Англии (в момент восхода солнца).

Самый большой комплекс мегалитов находится в южной Англии, в местечке Стоунхендж (Stonehenge) (Рис. 9–3). Его ранние части были установлены в 18–15 веках до н. э., по времени совпадая с возникновением египетской цивилизации и её пирамид. Их создавали жители этого края, но там же обнаружено четырёхтысячелетней давности захоронение лучника из района Альпийских гор. Возможно, там бывали люди со всей Европы и тысячелетиями работали над установлением и переделками монумента, для них он имел важное культовое и астрономическое значение. В Ирландии, около холма Тара – места захоронения 140 древних вождей – стоят каменные памятники шеститысячелетней давности. Самый старый был поставлен в 4000 году до н. э. – на тысячу пятьсот лет раньше, чем была построена египетская пирамида Хеопса.

На северном острове Шотландии Orkin Island в 1950 г. было обнаружено подобное сооружение шеститысячелетней давности. В диаметере 10 км и состоит из вертикально поставленных камней, некоторые из них весят 30 тонн. Они так же стоят по ходу солнечного света. Там нашли древнее захоронение 370 скелетов. В 20 км от этого сооружения есть древний каменный курган 40 м высотой (высота египетской пирамиды!), покрытый белым мелом. Он построен в ту же эпоху. Подсчитано, что на его строительство могло пойти 48 миллионов рабочих часов (почти столько же, сколько на строительство пирамиды).

В местечке Avelbury silvery найдено 96 громадных каменных глыб, установленных, так же как и другие, по кругу и по направлению солнца.

На территории Европейской части России, под городом Рязанью, найдено древнее святилище, которому четыре тысячи лет. По схеме строения оно похоже на каменные монолиты Стоунхенджа, хотя сделано из дерева. Дерево перегнило, но остались ямы и захоронения. По времени и сходству это говорит о приблизительно одинаковом уровне развития жителей Восточной и Западной Европы.

Европейцы того периода умели пользоваться счётом. Самый первый известный в мире календарь двенадцатитысячелетней давности в двенадцать тысяч лет был найден на территории Франции. Это костяная пластинка размером около 10 см, на которой нанесено около тысячи мелких зарубок, представляющих дни. Они сгруппированы таким образом, что могут отражать значение годов. На территории Германии, у Миттельбергского холма, найден бронзовый диск с впаянными в него золотыми изображениями небесных светил – первый астрономический прибор, указывающий на расположение луны и звёзд.

Как европейцы могли контактировать между собой на больших расстояниях? После ледника в Европе осталось больше рек, чем где-либо, они пересекают её во всех направлениях. Для людей было естественно передвигаться по рекам, осваивая новые земли, вступая в военные, деловые и торговые контакты с соседями. Этапы их развития были схожи с этапами развития народов ранних цивилизаций – шумеры плавали по Тигру и Евфрату, а египтяне использовали Нил как основную транспортную артерию страны. Но европейцы умели переплывать суровый морской пролив между континентом и Британским островом до мореплавателей Средиземного моря – финикийцев, греков и египтян. Задолго до колонизации греческой территории, ещё тринадцать тысяч лет назад, европейцы переплывали от её берегов расстояние в 130 км – на остров Мелос в Эгейском море, чтобы добывать там твёрдый камень обсидан – кремнёвое стекло. Его острые края позволяли им легче разрезать шкуры животных для изготовления одежды и для покрытия стен жилищ.

Рис. 9–4. Первая предполагаемая запись знаками «пещерное письмо» в Европе, означающее «я был здесь с гуртом моего скота». 3000 гг. годы до н. э.

Ранние европейцы не оставили после себя следов какой-либо письменности, хотя у них были развиты коммуникации на расстояниях. В одной из пещер был найден рисунок того периода, который можно считать условной записью информации (Рис. 9–4). Ещё одно предположение: может быть, у них не было долговечного материала для записей. Известно, что и в более поздние времена в Европе пользовались для записей берестяной корой, а дерево не могло сохраняться надолго. Но, может быть, узоры и знаки на некоторых каменных глыбах имели символическое значение, содержали записи чего-то важного для тех людей.

По совокупности отдельных археологических памятников логично предположить, что Европа впоследствии не случайно стала средоточием самой богатой интеллектуальной жизни. Лишь из-за суровости климата она на время отстала от первых древнейших цивилизаций. Но в самих суровых условиях её развития были предпосылки к будущему расцвету. По прошествии нескольких тысячелетий после ледникового периода развитие ранних европейцев способствовало формированию первых западных цивилизаций – греческой и римской. Через Грецию и Италию влияние европейцев распространилось на весь западный мир. История во многом зависит от географии и от климата, она делает зигзаги, которые нам потом нелегко расшифровать.

Нераскрытая глава развития доисторической Европы заключается в том, что в суровых природных условиях в ней сумели развиться искусство, религия и инженерное мастерство, независимо от культур цивилизаций равнинных тёплых краёв, и почти в одно с ними время.

10. История колеса как колесо истории (важнейшее раннее техническое достижение цивилизаций)

Приблизительно ко времени трех с половиной тысяч лет до н. э. развились цивилизации с религиями примитивного идолопоклонничества. Одной из них была цивилизация государства Шумер в Двуречье. Богатая мифологическая основа религии стимулировала рост духовного мира людей. Наиболее изобретательные создавали ирригационную систему земель, использовали одомашненный скот как тягловую силу и создали гончарный круг для изготовления глиняных ёмкостей. Принцип колеса как круга на оси стал важнейшим техническим достижением, распространился и привёл к дальнейшему прогрессу хозяйства и развитию знаний.

………………………………………

Цивилизация – это определение мы даём взаимодействию людей в наиболее творческом смысле, когда достигнуты достаточная масса культурных возможностей и определённый переизбыток средств.

Джон Робертс (британский историк)

К периоду 4-го тысячелетия до н. э. в разных частях мира, в Египте, Месопотамии, Индии и Китае сформировались цивилизации с развитыми религиями примитивного идолопоклонничества, со множеством фетишей-богов. В районе так называемого «Двуречья», по рекам Тигру и Евфрату (на самом деле тогда там было четыре реки, две из которых потом высохли), и по всей зоне «Плодородного полумесяца» сформировалось несколько городов и государств. Самой большой и сильной была цивилизация Древнего Шумера с городами Ниппур, Ур, Эриду и др. Развитие Шумера происходило параллельно с Египтом, но между ними были существенные географические и политические различия: Египет был плоской выжженной пустыней, в его жизни доминировала река Нил, особенно – её дельта. Шумер был гористой страной с плодородными землями и многочисленными реками. Монолитный Египет был самым мощным государством Африки и просуществовал три тысячи лет, у Шумера было много соседей-врагов, с которыми он вёл постоянные войны. Он был завоёван семитскими племенами аккадов менее чем через тысячу лет. Но шумеры сумели оставить культуру, которая процветала после них ещё более тысячи лет. С ростом населения у разных племён Шумера появлялись местные идолы. К образу беременной богини-матери прибавились символы-фетиши скал, пещер, скота, холмов и многое другое из окружающей их жизни. Вера в них становилась такой же необходимостью, как само выживание – физический и ритуальный мир людей сливался в одно целое.

Зарождавшиеся мифы о богах-фетишах пробуждали и усложняли человеческую фантазию. Например, люди одного племени могли считать, что боги соседей намного сильнее их собственных и дают им больше успехов, тогда они тоже начинали поклоняться им, приносить жертвы. На площадях, где происходили торговые обмены, люди собирались вместе для замаливания богов и приношения им жертв. Эти открытые сборища были древнейшим прообразом будущих храмов.

Лидерами массовых поклонений были шаманы – прообраз будущих священников. Они умели влиять на массу потому, что их интеллект был выше среднего уровня. Чародейство шаманов могло быть для толпы чем-то вроде примитивной науки – люди воображали, что с помощью заклинаний, особых движений и применения магических предметов шаманы влияли на удачу и на саму жизнь шумеров. И этот древний самообман веры и суеверия, преобразившись в другие культы, остался в людях навсегда.

Так начался второй период развития раннего интеллектуализма – внедрение отвлечённых понятий в повседневную жизнь. Позже это было названо духовным развитием.

В широком смысле слова духовное развитие – это и есть более высокий уровень и более широкая связь мыслительных способностей, т. е. интеллектуализм.

Вокруг первого из шумерских городов Эриду стали строить культовые башни – зиккураты (что означало «высокое место»). Это были сложные и красивые ступенчатые пирамидообразные строения из цветного кирпича. Шумеры первыми научились складывать из кирпичей арки, это было их строительное изобретение. На вершине зиккуратов было святилище для бога неба Ану, бога воды Энки и бога луны Наннар. С поразительным мастерством шумеры строили эти храмы из тысяч кирпичей, некоторые были размером 70 м на 50 м и высотой более 20 м (как современный 7-этажный дом) (Рис. 10-1).

С духовным развитием рациональные идеи всё чаще посещали людей, каждое из нововведений способствовало улучшению жизни. Благодаря идеям ранних мыслителей создавалась и усложнялась технология многих производств, особенно в самом главном – в культуре земледелия. Они внедрили в жизнь общества три новых усовершенствования: умели создавать сложную ирригационную систему, которая выдержала испытания тысячелетий; начали одомашнивание тягловых животных; улучшили технику вспахивания и культивирование зерновых. Для этого они изобрели лопаты, грабли, сохи и другие орудия сельского хозяйства.

Рис. 10-1. Зиккурат, сделанный из глины, 4-е тысячелетие до н. э.

Первыми тягловыми животными были сильные быки, длинное дышло повозок-саней крепилось к их рогам. Как всё на заре цивилизаций, сначала эти «сани» с пышными орнаментальными украшениями из меди и бронзы применялись для ритуальных целей – на них везли на захоронение властелинов. В раскопках четырёхтысячелетней давности такие повозки найдены вместе с принесёнными в жертву слугами и тягловыми быками. Тогда не было проложенных дорог, повозки скользили по песчаному или глиняному грунту. Но этот вид транспортировки был непрактичным и мог служить только для ритуальных целей.

Совершенствование ведения хозяйства приводило к накоплению продукции. При избытках продукции возникли сложности хранения и трудности перевозок на расстояния. Это затрудняло обмен и торговлю: требовались удобные ёмкости разных размеров. Это стало толчком для изобретения глиняной посуды и колеса.

История колеса была восстановлена по находкам в разных районах мира. Первым изобретённым в истории колесом был гончарный круг для изготовления глиняных ёмкостей. Глина была распространённым пластическим материалом, уже тысячи лет люди делали глиняные кирпичи, высушивая их на солнце или на огне. Из глины они лепили фигурки своих богов и, возможно, лепили вручную сосуды-ёмкости, необходимые в хозяйстве. Но какую бы форму им ни придавали, сосуды оставались ломкими и малопрактичными. И вот кому-то пришла идея создавать из глины полые сосуды геометрически округлой формы. Сцепление материала в такой форме намного прочней, чем в плоской и угловой. Не исключено, что изобретатели экспериментировали с округлой формой маленького размера и нашли её более прочной. Но придание округлой формы большому сосуду было возможно только путём его вращения. Для этого впервые был применён плоский гончарный круг. Вначале каменный или деревянный круг могли вращать вручную помощники мастера, а сам мастер руками формировал наружную и внутреннюю стенки сосуда. Потом технологию вращения упростили: гончарное колесо надели на ось, соединив с другим колесом, которое сам мастер вращал ногами (Рис. 10-2).

Рис. 10-2. Реконструкция изображения древнего гончара, формирующего глиняный сосуд на гончарном круге. 5-е тысячелетие до н. э.

Вращение круга на оси было открытием – новым принципом механики.

Глина в разных местностях была разного качества, поэтому производство сосудов из наилучшей глины должно было цениться высоко, они стали одним из первых широко распространённых товаров для обмена. Сам гончарный круг становился необходимостью в ведении хозяйства и быстро получил распространение. А с ним вошёл в практику принцип вращения колеса на оси.

Всё более усложняющееся ведение хозяйства требовало более эффективной организации перевозок. Люди переносили грузы на себе или перевозили на вьючных животных, но это было недостаточно эффективно. По известной поговорке о том, что необходимость – это мать любого изобретения, идея заменить полозья колёсами была вызвана необходимостью.

Самым важным изобретением начала цивилизации было изобретение колеса, вращающегося на оси. Люди стали изготавливать повозки, в которые впрягали тягловых животных. Этому предшествовало приручение быков, лошадей и ослов. Археологические находки показывают, что в Египте одомашнили и приручили ослов, на Ближнем Востоке – лошадей. Одомашнивание верблюдов произошло позже – три с половиной тысячи лет назад.

Рис. 10-3. Техника изготовления колеса: грузовая повозка со сплошными колесами (древнее изображение двухтысячепятисотлетней давности).

Мы никогда не узнаем – кому и как пришла в голову идея применить для повозки вращающиеся на оси колеса. Исторически, гончарный круг появился на пятьсот – тысячу лет раньше, чем колесо на повозках. Можно предполагать, что принцип гончарного круга на оси подтолкнул чей-то изобретательный ум применить круги на оси для повозок. Около 3500–3000 гг. до н. э. в Шумере и, возможно, в других местах впервые начали ставить на колёса тягловые повозки. Первые колёса были цельными деревянными кругами, составленными из двух половин. Предположительно, для устойчивости повозки сначала применяли четыре колеса, закреплённые на оси деревянными втулками (Рис. 10-3). Потом появились сбалансированные одноосные повозки на двух колёсах. Следующим изобретением раннего интеллекта была замена цельных деревянных колёс на колёса со спицами. Они появились ещё через тысячу лет и применялись для одноосных грузовых повозок.

Потом колёса стали делать с более прочными металлическими спицами. Около 2000 лет до н. э. появились одноосные военные колесницы – «танки» древней эпохи, на них разъезжали только воины-правители. Их остатки находят также на территории России (Рис. 10-4).

Рис. 10-4. Древнее изображение колесницы царя, в момент охоты на льва; колеса колесницы со спицами (2500 лет назад).

Изобретение колеса дало стимул к дальнейшему развитию цивилизации. Можно сказать, что люди въехали в цивилизацию на изобретённом ими колесе.

Шло повсеместное распространение металлургической индустрии бронзового века. По всей зоне «Плодородного полумесяца», на юге которого находился Шумер, имелось много бронзовых производств. Для них были нужны транспортные пути. И вот впервые стали прокладывали дороги к рудникам и от селения к селению. Руды перевозили к местам обработки, а металлические изделия развозили для снабжения армии и для продажи. Дороги помогали развивать технологию производства колёс. Дороги – это артерии жизни цивилизованного общества. С изобретением колеса и прокладкой дорог расширялись коммуникации и учащались торговые и деловые контакты людей.

11. Скачок развития к зачаткам письменности

В шумерской цивилизации происходило укрепление центральной власти правителей городов-государств, создавались регулярные армии и обожествлялись личности правителей. Для талантливых мастеров богатство правителей создавало благоприятные условия к развитию многих видов искусств. Одним из них было умение переносить отпечатки с металлических цилиндров на глиняные дощечки – это был вид пиктографического письма (письма-изображения), первая запись, созданная для запоминания.

Развитие древней Месопотамии, и в особенности Шумера, часто называют «колыбелью цивилизации». Расположенная на Ближнем Востоке и не отделённая от Европы морем, эта цивилизация во многом повлияла на развитие более поздних западных цивилизаций.

К 2000 году до н. э. в Месопотамии жило уже несколько миллионов человек. С концентрацией населения выросло много новых городов: Ур, Киш, Лагаш, Урук, Ниппур, Сус, Гиза и, вероятно, другие, от которых не осталось ни следа. Правители отдельных городов назывались «инзы», если инзы сумели подчинить себе другой город, им давали титул «лугал», что соответствует позднему титулу «царя». Накопив богатства и захватив с его помощью власть, лугалы стали создавать регулярные армии, завоевывали более слабых соседей, разоряли их, облагали налогами и обращали в рабство. В Шумере впервые была организована профессиональная армия и образовался класс сильных и богатых – власть центрального правления.

Став царями, лугалы становились и главами местных храмов – началось вмешательство политической власти в религиозное служение. Религия преобразовалась в общественную силу, и ее стали использовать в политических целях. Так на заре цивилизаций выработался новый искусственный вид интеллектуального самообмана – политизированная религия. Людей заставляли верить, что их властелины сами суть божества (традиция веры в божественность правителей дожила до нашего XX века – японский император считался сыном Солнца, от этого звания отказался только 124-й император после поражения Японии во Второй мировой войне в 1945 году).

Правители были заняты ведением войн и окружали себя атрибутами роскоши. Для этого они оказывали протекцию людям творческого направления – архитекторам и художникам. В произведениях искусства шумерские мастера достигли больших высот.

Примитивная культовая религия проповедовала происхождение человека из глины и была далека от стройной теории сотворения мира, развитой через тысячелетия. Она не давала объяснений для познания мира, не создавала широких идей для обоснования будущих достижений. Но, независимо от религии, всё более развивавшийся интеллект отдельных личностей стремился к пониманию законов природы, к точным знаниям. Из наблюдений над сезонами появились прообразы календарей, а из наблюдений над небом и звёздами появились первые зачатки астрономии. Даже дикая вражда властелинов между собой не мешала людям с интеллектом учиться и наблюдать, делиться советами и передавать опыт в многочисленных контактах – военных и мирных. По археологическим находкам и по косвенным доказательствам выявляется, что в тот период времени прикладные искусства и ремесла развивались относительно равномерно в Месопотамии, на Ближнем Востоке и в Египте. Очевидно, контакты могли происходить через посланников, торговых людей, а также через пленных и рабов.

Во все периоды истории труды интеллектуалов пробивались через военные и политические потрясения и через консерватизм властелинов и служителей религии. Усовершенствования и украшение жизни были трудом многих поколений безымянных прогрессивных мастеров древних цивилизаций. Интеллект всегда обгоняет время, хотя никогда не диктует ему – что делать со своими достижениями.

Многое из созданий мастеров и передовых умов того периода пропало навсегда, но они подготовили почву для открытий в будущем.

Шумеры были первыми искусными мастерами рельефных изображений на камне, на металле и на полудрагоценных камнях. В этих и других изображениях они оставили точные и детальные сцены повседневной жизни.

Рис. 11-1. Оттиски ранних печатей на глине; 2100 лет до н. э., справа рельеф на металле, слева отпечаток на глине рассказа о царе Ура.

Одним из видов прикладного искусства были индивидуальные глиняные печати для личных целей правителей и богатых людей. Они служили атрибутом почёта (Рис. 11-1). Как предмет роскоши выступали другие печати, для их изготовления на металлическом цилиндре вырезался выпуклый рельеф с изображением, которое заказывал владелец. Этот цилиндр прикладывался к влажной глиняной или алебастровой (гипсовой) дощечке и прокручивался по ней. Так создавался отпечаток вырезанного рельефа. Глину обжигали или высушивали на солнце. Изображение можно было хранить для себя или рассылать как знак власти и богатства. Эта технология позволяла делать изображения собственности и посылаемых товаров, на печатях могли быть условно нарисованные указания. Их можно было рассылать своим друзьям и вассалам (как мы рассылаем почтовые открытки). Почти с самого начала они стали применяться для экономических целей: одна из самых древних табличек – это изображение товаров, полученных от храма в обмен на сельскохозяйственную продукцию.

Рис. 11-2. Ранний образец идеограммы, 3000-е годы до н. э.; текст не расшифрован.

Это был вид идеографического письма, ранний прообраз пиктографических и иерографических записей, попытка первой письменной коммуникации и способ сохранения событий в памяти (Рис. 11-2). Постепенно совершенствуясь, полуреалистические изображения привели к созданию условных знаков пиктографического письма. В нём смысл написанного передаётся с помощью полуусловных изображений предметов. Такая форма записи синтезировала в себе приблизительное представление речи.

Но нанесение пиктографических знаков на сырую глину было затруднительно и требовало особого искусства. Поэтому её заменила развитая в Шумере клиновидная письменность (описание клиновидной письменности в главе 12).

Шумерский язык теперь утрачен целиком, кроме нескольких слов. Одно из них, перешедшее во все языки мира, – это слово АЛКОГОЛЬ. Оно имело тот же смысл и звучание, как и теперь (все мы его употребляем, хотя не знаем о его происхождении). Алкоголь перешёл к западным цивилизациям из Шумера и других районов Месопотамии и прилегающего Кавказского плато, где употребление вина и разведение винограда культивировались с глубокой древности.

Процветание интеллектуальных достижений шумерской цивилизации продолжалось даже после того, как царь соседнего семитского племени аккадов по имени Саргон Древний в 2316–2261 гг. до н. э. объединил под своей властью северную Месопотамию. В 1970 г. до н. э. Шумер был покорён Вавилоном, и начался период расцвета вавилонской цивилизации. Государство-победитель, пленившее страну, само попало в плен достижений шумерской цивилизации (описание вавилонской цивилизации см. далее).

На слоях прежних цивилизаций создавались всё новые и новые, и интеллект отдельных личностей продолжал служить обществу. Цивилизации дали стимул к возникновению интеллекта, а интеллект ускорял развитие цивилизаций и всегда шёл впереди любой из них.

12. Концепция счёта и времени

С началом формирования обществ записывание подсчётов велось зарубками на костях и палках. Первые написанные значки, символизирующие числа, появились в Египте около 3500-х годов до н. э. Их прочёркивали на глиняных поверхностях, которые потом обжигали или сушили. Так эти обозначения могли сохраняться и пересылаться. Постепенно люди научились производить сложение, вычитание, а потом и более сложные математические действия. С зарождением подсчётов началось создание первых календарей. В Египте был предложен первый календарь на 360\ а потом и на 365 дней в году, который перешёл во все календари мира. В Вавилоне была определена длительность одного часа в 60 минут, и произведено разделение круга на 360 градусов.

……………………………………………….

Наука во многом зависит от математического выражения. Математика – это очень специальное её орудие.

Айзек Азимов

Умение оценить понятия «много» и «мало» зародилось, наверное, ещё у племён охотников. Но на то, чтобы выработать способность вести подсчёты, у наших предков ушли тысячелетия. Подсчёты стали необходимостью только с началом ведения хозяйства, требовавшего учёта. С усложнением хозяйствования и началом товарного обмена количеству стал нужен более точный подсчёт.

В Древнем Египте река Нил разливалась три раза в год, разливы давали богатые урожаи. Избыток продуктов развитого сельского хозяйства требовал сложного учёта, вести торговые отношения и планировать массивные хозяйства простыми зарубками стало невозможно – новая экономика требовала новой системы учёта. Более пяти тысяч лет назад в Египте впервые стали пользоваться записанными вычислениями. Около 3500 года до н. э. египетские мудрецы изобрели абстрактные значки-цифры – символическое соответствие определённым числам. В Шумере, приблизительно в тот же период, тоже появились первые значки – определения чисел. Когда люди стали вести записываемый счёт предметам, они, естественно, стали вести и счёт дней и месяцев. Так возникла первая концепция счёта, а за ней появилась концепция вычисления времени.

Интеллектуальность нововведения записанного счёта определила следующую ступень развития общества – начало точных расчётов и последующее развитие математики.

Технология написания тоже была разработана впервые: значки писались деревянной или костяной палочкой на плоских глиняных поверхностях, нанесенных на деревянные доски.

Форма значков была по типу близка к появившимся позднее сложным иероглифам. После записи глина обжигалась на медленном огне или оставлялась для высыхания на солнце.

Это позволяло не только сохранять записи для учёта, но и перевозить их на расстояния. Так запись счёта стала первой пересылаемой корреспонденцией (Рис. 12-1).

Рис. 12-1. Изображения первых цифр и первых знаков календарных дней. 2000-е годы до н. э.

Египетская технология записи на глиняных дощечках была настолько простой и дешёвой, что сохранялась более четырёх тысяч лет, ею пользовались даже в эпоху Средневековья в Европе, только глиняные дощечки были заменены на восковые.

Для древних людей написанные значки представлялись магическим чудом, столетиями они продолжали верить в божественность чисел. К тому же, первое искусство счёта и записи было очень сложным. Например, для числа 999 необходимо было написать 27 значков в определённом порядке. Мозги людей ещё не были натренированы на сложные расчёты. Умеющие писать цифры и считать по ним должны были казаться простым людям почти волшебниками. Как всякому чуду, значкам-цифрам придавались разные магические значения (отголосок того суеверия жив в разных народах даже и теперь – в Китае разные цифры почитаются счастливыми или приносящими несчастье).

Числа

Не только в жизни богов и демонов раскрывается могущество числа.

Пифагор

Мечтатели, сибиллы и пророки

Дорогами, запретными для мысли,

Проникли – вне сознания – далёко,

Туда, где светят царственные числа.

Предчувствие разоблачает тайны,

Проводником нелицемерным светит,

Едва откроется намёк случайный,

Объемлет нас непредсказанный трепет.

Вам поклоняюсь, вас желаю, числа!

Свободные, бесплотные, как тени,

Вы радугой связующей повисли

К раздумиям с вершины вдохновенья!

Валерий Брюсов

Первые записи означали только простой счёт и служили для обмена, но постепенно первые математики научились производить более сложные вычисления – прибавлять, вычитать, а потом и умножать. Интересно, что для вычислений с самого начала пользовались десятичной системой, которой пользуемся теперь и мы. Это говорит о том, как глубоко и тонко была продумана ранняя система счёта.

Искусство написания значков-цифр передалось и другим цивилизациям. Там система подсчётов была ещё более трудной и чрезвычайно громоздкой: например, шумерская система более позднего времени базировалась на умножении числел на 6 и на 12 (что непросто сделать без калькулятора и сегодня). Шестёрка вообще имела особо важное значение, более магическое, чем другие. Именно шестёрку столетиями использовали во всех последующих более сложных расчётах. Когда вавилоняне покорили Шумер, учёные переняли шумерскую систему счёта и развили её дальше. Используя шестёрку как отправную точку, они определили по ней разделение круга на 360 градусов и деление одного часа времени на 60 минут, чем мы пользуемся и теперь. Многие ли из нас задумывались: почему в одном часе именно 60 минут и в одном круге именно 360 градусов? Это пришло к нам через тысячелетия от интеллектуалов древнего Вавилона. Почему они считали удобным выбрать именно число 60? Оказывается, потому, что его можно делить на 2, 3, 4, 5, 6, 10, 12, 15 и 30. Это избавляло считающих от трудностей дробления, с которым было непросто справляться. Как гениально просто рассчитано!

На все последующие столетия первые цифры-значки стали началом школы точных наук. Для обращения с цифрами и счётом появилась обученная специалистами прослойка учёных – людей, умеющих понимать и записывать числа-значки и вести расчёты. Это были первые представители интеллектуального труда, зарабатывающие себе на жизнь своими специальными знаниями – умением мыслить математически.

Очевидно, ранние интеллектуалы сотни лет размышляли о возможности измерения времени, о создании приемлемых и убедительных стандартов летоисчисления. Мифы указывали на сотворение мира, но не давали указаний на временные вехи. Откуда начинать отсчёт времени? Для вычислений точности времени у них не было ни знаний астрономии или математики, ни инструментов. Но у них была наблюдательность. Глубокая наблюдательность – самая важная сторона интеллекта учёных. Наблюдая закономерности природы – перемещения звёзд и цикличность земных явлений, они умели создавать календари один точнее другого. Первый египетский календарь возник в результате наблюдений над закономерностями циклов разливов и отливов реки Нил, народной кормилицы. По трём его ежегодным разливам определялись три сезона для сельских работ. Каждый из них состоял из четырёх месяцев: месяц посадки культур, месяц орошения их разливом реки, месяц сбора урожая и затем месяц работы на стройках или служба в нерегулярной армии фараона. Эта цикличность разливов реки позволила наблюдательным интеллектуалам рассчитать число дней и месяцев в году.

Первый зафиксированный в истории год в Египте – 4241 год до н. э. Первый год другой и более поздней цивилизации – страны иудеев Израиля – 3760 год до н. э. Интересно, что в большом отдалении от Ближнего Востока, на другом континенте – в Южной Америке, первый зафиксированный год народов майя – 3372 год до н. э. – очень близок к первым двум. Контактов между цивилизациями Ближнего Востока и Америки не было. Значит, развитие интеллектуальных способностей людей по времени происходило во всём мире почти параллельно.

Египетский календарь вначале состоял из 360 дней и 12 месяцев – по 30 дней в каждом. В 2772 году до н. э. египтяне уточнили его и переделали на 365 дней. Во всём мире люди пользуются им до сих пор. По справедливости его следует называть «египетским календарём». Но всемирное распространение он получил благодаря указу первого римского императора Юлия Цезаря. Поэтому его называют «юлианским календарём». Юлий Цезарь завоевал Египет через 2700 лет после создания этого календаря. Тогда ему было подсказано это исчисление дней. Юлий принял его для Рима, а оттуда этот подсчёт разошёлся по всему миру.

Для развития специальных знаний, таких как наука счёта и вычисление времени, был необходим обмен опытом поколений интеллектуалов, основанный на знаниях и взаимном доверии. Для науки это ещё важней, чем для развития ремёсел. Трудно установить, как могли контактировать между собой первые учёные ранних цивилизаций, живя на больших расстояниях друг от друга и без языковых связей.

Техника записывания счёта распространилась в цивилизациях древности очень быстро, в течение всего сотен лет. Это написание первых числовых значков в Египте повлияло на возникновение первых письменностей в Шумере и Египте. Как происходили контакты думающих людей тех далёких времён, нам неизвестно. Каналы интеллектуальных связей древности скрыты в глубинах тайн истории. Весь путь возникновения мыслей и идей приходится восстанавливать по косвенным фактам их распространения.

Возникновение концепции счёта и времени было громадным интеллектуальным шагом на пути будущего развития цивилизаций. Поэтому первых математиков и астрономов, создателей концепции счёта и времени, надо считать следующими после пещерных художников безымянными интеллектуалами.

Природа уступала интеллекту людей своё самое сокровенное – время.

13. Начало письменности

Письмо – это искусство материального превращения мыслей и звуков в видимые знаки. Оно возникло вскоре после изобретения счёта и развивалось почти одновременно в Египте и Шумере в середине 4-го тысячелетия до н. э. В Шумере была развита клинопись, а в Египте – написание иероглифов. В главе описывается техника первых писаний, история расшифровки иероглифов и история применения папирусных свитков для письма.

…………………………………………….

О ты, отец письменности, который по своей воле развил то, что противоположно тому, что имеют другие… ты изобрёл сущность не только самой памяти, но напоминаний явлений мудрости твоим ученикам. Ибо они станут читать много разных вещей без наставлений и узнают поэтому многое, о чём они были в основном в неведении.

Из обращения египетского фараона к богу-изобретателю письменности Тоту, в пересказе греческого философа Сократа

Очевидно, именно изобретение написания чисел подтолкнуло деятельные умы записывать речь. Первые смысловые записи появились всего через несколько веков и ещё до развития математических принципов. Если когда-то, около пятидесяти тысяч лет назад, речь рвалась наружу из горла первых людей, то около пяти тысяч лет назад им стало недоставать умения передавать свою речь на расстоянии и во времени.

Технология первых записей коротких смысловых текстов тоже была модернизацией записи счёта – это было прочёркивание изображений или условных знаков на плоских глиняных дощечках. Но изображения письменности способны были содержать больше информации, чем значки чисел. В них смысл написанного передавался с помощью условных изображений предметов. Эта форма записи синтезировала в себе приблизительное представление речи. Один из первых дошедших до нас письменных документов, найденных в Месопотамии, относится к 3500 гг. до н. э. Это прочерченный условными рисунками и значками «рассказ-запись» (Рис. 13-1).

Рис. 13-1. Изображения египетской статуэтки писца и бога-покровителя письма с рельефом на гипсе.

Постепенно усложняясь, за столетия эти полуреалистические изображения привели к созданию пиктографического письма. В нём смысл написанного передавался с помощью полуусловных изображений предметов.

Это был вид идеографического письма (передача содержания картинкой). Оно стало ранним прообразом пиктографического письма (условно зашифрованное содержание), а затем преобразилось в иерографические записи (система символических изображений).

Письмо – это искусство материального превращения мыслей и звуков в видимые знаки. Это искусство могло появиться только у людей с развитым воображением – самым тонким порождением интеллекта. В истории человечества не было ничего более интеллектуально выраженного, чем изобретение письменности. Изобретение письма было этапом совершенстования человеческого воображения и – тонким творением рук. После возникновения разговорной речи письмо стало самым важным выражением сущности развития людей.

Письмо, как способ первой коммуникации, передачи мыслей на расстоянии и во времени, многим простым людям должно было казаться чудом, недоступным пониманию. Поэтому и написанным текстам они придавали магическое значение. Представление, что первые тексты были написаны богами, живёт во многих религиях до сих пор.

Но если счёт можно выразить всего несколькими условными знаками-цифрами, то для выражения слов и понятий необходимо бесчисленное множество условных знаков. В возникновении письменности отразилось высокое развитие ассоциативных связей мозга и сложность отвлечённых понятий: абстрактные обозначения слов люди сумели выразить ещё более абстрактным способом – условными значками.

Рис. 13-2. Портретное изображение египетского писца.

Если кто-то умел написать текст, значит, кто-то должен был уметь прочитать написанное. Так возникала грамотность – интеллектуальная роскошь цивилизации. Грамотность и по сей день остаётся нашей самой ценной интеллектуальной роскошью (если уметь пользоваться ею правильно). Для обучения грамоте стали образовываться школы при храмах – начала создаваться система образования. В школах обучались годами.

Писцы текстов были редкими представителями интеллектуального труда – высокопоставленной бюрократией. Многие из них были служителями храмов, и это усиливало влияние религии на массы (Рис. 13-2).

С изобретением письменности началась эпоха записываемой истории, с тех пор существование людей разделилось на предысторию и документированную историю.

Клинопись и иероглифы

За сотни лет было создано около 1500 пиктограмм. Писать пиктограммы было трудным искусством, потому что глина плохо удерживала закругления прочерченных тонких линий. И вот к 3000 г. до н. э. пиктограммы в Шумере стали заменяться – изображения уступили место абстрактной системе клиновидных значков, расположенных в разных сочетаниях. Возник новый вид письма – клинопись.

Происхождение клинописи на удивление просто: писцы вели записи отточенными концами деревянных или камышовых палочек – стило, заострениям они придавали форму клина с узким основанием. На каком-то этапе, вместо того чтобы скрупулёзно прочерчивать линии на грунте, писцы стали просто отпечатывать на нём отточенный клин. Они придумали систему – ставить рядом в определённом порядке несколько клиновидных отпечатков, придавая их порядку определённые значения слов и понятий и оставляя расстояния между отдельными словами (Рис. 13-3). Преимущество нового вида письма было в том, что оно могло точно соответствовать не только понятиям, но и звукам разговорной речи. По нему не надо было догадываться – его можно было читать.

Казалось бы – сколько смысловых знаков можно составить из простых маленьких клиньев? – шумерская клинопись вначале имела около двух тысяч знаков. Но через пятьсот лет новые поколения писцов сократили их до 600 знаков силлабического значения (силлабические знаки – это те, которые соответствуют слогам).

Сокращение знаков письма было шагом вперёд по направлениею к будущему алфавиту.

Рис. 13-3. Образец шумерской клинописи, верхняя строка – имя царя «Дарий», нижняя строка – «царь, владыка».

Важность записей для жизни общества ранних цивилизаций доказывается их быстрым распространением. Ими велись учёты и административная переписка, а в дополнение к этому правители кичливо желали оставлять память о своих победах и богатствах. Это способствовало возникновению документированной истории. Для описания важных событий записи клиньями делали на каменных глыбах-стелах и стенах. Интеллектуальная мысль писцов работала над расширением, уточнением и упрощением формы и техники письма. Новые виды письменности развивались в результате усовершенствования прежних.

В 3400–3300 гг. до н. э. в Египте, независимо от шумерского письма, были созданы условные знаки – иероглифы. Слово ИЕРОГЛИФ происходит от двух греческих слов – HIEROS, означающее «священная», и GLUPHEIN, означающее «резьба», и вместе переводится как «священная резьба». Это название египетским письменным знакам дал историк Геродот, первый грек, посетивший Египет в Y веке до н. э. Не умея читать эти знаки, он назвал их так потому, что египетскими писцами были священники – и он посчитал, что все они писали только о богах (тем более что богов в Египте было великое множество).

Иероглифы – это сложная смесь трёх типов знаков: пиктографии – стилизованного изображения предмета или понятия; определённой комбинации двух-трёх пиктограмм, которая выражает идею; и фонограммы из знаков, представляющих звучание; к ним добавлялся знак-определение, который давал понятие о категории изображённого предмета или понятия (Рис. 13-4). Писать и читать иероглифы могли только специально обученные писцы, которые учились этому много лет.

Рис. 13-4. Два образца иероглифов: А – читается как «Тутанхамон», Б – читается как «Рамзее – любимец бога солнца Ра».

Тексты обычно писались справа налево, но иногда их надо было читать слева направо.

Направление чтения указывало изображение головы человека или птицы – куда смотрела голова, туда шло направление чтения. Но иногда одна строка писалась справа налево, а следующая – слева направо. Этот стиль потом назвали греческим словом «бастрофедон», что буквально означает направление быка с плугом при вспахивании поля, когда его водят туда-сюда.

Всего вначале было 800 иероглифов, потом к ним добавили тысячи других. В отличие от шумерской письменности, египетские иероглифы не изменялись почти три тысячи лет своего существования. Большинство писцов были лишь копировальщиками и переписывали тексты. Но были среди них и интеллектуалы, способные их сочинять. Они писали гимны в честь властелинов и их побед, вели за них дипломатическую переписку. Для высечения текстов на обелисках и каменных стелах художники изображали рядом с текстами самих властелинов, их армии и битвы.

Вопрос, повлияла ли шумерская письменность на возникновение египетской, до сих пор не разрешён. Недавно были открыты записи имён первых египетских владык, этим записям – около семи тысяч лет. По структуре они похожи на более поздние иероглифы.

Возможно, письменность в Египте начала развиваться ещё раньше, чем в Шумере.

Как звучал древний египетский язык – неизвестно. Сам язык, а вместе с ним и иероглифическое письмо, стали вымирать в царствование династии Птолемеев, начиная с 323 г. до н. э. Самая последняя известная запись иероглифами была сделана на юге Египта в 394 г. н. э., кто-то попытался объяснить язык своей страны. С тех пор этот язык оставался безмолвным 1370 лет, искусство чтения иероглифов было утрачено. Потребовалось необычное стечение обстоятельств и усилия необычных умов, чтобы Древний Египет снова заговорил и раскрыл свои тайны.

Рис. 13-5. Схематическая реконструкция так называемого «Розетта-камня», по которому впервые были расшифрованы египетские иероглифы; верхняя часть отломана.

В 1799 г. в дельте Нила, в деревне Рашид, которую европейцы называли «Розетта», французские солдаты армии Наполеона должны были сломать каменную стену, которая препятствовала строительству военного форта. Офицер Пьер Боучард заметил, что на одном из камней, всего 114 см высотой и 72 см шириной, были древние записи. Часть из них была уже отбита. Он сохранил камень, и его передали в Национальный институт в Каире, организованный по приказу Наполеона. Этот камень – памятник древности – стали называть «Розетта-камень» (Рис. 13-5). 14 строк текста на нём написаны иероглифами, 28 строк – греческим алфавитом и 32 строки – египетским письмом «демотик», возникшим в 643 г. до н. э. для упрощения иероглифов. В 1802 г. камень «Розетта» попал в Британский музей в Лондоне. В 1819 г., изучая надписи на нём, врач и физик Томас Янг сумел найти ключ к расшифровке нескольких иероглифов-имён фараонов. Но окончательную расшифровку, по копии текста, сделал в 1822 г. француз Жан-Франсуа Шампольон (1790–1832). Его считают основателем науки об иероглифах и истории Древнего Египта. Эта работа потребовала от обоих учёных глубоких знаний. Они знали древние языки, но одних знаний для открытий недостаточно – для познания нового нужно обладать широкими познаниями. Благодаря этим двум интеллектуалам стало возможно прочитать тексты на других египетских памятниках. Так всему миру открылись тайны древней египетской цивилизации.

Правильность расшифровки текста «Розетты» была окончательно подтверждена в 1898 г., когда в другом районе дельты Нила, в Даманхуре, нашли стелу эпохи Птолемея V с полным идентичным текстом.

Египетский папирус

Только в заболоченной дельте Нила росло уникальное растение «папирус» – зонтообразные цветы на плотной ножке высотой до 2–3 метров. Тысячи лет египтяне по-разному использовали его части: высушенные корни служили им хорошим топливом, мягкая сердцевина шла в пищу, из расщеплённых стеблей сплетали сандалии, свивали передники, изготовляли матрасы-подстилки, а из наслоенных пластов целых стеблей делали лодки. Около 2500 г. до н. э. египтяне открыли, что растение папирус может быть применено как полотно для письма. Это открытие дало толчок быстрому развитию египетских написанных текстов. Египтяне научились нарезать клейкую массу ножки, замачивать её, высушивать и спрессовывать в несколько слоёв – так создавалось гладкое полотно, пригодное для записей текста. Писать на нём было гораздо легче, чем на глиняных или алебастровых дощечках. Для новой технологии письма был изобретён набор инструментов – разного вида заострённые деревянные стило и специальные густые чернила-краски двух цветов: чёрные для написания текста, красные для заглавных букв. Многие свитки папируса сохранились до сих пор, им более четырёх тысяч лет, и чернила на них почти совсем не выцвели. Многие рисунки и скульптуры Древнего Египта изображали писца с набором орудий его производства и бога письма.

Применение папирусного материала дало быстрый скачок развитию письменности и обусловило небывало высокий уровень развития цивилизации Египта. На папирусных свитках писцы оставили нам самые полные источники сведений о периоде начала письменности. Даже через тысячи лет более поздние цивилизации западных стран продолжали применять папирус для письма до времени формирования Европы. Изобретение папирусных свитков можно сравнить с изобретением колеса. Можно предполагать, что если бы не было папирусного полотна, западные цивилизации отстали бы в своём развитии на тысячу лет.

В других древних странах папирус не рос и поэтому там не применялся. Внутри Египта свитки стоили очень дорого, на их продажу существовала монополия государства, их продавали лишь под контролем жрецов.

Греки узнали о папирусе и начали его применять в IV в. до н. э., когда Александр Македонский покорил Египет. Папирусные свитки стали быстро распростаняться в Греции, именно на них были написаны первые классические поэмы Гомера и мифология Гесиода. Однако вскоре после смерти Александра династия Птолемеев эллинизировала Египет, на несколько веков вывоз папируса был запрещён.

Технология изготовления свитков была сложная и держалась в секрете от других государств. Но после покорения Египта римлянами в 30 г. до н. э. папирус стал собственностью Рима. Тогда через две с половиной тысячи лет после изобретения папирусного полотна, римский историк ПЛИНИЙ СТАРШИЙ (23–79 гг.), автор 37 томов «Естественной истории», описал эту технологию. Готовое и высушенное папирусное полотно тщательно полировалось и обрабатывалось крахмалом. После второго высушивания его нарезали на листы. Двадцать их них обычно склеивали в свиток. Ширина свитков была от 12 до 50 см, длина могла быть в несколько метров. Один известный свиток имеет 20 м длины и состоит из 110 склеенных листов. Как почти всё в технологиях Древнего Египта, качество изготовления свитков было настолько высоким, что с тех пор никогда не нуждалось в улучшении.

Вначале египтяне использовали свитки для ритуальных целей, связанных с культом загробной жизни. Доминировало представление, что вхождение в неё покойного зависит от аккуратности, с которой мумия подготавливалась к могиле-мастабе. При этом свитки с текстом считались путеводителями в загробный мир. На них записывали напутствия умершим, вкладывали в деревянные ящики и хоронили вместе с ними. Потом тексты назвали «Книгой мёртвых». В ней должны были перечисляться дела покойного и упомянуто, что он не совершал злых деяний. Полное число добрых дел доходило до 125, а злых – до 42. Например, была такая запись:

Я не чинил зла людям.

Я не нанёс ущерба скоту.

Я не творил дурного.

Я не поднимал руку на слабого.

Я не делал мерзкого пред богами.

Я не сгонял овец и коз с пастбища их.

Я не отнимал молока от уст детей…

Сам текст писался новой сокращённой формой иероглифов – к 650 г. до н. э., с более широким применением папирусных свитков для административных и торговых целей, была выработана упрощённая форма письма – ИЕРАТИКИ. Писать ими было намного легче. Потом к тексту в «Книге мёртвых» стали добавлять иллюстрации – изображение покойного перед лицом богов и эпизоды из его жизни.

Впоследствии писцы-интеллектуалы изобрели ещё более упорощённое силлабическое письмо «демотик», в котором написанный знак соответствовал одному или нескольким слогам. С новым стилем написания документы, письма, гимны и тексты литературных произведений стали собирать и хранить при храмах. Так появилась важная для развития интеллектуализма профессия – библиотекарь. Она существует в прежней форме уже тысячи лет и должна быть причислена к древнейшим профессиям цивилизации. Библиотекари были людьми грамотными, умели читать и писать тексты. Но документы на каменных монументах и обелисках оставались иероглифическими – традиция монументальности была превыше всего.

Кроме папирусных свитков в Египте издревле умели производить полотно для письма из специально обработанной кожи молодых животных. Но оно стоило дороже и применялось для особо важных документов. Когда цари Птолемеи запретили вывоз папируса из Египта, тогда в Пергамоне, в Малой Азии, разработали технологию выработки тонкого полотна из кожи молодых ягнят, телят, козлят, газелей и антилоп. В честь города его назвали ПЕРГАМЕНТ (это слово происходит от греческого «pergamene» в значении «кожа из Пергамона»). Принципиальным улучшением было то, что пергамент не впитывал чернил или краски и сохранял цвет лучше папируса. Пергамент для написания текстов сохранялся две тысячи лет и применялся даже после изобретения бумаги.

14. Развитие письменности и математики в вавилонской и сирийской цивилизациях

Египетская цивилизация просуществовала без изменений религии и культуры три тысячи лет. Но в Малой Азии, в районе Месопотамии, множество цивилизаций сменяли друг друга. При этом все они сохраняли заложенные ранее основы культуры Шумера и его письменности, развив это в одну из первых в мире литератур. Одновременно развивались счёт, астрономия и другие аспекты культуры. На Дальнем Востоке происходило параллельное развитие культур и письменности в Китае и Индии.

Заложенные шумерской цивилизацией в Малой Азии основы клинописного письма продержались, с небольшими изменениями, более двух тысяч лет, хотя формировались новые государства и империи. Происходили разрушительные войны и правители сменяли друг друга, но основы культуры и письменности оставались неизменны. Это доказывает, что интеллектуальное развитие сильней и устойчивей систем правления – интеллектуализм имеет более глубокие корни, чем структура и власть страны, и живёт дольше государств.

В 24 веке до н. э. власть в Шумере захватил царь САРГОН (2316–2261 гг. до н. э.) (Рис. 14-1), правитель племени соседнего города-государства АККАД. Языки шумеров и аккадов были различны, и шумерский язык постепенно заменился аккадским. Но при этом победители вскоре переняли религию, обычаи и письменность более развитых шумерцев и продолжали пользоваться их клинописью. Шумерская цивилизация смогла поглотить менее развитых пришельцев, продолжая развиваться и влиять на жизнь и культуру аккадских племён. В истории это повторялось потом много раз.

Рис. 14-1. Искусно выполненный стилизованный бронзовый портрет царя Саргона.

Аккады дали начало двум доминирующим в той зоне семитским нациям – евреям и арабам. Термин «семиты» был предложен в XVIII веке и относится к группе языков Малой Азии, в которых доминируют иврит и арабский. Происхождение самого слова «семиты» («шемиты» в местном звучании) случайное – это производное от имени «Сим», одного из сыновей библейского героя Ноя, который со своей семьёй спасся в ковчеге от Всемирного потопа на горе Арарат.

Около 3000 г. до н. э. на территории Шумера начали образовываться города-государства шумеров Лагаш, Ур, Урук, Киш и др. Они тоже продолжали культуру Шумера, там впервые появилась поэзия, записанная клинописью. Период Ура считается золотым веком литературы. Тогда были написаны первые героические и лирические повести. Не имея папируса, они записывали их на каменных стелах и глиняных дощечках.

В 19-м веке до н. э. в Месопотамии началась эра более развитой ВАВИЛОНСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ, перенявшей основы культуры Шумера. Семитское племя кочевников АМОРИТОВ из лежащей на западе страны Ура внедрилось в Месопотамию и первоначально основало там небольшое государство со столицей ВАВИЛОН. Под руководством шестого царя ХАММУРАПИ (правил в 1792–1750 гг. до н. э.) вавилоняне покорили все восточные земли Средиземноморья и стали первой известной в истории империей. Писцы Вавилона копировали записи Шумера клинописью, с небольшими изменениями. Это государство впитало в себя и развило прежние интеллектуальные достижения и на их основе создало образцы новой культуры. Оно разбогатело за счёт торговли с соседними государствами, причём торговлю они вели с точными измерениями веса и размера, с юридическими контрактами между торгующими. Вавилоняне давали деньги «в рост» под высокие проценты, именно у них впервые в мире было введено денежное страхование от наводнений (что имело большое значение в долинах больших рек Тигра и Ефрата).

Вавилонские интеллектуалы оставили миру развитую математическую науку, начала алгебры и геометрии и наиболее точные для той эпохи записанные данные астрономии. Они окончательно установили доминирующие понятия чисел 6 и 60, время часа 60 минут, время минуты 60 секунд и деление круга на 360 градусов.

В Вавилоне уже появились зачатки науки космологии – учения о создании Земли из воды. Это была первая попытка философского осмысления природы. Интеллектуалы пытались научным путём проникнуть в её глубины. В Вавилоне было введено представление о главном боге – творце мира. Вавилонские жрецы близко подошли к идее монотеизма (единобожия). Они возвеличивали бога Мардука над всеми другими. Это приближает их веру к религиям более позднего периода развития.

Вавилонская цивилизация оставила после себя много великолепных памятников искусства и архитектуры – творения интеллекта мастеров. Город Вавилон был окружён наружной стеной в 15 км длиной и 25 м шириной и внутренней стеной с восемью входами. Один из них имел две башни по 20 м высотой, между которыми были ворота высотой 10 м. В городе свободно размещались двести тысяч жителей. Инженеры-строители работали по подготовленным на математических основах расчётам.

Знаменитая Вавилонская башня была около 100 метров высотой (Рис. 14-2). Во дворце города Мари на реке Евфрат было 300 залов, он был обнесён стеной в 15 метров толщиной и имел систему вопроводных труб на глубине 10 метров. В одном из залов хранились стелы с изображениями и дощечки с записями – первая известная библиотека и первый известный архив документов. Вавилон был центром большой империи с развитой администрацией и бюрократией, но он ещё остался в человеческой памяти городом с необычной заселённостью различных народов. Библия рассказывает, что когда вавилоняне задумали возвести башню до небес, Бог разгневался на них и смешал все языки, а башня рухнула. «Вавилонское столпотворение» стало символом хаоса.

Рис. 14-2. Вавилонская башня, грандиозная зиккурата, построенная из 17 миллионов кирпичей.

В числе прочих наиболее важных вавилонских письменных памятников важное место занимают законы царя Хаммурапи – первый в истории юридический документ, состоявший из 282 параграфов и содержащий правила поведения и меры наказаний. Из этого свода законов во все языки мира вошло записанное в нём правило возмездия «глаз за глаз» (око за око) – смысл равной расплаты за равное преступление (однако в том законе было сказано, что если раб выбьет глаз господину, то его следует ослепить; а если глаз будет выбит рабу, то за это полагался лишь небольшой штраф). Хаммурапи не сам придумал эти законы. По его указанию интеллектуалы двора собрали и развили правила, которые уже были известны в более ранних цивилизациях, в том числе свод законов Ур-Намму, который был записан около 2000-го года до н. э. в Шумере.

Хаммурапи приказал высечь эти законы на сотнях каменных стел с его изображением. Там он представлен в момент, когда получает свиток законов от бога Мардука (Рис. 14-3). Стелы были расставлены там, где собирались люди – перед храмами, чтобы их могли читать. Сколько людей действительно могли прочитать те законы – неизвестно, предположительно – единицы.

Рис. 14-3. Стела с написанными законами царя Хаммурапи с изображением самого царя, получающего законы от бога справедливости и солнца Мардука, 1800-е годы до н. э. (высотой 2,5 м).

Но служители храмов наверняка могли и читать, и разъяснять их. Значение законов Хаммурапи было в их повсеместном распространении.

Текст начинался со слов:

«Пусть угнетённый человек, которому есть на что жаловаться, подойдёт и внимательно прочтёт то, что написано на этой моей стеле».

Интеллектуальное значение свода законов Хаммурапи подтверждается тем, что многие его законы практиковались до времени создания римского права – почти тысячу лет.

В Вавилоне существовали законы, охранявшие права рабов, а некоторые из них даже могли иметь своих рабов. В рабство после завоеваний попадали и военные, и представители знати, возможно, люди науки и искусства – и это ценилось властями и охранялось законом.

Но в VIII в. до н. э Вавилонская империя была завоёвана более жестокими ассирийцами. Название этого воинственного семитского племени происходит от их главного города АШУР. В 689 г. до н. э. они разрушили Вавилон (потом сами же частично его восстановили). Они тоже впитали в себя культуру побеждённых и продолжали пользоваться клинописью для письма. В основном они копировали прежних авторов, но достигли высокого мастерства в скульптуре и архитектуре. Ассирийские цари расставляли на местах битв стелы с перечислением своих побед. Образный и довольно точный поэтический пример такой надписи на каменной скале той эпохи дал русский поэт Валерий Брюсов в 1897 году:

Ассаргадон[2] (Ассирийская надпись)

Я – вождь земных царей и царь, Ассаргадон.

Владыки и вожди, вам говорю я: горе!

Едва я принял власть, на нас восстал Сидон[3].

Сидон я ниспроверг и камни бросил в море.

Египту речь моя звучала, как закон,

Элам[4] читал судьбу в моём едином взоре,

Я на костях врагов воздвиг свой мощный трон.

Владыки и вожди, вам говорю я: горе!

Кто превзойдёт меня? Кто будет равен мне?

Деянья всех людей – как тень в безумном сне,

Мечта о подвигах – как детская забава.

Я исчерпал до дна тебя, земная слава!

И вот стою один, величьем упоён,

Я, вождь земных царей и царь – Ассаргадон.

Валерий Брюсов

Потомок Ассаргадона царь АШШУРБАНИПАЛ (669–633 гг. до н. э.) был первым известным в истории библиофилом – собирателем рукописей. В четырёх залах своего дворца в Ниневии он собрал свыше 30 тысяч клинописных табличек с шумерскими и вавилонскими записями текстов за две тысячи лет. Это первая в мире частная библиотека. Он писал: «Я читаю прекрасные шумерские записи на глиняных таблицах… И я люблю услаждать себя чтением записей на камнях перед моей едой». В его библиотеке был первый словарь о растениях, написанный клинописью в VII в до н. э. Там же хранилось написанное клинописью первое крупное литературное произведение шумерской цивилизации – ЭПОС ОБ ИСТОРИЧЕСКОМ ГЕРОЕ ГИЛЬГАМЕШЕ. Авторство его неизвестно, скорее всего, этот эпос брал начало от более ранних устных легенд других народов Малой Азии.

Вавилон сумел восстановиться, и потомок Хаммурапи царь НАВУХОДОНОСОР (605–562 гг. до н. э) расширил империю, победив Египет и Израиль (о покорении им

Иерусалима была создана в 1842 году одна из лучших опер Джузеппе Верди – «Набукко»). Но культура Месопотамии и шумерских стран всё-таки продолжала развиваться, несмотря на жестокость битв и разрушения городов – её поддерживали и продолжали безымянные интеллектуалы. Вавилоняне первыми начали проявлять интерес к изучению истории: последний вавилонский царь НАБОНИД серьёзно интересовался историей, собирал памятники и даже был прозван «царём-археологом». Но вавилонская цивилизация пришла в упадок, когда в 539 г. до н. э. персидский царь Кир завоевал Вавилон, а за ним всё Средиземноморье. К тому времени история политических, экономических и культурных перемен уже записывалась на папирусе и пергаменте греческими историками. Рукописи были богато иллюстрированы образцами новых развивающихся искусств – мозаикой, реалистической скульптурой и живописью.

Приблизительно в ту же историческую эпоху развивались письменности цивилизаций Востока. Географическое разобщение и национальные различия разделили восточные и западные цивилизации, но интеллектуальное влияние письменностей народов Востока отражалось также в западных культурах.

В Китае в середине второго тысячелетия до н. э. развилась система иероглифов, основанных на пиктограммах, символизирующих понятия. По легенде, в XXVI в. до н. э. историограф императора Хуан Ди, Уан Цзе, открыл дар письма, наблюдая отпечатки следов птиц и животных. Из этого развилось искусство каллиграфии иероглифов. К 1200-м гг. до н. э. имелось около 60 начальных знаков, соответствовавших словам. С самого начала метод письма был видом искусства: специальной тушью и кистью на ткани (а потом и на бумагу) наносили тонкие линии, расположенные в определённом порядке для каждого иероглифа. По схеме это напоминает сгруппированные значки шумерской клинописи. Но в китайской прописи линии группировались так, чтобы в каждом иероглифе складываться в квадрат. В Китае иероглифы не только передают смысл и звучание, но и являются декоративным элементом. Через пятьсот лет их уже было 4 тысячи, и ими написана первая поэма «Книга песен» и первый в мире учебник математики. Уже более двух тысяч лет назад в Китае имелся словарь с несколькими тысячами знаков. Первая бумага была изобретена именно в Китае в 107 г. н. э. Её изготовление держалось в секрете, но в 750-х гг. стало известно арабам, от них распространилось по всему миру. Алфавит в китайском языке никогда так и не был принят. Всего в китайском языке насчитывается около 40 тысяч иероглифов. Современным образованным людям достаточно знать 10 тысяч, а чтобы быть просто грамотным, надо знать всего около двух тысяч.

В Индии была создана алфавитная письменность брахма, сходная с древним арамейским алфавитом середины 1-го тысячелетия до н. э. Из неё развилась письменность гупта, а уже дальше санскрит. В IV в. до н. э. первый известный по имени грамотный человек ПАНИНИ описал санскритскую систему, которой пользуются и теперь. В ней сохранилась множественность знаков. Она не имеет знаков для согласных звуков; когда согласный звук появляется, это часть дифтонга (скользящего гласного звука), или после него ставится короткий знак, соответствующий звуку «а» – главному гласному этой письменности.

Из-за сложности написания письменности стран Востока тысячелетиями оставались видом науки и искусства. Но при всём различии методов письма, в Египте к 1500 г. до н. э. уже существовал первый словарь на восьми яыках.

15. Алфавит – достижение народного интеллекта

В алфавитной письменности условные значки-буквы соответствуют звукам речи. Изобретатели алфавита предложили первые такие значки более трёх с половиной тысяч лет назад. Первые следы их найдены в Египте, но их создателями были не египтяне, а люди соседних семитских наций – не умея читать и писать иероглифы, они изобрели новый способ письменной коммуникации. В течение трёх веков алфавиты распространились по многим странам Средиземноморского бассейна.

……………………………………

Бог, в таинственной пещере Синая,

дал человеку искусство писания.

Уильям Блейк (поэма «Иерусалим»)

Когда поэт Блейк написал, что Бог дал человеку искусство писания, он имел в виду алфавит и то, что происхождение алфавита невозможно объяснить иначе, кроме как считать, что он был дан Богом. Другой английский поэт, Редьярд Киплинг написал, что алфавит придумала девочка Таффимай, как «картинки звуков». Действительно, алфавит – это символические картинки звуков. В его создании отразился высший уровень способности людей древности абстрагировать – они смогли логически переходить от звука к знаку. Поэтому алфавит можно считать наивысшим отражением развитого интеллекта людей древности.

Как звучала речь в первых цивилизациях четыре тысячи лет назад – гортанно, распевно, отрывисто, плавно? Анатомическое строение речевого аппарата – голосовых связок, гортани, языка и губ – было такое же, как у нас. И словарный запас, судя по многим ранним памятникам письма, был довольно широк. Но точно выяснить звучание языков той эпохи невозможно. Особенности звучания национальных языков зарождались в первых оседлых общинах более десяти тысяч лет назад. Каждый из них имеет свои звуковые особенности, все они вырабатывались, как и национальные черты характера, в соответствии с его историей и географическим положением того или иного народа.

Набор звуковых возможностей человеческого голоса ограничен несколькими гласными и согласными звуками. Согласных больше, и они определяют звучание языка. Логично предполагать, что слова в те времена состояли из подобранного сочетания глухих гортанных согласных звуков с добавлением гласных для простоты звучания. Очевидно, приблизительно так звучала речь людей в древности. Можно предполагать, что оттенки произношения во дворцах царей отличались более изысканным звучанием, чем произношение крестьян на полях (как это остаётся и до сих пор в разных классах и слоях любого общества). Но при всех различиях, общие предпосылки речевого общения должны были заключаться в привычной для звукового аппарата простоте звучания. Формировавшиеся слова должны были звучать просто, как «да» и «нет».

Графическое изображение смысла слов – пиктограмма – имело ограниченные возможности для передачи значения и было слишком сложно для понимания. Клинопись Шумера и иероглифы Египта расширили возможности передачи значения, но не упростили понимания. Писцы, которые умели их писать, читать и копировать, были образованными людьми – они учились этому искусству годами. Но с развитием цивилизаций росла необходимость контактов – административных, дипломатических, деловых, росли торговые связи и личная переписка владык и сановников. Это диктовало необходимость рационального упрощения письма.

Всё, что изобретено интеллектом, может быть улучшено и упрощено интеллектом последующих поколений. Так произошло с первыми письменностями, когда они стали распространяться в Средиземноморском бассейне. В чьей-то голове возникла мысль: приравнять знаки письма к звукам разговорной речи – записывать не смысл, а звучание (так же как кому-то пришла идея колеса на оси).

Почти четыре тысячи лет назад, в Долине фараонов, на западном берегу среднего Нила, по дороге между столичным городом Тебе и городом Абидо шло активное движение: проезжали владыки, в обе стороны бегали курьеры, маршировали солдаты и ездили торговцы. Там, около 1800– 1700-х гг. до н. э., кто-то оставил на известняковой скале процарапанные значки самых первых букв – первые, ещё довольно сложные изображения звуков – буквы. Трудно представить, чтобы эти несколько «букв» были написаны там впервые. Скорей всего, они уже существовали, имели определённое значение и применялись раньше, но следов этого не сохранилось. Если кому-то понадобилось оставить их на стене скалы, значит, кто-то не только умел писать новые знаки, но уже умел их читать. Правые в ряду значки определяют имя Бэби – генерала «азиатов», как звали себя семитские наёмные воины (Рис. 15-1). Неизвестные зачинатели алфавита были, по предположениям, семитские (ближневосточные) солдаты, служившие в армии Египта. Не умея читать иероглифы, они заменили их на знаки, символически соответствующие звукам речи, и оставили на дороге сообщение, которое говорило другим о чём-то важном для них.

Рис. 15-1. Первые изображения знаков, отражающих звуки, ранний прообраз алфавита.

Могли быть и другие подобные попытки, которые не дошли до нас. Но все они были отражением поисков в одном направлении – в составлении полного набора ясно различаемых и легко воспроизводимых знаков, представляющих отдельные звуки разговорной речи.

Появившись в одном или нескольких местах, первые алфавиты начали как бы цепную реакцию в умах других интеллектуально настроенных людей – идея стала быстро распространяться и совершенствоваться, применительно к местным национальным языкам. На составление первых алфавитов в разных странах этого пояса ушло не менее трёх веков – ясно различимы они стали с 1500-х гг. до н. э.

По причине зарождения букв у семитских народов, первый алфавит теперь называется «северный семитский». Алфавит принёс демократизацию письменности и был самым значительным достижением развития интеллекта после начала зарождения письменности.

С появлением алфавита записи вошли в практику более широкого круга людей и через тысячелетия привели к грамотности масс.

Рис. 15-2. Древние эксперименты изображения первых букв.

Возникновение и формирование алфавитов в разных языках шли сложными путями. Идея распространилась севернее – на Синайский полуостров, а оттуда в Финикию (территория нынешних Израиля и Ливана) и в Арамею на Аравийском полуострове. Безымянные интеллектуалы экспериментировали с изобретением букв (Рис. 15-2). В Финикии алфавит окончательно сформировался к 1300 г. до н. э. в Сардинии – к 1200 г.

Рис. 15-3. Образец знаков финикийского алфавита, который дал начало греческому, латинскому и всем западным алфавитам.

Финикийский алфавит (Рис. 15-3) стал образцом для этрусского, а затем и для греческого алфавитов, появившихся к 1100-м годам. Так сложился «южный семитский алфавит». Из него произошли арамейский, арабский и греческий алфавиты. Греки дали своей письменности название «ALPHABET – АЛФАВИТ» по первым двум греческим буквам – альфа и бета, он стал источником латинского и других западных алфавитов.

К 800-м годам до н. э. в Египте, наряду с тысячами иероглифов, тоже пользовались алфавитом из 24 знаков, соответствующих согласным звукам. Во всех языках согласных звуков больше, чем гласных. Характерным звучанием языков стран Ближнего Востока были и остаются гортанные согласные звуки, подкреплённые всего несколькими гласными. Это отразилось и в их алфавитах – они состоят в основном из согласных, к которым добавляются специальные знаки, выражающие протяжность. Сформировавшиеся позднее европейские языки все имеют разделения согласных букв различными гласными.

В Грецию алфавит пришёл из Финикии в 1100—900-х гг. до н. э. На нём были сделаны первые записи текстов о легендарных героях, вошедшие позже в эпосы Гомера и труды Гесиода по греческой мифологии – ТЕОГОНИЯ. Греки дали всему западному миру больше текстов и слов, чем какая-либо другая нация. Вот только один из примеров: на больших сборищах людей для голосования «против» чего-либо или кого-либо использовали дешёвый материал – неглазированные глиняные куски битой посуды, которые сбрасывали в одну урну. Эти битые куски назывались «ОСТРАКА». Если их набиралось много, то неугодного человека высылали из страны – он подвергался ОСТРАКИЗМУ. Это слово вошло во все языки мира.

Позже греческий алфавит разделился на западную и восточную пропись. Восточный вариант, ИОНИЧЕСКИЙ, в 403 г. до н. э. был принят как официальный афинский алфавит. Он почти не изменялся с тех пор, поэтому и сегодня легко читать и переводить тексты греческих классиков истории и философии. От западного греческого произошёл этрусский алфавит, из него образовался латинский. Римляне первоначально пользовались 21 знаками из 26 этрусских и добавили 5 знаков из других алфавитов – Z из греческого и J, V, I и U уже в Средние века.

В Израиле к 1000 г. до н. э., ко времени первых библейских пророков, появился алфавит иврита, немного схожий с семитским. На нём были написаны ранние тексты Ветхого Завета и первый известный документ о евреях – «Стела о победе при Дюбоне», относящаяся к 900-м гг. до н. э. На недавних раскопках в Израиле был найден серебряный лист с текстом, написанным древним еврейским алфавитом. Он относится к периоду до разрушения первого храма Иерусалима вавилонянами в 586 г. до н. э. Это древнейший известный фрагмент из древнееврейского Пятикнижия (Торы). Но современный иврит пользуется так называемым «еврейским квадратным письмом», выработанным из арамейского во время первого вавилонского изгнания евреев из Иерусалима, в 586–538 гг. до н. э. В нём 22 знака и нет гласных, но 4 знака используются для гласности звучания.

От этрусского алфавита позднее, в 860 г. новой эры, произошла и славянская кириллица, на которой написана эта книга. Славянский алфавит предложили два монаха, братья из Салоник Кирилл и Мефодий. По имени просветителя и проповедника христианства Кирилла славянский алфавит назвали «кириллицей».

В арабском алфавите 28 знаков, три из них определяют длинноту гласного звучания, и имеются 14 так называемых диактрических знаков, разделяющих согласные и показывающих определения и глаголы.

Приблизительно к 1000-м гг. до н. э. алфавит уже во многом способствовал коммуникациям и большему распространению знаний в странах Ближнего Востока и Средиземноморского бассейна Европы. Он дал возможность большего творческого развития западному интеллектуализму и родилась прекрасная и мудрая дочь грамотности – ЛИТЕРАТУРА.

В восточных цивилизациях алфавит распространялся труднее и медленнее.

В Китае алфавит никогда не был принят. Возможно, если бы Китай не был бы «закрытой страной» и имел бы больше контактов с Западом, это могло оказать влияние на создание там алфавитной системы. Хотя цивилизации Запада и Востока достигали развития относительно равномерно, но их разделение на более чем три тысячи лет и сильное влияние символов, легенд и религий Востока на культуры этих стран привело к иному развитию, чем на Западе. Это до сих пор сказывается в разности их письма.

16. Цивилизация Крита и начало цивилизации Греции

Приблизительно за 2000 лет до н. э. на средиземно-морском острове Крит развилась минойская культура, во многом впитавшая в себя достижения интеллектуалов Египта и Финикии. Крит славился ремёслами и искусством, произведения которых ценились по всему миру. Жители острова были искусными мореплавателями, они сумели подчинить себе прибрежное население Древней Греции. Влияние крито-микенской (эгейской) культуры сказывалось несколько сотен лет. Эгейская цивилизация исчезла после невероятно сильного землетрясения на острове Гера в 1450 г. до н. э. После этого народ формирующейся Греции захватил Крит, многое в древнегреческой мифологии связано с этим островом. Греческая нация формировалась на основе смешения пришельцев из Европы с местными племенами. Захватив Грецию, они переняли и развили местную культуру.

……………………………………………….

Восточное Средиземноморье, с его множеством островов и изрезанным берегом континента, видело развитие двух великих цивилизаций – крито-микенской и греческой.

Древний мир (Международная библиотека Куртиса, 1968)

В развалинах вавилонского дворца «Мари», на реке Евфрат, были найдены написанные клинописью глиняные дощечки периода 1700-х годов до н. э. с рассказами об острове Крит в Средиземноморском бассейне. В них упоминалось высокое качество бронзовых изделий острова – мечей и кинжалов, и развитое гончарное производство посуды с красивой росписью. Такое сложное производство могло отражать достижения только развитой цивилизации. Для формирования ранних цивилизаций были необходимы два условия: избыток продукции и многочисленность населения. Но население Крита было малочисленно, на острове не было ископаемых, нужных для металлургии. Однако в период раннего бронзового века (2500—1300-х гг. до н. э.) там развилась цивилизация, во многом несхожая с другими – первая известная цивилизация в Эгейском море, то есть уже в Европе.

Хотя Крит – это самый большой остров Греческого архипелага, но в длину он – всего 260 км, шириной – 12 км. Он расположен в 150 км от устья Нила и 65 км от берегов Греции (Рис. 16-1). Цивилизация Крита, по своему географическому положению, по периоду времени и по типу формирования, была как бы промежуточным этапом между египетской и греческой. Эта цивилизация могла развиться только благодаря связям Крита с соседними странами Средиземноморья. В историю она вошла как МИНОЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ, по имени царя Крита МИНОСА, мифической фигуры, созданной уже в более поздний период греческой мифологии.

Рис. 16-1. Карта Средиземного моря, показывающая положение Крита на пути между Египтом и Апеннинским полуостровом, где формировалась Древняя Греция.

Жители острова внешним видом отличались от египтян, больше напоминая будущих эллинов. Очевидно, они приплыли на Крит на сотни лет раньше с берегов Малой Азии – из Финикии или с севера Африки, из зависимых финикийских колоний. Природа острова благоприятствовала жителям: относительно быстро (всего за 500–700 лет) они смогли развить богатые хозяйства. На Крите умели делать лучшее вино, выращивать лучшие оливы, производить шерсть, оружие, металлические печати шумерского типа и ювелирные изделия. Критяне были опытными мореплавателями. На своих кораблях они привозили с территории будущей Греции руду для изготовления металлов – медь, цинк и драгоценные металлы для обработки, обменивая их на свои товары.

Финикийцы, от которых критяне получили развитие и культуру, были самыми искусными мореплавателями, и это давало много преимуществ для распространения их культуры. Они говорили на семитском языке, положившем начало позднефиникийскому пуническому языку Карфагена. В Финикии жили интеллектуалы, создавшие финикийское письмо, от которого произошли греческий, а потом и латинский алфавиты. Но не одни только цивилизации Египта и Финикии могли оказать влияние на развитие Крита. К тому времени процветали Вавилонская и Сирийская империи в Месопотамии, и Хеттское царство в восточной Анатолии (на территории современной Турции). Например, критские дворцы строились по планам дворцов Ближнего Востока – в форме квадратов с внутренними дворами. Критяне были искусными строителями, они возводили дома и дворцы из местного камня, кирпича и крепких пород деревьев. В Кносе и Фесте сохранились развалины больших дворцов с гладкими крашеными колоннами и арочными сводами. Критяне были также искусными художниками. Во дворце Кноса находился величественный тронный зал с расписанными стенами. Жители Крита создали образцы украшений, по мастерству и фантазии равные египетским.

Критские дворцы были одновременно и домами правителей, и административными, торговыми и религиозными центрами. В них было отдельное помещение для культовой религии с изображением богов; именно на Крите впервые появились термы (горячие общественные бани) и общественные туалеты. Это проникло потом в греческую бытовую цивилизацию. Под дворцом в Кносе находились сложно расположенные подземные комнаты-хранилища, их переплетение было похоже на знаменитый лабиринт египетского интеллектуала-архитектора Имхотепа в основании его первой ступенчатой пирамиды. Но дворцы Крита не были военными оборонными сооружениями – мало кто мог напасть на остров, окружённый морем. Вокруг дворцов даже не было укрепляющих стен, потому что не было угрозы нашествий.

В культуре Крита как бы отражалось влияние развитых культур того времени. На его примере можно убедиться, что с расширением контактов условия для формирования цивилизаций уже изменились – материальное и культурное влияние соседей стало для них важней, чем богатство и многочисленность народа. Но сколько бы Крит ни перенял от соседей, его собственные интеллектуалы придали цивилизации новую, более прогрессивную, первую «западную» форму и окраску.

Недоступность Крита с суши и центральное расположение на морских путях привели к долгому и мирному его процветанию, пик которого приходился на середину 2-го тысячелетия до н. э.

Мореплаватели и мастера Крита первыми повлияли на жизнь материковой Греции, когда там ещё не сформировалась цивилизация. Первые переселенцы с Крита на территорию Греции приплыли в 1800—1700-е гг. до н. э. Крито-микенская (эгейская) культура оказала влияние на эту часть Европейского континента. Одно время жители континента даже платили Криту налоги как более развитому и сильному соседу. Элладская культура переняла множество интеллектуальных достижений культуры Крита: искусство росписи ваз, реализм искусства скульптуры, вкус к зодчеству и умение строить добротно и прочно.

В Египете тоже есть находки, говорящие о культуре Крита: изделия его мастеров ценились настолько высоко, что их образцы и глиняная посуда были найдены даже в пирамидах египетских фараонов периода 1800—1350-х гг.

до н. э. Цивилизация Древнего Египта сильно влияла на маленький Крит: у критян не было своей науки, и они пользовались египетскими достижениями в математике и астрономии. Однако для истории западного интеллектуализма самое необычное – то, что религия Крита не испытывала в интеллектуальном плане влияния египетской и других религий. Там не было такого количества богов и не было богов-полулюдей и полуживотных. Хотя ещё изображали священных быков, но Крит отошёл от первой формы религии – аниматизма. И там никогда не было всепоглощающего культа мёртвых. Напротив, ритуалы были праздничные и проводились во множестве святилищ на открытом воздухе. Это была новая стадия культовой религии. Немногочисленными богами Крита были женщины, их изображали полуодетыми, с открытыми грудями и с поднятыми вверх руками, держащими змей (Рис. 16-2). Главной богиней считалась «Богиня лабиринта» (слово «лабиринт» перешло с Крита в греческий, а потом и в римский языки и стало международным определением запутанности). Эта богиня носила имя Пония, что переводится как «хозяйка-дама». Следов богов-мужчин там не осталось, но правителем и главным жрецом острова был мужчина.

Рис. 16-2. Статуэтка критской богини со змеями в руках.

На островах Греческого архипелага в более поздний период тоже были открытые святилища и мраморные изображения богинь. В этом проявляется явное интеллектуальное влияние Крита на будущую греческую религию. Возможно, самое интересное заключение о вере Крита состоит в том, что культы и суеверия острова не оказывали морального давления на население, как это было в египетских и других цивилизациях, а были праздником и нередко даже проводились спортивные состязания. Эта традиция потом тоже перешла в Грецию – Олимпийские игры посвящались богам. Одно из своеобразных праздничных развлечений на Крите заключалось в смелом акробатическом прыжке вдоль спины священного быка (Рис. 16-3).

Рис. 16-3. Настенное изображение национального вида спорта Крита – перепрыгивание через несущегося во весь опор быка.

Важным интеллектуальным достижением Крита было образование собственного и довольно простого письма, которое было намного проще египетских иероглифов и шумерской клинописи. Выделяют два этапа развития критского письма: линейное письмо А (периода 1700-х гг. до н. э.) и линейное письмо Б (периода 1400—1300-х гг. до н. э.) (Рис. 16-4).

Рис. 16-4. Образец знаков критского письма: линейного А, близкого к будущим алфавитам западных стран.

Линейное письмо Б явилось основой раннего греческого алфавита – след явного влияния Крита на Грецию.

Процветание Крита закончилось неожиданно и необъяснимо после мощного извержения вулкана на соседнем острове Тера (в настоящее время – Санторини), которое уничтожило многие достижения крито-микенской культуры – первой достоверно известной цивилизации у берегов Европы, вблизи греческого материка. После землетрясения жители будущей Греции приплыли на Крит и прожили там сто лет как завоеватели. Но остров уже перестал быть центром культуры, влияние переместилось на Пелопоннесский полуостров в зарождающуюся там новую – элладскую цивилизацию – шло заселение Пелопоннеса новыми пришельцами. Развитие интеллектуализма через Крит приблизилось к изрезанным заливами берегам Греции.

Это отражено и в ранних греческих мифах. Глава богов-олимпийцев ЗЕВС влюбился в прекрасную Европу, дочь одного из царей. Чтобы завлечь её, он превратился в красивого белого быка. Наивная девица заигрывала с быком, обвивала его рога цветами, а потом уселась на его спину. Этого он только и ждал, чтобы похитить её. С Европой на спине бык-Зевс приплыл по морю на Крит (этот сюжет потом был одним из самых популярных среди художников всего мира). От их союза родился критский царь Минос, отсюда и название крито-микенской культуры. Жена царя Миноса, Пасифая, от связи со священным быком бога Посейдона, родила Минотавра – получеловека-полубыка. Минос заключил чудовище в лабиринт и обязал подвластные ему Афины доставлять Минотавру по семь юношей и девушек, которых поедало чудовище. Но в конце концов, греческий герой Тесей победил Минотавра и с помощью «нити Ариадны» смог найти выход из лабиринта.

В этом мифе много романтического и героического. От культуры Крита в Грецию и её мифы перешло новое важное интеллектуальное явление развитых обществ – преклонение перед женской красотой. Оно дошло до нас в мифах и изображениях полуобнаженных и обнаженных женских фигур. Хотя египтяне уже изображали красавиц (портрет Нефертити скульптора Тутмеса), но они не были обнаженными и в Египте не было преклонения перед женщинами.

Кто были первые жители той новой страны, которой суждено было стать матерью западной цивилизации – Греции? В 1600—1500-е гг. до н. э. туда стали волнами приходить так называемые «варварские» племена (пеласги, лелеги и др.) светлокожих высоких людей из Европы. Они шли через Балканы, были немногочисленны, но имели объезженных лошадей и военные колесницы. Насколько можно предполагать, имеющие колесницы пришельцы не могли быть дикими варварами. Весьма вероятно, что это были люди из новых развивающихся цивилизаций Европы.

Пришельцы победили минойцев, но, как это часто бывало в истории, они переняли основы крито-микенской культуры и приняли местную религию. Копируя минойские изделия, они развивали ремёсла. Этих северных воинственных пришельцев стали называть АХЕЙЦАМИ. Они говорили на индоевропейском (ныне утраченном) языке, который затем перешёл в греческий. Из смешения двух различных типов людей произошли первые греки: высокие, статные и светлокожие.

В 1450 г. до н. э. в городе Пилосе, на территории Греции, был построен первый Акрополь – так назывался укреплённый дворец на вершине. Из-за бесчисленных войн он имел оборонное, а не ритуально-религиозное значение. После этого были построены укрепления на месте будущих городов Афин и Тиринфа. Но наиболее важным городом были Микены. От него произошло название первой развившейся в Греции культуры – МИКЕНСКОЙ. Каждый город был отдельным государством (полисом) и имел своего вождя-царя. Они торговали с Малой Азией, в частности с городом Троей. На море они были пиратами и разбогатели, накопив много золота и золотых изделий. В 1300-х гг. до н. э. микенцы успешно воевали с Египтом и около 1200-х гг. до н. э. осадили и победили Трою.

История войны с Троей легла в основу первой классической поэмы «ИЛИАДА», приписываемой поэту-интеллектуалу ГОМЕРУ. Составившие её героические и романтические мифы были собраны вместе, обработаны и записаны древнегреческим алфавитом, который потом был изменён. Поэма появилась через триста лет после описываемых событий. Как в любом художественном произведении, историческая правда в ней уступает художественной выдумке. По традициям многих греческих мифов, её сюжет построен на романтическом приключении. Сын царя Трои красавец Парис выкрал жену спартанского царя Менелая Елену Прекрасную, когда тот выехал по делам на Крит (деловые отношения с Критом продолжались). Тогда Менелай вместе с царями других городов-государств Греции пошёл войной на Трою, чтобы освободить Елену и наказать похитителей. В этой самой древней и самой известной в мире поэме есть много описаний устройства и традиций общества того времени. Но главное в «Илиаде» – это описание героизма греков.

Об истинных Микенах и настоящей Трое многое стало известно лишь в XIX в., благодаря предвидению, инициативе и упорным раскопкам любителя-археолога Генриха Шлимана. С юности он был вдохновлён чтением «Илиады» и задумал найти Трою. Через 30 веков после описанных событий Шлиман на свои средства осуществил самые интересные в истории археологические открытия на раскопках Микен, а затем и Трои. Так была подтверждена историческая правда событий «Илиады» и найдена цитадель микенцев с гробницами царей. В Микенах были раскопаны искусно сделанные «Ворота львов», названные по скульптурам над ними (Рис. 16-5), а возле стены города, в глубине подвалов находились гробницы царей с захороненными с ними вещами. Гробницы были полны ценностей: оружия, золотых и других изделий. А на раскопках самой Трои Шлиману удалось отыскать ювелирные украшения, якобы принадлежавшие самой Елене Прекрасной.

Микенская цивилизация способствовала богатству и усилению молодой Греции в Восточном Средиземноморье. Но и она неожиданно прекратилась около 1100-х гг. до н. э., сметённая новыми племенами с севера Балкан и Греции – дорийцами и ионийцами. Они тоже были белокожие и высокие, добавив к генам местных жителей свой цвет кожи и рост. Так окончательно сформировался внешний облик греков.

Дорийцы не имели богатых культурных традиций, но у них было важное преимущество – они умели производить железо и делать из него оружие и плуги. Это давало им военные и торговые преимущества. Они были успешными воинами, об их подвигах складывались легенды. Через века эти легенды перешли в мифы, а воины-дорийцы стали прообразами многих героев греческой мифологии.

Рис. 16-5. «Ворота львов», периода зарождения элладской цивилизации, XIV в. до н. э.

Вторжение дорийцев повлекло распад греческих полисов, и греки стали селиться на островах Эгейского моря. Туда они привносили традиции своей культуры. Преследуя их по пятам, дорийцы основали колонии почти на всех островах. Потом они продвинулись на восток, до берегов Чёрного моря, и на Запад – на Апеннинский полуостров, а также на острова Сицилию и Корсику. В Сицилии в 734 г. до н. э. был основан город Сиракузы, в котором уже вскоре было 250 тысяч жителей. Образовалась многоколониальная греческая держава, но основная часть страны оставалась лишь конгломератом связанных между собой договорами городов-государств. При этом многие из них воевали друг с другом.

Но при всех административных различиях и даже враждебных отношениях, они были довольно крепко связаны общей религией и культурным развитием. Там, в богатых городах, зарождалась классическая западная философия и литература. 5–4 века до н. э. стали периодом высшего расцвета Эллады. Это было связано с возвышением Афин после победы греков над персами и создания Делосского союза. Здесь зарождался прообраз будущей демократии – первого демократического правления в истории.

Важным центром цивилизации стал город АФИНЫ – богатство, культура и интеллектуальная жизнь в них были выше, чем в других городах-государствах.

17. Мифы, легенды и эпосы как интеллектуальное начало литературы

На заре развития цивилизаций, с началом разговорной речи, древние люди научились оформлять впечатления от непонятных явлений природы и трагических событий их жизни в фантастические истории на уровне своего понимания. Так пробуждалась их интеллектуальная фантазия, которая породила мифы – рассказы о чудесах и необычных людях. С дальнейшим развитием к мифам прибавились легенды о действительных событиях и существовавших людях. Собранные вместе в разных странах, мифы и легенды стали народными эпосами. Первым таким эпосом было сказание о Гильгамеше, сочинённое в Шумере. В дальнейшем эпосы развились в национальные литературы и стали образцами высокой поэзии.

………………………………………….

Одна из особенностей разума заключается в глубоко запрятанном в нём побуждении рассказывать истории.

Ян Тоттерсол (американский палеонтолог)

Устное народное творчество начало развиваться, когда у людей был ещё очень ограниченный запас слов, а разум только лишь «нащупывал» свои связи с явлениями окружающего мира. Это творчество зародилось даже раньше первых наскальных изображений пещерных художников. Стимулом к нему были, скорее всего, непонятные явления и стихийные бедствия. Сильные потрясения пробуждали у людей потребности делиться впечатлениями от пережитого. И параллельно с первыми рассказами формировалось человеческое воображение, усложнялся разговорный язык. В самых первых древних мифах уже отразилась сила развивающегося творческого воображения, то есть интеллект их творцов. Многие из ранних мифов стали каноническими основами верований у разных народов.

Все мифы являлись описанием драматических событий на уровне понимания времени, когда они были сочинены. На раннем этапе развития мифов любым фактам приписывался магический смысл и ритуальное значение. Греческое слово «МИФ» переводится как рассказ или история, всегда связанная с религией. Из первых мастеров словесного творчества получались шаманы – предтеча священников. Как наскальные изображения пещерных художников могли служить для ритуального поклонения, так и мифы-фантазии могли стимулировать поклонение. Но, в отличие от наскальных изображений, которые отражали мир реалистически, легенды с самого начала несли в себе элементы эмоциональных фантазий, свойственных индивидуальному воображению, и с течением времени превращались в мифы.

У каждого народа рождались свои мифы. Их сочиняли в периоды формирования наций, задолго до возникновения цивилизаций. Мифы – это важная часть национальной культуры, и как её часть они вписались в национальные характеры. Все мы, люди – дети самой природы, и в мифах разных народов сказывалось влияние окружающей природы: скандинавские мифы были мрачными; мифы тёплых стран более одухотворёнными. Вот пример: по одному из северных мифов, человек произошёл от того, что святая корова ОДУМЛА вылизала его языком из замёрзшего во льду камня, и он сразу увидел вокруг себя только заснеженную пустыню. По греческому мифу, человека слепил из тёплой глины титан ПРОМЕТЕЙ и вдохнул в него жизнь.

Во втором тысячелетии до н. э., около 4000 лет назад, во многих ранних цивилизациях имелись свои литературно обработанные и записанные мифы, которые несли в себе две важные для людей того времени функции:

1) дать ответ на вопросы – с чего начался мир, кто и когда сотворил его, какова природа власти богов и царей, куда уходят живые души после смерти?

2) дать религиозное оправдание существующей общественной системе единовластия, с описанием традиционных прав и обычаев.

Следующая ступень развития фольклора заключалась в описании людей и событий, основанных на реальных фактах. Они передавались из поколения в поколение уже не как мифы, а как легенды. Легенды были развитой формой мифов и требовали от авторов живого искусства и интеллектуальной фантазии, основанной на реальности. Авторы воспевали своих героев в пышных фразах и сравнениях.

Собранные вместе мифы и легенды превращались со временем в национальные эпосы. Это началось ещё до изобретения письменности. Тогда появились народные сказители – интеллектуально развитые люди, которые специализировались на собирании и пересказах мифов и легенд. Так зарождалась национальная литература. Начальная форма литературы – это победные гимны, славившие богов и царей.

Самая древняя литературная запись – это шумерское сказание о царе-герое Гильгамеше из города Урук. Гильгамеш был не только первым в мире литературным героем, он реально существовал и правил в 27–26 вв. до н. э. Сказание о нём было создано позже, около 2000 г. до н. э., и стало таким популярным, что было несколько раз повторено и распространено в разных странах Месопотамии. Это были первые известные литературные переводы в интерпретации других авторов. Дошедшая до нас запись эпоса сделана в Вавилоне клинописью на двенадцати больших глиняных таблицах (около 1200-х гг. до н. э.). Вавилоняне придали шумерской клинописи силлабическую форму, что упростило чтение и понимание. Таблицы с эпосом о Гильгамеше были найдены во дворце Мари ассирийского царя Ашшурбанипала (668–626 гг. до н. э.). Эпос называется «ГИЛЬГАМЕШ И ЭНКИДУ» (Рис. 17-1).

Гильгамеш был чересчур суровым правителем, и граждане просили богов наказать его за это. Боги прислали им героя Энкиду, он боролся с Гильгамешем, но ни одна сторона не победила. Тогда они стали друзьями, совершив много подвигов. Они победили и убили священного быка Райю, насланного ревнивой богиней Иштар. За это боги наказали их и погубили Энкиду. Тоскующий о друге Гильгамеш просил мудреца Унапиштима указать ему средство для бессмертия, чтобы вернуть себе друга. Прежде чем он раздобыл это средство, с ним произошло множество трагических событий. Одним из таких событий был ярко описанный Всемирный потоп.

Рис. 17-1. Древнее изображение героя шумерского эпоса Гильгамеша, 3000 лет до н. э. Рисунок сделан с персидского золотого блюда 400 г. до н. э. с вытесненным изображением Гильгамеша, держащего в обеих руках двух подвешенных живых львов. Повисшие вниз головами львы символизируют его силу и мужество. Эпос о Гильгамеше был популярен в Месопотамии в течение более чем двух тысячелетий.

Растение бессмертия и вечной молодости росло на дне моря, и Гильгамеш добрался до него. Но на обратном пути потерял его в борьбе с морским змееподобным чудовищем.

Эпос состоит из нескольких поэм-рассказов, написанных прозой и стихами. Он должен был наверняка иметь долгую, возможно, столетнюю историю создания и многих авторов. Но записанная версия по стилю могла быть работой всего нескольких литературных талантов.

