Алексей Шмаков

Идущий к небу. Клык

Глава 1

— Позаботься о мальчике. Наследие рода теперь принадлежит ему. Сотри все воспоминания о роде и о том, чему его там учили. Находись в тени до того момента, пока Ян не сможет подняться в небо и в бою выстоять против пикового мастера. Только тогда ты сможешь вернуть ему воспоминания и раскрыться. Если этого никогда не произойдёт, то я освобождаю тебя от служения нашему роду. Ян станет твоим последним носителем.

После этих слов седовласый старец протянул раскрытую ладонь над телом пятилетнего паренька, что лежал сейчас без сознания. Только старец знал, что он находился без сознания. Любой, кто увидит мальчика, решит, что он уже давно мёртв.

Старец сам ввёл мальчика в это состояние. Как и убил больше сотни преданных ему слуг, что поклялись оставаться с его родом несмотря ни на что. Отдать свои жизни по первому требованию. И вот это время настало.

Рядом с мальчиком лежали тела слуг рода и двух стариков. Лучших воинов старца, добровольно уничтоживших своё восхождение, чтобы остаться подле мальчика и помочь ему сделать первые шаги на пути совершенствования.

Уже больше двух малых циклов они бегут. Бегут из сильнейшего государства этого континента. Бегут, пытаясь спасти род. Спасти хоть одного человека.

Уже пали все дети и внуки старца. Остались только он и самый младший представитель рода, который никогда не имел своего стиля. И это обнадёживало старика больше всего.

Мальчика ждало великое будущее. Но звёзда сперва решили послать ему испытание.

Рука старца начала дрожать, лопнула кожа, и первые капли крови упали на лицо мальчика, ещё больше делая его похожим на мертвеца. Всего один вдох и повреждённая плоть начала исторгать из себя нечто тёмное. Больше всего похожее на дым, состоявший из мириадов крошечных песчинок, живущих собственной жизнью.

Дым стремительно начал втягиваться в тщедушное тельце, заставляя его выгнуться дугой. Глаза мальчика распахнулись и из них вырвались первые всплески силы, которую старец поспешил погасить. После чего ребёнок обмяк и больше не подавал никаких признаков жизни.

Всё возможное для сохранения рода было сделано. Теперь старцу оставалось лишь одно — встретить противника и забрать как можно больше жизней в качестве подношения звёздам. Он ослабит предателей. И в этом ему поможет сила, что и стала причиной гибели рода. Вернее, её остатки.

Оставив мальчика лежать среди трупов прислуги, старец поднялся и его тело охватили чёрные молнии. Сила, которая не оставляет никаких шансов для других сил. Всё, что старец накопил за свою долгую жизнь. Всё, что поможет ему устроить величайшую битву в истории континента.

Отныне пустыня Безмятежности изменит своё название. Место, где старец начал и закончит свой путь. Здесь примут свою смерть величайшие мастера сразу трёх континентов и среди них будет он — Агарес Чёрный. Один из двенадцати столпов великого мира Дейра. Колыбели для мастеров боевых искусств.

* * *

Оглушительные раскаты грома прокатились по пустыне Безмятежности. Подняв панику во всех пяти великих городах этой части южного континента. Самого сурового и бедного континента великого мира Дейра.

Одна половина континента была покрыта вечными песками, а другая вечной мерзлотой. Условия, идеально подходящие для взращивания самых стойких воинов, что невзирая на любые трудности делают шаг за шагом на пути возвышения, сокрушая любые преграды.

Люди выбегали на улицу и кричали о конце света. Другие твердили, что с небес сошли сами боги, чтобы покарать их. Третьи были безумно рады тому, что мир, наконец, очистится.

Было множество теорий от самых банальных до просто невозможных. И лишь несколько человек знали истинную причину появления этого грома.

Главы сильнейших школ юга, поднялись в свои башни и наблюдали, как в районе оазиса Безмятежности с небес одна за другой срываются чудовищные своей мощью, чёрные молнии. Там сражался великий мастер Агарес. И сражался он насмерть.

Только школы пяти великих городов юга отказались участвовать в уничтожении одного из мировых столпов.

И сейчас главы этих школ прекрасно видели, что поступили они очень мудро. Все, кто согласился бросить вызов Агаресу, потеряют своих лучших бойцов. Их же школы останутся целыми. Идеальный момент, чтобы усилить своё влияние на континенте. Показать всему миру, что школы юга уже давно перестали полагаться на богатство золотых семей и вырастили в своих стенах воинов, которые способны сражаться наравне с лучшими мастерами востока, запада и севера.

А после того как падёт Агарес Чёрный, шестой по силе среди лучших мастеров континета, его место займёт Песчаный Акмаль. Мастер школы Пустынных Странников и сильнейший идущий Юга.

Он один сейчас с сожалением смотрел на чёрные молнии, раскалывающие небеса. Его наставник умирал в одиночестве. Умирал, как и положено воину — в бою. Лишь от этого на сердце Акмаля было немного спокойнее.

Он сделал всё возможное, чтобы предупредить мастера и скрыть его род на своих землях. Но этого оказалось слишком мало. Единственное, чем он ещё мог помочь наставнику — сражаться с ним плечом к плечу. Но это обрекло бы его школу на уничтожение. Даже ради наставника Акмаль не мог допустить смерти двадцати тысяч учеников. Основная масса которых смогла подняться лишь до низшей ступени мастерства. Адепты, что никогда не смогут ступить на путь воина.

Громовые раскаты сотрясали пять великих городов больше шести дней и когда они прекратились, многие не могли поверить, что бедствие не коснулось их.

Все школы отправили в ту сторону разведывательные отряды. Но они не знали, что Пустынные Странники сделали это ещё два дня назад.

Именно тогда закончилась битва, чьи отголоски бушевали так долго.

Агарес Чёрный пал, оставив после себя великий могильник, который все будут называть кровавыми песками.

Могильник находился совсем рядом с оазисом Безмятежности, из которого вышли основатели пяти великих городов и заселили эту часть великой пустыни.

В те времена эти земли звали пустыней Смерти. И лишь с приходов величайших мастеров она стала называться пустыней Безмятежности.

* * *

Крошечный скорпион наблюдал за тем, как побоище обходят люди союза шести. У каждого имелась разноцветная повязка на одежде. На неё были нанесены цвета столпов, входящих в союз.

Эти люди убивали уже мёртвых. Копья, мечи, кинжалы, топоры и порой очень экзотические виды оружия, поднимались и опускались словно в каком-то чудовищном танце. Некоторые делали это с явным отвращением, но были и те, кто получал наслаждение, издеваясь над трупами.

А за всем происходящим наблюдали три человека, возглавлявшие союз и отдавшие приказ убивать уже мёртвых. Они считались одними из сильнейших мастеров этого мира. Три столпа, на которых держится величие континента. Но сейчас они выглядели не лучшим образом.

Бой с Агаресом Чёрным дался им невероятно трудно. В нём они потеряли троих. Но главное, что смогли выполнить свою задачу.

Шестой по силе идущий на континенте был уничтожен, а вместе с ним и весь его род. Даже все слуги были убиты. И сейчас их убивали по второму разу.

Скорпион бросился вперёд, заметив что-то странное среди мертвецов. Малютке показалось, что он смог уловить стук сердца. А затем и ещё два удара. Невероятно растянутых по времени, но определённо принадлежащих живым существам. И судя по колебаниям жизненной силы, что создали эти удары, двум старикам и ребёнку.

Скорпион торопился, чтобы найти выживших, пока до них не добрались каратели. Они уже подошли очень близко.

Окровавленный мальчик лет пяти в одежде слуги лежал в объятиях женщины с дырой в голове. Рядом лежало ещё несколько детей постарше. Тут же лежали несколько стариков, чьи тела были разорваны на части и разбросаны, какие-то тряпки. Под тряпками так же были мертвецы.

Видимо, мать пыталась спасти своих детей. И похоже, что одному она всё же смогла помочь. А старики приняли на себя основной удар.

Оказавшись рядом, скорпион ощутил ещё один толчок крошечного сердца. А затем и два более мощных удара.

Управлял этим скорпионом сам Песчаный Акмаль. Пустыня для него была не только домом, но и источником силы. Скорпион хоть и был очень мал, но вполне мог вместить в себя силу хозяина.

Голова женщины лопнула, словно переспелый арбуз, после обрушившегося на неё сокрушительного удара обитой железом дубины. От этого удара тело отлетело в сторону, а вместе с ним отлетел и мальчик. В этот момент спрятавшийся скорпион выбрался из своего укрытия и ужалил карателя. Яд моментально распространился по организму убийцы, лишая его воли и полностью подчиняя Акмалю.