Не удивительно, что первый эпос появился в Шумере, колыбели ближневосточных цивилизаций. Но нельзя не поражаться мастерству, глубине и красочности изложения, так же как невозможно не поражаться мастерству первых наскальных художников.

Если изобразительное искусство художника передаёт момент, то описательное искусство литературы состоит в передаче динамики и развития событий и в психологической характеристике героев. Всё это отражено в эпосе о Гильгамеше. Четыре тысячелетия назад безымянные создатели эпоса сумели представить в своём творчестве основные элементы литературных сочинений всех последующих времён до наших дней. В нём есть описание происхождения героев, развитие их характеров, эпизоды героизма и силы, моменты слабости, рассказы о любви (даже с эротическими описаниями, не уступающими описаниям нашего времени) и даже существенная мораль. В этом эпосе содержались сюжеты, которые потом повторялись во многих легендах других народов. Например, герой Энкиду был изгнан из рая после совращения и сексуальной связи. Повтор этого есть, как мы знаем, в библейской истории Адама и Евы. Там было и самое первое описание Всемирного потопа, тоже потом повторенное в Библии (теперь доказано, что более семи тысяч лет назад, в результате мирового потепления ледников, волны Средиземного моря хлынули через скалистый барьер на Босфоре в пресное озеро, которым было тогда нынешнее Чёрное море. Тогда прибрежные жители должны были убегать от вод, надвигавшихся со скоростью более 1 км в день. Естественно, что такое событие могло сохраниться в памяти людей, что и нашло отражение в эпосе).

Многие другие эпизоды сказания о Гильгамеше перешли затем в греческую мифологию. И гораздо более поздняя поэма грузинского поэта Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре» по структуре и характерам героев тоже во многом напоминает эпос о Гильгамеше.

В Древнем Египте рано возникло литературное творчество. С появлением папируса было написано первое литературное сочинение нетрадиционного стиля – «НАСТАВЛЕНИЯ СЫНУ» фараона шестой династии Пепи I. Это был фараон, начавший в 2500-х гг. до н. э. завоевание соседей для расширения границ Египта. По времени это почти совпадает с написанием эпоса о Гильгамеше. Можно не сомневаться, что текст наставления писал не сам фараон, а его образованные писцы (с тех пор правители используют таланты своих помощников-интеллектуалов для написания за них книг, статей и выступленний – древнейшая традиция интеллектуальной эксплуатации).

На папирусе в Египте появился и первый прообраз романа – «ИСТОРИЯ СИНУХЕ», а затем первый УЧЕБНИК ПО МЕДИЦИНЕ с описанием хирургической практики (все между 2500—1500-х гг. до н. э.). Интересно, что в первых написанных трудах уже представлена интеллектуальная независимость писательского искусства от строгой религиозной догмы, которая довлела над всей жизнью египтян. Это доказывается тем, что в первых текстах появились сомнения относительно смысла жизни – самое раннее проявление интеллектуального скептицизма.

Ко времени широкого освоения алфавита и письма в начале первого тысячелетия до н. э. искусство литературы продолжало развиваться в соседних с Египтом странах – Израиле и Греции. Первым литературным произведением израильтян считается поэма «СОН ДЕБОРЫ», написанная в 900-х гг. до н. э. Почти через 500 лет, в IV в. безымянные поэты переработали её в шедевр поэзии – прекрасную эротическую ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ, приписываемую библейскому царю Соломону. Она состоит из нескольких не связанных между собой сонетов, которые свидетельствуют о наслаждении любовью.

Название «Песнь Песней» этим лирическим и эротическим строкам было дано греками. В 200 строках Песни – украшение, но и загадка Библии. Нет представления об их действительном происхождении, о времени создания и о связи с остальным текстом Библии. Некоторые интерпретаторы считали эти стихи аллегорией любви Бога к избранному им еврейскому народу. В христианской интерпретации их считали аллегорией любви Христа к его церкви. Но в Песни Песней нет ни единого упоминания о Боге и вообще нет ничего религиозного. Просто – это первый известный в мире образец чистой любовной лирики. Скорее всего, Песнь Песней была вставлена авторами Библии только потому, что это образец прекрасной поэзии. В последующих переписках и изданиях на все языки мира эти стихи приводились в прозаическом переводе с древнего иврита. Их трудно переводить в стихах, потому что аллегория и образы той эпохи были абсолютно отличны от нашего времени – современному человеку понять их просто не под силу. Уже много веков Песнь Песней вдохновляет поэтов и музыкантов на новые интерпретации, но красота первоначального текста всё равно остаётся непревзойдённой.

О, ты будешь целовать меня поцелуями твоих губ!

Любовь твоя крепче и слаще, чем вино,

Масла на коже твоей благоуханны,

И само имя твоё, как изливающееся благовонное масло;

Поэтому любить тебя – это как безумие.

Положи меня на лона свои, любовью давай упиваться.

Царь любви прислал меня в твою спальню,

Мы будем торжествовать и ликовать;

Мы будем прославлять твою любовь больше, чем вино;

О, как правы те, кто любят тебя.

(Перевод В.Голяховского)

Во всём мире тысячи поколений людей читали Библию, и можно себе представить, какое вдохновение давали эти строки о любви поэтам всего мира. ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ можно считать древнейшим и единым для всех западных языков мира источником лирической поэзии.

18. Греческое чудо – столпы ранней классической литературы

Около 1000-го года до н. э. Пелопоннесский полуостров стали заселять пришельцы из Европы и стран Восточного Средиземноморья. Они смешались с местными племенами и принесли им свои гены и свои достижения. Но в то же время они переняли местную религию, на которую во многом повлияли религия и культура Крита. Это был новый тип религии, в которой много богов обладали человеческими свойствами и вели себя, как люди. Героический характер народа Греции и её религия повлияли на формирование новой нации. В ней выделились народные сказители, создатели мифов и легенд. Одним из них был Гомер, автор первых народных эпосов. Вторым был Гесиод, который собрал вместе все мифы в поэме «Теогония». За ними следовали другие поэты Греции. Развилась первая в мире национальная литература – греческое чудо.

…………………………….

Этот поэт воспитал Элладу!

Греческий философ Платон о Гомере

ГРЕЧЕСКОЕ ЧУДО – это всплеск литературы в Греции в IX–VI веках до н. э. Глубина выражения национального характера и интенсивность распространения греческих эпосов и поэм до сих пор не превзошла ни одна нация. Это тем более удивительно, что общий культурный уровень Греции того времени был ещё довольно низким. В отличие от давно устоявшейся нации египтян, греки ещё только формировались в один народ из смешения племён разных пришельцев в период времени от 1500 до 1000 гг. до н. э. Одни приходили на Пелопоннесский полуостров с севера, через Балканы, и смешивались с народами запада и востока Европы. Они были вооружены новым бронзовым оружием, и у них были военные колесницы. Позже пришли племена ионийцев и дорийцев, у которых было железное оружие. На территории материковой Греции шло смешение с народами минойской цивилизации – с Крита и побережья полуострова. Туда же с востока Средиземного моря приплывали люди из Малой Азии – из Финикии, Анатолии (ныне Турция) и других стран. Так формировался новый тип светлокожих греков. Их героический национальный характер образовывался под влиянием этой миграции и борьбы племён: героизм, агрессивность и сила должны были цениться ими высоко, и это отразилось в истории и искусстве новой нации.

Будущие греки называли свою страну ЭЛЛАДА, а себя – ЭЛЛИНАМИ, по имени одного из центральных племён, и говорили на пёстром смешении индоевропейских разговорных языков (термин «индоевропейские языки» был введён в 1814 г., чтобы объединить ассирийский, иранский, греческий, латинский, славянские, романские, германские и кельтский языки – для отличия их от других языковых групп).

Название «греки» эллинам дали римляне, которые воевали с ними в 200-х гг. до н. э. и не понимали их языка. Поэтому они назвали их по имени маленького местечка, где шли бои. Это было уже через 500 лет после образования государства, и название так и осталось во всём мире. Но сами греки продолжают называть себя эллинами.

В самом начале формирования страны греки перенимали культуры завоёванных ими «малых цивилизаций» Эгейского бассейна – крито-микенской, минойской, эгейской и элладской.

Вероятно, они имели своих богов и свои религии, но вместе с культурой завоёванных земель переняли и поклонение их богам, в основном с острова Крит. Важный и привлекательный прогресс новой религии был в том, что в ней боги были представлены людьми. Они оставались сверхъестественно могуществеными, но были поразительно человечны в характерах и поступках. Перевоплощение богов в людей явилось настоящей культурной революцией религии, и это сыграло объединяющую роль в формировании греческой нации.

В отличие от других религий, у греков не было религиозной догмы, их вера в богов была открыта для всевозможных интерпретаций и позволяла простым смертным узнавать в поведении богов самих себя. У них не было централизации духовной власти, религия не имела строгих правил, довлеющих над верующими. Национальные мифы о богах и героях заменяли им постулаты религии, а источник моральных инструкций для общества лежал не в религии, а в поэзии глубоких человеческих эмоций, описанных в этих мифах. Боги были общими для всех племён, и у каждого из них была своя «сфера влияния»: море, небо, подземное царство, вино, веселье и любовь. Им возводили храмы, чествовали и украшали их изображения, приносили символические жертвы, но – им не повиновались. Греческая религия была праздником человеческого общения.

По всей Греции традиционные священные праздники (Панафинеи) – с парадами, цветами, хорами и жертвованиями животных – стали сочетать с музыкальными и поэтическими состязаниями, и со спортивными играми атлетов (греческое слово АТЛЕТ означает – «тот, кто соревнуется за приз»). С 776 г. до н. э. стали проводиться Олимпийские игры, с 586 г. в Дельфах при храме Аполлона устраивались Пифийские игры. Эти праздники и состязания посвящали богам, но по смыслу это были парады красоты и силы. Эллинская античная культура привела позднее к образованию греческой, римской, а потом и всех других европейских цивилизаций. Сами греки стали отсчитывать рождение своей нации с 776 г. до н. э. – года первых Олимпийских игр.

Бывшие пришельцы в Грецию выработали два диалекта звучного и богатого языка – западный и восточный. Их основой был хеттский язык. Создатели греческих мифов вначале говорили на западном диалекте. Они развили язык и этим стимулировали зарождение литературы, философии и наук в своей стране.

Интеллектуальное освобождение человеческих умов от догм религии, в сочетании со свободой рассказа и изображения, смогло стать основой необычных достижений классической культуры – греческого чуда. По всей стране ходили бродячие певцы – АЭДЫ. Они декламировали гимны в честь богов и героев, аккомпанируя себе на струнных инструментах – кифарах. Их гимны были богаты жизненным содержанием, а боги и герои – людьми со всеми их страстями. В поэмах Гомера описаны такие певцы-поэты в образах Фемида и Демода.

Молодые аэды учились у старых запоминать тексты и импровизировать. Сохранились сведения, что некоторые аэды запоминали до восьмидесяти тысяч строк. В этом, конечно, можно сомневаться, но надо учесть, что цифрам и датам в ту эпоху придавали не такое значение, как теперь. В декламацию входило повторение фраз для усиления эффекта, и добавление эпитетов ко многим определениям. Творчество аэдов во многом воспитывало высокий и гордый дух греческого народа.

Истории тех сказителей-аэдов питались из самых ранних источников народной мудрости, в них реальные факты перемежались с фантазией. Понятие правды для каждого времени своё (и это остаётся так до сих пор) – нет абсолютной правды для всех времён. На ранних этапах развития человека фантазия расценивалась как проявление мудрости автора. Сказители ценились за украшение своих рассказов многочисленными выдумками. Если это были выдумки о богах – это никого не смущало: религия Греции не имела строгих канонов интерпретации. Гимны в честь героических воинов назывались ПЭАНЫ, в честь свадебных торжеств – ГИМЕНЕИ, для погребальных причитаний – ОРЕНЫ.

Собранные вместе творения профессиональных сказителей-аэдов стали основой будущих первых классических поэм-эпосов «Илиада» и «Одиссея» (900–800 гг. до н. э.), и первого собрания мифов «Теогония»» (700-е годы до н. э). Тогда в Греции впервые в истории появились известные по именам люди, имевшие важное значение для развития культуры народа. В памяти человечества они навсегда сохранились как первые интеллектуалы.

Поэт Гомер

Если провести невидимые нити интеллектуального развития в ранних цивилизациях, то у вершины все они сойдутся в одной точке – на слепом греческом поэте-сказите-ле по имени ГОМЕР, авторе двух эпосов «ИЛИАДА» и «ОДИССЕЯ». Он был первый известный по имени греческий интеллектуал.

С Гомера началось греческое чудо возникновения классической литературы. Описанная им в «Илиаде» Троянская война велась между 1280–1180 гг. до н. э. В ту эпоху молодая нация греков только формировалась, у неё не было своей письменности и она ещё не могла иметь традиций сложения эпосов. События Троянской войны могли храниться в народной памяти в виде отдельных рассказов-легенд. В эпосах Гомера описана жизнь людей и их представления о богах, каких ещё не могло быть в ту эпоху. В них показана более поздняя структура общества и намного более поздние детали вооружения и быта, характерные для периода через триста лет после Троянской войны. Из этого и исходит предположение о времени жизни Гомера – между 1000 и 800 гг. до н. э. Но хотя имя его сохранилось, существование его ничем не подтверждено. Скорее всего, Гомер – это собирательный образ народных сказителей. Столетиями повторялись легенды о слепом аэде, ходившем по всей стране и певшем о подвигах богов и героев Троянской войны. Приписываемая ему слепота не говорит о реальности его сущестования – во все времена во многих странах было много слепцов, которые зарабатывали на жизнь, рассказывая баллады. Популярность его образа только подтверждает предположение, что многие отдельные истории эпоса могли рассказывать ещё ранее неизвестные аэды. Эти рассказы накладывались друг на друга и сложились в один эпос; тогда в народной памяти сказители объединились в один образ. Греки считали и до сих пор продолжают считать, что Гомер представил в своих эпосах опоэтизированную историю их страны.

Существовал ли Гомер или нет, но важно отметить, что его легендарный образ – это такое же гениальное творение народа, как и приписываемые ему поэмы-эпосы.

Рис. 18-1. Скульптурный портрет Гомера, созданный через 500 лет после его предполагаемой жизни.

Мраморные и бронзовые бюсты слепого Гомера были созданы спустя века, как плод воображения скульпторов (Рис. 18-1). Но слава Гомера в народе была так велика, что семь греческих городов спорили за честь считать себя его родиной.

Эпосы были собраны вместе в 700-х гг. до н. э. в Ионии, южной части Малой Азии. В VI в. до н. э. ПИСИСТРАТ в Афинах произвёл уточнение текстов. В 200-х гг. библиотекарь Александрийской библиотеки АРИСТАРХ установил окончательные тексты. В них около 15 700 стихов, написанных гекзаметром – длинными периодами из многих слов, удобными для распевания.

Весь мир пользуется определением «классических» искусств как лучших образцов эпохи Древней Греции и Рима, так же как и «классической» истории. Но эти определения были даны лишь в XVIII в. н. э. Эпосы Гомера «Илиада» и «Одиссея» не только явились первыми классическими произведениями, но они задолго предвосхитили эпоху Античности и предопределили дальнейшее развитие искусства на двадцать веков.

По канонам эпохи, в них представлены глубокие психологические характеристики героев с их возвышенным героизмом, драматическая канва повествования и языковое богатство красок литературного изложения. Более двух тысяч лет они вдохновляли скульпторов, поэтов, художников и драматургов на разработку богатства их сюжетов и образов.

«Илиада» составлена так, что основное содержание посвящено лишь четырём последним дням Троянской войны, в них автор (или авторы) сосредоточил описания основных героических характеров и действий богов и героев. Логично предполагать, что в своих повествованиях аэды рассказывали о ходе войны более подробно, но составители окончательного текста оставили только самое яркое.

Главные герои «Илиады» – троянец Гектор и грек Ахилл. Крепкая дружба Ахилла с Патроклом описана по схеме дружбы Гильгамеша и Эмпиду из более древнего шумерского эпоса «Гильгамеш». Он был записан на 300–400 лет ранее и вряд ли мог быть известен греческим аэдам в то время. Это говорит о более позднем включении этой линии в «Илиаду» и о некоторой преемственности сюжетных линий.

«Одиссея» была написана на сто лет позже «Илиады» и изложена в другом стиле. Считается, что у неё должен быть другой автор (или авторы), вдохновлённый «Илиадой». Главный герой эпоса Одиссей участвовал в Троянской войне, но в эпосе нет описаний битв, а подробно изложены последние шесть драматических недель его десятилетнего плавания и приключения. Упоминаются даже Гибралтарские скалы у выхода из Средиземного моря, которые не могли быть известны грекам периода Троянской войны.

В эпосе по образцу «Илиады» созданы яркие психологические характеры героев. Человеческая природа представлена в ней в своих крайних проявлениях, с детальным описанием мирной жизни героя Одиссея в отнюдь не мирных условиях путешествия, как это и было в те времена.

Поэт и мифолог Гесиод

В греческой мифологии было 3673 богов и героев. Всех их собрал и описал в своей поэме ТЕОГОНИЯ (генеалогия богов) первый достоверно известный литератор ГЕСИОД.

Его бюст был изваян через два века после его смерти (Рис. 18-2). Он сам описал свою жизнь в первой в мировой литературе автобиографии. Гесиод родился и жил в VIII–VII вв. до н. э., на один-два века позже Гомера. Это было время, когда уже проводились Олимпийские и другие игры-празднования, в том числе и состязания поэтов. Неизвестно, участвовал ли Гесиод в тех состязаниях, но он написал несколько трудов – обширных текстов на папирусных свитках. Два из них наиболее известны. В книге «ТРУДЫ И ДНИ» он в поэтической форме дал инструкции по земледелию. Подобные инструкции писались ещё шумерской клинописью на камнях (хотя неясно, как землепашцы могли их прочесть). Но Гесиод не только описывал, он воспевал честный труд крестьян и осуждал коррупцию и несправедливость судей. Эта поэма – первое литературное произведение с общественными и политическими идеями. По задачам и по стилю она отличалось от господствовавших тогда гимнов, баллад и эпосов. Поэтому Гесиода считают первым поэтом послеэпической эры Греции.

Рис. 18-2. Посмертный скульптурный портрет Гесиода.

Во всём мире более известно его собрание греческих мифов «Теогония» – поэтическое описание жизни греческих богов и героев (для русских читателей они были изложены в книге Н.А.Куна «Легенды и мифы Древней Греции», или «Что рассказывали древние греки и римляне о своих богах и героях»).

В них Гесиод, как и Гомер, использовал некоторые сюжеты более древних легенд Ближнего Востока. В «Теогонии» представлено полное описание основ и традиций религии греков, чего никогда не делали египтяне.

В Греции не было централизованной духовной власти, каждый из аэдов, разносивших сказания по селениям, наверное, имел свой репертуар и вносил в него свои сюжеты.

Гесиод должен был обладать глубоким интеллектом, чтобы собрать и описать все мифы в обширной поэме. По современным представлениям, его можно считать первым собирателем фольклора. Естественно предполагать, что многим мифам он тоже придал свою интрепретацию. В «Теогонии» к богам окончательно пришёл человеческий образ.

Боги имели не только облик, но и человеческие характеры с сильными и слабыми сторонами: они делали ошибки; они ревновали друг к другу и к смертным; они интриговали, покровительствовали и мстили. Для своих низменных целей они могли превращаться в животных или делать то же самое с людьми – в этом был явный отголосок египетской религии. Греческие боги настолько активно вовлекались в жизнь людей, что нередко с ними сожительствовали; тогда рождались полубоги (как не вспомнить христианский миф о рождении Иисуса Христа от бога и земной женщины, скопированный у греков через тысячу лет).

Во многих мифах и легендах герои – иногда простые люди – вступали в споры и борьбу с богами и побеждали их. Это не уменьшало веры в силу богов. Это была созданная интеллектуалами религия литературных и художественных образов. Учитывая общественную настроенность мышления Гесиода, можно предпологать, что он сам во многом придал богам и героям явно гражданские функции. Но вместе с этим он показал существовавшую систему общественного устройства Греции того времени, её сложившиеся традиции и обычаи.

Гесиод дал определение пяти классическим эпохам истории и дал имена и функции девяти музам искусства, он первый дал название континенту – ЕВРОПА. Неизвестно, какое распространение имела «Теогония» при жизни автора и в ближайшие века после неё. Как всякое литературное произведение, она не раз подвергалась позднейшим переделкам другими авторами. Во II в. до н. э. афинский филолог АПОЛЛОДОР ещё раз собрал вместе все мифы и легенды в своей «Мифологической библиотеке». Но вот уже более двух тысяч лет после Гесиода, основываясь на его «Теогонии», поэты и писатели западного мира бесчисленное количество раз ссылаются на описанные в ней образы, а художники и скульпторы создают по ним картины и скульптуры.

Гесиод, так же как и Гомер, по праву считаются великими интеллектуалами и просветителями Запада.

Поэтесса Сапфо

В формировании и развитии интеллекта всегда важно значение образца, за которым следуют и к которому стремятся. Образец подвигает талантливых людей на новые достижения. Для древних греков поэты были учителями, их творения вдохновляли других. После Гомера и Гесиода в VII–VI вв. до н. э. в Греции уже была развита литература – жили известные поэты Алкей, Каллин, Тиртей, Архилох, Пиндар и Бабрий. Но одно из самых громких литературных имен ещё при жизни получила первая лирическая поэтесса Греции и всего мира САПФО (610—580-е гг. до н. э.).

В Греции уже давно процветал культ женской красоты и обаяния, он выражался в поклонении многим женщинам-богиням и музам разных искусств. Женщина-поэтесса тоже могла вызывать культ поклонения. Поэт Алкей, первый создатель четырёхстрочных стихов, и Сапфо жили в одни и те же годы на острове Лесбос. По одному из мифов Лесбос был тем островом, куда после смерти самого знаменитого певца и поэта, полубога ОРФЕЯ волны прибили его золотую кифару. В этом мифе присутствовала символика преемственности поэтического дара. Но Лесбос был известен и тем, что там процветала лесбийская любовь.

Сапфо была женой богатого аристократа Керкила, у неё была дочь Клея, о которой написано одно из стихотворений её матери. История жизни Сапфо обросла легендами, искажёнными в веках. Она якобы была сексуально невоздержанна. Возможно, она руководила неким прообразом школы для девочек благородного происхождения. Хотя вообще девочки не получали никакого регулярного образования, но её школа была посвящена богине любви Афродите, богу страсти Эросу и девяти Музам. Это могла быть школа искусства любви – искусства, для которого были предназначены женщины-аристократки. В одном стихотворении Сапфо просит богиню Афродиту помочь ей завоевать любовь юной девочки. В этом не было ничего предосудительного – в те времена процветала однополая любовь. Мальчики, тренируемые в атлетических школах, открыто обучались гомосексуальным отношениям. Мужчины считали нормой такие отношения с мальчиками. Почему было бы и женщинам не любить девочек?

Другая легенда говорит, что у Сапфо был салон, где женщины высшего общества собирались вместе и проводили время в развлечениях. Какие бы ни были развлечения, но в их число входило и чтение поэзии хозяйки. Стихи Сапфо привлекали гостей даже из отдалённых мест. Стиль их был прост, она писала о глубоких чувствах любви и ревности. Ещё по одной легенде, Сапфо якобы покончила жизнь самоубийством, бросившись в море со скалы из-за неразделённой любви к юноше красавцу.

При жизни её поэмы были разрозненны, но через четыре века они были переписаны на девяти свитках и хранились в Александрийской библиотеке. При средней длине свитка около метра это должно было быть большое собрание. Но после пожара библиотеки почти ничего не сохранилось, кроме двух коротких поэм в 28 и 19 строк. Поэтому её поэмы больше известны по ссылкам на них.

Несколько разрознененных строк из её стихов были найдены в 1922 году на свитке папируса в захоронении в древнем египетском городке Оксиринхе. Там двадцать три века назад (через три века после смерти Сапфо) поселились греки, пришедшие в Египет с Александром Македонским. Но тексты были неполные. В начале XXI века были обнаружены недостававшие строки, тоже записанные на папирусном свитке, в который была завернута египетская мумия. В реконструированном тексте говорится о проходящем времени – Сапфо сравнивает юные тела танцующих девушек со своими ослабшими коленями и побелевшими волосами:

Вы, одарённые музами милые девы с ароматными грудями,

Танцуйте, резвитесь со рвением под чистые мелодии лиры;

Но моё когда-то нежное тело стало старым, оно сдало,

И вместо тёмных мои волосы превратились в белые.

(Перевод В.Голяховского)

Эти грустно-лирические строки не имели ничего общего ни с религиозными мифами, ни с героическими эпосами. Но в них впервые в мире, с высоким поэтическим мастерством, отражалась человеческая личность и женская судьба. Не удивительно, что стихи были так популярны. Греческая поэтесса Сапфо была первой в мире женщиной-интеллектуалом.

Баснописец Эзоп

В тот же период времени появились популярные и по сей день басни ЭЗОПА. Легенда говорит, что Эзоп (предположительно, 620—560-е гг. до н. э.) был якобы рабом философа Пифагора, который отпустил его на волю за его талант. Существование Эзопа не доказано, так же как и существование Гомера. И так же как эпосы Гомера могли быть плодом творчества многих аэдов, басни Эзопа могли быть плодом мудрости многих сочинителей. Их могли собрать и обработать один или несколько поэтов-интеллек-туалов. Очевидно, эти басни были очень популярны в Греции. В I веке н. э. их собрал и перевёл на латынь римский поэт ФЕДР, и они стали распространяться по всему миру. Сюжеты басен Эзопа пережили века; их использовали французский баснописец Лафонтен (1668 г.) и русский писатель И.А.Крылов (начало XIX в.).

В баснях Эзопа под видом характеров и поступков животных фигурируют характеры людей. В этом виден полный отход от канонов религии анимизма в её египетском варианте. Вместо обожествления животных высмеивают и ставят в неловкое положение, над ними морализируют, как над людьми. Этим греческий мудрец (или мудрецы) доказывает, что есть только одна мораль для всех.

Басни отличались от гимнов, эпосов и лирических поэм тем, что они были адресованы и понятны простым людям – землепашцам, подёнщикам и рабам. Сегодняшним читателям эзопов язык басен настолько доступен, что теперь его понимают даже дети, чьё сознание только лишь формируется. Но во времена Эзопа, при греческом чуде рождения классического искусства, в сознании простых людей только еще происходило формирование отвлечённых представлений. Для необразованной черни характеры и мораль басен могли иметь гораздо более ясное значение, чем написанные высоким слогом поэмы о богах и героях.

Греческий театр

Почти параллельно с развитием поэзии в Древней Греции появилась традиция разыгрываемых праздничных представлений. Греки переняли её от более развитых соседей с острова Крит. Это были религиозные празднества в честь бога виноделия Дионисия. Они проводились каждую весну, в сезон плодородия, шли несколько дней подряд и были самым большим народным праздником: люди наряжались в цветастые наряды, двигались процессией и несли символы плодородия – большие скульптуры фаллосов. В конце торжества в жертву богам приносили быка. На главном празднике – Великих Дионисиях – с VI века до н. э. ставились трагедии, с V века – и комедии.

Для многотысячной толпы в Афинах двадцать пять веков назад был построен первый амфитеатр. Афины к VII в. до н. э. стали развиваться быстрей других городов-государств и были особенно богаты вином и оливковым маслом. Изобилие каменистых скал и недостаток деревьев продиктовали необходимость вырубить многоярусный амфитеатр на склоне известняковой скалы. Его назвали ТЕАТРОН. Он был рассчитан на четырнадцать тысяч человек. Каменные сиденья, спускающиеся незавершёнными концентрическими кругами вниз, заканчивались плоской круглой площадкой для представлений и танцев актёров. Актёры выступали только группами, вместе хором цитировали гимны, в то время как другие танцевали. Они назывались ХОР, а сцена называвалась местом для танцев, по-гречески – ОРХЕСТРА.

В Афинах уже выросла плеяда искусных архитекторов и строителей. Они сумели рассчитать строительство театрона так, что с любого места было видно и слышно всё, что происходило на сцене. После Афин амфитеатры для представлений строились во многих городах и колониях, некоторые из них – на десятки тысяч зрителей. И все они обладали непревзойдённым мастерством акустики.

Рис. 18-3. Театральные маски Древней Греции: А – маска комедии, Б – маска трагедии.

Билетами в театрон были свинцовые кружки, их продавали у входа в амфитеатр. Близко к сцене места были дорогие – для знати и богачей. Люди, которые стремились сесть ближе к знати и дополнительно платили за это, назывались СНОБЫ (откуда и пошло определение «снобизм»). Самые дальние и дешёвые места занимали проститутки. Спектакли всегда начинались с пышного парада актёров в нарядных костюмах. Одни актёры хором распевали так называемые ДИФИРАМБЫ. Другие – танцевали и разыгрывали мимические сцены в масках (Рис. 18-3). Актёрами были только мужчины. Спектакли шли неделями и продолжались по целым дням. В течение дня разыгрывалось по пять спектаклей с перерывами, по-гречески – АНТРАКТАМИ. Хотя пять спектаклей могут показаться чересчур длинным представлением, но каждый из них шёл лишь около полутора часов и был захватывающе интересным. Три из пяти были трагедии и два – комедии. Каждая пьеса ставилась всего один раз – повторений никогда не было. В 535 г. до н. э. актёр ФЕСПИЙ добавил к хоровым представлениям индивидуальную игру актёров. Это революционизирующее театр нововведение имело успех и после него стали появляться другие новшества (в честь Феспийя, как первого драматического актёра, сценических артистов до сих пор иногда называют «феспийцами»).

Задачей комедий было рассмешить народ до упаду, высмеять богатых глупцов и превознести обычных людей. Если в представлении участвовал актёр, изображавший какого-либо бога, его помещали на сцену сверху, как бы на небе, привязанным на верёвке к крану, который назывался МАШИНА. Самого актёра называли «бог с машины». Если что-то в машине застревало, то актёр-бог смешно болтался над сценой на верёвке. Это больше всего потешало публику – они не боялись смеяться над своими богами.

Вообще, зрители живо и непосредственно реагировали на представления, шумели и нередко затевали драки. Понравившихся актёров украшали венком из плюща, а плохих забрасывали овощами и фруктами. Заканчивались спектакли жертвоприношением быка прямо на сцене – это и было единственным ритуалом религиозного характера.

В течение ста лет один за другим в Афинах появились великие поэты-драматурги: ЭСХИЛ, СОФОКЛ и ЕВРИПИД, создавшие трагедии, которые оказали огромное влияние на драматургию Шекспира и других великих мастеров. В 448—380-х гг. до н. э. в Афинах жил и писал комедии самый знаменитый греческий драматург АРИСТОФАН. Каждый из них написал около ста пьес. Язык комедии был схож с разговорным языком толпы, изобиловал ругательствами и похабщиной. Это было по вкусу публике. Самый грубый язык был у Аристофана (в течение тысячелетий в многочисленных переводах сохранившихся пьес того времени язык героев был «отшлифован» и лишился прежних особенностей).

Как и актёров, нравившихся драматургов украшали плющевыми венками. Зато если на театральном фестивале драматург терпел поражение, он вынужден был уходить с позором. Некоторые из них даже покидали город навсегда. Так, Эсхил и Еврипид, проиграв соревнования другим, вынуждены были покинуть Афины.

Большинство пьес того времени не сохранилось, но редкие оставшиеся творения популярны до сих пор, и по ним можно судить о том, что многие греческие драматурги были высокоинтеллектуальными людьми. Драматургия западного мира многие века жила по канонам их творчества.

Искусство музыки

Среди девяти греческих муз искусства была муза музыки, точнее, святых песен – Полигимния (от этого произошло слово «гимн»). Ранние греки были любителями танцев (муза танцев – Терпсихора) и музыки. На всех парадных религиозных шествиях и театральных представлениях исполнялась духовая и струнная музыка, под неё шли парадами атлеты, актёры и толпы ликующих. Один из самых популярных героев греческой мифологии Орфей был мастером игры на кифаре, обладал сладкозвучным голосом. Своим высоким искусством он услаждал богов и был даже способен усмирять диких животных. Миф об Орфее и его возлюбленной Евридике – один из самых широко известных во всём мире мифов: когда Евридика умерла, Орфей смог усладить своей музыкой бога подземелья Аида и уговорил его вернуть девушку (об этом написано несколько поэм и опер, лучшая из них – опера композитора XVIII века Глюка). Греки любили и совершенствовали музыку, создав первые образцы музыкальной полифонии.

* * *

Греческое чудо – возникновение и развитие классической литературы – было поразительно ранним и быстрым взлётом интеллектуализма одной нации. В истории культуры не было другого такого аналога. В нём выразилось аккумулирование интеллектуальных сил. И оно не исчезло после распада страны, захваченной римлянами в 146 г. до н. э. Греческая литература продолжала развиваться и дала плеяду новых мастеров. Как всякое интеллектуальное достижение, античность смогла победить вкусы более примитивных завоевателей и стала образцом для развития литературы Римской империи. И даже после падения Древнего Рима греческая литература и сам звучный и красивый греческий язык на все века остались классическими для западных стран, способствуя развитию западного интеллектуализма.

19. От интеллектуалов литературы к научной философии

В период VII–IV веков до н. э. в Греции зародилось и развивалось первое в истории течение философской мысли. Люди с интеллектуальными наклонностями пытались проникнуть в физические тайны происхождения мира, во многом отрицая религиозные объяснения и проложив путь к началам материализма. В своих трудах они стали применять метод философской диалектики и заложили основы метафизики. Это были первые мыслители, имена которых остались в истории. Кроме первых философских рассуждений и умозаключений, они сделали много астрономических открытий и развивали геометрию и математику.

…………………………………………..

Культура – это сумма всего, что спонтанно возникает для развития материальной жизни как выражение её духовных и моральных основ, все общественные взаимодействия: технология, искусство, литература и наука.

Якоб Бурхардт

(швейцарский историк XIX в.)

Взрыв литературной продуктивности ранних цивилизаций – эпосов, поэзии и драм, вместе с прогрессом других искусств, стимулировали рост культурного уровня новой интеллигенции. В первом тысячелетии до н. э. верхушка общества была достаточно высоко развита для идей просвещения. Но в мифах о богах и в легендах о героях никогда не появлялось упоминаний о людях, которые предложили новые идеи для объяснения окружающего мира, о тех, кто пытался углубить общие знания и представления о происхождении Земли, неба и Вселенной. Космология и другие общие знания застыли на месте, уготованном им религией: из земли и воды образовалось время; время создало воздух, хаос, темноту. Несомненно, отдельные интеллектуалы задумывались – из чего состоит мир, как он устроен, что его окружает? Однако творческим мыслям научного плана не удавалось прорваться через канонические истины – доминировала религия.

В VIII в. до н. э. интенсивная интеллектуальная жизнь переместилась в новую цивилизацию – в Грецию. Вера греков в богов с человеческими страстями была первой религией, свободной от строгих догм. В городах-государствах формировалась прослойка среднего класса интеллигенции. И впервые тогда заколебался мир незыблемых устоев – некоторые глубоко интеллектуальные люди научились их преодолевать. Подобно эпосам и мифам, стали появляться всё новые представления о природе и жизни, новые идеи для изучения природы. Люди впервые попытались дать природным явлениям не сверхъестественное, а простые, естественные объяснения, освобождённые от давления религиозных догм – зародилось научное мышление.

Рис. 19-1. Посмертный скульптурный портрет первого философа Фалеса.

По легендам, родоначальником научной мысли и первым философом мира считается грек ФАЛЕС (ок. 625 – ок. 547 гг. до н. э.) (Рис. 19-1). За всю историю он стал лишь вторым известным по имени интеллектуалом – после египтянина Имхотепа; разница во времени между их жизнями была две тысячи лет. Возможно, о Фалесе тоже не осталось бы никаких сведений, если бы при жизни его не признали волшебником-предсказателем. Эту репутацию дало ему точное предсказание полного солнечного затмения 28 мая 585 г. до н. э. Оно так поразило его сограждан, что из-за этого предсказания даже была остановлена битва двух армий – государств Лидии и Ионии.

Потом Фалес не меньше поразил воображение людей, заявив, что солнце и звёзды – это всего лишь огненные шары. Он намного обогнал своё время, однако при жизни его идеи не получили распространения. Они стали известны только из легенд о нём, которые были описаны намного позже историком Геродотом и более подробно рассказаны философами Платоном и Аристотелем (в его труде «Метафизика»). Фалес жил в Ионии (теперешняя западная Турция), в самом богатом городе той греческой колонии – Милете. Современники не считали Фалеса учёным, это слово и понятие ещё не существовали. Он был, скорее, купцом, видным местным политиком и инженером. Он первым предложил организовать федерацию греческих городов-государств с одной столицей (что было сделано позже). По легенде, он якобы сумел произвести отклонение русла местной реки для прохождения войск царя Крёза.

По преданиям, он учился точным измерениям у вавилонян и путешествовал по Египту. Его научные взгляды были основаны на вавилонской точности измерений и на достижениях египетской наблюдательности. Например, в Египте он сделал первые измерения высоты тысячелетних пирамид, основываясь на законах геометрии и тригонометрии. Сделал он это просто и мудро: измерил пирамиды в то время дня, когда тень человека от солнца была равна его росту, и точно рассчитал, что соответственно этому и тень пирамид должна равняться их высоте.

Кроме того, Фалес дал новые идеи геометрии, предложив пять теорем, открыл разность в продолжительности сезонов, первым изучал магнетизм и первым предложил морякам высчитывать местоположение кораблей в море по расположению звёзд Малой Медведицы. В своих высказываниях Фалес говорил, что всё в мире наполнено богами, но никогда не ссылался на богов и всему пытался находить физическое объяснение – пример первого свободного от религиозных догм мышления.

Насколько известно, Фалес был одним из первых, кто заинтересовался, из чего состоит Вселенная. Этим он пересёк критическую грань между выдумками мифов и научным объяснением природы. Вселенную он считал живым организмом, основным питанием которого является вода.

Он считал, что вся физическая материя произошла из воды и был первым мыслителем, который старался дать доказательное объяснение своей идее, считая доказательством то, что вода может переходить в состояние твёрдого тела (лёд), газа (пар) и жидкости. Фактически, этим он высказал первые научные предположения о происхождении элеменов в природе, считая, что из воды произошли все остальные элементы (слово «элемент» тогда не существовало, его ввёл в употребление Платон позже Фалеса).

Мысли и труды Фалеса были чисто рассудительного направления, и как бы ошибочны они ни были, но в этом был метод поиска истины – первый подход к изучению природы, вера в то, что не боги сотворили мир, а он был создан физически. Заслуга Фалеса в открытии возможностей для науки – в пути отхода от догмы к предполагаемым идеям, от мистических фантазий – к научным предположениям. Двести лет после Фалеса учёные пытались подтвердить или опровергнуть его идеи, и это явилось началом научного изыскания истины.

Благодаря редкостным особенностям отвлечённого мышления учёного Фалес рано стал предметом местных легенд. В одной из них, описанной Платоном, рассказывалось, как, наблюдая небесные звёзды и не глядя вперёд, он упал в колодец; женщина помогла ему выбраться оттуда и сказала: «Как этот человек может изучать звёзды, если он не видит, что у него под ногами?» (трудно придумать лучшее замечание об отвлечённости ума учёного). Простые люди посмеивались, что он знает много, но не умеет составить себе богатство. По легенде, рассказанной ещё позже Аристотелем, Фалес решил доказать своим соседям обратное: он предсказал, что через несколько лет наступит год обильного урожая, но ему не поверили; тогда в неурожайный год он скупил задёшево все орудия для давления масла из олив, а когда его предсказание сбылось и наступил урожайный год, он продал эти орудия намного дороже и сделал на этом большие деньги. Этим он доказал соседям, что проницательный ум учёного может иметь более честолюбивые цели, чем богатство. Когда его спрашивали, что самое трудное, он отвечал – познать самого себя; когда спрашивали – что самое лёгкое, он говорил – давать советы.

В более поздние времена греки составили список из семи главных мудрецов и имя Фалеса было поставлено в нём первым.

По количеству новых идей, которые генерировал Фалес, можно предполагать, что часть из них уже существовала до него, и возможно, в легендах он стал такой же собирательной личностью в науке, какой был Гомер в литературе. Однако одно из достижений было несомненно личное: он основал первую научную школу из семи учеников и последователей.

Среди учеников милетской школы были АНАКСИМАНДР (610–547 гг.) и АНАКСИМЕН (588–524 гг.), труды которых тоже стали известны из более поздних источников. Они продолжили и развили идеи своего учителя Фалеса по астрономии, естествознанию и математике, и высказали первые предположения по основам географии.

Путём наблюдений над перемещениями солнечных теней в течение дня, Анаксимандр первым предложил измерение времени дня. Для этого он создал солнечные часы, показывавшие время по отклонению теней диска на градуированном круге. Таким образом, он впервые предложил технологию деления дня – одну из основ нашей повседневной жизни. Анаксимандр создал геоцентрическую модель космоса и первую географическую карту мира в том виде, в каком он представлялся ему. Небо он изобразил полной сферой; это было первое появление в астрономии понятия сферы. Наблюдая изменение положения звёзд во время путешествий, он первым догадался, что поверхность земли должна быть покатой, а не плоской. Развивая взгляды Фалеса, он считал, что жизнь произошла не из воды, а из «первовещества», из которого выделилились противоположности тепла и холода, что дало начало всем веществам. Первовещество – это есть нечто беспредельное – по-гречески АПЕЙРОН.

Анаксимандр первым высказал предположение, что все виды животных после возникновения изменялись эволюционным путём и что человек произошёл от рыбы. Это был первый эволюционный подход к развитию жизни. Основа этих предположений вступала в полное противоречие с религиозными догмами о создании жизни богами. Анаксимандр отошёл ещё от одной старой традиции: в то время все писали свои труды в форме поэм, но его работы были первыми, написанными прозой. Об этом тоже находятся указания в легендах о нём, но сами его труды пропали в веках.

Другой ученик Фалеса, Анаксимен, первым сумел отличить планеты Марс и Венеру от звёзд. Он считал, что радуга на небе – это естественное преломление солнечных лучей во влажной среде, а не божественный знак. Он дал определение души человека – «рпеита» (пневма), от этого корня произошло много слов-определений.

КСЕНОФАН (570–478 гг. до н. э.) был изгнан персами из его города Колофона и десятилетиями ходил от селения к селению, как делали певцы мифов аэды. Но, в отличие от них, он распевал свои идеи и истории. Он не верил во множественность богов, критиковал Гомера и Гесиода за то, что они дали богам человеческие страсти, потому что нет никаких точных знаний о них. Он был одним из самых ранних монотеистов, что было смелостью при доминировании доктрины политеизма (множественности богов), и считал, что бог не передвигается с места на место, не имеет чувствительных органов и человеческого образа, он – соединение Вселенной и управляет духом. Отголоском его учения была фраза: «Если осёл мог бы рисовать, его бог выглядел бы как осёл». Много странствуя и наблюдая природу, Ксенофан первым пришёл к заключению, что горы были когда-то покрыты океаном и поверхность земли изменчива по форме. Этим он фактически предвосхитил науку геологию.

Греческий учёный ПИФАГОР Самосский (570–500 гг. до н. э.) (Рис. 19-2) был самым значительным мыслителем периода раннего становления науки, о нём было сочинено больше легенд, чем о других. Поэтому позже многое из трудов учеников его школы было приписано самому Пифагору.

Он путешествовал по Египту и Малой Азии и мог учиться у последователей Фалеса и Анаксимандра. Он переехал с Востока Греции на Запад – в г. Кротон на юге Апеннинского полуострова (теперешняя Италия) и в 525 г. основал свою школу под именем «Братство». Так он перенёс греческий центр науки с Востока на Запад и расширил влияние научной философии по всему Средиземноморью. Школа была устроена в виде коммуны, в неё принимали всех, включая женщин (чего не было никогда раньше).

Рис. 19-2. Посмертное скульптурное изображение Пифагора.

Пифагор первым применил слово ФИЛОСОФИЯ, что по-гречески означает «ЛЮБОВЬ К МУДРОСТИ». Он делил всех людей на три группы: те, кто любят удовольствия; те кто любят активность, и те, кто любят мудрость (к кому он справедливо относил себя). Он занимался изучением физики звука и открыл, что чем струна инструмента короче, тем выше её звучание, и что звук зависит от натяжения струны.

Заслуга Пифагора в том, что он ввёл в научный обиход принцип подтверждения достоверности доказательством – основным понятием всех научных изысканий. По легенде, он был так счастлив этим открытием, что принёс в жертву богам своего осла – очевидно, как самое достоверное доказательство своей правоты. Пифагор был типом учёного-интеллектуала, который своими трудами доказывает объективность научных истин, но в жизни, как это ни парадоксально, продолжает традиции религиозной веры (на том раннем этапе развития это было неудивительно, но редкий тип религиозных учёных сохранился и до сих пор).

Основное направление трудов Пифагора и его школы было в изучении математики и геометрии. Пифагор предложил несколько основных теорем по геометрии, известных ныне всем школьникам мира.

Пифагор был одним из первых, кто считал Землю не плоской, а сферической, он доказывал, что звёзды находятся на разном расстоянии от Земли и все имеют свою траекторию пути.

Эти предположения были через две тысячи лет подтверждены другим астрономом – Николаем Коперником, который признавал приоритет идей Пифагора.

Пифагор, по легендам, относился к математике мистически и старался вносить её во все области знаний. Он и его ученики пришли к заключению, что гармония природы Вселенной может быть выражена математически в цифрах. Это было удивительно честолюбивое предвидение древнейших учёных! Через двадцать пять столетий Альберт Эйнштейн сумел выразить один из основных законов Вселенной в знаменитой математической формуле об измерении энергии – Е=МС^2. И до сих пор в науке дискутируется возможность чисто математической попытки свести в единую формулу всю физику – от теории гравитации до квантовой механики и внутриатомных сил. Поразительно, как на заре развития науки и философии пифагорейцы смогли подойти к идее будущих теорий! Филосовские труды Пифагора через сто с лишним лет после его жизни вдохновили двух самых известных греческих интеллектуалов-мыслителей ПЛАТОНА (427–347 гг. до н. э.) и АРИСТОТЕЛЯ (384–322 гг. до н. э.).

Рис. 19-3. Посмертное скульптурное изображение Гераклита.

ГЕРАКЛИТ (кон. VI – нач. V в. до н. э.) (Рис. 19-3) оставил после себя значительное число записанных идей, и его работы являются образцом ранней древнегреческой диалектики. Он считал, что всё в мире находится в постоянном движении. По описанию Платона, именно Гераклиту принадлежит ставшая всемирно известной фраза: «Всё течёт, всё изменяется; нельзя войти в одну и ту же реку дважды, потому что в ней течёт уже другая вода». Он был ярым противником популярной религии и критиковал Гомера и Гесиода за их творения о богах. Он нападал на суеверия, считал, что молитвы перед изображением – это то же самое, что разговор с домом, в котором нет жильцов.

Он написал труд «О природе», из которого сохранилось 130 небольших отрывков. В нём он писал, что основная характеристика бытия – это подвижность; он отрицал сотворение мира богами и считал, что основа мирового строя – единое божественное мудрое начало.

ЭМПЕДОКЛ (490–430 гг.) жил в городе Агригента, в Сицилии (которая тогда была частью Греции). По причине многосторонней деятельности он ещё при жизни был окружён легендами, местные жители считали его богом. Ему даже предлагали стать царём, от чего он отказался.

Эмпедокл написал поэму из двух тысяч стихотворных строк «О природе». Из них сохранилось только 100 строк. В отличие от Фалеса, Эмпедокл считал, что есть четыре основных составных элемента природы – земля, огонь, вода и воздух. Разное количественное смешение этих элементов определяет все составные части природы. Это было первым предвидением того, что элементы природы могут соединяться между собой как строительные блоки, и оно намного поздней было развито другими философами. Эмпедокл считал, что жизнь возникает на определённых фазах смешения веществ и развивается путём эволюции видов (он признавал эволюцию даже в формировании мифических чудовищ). По его материалистическому учению, мысли тоже материальны и являются продолжением чувств. Эмпедокл первым пришёл к поразительно правильному заключению, что кровь циркулирует пульсацией от центра к поверхности тела и возвращается обратно. Вот строки из его поэмы:

Питается в бурных волнах крови

И отсюда происходит подвижная мысль человека,

Потому что мысль в людях – это кровь, омывающая сердце.

АНАКСАГОР (500–428 гг. до н. э.) был учителем двух других интеллектуалов – будущего основателя демократии Афин ПЕРИКЛА (495–429 гг. до н. э.) и драматурга ЕВРИПИДА (480–406 гг. до н. э.). Анаксагор был основателем космологической теории, объяснявшей, что не только Вселенная не была сотворена богами, но и небо и Земля состоят из мельчайших «семян» различных материй. Его «семена» (позже названные гомеомериями) были прообразом представления об атомах. По его учению, Солнце и Луна тоже состоят из земли и камня, разница лишь в том, что внутри Земли эта материя уплотняется и собирается в твёрдую массу. Солнце он тоже считал твёрдой массой размером немного больше Пелопоннесского полуострова. Анаксагор учил, что и сознание тоже является частью всепроникающей материи. Тридцать лет Анаксагор преподавал в Афинах, но за крайнее инакомыслие, за представления о Солнце и Луне как о физических телах, а не священных творениях, его посадили в тюрьму. Спастись ему помог его друг и ученик Перикл, и ученый сумел сбежать.

ЛЕВКИПП (жил в V в. до н. э.) был настоящим «первооткрывателем античной атомистики». В поэме «Природа» он дал философское обоснование своей идее. Он считал, что любое физическое тело может быть разделено на мелкие составные части, но в конце концов самая маленькая часть окажется неделимой. Левкипп писал, что в природе нет ничего необъяснимого и каждое явление имеет естественную причину и обоснование. Он написал два материалистических труда: «Великая система мира» и «О сознании», но его идеи известны только по пересказам его ученика Демокрита. К тому времени философы и их достижения перестали быть предметом легенд, о них рассказывали и их труды описывали поколения следующих философов – их учеников.

Атомную теорию развил дальше ученик Левкиппа ДЕМОКРИТ (470–370 гг. до н. э.). Это он придумал обозначение «АТОМ», что в переводе с греческого значит НЕВИДИМЫЙ. Он считал атомы вечными, не подлежащими переменам и неистребимыми. По его учению, они группируются в разных комбинациях и между ними существует пустое пространство; атомы подчиняются физическим законам и не зависят от воли богов.

Демокрит был самым образованным мыслителем своего времени, написал более семидесяти трудов, которые не сохранились и известны только по ссылкам. Но ему не повезло в том, что он был младшим современником философа СОКРАТА – интеллектуала другого направления. Философская школа Сократа в то время доминировала в Афинах, и Сократ отрицал идеи Демокрита. При всей глубине своих мыслительных способностей, он не смог оценить значения идей Демокрита (первый известный пример несогласия учёных с отрицанием заслуг другого). Полтора века спустя их развил ЭПИКУР (341–270 гг. до н. э.).

Обобщая, можно резюмировать, что с VII по IV век до н. э. группа первых греческих философов-интеллектуалов, которых называют философами досократовского периода, дала начала физической философии материализма и заложила основы научного подхода к изучению законов природы. Они не могли предложить обоснованных объяснений её тайн – для этого нужны были тысячелетия накопленных знаний. Но уже тогда они провозгласили два великих общих начала философских идей естественных наук:

1) научное мышление способно раскрывать тайны природы;

2) научное мышление несовместимо с религиозными догмами.

20. История истории

При всем развитии древних цивилизаций Египта и Месопотамии, в них не было записей исторических событий и хронологии их. Для того чтобы понимать ход и логику событий, необходимо особое чутьё – чутьё истории, потому что история – это и наука, и искусство. В результате развития религии, поэзии, философии и искусств греческой цивилизации появился новый вид описательного искусства – история. Первые историки Гекат, Геродот и Фукидид оставили образцы записываемой истории на все последующие века.

…………………………………………………

Лучший историк тот, кто сочетает знание событий с глубоким интеллектом, тёплой человеческой симпатией и тонкой силой воображения.

Барбара Тачман

(американский историк)

Описательная история как форма литературной информации была интеллектуальным изобретением греков, следующим после литературы и философии. Слово «ИСТОРИЯ» в переводе с греческого означает «исследование», «рассказ о прошедшем».

Хотя цивилизации Египта и Месопотамии существовали за тысячи лет до греческой, у них не было описательной истории, и у большинства их повелителей не было интереса к изучению прошлого. Но с тех пор как за три-четыре тысячелетия до н. э. на каменных стелах ранних цивилизаций появились первые записи событий, сделанные клинописью, иероглифами и начальными алфавитами, передовые люди всё же учились запоминать факты прошедшего. Владыки кичливо прославляли на камнях свои подвиги, но эти записи были разрозненны в веках и разбросаны по странам. Это была как бы нерегулярная хроника произвольно выбранных событий. Даже если в них бывали даты, то не было системы и порядка описания. К тому же, хронология сама по себе – это только канва для истории. Но и эти памятники часто разрушались по прихоти следующих завоевателей. Вавилонские и египетские жрецы хранили в храмах династические списки владык их стран, но нередко отдельные имена и целые пласты записей уничтожались по велению новых правителей – образовывались провалы в хронологии и фактах. Ассирийский царь Ашшур-банипал собрал у себя во дворце двадцать тысяч клинописных записей, но вряд ли кто-либо систематизировал их в историческом и хронологическом порядках (см. Главу 14).

Чувство истории – это привилегия высокообразованных и интеллектуальных людей. Они появились в Греции как часть взлёта поэтической и философской мысли, «греческого чуда». И они дали этому чуду новое развитие – описательную историю.

Поэмы Гомера «Илиада» и «Одиссея» описывали только некоторые из древних событий и ещё не представляли собой истории, хотя через века греки стали называть их историей своей страны. Но следующий за Гомером великий автор-интеллектуал Гесиод уже «изобрёл» музу истории Клио, включив её в число девяти муз искусства. У Гесиода было «чувство истории», и он выделил музу Клио почти на двести лет раньше, чем появились известные историки.

Первым писателем-историком был грек ГЕКАТЕЙ (546–480 гг. до н. э.). Он жил в том же городе Милете, что и философ Фалес, был видным политическим деятелем и автором двух сочинений. Одно из них так и называлось – «Генеалогия», в нём, вслед за Гесиодом, был дан систематический пересказ греческой мифологии. Разница заключалась в том, что Гекатей скептически относился к религиозным мифам. Во вступлении к своей «Генеалогии» он писал: «Я описываю здесь то, во что я верю. Есть много греческих историй, но, по-моему, они нелепы». Это сочинение не сохранилось, оно известно только по ссылкам других историков. Основная ценность этого труда была в пробуждении интереса к критическому осмыслению фактов мифологии. Если первые философы преодолели грань между мифами и физическим строением мира, то Гекатей преодолел грань между мифами и реальной историей.

Из другого сочинения Гекатея – «Землеописание» – сохранилось более 300 фрагментов. В нём две части – «Европа» и «Азия» (под которой он подразумевал Египет, Северную Африку и страну «Скифию» у Чёрного моря). Это были как бы первые «записки путешественника» – описания мест, географические и этнографические изыскания, и впервые сведения по истории. В Египте Гекатей собрал данные о 16 династиях фараонов, но когда он рассказал об этом египетским жрецам, они якобы показали ему список из 345 династий.

Гекатей был учеником и последователем Анаксимандра, и вслед за ним нарисовал раннюю карту мира, как он его себе представлял: полусферы Европы и Азии, окружённые большой рекой. Поразительно, что он мог предвидеть обширные водные просторы за пределами известной тогда суши. Реку, нарисованную вокруг Земли, Гекат назвал «ОКЕАН». С тех пор этим словом мы называем гигантские водные просторы, омывающие Землю.

Хотя Гекатея Милетского нельзя считать настоящим историком, но его интеллектуальная заслуга в том, что он дал стимул к описанию истории фактов. В каждом новом деле всегда есть два гения – гений-зачинатель и гений-завершитель, который развивает начатое.

Рис. 20-1. Посмертное скульптурное изображение отца истории Геродота.

Первый настоящий историк – это грек ГЕРОДОТ (484–425 гг. до н. э.) (Рис. 20-1), его справедливо называют «отцом истории» (это «звание» присвоил ему интеллектуал более позднего, римского периода Цицерон, рассказ о котором будет впереди). Геродот дал образец исторического описания событий, фактов и лиц на все последующие времена. Написанные им труды сохранились полностью и были позже собраны в девяти книгах. Они переведены на все языки мира и до сих пор читаются с интересом, как наиболее полные исторические сведения того периода.

У Геродота была интересная и насыщенная жизнь. Ещё юношей он почувствовал влечение к истории – в нём возникло необходимое для этого «чувство истории». Он заинтересовался событиями недавно прошедшей греко-персидской войны. Персия к тому времени была самой крупной и сильной империей, завоевала весь Ближний Восток, вплоть до Индии, все страны Восточного Средиземноморья, Северной Африки и Македонию. Она раздвинула свои границы вплоть до Греции и пыталась завоевать и её, но потерпела поражения в битвах при Марафоне (490 г.), у о. Саламин (480 г.), у мыса Микале (479 г.). Таким образом, древнегреческие полисы спасли всю Европу от восточного нашествия и тем самым – будущую западную цивилизацию от восточного засилия. У Геродота не было никаких источников, описывающих события, ему самому пришлось начинать изучение истории сначала и самому проникать во все факты и события. С этой целью он всю жизнь путешествовал.

Теперь нам представляется, что работа историка – это кабинетный труд по собиранию чужих описаний и переосмысливание их в своей интерпретации. Геродоту пришлось писать не по литературным источникам, а по собственным наблюдениям и по свидетельствам очевидцев. Он не только начал описывать историю, но дал образец исследовательской работы и формы изложения событий последующим поколениям историков. Чтобы понять Персию, он сначала изучал историю её быстрого превращения в громадную империю. Для этого он побывал в завоёванных ею Египте, Либии, Сирии, Вавилоне, Скифии и даже так далеко, как на русской реке Дон. Он встречался с разными людьми и опрашивал их – был первым ученым, применившим такой способ собирания фактов. Потом он так же много путешествовал по Греции. Геродот сам писал, что собирал исторические сведения в 40 городах и 30 странах. Считается, что он проехал 2 тыс. км вдоль Европы и столько же от её севера и до середины Египта.

Геродот был первым историком, который старался описывать события через человеческие поступки – писал как бы рассказы, со множеством диалогов и даже длинных речей, которых сам не мог слышать. Он писал: «Моё дело записывать, что говорят люди. Но я не связан обязательством во всём им верить – и это относится ко всем моим трудам». Он дал образец творческого переосмысливания описываемых событий. Фактически благодаря Геродоту история стала и наукой изучения фактов и искусством их интерпретации. Как наука она основана на фактах, но как искусство она основана на догадках и воображении историков[5].

В трудах Геродота меньше хронологии, нежели описания фактов. В традициях той эпохи он много раз упоминал имена богов, но никогда не писал, что они руководили ходом событий. В этом он следовал за предшественником Гекатеем, на которого ссылался несколько раз. При описаниях событий Геродот также рисовал картину особенностей географии и этнографии разных стран. Он был объективен в своих описаниях, представляя точки зрения противоположных сторон, но был субъективен в их интерпретации.

С 447 г. Геродот несколько лет жил в Афинах. Ему хотелось получить престижное звание афинского гражданина, и он устраивал публичные чтения фрагменов своих трудов.

Это нашло одобрение у лидера афинян Перикла, но многим жителям описания Геродота не понравились – они даже прозвали его «отец вранья». Греки были чувствительны к своему прошлому, ко времени героев эпосов Гомера и других поэтов. Очевидно, им было трудно оценить необычность труда Геродота. Как настоящий интеллектуал он намного опережал время (недаром сохранилось высказывание одного из историков – «историки пишут книги для самих себя»).

Афиняне не поняли этого и не дали Геродоту гражданства. Он обиделся и уехал на юг Италии – заканчивать свой труд. Там он до конца жизни писал свою «Персидскую войну». Основываясь на глубоком знании людей и событий, он показал своё понимание мира: мир управляется случаем и судьбой, и в человеческих делах ничто не постоянно; но моральный выбор всё равно остаётся важным, потому что боги могут покарать заносчивых[6].

Один из слушателей Геродота в Афинах, юноша по имени ФУКИДИД, был так покорён услышанными от него историями, что даже плакал от восторга. Через много лет он сам стал знаменитым историком. ФУКИДИД (460–404 гг. до н. э.) был по рождению афинским аристократом и сам был участником тех событий, которые описал в восьми книгах «Пелопоннесская война» – о войне между Афинами и Спартой (431–404 гг., с семилетним перерывом). Он служил генералом в армии афинян, командовал флотом, в 424 г. его флот опоздал с помощью греческому городу Амфиполю и его захватили спартанцы. Фукидид был уволен, провёл в изгнании двадцать лет и вернулся в Грецию перед смертью.

Для описания войны, в которой он участвовал, Фукидиду не надо было проводить исследовательскую работу, как Геродоту. Но он ставил своей задачей понять, что привело к войне между двумя сильными союзами греческих городов: Делосским (во главе с Афинами) И Пелопонесским (во главе со Спартой), которые до этого были связаны мирным договором. Для этого он опрашивал многих участников войны, давая описания в сухой деловой форме, придерживаясь только достоверных фактов, но и без попытки их интерпретировать. Он был как бы репортёром событий, не стремясь их объяснять. Для живости изложения он приводил длинные речи командиров (например, две речи Перикла, записанные уже через 30 лет после реальных выступлений). Фукидид не вмешивал в события «волю богов», он считал, что история людей – это полностью человеческое дело, которое они сами могут изучать.

Сочинение Фукидида с объективно и сухо изложенными фактами считается вершиной античной историографии и стало образцом для всех последующих историков. Однако труды такого рода читаются только специалистами по истории и не имеют большой популярности у широкой публики. Фукидид умер, не закончив свой труд, но успел дать объяснение происхождению Пелопоннесской войны: «усиление могущества Афин и страх этого со стороны Спарты были тем, что, с моей точки зрения, направило их на войну». По всем наблюдениям и размышлениям, Фукидид имел пессимистический взгляд на природу людей и на проводимую ими политику.

Гекатей, Геродот и Фукидид положили начало искусству и науке истории. Интеллектуальная заслуга их не только в первых описаниях значительных событий и фактов, но и в том, что они освободили описание истории от оков религиозных постулатов. Они описывали факты жизни людей, никогда не вмешивая в них ни мистицизм, ни влияние божественных сил. Этим они положили начало «светской» (в отличие от «духовной») литературы. Их труды – это основа того, что известно о Древней Греции и обо всём мире того времени. По ним училась плеяда следующих за ними историков.

Одна из греческих муз искусств – муза истории КЛИО – была ко времени первых историков ещё очень молодой, имя ей дал поэт Гесиод всего за 200–300 лет до них. Можно с уверенностью сказать, что юная Клио стала воспитаницей первых греческих интеллектуалов-историков.

21. Медицина становится наукой

Основой медицины Древнего мира были постулаты религии. Хотя древние целители умели лечить раны, особенно полученные во время военных действий, болезни считались посланными богами, и основным средством их лечения было задабривание богов жертвоприношениями. Грек Гиппократ был первым в истории врачом, который считал болезни естественным процессом, следствием нарушения баланса жидкостей в организме. Это стало основой гуморальной теории, просуществовавшей в медицине почти две тысячи лет. Гиппократ создал медицинскую школу, его ученики и последователи расширили медицинские знания и умения.

…………………………………………………

Знать – это одно дело, но лишь верить, что знаешь, – это совсем другое. Знать – это наука, но лишь верить, что знаешь, – это невежество.

Гиппократ

В героических эпосах о греческих героях есть много эпизодов с рассказами о ранениях, наносимых стрелами, мечами и копьями, и о лечении этих ран. В древних скульптурах, мозаиках и в изображениях на вазах тоже часто повторяются примеры исцеления раненых.

Но практически не было описаний болезней и примеров их лечения. В основе медицины Древней Греции лежал древнейший миф, записаный Гесиодом в «Теогонии»: глава богов Зевс был зол на титана Прометея (его имя означает «думающий вперёд», «предвидящий») за то, что тот дал людям огонь и сделал их счастливыми и здоровыми; за это Зевс велел приковать Прометея к скале на Кавказе (в самой отдалённой для греков части мира) и наслал на него орла – чтобы птица постоянно клевала его печень. Но этого Зевсу было мало – он не хотел, чтобы люди были счастливы и здоровы. По воле Зевса Гефест сотворил из земли и воды первую женщину по имени Пандора и подарил её брату Прометея – Эпиметею (его имя означает «думающий после»). Прометей предупреждал недальновидного брата, чтобы тот не брал подарка от коварного Зевса, но Эпиметей принял Пандору: в то же время Зевс велел поставить в его доме ящик с тяжёлой крышкой, наполненный духами болезней и несчастий; любопытная женщина Пандора сдвинула крышку: посмотреть – что там, и оттуда вылетели духи болезней и несчастий; когда она с трудом захлопнула крышку, взаперти остался один только дух – дух слабой надежды.

Поэтому считалось, что бедствия и страдания насланы людям в наказание, и для спасения от них есть лишь слабая надежда, но и она заперта в ящике, который назвали «ящик Пандоры».

Рис. 21-1, Кентавр Херон и юный бог медицины Асклепий со змеей мудрости.

Лечение болезней веками практиковали жрецы, которые не сомневались в такой «теоретической основе». Богом врачевания считался Асклепий, сын Аполлона, сына Зевса. Аполлон имел много функций, и одной из них было врачевание. Так что Асклепий унаследовал свою профессию от отца. Медицине он учился у лучшего учителя – кентавра Херона (Рис. 21-1). Кроме искусства лечения, Асклепий обладал даром предсказаний. В этих предсказаниях ему помогала змея мудрости, которая владела тайнами жизни и смерти.

Рис. 21-2. Эмблема медицины.

Эта змея, обвившаяся вокруг прямого жезла или вокруг чаши с ядом, стала впоследствии медицинской эмблемой (Рис. 21-2). Но Асклепий знал слишком много о тайнах смерти, этого ему не полагалось, и это тоже не нравилось Зевсу. Поэтому Зевс убил его ударом молнии. То, что Асклепий умер как простой смертный, сделало его особенно популярным у греков. Люди верили в это и взывали к нему, чтобы избавиться от болезней.

Ритуалы культа Асклепия практиковались во многих посвящённых ему храмах, но больше всего в самом большом и богатом храме в Эпидавре. Он вошёл в историю как первая лечебница, его каменное основание сохранилось до сих пор. Больные должны были начинать лечение с молитв, очищения в бассейне и приношения жертв. Пока они проходили под сводами храма, хор священников пел над ними заклинания. Этим их старались привести в состояние экзальтации и ожидания чуда. Их вводили в спальную комнату, и полагалось верить, что во сне им явится бог и принесёт излечение. За это чудо с них просили большую плату в виде разных приношений. Как видно, с самого начала медицинской практики лечение стоило дорого.

На таких устоях и в таких традициях медицина практиковалась до середины первого тысячелетия до н. э. Интеллектуальная продуктивность новых знаний и мастерства, происходившая в греческом искусстве, литературе, философии и науках, проявилась и в медицине. Основателем античной и всей западной медицины считается ГИППОКРАТ (460–370 гг. до н. э.) (Рис. 21-3), сын врача Гераклида. Возможно, основы медицинского образования он перенял от отца – медицина издревле была наследуемой профессией. Известно также, что наукам Гиппократ учился в Афинах в кругу учеников прогрессивного философа Демокрита, автора теории строения мира из атомов. Там Гиппократ мог освоить аналитический строй мышления и материалистический подход к изучению природы. Он первым перенёс это в сферу медицинских познаний. В отличие от религиозной доктрины, считавшей, что болезни насылаются богами и зависят от богов, Гиппократ заключил, что болезни являются естественным процессом, они зависят от нарушения баланса жидкостей в организме; симптомы болезней – реакция тела на эти нарушения, а главная задача врача – помочь естественным силам организма в борьбе с болезнью.

Рис. 21-3. Посмертный скульптурный портрет отца медицины Гиппократа.

Такой подход находился в полном соответствии со взглядом на физическое строение мира из четырёх элементов. Разработанный последующими поколениями врачей, он стал называться ГУМОРАЛЬНОЙ ТЕОРИЕЙ (от латинского слова HUMOR – влага) и господствовал в западной медицине более двух тысяч лет.

Гиппократ одним из первых отошёл от религиозных ритуалов лечения с жертвоприношениями богам, хотя даже после него они всё ещё проделывались веками. Гиппократ создал свою школу медицины на острове Кос, основал профессию врача, ратовал за отделение медицины от религии и написал около 70–80 трудов по медицине и хирургии. Фактически он создал первый мелдицинский институт, в котором был первым профессором и первым автором медицинского учебника. По традициям времени, его школа тоже была в святилище бога Асклепия, развалины святилища сохранились. Но своих пациентов Гиппократ принимал не в нём, а под большим деревом, где показывал их своим ученикам и вел обучение на примерах. По преданию, это дерево якобы стоит на том же месте до сих пор. Слава Гиппократа как целителя была велика ещё при его жизни.

Фактически Гиппократ первым приступил к изучению болезней эмпирическим путём, наблюдая течение заболевания и заживление ран. Эмпирический путь в медицине и до сих пор остаётся одним из основных путей открытия тайн заболеваний и способов лечения.

Есть предположения, что Гиппократ учился медицине также в Египте, где она была развита больше, чем в других странах, хотя и там её основы тоже были религиозными. Г[ервые египетские фараоны традиционно считались врачами – врачевание входило в сферу их могущества, коль скоро они почитались богами. Лечение проводилось шаманами (что сохранилось в примитивных племенах до наших дней). Потом шаманов сменили жрецы. Но в разных цивилизациях стали появляться упоминания и о людях со специальными медицинскими знаниями. Первый известный в истории врач египтянин ИМХОТЕП жил около трёх тысяч лет до н. э. (см. Главу 1 – «Легенда о первом в мире интеллектуале»). Он почитался самым искусным врачевателем. Что и как лечил Имхотеп – неизвестно. Но известно, что лечение всегда сопровождалось заклинаниями и состояло из указаний, какую жертву какому богу надо принести. Сам Имхотеп был признан богом медицины через два тысячелетия после смерти.

Греки переняли от египтян поклонение Имхотепу, изменив его имя на Имутес, откуда произошло имя бога Асклепий. По традиции, многие греческие врачи обучались медицинскому искусству в Египте вплоть до н. э.

Гиппократ остался также известен благодаря «КЛЯТВЕ ГИППОКРАТА» для молодых врачей. Каждый врач, получающий диплом, должен произнести её: «Я клянусь Аполлоном-врачом, и Асклепием, и Гигиеной, и Панацеей, и всеми богами и богинями, ставя их своими свидетелями, что буду соблюдать эту клятву соответственно своим способностям и вере… Я буду отдавать мои силы для выгоды больных, со всеми моими способностями и пониманием, я не буду приносить им вреда и несправедливости».

В ней есть ещё несколько существенных обещаний, в которых отражается высокое моральное значение медицинской профессии. Точное авторство её неизвестно, но в тексте отражалось сосуществование нового направления со старыми верованиями. То, что клятва названа именем Гиппократа, говорит о признании его заслуг как главы медицины. «НЕ ПРИНОСИТЬ ВРЕДА», не навредить – стало основой морали всех медицинских законов. Конечно, клятва изменялась соответственно установкам эпох и структуре обществ, но две с половиной тысячи лет после Гиппократа её принимали все поколения западных врачей, обещая честно выполнять свои обязанности. Моральная и интеллектуальная ценность этой клятвы сравнима с ценностью десяти библейских заповедей.

Греческие врачи после Гиппократа внесли в медицину много прогрессивных знаний и умений, своими трудами постепенно отделяя медицину от религии. Но бог Асклепий, наряду с другими своими коллегами, веками ещё продолжал лечить болезни.

Основной написанный Гиппократом труд называется «Афоризмы» и содержит каноны медицины, хирургии, врачебной тактики и этики, которые не потеряли значения до сих пор. Считается, что из почти восьмидесяти написанных трудов самому Гиппократу принадлежат тринадцать, а авторами остальных были его ученики. Но это не так важно, потому что источник знаний был заложен им. Все вместе труды называются «Гиппократовой библиотекой». Учение Гиппократа доминировало в медицине западных стран в течение почти двух тысяч лет (в странах Востока были другие первые врачи и другие методы). Как всё из древности, эти труды много раз переписывались, подвергались изменениям и редакциям. Фактически в описаниях болезней и их лечения Гиппократ был первым врачом, излагавшим науку о жизни. Заложенные им каноны стали основой клинической наблюдательности и практических приёмов лечения – главного в науке и искусстве врача. (Я, врач XX–XXI веков, с интересом читал труды Гиппократа и в своей диссертации ссылался на его метод лечения вывиха плеча; основа метода применима до сих пор, он изменён только технически, соответственно достижениям времени.)

Многие греческие врачи конца первого тысячелетия до н. э. углубляли медицинские знания и улучшали методы лечения. Но их труды пропали за давностью лет.

ДИОКЛ (350–300 гг. до н. э.) был автор термина АНАТОМИЯ и сам был искусным анатомом, автором первого труда по анатомии и первым фармакологом; он также известен как военный врач Александра Македонского.

ПРАКСАГОР (340 гг. до н. э.), из Косской школы Гиппократа, был практикующим целителем и распознал два вида кровесносных сосудов – артерии и вены, хотя считал артерии воздушными путями, от чего и происходит их греческое название – АРТЕРИИ. Он, как и египтяне, считал сердце органом интеллекта.

Его ученик ГЕРОФИЛ (род. ок. 300 г. до н. э.) первым производил вскрытия умерших для обучения и изучения (сделав около 600 вскрытий), описал многие органы, дав им названия: печень, селезёнка, мозг, многие нервы, 12-перстная кишка, внутренние женские органы, простатическая железа. Он первым описал связь нервов с головным и спинным мозгом, правильно описал функцию пульсирующих артерий и первым предложил лечение кровопусканием (которым потом пользовались как лечебной процедурой более двух тысяч лет).

ЭРАЗИСТРАТ (ок. 300 – ок. 240 гг. до н. э.), внук философа Аристотеля; его великий дед, один из основателей классической философии, написал первые исследования по биологии. Эразистрат, один из основоположников александрийской медицинской школы, считал многие функции тела механическими и первым подошёл близко к правильному пониманию системы циркуляции крови. Через три века после него римский врач ГАЛЕН (ок. 130 – ок. 200 г. н. э.) развил идеи Эразистрата и основал науку физиологию, лежащую в основе изучения жизнедеятельности органов человека.

В 265 г. до н. э. армия Рима впервые воевала с греческими войсками и захватила в плен их врачей. В греческой армии к тому времени были профессиональные военные врачи. Римляне были так поражены их умением лечить раны, что приняли их на службу и с тех пор Рим развивал свою медицину по образцу и под руководством греков.

* * *

Медицина развитого общества – это самый чувствительный нерв его развития, в ней фокусируются знания и умения врачей. Начиная с Греции, многие из врачей становились представителями передовой интеллигенции. Их наблюдения над природой самого человека и его болезнями были достижением интеллектуализма и лежат в основе успехов медицины западного мира.

22. Золотой век Афин и мир эллинизма

Идеи интеллектуалов – это потенциальные пружины развития общества. При своём возникновении они ещё непонятны обществу, они – как пружины в сжатом состоянии. Но сила их действия проявляется и доходит до общества позже – пружины идей как бы постепенно расправляются, когда само общество созрело для их действия.

Именно по такой схеме идеи греческих интеллектуалов воспитывали общество Греции – многие из идей и достижений интеллектуалов IX–VII веков охватывали всё больше людей и способствовали возникновению МИРА ЭЛЛИНИЗМА – уникального примера гармонии политического, экономического и культурного подъёма. Наиболее ярко это выразилось в ЗОЛОТОМ ВЕКЕ Афин – их процветании в период VI–IV веков до н. э. Но было бы идеализмом считать, что одни лишь пружины передовых идей могли привести к такому процветанию. Этому способствовало их сочетание с прогрессивным политическим строем, военной силой и большим богатством.

…………………………………………

Союз общих целей и личной свободы – это порядок, который никогда не нарушится, если его поддерживать, который является лучшей иллюстрацией идеальной демократии.

Перикл

(речь в честь героев войны)

Первым афинским политиком, чьи речи и труды остались в записях, был СОЛОН (638–538 гг. до н. э.), интеллектуал-пропагандист редкой комбинации – мыслитель, поэт и деловой человек. В 594 г. до н. э. он провёл демократические реформы, затем отменил прежние суровые законы архонта ДРАКОНТА, основал право для любого гражданина подавать в суд и создал Народное собрание из 400 граждан всех сословий. Солон стал легендарным при жизни, но отказался от предложенного ему титула диктатора. Он хотел, чтобы люди исполняли его указания, но не хотел приказывать им исполнять их – они должны были решать сами.

Этот образец способствовал расцвету Афин. С 509 г. в них установилась демократия, они управлялись избираемым магистратом. Свободное население составляло около 30 тысяч (по подсчётам Аристотеля), а население всего города – около 350 тысяч человек. В Афинах были толпы рабов, богатые люди имели до тысячи рабов, и доход города рос от налога на ввоз всё новых.

Как раз в период развития мира эллинизма Греции грозила гибель от менее развитой, но могущественной Персидской империи, захватывающей все страны Средиземноморского бассейна. В 539 г. персы победили сильный Вавилон, захватила Израиль и Египет и готовили захват Греции, чтобы двинуться дальше – в Европу. Греция была не единым государством, а конгломератом из 150 независимых полисов, они имели своих правителей и часто враждовали друг с другом. Фактически их объединяла только общая вера в олимпийских богов. Афины были самым большим городом и влияли на другие города, контролируя богатство Делосского союза – формальной связи городов по договору на острове Делос.

В 492 г. Афины разгромили персидский флот, а в 490 г. победили на суше в битве при местечке Марафоне. По описаниям Геродота, греки потеряли 192 человека, но убили 6400 персов. Гонец ФИДИППИД был послан в Афины с известием о победе, он пробежал 42 км 200 м, крикнул: «Радуйтесь, мы победили!» и умер от истощения сил (в память этого во всём мире осталась традиция «марафонского забега» на такое же расстояние). Известный драматург ЭСХИЛ, автор 90 пьес, был участником этой битвы и считал этот факт высшим достижением своей жизни. Он завещал написать на своём надгробии: «участник битвы при Марафоне», без упоминания своих литературных достижений.

В 480 г. до н. э. персидский царь Дарий I вновь предпринял поход на Грецию, собрав ещё большее войско, которому удалось на короткое время захватить Афины, но жители эвакуировались в ближайший город Трезен и на остров Саламин. В морской битве близ острова объединённые силы греков опять разгромили персов, и Афины захватили их богатую казну. Греция спасла Европу от нашествия восточных сил и этим повлияла на последующий ход истории западного мира – она открыла путь процветанию западной цивилизации.

В Афинах концентрировались интеллектуальные силы страны. Но общество оставалось пёстрым, расслоенным и полудиким. Пружины прогресса влияли лишь на уровень развития аристократии, но ещё не были понятны народу, большинство просто ничего не знало о своих поэтах, философах и учёных. Перевес сил был на стороне традиционной веры основной массы греков в их богов.

Лишь в одной области интеллектуальные достижения находили широкий отклик – в монументальном искусстве и зодчестве. Великолепные храмы, колоссы, яркие изображения, пышные празднества и зрелища укрепляли религиозную веру народа. Они поражали чувства масс, влияли на их воспитание и были убедительной пропагандой веры.

Когда жители Афин после победы над персами в 480 г. вернулись в свой город, они обнаружили, что варвары-персы превратили в руины строения их древней святыни XIII века – АКРОПОЛЯ. Так называлась высшая точка любого города, где по традиции жил правитель. Акрополь решили восстановить на случай будущих нападений. Действительно, в 468 г. афинянам опять пришлось сражаться с персами. На этот раз они разгромили их окончательно. Тогда афинский полководец в битвах при Марафоне и под Саламином КИМОН (510–450 гг. до н. э.) решил начать строительство храма, посвящённого богине города Афине-Палладе с её статуей невиданной до тех пор величины.

Однако в 461 г. Кимон был смещён и изгнан в результате интриг. Лидером стал аристократ ПЕРИКЛ (490–429 гг. до н. э. Рис. 22-1), высокообразованный успешный стратег и блестящий оратор, патрон всех видов искусств. Он был демократом с демагогическими наклонностями, организационным гением, отличался пониманием настоящего и предвидением будущего. Перикл – первый известный в истории правитель, который был велик не завоеваниями, а мирными достижениями. Стремясь к объединению Греции под руководством Афин и к созданию единого демократического государства, он говорил: «Наш город – это школа для всей Греции». Перикл был блестящим оратором, его речи зажигали толпу, и это помогало ему быть ежегодно избранным единоличным правителем города. Благодаря своему влиянию и дипломатическим талантам он смог получить для Афин громадные суммы, захваченные при победах над персами.

Рис. 22-1. Прижизненный скульптурный портрет Перикла.

ЗОЛОТОЙ ВЕК Афин укреплялся растущим богатством, демократическими свободами и мудрым руководством. В 445 г. Перикл заключил мир с основным противником внутри Греции – городом Спартой. Это дало Афинам 14 мирных лет. За эти годы, благодаря настоянию Перикла и под его постоянным наблюдением, был построен новый Акрополь с комплексом храмов и центральным храмом – ПАРФЕНОНОМ (Рис. 22-2).

В традициях всех цивилизаций, будущему государству нужна была пышная столица.

Для престижа Афин Перикл решил не просто восстановить Акрополь, но создать комплекс строений такого великолепия, какого ещё никогда не видел мир. Идею и план Акрополя Перикл разрабатывал вместе с друзьями – Аспасией, скульптором Фидием и философом Анаксагором. Парфенон – это детище эллинизма. Комплекс храмов строили десять лет, и потом ещё шесть лет украшали скульптурами. На его строительство в течение восьми лет (447–438 гг. до н. э.) пошло двадцать тысяч тонн отборного белого мрамора.

Рис. 22-2. Реконструкция скульптуры богини Афины Паллады, работы скульптора Фидия, на фоне Парфенона.

Архитекторы и инженеры ИКТИН и КАЛЛИКРАТ руководили его созданием. Более тысячи скульптур, в том числе главную фигуру невиданной величины в 13 метров – богини АФИНЫ-ПАЛЛАДЫ, из золота и слоновой кости, делали лучшие скульпторы под руководством ФИДИЯ. Со времён египетских пирамид в строительстве не было такой концентрации интеллектуальной и рабочей силы, как при строительстве Парфенона. Статуя Афины стояла внутри храма перед длинным бассейном и полностью отражалась в зеркальной воде. Парфенон имел 46 гигантских мраморных колонн, каждая весом в тринадцать тонн, и 92 скульптуры, расположенные в аттике. Скульптуры создавались сотнями мастеров со всей Греции. Фоном для мраморных скульптур были стены, раскрашенные в синий, красный и золотой цвета. В комплексе было ещё несколько меньших по размеру храмов.

Традиционно храмы предназначались для ритуальных служб с жертвоприношениями, для хранения городской казны и выступали как святилище для укрытия некоторых преследуемых. Они строились во всех городах Греции, и каждый город старался перегнать другой. Но афинский Акрополь с его Парфеноном символизировал вершину всего эллинского мира.

Рис. 22-3. Одно из семи чудес света – скульптура Фидия Зевс в городе Олимпии.

Есть знаменитые строения, которые выражают дух нации. Афинский Акрополь с Парфеноном до сих пор стоит на возвышающейся над городом громадной скале, как прекрасное и убедительное доказательство греческого интеллекта. Но, представляя собой символ Древней Греции, он стал и отражением её трагической истории. За 25 веков истории Парфенон подвергался разграблениям и разрушениям, его приспосабливали под мусульманские мечети и христианские церкви, в нём даже устраивали гарем для шаха. Первый его рисунок сделал в 1674 г. француз Жак Каррей, на нём Парфенон ещё представлен в полном виде. Но всего через 13 лет, в 1687 г., центральная часть храма была взорвана. Турция, владевшая Афинами, воевала с Венецией, и турецкая армия держала в Парфеноне пороховой склад. Во время обстрела с моря в него попало случайное ядро венецианской пушки, произошёл взрыв центральной части, и от Перфенона остались лишь крылья.

Тысячи его скульптур разрушились и позже были вывезены в Британский музей в Лондоне. И всё же Парфенон остаётся символом мира эллинизма, непревзойденным по красоте, пропорциональности и великолепию творением греческого интеллектуализма.

Фидий потом создал золотую скульптуру ЗЕВСА в Олимпии, одно из СЕМИ ЧУДЕС СВЕТА (Рис. 22-3). Но, обвинённый в присвоении части золота, скульптор поспешно скрылся в изгнание.

* * *

Вторая жена Перикла Аспасия не была афинянкой по рождению и это мешало им заключить официальный брак. У неё самой был ораторский талант, и она открыла школу риторики для женщин. Этим она давала женщинам возможность выйти за пределы узкого круга домашних обязанностей. Эту школу посещали такие интеллектуалы-мужчины, как сам Перикл, Сократ, Анаксагор и Еврипид (Перикл с ней там и познакомился). Аспасия была яркой личностью, как и сам Перикл. В их доме она вела аристократический салон и стала как бы некоронованной королевой Афин. Но, как любые яркие личности, оба они имели много недоброжелателей. Нападая на Перикла, враги обвиняли его в растрате казны, в дружбе с физиком Анаксагором, который считал Солнце не богом, а «раскалённым круглым шаром», и в дружбе со скульптором Фидием, который якобы украл часть золота, предназначенного для позолоты скульптур. Перикл вынужденно посоветовал обоим друзьям бегство из Афин. Но недоброжелатели, продолжая нападки на Аспасию, сумели устроить над ней суд за «вольные дела и мысли». Перикл сам защищал её со слезами на глазах. Своей речью он сумел добиться отмены суда. Перикл сформулировал принцип успешного руководства так: «Руководитель обязан знать, что должно быть сделано, и уметь объяснить это; он обязан любить свою страну и быть неподкупным». Это полностью отражало сущность его самого: имея в своём распоряжении несметные богатства города, он умер небогатым человеком.

Под влиянием культов «очеловечивания богов» греческие скульпторы и художники отошли от символизма условных египетских форм и развили свой стиль натурализма, особенно в скульптурном искусстве. Одна из первых статуй этого стиля была фигура пастуха, несущего ягнёнка (Рис. 22-4). Вскоре греки стали делать скульптуры своих богов. Как в мифах боги были людьми со всеми их страстями, так и в мраморном воплощении они стали человеческими фигурами. Фигуры обладали идеальными пропорциями. В этом греческие мастера достигли вершин утончённой выразительности, которая до сих пор остаётся непревзойдённой.

Рис. 22-4. Первая скульптура эпохи греческого реализма «Мошфор» – патриот Ромбос с приношением жертвенного теленка.

Мраморные боги и богини стояли в храмах и на площадях, залитые светом яркого средиземноморского солнца. Почти все они были величиной чуть больше обычного человеческого роста. На ритуальных шествиях люди приближались к ним, это могло давать им ощущение, что те, кому они поклоняются – такие же люди, как они сами. Многие мраморные статуи были раскрашены, позолочены или украшены слоновой костью, вместо глаз у некоторых были вставлены подобранные по цвету камни. Можно лишь представлять себе чувство благоговения толпы, смотревшей на эти красивые фигуры. В экстазе веры, под пение хоров и музыку арф и свирелей, статуи могли казаться им не застывшими символами, но почти живым парадом божеств.

Самым пышным храмом Греции был, однако, не Парфенон, а храм богини охоты и плодородия АРТЕМИДЫ в городе Эфесе, в Малой Азии. Его построили архитекторы Херсифрон и Метаген в VII–VI вв. Этот храм был окружён двойным рядом двадцатиметровых коллон, 127 колонн, выточенных из лучшего белого и чёрного мрамора. У подножия колонн стояли скульптуры амазонок, изваянные лучшими скульпторами. Храм вошёл в число СЕМИ ЧУДЕС СВЕТА, но его полностью разрушили восточноготские варвары в 262 г. н. э. Этот храм вошёл в историю ещё одним трагическоим событием: 21 июля 356 г. до н. э. его поджёг некто Герострат. Не умея ничего сделать для своего прославления, он решил, что обессмертит своё имя, если подожжёт храм Артемиды. Он сделал это, и с тех пор его имя используется как синоним честолюбца, желающего прославиться любой ценой.

В легенде рассказывалось, что сама богиня-покровительница храма Артемида не могла спасти его, потому что в тот день она якобы помогала родиться на свет македонскому царевичу – будущему Александру Великому: даты, действительно, совпадают.

Рис. 22-5. Статуя Гермеса работы скульптора Праксителя в Олимпии.

Вершины скульптурного искусства достиг афинянин ПРАКСИТЕЛЬ (390–330 гг. до н. э.). Его творения были настолько натуральны, что про них слагались легенды. Теперь они известны только в копиях, сохранилась лишь одна статуя – «Гермес, несущий младенца Дионисия», в музее города Олимпии (Рис. 22-5). Пракситель ваял свои фигуры с живых людей, обрабатывал мрамор и подкрашивал его так, что поверхность скульптур казалась живой кожей. По одной из легенд, его натурщицей была его любовница, красавица Фрина, бывшая гетера, невероятно разбогатевшая. С неё якобы он изваял свою самую знаменитую скульптуру Афродиты (364–361 гг.) – богини любви, которую ему заказали для храма. Лепить богиню с гетеры было довольно смелым шагом. Но ещё смелей было то, что впервые в искусстве была представлена полностью обнажённая женская фигура идеальных пропорций.

Рис. 22-6. Две скульптуры богини красоты Афродиты работы Праксителя: А – первая обнаженная женская фигура, которую не приняли, Б – та же богиня полуприкрытая.

Кистью руки она прикрывала лобок – жест, вызывавший эротические ассоциации (Рис. 22-6). Это вызвало смущение и недовольство заказчиков. Для них он сделал статую, прикрытую накидкой, а первую у него купил город Книд. Соседний царь, которому жители Книда платили большие налоги, предлагал за неё освобождение от тяжёлых податей, но горожане не согласились. Посмотреть на Афродиту Праксителя съезжались люди из других городов – это было ИСКУССТВО, а греки ценили его больше всего.

ЛИСИПП (370–300 гг.) был придворным скульптором Александра Македонского. На основе традиций натурализма он одним из первых начал новое течение в искусстве скульптуры – РЕАЛИЗМ.

Двадцать пять веков мир продолжает восхищаться пропорциями и тонкостью исполнения шедевров того периода. Теперь они стоят в закрытых помещениях музеев, от них откололись части фигур и лиц, мрамор и бронза пожелтели и потемнели от времени – но всё равно от них нельзя оторвать глаз. И так же привлекательны искусные греческие мозаики и расписанные вазы.

Параллельно со скульптурой продолжал развиваться и новый стиль классической греческой архитектуры – храмы с колоннами, украшенными наверху ордерами дорийского, ионического или коринфского типа.

Наиболее популярным празднеством эпохи эллинизма были спортивные игры. Их посвящали разным местным богам и символически они носили религиозный характер. Каждые четыре года, начиная с 776 г. до н. э. в Олимпии проводились состязания в честь главы богов Зевса. Такие же спортивные фестивали праздновали во многих городах Греции.

С тех пор 776 год греки называют годом основания Эллады. Подготовка к празднествам начиналась намного заранее. Если между городами шли войны, на время игр их останавливали. Участники собирались на тренировки за месяц до срока. Атлеты соревновались обнажёнными. На игры собиралось по сорок-пятьдесят тысяч зрителей – свидетельство популярности атлетизма и зрелищ в народе, но женщины на игры не допускались, чтобы на соревнованиях они не лицезрели обнажённых мужчин. Позже для них были организованы свои игры, посвящённые богине Гере – супруге Зевса. На праздниках было много музыки – греки всегда сопровождали свои сборища исполнением красивых мелодий на струнных и духовых инструментах. Эллины были первыми, кто открыл и развил гармонию музыки.

Олимпиады начинались с пышного ритуала религиозного парада и жертвоприношений Зевсу. Затем следовали три дня состязаний, после чего следовал парад победителей.

Героический и гордый характер мужчин-греков включал в себя развитие высокого атлетизма. Молодые люди, в основном из аристократических семей, состязались в беге, пятиборье, борьбе, управлении колесницами. Победителей украшали венками из плюща или лавра. В их честь устраивались празднества, давались театральные представления, поэты читали посвящённые им оды, скульпторы создавали их мраморные и бронзовые статуи. Когда атлеты возвращались в свои города, им вручали денежные премии, в сто раз превышавшие годовое жалованье солдата. Первым победителем игр 776 года в беге на 200 метров был юноша по имени КОРЕЕ, его имя осталось в истории.

Но молодые люди тренировались не только для участия в Олимпийских играх. При демократической выборной системе управления они должны были готовиться к общественной или военной карьере. Для этого считалось важным обладать ораторским искусством – в эпоху эллинизма оно признавалось одной из необходимых сторон интеллекта. Умение произнести публичную речь давало лучшую возможность служебного продвижения. Ораторы обучались в специальных школах, где преподавались логика и риторика – теория и искусство красноречия. Ещё больше ценилось само искусство речи. Греки знали, что искусно произнесенная речь может зажечь эмоции толпы – самое важное для успеха любого дела.

В Греции было много ораторов, чьи имена вошли в историю. Но более всего известно имя одного из них – ДЕМОСФЕНА (384–322 гг. до н. э.). Это был ещё один, после Солона и Перикла, политик-интеллектуал. По легенде, в начале карьеры его выступления перед аудиторией не зажигали людей – он недостаточно владел ораторским искусством. Тогда, для тренировки в искусстве речи, Демосфен стал уходить на берег моря, набивал рот прибрежной галькой и с набитым ртом тренировался в произношении речи так, чтобы заглушать шум прибоя. Так он научился легко и красиво говорить перед публикой[7].

Это был период, когда Золотой век эллинского мира подходил к закату. Македонский царь Филипп II готовился захватить Афины. Филипп вырос в греческом городе, был поклонником греческой культуры, но планировал создать на её основе своё государство и потом завоевать Персию. Демосфен ясней других видел в этом закат Афин и посвятил себя делу возмущения жителей, пробуждению их гордого духа для сохранения гегемонии его города. С этой целью он произносил перед магистратом обличительные речи против македонского царя, которые стали называть «филиппиками». Первую «филиппику» он произнёс в 350 г. до н. э.

Но Филипп модернизировал вооружение своей армии длинными пиками и одержал несколько побед над Афинами. Но даже после захвата самой Греции Демосфен в 338 г. до н. э. всё ещё продолжал выступать с гневными «филиппиками». На некоторое время Демосфен стал вождём анти-македонской афинской группировки. В 336 г. было предложено вручить ему за заслуги символическую золотую корону. Это вызвало политический скандал, он произнёс ещё одну блестящую речь «О короне». После смерти Александра Великого в 323 г. до н. э. Демосфен призывал греков сбросить с себя иго македонцев, но ему грозил арест и пришлось скрыться в изгнание, где он и отравился. Можно предполагать, что если бы жители следовали его советам, Афины могли бы продлить свой Золотой век.

Люди эпохи эллинизма были слишком суеверны и во многом жили в мире мистицизма, веры в чудеса, творимые богами. Они всегда слушали своих пророков и не делали ни одного важного шага, не спросив предсказания оракула. Оракулы были в каждом городе, их устами «говорили боги». Самым известным был ДЕЛЬФИЙСКИЙ ОРАКУЛ в небольшом городе Дельфы на южном склоне горы Парнас – «горы поэтов». Покровителем города был бог Аполлон, сын Зевса. Считалось, что Дельфы стоят в центре мира. Там, в святилище Аполлона, в центральной точке мира находился камень ОМФАЛ – «пуп земли». Вокруг оракулов всё было покрыто тайной. В дельфийском храме находилась женщина-оракул, которую называли ПИФИЕЙ. За много веков пифии сменяли друг друга, но никто не должен был знать их происхождения. Пифия сидела на золотом треножнике – ковше самого Аполлона и отвечала на вопросы пришедших за советами (Рис. 22-7). К ней шли важные и простые люди, все ждали своей очереди. Процедура сопровождалась множеством ритуалов и стоила дорого. Всё, что пифия говорила, надо было понимать не прямо, оно могло иметь двоякое значение. Но в святилище был старший жрец, который интерпретировал сказанное ею. Про удивительно верные предсказания оракула было сочинено много интересных легенд.

Рис. 22-7. Роспись на греческой вазе: Пифия предсказывает судьбу царьку одного из городов.

Так, философа Сократа оракул якобы назвал мудрейшим в Греции человеком, что его удивило, и он отреагировал знаменитой фразой: «Я знаю только то, что я ничего не знаю». По другой легенде, Юлию Цезарю оракул предсказал, чтобы он опасался середины мартовских ид. И так случилось, что он был убит именно 15-го марта.

Святилише Дельфийского оракула простояло почти десять веков, его закрыл уже в 390 г. н. э. христианский император Феодосий. С древности было известно, что, делая предсказания, пифии всегда впадали как бы в состояние транса. Лишь в XX веке учёным удалось выяснить, что место, где они всосседали на треножнике Аполлона, находилось прямо над щелью в скале, откуда просачивались наружу одурманивающие газы вулкана. Возможно, это и влияло на состояние пифий, но воспринималось как особое «вдохновение».

* * *

Есть много возвышенного и загадочного в легендах древнего эллинского мира. И до сих пор остаётся загадкой сам взлёт творческого подъёма греков, особенно города Афины, который способствовал расцвету гармонии мира эллинизма. Одно остаётся несомненным: большое значение для этого имели идеи и достижения интеллектуалов той прекрасной эпохи.

Греция

Если в Греции вы не бывали

И не видели вы Парфенон,

То тогда вы поймёте едва ли

Тех, кто в Грецию сильно влюблён.

О, богиня Афина Паллада,

Дочерь Зевса и мудрости мать,

Я вернулся в страну Элладу —

Её древности вновь повидать,

Побродить по прекрасным руинам

И вдохнуть, что пропало в веках —

И в Олимпии, и в Афинах,

И в священных дельфийских садах.

Наш отель на уступах Парнаса,

В середине крутого пути,

Видно, не было сил у Пегаса

До вершины меня донести.

Но с упорством на эту вершину

Я и сам, без коня, заберусь;

И представил на миг я картину —

Я стою в окружении муз…

Я от радости чуть не заплакал

И стеснилось дыханье в зобу:

– Предскажи, о дельфийский оракул,

Мне оставшейся жизни судьбу.

В наши дни и оракул-безбожник,

Для ответов глядит в интернет

(Устарел Аполлонов треножник

За прошедшие тысячи лет).

И оракул включил свой компьютер,

Посмотрел и с улыбкой сказал:

– Ты покатишься вниз, но не круто,

Сохранив свой душевный накал.

Владимир Голяховский

23. Философия как школа жизни

Мир эллинизма породил гармонию развития религиозных культов, искусств, литературы, физической культуры, философии и наук. Интеллектуалы создавали образцы архитектуры, скульптуры, философии, поэзии, драмы, описания исторических событий. Реализм изображения человеческих фигур достиг вершины выражения – идеальных пропорций – и воплощения красоты движений. Для свободных и состоятельных людей не могло быть более совершенной гармонии жизни. Но в этой гармонии не хватало самого главного – понимания сущности жизни людей. Уже наступила пора сомнений в божественном построении мира, наступала и пора для сомнений в божественных промыслах создания человека, его человеческой природы как центральной фигуры мироздания.

Кто такой человек с его мыслями, устремлениями, моральными ценностями? Если можно определить, что солнце – это всего-навсего огненный шар, то как определить, что такое моральные ценности жизни – достоинство, честь, добродетель? Для чего человек живёт, по каким моральным и этическим законам действует, чем люди отличаются друг от друга, что правильно и неправильно в их душах?

Ответы на эти вопросы стали искать философы нового направления Афинской школы – Сократ, Платон, Аристотель, Эпикур и другие. В отличие от прежних мыслителей, они спустили философские изыскания с небес религиозных учений, а в отличие от философов космологии, они оторвали философские изыскания от глубин земли. Их поиски истины были направлены на изучение человека, их интеллект был сосредоточен на объяснении духовного мира человека, и этим они расширили горизонты человеческого духа. Но, по причине «непрямого хода истории, признание их достижений пришло лишь на восемь веков позже».

Если определить в одной фразе, что самое важное сделали эти философы для развития культуры, то это можно сформулировать так: они внесли революцию в человеческое мышление – моральную философию западного типа, благодаря которой философия стала школой самой жизни.

……………………………………………….

Философия начинается там, где начинаются сомнения.

Уилл Дюрант (История философии)

Сократ

Заслуга Сократа перед философией в том, что он учил доказывать по наведению и давать определения.

Аристотель

Если у кого-либо за всю историю был самый высокий лоб, то это, несомненно, лоб СОКРАТА (469–399 гг. до н. э.). Но кроме его особой внешности, его всеподавляю-щей личности и странной манеры поведения, всё, что известно о нём и его учении, было написано не им самим, а его учениками Платоном и Ксенофонтом. Сократ не оставил после себя никаких написанных трудов – он вообще не писал их. И всё-таки его учение и интеллектуальное влияние таковы, что его до сих пор признают одним из величайших философов мира. Он начал новую духовную эру в философии. Его девизом было «gnoti seauton – познай самого себя», он дал начала анализа характера и поведения человека, на тысячелетия оставив самый яркий образец мыслителя эпохи эллинизма.

Сократ родился, жил и умер в Афинах, принадлежал к среднему классу, его отец был скульптором, а мать – акушеркой. Он жил в самый активный период истории Афин – при Золотом веке демократии Перикла и во время Пелопоннесской войны со Спартой. Юношей он учился у философа Архелая, ученика космолога Анаксагора. Архелай одним из первых начал отделять философию изучения природы от взглядов на условия жизни людей. Это могло еще в молодости зародить в Сократе интерес к моральным устоям человека. Возможно, он также учился у профессиональных философов-софистов (в переводе с греческого: «мудрец, знаток, виртуоз»). Они концентрировали свои интересы на гуманитарных науках – на значении и искусстве разговорного языка, на риторике, образовании и социальной философии. Софисты первыми за деньги (довольно большие – тысячи долларов, в переводе на сегодняшний день) готовили молодых людей к общественной карьере. Но Сократ потом отошёл от их взглядов, а когда у него самого появились ученики, денег с них не брал.

Сократ сражался в греческой армии и был смелым и выносливым солдатом. Известно, что он спас другого, пренебрегая опасностью. Эта служба дала ему запас денег. Но профессией он избрал не военное дело и не философию, а стал каменщиком, чем-то вроде ассистента скульптора – подготавливал мрамор для фигур и обрабатывал детали колонн.

Рис. 23-1. Посмертная скульптура Сократа.

У Сократа была коренастая фигура, грубое лицо с широким плоским носом, нависающие надбровья и выпуклые глаза. По внешности он больше походил на каменщика, чем на философа (Рис. 23-1). Круглый год он ходил босой и не обращал внимания на свою одежду, был известен беспечным отношением к жизни, ел то, что ему приносили ученики, и мало обращал на это внимания.

Современники описывали его как неотёсанного и некрасивого языческого святого. Поглощённый мыслями, он мог иногда часами стоять неподвижно и думать. Знаменита была его необычайно ворчливая жена Ксантиппа, единственная на всём свете, кому он не умел возражать.

До сорока лет Сократ занимался физическим трудом, но всё больше увлекался вопросами осмысления жизни. Он проводил много времени в беседах, ходил к простым и к известным людям, любил задавать им вопрос за вопросом: что они думают о смысле жизни? Их ответы не удовлетворяли его пытливый ум. Сократ славился сомнениями во всех истинах, сарказмом и тонкой, язвительной иронией – «сократовской иронией» (названной так позднее). Он сам себя прозвал «оводом» за то, что в спорах умел больно жалить противника.

В 40 лет он стал заметной фигурой в Афинах, его друг, драматург Аристофан вывел его в двух комедиях – «Облака» и «Лягушки» как смешной образ непостоянного и опасного мыслями атеиста. Сократ принадлежал к партии аристократов, был патриотом своего города и поклонником Перикла. Когда Афины были побеждены Спартой, в них стали править диктаторы, которых называли «тридцать тиранов». Они пытались задушить высокую духовную культуру города. В тот период Сократ увидел свою личную миссию философа в спасении Афин от моральной гибели. У него появились первые ученики – последователи его идей. И постепенно он перешёл к тому, что стало занятием на последние тридцать лет его жизни – воспитанию молодёжи в понимании моральных и этических ценностей человеческой природы. Сократ посвятил себя осмыслению жизни и правды, сумел показать многим поколениям греческих мыслителей высокие моральные стандарты и любовь к правде. Он был зачинателем диалектического метода обучения (от греческого dialectos – дебаты). На беседах-«симпозиумах»[8] он задавал ученикам вопросы и разбивал их доводы всё новыми сомнениями и возражениями. В этих диалогах он требовал от них точного определения абстрактных понятий: что такое ДОБРОДЕТЕЛЬ, ДОБРО, ЗЛО, ПРАВДА, ИСТИНА, КРАСОТА, СПРАВЕДЛИВОСТЬ, ДОСТОИНСТВО, ЧЕСТНОСТЬ, МОРАЛЬ, ПАТРИОТИЗМ. В конце дебатов он сам давал определения всему этому.

Очевидно, Сократ обладал наивысшей, почти магической формой интеллекта. Тайна, которая крылась в его интеллекте, была в том, что он шёл к своим определениям путём сомнений. В конце каждого симпозиума получалось так, что через все сомнения его ученики вынуждены были соглашаться с его правотой.

В истории философии принято делить всех философов на ДО– и ПОСЛЕ-сократовских. Это разделение основано на том, что до Сократа философы-космологи были заняты изучением физической природы окружающего мира. Но начало развития естественных наук шло на фоне веры в религиозные истины. При всём приближении богов к человеческим образам, первые философы не могли дать объяснения – что такое настоящая психологическая сущность человека. Сократ первым стал проникать не в глубину физической материи, а в существо самого человека. Он не отрицал важность естественных наук, но не видел в них особой пользы. Будучи полон сомнений во всём, своим авторитетом он даже задержал развитие физики и медицины на несколько десятилетий.

Сократ не верил в богов, хотя соблюдал ритуалы мелких жертвоприношений. Он считал мифы о богах выдумкой поэтов и признавал «божественным» внутренний голос совести. Он открыто насмехался над оставшейся после ухода Перикла политической системой и был первым, кто посеял в учениках религиозные и политические сомнения.

Благодаря обожанию учеников и его популярности среди аристократии высказывания Сократа распространялись в среде молодёжи. Сын лидера Афин стратега Анития, попав под влияние Сократа, открыто насмехался над богами и политикой своего отца. В конце концов, диктаторы Афин прямо обвинили Сократа в неверии, в политическом развращении умов молодёжи и даже в измене. Над ним был устроен публичный суд с тремя обвинителями и 501 присяжным. Основным обвинителем был малоизвестный поэт Мелетий – подставная фигура. По сути, это было первое известное в истории инсценированное судилище над «диссидентом» – поборником справедливости. И как во всех обвинениях, в нападках на Сократа было замешано много политических интриг. Выслушав обвинения, Сократ произнёс знаменитую речь – ОПРАВДАНИЕ, записанную

Платоном. Со своим умением вести диалоги Сократ мог легко оправдаться, но, уверенный в своей высшей правоте, он сознательно и саркастически раздразнил судей. Он говорил, что противники судят его за то, что он показывал им их невежество, хотя сами они считали себя мудрецами. Он говорил, что вся его жизнь была бескорыстно посвящена Афинам. Вместо того чтобы судить его, афинцы должны быть благодарны богам, что они послали им его, дабы пробудить их от летаргии невежества и показать им истинные ценности жизни и справедливости.

После многих дней судилища присяжные признали его виновным, разделившись поровну. Ему самому было предоставлено право выбора наказания. Даже тогда Сократ не устоял, чтобы саркастически не предложить им наложить на него штраф в одну талию – буквально гроши. Раздражённые этим, 280 присяжных проголосовали за смертную казнь, хотя 221 всё же его оправдали. Смертная казнь через отравление цикутой – ядовитым болиголовом – вызывалась параличом нервной системы.

Можно ли удивляться такому приговору? Сократ настолько обогнал своё время, что понять и оценить его могли только несколько учеников. К тому же, в Греции были живы традиции законодателя Драконта, который за двести лет до того провёл закон: большую часть преступлений нужно наказывать смертной казнью (именно с тех пор жестокие законы во всём мире называют «драконовскими»).

Ученики предлагали Учителю бежать в изгнание и подкупили всех. Но Сократ был слишком прям и горд, он признал законность суда и считал, что, как хороший гражданин, не должен нарушать законов. Сократ стал первым известным по имени интеллектуалом, казнённым за своё инакомыслие и критическое отношение к власти.

Сократ умирал так же достойно, как жил, с совершенным спокойствием выпив поднесенную ему чашу с ядом. Смерть Сократа много раз изображали на живописных полотнах художники-романтики. Это изображения героического акта – смерти человека за свои убеждения (Рис. 23-2). Ему было семьдесят лет, он считал, что прожил хорошую жизнь: он жил как интеллектуал и умер в защиту своих убеждений; его смерть стала героическим символическим актом великого философа.

Чаша Сократа

Эту чашу я пью – за сомнения!

За сомнений тяжёлый путь;

В горьких муках родятся прозрения,

Но питает их смелая грудь;

За сомнения в каждой святыне,

За презрение к вере слепой;

Эта вера подобна пустыне —

В ней не вырасти мысли живой;

За падение истин бесплодных

И на веру принятых слов,

Путь сомнения – доля свободных,

Вера – участь покорных рабов;

Не горька эта чаша мне яда,

Пью до дна, как вина бокал,

Эта чаша не казнь, а награда —

Я в сомнениях правду узнал.

…………………………………………

………………………………………….

Не сомненья, а вера – яд.

Это я говорю……Сократ…..

Владимир Голяховский

Рис. 23-2. Момент смерти Сократа, когда он добровольно выпил чашу цикуты за свои убеждения (с картины французского художника Давида).

В интеллектуальном плане Сократ представлял собой тип учителя, которому важней передавать знания и мысли нескольким живым ученикам, чем записывать их для будущего. В те времена уже существовали и распространялись в копиях рукописи многих поэтов и мыслителей, записанные тексты расходились в среде грамотной аристократии. Но неизвестно, обладал ли Сократ писательским даром, который во многом отличается от дара проповедника. Всё им сказанное было записано Платоном, сам же Учитель не оставил записей. Поэтому среди историков и философов всех времён было мнение, что многие из приписываемых ему высказываний и диалогов были сочинены Платоном, что «Сократ был изобретён Платоном». Эта теория получила название «Сократовская проблема».

Платон учился у Сократа десять лет – с 18 и до 28. Он обладал выдающимся писательским даром и фактически был первым в мире журналистом, досконально записавшим известные ему события. Все труды он писал в форме диалогов, которые вёл Сократ – это соответствовало манере его преподавания и этот стиль был распространен. Диалоги не были стенографическими протоколами – в записях Платон мог изменить прямую речь Сократа. Он сам писал, что при некоторых диалогах не присутствовал. Так, он записал слова Федона, бывшего у смертного одра Учителя: Сократ был «лучший, мудрейший и самый честный человек».

Платон донёс до нас не художественный, а философско-документальный образ Сократа. Но мог ли он, которому Учитель внушал абсолютные понятие честности и добросовестности, так предать его, чтобы исказить? Ко времени его описаний появилось много других участников симпозиумов Сократа, и часть диалогов была написана им совместно с Эсхином. Скорее всего, в этих диалогах Платон выступал как добросовестный журналист, верно отражавший идеи Учителя. Правда, Платон всегда был идеалистом и во многом мог идеализировать Сократа. Возможно, что фразировка написанных Платоном диалогов – не сократовская, а платоновская. Но наверняка изложенные в диалогах идеи – по их методу, остроте и яркости выражения – исходили от самого Сократа. Другой его ученик, оставивший свои воспоминания о симпозиумах и об Учителе, был КСЕНОФОНТ (430–355 гг. до н. э.), богатый аристократ и известный стратег. Он меньше идеализировал Сократа, но основные, описанные им события совпадают с платоновскими.

В первых трёх книгах Платона о Сократе – «Оправдание», «Критон» и «Федон» (по именам учеников) описаны суд над ним, его заключение в тюрьме и отравление ядом цикуты. В них Сократ рассказывает, что Дельфийский оракул назвал его мудрейшим в Греции человеком. Он не поверил оракулу, сказал: «Я знаю только то, что я ничего не знаю». Его ироническое замечание стало всемирно известной поговоркой. Он попытался найти человека умней себя, знавшего что-то такое, чего не знал он сам. В процессе разговоров с людьми он выяснил, что хотя они считали себя знающими, но на самом деле знали о людях меньше него. Тогда Сократ вынужденно признал себя действительно мудрейшим… потому что он единственный знал, что ничего не знает.

Пророчество оракула могло бы быть красивой легендой о Сократе, если бы не было записано как его собственный рассказ. Каким образом Дельфийский оракул мог дать такое верное определение личности Сократа? Можно только предполагать, что это шло от его широкой популярности в аристократических и интеллектуальных кругах Афин.

Во многих других книгах Платона описаны диалоги Сократа, посвящённые основам морали и этики. Обсуждается сущность понимания всех сторон морали и точность их определений. Можно лишь поражаться, насколько обширное описание мыслей и высказываний Сократа сумел представить в своих записях Платон. Это классический образец искусства журналистской литературы, богатой образными примерами и выражениями. В них ярко представлен глубокий анализ наряду с образными метафорами. Это были первые в мире труды, в которых так полно отражена глубина работы интеллекта. Но, как многое важное в истории развития интеллектуализма, они были потом полностью забыты почти восемь веков.

Читая эти диалоги, осознаёшь, что это – действительное сочетание труда двух великанов мысли: Сократа, чей интеллект сумел зародить их, и Платона, чей интеллект сумел выразить их литературно.

Путём сложных и ярких рассуждений Сократ логически добивался определния сущности всех сторон человеческой природы, он говорил: «Жизнь без обдумывания не стоит существования». Своими трудами он добивался пробуждения в людях абсолютной свободы совести. Но он настолько обогнал современников, что вместо признания они сделали его одной из первых жертв интеллектуальной несвободы.

Платон

Платон – это философия, а философия – это Платон.

Уильям Эмерсон

Настоящее имя ПЛАТОНА (428–347 гг. до н. э.) (Рис. 23-3) было АРИСТОКЛ, по рождению он был аристократом: его отец – потомок первого царя Греции, а мать происходила из рода знаменитого правителя Солона. Платон воспитывался для политической карьеры и был прекрасным атлетом – он дважды выиграл Истмийские игры в честь Посейдона. За ширину плеч его в юности прозвали «платой», что значит «широкий». Он с юности имел литературные наклонности, писал поэмы и драмы, хотел стать профессиональным поэтом. Идеализм и любовь к сочинительству остались в нём на всю жизнь. По рождению ему полагалось войти в правящую верхушку Афин, но когда он родился, в городе произошло много перемен: недавно умер Перикл, начался спад величия, Афины проиграли войну Спарте, к власти насильственным путем, в процессе борьбы между знатью и демосом, пришли тираны. Шло засилие консерваторов, которые потом судили и казнили Сократа.

Рис. 23-3. Посмертный портрет Платона.

Так случилось, что с восемнадцати лет, вместо занятий поэзией и общественной карьерой, Платон на десять лет стал учеником Сократа. На занятиях-симпозиумах Учитель преподавал им свои взгляды диалектическим методом – он задавал им вопросы об основных ценностях жизни, предлагал на их ответы всё новые возражения и в конце концов сам определял то, что спрашивал. Платон не только впитывал идеи Учителя, но старался в своих записях воспроизвести его учение – он излагал диалоги Сократа с учениками и другими людьми.

Без этих записей мир мог бы не узнать о Сократе. Они были первым примером аккуратного журналистского описания. Возможно, Платон запоминал диалоги, обладая так называемой «фотографической памятью». Но, возможно, иногда он добавлял в них и нечто своё. Есть точка зрения, что Платон описал в диалогах Сократа свои взгляды и идеи. Но когда он их писал, он был молод и ещё не мог выработать свою философию. Несомненно, мир должен быть благодарным ему за эту титаническую работу.

Платон обожал Сократа и пытался спасти его после несправедливого суда. Но после казни Учителя ему самому посоветовали бежать, чтобы спастись. Он скрылся в Мегару с другим учеником Сократа, Эвклидом (450–374 гг. до н. э.), который потом основал свою школу. В годы бегства из Афин Платон на всю жизнь полюбил математику, единственную из точных наук, которую он признавал полезной. Он путешествовал по городам Египта, Сицилии и Южной Италии, учась и обмениваясь опытом с другими философами. За это время во взглядах Платона произошли изменения, он отошёл от многих идей Сократа, в его трудах появились идеи его собственной идеалистической философии.

Через одиннадцать лет Платон смог вернуться в Афины в сорокалетием возрасте. Он купил за городом участок земли, который раньше принадлежал легендарному герою по имени АКАДЕМ. Это был небольшой фруктовый сад с могилой героя и с Гимнасиумом – крытым залом для занятий и упражнений спортом (спортивными упражнениями занимались в обнажённом виде, для этого нужен был крытый зал). Там в 388 г. Платон основал свою школу философии и, по названию места, дал ей имя АКАДЕМИЯ. В ней он обучал обширным знаниям: математике, астрономии, диалектике и музыке. В определение «музыка» (от слова «музы» – богини искусства) тогда входило широкое эстетическое образование – «пластика души». Этому Платон придавал особое значение в воспитании интеллигентных людей. На дверях Академии было написано: «Пусть никто, не знающий математики, не входит сюда». Эта школа была первым в мире университетом, а название «Академия» вошло потом во все языки мира и навсегда стало символом наивысших достижений науки – академии имеются во всех странах мира. Академия Платона оказалась и самым долговечным учебным заведением – она просуществовала 900 лет и была закрыта только в 529 г. н. э. по указу римского императора.

Платон был величайший мастер прозы Древнего мира и первый публицист, он первым показал, что в публицистических сочинениях может крыться сила влияния и убеждения.

Он написал тридцать обширных трудов – «диалогов» на самые разные темы. Диалоги были распространённой формой сочинений. Фактически диалоги Платона были первыми учебниками философии. Их текст богат красочными выражениями с переносным смыслом – смесь анализа и метафор была стилем Платона. Этим стилем он обогатил форму диалогов, в них сохранялись живые отношения беседующих, чаще всего – Сократа и его учеников. «Диалогами» Сократа Платон создал величайший литературный монумент, какой ученик может создать своему Учителю.

Но если Сократ зарождал в своих учениках сомнения, то Платон поддерживал в них идеалистическую веру. В своей философии Платон был первым и наиболее ярко выраженным идеалистом. Больше всего он превозносил ДУХ, ДУШУ, которая бессмертна и имеет вечную форму. Он создал теорию о форме идеи и мысли, противопоставляя её материальным структурам и впервые ввёл слово «элемент», которое лежит в основе всех научных описаний. При этом он считал, что ПРАВДА, ДОБРОДЕТЕЛЬ, ПРЕКРАСНОЕ И СПРАВЕДЛИВОСТЬ – это реально существующие элементы. Платон во многом давал фактологическое интеллектуальное обоснование своим взглядам, включал в них такие материальные понятия, как ВЕЩЕСТВО и КАЧЕСТВО (эти слова он первым ввёл в употребление), но его идеализм превалировал над всем – он считал, что материальный мир управляется нематериальным, что за видимой реальностью существует вечная, всем управляющая идея. Мир вечно меняющейся действительности скрыт от людей их эмоциями и чувствами, которые смущают и обманывают их. Но душа может добиться понимания этого, если уметь правильно пользоваться сознанием. Человек разделён на душу, которая имеет божественное происхождение, и на тело – земного происхождения. Тело обычно завладевает душой. Но исходом существования должно быть не примирение их в одном целом, а победа одного над другим[9]. Платон был одним из первых метафизиков, что в философии может означать «за пределами физики», хотя эта сторона философского учения была позже развита его учеником Аристотелем.

Очевидно, после того как атеист Сократ поплатился жизнью за своё неверие, чувствительный Платон увидел необходимость интеллектуального примирения философии с религией. И такова была его логика и убедительность, что даже через тысячу лет его труды помогли основным религиозным докторинам христианства.

Написанные им труды потом пропали на столетия, но им суждено было дважды воскреснуть и даже обновиться. Первый раз в г. Александрии, когда в начале новой эры она стала сосредоточением интеллектуальных сил западного мира. Там зарождались идеи учения «неоплатонизма», но потом его подавили ранние фанатики христианства. Во второй раз они были вновь открыты и переведены арабами после захвата Александрии в 642 г. Но европейцам они достались ещё позже, в обратном переводе с арабского на латынь. Как всё, что писали в древности, труды Платона за тысячи лет подвергались многим обработкам и редактированию, особенно при переводах на другие языки. Только два его письма, № 7 (о его работе в Сиракузах, в Сицилии) и № 8 считаются достоверными. Но обработки и редактирования философских трудов имеют только историческое значение: с развитием психологии новых времён последующие поколения не могли бы принять трудов древности без понятных им переделок.

Самый широко читаемый до наших дней труд Платона называется «ГОСУДАРСТВО». Это труд об идеальном утопическом государстве, в нём обоснованна необходимость правления царями-философами, которые применяют в методе управления философскую диалектику.

Платон не был сторонником демократии и считал, что страна и общество должны управляться мудрыми царями, ставящими превыше всего разум. Поэтому и идеальное образование надо давать только правящему классу, выделяя из него мудрых правителей. В этом он был первым утилитаристом, считая, что действие правителя всегда правильное, если им достигнута цель – улучшение для большинства.

«Государство» было первой попыткой создать в литературе схему общества с высокими этическими целями. В его идеях было много общего с постулатами будущего коммунизма. Платон сам делал попытки организовать в 367 г. такое государство в Сиракузах, в Сицилии, куда был приглашён для воспитания царевича. Но с самого начала его старания потерпели поражение, новый правитель никак не мог согласиться, что в основе правильности правления и его взглядов должтга лежать любимая Платоном математика. Из этих попыток ничего не вышло, и он вернулся в Афины разочарованный. Во все последующие века находились энтузиасты, теоретики и практики, пытавшиеся воплотить подобные идеи в жизнь. Им никогда это не удавалось, примером служит марксистская теория коммунизма и создание социалистического государства в России. Утопизм этих идей Платона иллюстрируется и тем, что из его школы не вышло ни одного заметного государственного деятеля, зато вышли такие философы, как Аристотель.

В своём последующем труде «ТИМЕЙ» Платон описал ставшую знаменитой историю идеальной страны АТЛАНТИДЫ. Правда, задолго до него эта история была рассказана Сол оном, который слышал её от египетских жрецов.

Эта страна якобы располагалась на острове в каком-то «западном море» и была заселена варварами. Но девять веков назад их покорили жители Афин и установили в ней идеальный общественный строй и порядок. Было много несоответствий в этих рассказах, но фантастическое описание этого могло быть только вершиной мечты идеалиста. Эта идеальная страна очень подходила к устоям идеализма Платона. Потом Атлантида погибла, когда весь остров был поглощён морем. И с тех пор историки и археологи всего мира пытались и не могли найти её остатки. Одно из предположений заключается в том, что это могло быть на острове Тера (теперешнее название Санторини), который был частично затоплен после землетрясения в середине первого тысячлетия до н. э.

В идеализм Платона входило и понятие о так называемой «платонической», идеальной любви без физической близости. Платон никогда не был женат, дожив до 80 лет.

Идеалист, каким он был, должен был трактовать всепоглощающее чувство привязанности раздельно – что происходит в этом чувстве от души, а что – от тела.

Платон не изобрёл ИДЕАЛИЗМ, но убедительностью и логикой своего мышления придал ему форму стройного учения. Через много столетий, уже в Средние века новой эры, учение Платона было вновь подхвачено и развито христианскими монахами-философами как НЕОПЛАТОНИЗМ. Но к тому времени, когда Платона стали читать и переписывать теологи христианства, психологическое восприятие мира людьми значительно изменилось.

Каноны философии популярны не своей законченностью, а гибкостью развития: не так важны их детали, как важно их значение для каждой эпохи. Новое время всегда вырабатывает свою интерпретацию мыслей и трудов интеллектуалов прошлого, и только так они становятся понятны потомкам.

Аристотель

Учитель всех тех, кто знает, – наиважнейший из философов.

Определение, данное Аристотелю в эпоху Возрождения

АРИСТОТЕЛЬ (384–322 гг. до н. э.) по прозванию места рождения городу Стагара – «Стагирийский» (Рис. 23-4) с детства отличался редкостной любознательностью, которую можно трактовать как задатки глубокого интеллекта. Он родился в небольшой стране Македонии, к северу от Греции. Его отец Никомах был придворным врачом македонского царя и членом гильдии Асклепия. Возможно, в домашнем образовании он получил от отца ранний интерес к физическим наукам и знаниям биологии. Но он рано осиротел, хотя был хорошо обеспечен отцом.

Рис. 23-4. Одно из многих посмертных изображений Аристотеля в молодом возрасте.

Всё культурное влияние на Македонию шло из Афин; и в семнадцать лет Аристотель приехал туда учиться в Академию Платона. По легендам, он отличался изысканными манерами и даже некоторой самовлюблённостью, что создавало трения с Учителем. Но скоро он стал самым заметным учеником, и Платон называл его «разумом школы». В Академии он пробыл двадцать лет, сначала студентом, потом – учителем и тем, что можно назвать «научным исследователем»: делал физические опыты, осуществлял систематизацию и первые описания животного мира. Так продолжилась уникальная преемственность афинской философской плеяды: от Сократа начался Платон, от Платона – Аристотель. Широкие научные интересы Аристотеля выходили за пределы программы Академии. Когда 80-летний Платон в 347 г. умер, Аристотель считал себя вправе занять его место, но тот передал Академию своему племяннику Спевсиппу. Новый глава стал замещать философию математикой, и Аристотель в знак протеста уехал из Афин. Но, возможно, причиной были антимакедонские настроения афинян. В те годы македонский царь Филипп II (382–336 гг. до н. э.) всё больше завоёвывал и объединял Грецию, в 338 г. он захватил Афины с их богатой казной (тогда против Филиппа выступал знаменитый оратор Демосфен, произнося свои «филиппики»).

Аристотель уехал в город Атарней в Малой Азии, где царём был Гермий, бывший ученик Академии и друг Филиппа Македонского. Просвещённый царь организовал в своём городе философское общество, и Аристотель преподавал там политическую теорию и логику. Он женился на племяннице правителя (в отличие от неженатого Платона, он признавал чувственную любовь). Аристотель путешествовал по другим городам, но связи с македонским двором сохранялись, и в 340 г. Филипп II пригласил его стать воспитателем своего 13-летнего наследника Александра – будущего АЛЕКСАНДРА МАКЕДОНСКОГО (356–323 гг. до н. э.). Хотя Филипп завоевал Афины, он был горячим поклонником греческой культуры и выбор учителя для наследника сделал не случайно – у Аристотеля уже было имя самого просвещённого человека Эллады. Так великий мыслитель стал учителем будущего великого завоевателя. Он пробыл в этой должности пять лет, учил Александра любить всё греческое и презирать всё варварское (в это понятие входило всё негреческое). В 336 г. царь Филипп был убит (по слухам – это был заговор его старшей жены Олимпии, матери Александра, которая хотела передать трон сыну). С того момента 18-летний Александр решил мстить за отца и продолжать его завоевания – сначала всей Греции, потом Ближнего Востока и Персидской империи. Взаимоотношения ученика и учителя после этого известны мало – Аристотель или не писал о своём ученике, или его записи о нём пропали вместе со многими другими. Но трудно представить, чтобы не осталось никакого влияния такого Учителя на последующую жизнь такого ученика. Известно, что Аристотель получил от македонского двора большие деньги, сохранилось благодарственное письмо Александра к нему. Позже, по указанию Александра, Аристотелю пересылали описания экзотических животных, увиденных в новых странах во время его походов – значит, ученик не забыл Учителя и его интересы. К тому же, Александр не только завоёвывал страны Востока, но и активно насаждал в них греческую культуру и искусство, расширяя мир эллинизма; это можно считать отражением влияния на него Аристотеля. В сочетании величия обоих теория познания сошлась с практикой распространения.

Пока его ученик вёл войны, Аристотель смог вернуться в Афины. Рядом с храмом, в саду Аполлона ЛИКЕЙСКОГО он основал свою школу, которую назвал по имени места ЛИКЕЙ. Отсюда пошло распространение этого названия, как определения школы с усложнённой программой обучения. Аристотель был более универсальным учёным, чем Платон, и его Ликей (Лицей) отличался от Академии Платона повышенной программой – он преподавал в нём все существовавшие к тому времени науки: механику, физику, метафизику, астрономию, ботанику, психологию, этику, историю, метеорологию, политику, экономику, литературу, поэзию и драму. По диапазону преподавания это был настоящий университет. В отличие от других философов, Аристотель не считал логику наукой, но преподавал её как вступление к научному мышлению. Более всего его интересовала зоология и то, что потом назвали биологией. Он основал науку биологию и дал верную систематизацию 540 видам животного мира. Он даже сумел близко подойти к идее эволюционного развития – за двадцать два века до Дарвина[10].

Как бывший придворный, Аристотель оставался аристократом – он красиво одевался, носил дорогие украшения и любил богатые застолья с неспешной беседой. Он имел обыкновение преподавать, ходя в саду по кругу (по-гречески «peripatos – блуждать»), поэтому его ученики и последователи назывались «peripateus – блуждающие». Его дом был для них «домом чтения» – он собрал тысячи папирусных и пергаментных свитков разных авторов, тратя на это большие деньги, полученные от македонского двора. Это собрание свитков стало первой в мире университетской библиотекой.

Аристотель был первым учёным с энциклопедическими знаниями. В основе его трудов лежали логические рассуждения, он был непревзойдённым мастером логики. Остались только 47 из почти 150 написанных им трудов. Но и по ним можно сказать, что Аристотель сумел выразить в своих трудах всю широту существовавших до него знаний. Он смог обогатить их своими мыслями и сфокусировать так, что и по прошествии двух тысяч лет всё ещё остаётся одним из величайших человеческих умов.

В своём Лицее Аристотель преподавал до времени неожиданной смерти 33-летнего Александра Великого в 323 г. Могущественного царя-македонца боялись и ненавидели все греки, и когда пришла весть о его смерти, в Афинах усилились антимакедонские настроения. Аристотель был македонец по рождению, учитель ненавистного властелина и друг Антипатра, наместника Александра. И вот, вместо признания его научных заслуг, на него стали поступать опасные обвинения в «нечестивости» – такие же обвинения предъявляли раньше Сократу. Аристотелю грозил суд, и ему пришлось бежать. Он с горечью говорил, что бегством решил избавить Афины «от греха второй казни философа», намекая на Сократа как на первую жертву. Очевидно, бежать ему пришлось поспешно, потому что все написанные им сто пятьдесят трудов пропали, а богатая библиотека досталась его ученику ТЕОФРАСТУ, который возглавил после него Лицей. Через год Аристотель умер в изгнании.

Через несколько лет после бегства и смерти Аристотеля Теофраст был приглашён в Александрию новым египетским царём Птолемеем Лагидом (бывшим полководцем армии Александра, его диадохом – преемником). Он привёз туда собранные Аристотелем свитки, которые и заложили основу греческого собрания знаменитой Александрийской библиотеки. Но через несколько веков библиотека дважды горела и почти всё собранное Аристотелем погибло.

Ученики собрали лекции Аристотеля в ста пятидесяти томах (свитках). Но труды, написанные им самим, казалось, пропали навсегда и были забыты на два века. Однако в 80 г. до н. э. сорок семь из них (примерно одна треть написанного) были случайно найдены солдатами римского полководца Суллы – они были тайно спрятаны в пещере в Малой Азии. Много времени спустя выяснилось, что Аристотель передал труды на хранение своему ученику из рода мелких восточных царей. Он и его потомки хранили их почти полтораста лет. Однако следующие поколения, потеряв власть, просто спрятали их в пещере, а часть, возможно, потеряли.

Сулла распорядился привезти рукописи в Рим, не зная их ценности. По ним было видно, что записи Аристотеля не были предназначены для широкого читателя, а выглядели как конспекты лекций для его учеников. В Риме их прочитал и перевёл на латынь ЦИЦЕРОН (106—43 гг. до н. э.), самый просвещённый человек. Но они были не только переведены им, но и полностью отредактированы по стилю изложения для читателей новых поколений. С началом новой эры учение Аристотеля в интерпретации Цицерона стало оживать. Но после прихода раннего христианства его фанатики уничтожали все ценности периода языческой веры. Поэтому переведенные на латынь труды Аристотеля тоже были частично уничтожены, частично пропали и вновь забыты на тысячелетний период Средних веков. В тот период шло торможение прогресса знаний классического периода Греции и Рима развивающимся христианством. Оно не давало условий для дальнейшего развития наук, пропагандируя лишь церковные догматы. Парадоксально, но до XVI в н. э. труды Аристотеля хранились и были известны только в арабских переводах. Арабские учёные сделали их с рукописей, вывезенных во время многочисленных нашествий на Римскую империю, и образованный арабский мир много веков учился по ним. Так, в переводе на арабский, они дошли до учёных западного мира и их снова перевели на латынь. Популярность трудов Аристотеля сразу возросла, в эпоху Возрождения он заместил Платона как самый признанный античный учёный западного мира и стал популярным авторитетным автором для интеллектуальных умов.

В своём учении Аристотель не отрицал опыт, как Платон. Аристотель был первый учёный, который вёл наблюдения, сравнения и описания по всем предметам и ввел понятие трёх разделов науки: теоретической – цель которой узнать истину; практической – цель которой направить знания к действию, и продуктивной – цель которой создавать, продуцировать результаты научных достижений.

Но всё же как ученик идеалиста Платона Аристотель во многом перенял его идеалистический подход к бессмертию души. Он писал: «Душа есть первая степень действительности, потому что в ней есть жизнь естественного тела». Когда в своих биологических опытах он увидел бьющееся сердце зародыша цыплёнка, то решил, что это и есть зарождающаяся душа. Он во многом ошибался: сердце он считал вместилищем разума, а мозг – органом для охлаждения крови. Но в то же время он смог первым, за две тысячи лет до Галилея, на основании своих опытов, развить теорию движений тел разного веса; определил, что тяжёлые тела падают вниз быстрей лёгких (в чём, правда, тоже ошибался).

Так же как и Платон, Аристотель видел необходимость примирения философии с религией, он пытался дать этому более прогрессивные логические доказательства. Через всё его учение проходит попытка дать логическое обоснование науки о религии – теологии. Века спустя это стали развивать христианские теологи как раздел теологии – схоластику.

Аристотель во многом был первым в мире. Так, он первым дал определение интеллекта (что особенно интересно для темы нашей книги). С греческого на латинский это понятие потом было переведено как слово INTELLIGE-RE – ПОНИМАТЬ. По Аристотелю, этим определяется функция познавания, в отличие от функции чувствования. Как и Сократ, он давал точные определения отвлечённым понятиям, углубляя и рационализируя их. Давая философское определение интеллекта, он считал, что душа человека может быть разделена на рациональные и иррациональные (нерациональные) части. Иррациональные – это, например, аппетит и желания. Интеллект находится в рациональной части души и сам по себе делится на активный и пассивный интеллект. Пассивный интеллект – это черты индивидуальности личности, они умирают со смертью тела.

Рис. 23-5. Копия с рисунка Леонардо да Винчи, изображающая Аристотеля с его любовницей Филлис, когда он позволял ей кататься на себе верхом в обмен на секс с ней.

Активный интеллект – творец всего на свете, он переживает тело и остаётся бессмертным. Развитие активного интеллекта ведёт к мудрости. Мудрость – SOPHIA – это комбинация интуитивного понимания, усиленная знанием первоначальных причин и принципов. Соединяясь с мудростью, рациональный интеллект может вести к добродетельности. Фактически в этой части своего учения Аристотель выступает как самый ранний пропагандист самореализации человека. Основы этих его взглядов не потеряли значения и теперь.

Аристотель, как все люди, был несвободен от некоторых иррациональных желаний: есть легенда, что уже в пожилом возрасте он катал свою молодую капризную любовницу Филлис на себе, чтобы она позволяла ему заниматься с ней любовью. На эту тему есть рисунок Леонардо да Винчи (Рис. 23-5).

Аристотель писал свои труды и в виде диалогов, и излагая их в логической последовательности простого прозаического повествования. Он основал систематическое учение о логике. Это написано в его основном труде «Органон», состоящего из шести частей. Из этого труда вытекала его основная теория о знаниях: только опыт есть настоящий источник знаний.

В четырнадцати работах под названием «Метафизика» он описывал природу реальности, её причины, принципы существования и главные части Вселенной. Восемь трудов «Физики» состоят из лекций о материальной природе. В четырёх трудах «О небесах» он соглашался со сферическим строением Вселенной, но продолжал считать Землю её центром. Он впервые дал определение «эфира» как вещества, из которого состоят небеса. В четырёх трудах «Метеорология» он объяснял феномен изменения погоды, а также писал о кометах, метеорах и природе моря. В труде «Поэтика» он проявился как первый теоретик и критик литературы. Но более всего Аристотель был реалистом и писал: «Самые важные виды искусства, такие как музыка, живопись, скульптура, литература – повторяют человеческую душу, тело и движения», и ещё: «Задача искусства – доставлять удовольствие, и по тому, какое оно даёт удовольствие, оно может быть оценено как хорошее искусство». Естественно, что в пору развития драмы и в период творчества плеяды великих драматургов, он подробней разбирал драматическое искусство.

Его главные работы были по биологии. В четырёх трудах «О возникновении животных» он описывал их анатомию, физиологию и поведение, проводя классификацию 540 видов. Свой исследовательский опыт по изучению пчёл он сформулировал так: «Если факты о поведении и жизни пчёл полностью охвачены, то заслуга должна быть дана наблюдениям, больше чем теориям; а теориям она может быть дана только, если они полностью согласуются с наблюдаемыми фактами». Так он опять ставил опыт выше рассуждений.

Среди его работ есть много трудов по риторике и поэтике. Десять трудов «Этики» посвящены его сыну Никомаху. Аристотель изложил их как художественные произведения с моралью.

Он написал 156 трудов о политике, из которых сохранился только один – «Политика». Рассматривая человека глазами биолога, он написал, что человек «по натуре – это политическое животное», и задача правительств делать всё для удовлетворения людей через социальные заведения. Он писал: «Тот, кто не нуждается в обществе, должен быть или чудовищем, или богом».

За десятки веков многие детали мыслей Аристотеля могли быть изменены в переводах, переписках и редакциях. Но всё это долгое время его труды были единственным источником знаний. Опыт, логика и ясность выражения идеи – эти три основы научных трудов были впервые показаны в трудах Аристотеля. И его посмертная слава учёного несравнима ни с кем другим. Идеи и труды Аристотеля говорят о развитии уникального по глубине и широте интеллектуала, положившего начало многим научным изысканиям.

Эпикур и его школа философии «Сад»

Мы не можем жить приятно, если не жить мудро, благородно и праведно.

Эпикур

Слово «эпикурейство» для многих символизирует понятие «наслаждение жизнью». Оно известно людям даже больше, чем другие понятия и определения из древнегреческой философии. На самом деле, такое понимание не полностью соответствует этому учению. ЭПИКУР (341–270 гг. до н. э.), сын просвещённого школьного учителя, начал изучать философию в 14 лет. Его учителем был Носифан, последователь философа-натуралиста Демокрита, основателя атомистской теории строения мира. Эпикур усвоил это учение и стал на всю жизнь его проповедником. В 18 лет он приехал в Афины для прохождения обязательной двухлетней службы в армии. Там он слушал лекции в Академии Платона, самого его уже не было в живых, но Эпикур мог слушать лекции Аристотеля. В 306 г. Эпикур купил в Афинах дом с садом и основал свою философскую школу «САД». Так продолжалась преемственность школ философии.

Жизнь Эпикура известна в деталях из описаний Диогена Лаерта (жил в III веке до н. э., не имел отношения к философу Диогену). Он был первым биографом интеллектуалов древности и считал Эпикура самым плодовитым автором. Действительно, Эпикур написал более 300 трудов, из которых сохранилось только несколько писем, а остальное известно из описаний. Он постоянно переписывался с учениками и последователями Платона и Аристотеля. Эти письма стали основой его труда под названием «ГЛАВНЫЕ ДОКТРИНЫ» – истинный пример интеллектуального эпистолярного творчества. В них он развивал учение о физике, метеорологии, этике и вообще о Природе. Он делил философию на три раздела: 1. КАНОНИЧЕСКАЯ – учение о логике; 2. ФИЗИЧЕСКАЯ – учение об атомном строении мира, 3. ЭТИЧЕСКАЯ – учение об эстетике жизни. Основные его труды: «О ПРИРОДЕ» (состоявший из 37 длинных свитков) и «ЗАКОН».

Основать свою школу в Афинах было смелым шагом, потому что там доминировали Академия Платона и Лицей Аристотеля, а также много разных философских групп. Это говорит о насыщенности интеллектуальной жизни верхушки общества. Каждая новая школа вступала в конфронтацию с прежними. Но школа Эпикура была больше образом жизни, чем только учёбой. Его ученики жили в ней, соблюдая правила, введенные Учителем и исходившие из его учения. Это должно было не только образовывать их, но и воспитывать. В противовес общепринятому мнению об эпикурействе как о любви к наслаждениям, стиль жизни в школе был до чрезвычайности прост: ели только хлеб, пили лишь воду, хотя давалось по стакану вина в день. Эпикур, впервые после Пифагора, стал принимать на учёбу женщин и даже включил в школу одного своего раба. Наличие женщин вело ко многим любовным связям, но Эпикур никогда не проповедовал наслаждение как стиль жизни, он только считал, что жизнь человека должна быть свободна от моральных неприятностей и от физических страданий. По учению Эпикура, цель жизни – это счастье и удовлетворение. Душа и разум – концентрация прекрасного, которое движет атомами особого рода, живущими в теле и концентрирующимися в груди. Личность не бессмертна, потому что эти атомы нуждаются в защите тела, а само тело смертно.

Другая сократическая школа, известная под именем «КИНИКИ» (откуда и пошло определение – циники), основанная Антисфеном, осуждала учение и правила «Сада». Один из киников, ЗЕНОН из Китиона (335–264 гг. до н. э.), начал учить воздержанию, публично выступая в галерее-портике под названием СТОЯ. Последователей его учения стали называть СТОИКИ.

Люди всегда задумывались: как, когда и почему кончается жизнь? В греческой мифологии три неумолимые богини МОЙРЫ, дочери богини НОЧИ, определяют судьбу и конец жизни всех. Мойра Клото прядёт индивидуальную нить жизни каждого человека; мойра Лахесис вынимает, не глядя, жребий судьбы, которая уготована человеку, а третья мойра, Атропос, обрезает нить жизни и заносит всех в длинный список. Этот миф продолжал жить во многих умах в разных философских школах. Эпикур выступал против него.

По философскому учению стоиков, мудрецы должны следовать бесстрастию природы (АПАТИИ) и следовать своему року. Это тоже противоречило учению школы Эпикура «Сад», в которой утверждалось, что жизнь человека должна состоять из удовлетворенения и наслаждений.

Школа Эпикура «Сад» просуществовала почти восемь веков – до V века н. э.

Интерпретаторы потом исказили многое в его учении и нам оно досталось не как учение о простой здоровой жизни, а как проповедование наслаждений. Главным в нём было то, что, в противовес религиозным канонам подчинения судьбы богам, Эпикур больше других философов концентрировал своё учение на самом человеке и совершенствовании его жизни.

Заключение по главе «философия как школа жизни»

Развитие интеллектуализма в Древней Греции шло по такой схеме: описательное искусство (литература, включая мифологию) предшествовало появлению изобразительного искусства (архитектура, скульптура и живопись), вместе они стимулировали философию познания, которая привела к возникновению начал научной познавательной мысли, а все вместе – к философскому учению о сущности человеческой жизни. В этом сохранялась гармоничность интеллектуального развития. Великие философы Эллады впервые в истории направили свои труды в область познания, которой до них никто не касался: они начали осмысливать вопросы: что значит быть человеком, как люди получают свои знания, какова ценность и смысл положительных качеств человечности и смысл реальности вокруг людей. Философия и наука впервые в истории оказались новой и более прогрессивной интеллектуальной силой, чем религия.

Греческие философы развили направление западного интеллектуализма, дав пищу для дальнейшего его процветания в эпоху Ренессанса. Но более 200 лет интеллектуальных трактовок в основных философских школах привели к тому, что в Греции стало ослабевать влияние политеистской языческой религии. Как было указано в эпиграфе к 23-й главе – философия начинается там, где начинают сомневаться. Но если сомнения культивируются и разрабатываются сотнями лет, то ослабевает религиозная вера.

Когда распространилось просвещение, основанное на учениях философов и на изучении законов природы, прогрессивные слои общества всё чаще стали сомневаться в своих богах и истинах, проповедуемых ими. Но общая религия Греции была единственным связующим звеном, которое объединяло воедино эти разрозненные греческие полисы. Ослабление религиозной веры, в конце концов, привело к ослаблению связей между городами и к падению великой античной цивилизации.

24. Распространение эллинизма империей Александра Македонского

Греция была покорена македонским царём Филиппом II, однако её культура не только не ослабла, но получила ещё большее расширение в связи с завоеваниями сына Филиппа – Александра Македонского.

В течение 12 лет он захватил территории бывшей Персидской империи в Африке и Азии, проложив пути к распространению там западной культуры.

Насаждая греческий язык и достижения Эллады, особенно в строительстве городов, Александр расширил мир эллинизма. Самым большим построенным им городом стала Александрия в Египте. После неожиданной смерти Александра этот город разросся под владычеством династии Птолемеев, стал центром экономической и культурной жизни всего Средиземноморья и повлиял на распространение западного интеллектуализма в Европе.

…………………………………………….

Как раз когда интеллектуальные достижения Греции достигли своей вершины, в IV в. до н. э., Александр Великий промчался из Македонии через Грецию в Персию, захватив земли Египта и Индии и создавая империю, которая заняла большую часть мира.

Ричард Тарнас

Греция потеряла военную мощь после многих междоусобных войн городов-государств друг с другом, к тому же эпидемия чумы в Афинах унесла четверть населения. В 338 г. до н. э. Грецию покорил македонский царь Филипп II. Захватившие её македонцы не говорили на греческом языке и были гораздо более отсталым народом, греки считали их варварами. Но македонским царям нравилось называть себя потомками греческого героя Ахилла (из «Илиады» Гомера). Филипп II в юности был захвачен греками в плен, жил в г. Теба и многому научился там, став ревностным поклонником эллинской культуры. Вернувшись в Македонию в возрасте 23 лет, он создал армию по греческому образцу – из фаланг пехотинцев, вооружённых 5-метровыми пиками (вдвое длинней обычных), из кавалерии аристократов и из катапульт для разрушения защитных стен. С ней Филипп сумел покорить Грецию и стал мечтать о захвате Персидской империи на Востоке.

Рис. 24-1. Возможный прижизненный портрет Александра Македонского и его изображение в виде божества с бараньим рогом на монете того периода.

Но покорение страны не было концом культуры эллинизма. Как раз наоборот – она стала распространяться с завоеваниями его сына АЛЕКСАНДРА, прозванного МАКЕДОНСКИМ (356–323 гг.) (Рис. 24-1) Динамизм развития его империи поражает воображение до сих пор. Успехи этого полководца на века оказали влияние на все аспекты жизни Европы, Средиземноморья и Ближней Азии (Рис. 24—2). Но его влияние было не только в завоевании громадной территории. Историческое и культурное значение достижений Александра было в том, что вместе с завоеваниями он распространил культуру эллинизма на территории бывших древних цивилизаций Азии, дав западное направление их новому развитию. Объяснить такое распространение культуры только военным талантом нельзя, в этом должны были отразиться интеллектуальные наклонности Александра и культура его многочисленных помощников. Этому способствовали два фактора: 1) Александру давала полную свободу действий его диктаторская власть; 2) гармония эллинизма находилась на пике культурных достижений.

Рис. 24-2. Карта распространения империи Александра и его путь в Азию из Македонии до Индии.

Склонность Филиппа II к греческой культуре проявилась в том, что он пригласил великого философа Аристотеля стать воспитателем его сына Александра. Мать Александра, Олимпия, старшая жена Филиппа, была албанкой, обладала наклонностями дикарки. С такими же наклонностями рос и её сын. Легенда гласит, что когда отец увидел его в дикой скачке на любимом коне Буцефале (в переводе «прекрасная голова», это имя коня Александра вошло в историю), он сказал ему пророческие слова: «Тебе, мой сын, наше македонское царство будет мало». Согласно другой легенде, именно Олимпия организовала убийство Филиппа, чтобы он не передал трон своему младшему сыну от другой, более любимой жены.

Унаследовав царство, 18-летний Александр прекратил обучение у Аристотеля и с великой энергией продолжил планы отца. Он создал объединённую греко-македонскую армию. Однако греческие солдаты составляли в ней лишь одну четвёртую часть (город Афины не поставил ему солдат, оставаясь в той войне нейтральным, потому что был уже сильно ослаблен чумой).

Личность Александра известна мало и отрывочно. При многих отрицательных качествах деспота, по результатам его деяний ясно, что он был человеком незаурядным. Его походы были на редкость продуманны и рассчитаны. За двенадцать лет, обладая стратегическим гением, он сначала завоевал северных соседей, чтобы обеспечить себе тыл, а потом завоевал всю громаду Персидской империи – от Гибралтара до Индии, включая Египет. Александр не проиграл ни одного сражения, хотя его войско, по тем стандартам, было не очень большим: 30 тысяч пехоты, 5 тысяч кавалерии и 180 кораблей (у персов было более 200 тысяч воинов). По одной из многих легенд о нём, в начале своих походов он сумел разрубить «Гордиев узел». Царь страны Фригии, в Малой Азии, Гордий привязал свою колесницу к колу хитроумно сплетённым узлом. Оракул предсказал, что тот, кто сможет его развязать, получит господство над миром. Многие пытались это сделать. Но Александр, не тратя времени, в 334 г. разрубил узел ударом меча.

Отправляясь в поход, Александр взял с собой сотни инженеров, специалистов по рытью колодцев, архитекторов, поэтов, скульпторов, художников и историков. Это говорит о другой стороне его личности – о государственном уме и о культурных наклонностях: он имел план похода и предвидение для успешного развития новых территорий. Если солдаты армии были в основном македонцами, то сопровождавшие ее специалисты – греками. Завоевания велись руками македонцев, а насаждение культуры в завоёванных землях велось умом и искусством греков.

В новые завоёванные территории хлынула масса жителей Греции. Греческий язык, а с ним и её культура распространились на Восток и на Запад. Эллинизм процветал во всех созданных Александром новых городах (Александра прозвали на Востоке ИСКАНДЕР, что значит – «создатель городов»). Правда, он разрушил до основания великолепный древнеперсидский город Персеполь за его долгое и упорное сопротивление. Но он создал около шестидесяти новых городов, точнее – городов было двадцать пять, другие были военными базами, которые потом смогли перерасти в города. Все города сначала были названы его именем – Александрия, и все они были ключами к дорогам в Азию. Хотя по легенде, всё делалось повелениями Александра, но наверняка для выбора мест и планировки городов у него было много помощников (тем более что сам он проводил свободное от походов время в поединках и оргиях). Быть инициатором создания стольких городов – это само по себе исторический культурный подвиг. Для управления громадными землями просвещённых греков не хватало, поэтому на многих административных постах Александр оставлял способных персов и вавилонян. Отбирать этих людей единолично он был не в состоянии, это тоже делали его помощники. С распространением греческого языка и законов вновь отобранные местные администраторы сами «эллинизировались» и стали распространителями эллинизма на Востоке.

Но вместе с тем новая империя сумела взять лучшее из древней культуры Востока и потом перенести это на Запад. Так шло не только западное влияние на Восток, но и восточное влияние на Запад. Это привело к смешению культур и к генетическому смешению населения. Александр поддерживал это и однажды устроил одновременную массовую женитьбу девяти тысяч своих солдат на вавилонянках и персианках. Этот эпизод вошёл в историю как «Свадьба Востока и Запада». Сам он тоже женился на Статире Барсине – дочери персидского царя Дария III (оставив себе прежних жён).

Александр вёл завоевания без перерыва десять лет. Он всё больше впадал в типичую для самодержцев болезнь мании величия: теперь он считал себя уже не потомком Ахилла, а, как предсказал оракул в Египте, – сыном бога-самодержца Зевса, и объявил себя богом. Была захвачена богатая персидская казна – для её транспортировки понадобилось 200 слонов и 5 тысяч верблюдов. Персидский царь Дарий III успевал скрыться после каждой из проигранных битв, но был убит своими заговорщиками. Уставшие от походов и тоскующие по своей стране, солдаты Александра решили, что на этом война закончена, и воспротивились идти вперёд. Диктатору пришлось согласиться, и он вернулся в Вавилон.

Александр Великий

Неустанное стремленье от судьбы к иной судьбе…

Александр Завоеватель, я – дрожа – молюсь тебе.

Но не в час ужасных боев, возле древних Гавгамел,

Ты мечтой, в ряду героев, безысходно овладел.

Я люблю тебя, Великий, в час иного торжества.

Были буйственные клики, ропот против божества.

И к войскам ты стал, как солнце: ослепил их грозный взгляд,

И безвольно Македонцы вдруг отпрянули назад.

Ты воззвал к ним: «Вы забыли, кем вы были, что теперь.

Как стада в полях бродили, в чащу прятались, как зверь.

Создана отцом фаланга, вашу мощь открыл вам он;

Вы со мной прошли до Ганга, в Сарды, в Сузы, в Вавилон!

Или мните: государем стал я милостью мечей?

Мне державство отдал Дарий! Скипетр мой, иль он ничей?

Уходите! Путь открытый! Размечите бранный стан!

Дома детям расскажите о красотах дальних стран,

Как мы шли в горах Кавказа, про пустыни, про моря…

Но припомните в рассказах, где вы кинули царя!

Уходите! Ждите славы! Но – Аммона вечный сын —

Здесь по царственному праву, я останусь и один».

От курений залы пьяны, дышат золото и шёлк,

В ласках трепетной Роксаны гнев стихает и умолк.

Царь семнадцати сатрапий, царь Египта двух корон,

На тебя – со скиптром в лапе – со стены глядит Аммон.

Стихли толпы, колесницы, на равнину пал туман…

Но, едва зажглась денница, взволновался шумный стан.

В поле стон необычайный, молят, падают во прах…

Не вздохул ли, Гордый, тайно о своих ночных мечтах?

О, заветное стремленье от судьбы к иной судьбе,

В час сомненья и томленья я опять молюсь тебе!

Валерий Брюсов

13 июня 323 г. 33-летний Александр неожиданно умер в Вавилоне от лихорадки (подозревают, что от алкогольной горячки) или от неведомой болезни – ибо очень любил совокупляться с мальчиками. Кое-кто считает, что Александр был отравлен. По легенде, на смертном одре его спросили, кому он хочет передать империю. Он якобы ответил – «сильнейшему».

Войско проходило перед умиравшим властелином, отдавая ему последнюю честь. Наследника он не оставил: одну жену, дочь персидского царя Дария, он убил сам, другая жена, красавица Роксана, родила сына уже после его смерти, но их тайно «убрали». В Македонии оставался его младший, псхически неполноценный сводный брат, которого провозгласили Филиппом III, но это сочеталось с фактическим правлением телохранителя и полководца Пердикки.

Поднялась буря политических интриг и манёвров – сорок лет внутри верхушки империи шли раздоры за власть, регента Македонии Пердикку убили, судьба Филиппа III неизвестна.

Смерть Александра

Вот Стикс[11], хранимый вечным мраком,

В ладье Харона переплыт,

Пред Радамантом и Эаком

Герой почивший предстоит.

«Кто ты?» – «Я был царём. Элладой

Был вскормлен. Стих Гомера чтил.

Лишь славу почитал наградой,

И образцом мне был Ахилл.

Раздвинув Родины пределы,

Пройдя победно целый свет,

Я отомстил у Гавгамелы

За Саламин и за Милет!»[12]

И встав, безликий Некто строго

Гласит: «Он муж был многих жён.

Он нарекался сыном бога,

Им друг на пире умерщвлён.

Круша Афины, руша Фивы,

В рабов он греков обратил;

Верша свой подвиг горделивый,

Эллады силы сокрушил!»

Встаёт другой, черты сокрыты, —

Вещает: «Так назначил Рок,

Чтоб воедино были слиты

Твой мир, Эллада, твой, – Восток!

Не так же ль свяжет в жгут единый,

На Западе, народы – Рим,

Чтоб обе мира половины

Потом сплелись узлом одним?»

Поник Минос челом венчанным,

Нем Радамант, молчит Эак[13],

И Александр, со взором странным,

Глядит на залетейский[14] мрак.

Валерий Брюсов

Разделение власти произошло между тремя полководцами, «преемниками»: Греция досталась Антигону, азиатская часть территорий – Селевку. Сильный диад ох ПТОЛЕМЕЙ I (305–282 гг.) хитростью завладел бесценным даром – телом Александра Македонского и вывез его в Египет. Вначале он явился туда как представитель македонского царя Филиппа III, но вскоре объявил себя диктатором Египта и перенёс столицу из древнего Мемфиса в новый город Александрию. Тело Александра он похоронил в пышной гробнице в Александрии, в золотом саркофаге. Последним, кто видел захоронение, был римский император во II веке новой эры. Но с тех пор место гробницы было потеряно и до сих пор неизвестно.

Даже когда формальный остов недолго существововавшей империи Александра распался, импульс его завоеваний и культурного влияния эллинизма продолжался почти триста лет – из новых государств в Азии и Африке возвышался скелет культуры Греции. Несмотря на политические и военные распри, эллинизм расцветал в новом культурном и торговом единении Запада с Востоком. По всей бывшей империи расцветали основанные Александром города, они становились центрами торговли, просвещения и культуры. В них создавались роскошные мраморные агоры, гимнасиумы – стадионы для спорта, открытые амфитеатры на десятки тысяч зрителей, больницы, библиотеки, общественные бани и уборные (с системой проточной воды). Богатые греческие жители украшали свои жилища скульптурами, росписями и мозаиками.

Крупным центром в Западной Азии был город АНТИОХИЯ (на территории теперешней Турции). Город разбогател на торговле с соседями из Сирии и Ирана (арабами) и из Индии. Он был разделён на две части: одна для греков – роскошная и богатая, тоже с большой библиотекой; другая – для бедных сирийцев и евреев. Антиохия так выросла, что по значению заняла на Ближнем Востоке место Вавилона. Но потом город был полностью разрушен землетрясением в VI в. н. э.

В том же районе сформировалось новое богатое царство со столицей ПЕРГАМОН. Он соперничал с Антиохией по красоте и богатству. Этот город частично сохранился до наших дней. В нём был непревзойдённый по красоте мраморный храм-алтарь богу Зевсу. При раскопках города в XIX веке н. э. немецкие археологи разобрали и вывезли его в Берлин, там он занимает целый музей.

Город Пергамон был знаменит богатой библиотекой – около 200 тысяч свитков. Но свитки в ней были не из папируса, а из ПЕРГАМЕНТА (в честь названия города). Папирус был слишком дорог, потому что он рос только в дельте Нила, и Птолемей V (204–180 гг.) запретил его вывоз в Пергамон: Птолемеи опасались, что эта библиотека станет соперничать с Александрийской. Тогда жители Пергамона изобрели для письма пергамент – специально обработанную кожу молодых овец, коз и ослов. Он оказался более долговечным, чем папирус, и служил для записей до времени Возрождения.

Но самым большим из основанных Александром городов стал город АЛЕКСАНДРИЯ в дельте Нила, в Египте. По легенде, выбор места для города и первый план поселения были сделаны самим Александром. Место для города «хранящего его имя» было выбрано чрезвычайно удачное: вблизи дельты Нила, недалеко от моря и вблизи пресноводного озера, с двумя большими гаванями. Город был спланирован архитектором ДИНОКРАТОМ как совершенно новый комплекс архитектуры: прямоугольные кварталы домов, разделённые широкими улицами, главный проспект посередине был шириной 70 м (Рис. 24-3).

Рис. 24-3. План города Александрии, якобы одобренный самим Александром Македонским.

В другой легенде говорилось, что во время пребывания там, перед самым началом войны с Персией, в пустыне неподалёку от будущего города, египетский оракул признал Александра сыном бога Ра (в греческом эквиваленте – бог Зевс); Александр поверил в это и даже якобы выразил желание быть похороненным именно в этом месте. После его смерти два года ушло на сооружение золотого катафалка, в котором его тело везли с невероятными почестями, и через несколько лет полководец Птолемей сумел привезти его в Александрию. Когда Птолемей, в 304 г. стал царём и был обожествлён как фараон Египта, прозванные «Сотер-хранитель» за хранение тела Александра, он перенёс египетскую столицу из Мемфиса в Александрию. На триста лет установилась династия Птолемеев, которая правила Египтом и прилежащими странами, и закончилась в 30 г. до н. э. последней представительницей династии Клеопатрой.

Триста лет Александрия была центром науки и культуры. Из Александрии исходил импульс распространения эллинской культуры на весь Средиземноморский бассейн, как когда-то распространялась культура Древнего Египта, потом – культура Афин, а за ней – культура Рима. В ней была самая большая библиотека – собрание почти пятисот тысяч ценных научных и исторических свитков.

Рис. 24-4. Одно из семи чудес света – Александрийский маяк, он был 180 м высотой (как 50-этажный небоскреб).

Самым высоким сооружением Александрии был маяк в бухте на острове Форос, к которому построили длинный искусственный мол. Это был первый в мире маяк, и свет от него был виден в море за 30 километров (Рис. 24-4). Сотни кораблей могли приплывать одновременно в две гавани – западную и восточную. Так новый центр торговли, Александрия, сразу стал привлекать к себе тысячи активных людей[15].

Александрия

Он правил силой деспотизма,

Он только так умел и мог,

Но он культуру эллинизма

Принёс из Греции в Восток.

Его корят за истерию,

За бешеный величья нрав;

Он основал Александрию

И на века остался прав.

На смертном ложе холодея,

Он там хотел найти покой.

Достался город Птолемею,

Он прах царя привёз с собой.

Ему воздвигнул он гробницу,

Каких ещё не видел свет,

И толпы шли туда – дивиться

Надгробью гения побед.

Светил Маяк Александрийский,

Стекались в город все дары,

И вёз корабль финикийский

В него восточные ковры.

Туда стремились все за знаньем,

Учёный римлянин и грек,

Читать папирусов собранье

В царице всех библиотек.

И с ней другой царицы слава

Гремела притчей всех времён —

Там Цезарь, властелин державы,

Был Клеопатрою пленён.

Александрийского секрета

Там было множество чудес,

Весь город был, как чудо света,

Пока он в море не исчез.

Я посетил его руины,

Бродил по царственным местам,

Александрии дух старинный

У моря чудился мне там.

Афины, Рим, Александрия —

Славнейшая из всех триад.

…………………………………..

Его корят за истерию,

А он воздвиг великий град.

Владимир Голяховский

Расцвет экономики, торговые и культурные обмены в странах бывшей империи Александра привели к более тесным контактам в Восточной части Средиземноморья. Эта часть мира получила новое название – ЭКУМЕНА (греч. ойкумена). В Экумене шла бойкая торговля между городами и странами, приплывали и уплывали корабли, происходила миграция населения – купцы, ремесленники и рабочая сила перемещались из страны в страну. Но контакты между ними затруднялись языковыми барьерами. Тогда там спонтанно сформировался новый языковый диалект КЕНОЙ. Так как центром был греческий город Александрия, то основой его остался греческий язык. Кеной быстро распространялся, в III в. до н. э. на него была переведена с древнего иврита основная часть Библии – Пятикнижие. Перевод был сделан специально для двух миллионов евреев, живших в Александрии и говоривших на диалекте кеной лучше, чем на древнем иврите. Благодаря этому переводу Библия впервые получила широкое распространение в нееврейском мире. Первые письменные труды основателей христианства – послания Св. апостола Павла и Евангелие от Луки – тоже были написаны на греческом диалекте кеной. На нём писали драмы и поэмы; кеноем пользовался основатель геометрии Евклид и один из ранних астрономов и географов Птолемей (однофамилец царей); на нём Архимед из Сицилии переписывался с Феокритом из Александрии.

* * *

С завоеваниями АЛЕКСАНДРА МАКЕДОНСКОГО распространилась поразительная концентрация сил западной интеллектуальной мысли, это на века изменило развитие культур Запада и Востока. Можно предполагать, что если бы Александр царствовал дольше, карта мира была бы другой и западная культура могла бы доминировать и на Востоке.

Но сама Греция, породив такой мощный импульс развития, быстро ослабела и, в конце концов, распалась: в 146 г. до н. э. она была завоёвана более сильным противником – Римской республикой. Победители по сравнению с побеждёнными были варварами. В истории много раз случалось, что новые силы разрушали культуру побеждённых. И мир эллинизма тоже мог бы погибнуть, но он оказался сильнее мощи покорителей – эллинизм устоял и дал римлянам направление культурного развития. Как писал поэт ГОРАЦИЙ – «пленённая Греция взяла в плен Рим».

Эллада

Об Адонисе с лунной красотой,

О Гиацинте тонком, о Нарциссе,

И о Данае, туче золотой,

Ещё грустят Аттические выси.

Грустят валы ямбических морей,

И журавлей кочующие стаи,

И пальма, о которой Одиссей

Рассказывал смущённой Навзикае.

Печальный мир не очарует вновь

Ни кудри душные, ни взор призывный,

Ни лепестки горячих губ, ни кровь,

Стучавшую торжественно и дивно.

Правдива смерть, а жизнь бормочет ложь…

И ты, о нежная, чьё имя – пенье,

Чьё тело – музыка, и ты идёшь

На беспощадное исчезновенье.

Но мне, увы, неведомы слова —

Землетрясенья, громы, водопады,

Чтоб и по смерти ты была жива,

Как юноши и девушки Эллады.

Николай Гумилев

25. Интеллектуалы Александрийской школы

В конце дохристианской эры Александрийская библиотека и музей (мусейон) на 300 лет стали центрами культуры и науки всего Средиземноморья, повлияв на развитие западного интеллектуализма. Там работала плеяда учёных и поэтов, создавших основы многих наук и шедевры литературы. Этот расцвет закончился после пожаров библиотеки и её разграбления фанатиками христианства и захватчиками-арабами. Но часть свитков сохранилась и была переведена на арабский язык просвещёнными арабами. Уже в Средние века они стали известны европейцам в обратном переводе с арабского.

………………………………….

В широком смысле слова термин «Александрийская школа» относится к любой интеллектуальной традиции в Александрии между 310 г. до н. э., когда Птолемей основал школу и библиотеку в Александрии, и 642 г. н. э., когда магометане захватили город.

Уильям Рииз

Ко времени, когда Афины утратили своё важное значение и Александрия заменила их как культурный центр, в ней было сконцентрировано духовное наследие эллинизма. Она привлекала к себе аристократов и интеллигенцию и превратилась в интеллектуальную столицу западного мира. В городе жило около полумиллиона человек (не считая многочисленных рабов) – греков, итальянцев, египтян, сицилийцев и евреев. Среди горожан была очень заметная для древности прослойка интеллектуалов: учёных, поэтов, переводчиков, переписчиков и историков.

Евреи составляли почти треть населения и жили в особом квартале – гетто. Их пребывание в Египте было отчасти вынужденным, потому что они были изгнаны из своей страны римскими завоевателями. И хотя в Книге Исход рассказывалось, что Египет был страной, где их долгие века держали в рабстве и откуда они когда-то бежали под предводительством Моисея, но в Александрии того периода они находили для себя широкое поле деятельности. Александрия была торговым, научным и культурным центром, из неё исходил импульс интеллекутализма на Европу, на все страны Средиземноморского бассейна и за их пределы. Деловым евреям там жилось спокойно, они там осели и постепенно переняли местный греческий диалект «кеной».

Одну четверть города занимал царский дворец поразительного великолепия, к нему примыкали здания мусейона (храма муз) и библиотеки. Династия Птолемеев покровительствовала наукам и искусствам, их отличала любовь к написаным текстам. По легенде, Птолемей I написал историю походов Александра Македонского, в которых сам участвовал, но его записи пропали.

В музее дворца хранились скупленные и захваченные в походах перлы творений Египта, Греции и стран Востока. В библиотеке и её филиалах хранилось более 500 тысяч рукописей-свитков, для них содержался штат искусных переписчиков. Естественно, что таким богатым собранием записанных знаний Александрийская библиотека привлекала учёных людей. Интеллектуалы Греции, а за ними и другие потянулись туда за знаниями, продолжая развивать богатые традиции философов и учёных разных стран. Более семи веков, с IV в. до н. э. и по IV в. н.э, до полного сожжения и разорения библиотеки, там собиралась невиданная концентрация умов, которая представляла все разделы науки.

Свитки рукописей хранились свёрнутыми на полках, в сухом воздухе, к краю каждого свитка была прикреплена табличка с определением под названием ОГЛАВЛЕНИЕ и ТИТУЛ (Рис. 25-1). Первым хранителем библиотеки был грек ЗЕНОДОТ, который изобрёл алфавитный порядок для хранения рукописей. Поэт КАЛИМАКС сделал каталог библиотеки – детальное библиографическое описание рукописей, которое заняло 120 длинных папирусных свитков. Все иностранные рукописи были переведены на греческий язык штатом из 72 переводчиков. Было заведено правило: если на любом из прибывших в город кораблей оказывались свитки рукописей, их немедленно забирали в библиотеку для переписи (зачастую отдавая обратно на корабль копию, а не оригинал, в зависимости от ценности рукописи). Самые древние тексты Гомера и его времени, четырёх-пятивековой давности, содержали много архаичных слов и оборотов, они уже стали непонятны читателям. Тогда александрийский поэт и учёный ФИЛЕТАС, около 300 гг. до н. э. дал им объяснения и перевёл их на современный ему греческий язык. Так был создан стандартный текст поэм Гомера и других древних авторов, которые читаются уже веками.

Рис. 25-1. Расположение свитков на полках в Александрийской библиотеке.

Александрийский учёный ДИОНИСИЙ ТРАКС вместе с АРИСТАРХОМ во 2-м веке до н. э. создал первую греческую «Грамматику», которая стала моделью для всех грамматик мира и сохранилась до XII в. н. э. Римская грамматика тоже была создана на её основе и потом послужила основой для грамматик многих европейских языков.

Физик ТЕОФРАСТ (372–287 гг. до н. э.) был приглашён Птолемеем I, чтобы стать учителем наследника престола (следуя традициям македонского двора, когда Аристотель был приглашён к Александру). Теофраст был учеником и другом Аристотеля и развивал взгляды своего Учителя, хотя уже намного точнее и прогрессивней. Он сумел воспитать в своём царственном ученике любовь к наукам и искусствам – впоследствии тот стал просвещённым правителем. Именно Теофраст превратил Александрию в новый научный центр, с её музеем и библиотекой. В старости он вернулся из Александрии в Афины и возглавил Лицей своего учителя. Но Афины уже не имели прежнего интеллектуального влияния, и после смерти Теофраста Лицей пришёл в упадок.

Другой интеллектуал, математик и геометр ЕВКЛИД (325–270 гг. до н. э.) работал и умер в Александрии. Он написал труд «Начала» из 15 томов. В нём он систематизировал геометрию, создав десять постулатов – её основу. В их числе был знаменитый Пятый постулат, на котором держалась вся евклилдова геометрия. Эта книга пережила автора на две тысячи лет: сначала она ходила в рукописных свитках, а с тех пор как в 1455 г. было изобретено книгопечатание, «Начала» Евклида стали одной из первых печатных книг и разошлись по всему миру более чем в тысяче изданий (рекорд популярности и тиражей!)[16]

Другой математик – АПОЛЛОНИЙ, работал в Александрии в 246–221 гг. до н. э., создавая теорию кривой линии – эллипса, гиперболы и параболы, которую через почти два тысячелетия использовали в своих трудах Кеплер и Ньютон.

Ученик Теофраста КОНОН (приблизительно 300-е гг. до н. э.) был математиком и астрономом. Но более он известен как учитель Архимеда. Они состояли в постоянной деловой переписке, обмениваясь идеями и опытом. Поэтому предполагается, что некоторые идеи Архимеда могли исходить от его учителя или, во всяком случае, могли быть общими для них обоих.

Самым знаменитым из всех александрийских учёных был АРХИМЕД (287–212 гг.) (Рис. 25-2). Его считают величайшим учёным древности, равного которому потом не было более полутора тысяч лет – до Ньютона. Архимед открыл много основных физических законов и дал много геометрических расчётов, но был известен и как изобретатель практических нововведений, в том числе «Винта Архимеда». Он провёл в Александрии несколько лет, а потом вернулся в родной город Сиракузы, на Сицилии. Все его труды были написаны в процессе переписки с Кононом и хранились потом в Александрийской библиотеке. Поэтому его принято относить к плеяде александрийских учёных.

Рис. 25-2. Посмертная скульптура Архимеда в его родных Сиракузах, представляющая его в героическом виде в момент сжигания римского флота с помощью изобретенного им зеркала.

В те древние времена в Сиракузах Архимед был известным горожанином, его знали по изобретениям и по его рассеянности учёного.

Расцвет работы Архимеда пришёлся на период военного усиления Рима, когда Сиракузы были завоёваны римскими солдатами. По легенде, один из римских солдат убил Архимеда в тот момент, когда он, семидесятилетний старик, был погружён в очередную мысль и чертил что-то на песке у берега моря (Рис. 25-3). Эта легенда исходит от историка Плутарха. Он написал об этом через двести лет после события, и его версия так укрепилась, что считается правдой. Плутарх был римским историком, но по рождению греком, и известен тенденцией превозносить в своих описаниях греческий «мозг» над римской «силой». Поэтому и легенда очень символична. Согласно его рассказу, гениальные инженерные оборонные изобретения Архимеда помогали Сиракузам три года сопротивляться флоту успешного римского полководца Марцелия, которого прозвали «Меч Рима». Архимед якобы изобрёл систему зеркал, солнечные лучи от которых сжигали приближавшиеся римские корабли[17]. Но в конце концов римляне победили. По традициям того времени, город подлежал разрушению, а жителей угоняли в рабство. Но Марцелий был образованный человек, он знал, кто такой Архимед, и приказал своим солдатам привести его живым и отнестись к нему с уважением. Однако когда приказы идут сверху вниз, они или искажаются, или вообще не исполняются. Один гордый победой солдат увидел старика, рисующего круг на песке, и приказал ему идти за ним, не интересуясь – кто он такой. На это старик с типичным для учёного пренебрежением к действительности ответил, чтобы тот не затоптал его круг на песке. Тогда солдат убил его, просто – убил… Солдат был практический, грубый человек, без лишних размышлений. После убийства Марцелий якобы устроил Архимеду похороны с почестями и обеспечил его семью (что не характерно для римского воина того времени).

Рис. 25-3. Обмундирование римского солдата-легионера; убивший Архимеда солдат мог выглядеть точно так.

Горькая правда гибели Архимеда заключается в тупом, нелепом прерывании мысли того, кому в учёном мире не было потом равного ещё тысячи лет. Мысль была прервана, оборвалась и застывала в тоске его умираюших глаз. Всё произошло так случайно и просто… Было много нелепых гибелей великих интеллектуалов: их убивало невежество.

Прерванная мысль

Под римскими сандалями песок

Хрустел на берегу у моря;

Солдат был грозен и высок,

Все уступали путь ему, не споря;

Он – победитель, и его закон

Теперь для жителей указка;

С копьём в руках шагал победно он,

Сверкала бронзой вычищенной каска.

– «Не затопчи мой круг!» – раздался крик;

Солдат остановился с ходу

И увидал, что на песке старик

Чертил пред ним какие-то разводы.

Солдату некогда, ему был дан приказ —

Согнать народ на площадь до заката,

И объявить победы Рима час,

А Сиракузы наказать расплатой.

Чтобы возиться долго не пришлось,

Об это о ничтожество споткнувшись,

Солдат копьём проткнул его насквозь

И зашагал вперёд, не оглянувшись.

Старик упал; не боль и не испуг,

Но мысль в тоске последней угасала,

Мысль прерванная грубо, как тот круг,

Который кровь струями заливала.

На площади толпа, и пламенный закат

На генерала лился, как победа;

С копьём в крови стоял пред ним солдат;

«Ты всех согнал? Не вижу Архимеда…»

Владимир Голяховский

* * *

Александрия была известна своей медицинской школой, плеядой передовых учёных-врачей. Традиции медицины зародились на египетской земле ещё за 25 веков до основания Александрии, во времена Имхотепа, первого известного по имени интеллектуала и целителя. Но это было практическое лечение, в основном лекарствами из трав, и имелись рекомендации по поведению больных во время болезней. Греческая школа Гиппократа углубила лечебное искусство, придав ему обоснованность – создав эмпирический метод подхода к болезни путем наблюдений. Эти традиции греческой медицины получили дальнейшее развитие в Александрии, где медицина продолжала свои научные изыскания.

Школу медицины там основал ГЕРОФИЛ (около 320 гг. до н. э.), приглашённый Птолемеем I быть его врачом и преподавать медицину (он был упомянут раньше, как первый, кто делал посмертные вскрытия). В Египте посмертное вскрытие считалось бесчестием. Там тысячелетиями применялось искусство мумифицирования, но оно производилось не с целью изучения организма, а было лишь ритуальным религиозным актом приготовления покойника к новому соединению его тела с улетевшей в небо душой – к жизни после смерти. Специалистами мумифицирования были священники, они совершали его в соответствии с тысячелетними традициями.

Герофил вместе со своими учениками впервые публично производил вскрытия умерших, с целью изучения анатомии и преподавания. На это он получил разрешение прогрессивного правителя. В самой Греции вскрытия не делались, хотя и не запрещались. Тогда велись войны и было много раненых, которых лечили профессиональные врачи. Но в философии того времени доминировало учение Платона, трактовавшего, что тело почти ничего на значит в сравнении с душой. Считалось, что мёртвое тело – это просто комок мышц, его можно резать безнаказанно, но и без пользы для науки о лечении.

Герофилу надо было иметь великий интерес и великую смелость, чтобы нарушить тысячелетние традиции. Он показал первый в медицине пример целенаправленного научного интеллектуализма. Ему первому принадлежит идея, что именно мозг, а не сердце, как это считалось раньше, является центром интеллекта.

Его ученик ЭРАСИСТРАТ (304 – ок. 240 гг.), внук Аристотеля, создал в музее Александрии первый в мире

настоящий научный центр медицины – прообраз научного института, который сохранился навсегда – до наших дней. Эрасистрат написал много исследовательских трудов, включая первые описания метаболизма тканей. Он первым близко подошёл к пониманию круга кровообращения. Почти все его написанные труды погибли во время пожаров библиотеки, они известны лишь по поздним ссылкам.

АСТРОНОМИЧЕСКАЯ ШКОЛА АЛЕКСАНДРИИ берёт начало в сочетании египетских и греческих традиций. Одним из первых был АРИСТАРХ (310–230 гг. до н. э.). Он ещё в 260 г. высказал идею, что все планеты, включая Землю, вращаются вокруг Солнца. За это его теперь называют «Коперником древности». Действительно, Коперник знал о работах Аристарха и даже описал их, но потом исключил это упоминание из своей книги. Считают, что он боялся этим умалить значение своей собственной идеи, но боялся обвинений христианской церкви за ссылку на учёного-язычника.

Аристарх сумел приблизительно правильно высчитать размеры Солнца и Луны. Его определение размера Солнца показало, что оно намного больше Земли, и хотя бы поэтому не может вращаться вокруг неё. Как и большинство написанных в древности трудов, его работы тоже погибли, но остались в упоминаниях Архимеда и Плутарха.

Один из самых просвещённых и глубоких интеллектуалов того периода времени ЭРАТОСФЕН (276–194 гг. до н. э.) был астрономом, математиком, географом, историком и даже первым в истории литературным и театральным критиком. Он известен как друг Архимеда, и его считают вторым по значению учёным древней истории. Он начал записывать хронологию развития науки, став её первым историком и первым, кто был наиболее точен в сопоставлении исторических дат. Птолемей III пригласил его в Александрию быть учителем наследника и возглавить знаменитую библиотеку. Как астроному ему принадлежит много открытий, он описал 675 звёзд (без телескопа!) и предложил прибавлять один день к каждому четвёртому году, чтобы египетский календарь соответствовал сезонам. Это прогрессивное предложение было принято лишь полтораста лет спустя, но именно оно привело к созданию того календаря, которым мы пользуемся до сих пор. Как географ, он одним из первых создал карту известного к тому времени мира, включая Британские острова и Каспийское море. Его самым значительным достижением считается то, что он сумел правильно высчитать окружность земного шара, дав цифру 46 600 км (что почти точно). Из этой цифры он потом вычел известную площадь твёрдой земли и предсказал, что в мире должен быть обширный океан (что было подтверждено лишь через полторы тысячи лет).