Скорпион умер, а воин с железной дубиной, расправился со всеми трупами в радиусе десятка метров, размозжив им головы. Не тронув лишь стариков, у которых также билось сердце. После чего каратель подошёл к одному из особо жестоких убийц, который наслаждался тем, что вспарывал всем мертвецам брюхо, наблюдая, как на песок вываливаются их внутренности. Тяжёлая булава размозжила и эту голову.

Акмалю удалось прикончить ещё троих, до того момента, как его силы подошли к концу. Но теперь он был уверен, что мальчик и старики останутся в живых после этого двойного побоища. А уже дальше всё будет зависеть только от них самих. Смогу попасть на территорию оазиса Безмятежности и выжить там, или навсегда останутся в этих песках, присоединившись к остальным погибшим.

Сейчас Акмаль не мог выступить против союза шести столпов. Пусть их и осталось всего трое, но пока он ещё был слишком слаб. Намного слабее Агареса и вступать в этот конфликт было нельзя. Сперва он займёт место одного из столпов, что позволит получить доступ к огромным ресурсам. А уже благодаря этим ресурсам сможет прорваться на следующую ступень силы. Стать одним из сильнейших мастеров, поднявшихся в небо.

После смерти наставника, Акмаля больше ничего не сдерживало от использования методов, что во всём мире считались запретными. Но ученик Агареса Чёрного так не считал. Он прекрасно видел, каких высот смог достичь его наставник и только его запрет не позволял Акмалю применять эти методы.

Сперва он возвысит своего лучшего ученика, чтобы поставить его рядом с собой и сделать следующим мастером школы. А только после этого займётся собой и местью за смерть учителя. Времени у него было предостаточно. Союзу шести потребуется не один десяток лет, чтобы оправиться после боя с Агаресом Чёрным.

Глава 2

— Какого зерга это отродье в очередной раз допустили до добычи скальника? Почему отец и старейшины всегда позволяют ему быть наравне с остальными? — задал вопрос своим дружкам Лиро.

Один из сильнейших бойцов нового поколения Безмятежного — поселения, что было единственным на десятки тысяч шагов во все стороны от Клыка. Скалы, расположившейся практически в самом центре оазиса, ставшего домом почти для двух сотен человек.

Сейчас Лиро вместе с другими детьми, что также решили показать свою силу и ловкость при сборе семян скальника, наблюдали за тем, как я карабкаюсь по практически отвесной скале к самым сочным росткам.

Скальник — растение, которое больше всего ценится в Безмятежном. Растение, из семян которого знахарка Шарли создаёт эликсир, благодаря которому жители Безмятежного могут находиться под защитой оазиса.

Ведь всем прекрасно известно, что за его пределами нас ждёт только смерть.

Никто не может сделать больше трёх сотен шагов по Пустыне Смерти. Пустыне, что забирает любую жизнь себе. Будь то крошечный скок, размером с палец взрослого мужчины, либо огромный як, способный своим телом заслонить солнце в особенно жаркий день.

Старейшины говорят, что человек может продержаться в пустыне немногим больше этих зверей. Даже тот, кто всю жизнь провёл в познании своего тела. Тот, кто пошёл по пути познания этого мира и стал идущим.

Вот и выходило, что все мы были пленниками этого оазиса, а скальник стал единственной возможностью оставаться здесь. Без него все мы будем вынуждены отправиться в Пустыню Смерти. Либо умереть в оазисе от энергетического безумия, что неминуемо настигает всех, кто не примет вовремя снадобье Шарли. Разница невелика.

Единственным спасением был скальник, чьи корни пронизывали Клык у самой вершины. Там имелось достаточно снега, чтобы растение не страдало от нехватки воды. А жаркое солнце, что цикл за циклом освещало оазис, помогало с этим, работая лучше любого фермера, что трудились на общих огородах Безмятежного.

Вот только они не могли выращивать там скальник. Его семена не подходили для этого. Необходимо было заполучить живой отросток, что имел в себе хоть малую часть сердца взрослого растения. А получить эти отростки можно было лишь на вершине Клыка. Никому этого ещё не удалось сделать.

На моей памяти собирали две экспедиции, чтобы попытаться заполучить хотя бы один отросток скальника. И обе они провалились.

Последняя экспедиция была два больших цикла назад. В тот раз покорить Клык попытались три человека. Одним из них был победитель негласного соревнования по сбору скальника того года — Айро.