Математик и астроном ГИППАРХ (ок. 180–125 до н. э.) жил на сто лет позже и развил учение предшественников. Получив образование в Александрии, он работал на острове Родос. Этот остров был тогда крупным центром науки и искусства[18]. Гиппарха считают таким же великим астрономом, каким великим математиком и физиком был Архимед. Он более точно описал карту звёзд, дал им классификацию, описал взрывы их возникновения (всё без увеличения телескопом) и дал почти точное измерение расстояния от Земли до Луны.

Один из знаменитых поздних александрийских учёных ДИДИМ (I в. до н. э.) написал около четырёх тысяч трудов по многим вопросам науки и искусства; за эту многогранность и плодовитость его даже прозвали «Бронзовая мощь».

Философ ФИЛОН Александрийский тоже жил в более поздние времена (30 г. до н. э. – 50 г. н. э.). Он был выдающимся представителем еврейской общины города в его греческий период, автором комментариев еврейских писаний древности. Христианское учение ещё не было распространено и монотеистская вера евреев была единственной среди политеистских общин греков и египтян. Своими трудами Филон старался сочетать идеи Библии с греческой философией. Он давал аллегорическое толкование Пятикнижию с помощью эклектической философии.

Эклектика – это использование самых различных воззрений для создания оригинального нового мнения. Филон опирался на взгляды Платона, идеи Аристотеля и философов-стоиков. Очевидно, его влияние как философа было широко известно, потому что в 40 г. и.э. он приплыл в Рим к императору Калигуле как посол от еврейской александрийской общины.

Греческий астроном и географ Клавдий ПТОЛЕМЕЙ (однофамилец царей Птолемеев) работал в Александрийской библиотеке в 127–145 гг. н. э. и написал несколько трудов. В «Географии» он представил каталог известных мест Земли с указанием долготы и широты по поясам, создал-несколько карт и дал хронологию мира. Его наиболее знаменитый труд – «Альмагест». В нём он собрал и описал все известные до него сведения по астрономии и предложил свою систему мира, центром которого является Земля. Свитки с этим его трудом сохранились после пожаров библиотеки, позже попали в руки арабским учёным и были признаны ими как основа астрономии. Впоследствии, в обратном переводе с арабского, его теории стали признаваться ведущим учением как Птолемеева система.

Так случилось, что именно под эгидой менее просвещённых арабских учёных труд и идеи Птолемея сохранялись и продолжали господствовать ещё почти пять веков – до опубликования книги Коперника в 1543 году.

* * *

Учёный мир Александрии продолжал активную и плодотворную работу до первых веков н. э., когда фанатизм ранних христиан привел к уничтожению всей языческой культуры, убийству учёных и просветителей и поджогам библиотеки.

Александрийская библиотека пострадала от трёх пожаров: первый был в 48 г. до н. э., при римском диктаторе Юлие Цезаре. Захватив Александрию, он влюбился в египетскую царицу Клеопатру, последнюю из рода Птолемеев. Недовольные оккупацией горожане восстали против римлян, поэтому Цезарю пришлось защищаться во дворце. В той схватке возник пожар библиотеки и погибло много свитков. Существует легенда, что преемник Цезаря Марк Антоний, который потом тоже был влюблён в Клеопатру, возместил ей потерю от этого пожара – за счёт 200 тысяч свитков из библиотеки Пергамона, второй по величине после Александрийской. Но подтверждения этой легенде нет.

Второй пожар в Александрийской библиотеке был в 272 г. н. э., третий – в 391 г. н. э. Оба эти пожара были начаты христианскими фанатиками – противниками учений язычников. Но окончательно Александрийскую библиотеку разорило нашествие арабов магометан в 640 г. н. э. По легенде, в холодное время они обогревались кострами и топили баню огнём из папирусных свитков. Так бесценные труды мудрости древних интеллектуалов буквально превратились в дым и пепел.

Александрийская школа философов, учёных, географов, врачей, астрономов, поэтов и историков дала миру плеяду известных мастеров науки и искусства. Позже она сыграла важную роль в новом развитии христианства: в ней впервые возродилась философия Платона, которая с 430 по 642 г. н. э. стала известна как НЕОПЛАТОНИЗМ. Христианские теологи приспосабливали учение Платона и стоиков к обоснованию Священного предания о непорочном зачатии Девы Марии и божественном происхождении Иисуса Христа.

В истории западного интеллектуализма город Александрия сыграл такую же важную роль, какую играли Афины до него и какую стал играть Рим после него.

26. Кто и когда написал Библию

Библия – это уникальный по композиции свод еврейской истории, мифов и законов, это во многом опоэтизированная историческая мифология евреев. Но если греческие эпосы с самого начала приписывались одному автору – Гомеру, то авторы Библии всегда оставались неизвестными. Евреи с древних пор называли себя «народом Книги», и это вполне отражает создание Библии многими талантливыми представителями еврейского народа за сотни лет. Многое в Библии создавалось и собиралось в условиях рассеяния, в постоянном стремлении евреев достичь благополучия жизни, в горе от новых потерь. В таких условиях еврейские интеллектуалы направляли свою творческую работу на одну цель – с помощью Библии помочь народу сохранить веру в их Бога и тем самым сохранить себя.

…………………………………………..

Библия – это беспримерное собрание сочинений, которое вдохновляет литературу и искусства половины мира, включает в себя описания истории почти самых древних времён, которые видел мир.

Майкл Грант

(британский историк)

Почти одновременно с образованием эллинизма в Греции, на другой стороне Средиземного моря, его восточном побережье – в краю, называемом Ханаан – образовалась цивилизация иудеев. Этот народ вошёл в историю раннего развития западной культуры созданием самого популярного в мире творения – БИБЛИИ. Так же как эпосы «Илиада» и «Одиссея» повлияли на формирование национального характера греков, так Библия помогла формированию национального характера евреев. И как в греческих эпосах, так в Библии были описаны события, происходившие задолго до её создания. Но, в отличие от эпоса, центральной идеей Библии с самого начала было описание единения еврейского народа вокруг своего единого Бога.

Согласно историям Библии, около 1200 годов до н. э. пророк Моисей вывел свой народ из египетского плена. Но источники большей части Библии неизвестны. Сами ранние евреи не оставили памятников о себе, первое записанное упоминание о них есть в египетском победном гимне периода около 1000 г. до н. э, а первые изображения их появились на ассирийских стелах в 800-е гг. (Рис. 26-1). Начальные фрагменты Библии были написаны на древнем иврите и на арамейском языке и не представляли единого целого, у них не было единого названия. Библия той эпохи была составлена из фрагментов описания генезиса (сотворения мира), теологии (учения о Боге), истории, легенд, биографий легендарных людей, их генеалогии (происхождения), законов этики, мудрых поговорок, притч, предсказаний, а также лирической поэзии и псалмов. В Библии древние евреи дали не хронологический, но интеллектуальный пример одного из первых собраний историй о самих себе.

Рис. 26-1. Ассирийская стела с первым известным изображением евреев, 841 г. до н. э.

Согласно описаниям Ветхого Завета, цивилизация еврейского народа и государства началась от времени первых царей – Саула, Давида и Соломона, приблизительно в 1000—900 гг. до н. э. К тому времени у них уже были основные законы иудаизма (Тору). Их дал на горе Синай пророку Моисею сам Бог за два века до формирования Иудейского государства. Но описание этих библейских событий было сделано несколькими веками позже.

Когда создавались первые истории Библии, цивилизация еврейского народа уже распадалась, теснимая завоевателями. Начиная с 800-х гг. до н. э. еврейское государство теснили ассирийские правители и окончательно завоевали его в 722 г. до н. э. Потом, в 586 г. до н. э., евреи были покорены вавилонянами, и народ был изгнан со своей земли. В 539 г. до н. э. страну завоевали персы. В I веке н. э. Палестина была стёрта с карты мира римлянами, и обездоленный народ на две тысячи лет рассеялся по всему миру. На его долю выпала трагическая судьба быть несколько раз изгнанным из своей страны, возвращаться в неё, а потом две тысячи лет жить в рассеянии по всему миру.

Поскольку грамотных и образованных людей были единицы, библейские истории могли передаваться друг другу лишь в пересказах. Для евреев тех времён все истории были убедительным изложением религиозной правды, они складывались в одну стройную и жизненную Книгу их народа. И это сплачивало их, давало им волю и энергию выживать и бороться.

Первые еврейские пророки Иисус Навин, САМУИЛ, ИЛИЯ и ИСАИЯ жили в IX–VIII веках до н. э., в тот же период, что Гомер и Гесиод. Эти пророки остались в истории как проповедники, поэты, политические критики. Как все пророки, они утверждали, что их устами говорит Бог (или это стало утверждаться позже). Они вполне могли знать мифы других народов и могли заложить подобные идеи в книгу о еврейской истории. Своими трудами они отточили связь истории народа с законами его морали; это легло в основу будущей Библии – её Ветхого Завета.

Библия отражает основу ранних религиозных верований и моральных законов безапелляционной веры евреев. Вся их история до 1200-х гг. до н. э. – это только традиционное следование устным народным легендам, и это отражено во многих эпизодах и характерах библейских героев. В Шумере, на Крите и в Греции в тот же период времени складывались мифы об их богах и героях. Это «носилось в воздухе» того времени. И древние евреи тоже могли сочинять и собирать мифы о своём Боге и о своих героях, эти мифы и заложили основы будущей Библии. Но её тексты начали создаваться через несколько столетий, в период между IX и VI веками. Считается, что начальное написание основ Ветхого Завета было сделано в 800–400 гг. до н. э. трудом не менее чем четырёх авторов. Разница в их писаниях определяется по стилю и тематике. Их имена неизвестны, но они, несомненно, были моралистами, политиками и поэтами – выразителями духа и традиций своего народа. Их писания могли отражать не дошедшие до нас мифы и легенды их народа, как эпосы Гомера отражали мифы и легенды греков. Они заложили основы и идеи иудейской религии в её связи с историей и моральным кодексом. Это было время, когда еврейский алфавит только оформлялся, их труды вряд ли могли быть большими сочинениями, но по их канонам стал собираться первоначальный вариант Библии как исторического эпоса – от первых патриархов и царей.

Следующими пророками – авторами Библии были: АМОС – он призывал к общественной справедливости, ОСИЯ, проповедавший любовь к Богу, ИЕРЕМИЯ – он утверждал личный договор между Богом и человеком, ИЕЗЕКИИЛЬ, предупреждавший людей об их личной ответственности за всё содеянное ими. Все пророки в поэтической форме призывали к раскаянию в грехах, справедливости и правдивости, выражали негодование против притеснения слабых и обещали будущие вознаграждения за праведность в жизни. Об этих авторах сохранились скудные сведения, похожие на легенды.

Следующие авторы Библии были исторически существовавшими фигурами – пророки НЕЕМИЯ и ЕЗДРА (V век до н. э.). Они были лидерами израильтян в вавилонском изгнании. Ездра охарактеризован в документах того времени как «писец и знаток законов». Оба они связаны с первым семидесятилетним изгнанием евреев в 586 г. из

Иерусалима в Вавилон после разрушения Первого храма, построенного царём Соломоном – первой диаспорой (расселением) еврейского народа, которое продолжалось до 516 г.

Многие описания Библии имеют истинную историческую основу. Территория, на которой поселились первые иудейские племена, была в течение тысячи лет частью «серпа плодородия», там развивалось сельское хозяйство и формировались первые цивилизации. На ней процветали города-государства, была своя ханаанская цивилизация, были медные рудники, в эпоху бронзового века началось производство металлического оружия и изделий. Туда мигрировали многие племена, по дороге они или смешивались с местным населением, растворяясь в нём, или гибли. Ханаане исповедовали политеистскую религию, у них были свои религиозные мифы, и каждое племя имело своего главного бога. Однако ко времени, описываемом в Библии, города-государства в Ханаане начали приходить в упадок. В результате многих катастроф и потерь ханаане могли считать, что мощь их богов ослабла и вера в них утратила крепость. Это как бы подготавливало почву для новых богов – если они окажутся сильней.

Воинственные племена семитского народа, который потом стал называть себя евреями, действительно пришли на землю Ханаанскую с Аравийского полуострова около 1400–1200 гг. до н. э. Путь проходил в столкновениях и войнах с другими народами. Ко времени переселения у них уже был свой Бог, веру в которого они принесли с собой. Они считали его богом войны, и он всегда оставался воинствующим борцом. Очевидно, результат успехов нового племени дал живущим на той земле привлекательную идею подчиниться их Богу. Многое в древней истории недоказуемо, но монолитность религии с верой в одного Бога больше всего объединяла древние племена евреев, поселившихся в Ханаане, и привлекала к их вере соседей.

В отличие от мифологий других народов, древняя Библия в большей степени является источником правдоподобной истории и законов. Авторы Библии дали народу отличные от других законы морали и другие исторические сведения. Но они не писали историю, а описывали то, что, как они думали, происходило с их народом. Их писания могли содержать элементы фантазии, отражавшие представления далёких времён. Например, по еврейскому летоисчислению, Бог сотворил мир в 3761 г. до н. э. – это религиозная правда. Понятие истины для каждого времени своё, для авторов Библии это означало религиозную правду.

В Вавилонском изгнании 586–516 гг. до н. э. евреям было разрешено сохранять свою веру. Но у них не было привычного им Храма, в котором они совершали бы ритуальные жертвоприношения. Тогда они организовали в Вавилоне самые первые синагоги и заменили жертвоприношения в Храме субботними молитвами. Весь период истории евреев в изгнании в Вавилоне был досконально описан в Библии и по стилю принадлежит одному автору. Но он писал об этом спустя два-три столетия (в 350–300 гг. до н. э.).

Пока длилось Вавилонское изгнание, стены Иерусалима стали разрушаться, часть остававшихся там евреев разбавилась пришельцами из соседних стран и стала терять традиции веры, возникло много смешанных браков с женщинами соседних народов. Мудрец Неемия был послан туда персидским царём Артаксерксом, с миссией вернуть народ к его вере и восстановить город. Его записи сделаны от первого лица, как единственные во всей Библии мемуары. Он пытался восстановить город и Храм, но встретил сопротивление и не сумел возвратить евреев в лоно их веры. После него туда поехал Ездра как проповедник веры. Он тоже имел сан официального посла. Царь разрешил ему вернуться в Иерусалим и взять с собой часть изгнанных евреев. Поэтому его сопровождали пять тысяч человек. Трудное путешествие каравана заняло четыре месяца. Восстановление морали евреев Ездра начал с того, что читал им книгу законов веры – как законы, данные Богом Моисею. Во многом эти законы были обработаны и написаны им, и они стали прообразом будущего свода законов – ТОРЫ. Ездра собирал людей, читал им собранные и сочинённые им законы иудейской веры и сумел убедить евреев добровольно развестись с нееврейскими жёнами и вернуться в лоно своей веры.

Очевидно, многообразованный Ездра был знаком с мифами евреев и народов Ближнего Востока, Египта и Греции – он жил в то время, когда Греция стала сильным государством, дважды победившим персов. Но в своём творчестве он выбрал путь не пересказов мифов и историй, а составления моральных законов веры для своего народа. Впоследствии они стали основанием написанных первых пяти книг Библии – ТОРЫ, или ПЯТИКНИЖИЯ.

Пророк Ездра

От стен Вавилона в Иерусалим

Ещё не водил караваны Салим;

Он шёл, где течёт полноводный Евфрат,

Пока над рекой не спустился закат,

Пять тысяч верблюдов, под грузом тюков,

Пригнули колени – спустить седоков.

Сто дней уже шёл караван по пути,

Пытаясь дорогу к Леванту найти.

Персидский Владыка, всесильный как Бог,

Который в боях покорил весь Восток,

Которому титул Великого дан,

Послал в Иудею большой караван.

Зачем? – не дознался погонщик Салим;

Верблюды покорно шагали за ним.

На третьем – раввин, с изумрудным кольцом,

Которого звали искусным писцом,

Который законов был первый знаток,

Он ехал Послом на родимый порог.

Царь персов вернул его в Иерусалим,

Пять тысяч помощников ехали с ним —

Евреи, что жили в изгнаньи, в плену,

Теперь возвращались в родную страну,

Но был там разрушен врагами их Храм,

И веру евреи теряли все там.

Под вечер остыл раскалённый песок,

Салим слезть с верблюда раввину помог,

Раскинул под пальмой широкий шатёр,

Зажёг перед входом пахучий костёр

И свитки писаний принёс из тюков;

Сгустились над берегом тени веков,

И солнце багровое в тучи зашло;

Раввин положил пред собою стило,

Молился и думал, и думал опять,

И начал на свитке законы писать…

Погонщик Салим никогда не узнал,

Что это он Библию людям писал.

Владимир Голяховский

Ездра окончательно сделал иудаизм религией закона. Тора потом была разделена на две части – ПИСЬМЕННУЮ (сокращённое название Ше-Би-Хтав на древнем еврейском) и УСТНУЮ (Ше-Бе-ал-Пе). Письменная Тора в виде спаренного свитка древней формы, всегда написанная на пергаменте из телячьей кожи, хранится в каждой синагоге, фрагменты из неё читаются каждую субботу. В широком смысле, Тора составляет всё учение иудаизма. Именно это Пятикнижие признаётся данным Богом прямо Моисею.

Устная Тора, в виде обычной книги, включает Талмуд – комментарии раввинов к письменной Торе. Они были написаны намного поздней – в 200–500 гг. новой эры.

Соблюдение законов и традиций помогало евреям сохранять себя как нацию. Каким глубоким интеллектуалом должен был быть Ездра – первый досконально известный из авторов Библии, если он понимал, какая трудная судьба ожидает его народ в будущем! Он знал: сохраниться еврейскому народу поможет только соблюдение им веры. Само понятие ИУДАИЗМ тоже связано с именем Ездры. Поэтому его называют ОТЦОМ ИУДАИЗМА и по значительности его исторического влияния считают вторым наиболее важным пророком после Моисея.

С того времени стали собираться вместе разные написания текстов Библии.

Слово «Библия» греческого происхождения – происходит от названия древнего финикийского города «Библ» на Средиземном море. В 1-м тысячелетии до н. э. туда привозили из Египта папирусные стебли, там их культивировали по египетскому рецепту и склеивали из них листы-свитки для записей. Свитки продавали во все страны, в том числе и в наиболее развитую Грецию. Так, в честь того места греки ввели в свой язык слово «библия», что в переводе означает «собрание записей» или «книга». Книг в современном понятии в то время не было, слово применялось к папирусным свиткам. Однако с конца тысячелетия слово «Библия» стало применяться только к одной книге – собранию историй народа хибрю, который теперь называется евреями. Древнее название еврейского народа «ХАБИРУ» происходит, предположительно, от сходных египетских слов «апиру»-«хапиру» или «хабиру»; так в Египте называли иностранцев или пленных воинов; в Ханаане, стране евреев, это слово означало – странник.

Греческое название «Библия» было дано ей в Александрии ко времени оформлления в одну книгу, в 200-х гг. до н. э. Тогда её содержание было переведено с древнего иврита на местный греческий диалект «кеной», потому что к тому времени в изгнании уже жили два миллиона евреев – больше, чем на родной земле. В Александрии они составляли треть населения. Новые поколения во многом забыли свой древний язык и разговаривали и читали на общепринятом греческом диалекте «кеной». Для них и был сделан первод еврейских свитков. Вскоре эти рукописи распространились в Греции и других странах бассейна Средиземного моря и стали популярным чтением грамотных людей, самым распространённым после эпосов Гомера.

Верующие люди тысячелетиями традиционно считают, что текст Библии продиктован пророку Моисею самим Богом. Поэтому его называют Священным Писанием. Но это не всегда было так. Как всё, эта традиция тоже имеет свою историю. В I веке н. э. римляне завоевали Иудею (это вошло в историю как Иудейская война). Они разрушили последний построенный там Храм – святая святых. Евреи отчаянно сопротивлялись, их безжалостно казнили и выселяли из страны. Шестьсот тысяч их погибло в боях и в массовых казнях. Римляне потом переименовали их землю в Палестину. Еврейский народ переживал самый тяжёлый период своей истории – его изгнание продолжалось после этого две тысячи лет (до формирования государства Израиль в 1948 г.). Сохранить в изгнании религию, традиции и культуру народа могло только чудо, основанное на крепкой единой вере евреев в предсказание их Бога: Он обещал им послать на землю Мессию, чтобы спасти этот избранный им народ. Всё это к тому времени уже было записано в текстах Библии. Но чтобы усилить веру разрозненных по миру евреев в это писание, группа еврейских мудрецов около I века н. э. решила объявить Библию «Словом Божиим», написанным самим Богом, и назвала её Священным Писанием. После этого на века укрепилось представление, что автором Библии был сам Бог и его пророки.

Многие рассказанные в Библии истории настолько правдоподобны и так утвердились в сознании евреев и многих людей христианского мира, что их принято считать истинными, подобно тому как древние греки считали своей истинной историей мифы из «Илиады» и «Одиссеи» Гомера и из «Теологии» Гесиода.

Историки много лет пытаются установить истинность событий, описанных в этом сложном и тонком собрании трудов. Проверяя основательность и правдивость изложенных в ней фактов и историй, они находят много подтверждений, но и много недоказанного.

По Библии, основателями еврейской нации считаются патриархи Абрам (позднее получивший имя Авраам), его сын Исаак и сын Исаака Иаков. Подтверждения их существования нет, они могли быть лишь поздним вымыслом. Но для своего народа они стали такими же вдохновителями, какими были для греков герои эпосов Гомера и Гесиода.

Авраам с женой Сарой вышел из древнего шумерского города Ур на юге Месопотамии. Это должно было происходить около 1800 г. до н. э. К тому времени в Месопотамии был период урбанизации (формирования городов), развития торговли и металлургии, и Ур был одним из развитых центров. Из этого можно заключить, что первые евреи могли быть довольно цивилизованными людьми. По дороге Аврааму якобы явился Единый Бог ИЕГОВА и дал совет идти в землю Ханаанскую. Он обещал отдать ему и его роду эту землю за твёрдый обет – безоговорочно верить в Него и подчинять свою жизнь только Его закону. Авраам дал обет верности Его Закону и стал первым, кто принял веру в Единого Бога. Отсюда берёт начало первая в мире монотеистская еврейская религия – иудаизм.

Во всех религиях много описаний неожиданных видений, снов и каких-то услышанных голосов. Бог, явившийся Аврааму возле дерева, был в образе человека с двумя помощниками-ангелами. Но в дальнейшем Его образ было запрещено изображать и описывать, хотя Он и сотворил человека «по своему образу и подобию». И произносить Его имя тоже считается грехом. Бог оказался не только требовательным, настаивая на полном подчинении, но и очень ревнивым к другим богам: он всячески испытывал крепость веры в себя. Однажды Иакову даже пришлось бороться врукопашную с кем-то Неизвестным, кто мог быть Богом или его Архангелом; он его победил, хотя после этого остался хромым. После той стычки Бог дал Иакову имя ИЗРАИЛЬ, что значит Победитель. Все потомки его стали называться дети Израилевы, и государство евреев впоследствии получило название от этого слова.

По библейским подсчётам, эти истории происходили около 1800–1700 гг. до н. э. Но у древних авторов были свои представления о вычислениях, в том числе и о времени – древние расчёты не совпадают с современными.

Первая религия монотеизма долго и болезненно оформлялась в стройную систему. Как в каждом общественном движении, в её развитии были периоды прогресса и тёмные периоды застоя. Внутри неё возникали непримиримые секты и течения, враждовавшие между собой. Как прогрессивное общественное движение, иудаизм видоизменялся с развитием общества и изменял свои ритуалы. И сама Библия тоже ещё долго – до времён Новой Христианской Эры – была далека от тех Скрижалей законов, историй и мудростей, которые мы знаем теперь.

От папирусных свитков с записями трудов первых авторов Ветхого Завета ничего не осталось (папирус разрушается от влажности). Но в 1947 г. палестинский пастух случайно обнаружил папирусные свитки, запрятанные в глиняные ковши в 11 сухих пещерах возле Мёртвого моря. Эти рукописи периода от 250 гг. до н. э. и от 70-х гг. н. э. принадлежали древней еврейской секте Essenes. Они дают представление, как могли выглядеть основы Библии более двух тысяч лет назад. Их называют «Свитки пророка Исайи», хотя нет доказательств – касалась ли их его рука.

Тот вариант Ветхого Завета, который мы читаем теперь, был переписан, выверен и дописан комментариями на древнем иврите МОЗЕСОМ БЕН АШЕРОМ в г. Тиверия (Израиль) в 895 г. н. э. Он переписывал их с разрозненных древних свитков времён Ездры и более поздних. Очевидно, именно на те свитки ссылался в своих трудах римский историк ИОСИФ ФЛАВИЙ (37 г. – после 100 г. н. э.) – который первым начал проводить исторические обоснования для анализа современных ему событий в своих сочинениях «Иудейская война», «Иудейские древности», «Жизнь».

Гильдия учёных и переписчиков МАСОРЕТОВ в 916 году н. э. взяла за основу первый полный, но разрозненный текст Библии на древнем иврите, а ААРОН БЕН МОЗЕС сделал его перевод на современный ему иврит и придал тексту стройность к 930 г. Этот колоссальный труд содержался в 380 томах, но сохранились лишь 294 из них.

Насколько известно, на сегодня самая старая официально датированная рукопись Библии подписана 1008 годом н. э. Библия наших дней фактически была переписана почти на два тысячелетия позднее её первого написания.

Дошедший до нас текст Библии состоит из 39 отдельных книг (в некоторых изданиях – до 46 книг). За тысячи лет существования текст всех книг Библии многократно переписывался для толкования и распространения. В него попало много изменений, поздних добавлений и даже просто ошибок переписчиков, особенно в хронологии. Некоторые псалмы скопированы из других религий. Например, в 104-м псалме повторяются основные идеи гимна солнцу, который был сочинён во времена египетского фараона-моноте-иста Эхнатона (сына Аменхотепа – 1351–1334 гг. до н. э.): «Ты так прекрасен в свете неба, о живое солнце, которое первым начало жить…». Содержание некоторых книг тоже частично повторяет друг друга. Но, очевидно, повторения могли быть приёмом авторов для усиления звучания.

Библия была переведена на все языки мира. Переводы и их редакции делаются до сих пор. Многие из них искажали предыдущие тексты. Но искажения были «мелкими укусами» для этой фундаментальной Книги Книг – настолько значительны её главные идеи и основы. По глубине морального кодекса и по описаниям исторических событий Древнего мира Ветхий Завет стоит в основе общечеловеческой культуры.

Уже более двух тысяч лет Библия – это самая читаемая книга мира. Хотя в ней описаны законы и истории иудаизма, люди многих стран и различных верований читают её и находят в ней пищу для ума и интеллекта. Но популярность Библии отчасти объясняется ещё и тем, что для верующих христиан к древнему еврейскому Ветхому Завету была добавлена вторая часть, так называемый Новый Завет христианской религии – ЕВАНГЕЛИЕ. Он был написан четырьмя христианскими авторами: двумя апостолами (слово «апостол» в переводе означает «посланный вперёд») Матфеем и Иоанном, и евангелистами Марком (спутник св. Петра) и Лукой (спутник св. Павла). В Евангелие также включены послания апостола ПАВЛА. И то и другое было написано в I веке н. э. и посвящено истории последних дней жизни и учению Иисуса Христа. Evangelium (Евангелие) – это латинское слово, взятое из греческого, которое переводится как «Благая весть о Спасении»; само имя Христос в переводе с греческого означает «Спаситель». Авторы Евангелия, евреи по происхождению, отошли от канонов иудаизма и были первыми проповедниками нового учения – ХРИСТИАНСТВА. Они сделали попытку связать своё учение с Библией, провозгласив, что Иисус был потомком иудейского царя Давида.

(Вопросы формирования христианства и написания его текстов описываются в этой книге дальше – в хронологическом порядке изложения истории интеллектуализма.)

Христианство, действительно, ведёт свою начало от еврейской религии. Но Ветхий Завет описывает историю еврейского народа и законы иудаизма, а христианство является мировой, а не национальной религией.

* * *

История добавления христианских текстов к Ветхому Завету интересна сама по себе. Без всякой видимой связи двух текстов, это добавление сделал Святой ИЕРОНИМ (347–420 гг. н. э.), основатель монастыря в Вифлееме, на родине Иисуса (Рис. 26-2). По своим интеллектуальным данным Иероним заслуживает особого положения среди ранних проповедников христианства. Он происходил из бедной семьи в Далмации (теперь территория Словении), был во многом самоучкой, крестился и учился в Риме. Он изучал рукописи самых ранних основателей иудаизма, для этого он изучил греческий и арамейский языки и перевёл 14 притч пророка Оригена, со своими комментариями. Он был сторонником монастырской жизни, а в 375 г. на два года стал отшельником, жил в пещере, питался скудной пищей. На картинах многих художников его изображают пустынником в компании с диким львом. Вернувшись в Рим, он стал там самым образованным латинистом своего времени и секретарём папы римского Дамаса.

Рис. 26-2. Святой Иероним, переводчик Библии на латинский язык (с миниатюры XV века).

В Риме Иероним был близок к кругам знатных, образованных и благочестивых женщин. Под их влиянием он первым из христиан стал писать хвалы матери Иисуса – Марии, заложив основу культа Богородицы. Иероним продолжал переводить на латынь труды пророков и апостолов христианства. Латинский был доминирующим языком в Риме, но полного перевода Библии на латынь ещё не существовало. Папа Дамас советовал Иерониму заняться переводом всего текста, но после его смерти на Иеронима стали нападать другие теологии христианства. Они были недовольны его интерпретацией канонов учения. В 386 г. Иероним вынужденно покинул Рим, который назвал «Вавилоном» за его религиозное беспутство, и переехал в Палестину. Там он основал монастырь и написал много писем о христианстве. Но главным его делом был перевод Ветхого Завета с иврита и арамейского языка на латинский. У него ушло 15 лет на перевод с арамейского, но потом он понял, что надо было переводить с древнего иврита, и начал всё сначала. На весь перевод многих текстов Библии с сотен древних рукописей ушло 34 года. Тогда же он перевёл на латынь и интерпретировал Евангелие. Как просвещённый человек, Иероним понимал, что в Евангелии ничего не сказано о генезисе – сотворении мира, в нём нет истории иудейского народа, откуда был родом Иисус, и нет теологии – описания его божественного начала. Без этого текст Евангелия не мог считаться Священным Писанием. Поэтому Иероним поставил текст Ветхого Завета впереди трудов христиан, как введение в религию христианства – Новый Завет.

Христианская вера тогда становилась самой популярной верой в Римской империи, и Иеронимов перевод Библии стал распространяться повсюду. Оба Завета переписывались вместе под общим названием «Библия». К 39 книгам Ветхого Завета Иероним прибавил 27 книг Нового Завета – это так называемая Латинская Библия Иеронима, по-латыни editio voulgata или просто Vulgate – стандартный текст. С тех пор этот сквозной текст стал каноном для изданий Библии – оба Завета в одном томе. Через тысячу лет, в 1455 г., оба текста вместе стали первой в мире печатной книгой – Гутенберговской Библией (по имени первопечатника Иогана Гутенберга).

Текстуально и по смыслу Ветхий и Новый Заветы представляют разные религии: история, законы и содержание их намного отличаются друг от друга. Авторы Ветхого Завета закончили его написание до возникновения христианства и не могли предполагать, что их истории продолжатся рассказами о жизни Иисуса, рождённого на столетия позже. Одна из завершающих книг Ветхого Завета – Книга пророка Малахии – была написана в V веке до н. э., после возвращения евреев в Иерусалим из Вавилонского изгнания. За отход евреев от веры Бог обращается к ним с угрозой: «Вот, Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня, великого и страшного. И он обратит сердца отцов к их детям, и сердца детей к отцам их, чтобы Я, придя, не поразил земли проклятием».

В этой угрожающей фразе о Судном дне говорится о будущем появлении на Земле Сына Бога Христа для провозглашения царства Божия. Это было подхвачено в Новом Завете посланием Иоанна Крестителя, который и провозгласил Иисуса посланником Божиим – Мессией.

27. Интеллектуальное влияние Ветхого Завета Библии

Ветхий Завет Библии был написан древними еврейскими авторами, но уже более двух тысяч лет он остаётся самой популярной в мире книгой, которую читают на всех языках люди разных стран, национальностей и вероисповедований. Ценность любого текста кроется в мастерстве и в силе убедительности, которая способна привлекать читателей и направлять их жизненный опыт. Но для долговечности текста скрытые в нём идеи должны быть выражены так, чтобы они могли быть приспособлены к изменяющемуся опыту поколений – текст остаётся, но значение выраженных им идей может изменяться, сохраняя эффект человечности.

……………………………………….

Для того чтобы сделать доступным древний текст, к нему надо подходить особо, понимать его изнутри.

Уильям Девер

Мифологии Египта и Ближнего Востока складывались приблизительно в одну историческую эпоху. Мифы Греции сочинялись на тысячелетия позже. И в тех, и в других миф о сотворении мира был представлен по-разному. По египетскому мифу, в создании мира участвовали три бога – богиня неба НУТ, бог Земли ГЕБ и бог воздуха, дыхания и ветра ШУ; вначале богиня неба Нут и бог земли Геб были вместе в полном половом слиянии; она забеременела, и бог Шу отделил её от Геба и на руках поддерживал в воздухе; Нут родила звёзды, они распространились по её животу (см. 2-ю главу). По греческому мифу, из начального Хаоса произошла богиня земли Гея, которая породила бога неба – Урана, он взял землю себе в жёны, от них родились могучие титаны, от которых произошли боги Океан, Река, Солнце, Луна, Заря, Звёзды.

В Библии, создававшейся поздней, в самой первой истории возникновение мира описывается как творение единого Бога. Это единое начало – центральная тема Библии, она проходит через все истории, связывая их воедино. Возникновение мира было делом шестидневного творения Бога. Вначале Он сотворил рай и бесформенную землю, всё было погружено во тьму. Дух Бога летал над водой, и потом создал свет – день, и отделил его от тьмы ночи. Он создал небосвод, землю и воду, животных и человека.

Так загадочному возникновению мира авторы библейской интрепретации дали более простое и элегантное объяснение. В это было легче поверить. А затем последовали рассказы об эпизодах формирования еврейской нации под руководством и указаниями единого Бога. И все они исторически намного более обоснованны и описаны более жизненно и правдоподобно, чем мифы других народов.

С тех пор прошли тысячелетия, грамотность и образованность стали обычными атрибутами жизни, но люди всего мира продолжают читать всё те же тексты Библии. И многие из них (если не большинство) продолжают верить в библейский миф о сотворении мира. И даже те, кто в это не верит, по-прежнему находят эту и другие библейские истории интересными и поучительными.

Такая долговечность кроется в мастерстве и силе убедительности текстов Библии. Она до сих пор способна привлекать читателей и направлять их жизненный опыт. Для долговечности текста скрытые в нём идеи должны быть выражены так, чтобы их можно было сопоставлять с изменившимся опытом новых поколений: текст может оставаться прежним, но значение выраженных им идей должно изменяться для каждой исторической эпохи. Именно поэтому древний текст Ветхого Завета Библии тысячелетиями остаётся таким популярным чтением – выраженные в нём идеи обладают гибкостью и привлекательностью, их значение воспринимается по-новому от эпохи к эпохе.

Каждая рассказанная в Библии история, драматическая ситуация и каждый человеческий образ – это жемчужины творческих озарений и достижений. Если посчитать, сколько философских, исторических и художественных книг, сколько живописных полотен и скульптур, сколько симфоний и опер, кинофильмов и пьес – сколько всего прекрасного и поучительного создано на темы библейских сюжетов во всём мире, то окажется, что Ветхий Завет дал пищу для вдохновения более чем половине великих творений человеческого духа, даровал самую богатую основу западному интеллекту.

Часть библейских историй была собрана из ранних устных легенд и записей глубокой древности, другая часть сочинена позже.

Такова история о Всемирном Потопе. Она была кратко описана почти на тысячу лет раньше в шумерском эпосе о Гильгамеше. В Библии эта история, как известно, представлена как красивая и мудрая повесть, через образ благочинного безгрешного старца Ноя.

Теперь доказано, что большой Потоп мог быть действительным историческим фактом около 5000 г. до н. э., когда разрушилась перемычка суши между Босфором и Чёрным морем. Тогда воды Мраморного и Средиземного морей хлынули в сторону Чёрного (до этого оно было большим пресным озером) с такой скоростью, что ежедневно заливали по километру берегов теперешней Турции и Болгарии. В сельских поселениях люди гибли тысячами. Это событие вошло во многие народные эпосы. В библейском изложении оно служит только стержнем для истории с моралью. История образно и ярко рассказывает о людях, грешных и безгрешных, и указывает моральные нормы поведения.

Центральная история Ветхого Завета – Исход из Египта и возвращение народа в свою страну Ханаан. Она начинается с рассказа о младшем сыне патриарха Иакова – Иосифе Прекрасном. Его характер и судьба описаны так ярко, что это стало сюжетом для многих произведений искусства. Иосиф был любимцем отца и гордился этим перед старшими братьями. Он рассказывал им свои сны, и однажды ему приснилось, что все они у него в услужении. За это они бросили его в пустыне в засохший колодец. Отцу же сказали, что его убил лев. Однако Иосифа спас проезжий египтянин и увёз его в Египет. Там однажды он предсказал фараону, что его сон о тучных и тощих коровах означал, что грядут «семь лет тучных и семь лет тощих», поэтому следует делать запасы зерна. Всё так и произошло, и фараон сделал Иосифа своим визирем – самым могущественным человеком в Египте (миф о «семи годах тучных и семи годах тощих» был заимствован из гораздо более ранней мифологии Ближнего Востока).

Исторически отношения евреев с Египтом были сложными с самого их обоснования на земле Ханаанской. Это тоже отражено в Библии. Многие территории Ближнего Востока тогда входили в сильный Египет, он был природно богаче Ханаана. Поэтому отдельные семитские племена могли часто временно переселяться в Египет, спасаясь от голода. Но в Библии это усилено фактом переселения целого народа.

Согласно Библии, после смерти Иосифа и смены многих фараонов евреи на несколько веков оказались рабами Египта. То, что они смогли уйти оттуда, стало главным событием их истории – Пасхой, которая празднуется каждый год.

Считается, что исторически это могло происходить во времена фараона Рамзеса II (1290–1224 гг. до н. э.), но было включено в Библию не ранее VI в. до н. э. – почти через шестьсот лет после событий.

Египет с древности известен записываемой историей: на каменных памятниках-стелах были досконально отражены многие основные события истории страны, битвы и успехи её фараонов. Самое первое упоминание о существовании израильтян было найдено на одной из черных гранитных победных стел фараона Мернефа (1224–1211 гг. до н. э.), который правил уже после Рамзеса И. Оно читается так: «Израиль простёрт обширно, но не богат зерном». Но до сих пор не найдено записи о том, что целый народ был в рабстве внутри страны. Если бы имело место многовековое рабство народа, оно было бы отражено хоть в каких-нибудь записях и изображениях (Рис. 27-1).

Рис. 27-1. Изображение семитов (предположительно евреев), уведенных в рабство; роспись на египетской стене, 1000-е годы до н. э.

За долгую историю отдельные племена израильтян много раз поселялись в Египте и возвращались обратно. Некоторые из них оставались там надолго или навсегда, вели торговлю и служили в египетской армии. В одной из записей XIII века на папирусе обнаружен исторический факт добровольного ухода из Египта небольшой группы израильтян; вторым фактом было насильственное изгнание другой группы израильтян. Возможно, исторически это были незначительные факты – доказать это нельзя. Но авторы Библии писали не историческую, а религиозную правду. К древнему тексту Библии надо подходить особо, уметь читать его «изнутри». Если вникнуть в этот текст глубоко, то видно, что авторы создали изумительную по моральной глубине и художественной выразительности историю.

Руководитель Исхода Моисей (предположительно, XIII–XII века до н. э.) стал самым важным пророком в истории и религии еврейского народа. Он описан как избранник Бога, услышавший Его голос. Этот голос сказал ему, что он избран для спасения своего народа. Выводя евреев из египетского плена, Моисей сорок дней постился на горе Синай и спустился вниз, неся каменные доски (скрижали) с написанными первыми законами евреев. Но он обнаружил, что в нарушение основного правила религии, люди без него стали молиться идолу – «золотому тельцу». В гневе на нарушителей Моисей даже разбил две доски с записями. Бог потом дал ему их во второй раз, но только после второго сорокадневного поста. Это мифологическое описание тоже носит фольклорный характер.

Ничего подтверждающего существование Моисея и его пути из Египта в Ханаан пока не обнаружено. Авторы Библии использовали в истории о нем некоторые существовавшие ранее поэтические источники. В возрасте трёх месяцев он был спасён от массового убийства еврейских младенцев: родители пустили его плыть в плетёной корзине по протоку Нила. Там, в воде, его нашла дочь фараона, усыновила и дала ему имя Моисей – египетского происхождения (оно означает «спасённый из воды»). Она воспитала Моисея египетским аристократом. Подобная история была описана ранее в шумерском предании о Гильгамеше и в мифе о младенцах Реме и Ромуле, основателях Рима, в римской мифологии.

По описанию в Библии, Моисей был полон сомнений и даже перед лицом самого Бога старался отказаться от избрания на миссию руководства, но Бог настоял на своём. В этом конфликте показано очеловечивание Бога, хотя Он и способен иногда прикрываться горящим кустом. Его мотивации, поступки и поведение – чисто человеческие.

Десять раз Моисей добивался у фараона: «Отпусти народ мой» и получал отказ. После каждого отказа Бог насылал на Египет «казни египетские» – ухудшения условий жизни. И фараону пришлось согласиться. В этой части Книги Исход её авторы приводят такой эпизод: Бог дал евреям совет – накануне бегства одолжить на время у египтян побольше ценностей, золотых и серебряных блюд, и бежать с ними. Это говорит о тесных отношениях между евреями и египтянами, не характерных для отношений рабов и хозяев. А может быть, Бог хотел проучить египтян за притеснения евреев? Или это простое «очеловечивание» Его мыслей и поступков?

Бегство еврейского народа из Египта оказалось тяжёлым и опасным. Когда они убежали, обманутые ими египтяне кинулись вдогонку, чтобы вернуть дорогие вещи. И вдруг путь бежавшим преградили воды Красного моря. Но Бог сотворил одно из самых своих поразительных чудес: перед евреями воды моря отхлынули, а когда они прошли на другой берег, а следом побежали египтяне, воды опять нахлынули и потопили их.

Этот фантастический эпизод – предмет многих описаний и картин. Историки, геологи и геофизики много лет пытаются доказать, что нечто подобное могло произойти в одном из морских заливов или в одной из рек во время землетрясения. Скорее всего, авторы Библии показали этим чудом свою интерпретацию события – она выгодна для показа любви Бога к избранному им народу. Само событие было только стержнем, важнее было показать, что Бог помог народу спастись. Вымысел – но и религиозная правда.

Тяжёлые испытания выпали на их долю за сорок лет странствования от Египта до Земли Обетованной. Почему для этого понадобилось сорок лет? Даже в те времена для такого путешествия достаточно было нескольких месяцев. Этот выбранный авторами Библии срок подчёркивает мудрость идеи Бога и его пророка Моисея: за сорок лет странствования евреи, которые в Египте привыкли быть рабами, сменятся новыми поколениями; тогда они придут на свою землю новыми людьми – свободными от рабства.

Рис. 27-2. Статуя «Моисей» Микеланжело, изображающая его со скрижалями, полученными от Бога.

Как бы ни интерпретировать реальность Исхода и существования самого Моисея, вся сложная история и сам его образ описаны необычайно ярко и жизненно. Во всём мире об этом написаны тысячи исторических работ, книг, создано множество картин, скульптур и музыкальных произведений. В знаменитой скульптуре Микеланджело «Моисей» он представлен со скрижалями – заповедями, полученными от Бога, в его лице и позе выражено смешанное чувство решимости, сомнений, смелости и неуверенности (Рис. 27-2).

Основа Ветхого Завета – это сочетание морального кодекса с ранним и наиболее полным сводом исторических событий. Как любое литературно-историческое произведение Библия впитала в себя сюжеты, описанные ранее в мифологиях и эпосах других народов. Но мастерство авторов Библии в том, что они сохраняли только их основы – придав всем сюжетам другую мораль и более образное и яркое выражение.

В четырёх Книгах Царств Ветхого Завета описывается время правления первых царей в земле Израилевой – Саула, Давида и Соломона (приблизительно в 1000—900 гг. до н. э.). Едва ли не самые яркие образы библейских царей – это образы Давида и Соломона. Описания их жизней проходят через несколько книг Библии и, судя по стилю, созданы одним автором. Он представил в них историю раннего периода израильской цивилизации. Самые ранние источники этих описаний могли относиться к 900-м годам, то есть к периоду до существования «отца истории» грека Геродота. Книги Царств созданы с таким высоким историческим и литературным мастерством, что если бы их автор был известен, то его, а не Геродота, можно было бы считать «отцом истории».

В сознание еврейского народа истинность существования двух этих царей вошла так же прочно, как герои греческих мифов вошли в сознание греков. Предположительно, царь ДАВИД жил в 1060—970 гг. до н. э. Хотя о том времени существует много документальных памятников, но сведений о нём самом не осталось. Первая и самая известная история о Давиде – это легендарная победа над филистимлянским великаном Голиафом. Давид был простым пастухом, рыжеволосым 17-летним юношей невысокого роста, но сумел броском камня из пращи победить врага Голиафа, который, по описаниям, был выше двух метров. Этим Давид прославил себя. Царь Саул ревновал к его славе, но видел, что Бог был на его стороне. К тому же, Давид с юности был известен как поэт и музыкант (о нём сказано – «сладкозвучный песнопевец Израиля»). Давид женился на дочери царя, однако царём он стал путём интриг. Он правил в то время, когда израильтяне хитростью научились от филистимлян производить железное оружие. Давид захватил небольшое холмистое поселение «Иерусалим» и основал в нём столицу Израильского царства. Он был великим воином и объединителем всей страны. Автор придал ему разноплановые черты, представив противоречия в образе многогранного человека. Великий царь, он в то же время описан как деспот и обольститель, в жёны он брал дочерей соседних царей – неевреек, нарушая один из основных законов.

Образ Давида описан так жизненно и правдиво, что это вдохновляло великих мастеров Возрождения: Микеланджело, Бернини создали знаменитые скульптуры Давида (Рис. 27-3).

Рис. 27-3. Статуя «Давид» Микельанжело, изображающая юношу пастуха Давида перед победой над великаном Голиафом.

Сын Давида царь СОЛОМОН (предположительно 974–937 гг. до н. э.) по материнской линии не был евреем. Это противоречило еврейскому закону о признании веры и национальности и парадоксально должно было бы поставить его в положение не признаваемого ортодоксальным иудаизмом. Его смуглая мать Батшева (в русской традиции Вирсавия), из соседнего Хеттского царства, жена полководца, приглянулась узурпатору Давиду. Он устранил мужа и взял её в жёны. Вирсавия потом, путём интриг, сумела сделать Соломона царём, хотя он был вторым сыном.

Если эта история и сочинена, то очень правдоподобно, как все другие в Библии. Соломон был первым в истории образом правителя-интеллектуала. Разносторонностью талантов он превосходил отца и всех правителей. Под его правлением 800-тысячное Израильско-Иудейское государство достигло благополучия и культурного становления. Он был эффективным администратором, строителем знаменитого Первого Храма еврейскому Богу (Рис. 27-4), был мудрецом, успешным воином и великим любовником семисот жён и трёхсот рабынь. Всё, чего он касался, превращалось в золото. Это был идеальный образ царя. Но вместе с тем автор показал, что Соломон насильственно принуждал израильтян к работам, облагал высокими налогами, и с их стороны это порождало недовольство и сопротивление царю. К тому же, он молился не только еврейскому Богу, но и другим богам, перешедшим из присоединённых и соседних стран. Это грубо нарушало основу договора между еврейским Богом и избранным им народом. Но это описано не как факт измены вере, а как свидетельство дипломатической мудрости Соломона – он был искуснейшим дипломатом и делал эти «мелкие уступки» соседям для поддержания благополучия своей державы.

Рис. 27-4. Макет Первого израильского Храма, построенного царем Соломоном около 900-х гг. до н. э., первого в мире массивного каменного религиозного строения. По легенде построен архитектором Хирамом.

При гиперболическом воспевании «идеального царя» Соломона в Библии объективно указан отрицательный момент его царствования: со всей его мудростью, Соломону не удалось предотвратить распад государства. После его смерти страна распалась на две части: Иудею, со столицей Иерусалимом, и Израиль, со столицей Самарией. Его сыновья оказались слабыми правителями. Это привело к ослаблению и междоусобицам и трагически повлияло на всю последующую историю еврейского народа. Библию надо уметь читать изнутри, различать скрытый поучительный подтекст этой истории: ошибку царя-мудреца можно понять как желание автора показать, что всякой мудрости есть предел.

Давид и Соломон представлены в Библии ещё и талантливыми поэтами.

История их жизней была описана через века после их предполагаемого существования, и автор представил царей как первых в истории поэтов. Логично предполагать, что автор, сам обладавший незаурядными литературными способностями, тем самым хотел подчеркнуть любовь еврейского народа к поэзии.

Царь Давид писал псалмы, и как образец его творчества можно привести ПСАЛОМ 8-й: «Господи, Боже наш! как величественно имя Твоё по всей земле! Слава Твоя простирается превыше небес! Из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу, ради врагов Твоих, дабы сделать безмолвным врага и мстителя. Когда взираю я на небеса Твоя – дело Твоих перстов, на луну и звёзды, которые Ты поставил, то что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его? Не много Ты умалил его пред Ангелами: славою и честью увенчал его; поставил его владыкою над делом рук Твоих; всё положил под ноги его; овец и волов всех, и также полевых зверей, птиц небесных и рыб морских, всё приходящее морскими стезями. Господи, Боже наш! Как величественно имя Твоё по всей земле!»

Предполагается, что это было написано позже царя Давида – не в X, а в V веке до н. э., но псалом является высоким образцом поэтичного изложения.

Царь Соломон тоже писал псалмы, пословицы и притчи – наставления, обращённые к сыновьям. Но более всего известны приписываемые ему строки Песни Песней – названной так по-гречески. Эта Песнь, состоящая из двухсот строк любовной лирики, – украшение, но и загадка Библии. Нет представления о её происхождении, о времени создания и о связи с остальным текстом Библии. Песнь Песней была сочинена не ранее IV–III веков до н. э. и внесена в поздние переписки текста. Авторство Соломона приписывалось ей лишь потому, что в ней упомянуто его имя. Уже в Средние века один из переписчиков разделил их на восемь главок, и так это и осталось во всех изданиях. Скорее всего, Песня Песней была вставлена авторами Библии только потому, что это – образец прекрасной поэзии.

Библия с самого начала была и осталась литературным произведением сотен, а может быть и тысяч интеллектуалов еврейского народа. И хотя в ней не всё соответствует исторической правде, но по глубине интеллектуального влияния на многие поколения людей, Ветхий Завет Библии, как морально-исторический кодекс древности, стоит в основе общечеловеческой культуры.

Потом Песнь Песней перешла во все последующие переписки и издания Библии и стала источником книг, рассказов, поэм и рисунков. В переводных изданиях Библии стихи Песни Песней приводятся обычно в прозаическом переводе с древнего иврита. Аллегория и образы той эпохи были абсолютно отличны от нашего времени, и понимать их выражения современному человеку трудно. Но я попытался выборочно перевести некоторые из тех стихов на язык современной поэзии:

Ласки уст твоих лобзанья

Слаще лучшего вина,

Девы мира с обожаньем

Твои ласки пьют до дна;

Я черна, но я красива,

Как Киндарские шатры,

Соломоновые нивы —

Обаянье красоты;

Я смугла, и мне за это

Виноградники стеречь,

Только ночью, до рассвета,

Не смогла я свой сберечь.

Замани меня в свой терем,

В царский свадебный чертог,

Все в любовь твою мы верим,

Кто б любить тебя не мог!..

Ты стройна, как кобылица,

Я скажу тебе, любя:

Фараона колесница

Ждёт, любимая, тебя.

Я унёс тебя с застолья,

И легли мы у реки,

Наше ложе – зелень поля,

Кипарисы – потолки.

….

Оглянись, оглянись, Суламита,

Будем мы любоваться тобой.

Среди дев ты одна знаменита

Стройных ножек своих красотой;

Нежных бёдер твоих округленье,

Как искусство художника рук,

Как прекрасно цветов ожерелье

Что тебя обнимает вокруг

И живот твой, как круглая чаша

С ароматным и сладким вином;

Никого, Суламита, нет краше

И желаннее нету кругом.

Два сосца твои – словно козлята,

И прекрасны, как серны они,

Твоя тонкая шея поката,

И глаза твои – словно огни.

Стан твой пальмы высокой стройнее,

Завлекла ты царя красотой,

От любви и желанья хмелея,

Мы пойдём в виноградник с тобой…

Мне под голову левую руку

Положил он, а правой рукой

Преподнёс мне любови науку,

Обучил меня страсти хмельной…

(Переводы Владимира Голяховского)

Уже много веков библейские Песни Песней остаются непревзойдёнными по красоте своего первоначального текста (переводы дают лишь отдалённое представление).

28 Вечные этруски и их влияние на развитие Рима

Одновременно с формированием греческих городов-государств и ещё до расцвета эллинской цивилизации на севере Апеннинского полуострова (Италия) формировалась страна Этрурия, в которой жил народ этруски. У них была развита культура, но следов её осталось мало и они были почти забыты. На самом же деле, этрусская культура была погребена под наслоениями более яркой и сильной страны – Рима. Культура этрусков во многом стимулировала развитие будущей сильной Римской империи.

…………………………………….

Есть тайна мира в том, что всё былое, не умирая, может скрыться. Оно лишь прячется от глаз, чтобы потом опять явиться.

Ралъф Эмерсон

От зачинателей греческой цивилизации остались эпосы Гомера и поэмы Гесиода, от зачинателей еврейской цивилизации осталась Библия. В ту же эпоху, в первом тысячелетии до н. э., сформировалась ещё одна цивилизация – этрусская. Этруски имели письменность, но не оставили после себя записанной истории. Всего только триста слов расшифровано из их языка, который был не похож ни на один другой древний язык на территории теперешней Италии. И про них самих две тысячи лет почти ничего не было известно. Культура этрусков долго считалась потерянной. Но на самом деле, она была лишь скрыта: достижения этрусков крылись, в буквальном смысле слова, под пластами достижений культуры Римской империи – в толще новых слоёв земли и новой цивилизации. Однако само развитие Римской империи не могло бы начаться без влияния этрусков. Каждая история начинается с предыстории – так, римская предыстория крылась в забытой цивилизации этрусков, пока её не обнаружили в эпоху Возрождения. Но и этрусская, в свою очередь, скрывала более раннюю цивилизацию.

Во 2–1 тысячелетиях до н. э. лесистая и холодная Европа была недостаточно приспособлена для оседлой жизни земледельцев. В поисках благоприятных условий племена самнитов, сабинов, умбров, осков и латинян, смешанные с пришельцами – кельтами, мигрировали южней и перешли через суровые Альпийские горы на богатые плодородные земли Италии. Слово ИТАЛИЯ происходит от греческого VITELIU, что означает «страна разведения скота»: средние и южные земли там издревле славились скотоводством и коневодством. На западном побережье Италии земля была удобрена многовековой золой вулканов и давала богатые урожаи. Этот район был также богат рудами металлов – меди, цинка и железа. Поэтому там впервые зародилась культура изготовления железных инструментов и оружия. Эту технологически более развитую культуру открыли лишь в 1853 г. при раскопках захоронений в древнем поселении Вилланова, под городом Болонья, и назвали «КУЛЬТУРА ВИЛЛАНОВА».

Этруски явились на итальянскую землю около 900–500 гг. до н. э. Откуда они явились – неизвестно. Историк Геродот считал их пришельцами из Лидии (теперешней Турции), а поэт Гесиод считал их детьми греческого героя-мореплавателя Одиссея. Их и называли «людьми моря», потому что они якобы приплыли на кораблях. Этруски, очевидно, смешались с местным населением, осели в плодородных долинах Этрурии (современная Тоскана) и стали распространяться на юг и на северо-восток – от реки Тибр до реки Арно. Они быстро научились использовать все преимущества новой для них природы, освоили производство железного оружия и бронзовых украшений. Их цивилизация оформилась к 700-м годам, они построили десятки городов, первыми начали прокладывать каменные дороги и наводить каменные мосты. Так они заменили культуру Вилланова своей. Один из этрусских городов – АДРИЯ – дал название Адриатическому морю.

Рис. 28-1. Металлическая фигура «Химера» этрусского изготовления, показывающая высокое мастерство металлургов и богатую фантазию скульпторов.

Завоёвывая новые земли, этруски столкнулись на юге с колониями более сильной Греции. Они начали торговлю с греческими городами и благодаря этому впитали в свою культуру многое от греков, особенно в скульптуре и в обработке бронзовых украшений. Раскопанные археологами следы культуры этрусков говорят о довольно богатой жизни, о любви к праздникам, о развитии металлургии (Рис. 28-1), о достижениях в скульптуре, об изготовлении тканей и красок и о самом раннем в Европе мастерстве настенной живописи (фресках). Но при всём развитии, своего единого государства этруски так и не образовали, их города были связаны только общим языком и общей религией. Главным в их религии было поклонение богам, правителям загробного царства (Рис. 28-2).

К 600-м годам этруски стали доминирующей силой и их царь Порсена завоевал соседей на юге – латинян и сабинян. Там, на заболоченном берегу Тибра, на месте будущего Рима стояли латинские поселения. Его жители сопротивлялись захватчикам, и Порсена снёс их дома. Латиняне гибли от голода. Тогда Порсена повелел снабжать их едой бесплатно[19].

Рис. 28-2. Этрусское настенное изображение бога подземного царства.

После покорения этих племён этруски сформировали несколько латино-сабинянских поселений в один город. Они обнесли его стеной вокруг холма, который потом назвали Капитолийским, построили первые каменные дома и храмы, и провели в городе главную дренажную систему – Cloaca maxima (Отводной канал).

Эта дренажная система существует и работает в Риме до сих пор – две с половиной тысячи лет. Этруски помогли жителям осушить болота и создать площадь для сборов – ФОРУМ. Новому городу дали этрусское название – РИМ.

В более поздней римской легенде рассказывалось, что латиняне победили и отогнали Порсенуи что название поселения ещё ранее было Рим. По мифологическому преданию, Рим основали потомки греческого героя Троянской войны ЭНЕЯ – близнецы-братья РОМУЛ и РЕМ в 753 г. до н. э. Их мать Рея Сильвия, дочь царя Нумитора, потомка Энея, была изнасилована богом войны Марсом и родила двойню. Нежеланных детей уложили в плетёную корзинку и пустили плыть по Тибру[20]. На извилине возле холма Палатин их спасла волчица. Она кормила их своим молоком, пока их не взял к себе пастух. Когда Ромул и Рем выросли, они в 753 г. основали Рим. Правда, в споре – кому из них быть царём, Ромул убил Рема.

Основатели

Ромул и Рем взошли на гору,

Холм перед ними был дик и нем.

Ромул сказал: «Здесь будет город».

«Город, как солнце», – ответил Рем.

Ромул сказал: «Волей созвездий

Мы обрели наш древний почёт».

Рем отвечал: «Что было прежде,

Надо забыть, глянем вперёд».

«Здесь будет цирк, – промолвил Ромул, —

Здесь будет дом наш, открытый всем».

«Но надо поставить ближе к дому

Могильные склепы», – ответил Рем.

Николай Гумелев

Почти сто лет, с 616 до 509 г. Римом правил этрусский род царей Тарквиниев. За это время они обучили римлян производству железного оружия и дали им свой алфавит, основанный на греческом. В языке этрусков не было звука «Г», они заменяли его звуком «Ц». Так получилось, что вместо начальных букв греков – Альфа-Бета-Гамма, этруски говорили и писали – Алфа-Бета-Ци. Это перешло в звучание латинского языка и навсегда осталось в его алфавит как «А, В, С».

У менее развитых латинян уже тогда проявлялась характерная на все века способность перенимать и развивать достижения других. Латиняне Рима многое переняли от этрусков – овладели искусством скульптуры и даже переняли традицию гладиаторских боев. Остаётся неизвестным – почему они не переняли ни язык, ни религию этрусков.

Впоследствии один из римских императоров Клавдий I (правил в 41–54 гг. н. э.) писал историю этрусков, но рукопись пропала в веках. Есть легенда, что седьмой этрусский царь Рима Тарквиний Гордый был деспотом, и в 509 г. римляне лишили его власти и объявили Рим республикой со своими законами, начертанными на каменной глыбе. Эта глыба простояла многие века, и граждане Рима обязаны были знать написанные на ней законы наизусть. С самого начала Римской республикой правили два избираемых консула и сенат. Один консул выбирался от аристократии, другой – от плебеев. Идея высшей власти сохранялась в слове EMPORIUM – ИМПЕРИЯ.

В 396 г. римляне полностью завоевали всю страну Этрурию, хотя некоторое время этруски ещё сохраняли свою культуру. Племена смешивались, и люди ещё не выглядели, как будущие римляне. Судя по скульптуре и настенным изображениям, этруски были невысокими, с лицами восточного типа и узкими глазами. Откуда взялся классический латинский тип высоких блондинов с удлинёнными лицами и прямыми длинными носами? В 390 г. до н. э. с севера Европы на Рим напали высокие блондины и агрессивные воины ГАЛЛЫ – хорошо организованная военная сила. Эти блондины на время завоевали Рим и наложили на него высокий выкуп. За шестьдесят лет фактической оккупации галлы терроризировали всё население вокруг, делали женщин своими наложницами и таким образом добавляли римлянам свои гены. От смешения этрусков с галлами произошла новая нация РИМЛЯНЕ – высокие блондины с прямыми носами. В 338 г. римляне сумели победить и изгнать галлов и объединили под своей властью и протекцией всю Этрурию.

Символом Рима позже стала бронзовая фигура волчицы, тоже изготовленная этрусками. Она лучше всего передавала агрессивную сущность мощного города. Два младенца, сосущие сосцы волчицы, – Ромул и Рем – были добавлены к скульптуре уже в эпоху Возрождения. (Рис. 28-3).

С древних времён существовала римская поговорка: «Все дороги ведут в Рим». Строить дороги и мосты, как и производить железное оружие, римляне научились у этрусков. Они рано поняли значение проложенных дорог для своих будущих завоеваний. Первая дорога – Виа Аппия – была проложена римлянами в 312 г. до н. э. и функционирует до сих пор. Вскоре после неё была проложена 600-километровая каменная дорога до Адриатического моря – такой же символ Великой Империи, как волчица – символ самого города (Рис. 28-4).

Рис. 28-3. Бронзовая статуя волчицы в Риме была изготовлена этрусками и стала эмблемой города Рима, намного позднее к ней добавили фигуры двух братьев Ромула и Рема.

Рим, расположенный на юге Этрурии, был торговым центром этрусков и торговал с Грецией. Так римляне впервые вошли в контакт с эллинской цивилизацией. Постепенно римляне почти полностью переняли её религию, переименовали греческих богов, дав им латинские имена, и приняли их мифологию. Новая религия могла казаться римлянам более привлекательной, потому что была свободна от сурового доминирования религии этрусских подземных богов. Греческая религия приближала богов к человеческому образу, боги имели все человеческие достоинства и недостатки. Но самое главное – она давала свободу, не являясь властью, довлеющей над гражданами. Поэтому можно считать, что она во многом способствовала росту и силе Рима.

Рис. 28-4. Карта Европы, показывающая торговые пути и распространение культурного влияния этрусков в VIII–VI веках до н. э.

За восемь веков Римская империя разрослась на 10 тысяч км с запада на восток и почти на 3 тысячи км с севера на юг. По её территории было проложено триста дорог, избороздивших Западную Европу, Ближний Восток и Северную Африку, и все они вели в Рим. По ним конный гонец, сменяя лошадей, мог промчаться за одни сутки 250 км. Многие из этих дорог стали основанием для современных трасс. В Древнем Риме уже имелся размноженный рукописный путеводитель дорог.

В 260-е годы Рим вступил в местные войны с греческими колониями в Италии, а к 146 году до н. э. сумел полностью завоевать Грецию. К тому времени римляне уже были лучшими в мире воинами, строителями и скульпторами. Получив основы своей культуры от этрусков, они ещё обогатили свой интеллект заимствованиями литературных и философских достижений греков. Культура побеждённой Эллады навсегда пленила Рим.

Это отразилось на многих сторонах интеллектуальной жизни Рима, но особенно ярко выразилось в красоте его архитектуры – у образованных римлян появился вкус к пышности. Первый римский Форум, украшенный мраморными колоннами, скульптурами и храмом Венеры, был построен в Риме по указанию и под наблюдением ЮЛИЯ ЦЕЗАРЯ в 56–54 годах до н. э. После него другие императоры построили рядом ещё четыре форума, один пышней другого, украшенные триумфальными арками, колоннами и статуями[21].

Этрусков назвали вечными уже в Новейшее время – очевидно, за новое открытие их культуры спустя почти вечность. Но основанный ими Рим стал действительно Вечным городом. Он строился тысячу лет – с VI века до н. э. и до VI века н. э. Много раз он горел, страдал от землетрясений и разрушался от нашествий варваров. Дважды он даже переставал быть столицей – она была перенесена в Константинополь, а потом временно в Равенну. Но Рим вновь восставал из пепла, перестраивался и процветал.

Выросшая на плечах этрусков Римская империя навсегда осталась в истории как самое сильное государство. Древний Рим сумел победить воинственные племена почти всей Европы, сумел выстоять все разрушения и более чем полтысячелетия оставался интеллектуальным центром западного мира – до того, как в нём распространилось погубившее его христианство.

29. Эпоха римской цивилизации и вклад Древнего Рима в развитие западного интеллектуализма

Если вклад греков в цивилизацию был в основном мыслительным и духовным, то вклад римлян был организационно эффективным и практическим.

Джон Робертс (британский историк)

Место и значение Рима в его ранний период

Греческая цивилизация впервые дала плеяду интеллектуалов, известных по именам, создавших образцы античной литературы и искусства, свободную от религиозных догм философию, и начавших пробуждение научной мысли. Этим они дали импульс возникновению западного интеллектуализма. В 146 г. до н. э. Греция была завоёвана Римом, произошло её полное истощение. В греческом обществе царили разочарование, скептицизм и фатализм. Но этот распад прежнего единения и величия не означал истощения интеллектуальных сил. Влияние великих эллинов ещё два века продолжало давать новых мыслителей и учёных, в основном в Александрийской школе, а потом и в Риме. Римская цивилизация получила от Греции такой большой запас интеллектуального питания, что римлянам хватило на несколько веков осваивать и развивать его: Рим воспринял в себя веру в греческих богов, мифологию, философию, науки и искусства Эллады.

Но римская цивилизация развивалась в другую эпоху – наступил новый виток жизни с бурным ростом населения. Римляне учились у греков, но сами они были людьми другой породы, с технически более развитой культурой. Рим сумел приспособить достижения эллинизма к своим традициям и условиям и распространил их на больших территориях среди многих завоёванных римлянами полудиких народов. Это создало благоприятные условия для прогресса, развития и распространения западного интеллектуализма.

Римская цивилизация была второй по продолжительности после египетской. Она существовала восемьсот лет (египетская жила более двух тысяч лет). Мощный Рим являлся центром нового мира. Его географическое положение в центре Средиземноморского бассейна позволяло ему распространять влияние на западную и на восточную части густонаселённых территорий Европы, Ближнего Востока и Северной Африки.

Сам Рим вырос в громадный город – источник интеллектуальных сил. Завоёвывая новые страны, римляне повсюду прокладывали дороги и строили военные поселения, которые потом становились городами – очагами культуры. Росло число профессионалов всех видов человеческой деятельности, включая профессионалов-политиков. Наступила эпоха возросшего уровня общего образования, она во многом способствовала появлению новой плеяды интеллектуалов. Так завоевания Рима создали основание будущего западного мира. И над всем этим возвышалось главное достижение римской цивилизации – возникновение нации нового типа, римской нации поразительно энергичных и способных людей.

Интеллектуалы раннего римского периода

В 272 г. до н. э., во время одного из первых нападений Римской республики на Грецию, они захватили город Тарент и увели в плен его жителей. Среди них был местный школьный учитель Ливий Андроник (284–204 гг. до н. э.). Как всех, в Риме его продали в рабство, но скоро он был освобождён. Можно предполагать, что освобождение было дано ему за его интеллектуальные способности, потому что римские аристократы уже тогда начинали ценить эллинскую культуру и приобщаться к ней. Зарабатывая на жизнь, Ливий преподавал римлянам греческий язык. Но одновременно с этим он выучил латынь. Тогда это ещё был язык аграрного и военизированного римского общества, намного бедней греческого, который активно перенимал греческие слова и стиль изложения. О личности Ливия известно очень немного, но, очевидно, прежде всего он был просветителем, потому что перевёл на латинский язык «Одиссею» Гомера. Правда, сделал он это в форме развлекательных «сатурнальных» стихов – так это было понятней малообразованной римской публике. Он также писал на латинском языке гимны, трагедии и комедии по греческому образцу. Сохранились только фрагменты его творчества, но греческий интеллектуал Ливий Андроник стал первым просветителем римлян и остался в истории, как «отец римской драматургии и эпической поэзии».

Первая известная рукопись на латинском языке относится к 240 г. до н. э. Этот свиток папируса был переводом греческих комедий и трагедий для фестиваля театральных постановок. Римлянин Квинт Энний (239–169 гг. до н. э.) был первым латинским эпическим поэтом. Он знал греческий язык, преподавал его аристократам, обогащая их лексику. В своём творчестве он ввёл в латинскую поэзию гомеровский размер шестистопного гекзаметра.

Первый римский драматург Тит Плавт (250–184 гг. до н. э.) был автором 20 популярных комедий. Они пережили века. На сюжет одной из них, «Два Менехма», Шекспир в 1592 г. написал свою «Комедию ошибок». Как образец их использовал и Мольер. Даже американский мюзикл 1962 г. «Смешные вещи творятся на пути к форуму» написан на основании комедии Плавта «Нищий солдат».

Кнай Наэвий (приблизительно 264–200 гг. до н. э.), плебей по происхождению, сражался в римской армии и сочинил на латинском языке эпические поэмы, отражавшие события Пунических войн.

Комедиограф Теренций (190–159 гг. до н. э.), родом из Карфагена, был продан в рабство римскому сенатору, который дал ему образование и отпустил на свободу. Сохранились шесть его комедий. Это были переработки комедий известного греческого драматурга Менандра (343–291 гг. до н. э.).

Особое место в римской лирической поэзии занимает Катулл (84–54 гг. до н. э.), автор 116 любовных стихотворений, посвящённых женщине по имени Лесбия. Они во многом предвосхищают любовную лирику первого поэта раннего итальянского Возрождения Франческо Петрарки. В своих политических стихах аристократ Катулл критиковал Юлия Цезаря. Первые появления литературных дарований Рима были несомненным знаком пробуждения интеллектуализма. Всё больше пленных и свободных греков оседали в Риме, и римляне многому учились у них, с этим рос уровень интеллектуальных интересов аристократии. Образованные римляне знали два языка – латинский и греческий, читали произведения греческой классики и развивались подобно ранним грекам.

Но приобщение к эллинской культуре приветствовали не все. Одним из идеологических противников этого был первый римский историк Катон Старший (234–149 гг. до н. э.) – колоритная и типичная фигура римлянина эпохи раннего периода республики. Катон вырос на бедной ферме и на всю долгую и богатую событиями жизнь остался поборником староримских нравов. Он участвовал в двух Пунических войнах против Карфагена, был полководцем, сенатором и дослужился до высокого звания цензора (в сенате было только два цензора). Он был успешным бизнесменом, создателем первого банковского центра в Риме – ссужал деньги под проценты и на этом разбогател.

Катон горячо выступал против эллинского влияния на римское общество, считая, что оно ослабляет верхушку Рима. Он восставал против роскоши, развращающей патрициев, считал традиции римской суровости выше греческого интеллекта. Сохранились 80 текстов его речей. Выступая против общего течения, он сорок раз попадал под общественный суд, но как блестящий оратор и полемист успешно себя защищал.

Катон поздно стал учить греческий язык, но хорошо знал широкие возможности латыни и был первым автором латинской прозы. На латыни он написал первый научный трактат – «О земледелии», практическое руководство с пропагандой выгодных методов разбогатеть в латифундиях, фермах. Он рекомендовал культивировать виноград, оливы и зерновые, развивать поголовье овец (для получения шерсти) и коров (для получения молочных продуктов). Это стало инструкцией в сельском хозяйстве на века, из его трактата во все языки вошли слова «аграрная культура».

Катон стал первым римским историком, написав на латинском языке историю Рима «Начала». Этот большой труд на семи свитках (теперь сказали бы – в семи томах) распространился после его смерти, стал популярным чтением многих поколений римлян и вдохновил многих на описание римской истории. Из «Начал» остались лишь 143 коротких фрагмента, по которым можно судить, что они имели большую историческую и литературную ценность. В 153 г. (или в 157 г.) Катон был послан в Карфаген для дипломатических переговоров. Карфаген, бывшая колония Финикии, разросся и разбогател, стал сильным государством и завоёвывал земли в бассейне Средиземного моря. Рим уже два раза, с переменным успехом, вёл с ним войны за зоны влияния. Катон видел стремительное развитие города и его опасную для Рима силу. Он осознал, что это основной противник для римского будущего. С тех пор каждую свою речь в сенате он заканчивал словами: «Cete-rum censeo Carthaginem esse delendam» («Что бы ни было, но Карфаген должен быть разрушен»). Эта фраза вошла в поговорки во всём мире, но в ней было и глубокое политическое предвидение. Сам Катон не дожил до падения Карфагена, но его призывы создали в сенате необходимое настроение, и Рим повёл против Карфагена прямую войну на уничтожение, победил и снёс его с лица земли в 146 г. Эта важная победа дала Риму путь к господству в Европе, Африке и Азии.

Катон написал для своего сына первую римскую «Энциклопедию» с описанием наук и ремесел. Он был тестем Брута – будущего убийцы великого римлянина Юлия Цезаря. Очевидно, в семье жил культ непримиримости и противоборства любому прогрессу.

Римлянин Непот (99–25 гг. до н. э.) был автором трёх томов «Хроники» и первой известной серии «Жизнь замечательных людей», из которой сохранились 25 описаний, в том числе жизни Катона и другого знаменитого римлянина – Цицерона. Непот был автором первой известной книги анекдотов «Exempla».

В интеллектуальном мире Древнего Рима большим успехом стали пользоваться труды по истории. Нам неизвестна вся плеяда знаменитых историков, но самым выдающимся был Тит Ливий (59 г. до н. э. – 17 г. н. э.), автор 142 исторических томов периода от 753 до 167 гг. до н. э. – от основания Рима. Из них сохранилось 35 томов (рукописей на пергаментных свитках). Хотя Ливий писал уже во времена первого императора Августа, но описывал древнюю историю. Поразителен объём его работы – он писал по три книги в год. Его «История» служила источником трудов множества историков всех стран Европы вплоть до XVIII века. Поскольку она несла в себе мифы об основании и зарождении Рима, все они повторяли за Ливием его мифы.

В истории римляне известны как способные преемники полезных нововведений, которые они умели развивать и совершенствовать. Так, ранее они сумели впитать культуру этрусков, а от контактов с греками рос уровень интеллектуализма их общества. Прошло всего около ста лет со времени первого просветителя римлян грека Андроника, и уже самим грекам стало тоже полезно кое-чему поучиться у римлян. Один из греческих интеллектуалов – политик, историк и полководец Полибий (200–118 гг. до н. э.) был взят в плен в 168 г. и провёл в Риме восемнадцать лет. Он имел высокий ранг командира кавалерии Эгинской лиги и был оставлен на свободном положении. Так он вошёл в круг римских патрициев, группировавшихся вокруг римского полководца Публия Корнелия Сципиона Младшего (185–129 гг. до н. э.). Он был приёмным внуком полководца Сципиона Африканского (Публий Корнелий Сципион Старший, 236–183 гг. до н. э.), который сумел победить знаменитого карфагенского полководца Ганнибала в 202 г. Сципион Старший был просвещённым человеком и поклонником эллинской культуры. За победу над Ганнибалом ему было пожалован почётный титул «Африканский».

Но в конце жизни, обвинённый главным своим противником – цензором Катоном – во взятке, он вынужден был покинуть Рим.

Внук Сципиона Старшего сам тоже был прославленным полководцем, центральной фигурой римской образованной верхушки – патроном искусств и оратором, одним из ранних римских интеллигентов, который понимал и ценил культуру эллинизма. Он владел греческим языком, имел греческую библиотеку и тоже испытывал на себе нападки Катона.

Грек Полибий много путешествовал вместе со Сципионом и был с ним, когда тот захватил и разрушил Карфаген в 146 г. (в том же году была окончательно покорена Эллада). Римские войска три года осаждали город с моря. Захватив его, Сципион жестоко расправился с населением – из 500 тысяч остались в живых только 50 тысяч, их обратили в рабство. Город, более прекрасный, чем сам Рим, был полностью разрушен, рабы перепахали поверхность его земли и обильно засыпали солью, чтобы на ней ничего не росло и город не мог восстановиться. Сципион объявил эту территорию римской провинцией под названием «Африка» – по прозвищу своего знаменитого деда. Это название потом перешло на весь континент, который до того не был исследован и не имел своего названия. Но через двадцать лет, в 123 г., Карфаген начал частично восстанавливаться, а впоследствии его снова застроил Юлий Цезарь.

Как и первый просветитель Андроник, грек Полибий тоже просвещал римскую аристократию, давал ей знания о греческой истории, философии и науке. Известны тексты пятидесяти его выступлений-речей. Так он продолжил начатую за сто лет до него интеллектуальную связь между Грецией и Римом. Но в то же время Полибий сам стал поклонником Римской республики. Он изучил систему управления, римское право и военную структуру. Он наблюдал, как строго граждане Рима соблюдали двенадцать таблиц начальных римских законов, как жестоко карали любую коррупцию. В результате наблюдений за усилением могущества Рима Полибий написал 40 больших свитков – томов – «Всеобщей истории», с изложением событий 53 лет Пунических войн с Карфагеном. В этой истории он комбинировал пересказ греческой мифологии с философским подходом к изложению событий. Он описал и знаменитый переход Ганнибала через Альпы со слонами, заставший римлян врасплох и приведший к временному поражению их армии. Римляне не впервые видели слонов, их приводили в Рим из Индии. Но они никак не ожидали, что слоны смогут преодолеть горы.

Из сорока томов Полибия полностью сохранились пять, остальные известны по отрывкам. Он первым описал «удивительное возникновение новой расы людей – римлян», он первым из политиков и историков распознал, что Рим может стать хранителем традиций эллинской цивилизации, предвидел и предсказывал значение Рима как продолжателя идей эллинизма. Полибий доказывал, что Рим как империя смог укрепиться и вырасти не только военными победами, но и благодаря поддержанию системы мирной жизни и космополитического отношения к завоёванным народам. Он считал, что его «История» должна стать инструкцией для поколений будущих руководителей и писал: «Понимание прошлого – это не только удовольствие, но по-настоящему и необходимость».

Религия Рима

Хотя сами греки долго продолжали считать римлян варварами, его аристократам и интеллигенции хотелось перенимать достижения завоёванной ими культуры, обставлять и украшать ими свою жизнь. Основой этой культуры была греческая политеистская религия со множеством олимпийских богов. Античные статуи Зевса, Аполлона, Афродиты и др. были привезены в Рим и им уже начинали поклоняться. Римляне долго не имели своей единой устойчивой религии, у них господствовал культ фетишизма с главным богом Юпитером и неким мистическим уклоном. Ещё в 366 г. до н. э. в Риме был построен первый большой храм – храм Конкордии, но в нём не было таких привлекательных и внушительных статуй-богов.

Военные контакты с греками, а потом и торговые отношения с ними постепенно развивали всё богатеющую верхушку римского общества, которая первой стала перенимать основы греческих верований. Сначала римлян отталкивали олимпийские боги с их человеческими слабостями. Построенные недавно мраморные храмы пустовали, приношения священных животных всё сокращались. Даже сами греческие мифы стали служить предметом сатиры, издевательств и смеха. Перемена религии всегда болезненный и долгий процесс, но римская аристократия была подготовлена к этому чтением греческой мифологии, «Илиады» и «Одиссеи». Плебеи Рима этого не читали и сопротивлялись чужой религии.

Тогда новая государственная религия с почитанием греческих богов была введена насильственно. Начиная с 217 г. новая римская религия всё больше становилась похожа на банкет, на который римляне приглашали богов, как гостей. В этом не было ничего особенно нового – это даже соответствовало традициям этрусской религии, с которой римляне были давно знакомы. Но они всё ещё пытались сохранить свои культы, в которых присутствовали человеческие жертвоприношения. Поэтому в 186 г. до н. э. сенат Рима запретил их.

Только по прошествии ста лет римляне полностью переняли греческую религию – свободную от догматического давления религию-праздник. В ней не было ничего индивидуального, а только серия общественных ритуалов – RES PUBLICA (откуда и пошло слово «РЕСПУБЛИКА»). Сенатор, писатель и оратор Цицерон обобщил это так: «боги нужны только для того, чтобы предотвращать хаос общества».

При всей пышности и богатстве украшений римских храмов, в Риме не было позиций верховных священников и доминирующего влияния храмового культа. В городах магистраты исполняли также обязанности священников, а в самом Риме император считался PONTIFEX MAXIMUS – главным понтификом. Ему должны были поклоняться по ритуальным дням.

Вначале римляне поклонялись только двенадцати греческим богам, потом всем им дали новые латинские имена. Главному богу-громовержцу Зевсу оставили традиционное римское имя Юпитер, его жена Гера стала Юноной, бог моря Посейдон был назван Нептуном, бог подземелья Аид стал Плутоном, богиня любви Афродита стала Венерой, богиня охоты Артемида – Дианой, богиня победы Афина – Минервой, богиня судьбы Тахо – Фортуной, сын Зевса – бог света, покровитель искусств Аполлон назван Фебом. Но у римлян не было традиций и фантазии изменить древние мифы, и они оставили своим богам их прежние греческие функции.

Искусство нового Рима

У римской аристократии появился большой спрос на греческие скульптуры – ими украшали храмы, площади и собственные дома. Самым характерным стилем жизни богатых римлян была помпезность во всём. Хотя они грабили греческие города и вывозили украшения их храмов, но этого для всех не хватало. Греческий скульптор Пуксител (I в. до н. э.) работал в Риме около 50 лет, создал много скульптурных и орнаментальных работ и написал пять томов по истории искусства.

Другой греческий скульптор, Аркелий Гликон, предполагаемый автор знаменитой скульптуры «фарнезийский Геркулес» (Рис. 29-1), тоже работал для римских аристократов. Затем талантливые римские скульпторы научились создавать копии греческих мастеров, тем более, что Апеннинский полуостров изобиловал мрамором высокого качества.

Рис. 29-1. Статуя Геракла из Фарнезе, со шкурой убитого им немейского льва.

Искусство копирования скульптур было развито ещё у греков, но благодаря массовости производства в Риме оно превратилось в целую индустрию. В 100 г. до и.э. там изобрели высокую технику копирования – для этого отмеченные точки на оригинальной скульптуре точно переносились на фигуру копии. Это давало абсолютное повторение изящных очертаний лиц, фигур и складок на пышных одеждах-накидках. Метод был настолько точным, что зачастую трудно было отличить копию от подлинника. Ещё больше римляне развили искусство мраморных копий с бронзовых статуй, в чём достигли высокого мастерства. Однако массовость производства скульптур нередко приводила к потере тонкостей в классических пропорциях фигур, свойственных греческим мастерам. И в обработке поверхности мрамора тоже утрачивалась утончённость такого мастерства, когда кожа казалась живой, как у грека Праксителя. При всей массовости производства, римские скульпторы не оставили знаменитых имён своих мастеров.

Аристократы желали иметь свои помпезные статуи и скульптурные портреты. Поэтому скульпторы изготавливали несчётное количество статуй и бюстов богатых людей. Изображения в мраморе, бронзе и слоновой кости были разных размеров – от гигантской 40-метровой скульптуры «Колосса» императора Нерона у Колизея до миниатюрных украшений-камелий из драгоценных камней. Портретное сходство ценилось не так высоко, как идеализация образа. В эпоху Римской империи почти все императоры любили, чтобы их изображали не только как великих полководцев, но и как богов, даже самого Юпитера.

Искусство настенной живописи было унаследовано римлянами от этрусков и было не менее популярно, чем скульптурное. Римские художники достигли в нём больших высот.

Стенная роспись с изображениями богов, императоров, охотничьи сцены, сцены развлечений и эротические мотивы были повсюду. Но этот вид искусства не может сохраняться веками, и до нас дошла только небольшая часть настенных росписей.

Совершенного развития достигло римское искусство мозаики, распространившееся по всей империи. Это искусство пришло в Рим тоже из Греции, где оно зародилось ещё в VIII веке до н. э. Мозаикой украшали полы во дворцах, библиотеках, банях, общественных зданиях и в частных домах.

Очень популярным в Римской империи было театральное искусство – по всей империи шли представления в амфитеатрах на много тысяч зрителей. Римский стиль амфитеатров отличался от греческого тем, что на сцене всегда был богатый мраморный задник, роскошно украшенный колоннами и скульптурами. Со времён греческого периода искусство театральных представлений почти не изменилось, но крупных драматургов, таких как Софокл или Эсхил, в Риме не было. Особую популярность у римлян приобрело искусство комедии и характерного балета-пантомимы. В истории остались имена знаменитых танцовщиков Батилла, Пилада из Киликии.

Другим видом массовых развлечений были смертельные бои гладиаторов (об этом будет написано далее).

Римское законодательство

Что такое гражданский закон? Это закон, на который не могут влиять или искажать его ни сила, ни деньги.

Цицерон

Из всех интеллектуальных начал только основы римского законодательства зародились и развились в самом Риме, а не были скопированы у соседей. Создание устойчивых законов и их соблюдение – это характерный признак развития общества. И это было свойством жизни римлян в ранней республике.

Первым в истории широко обнародованным сводом законов был «Кодексис» Хаммурапи – вавилонского царя (1792–1750 гг. до н. э.). Римляне создали свои законы через тысячу триста лет. Это законодательство было построено на новых началах индивидуальной свободы. По требованию плебеев Рима, вскоре после основания республики, в 451 г. до н. э., были отобраны десять человек (децемвиры) для составления законов, защищавших римлян от возможных притеснений и несправедливостей. Через год – в 450 году в Форуме Рима, где происходили все собрания жителей, были выставлены двенадцать бронзовых таблиц LEX XII TABULARIUM с текстом законов. Их основой была беспристрастность и справедливость. Они были трудом высокого интеллектуального мастерства. Все граждане обязаны были их знать и строго соблюдать (в духе суеверий времени в них были и такие правила, как запрещение портить урожай соседа наведением на него злых сил). Эти таблицы стали основой разработанной системы римского права на следующие полторы тысячи лет. Само слово «справедливость» по латыни звучит JIUSTITIA – «юстиция», ставшее международным.

Римский юрист Эмилий ПАПИНИАН (умер 212 н. э.) – самая известная фигура в римском законодательстве. Он написал 87 книг законов в форме вопросов и 19 книг ответов на них. На этой основе потом был создан новый кодекс, а через сотни лет многие из них перешли в законодательства многих стран Запада.

Римское строительное мастерство

Строительное искусство достигло в Риме такой высоты, какой мир потом не знал две тысячи лет. Инженерное дело в Риме считалось неотделимым от архитектурного – оно было гордостью римлян. Величие империи больше всего проявлялось в мастерстве городского строительства, и вершиной этого мастерства был сам великолепный город Рим с его форумами, храмами, дворцами и термами. Но римляне славились именно тем, что умели создавать развитые города повсеместно. Для этого у них была армия профессиональных инженеров и дешёвая рабочая сила – рабы, которых тысячами привозили из всех походов. Их продавали по сравнительно низкой цене, рабыни-женщины ценились выше. В самом Риме на одного гражданина приходилось в среднем около ста рабов.

К городам подводилась сеть длинных многоярусных акведуков (Рис. 29-2). И теперь, через две тысячи лет, можно видеть километры сохранившихся высоких двух– и трёхарочных римских акведуков, и поражаться инженерному искусству римлян. Один из акведуков в испанском городе Сеговия до сих пор служит для частичного водоснабжения.

Великолепный опыт римской архитектуры и инженерного искусства описал в труде «Десять книг об архитектуре» архитектор Витрувий (I в. н. э.). При всём богатстве и совершенстве римского строительного искусства, его труд – это единственное написанное руководство по нему.

Рис. 29-2. Римский многоярусный акведук.

В каждом городе были просторные публичные термы с хитроумно устроенным подогревом воды и большими бассейнами. В Риме многие императоры строили для себя грандиозные роскошные термы-дворцы. Снабжение Рима водой велось по одиннадцати акведукам. Через них ежедневно поступало около 200 млн. литров чистой проточной воды – по 200 литров на жителя. Все они проходили намного выше уровня реки Тибр, и наклон на всём протяжении был рассчитан под одинаково точным углом – для быстрого тока воды. Для скрепления камней и кирпичей римляне, в период между 200 и 100 гг. до н. э., был изобретён цемент – гениальное открытие. Вулканический пепел смешивали с известью. В начале н. э. рецепт был усовершенствован, было обнаружено, что пепел вулкана около Неаполя даёт лучшее сцепление. Но впоследствии секрет римского цемента был утерян на две тысячи лет.

С увеличением богатств и развитием прогресса среди аристократии Рима и провинций империи становилось модным посвящать время интеллектуальным развлечениям. Самыми широко читаемыми произведениями были «Илиада» Гомера и трагедии грека Еврипида (480–406 гг. до н. э.). Известной интеллектуальной фигурой раннего Рима был генерал Люций Лукулл (110—57 гг. до н. э.), победитель персидского царя Митридата VI. Он захватил несметные богатства на Ближнем Востоке. В историю он вошёл благодаря чрезмерно роскошному стилю жизни – сохранилось выражение «Лукуллов пир», отражающее высшую степень роскоши. Но Лукулл также был покровителем искусств и ещё до начала новой эры построил в Риме первую библиотеку, сделав её доступной для всех граждан. Он основал традицию распространения гражданских библиотек по всей империи. По греческому образцу, они строились рядом с банями и публичными домами.

Особого искусства римляне достигли в оформлении арок: в честь императоров строились монументальные триумфальные арки, многие из них стоят и в наше время (Рис. 29-3). Через них проходили победители-императоры с войском, когда возвращались в Рим. Арки украшались скульптурами, многие из которых тоже сохранились до наших дней.

С расширением территорий и покорением соседних племён шло постоянное усиление римской армии: в ней было от трёхсот до четырёхсот тысяч профессионально обученных легионеров, в некоторые периоды – до шестисот тысяч. Захватывая новые территории, римляне старались проводить космополитическую политику, внедряя на захваченных землях свою техническую культуру и основывая и развивая военные форты. Это были не только военные поселения-крепости, но и торговые и политические центры, и они быстро перерастали в города, становясь культурными центрами. Создание городов на завоёванных территориях – это само по себе знак высокого интеллектуального развития общества. В этом Рим повторял на Западе то, что Александр Македонский делал во время своих завоеваниях на Востоке. Многие из сегодняшних европейских городов появились как римские военные поселения.

Рис. 29-3. Триумфальная арка императора Константина в Риме.

Для поддержания связей между ними римляне проложили восемьдесят тысяч километров дорог от Британии до рек Тигр и Евфрат, от Испании до реки Дунай, и в Северной Африке. Первая дорога – Вия Аппия – была проложена в 312 г. до н. э. по указанию цензора сената Аппия Клавдия. Все римские дороги были спланированы прямолинейной сетью и соединялись друг с другом. Отсюда возникла поговорка: «Все дороги ведут в Рим». По римским дорогам можно было легко промчаться до 250 км в день, в то время как средняя скорость передвижения тогда составляла всего 30–40 км в день. Дороги укладывались на прочный фундамент и покрывались гладко обточенными булыжниками. Булыжники скреплялись между собой цементом.

Вот пример технических достижений и искусства строительства: все 80 тысяч км широких дорог были уложены на твёрдом грунте так, что от продольного центра шёл пологий скат в обе стороны. Это позволяло дождям и тающему снегу стекать по бокам, не разрушая полотна дороги. Ничто не размыло и ничто не разрушило римских дорог почти две тысячи лет. Некоторые из римских дорог служат до сих пор.

Соединяя дороги через реки и горы, римляне построили много великолепных каменных мостов. Обтачивание, укладка и скрепление камней были такой точности и прочности, что некоторые из мостов служат до сих пор, как, например, мост через широкую реку Рейн в немецком городе Регенсбург. В искусстве строить мосты римляне во многом копировали инженерное искусство их предшественников этрусков, но они усовершенствовали их технику и довели до идеала.

Как техническое основание будущего западного мира, римляне оставили массу примеров уникального строительного искусства городов, арен, храмов, дорог, акведуков и мостов в Европе, Азии и Африке. Можно только поражаться, как много было достигнуто профессионалами Рима за относительно короткий исторический срок, как высок был подъём творческих возможностей тех людей.

30. Императоры Древнего Рима, внесшие вклад в развитие западного интеллектуализма

Древний Рим долго оставался республикой с выборной властью и строгим соблюдением римского права. Управление громадной территорией покорённой Европы, с множеством полудиких народов, требовало от руководителей глубокого политического чутья; и широкого интеллекта. Для успеха в управлении страной нужны три качества: 1) понимание момента развития страны; 2) совпадение собственных идей с направлением этого развития; 3) умение создать себе поддержку в ближайшем окружении. В таком случае правитель окажется в нужное время в нужном месте. Но он не может рассчитывать на успех и популярность, если сам намного опережает развитие своего народа.

За всю богато документированную историю Рима было несколько правителей, которые понимали это. Именно они обеспечили укрепление государства, высокий технический уровень развития общества и достижения в области искусств.

………………………………………………

Всеобщего одобрения достоин тот, кто соединяет приятное с полезным.

Гораций

В крови всех римлян, от богатых патрициев до рядовых плебеев, бурлила гордость за свой традиционный республиканский строй – они привыкли считать себя равноправными гражданами. Но быстрый рост государства был немыслим без сильных военных и гражданских руководителей. Борьба за власть, внутренние военные столкновения, заговоры и убийства внутри верхушки общества становились обычным явлением. Всё чаще появлялись диктаторы, жаждущие властвовать и обогащаться. Согласно демократическим законам, диктатора избирали только в случае национальной опасности и лишь на шесть месяцев, чтобы не было полновластия. Те, кто объявлял себя пожизненными диктаторами, назывались «тиранами». Они не хотели уступать власть, тогда их изгоняли или убивали. Так республиканский Рим постепенно двигался к единовластию – монархии.

Луций Сулла

В 82 г. до н. э. диктатором Рима стал полководец, консул Сулла (138—78 гг. до н. э.), прозванный «Феликс», что значит «счастливый». Хотя он был жестоким правителем, но многие акты его правления говорят о его интеллектуальном подходе к управлению страной. Сулла захватил власть после долгой и изнурительной борьбы между многими прежними узурпаторами, чьи столкновения ослабляли республику. Сулла сумел понять, что эта междоусобица мешает развитию страны. Жестокими мерами – проскрипциями – он подавил распри, для чего ему пришлось казнить 40 сенаторов и 1600 аристократов. Установив порядок, он издал юридические законы, поддерживающие стабильность, которые продержались века, до самого конца Западной Римской империи.

Интеллектуальным актом деятельности Суллы можно считать и его самовольное отречение от диктаторской власти – за три года правления он прекратил гражданскую войну, наладил в Риме мирную жизнь и тогда сам сложил с себя власть, став обычным консулом сената, а вскоре умер.

Сулла известен ещё и тем, что в одну из своих военных кампаний, он привёз в Рим найденные случайно рукописи Аристотеля, и передал их наиболее просвещённому человеку – Цицерону, для перевода с греческого на латынь. Другим проявлением его интеллекта были написанные им мемуары о столкновениях разных диктаторов в борьбе за власть. Изложенные ясным, понятным языком, они послужили образцом для многих авторов, в том числе – для первого императора Юлия Цезаря.

Гай Юлий Цезарь

Юлий Цезарь (101—44 г. до н. э.) (Рис. 30-1) был самым знаменитым правителем Рима, его можно назвать широким интеллектуалом в полном смысле этого определения: ярче всех других он сочетал в себе качества политика и полководца с талантами историка, писателя и оратора. Цезарь оказал громадное влияние на своё время, какого не было 400 лет – со времени Перикла в Афинах. Ещё большее значение его имя получило в будущем, во многом повлияв на формирование западного мира.

Рис. 30-1. Прижизненный скульптурный портрет Юлия Цезаря; он был лысый, но требовал, чтобы на портретах его изображали с волосами.

Цезарь был из знатной, но небогатой семьи, всегда отличался целенаправленностью и тщеславием. В молодости он поехал учиться риторике и ораторскому искусству в специальную школу на греческий остров Родос. В море его захватили пираты и продержали в плену почти год. За него заплатили выкуп, а потом уже Цезарь захватил и распял своих захватчиков. В 22 года он уже славился как блестящий оратор, умевший убеждать и привлекать толпу на свою сторону. Его считали лучшим оратором после Цицерона.

В сорок с небольшим Цезарь стал самым успешным полководцем: за семь лет он завоевал Галлию – территорию Испании, Франции и Германии с Северной Италией, и победил кельтов и британцев в Англии. Его стали считать лучшим полководцем всех времён после Александра Македонского. Став губернатором завоёванных территорий, Цезарь повелел построить по всей Европе города, дороги и мосты. До сих пор осталось многое, построенное при его правлении, в том числе знаменитый каменный мост через Рейн. Но ещё важней то, что, входя в чужие земли с мечом, Цезарь приносил туда прогресс нового мира. Под его влиянием галлы (будущие французы) и другие народы перенимали латинский язык, римские обычаи и законы. Это ускорило культурное развитие Европы.

В походах Цезарь написал семь томов исторического труда «Записки о галльской войне» – точное и объективное описание событий войны. О себе он писал в третьем лице, что делало его труд беспристрастным. Стиль изложения был ясным, текст легко усваиваивался. Он сам писал: «Как моряк должен избегать скал, так (писателю) необходимо избегать устаревших и редких слов». У него было редкостное умение выражать свои идеи кратко и просто. Об одной из своих знаменитых побед он написал в сенат послание всего из трёх слов: «Veni, vidi, vici (Пришёл, увидел, победил)»; это стало всемирно известной поговоркой. Язык Цезаря заслужил похвалу самого просвещённого человека Рима – Цицерона, с которым он был в дружеских отношениях, хотя периодически они находились в разных политических лагерях. Цицерон писал про Цезаря: «Записки написаны по-настоящему восхитительно, они как обнажённые скульптурные статуи – прямые и прекрасные, лишённые излишних украшений и ненужных одежд» (в эпоху расцвета искусства ваяния такое сравнение должно было быть высшей похвалой).

Книги Цезаря о галльской войне – это единственное за всю историю описание военных событий, сделанное командующим во время самой войны. Но Цезарь не ограничивался описанием лишь военных событий, в этих книгах приводилось широкое описание Европы его времени: географии мест, истории, этнографии и обычаев народов – галлов (французов), германцев, гельветов (швейцарцев), кельтов, бельгийцев и венетов (британцев). Он описывал всё это, имея в виду оставить сведения о своём времени для последующих поколений. И этот его труд до сих пор считается шедевром исторической литературы.

В результате своих побед Цезарь стал несметно богат, был идолом армии и многих римлян. Сенат Рима, в котором процветали интриги его противников, начал бояться его силы и влияния. Поэтому в 45 г. сенат объявил Цезаря «врагом народа», предложил ему разоружить армию на границе до реки Рубикон, чтобы он явился в Рим без войска (существовало правило – не приводить войска в столицу через Рубикон). В ответ на это Цезарь повёл свою армию прямо на Рим, лаконично написав сенаторам: «Рубикон перейдён». И эта фраза стала поговоркой, означающей начало решительных действий.

Юлий Цезарь

Они кричат: за нами право!

Они клянут: ты бунтовщик,

Ты поднял стяг войны кровавой,

На брата брата ты воздвиг!

Но вы, что сделали вы с Римом,

Вы, консулы, и ты, сенат!

О вашем гнёте нестерпимом

И камни улиц говорят!

Вы мне твердите о народе,

Зовёте охранять покой,

Когда при вас Милон и Клодий

На площадях вступают в бой!

Вы мне кричите, что не смею

С сенатской волей спорить я,

Вы, Рим продавшие Помпею

Во власть секиры и копья!

Хотя б прикрыли гроб законов

Вы лаврами далёких стран!

Но что же! Римских легионов

Значки – во храме у парфян!

Давно вас ждут в родном Эребе!

Вы – выродки былых времён!

Довольно споров. Брошен жребий.

Плыви, мой конь, чрез Рубикон!

Валерий Брюсов

Во все времена установлению новой диктатуры предшествовали революционные беспорядки. Становление новых политиков в Римской империи тоже начиналось с многочисленных гражданских войн. Но война Цезаря с римскими легионами сильного политического соперника Помпея была особенно тяжёлой и значимой – ему пришлось сражаться против талантливого и успешного полководца.

Победа же открывала Цезарю путь к отмене давнего республиканского строя и установлению постоянного единовластия.

Война началась в Испании, перешла в Малую Азию и закончилась в Египте – Цезарь догнал войска Помпея и победил. Сам Помпей был убит заговорщиками египетского царя Птолемея XIII, брата и одновременно мужа 18-летней египетской царицы Клеопатры VII (69–30 гг. до н. э). Цезарь, теперь всесильный 53-летний завоеватель полумира, попал под чары Клеопатры, которая была моложе его на 35 лет. Он сделал её единоличной правительницей и задержался в Александрии на год. У них родился сын, которого назвали Цезарион – маленький Цезарь.

О годах борьбы с Помпеем Цезарь написал второе историческое произведение – три тома «Записок о гражданской войне». В непревзойдённом стиле он описал политическую ситуацию в Риме, дал объяснение – почему перешёл Рубикон. Согласно его рассказу, мотивом для дальнейшей борьбы было освобождение римлян от клики деспотов и его собственный престиж. Он писал о себе в третьем лице: «Престиж вегда был главным для него, даже прежде самой жизни».

Победы Цезаря привели к его единоличной власти, и римский сенат, который ранее объявлял его «врагом народа», теперь назвал его «отцом отечества», пожизненным диктатором и присвоил ему первому титул императора, что тогда означало «верховный командующий». Цезарь велел поставить во всех храмах Рима свои статуи.

Однако ему оставалось править недолго, всего пять лет – с 49 по 44 г., но за это время он успел сделать очень много. С января 46 г. до н. э. он ввёл юлианский календарь в 365 дней, которым весь мир пользуется до сих пор. Этот календарь ещё в Александрии рекомендовал греческий астроном Сосиген. Поскольку прежний лунный календарь внёс хаос в систему, то для соответствия сезонов 46-й год до н. э. был продлён на 67 дней – получился самый длинный год в истории.

Цезарь не менял республиканский тип правления, но своим диктаторством фактически прекратил республиканские традиции. Это настраивало против него сенаторов. Он стал деспотичен и высокомерен, бывал жесток (хотя не так, как его предшественник – диктатор Сулла). Привлекая к себе толпу, Цезарь подкупал её богатыми пирами и парадами с массовыми боями гладиаторов в Колизее, вмещавшем до 50 тысяч зрителей. При нём в Риме был построен первый большой Форум, площадью равный двум футбольным стадионам, окружённый мраморной колоннадой, с храмом Венеры внутри. Он помпезно появлялся в Колизее в окружении 40 пар разукрашенных слонов. Гладиаторы, выходя на бой, должны были кричать: «Здравствуй, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя!»

Сенаторов раздражал деспотизм Цезаря – он осуществлял свои решения против их воли, заставлял стоять всех сенаторов, когда сам сидел. Из Египта он с помпой привёз любовницу – царицу Клеопатру и требовал от всех поклонения ей. Сенаторов злило даже то, что он носил тогу королевского пурпурного цвета. Они боялись, что он отменит республику, которой все дорожили. Хотя сам Цезарь продолжал говорить о республике, в кругах аристократии ходили слухи, что он готовился стать монархом. В результате 60 сенаторов устроили против него заговор. Цезарь знал о заговоре, ведь и раньше бывали попытки убить его. Но в своём высокомерии он не придал значения слухам. Легенда говорит, что ещё ранее Дельфийский оракул предсказал ему: «Бойся мартовских ид» (иды – 15-е число каждого месяца).

18 марта 44 г. Цезарь должен был начать большой поход на Восток: в возрасте 58 лет он задумал завоевать больше стран Азии, чем завоевал Александр Македонский. 15 марта Цезарь пришёл в сенат, чтобы произнести последнюю перед походом речь. Так получилось, что он вошёл туда один, без охраны и друзей. На пороге какой-то человек из публики, школьный учитель, сунул ему в руку записку с предупреждением об опасности и просил Цезаря прочитать её немедленно. Но император не успел прочитать её, когда на него накинулись сенаторы-заговорщики. Среди них был и близкий ему Марк Брут (85–42 гг. до н. э.). Цезарь успел лишь воскликнуть: «И ты, Брут?..» и тут же был заколот – получил 23 ножевые раны. На другой день его кремировали, через два дня объявили богом, а его племянник Октавиан Август стал его преемником. Последняя фраза Цезаря тоже вошла в историю как разоблачение предателя.

Можно считать, что убийцы не понимали исторического и интеллектуального значения реформ Цезаря и самой его личности, и поэтому были неправы. Но в каждом заговоре существует такая вещь, как психологическая убеждённость заговорщиков – и она затмевает собой всё остальное.

Для истории Рима правление Цезаря явилось поворотным моментом – с него началась империя. Интеллектуальное влияние Цезаря не закончилось с его смертью, а продолжалось веками – для западного мира он стал образцом сильного правителя. Само его имя перешло во многие языки как синоним названия «правитель». В русском языке оно звучит как «царь» (русского царя в старину называли «цезарь»).

После смерти Цезаря в течение семнадцати лет шла борьба за власть. Эта эпопея была описана историком Саллусом (86–34 гг. до н. э.). Судьба Клеопатры и сына Цезаря оказалась печальной: Цезарион был казнён ещё ребёнком, во избежание претензий сторонников Цезаря на его возвеличивание до положения императора-наследника. Клеопатре пришлось лавировать между сторонниками Цезаря. В возрасте 30 лет она сумела завлечь полководца Марка Антония (83–30 гг. до н. э.), бывшего сподвижника Цезаря, и стала его любовницей. История их романа была описана Плутархом и стала сюжетом для трагедии У. Шекспира «Антоний и Клеопатра». Но они проиграли Октавиану морское сражение, и Антоний заколол себя мечом. Клеопатре было уже 40 лет. Она вернулась в Египет и ещё пыталась там соблазнить своими чарами Октавиана. Но он велел везти её в Рим на расправу. Тогда Клеопатра покончила с собой – она попросила принести ей ядовитую змею и умерла от укуса змеи аспида, которого сама положила себе на грудь. Во многих легендах мира она осталась одной из самых обольстительных женщин, и её смерть была отражена в искусстве бесчисленное количество раз.

Клеопатра

Я – Клеопатра, я была царица,

В Египте правила восьмнадцать лет.

Погиб и вечный Рим, Лагидов нет,

Мой прах несчастный не хранит гробница.

В деяньях мира мой ничтожен след,

Все дни мои – то празднеств вереница.

Я смерть нашла, как буйная блудница…

Но над тобой я властвую, поэт!

Вновь, как царей, я предаю томленью

Тебя, прельщённого неверной тенью,

Я снова женщина – в мечтах твоих.

Бессмертен ты искусства дивной властью,

А я бессмертна прелестью и страстью:

Вся жизнь моя – в веках звенящий стих.

Валерий Брюсов

Октавиан, прозванный Августом

Октавиан, впоследствии прозванный Августом (63 г. до н. э. – 14 г. н. э.) был внучатым племянником и наследником Цезаря, в завещании Цезарь дал ему своё имя – Юлий Цезарь Октавиан и оставил ему свои богатства. После смерти Цезаря на междоусобные битвы за разделение власти ушло семнадцать лет. В 27 г. до н. э. сорокалетний Октавиан сумел сконцентрировать правление Римом в своих руках и установил границы империи по рекам: Рейну – на западе, Дунаю – на севере и Евфрату – на востоке. На заседании сената он произнёс: «Римская республика восстановлена!» и заявил, что он устраняется от дел. Но сенат уговорил его остаться у власти и дал ему звание «Augustus – Возвышенный» – за его заслуги. Этот титул остался в веках и перешёл в русский язык как «августейший» – наивысшее почётное звание монархов. Август стал первым официальным императором и Верховным понтификом – высочайшим духовным лицом (теперь это титул папы римского), но он любил, чтобы его называли «Первым гражданином Рима».

Фактически именно он укрепил Римскую империю, продолжив незаконченные проекты Цезаря.

Август не был интеллектуалом, хотя получил хорошее образование и был моралистом. Он отличался от многих самодержцев тем, что умел уважать чужие мнения. Греческий философ Афенагор дал ему совет – если он сердится или хочет возразить, то должен сначала повторить про себя все 24 буквы латинского алфавита. Август последовал совету и так поступал и впредь. Он не преследовал другие религии и издал закон, запрещавший нападать на иудейские синагоги, евреи освобождались от обязанности являться к его двору в субботу. Во времена его правления христианская вера ещё не существовала. Но в результате примирительного отношения к другим религиям, именно при Августе наметился переход некоторых просвещённых римлян в одну из двух монотеистских вер – в иудейскую и в культ МИТРЫ, возникший в Персии ещё в XV веке до н. э и во многом сходный с иудаизмом.

Август не только сумел организовать и усилить империю, но издал закон о поддержке средствами государства жизни старых и больных рабов. Он был единственным императором, не любившим традицию гладиаторских боёв, хотя был не в состоянии отменить это любимое римлянами зрелище. Он издал законы об укреплении брака и о моральном поведении, пытаясь восстановить моральные нормы в среде разнузданных римских патрициев. В ответ на эти его усилия поэт Гораций написал, что законы бесполезны, если не изменяются нравы. И Август с ним согласился. Вообще, он был любителем поэзии, сам писал стихи и смеялся над поэтическими остротами в свой адрес. Его любимым поэтом был Вергилий, он приблизил поэта к себе, по его заказу Вергилий писал свою знаменитую поэму «Энеида», но умер, не успев закончить её. Август просил других поэтов её дописать. Но поэта Овидия Назона, популярного среди аристократов откровенно эротическими стихами, он выслал в дальнюю колонию на Чёрном море. Его стихи развращающе влияли на поведение в аристократических салонах. Под их влияние попала единственная дочь Августа – Юлия. Он трижды выдавал её замуж, в последний раз за своего преемника и пасынка Тиберия. Но в своём салоне Юлия устраивала оргии и сама была их участницей, о её разврате ходили постоянные слухи. Муж предпочёл уехать на остров – заниматься науками. Отец пытался повлиять на дочь, но в конце концов был вынужден выслать её на скалистый остров Пандатерия. Она и там продолжала вести развратный образ жизни, в конце концов, отец лишил её материальной поддержки, и она умерла от голода.

Рис. 30-2. Прижизненная скульптура Августа.

Август не любил пышность и вёл довольно скромный образ жизни. Но он обожал свои статуи, которые создавались во множестве в разных видах и изображали его полководцем и богом (Рис. 30-2). Их ставили во всех храмах, по всем городам империи. Под конец жизни он изменился, стал деспотом и самодуром, подозрительным и нетерпимым к критике.

Август был большим энтузиастом строительства и отличался хорошим вкусом. При нём было построено и перестроено многое. Его главным строителем был ближайший помощник Агриппа (63 г. до н. э. – 12 г. н. э.), прославленный полководец. К тому времени население Рима составляло около миллиона человек и возникла проблема с водоснабжением города. Рим обязан Агриппе строительством акведуков и общественных терм (бань). Его творением был первый римский Пантеон, что означало «Храм всех богов», построенный в честь победы над Марком Антонием в 27 г. до н. э. Есть легенда, что перед смертью Август скзал: «Я начал в Риме, сделаном из кирпича, а заканнчиваю в Риме, сделанном из мрамора».

Адриан

Плеяда правителей Рима непосредственно после Августа не блистала интеллектом. Они продолжали успешно воевать и укреплять империю, но многие из них обладали небольшими способностями и низменными страстями, некоторые прославились своим невежеством и тиранией. До императора Адриана (76—138 гг. н. э.) (Рис. 30-3) нельзя назвать ни одного из них, кто оставил след в культурной жизни Рима. Адриан был племянником императора Траяна (53—117 гг.), стратегом в испанской провинции, проявил себя успешным полководцем и администратором. Поэтому бездетный Траян назначил его своим преемником. Но сенат Рима был против, составился заговор убийства (что было частой практикой той эпохи). Адриан начал своё правление с казни четырёх сенаторов. Это определило враждебное отношение к нему сената и многих римлян. Но больше половины времени он провёл вне Рима – разъезжая по провинциям, успешно воюя и просто путешествуя. Император был горячим поклонником эллинской культуры и архитектуры, часто и подолгу жил в Афинах. У Адриана были многосторонние интеллектуальные наклонности: архитектор-дизайнер высокого класса, способный строитель-инженер и поэт, писавший красивые лирические стихи. Задолго до эпохи Возрождения он уже был «человеком Возрождения» – личностью с многообразными талантами.

Рис. 30-3. Прижизненный скульптурный портрет Адриана.

Всюду, где он бывал, Адриан строил – это была его страсть, его хобби. Он возвёл более ста великолепных строений – ни один человек не строил так много и ни один правитель не участвовал в этом непосредственно. Занятый военными и государственными делами, он детально участвовал в разработке проектов, здания строили по его указаниям и по его проектам. Но хотя это были его творения, ни на одном из них он не оставил своего имени и не делал записей об этом.

Построенный им в 125 г. громадный Пантеон – единственное здание, которое полностью сохранилось (Рис. 30-4). План Пантеона уникален: диаметр цилиндрического зала, высота потолка и диаметр сферического купола – все равны 43,3 м. Купол потолка покоится без поддержки, в центре его – отверстие диаметром 8 м, сквозь которое проходит свет. Эти пропорции создают идеальную гармонию. Держаться тяжёлому куполу позволяет уникальное инженерное решение – Пантеон на 80 % сделан из римского цемента, в основании его сложены тяжёлые глыбы, к вершине их вес уменьшается. На уникальном куполе и фронтоне отлиты бронзовые украшения. На здании Адриан велел написать, что его построил Агриппа. На самом деле оно было построено на месте прежнего, дважды сгоравшего кирпичного строения Агриппы. Уже почти две тысячи лет Пантеон посещают миллионы людей. Их общие чувства выразил Гёте, написав: «Пантеон, такой великолепный внутри и снаружи, вселил в меня восторг».

Рис. 30-4. Пантеон, построенный по проекту Адриана, самое древнее сохранившееся здание в Риме. А – фасад, Б – внутренний вид.

Знаменитый круглый Замок Св. Ангела на берегу Тибра тоже был построен по проекту Адриана за три года до его смерти – как собственный мавзолей. На крыше был сад вавилонского типа, над ним гигантская бронзовая квадрига (четвёрка лошадей) под управлением статуи Адриана. Теперь на её месте высится Ангел, якобы спасший Рим от чумы в Средние века. В честь этого Ангела гробница Адриана получила своё новое название.

Комплекс виллы Адриана «Тиволи» (125–134 гг.) сохранился до сих пор, правда в полуразрушенном виде, под Римом, теперь это парк-музей. Адриан спроектировал её в стиле своих любмых греческих строений – там были театры, многоярусные фонтаны, стадион, искусственные озёра, масса статуй. На этой вилле тяжелобольной Адриандо-живал свои последние дни.

В Афинах он планировал построить храм Юпитера, который должен был по величине и красоте превзойти одно из семи чудес света – храм Артемиды в Эфесе. К сожалению, строительство не было закончено, это могло бы стать «восьмым чудом света». Но до сих пор стоят фундамент и несколько красивых колонн, а перед ними – Арка Адриана.

Самое знаменитое его строение – «Стена Адриана» в Англии, построенная в 122–126 гг. для защиты от нападения северных кельтов. Это сплошная массивная стена, в 123 км длиной и 12 метров высотой. Через каждые два километра были расположены башни с гарнизоном на 100 легионеров, всего на 15 тысяч человек. Частично разрушенная и поросшая травой, стена стоит до сих пор как граница между Англией и Шотландией.

Адриан считался просвещённым и даже довольно либеральным правителем: сохранились истории-легенды о том, что он якобы входил в детали судеб своих легионеров и даже дал какие-то права рабам – по его закону властелин не имел права убивать раба или делать его гладиатором. При этом он сам любил сражаться в гладиаторских боях, раня и убивая противников, в то время как охрана защищала его – простое убийство для спортивного удовольствия.

Адриан не преследовал другие религии. Если перед его правлением император Нерон (37–68 гг.) обвинил первохристиан в поджоге Рима и расправился с ними путём массовых казней, то при Адриане христианство продолжало распространяться, его ещё не считали самостоятельной религией, а лишь сектой иудаизма. Адриан проявлял интерес к распространённому в Риме иудаизму, беседовал с раввинами об их «невидимом» боге – в еврейской религии изображения бога были запрещены, в противовположность греко-римской традиции.

Но при всех своих либерально-интеллектуальных наклонностях, Адриан сыграл самую роковую роль в судьбе еврейского народа. Во время путешествия по Сирии, Израилю и Египту, в 131 г., он посетил Иерусалим. Город всё ещё стоял в развалинах после Иудейской войны 70 г. – с разрушенным до основания Вторым храмом царя Ирода. Этот храм заменил собой Первый храм царя Соломона, построенный им в 964 г. до н. э. и сожжённый вавилонским царём Навуходоносором в 586 г. до н. э. Второй храм строился полтысячелетия – с 516 г. до 20 г. до н. э. Но Адриан увидел на величественной скале лишь руины Западной стены. Что могло быть более впечатляющим, чем этот ракурс? И он приказал построить тут же другой храм – храм бога Юпитера. К тому же еще – полностью перестроить Иерусалим и переименовать его в «Элия Капитолина» («Элия» было семейное имя Адриана). Поклонник элладской культуры, он решил, что новый город должен быть заселён греческими поселенцами. Перестроенный Иерусалим должен был стать «Адриановским городом». И ко всему прочему, Адриану не понравилась традиция обрезания крайней плоти новорожденным мальчикам. Он посчитал это уродованием тела и запретил делать под страхом смерти.

В указаниях Адриана не было настроя против иудейской религии – он самовластно считал, что по всем колониям его империи должны стоять храмы греко-римским богам, и все должны подчиняться его строительным указаниям и греческим вкусам. Дав эти распоряжения, он уехал в Египет – плавать по Нилу. Но его указания были грубым посягательством на «святая святых» иудеев и нарушением традиций их веры – это была их древняя столица, это был их главный храм, символизирующий их связь с Богом, и это было их основное правило обрезания, издревле служившее знаком принадлежности к иудаизму. Евреи ответили на указания Адриана поголовным восстанием страны – все секты иудаизма собрались под руководством Симона Бар Кохбы и с 132 по 136 г. вели упорную борьбу с римлянами. На время они даже сумели победить их. Это была Вторая иудейская война. Разъярённый сопротивлением, Адриан послал туда лучшие легионы, которые захватили Иерусалим и сровняли его с землёй (как всегда умели делать римляне). По всей Иудее было разрушено 985 селений и 50 крепостей, было убито и казнено 600 тысяч евреев; выживших женщин и детей продали в рабство. Евреев рабов было так много, что цена на них упала ниже цены на лошадей. Адриан запретил евреям жить на их земле, под страхом смерти они не должны были даже издали видеть Иерусалим. И в довершение он велел перименовать страну Иудею в Палестину, по имени небольшого местного племени филистимлян – теперешних палестинцев.

Этим Адриан положил начало нового изгнания евреев – самого долгого во всей истории изгнания, какое когда-либо выпадало на долю какого-либо народа. На восемнадцать столетий евреи лишились своей страны – до 1948 года, когда снова было образовано государство Израиль. Этим Адриан фактически лишил евреев возможности развивать свою цивилизацию, которая была древней римской. Чтобы выжить и сохраниться, евреям оставалась только их религия и цепкое умение приспосабливаться к самым разным условиям в разных странах. Многие века изгнания евреев затормозили потенциальные интеллектуальные возможности этого талантливого народа.

Римляне, действительно, перестроили Иерусалим, расширив его к югу, но проект возведения Храма Юпитера не был осуществлён. На месте Второго храма много веков красовалась громадная бронзовая статуя Адриана. В 362 г., более чем через 200 лет, небольшой части евреев разрешили вернуться в Иерусалим, но это уже была чужая для них страна и чужой город. В таком виде он простоял до захвата Иерусалима арабами в 638 году.

Судьба покарала самого Адриана: он умирал долгой мучительной смертью от тяжёлых болезней, стал невменяемым, подозревал своих друзей в своём несчастье и велел их казнить. Страдая, он умолял слуг и рабов убить или отравить себя, но они боялись это сделать и предпочитали умереть сами. И когда Адриан уже был готов к смерти, он написал стихи, обращённые к своей душе:

Милая моя душа, нежная и бродячая,

Спутник и гость моего тела,

Где будешь ты теперь продолжаться,

Бледная, холодная и нагая, неспособная,

Как ты была прежде, играть?..

(Перевод В.Голяховского)

В истории было не много всесильных диктаторов, обладавших интеллектом, которые могли нанести такой роковой ущерб другому народу и в то же время умели бы написать такие глубоко проникновенные лирические стихи.

Марк Аврелий

Бездетный Адриан передал власть пожилому Антонию Пиа (86—161 гг.), но поставил ему условием, чтобы тот назначил своим преемником Марка Аврелия (121–180 гг.), которому тогда было семнадцать лет. Марк Аврелий вошёл в историю как самый уважаемый император Рима, успешный правитель с интеллектуальными наклонностями, справедливый идеалист. Он продолжал улучшать законы Адриана, иногда даже сам выступал судьёй, почти всегда милосердным.

Его нызывали «император-философ». С одиннадцати лет он увлёкся изучением греческой философии и законов. Он писал стихи и прозу, а в зрелом возрасте – философские труды на греческом языке и был известен как поклонник философии стоиков, скопированного им из Греции. Стоицизм был течением философии в Греции в 300-х гг. до н. э., названным так по двухъярусной галерее Стоя в Афинах. Стоики проповедовали, что всё реальное есть не духовное, а материальное, и управляется универсальной рабочей силой, подразумевая бога. Марк Аврелий настолько увлекся философией, что в устаревших афинских школах – Академии, Саду Эпикура и Стое основал кафедры философии. При всём этом, он продолжал считать себя верным языческой религии и преследовал всё размножавшихся в Риме первохристиан за их усиливающееся влияние.

Марк Аврелий вынужден был проводить много времени в сражениях, потому что в его правление на Римскую империю уже начинали надвигаться германские племена. Ему удалось остановить их, но не удалось полностью ослабить. В честь этих побед в Риме до сих пор стоит его триумфальная арка со множеством рельефных изображений борьбы с германцами. Но через сто с небольшим лет они смогли на время даже победить Рим. Если бы Марк Аврелий сумел подавить их так, как Цезарь подавил галлов (французов), то германские племена могли развиться по другому, более цивилизованному пути. Ему помешали это сделать волнения в самой империи, которые он должен был подавлять.

Между сражениями он, в 169–175 гг., написал свой труд «Медитации». Это были записки для самого себя, переписанные и размноженные уже после его смерти. В них он проповедовал, что цель жизни состоит в расслаблении сознания, которое достигается в гармонии с природой. Он считал, что человек как социальное существо имеет обязанности перед обществом, и признавал справедливость основанием всего на свете.

Парадоксально, но именно его интеллектуальное увлечение стоицизмом дало толчок и пример римской аристократии к изучению основ философий других религий. Это постепенно стало готовить их к переходу в христианскую веру.

Марк Аврелий умер во время похода в 180 г. в римском городе Виндобоне (Vindobona), который теперь называется Вена. Его смерть была воспринята римлянами как национальная трагедия. Его признали богом и соорудили позолоченный бронзовый памятник – он сидит на коне, простёрши вперёд руку (Рис. 30-5). Через тринадцать веков Микеланджело впервые увидел эту статую и так залюбовался ею, что в восторге скомандовал коню: «Ну, иди же!..». Оформив площадь на Капитолийском холме, Микеланджело поставил этот памятник в главной точке Рима. Это единственный конный памятник (эквистериан), сохранившийся от древних языческих времён. Христианские фанатики, которые в Средние века уничтожали в Риме все памятники язычества, оставили нетронутым только этот – они ошибочно считали его памятником основателю римского христианства императору Константину.

Рис. 30-5. Статуя Марка Аврелия на площади Капитолия.

Есть поверие, что Вечный город Рим будет стоять до тех пор, пока со статуи Марка Аврелия не сойдёт вся позолота. Поэтому уже многие века статую периодически покрывают позолотой. Теперь она стоит в музее, а на площади поставлена её копия.

* * *

После Марка Аврелия его сын Коммодус (161–192 гг.), оказался самым неудачным и жестоким правителем, его ненавидели все и убила собственная любовница. С тех пор подразделения римской армии, расквартированные по всей империи, стали сами стихийно выдвигать и убирать «солдатских императоров» – обычно убивая их в результате заговоров. Пятнадцать из них правили по нескольку лет. Быть римским императором стало опасным возвышением. Были способные администраторы – Диоклетиан (245–316 гг.), простой солдат из крестьян, правил 21 год и сумел на время восстановить порядок в империи. Он единственный выжил, возможно, потому, что сам ушёл с высокого поста в 305 г. и удалился в построенный им дворец-крепость в г. Сплит на Адриатическом море.

Формально Римская империя просуществовала до 565 г. В течение последних трёхсот лет она терпела поражения, была разделена на Западную и Восточную империи, стала христианской – при императоре Константине I Великом (285–337 гг.), основателе города Константинополя. Империю разрушали частые нашествия сильных чужеродных племён, больше всего – германских, с севера и востока. Город Рим потерял своё столичное значение, с 410 г. был несколько раз захвачен и разрушен.

Империя умирала. Её последней предсмертной судорогой было успешное правление Юстиниана (482–565 гг.). Он ненадолго восстановил границы империи, завоевал Северную Африку, Сицилию, Италию, провёл кодификацию римского права (Корпус юрисцивилис), ставшего на много веков основой законов многих стран Европы. После этого Римская империя пала. И с ней умерла культура античного прошлого.

Разница в падении Греции и Рима была в том, что греческую культуру подхватили и развили римляне, а римскую культуру никто не подхватил, наоборот – её подавило христианство. Именно христианство во многом сыграло роковую роль в гибели культуры античного периода культуры Греции и Рима. Усиливаясь и распространяясь по всей территории Римской империи, христианство всё непримиримее относилось к достижениям прошлого и фанатически уничтожало их. Оно ослабило империю изнутри и способствовало её падению.

Тогда-то и наступили Средние века.

31. Культура Рима периода начала империи

К первому веку до н. э. Рим установил полное господство над западом Европы, севером Африки и Ближним Востоком. В этот же период произошёл переход от республиканского строя к диктатуре императоров. Хотя большинство из них были деспотами без особых талантов, но само государство было сильным и хорошо организованным. В аспекте культуры по всей империи продолжался пышный расцвет. Интеллектуалы и таланты Рима всё ещё оставались в плену достижений великих греков и во многом продолжали развивать заложенные ими основы. Но Рим создавал больше профессионалов, чем мыслителей, он оставил меньше имён великих интеллектуалов, чем дала Греция. Однако напор времени создал несколько выдающихся умов нового типа, которые выросли на плечах греческих гигантов, но были шире и глубже образованными. Некоторые из них принимали активное участие в общественной жизни, занимая важные позиции и влияя на государственные дела. Другие при жизни оставались в тени, и их интеллектуальные достижения стали известны лишь через века.

………………………………………………

Величие Рима было больше в великолепии силы, чем в блеске мысли.

Уил Дюрант

(американский историк культуры)

Великий латинский язык

Любой язык можно уподобить живой крови национальной культуры – это общение и история людей, это мифы, это литература и наука. И чем жарче и активнее бурлит кровь национальной культуры, тем богаче язык.

Римлянам всегда было чем гордиться, но самое великое и долговечное достижение римлян – это развитие их языка: он повлиял на развитие западного интеллектуализма больше, чем любое другое достижение, и лёг в основу всех западных языков.

Как все языки, латинский начал формироваться вместе с началом оседлой жизни латинян – около трёх тысяч лет назад. Но основное оформление латинский язык получил во II–I веках до н. э., во многом испытав влияние греческого. До этого латынь была ограниченным языком аграрного и военного общества, с небольшим словарным запасом. Заимствуя многие слова из греческого, латинский язык способствовал культурному развитию римлян.

Завоевания Рима помогли распространению латинского языка по Европе. Римляне входили в новые земли с мечом, но насаждали в них свою культуру. Через двести лет латынь стала самым богатым средством выражения мыслей и чувств и повсеместным способом общения. Став языком культурного мира, она надолго пережила саму Римскую империю и оставалась в широком применении более полутора тысяч лет – ни один другой язык за всю историю не жил так долго и не отразил в себе так много культурных ценностей. Латинские языковые корни вошли во многие современные европейские языки – итальянский, португальский, испанский, французский, английский, русский. И в других языках он служит для производства многих слов – определений, терминов и понятий. Широко известны мудрые латинские поговорки, которые в оригинале и в переводах повторяют во всём мире и теперь.

Хотя христиане старались уничтожить все следы языческой культуры Рима, но могучий латинский язык был сильней их ненависти. После становления христианства в Риме и по всей империи, распространителем латыни стала сама христианская церковь, особенно через переводы в новой эре на латинский язык самого популярного творения – Библии.

В течение почти двух тысячелетий всё просвещение в Европе основывалось на знании латинского языка: на нём писались научные труды, на нём преподавали в университетах, на нём во многих странах долгое время сочинялась поэзия. Латинский до сих пор лежит в основе медицинской терминологии всего мира.

Под влиянием времени и наступления новых культур разрушались прочные каменные строения Рима, приходили в упадок города и гибли памятники, старели и гибли великолепные мраморные скульптуры, но одно наследие Рима останется в интеллектуальном западном мире навсегда – великий латинский язык.

Философы и историки

Одним из самых известных интеллектуалов, которых породила римская цивилизация, был МАРК ТУЛЛИЙ ЦИЦЕРОН (106—43 гг. до н. э.) (Рис. 31-1) – оратор, мыслитель, писатель, историк, философ и государственный деятель с высоким титулом «консул». Цицерон доминировал в политической и литературной жизни Рима с 70 до 43 г. до н. э., в истории это время называют «периодом Цицерона» (как в Афинах был «период Перикла»). Он много путешествовал, несколько лет жил в Афинах, обучался там ораторскому искусству в традициях знаменитого Демосфена и стал величайшим оратором Рима. В те времена, когда не было средств массовой информации, ораторское искусство оставалось самым сильным орудием политического влияния. Цицерон сам считал, что хороший оратор должен быть хорошим человеком, а идеальный оратор должен быть совершенным человеком. Судя по оставленному им богатому литературному наследию во многих областях знаний, он вполне мог считаться таковым. Он был глубоко образованным историком и самым большим мастером латинской прозы, обогатил латинский язык многими новыми словами и создал стиль изложения, который влиял на литераторов всех европейских стран вплоть до XIX века. Его великий современник Юлий Цезарь предвидел и предсказывал, что стиль речей Цицерона окажет влияние на последующие поколения. Осталось около 900 его писем, 58 речей и 19 философских и политических трактатов на разные темы, и переводы греческих философов на латинский язык. Во все века популярными оставались его трактаты «Идеальный оратор», «Темы для речей», «О старости», «О дружбе», «О природе богов», «О республике», «О законах».

Рис. 31-1. Прижизненный скульптурный портрет Цицерона.

Цицерон перевёл сохранившиеся труды великих греческих философов Платона, Аристотеля и речи философов скептиков, стоиков и эпикурейцев. Написанные на 300 лет раньше на древнегреческом языке и в устаревшем стиле, они не были известны римлянам. Цицерон не только перевёл их, но обработал в стиле новой эпохи, сделал доступными для чтения. Оригиналы греческих рукописей были потом утрачены, а потому то, что мы теперь читаем, прошло через латинский перевод Цицерона. Он перевёл утерянные надолго черновые рукописи Аристотеля и придал им стройную форму, сохранив главное – мысли автора. Фактически он стал редактором Аристотеля и даже во многом соавтором – то же, что сделал Платон с беседами Сократа. Цицерон собрал большую библиотеку рукописей на греческом и латинском языках. Он имел дружескую поддержку другого интеллектуала эпохи – богача-банкира Аттика Тита (109—32 гг. до н. э.), вёл с ним переписку по вопросам философии и литературы. Их переписка издавалась много раз, начиная с I века новой эры.

В своих философских взглядах Цицерон придерживался умеренности и воздержанности, сглаживая углы непримиримости разных философских направлений. Его характерным и типично «римским» внесением в философию было устранение крайностей многих из тех учений.

Цицерон занимал высокие посты консула сената и был претором (высшим должностным лицом) в Сицилии. Вершиной его политической активности стало сохранение республиканского строя Рима: в 63 г. он сумел разоблачить заговор аристократа и деспота Катил ины, который готовил переворот в республике. Катилина был сподвижником другого пробивавшегося к власти полководца, будущего императора Юлия Цезаря. В четырёх искусных речах Цицерон сумел убедить сенаторов, что заговорщики должны быть схвачены и казнены. Этим он предотвратил заговор, но этим же надолго настроил Цезаря против себя. Только уже став диктатором Рима, Цезарь простил его.

В возрасте старше шестидесяти лет Цицерон удалился на покой в один из своих многочисленных домов и занялся литературной работой. Его литературная плодовитость поразительна для пожилого возраста.

Однако страсть к политике всё-таки вернула его в Рим. Там, в сенате, он стал свидетелем убийства Цезаря и как старший политик на короткое время занял позицию негласного руководителя Рима. Но потом он сделался врагом другого крупного полководца, МАРКА АНТОНИЯ (83–30 гг.), преемника Юлия Цезаря и противника Октавиана (Августа). Цицерон произнёс против него 14 речей, которые назвал «филиппики» (по примеру речей Демосфена против Филиппа Македонского). Это было время заговоров и убийств. Когда Марк Антоний в 43 г. всё-таки на время захватил власть, он приказал убить Цицерона. Тот стал скрываться, но за ним пустили погоню из самых жестоких офицеров армии. В конце концов они нагнали его. Цицерон понял, что это конец. Он не просил пощады и сам подставил свою голову под их мечи. Это был почти такой же акт гордой гражданской смелости, как и смерть Сократа, выпившего чашу цикуты.

Цицерону перерезали горло, а потом его голова и руки были выставлены в Риме на обозрение, чтобы все видели расправу над ним. Таковы были нравы того беспощадного времени.

Но политическое предвиденье Цицерона было верным – через несколько лет его убийца Марк Антоний вынужден был покончить с собой, а Октавиан Август стал правителем Рима и его первым императором.

* * *

Если интеллект Цицерона поражает своей широтой, то интеллект его современника ТИТА ЛУКРЕЦИЯ КАРА (99–55 гг. до н. э.) поражает глубиной мышления. Он был поэтом и философом физического направления. О его жизни почти ничего неизвестно, кроме того, что он всю жизнь писал одну книгу «О природе вещей». Но есть книги, которые изменяют мир; гениальная философская поэма Лукреция – одна из них. В поэтической форме, в 7415 строках, написанных шестистопным гекзаметром, он описал все аспекты жизни и чувств людей и дал физическое объяснение строению мира из атомов. По широте тематики и глубине охвата поэма представляла систематическое изложение материалистической философии древности, намного опередившее своё время. После неё в сфере познания мира полторы тысячи лет не было написано ничего более прогрессивного.

Самое раннее упоминание о возможности существования неделимых мелких частиц материи появилось в индийской философии около 800-х гг. до н. э. Атомистическую космологию (строение мира из атомов) предложил один из ранних греческих философов Левкипп (около 475 г. до н. э.), затем развил в систему Демокрит (460–370 гг. до н. э.), первым использовавший слово «атом» (неделимый). Но труды этих философов сохранились лишь частично и известны только в пересказах других. Наиболее подробно они были пересказаны Эпикуром (341–270 гг. до н. э.). Лукреций читал Эпикура через два столетия и стал поклонником его философии. В своей поэме он развил его взгляды о счастливом духовном существовании, свободном от страха и суеверия, и дал наиболее полное описание атомной теории, на уровне знаний того времени. От него в практику научного языка вошло само слово «АТОМ». Поэма состоит из шести книг, достаточно перечислить их названия, чтобы понять необычную широту мышления Лукреция:

1) Материя и пространство, 2) Движение и форма атомов, 3) Жизнь и сознание, 4) Чувственность и половое влечение, 5) Космология и социология, 6) Метереология и геология.

По Лукрецию, быть счастливыми людям мешают страх перед богами и страх смерти. Он был атеистом и считал, что если боги и существуют, то они такие же физические явления природы, как всё на свете, тоже состоят из атомов и не имеют никакого влияния на судьбы людей. Поэтому не должно быть никакого страха перед ними. Он писал: «Мой начальный пункт – это следующий принцип: ничто не может быть сотворено божьей силой из ничего»; «Всё указывает на то, что много элементов являются общими для многих вещей, подобно тому, как одни и те же буквы являются общими для разных слов»; «Природа всё составляет из компонентов атомов и никогда не уничтожает это до ничего». Этим он предварил физические и химические законы сохранения энергии и материи. По Лукрецию, душа, как и тело, состоит из атомов, и душа умирает вместе с телом, поэтому не надо бояться смерти – за смертью ничего нет.

Чтобы объяснить и доказать это положение, основанное на учении Эпикура, Лукреций изложил его в форме поэтических образов. Этот новый подход помог ему создать новые термины, которых до тех пор не было в латинском языке.

В области физической космологии он объяснял, что Вселенная состоит из множества миров, а все они – из атомов и пустот, в которых атомы вращаются. Он также дал физическое объяснение молнии и грому, облакам, вулканам и землетрясениям как явлениям природы. Лукреций даже подошёл близко к представлению об эволюции жизни, считая, что всё живое развивается во времени, слабое отмирает, остаётся только наиболее жизнеспособное.

Хотя в поэме трактуются философские вопросы строения мира и человеческой психологии, она написана в форме живого рассказа со многими лирическими отступлениями. Лукреций развил строй латинского языка, обогатил его новыми словами и дал первые термины для описания физических явлений. Его стиль повлиял на самого яркого поэта среднего периода Рима Вергилия (см. далее) и на других поэтов.

Существует версия, что, страдая психическими отклонениями, Лукреций покончил жизнь самоубийством в 49 лет, и что его книга была обработана Цицероном. В письмах Цицерона действительно есть высокая оценка этой поэмы.

Лукреций шел настолько впереди своего времени, что поэма стала известна лишь в эпоху Ренесанса. Парадоксально, но все века она сохранялась в христианском монастыре, возможно потому, что отрицаемые в ней боги были богами языческими. Только в XVI в., с появлением реалистических взглядов на природу, поэма стала популярна. Джордано Бруно (1548–1600) был одним из первых поклонников творений Лукреция. Исаак Ньютон (1642–1727) был убеждённым атомистом, и его взгляды во многом совпадали с трактовкой Лукреция. Уже в XX в. Альберт Эйнштейн признавал Лукреция как одного из самых прогрессивных философов мира.

* * *

Во многом противоположностью Лукрецию был другой яркий интеллектуал Рима, ПЛИНИЙ СТАРШИЙ (23–79 гг. н. э.), человек с универсальными интересами и талантами. Он был успешным полководцем и другом императора Веспасиана (правил в 69–79 гг.); был наместником провинций, командовал флотами и армиями. Но по наклонностям он был натуралистом – одним из первых натуралистов Древнего Рима – и необычайно плодовитым писателем-историком. Он написал 37 томов «Естественной истории» и пересказал в ней труды 473 авторов древности, что говорит о его большой эрудиции. В своих книгах он описал 35 тысяч разнообразных известных к тому времени фактов. Эти описания ценны тем, что представляют картину развития жизни и наук с самых древних времён во многих странах. Правда, Плиний не делал различия между истиной и фантазиями, в его трудах было представлено много фантастических легенд, наример о людях с тремя ногами, одним глазом во лбу и двумя головами. Эти описания попали в руки арабских учёных вместе с другими рукописями Александрийской библиотеки. Они так поразили их воображение, что были переведены на арабский язык, стали популярны и сохранились в веках. Уже в Средние века эти записи Плиния были переведены обратно с арабского на латинский и стали известны в просвещённом мире.

Плиний командовал флотом в Неаполитанском заливе, там он и погиб в день знаменитого извержения Везувия 24 августа 79 г., когда были залиты лавой и засыпаны пеплом города Помпея и Геркуланум. Видя это извержение, желая спасти гибнувших людей и ближе наблюдать уникальное явление, Плиний повёл свои корабли к берегу. Но горящая лава и град камней не давали им причалить. Плиний сумел сойти на землю в стороне от извержения. Оттуда он пешком пошёл к Помпее, но задохнулся от испарений вулкана и умер.

* * *

После Цицерона наиболее знаменитым оратором Рима был ТАЦИТ (ок. 58 – ок. 177 гг. н. э.), историк и политический деятель, ставший консулом сената времени первых императоров. Недолго он занимал должность наместника самой большой римской провинции АЗИИ. Так называлась территория западной части теперешней Турции. Это название позже укрепилось за громадным континентом, который ещё не был известен западному миру целиком и не имел названия.

Тацит вырос на территории теперешней Германии, которая тогда была дикой пограничной частью Римской империи. Впоследствии он дал описание её географии и этнографии германцев. Это описание было предвидением: так римляне познакомились со страной и той варварской силой, которая через несколько веков хлынула на Рим и победила империю. Из исторических описаний Тацита известны многие детали правления первых императоров. Он написал 14 томов «Истории» (сохранились четыре первых), и 16 томов труда «Анналы, время после Августа»» (сохранились восемь из них). Тацит восторгался идеалами Римской республики и дал глубоко критическую оценку почти всех императоров. По его словам, они были опьянены своей властью и предавали римские республиканские традиции. Тацит был великолепным стилистом латинского языка, его текст отличался краткостью.

* * *

Выдающийся древнегреческий писатель-интеллектуал ПЛУТАРХ (ок. 45 – ок. 127 гг. н. э.) (Рис. 31-2) в юности учился в Афинах. Впоследствии он стал римским гражданином и во многом повлиял на развитие культуры Рима. Необычайно плодовитый автор, он написал 227 томов (свитков) – «Сравнительные жизнеописания» (50 биографий) великих греков и римлян, и книгу под названием «Моралии» – 60 эссе по вопросам этики, морали, религии, политики и литературы. Его считают «отцом» литературных эссе и биографических описаний. Жизнь и работа Плутарха были отражением периода, когда античные культуры Греции и Рима уже сливались, и интеллектуалы обеих стран находились в близком контакте. Он много путешествовал, изучал египетскую религию и культуру, много читал и собирал сведения для своих описаний. В Риме он находился в дружеских отношениях с императорами Траяном и Адрианом, они ему покровительствовали: Траян сделал его консулом, а Адриан дал титул почётного прокуратора Греции.

Рис. 31-2. Посмертный портрет Плутарха.

Плутарх был патриотом Греции и считал распад эллинской культуры трагедией. Всегда, где только было уместно, он превозносил греческий ум над римской силой. Основные его описания были собраны в несколько книг – «Параллельные жизни». Это подробные биографии с описанием творчества 50 исторических лиц Греции и Рима. Он не только описывал, но проводил параллели между великими людьми. Эти истории стали основным источником сведений о многих людях тех цивилизаций на все последующие времена. Несмотря на прижизненную популярность трудов Плутарха, в Риме они были надолго забыты. Но их продолжали читать по-гречески в христианской Византии, даже невзирая на то, что в них были описаны язычники. В 1509 г. был сделан обратный перевод их на латинский язык, а вскоре и на итальянский. В 1517 г. их напечатали во Флоренции. В 1559 г. они были переведены на французский язык, в 1579 г. – на английский и стали источником сведений для исторических «Хроник» У.Шекспира. Начиная с XVI в. на труды Плутарха ссылались все великие историки и писатели. Его читали и о нём писали немецкие писатели Гёте и Шиллер, композитор Бетховен и философ Ницше. Труды Плутарха с интересом читаются и до сих пор – поразительный пример долговечности писательского труда.

Плутарх был священнослужителем, имел сан верховного жреца святилища Дельфийского оракула в Греции. Он оставил описание назначения и процедур святилища. По мифологии Дельфы считались центром мира, бытовало поверие, что устами Дельфийского оракула говорил сам бог Аполлон. Оракул находился в святилище Аполлона – мраморном хранилище афинских ценностей, построенном после победы греков над персами. Раз в месяц оракул отвечал на вопросы и давал предсказания судеб пришедшим туда людям. Из поколения в поколение оракулом была немолодая женщина-пифия, она находилась в состоянии транса от сока поджаренных лавровых листьев и давала туманные непрямые ответы. Обязанностью священника-жреца было интерпретировать их. Ко времени Плутарха значение оракула ослабло, неясно – какую функцию выполнял он сам. Правда, он и не претендовал на то, чтобы быть объективным историком и писал: «Всегда нужно помнить, что моё стремление – описывать не историю, а только жизни».

Поздние римские поэты

Судьба Италии – в судьбе

Её торжественных поэтов.

Николай Гумилёв

Если интеллектуальное развитие Греции началось с мифов, то интеллектуальное развитие Рима ими закончилось. Творчество ранних римских поэтов было прямым отголоском греческих мастеров. Поэты более позднего периода разрабатывали темы греческих поэм и драм, приспосабливая их к реалиям повседневной жизни Рима. Поэты Вергилий, Гораций, Овидий, Ювенал и Апулей писали в период расцвета Римской империи. В своей эпике они применяли классические сюжеты к новому времени и новым вкусам. Римские поэты и драматурги были прославленными мастерами и пользовались успехом в образованных кругах общества, у них были покровители, включая императоров Рима. И благодаря популярности латинского языка творчество римских поэтов пережило тысячелетия. Все классики литературы учились у них и ссылались на них (Данте, Боккаччио, Шекспир, Пушкин).

ВЕРГИЛИЙ (70–19 гг. до н. э.) (Рис. 31-3) был сыном ремесленника, учился риторике и философии в разных городах Италии – Кремоне, Милане, Риме и Неаполе. Его образование финансировали покровители его таланта – богач-меценат Азиний Поллион и консул и полководец Октавиан, ставший потом императором Августом.

Рис. 31-3. Мраморный бюст прижизненного изображения Вергилия.

Вергилий во многом копировал стиль Гомера; но гомеровские стихи были рассчитаны на декламационное искусство поэтов-аэдов, а Вергилий сумел довести его стиль до совершенства в письменном изложении. Считается, что то, чем Гомер был для Греции – тем Вергилий стал для Рима.

Его ранняя поэма на темы повседневной жизни «Эклоги» оставалась популярной веками. В ней, в частности, воспевается ожидание ребёнка в семье Августа, но вплоть до XV в. христиане парадоксальным образом считали, что это было предвидением Рождества Христа.

В поэме «Георгика» Вергилий следовал примеру греческого поэта Гесиода, описывая деревенскую жизнь Италии. По искусству стиха эта поэма считается вершиной языка. Вергилий был назван поэтом-лауреатом – высшая мера признания в римской литературе.

Свою наиболее знаменитую поэму «ЭНЕИДА» – о герое Троянской войны – Вергилий начал по заказу своего покровителя, императора Августа. Римские императоры считали себя потомками Энея. Поэма написана по мотивам «Одиссеи» Гомера и была первым примером эпического творения на латинском языке. Легендарный герой Эней провёл долгие годы в путешествиях и скитаниях; как и у Одиссея, в жизни Энея происходило много героических и романтических событий. Но Вергилий умер, не дописав поэму до конца. По легенде, перед смертью он просил сжечь поэму. Но в поэме воспевались деяния Августа, и император поручил двум другим поэтам закончить её.

Через тринадцать веков Данте, один из первых поэтов раннего Возрождения, считал Вергилия лучшим римским поэтом и в своей «Божественной комедии» выбрал его тень своим героем-проводником по кругам ада и чистилища. Упоминания язычника Вергилия в христианском эпосе Данте было смелым шагом перехода к новому миропониманию, начавшему эпоху Ренессанса. И это было высшим признанием искусства и значения Вергилия.

* * *

ГОРАЦИЙ (65—8 гг. до н. э.), сын отпущенного на волю раба, учился в Риме и потом философии и поэзии, в Академии, основанной Платоном в Афинах. Он был военным, затем служащим магистрата в Риме, и параллельно занимался писанием сатир. Его поэзия находилась под влиянием Вергилия, и тот рекомендовал его своему меценату Клинию, который ввёл Горация в круг аристократов, а потом подарил ему поместье. Там Гораций целиком посвятил себя поэзии. Он написал много сатир против гражданских войн в Риме после убийства Юлия Цезаря. Его главным трудом были три тома лирических од в стиле греческих поэтов античного прошлого – Анакреона, Алкея и Сапфо. В них он воспевал мир, патриотизм, любовь, дружбу, вино, прелесть сельской жизни и простоты. Знаменитые своим ритмическим богатством и иронией, эти оды считаются примером поэзии высокого класса. Им часто подражали западные поэты XVIII и XIX веков. Самый большой и последний труд Горация «Искусство поэзии» посвящён мастерству греческих предшественников и трудностям поэтического мастерства. После смерти Вергилия Гораций тоже стал поэтом-лауреатом. Но он знаменит также тем, что до конца жизни занимался разведением овощей в своём огороде. В VI главе романа в стихах «Евгений Онегин» Пушкин описал помещика Зарецкого так: «Живёт, как истинный мудрец, Капусту садит, как Гораций».

* * *

ПУБЛИЙ ОВИДИЙ НАЗОН (43 г. до н. э. – 17 гг. н. э.), римлянин, юрист, учился в Афинах. Унаследовав богатство отца, посвятил себя поэзии. Пятнадцать его больших поэм «Метаморфозы» были чрезвычайно популярны. В них в живом изложении представлена вся сложная мифология Греции и Рима. Его поэтический сборник «Наука любви» отличался чрезвычайно подробными эротическими описаниями. Эротика была разлита в живописи и скульптуре, но Овидий первым ввёл её в литературу. Его стихи пробуждали то, что называется «низменными страстями» и способствовали большему разврату аристократии. Это было в период правления императора Августа, противника разврата, старавшегося возродить в обществе и в своей семье высокую мораль. За эротику в деталях любовных стихов Август сослал Овидия в отдалённое поселение на берегу Чёрного моря (Понта Эвксинского) – на территорию теперешней Румынии. Там поэт прожил последние годы, надеясь на возвращение в Рим, и писал стихи до самого конца («Скорбные элегии» и «Письма с Понта»). Пушкин писал о нём в 1-й главе «Онегина»: «…наука страсти нежной,/ Которую воспел Назон,/ За что страдальцем кончил он / Свой век блестящий и мятежный /В Молдавии, в глуши степей, / Вдали Италии своей».

В 85–86 г. н. э. в Риме появилась новая форма публикации рукописного текста – книга, называемая «кодекс». Все пятнадцать поэм «Метаморфоз» Овидия появились в этой же форме. Страницами были пергаментные листы, скреплённые деревянной обложкой. Непривычные к новой форме рукописей, римляне иронически называли книгу – «большой грудой из многих листов». Но постепенно читатели стали привыкать к новой форме. В первых рукописных книгах были поэмы Овидия, Вергилия, речи Цицерона и истории Ливия «Анекдоты».

* * *

ЮВЕНАЛ (55—130 гг. н. э.) был полководцем высокого ранга и поэтом-сатириком. В шестнадцати блестящих по технике стихосложения сатирических поэмах он описал жизнь богатой верхушки Рима. По сути, он был одним из первых социальных сатириков.

* * *

АПУЛЕЙ (125 – ок. 180 гг. н. э.) происходил из богатой семьи, живущей в местечке на территории теперешнего Алжира. Был знаменитым ритором и жрецом в Карфагене, который к тому времени опять стал большим центром, а потом учился философии в Афинах, был широко образован, много путешествовал и увлекался мистицизмом. В 150 г. он жил в Риме и женился на богатой вдове старше его, за что был обвинён в колдовстве. В его популярном романе «Метаморфозы, или Золотой осёл» это нашло отражение в мистических превращениях с эротическими сценами. Апулей был мастер деталей, его роман оставался популярен в Средние века и повлиял на одного из поэтов раннего Возрождения – Боккаччо. Пушкин начал 8-ю главу «Онегина» словами: «В те дни, когда в садах Лицея / Я безмятежно процветал,/ Читал охотно Апулея, / А Цицерона не читал…»

Ода д’Аннуцио

Опять волчица на столбе[22]

Рычит в огне багряных светов…

Судьба Италии – в судьбе

Её торжественных поэтов.

Был Августов высокий век,

И золотые строки были;

Спокойней величавых рек

С ней разговаривал Вергилий.

Был век печали. И тогда,

Как враг в её стучался двери,

Бежал от мирного труда

Изгнанник бледный, Алигьери.

…………………………………….

А море синей пеленой

Легло вокруг, как мощь и слава

Италии, как щит святой

Её стариннейшего права.

А горы стынут в небесах,

Загадочны и незнакомы,

Там зреют молнии в лесах,

Там чутко притаились громы.

И, конь, встающий на дыбы,

Народ поверил в правду света,

Вручая страшные судьбы

Рукам изнеженным поэта.

И все поют, поют стихи

О том, что вольные народы

Живут, как образы стихий,

Ветра, и пламени, и воды.

Николай Гумилёв

Учёные Рима

За все века истории Древнего Рима его интеллектуальные силы не оставили крупных имён в теоретических науках. Они более прославились своими практическими достижениями в строительстве и военной технике, которые должны были базироваться на теоретических основах, но эти основы остались неизвестны. Создавать несметное количество громадных и уникальных построек по всей Европе и части Азии и Африки, строить мощные военные и торговые корабли, производить металлические орудия и оружие – всё это требовало участия людей со знаниями математики, геометрии и тригонометрии. Основы этих наук были заложены греками, но за много веков существования Римской империи технология производства усложнилась. Возможно, римлянам помогали пленные и наёмные греки. Однако наверняка среди профессионалов должны были быть новаторы с широкими интеллектуальными наклонностями. Но о них не сохранилось никаких данных Мы знаем лишь несколько имён более позднего периода.

* * *

Хотя римляне завоевали почти полмира, они не оставили географических описаний.

Автор единственного географического труда «Описание мира» ПАМПОНИУС МЕЛА (I в. н. э.) представил в нём перечень сведений греческих географов, причём сведения эти уже устарели ко времени его написания. Мела делил мир на пять зон-поясов – от севера до юга, с полюсами холода наверху и внизу и нестерпимо жарким поясом в центре. Окружающий Землю океан он делил на четыре моря, из которых самым важным было Средиземное. Он не описывал технических деталей, не приводил расстояний, хотя давал краткие описания мест. Его труд был рассчитан на широкого читателя, в свои описания он включал мифы и фантастические сведения. Эти рассказы повторял за ним историк Плиний Старший. Благодаря этим фантазиям труды Мела вместе с трудами Плиния оставались популярными до эпохи открытий в XIII веке.

Гораздо более ценные сведения содержались в труде путешественника позднего периода ПАВСАНИЯ (143–174 гг. н. э.) – «Описание Эллады» из 10 томов. Фактически это было подробное руководство для путешественников, с фактами истории, географии, ежедневной жизни греческих городов. К тому времени Эллада уже приходила в упадок, но её города ещё сохраняли своё первоначальное величие, особенно такие исторические места, как Афины, Олимпия, Дельфы и Коринф. В своих книгах Павсаний дал настолько детальные описания этих городов, что через тысячи лет, в XIX и XX вв., археологи смогли по ним восстановить истинные картины далёкого прошлого. Без описаний Павсания руины этих городов были бы теперь сплошным лабиринтом загадок.

Единственный римский труд по инженерному искусству был написан уже упомянутым ранее ВИТРУВИЕМ (70 г. до н. э. – 21 г. н. э.). Он жил в эпоху Юлия Цезаря и Августа, и он единственный известен как математик и астроном. Его трактат «Десять книг об архитектуре» был описанием опыта строительства по греческим моделям, а частично пересказом трудов греческого архитектора Гермогена и был популярен много веков – до Эпохи Возрождения в Средние века.

Римский учёный и писатель ВАРРО (116—27 гг. до н. э.) учился в Афинах, был военным, имел высокий сан претора на территории Испании. В гражданскую войну он был противником Юлия Цезаря, но потом был прощён им и назначен на высокий пост хранителя библиотеки. Он написал более 600 трудов по многим аспектам науки, но полностью сохранился только труд по сельскому хозяйству. Один удивительный факт из его трудов заключался в том, что, хотя тогда не знали о существовании микробов, Варро высказал предположение о существовании «маленьких существ, которые не могут быть видны глазом, но распространяются по воздуху, попадают в организм через рот или нос и вызывают болезни» (цитата из Варро). Даже сегодня за такое открытие он мог бы получить Нобелевскую премию.

Врач АВЛ КОРНЕЛИЙ ЦЕЛЬС (1 в. до н. э.) принадлежал к одной из самых аристократических и образованных римских семей и был учёным во многих областях. Он написал одну из первых энциклопедий, содержащую знания по философии, военному делу, законодательству, сельскому хозяйству и медицине. Из неё сохранились лишь 8 томов медицинской части. Во многом они были переработкой трудов основателя медицинской науки грека Гиппократа (460–377 гг. до н. э.). Именно из трудов Цельса стала во многом известна история развития ранней медицины – работы греческих и александрийских врачей, анатомов и хирургов. Как практикующий врач, Цельс первым описал признаки воспалений и первым предложил прообраз антисептических растворов для их лечения. Он первым сделал операцию по удалению воспалённых гланд и изобрёл ряд инструментов, в том числе зеркало для зубоврачебной практики, каким пользуются дантисты до сих пор. Современники называли его «Цицерон от медицины». Его работы пропали с наступлением раннего Средневековья, когда в Европе уничтожалось всё, исходившее из мира языческих верований во многих богов. Лишь в XV веке рукописи его были вновь открыты римским папой Николаем V, просвещённым человеком. Благодаря влиянию папы труды Цельса были изданы вскоре после первого напечатания Библии – в 1478 г. и потом переиздавались много раз. Имя Цельса с тех пор стало легендарным.

Врач ГАЛЕН (130–200 гг. н. э.) с юности был предназначен медицине, потому что его отцу-архитектору явился якобы во сне бог медицины Асклепий и предсказал великое будущее его сыну. Гален учился медицине в Пергамоне, Смирне, Коринфе и Александрии. Это говорит о распространённости римских школ медицины и о глубоком интересе Галена. Сначала он лечил гладиаторов в Пергамоне, в Малой Азии. Он практиковался на них в хирургии и одновременно изучал анатомию. Но посмертные вскрытия погибших гладиаторов были запрещены, поэтому он стал одним из первых экспериментаторов на животных – основателем науки физиологии. Свои наблюдения он переносил на человека, проницательно угадывая возможные связи. Гален описал мозговое кровообращение, работу мышц и мочевыводящую систему. В практической медицине он прославился тем, что умел ставить диагнозы по пульсу. Как успешного врача его приняли в Риме, где он лечил семьи трёх императоров – Марка Аврелия, Коммодуса и Септимия Севера.

Его время совпало с ослаблением римского язычества и увлечением римских аристократов учениями гностицизма и стоицизма. Это также было время активного распространения христианства. Хотя Гален не стал христианином, но находил монотеизм прогрессивным учением, считая, что если Бог есть, то только один – в противовес принятой греко-римской языческой религии. Поскольку Гален принадлежал к интеллектуальной верхушке римского общества, этот пример показывает изменения в отношениях интеллектуалов к старой и новой религиям.

Работы Галена по кровообращению и анатомии были популярны до конца Средних веков, пока не были замещены более точным учением голландца Везалия в 1500-е годы и британца Гарвея – уже в 1600-е годы.

* * *

Как во всём, достижения медицины Рима были успешнее в организационно-структурном плане. Это было отражением быстрого роста империи, которая захватила и контролировала громадные территории. Для этого Рим всегда имел многочисленную армию – от трёхсот тысяч до почти миллиона человек в разные периоды. В римской армии имелась хорошо организованная медицинская служба – легионеры не стали бы служить, если бы в армии не заботились о раненых и больных. Образец организации медицинской службы римляне переняли у греков. Ещё до полной победы над Грецией они во II в. до н. э. уже нанимали греческих врачей. По инструкциям греков римляне создали госпитали по всей империи. Потом они сами, как во всём остальном, развили совершенную систему медицинской службы. На поле боя раненых перевязывали специально натренированные MEDICI («медики» – в единственном числе это MEDICUS, отсюда и пошло слово МЕДИЦИНА; даже самих её специалистов почти до наших дней называли по-латыни «медикус»).

Тысячный легион римской армии имел четырёх врачей, а шеститысячная армия – 24 врачей. Для раненых легионеров и для служащих империи на всех территориях создавались госпитали – VALETUDINARIA. В них были лучшие, для той эпохи, гигиенические условия – проточная вода и смывная система в уборных. Для лечения применялись настои трав, а для операций – прообразы инструментов, которыми мы пользуемся и теперь: скальпели, хирургические ножницы и костные зажимы.

При захватах обширных территорий с неразвитыми народами и племенами римские солдаты и чиновники подвергались опасностям инфекций, особенно малярии и дизентерии. Поэт Гораций даже описал в одной из поэм, как он, путешествуя по провинциям, заболел дизентерией, когда выпил нечистой воды. Римские акведуки, со снабжением чистой водой, смывная система в туалетах и распространённые повсюду общественные бани во многом помогали избегать эпидемий. Когда в VI–VII вв. римская культура уступила нашествию варварских племён и засилию менее развитой христианской культуры, традиции римской системы водоснабжения и смыва были забыты, и в Европе стало возникать больше эпидемий, самой опасной из которых была чума.

Культ римлян – сила и жестокость

Культурным грекам Рим всегда казался варварской страной. Несмотря на технические достижения и развитие искусств, римское общество всегда было грубоватым, и века Римской империи были веками процветания культа силы и жестокости. Даже при наличии влияния эллинской культуры и религии, в Риме долгое время продолжался религиозный культ человеческих жертвоприношений, хотя указом сената в 97 г. до н. э. они были запрещены. Но и позже, когда в 73 г. римляне подавили восстание рабов, они распяли на крестах шесть тысяч восставших и расставили кресты по всем дорогам. Юлий Цезарь приносил человеческие жертвы во славу своих побед.

В римлянах жило древнее представление о том, что любое наказание должно быть мучительным. Не удивительно, что они культивировали жестокие зрелища. Самыми популярными были гонки колесниц, запряжённых четвёрками лошадей, схватки диких животных и битвы гладиаторов между собой.

Слово «гладиатор» произошло от латинского слова «меч». Традиция перешла к римлянам от этрусков – гладиаторские погребальные сражения были популярным зрелищем в Этрурии. Для забавы публики в Риме первый такой бой был устроен в 264 г. до н. э. на похоронах завоевателя Апеннинского полуострова Брута Перуса Юния. Тогда состоялся смертельный бой между тремя парами пленных гладиаторов. После этого была разработана специальная инсценировка с боями гладиаторов разных категорий (Рис. 31-4). Убитых выносили с арены уборщики в чёрных масках и рогатых шлемах. Они держали в руках молот на длинной ручке – этрусский символ бога загробного мира. Если гладиатор подавал признаки жизни, они перерезали ему горло.

Рис. 31-4. Бой гладиаторов (древнее мозаичное изображение).

Римская республика просуществовала почти 450 лет (509—49 гг. до н. э.) – уникальный пример устойчивости республиканского строя. И почти всё это время практиковались гладиаторские бои между пленными рабами. Многие правители устраивали бои между 50 и 100 парами специально обученных в школах гладиаторов. Одним из них был Юлий Цезарь – для увеличения своей популярности он во многом потакал вкусам толпы. Он даже платил римским патрициям, чтобы они выступали гладиаторами (не убивая друг друга, а лишь разыгрывая сражение). Только один из императоров не имел интереса к гладиаторским боям – Август, преемник Цезаря. Философ Сенека (55 г. до н. э. – 40 г. н. э.) публично выступал против гладиаторских боёв. Он был учителем императора Нерона (37–68 гг. н. э.), который под его влиянием ввёл указ, чтобы бои велись не до смертельного исхода. Но после свержения Нерона убийства на арене продолжались. Императоры Калигула и Адриан даже сами выступали в боях как гладиаторы, но пользовались помощью охраны, которая не давала их ранить. Император Коммод сам провёл тысячу боёв с гладиаторами. Эти театрально разыгранные убийства были «чудачествами» императоров. Настоящие гладиаторские бои были прекращены в Риме только в 405 г. н. э., просуществовав почти восемьсот лет.

По указанию императора Веспасиана в 75 г. в Риме начали строить самый большой амфитеатр мира – знаменитый римский КОЛИЗЕЙ. Он представляет собой вершину римской архитектуры и строительной техники (Рис. 31-5), до XX века ему не было равного по величине. И по числу убитых на его арене людей ему тоже нет равного. По приблизительным подсчётам, в Колизее погибло около ста тысяч гладиаторов и рабов.

Рис. 31-5. Римский колизей.

Веспасиан был победителем в Иудейской войне в 66–70 гг. н. э., он вложил в строительство Колизея громадные награбленные там средства и пригнал на стройку тысячи пленных рабов-иудеев. Строительство велось на месте большого озера в бывшем имении развенчанного импператора Нерона «Золотой дворец». Озеро было высушено и засыпано 200 тысяч кубометров твёрдой земли. Дренажная система, проведённая под Колизеем, работает уже две тысячи лет. Колосальную арену построили всего за 5 лет. На стройку ушло 750 тысяч тонн строительных камней-блоков, 8 тысяч тонн мрамора, 6 тысяч тонн цемента. Симметричный овал арены состоит из 80 рядов, поднимающихся амфитеатром. Они вмещали более пятидесяти тысяч зрителей, которые могли просто и быстро заполнять арену через 70 входов. От палящего солнца зрителей спасала специально натягиваемая гигантская полотняная крыша. Император, сенаторы и богатая аристократия имели особые ложи.

Архитектор Колизея остался неизвестен; есть неподтверждённая легенда, что это был ГОДЕНТИЙ, который потом стал христианином и погиб вместе с другими христианами на арене построенного им Колизея. Но, скорее всего, архитекторов у Колизея было много.

Сначала строение назвали Ареной Флавия. У главного входа стояла сохранившаяся 20-метровая статуя развенчанного Нерона, её прозвали Колосс. Веспасиан повелел статую оставить, но заменить её голову на голову бога Аполлона. Эту статую разрушили в Средние века фанатики христианства, которые уничтожали всё, связанное с прежней языческой религией Рима. Но популярное название арены Колизей осталось навсегда. Открылся Колизей в 80 г. при императоре Титусе. Первые представления в нём шли сто дней подряд, начинались с пышных парадов актёров, а также продолжались музыкой, танцами, участием слонов и приносимых в жертву быков. Торжества продолжались гладиаторскими боями и пожиранием хищниками преступников и пленных. Туда были свезены тысячи гладиаторов и диких зверей.

С 192 г. стали популярными сражения женщин-глади-аторов и всё больше нравившаяся публике охота на людей. Их свозили в Рим со всей империи и держали в искусно устроенных подвалах под ареной Колизея. На все века эта римская жестокость послужила предметом описаний и изображений поэтами и художниками.

В 192 г. в Колизее был пожар, а затем его перестроили для того, чтобы разместить под ним еще больше пленных и диких животных. До 1597 г. он простоял в сохранившемся первоначальном виде, с небольшими разрушениями. Именно в этом году папа римский Юлий II дал указание размонтировать украшения Колизея для строительства нового Собора Св. Петра. Теперь от великолепного, но печального своей славой Колизея остался только остов.

Умирающий гладиатор

I see before me the gladiator lie…

Byron

Я вижу перед собой лежащего гладиатора…

Байрон

Ликует буйный Рим… торжественно гремит

Рукоплесканьями широкая арена:

А он – пронзённый в грудь – безмолвно он лежит,

Во прахе и крови скользят его колена…

И молит жалости напрасно мутный взор:

Надменный временщик и льстец его сенатор

Венчают похвалой победу и позор…

Что знатным и толпе сражённый гладиатор?

Он презрен и забыт… освистанный актёр.

И кровь его течёт – последние мгновенья

Мелькают, – близок час… вот луч воображенья

Сверкнул в его душе… пред ним шумит Дунай…

И родина цветёт… свободный жизни край;

Он видит круг семьи, оставленный для брани,

Отца, простёршего немеющие длани,

Зовущего к себе опору дряхлых дней…

Детей играющих – возлюбленных детей.

Все ждут его назад с добычею и славой,

Напрасно – жалкий раб, – он пал, как зверь лесной,

Бесчувственной толпы минутною забавой…

Прости, развратный Рим, – прости, о край родной…

Михаил Лермонтов

2 февраля 1836 г.

(Это свободное переложение двух строф 4-й главы поэмы Байрона «Паломничество Чайльда Гарольда»).

32. Возникновение раннего христианства и образ Иисуса Христа

Во второй половине первого века новой эры в Риме появилась небольшая группа людей, которые называли себя последователями распятого в Иерусалиме проповедника по имени Иисус из Назарета. Они рассказывали, что он – сын Божий, который искупил вину всех людей ценой собственной смерти на кресте. Но при этом он не умер, а вознёсся в небеса и должен снова явиться на землю как новый Мессия. Вначале римские власти не придавали значения этой группе, считая их одной из обычных сект, верующих в единого Бога. Но последователи Иисуса были фанатичны в своей вере и навлекли на себя гнев императора Нерона. В 64 г. он обвинил их в поджоге Рима и жестоко казнил. Однако последователей Христа становилось всё больше. И всё больше римлян принимали новую религию. Через триста лет преследований и гонений христиан Римская империя вынуждена была признать христианство своей официальной религией.

…………………………………….

Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся…

Фёдор Тютчев

После цивилизаций Греции и Рима самым важным этапом в развитии западной культуры стало возникновение христианства. Но путь его становления был сложным и противоречивым.

В то время как римские императоры продолжали расширять империю и укреплять границы, изнутри её начинала подтачивать развивавшаяся в I–III веках н. э. новая религия, возникшая в Иерусалиме. Первохристиане проповедовали пришествие сына Божия на землю – человека по имени Иисус Христос. Это новое учение шло против основной догмы монотеистского иудаизма, допускавшей только одного Бога. Учение и проповеди Иисуса имели всего несколько последователей, но из-за волнений, начавшихся в Иерусалиме, иудейский синедрион обратился к римскому прокуратору с требованием казнить пророка. И Понтий Пилат утвердил смертный приговор Иисусу. Его учеников-апостолов стали преследовать, и они были вынуждены бежать из страны. Израиль был тогда римской колонией, и они легко ушли в города империи – Рим, Антиохию, Эфес, Коринф, Карфаген и Александрию. Тогда они ещё не называли себя «христиане», это были просто группы фанатически убеждённых в своей правоте людей. Вначале последователи Иисуса мало отличались в канонах поведения от иудаизма – соблюдали субботы и отказывались молиться в языческих храмах. Но их проповеди – о пришествии сына Бога на землю и искуплении людских грехов – привлекали к себе массу нееврейского населения. Императоры искореняли первохристиан, вылавливали и казнили. Первое гонение на них было устроено в 64 г. при императоре Нероне. Он обвинил их в поджоге Рима и начал массовое истребление – их распинали на крестах и бросали на съедение диким зверям. Об этом сохранилась запись историка Тацита: «На них устривали спортивную охоту… одних зашивали в звериные шкуры, и они гибли, пожираемые собаками; другие умирали на кресте, или их покрывали горючей смолой и, по заходе солнца, жгли вместо факелов. Нерон уступил свои сады для этого зрелища… Хотя эти люди и были виновны и заслуживали строгого наказания, но сердца всё-таки открыты для жалости к ним».

Смена религии в стране – это всегда болезненный революционный процесс. Новые силы отрицают и стараются подавить и разрушить всё прежнее. Новая религия в Риме переманывала людей в свою веру, отрицая и разрушая установившиеся традиции. Для римлян привлекательность христианства в проповедях любви, милосердия и доброты. Это был уже не тот народ, которого четыреста лет назад заставили верить в олимпийских богов. Уже многие скептически относились к ним, отрицали их. Красивая языческая религия была только праздником, но никому не обещала прощения в загробном мире. А люди всегда боялись наказания после смерти.

Жизнь общества стала слишком благополучной: римляне имели 100 праздничных нерабочих дней в году (потом их стало даже 175). Все зрелища были бесплатными, считались правом граждан. Богатая жизнь привела к «разгулу грехов», и богачи всё больше боялись возможного возмездия Высших сил. А в загробную жизнь верили все. Некоторые просвещённые аристократы стали понимать, что новое учение – это вовсе не ответвление иудаизма, и приняли христианскую веру. Они уже давно увлекались греческими философскими течениями – гностизмом и стоицизмом, которые давали им новые объяснения духовного мира. В еврейской Библии, распространённой на греческом языке, грамотные люди читали о едином всесильном Боге, который обещал прислать им на землю Спасителя-Мессию. Теологи раннего христианства в Александрии развили это в новое учение: они проповедовали, что Мессия уже пришёл – это и есть сын Бога Иисус.

Через двести лет греческие философы-теологи присвоили ему титул ХРИСТОС, означающий «помазанный» – избранный.

Новая религия говорила с людьми от его имени, от имени Сына Божия, Сына Человеческого. Греческие философы-теологи Пантеней (дата смерти 190 г.), Климент (150–215 гг.), и Ориген (185–254 гг.) добавили к учению новой религии основы греческой философии. Они создали КАТЕХИЗИС – собрание вопросов и ответов по вере. Именно поэтому их потом назвали Отцами Церкви. Ориген первым дал определение Святой Троицы, считая, что оба – Иисус как Сын и Святой Дух как посредник – второстепенны по отношению к Богу-Отцу. Многие из их объяснений были интеллектуально приемлемы для образованных людей. После множества богов Троица их не удивляла. Особенно понятным Иисус казался угнетённым людям – беднякам и рабам. Но новые идеи не вмещались в религию иудаизма, так христианство теряло свои еврейские корни и стало религией без национальной принадлежности. Это привлекало к нему ещё больше людей.

Распространение христианской религии в Риме и его колониях совпало с годами административного и военного кризиса империи. Рим уже был не так силён. Всё чаще на него со всех сторон нападали племена европейских варваров – с востока, севера и запада («варварами» называли всех неримлян). В этих условиях фанатический напор проповедования последователей Иисуса Христа всё больше подрывал традиционную языческую веру и саму власть. Несмотря на жестокие преследования и казни, через 300 лет в Риме и по всей империи был уже миллион приверженцев христианства – оно становилось системой жизнепонимания многих людей. В конце концов, в некоторых местах им было разрешено молиться Иисусу в их церквях. Потом преследование всех христиан было запрещено. А в 380 г. христианство объявили государственной религией Римской империи.

* * *

Если бы Иисус из Назарета, сын Иосифа, как его звали при жизни, умел предугадать всеобъемлющее значение, которое его личность приобретёт в мире, он не смог бы в это поверить. Ещё меньше Иисус мог бы узнать свою идею в развитом христианстве – так оно усложнилось, став религиозно-философским учением. И совсем он поразился бы, узнав, что легенды о его жизни и проповеди его учеников и последователей привели к отделению христианства от породившего его иудаизма и что его начальное сектантское движение внутри иудаизма потеряло прежнюю еврейскую принадлежность и стало одной из трех мировых религий.

Существование Иисуса до сих пор не доказано и оспаривается. Сам он не оставил никаких следов своей жизни – подобно Сократу, он ничего не писал. Как и Сократ, он известен только по описаниям своих последователей и учеников. Их потом назвали апостолами, в переводе с греческого – посланный вперёд, а 1-й век – «эпохой апостолов». Они писали о нём через десятилетия после его смерти, и многие факты могли быть искажены или забыты. Описания были сосредоточены на двух последних годах его жизни, когда Иисус превратился в проповедника, особенно на последних пятидесяти днях его жизни, когда его обвинили, судили и распяли. Через два века описания четырех евангелистов – Матфея, Луки, Марка и Иоанна – собрали вместе в Новый Завет – Евангелие (от греческого слова «благие вести»).

В отличие от Ветхого Завета, в Евангелии нет исторического фона событий и нет хронологии жизни Иисуса. В них нет теологической глубины, это просто религиозные очерки событий и его образа, но они превратили в легенду каждый его шаг. Своей простотой эти описания были доступны массам неграмотных людей. Менее чем за пятьсот лет Иисус Христос стал самой популярной личностью в истории западного мира.

* * *

По сопоставлению дат исторических событий с легендами о жизни Иисуса, считается, что он родился в 4-м или в 6-м году до н. э. в иудейском г. Вифлееме. Рождение Иисуса в 1-м году н. э. было ошибочно высчитано через 500 лет монахом Дионисием в Риме, он предложил отсчитывать от этого года Новую эру, которая продолжается до сих пор. Иисус был сыном пожилого плотника Иосифа и его молодой жены Марии, потом у него появились младшие братья и сёстры. В первые дни жизни Иисуса семья перебралась на жительство в г. Назарет, в провинцию Галилею, чтобы спасти младенца от царя Ирода: по легенде, царю доложили, что родился «царь иудейский» – его соперник, и он приказал убивать всех мальчиков до двух лет. Так повторяется миф, описанный в Библии – после рождения Моисея фараон тоже опасался соперничества младенца и приказал казнить всех мальчиков. Переселение семьи Иисуса называют «бегством в Египет». Туда якобы Иосифа позвал его родственник. Потом семья вернулась и поселилась в Назарете, сначала в гроте, который до сих пор считается исторической святыней.

Иудея того времени была развитой страной. Назарет соседствовал с другими развитыми странами – Финикией и Сирией, где было сильное влияние эллинизма, оставшееся после завоеваний Александра Македонского. Разговорный язык там был вариантом арамейского. Страна недавно была завоёвана римлянами и находилась под их оккупацией. Однако строгого контроля и притеснения иудаизма со стороны римлян тогда не было. Зато в самой религии существовало много сект и течений, которые враждовали друг с другом из-за трактования религиозных учений[23].

До 30 лет Иисус работал плотником с отцом. Как религиозный еврей, он должен был знать о полемике и об образовании новых сект. Весьма вероятно, что ещё до начала своих проповедей он мог думать о разных трактовках учений иудаизма. Но один случай предложить свою трактовку представился ему в период 27–29 годов. Его двоюродный брат Иоанн, прозванный позднее Крестителем, собирал новую секту. Стоя в воде реки Иордан, он объявил, что посланный Богом Мессия явится очень скоро, призывал всех покаяться для искупления грехов перед Судом Божьим и призывал заходить в воду для ритуала очищения – креститься[24].

В предсказании Иоанна о явлении Мессии не было ничего нового, уже ранее находились люди, которые сами объявляли себя мессиями, но ничем не могли доказать это. Не могло быть ничего удивительного и в том, что Иоанн Креститель решил формировать новую секту – при постоянных разногласиях внутри иудаизма это было нередкое событие, разногласия и споры доходили до кровавых схваток и полного разделения сект. Главным разногласием был вопрос трактовок будущего пришествия Мессии: он должен прийти в Судный День и покарать людей за их грехи. Спорили о том, когда и как это доказать? К тому же, Иоанн, очевидно, обладал упорным характером и был во многом непримирим. Легенда говорит, что он открыто и настойчиво критиковал сына царя Ирода и за это был потом обезглавлен.

С учётом исторических событий, религиозной атмосферы и политической ситуации того времени ясно вываляется одно: кроме самой идеи Иоанна о пришествии нового Мессии, никаких других политических и религиозных причин для возникновения ещё одной секты иудаизма тогда в Иудее не было; но из этой идеи потом выросла новая мировая религия – христианство.

Незначительный факт участия Иоанна оказался тем маленьким зерном, которое случайно упало на благодатную почву грядущих перемен. Там из него неожиданно выросло могучее дерево христианства, бросившее свою великую тень на весь мир.

Креститься к Иоанну пришёл и Иисус. Тот крестил его и возвестил, что Иисус и есть Мессия. С этого момента в рассказ о жизни Иисуса вступают легенды о чудесах и суеверия того времени. Он якобы услышал голос, возвещавший, что он – сын Божий. Он удалился в пустыню для 40 дней поста и там успешно превозмог все искушения дьявола. После этого он посвятил последние год или два своей жизни своей миссии. Как набожный еврей он молился в синагогах, соблюдал субботу и ходил по селениям, проповедуя пришествие царства Божьего на землю. Он призывал к идее смирения, любви к ближнему и всепрощения. Своё божественное происхождение он подтверждал серией сотворённых им чудес: излечивал больных, воскресил мёртвого Лазаря, накормил 5-тысячную толпу пятью хлебами, превращал воду в вино и так далее.

Иисус становился популярным проповедником, у него появилось двенадцать учеников – набожных евреев, которые следовали за ним. Он объявил им себя сыном Божьим и предсказал свою смерть в муках – для искупления людских грехов – и своё воскресение. Это было за пределами понимания даже его учеников. Не очень многие люди верили ему, многие сомневались и выступали против. Римские власти считали его приверженцев ещё одним ответвлением иудаизма, но, по навету предателя Иуды, он был арестован и приведён на суд к римскому прокуратору Понтию Пилату (Рис. 32-1).

Рис. 32-1. Христос перед судом Пилата. Скульптура Марка Антокольского (Третьяковская галерея, Москва).

В одном из четырёх Евангелий, написанном апостолом Матфеем, говорилось, что именно евреи настаивали на казни Иисуса; в других писаниях этого нет. Иисус был распят на кресте. И вот уже две тысячи лет ведутся дебаты о вине евреев за его смерть, вопрос, провоцирующий нездоровые волны антисемитизма по всему миру.

Такова канва событий предполагаемой жизни Иисуса.

Образование новой секты было ординарным событием в иудейской религии. Даже самый проницательный еврейский историк древнего времени Иосиф Флавий не оставил об этом течении и о самом Иисусе никаких записей. Если он ни словом не упомянул о возникновении новой религии, значит это было незаметным событием того периода. Христианская секта иудаизма зародилась незаметно и стихийно, без каких-либо побуждающих исторических, политических и даже религиозных оснований в 70-х годах. Рукопись «Иудейской войны»[25] не сохранилась. В IV веке одна из её копий была переписана в монастыре, но и она не имела популярности. В XVI в., уже при развитии книгопечания, интерес к книге возродился. И тут оказалось, что в ней есть один пассаж, где Флавий называл Иисуса «Христос – божественный». Это вызвало недоумение и подозрение историков, разгорелся спор: действительно ли эти строчки написал сам Флавий или их включил поздний переписчик? Основное возражение заключалось в том, что если Флавий считал Иисуса «божественным», то он сам должен был быть христианином, а он им не был. В спор историков в XVIII в. включился даже Вольтер. Он писал: «Помилуйте, друзья, если кто считает

Христа сыном Бога и самим Богом, то как можно сказать о нём всего четыре слова?!» Недавно была обнаружена древняя рукопись перевода книги Флавия на арабский язык, в ней упоминания об Иисусе нет – это разрешило спор: Флавий об Иисусе не упоминал. Древние источники переписывались и искажались много раз, и этот пример – всего лишь один из многих.

* * *

Главное чудо, возвысившее Иисуса, произошло после его мучительной смерти на кресте – он воскрес. Легенда о воскресении Христа является основой темой всего христианского учения. Его воскресение показывает якобы возможность загробного существования и подтверждает правду о его божественном происхождении, о его миссии на земле. Воскресший Иисус стал являться своим ученикам. Они распространяли рассказы о своих видениях. Вокруг его воскресения была потом построена вся христианская теология. И эта легенда стала главным мотивом всех видов искусства западного мира: живописных и скульптурных изображений, литературных описаний, церковных кантат, фильмов и опер.

Существовал Иисус или нет, в Иудее о нём могли скоро забыть, легенды о нём могли заглохнуть и его апостолы не распространили бы новую религию. Но его ученики, спасаясь от преследований и вынужденно покинув страну, распространяли эти легенды в Риме и по всей Римской империи. Это и послужило началом истории христианской религии.

Первые по времени проповеди и записи об Иисусе появились в посланиях св. апостола Павла (3—64 гг.) Он – единственный из ранних проповедников христианства, существование которого подтверждено документально. Павел был евреем, родился в г. Тарсе в Турции, получил образование в Иерусалиме. Его настоящее имя – Савл, он был богатым торговцем и образованным человеком, гражданином Рима, и сам назвал себя римским именем Павел. Он не знал Иисуса лично, но слышал о его учениках, не верил им и призывал к их преследованию. Павел принадлежал к фарисеям, непримиримым противникам Христа.

Рис. 32-2. Св. Павел, с картины Караваджо, изображающей момент, когда ему послышался призывающий голос Иисуса и он упал с лошади.

Но, по одной из позднейших легенд, Павла настигло неожиданное «дивное просветление»: он ехал верхом по дороге в Дамаск, чтобы выступить против христиан, но внезапно его поразил луч света, он упал с коня и услышал Его голос и призыв: «Савл, Савл, почему ты преследуешь меня?» Это произошло почти через 20 лет после смерти Иисуса. Голос заставил Павла мгновенно изменить своё отношение к Иисусу – с того времени он стал первым и наиболее активным проповедником зарождающегося христианства (Рис. 32-2).

В истории было мало людей, которые сделали бы так много для пропаганды идей другого человека, как Св. Павел сделал для Иисуса. Он ездил по римским колониям в Средиземноморье, собирал группы людей, рассказывал им об Иисусе и призывал евреев и неевреев верить в него. Павел учил, что Иисус – сын Бога и Спаситель мира, и требовал от христиан слепой веры в него. Судя по его трудам, Павел был интеллектуалом и талантливым оратором. Это делало его выступления убедительными, ему удавалось уговаривать толпу следовать за ним. Он обращался к разным народам с посланиями (всего их было 14), разъясняя преимущества новой религии. Хотя истинность принадлежность всех посланий перу Павла оспаривается, но в них были первые сведения об Иисусе и его чудесных деяниях. Эти послания лежат в основе теологической философии христианства. Павел писал: «все вы сыны Божии по вере во Христа… нет уже ни иудея, ни эллина; нет ни раба, ни свободного, нет ни мужского пола, ни женского, ибо все вы – одно во Христе» и «человек оценивается только по его вере, без его дел и без любого закона». По Павлу, вера во Христа сама по себе заменяла все знания.

Но когда Павел опять явился в Иерусалим, евреи восстали против него. Они не могли примириться с тем, что Иисуса надо считать Богом, и не желали, чтобы в иудаизм вступали неевреи. Фактически именно тогда Павел оказался инициатором отторжения христианства от иудаизма. В городе начались религиозные беспорядки, Павла отдали под суд римскому прокуратору Феликсу в г. Цезарии. Повторялась история самого Иисуса, которого судил Понтий Пилат. Христиане были изгнаны из Иудеи. Но Павел как гражданин Рима имел право ехать для суда в Рим.

Там он провёл два года под домашним арестом, но в 64 г. пропал – возможно, был казнён императором Нероном вместе с другими первохристианами.

В позднейших легендах о распространении христианства есть много недоказанного. По одной из них, Св. Пётр, рыбак с озера Кинерет (по которому Иисус ходил пешком) стал после казни Христа главой его учеников-апостолов. Его звали Симон, но Иисус дал ему имя «Кифа», что на арамейском означало «камень», или Пётр. Он бежал от преследований и обосновался в Риме, где и призывал людей верить в Иисуса. Так он стал и первым епископом христианской церкви – первым папой римским. Вместе с другими ранними христианами его в 64 г. казнили на холме Ватикан. При этом его распяли на кресте вверх ногами. В римской церкви «Петра в оковах» до сих пор хранятся кандалы, в которые, по преданию, он был закован. Но фактических подтверждений его жизни и смерти нет.

По канонам христианской веры, именно дух Петра стоит у врат рая и держит в руках ключ от них.

Врата рая

Не семью печатями алмазными

В Божий рай замкнулся вечный вход,

Он не манит блеском и соблазнами,

И его не ведает народ.

Это дверь в стене давно заброшенной,

Камни, мох, и больше ничего,

Возле – нищий, словно гость непрошеный,

И ключи у пояса его.

Мимо едут рыцари и латники,

Трубный вой, бряцанье серебра,

И никто не взглянет на привратника,

Светлого апостола Петра.

Все мечтают: «Там, у Гроба Божия,

Двери рая вскроются для нас,

На горе Фаворе, у подножия,

Прозвенит обетованный час».

Так проходит медленное чудище,

Завывая, трубит звонкий рог,

И апостол Пётр в дырявом рубище,

Словно нищий, бледен и убог.

Николай Гумилев

В Новом Завете сохранились два соборных послания Св. апостола Петра. Вслед за Петром и Павлом жизнеописания Иисуса сделали евангелисты Марк, Матфей, Лука и Иоанн. Первой считается запись Марка, написанная в период 65–75 гг. – через 40 лет после казни Иисуса. Ещё через 40 лет появились другие, похожие на переложения первой, с небольшими добавлениями. Матфей добавил обвинение евреев в гибели Иисуса.

Трудно представить, чтобы через 80 лет после свершения факта люди могли его помнить и описывать. Очевидно, основными источниками были устные рассказы-легенды. В евангелиях нет глубины интеллектуальных рассуждений Павла, но зато они были более понятны простым людям. Через 150–200 лет записи были собраны в книгу Евангелий, а ещё через 100 лет вошли в текст Библии как Новый Завет.

Воспринимать эти описания надо, как и все древние тексты – проникая в их смысл изнутри. Авторы писали не правду вообще, а религиозную правду. Грамотных людей тогда было мало, рукописные свитки были дороги. Описания жизни Иисуса Христа создавались для прочтения вслух, они были рассчитаны на воздействие на примитивную психологию людей того времени. Суеверие и вера в чудеса были психологической нормой – чем больше рассказано чудес, тем убедительней звучало описание. Их главной задачей было убедить людей в божественном происхождении Иисуса. Его мать Марию вначале называли не «девой», а просто «молодой женщиной». Лишь через сто лет впервые появилось упоминание Святого Духа для объяснения рождения Иисуса от непорочного зачатия.

* * *

Фанатическая настойчивость христиан привела к тому, что в 311 г. их преследователь император ГАЛЕРИЙ (250–311 гг.) разрешил им свободно молиться в церквях с крестом. В Риме до сих пор стоит маленькая церковь, вход в которую ведёт вниз – под тысячелетние катакомбы; она называется «матерью всех церквей». На смертном одре Галерий признался своему приемнику Константину в бессилии совладать с христианскими общинами.

В октябре 312 г. император Константин I (274–337 гг.) вёл армию в Рим сражаться с другим претендентом на власть МАКСЕНТИЕМ. По легенде, описанной в биографии Константина после его смерти, сказано, что накануне решительной битвы ему, в перекрестьи лучей солнца, явился крест и появились слова «с этим знаком ты победишь». В ту же ночь ему приснился Иисус Христос, который велел ему сражаться под знаменем с крестом. На следующее утро Константин велел вышить золотом на знамени крест (это написано христианским епископом; потом идёт описание вышитого креста со множеством других украшений – физически это невозможно было сделать за одно утро). С этим знаменем он победил врагов у моста через Тибр и стал императором Западной Римской империи.

Можно верить этой легенде или не верить, но в 313 г. Константин I Великий вместе с императором Восточной империи Лицинием издал так называемый «Миланский Эдикт», в котором разрешал свободу религиозных вер в империи и выпустил монеты с изображением креста. Он приказал построить первую большую церковь Св. Петра на Ватиканском холме в Риме, где Нерон казнил христиан в 64 г. – за 260 лет до этого.

В 324 г. Константин завоевал город Византий, перенёс туда столицу из Рима и объявил себя христианином. Но крестился он только на смертном одре, уже в 337 году.

Новую столицу он переименовал в Константинополь и вывез в неё из Рима все ценные скульптуры и золотые украшения. Так закончилась эра языческого Рима. Почти тысячу лет после этого, до захвата Византии (так называлась Восточная Римская империя) турками, Константинополь считался столицей Христианского мира (и теперь там всё ещё находится резиденция Константинопольского патриарха).

* * *

От создания легенд о Христе до установившегося повсеместно в Римской империи христианства прошло более трёхсот лет фанатичной борьбы первохристиан за признание новой религии. Их борьба и жертвы сделали христианство «городской религией» империи Рима. В городах – центрах поселений римлян христиане стали силой занимать под свои церкви языческие храмы и городские конторы – базилики (отсюда и название больших христианских храмов). Приток язычников из племён германских и франкских варваров способствовал следующему этапу массового распространения христианства. Начиная с 375 г. они теснили Рим со всех сторон. В военном и мирном соприкосновении с более развитой культурой они постепенно перенимали её новую религию, как когда-то римляне перенимали у греков веру в олимпийских богов. Франкский король Хлодвиг I (465–511 гг.) был крещён в 507 г. вместе с тремя тысячами своих воинов после победы над германцами. То же происходило и в Англии, и в Шотландии: в 597 г. король был обращён в новую веру монахом Августином, присланным туда для этой цели папой римским Григорием Великим (540–604 гг.), которого назвали Отцом Церкви за то, что в своих писаниях он окончательно оформил канонические догматы Церкви.

Какая сила идей христианства помогла им стать самой распространённой в мире религией? Люди, называвшие себя мессиями, были и до Иисуса, и у них были группы последователей. Но обстоятельства привели к тому, что только проповеди Христа смогли развиться в обширное религиозное учение и распространиться по миру. Начальная причина этого была в том, что политеистская религия Рима уже изжила себя. В период распространения христианства многие римляне и граждане Римской империи переходили в другие монотеистские веры, уходя от множественности богов. Единственной устойчивой монотеистской религией был иудаизм, он уж имел стройный закон в форме Торы и книг пророков. Некоторые из римлян принимали иудаизм. Но в тот период он был ослаблен вынужденным исходом евреев после того, как император Адриан изгнал их из Иерусалима и Иудеи. На этой исторической «почве» произросло лишь одно вероучение Иисуса. Оно усилилось ещё и тем, что его поддержали многие теологи. Своими авторитетными философскими обоснованиями, подгоняющими новую религию под эталоны греко-римской философии, они привлекли к новому учению массу людей разных сословий. Богатые и просвещённые принимали христианство, понимая эти обоснования. Средний класс следовал за богатыми, а бедные и рабы искали в нем утешения хотя бы после смерти.

Но даже и этого было бы недостаточно для такого широкого и быстрого распространения христианства, если бы оно не обосновалось на обширной территории Римской империи. Исторически сложилось так, что с признанием христианства колоссальная Римская империя сама помогла ему распространиться по всей Европе, а впоследствии и по всему миру.

Пример интеллектуального влияния христианского учения описал в духовной автобиографии «Исповедь» БЛАЖЕННЫЙ АВГУСТИН (354–430 гг.) – один из самых просвещённых ранних христиан. Августин был сыном язычника и христианки. В эпоху политической и религиозной неустойчивости богоискательство было буквально разлито в атмосфере. Он стал богоискателем и увлекся новыми религиозными учениями. Образованный философ и ритор, он в 383 г. приехал в Рим, чтобы преподавать риторику и глубже изучать христианство. В 386 г. в Милане Августин пережил момент духовного кризиса – он якобы услышал голос, подсказавший ему искать правду в истинном христианстве (подобно тому как это произошло с апостолом Павлом за триста лет до него). Августин крестился и стал епископом. Основываясь на Библии, он написал 22 книги под общим заглавием «О граде Божием». В них он представил историю человечества в свете конфликта между духовным началом и временными благами жизни, и свою интерпретацию истин, подтверждающих существование Бога.

* * *

Легенды об Иисусе, как бы они ни были приукрашены, представляют его личность намного интеллектуальней его учеников-апостолов. Дальнейшее распространение веры во все века происходило благодаря глубоко интеллектуальному стройному учению и созданию самого его легендарного образа.

Первые пятьсот лет у христианства не было ни икон с его ликом, ни изображений его распятия на кресте. Но его образ, созданный множеством легенд, оказался настолько сильным, настолько привлекательным для миллионов людей, что они поверили в его существование и приняли его учение. Как ни сильны в людях их национальные привязанности, но в истории западной культуры только один образ Христа смог подняться выше этого всепоглощающего чувства, только он возник в основании первой и единственной в мировой религии – без рас, национальностей и языков. Когда стали появляться иконы с его изображением, а потом мозаики, картины и скульптуры, иллюстрирующие его жизнь, тогда личность Иисуса стала самым популярным в западном мире изображением.

Как в любом новом учении, теоретические основы христианства разрабатывались и постепенно усложнялись. Поэтому уже на ранних этапах между теологами возникли разногласия и выделились три ереси – донатизм, пелагианство и манихейство. Между ними и велась долгая борьба, а консервативное основное направление боролось со всеми ними.

Но сами тексты христианского Нового Завета стали распространяться позже – лишь в V веке. Их перевёл на латинский язык долматский монах Св. Иероним (342–420 гг.). Двадцать лет он переводил еврейский Ветхий Завет и христианский Новый Завет с двух рукописных текстов – с древнего иврита и с греческого. К 39 книгам Ветхого Завета он прибавил 27 книг Нового Завета – это так называемая Латинская Библия Иеронима, по-латыни «editio vulgata – общепринятый вариант», или просто «Vulgate». Этот сквозной перевод двух разных текстов стал, действительно, стандартом для изданий на тысячу лет вперед – оба Завета переписывались и печатались в одном томе Библии.

Это был ход мудреца, потому что в Новом Завете, написанном четырьмя апостлами – учениками Иисуса – не было ни слова о теологических основах его учения, не было истории происхождения мира (генезиса) и происхождения человека. Они были всего лишь описаниями последних лет жизни Иисуса, его казни и воскресения. Из этого возник его образ. Можно предполагать, что авторы не включали ни хронологию, ни генезис потому, что сами выросли, как набожные иудеи, знакомые лишь с текстами Ветхого Завета. А интеллектуальность образа Иисуса была непонятна даже для них. Ветхий Завет придал Новому Завету теологическую ценность, объясняя основы Творения и деяний святых пророк до Рождества Христова.

Только после распространения латинской Библии, с 500-х годов, в церквях по всей Европе стали появляться иконы с образом Иисуса. Но сначала многие церковники возражали против этого. Появившиеся изображения Иисуса сразу приобрели популярность: люди впервые смогли увидеть, кому они молятся. Его стали изображать так часто, как ни одного другого владыку мира: лик Спасителя на иконах и мозаиках, его фигуру на кресте в скульптурах и живописи, его образ стали воспевать в литургиях и псалмах. Изображение Христа стало одной из главных тем всех видов искусств Запада. Визуальная сила его образа способствовала распространению догм христанства. В 500-е годы н. э. они полностью заменили собой постулаты классического мира Греции и Рима.

Но Церковь своими догмами на несколько столетий затормозила развитие духовной жизни западного мира.

33. Истощение античности и наступление культуры византийского периода

С 385 г., всего через восемьдесят лет после последнего преследования христиан в Риме, они уже сами преследовали язычников-политеистов, которых называли «еретиками» и казнили – шёл разгул фанатизма христиан. Неуправляемые толпы христиан разрушали великолепные храмы, уродовали фрески и мозаики, разбивали неповторимые статуи, насильственно занимали под свои церкви языческие храмы и большие официальные здания – базилики (отсюда пошло название христианских больших храмов – базилики). Потребовались тысячи лет для того, чтобы в классическом мире Греции и Рима развилось интеллектуальное общественное сознание, и всего несколько лет – для разрушения достижений этого развитого классического общества. Революционные силы разрушения неуправляемой толпой всегда во много раз превосходят силу созидания.

…………………………………………….

Что причинило несравнимые вред и потерю искусствам, это…усердный энтузиазм новой христианской религии.

Джоржио Вазари (историк искусств эпохи Возрождения)

Нечто невероятно интересное произошло в Риме в 1506 году, уже в эпоху Высокого Возрождения – Ренессанса: строительные рабочие раскопали в винограднике около Ватикана обломки большой мраморной статуи-композиции. В те годы шло интенсивное строительство, и под землёй нередко находили старинные скульптуры. На этот раз слух о находке мгновенно разнесся среди художников, скульпторов и архитекторов – они подозревали, что это могла быть знаменитая скульптура классической эры – II века до н. э. – «Лаокоон и его сыновья погибают от насланных на них морских чудовищ-змей» (Рис. 33-1) работы трёх греческих скульпторов с острова Родос – Агесандра, Полидора и Атенодора. Их скульптура отражала легендарный эпизод Троянской войны из эпопеи Гомера «Илиада». По легенде, жрец бога Аполлона Лаокоон предупреждал троянцев не принимать коварного дара греков – гигантского деревянного коня, в котором спрятались греческие воины. Разгневанная за это предупреждение богиня Афина-Паллада наслала на Лаокоона и двух его сыновей гигантских морских змей, которые их задушили. Легенда была опоэтизирована в поэме Вергилия «Энеида» и стала мотивом для этих трёх скульпторов. Память о скульптуре как об одном из самых совершенных творений хранилась семнадцать веков, но не было известно, что же с ней стало. Посмотреть на находку пришли и молодой Микеланджело, и скульптор Бернини-старший, который принёс на плечах 8-летнего сына Жана-Лоренцо, будущего гения скульптурного стиля барокко. Находка действительно оказалась разбитой на осколки мраморной римской копией бронзовой греческой композиции (римляне имели специальную технику для абсолютно точного копирования греческих статуй). Её долго восстанавливали, а затем выставили в музее Ватикана. С тех пор она стоит там и стала образцом для трёх стилей искусств – Ренессанса, барокко и неоклассицизма.

Рис. 33-1. Восстановленная из обломков скульптура «Лаокоон с сыновьями».

Скульптура пострадала не от времени и не от землетрясения. Это установили по тому, что все её части лежали не под развалинами и не были разбросаны, а были найдены рядом друг с другом и близко к поверхности земли. Кто-то специально, сильными ударами разбивал этот шедевр и сваливал осколки на землю. Наиболее вероятно, что «Лаокоон» уничтожали руки христианских фанатиков, когда они старались стереть с лица земли все «языческие идолы». В раннем христианстве, которое в основном было верой бедных и угнетённых, доминировала и пропагандировалась идея аскетизма (от греческого слова «askesis – отрицание самого себя).

Аскетическая мораль христианства резко сменила восторженное упоение жизнью полнокровного языческого Рима. Руки, разрушавшие скульптуру «Лаокоон», были руками, разрушавшими мир классического интеллектуализма.

В 391 г. в Александрии христианские фанатики сожгли «дочернюю» библиотеку, богатую ценными рукописями. В 414 г. они напали толпой и убили Гипатию (370–415 гг.), женгцину-философа и математика, первую известную по имени женщину-интеллектуала. Её знания, мудрость и характер сделали её самой влиятельной фигурой среди александрийских учёных. Она была знатоком трудов Аристотеля и в своих трудах примиряла теологические идеи неоплатонизма с его логикой. Тёмные фанатики сочли её язычницей и убили. Они не просто убивали её, а срезали кожу, как шкуру с убитого зверя. Но не с убитой, а с живой женщины…

Просвещённых людей, не принадлежащих к христианству, убивали тысячами. И в тот же период, в декабре 406 г., пятнадцать тысяч воинов-варваров впервые перешли реку Рейн (в районе современного г. Майнца) и углубились на территорию Римской империи. В 410 г. город Рим, заброшенный своими императорами и лишённый защиты, был захвачен и частично разрушен визиготами, а потом, в 455 г. – вандалами. В 476 г. Рим окончательно пал, и затем на его территории было основано королевство остготов. В период 400–700 гг. другие города – центры интеллектуальных сил, почти полностью перестали существовать, захваченные варварами и разрушаемые христианами. Они были, по меткому определению Пушкина, как «под пеплом дремлющие мощи». Франкские племена захватили в 532 г. территорию Бургундии, а в 555 г. – большую часть

Германии и Баварии. В 568 г. германские племена образовали на территории Италии, в самом сердце империи, Ломбардское королевство. Западная Римская империя перестала существовать.

В битвах 533 и 555 гг. константинопольская армия императора ЮСТИНИАНА I (482–565 гг., правил в 527–565) сумела победить вандалов, остготов и визиготов. Ценой гибели трёхсот тысяч людей, разрушения Милана и частичного разрушения самого Рима Юстиниан на короткое время смог восстановить итальянскую территорию и африканские колонии, но не отвоевал обратно европейских земель. Юстиниан был последним сильным правителем Римской империи и фактически – первым византийским императором. После него Византия стала отдельным государством.

Побеждённых варваров добровольно или насильно обращали в христианство. Полудиким варварам был чужд аскетический монотеизм с суровыми требованиями повиновения. Лишь номинально их причисляли к верующим во Христа. Но оседая в новой империи, они женились, заводили семьи и примирялись с образом жизни. Их потомки становились убеждёнными христианами. Так искусственно росло христианское население Европы.

Юстиниан I был македонцем и остался в истории не только как восстановитель Римской империи. Его интеллектуальной заслугой было покровительство созданию нового Свода цивильного права – так называемой «Кодификации Юстиниана». Издревле римляне придумали поговорку: «Summum jus – summa injuria», означавшую «Высшее право – это высшая несправедливость». Поэтому со времени первого императора Августа законы стали пересматриваться и была введена должность министра юстиции. Наиболее известными из них были Гай (II в. н. э.) и Юлий Падл (III в. н. э.).

Основанием к составлению новых законов при Юстиниане послужили сложные отношения между Восточной частью империи в Константинополе и Западной – в Риме. В разделённой на два государства империи Юстиниан в 528 г. поручил группе из десяти юристов, во главе с министром юстиции Трибонианом, составить новый свод законов. В 530 г. они представили его императору. Он начинался словами: «Это наша воля…». Кодификации были размножены переписью и разосланы по всем провинциям. В 534 г. к ним было добавлено 50 томов приложений и разъяснений. Для этого юристы перечитали 2 тысячи книг законов 39 авторов, всего около 3 млн. строк. Они отредактировали и свели их к 150 тыс. строк. Кодификации Юстиниана способствовали формированию новых идей о государстве. Сам факт написания законов показывал, что Римская империя всё ещё оставалась страной высокой цивилизации, и император был достаточно интеллектуален для покровительства такой сложной юридической работе. Кодификации Юстиниана продержались без изменений в Византийской империи почти тысячу лет, до захвата турками в 1453 г. В Европе этот свод законов стали применять и изучать во всех университетах с XII в. Когда Наполеон, после Французской революции, вводил в 1804 г. новые законы, он взял за основу свод законов Юстиниана. Кодексы Юстиниана и Наполеона лежат в основе законоположений всех западных стран.

Юстиниан считается прогрессивным правителем, но, как ярый приверженец христианства он в 529 г. закрыл в Афинах Академию Платона, существовавшую 800 лет, «за преподавание языческой философии». Он ограничил евреев в свободе вероисповедания, при нём в Константинополе было организовано первое в истории еврейское гетто.

Много лет Юстиниан правил вместе со своей женой Теодорой (Theodora, 500–548 гг.), женщиной необычной биографии и чрезвычайно сильной воли. Она была дочерью бедных родителей и пошла по стопам матери – в 12 лет стала актрисой. Это занятие приравнивалось к профессиии проститутки (есть данные и об этом).

Очевидно, Теодора была женщиной большой моральной силы и интеллекта. Как она встретилась с императором неизвестно, но в 530 г., в возрасте 30 лет, она стала его женой. Для этого ему пришлось ввести закон, разрешающий женитьбу на бывших проститутках.

В 532 г. против Юстиниана восстало население Константинополя, недовольное высокими налогами. Они разрушили и сожгли большую часть города, погибло 30 тысяч человек. Это восстание осталось в истории как «бунт Ники», потому что толпа кричала «Ника!» («Побеждай!»). Когда мятежники атаковали дворец, в момент нерешительности Юстиниан был готов бежать. Теодора остановила его, сама послала войска против толпы и этим спасла мужу корону. В благодарность он сделал её соправительницей империи.

Сильный император, Юстиниан был активным строителем – при нём строились крепости, службы, общественные бани и целые города. Но наиболее известный памятник – это самый большой из христианских соборов – Святой Софии в Константинополе. Собор строили два греческих архитектора – Анфимий и Исидор (Рис. 33-2). Для него отовсюду свозили мраморные колонны, разорив одно из «семи чудес света» – храм Артемиды-Дианы в Эфесе. Форма церкви внутри образует крест длиной и шириной более ста метров, высота внутреннего купола «паруса» – 55 м, его диаметр – 30 м, по окружности – 40 окон, дающих яркий свет. Грандиозность и красота строения символизировали последний всплеск величия классического мира. На открытии церкви 27 декабря 537 г. Юстиниан воскликнул: «Соломон, я превзошёл тебя!» Он имел в виду легендарный Первый храм царя Соломона в Иерусалиме, построенный архитектором Хирамом в X в. до н. э., за полторы тысячи лет до этого, и разрушенный вавилонянами в 598 г. до н. э.

Рис. 33-2. Собор Святой Софии в Константинополе (нынешний Стамбул), прототип церквей византийского стиля.

Когда Владимир, Великий князь Киевской Руси, в конце 900-х годов подбирал для своего языческого народа подходящую религию, его послы побывали на богослужении в соборе Святой Софии и писали ему: «Мы поверили, что в этой церкви можно чувствовать близость Бога больше, чем где-либо в другой, потому что её величие полностью затмевает ритуалы веры других стран». Это помогло Владимиру остановить свой выбор на православии, вместо предлагаемых ему других религий – буддизма и ислама. В 989 г. он сам крестился в Херсоне, а потом насильственно крестил киевлян в Днепре.

Айя-София

Айя-София – здесь остановиться

Судил Господь народам и царям!

Ведь купол твой, по слову очевидца,

Как на цепи, подвешен к небесам.

И всем векам – пример Юстиниана,

Когда похитить для чужих богов

Позволила Эфесская Диана

Сто семь зелёных мраморных столбов.

Но что же думал твой строитель щедрый,

Когда, душой и помыслом высок,

Расположил апсиды и экседры,

Им указав на запад и восток?

Прекрасен храм, купающийся в мире,

И сорок окон – света торжество;

На парусах, под куполом, четыре

Архангела прекраснее всего.

И мудрое сферическое зданье

Народы и века переживёт,

И серафимов гулкое рыданье

Не покоробит тёмных позолот.

Осип Мандельштам

Храм-музей «Айя София» (теперь собор называется так) и ныне, через полторы тысячи лет, остаётся четвёртой по величине церковью в мире (после соборов Св. Петра в Риме, Св. Павла в Лондоне и Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге).

При Юстиниане в Константинополе были построены сложнейшие в инженерном плане подземные «цистерны» для запасов холодной воды. Размером 141 на 73 м, на 336 колоннах по 8 м высотой каждая, цистерны снабжают водой город Стамбул по сей день.

Но литература того времени быстро оскудела. Правление Юстиниана описал историк Прокопий (499–565 гг.). Он был близок ко двору императора (которого не любил и в своих записках постоянно осуждал). Два других историка того периода были Агафий и Иоанн из Ефеса.

Христианство продолжало проповедовать аскетизм вместо достижений науки и культуры – для спасения души на том свете. В 524 г. был казнён последний римский интеллектуал, философ Боэций (480–524 гг.), знаток и переводчик на латынь трудов Аристотеля, из которых в Средневековье узнали о греческой философии. Он был автором книг о музыке, арифметике и теологии. В 523 г. он был брошен в тюрьму в г. Павия. В тюрьме он успел написать книгу «Утешение философское» – последний философский трактат уходящего классического мира – и был казнён. Но не просто казнён, а забит палками насмерть. Боэций не был христианином, но его трактат содержал много элементов христианской этики. Олицетворение философии утешало автора в непостоянстве земных судеб. Потом эта книга в течение почти тысячи лет была в Европе самой читаемой после Библии.

Городская культура античного мира переставала существовать. Город всегда был хранилищем культуры. Но под давлением разрушительных варварских сил и аскетических идей христианства города разрушались. Образованные люди уходили из них, становясь отшельниками – для погружения в веру и в примитивную жизнь безлюдных пустынь и пещер, как когда-то жили их первобытные предки. Первым был Св. Антоний (251–356 гг.), называемый «Египетским». Он был образованным и состоятельным человеком, но в возрасте 24 лет пожертвовал своё состяние бедным и на 20 лет удалился отшельником в пустыню. По христианским легендам, там его искушал дьявол, но он не поддался искушениям. В 305 г. он основал в пещерах для отшельников первые поселения монастырского типа. Потом, в течение сотен лет, становились отшельниками многие тысячи других грамотных христиан. Художники поздних времён, основываясь на старых легендах, часто изображали христианских святых отшельниками где-нибудь в пустыне или в пещере. Полуголые или в рубищах, они при этом почти всегда изображены окружённые книгами, которые читают или пишут.

В 529 г. Св. Бенедикт (480–547 гг.) собрал нескольких монахов-отшельников в первый монастырь у горы Монте Кассино в Южной Италии. Бенедикт получил духовное образование в Риме, но ещё в юности увидел греховность структуры официальной христианской церкви. Чтобы искренне служить Богу, он тоже стал отшельником. В 515 г. он написал «Правила монастырской жизни». В них Бенедикт не ставил перед монахами никаких задач, кроме одной – все должны любить Бога Иисуса и жить простой жизнью. Долгое время это соблюдалось по всем «бенедиктинским» монастырям. К XI в. в Западной Европе было уже две тысячи монастырей. Они обращали в христианскую веру языческих варваров на территории Германии, Франции и Англии. Как коллективные организации, монастыри разного толка постепенно становились центрами концентрации интеллектуальных сил. Но прошли века «тёмной» жизни монастырей, прежде чем в них начали зарождаться прогрессивные силы.

Лишь несколько литературных работ на латинском языке вышло из Византии – Восточной части бывшей Римской империи: «Грамматика» Присиана, «Хроника» Марцелина и «Панегирик Юстину» Корипа.

В VI веке в Малой Азии, развитой трудами и талантами греков и римлян, окончательно оформилась Византийская империя. Она получила в наследство от классических времён 935 городов – культурных центров. Население Византии говорило на 72 языках, основными были греческий, армянский, болгарский, персидский, славянский и аварский. Армянское население составляло основу армии. Начиная с 578 г., Византию частично или полностью завоёвывали то персы, то болгары, то аварцы, образовывая свои государства. При этом была утрачена связь с Западной Римской империей. К 840 г. в ней осталось лишь пять городов. Население массами переселялось в глинистые пещерные жилища Каппадокии в центре империи (современная Турция) (Рис. 33-3). Эту примитивную жизнь люди вели столетиями, не создавая ничего, только молясь и постясь. Просуществовав почти 800 лет, Византия на самом деле никогда не была единым сплочённым государством. Аскетические догматы христианства подавили развитие духовной жизни общества на сотни лет. После многовековой культуры расцвета живописи, ваяния и зодчества христианская церковь полностью запретила любые изображения. Велись диспуты об изображениях Иисуса и святых, пока их не разрешил папа Григорий Великий (540–604 гг.). Тогда на иконах стали появляться тёмные аскетические лики, стал развиваться стиль примитивной византийской живописи и грубого мозаичного искусства. Литература, наука и история в Визанитии замерли на века.

Рис. 33-3. Пещерный городок в Каппадокии, куда отшельники уходили жить в примитивных условиях и только молиться.

Начало летоисчисления от Рождества Христова пошло от скифского монаха Дионисия Малого, издавшего в Риме в 532 году собрание апостольских и соборных правил. Древние скифские племена на территории современной Украины давно входили в военные и мирные контакты с греками и римлянами: раскопки скифских курганов богаты золотыми изделиями. Скифы были знамениты своей дикостью и необузданностью, но им принадлежит одно из самых распространённых изобретений человечества – брюки. Когда сами римляне ещё ходили в тогах, в изображениях скифов на золотых изделиях из их могил-курганов они уже были в длинных брюках. Многие скифы были уведены в Рим как рабы. Очевидно, потомком кого-то из них мог быть Дионисий. Он почитался одним из наиболее образованных людей своего времени. В своём труде «Cyclus Paschalis» Дионисий «высчитал», что Иисус Христос родился через 753 года после основания Рима. От этого момента он предложил считать начало новой эры. Парадокс этого псевдонаучного вычисления в том, что основание города Рима, как и время рождения Иисуса, никем и ничем не отмечены, кроме легенд.

Предложение Дионисия оспаривалось многими теологами до одиннадцатого века, но потом постепенно получило общее признание.

Двухтысячелетие

Всё врут календари…

А.Грибоедов

Стандарты летоисчислений

Опорных точек не несут,

И люди в мире без сомнений

Началом эры признают

Момент рождения Христа,

В легенду веруя спроста.

Когда младенец в колыбели

Ещё бессмысленный лежал,

Как за него решить сумели,

Что новой эры миг настал? —

Ведь рядом был всего лишь вол,

Да у кормушки спал осёл.

Но если время измеримо,

Оно должно иметь концы;

Считать от сотворенья Рима

Решили время мудрецы,

Отмерив важные границы

От Рома-Ремула волчицы.

И без сомнения и страха,

Через пятьсот безэрных лет,

Стараньем скифского монаха

Оповещён был целый свет,

Что эру, с хитростию лисьей,

Придумал некто Дионисий.

Как этот скиф её измерил,

Секрет расчёта был каков? —

Не сразу мир ему поверил

И сомневался пять веков,

Но постепенно всё ж потом

Все согласилися на том…

……………………………………

Живя в эпоху измерений,

Раскрытий тайны всех глубин,

Мы всё не вносим изменений

В расчёты эти, как один

Считая время от Христа —

Стара легенда, да проста.

И лишь компьютер не согласен,

Ведя эпохам свой подсчёт,

Нолями для него опасен

Тысячелетний переход.

Сообразительный монах

Не мог предвидеть этот крах.

Владимир Голяховский

* * *

Тем временем христианская церковь была охвачена раздорами. Между двумя ветвями – Константинопольской (Восточной, ортодоксальной, так называемой Греческой) и Римской (Западной, менее ортодоксальной, католической) шла непримиримая борьба из-за призрачных религиозных доктрин о жизни Христа. В 1054 г. они разделились полностью. Римская ветвь во главе с папой в Ватикане оказалась, в конце концов, более прогрессивной и сильной, хотя и внутри неё тоже продолжались раздоры и даже войны.

Под напором этих раздоров и как реакция на распространение влияния арабского мира наступила полуторавековая эпоха восьми крестовых походов на Восток для освобождения Гроба Господня в Иерусалиме от ига «неверных» мусульман (1096–1270 гг.).

Эти походы проходили через территорию Византии. Нашествие более развитых европейских армий принесло Византии оживление после многовековой спячки.

Первый крестовый поход 1095—99 гг. более чем восьмидесятитысячной армии проходил под знаком единения светской и духовной власти. При всей призрачности основной идеи, задачи его были другие – распространение христианства и личное обогащение крестоносцев, захват Константинополя и Иерусалима. Захваты были временными и поэтому должны были повторяться. В 1212 г. церковь организовала поход «детей-крестоносцев» – тысячи детей вышли в долгий поход, направляясь к Святой Земле. Все они умерли от болезней и голода или были проданы мусульманами в рабство. Походы крестоносцев были невероятно трудными – погибала половина армий – и жестокими. Но в аспекте истории культуры для Византии они были прогрессивным явлением – они несли с собой возрождающееся влияние западной культуры и интеллектуальное влияние нового поколения христиан.

* * *

Если вернуться к 1506 г., когда в Риме нашли разрушенную скульптурную композицию «Лаокоон», то хочется поинтересоваться, чем же христианство заменило её? НИЧЕМ! От Средних веков без интеллектуализма остались лишь высеченные неумелыми руками примитивные фигуры из серого камня. После греческих и римских скульптур, после «Лаокоона», они были такого же низкого уровня исполнения, как в каменном веке, за тысячелетия до классического мира.

34. Возникновение издательского дела и библиотек, изобретение бумаги и книгопечатания

В начале первого тысячелетия новой эры средний культурный уровень жителей Римской империи возрос. Многие люди, не только из аристократии, но и среднего класса уже умели свободно читать и писать. Тогда началось новое интеллектуальное производство – издательское дело. Многочисленные переписчики копировали рукописи на папирусных и пергаментных свитках, но они были дороги. Тогда императоры и богачи, владельцы многочисленных свитков, стали строить для них специальные здания, доступные для всех любителей чтения. Потом это назвали «библиотеки», от слова «библио» – книга. Но книг как таковых тогда ещё не было. Они впервые появились в Риме в конце первого столетия новой эры. Это были пергаментные или папирусные листы, нарезанные квадратами и обёрнутые в деревянный переплёт. Новая форма рукописей вначале не нравилась, но быстро стала привычной. Первая бумага была изобретена в Китае тоже в начале первого тысячелетия новой эры, но пришла в Европу на века поздней, через арабов. Эти четыре нововведения в интеллектуальную жизнь общества способствовали ускорению и углублению распространения знаний.

………………

Дизайн книг – это искусство, как архитектура, или живопись, или скульптура – и, возможно, более важное для массы населения, потому что эстетическое влияние книг сказывается более часто и на большем числе людей.

Дуглас Мак-Мартр

Насыщенное историческими событиями, первое тысячелетие новой эры дало много высоких взлётов и глубоких провалов в истории интеллектуальной активности. Но особо важными для прогресса человечества были три нововведения этой эпохи – это начало издательского производства, создание библиотек, изобретение книг и изобретение бумаги. После появления счёта и письменности их можно назвать самыми важными достижениями интеллекта, прямо повлиявшими на развитие культуры общества.

Рис. 34-1. Надгробный памятник молодому человеку, читающему свиток.

К концу старой эры в Египте, Греции, Римской империи и в странах Малой Азии было много грамотных людей, любителей читать свитки (Рис. 34-1). Тексты рукописей переписывали многочисленные переписчики, это было доходным делом. Но оно не было организованным предприятием, качество могло быть разным, включая многочисленные ошибки и искажения текста. Тогда предприимчивые люди стали организовывать группы переписчиков под своим началом и принимать заказы от официальных лиц и частных граждан. Рукописи, переписанные в издательских предприятиях, были выше качеством и дешевле. Издательская профессия во многом ускорила развитие интеллекта в обществе. Само это дело было настолько выгодным, что некоторые издатели вскоре стали богатыми и влиятельными людьми. В Риме, где всё было основано на законодательстве, с массовым изданием рукописей возникло понятие об интеллектуальной собственности авторов и издателей. Изданные ими рукописи покупали в частные собрания и распространяли в библиотеки. Это название от слова «библио» – книга, было дано позже, с изобретением книгопечатания.

Исторически, самая первая библиотека была у ассирийского царя Ашшурбанипала (668–627 гг. до н. э.) – собрание записей на камнях и на глине. Он стал первым в истории библиофилом и основателем библиотек и собрал тысячи текстов, написанных почти за три тысячи предыдущих лет. Среди них находился и первый эпос «Гильгамеш». Но и собрание Ашшурбанипала тоже пополнялось из других частных собраний, захваченных в войнах. Значит, и до него были люди, собиравшие написанные тексты. Так история всегда уводит нас всё глубже и глубже – в свою необозримую глубину.

С распространением папирусных свитков богатые люди с интеллектуальными наклонностями стали собирать большие библиотеки. На греческих островах Кос и Родос собрали библиотеки с медицинской литературой. По ним занимались ученики Гиппократа. Очевидно, он сам привёз некоторые свитки из Египта, потому что научная медицина в Греции начала развиваться лишь при нём. Одним из владельцев обширной библиотеки был греческий философ Аристотель. Он был состоятельным человеком, получил много денег от македонского двора за обучение молодого Александра Македонского. Его собрание свитков было открыто для всех учеников основанного им Ликея. После его вынужденного бегства из Афин и смерти в 322 г. библиотека была перевезена в Александрию и там стала основой собрания греческих рукописей библиотеки династии Птолемеев.

Это была знаменитая Александрийская библиотека, самая богатая в древности коллекция папирусных свитков – первая библиотека, открытая для всех читателей. Учёные со всего западного мира специально приезжали в Александрию – там были собраны труды и переписка всех интеллектуалов прошлого. В её основной части, помещавшейся при царском дворце, было 490 тысяч рукописей (по некоторым сведениям – до 700 тысяч), а в её филиале – 43 тысячи. Свитки были разложены в алфавитном порядке и сопровождались краткими сведениями об авторах.

В 48 г. до н. э. Египет был завоёван Юлием Цезарем. При нём в Александрийской библиотеке произошёл пожар. По рассказу свидетелей, Цезарь с небольшой группой солдат вынужден был отбиваться от взбунтовавшейся толпы и забаррикадировался во дворце. Во время сражения возник пожар, и толпа стала отрезать Цезарю путь в гавань к его кораблям. Пожар перекинулся на библиотеку. Сам Цезарь пострадал лишь слегка, но значительная часть библиотеки сгорела. Это был первый пожар, впереди её ждали новые поджоги – христианскими фанатиками и арабскими завоевателями.

Вторая по величине и значению публичная библиотека была в г. Пергамоне. По записи Плиния Старшего, когда царь Пергамона захотел открыть у себя библиотеку, Птолемей III запретил вывозить папирус из Египта. Тогда в Пергамоне было освоено производство нового материала для письма – из обработанной кожи молодых животных. Вначале его назвали «мембрана», потом переименовали по названию города в «пергамент». По легенде, в библиотеке Пергамона было 200 тысяч свитков и все они в 31 г. до н. э. были перевезены в Александрию как подарок египетской царице Клеопатре от её любовника, римского полководца Марка Антония. Но Плутарх считал эти сведения неточными.

Первую в Риме публичную библиотеку планировал построить Юлий Цезарь. Как автор исторических трудов, он понимал значение распространения знаний. Но Цезарь был убит, и первую библиотеку построил полководец Лукулл. В 39 г. до н. э. другой полководец – Поллион тоже построил публичную библиотеку на свои средства. В 28 г. император Август открыл при храме Аполлона библиотеку для публики, а через несколько лет ещё одну. Все библиотеки имели две секции – для свитков на греческом и на латинском языках. Самой большой была прекрасная библиотека, открытая в 112 г. н. э. при форуме императора Траяна. В Афинах была библиотека, построенная императором Адрианом по его проекту. В городах Геркулануме, Эфесе и других также строились красивые здания библиотек. Они стояли рядом с банями и публичными домами – римская аристократия любила разнообразие наслаждений жизни. Фасад библиотеки Эфеса до сих пор остаётся одним из лучших украшений древнего города (Рис. 34-2).

Рис. 34-2. Фасад библиотеки в Эфесе.

Около 85–86 гг. в Риме появилась текстовая запись новой формы – КНИГА. Это было несколько листов пергамента, скрепленных между собой и покрытых деревянными дощечками (Рис. 34-3). Преимущество новинки было в том, что при малой форме её листы вмещали больше текста и их было легко переворачивать.

Рис. 34-3. Книга в деревянной обложке.

Тысячелетиями до этого люди пользовались для письма длинными свитками из папирусных листов, изобретённны-ми в Египте. Текст на них писался столбцами поперёк разворота. После запрета Птолемеем III вывоза папируса из Египта, с конца прошлой эры всё чаще писали на пергаменте. Его тоже свёртывали в привычную форму свитков. Но для быстрых подсчётов и записей, для личной и деловой переписки, со времён Гомера (VIII в. до н. э.) использовались небольшие плоские деревянные или костяные дощечки с нанесённым на них восковым покрытием. Воск смешивали с цветной смолой, текст на нём легко прочерчивали заострённой деревянной палочкой – стило. Другой же конец имел гладкое расширение – для стирания и исправления ошибок в записи. Римский поэт Гораций даже написал оду, в которой советовал поэтам чаще поворачивать стило, работая над стихами. В Британском музее в Лондоне хранятся две «тетради» греческих учеников III в. до н. э. по 6 и 7 скреплённых дощечек, которые легко переворачивать. Это был как бы прообраз тетради или записной книжки. На латыни такие скреплённые дощечки называли CODEX, что означало – «сдеданные из дерева» (от слова caudex – ствол дерева). Позже Цицерон применил это слово для свода законов и императорских указов, и это перешло во все западные языки.

И вот в первом веке первого тысячелетия кому-то в Риме пришла простая идея: соединить два вида записей – разрезать пергаментные свитки на плоские листы и скрепить несколько из них, как дощечки для записей, в деревянном переплёте. Листы не надо было ни сворачивать, ни разворачивать, держа двумя руками, как свитки, а только перелистывать. Пергамент имел гладкую поверхность – на нём проще писать и иллюстрировать написанное, и можно использовать обе стороны листа. Это давало экономию места. Поэтому пергамент вскоре вытеснил папирус. Рукопись в форме книги было удобнее носить, перевозить, легче хранить и проще распознавать на полках по заголовку, написанному на деревянной обложке. Первые книги были квадратными, чтобы сохранить на одной странице три столбца текста, в традиционно-привычном для читателей виде – столько размещалось на развёрнутом папирусном свитке.

Но римским читателям непривычная новая форма показалась странной: просто толстая пачка множества листов!.. Они недоверчиво назвали это нововведение тем же словом CODEX – «том записей», или просто – «листы».

В чью изобретательную голову пришла интеллектуальная идея придания рукописи формы книги – неизвестно, и вряд ли он (или они) мог предвидеть колоссальные последствия этого усовершенствования записи. Но важность нововведения оказалась неоценимой. На каком этапе интеллектуального развития мы были бы сейчас, если бы не имели книг? Наверное, на столетия позади. Книги, эти небольшие по форме сложенные вместе листы, оказались бездонными по возможностям передачи информации и сыграли самую важную роль в развитии образования, науки и литературы.

Непривычная новая форма входила в жизнь читающих римлян медленно. Очевидно, их могло привлечь то, что первыми книгами было собрание пятнадцати поэм Овидия Назона «Метаморфозы». Эти поэмы занимали особое место в литературе той эпохи. Овидий заново переписал греческую и римскую мифологию, представив её не в сухом изложении их автора – грека Гесиода, а в живом описании – с высоким поэтическим мастерством, тонкой психологической окраской и юмористическим оттенком. Просвещённые римляне того времени уже мало верили в своих древних богов и любили посмеяться над ними. Поэмы Овидия давали богатый материал для насмешек над суетливыми, жадными, похотливыми и ревнивыми богами и богинями, которые коварно вмешивались в человеческую жизнь. Этим тонким юмором поэмы и были знамениты. Сам автор уже умер в далёкой провинции на Чёрном море, куда его сослал император Август, разгневанный за эротические стихи. Но новые книги с его поэмами появились уже во время другого общественного периода – после императора Нерона, садиста и развратника. В Риме опять процветали разнузданность и разврат, и поэмы были удачным выбором древнего «издателя». Неизвестно, сколько экземпляров книг было переписано, но предполагается, что это были «подарочные издания» для любителей. Вскоре появились следующие книги: поэма Вергилия «Энеида» с иллюстрациями, труды Цицерона и 142 книги Ливия Старшего «Анекдоты». Римский поэт Марциал (40– 104 гг.) описывал в стихах, насколько книги удобней свитков – в небольшом формате помещается обильная информация, которую можно держать одной рукой и легко носить с собой. Однако полностью книги заменили свитки лишь к 360-му году и стали вытеснять их с полок библиотек. К тому времени формат книг изменился – они были выше и уже, их назвали Volumen – том. Для переписчиков были специальные правила и инструменты, текст вносился размером соотношения ширины к высоты как 4:5, с определёнными полями. Развивалось искусство ДИЗАЙНА КНИГИ. Но свитки ещё долго писались для официальных посланий и указов.

Когда император Константин основал столицу в Константинополе, он заказал 50 экземпляров Библии и разослал их по библиотекам империи. В те годы ещё не существовал полный латинский перевод Библии, книги были на греческом языке.

По числу библиотек можно судить, какое распространение получали свитки, а за ними и книги – это отражало развитый интеллектуализм классической эпохи.

Грамотных людей, которые могли читать книги, было немного. Монастыри с концентрацией грамотных монахов ещё не создавались. Но лидеры христианства стремились всеми средствами расширять распространение учения о Христе. Одним из средств было распространение Библии и Евангелия для грамотных людей. Самые древние сохранившиеся экземпляры Библии на греческом – от 270 г. н. э. С III–IV веков христиане производили больше переписей своих священных текстов, чем было переписей всех других авторов вместе взятых.

Усилиями христианских активистов шло повсеместное распространение новой формы текстов – книг. Но из-за плохой подготовленности и малограмотности переписчиков в них было много ошибок. Просвещённый римский богач Кассидор (Cassiodorus, 490–580 гг.) просил разрешения у папы римского организовать публичную библиотеку со светской литературой и обучением переписчиков, но получил отказ. Тогда он основал школу «Vavarium», под названием монастыря, обучал в ней молодых переписчиков и написал для них труд «Орфография», первый учебник для переписчиков книг.

К VI в. на полки многих библиотек вместо свитков всё чаще ставили книги. Их было легче размещать и удобней распознавать. Деревянные обложки заменились кожаными, книги становились всё ярче и привлекательней, в них были красивые иллюстрации, число страниц увеличивалось до двух-трёх сотен. Но пергамент был относительно дорог. Распространение книг требовало нового, более дешёвого материала.

Ко времени появления книг на Западе бумага ещё не была изобретена. По легенде, в 105 г. бумагу изобрёл китайский евнух Цай Лун, придворный императора Хо Таи из династии Хан. Дата и описание этого изобретения были представлены историком Фан Ейхом через четыре века. Вот текст той истории:

«В древние времена записи велись на срезах бамбука или на кусках шёлка, который тогда назывался «чин». Но шёлк был дорог, а бамбук был тяжёл, эти два материала были мало пригодными. Тогда Цай Лун придумал, как использовать для этого смесь древесной основы, конопли и тряпичную ткань от старых ковров и рыболовных сетей. В первый год периода Юань-хзинг (соответствует 105-му году н. э.) он продемонстрировал императору процесс изготовления бумаги и получил высокую похвалу за свои способности. С того времени бумага стала применяться повсюду и её называли «бумага маркиза Цая».

Сначала бумага применялась как обёрточный материал и использовалась для туалетных целей. Писать продолжали на длинных срезах бамбуковых стволов и на шёлке. Но шёлк был слишком дорог: один фунт его продавался в Риме за фунт золота. Первая найденная запись на бумаге датируется 137 годом. Регулярно писать на ней стали лишь через пятьдесят лет. Цай Лун был приближен к императору; по другой легенде известно, что он покончил жизнь самоубийством, отравившись после дворцовой интриги. В память о нём сохранилась ступа, в которой он смешивал материалы для бумаги, и был построен храм, названный его именем. До наших дней в Китае на бумаге старинного образца водяным знаком печатается его изображение.

К V в. бумага окончательно вытеснила в Китае другие материалы для письма. Хотя непрямая торговля между Китаем и Римом по «шёлковому пути» уже существовала, но изобретение бумаги держалось в секрете. Секретом завладели буддистские монахи-миссионеры – для копирования и распространения молитв среди буддистов Китая и Японии.

Западный мир узнал о бумаге только через тысячу лет – от арабов. В 751 г. они победили китайцев, завоевав Туркестан. В этой войне были захвачены в плен китайские мастера изготовления бумаги, которые раскрыли его секрет арабам. В 753 г. в Самарканде началось изготовление бумаги, он стал центром бумажной промышленности на многие века. В 753 г. калиф Гарун-аль-Рашид (известный по сказкам «Тысячи и одной ночи») привёз бумагу в города Багдад и в Дамаск. В 850 г. бумага появилась в Египте, который к тому времени был частью Арабского халифата. Там, на родине папируса, к 950 г. бумага полностью заместила этот древний материал. Но название «папирус» сохранилось, перейдя в латинское слово «papyrus» – бумага, и в английское слово «paper» – бумага.

Распространяясь по территории Аравийского полуострова, бумага достигла африканского Марокко. В 711–715 гг. ветвь арабов – берберы, во главе с Тариком переправились из Африки в Испанию (с тех пор пролив называется Djebel Tarick – Гибралтар). С собой они принесли секрет изготовления бумаги ив 1150 г. открыли первую в Европе бумажную фабрику. Распространение бумаги по Европе шло более трёх веков: от Испании в Италию, затем в 1300 г. – во Францию. И всё – более чем через тысячу лет после её изобретения!

Задержка и постепенность распространения производства бумаги на Западе были, с одной стороны, отражением враждебных отношений между воюющими христианским и мусульманским мирами, а с другой стороны – отражением консерватизма христианской церкви. Духовенство запрещало писать священные тексты на бумаге, отрицая всё, исходящее из исламской религии, а заодно – не доверяя прочности бумаги. Её повсюду запрещали до XIV в., а во Флоренции – даже до 1517 года.

Около VI века появилось другое китайское изобретение – печатание книг цельными резными блоками. Для этого текст вырезался на плоском деревянном блоке, покрывался краской и к нему прикладывали лист бумаги – получался отпечаток. Самая ранняя известная книга, напечатанная блоками, – «Алмазная Сутра» (буддистский текст 868 г.) Но значительно большее применение печать блоками нашла в производстве игральных карт. Они появились в 969 г. во многих городах Востока, хотя Коран запрещал азартные игры.

Арабы узнали о способе печатания блоками тогда же, когда познакомились с секретом изготовления бумаги. Но имамы считали, что Коран не может быть напечатан – Коран был дан в написанной форме и таким должен оставаться. А если печать не подходит Корану, то она не нужна ни для чего другого (Коран до сих пор не печатают, а литографируют).

Европейцы же узнали о печатании блоками лишь в 1368 г., после падения Монгольской империи. Впервые попытка такой печати на Западе была сделана в XIV в. – были напечатаны лики Иисуса Христа и Богоматери. Это было за сто лет до первой напечатанной Гутенбергом (1400–1468 гг.) книги. В 1440-е годы он изобрёл печатный станок с подвижным наборным шрифтом (Рис. 34-4). Но, по легенде, китайцы уже пытались делать наборный шрифт за 400 лет до этого, изготавливая сложные иероглифы из высушенной глины. Изобретатель Пи Шенг составил такой набор в 1041–1049 годах. Но из-за множественности иероглифов и сложности их изготовления изобретение не получило распространения.

Рис. 34-4. Первый печатный станок Гутенберга, на котором он напечатал Библию.

Три нововведения первого тысячелетия – изобретение книг, изобретение бумаги и открытие публичных библиотек – стали давать обильные плоды просвещения не сразу.

В Средние века редкие люди умели читать, и лишь некоторые из них обладали навыком письма (как говорит в пушкинском «Борисе Годунове» монах Пимен: «Господь меня… книжному искусству вразумил»). К концу первого тысячелетия в Европе было уже много монастырей и много грамотных монахов. Наиболее интеллектуальные из них писали религиозно-философские труды – создавали теологию христианства. Но через тысячу лет после классических философов они вкладывали в свои писания лишь рассуждения о «поучительной» жизни Христа и о спасении души. Никакой глубины, никакой науки!

Только в начале Средних веков христианство вступило на путь интеллектуального выздоровления и возрождения мысли.

35. Интеллектуальный вклад арабского мира в культуру Западного Средневековья

В начале раннего Средневековья эпидемия чумы 590–594 годов унесла почти половину населения Европы. Вместе с нашествиями варварских племён и началом распространения христианства это ослабило силы Рима и подавило интеллектуальную жизнь. Но тот же период стал временем возникновения и расцвета цивилизации арабского народа, во многом изолированного от Запада. Быстрое усиление арабского государства в VII–VIII веках привело к его доминированию над потерявшим силу разрозненным западным миром. И как парадокс истории, при военных и политических потерях древняя культура Запада была во многом сохранена более молодой и малоразвитой арабской цивилизацией. «Переходная цивилизация» арабов, между древним классическим миром и наступающим миром Средневековья, обогатила культуру западного мира, возвратив знания древности. Западный интеллектуализм не умер именно благодаря трудам просвещённых арабов. На раннем этапе развития ислам оказался терпимее христианства к творениям эпохи античности и оказался прогрессивнее христианской религии.

……………………………..

«Ислам» – это арабское слово, которое означает «послушание», «покорность» или «заключение в оковы», и выражает сокровенное отношение тех, кто исповедует притчи пророка Магомета.

Джеффри Париндер

Исторические и интеллектуальные корни ислама

По библейским преданиям, арабский мир берёт своё начало от сына первого еврейского патриарха Авраама и его второй жены-рабыни Хагар – Измаила. Исторически корни арабов прослеживаются от второго тысячелетия до н. э. и, действительно, имеют общие начала с корнями иудеев. Семитские племена пришли на территорию Иудеи около 1200-х гг. до н. э. В тот же период времени предки арабов, семитские племена пастухов-кочевников, обосновались на пустынных просторах Аравийского полуострова.

В отличие от богатой растительностью земли Иудеи, жаркая и песчаная Аравия была трудна для выживания. Люди, которые могли тысячелетиями противостоять этим условиям, вырастали суровыми и воинственными, с тенденцией изолированности. И это осталось в них навсегда. Веками между кочевыми племенами арабов шла постоянная вражда, осложнённая ещё враждой кланов внутри племён. Связи с остальным миром велись через пути караванов и морские порты Красного и Аравийского морей. Благодаря этим торговым связям тонкая прослойка арабов купцов стала богатеть.

С начала н. э. на юге полуострова (теперешний Йемен) появились небольшие поселения евреев и христиан. Они потом переселились в более благоприятные условия центральной части полуострова. Через них шло влияние соседних цивилизаций. К тому времени вокруг были уже твёрдо установившиеся религии, но арабские племена дольше других народов не имели своей объединяющей веры. У них господствовал политеизм мистического плана – полидемонизм, то есть поклонение множеству невидимых демонов, духов, идолов и растениям. Много веков они приходили на поклонение к арабскому «пантеону» в Мекке – для почитания чёрного камня-метеорита Кааба. По легендам Библии, Кааба был также святилищем евреев – около него патриарх Авраам молился с сыном Измаилом, ставшим потом родоначальником арабов. В святилище Каабы хранились идолы, над ними был их главный бог по имени «Аллах Теаля». Но культа Аллаха тогда ещё не было, и он не имел доминирующей силы.

Первые арабские эмираты – племена, объединённые одной общественной структурой, сформировались на юге Аравии. Многие перекочевали в её центральную часть, вдоль берега Красного моря. Там были относительно благоприятные условия, и люди селились в оазисах, вблизи пальмовых деревьев, у источников воды. Больших оазисов было три: Ятриб (впоследствии Медина), Таиф и Мекка – самый богатый из них.

В V–VI веках арабские племена вели уже более осёдлую и довольно богатую жизнь, у жителей появился избыток скота и продукции. Росло население, и росла концентрация богатств и влияния богатых. Так наметилось формирование арабской нации и возникали условия, способствующие будущему образованию арабской цивилизации.

Вместе с верблюжьими караванами до них доходило влияние со стороны Азии – из Индии и Китая. Торговые связи цивилизаций Азиатского, Европейского и Северо-африканского континентов были в основном налажены. По «Великому шёлковому пути» из Китая в Европу издавна везли дорогой шёлк – через Вавилон и Константинополь на Запад – в Рим, где патриции обожали одеваться в роскошные туники и тоги из шелка. И дальше – в германо-франкские города и в Александрию. По этим путям в обоих направлениях передавалось и взаимное интеллектуальное влияние. Возможно, восточный мир пошёл бы по пути интеллектуального сближения с западным, если бы в это не вмешалась новая цивилизация с новой религией.

В центре коммуникаций между Востоком и Западом сформировалось объединённое арабское государство с исламской религией, и оно разделило мир на завоёванный ими Запад и изолированный от них Восток.

Ближе всех к Аравии находились остатки Римской империи – Сирия, Византия, Палестина и Египет, где была древняя языческая религия, был иудаизм и развивалась новая религия – христианство. Оттуда шло культурное влияние, и религии воздействовали на высшую прослойку арабского общества. Под влиянием идей иудейского и христианского монотеизма образовалась новая секта «ханифов» с верой в единого Аллаха. Но догматов веры у них ещё не было – формирование догматов веры требует высокой степени организации общества и интеллектуальной подготовленности проповедников. Арабы секты «ханифов» просто вручали себя воле Аллаха, по-арабски это был «ислам». И сторонники зарождавшегося ислама в тот период были ещё малочисленны.

Единая религия пророка Магомета возникла на Аравийском полуострове в VII веке. В отличие от медленного развития иудаизма и от болезненного становления христианства, ислам сформировался в короткий исторический период – всего за сто лет. Он способствовал сплочению арабов и завоеванию ими территории большей, чем были все прежние империи – от Гибралтара до Индии. Там арабы распространили свою религию. Намного позже ислам разделился на четыре секты и начал терпеть поражения в борьбе с сильным христианством. Но к тому времени он уже утвердился в сознании арабов и других магометан. Он влиял на ход мировой истории, и это влияние отражалось на развитии западной культуры от 700-х до 1200-х годов. По времени арабская цивилизация была как бы «переходной цивилизацией» от раннего к позднему Средневековью. Более пятисот лет она доминировала в интеллектуальном отношении над культурой Запада.

В своей основе ислам – это синтез основ иудаизма с христианством, но с коррекцией на восточный национальный характер арабов. Инициатива зарождения новой религии и её внедрение в массы были делом одного человека – пророка МАГОМЕТА (Мухаммеда). В отличие от пророков других религий, его жизнь известна до деталей, хотя и была описана спустя сто лет после его смерти. Конечно, в духе времени и религий, в этом описании была масса суеверий, чудес и легенд – как в описаниях жизни всех пророков.

Магомет и его влияние

Магомет родился в 570 г. (приблизительно) в посёлке Бани Хашим, около Мекки, и умер в 632 г. в Медине. Он происходил из семьи влиятельного клана «курайшит», рано осиротел, его воспитывали влиятельные родственники. Легенда говорит, что он с детства был религиозен (хотя тогда у арабов ещё не было определённой религии). Через соседей-евреев он был знаком с легендами Библии, а через христиан – с историями из Евангелия. Он обладал воображением, любил уединяться в пустыне, рассказывать свои сны и видения (как и легендарный Иосиф Прекрасный из Библии). Любимым героем Магомета стал Христос.

С молодых лет Магомет водил верблюжьи караваны и узнавал жизнь соседних племён и стран. В 25 лет он женился на богатой вдове Хадидже, владелице караванов, на 15 лет старше его. Это освободило его для интеллектуальных размышлений. Около 611 г., когда Магомету было более сорока лет, он якобы пережил необъяснимое видение: ему в пустыне явился «кто-то» и приказал повторять имя бога – Аллаха. Когда он не послушался, тот «кто-то» стал бить его крыльями и душить, трижды повторяя приказ, пока Магомет не исполнил его волю. Начальными словами Аллаха, переданными ему, были:

Говори от имени Аллаха – создателя,

Того, кто создал человека из сгустка крови.

Подобные видения повторялись несколько раз. Было это через тысячу лет после многих библейских преданий о видениях и через 600 лет после видений Иисуса и Павла, но люди продолжали глубоко верить в мистику видений. Однако, судя по легенде, к рассказам Магомета многие отнеслись скептически. Двоюродный брат его жены, Варак, верующий христианин, помог ему «расшифровать» эти видения: этим «кто-то» был Архангел Гавриил – популярная фигура Библии и Евангелия. Тогда источник «видения» стал ему ясен, и Магомет объявил, что он избран Аллахом как его Пророк. Вскоре Магомет оставил караванное дело и посвятил жизнь распространению своих взглядов, как это делал и Христос. Ему вряд ли вначале приходила идея создания новой религии – это была бы неимоверная интеллектуальная задача. Он не создавал учение, а формировал «команду» своих сподвижников, как и Иисус. Магомет считал, что арабам нужна сплачивающая сила – в этом было его действительно интеллектальное прозрение.

Он повторял людям то, что ему было известно из иудаизма и христианства, в собственной интерпретации, и называл это прежним именем «ислам» – «признавание», «покорность» или «заключение в оковы». Уже потом это слово стало означать сокровенное отношение тех, кто исповедует притчи пророка Магомета, так же как апостол Павел требовал сокровенного отношения христиан к идеям Христа. Вначале у Магомета было мало последователей и много противников. Но к нему примкнули богатые купцы Абу-Бекр, отец его второй жены (когда умерла первая) и Осман, женатый на дочери Магомета. В 615 г. к ним присоединился 26-летний Омар, будущий халиф – небогатый, но непомерно сильный и решительный человек. В успешном становлении исламской религии он потом сыграл такую же важную роль, какую Св. Павел сыграл в развитии христианства. Именно по настоянию Омара мусульмане перестали тайно молиться в своих домах и пять раз в день приходили на «намазы» к Каабе – он в это время охранял их от противников новой веры.

Фактически в самом начале ислам формировался под влияним триумвирата: Магомет начал движение и подавал идеи (очевидно, тогда он стал сочинять будущую священную книгу Коран), Абу-Бекр выступал от его имени и пропагандировал ислам, а решительный Омар действовал – он командовал. Но жители Мекки относились к Магомету и его исламу враждебно. Они с насмешкой говорили, что он по ночам слушает рассказы христиан и евреев об их книгах, а утром выдаёт это за слова Аллаха. На это Магомет возражал: «Язык тех людей иностранный, а мой Коран – это чистейшая арабская речь» (из XVI и XLIV глав Корана).

Утверждая свои идеи, он собрался выбросить из святилища Каабы старые идолы. Тогда богатые купцы изгнали Магомета из Мекки. Часть его последователей сбежала через море в Эфиопию (откуда их изгнали христиане), а Магомет вместе с несколькими последователями вынужден был в 622 г. укрыться в Ятрибе, посёлке-оазисе. Ятриб был ранее основан евреями, но в V веке завоеван арабами. Часть арабов, живущих там, приняли иудейскую веру, часть – христианскую.

Эти племена враждовали между собой и надеялись найти примирение с новым главой – Магометом. Так как он защищал бедных (как и христиане вначале), на его сторону перешли бедные кочевники-бедуины. Из них он образовал военную силу и осуществил свою мечту – создал первое единое общество арабов магометан. Вот тогда успех привёл его к решению великой интеллектуальной задачи – формированию новой религии. В основу общественных отношений вместо племенного начала он поставил свою религию – магометанство.

Пророку было уже 52 года. В честь тех событий при халифе Омаре местечко Ятриб переименовали в Медину – «Город Пророка», а 622 год стал годом начала мусульманского календаря.

Для разработки основ своей религии Магомет привлекал к себе ятрибских евреев. Они считали его монотеистом, давали ему советы, он копировал общественные и моральные правила евреев и выдавал это за повеления Аллаха. По еврейскому образцу мусульмане при молитвах должны были обращаться в сторону Иерусалима («кибла»), соблюдали отдых в субботу и еврейскую Пасху. Но вскоре евреи поняли, что у Магомета свои идеи, а не законы их Моисея, и порвали с ним. Тогда он приказал мусульманам молиться лицом не к Иерусалиму, а к Мекке, вместо еврейской субботы перенёс праздник на пятницу, а вместо еврейской Пасхи назначил мусульманский «Рамадан» (во второй главе Корана есть много нападок на евреев). Тогда же он решил, что война против «неверных» является богоугодным делом, и стал проповедовать священную войну ислама против всех других религий – ДЖИХАД. Первым делом, в 624 г. Магомет напал на еврейские общины, в дикой резне были обезглавлены все 600 мужчин, а женщины и дети отданы в рабство. Одну красавицу он взял в жёны, создав себе гарем из девяти жён (мол, Аллах это повелел ему). Другим магометанам было разрешено иметь по четыре жены. Евреи потом ещё сто лет продолжали жить среди арабов, но платили за это высокий налог.

С верой в себя как создателя новой веры Магомет стал духовным, политическим и военным диктатором. Все свои поступки он объявлял продиктованными ему волей Аллаха.

Рис. 35-1. Древнее изображение Магомета, выбрасывающего идолов предыдущей религии из священного хранилища Кааба в Мекке.

Но в Мекке его не признавали и продолжали держаться полидемонистской религии.

Получив военную силу, магометане нападали на богатые караваны, идущие из Мекки. Магомет вернулся в Мекку в 629 г. с тысячами войнов, вошёл внутрь святилища Чёрного камня Каабы и разбил в нем прежние идолы. (Рис. 35-1). Эта легенда свидетельствует о завоёванной им популярности в мире арабов. Подчиняясь его силе, клан за кланом переходили на его сторону. К 630 году у Магомета уже было войско в тридцать тысяч воинов, и с ним он воевал в Сирии с империей персов. Он объявил себя единственным пророком Аллаха и при жизни сам причислил себя к лику святых (как и в истории самообъявления Иисуса сыном Бога). Магомет подсчитал, что в иудейской и христианской религиях вместе было 24 000 пророков (цифра явно надуманная), но объявил, что в исламе должен быть лишь один, первый и последний Пророк: он сам – Магомет, исполняющий волю Аллаха. Под конец жизни Магомет стал самым могущественным арабом. Но его здоровье ухудшалось, и он умер в июне 632 г. в Ятрибе, теперешней Медине. Там находится его могила, священная для всех арабов. Есть легенда, что в последний день жизни Магомет на крылатом коне перелетел в Иерусалим, и конь поднял его с громадной каменной скалы прямо в рай. На этой скале якобы остался, отпечаток ноги Магомета[26].

Рис. 35-2. Мечеть Омара в Иерусалиме, внутри которой находится каменная скала, на которой Авраам приносил в жертву сына Исаака (вид внутри).

Захватив Иерусалим через десять лет после этого, арабские архитекторы халифа аль Малика поставили в 643–670 гг. над этой скалой одно из самых прекрасных зданий мира – Куббат-ас-Сахра, или мечеть Омара (Рис. 35-2). Для магометан она была таким же великим символом их веры, как для христиан собор Святой Софии в Константинополе. Поэтому магометане до сих пор почитают эту мечеть третьей святыней их религии после Мекки и Медины.

После смерти Магомета почти всё население Аравии, кроме Медины и Тарифа, сразу отреклось от ислама (как после Иисуса в Израиле не осталось его последователей). Арабы не верили в его пророчества и не хотели творить ритуальные моления пять раз в день. Но двум главным последователям Магомета, халифам Абу-Бекру и Омару, удалось вновь утвердить ислам, создать армию и за сто лет распространить религию Магомета в завоёванных ими странах (так же как Св. Павлу удалось распространить христианство).

Задача за одно поколение превратить разрозненных политеистов мистического толка в монотеистов стройного учения – кажется непосильной. Магомет не был ни царём, ни полководцем, ни духовным вождём народа, чтобы заставить людей исполнять его волю.

В интеллектуальном плане ислам является переработанным ответвлением христианства и иудаизма. Все три религии монотеизма построены на одном основании. Но если иудаизм и христианство признают и терпят возможность некоторых интерпретаций их учений, то ислам не признаёт никаких толкований. В исламе больше, чем в любой другой религии, представлена его командная роль, которую всегда проповедуют все религии.

Кто и когда написал Коран

Нечестивые думают, что Коран есть собрание новой лжи и старых басен.

Магомет

(Коран, глава «Награды»)

Мнение сих нечестивых, конечно, справедливо, но несмотря на сие, многие нравственные истины изложены в Коране сильным и поэтическим образом.

А. С. Пушкин

(Примечания к «Подражаниям Корану»)

По-арабски слово Коран (Qur’an) означает: «чтение», «уроки». По значению – это свод правил жизни: социальных, семейных, гигиенических, пищевых, поведенческих и бытовых. Они обязательны для всех, исповедующих ислам. Но более всего Коран – это свод моральных и религиозных законов магометан, созданных для полного подчинения исламу.

Арабская письменность в VII веке, при Магомете, ещё только развивалась. Она основана на арамейской письменности, которой пользовались евреи и христиане, изгнанные римлянами из Израиля. При Магомете грамотных арабов было очень мало – по сведениям того времени, даже в Мекке, самом большом религиозном центре, их было всего семнадцать человек. До потомков не дошло ничего, написанного рукой Магомета, хотя хранится несколько принадлежавших ему вещей. Но магометане уверены, что Магомет сам написал Коран в период от 622 до 632 г. Это были годы его бурной деятельности по распрострнению своих идей и привлечению единомышленников.

Совершенно ясно, что как один человек не мог написать «Илиаду», «Одиссею» или Библию, так один человек не мог написать весь Коран. Но идея написания принадлежала Магомету. Он называл его «мой Коран». Он был знаком с еврейскими и христианскими текстами, знал, что они служили законами для сплочения верующих. Естественно, ему могла прийти идея – для объединения арабов записать текст своего учения. Очевидно, он успел продиктовать несколько глав, но не закончил и не систематизировал их. Коран начинается прямо со слов: «В этой Книге нельзя сомневаться». Его фанатичные последователи запоминали текст наизусть, но наверняка со многими ошибками. Поэтому ко времени смерти Магомета было несколько неполных текстов, они существовали в разрозненных фрагментах. Тем не менее магометане верят, что каждое слово в Коране – это прямая речь Аллаха, переданная Магомету архангелом Гавриилом (так же как евреи верят, что Библия продиктована Моисею Богом).

Магометанские священники традиционно считают, что самый первый экземпляр Корана находится на небе, в раю – это «вечный текст», он никем не был написан, а существовал в вечности. Текст Корана был собран и переписан в правление двух первых халифов, их задачей было восстановить пошатнувшуюся после смерти Магомета веру арабов в ислам. В их руках Коран был сильным орудием доказательства его прямой связи с Аллахом. Первый халиф Абу Бакр, отец второй жены Магомета, поручил арабскому учёному Зайду собрать все известные главы и написать единый текст. Следующий халиф Омар поручил Зайду и ещё трём грамотным арабам снова переписать его (очевидно – отредактировать, в современном понимании), а все другие варианты уничтожить. Известно, что первое оформление Коран получил в 653 году, через двадцать один год после смерти Магомета.

Это стало основой для всех переложений и изданий, хотя они тоже обрабатывались и исправлялись потом ещё двести лет и были скопированы многими арабскими писцами – наверняка со многими переделками.

Текст Корана состоит из 114 сур (глава по-арабски – «сура»), написанных шестью тысячами стихотворных строк. Поэзия была популярным видом раннего арабского искусства. Арабы первыми в мире применили рифмованные строки, поэты распевали рифмованные оды – «гусиды». Известны имена нескольких поэтов того периода. Поэтому писать религиозный текст стихами было естественно, хотя неизвестно – распевал ли в экстазе стихи сам Магомет. Суры Корана расположены без определённого смыслового плана: независимо от содержания, самые длинные суры помещены вначале, самые короткие – в конце. При обработке текста вначале поставили длинные суры, в конце – короткие.

При сравнении текста Корана с текстами Библии и Евангелия можно увидеть много общего. Для обоснования своей идеи Магомет повторил в Коране легенды об Аврааме, Моисее, Давиде и Иисусе, которые слышал от евреев. Магомет не признавал Иисуса сыном Бога, но считал его самым великим пророком. Поэтому он во многом копировал христианство. Вслед за христианами Магомет обвинял евреев в смерти Иисуса – в нескольких главах есть враждебные выпады против них. Магомет признавал Богом того же, кого почитали и евреи. Ясно, что один и тот же Бог не мог настраивать магометан против избранного им народа – это явно было внесено в текст не «свыше».

По воспоминаниям современников, вначале Магомет был в дружеских отношениях с евреями, но порвал с ними и коварно напал на них после того, как они не захотели признать его пророком, равным библейским. Это было, когда он уже стал главой арабов и утверждал, что он – единственный пророк Аллаха. Очевидно, в основе его враждебного отношения к евреям были самолюбие и обида за недооценку его величия. Потом эта его враждебность веками отзывалась в периодических волнах нападок и непримиримости арабов к евреям.

Магомет не создавал свою религию на новых основах. Основы Корана – это разработка мотивов христианства и иудаизма, новое приспособление их старых легенд и мифов к воинственному и самоизолированному арабскому национальному характеру.

Магомет говорил, что он смертный человек небожественного происхождения. Большинство легенд было сочинено уже после его смерти, и в Коране рассказано, что он творил много чудес, сходных с делами Иисуса.

Две основные идеи учений Магомета и Иисуса выражены довольно похоже: идея о мессианстве Иисуса и Магомета, и идея о райских наградах, ожидающих верующих за послушание и благие дела на земле. Интерпретировать некоторые слова и определения из Корана трудно, язык того периода был архаичным, поэтому переводы не всегда точны. Согласно пророчеству Магомета, арабские воины были уверены, что за их подвиги против «неверных» им обещано попадание в рай, где их ждут «72 девственницы». Слово «девственница» на арабском сходно со словом «изюмина». Исходя из этого сходства, можно предположить, что ожидающая их награда была менее приятна, чем та, на которую они рассчитывали.

Несмотря на заимствования из христианских книг, авторам Корана не надо было опасаться обвинения в плагиате: это сходство отражает культурную ассимиляцию арабов с соседними народами; а грамотных людей, умевших прочитать и сравнить учения, практически не было. Но если христианское учение первоначально развивалось как ответвление иудаизма, то учение Магомета с самого начала было во многом направлено на более практическую задачу – объединить все арабские племена в одну нацию. Самые ранние известные цитаты из Корана появились в 691 г. на стенах мечети Омара в Иерусалиме. Это было через 59 лет после смерти Магомета – пропаганда его идей распространялась по завоеванным странам через популяризацию Корана.

Неизвестно, как сочинялись начальные варианты Корана, но его окончательный вариант написан красивыми стихами – у древних арабов был вкус к поэзии. Они, как и евреи, считали себя, «народом Книги», имея в виду Коран. Язык Корана считается вершиной арабского литературного творчества. Великий русский поэт Александр Пушкин написал несколько вольных переводов и объединил их в цикле стихов «Подражания Корану». Вот одно из них:

Земля недвижна – неба своды,

Творец, поддержаны тобой,

Да не падут на сушь и воды

И не подавят нас собой[27].

Зажёг ты солнце во вселенной,

Да светит небу и земле,

Как лён, елеем напоенный,

В лампадном светит хрустале.

Творцу молитесь; он могучий:

Он правит ветром; в знойный день

На небо насылает тучи;

Даёт земле древесну сень.

Он милосерд: он Магомету

Открыл сияющий Коран,

Да притечём и мы ко свету,

И да падёт с очей туман.

Александр Пушкин

Культурные достижения раннего арабского мира и их влияние на интеллектуализм Запада

Ищите знания, даже так далеко, как в Китае.

Магомет (из Корана)

Культурное развитие арабской нации происходило под влиянием цивилизаций Запада, соседней Византии и, через караванные пути, с Востока. Завоевание стран, в которых ранее процветала римская цивилизация – Сирии, Палестины, Персии, Египта и части Византии, позволило арабам познакомиться с их культурными достижениями. Но чтобы понять и оценить эти достижения, им нужно было иметь интеллектуально подготовленных для этого людей. Не все арабы оставались отсталыми и полудикими, среди них появились грамотные люди, знавшие языки и наречия соседних стран – арамейский (еврейский), греческий и латынь. В Коране несколько раз записаны слова призыва к познанию и изучению наук. К моменту возникновения арабской науки и литературы на Западе воцарилось ранее Средневековье и интеллектуальный застой – не только не делались открытия и не писались книги, но, под влиянием фанатиков христианства, подавлялись любые знания периода классического «языческого» прошлого. Захватив в 642 г. Египет, арабские учёные впервые встретились с античной цивилизацией Греции и Рима в Александрийской библиотеке. Это был один из решающих моментов для арабской и последующей западной цивилизации: именно арабские учёные помогли сохранить часть из рукописей далёкого прошлого. Для них это оказалось великим просветлением, с этого начался «золотой век» арабской культуры VIII–XII веков. Однако вначале всё было омрачено гибелью большей части библиотеки: в 646 г. фанатики ислама уничтожали всё, противоречащее их учению – в этот разряд попали свитки древних рукописей библиотеки. В течение трёх месяцев арабские солдаты жгли их… для согревания воды в бане – мудрость древних ушла в дым.

Всё-таки образованные арабы сумели спасти немногие труды философов и учёных – работы Платона, Аристотеля, Демокрита, Пифагора, Архимеда, Гиппократа, Птолемея и других. Они перевели их на арабский язык и потом учились по ним несколько столетий. Это дало импульс для развития их собственной науки. Многие из переписанных ими трудов были позже – в XII–XIV веках – переведены с арабского на латинский и благодаря этому стали известны западному миру.

Контакты с культурами Востока – особенно с китайской и индийской – велись по торговым караванным путям, проходившим через Аравийский полуостров, через Сирию и Палестину. В Европе тогда чуть ли не единственной книгой для чтения была Библия, а в Индии в 650 г. буддийский монах Бхатрихари уже написал лирическую поэму из ста строф о жизни и любви. К 750 г. относится расцвет китайской поэзии, которая давала великие образцы и повлияла на арабскую литературу. Арабский поэт Абу Нувас (762–811 гг.) писал первые рифмованные стихи. Арабы первыми в мире стали применять рифмы в поэзии, включив это нововведение в Коран. Применение рифм окрылило поэзию, сделав её более образной и легко запоминающейся. Пример этого – стихотворение, которое относится к более позднему времени, но в нём описан мир арабской жизни.

Сахара

Все пустыни друг другу от века родны,

Но Аравия, Сирия, Гоби —

Это лишь затиханье Сахарской волны,

В сатанинской воспрянувшей злобе.

Плещет Красное море, Персидский залив,

И глубоки снега на Памире,

Но её океана песчаный разлив

До зелёной доходит Сибири.

Ни в дремучих лесах, ни в просторе морей,

Ты в одной лишь пустыне на свете

Не захочешь людей и не встретишь людей,

А полюбишь лишь солнце да ветер…

И звенит и поёт, поднимаясь, песок,

Он узнал своего господина,

Воздух меркнет, становится солнца зрачок,

Как гранатовая сердцевина…

Но мгновенье… отстанет и дрогнет одна

И осядет песчаная груда.

Это значит – в пути спотыкнулась она

О ревущего в страхе верблюда.

И когда на проясневшей глади равнин

Все полягут, как новые горы,

В Средиземное море уходит хамсин

Кровь дурманить и сеять раздоры.

И стоит караван, и его проводник

Всюду посохом шарит в тревоге,

Где-то около плещет знакомый родник,

Но к нему он не знает дороги….

Потому что пустынные ветры горды

И не знают преград своеволью,

Рушат стены, сады засыпают, пруды

Отравляют блестящею солью.

И, быть может, немного осталось веков,

Как на мир наш, зелёный и старый,

Дико ринутся хищные стада песков

Из пылающей юной Сахары….

И когда, наконец, корабли марсиан

У земного окажутся шара,

То увидят сплошной золотой океан

И дадут ему имя: Сахара.

* * *

От контакта с Востоком арабские учёные узнали и освоили китайское изобретение – производство бумаги. Позже, в 1150 г., от арабских мастеров этому научились европейские мастера.

В период VIII–XI веков арабский вклад в науку происходил под воодушевляющим религиозным принципом ислама – в прямой связи между верующим и Аллахом. Центральным в исламской вере считается, что Аллах – непознаваем. Но чтобы приблизиться к познаванию Его, необходимо изучать сотворённый им мир. Поэтому подход к науке у исламских духовных властей на раннем этапе был такой: «научные познания дают возможность больше понимать мудрость Аллаха».

Хотя в начале развития арабская культура в основном переводила и изучала труды классиков Запада, но её достижения были не только в копировании, но и в развитии этих научных достижений прошлого. Они создавали новые определения и термины научных и технических описаний и придавали некоторым переводам поэтический строй. Это был приём классической древности, и по этому образцу арабы писали научные труды в виде поэм. Этот поэтический строй арабских переводов перешёл в изложение на латыни.

Язык западной науки и цивилизации в Средние века

Основных достижений арабы достигли в математике, химии, астрономии и медицине. Получив теоретическую основу из переведенных древних трудов Античности, арабские учёные перешли к следующему этапу – научному экспериментированию.

Химик АБУ МУСА ДЖАБИР ИБН ХАЙЯН (721–815 гг.), известный в Европе под именем ДЖАБИР, был философом и алхимиком. Он считал, что всё существующее произошло от взаимодействия космических и земных сил. Джабир первым создал химические кислоты, подробно описал аппаратуру и методику экспериментов. Он экспериментировал с химическими реакциями металлов, производил сложные опыты, пытаясь создать золото химическим путём. Это ему не удалось, но на подходе к открытию он назвал одну смесь «Аль-иксир». В латинский язык это слово перешло как «elixir» – эликсир, которым с тех пор пользуются во всём мире. Он разработал метод дистилляции алкоголя и производства стекла.

В 760-х годах к арабам пришли новые цифры индийского происхождения и понятие ноля, с умножением на 10 – чего не было у математиков Запада. В 774 г. они перевели на свой язык труд Евклида «Элементы». В обратном переводе с арабского, в Средние века он стал самым популярным научным трудом западного мира.

В 775–785 гг., при прогрессивном халифе Аль-Махди были переведены труды индийской науки – «Сидханта», «Чарока» и «Сущурта». Это расширило горизонты знаний арабских учёных. В 810–820 гг. арабский астроном, географ и математик из Хорезма АЛЬ-ХОРЕЗМИ ИБН МУСА (около 780–850 гг.) написал труд «Аль-Джибра», что означает «противопоставление». Это слово перешло в латинский язык как «АЛГЕБРА», и по его учебнику учились поколения математиков. От имени в латинизированной транскрипции «Algorismus» произошло и определение «Алгоритм». Он первым применил индийские цифры – 1, 2, 3, 4, 5 и т. д. и первым ввёл в математику знак 0, дав всем знакам новую разработку. Эти цифры стали постепенно входить в обиход арабов. В Европе о них узнали лишь через сто с лишним лет – в 945 г. Популярность имени автора была так велика, что цифры стали ошибочно называть «арабскими». В западном мире они внедрялись в расчёты несколько веков – медленнее, чем в арабском. Сегодня ими пользуется весь мир, они революционизировали методологию всех расчётов.

Арабский ученый-энциклопедист АЛЬ-ФАРАБИ АБУ НАСР МУХХАМЕД (870–950 гг.) известен в Европе под именем Фараби, был переводчиком и знатоком трудов греческих философов Платона и Аристотеля. В восточном мире он был первым неоплатоником. Под влиянием Платона он написал «Трактат о взглядах жителей добродетельного города», который пользовался популярностью несколько веков.

АБУ-ЛЬ-ФАРАДЖ АЛЬ-ИСФАКАНТИ (897–967 гг.), учёный, музыкант и историк литературы написал обширный труд «Большая книга песен» – богатое собрание арабских песен и стихов, со своими комментариями.

Особенно много открытий сделали арабские астрономы – «звездочёты», экспериментируя с помощью новых и совершенных аппаратов и приспособлений. Астроном АЛЬ-БАТЕНИЙ (Ибн Джабир Аль-Баттани, 858–929 гг.) внёс существенные коррективы в расчёты Птолемея о траектории светил и уточнил юлианский римский календарь. На основе его расчётов римский папа Григорий XIII через семь веков ввёл так называемый григорианский календарь, внеся исправления в юлианский календарь. Этот вариант был окончательно принят всюду и этим календарём мы пользуемся теперь.

Среднеазиатский ученый-энциклопедист БИРУНИ (АБУ РЕЙХАН МУХАММЕД АЛЬ-БИРУНИ, 973 – ок. 1050) написал 146 научных трудов, общим числом в 13 тыс. страниц, по истории Индии, математике и астрономии («Канон Мас’уда»), а также по географии, физике, медицине и др., в том числе социологические исследования.

АБУАЛЬ-ХАИСАМ (965—1039 гг.), известный в Европе под именем АЛЬГАЗЕН, был математиком, физиком и оптиком. Его труды по физиологии и геометрической оптике в 7 книгах «Сокровище оптики» были переведены на латынь, и по ним учились в европейских университетах. Вообще, арабская наука так развилась и выросла, что в Средние века многие её труды были переведены на латынь и оказали большое влияние на развитие математики, астрономии, медицины. Альгазен перевел и комментировал труды Аристотеля, Евклида, Галена – теперь уже европейцы стали изучать античных великих по арабским трудам.

Арабская медицина долгое время признавалась самой передовой в мире и дала много известных имён. Иранский врач РАЗИ (АРРАЗИ АБУ БАКР БЕН ЗАКАРИЯ, 865–934) был рационалистом и отрицал мистицизм. Он считал религию источником ненависти и войн, но осторожно скрывал эти убеждения, оставляя их только на бумаге. Рази был врачом с биологическим мышлением и, подобно Аристотелю, создал классификацию животных, растений и минералов. Он написал два фундаментальных научных труда: «Книга тайн» и «Книга тайны тайн». В них он описал взгляды греческой, сирийской, индийской, персидской и арабской медицины на каждую болезнь. В практической медицине он первым распознал разницу между оспой и корью, что было особенно важно для восточных стран, где оспа свирепствовала часто. Самая большая научно-практическая заслуга Рази была в изобретении гипса и разработке методов его применения для лечения переломов. В Европе лечение гипсом стали применять гораздо позже – лишь через тысячу лет, в середине XIX века.

В 763 г. город Багдад стал новой столицей арабов и разросся в самый большой культурный центр мира. В 813 г. в нём была открыта «Школа астрономии». Халиф АББАСИД (Абу аль-Абас аль-Мамун) в IX веке организовал «Дом мудрости» – для переписки античных текстов. Первым переписанным текстом были труды астронома и математика Птолемея, который считал, что Солнце и звёзды вращаются вокруг Земли. Арабы назвали его труд «Великой книгой» и веками учились по ней. Она была переведена с арабского на латинский и по ней потом учились в Европе даже после того, как Коперник в 1543 г. опубликовал свою книгу, в которой доказал, что Земля вращается вокруг Солнца. Интересно, что расчёты некоторых арабских астрономов были близки к расчётам Коперника, при том, что делались намного раньше.

В 750 году, вскоре после смерти Магомета, ислам разделился на две враждующие фракции: на СУННИТОВ (от слова «сунна» – традиции Магомета) и ШИИТОВ (от слов «шиат Али» – партия Али, зятя Магомета). В 775 г. в восточной части Арабского халифата халиф Махди установил жестокие инквизиционные меры для нарушивших правила Корана – «шариат». Железной убеждённостью веры и страхом он удерживал верующих в подчинении и считал ненужными всякое другое чтение, кроме чтения Корана. Это почти полностью повторяло установки многих христианских теологов, начиная со Св. Павла, которые считали излишним любое чтение, кроме Библии и Евангелия.

Репрессии против учёных и вражда религиозных фракций задерживали культурный прогресс арабов. После первых достижений наступил застой, подобный застою Средневековья в Европе. Но кроме воинственных раздоров внутри ислама, на замедление развития арабской культуры повлияло завоевание турками в 1038–1492 гг. части захваченных арабами византийских земель, а также походы крестоносцев в 1096–1291 гг. Всё усиливающееся влияние христианства отбрасывало назад арабскую цивилизацию.

Новая волна развития арабской культуры возникла в период правления арабов на территории захваченной ими западной Испании, в X–XII веках – в городах Гренаде, Кордове и Толедо. Там были открыты библиотеки и создавались центры переводов. Кордовский халифат был основан в 756 г. Омейядом Абдаррахманом I, но период расцвета его приходится на X век, правление аль-Мансура. В Кордове был открыт один из первых университетов, который приобрёл широкую известность.

Самым знаменитым арабским философом из Кордовы был ИБН-РУШД (1126–1198 гг.), более известный под именем АВЕРРОЭСА. Он был судьёй в Кордове, Севилье и Марокко, писал труды на юридические и медицинские темы, стал врачом халифа; затем впал в немилось. Его труды сожгли, а самого выслали. Но он смог вернуться в Кордову и написал свой самый знаменитый труд «Комментарии к Аристотелю». Это произведение было переведено на латинский язык и много столетий изучалось в Европе.

В Испании арабы проводили свои научные работы совместно с еврейскими учёными. Евреи поселились в Испании после изгнания римлянами из Палестины. Успешной торговлей с заморскими странами они приносили большой доход арабским халифам. Поэтому некоторые из учёных были допущены ко дворам и занимали там весомые позиции. В Толедо жило 12 тысяч евреев. Там был создан большой научный центр – Академия – для переводов философских и научных трудов. Но этому союзу с еврейскими учёными опять помешала религиозная фанатичность: в 1013 г. арабы берберы разрушили и сожгли богатую библиотеку Кордовы, а с 1066 г. в Гренаде начались преследования евреев и христиан. В 1391 г. арабы уничтожили и выслали из страны сотни тысяч евреев.

Великий философ и врач АВИЦЕННА (по-арабски – АБУ АЛИ ХУСЕЙН ИБН АБДАЛЛАХ ИБН СИНА, 980-ЮЗ? гг.) тоже должен был подчиняться строгости законов ислама и в некоторые периоды жизни вынужден был скрываться, опасаясь за свою жизнь и свободу. Но как искусного врача его призывали к больным правителям. Авиценна написал приблизительно 250 трудов и перевёл на арабский язык труды Аристотеля. Западный мир во многом узнал об этом великом греческом философе в его переводе. Обширная монография Авиценны «Книга исцеления» была философским и научным трудом, а его «Канон врачебной науки» стал учебником, который был переведен на латынь и по нему студенты и врачи учились во всех странах Европы до XVII столетия.

Арабский путешественник МУХАММЕД АЛЬ-ИДРИ-СИ был автором «Географии», переведённой на латынь в университете Палермо в 1154 г. и долго остававшейся одной из самых популярных книг в Европе. По поручению сицилийского короля Рожера II создал карту мира и «Книгу Рожера» – ценный источник по истории и географии Европы и Африки.

АБУ АЛЬ-ФИДА (1273–1331 гг.) – историк и географ, был мамлюкским султаном в Егепте и Сирии. Хорошо образованный, он покровительствовал учёным и сам писал труды по истории и географии: «Краткая история рода человеческого» – о событиях доисламского и исламского периодов истории; и «Упорядочение». Оба труда были компиляцией из многих предыдущих арабских авторов. Они стали популярным чтением и использовались как источники европейскими востоковедами до XIX века.

Великий персидский поэт ОМАР ХАЙЯМ (1048–1122 гг.) прославился во всём мире как автор коротких стихов «рубаи», переведенных на все языки. Но мало кому известно, что он также написал лучший учебник своего времени по алгебре и философский трактат «О всеобщности бытия». В 1074–1092 гг. возглавлял астрономическую обсерваторию в Исфахане. За «вольнодумство» в стихах он впал в немилость у правителей, жил в уединении в Нишапуре, много читал, но не преподавал и не писал.

Азербайджанский поэт НИЗАМИ ГЯНДЖЕВИ (1141 – ок. 1209 гг.) создал бессмертные поэмы «Хосров и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь красавиц» и др., которые также популярны до сих пор.

Персидский поэт и мыслитель СААДИ, проживший почти 100 лет (ок. 1203–1292), и несколько других древних арабских поэтов до сих пор остаются популярными и любимыми авторами во всём мире.

Арабские учёные-интеллектуалы не дали новых общих идей в науке, но вместе они смогли освоить и развить достижения античных философов и учёных. Таким образом они создали «переходную цивилизацию» к возрождению науки и искусства в Средние века.

В искусстве арабы создали свой характерный национальный стиль роскоши, видимый во всех их творениях – в архитектуре, литературе, живописи и каллиграфии.

Примерами совершенства арабской архитектуры до сих пор служат великие мечети в Иерусалиме, Дамаске, Кордове, Самарканде и дворцовый комплекс Альгамбра в Гренаде. Основной вид орнамента наружной и внутренней отделки – «арабески». У арабского народа с древних пор была любовь к украшательству. Во всех украшениях стен и потолков применяли свой собственный стиль абстрактного искусства – ковровое узорочье геометрического и растительного орнамента.

Создав свою «переходную цивилизацию» между древним классическим миром и наступающей эпохой Средневековья, арабы обогатили культуру западного мира, возвратив знания пропавших достижений интеллектуалов древности. Западный интеллектуализм не умер именно благодаря трудам просвещённых арабов.

На раннем этапе своего развития ислам относился терпимее к творениям эпохи язычества, и поначалу арабы оказались прогрессивнее христиан.

Но потом арабский мир отстал в культурном отношении, попав под давление фанатиков религии. Ислам больше, чем все другие религии, подавляет интеллектуальную жизнь магометан, тормозя их развитие.

При мировом прогрессе XXI века, арабским учёным приходится всё трактовать только в согласовании с Кораном. Например, чтобы получить молекулу воды – Н_20, они должны говорить: «если взять два атома водорода и соединить их с атомом кислорода, то с помощью Аллаха получится вода…»

Можно только сожалеть, что арабы позднейшего времени допустили разгул фанатизма, который сводит на нет достижения их культуры прошлых веков.

36. Создавая Европу вновь

Западная часть Европы, где жили разрозненные племена язычников, варваров по сравнению с римлянами, в середине первого тысячелетия новой эры находилась в полном политическом, организационном и культурном упадке. Христианские миссионеры старались навязать этим народам свою религию, но зачастую встречали упорное сопротивление. Однако единая вера и некая организационная сила были необходимы, чтобы наладить в Европе нормальную жизнь и вернуть её в лоно цивилизации. Эту задачу на континенте сумел выполнить франкский король Карл Великий, а в Англии то же самое сумел сделать король Альфред Великий.

……………………………………………………..

Мы сохранились потому, что, хотя условия и возможности могут меняться, человеческий интеллект остаётся достаточно постоянным, в течение столетий практически все люди с интеллектом присоединялись к церкви.

Кеннет Кларк (британский интеллектуал)

После распада Римской империи, с середины первого тысячелетия новой эры, Европа находилась в разорении и глубокой культурной спячке. Племена так называемых «варваров» (варварами называли всех неримлян) захватывали города и провинции Римской империи. Бродившие повсюду фанатичные христианские миссионеры с помощью некоторых крестившихся вождей заставляли население принимать христианскую веру. Но многие язычники сопротивлялись, начались гонения на этих месионеров. Повсюду процветали самоуправство и разбой. В эпоху раннего Средневековья развитие культуры замерло, господствовал всеобщий застой.

В 600-х годах начались завоевания арабскими полчищами колоний Рима и западной территории самой Европы. Арабы несли с собой другую религию и другую культуру – восточного типа. Чтобы Европа смогла повернуться обратно, на путь прогресса западного типа, её надо было организовать. А для этого кто-то должен был Европу объединить.

Уже сотни лет единственными дорогами оставались дороги, проложенные римлянами. Разбойничьи убийства на них вдвое превышали естественную смертность людей, деловые и торговые связи почти замерли. Ещё опаснее было речное сообщение – в густых лесах скрывались разбойники, и по воде плыли тысячи трупов – их жертвы. Торговля и деловые связи между городами были ничтожны. Города стояли в запустении – за много веков люди даже отучились выделывать и класть кирпичи, почти совсем не строились каменные здания, кроме монастырей. Единственная промышленность, которая функционировала, – это производство орудий войны. Продуктивность сельского хозяйства была столь низкой, что крестьяне голодали постоянно. Вдобавок они были обложены тяжёлыми налогами. Образование в городах полностью отсутствовало, и налоговые чиновники настолько не знали арифметики, что примитивно вели свои подсчёты узлами на верёвках (как давным-давно делали их дикие предки).

Вот такую Европу предстояло вновь вернуть на путь цивилизации.

Первым звеном в этой сложной цепи стала победа Карла Мартелла (688–741 гг.) над арабами в 732 г. Он остановил их продвижение по Европе в битве при Пуатье, в западной Франции. Хотя Мартелл не был королём, он фактически правил франками, и от него пошла династия Каролингов. В объединении Европы она сыграла решающую роль.

Внук Мартелла КАРЛ ВЕЛИКИЙ (742–814 гг.), король франков, был голубоглазым великаном выше двух метров ростом, но с тонким голосом (Рис. 36-1). За тридцать лет правления он вдвое расширил свою страну и завоевал большую часть Западной Европы – теперешние Францию, Германию, Италию и часть Испании. Он ещё прочней защитил Европу от попыток арабского нашествия с Запада и угрозы нашествия племён славянских язычников с Востока. Это привело к первому объединению Европы, спасло остатки традиций западной цивилизации и обеспечило процветание христианской религии.

Рис. 36-1. Посмертный скульптурный портрет Карла Великого в церкви, основанной самим Карлом в IX веке в Швейцарии.

Карл был глубоко религиозным христианином – яркий пример кардинального превращения его предков, которые за триста лет до него были варварами-язычниками. Одной из целей его завоеваний было распространение христианства среди языческих племён Восточной Европы. Победив в битве саксонские племена на территории теперешней Германии, он предложил им выбор: до утра перейти в христианство – или смерть. Они не сразу приняли решение, и он приказал отрубить головы 4500 пленникам. Это не считалось жестокостью, даже почиталось христианской справедливостью – эпоха была суровая и дикая.

Карл Великий оказался примером первого завоевателя, серьёзно относящегося к администрированию в завоёванных странах и управлению народами. Он основал первый центр просвещения в Европе, указом ввёл обязательные образовательные школы при монастырях, чтобы в них обучались «все, кто с Божьей помощью способны учиться». Круг дисциплин был следующий: грамматика, риторика, логика, арифметика, геометрия, музыка и астрономия. В результате в монастырской среде стали появляться образованные люди. Карл создал первую школу обучения переводам и переписи древних рукописей при своём дворе в Ахене (в западной части современной Германии). Это место славилось множеством тёплых источников, а у Карла была слабость – купаться в тёплых водах; этим и объяснялся его выбор столицы. Туда он собрал разрозненные остатки просвещённых людей со всей Европы. Простой в обращении, он одевался скромно и любил беседовать с интеллектуальными людьми. Он свободно говорил на трёх языках – франкском (прообразе французского), латинском и греческом. Но ему трудно давалось искусство писания, которому он учился уже в преклонном возрасте. Он постоянно держал при себе восковые дощечки для записей мыслей (такой способ записей применялся до эпохи Возрождения).

Многое о Карле известно из подробных описаний его жизни Эгинхардом, его помощником. Карл был первым в Европе правителем-интеллектуалом. Он не создал цивилизацию Средних веков, но заложил её основы. Время его правления называют эпохой КАРОЛИНГСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ – первым предвестником эпохи итальянского Возрождения.

Разрозненных интеллектуалов Европы можно сравнить с осколками разбитой мозаики прошлого великолепия. Под давлением церкви они были заняты лишь углублённым изучением христианского учения. Церковь была резко настроена против философской и светской науки, она клеймила науку как «обман и глупость».

В числе просвещённых христиан были учёные монахи из Ирландии и Англии. Ещё в 550 г., спасаясь от гонений варваров-язычников, пятьдесят христианских просветителей поселились на диких берегах Ирландии. Все века они продолжали развивать и укреплять своё учение (ирландцы до сих пор по праву гордятся тем, что именно ОНИ спасли христианство). Эти преданные христиане достигли успехов в переписывании и оформлении рукописных книг. Со временем их ученики переселились в Англию. Один из них, монах Алкуин (735–804 г.), жил в городе Йорке, центре просвещения того времени, и прославился как учёный человек. В 790 г. он был приглашён Карлом – стать его учителем. Карлу было тогда 38 лет, но умный любит учиться всегда (!). Алкуин организовал при дворе Карла в Ахене Академию, на занятия в ней регулярно приходил и сам король. Алкуин был главной фигурой в школе Карла и управителем его громадной библиотеки. Король дал ему церковный приход, всю жизнь любил с ним беседовать и спрашивать его советов. Под влиянием Алкуина он разрешил держать в церквях изображения святых и первым ввёл придворную музыку, что было запрещено в византийских храмах.

В Туре заново перевёл епископ Вивиан на латынь одну из первых Библий – «Вивиновскую Библию». Но ранний текст Ветхого Завета в христианских переписях был представлен со многими сокращениями и искажениями. Ветхий Завет был наиболее полной историей развития монотеизма, он изобиловал описанием чудес, мудрости, битв и подвигов израильских царей, и этим импонировал примитивным феодалам раннего Средневековья. Они лишь недавно приняли христианскую веру, и библейские истории давали им примеры, учили многому. К тому же, Иисус тоже считался потомком израильских царей – его «официальный» отец Иосиф был «от колена Давидова», то есть потомок царя Давида.

Иисуса ещё при жизни стали звать «Царь иудейский». Доктрина «непорочного зачатия» Христа от Святого Духа и культ Девы Марии, его матери, стали популярными в позднейших обработках Евангелия – с 1000—1100-х годов. Парадоксально, но просвещённые проповедники допускали противоречие между доктриной непорочного зачатия от Святого Духа и происхождением Иисуса от Иосифа – по линии израильских царей. Или он был сыном Бога, или сыном Иосифа? Но, как всегда, убеждённость людей выше интеллекта. И это особенно верно, когда убеждённость касается религиозной веры или партийной принадлежности.

Евреев в Центральной и Северной Европе тех лет почти не было. Изгнанные из Израиля более 600 лет назад, они селились в основном в Испании. Но там с 695 г. начались первые преследования их христианами-визиготами, захватившими Испанию. Когда мавры – мусульмане – вытеснили визиготов в 711 г., они восстановили право евреев исповедовать их веру и оставили им синагоги, но при этом обложили их высокими налогами.

Хотя корни антисемитизма даже древнее христианства, но в первом тысячелетии н. э. он ещё не был развит у тогдашних отцов христианской церкви. Первые еврейские поселения на территории теперешней Германии появились в 850 году, и тогда евреи стали вырабатывать свой новый язык – идиш, построенный на корнях романо-германского языка. До этого евреев там почти не знали. По стечению демографических, политических и религиозных обстоятельств Европы раннего Средневековья произошло так, что значимость Ветхого Завета могла примирять новых христиан с новыми поселенцами-евреями. Это изменилось позже, когда массы евреев обосновались и стали весомой деловой и финансовой силой в Западной Европе. Тогда, в 1200–1400 гг., они вызвали неприязнь и подверглись гонениям христианских народов, церкви и королей – сначала в Англии, а потом в Португалии, Испании и Франции.

Христиане Средних веков знали только Новый Завет – Евангелие. Тексты его обрабатывались и искажались не менее, чем тексты Ветхого Завета. Вначале они лишь представляли Христа сыном Божьим и Мессией, явившимся на землю для искупления человеческих грехов. Фигуры с распятием Христа стали появляться после IV в. и пока не были сильно распространены. Подчиняя церкви новоиспечённых христиан, изображения на стенах церквей запугивали верующих страданиями и муками ада, призывая к аскетизму жизни. Это было основной темой миниатюр, которыми украшались рукописные книги.

Перевод, рукописное копирование и изготовление из дорогого папируса или пергамента было делом долгим и кропотливым. Бумага не была известна, культивирование папируса началось в Сицилии в 641 г., но книги были очень дороги и редки. В процессе переписки текстов был выработан упрощённый КАРОЛИНГСКИЙ шрифт письма, который стало гораздо легче читать. Образцы его близки современному письму, и это было несомненным интеллектуальным достижением переписчиков раннего Средневековья.

Поскольку были забыты скульптура и живопись само оформление книг становилось предметом искусства Античности, Средневековья. Иметь богато и со вкусом иллюстрированные книги, в переплётах с драгоценными камнями или с вырезанными из слоновой кости фигурами, могли позволить себе лишь правители и богачи. Сохранились редкие экземпляры этих книг. Одна из них – иллюстрированный экземпляр «Рейнского Евангелия», выполненный для Карла Великого и его жены Хильдегарды в 781–783 гг. ко-пиистом-художником Годес-кальком. Ему потребовалось более двух лет, чтобы подготовить эту книгу. В другой, ещё более богато и разнообразно иллюстрированной книге того времени – «Реймском Евангелии» – художник-миниатюрист представил прекрасно выполненные портреты самих евангелистов (Рис. 36-2). Эти образцы нового искусства показывают пробуждение творчества и воображения. В атмосфере абсолютного доминирования христианства единственным путём развития пробуждающихся интеллектуальных сил был путь служения ему.

Рис. 36-2. Страница из Евангелия IX века, иллюстрированного специально для Карла Великого.

Но вскоре за новым переводом Библии были переведены на латынь труды Аристотеля, Платона и других мыслителей древности. Их переводили в основном в обратном изложении с арабского. Заслуга интеллектуалов эпохи Каролингского Возрождения в том, что они не только не дали этим работам погибнуть, но сохранили их для потомков, которым предстояло жить в более просвещённые времена.

В одном из итальянских походов Карл побывал в церкви Св. Виталия в Равенне – великолепном образце сооружений Византийской империи, построенном по заказу императора Юстиниана. Карлу так понравилась архитектура церкви, что он заказал своему архитектору «Мастеру Одо» из Метца её копию в своей столице Ахене. Полностью он не смог повторить её, но по образцу построил в 796 г. красивую и богатую часовню (Рис. 36-3). Она сохранилась до сих пор – первое великолепное строение христианского периода в Северной Европе, возрождение забытого искусства – архитектуры. Интеллектуал Карл Великий обладал отменным вкусом.

Рис. 36-3. Часовня в городе Ахене в Германии, построенная для Карла Великого.

В Рождество 800 г. Карл был приглашён папой Лео III в Рим на коронацию в старой Базилике Св. Петра, построенной ещё по указанию императора Константина. По преданию, Карл был удивлён и даже не очень охотно принял приглашение: он считал папу римского своим вассалом. Отец Карла, Пипин Короткий, недавно отвоевал Италию у ломбардов и восстановил папскую власть, за что был прозван «избранником Бога». Карл не желал быть обязанным папе. Но у самого папы были неприятности из-за обвинений во взяточничестве и распутстве, ему нужно было покровительство сильного монарха. Поэтому, надев на голову Карла железную ломбардскую корону, он даже встал пред ним на колени. Римская корона давала преимущество быть не только королём полудиких племён Европы, но и узаконенным христианским властителем. Это создавало официальный противовес византийскому владыке, который продолжал называть себя римским императором. В те века, как и во все последующие, положение римского императора придавало правителю вес в глазах народов Европы и мира[28].

Карл не отказал папе в деньгах. Хотя это выглядело как взятка за императорскую корону, он вообще считал нужным давать средства на распространение христианства. Он способствовал укреплению моральной власти церкви и был первым монархом, жертвовавшим большие суммы монастырям.

Другим правителем-интеллектуалом той эпохи был британский король Западной Саксонии АЛЬФРЕД ВЕЛИКИЙ (848–899 гг.). Как о Карле, о нём остались подробные записки, сделанные монахом Ассером, и труды и законы самого короля Альфреда. Он начал своё правление в 871 г., через 50 лет после смерти Карла. Хотя Англия того времени была сильно изолирована от Европы и почти полностью завоёвана норманнами с севера и датчанами с юга, Альфред знал о просветительских начинаниях и традициях Карла – он ещё в молодости прожил некоторое время в Риме и многое мог почерпнуть там о правлении Карла. Альфред сам с детства отличался любовью к книгам и любознательностью. Он был успешным воином и в 871 г. сумел победить более сильных датчан, которые тогда были язычниками. Этой победой Альфред навсегда установил британское правление над южной Англией. Как правитель он сделал для своей страны так же много, как и Карл для Европы. Альфред создал первую британскую армию и флот, и построил укрепления. Его столицей был Винчестер, на самом юге. Но основным городом Британских островов был Лондон, построенный ещё римлянами в 43 г. Они назвали его Londinium. В 603 г. было первое упоминание о нём как о центре Англии, но город давно был под властью северных норманнов (теперешних шведов и норвежцев). В 886 году Альфред отвоевал Лондон у норманнов, укрепив этим единство Англии. Через сто лет Лондон стал столицей страны.

Так же как и Карл, Альфред способствовал широкому распространению христианства. Для этого он не просто покорил датчан и норманнов, а тонкой политической игрой повлиял на остававшееся там население, чтобы они приняли христианство. Альфред положил начало развитию образования в Англии, при этом многое копируя у Карла. Он собрал вокруг себя просвещённых монахов и руководил массовым переводом и перепиской религиозных книг. Всё написанное тогда было на латинском языке, понятном лишь учёным монахам. Но Альфред имел целью просвещение своего народа на его родном английском. Он писал: «Мне кажется, лучше, чтобы мы могли перевести некоторые, наиболее полезные для людей книги на язык, который все могли бы понимать, и чтобы все англичане были способны их читать». Поэтому их переписывали на старый английский (который ещё не был литературным языком). Сам Альфред в возрасте сорока лет выучил латынь настолько, что тоже смог переводить, причём очень точно. Он перевёл труды римского папы Григория Великого (540–604 гг.). Папа в 595 г. послал Св. Августина для христианизации Англии. Альфред велел переписать эту книгу в двадцати экземплярах и отправить всем епископам (главам монастырей) Англии. По тому времени это был невиданный тираж, книги тогда существовали в одном, в редких случаях в двух-трёх экземплярах. На сегодня это соответствует, возможно, миллионому тиражу. Это говорит о важности, которую Альфред придавал распространению образования. Альфред перевёл также книгу по географии монаха Оросия (500-е гг.), снабдив её своими комментариями, и самый значительный труд неоплатонизма «Утешение философией» казнённого римского философа Боэция (480–524 гг.). Это был смелый и прогрессивный шаг со стороны Альфреда, потому что в рукописи имелись разногласия с консервативным толкованием теологии христианства.

Альфред написал свод законов Англии, и по его указанию с 890 г. писалась регулярная Англосаксонская Хроника, первая подобная запись в Европе – он понимал значение записанной истории.

Хотя Альфред жил на пороге перехода раннего Средневековья в Средние века, признано, что его интеллектуальные труды положили начало и способствовали установлению традиций закона и просвещения в Англии. Они привели к тому, что через века Англия смогла стать тем, чем она предстала перед миром позже – наиболее просвещённой и развитой державой. Поэтому Альфред был единственным королём Англии, который удостоился звания ВЕЛИКИЙ.

Примеры средневековых правителей-интеллектуалов Карла и Альфреда Великих показывают, как положительно могут влиять на ход истории сильные мира сего, и как жаль, что интеллектуалы среди правителей были и остаются редким исключением.

37. Просветители эпохи веры

Возрождение Европы началось, когда в ней повсеместно укрепилась христианская вера. После Средних веков она стала базой для возобновления развития культуры. Она настолько доминировала над сознанием людей начала второго тысячелетия новой эры, что всякое развитие науки и искусств должно было отталкиваться только от веры. Просветители той эпохи в основном открывали забытые достижения античных мыслителей Греции и Рима и старались приспособить их к канонам христианства, они были просветителями-примирителями старого и нового мировоззрений. Общим языком дя всех научных и церковных трудов был латинский. Все вместе усилия интеллектуалов той эпохи привели к оживлению западной культуры.

………………………………..

Европа, громадное неразвитое пространство к началу Средних веков, к XIII веку могла с гордостью смотреть на свои достижения. Этот поразительный успех отчасти был наследством классической древности и заимствования от Востока, но больше всего был следствием интеллектуальных усилий собственного европейского населения.

Роберт С. Лопез («Эпоха веры», 1965)

В последние дни 999 года громадная старая Базилика Св. Петра в Риме была полностью забита кающимися и рыдающими молящимися. Они распростёрлись ниц на истоптанном за семь веков многоцветном мраморном полу и были уверены, что в полночь нового тысячелетия произойдёт Второе Пришествие Христа. Тогда сгинут в геенну огненную, в ад, все непокаявшиеся, спустится на землю мрак и наступит конец света. Богатые раздавали своё добро бедным (не все, конечно, и не всё), но и бедным тоже уже поздно было обогащаться. Все молились и посыпали себя пеплом. Папа Сильвестр II в полном парадном облачении вздымал над толпою руки, держа в них Святые дары.

К тому времени церковь уже сто лет устрашала верующих концом света и наказанием за грехи. Но её традиционный консерватизм был в фактическом противоречии с веяниями времени и прогрессом жизни Западной Европы X–XII веков. К 600-м годам там проживало (после эпидемии чумы 540–590 гг.) 14 миллионов человек, но население росло, и к 950 г. было уже 22 миллиона, а к середине XIV века – 54 миллиона (и опять эпидемия чумы в 1346–1361 гг.). В жизни людей происходили глубокие перемены: уменьшился разбой на дорогах, происходил широкий торговый обмен; на новых освоенных землях применялись удобрения и обновлённая обработка почвы, это в два-три раза увеличило урожайность; началось распространение ветряных мельниц и культивирование бобовых растений. Это впервые сделало возможным сбалансирование диеты для всех социальных слоёв, впервые бедные и порабощённые могли не умирать тысячами от голода. В результате появления развитых хозяйств появились зажиточные крестьяне, в результате увеличения податей росли города и происходило увеличение городского населения. Изменился и сам тип европейских городов – это уже были не только крепости, но и административные центры управления с ратушей в центре каждого города.

В политическом плане Западная Европа до X века страдала от нападений норманнов-викингов, более разрушительных, чем нападения германских варваров в V в. Но в 911 г. был заключён договор, и викинги получили Нормандию – значительную часть северо-запада Франции. После этого их воины-завоеватели на сто с лишним лет превратились в мирных строителей, но в 1035 г. опять стали завоёвывать Италию и Англию.

В период от 1000 до 1400 г. Европа также была местом непрекращавшихся кровопролитных междоусобиц мелких, средних и крупных правителей. Для этого им нужны были человеческие силы и средства. Средневековая доктрина порядка состояла из трёх обязанностей населения, их кратко, но ясно изложил епископ Адальберто: «Дом божеский, хотя и кажется одним общим, на самом деле состоит из трёх: одни в нём молятся, другие в нём воюют, а третьи в нём трудятся». Так молитвы, битвы и обработка земли стали тремя инструментами усиления правления церкви и монархов. Это закабаляло людей и делало их безропотным орудием в руках властителей и монастырей – шло становление феодализма.

В 1085 г. христиане отвоевали у мусульман Толедо, а в 1091 г. Пиза, Венеция и Генуя изгнали их из Италии. Эти победы позволили организовать в 1096—99 гг. первый поход рыцарей-крестоносцев в Палестину – для изгнания оттуда арабов. Идеей и знаменем похода было «освобождения Гроба Господня» от мусульман. Это на время сплотило вассалов Европы, хотя и стоило жизней почти сорока тысяч крестьян-солдат. Но, как все войны, поход такой массы людей стимулировал контакты между народами, обмен интеллектуальной информацией и рост производительных сил и городов.

Во все периоды истории рост населения определял образование новой цивилизации. И в Европе после 1000 года возникла новая – ЕВРОПЕЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ. Вопреки консерватизму церкви, на базе всех достижений общества, среди европейцев стали появляться люди нового уровня интеллектуального развития. Со времени Карла Великого, с 800-х годов, образование исходило из монастырей, поэтому люди с интеллектуальными наклонностями были монахами и служителями церкви. От интеллектуалов римских времён их отличало то, что они не создавали новых учений, но после длительного застоя в просвещении были просветителями-примирителями нараставшего прогресса знаний с доктринами христианского учения. Они изучали труды классического прошлого и с их помощью направляли свой интеллект на то, чтобы приспосабливать классическую философию, науки и искусства к этим доктринам.

Латынь была единственным языком, на котором европейские монахи разных стран общались между собой. Переведенные на латынь основные труды Платона и Аристотеля всё ещё считались языческой ересью. В период раннего Средневековья не было ни научных, ни философских трудов. Источниками знаний служили труды так называемых «авторитетов» – редких философов-интеллектуалов переходного периода. Среди них наиболее яркими были: Флавий Кассиодор (490–580 гг.), автор «Руководства к изучению божественной и светской литературы»; Аниций Боэций (480–524 гг.), автор «Утешения философского», второй самой популярной книги Средних веков после Библии; Исидор Севильский (560–636 гг.), автор «Этимологии» – энциклопедии знаний того времени; и Беда Достопочтенный (673–735 гг.), англосаксонский монах, интерпретатор Библии, автор «Церковной истории народа англов» – ценнейшего источника по истории Англии VII–VIII вв. Изучали также труды Св. Августина (354–430 гг.) – его автобиографическую книгу «Исповедь» и 22 тома «О Граде Божьем» – историю рода человеческого в свете конфликта между духовной и светской жизнью. Августин был классиком скептицизма и неоплатонизма, учений, которые старались подводить христианские доктрины под классическую философию.

Одним из самых ранних просветителей Средневековья был ДЖОН СКОТ ЭРИГЕНА (810–877 гг.), ирландский монах на службе у французского короля Карла Смелого. В 851 г. он написал философский труд «Предопределение», за что был обвинён церковью (его труд назвали «Ирландской кашей»). Но он продолжал писать и в 865 г. был первым, написавшим книгу «О разделении Природы», в которой пытался связать доктрины неоплатонизма с христианским учением. Он одним из первых рискнул открыто пропагандировать труды античных философов.

ГЕРБЕРТ АУРИЛАКСКИЙ (940-1003 гг.) был самым просвещённым человеком XI века – знатоком латыни, химик, астроном, философ и более всего – математиком. Он с детства проявлял способности к математике; молодым монахом, в 27 лет, его послали учиться в Испанию. Это был период, когда отсталая христианская Европа многому училась у арабов и мавров, лучших математиков, астрономов, философов и врачей.

Герберт учился в г. Кордове, где в 968 г. был организован первый на территории Европы университет – с тысячами студентов и библиотекой в 400 тысяч томов. В ней находились переводы всех философов классического периода. Вернувшись из Испании после трёх лет учёбы, он принёс опыт своего обучения по трудам классиков, первым осмелился провозгласить не обязательным подчинение учению «авторитетов» переходного периода. Своих учеников он учил прямо по трудам классиков, из которых сам потом собрал громадную библиотеку. Это было большой смелостью и доказывало, что в монолитных догматах консервативного христианства возникли трещины. Через эти «трещины» просвещённые люди старались вывести светское образование за пределы догм, расширить и углубить его – как паспорт к будущей свободе от религии.

Герберт ввёл в употребление на Западе арабские цифры – gobar, которыми с тех пор пользуется весь мир (арабский термин gobar – цифра, от слова grobar – «пыль, песок», арабские математики чертили эти цифры на дощечках, покрытых пылью или тонким песком). От арабов он научился десятичной системе и ввёл её в Европе вместе с понятием «ноль» и термином «алгебра», он привёз также первые счёты – прообраз будущего калькулятора.

Герберт был одним из первых ученых, представлявших Землю не как плоскую поверхность, а в форме шара, и сам изготовил модель сферы. Он усовершествовал арабский инструмент астроляб для научных целей. В 996 г. он изобрёл механические часы (первые гирьевые часы изобрёл в VI веке Боэций Клок, а до того церковь пользовалась водяными часами). Хотя по происхождению Герберт был сыном крепостного крестьянина, но в 999 г. стал в Риме папой Сильвестром II – первым в истории папой французского происхождения. Это он молился в Базилике Св. Петра накануне 1000 г., вздымая руки вместе с кающимися там прихожанами.

Самой яркой фигурой просветителя Средневековья был французский философ, богослов и поэт ПЬЕР АБЕЛЯР (1079–1142 гг.). Хотя официального признания он не добился, в интеллектуальной жизни общества он оставил яркий след. Страстный любитель знаний, он отдал своё значительное состояние братьям, а сам ходил из монастыря в монастырь, чтобы учиться у лучших учителей Франции. Слушая их лекции-проповеди, он не стеснялся спрашивать их и оспаривать их мнения. Сомнения и размышления привели его к тому, что он поначалу увлекся схоластической диалектикой. Схоластика – тип религиозной философии, соединяющей рациональные идеи с догматами церкви. В споре с теологами Абеляр развил учение, позже названное концептуализмом.

Абеляр открыл свою школу при монастыре в местечке Мелуй под Парижем, на живописном берегу Сены. Там он написал диалектический трактат под названием «ДА И НЕТ», в котором поставил 158 вопросов христианским догматам, в своих ответах ссылался на компрометирующие теологов цитаты из античной философии. Он писал: «Самый первый ключ к мудрости – это постоянные и частые вопросы… потому что сомнения приводят к исследованиию, а исследование приводит к истине». В этом Абеляр повторял основы подхода Сократа к поискам истины через сомнения, хотя мысль о сомнении в церковном учении в его эпоху была совершенно недопустима. Но он обладал исключительными способностями, и его пригласили лектором в школу при старом соборе в Париже. Он поселился в доме каноника этого храма Фулбера, где в 1118 г. встретил 17-летнюю племянницу хозяина, Элоизу, способную девушку с тягой к знаниям. Абеляр стал её учителем. Он был высокий красавец, поэт и музыкант. Легко представить, что они влюбились друг в друга, и легко представить, что это вызвало гнев её родственников. У них родился сын, и они тайно поженились. Но Фулбер подстроил так, что Абеляра насильственно оскопили. От позора и преследований Абеляр сбежал в монастырь. Пользуясь своим влиянием, он устроил Элоизу в соседний, женский монастырь. В своих проповедях и в книге «Божественное единство и троичность» он продолжал доказывать свои идеи. Эта книга вызвала суровые гонения на него за еретическое учение – он ставил под сомнение рождение Христа от Святого Духа. (Знал по опыту, что писал!)

Особенно резко осуждал его аббат монастыря БЕРНАР КЛЕРВОСКИЙ (1091–1153 г.), фанатик веры, прославившийся красноречием и аскетическим образом жизни. Бернар стал как бы оракулом христианства, основал 70 новых монастырей. Это он ввёл культ Девы Марии в XII в., с чего началось позднее повсеместное поклонение ей.

И новый Парижский собор в 1163 г. был назван в её честь – Notre Dame.

Абеляра собирались судить, он сбежал и построил себе отшельнический скит, но ученики-почитатели последовали за ним, поставили себе там шалаши и умоляли Пьера продолжать учить их философии.

С Элоизой они любили друг друга до самой смерти, и писали друг другу письма. Она стала аббатисой женского монастыря. Абеляр же второй раз был обвинён церковью в ереси, хотел оправдаться перед папой и вынужден был закончить жизнь монахом в консервативном монастыре Клуни.

Абеляр написал одну из первых автобиографических книг – «Историю моих бедствий». После него остались труды, проповеди и стихи. Элоиза умерла через 20 лет, и, по её завещанию, их похоронили в одной могиле. Переписка их была издана через несколько веков и стала популярным чтением об истории влюблённых. В 1817 г., через семь веков после их смерти, чету как национальную гордость Франции перезахоронили вместе на знаменитом кладбище Пер-Лашез в Париже. На надгробье стоит скульптура с надписью «одному из величайших мыслителей и учителей всех времён» (Рис. 37-1).

Рис. 37-1. Сцена урока-свидания и памятник Абелару и Элоизе на кладбище Пер-Лашез в Париже, куда их прах перезахоронили вместе восемьсот лет спустя.

Личность и труды Абеляра, осужденного в эпоху догматизма церкви, звучат значительно и трагично. Его пример показывает, как умнейший человек и глубокий интеллектуал своего времени всю жизнь вынужден был оставаться пленником христианской церкви. Но посеянные им зёрна рационального подхода к религии отразились на мышлении и писаниях последующих интеллектуалов Западной Европы. Именно его труды явились основой преподавания теологии в одном из первых европейских университетов – Парижской Сорбонны. Сначала это был богословский колледж в Латинском квартале, названный Сорбонной – по имени его основателя, духовника короля Людовика IX Р. де Сорбона. В 1257 г. в колледже было всего восемь учеников, но именно он стал сердцевиной будущего университета. По справедливости, Парижский университет следовало бы назвать в честь Пьера Абеляра – первого действительного профессора и первого академика Европы.

В 1717 г. известный английский поэт Александр Поп написал поэму «Элоиза к Абеляру», в которой она обращалась к возлюбленному. Но до сих пор ещё не было ответа «Абеляра к Элоизе». Я решил исправить это и написал стихи:

Абеляр К Элоизе

Нам внушали, что Бог, наш Отец,

Выбрал чистую деву простую,

И явился к ней Ангел-гонец,

Принести эту весть ей благую;

И от Духа Святого Чела

Без греха она вдруг зачала.

И я верил, Святыню любя,

Что её обрюхатила птаха,

Но с тех пор, как увидел тебя,

Потерял я наивность монаха,

И желанья свои, и плоть,

Был не в силах уже побороть.

Я не слал к тебе важных гонцов,

Сам расплёл твои дивные косы,

И смеялся над сказкой глупцов,

Забывая святые вопросы;

Но что кажется в жизни смешно,

В то монаху не верить грешно.

Чтобы Истине внял целый свет,

Проповедовал нашей я братье,

Разъяснял им, что ДА и что НЕТ,

Что Христос не зачат без объятий…

Но догматики веры слепой

Надругались в ответ надо мной.

Доживаю свой век я скорбя,

И молитву спешу я принесть,

Чтобы Бог не оставил тебя.

(Может, всё-таки где-то Он есть?)

Ах, когда бы как я Он любил,

То, наверное, тоже б грешил…

Владимир Голяховский

* * *

К XIII в. всё чаще переписывались и распространялись работы Аристотеля – «ЛОГИКА» и «МЕТАФИЗИКА», его доктрины вели к новым разоблачениям церковного учения. Из Кордовского университета в Европу проникали работы еврейского интеллектуала МОИСЕЯ МАЙМОНИДА (1135–1204 гг.), который затем переехал в Египет и служил придворным врачом у Салах-ад-дина. Знаток работ Аристотеля, в своих трудах проповедовал скептицизм и призывал к примирению монотеистской религии с греческой философией. Под влиянием этого всё больше монахов-теологов высказывали свои сомнения в христианской догме. Одним из них был ПЬЕР ЛОМБАР (1100–1160 гг.), парижский епископ, который был объявлен еретиком, но впоследствии его работы стали стандартным учебником католической теологии вплоть до Реформации XVI в. Франц Грациан, монах и юрист, написал в 1139–1150 гг. свод законов, носящий его имя, который оставался основой законов Римской католической церкви до 1917 года.

Всё больше просвещённых мыслителей в своих трудах подходили ближе и ближе к началам зарождающихся физических наук. ЛЕОНАРДО ФИБОНАЧЧИ (1170–1240 гг.) стал первым западным математиком. Он учился у арабских математиков в Африке и в 1202 г. написал «Книгу абака», в которой объяснял применение арабских цифр и значение ноля. Немецкий епископ-учёный АЛЬБЕРТ ФОН БОЛЬШТЕДТ (1193–1280 г.), прозванный Великим за его просвещённость, многое сделал, чтобы внедрить философию

Аристотеля в средневековые умы. Но он не считал труды греческого философа последним словом науки и проповедовал ценность личных наблюдений. Он был астрономом и первым минералогом, первым описал окаменевшие ископаемые и их отпечатки. За это ему до сих пор благодарны все археологи, антропологи и все историки мира.

Интересной фигурой Средневековья был германский король, затем император «Священной Римской империи» ФРИДРИХ II Штауфен (1194–1250), последний сильный монарх тех времён. Немец по происхождению и правитель Германии и Италии, он предпочитал жить на земле Архимеда – в Сицилии. Его интерес к наукам отражался в постоянном общении с учёными евреями, арабами и христианами – он не признавал национальных и конфессиональных различий, потому что был атеистом. Он знал несколько языков, вёл переписку с учёными и покровительствовал им, писал стихи. Фридрих создал первый зоопарк и сам написал книгу – всеобъемлющий труд по биологии птиц, с иллюстрациями и возражениями на некоторые аспекты учения Аристотеля. Его считают вторым наиболее просвещённым монархом Европы после Карла Великого и первым человеком Возрождения, обогнавшим свою эпоху на два века.

С благословления Фридриха просвещение уже сильным кулаком стучалось в дверь нового времени. И первым учёным-экспериментатором Средневековья стал РОДЖЕР БЭКОН (1214–1292 гг.) (Рис. 37-2), францисканский монах и философ. Он учился в Париже и работал в Англии, был профессором Оксфордского университета. Там он стал последователем епископа Роберта Гроссета (1168–1253). Гроссет внедрил много научных дисциплин и сам писал экспериментальные труды по оптике. Он известен ещё и тем, что защищал евреев перед британским королём Генрихом III, когда их изгоняли из Англии. Работы Роджера Бэкона привели к возникновению основ алхимии, созданию увеличительного стекла, микроскопа, телескопа и даже к изобретению пороха.

Рис. 37-2. Портрет Роджера Бэкона в монашеском одеянии; его считали равным Леонардо да Винчи по изобретательскому таланту.

В своих трудах-письмах в папе Клименту в Рим он сделал попытку написать всеобъемлющую энциклопедию знаний с особым упором на знания по механике, предсказывал создание двигателей без лошадиной силы, больших кораблей с механическим двигателем, подводных лодок и летательных аппаратов. Папа Климент интересовался работами оксфордского профессора, но его смерть прервала их общение. Однако эксперименты Бэкона позже были признаны «подозрительным новшеством», он был посажен в тюрьму и умер в Оксфорде вскоре после освобождения (через два века так же осудили и запретили работы Галилея).

МАРСИЛИЙ ПАДУАНСКИЙ (1275–1342 гг.), ректор Парижского университета, изучал медицину и секретно написал в 1324 г. трактат «Защитник мира», в котором прямо возражал против власти священников и римского папы и излагал идею общественного договора, которую уже в эпоху Просвещения развили Гроций, Дидро и Руссо. Когда его авторство стало известно, он был отлучён от церкви, бежал и скрывался при Баварском дворе в Мюнхене.

Прямых и косвенных нападок на каноны христианского учения со стороны просвещённых авторов-монахов было так много, что для своей защиты оно всё больше нуждалось в собственной обоснованной систематической философии. Её дал христианской церкви ФОМА АКВИНСКИЙ (1225–1274 гг.), прозванный «Ангельским доктором». Он происходил из богатого итальянского рода, но отказался от богатства и стал доминиканским монахом. Тогда его братья выкрали его из монастыря и продержали год взаперти в родовом замке. Но он сбежал в г. Кёльн и стал там учиться у самого знаменитого просвещённого монаха Альберта Великого. Под влиянием учителя Фома стал схоластом – сомневающимся в божественном происхождении Христа – и в своих последующих трудах старался соединить христианскую доктрину с научным рационализмом Аристотеля. В них он излагал пять доказательств бытия Бога. Это имело сильное интеллектуальное влияние на передовых теологов того времени. Хотя консервативные коллеги осуждали его за аристотелевские принципы, но папа римский приглашал его преподавать в разных монастырских школах. Труд Фомы Аквинского «Сумма теологии» до сих пор остаётся основой католического учения.

Глубокая и довольно бурная интеллектуальная активность просветителей раннего Средневековья ещё не коснулась массы верующих, но безграмотных в своей массе европейцев. Для убеждения в величии прогресса им нужны были более простые наглядные примеры, которые они находили в процветании и великолепии новых храмов.

38. Обновление церковных храмов

Для усиления духовного влияния христианской церкви нужно было мощное впечатляющее воздействие на верующих. Лучшее впечатление могла произвести величественность божьих храмов. Украшение Европы великолепными храмами началось сразу после несостоявшегося «конца света» 1000 года. В том, что конца света не произошло, священники и верующие находили символическое значение – значит, это их вера и покаяние умилостивили Бога. И по всей Европе стали возводиться великолепные храмы – создания одарённых архитекторов и просвещенных священников.

……………………………..

Когда приближался третий год после года тысячного, тогда по всей земле, особенно в Италии и Франции, было видно великое обновление церковных строений; каждую христианскую общину как бы гнал дух соревнования: им хотелось иметь более великолепный храм, чем другие.

Рауль Глабер

(французский хроникёр)

Нежелательные для церкви интеллектуальные интерпретации христианского учения были понятны и имели значение только для узкого круга таких же интеллектуалов, как те, которые их писали. Эти излияния свободомыслия не могли подточить всепоглощающего влияния церкви на массы верующих. Но внутри самой церковной структуры уже с VI века шла полемика за правильность определения «Святой Троицы – Бога-Отца, Бога-Сына и Святого Духа». В 1054 году это раскололо христианскую веру на две ветви: западную – римскую, КАТОЛИЧЕСКУЮ (от греческого слова «католикос» – вселенский) и на восточную – византийскую, ОРТОДОКСАЛЬНУЮ (от греческого «ортос» – правильный, достоверный). Это добавление вошло в историю под названием «ФИЛИОКВЕ», по-гречески буквально означающим «И ОТ СЫНА», то есть определение Иисуса как Бога-Сына.

Западная, католическая ветвь, оказалась более терпимой к интеллектуальным выпадам против неё. Восточная ветвь, ортодоксальная, отличалась резкой нетерпимостью. В дальнейшей истории раскол церкви во многом обусловил разницу в культурах и характерах христианских народов Западной и Восточной Европы. Католическая церковь была с самого начала лучше организована, потому что политически и экономически сам запад Европы был более организован. Её доминирование сказалось на более быстром прогрессе жизни западного общества.

В XI–XIII вв., с ростом населения, увеличивалось число верующих пилигримов. По христианским праздникам они толпами ходили на моления в монастыри и храмы. Отцы церкви старались приманивать их реликвиями и мощами святых. Паломники шли, чтобы увидеть их, прикоснуться к ним, молиться на них, излечиваться их чудодейственной силой. Массовость вызывала необходимость строительства новых больших храмов и монастырей.

«Это было так, как будто мир содрогнулся, стряхнул прежнюю одежду и оделся опять в белые платья церквей», – писал хроникёр того времени Глабер. Но чтобы одеть Европу в «белые платья» каменных храмов, для их внушительности и парадности нужны были архитекторы, инженеры, скульпторы, художники и строители – мастера давно забытого великолепия. В строительстве храмов отражался быстрый темп общего расцвета Западной Европы: развивались города и монастыри, для бойкой торговли прокладывались новые пути (в дополнение к военным римским дорогам), строились большие речные суда и баржи, над реками возводились каменные мосты. Камень повсюду заменял дерево: между 1050 и 1350 годами из каменоломен на территории Франции было вырублено несколько миллионов тонн строительного камня, из него было построено 80 соборов и 1500 церквей. (Подсчитано, что камня ушло больше, чем в Египте, даже при том, что одна только Великая пирамида Хеопса состоит из 2 500 000 куб. метров камней.) К тому же, с прогрессом в строительстве применялось всё больше многотонных металлических конструкций.

Можно только поражаться, откуда при таком громадном размахе строительства появилось так много профессионалов строительного дела.

В IX–X веках, со времён Карла Великого, выросло общее образование в школах при монастырях. Но оно было недостаточным. Местные властители, епископы церквей и настоятели монастырей посылали людей учиться друг у друга. Так появлялись люди незаурядных способностей, которые создавали монументальные памятники эпохи. В XII–XIII веках доминирующей характеристикой жизни в Европе стал профессионализм, как было за тысячу лет перед тем в Римской империи – так история во многом повторяла саму себя.

Соборы становились не только религиозными, но и экономическими центрами, центрами искусств и источниками интеллектуальной жизни общества. В них молились и слушали проповеди, возле них, а иногда внутри них, шло обучение и образовывались первые университеты. Вокруг соборов строились торговые лавки, харчевни, постоялые дворы. Для красочного оформления соборов привлекались скульпторы, художники и ремесленники, которые селились рядом. Так соборный комплекс становился центром и эмблемой большого города.

Некоторые соборы того периода сохранились и теперь, хотя и потеряли свежесть своих «белых платьев» – гранитной облицовки. И внутри они стали тёмно-серыми – постарел камень. Но в XI–XIV веках внутри них фигуры апостолов и святых были раскрашены в красные, синие и жёлтые цвета.

Кроме создания настроения многоцветного праздника это помогало неграмотным людям определять святых в каменных фигурах. Тогда же в соборах стали появляться первые изображения распятия Христа. Самое первое – на дверях церкви Св. Сабины в Риме. В 1066 г. на стене собора Святой Софии в Константинополе впервые появилось крупное изображение лика Христа – мозаика «Христос Вседержитель» (Рис. 38-1). Оно стало образцом на все времена и повторяется уже тысячу лет в скульптурах, на живописных полотнах и в загримированных лицах актёров театра и кино.

Рис. 38-1. Лик Иисуса в соборе Св. Софии, с которого скопированы все позднейшие его изображения на иконах.

Христианская церковь строила так много, что тот период даже называли «строительной лихорадкой»: в 1015 г. был заложен собор в Страсбурге; в 1052 г. заложен Вестминстерский собор в Лондоне; в 1063 г. начал строиться собор Парижской Богоматери, его знаменитый фасад закончен в 1201 г.; в 1095–1100 гг. построен собор и монастырь Клуни (самый большой комплекс того времени); в 1066–1154 гг. построен храм-монастырь на горе Св. Михаила в Нормандии (Франция); в 1063–1092 гг. строился собор и комплекс в г. Пизе, его Кампанила – знаменитая «Падающая башня» построена в 1253 году; в 1194–1260 гг. был воздвигнут храм Св. Маделены в Везелей (Франция); в 1090–1130 гг. сооружался Шартрский собор во Франции; в 1212–1311 гг. строился Реймский собор во Франции. Даже по сей день сохранились многие из этих соборов, они остаются непревзойдёнными по великолепию архитектуры и оформления. Во Франции их 16; в Германии – 10; в Италии – 9; в Испании – 8; в Англии – 7. И ни один из них не похож на другой. Гёте говорил: «Архитектура – это симфония в камне».

Соборы той эпохи, действительно, производят впечатление симфоний.

Имена многих творцов остались неизвестны – при строительстве упоминались лишь имена правителей, настоятелей и епископов. Но архитекторы носили высокое звание «МАСТЕР». Один из немногих, чьё имя сохранила история, – архитектор Реймского собора Лайбергер, его фигура, держащая модель собора, высечена на надгробном камне. Архитекторы были профессиональной элитой, с высокой оплатой и привилегиями. Это они оставили нам вкус веков, создав образцы романского стиля. Архитектор Гарин из г. Вердуна славился своим высоким уровнем образования. Современники даже сравнивали его с легендарным архитектором Хирамом, который за две тысячи лет до него построил Первый Храм царя Соломона в Иерусалиме. Сравнение, конечно, символическое, потому что о Хираме остались лишь легенды.

План соборов всегда повторяет форму креста: католических соборов – с удлинённой продольной осью, как латинский крест; ортодоксальных соборов – с четырьмя равными приделами, как православный крест. Вначале, от 1050 до 1200 годов, архитекторы строили соборы в римском и нормандском стиле (особенно на севере Франции и в Англии; к тому времени Англия была захвачена королём норманнов из Франции Вильямом Завоевателем).

В 1132–1144 гг. с перестройкой церкви Сен-Дени под Парижем начал формироваться готический стиль. Его создал и внедрил аббат Сюжер, человек простого происхождения, но глубокий интеллектуал. Готический стиль отличается большей высотой храмов. Поэтому стены снаружи поддерживаются серией арочных пролётов. Все храмы вытянуты вверх, иногда до 50 метров, имеют не менее двух башен, внутри характерны лёгкие своды, обилие света и витражи. Всё это создавало иллюзии стремления всех мыслей ввысь – к Богу.

Аббат СЮЖЕР (1081–1151 г.) не был архитектором, но имел художественный гений видения. С восьми лет до конца жизни он прожил в одном аббатстве. Там он подружился с сыном короля, будущим Людовиком VII, и был духовником отца и сына. Он пользовался громадным влиянием на короля, и когда тот на два года отправился во Второй поход крестоносцев (1147–1149 г.), то оставил Сюжера регентом страны. По возвращении он дал ему титул «Отца державы» (Франция ещё окончательно не оформилась как нация до XIII в.). Благодаря своему влиянию Сюжер сумел сделать своё аббатство вторым самым богатым в мире после собора Святой Софии в Византии. Но ещё важней то, что он имел возможность экспериментировать со строительными планами и в течение двенадцати лет перестраивать и достраивать собор, создавая новый архитектурный стиль. По его мнению, ничего не было достаточно хорошо для поклонения Богу. Сюжер внедрил особую пышность украшений в готических храмах: множество скульптур и высокие витражи из цветных стёкол – с изображением святых и сцен из Священного Писания (впоследствии установили и витраж с его изображением). Но у этого искусственного украшательства были противники – богатство скульптур и изображений в храмах раздражали консерваторов церкви. Хотя ещё в VI в. папа Григорий Великий писал, что «изображение может дать то, чего написанное никогда не даст для неумеющих читать», но теперь в церквях стало слишком много. Влиятельный аббат Бернар Клервоский, тот, который критиковал Абеляра и ввёл поклонение культу Девы Марии, с раздражением писал: «Нас как будто заставляют больше читать в мраморе, чем в книгах». Возражая ему, Сюжер в ответ писал труды об искусстве, в теологическом ключе доказывая целесообразность украшения храмов.

Рис. 38-2. Собор Парижской богоматери в Париже, построенный в готическом стиле.

Строитель наиболее знаменитого своей историей собора Парижской Богоматери Пьер де Монтрель использовал в своей работе труды аббата Сюжера. Готический стиль называли вначале французским, по месту его возникновения. В 1170–1270 гг. в Европе было построено 500 готических соборов и церквей, и даже сам период Средних веков перед эпохой Возрождения получил название готики (Рис. 38-2, 38-2А).

Рис. 38-2А. Одна из многочисленных химер на балконах и торцах собора Парижской Богоматери; наличие этих химер говорит о большой свободе в работе архитекторов и скульпторов.

В XII веке построен Шартрский собор, который по совершенству архитектуры и по богатству украшений считается «Акрополем Франции» – таким же прекрасным, как Акрополь греческих Афин. История этого собора началась с того, что французский король Карл II Смелый подарил небольшой склеп в местечке Шартр покрывало-рубашку, в которую якобы Дева Мария была одета в момент рождения Иисуса. Видеть это чудо и молиться на него хлынули толпы паломников (и посещают его с этой же целью до сих пор). Тогда на месте склепа в 1145 г. построили первый собор, который вскоре сгорел. Но свершилось чудо – покрывало Девы Марии осталось цело. Вслед за этим, в 1194 г. десять тысяч жителей Шартра с энтузиазмом стали строить новый собор Девы Марии. Епископ выделил на это громадную сумму, король тоже добавил много денег. Собор был закончен в 1260 г., и после этого маленькое местечко Шартр превратилось в большой процветающий город. Над ним до сих пор возвышаются две башни собора, высотой 130 и 120 метров. Снаружи и внутри собора стоят сотни скульптур святых, а на 176 витражах, высотой по 30 метров, имеются десять тысяч изображений. В них рассказана библейская история мира, от его сотворения до эпохи Средних веков (Рис. 38-3).

На северные территории Германии и Фландрии готическое искусство пришло на один век позже, но оно не копировало французский стиль, а развивалось с национальным немецким оттенком. Пример этого – один из крупнейших соборов – Кёльнский. В 1164 г. король Фридрих Барбаросса («рыжая борода») подарил архиепископу Кёльна мощи трёх мудрецов, (волхвов), которые якобы первыми видели на небе Вифлеемскую звезду, возвещавшую Рождество Иисуса, и первыми явились к месту рождения, чтобы объявить его царём Иудейским. Король вывез мощи из Милана, но как эта удивительная реликвия попала в Европу – неизвестно. Видеть мощи и молиться на них в Кёльн хлынули толпы верующих, и тогда там решили построить собор. По начальной идее он должен был превзойти французские соборы. Его начал строить в 1248 г. архитектор Герхард, но, по легенде, он погиб, и строительство остановилось на несколько веков. Архитектура собора, действительно, прекрасна, но в ней ощущается холод и тяжесть – она отличается от французской, так же как холодный и тяжёлый немецкий национальный характер отличается от лёгкого и весёлого французского.

Рис. 38-3. Шартский собор

Соборы Англии и Ирландии выглядят гораздо строже и «суше» французских и итальянских – в этом тоже оказалось отражение национальных характеров. Итальянские архитекторы начали строить соборы в конце I века, сохраняя приверженность к древнему римскому стилю – готический стиль в Италии не прижился. В дополнение к соборам там ставили баптистерию – небольшое дополнительное строение, и высокую башню – кампанилу. Их украшали, как и сам собор. Это придаёт итальянскому соборному комплексу особо впечатляющую величественность.

Рис. 38-4. Византийский стиль собора (Храм Василия Блаженного в Москве) – Покровский Собор на Красной площади.

В 1348 г. император «Священной Римской Империи» так же Карл IV начал строить на берегу реки Влтавы, у небольшого торгового посёлка, собор святого Вита в комплексе с целым городом из камня. Так создавалась его новая столица – Прага. Строительство вёл парижский архитектор Матвей из Арраса, а после его смерти продолжил Петер Парлер. За прошедшие века в соборе было произведено много перестроек, но в его архитектуре до сих пор удачно сочетаются черты французского и богемского стилей.

Даже в отсталую по сравнению с Европой Византию постепенно пришло строительное Возрождение, хотя и на 200 лет позже. Византия, страна православного христианства, выработала свой стиль соборов, взяв многое от восточной архитектуры (Рис. 38-4). В них было разрешено помещать изображения Христа и святых, но эти изображения оказывались с налётом восточного стиля. Искусство Византии не достигло вершин европейского – оно было похоронено покорением ее турками в XV веке.

Массовое строительство соборов совпало по времени с началом культа Девы Марии. Их украшали большим количеством её скульптур с Младенцем Иисусом на руках. Это была «религиозная мода» эпохи, которая осталась на века.

Скульптуры соборов были грубо выполнены и не могли идти в сравнение с классическими образцами Греции и Рима. Но в недрах того времени уже зарождались зёрна будущего искусства эпохи Возрождения. Среди многих изображений Девы Марии в соборе Парижской Богоматери – есть одна скульптура – если присмотреться к её молодому лицу можно узнать в ней предтечу Мадонны Микеланджело «Пиета» в Соборе Св. Петра в Риме. Другой скульптор XIII века, Клаус Слутер создал монументальный образ Моисея, который тоже выглядит как прообраз «Моисея» Микеланджело. Скульптор Эрвин фон Штейнбах создал в Страсбургском соборе женскую фигуру Ecclesia (Духовная) – предтечу скульптур Донателло. Так в Средние века зарождались начала высокого искусства скульптуры, полностью расцветшего в эпоху Возрождения.

Достижения соборного искусства оказывали влияние на всю жизнь общества. Соборы и храмы становились центрами скопления людей, перед их фасадами устанавливались базарные площади, зачастую безобразные и грязные, с помостами для театральных представлений. Стояли перед ними и другие помосты – виселицы для казней. Казни были популярным зрелищем толпы, которая постоянно кишела вокруг. Но внутри соборов и монастырей находились библиотеки и хранилища произведений искусства, школы и галереи. Люди не только молились, но и учились в соборах, и прогуливались под их сводами.

Ещё одно великое новшество, которое принесли с собой соборы, – это музыка. Величественность и красота соборов были бы неполноценны без наполнения их торжественным звучанием музыки. Монотонные церковные хоралы были известны с VI века. Традиции светской музыки исходили от Карла Великого. К 855 г. относится первое известное полифоническое звучание. Композиторы ГИЙОМ ДЕ МАШО (Франция) и ФРАНЧЕСКО ЛАНДИНИ (Италия) ввели полифоничность двух и даже более соединённых мелодий. К 870 г. относятся первые нотные записи. В 1030-х годах монах ГВИДО Д’АРЕЗЗО ввёл в употребление в нотной записи пять горизонтальных линий, которые остаются и теперь. Музыкальные органы ещё не были изобретены, но в парижских храмах начала развиваться церковная музыка для хоров на 12–24 голоса. Для поющих сооружались внутренние пристройки – «хоры». В конце X века в Византии были созданы первые органы. В 1200-х годах в больших соборах уже зазвучала органная музыка и торжественные хоралы. Необычность сильного и красивого звучания органов под высокими сводами соборов, подкрепляемая стройным хоровым пением, производила на молящихся впечатление чуда, нисходившего с небес.

Соборы и храмы были самыми высокими строениями, их возводили на естественных возвышениях – верующим они были видны издалека и казались плывущими по небу, где был Бог, где был Рай. Люди слышали густой колокольный звон и с восторгом и благоговением приближались к собору. Многие были калеками и больными, надеявшиеся вымолить у Бога что-нибудь для себя. Может, лишь раз в жизни у них была возможность видеть такое Божье чудо – собор, и слышать эту музыку. И вот они входили под высокие светлые своды, их окружали фигуры святых, на них смотрела Дева Мария, они видели Христа Спасителя с учениками-апостолами, слушали музыку и хоралы, в экстазе умиления стояли на коленях, крестились и пели. Их переполняло чувство любви к Всемогущему Богу и надежда, что здесь они приобщились к Нему, раз Он дал им право видеть такое великолепие. (Такое же чувство когда-то испытывали древние греки и римляне, когда шли возле своих многоколонных храмов с беломраморными скульптурами языческих богов.)

Великолепное обновление соборов в Средние века было победой интеллектуалов, создателей этих соборов, в них христианская вера получила своё полноценное воплощение. После раннего Средневековья это был громадный шаг в развитии западной культуры. Но толпы верующих всё ещё оставались неграмотными. Образование, которое давали монастыри, отставало от требований времени. Необходимость нового, светского образования стучалась в ворота. И вот, через сто лет после смерти самого просвещённого человека своей эпохи Пьера Абеляра, в Европе стали формироваться первые университеты.

39. Первые европейские университеты

Образование, которое давали монастырские школы, не могло удовлетворить пытливые умы людей XI–XIII веков. Но церковные власти не хотели, чтобы круг светского образования расширялся. Книг и библиотек, существовавших в античном мире Греции и Рима, давно уже не было – их разграбили, сожгли и уничтожили в эпоху Средневековья. Но мысль убить нельзя, просвещённые люди всё же существововали, и сведения о них распространялись в перессказах среди жаждущих знаний. Единственным способом получить знания было найти такого человека и учиться у него. Поэтому в поисках знаний молодые люди вынужденно ходили по всей Европе, перебираясь из страны в страну и из города в город. Обосновываясь вокруг учителей, они формировались в классы для обучения. Из таких групп учеников стихийно образовывались первые в Европе университеты.

………………………………

Как основная интеллектуальная дисциплина, главной альтернативой теологии были законы, римские и канонические.

Х.Р.Лойн

(редактор книги «Средние века»)

В XI–XII веках жители пробудившейся Европы много перемещались с места на место – европейские государства ещё не оформились окончательно и переход из страны в страну был простым. Люди перемещались из города в город, монахи – из монастыря в монастырь. В поросшей лесами Европе не было налаженного транспорта и было мало приличных дорог, путешествия были трудными, долгими и всё ещё оставались опасными из-за воров и разбойников. Кто мог себе это позволить, ехали на лошадях, но многие ходили пешком. Крестьяне были заняты обработкой земли и редко снимались с мест. Но рабочие люди и ремесленники шли в поисках работы на строительство городов и соборов, густые толпы пилигримов брели от одного храма к другому – к «сильным и верным» мощам, чтобы вылечиться от болезней или замолить грехи. А молодые учащиеся из монастырских школ направлялись группами и в одиночку к учёным людям, по слухам, известным им своими знаниями. Их вело стремление получить образование шире пределов монастырских и соборных школ; превозмогая трудности и опасности пути, они шли, чтобы получить знания у просвещённых учителей. Так вокруг редких просветителей стихийно возникали центры учёбы – колледжи, студии, а затем и университеты.

Латынь была универсальным языком образования, и по латыни первые центры обучения называли STUDIA, откуда и пошло слово СТУДЕНТ. Объединённые общими интересами, люди организовывали гильдии преподавателей и студентов. Гильдия считалась официальной организацией, членство в ней давало признание и защиту местных властей. Знаменательно, что первая STUDIA возникла в Италии, в южном городе Салерно. Итальянские города и мелкие государства пережили междоусобные войны и завоевания арабами и норманнами; за несколько веков их население стало уже смешанным. Но всё же на древней земле бывшей Римской империи больше, чем на других землях, ещё существовал неистребимый дух творчества и прогресса. С 900-х годов в южном городе Салерно студенты учились медицине у арабов, владевших тогда этой территорией. Позже они учились под руководством знаменитого по всей Европе КОНСТАНТИНА АФРИКАНСКОГО (умер в 1087 г). Из Салерно исходил импульс медицинских знаний на всю Европу: в 1040 г. ПЕТРОЦЕЛЛИЙ написал там медицинский трактат «ПРАКТИКА», а в 1098 г. НИКОЛА ПРЕВО написал сборник из 2650 медицинских рецептов. В 1231 г. император Фридрих I дал разрешение называть эту школу STUDIA, по современным понятиям – медицинским институтом.

Другой итальянский город, Болонья, в средней части страны, славился преподаванием законов, там ещё в 1076 г. читал лекции юрист ПЕПО, в 1119 г. работал юрист-немец ИРНЕРИЙ, первым внедривший в преподавание римские законы Юстиниана, и ФРАНЦ ГРАТИАН, монах и автор свода канонов, носящего его имя (за эти заслуги он был посвящен в кардиналы). Знание законов становилось всё большей необходимостью в малоорганизованной Европе, и число студентов в Болонье быстро росло.

К 1100-м годам студенты Болоньи впервые стали называть себя UNIVERSITAS – средневековое определение для любой корпорации. От этого слова произошло название УНИВЕРСИТЕТ – ВЫСШАЯ ШКОЛА. В 1150 г. в Болонье началось преподавание медицины – открылся первый медицинский факультет университета. Там с самого начала учились студенты старшего возраста, не моложе 35 лет, многие были состоятельными людьми, тянувшимися к знаниям. Это было единственное учебное заведение, принимавшее женщин, что говорит о свободомыслии и независимости преподавателей Болонского университета.

Болонья

Нет воды вкуснее, чем в Романье,

Нет прекрасней женщин, чем в Болонье,

В лунной мгле разносятся признанья,

От цветов струится благовонье.

Лишь фонарь идущего вельможи

На мгновенье выхватит из мрака

Между кружев розоватость кожи,

Длинный ус, что крутит забияка.

И его скорей проносят мимо,

А любовь глядит и торжествует.

О, как пахнут волосы любимой,

Как дрожит она, когда целует.

Но вино, чем слаще, тем хмельнее,

Дама, чем красивей, тем лукавей,

Вот уже уходят ротозеи

В тишине мечтать о высшей славе.

И они придут, придут до света

С мудрой думой о Юстиниане

В тёмной двери университета,

Векового логовища знаний.

Старый доктор сгорблен в красной тоге,

Он законов ищет в беззаконьи,

Но и он порой волочит ноги

По весёлым улицам Болоньи.

Николай Гумилев

Папская власть с подозрением относилась к изучению иных юридических законов, кроме правил христианской церкви. Широкое нерелигиозное образование вызывало неприятие и прямое сопротивление христианской церкви, ибо она не признавала университетов. Поэтому ранние европейские университетские гильдии продолжали организовываться стихийно. Но через пол века после того, как сами студенты и преподаватели назвали своё учебное заведение УНИВЕРСИТЕТ, в 1158 г. пришло первое признание от светской власти: император Фридрих Барбаросса официальным указом образовал Болонский университет – первое высшее образовательное заведение Европы.

Наличие университета дало городу Болонье положение ведущего центра обучения и сделало структуру этого университета образцом для подражания во всей Европе. Во главе университета стоял RECTOR SCHOLARIUM, от чего произошло определение РЕКТОР – руководитель учебного заведения. В Болонье учились студенты разных национальностей – из Италии, Франции, Испании и Англии. Интересы каждой группы представлял выборный CONSI–LIARII, во взаимодействии с которыми ректор управлял университетом (так появилось определение КОНСУЛ – соправитель). Старшие преподаватели, мэтры, составляли вместе COLLEGIA, которая присваивала степень бакалавра окончившим университет (отсюда – понятие коллегиальности решений).

В 1200 г. в Болонском университете были медицинский и философский факультеты. Преподавание проводилось в самых примитивных условиях – на площадях перед храмами и в приспособленных помещениях. Только в 1300-х гг. был построен первый DOMUS (дом, башня) для неимущих студентов из других городов. Потом в дополнение к нему стали возводить другие здания. Болонский университет, самый старый в Европе, до сих пор стоит на том самом месте, где его построили. Теперь он занимает множество кварталов высоких корпусов с несколькими тысячами студентов со всего мира.

Почти так же быстро, как во Франции, строились соборы. Так, в Италии стали возникать университеты – в Пизе, Флоренции, Сиене – в начале 1200-х гг., в Неаполе – в 1224 г., в Турине – в 1221 г., в Падуе, Виченце, Риме – в начале 1300-х годов. Фридрих II (внук Барбароссы) по образцу Болонского образовал Салернский университет, знаменитый своими учёными-медиками.

В Восточной Европе первым университетом был Пражский, основанный королём Карлом IV. Затем, в Польше, появился Краковский университет. Между 1150 и 1170 годами в Париже происходило формирование центра образования, первого на севере Европы. В 1208 г. был официально сформирован Парижский университет из школ при соборах. В нём было четыре факультета: медицинский, юридический, теологический и факультет искусств. Туда поступали более молодые студенты и соблюдалась более строгая дисциплина. В 1257 г. теолог Роберт Сорбон построил там на свои средства здание для обучения восьми неимущих студентов. Этот вклад привёл к тому, что впоследствии университет стали называть Сорбонной. Вскоре он стал лидирующим в Западной Европе, так же как Болонский – в Южной. Особую славу среди студентов Европы ему принесло то, что основы теологического учения в нём преподавались по самым либеральным трудам знаменитого Пьера Абеляра. Хоть и с опозданием на сто лет, но его интеллектуальные мысли и труды получили распространение. Однако имя Абеляра университету так и не присвоили.

Одним из наиболее известных и быстро растущих университетов в Северной Европе стал университет в немецком городе Гейдельберге. По его примеру были основаны университеты в Кёльне, Эрфурте, Лейпциге, Ростоке, Фрейбурге, Базеле, Упсале (Швеция) и Копенгагене. К 1500 году в Европе было уже пятьдесят университетов. Начальным этапом для их организации было введение в них STADIUM GENERALE – широкого спектра обучения. Стихийно и неорганизованно, но тяга молодых людей к знаниям победила консерватизм христианской церкви в Западной Европе. Однако в восточную часть, где господствовала ещё более консервативная ортодоксальная ветвь церкви, университетское образование пришло намного позже.

Многие средневековые университеты долгое время не имели ни помещения, ни оборудования, преподавание велось в примитивных условиях, иногда в лесной роще, иногда на площадях перед собором. А рядом велась торговля на грязных базарах и проводились публичные казни с шумными толпами простолюдинов-зевак. Но даже и в таких условиях студенты стремились получать знания. Обучение не было бесплатным, они должны были платить своим преподавателям-лекторам. Если они не были удовлетворены преподаванием, то могли требовать возвращения денег.

Знаменательно, что с самого зарождения университетов студенты были свободомыслящими людьми. Приобретая знания, они приобретали и независимость взглядов. Они часто вели себя беспокойно, вызывающе и даже бунтарски. Но в городах их терпели, потому что они приносили прибыль – платили за жильё и продукты. Если студентов и преподавателей не устраивали условия, плохая еда и вино в тавернах, грязь на улицах и отношения с местными лавочниками, то они бунтовали, дрались, дело порой доходило и до кровавых побоищ. В Париже во время бунта студентов в 1229 г., так называемого «карнавального бунта», было убито несколько человек, включая студентов. Бунт вызвал необходимость вмешательства папы Григория IX, и университет закрыли на два года. Но это событие помогло окончательному официальному признанию университетов церковью: видя, что ему не победить тягу молодых людей к знаниям, римский папа в 1231 г. издал закон «Parens scientiarum – мать обучения», в котором вынужден был дать университетам узаконенные права самоопределения.

Рис. 39-1. Кембриджский университет XIV века, занятия прямо на базарной площади (здания церкви и богатого дома напротив стоят до сих пор).

Если студентов всё-таки не устраивали преподавание и условия, они снимались с места и опять отправлялись в путь в поисках нового места и новых преподавателей. Так, в 1167 году довольно большая группа вышла из Парижекого университета и перебралась в Англию, в город Оксфорд под Лондоном. Там в 1117 г. уже читались лекции, и с притоком новых искателей образования был организован новый университет. За этими студентами туда перешли многие преподаватели, особенно англичане. Некоторые оказались потом недовольны Оксфордом и перешли неподалеку, в г. Кембридж, образовав там в 1209 г. ещё один университет – Кембриджский (Рис. 39-1).

Точно так же в 1222 г. группа студентов и преподавателей перешла из Болоньи в Падую, тоже образовав там новый университет – Падуанский. С тех давних пор и до XX века сохранилась система ежегодного перехода студентов с курса на курс в новый университет и стала называться «европейским образованием».

Университеты разрастались и богатели за счёт наплыва студентов и пожертвований богатых людей. В них строились учебные здания, и так же как вокруг великолепных новых соборов, на базе новых университетов вырастали целые универститетские города. В 1249 г. в Оксфорде уже был открыт первый дополнительный колледж, в 1326 г. дополнительный колледж открыли при Кембриджском университете. Это положило начало формированию крупных английских городов Оксфорда и Кембриджа.

Перемещения студентов и преподавателей в поисках знаний и их лучшего применения можно назвать интеллектуальным «брожением» пробудившейся Европы. Интересы этих людей уже больше не ограничивались доктринами христианской теологии. Университеты давали им всё больше «светского» образования, во многом независимого от церкви. Остались многие имена учёных интеллектуалов – профессоров и авторов рукописных учебников того времени. Но книги всё ещё были редки: в 1424 г. в Кембриджской библиотеке было всего 122 книги. Студенты занимались по своим записям лекций.

Хотя образование в западном мире начало развиваться позже арабского и во многом возникло на его основе, но оно смогло развиться шире и глубже, потому что с 1100-х годов в исламском мире наметился спад научной активности. Восточное образование было задавлено доктриной ислама.

Университеты и их образованные выпускники влияли не только на уровень образования, но и на всю политическую и общественную жизнь Европы. В контексте событий того времени формирование университетов стало первым массовым движением развития интеллектуальных сил. Вокруг продолжались войны, вспыхивали, эпидемии, низвергались и создавались империи и государства, проходили крестовые походы за «освобождение Гроба Господня» и велась непримиримая борьба христианской веры против ислама и иудаизма. Ислам был религией сильных вражеских государств, воевавших с Европой. Евреи не имели своей страны и армии и не представляли никакой организованной силы. Враждебное отношение к ним было чисто церковным. В 1100-х годах началось массовое выселение евреев из Франции, а в 1189 г., во время коронации Ричарда I Львиное сердце, произошло массовое убийство евреев в Лондоне, спровоцированное церковью. Так, под её влиянием в Европе начались массовое проявления антисемитизма. Некоторые из известных преподавателей университетов выступали против него и умели повлиять на правителей.

Центр интеллектуальной жизни европейского общества перемещался из монастырей и соборов в университеты, преподавание в них постоянно совершенствовалось и расширялось. В дополнение к лекциям проводились семинары и диспуты по методике, основанной Пьером Абеляром. К середине обучения студент должен был сдавать экзамен группе преподавателей, после чего получал звание бакалавра. Бакалавры имели право носить берет и тогу и могли стать ассистентами преподавателя. Документ об образовании и учёная степень ценились высоко, давали солидность положения и хороший заработок. Это повышало интерес к учёбе и ответственность в дальнейшем совершенствовании знаний во второй половине обучения, чтобы защитить степень на звание магистра. Молодым образованным людям из практики становилось известно парадоксальное правило: для того чтобы глубоко изучить предмет, надо самому начать преподавать его.

Рост уровня образования шёл параллельно со строительством соборов и церквей. По противоположности направления влияния этих двух общественных институтов может казаться, что их влияние должно было как бы исключать друг друга. На самом деле, на этом этапе развития они вместе направляли общество к одной цели – к развитию интеллекта масс.

В этом развитии следующим этапом после возведения храмов и формирования университетов становилось пробуждение национальных литератур. История опять повторяла себя – Европа пыталась создавать новых Гомеров и Платонов.

40. Создание национальных литературных языков Европы

В XIII веке новой эры Западная Европа состояла из недавно сформированных государств. Их населяли молодые нации, характеры которых только определялись. Объединяла их всех христианская вера, но языки были разными, хотя ещё не окончательно сформированными. Даже в одной и той же стране люди разных географических поясов говорили на разных наречиях, с трудом понимая друг друга. Учёные священники общались на латинском языке, но народы тех стран его не знали. И литературных языков, какие были в Греции и Риме, в Европе ещё не существовало. На ранних этапах они создавались на основе устных творений народа, как это было в начале развития античной Греции – история культуры повторялась, но уже в другом – многоязычном варианте.

……………………………..

Основным фактором в новом культурном многообразии (в Средние века) было применение разных языков в важных литературных произведениях.

Джордж Холмс

Улучшение жизни, образования и развитие строительства в Европе XI–XIII веков привели к формированию европейской цивилизации. Это была цивилизация не национальная, как прежние – египетская, персидская, греческая, римская. Новая цивилизация была христианской – многонациональной, как сама религия. Доминирующая сила христианства объединила в одной духовной связи людей разных стран. Вместе с народами древней культуры в неё вошли бывшие варварские племена, которые не имели своей культурной основы. Христианская Европа представляла собой смесь наций, разделённых множеством языков, характеров и традиций. И ещё долгое время византийцы звали всех европейцев «франками», имея в виду христиан.

Общепринятым языком образованной Европы был латинский, на нём произносились и писались слова Бога. Латинский язык был понятен только учёным мужам и образованным монахам. Но даже выдающиеся умы способны мало что дать развитию своего народа, если они не поняты им. Народы Европы говорили каждый на своём языке. Говорили, но не писали, потому что литературных национальных языков ещё не было. И сами европейские языки находились в процессе формирования, отражая организующуюся карту новой Европы.

Франция, претерпевшая многочисленные захваты и перемены властителей, возникла как государство в начале 1200-х годов при короле Филиппе Втором Августе. Её древний язык под влиянием многовекового римского владычества и нашествия варварских племён был смесью латинского, бургундского, гасконского, нормандского и других диалектов. Париж был основным культурным и торговым центром в Западной Европе, но национальная культура там лишь зарождалась и литературного языка ещё не было.

Испания, отделённая от основной Европы естественным барьером Пиренейских гор, много веков продолжала оставаться под властью мавров, захвативших её после визиготов и вандалов. В испанской аристократической верхушке господствовали арабская культура и язык, а испанский язык находился в зачаточном состоянии. Хотя арабы впитали много прогрессивного от эллинской культуры, но сам арабский язык не включал в себя чужих слов, наоборот – многие арабские слова в переводах переходили в европейские языки.

Германия была основной частью «Священной Римской империи», формально объединённой папской властью. Народы на её землях были разобщёны разными культурными влияниями и разными диалектами и наречиями (рейнским, вестфальским, саксонским и др.). Исторически с 750-х годов Германия состояла из Старой Верхней, с 1150-х к ней прибавилась Средняя Верхняя, а с 1350-х – ещё Новая Верхняя Германия. Берлин был основан в 1230 г. на месте бывшего поселения славян, и император не имел постоянной столицы.

Италия тысячелетиями составлялась из пришельцев с севера, востока и юга и была многоязычной ещё до объединения под властью Рима – с множеством возникавших и исчезавших диалектов. Например, язык этрусков не был расшифрован, но на той же территории веками доминировал тосканский диалект. В эпоху Древней Римской империи господствующим был латинский язык. Но после многих жестоких захватов визиготами, вандалами, остготами, арабами и норманнами Италия навсегда потеряла язык римлян. Вместе с Германией она входила в состав «Священной Римской империи» и итальянцы от Милана до Неаполя говорили на разных диалектах. Доминирующего языка и национальной литературы ни в Германии, ни в Италии не было.

Англия, отделённая от континента проливом, в древности была завоёвана Римом, а с 750-х годов находилась под разрушительными нашествиями скандинавских викингов и саксонских племён из Германии. Все они привносили в неё основы своего языка. В 1066 г. Англия была захвачена королём французской Нормандии Вильгельмом Завоевателем (1028–1087 гг.). Под влиянием норманнского двора разговорным языком британской аристократии более чем на два века стал французский. Но официальные документы писались на латинском. На нём была написана «Книга судного дня» – опись земельных владений. На латинском, в 1215 г., в Англии был написан самый важный документ той эпохи – ВЕЛИКАЯ ХАРТИЯ, закрепившая родовые и феодальные права привилегированного класса. Но разговорный английский язык формировался из смеси разных языков Европы[29].

Помочь развитию национальных культур разных народов могло образование своих национальных литературных языков. Но христианская церковь, объединив Европу в одну цивилизацию, своим догматизмом подавляла развитие литературы ещё больше, чем что-либо другое. По её канонам СЛОВО могло быть только СЛОВОМ БОЖЬИМ.

(Само Евангелие от Иоанна начинатеся так: «В начале было слово, и слово было Бог». Библия ещё не была переведена на понятные народам языки. Но христианство диктовало одну цель литературы – славить Бога-творца. Лозунгом для этого было выражение архиепископа английской церкви Ансельма «credo ut intelligam – вера служит для понимания мира».

В начале Средних веков уже строили великие соборы, уже изображали на иконах, мозаиках и в скульптурах Иисуса и святых, уже своды соборов стали заполняться высокой духовной музыкой, даже можно было в теологии применять принципы аристотелевской философии и метод Пьера Абеляра, но – только для целей доказательств существования Бога. И всё ещё нельзя было писать ничего не во славу Бога, нельзя было развивать светскую литературу.

Литература как искусство описательное, отображающее факты и характеры в их динамике, уязвимее всех других искусств перед командными ограничениями – её развитие несовместимо с любыми догмами. С приходом христианства литература в Европе практически перестала существовать почти на семьсот лет, со времён Вергилия, Овидия и Горация. Известны лишь немногие попытки безымянных авторов раннего Средневековья.

В X–XI веках европейская литература стала опять развиваться, как и на заре своего возникновения в Греции – изустного народного творчества. В 900-х годах в Англии, Ирландии, Уэльсе и Шотландии появились БАРДЫ, которые в стихах воспевали подвиги своих вождей и народов. Они пользовались правами и создавали свои профессиональные ордена-союзы, переписывая и распространяя некоторые из своих сочинений.

В Германии новые литературные веяния вышли из школьных общин. Молодые люди, школяры, нищие студенты (ваганты), любили пить пиво и вино, затевали драки и весело проводили время с женщинами. И стали сочинять, сначала на латыни, а потом и на местных диалектах, весёлые и смешные песни, известные с 1157 г. За ними появились профессиональные мейстерзингеры (мастера пения) из специальных школ, которые путешествовали по всей Европе. Другими сочинителями были появившиеся в народе миннезингеры, певшие о любви и подвигах. Первые из них – Кюренберг и Вальтер фон дер Фогельвейде.

Рис. 40-1. Изображение трубадура на рисунке XIV века.

На юге Франции, в Провансе, начиная приблизительно с 1125 г., появились трубадуры. Это были не студенты, а аристократы и воины. Они пели на местном языке, воспевая галантность и рыцарство. Первыми трубадурами были Гильельм де Пуатье и Гильом IX, герцог, крестоносец и женолюб. Он сам сочинял стихи и собрал вокруг себя общество поэтов. Его внучка Элеонора унаследовала склонности деда и в окружении трубадуров и дам вела привольную жизнь. Когда она вышла замуж за Генриха II и стала королевой Англии, то перенесла традиции этих песен туда. С юга Франции традиции перешли в северную Италию, где появились II Travatore – трубадуры (об одном из них много позже, уже в XIX в. была написана знаменитая опера Верди) (Рис. 40-1).

На севере Франции менее аристократичные и галантные песенники сочиняли героические баллады – шансоны. Вначале почти все они так или иначе посвящались Карлу Великому, даже через два века после его смерти.

Для развития национальных литератур имело значение то, что распространение романсов и песен прививало народам Европы вкус к литературным историям и воспитывало их в национальных традициях – несхожих в разных странах.

В 672–782 годах, когда Англия переходила от язычества к христианству, была написана англосаксонская эпическая поэма «БЕОВУЛЬФ» – о герое с таким именем.

В ней, как в поэмах Гомера, отражена романтика эпохи завоеваний. В 3182 поэтических строках описываются легендарные традиции англосаксонской аристократии. Беовульф был королём племени гаутов, на территории южной Швеции, и победил чудовище Гренделя, который угнетал датское королевство. Потом на его собственное королевство тоже напал дракон, которого он убил, но сам был смертельно ранен. «Беовульф» был первым литературным произведением, написанным на английском языке.

Вторым произведением на уэльском английском были «ЛЕГЕНДЫ О КОРОЛЕ АРТУРЕ», написанные в X в. В них, так же как в поэмах Гомера, рассказаны героические события, происходившие за пять веков до этого описания. Исторически известно, что Артур командовал британской армией против саксонских завоевателей и победил их в 518 г., а потом был смертельно ранен в битве при Камлане в 537 г. Поэма об Артуре и сама его фигура стали популярными благодаря переделке уэльской легенды хроникёром Гальфридом из Монмута (1100–1155 гг.), написанной в духе римских поэм.

Вместо древнего папируса применялся пергамент – высушенная и специально обработанная кожа новорожденных или даже ещё нерождённых ягнят, наихудшей была ослиная кожа. В зависимости от технологии, пергамент мог быть разных оттенков – до белого цвета. Его подготовка требовала мастерства и времени. Для переплетённых книг применялся пергамент более тонкий, для отдельных документов из одной-двух страниц – более толстый.

Сама технология письма того времени была сложной. Хотя бумага была изобретена в Китае в начале первого тысячелетия, но первые известные европейские документы написаны на бумаге в Палермо (относятся к 1109 г.), и в Генуе – к 1154 г. В 1200-х годах началось производство бумаги в Фабриано, Болонье и других итальянских городах. Так что в эпоху Средневековья большинство рукописей и книг писались на пергаменте. Писали их чернилами разных цветов, специального сложного химического изготовления. Для обычных рукописей применялись чёрные, для официальных – красные. Начальные буквы страниц рисовались несколькими цветами. После заточенных деревянных палочек с расщеплённым концом в Средние века стали изготавливать бронзовые перья с заострённым концом, линейки для выравнивания строчек и ножи-бритвы для обрезания пергамента. Всё это были редкие и довольно дорогие орудия письма. Но с 1250-х годов распространилось применение гусиных перьев. Тогда техника письма упростилась и удешевилась. Было достаточно много профессиональных переписчиков, но труд их был дорогим и медленным, редкий автор мог себе это позволить, если не был богат. Печатание книг целыми блоками было изобретено в 1280-х годах в Италии, но не вошло пока в практику. Первый печатный станок с наборным шрифтом изобретён Гутенбергом и применён в 1455 г. в Страсбурге.

С распространением переписанных баллад и ростом грамотности людей, с появлением переплетенных рукописных книг искусство литературного описания стало оживать. На основе баллад и легенд стали писаться РОМАНЫ (слово «готап» на старом французском означало популярные истории о рыцарских временах). Классикой литературы той эпохи считается «ПЕСНЬ О РОЛАНДЕ», герое и племяннике Карла Великого. Написанный в период X–XI веков, это был первый законченный по форме литературный рассказ о подвиге, основанный на историческом факте. Высокий стиль описанных событий и окружения давал представление о времени Карла. Имя автора неизвестно, возможно, авторство принадлежит нескольким людям, обладавшим литературным талантом.

Далеко на востоке, в недавно образовавшейся и только недавно крещёной Киевской Руси, в 1037 г. монахи вели летописи, и в тот же период появилось первое известное русское литературное произведение. Оно было создано в том же плане, как «Песня о Роланде» – «СЛОВО О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ». Случайное ли это совпадение по времени написания, или в этом проявляется закономерность периода образования национальных литератур? Скорее – второе, потому что по всей Европе происходили передвижения просвещённых людей – проповедников веры, и для развития интеллектуализма это было хлебом насущным: с ними проникали идеи, сведения и возникали контакты образованных людей.

Это также было время первых длинных международных путешествий. В 1200-х гг. испанский еврей Бенджамин из Туделы поехал в Индию через Константинополь и вернулся обратно через Египет. Венецианцы совершили не менее двух путешествий в Китай. Марко Поло провёл там почти 20 лет. Путешествие по суше заняло у него три года (1271–1274). В Китае с ним случались невероятные происшествия: император Хубилай принял его при дворе, сделал его послом и даже поручил ему быть губернатором провинции Янчжоу. Марко покинул Китай в 1292 г., вернулся в 1295 г. До сих пор ни в Китае, ни в арабских странах, которые проезжал Марко, нет документальных подтверждений о его пребывании там. Но в 1298 г. он продиктовал записки о своём путешествии, находясь в Генуе под домашним арестом как пленник (тогда шла одна из войн между Венецией и Генуей). Возможно, Марко Поло не умел писать. Записи вёл Рустичано, сочинитель и автор романов на генуэзском диалекте. Записки стали широко известны сразу же после их появления. Считается, что если Марко Поло и был в Китае, то основной рассказ был приукрашен сочинительством Рустичелло. Если это так, то это был ПЕРВЫЙ В МИРЕ ПРИКЛЮЧЕНЧЕСКИЙ РОМАН. Чтобы пережить такое путешествие и суметь занимательно рассказать об этом, нужно было иметь не только талант, но и глубокий интеллект.

В XII веке появился один из первых популярных романов – «ТРИСТАН И ИЗОЛЬДА», история-рассказ высокого стиля: умирающий от ран немецкий рыцарь говорит о своей рыцарской любви и преданности к ирландской даме.

В незаконченном варианте роман был написан после 1100-го года германском поэтом ГОТФРИДОМ ФОН СТРАСБУРГОМ (о его жизни ничего не известно). О популярности и распространении романа говорит то, что сохранилось несколько ранних вариантов в разных странах: фрагмент романа на французком языке – приблизительно 1170 г.; в 1190 г. на рейнском германском диалекте написан ЭЙЛЬГАРТОМ ФОН ОБЕРГЕ; варианты 1200-х годов; известен также английский его перевод 1300 года. Популярность сюжетной линии этого романа не ослабла и через семьсот лет: в 1852 г. был издан стихотворный вариант Арнольда в виде триптиха, и эта же история послужила сюжетом для поэмы английского поэта Альфреда Теннисона и либретто одноимённой оперы Рихарда Вагнера.

Современному читателю трудно представить себе корявый и грубый стиль изложения и манеру преувеличенной фантазии в изложениях авторов далёкого прошлого. То, что мы читаем теперь из того времени, – это позднейшие многократные обработки оригиналов и переписанных копий, приспособленные к уровню развития культуры. Но зачинавшаяся литература Средневековья отличалась от современной, так же как дикая, поросшая лесами и заболоченная Европа того времени отличается от технически развитого богатого континента наших дней. Вся та эпоха была во многом грубой и порочной, жизнь была тёмной, жестокой и грязной. Мораль людей развивалась под эгидой религиозных фантазий, дополняемых страхом и суевериями. Понять, как такая жизнь сочеталась с литературой, можно по живописным полотнам голландского живописца Иеронима БОСХА (1450–1516 гг.). Хотя он жил на три столетия позже, в его картинах верно представлена дикая смесь искажённого реализма с буйной, уродующей фантазией кошмаров. Так же и литературные описания тогда ещё не были освобождены от смешения грубого реализма повседневности с выдумкой.

Основателем национальной литературы Англии можно считать ДЖЕФРИ ЧОСЕРА (1343–1400 г.). Он происходил из знатной и состоятельной семьи, был хорошо образован, знал французский, итальянский и латинский языки. Его повседневным языком был южноанглийский диалект. Очевидно, он был начитан, в раннем возрасте у него появилась тяга к творчеству и литературный талант. Известны несколько его ранних литературных произведений. Чосер прожил богатую событиями жизнь, сражался во Франции, попал в плен, потом стал придворным с высокими титулами, впал в немилость, был разжалован, но опять восстановлен. Он много путешествовал по Европе, особенно по Италии, и познакомился там с произведениями Данте, Петрарки и Боккаччо. Тогда они были ещё не полностью собраны в единое целое, но именно они больше всего повлияли на его стиль и манеру письма. В 1390-е годы он написал главное произведение «Кентерберийские рассказы», состоящее из 24 историй (1700 стихотворных строк с прозой) о приключениях пилигримов, когда они ходили посещать святыню мученика Томаса Бекета. По стилю это больше всего напоминало истории итальянца Боккаччо – в рассказах много смешения благородства, юмора и реализма. Оно стало классическим образцом английской литературы, но не было полностью закончено. Чосер, писавший на родном южноанглийском диалекте, своим творчеством утвердил его как литературный английский язык.

Самые первые литературные произведения могли читаться и пересказываться редкими любителями чтения с увлечением. Искусство чтения имеет свою историю и законы развития, как и искусство писания. Подобно тому как мы читаем и воспринимаем литературу по-разному – на разных этапах от детства и до старости, так же и на исторических этапах развития интеллектуализма читатели той эпохи могли с удовольствием воспринимать раннюю литературу. Успех литературных рассказов в разные исторические периоды во многом зависит от взаимодействия с уровнем культурной подготовленности аудитории. Греческие и римские представления были любимы аудиторией не только потому, что писались на понятном им языке, но и потому, что писались на грубом языке и во многом отражали грубость и дикость нравов того общества. В Средние века, когда книги были роскошью, читающая аудитория была ещё очень мала. Её подготовленность к средствам выражения описательного искусства равнялась почти нулю (не исключено, что наша современная литература через тысячу лет покажется будущим поколениям во многом странной и отсталой).

В литературном творчестве, как в любом искусстве, для изменения стиля нужен был образец – эталон, к которому можно стремиться и по которому можно равняться. Чтобы создать такой эталон на том раннем этапе развития литературы, нужен был кто-то с необыкновенным талантом – ПИСАТЕЛЬ С ГЕНИАЛЬНЫМ ИНТЕЛЛЕКТОМ.

41. Интеллектуал по имени данте

Данте начал первым писать на понятном народу тосканском диалекте итальянского языка. На нём он создал первую в Средние века эпическую поэму «Божественная комедия». Этим была заложена основа итальянской литературы и итальянского литературного языка. Его поэма была самым первым и самым ярким творением западной культуры, пробудила расцвет всех видов искусств и на много веков осталась эталоном – таким же, как эпосы Гомера были для Древней Греции и Рима. Силой своего интеллекта Данте пробудил эпоху Возрождения. Жизнь Данте была так же необычна, как необычно было и его творчество.

В середине своего смертного жизненного пути

Я оказался в мрачном лесу и не мог дорогу найти;

Могу сказать, что нелегка была задача.

Вспоминая тот лес, я и теперь почти дрожу и плачу,

Потому что своей суровостью, вы мне поверьте,

Он был так страшен, что подобен смерти.

Но чтобы продолжить о случившимся рассказ,

Поведую, что интересное я там открыл, для вас.

ДАНТЕ (первые строки Божественной Комедии, перевод Владимира Голяховского)

Появления нового высокого литературного творения логически можно было ожидать именно в Италии. Уже восемь веков её, как смертельно поражённого льва древней культуры, истязали разные завоеватели. Они смешивали латинскую кровь со своей, но одна черта народа оставалась непобеждённой – высокий творческий потенциал. В 1200-х годах этот потенциал вновь возродился в изобразительном и музыкальном искусствах Италии. Там и появился первый писатель-интеллектуал, о жизни и творчестве которого известно всё – от побуждений и до свершений: вся лаборатория интеллектуальной личности.

В 1265 г. во Флоренции, в знатной и состоятельной семье ростовщика Алигери ди Белличионе д’Алигьери, который предпочитал называть себя банкиром, родился мальчик Дюранте, сокращённое имя – ДАНТЕ. Ему было суждено стать основателем итальянской литературы и литературного языка, одним из величайших (если не самым великим) в истории писателем, повлиявшим на стиль всей мировой литературы. Своим интеллектом он первый ПРОБУДИЛ НОВУЮ ЭПОХУ ИСТОРИИ – ЭПОХУ ВОЗРОЖДЕНИЯ.

Жизнь Данте известна в деталях с самого детства, в основном по его собственным описаниям в разных произведениях. В его семье говорили на тосканском диалекте, который тогда ещё не был признанным языком страны. Вся основная литература писалась на латинском языке. Данте рано начал читать и с детства писал стихи. Это способствовало раннему развитию романтической приподнятости его характера, без чего и не мог бы получиться Данте.

По крайней мере, так могла отразиться на нём его ранняя влюблённость: в девять лет он увидел в церкви восьмилетнюю девочку в красном платье, которую сам для себя называл Беатриче, – и влюбился. Считается, что после той встречи они виделись лишь один раз – в восемнадцать лет, тогда она была в белом платье; но он никогда не писал о её ответном чувстве. В пятнадцать лет её выдали замуж за Симона ди’Барди. Сам Данте в двенадцать лет был обручён и потом женился на другой – Джемме Донати, у него было несколько детей. Он никогда не упоминал о жене, но то первое высокое чувство влюблённости в Беатриче пронёс через все 56 лет своей жизни. Влюблённость, особенно ранняя – это отражение пыла самообмана: что-то почти мгновенно вспыхнет в душе. Рано или поздно любовь кончается и может перейти в чувство привязанности (наверное, Ромео и Джульетта, самые известные в мире влюблённые, не сохранили бы свой пыл навсегда). Но чем больше глубина самообмана любви, тем больше это говорит о богатстве души. Все поэты всегда влюблялись пылко – и это даровало им вдохновение.

Девочку Беатриче на самом деле звали Бис Портинари, она была дочкой соседей семьи Алигьери, и юный Данте наверняка мог видеть её довольно часто. Романтик, он многое выдумал о своей первой любви. Даже когда он узнал, что в 1290 г., в возрасте 24 лет Беатриче умерла, смерть не возымела власти над его чувством. Наоборот: когда реальность жизни закончилась, он в стихах ещё чаще обращался к ней как к живой. Такое романтическое обращение стало одной из популярных форм изложения сонетов Ренессанса. В глубине фантазии поэта любовь к Беатриче вдохновляла гений Данте на всех этапах его дальнейшей многотрудной жизни.

Город Флоренция, где жили Данте и Беатриче, был тогда совсем не похож на современный прекрасный центр культуры. Снаружи он был обнесен двумя рядами стен и уже возводили третью. Внутри стен улицы были тёмными, грязными, вонючими, всюду копошились куры.

Первая любовь

Какая вонь, какая грязь

На улицах Флоренции,

Он в храм вошёл, перекрестясь,

И встал спиной к Виченце[30].

Там было дымно от свечей

И душно от их гари,

Но он не отводил очей

От Беатриче Портинари.

Он приковался волшебством

К девчонке в красном платье,

И ей молился под крестом,

Не глядя на распятье.

Что было в ней, какой магнит

Звезды на небосклоне?

В такой совсем простой на вид —

Его живой Мадонне.

Он не задумывался, он

Мечтал о взгляде встречном;

И первым чувством поражён,

Он знал – оно навечно.

Ему и ей по девять лет,

И сквозь молитвы лепет,

Он богу дал в тот миг обет —

Сберечь свой юный трепет.

……………………………….

С Палаццо Веккия в тиши

Пробили семь куранты;

Отец шепнул ему: – Пошли,

Пора к обеду, Данте.

Владимир Голяховский

Но как ни был грязен город Флоренция, любовь Данте к нему была тоже большой и вдохновляющей. В то время в нём было около 60 тысяч жителей, город был известен как банковский и учебный центр, со множеством знати, банкиров и учёных. При Данте строилась знаменитая прекрасная Баптистерия, уже стояла францисканская Базилика церкви – Santa Crose, Св. Креста, где он учился философии, и богатые дома аристократов. Там до сих пор стоит casa degli Alighieri Дом Алигьери, а через улицу – церковь, где молилась вся семья и в которой он мог видеть Беатриче (оба здания 800-летней давности – добротная итальянская строительная техника, доставшаяся в наследство от римских времён). Дом и церковь кажутся теперь поразительно маленькими, окна в стенах – редкие и подслеповатые. Но Данте был сыном своего времени и своего города, он там вырос, для него это было привычным и родным. Он любил живую атмосферу своей молодости и деловую атмосферу города, в которую был погружён со всей страстью души. Вместе со сверстниками он много бедокурил и бражничал. У них была традиция писать друг другу острые сонеты-сатиры.

Его друг Гвидо Кавальканти, который был на десять лет старше, в одном из таких сонетов умолял его остановить распутную жизнь: «Я захожу к тебе ежедневно по много раз и нахожу тебя занятым низкими думами». Но, конечно, надо предполагать, что одновременно с «низким» Данте уже интересовался и другим.

Город Флоренция был знаменит культивированием политических фракций, враждовал с Пизой, Сиеной, Арезо и Виченцей, но был в союзе с городом Луккой. Внутри города имелись две враждовашие партии: Guelf’ы и Ghibellin’ы – Чёрные и Белые. Чёрные тяготели к римскому папе Бонифацию VIII, Белые – к императору Генриху VII.

Временами дело доходило до кровопролитий. В одной из таких схваток было убито четыре тысячи Белых. Земля Флоренции была залита кровью больше всех других. Это потом описал в «Истории Флоренции» современник Данте и его знакомый Николо Маккиавелли (1469–1527). Подобную же ситуацию кровопролития позже представил Шекспир в «Ромео и Джульетте» – о жизни города Вероны.

Аристократы строили при своих домах высокие башни на случай осады. Данте по рождению принадлежал к Белым и был глубоко предан им. Он рано осиротел, но, по счастью, у него были хорошие учителя. Гвидо Кавальканти ещё в юности познакомил его с учением неоплатонизма римского философа Боэция и с аристотелевской философией. Данте получил образование в Болонском и Падуанском университетах, изучал классическую литературу, философию и религию. Его первый биограф, сам тоже великий писатель – Джованни Боккаччо (1313–1375 гг.) – писал, что Данте был студентом также в Парижском и в Оксфордском университетах, а под конец жизни снова был приглашён в Париж для диспута.

В 24 года Данте служил кавалеристом в армии и участвовал в сражениях, причём ему по рождению была дана привилегия сражаться в первом ряду, как на турнирах. В 25 лет он написал на тосканском диалекте сборник «La Vita nuova» «Новая жизнь»), собрание из 31 лирического сонета, посвящённого любви к умершей Беатриче. Сонеты дополнены рассказами в прозе – автобиографическое повествование ранних лет. Он писал и философские трактаты, хотя никогда их не заканчивал. В 30 лет он вступил в «гильдию лекарей и аптекарей», потому что считал себя интеллектуалом, а эта гильдия была самой подходящей к такому статусу. Основа интеллектуала – многогранность талантов. Таланты Данте были многогранны с ранней юности. В переписи населения в тот период он указал себя как «Данте Алигьери, поэт». Как все активные молодые люди, он мечтал о славе, хотел стать поэтом-лауреатом.

В 35 лет Данте страстно, как и подобало его поэтической натуре, увлёкся политикой, и довольно быстро его избрали главой шести городских приоров – политическим лидером Флоренции. Он поддерживал партию Белых, внутри которой бурлили разногласия. Возможно, не только чувство ответственности, но сама весомость положения приносила удовлетворение его тщеславию (и отвлекала его от творчества – неизвестно ничего из написанного им в тот период). Наконец-то он добился признания своих талантов!

Но судьба распорядилась иначе. В то время, когда он находился с посольством в Риме, внутри его партии произошёл переворот. Политическими интригами Данте был ошибочно обвинён в предательстве и краже денег из казны. В январе 1302 г. мэр города граф де Табриелли да Губбио провозглосил Данте «вором и разбойником». Его заочно изгнали из Флоренции и заочно приговорили к казни. Это был не просто провал, ещё хуже – это был удар по самолюбию поэта. Любой холодный, рассудочный политик не поставил бы себя в такое уязвимое положение. И, во всяком случае, он меньше думал бы о личном оскорблении, чем о продолжении интриг. Данте представлялось, что для него всё рухнуло: в середине жизни он стал изгнанником, без ясного пути – как в диком лесу. Хуже была только смерть. Именно с воспоминаний об этом он потом начнет свою «Божественную комедию»:

В середине своего смертного жизненного пути

Я оказался в мрачном лесу и не мог дорогу найти…

Подавленный и обозлённый, Данте страстно мечтал вернуться победителем, он метался от одного правителя к другому, делая многочисленные попытки принудить своих врагов сдаться. На это ушло одиннадцать лет – до 1313 г. Ему удалось уговорить императора Генриха VII, поклонника итальянской культуры, осадить Флоренцию. С какой гордостью он мог бы вернуться в свой город победителем! Но военная кампания не удалась, а сам император вскоре умер. Надежды Данте рухнули.

Через много лет, ещё при жизни, имя Данте как великого поэта Италии стало известно во Флоренции, по всей стране ходили по рукам переписанные фрагменты из его «Комедии». Ненависть к нему руководителей города росла пропорционально его известности. В один из периодов городу грозило новое нашествие, и обеспокоенные враги Данте прислали ему приглашение, но с условием: он должен был выплатить много денег, которые якобы украл, и ещё должен был продемонстрировать своё раскаяние, войдя для этого в город босиком и с верёвкой на шее. Можно представить реакцию Данте на это предложение – он отказался окончить своё 15-летнее изгнание такой ценой. Он написал в ответ: «Это ли славное приглашение, по которому Данте Алигьери вызывается обратно на его родину?» Он так никогда и не вернулся в любимый город и не восстановил своё общественное положение. Жизнь он закончил изгнанником. Но все-таки он свёл счёты с врагами, представив их в своей «Божественной комедии» горящими в адском огне включая самого папу Римского.

Романтическая возвышенность души Данте столкнулась в жизни с чисто земной горечью поражения. Внешние неурядицы и глубокие внутренние переживания дали Данте богатый материал для раздумий и узнавания: какая это жуткая комедия – жизнь, сколько нелепых комедий случается с другими, как с ним самим! В сложных механизмах интеллектуальных ассоциаций это зародило в нём идею аллегорий жутких представлений, поджидавших людей на их жизненных путях тех, кого он знал и помнил, о судьбах всех людей. Из этих дум смогло родиться духовное завещание, оставленное им миру – его великая поэма. Интеллектуал всегда найдёт утешение в написании своего духовного завещания.

Около 1307 г. Данте начал писать главное произведение своей жизни «БОЖЕСТВЕННУЮ КОМЕДИЮ», которой полностью отдался лишь с 1313 г., после окончательной потери своих политических надежд. Он объяснял, что назвал свою поэму КОМЕДИЕЙ потому, что действие в ней идёт от несчастий к удаче, и потому, что она писалась для простых людей, включая домашних хозяек. Для них это название могло говорить о многом. Но кто мог читать в его время и на каком языке? Ему предстояло создать язык, понятный для людей – СОЗДАТЬ ЯЗЫК НАРОДА, чтобы не пропало то, что он хотел рассказать. Ещё ранее, пока он боролся за свою победу, Данте писал философские трактаты и экспериментировал на родном тосканском диалекте. Он написал труд «Язык простонародья» – первое в мире произведение по языковедению и литературоведению. Он стал писать для своего народа.

И все могли прочесть его поэму, потому что он писал для них не на латинском, а на их родном тосканском языке.

Данте погрузился в процесс писания. Аллегорическое повествование дало ему духовную свободу, которой он не получил в жизни.

Данте

Безумцы и поэты наших дней

В согласном хоре смеха и презренья

Встречают голос и родных теней.

Давно пленил моё воображенье

Угрюмый образ из далёких лет,

Раздумий одиноких воплощенье.

Я вижу годы, как безумный бред,

Людей, принявших снова вид звериный,

Я слышу вой во славу их побед.

(То с гвельфами боролись гобеллины!)

И в эти годы с ними жил и он, —

На всей земле прообраз наш единый.

Подобных знал он лишь в дали времён,

А в будущем ему виднелось то же,

Что в настоящем, – безобразный сон.

Мечтательный, на девушку похожий,

Он приучался к зрелищу смертей,

Но складки на челе ложились строже.

Он, веривший в величие людей,

Со стоном звал: пускай придут владыки

И усмирят бессмысленных детей.

Под звон мечей, проклятия и крики

Он меж людей томился, как в бреду…

О, Данте! о, отверженец великий, —

Воистину ты долго жил – в аду!

Валерий Брюсов

Подсчитано, что он писал свою комедию около пятнадцати лет. Это самое большое по объёму стихотворное произведение: более четырнадцати тысяч стихотворных строк в форме terza rima – с терцинами – разбивкой по три строки, рифмованных через строку. Четырнадцать тысяч строк было в окончательном варианте, а сколько их могло быть в черновых и рабочих вариантах! Учитывая сложную технологию письма того времени на пергаменте, можно представить – какой это был гигантский труд. Поэма разделена на сто глав. Ничего подобного ни по стилю, ни по структуре, а самое главное – по поэтичности выражения – в зарождающихся тогда национальных литературах Европы ещё не было.

«Божественная комедия» – это отражение личной истории Данте. В её сюжете он использовал комбинацию двух популярных типов рассказа: с одной – рассказ об аде, чистилище и рае; а с другой стороны – рассказ о приключениях человека, который ищет в мире подземелья свою возлюбленную. Действие происходит в течение одной пред-пасхальной недели в 1300 году; в трёх частях: «Ад», «Чистилище» и «Рай», Данте рассказывает об известных людях своего времени, читателям того периода имена этих людей и их истории были хорошо знакомы. В поэме описаны их жизни, им даны психологические оценки, и, в зависимости от этого, они помещены в ад, чистилище или рай. Из фантастического сюжета Данте создал аллегорию души в поисках Бога. Аллегория – это интерпретация опыта через воображение автора.

Содержание каждой главы основано на реалистических фактах, которые происходили в его время и даже на его глазах – он знал многих из описываемых лиц. Каждая такая история сама по себе – роман. Поэтому буквально все они впоследствии послужили материалом для написания других романов, поэм, пьес, опер и симфонических поэм, изображения на картинах и в скульптурах, а в наше время – и в кино. Пример: история Паоло и Франчески да Римини, о которых написаны английская поэма Ханта, русская симфония Чайковского, картина итальянца Кассиоли и многое другое.

Во всей мировой литературе нет другого произведения, равного «КОМЕДИИ» по богатству сюжетов. Но кроме этих историй и оценок, в ней в поэтической форме нашли отражение его универсальные знания по астрономии, истории, географии, математике – все интеллектуальные достижения эпохи. Этот труд был опоэтизированной энциклопедией знаний и энциклопедией искусств, в нём отражено время автора.

Данте имел обыкновение посылать законченные главы своей «Божественой комедии» на хранение в одну из монастырских библиотек, где настоятелем был его хороший знакомый. Грамотные монахи переписывали их и потом рассылали рукописи в другие монастыри. Так комедия Данте стала распространяться по Италии, и его имя стало известно. Но официального признания он не получил, и его жизнь всё ещё не была устроена. Несколько лет он жил при дворе графа делла Скала в Вероне, своего поклонника. Во дворце были комнаты, выделенные для выдающихся лиц, одну из которых он занимал. Но там он нахлебником. Поэтому в 1317 г. он принял приглашение графа Гвидо Новелло да Полента переехать к нему в город Равенну. Там, впервые за годы изгнания, у него появился свой дом, к нему переехали два сына, Пьетро и Джакопо, оба поэты, и дочка Антония. Он зарабатывал на жизнь, читая лекции и давая уроки по искусству и поэзии. Перипетии жизни и тягостный труд писания подорвали его здоровье, в пятьдесят лет он писал, что выглядит намного старше, и жаловался на согбенную спину. Летом 1321 г., во время одного из диспутов между Равенной и Венецией, граф послал его туда с посольством. Но венецианцы холодно приняли послов и даже не дали им корабль, чтобы вернуться обратно. В тяжёлой дороге домой Данте заболел. Очевидно, он чувствовал, что умирает, и торопился написать последню часть комедии, «Рай», которую закончил почти перед самой смертью – 13 августа 1321 г. После его смерти семья ещё не была уверена, что эта часть написана. По преданию, тень Данте явилась к его сыну Джакопо и указала, где хранилась рукопись последней части. Данте забыл сказать об этом своим детям. Его дочь Антония после смерти отца постриглась и ушла в монастырь под именем монахини Беатриче.

Граф Гвидо Новелло похоронил его в церкви Св. Франциска. Только в гробу Данте увенчали лавровым венком – знаком поэта-лауреата, о котором он мечтал при жизни. Такова была ирония судьбы великого поэта. При жизни Данте его признание исходило лишь от круга друзей, хотя вряд ли кто из них читал весь текст «Божественной комедии». Но при малом числе грамотных людей, для известности тогда не надо было быть широко издаваемым автором: что хранилось в монастырях, не было секретом, образованные монахи читали части комедии и рассказывали о них. Но нет сведений о прижизненных копиях всей «Божественной комедии». Переписанные копии «Комедии» начали появляться через несколько лет после смерти к 1350-м годам.

Флоренция, изгнавшая и отвергнувшая живого Данте, вскоре стала требовать перенести к себе его гроб. В городе ему заготовили пышное надгробие в церкви Св. Креста – позднее и горькое символическое признание! Надгробие там так и стоит, но праха Данте в нём нет: равеннские монахи спрятали его, и когда гроб открыли, он оказался пустым. Только через 550 лет, в 1865 г., при восстановительных работах в церкви, прах был найден, и гроб был помещён в мраморный саркофаг.

Через пятьдесят лет после смерти Данте, в 1571 г. была написана его биография – «Жизнь Данте» – первое в мировой литературе описание жизни писателя. Его написал Боккаччо – другой великий писатель. К 1400 г. было известно двенадцать комментариев к «Божественной Комедии». Интерес к творчеству и личности Данте рос быстро и уже никогда не ослабевал. Его почитали как ПЕРВОГО ЧЕЛОВЕКА ВОЗРОЖДЕНИЯ. Хотя сам он не дожил до той великой эпохи, но создал фундамент для первых поэтов и писателей её – Франческо ПЕТРАРКИ (1304–1374) и Джованни БОККАЧЧО (1313–1375). Фактически Данте пробудил новую эпоху – эпоху Возрождения, самую яркую после эпох античного мира Греции и Рима.

В 1400-х годах первый художник эпохи Возрождения Сандро БОТТИЧЕЛЛИ (1445–1510) нарисовал 92 иллюстрации к «Божественной комедии». И он же написал официальный посмертный портрет Данте с лавровым венком на голове (Рис. 41-1) – тоже позднее признание.

Вскоре после изобретения книгопечания, в 1555 г. в Венеции было опубликовано роскошное издание его труда с иллюстрациями, под названием «БОЖЕСТВЕННАЯ КОМЕДИЯ». Новое название сохранилось навсегда, хотя сам Данте её так не называл.

Рис. 41-1. Посмертное изображение Данте с лавровым венком поэта-лауреата (при жизни он не получил этой высшей награды).

Данте первым смело решился ввести в средневековую литературу образ классика языческой древности римского поэта-лауреата ВЕРГИЛИЯ, автора «Энеиды». Он читал её в юности на древнелатинском языке и высоко ценил Вергилия. В комедии Вергилий сопровождает Данте в странствиях по Аду и Чистилищу, но всё же в Христианский Рай, как язычник, войти не может (Рис. 41-2). Там у Данте появляется другой сопровождающий – его Беатриче. Она потом представляет его Св. Бернарду, поборнику и автору культа Девы Марии (причисленному за это к лику святых; тому самому консерватору, который портил жизнь П.Абеляру). Введением в свою христианскую комедию язычника Вергилия, Данте проложил интеллектуальный мост от Средневековья к запрещённой церковью классической древности. Этим он ещё больше ПРОБУДИЛ ДУХ ГУМАНИЗМА ЭПОХИ ВОЗРОЖДЕНИЯ.

Главное литературное достоинство комедии – в её стихах: после неё тосканский диалект стал литературным языком Италии. Стихи Данте учат, знают и любят все итальянцы и сегодня. Красота и точность звучания стихов Данте сочетаются с глубиной и образностью его рассуждений. Нет другого такого литературного произведения, в котором так полно были быть представлены все аспекты духовной и материальной жизни общества. В «Божественной комедии» впервые представлена литературная многоплановость – сочетание личного и общественного в описании фактов и в комментариях к ним. Данте показал современную ему эпоху через свою жизнь. Великое достоинство мастерства Данте в том, что он СУМЕЛ СДЕЛАТЬ ДУХОВНОЕ ВИДИМЫМ (определение английской писательницы Джордж ЭЛИОТ, 1819–1880 гг.). До появления Шекспира не было другого писателя, умеющего так точно представить характеры и поступки героев. «Божественная комедия» Данте переведена на все языки мира и восемь веков продолжает доставлять людям эстетическое удовольствие и давать интеллектуальную пищу.

Рис. 41-2. Данте в сопровождении Вергилия в путешествии по аду, переплывая реку Стикс (копия с картины-иллюстрации художника Делакруа).

Понимал ли сам Данте, какое великое творение он написал, какую великую славу заслужил у бесчисленных будущих поколений? Есть мудрые строчки русского поэта Фёдора Тютчева: «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся..». Но представляется, что Данте, человек великого таланта и проницательного ума, мог предугадать – как навсегда и во всём мире отзовётся ЕГО СЛОВО. Создавая литературный язык своего народа и оставляя ему своё поэтическое, широкое и глубокое полотно, он должен был представлять себе поколения будущих читателей. Свою комедию он закончил так:

ЗДЕСЬ ВОЗВЫШЕННАЯ ФАНТАЗИЯ УСТУПАЕТ ВОЛЕ,

ХОТЯ ДВИГАТЬСЯ, КАК КОЛЕСО ВПЕРЁД, МОЯ ДОЛЯ,

СТРЕМИТЬСЯ В ГЛАДКОМ ПОЛЁТЕ В ЛЮБОВЬ МОЮ,

КОТОРАЯ ДВИЖЕТ И СОЛНЦЕ И ЗВЁЗДЫ В РАЮ.

(перевод В.Голяховского)

Заключение

Развитие интеллектуальной мысли не остановилось, конечно, на Данте. Но и читателям, и автору пора остановиться на этом описании. Каждая книга должна иметь завершающее заключение, как музыкальное произведение нуждается в финальном аккорде. В заключении я хочу объяснить, почему остановил повествование на Данте. Потому что в его творчестве проявление интеллекта выразилось с такой яркостью и силой, что за ним последовал целый каскад интеллектуалов. Данте дал стимул к началу новой эпохи истории – эпохи Возрождения. Его интеллекту мир обязан возрождением высоких идеалов гуманизма и достижений западной культуры, которые были прерваны Средневековьем. Но я уже описал длительный путь формирования и развития интеллекта в течение семи миллионов лет – от древнейших предков человека до Данте. Поэтому даже и без рассказа об эпохе Возрождения содержание этой книги очень насыщенно. Продолжение этого повествования могло бы составить вторую книгу.

Наиболее интенсивное развитие интеллектуальных способностей людей началось вместе с формированием цивилизаций – около десяти тысяч лет назад. За эти десять тысяч лет люди научились делать всё, что составляет достижения человечества: научились разговаривать, считать и писать, научились строить жилища и дороги, освоили металлургическое и химическое мастерство изготовления технически совершенных орудий производства (и оружия уничтожения тоже), сделали миллионы научных открытий и создали совершенные произведения искусства. Всё это – работа возвышающего нас интеллекта, наше главное достояние. Но…

В историческом сложном аспекте,

Мы стоим на своём интеллекте,

Интелект человечеству стал

Как для статуи – пьедестал;

Но ещё интересный аспект:

Как развился он, наш интеллект?

Как из древней простой обезьяны

Получились ума великаны,

И развились такие таланты,

Как Сократы, Эйнштейны и Данты?

Чтобы показать, как развивался интеллект, я выбирал из истории последовательные примеры. Сам по себе интеллект не оставлял по себе никаких следов, кроме общего развития человечества. Я только выбирал из фактов истории те условия, которые способствовали основным интеллектуальным достижениям, и описывал людей редкого типа – генераторов новых идей, обладателей обширных знаний, различных интересов и широкого кругозора. Таких людей называют интеллектуалами, а общее проявление их исключительности называют интеллектуализмом. Интеллектуализм развивался сложными путями, во многом зависел от хода истории и от общественных течений, но во многом он и сам влиял на историю и общество. Интеллектуалы всегда способствовали движению человечества по пути прогресса, хотя далеко не всегда достигали этого при жизни, иногда на реализацию достижений их ума уходили века. Я не пытался описывать и оценивать исторические факты, а только выбирал из них то, что относилось к развитию интеллектуализма внутри этих фактов. Для этого я восстанавливал историю мыслей и идей по косвенным признакам рациональности их возникновения и по общему фону хода истории. Для проникновения в глубины истории интеллектуализма может помочь только одно орудие, черта самого интеллекта – работа воображения. Оно подсказывает, что и как могло происходить в глубинах древних времён. Но воображение историка возникает не само по себе, оно питается знаниями и умением чувствовать возможные условия исторического развития.

Шесть лет я собирал материал для этой книги, обдумывал его, описывал и шесть раз переписывал. По ходу этого я сочинял стихи на исторические темы и рисовал иллюстрации. Всё это я делал без уверенности, что мой труд когда-нибудь найдёт читателей, потому что книги по истории интересуют очень немногих. Чтобы эта книга всё-таки пришла к широкому читателю, я с самого начала старался вести повествование по возможности ясно и просто. Для этого мне приходилось отбрасывать из массы истории много интересных событий и фактов, так же как скульптору надо отсекать от глыбы мрамора всё лишнее, ненужное для его скульптуры.

Эта книга не требует от читателя никакой особой подготовки по знанию истории. Однако возможно, что найдутся читатели, знающие историю лучше автора (доктора-хирурга), и могут критиковать его описания за интерпретацию фактов. Все историки обычно не согласны друг с другом. Я заранее отвечаю потенциальным критикам: когда историк собирает и изучает факты, он – учёный; когда он их описывает, он – художник со своим видением истории. Как художник он творит своё представление о фактах. История – это наука, но описание истории – это искусство. Я дал в этой книге свою интерпретацию.

В заключение я хочу поблагодарить Константина Гарбера за помощь в организации чёткого компьютерного варианта моей рукописи. И благодарю читателей, которые обнаружили интерес и терпение прочесть мой труд до конца.

Доктор Владимир Голяхоеский

Нью-Йорк, 2007

Список литературы

1 A Brain for All Seasons: Human Evolution and Abrupt Climate Change, Chicago University Press, 2002.

2 Akat, Yucel – Istanbul; Keskin Color Kartrostalcilik, Ankara, 1998.

3 Akenson, D.H. – Saint Saul: A Skeleton Key to the Historical Jesus, Oxford University Press. 2000.

4 Allan, T.& S.Maitland – Titans and Olympians: Myth and Mankind, Time-Life, 2000.

5 Almond, J & Seddon, К – An Egyptian Book of Shadows, by, Thorsons, 2000.

6 Altmann, Alexander – Essays in Jewish Intellectual History, University Press of New England, 1981.

7 American Academic Encyclopedia, Grolier Inc., Danbury, Conn, 1995.

8 Andrews, A. – First Cities; Smithsonian, 1994.

9 Andrews, Carol – The British Museum Book of The Rosetta Stone – Dorset Press, 1981.

10 Aristotle, Physicae Auscultationes (lib. 2, cap. 8, s. 2) – citation by Charles. Darwin.

11 Armstrong, Karen – Buddha, Viking, 1999.

12 Arnold, Dieter et al. – Temples of Ancient Egypt, Tauris, 1999.

13 Asimov, Isaac – Asimov’s Biographical Encyclopedia of Science and Technology. Dubleday & Company, 1982.

14 Asimov, Isaac – Asimov’s Guide to the Bible, Wings, 1990.

15 Bachrach, David S. – Religion and the Conduct of War, C.300 – C.

1215, Brewer, 2003.

16 Backer G.P. – Sulla the Fortunate: Roman General and Dictator, Cooper Square, 2001.

17 Bahn, Paul (editor) – Archeology; The Definitive Guide; Barnes & Noble, 2002.

18 Barber, Richard – Henry Plantagenet, Brewer, 2003.

19 Barber, Richard – The Knight and Chivalry, Boydell, 2003.

20 Barbero. A. – Charlemagne; Father of a Continent; California, 2004.

21 Barnett, Paul – The Birth of Christianity: The Forst Twenty Years (After Jesus); Ferdmans, 2005.

22 Bartlett, W.B. – The Assassins: The Story of Medival Islam’s Secret Sect, Sutton, 2002.

23 Barton, J. and Muddiman, J. (Ed) – The Oxford Bible Commentary, Oxford University Press, 2000.

24 Battles, Matthew – Library: An Unquiet History; Norton, 2003.

25 Belt, Don (Ed) – The World of Islam, National Geographic, 1999.

26 Bendiner, Elmer – The Rise and Fall of Paradise (When Arabs and Jews Built a Kingdom in Spain, Dorset Press, 1883.

27 Berger, Stefan et al. (Ed) Writing History: Theory and Practice, Oxford University Press, 2003.

28 Bernstein, Richard – Arguing That Historians Can Be Scientists, Too. NYT/ 30.10.2002.

29 Berreby, David – Fading Species and Dying Tongues: When the Two Part Ways, NYT, 27.5. 2003.

30 Black, C.F. at al, – Cultural Atlas of the Renaissance, Prentice Hall General Reference, 1993.

31 Bloom, Allan – The Republic of Plato, Basic Books, 1991.

32 Boardman, John, ed. – The Oxford Illustrated History of Greece And The Hellenistic World, 1998.

33 Boatwright, M.T. at al – The Romans – From Village to Empire – Oxford University Press, 2004.

34 Boorstin, D. – The Seekers: The Story of Man’s Continuing Quest to Understand His World, Random House, 1998.

35 Bowersock G.W. at all (Ed) – Late Antiquity: A Guide to the Postclassical World, Harvard University Press, 2000.

36 Bowersock, G.W. – Seeing the Voice of the Lord, New York Times Book Review, 4.6/2003.

37 Boyd, R. and Richerson, P. – Not by Genes Alone, 2005.

38 Braidwood, L. Digging Beyond the Tigris. 1953.

39 Braidwood, R. and Braidwood, L. Prehistoric Men, 1948.

40 Braidwood, R. and Braidwood, L. Excavation in the Piain of Antioch, 1960.

41 Braudel, F. (translated by Mayne, R.) – A History of Civilization; Penguin Books, 1993.

42 Braudel, Fernand – Memory and the Mediterranean, Knopf, 2001.

43 Bredford, E. – Hannibal; Barnes & Noble, 1996.

44 Brown, Gordon S. – The Norman Conquest of Southern Italy and Sicily, McFarland, 2003.

45 Budge Wallis – Egyptian Religion: Egyptian Ideas of the Future Life; Arkana, 1987.

46 Burckhardt, Jacob – The Civilization of the Renaissance in Italy, Barnes & Noble, 1992.

47 Burckhardt, Jacob – The Greeks and Greek Civilization, St.Martin’s Press, New York, 1998.

48 Burckhardt, Jacob – The Greeks and Greek Civilization, St. Martin’s Press, 1998.

49 Burges, Colin – The Age of Stonehenge, Barnes & Noble, 2003.

50 Burney, C. and Lang D.M. – The Peoples of the Hills: Ancient Ararat and Caucasus, Phoenix, 2001.

51 Burroughs, William J. – Climate Change in Prehistory, Cambridge, 2005.

52 Bynum, W.F. at all (Ed) – Dictionary of the History of Science, Princeton University Press, 1981.

53 Caddis, J.L. The Landscape of History, How Historians Map the Past, Oxford University Press, 2002.

54 Cahill, Thomas – Saling the Wine-Dark Sea: Why the Greeks Matter, Nan A. Tales Doubleday, 2003.

55 Cahill, Thomas – The Gifts of the Jews: How a Tribe of Desert Nomads Changed the Way Everyone Thinks and Feels, Doubleday, 1998.

56 Calvin, W. A Brain for All Seasons: Human Evolution and Abrupt Climate Change. University of Chicago Press, Chicago, 2002.

57 Campbell, D. – Arabien Medicine, 2 volumes, London, 1926.

58 Cantor, Norman F. – Antiquity: The Civilization of the Ancient World, Harper Collins, 2003.

59 Carmela, Maria – Hieroglyphics: The Writing of Ancient Egypt, Abbeville, 1998.

6 °Carrol, James – Constantine’s Sword: The Church and the Jesus, Houghton Miflin, 2000.

61 Castiglioni, A. – A History of Medicine; Alfred.A.Knopf, 1941.

62 Cerchial, Luca at al. – The Greek Cities of Magna Graecia and Sicily, J.Paul Getty Museum, 2003.

63 Chadwick, Owen – A History of Christianity, St.Martin’s Ptess, 1999.

64 Chamberlin, R. – The Emperor Charlemagne; Sutton, 2003.

65 Chappel, Warren – A Short History of the Printed Word, Dorset Press, 1970.

66 Chilton, Bruce – Rabbi Puul: An Intellectual Biography; Doubleday, 2004.

67 Christian, David – Maps of Time: An Introduction to Big History; California, 2003.

68 Clark, W. – Einstein, A. – The Life and Times, 1971.

69 Cleary, Thomas-The Essential Coran, Castle Books, 1993.

7 °Clottes, J. & Lewis-Williams, D. – The Shamans of Prehistory: Trance and Magic in the Painted Caves, Abrams, 2001.

71 Cohn, Samuel K. – The Cult of Remembrance and the Black Death: Six Renaissance Cities in Central Italy, John Hopkins University Press, 1997.

72 Colder, Ritchie – The Evolution of the Machine, American Heritage Publishing Co, 1976.

73 Computer Rebuilds The Ancient Sphinx, by Mark Lehner, National Geographic, April 1991.

74 Comrie, Bernard et al. The Atlas of Languages, Facts on File, 2003.

75 Cook, Michael – A Brief History of The Human Race, Norton, 2003.

76 Corballis – From Hand to Mouth: The Origins of Language; Princeton University Press, 2002.

77 Costis, Davaras – Knossos and the Herakleion Museum (brief illustrated archeological guide), by, Edition Hannibal, Athens, 1986.

78 Cottrell, Arthur – The Pimlico Dictionary of Classical Civilizations, Pimlico, 1998.

79 Cousineau, Phil – Ones and Future Myths: The Power of Ancient Stories in Modern Times, Conary Press, 2000.

8 °Coxill, D. – The Riddle of the Sphinx; Inscription: Journal of Ancient Egypt; 13–19, 1998.

81 Crossan, J.D. & Reed J.L. Excavating Jesus: Beneth the Stones, Behind the Texts, Harper San Francisco, 2001.

82 Crystal, David (Ed) – The Cambridge Biographical Encyclopedia, Cambridge University Press, 1998.

83 Cunliffe, Barry – The Ancient Celts, Oxford, 2000.

84 Curran, J. – Pagan City and Cristian Capital; Rome in the Fourth Century, Oxford, 2002.

85 D.Johanson, D. & Shreeve, J. Lucy’s Child, New Discovery of a Human Ancestor, W.Morrow,1989.

86 D’Ancona, Jacob – The City of Light;(A Jewish Merchant Travel China in 1270 – four years before Marco Polo) Little Brown, 2002.

87 Davaras,Costis – Knossos and the Herakleion Museum, Athens Editions Hannibal, 1986.

88 Davis, Norman – Europe, a History; Oxford, 1996.

89 Dawkins, Richard – A Devil’s Chaplain; Houghton Mifflin, 2002.

90 De Beler, Gros – Egyptian Mythology; Grande, 2004.

91 De Bourgoing, Jacquelin – The Calendar: Discoveries; Abrams, 2004.

92 Delogu, Paolo – Introduction to Medieval History, Duckworth, 2003.

93 Delouche, Frederic, at al (Ed) – Illustrated History of Europe, Henry Holt and Co. 1992.

94 Dersin, Denise (ed) – What Life was like – Byzantium Empire, AD 330-1453, Time-Life, Books, 1998.

95 Deth on the Nile, a Royal Cemetery reveals New Clues to Murder, and Intrigue in Ancient Egypt, National Geographic, October 2002.

96 Diamond, Jared – Guns, Germs and Steel: The Fates of Human Societies, Norton, 1997.

97 Dickie, Matthew W. – Magic and Magicians in the Greco-Roman World, Routlesge, 2003.

98 Donadio, Rachel – A Grand Survivor in a Timeless City (Panteon), NYTimes, nov.20/2005.

99 Donald, Merlin – A Mind so Rare (Tne Evolution of Human Concious-ness), Morton, 2001.

100 Doren van, Charles – A History of Knowledge, A Birch Lane Press Book, 1991.

101 Downs, Robert – Books That Changed The World, New American Library, 1983.

102 Duncan, David E. – Calendar: The 5,000 Year Struggle to Align the Clock and the Heavens and What Happened to the Missing Ten Days, The Economist, 1996.

103 Dunkel, Tom. Puzzle Master (an American scholar in Britain oversees the world’s largest cache of papyrus rolls, keys to antiquity), Smithsonian, September 2002.

104 Durant Will – Caesar and Christ, Simon and Schuster, 1944.

105 Durant, W. Our Oriental Heritage; Simon & Schuster, 1935.

106 Durant, Will. The Age of Faith, Simon and Schuster, 1950.

107 Durant, Will. The Life of Greece, Simon and Schuster, 1939.

108 Durant, Will. The Renaissance, The Story of Civilization, 1970.

109 Durant, Will and Ariel. The Age of Reason Begins (The Story of Civilization), Simon and Schuster, NewYork, 1961.

110 Durgess, Colin. The Age of Stonehenge, Castle Books, 2003.

111 E.R.Castello, E.R.& Capon U.M. The Jews and Europe: 2000 Years of History, Chartwell, 2001.

112 Easton, Stewart C. The Western Heritage; Holt, Rinehart & Winston, 1961.

113 Edelman, R. – Wider Than the Sky: The Phenomenal Gift of Consciousness; Yale University Press, 2003.

114 Edwards, Paul, Editor – The Encyclopedia of Philosophy; The Macmillan Co & Free Press, London, 1967.

115 Ehrman, Bart D. – Lost Christianity: The Battles for Scripture and Faiths We Never Knew; Oxford, 2005.

116 Einstein, Albert (Introduced by Lighman, A.)– Ideas and Opinions; Modern Library, 1944.

117 Ellis, Ralph – Thoth: Architect of the Universe; EDFU, 1997.

118 Eluere, Christiane – The Celts, Conqueors of Ancient Europe, Abrams, Discoveries, 1993.

119 Emrereur, Jean-Yves – Alexandria Jewel of Egypt, Abrams, 2001.

120 Erlande-Brandenbyrg, Alain – Cathedrals and Castles: building in the Middle Ages; Discoveries, Abrams, 1995.

121 Esposito, John (ed) – The Oxford History of Islam; Oxford, 1999.

122 Evans, Richard J. – In Defense of History, W.W.Norton, 1999.

123 Everitt, Anthony – Cicero: The Life and Time of Rome’s Greatest Politician, Random House, 2003.

124 Fagan, Brian – The Long Summer: How Climat Changed Civilization, Basic Books, 2004.

125 Fagan, Brian (ed) – The Seventy Great Civilizations of the Ancient World;Thames& Hudson, 2003.

126 Farington, K. – The History of Religion, Barnes & Noble, 2001.

127 Faulkner, Neil – Apocalypse: The Great Jewish Revolt Against Rome, AD 66–73, Tempus, 2002.

128 Feiler, Bruce – Abraham; Morrow, 2002.

129 Feiler, Bruce – Walking the Bible; Morrow, 2001.

130 Feiler, Bruce – Where God Was Born; A Journey by Land to the Roots of Religeon; Morrow, 2005.

131 Feiler, Brus – Abrahsm: A Journey to The Heart of Three Faiths, Morrow, 2001.

132 Fernandez-Armesto, Felipe – Civilization – Culture, Ambition and the Transformation of Nature; A Touchstone Book, published by Simon and Schuster, 2001.

133 Fernandez-Armesto, Felipe – Civilizations, Macmillan, 2000.

134 Fernandez-Armesto, Felipe – Civilizations: Culture, Ambition, and the Transformation of Nature; Free Press, 2001.

135 Fides, Alan and Fletcher, Joann – Alexander the Great; Son of the Gods; Getty, 2002.

136 Finds in Egypt Date Alphabet In Earlier Era, by John Noble Wilford, The New York, 14 November 1999.

137 Finkelstein, I. And Silberman, N.A. – The Bible Unearthed: Archeology’s New Vision of Ancient Israel and the Origins of Sacred Texts, Touchstone, 2002.

138 Finley, M.I. – Was Socrates Guilty as Charged? – Horizon, July, 1960, v. II, N6, p 100–117.

139 Finley, V.I. – Thucydides’ War. Horizon, 1960, vol. II,?3.

140 Fitton J. Lesley – The Minoans, British Museum, 2003.

141 Flaherly,Julie – О Profligate Youth of Rome, New York Times, 28.9.2000.

142 Flavius, Josephus – Antiquities of the Jews; Cambridge, Mass, Harvard Press, 1926 (Book XVIII, chap. Iii, Sect. 3).

143 Fleming, Fergus, at al.– The Way to Eternity, Egyptian Myth, Time-Life Books, 1997.

144 Fogelin, Robert – Walking the Tightrope of Reason, Oxford University Press, 2003.

145 Forests of the Vampire, Slavic Myth, Time-Life Books, 1999.

146 Forte, M. and Siliotti, A (Editors) – Virtual Archaeology: Re-Creating Ancient Worlds, Abrams, 1997.

147 Fortey, Richard – Earth, An Intimate History; Knopf, 2004.

148 Fowler, Brenda – For 5.300-Year-Old Iceman, Extra Autopsy Tells the Tale, The New York Times, 7,8,2001.

149 France, Peter & Hermits, Peter:-: The Insight of Solitudes, St. Martin’s, 2001.

150 Frankfurter, David – Religion in Roman Egypt: Assimilation and Resistance, Princeton University Press, 1998.

151 Fraser, P.M. – Ptolemaic Alexandria, in three volumes, Oxford, 1999.

152 Frassetto, Michael – Encyclopedia of Barbarian Europe: Society in Transition, ABC–CLIO, 2003.

153 Freeman, Charles – Egypt, Greece and Rome; Civilizations of the Ancient Vtdeterenies.Oxford, 2004.

154 Freeman, Charles – The Closing of the Western Mind: The Rise of Faith and the Fall of Reason. Knopf, 2004. (in the IV c. AD the triumph of Faith over reason).

155 Freeman, Charles – The Closing of the Western Mind; Knopf, 2003.

156 From There To Here – Ancient Sex Worship and Egyptian Mythology, A Tour of Beliefs Through Egypt and Beyond, Better Yet, publishers, 1977.

157 Gaddis, John L. – The Landscape of History (How Histoprians Map the Past), Oxford University Press, 2002.

158 Gahlin, Lucia, Egypt, Gods, Myths and Religion, Barns & Noble Books, 2002.

159 Gahlin,Licia-Egypt – Gods, Myths and Religion, Barns & Noble, 2002.

160 Geary, Patrick J. – The Myth of Nations: The Medieval Origins of Europe, Princeton University Press, 2003.

161 Gesell, Arnold – The Embriology of Behavior: the Beginning of the Human Mind; Harper and Brothers Publishers, 1945.

162 Gibbon, Edward – The Decline and Fall of the Roman Empire, vol.I,II,III, The Modern Library.

163 Gilgamesh and Enkidu – a stirring chronicle of heroic adventure and frienship, Penguin Books, 1972.

164 Gimpel, Jean – The Cathedral Builders; Harper Collins, 1959.

165 Gimpel, Jean – The Medieval Machine: The Industrial Revolution of the middle Ages, Barnes & Noble, 2003.

166 Ginzberg, Louis – Legends of The Bible, Konecky and Konecky, 1998.

167 Ginzberg, Louis – The Legends of the Jews (Set of 7 Volumes); John Hopkins, 2002.

168 Grafton, Anthony – Bring Out Your Dead, Harvard University Press, 2002.

169 Grafton, Anthony– Bring Out Your Dead, The Past as Revelation, Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 2002.

170 Grant, M. – Cleopatra; Dorset Press, 1972.

171 Grant, M. – From Alexander to Cleopatra (The Hellenistic World); Collier Books, 1982.

172 Grant, Michael – Art in The Roman Empire, Routledge, 1999.

173 Grant, Michael – Saint Peter, a Biography; Barnes & Noble, 1994.

174 Grant, Michael – The Ancient Historians, Barns & Noble, 1970.

175 Grant, Michael – The Classic Greeks; Charles Scribner’s Sons, 1989.

176 Grant, Michael – The Fall of the Roman Empire; Collier Books, 1990.

177 Grant, Michael – The Founders of the Western World; Charles Scribner’s Sons, 1991.

178 Grant, Michael– Jesus, An Historian’s Review of The Gospels, Charles Scribners’s Sons, 1977.

179 Green, Joey, Ed: Jesus and Moses: The Parallel Sayings, Ulysses, 2001.

180 Hadas-Lebel, Mirelle: Flavius Josephus, Macmillan Publishing, New York, 1993.

181 Hads, Moses – Imperial Rome, Time Inc.,1965.

182 Hamilton, Edith – Greek Way; Yale University Press, 1930.

183 Hammond, N.Q.L. – A History of Greece to 322 B.C., Oxford, 1967.

184 Harris, Bill – Lost Civilizations, BDD, 2000.

185 Harris, Sam – The End of Faith, W.W.Norton & Co, 2005.

186 Harvey, John H. – The Medieval Architect; St. Martin’s, 1972.

187 Hawkins, Gerald S. – Stonehenge decoded, Barnes & Noble Books, 1986.

188 Hawkins, P.S. and Jacoff, R. (Ed) – The Poet’s Dante, Farrar, Straus & Ciroux, 2001.

189 Hayes, Carlton J.H. & Hanscom J. H. – Ancient Civilizations, MacMillan Publishing Co, 1968.

190 Haywood, John, at all.– Historical Atlas of the Ancient World, Barnes & Noble, 1998.

191 Hecht, Michael; Doubt, Jennifer – A History; Harper San Francisco, 2002.

192 Hillel, Daniel – The Natural History of the Bible: An Enviromental Explaration of the Hebrew Scriptures; Columbia University Press,2006.

193 Hobbs, Jack A. and Duncan Robert L. (editors) – Arts in Civilisation: Pre-historic culture to the Twentieth Century. Blumsbury Books, London, 1992.

194 Hodge, A.T. – Roman Aqueducts and Watter Supply, Duckworth, 2002.

195 Hodge, A.Trevor – Roman Aqueducts and Water Supply, Duckworth, 2002.

196 Holland, Tom – Rubicon (The Last Years of the Roman Republic), Doubleday, 2003.

197 Holmes, George – Renaissance, St.Martin’s Press, 1998.

198 Holmes, George, ed. – The Oxford Illustrated History of Medival Europe. Oxford, 1998.

199 Hopkins, Keith – A World full of Gods: The Strange Triumph of Christianity, The Free Press, 2000.

200 Hornblower, S. (ed) – The Oxford Companion to Classical Civilizations; Oxford, 2000.

201 Hourani, Albert – A History of the Arab People, MJF, 1998.

202 Hyland, Ann – The Horse in the Ancient World, Sutton, 2003.

203 Isacoff, Stuart – Temperament (The Idea That Solved Music’s Greatest Riddle), Alfred A. Knopf, 2001.

204 Jean,Geoges – Writing: the Story of Alphabets and Scripts, Discoveries, Abrams, 1987.

205 Johanson, D. Edey, M.A.– Blueprints: Solwing the Mystery of Evolution, W.Morrow, 1989.

206 Johanson, D., Edey M.A. – The Beginnings of Humankind,), W.Morrow/1981.

207 Johanson, Donald & Blake, Edgard – From Lucy to Language, Simon & Schuster, 1996.

208 Johnsom, LukeT. – The Real Jesus: The Misguided Quest for the Historical Jesus and the Truth of the Traditional Gospels, Harper-San Francisco, 2001.

209 Johnson, Paul – The Civilization of Ancient Egypt, HarperCollins, 2000.

210 Josephus, – Against Apion 1.8., 1993.

211 Karageorghis, Yassos – Ancient Art From Cyprus, Metropolitan Museum of Art, 2000.

212 Kass, Leon R – The Beginning of Wisdom – Reading Genesis, Free Press, 2003.

213 Kenyon, Kathleen M. – Excavation at Jericho: The Architecture and Stratigraphy of the Tell, British School of Archeology, 1981.

214 Kilgour, F, G. – The Evolution of the Book, Oxford University Press, 1998.

215 Kimbal, Charles – When Religion Becomes Evil, Harper – San Francisco, 2003.

216 Kimmelman, Michael – Many Heavens, Many Ways to Gain an Entrance There, New York Times, 1.5.2002, p.B9—10.

217 King, Ross – The Dirt on The «David», N.Y.T., 15.7.2003.

218 Kirch, Jonathan – King David: The Real Life of the Man Who Ruled Israel, Ballantine,2000.

219 Kirsh, Jonathan – King David: The Real Life of the Man Who Ruled Israel, Ballantine, 2000.

220 Kirsh, Jonathan – The Woman Who Laughed at God: An Untold Story of Jewish People, Viking, 2001.

221 Klatzner, Kenneth – The Languages of the World, Routledge, 2002.

222 Klein, R.G. and Blake, E. – The Dawn of Human Culture; John Wiley & Sons, 2002.

223 Kleinschmidt, Harald – Understanding the Middle Ages, Brewer, 2003.

224 Knight, C. and Butler, A. – Civilization One: The World is Not As You Thought in Was; Watkins, 2004.

225 Kohne, Eckhard at al (Ed) – Gladiators and Caesar: The Power of Spectacle in Ancient Rome, California, 2000.

226 Kolata, Gina – In Archimedes’ Puzzle, a New Eureka Moment, New York Times, 4 Dec. 1993.

227 Konne, E. and Ewigleben, C. (editors) – Gladiators and Caesars: The Power of Spectacle in Ancient Rome, California, 2000.

228 Konner, Melvin – Unsettled: An Anthropology of the Jews. Viking Compass, 2003.

229 Kramer, Noan – О Ye Daughters of Sumer! – Horizon, July. 1963, v.V, N6, p 108–109.

230 Kruta, Venceslas – Celts; History and Civilization, Hachette, 2004.

231 Kugel, James L– The Bible as It Was, 1997.

232 Kugel, James L.– The God of Old – Inside the Lost World of the Bible, The Free Press, 2003.

233 Kugel, James L. -The Great Poems of the Bible – A Reader’s Companion with New Translation, The Free Press, 1999.

234 Lancelot of the Lake: The World’s Classics. Oxford, 1999.

235 Language Evolution, a Book of Essays, Oxford University Press, 2003.

236 Le Goff, Jacques – Medieval Civilization, 400—1500; Barnes & Noble, 1988.

237 Leauw, van der, Gerardus – Religion in Essence and Manifestations a Study in Phrenology, 1933, Eglish Translation 1938.

238 Lefkowitz, Mary – Greek Gods, Human Lives: What We Can Learn From Myths; Yale University Press, 2003.

239 Leick, Gwendolyn – Mesopotamia: The Invention of the City, Penguin, 2003.

240 Leroi, Armand Marie – Mutants: On Genetic Variety and the Human Body; Viking, 2003.

241 Levarie, Norma – The Art and History of Books, Oak Knoll Press & The British Library, 1995.

242 Lewis, Jon E. (Ed) – The Mammoth Book of Eyewitness Ancient Rome: Eyewitness Accounts of Rome’s Rise and Fall, Carroll & Graf,

2003.

243 Lightfoot N.R. – How We Got the Bible; MJF Book, N.Y.2003.

244 Linehan, Peter and Nelson, J.L.– The Medieval World, Routledge, 20003.

245 Linton, Ralph – The Tree of Culture, Alfred A.Knopf, 1955.

246 Littouer, M. – Wheeled Vehicles and Ridden Animals in the Ancient Near East; Brill, 1979.

247 Locker, H. – All the Teachings of Jesus, Castle, 2002.

248 Lomas, Kathrin and Cornell, Tim (Ed) – Bread and Circuses: Euer-getism and Municipal Patrnage in Roman Italy, Routlege, 2002.

249 Lucretius – On the Nature of the Universe, Penguin Books, 1981.

250 Luxenberg, Christoph – The Syro-Saramic Reading of the Koran, Verlag das Arabishe Buch, Berlin, 2001.

251 Mackintosh-Smith, Tim – Travels With A Tangerine, A Journey in the Footnotes of Ibn Battutah, Welcome Rain Publishers, 2001.

252 Makiya, Kanan – The Rock, A Tale of Seventh-Century Jerusalem, Panteon Books, 2001.

253 Mango, Cyril – Byzantium, Th Empire of New Rome; Charles Scribneer’s Sons; 1980.

254 Mango, Cyril (Ed) – The Oxford History of Byzantium, Oxford University Press, 2002.

255 Maringer, Johanenes – The Gods of Prehistoric Man; Phonix, 2002.

256 Markoe, Glenn – The Phoenicians: Peoples of the Past; University Cali phornia, 2003.

257 Marshack, Alexander – The Roots of Civilization, McGraw-Hill, 1972.

258 Matiszak, Philip – Chronicle of the Roman Republic: The Rulers of Ancient Rome from Romulus to Augustus, Thames & Hudson, 2001.

259 Matyszak, P. – Chronicle oh the Roman Republic, Thames and Hudson, 2004.

260 Mays, James L. – The HarperCollins Bible Commentary, Ed by, Harper San Francisco, 2000.

261 McIntosh, Jane & Twist, Clint – Civilizations, DK Publishing, 2001.

262 McKeon, Richard – Introduction to Aristotle, The Modern Library, 1947.

263 Meier, Christian – Caesar, a Biography, MJF Books, N.Y. 1982.

264 Meier, John – A Marginal Jew, v.2: Rethinking the Historical Jesus, Doubleday, 2000.

265 Meier, John P. – A Marginal Jew, Y.3: Rethinking the Historical Jesus, Doubleday. 2001.

266 Menocal, Maria R. – The Ornament of the World: How Muslims, Jews and Christians Created a Culture of Tolerance in Medieval Spain, Little, Brown, 2002.

267 Miles, Jack – Biography of God; Alfred A.Knopf, 1995.

268 Miles, Jack– Christ (A Crisis in the Life of God); Alfred A.Knopf, 1997.

269 Miles, Jack– God: A Biography.

270 Miller.. – Ancient Greek Athletics; Yale University Press, 2004.

271 Milligan, Max – Circles of Stones^ The Prehistoric Rings of Britain and Ireland. Harvill, 2003.

272 Moatti, Claude – The Search for Ancient Rome, Abrams, Discoveries, 1989.

273 Mohen, Jean-Pierre and Eluere, Christian – The Bronze Age in Europe, Abrams, 2000.

274 Morris, Henry – The Genesis Flood, 1961 – (Author is a Creationist).

275 Munn, Mark – The School of History: Athens in in the Age of Socra-tis, University of California Press, 2000.

276 Munzer, Friedrich – Roman Aristocratic Parties and Families, John Hopkins University Press, 1999.

277 Murphy-O’Connor, Jerom – Paul: Yis Story; Oxford University Press, 2004.

278 Murray, Charles – Human Accomplishment: The Pursuit of Excellence in the Arts and Science; Harper-Collins Publishers, 2003.

279 Museums of Egypt, Editor Henry A. La Farge, Newsweek, Inc. and Kodansha LTD, Tokyo 1980.

280 Mysteries of the Ancient Word, The National Geographic Society, 1979.

281 Nardo, Don – The Roman Republic, Lucent Books, 1994.

282 Neuhaus, Richard John, ed. – Jesus and Moses: The Parallel Sayings, Ulysses, 1998.

283 New Poem by Sappo – The New York Times, p. 2, June 26/2005.

284 Nicole, David – The History of Medieval Life – a Guide to Life from 1000 to 1500 AD, Barnes & Noble, 2002.

285 Nisbett, R.E. – The Geography of Thought: How Asians and Westerners Think Differently… and Why; Free Press, 2003.

286 Norvich, John J. – Byzantium, 3 vol, Knopf, 2002.

287 Norwich, John J. – The Normans in Sicily, Penguin Books, 1992.

288 Nuseibeh, Said – The Dome of The Rock, Rizzoly, 1996.

289 Nussbaum, Marths C. – Upheavals of Thought (The Intelligence of Emotions), Cambridge University Press, 2001.

290 Oakes, L. and Gahlin, L. – Ancient Egypt: An illustrated Reference to the Myths, Religions, Pyramids and Temples of the Land of the Pharaohs, Barnes & Noble, 2003.

291 Oberts, J.M. – Rome and the Classical West, Time-Life Books, 1998.

292 O’Donnel, Jamex J. – Augustine, a New Biography, HurperCollins publisher, 2005.

293 Oesterley W.O.E. – Sacred Dance in the Ancient Word; Dover, 2002.

294 Ogden, Dariel – Magic, Witchcraft, and Ghosts in the Greec and Roman Worlds, Oxford Universuty Press, 2002.

295 Ozmet, Katherine – Journey to the Copper Age, National Geographic, april 1999.

296 Pacrer, J.I. at al. editors – Nelson’s Illustrated Encyclopedia of Bible Facts; Thomas Nelson Publisers, 1995.

297 Pagels, E. – The Gnostic Gospel; Random, 2004.

298 Pagels, Elain – Beyond Belief, The Secret Gospel of Thomas, Random House, 2003.

299 Pagels, Elaine – Beyond Belief: The Secret Gospel of Thomas. Random House, 2001.

300 Palmer, Martin (Ed) – World Religions: A History of Faith, Barnes & Noble, 2002.

301 Parenti, Michael – The Assassination of Julius Caesar, New Press, 2003.

302 Pelikan, Jaroslav – Whose Bible is it? A History of the Scriptures Through the Ages. Viking, 2004.

303 Pennock, Robert T., Ed. – Intelligent Design, Creationism and its Critics (Philosophical, Theological, and Scientific, Perspectives, MIT Press, 2002.

304 Perowne, Stewart – Hadrian; Barnes & Noble, 2002.

305 Perrottet, Tony – Pagan Holiday: On the Trail of Ancient Roman Tourists, Random House, 2003.

306 Peters, F.E. – The Harvest of Hellenism (A Hiastory of Near East from Alexander the Great to the Triumph of Christianity); Simon & Schuster, 1970.

307 Pharaohs of the Sun: Akhenaten, Nefertiti, Tutankhamen. Bulfinch, 1999.

308 Phillips, David – Political Oratory from Classical Athens: A Source-book, Routledge, 2003.

309 Pinker, S: – The Language Instinct, 1994.

310 Pinker, Steven – How the Mind Works. Harvard University Press, 1997.

311 Platonov, S.F (translated from the Russian) – Moscow and the West, Academic International, 1972.

312 Platt, Colin – The Atlas of Medival Man, St.Martin’s, 1995.

313 Plutarch – Plutarch’s Lives, translated by John Dryden, Modern Library, 1992.

314 Podhoretz, Norman – The Prophets: Who They Were, What they Are, 2002.

315 Points of Origin (an article about university graduation traditions), Smithsonian, June 86.

316 Polo, Marco – The Travels, Penguin Books, 1958.

317 Posner, Richard A. – Public Intellectuals, a Study of Decline, Harvard University Press, 2001.

318 Powell, Jim – The Triumph of Liberty (A 2,000-year History, told through the Lives of Freedom’s Greatest Champions). The Free Press, 2000.

319 Power, P.C. & Duffy, S. – Timetables of Irish History, Black Dog & Leventhol, 2001.

320 Proverbs: The Wisdom of Solomon, Bell Tower, 2000.

321 Rankin, David – Celts and The Classical World, Routledge, 1999.

322 Reeder, Ellen D.– Scythian Gold, Walters Art Gallery (pap), 1999.

323 Reese, W.I: (ed) – Dictionary of Philosophy and Religion, Eastern and Western Thought, New Jersey: Humanities Press, Sussex: Harvester Press, 1980.

324 Reeves, Nicholas – Akhenaten; Egypt’s Fals Prophet; Norton, 2005.

325 Reeves, Nicholas – Akhenaton: Egypt’s Fals Prophet, Thames and Hudson, 1997.

326 Renefrew, Colin – Ancient Europe is Older Than We Thought; National Geographic, 1977.

327 Riding, Alan – Reopening the Case of the Mute Civilization (The Etruscans’ Art), The New York Times, 27,5,2001.

328 Riding, Alsn – Question for «David» at 500: Is He Ready for Makeover? N.Y.T. 15.7.2003.

329 Riley-Smith, Jonathan (Ed) – The Oxford Illustrated History of the Crusades, Oxford University Press, 2001.

330 Roberts C.H. – The Codex; Proceedings of the British Academy, 40, 1954, p. 169–204.

331 Roberts, J.M. Rome and Classical West, v.3, Time-Life, 2000.

332 Robin McKie, Robin – Ape Man, The Story of Human Evolution, BBC, 2001.

333 Robinson, Andrew – The Story of Writing: Alphabets, Hieroglyphs & Pictograms, Thames & Hudson, 1999.

334 Rogerson, John (editor) – The Oxford Illustrated History of the Bible; Oxford, 2001.

335 Rohmann, Chris, – A World of Ideas: A Dictionary of Important Theories, Concepts, Beliefs, and Thinkers, Ballantine, 2000.

336 Romer, John – Testament: The Bible and History; Konecky & Konecky, 2003.

337 Ronan, Cohn A. – Science, its History and Development Among the World Cultures, Facts On File Publications, 1982.

338 Rothstein, Edward – Was the Islam Of Old Spain Truly Tolerant? N.Y.T. 27,9,2003.

339 Rubin, Miri – Gentle Tales: The Narrative Assaults on Late Medival Jews, Yale University Press, 2002.

340 Ruddiman, W.F. – How did Humans first alter global climat; Scientific American, 3,2005.

341 Rudgley, R. – The Lost Civilization of the Stone Age; The Free Press, 1999.

342 Rudgley, Richard: Lost Civilization of the Stone Age, Arrow, 2000.

343 Ruhlen, Merritt – The Origin of Language: Tracing the Evolution of the Mother Tongue, Wiley, 1994.

344 Runes, Dagobert (Ed)– Dictionary of Judaism, Citadel, 2003.

345 Ruspoli, Mario – The Cave of Lascaux: The Final Photographs, Abrams, 1997.

346 Russell, Bertrand – A History of Western Philosophy; Simon and Schuster, 1945.

347 Sabiano Moscati, Sabiano – The Phoenicians, Ed.; Rizzoli. 2001.

348 Safire, W. – Not Peace, but a Sword; New York Times, 1.3.2004.

349 Sagas of the Norsmen, Viking and German Myth, Time-Life Books, 1997.

350 Savill, Agnes – Alexander the Great and His Time, Barnes & Noble Books, 1993.

351 Schimmel, Annemarie, The Mystery of Numbers, Oxford University Press, 1993.

352 Schultz, E.A. & Lavenda, R.N.– Cultural Anthropology, A Perspective on Human Condition, Mayfield, 1999.

353 Science’s Newest Riddle: How Old Is Sphinx, by John N. Wilford, New York Times, 24.10.1991.

354 Scullard, Howard P. – The Etruscan Cities and Rome, John Hopkins University Perss, 1989.

355 Serafim, Antony – The Epic History of Biology: Plenum Press, New York and Lindon, 1993.

356 Sex in History, by Reay Tannahill, A Scarbough Book, Stein and Day, 1882.

357 Shopworn – The Wisdom of Koran, Philosophical Library, 2003.

358 Shreeve, J: – Nature: The Other Eartlings, (companion book to PBS series, 1987).

359 Simons, Gerald – Barbarian Europe; Time-Life Books, 1968.

360 Simonton, D. – Creativity in Western Civilization: Intrinsic and Ex-trinsik causes; American Anthropologist, 83, 628-30, 1981.

361 Skoyles, J. and Sagan, D. Up from Dragons: The Evolution of Human Intelligence. McGraw Hill, New York, 2002.

362 Smith, Dinitia – The Mystery of Sappho and Her Erotic Legacy, The New York Times, August 26, 2002.

363 Snell, Daniel C. – Life in The Ancient Near East, 3100-332 B.C.E., Yale Pub., 1995.

364 Soren, D. at al. – Corthage; Barnes & Noble, 1997.

365 Sowell, Thomas – Migrations and Cultures: A World View, Basic Publishers, 2001.

366 Speller, Elizabeth – Following Hadrian: A Second Century Journey Through the Roman Empire, 2003.

367 Stephen Quirke< Stephen – The Cult of Ra: Sun-Warship in Ancient Egypt, Thames & Hudson, 2001.

368 Stewart, Robert – The Illustrated Encyclopedia of Historical Facts, Simon & Schuster, 1992.

369 Stille, Alexander – Radical New Views About Islam and the Koran, The New York Times March 2, 2002, # 52,045.

370 Stockton, David – The Classical Athenian Democracy, Oxford University Press, 1990.

371 Stonehenge, the Pride of Switzerland? – New York Times, February 11, 2003.

372 Stories from the Old Testament, vol.1–2, St.Martin’s-Griffin, 1997.

373 Story, Joanna – Carolingian Connections^ Anglo-Saxon England and Carolingian Francia, Ashgate, 2003.

374 Strong, Anthony – The Phoenicans in History and Legend, 1-st Book Library. 1990.

375 Strudvick N. and Strudvick H. – Thebes in Egypt: A Guide to the Tombs and Temples of Ancient Luxor, Cornell University Press, 1999.

376 Suetonius (Gaius Suetonius Tranquillus) – The Twelve Caesars, Penguin Classics, 1980.

377 Szulc, Nad – Abraham, Jorney of Faith, by National Geographic, Dec.2001, p. 96–129.

378 Tarnas, R. – The Passion of the Western Mind: Understanding the Ideas that have Shaped Our World View/ Balantine Books, 1991.

379 Tarnas, Richard – The Passion of the Western Mind, Ballantine Books, 1991.

380 Tattersall, Ian and Schwartz J.H. – Extinct Humans. A Peter N. Nev-roumont Book Westview Press, 2000.

381 Taylor, Alison – Cambrodge: The Hidden History, Tempus Pub. 1998.

382 The Annals of Tacitus – The Franklin Library, 1982 (transl by A. J.Church and W.J Brodrib).

383 The Barbarian Conversion: from Paganism to Christianity, Holt Pub, 1997.

384 The Codex Paneth, medical encyclopedia, manuscript, XIV century, Yale university library.

385 The Encyclopedia of Ancient Civilizations, Edited by A. Cotterell, Mayflower Books, 1980.

386 The Gnostic Scriptures: The Anchor Bible Reference Library, Double – day, 2000.

387 The History of Manners, by Norbert Elias, 1978.

388 The Jews and Europe: 2000 Years of History, Chartwell, 1997.

389 The New Testament Epistles, St.Martin’s-Griffin, 1997.

390 The Noble Qur’an (in English) – Mautaba Dar-us-Salam, 1994.

391 The Oxford Bible Commentary, Oxford Press, 2000.

392 The Seventy Wonders of the Ancient World – The Great Monuments and how they were build, Thames and Hudson, 1999.

393 The Travels of Marco Polo, Penguin Books, 1958/.

394 The Way to Eternity (Egyptian Myth), Dancan Baird Publishers, 1997.

395 Thide, Catsten P. – The Dead See Scrolls and the Jewish Origins of Christianity, by; Palgrave, 2000.

396 Thomas, C. and Conan, C. – Citadel to City-State; The Transformation of Greece, Indiana, 1999.

397 Thornton, B. – Greek Ways: How the Greeks Created Western Civilization, Encounter Books, 2000.

398 Thorpe I.J. – The Archeology of Death; Routledge, 2002.

399 Thucydides – History of the Peloponnesian War (translated by Rex Warner), Penguin, 2003.

400 Time-Life Books – Sumer: Cities of Eden: Time-Life, 2000.

401 Todd, Malcolm – Migrants and Invaders: The Transormation of the Ancient World, Arcadia, 2002.

402 Torelli, Mario – The Etruscans, Rizzoli, 2001.

403 Toynber, Arnold J – A Stady of History, Oxford University Press, v.I–II–III, 1962.

404 Trilling, Lionel – The Moral Obligation to be Intelligent: Selected Essays, Farrar, Straus & Giroux, 2000.

405 Tuchman B.W. – Biography as a Prism of History, Practicing History, Ballantine Books 1981.

406 Tuchman B.W. – The Historian as Artist, Practicing History, Ballantine Books, 1981.

407 Turner E.G. The Typology of the Early Codex: University of Pennsylvania Press, 1977.

408 Vasilev, A.A. – History of the Byzantine Empire, Wisconsin, 1952.

409 Vermes, Geza – The Changing Faces of Jesus; Viking, 2002.

410 Verner, Miroslav – The Pyramids, Their Archeology and History; Atlantic Books, London, 2001.

411 Vialou, Denis – Prehistoric Art and Civilization, Discoveries, Abramson, 1998.

412 Viroli, Maurizio – Nicolo’s Smile: A Biography of Machiavelli, Farrar, Straus, 2000.

413 Vretos, Theodore – Alexandria: City of the Western Mind, Free Press, 1999.

414 Wad, Nicholas – Y Chromosome Sketch New Outline of British History, NYT 27.5.2003.

415 Wade, N. – We Got Rhythm; the Mystery Is How and Why, New York Times, 16.9.2003.

416 Wade, Nicholas – A Course in Evolution, Taught by Chimps, New York Times, 25.11.03.

417 Wade, Nicholas – Early Voices: The Leap to Language, N.Y.T., 15.7.2003.

418 Wade, Nicholas – Evolution of Gene Related to Brain’s Growth Is Detailed, New York Times, 14.1.2004.

419 Wade, Nicholas – Ice Age Ancestry May Keep Body Warmer and Healthier, New York Times, 9.1.2004.

420 Wade, Nicholas – Insight Into Human-Chimp Differences (Just what makes human human and chimps chimps), New York Times, 12.4.2002.

421 Wade,Nicholas – World’s Farmers Sowed Languages as Well as Seeds, N.Y.T, 6 May, 2003.

422 Watson, Peter – Ideas: A History of Thought and Invention, From Fire to Freud, Harper Collins, Pub, 2005.

423 Weiser, Benjamin – Here’s Uncle Zeus/ Aunt Hera, the Twins…, N.Y.T., 12. 7.2003.

424 Wells, H.G. – The Outline of History: Being a Plain History of Life and Mankind, Garden City Books. 1949.

425 Wertheim, M. – After the Double Helix: Unraveling the Mysteries of the State of Being; New York Times, 13.4.2004.

426 What Life Was Like When Rome Ruled The World: The Roman Empire, 100 BC-AD200, Time-Life, 2001.

427 When No One Read, Who Started to Write? – by John N. Wilford, The New York Times, 6 April 1999.

428 Whitrow, G.J. – Time in History, Barnes and Noble, 1988.

429 Wiesehofer, Joseph – Ancient Persia: from 550 BC to 650 AD, Tauris, 2000.

430 Wilford, J.N. – Figurines Found in German Cave Are Among Earliest Artwork, New York Times, 18 Dec. 2003.

431 Wilford, J.N. -When the Games Began: Olympic Archeology; New York Times, 9.3.2004.

432 Wilford, J.N.,Carving of a King Could Rewrite History, The York Times, 16.4.2002.

433 Wilford, John – Artifacts in Africa Suggest An Earlier Modern Human, The New York Times, 2.12.2001.

434 Wilford, John N. – Civilization’s Cradle Grows Larger, NYT, 28.5.2002.

435 Wilford, John N. Star-Crossed Ideas of How Pyramids Cave to Point North, N.Y.Times, 28. 8.2001.

436 Wilford,John N.-Civilization’s Cradle Grows Larger, The N.Y. Times, 28.5.2002.

437 Wilken, R.L. – The Christians as the Romans saw Them, Yale University Press, 1999.

438 Wilken, R.L. – The Spirit of Early Christian Thought (Seeking the Face of God), Yale University Press, 2003.

439 Wilkinson, Toby – Genesis of the Pharaohs, Norton, 2003.

440 Willetts R.F. – The Civilization of Ancient Crete, Barnes & Noble,1976.

441 Willetts, – R.F The Civilization of Ancient Crete,Barnes & Noble, 1976.

442 Williams, A.R.– The Eternal Etruscans, by Rick Gore, National Geographic, June 1988.

443 Williams, Margaret – The Jews Among the Greeks and Romans: A Diaspora Sourcebook, John Hopkins University Press, 1998.

444 Wilson, Hilary – People of the Pharaons: From Peasant to Coutier, Brockhampton, 2000.

445 Wilson, Ian – Before the Flood; The Biblical Flood as a Real Event and How It Changed the Course of Civilization; Griffin, 2004.

446 Wilson, Ian – The Bible is History, Regnery, 2000.

447 Wood, Michael – In the Footsteps of Alexander the Great: A Journey from Greece to Asia, California, 1997.

448 Young, George – Constantinople; Barnes & Noble, 1992.

449 Zacour N.P. ed.– A History of the Crusades, UWiP, 2000.

450 Zivie, Alain – Mystery of the Sun God’s Servant, National Geographic, Nov.2003.

451 Аристофан: Комедии в 2 томах, Гос. Издательство худож. Литературы, 1954.

452 Асмус В.Ф. – Античная философия, Москва, Высшая школа, 1976.

453 Библия, книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета, Библейские Общества, 1970.

454 Зильбер А.П. – Этика и закон в МКС, Изд. Петрозаводского Университета, 1998.

455 Ключевский, В. – Краткий курс по русской истории, Эксмо-Пресс. 2000.

456 Энгельс, Фридрих – Происхождение семьи, частной собственности и государства, Издат. Политической литературы, 1950.

Примечания

1

Чудо лабиринта появилось через тысячи лет в греческом мифе о чудовище Минотавре на острове Крит. Минотавр жил в лабиринте под дворцом – точном повторении египетского.

2

Ассирийский царь Ассар-Гаддон, по-ассирийски Ашурахиддин, жил в 707–667 гг. до н. э.

3

Сидон – один из городов Финикии, разрушенный Ассаргадоном.

4

Элам – древнее государство, расположенное к востоку от Ассирии.

5

Американские историки культуры Уилл и Ариэль Дюранты писали: «Большая часть истории – это догадки, а остальное – это личные убеждения историков».

6

Спустя две с половиной тысячи лет другой великий писатель – Лев Толстой исповедовал точно такое же отношение к миру и религии.

7

По прошествии двух с половиной тысячелетий мы всё еще часто вынуждены слушать ораторов, которые говорят так, как будто их рот набит камнями.

8

Слово «симпозиум» означало собрания за чашей вина. Вино имело ритуальное значение, на симпозиумах в него добавляли воду; на них избирался «симпозиарх», некто вроде тамады.

9

В Средние века это учение было подхвачено и развито теологами христианства для доказательства божественного происхождения Иисуса Христа.

10

Дарвин ссылался на труды Аристотеля в предисловии к своей знаменитой книге «Происхождение видов» и ставил его выше известных биологов XIX века.

11

Священная река, через которую Харон перевозит покойников в подземное царство, до врат айда.

12

Места битв Александра и сражений греков с персами.

13

Мифические божества.

14

Лета – подземная река, переплыв которую, отбывают в небытие.

15

Александрия пострадала от трёх землетрясений в 956, 1303 и 1323 гг. н. э., и часть её ушла под воду, поэтому её великие строения сохранились лишь в описаниях историков.

16

Евклидова геометрия просуществовала до XIX в., пока русский учёный Николай Лобачевский не изменил её основной Пятый постулат. Так называемая неевклидова геометрия Лобачевского стала основой современного представления о Космосе и была положена в основу теории относительности Эйнштейна.

17

Недавняя попытка физиков повторить такой эксперимент не удалась.

18

На острове Родос было одно из семи чудес света «Родосский Колосс» – колоссальная скульптура с факелом в руках, служившая маяком.

19

Впоследствии римляне тоже снабжали умирающих от голода жителей захваченных городов, называя это «Порсениевским снабжением» – название сохранялось веками.

20

Легенда о младенце, оставленном плыть по реке, была намного ранее написана в эпосе о Гильгамеше, а потом и в Библии – в легенде о младенце Моисее.

21

Римские форумы были разрушены во время нашествия готов (в 410 г. н. э.) и вандалов (в 455 г. н. э.). Потом на их месте стали строить христианские церкви. В раннее Средневековье форумы пришли в почти полное разрушение, их мраморные колонны и плиты стали использовать для строительства новых христианских храмов, на площадях Рима паслись овцы и коровы.

22

Фигура волчицы, символ Рима, стоит на высоком столбе.

23

Примером этого стали древние рукописи, найденные в пещерах возле Мёртвого моря в 1947 г., так называемые «скроллы» – папирусные свитки Мёртвого моря времён Иисуса. Каждая секта искала своё обоснование пророчеств, особенно о пришествии на землю посланника Бога – Мессии.

24

Обряд омовения водой не был придуман Иоанном, он издавна символически применялся в других восточных религиях, так люди «смывали» с себя прежние грехи.

25

В книге «Иудейская война» Иосиф Флавий в деталях описал события войны евреев с Римом.

26

В центре мечети Омара стоит красивый камень-скала в форме гигантского океанского вала. Освещённая ярким солнцем под золотым куполом мечети, она производит внушительное впечатление своими очертаниями и высотой. У древних людей она могла вызывать трепетные чувства. Еврейская легенда гласит, что на этой скале Авраам, по искушению Бога, собирался принести Ему в жертву своего сына Исаака, но в последний момент был остановлен архангелом Гавриилом. На поверхности скалы есть одно углубление: при избытке фантазии его можно принять за след стопы. На самом же деле, нога Магомета никогда не ступала в Иерусалим. Этот достоверный факт говорит об «истинности» многих легенд о пророке Аллаха.

27

Примечание Пушкина к этому пассажу: «Плохая физика, но зато какая смелая поэзия».

28

Через тысячу лет после Карла Наполеон короновался той же самой ломбардской «железной короной». И обоим императорам пришлось дорого заплатить за это.

29

Даже в XVIII веке английский писатель Даниэль Дефо, автор первого в мире приключенческого романа современного стиля «Робинзон Крузо», называл свой язык «наш романо-саксонский-датско-норманнский английский».

30

Виченца – город с которым враждовала Флоренция.

Content

Владимир Голяховский
Развитие западного интеллектуализма. Этапы зарождения идей в обществе (от обезьяны до Данте)

Аннотация

Предисловие

1. Легенда о первом в мире интеллектуале

Имхотеп

2. Доминирующая сила религии Древнего Египта

Нил Нилыч

Храм Карнак

Сфинкс

3. Предтечи цивилизаций и зарождение культуры

4. Генетические предпосылки познавательных способностей

5. Анатомические и физиологические основы становления будущего человека

В провале времени глубоком

6. Развитие навыков, победа над огнём и начало речи

Первый труд

Жрец огня

Первое слово

7. Начала интеллектуального отражения природы в сознании

Начало

Стихи про первобытную любовь

8. Первый взлёт интеллектуализма?

9. Исторические и культурные предпосылки развития Европы

10. История колеса как колесо истории (важнейшее раннее техническое достижение цивилизаций)

11. Скачок развития к зачаткам письменности

12. Концепция счёта и времени

Числа

13. Начало письменности

Клинопись и иероглифы

Египетский папирус

14. Развитие письменности и математики в вавилонской и сирийской цивилизациях

Ассаргадон (Ассирийская надпись)

15. Алфавит – достижение народного интеллекта

16. Цивилизация Крита и начало цивилизации Греции

17. Мифы, легенды и эпосы как интеллектуальное начало литературы

18. Греческое чудо – столпы ранней классической литературы

Поэт Гомер

Поэт и мифолог Гесиод

Поэтесса Сапфо

Баснописец Эзоп

Греческий театр

Искусство музыки

19. От интеллектуалов литературы к научной философии

20. История истории

21. Медицина становится наукой

22. Золотой век Афин и мир эллинизма

Греция

23. Философия как школа жизни

Сократ

Чаша Сократа

Платон

Аристотель

Эпикур и его школа философии «Сад»

Заключение по главе «философия как школа жизни»

24. Распространение эллинизма империей Александра Македонского

Александр Великий

Смерть Александра

Александрия

Эллада

25. Интеллектуалы Александрийской школы

Прерванная мысль

26. Кто и когда написал Библию

Пророк Ездра

27. Интеллектуальное влияние Ветхого Завета Библии

28 Вечные этруски и их влияние на развитие Рима

Основатели

29. Эпоха римской цивилизации и вклад Древнего Рима в развитие западного интеллектуализма

Место и значение Рима в его ранний период

Интеллектуалы раннего римского периода

Религия Рима

Искусство нового Рима

Римское законодательство

Римское строительное мастерство

30. Императоры Древнего Рима, внесшие вклад в развитие западного интеллектуализма

Луций Сулла

Гай Юлий Цезарь

Юлий Цезарь

Клеопатра

Октавиан, прозванный Августом

Адриан

Марк Аврелий

31. Культура Рима периода начала империи

Великий латинский язык

Философы и историки

Поздние римские поэты

Ода д’Аннуцио

Учёные Рима

Культ римлян – сила и жестокость

Умирающий гладиатор

32. Возникновение раннего христианства и образ Иисуса Христа

Врата рая

33. Истощение античности и наступление культуры византийского периода

Айя-София

Двухтысячелетие

34. Возникновение издательского дела и библиотек, изобретение бумаги и книгопечатания

35. Интеллектуальный вклад арабского мира в культуру Западного Средневековья

Исторические и интеллектуальные корни ислама

Магомет и его влияние

Кто и когда написал Коран

Культурные достижения раннего арабского мира и их влияние на интеллектуализм Запада

Язык западной науки и цивилизации в Средние века

36. Создавая Европу вновь

37. Просветители эпохи веры

Абеляр К Элоизе

38. Обновление церковных храмов

39. Первые европейские университеты

Болонья

40. Создание национальных литературных языков Европы

41. Интеллектуал по имени данте

Первая любовь

Данте

Заключение

Список литературы

Примечания