Именно он научил меня, как правильно подниматься по Клыку. Как выбирать правильное место, чтобы поставить ногу. Где пальцы смогу продержать вес моего тела достаточно долго, чтобы сменить точку опоры и как балансировать буквально на одном волоске от падения, пока собираешь семена.

Но все эти уловки действовали только до второго приюта — небольшого выступа, что опоясывал собой Клык. Шириной буквально в одну ладонь. Только там собиратели могли отдохнуть перед сбором скальника. Дальше можно было цепляться лишь за крошечные трещины, что редко встречались на гладком камне.

И чем выше поднимались собиратели, тем меньше было этих трещин. Поэтому для всех собирателей существовал строжайший запрет, не подниматься больше чем на пятьдесят шагов, от второго приюта.

Но редко кто поднимался даже до половины разрешённого. Слишком это было сложно и опасно. Нарушителей ждало суровое наказание.

Единственными, кому выдавали разрешение подняться выше, были члены экспедиций за отростком скальника.

Я прекрасно помню тот день, когда Айро уходил вместе с двумя другими собирателями. Поселение дало им лучшее снаряжение, что смогли сделать ремесленники. Даже шесть клиньев из небесного металла. Лишь оно могло справиться с плотью Клыка. И больше сотни локтей верёвки, сплетённой из лиан кожедёра.

Но даже это не помогло Айро попасть на вершину.

В тот день я вместе с ребятами из экспедиции поднялся до второго приюта и наблюдал, как они отправились дальше. Айро строго-настрого запретил мне следовать за ним. Взял с меня обещание, которое я выполнил.

— Внимательно смотри за нами и запоминай движения. Ты всегда слишком торопишься, Ян. А в нашем деле спешка может стоить очень дорого. Возможно, и тебе в будущем придётся следовать по этому пути, — сказал мне тогда Айро.

И я своими глазами видел, о чём он говорил. Видел, как упал Пакто.

Воспоминания о его крике ещё очень долго заставляли меня просыпаться в холодном поту.

Видел, как за десяток шагов от границы дозволенного повисло тело Манта, запутавшегося в лианах кожедёра. Видел, как посинело его лицо, когда закончился воздух. И как он обмяк, расставшись с жизнью.

Но сильнее всего на меня подействовало отсутствие Айро.

Он так и не вернулся, скрывшись в густом тумане, что в тот день окутал Клык.

Несколько недель люди обшаривали подножие Клыка. Обходили его со всех сторон. Пара искателей, что посмелее, даже подбирались к границе дозволенного, надеясь увидеть оттуда больше. Но единственное, что им удалось — парой ловких бросков резаков обрезать лиану, на которой удавился Мант.

Тело Айро так никто и не смог найти. Но ни у кого не было сомнений в том, что он мёртв.

Конечно, если он не стал повелителем стихии и не улетел к новой жизни. Той, где не нужно будет каждый день бороться за выживание.

Вот и сейчас я едва не схватил перезревшее семя скальника. Остановился лишь в последний момент. Иначе в руку попадёт яд, избавиться от которого будет крайне сложно и дорого. А скрыть попадание яда в тело у меня не выйдет. Каждого собирателя тщательно осматривают после того, как он спустится.

Сейчас у меня нет ничего, что можно было бы отдать знахарке в обмен на противоядие. Последняя стоящая добыча ушла на покупку десятка эликсиров от энергетического безумия, свежего мяса яка и новых штанов.

Это я могу по несколько недель обходиться кореньями и редкими личинками, что ещё не превратились в смертельно опасных тварей. А вот моим старикам нужна нормальная еда. Слишком они стары и их желудки не воспринимают грубую пищу…

Использовать противоядие заставят в любом случае, даже зная, что моё тело само может справиться с ним. Как говорит старший среди собирателей — Пант, у меня невероятный талант противостоять ядам. Любой другой собиратель на моём месте умрёт раньше, чем сможет спуститься.

А ещё Пант говорил, что молодое поколение должно показать свою силу, ловкость, выносливость и внимательность.

Да и не может никто, достигнув возраста семнадцати циклов, подняться дальше второго приюта. Клык не позволяет им это сделать.

Подняться на скалу разрешено после достижения восьми полных циклов, как и принять участие в сборе скальника. Доказать всему Безмятежному, что ты уже достаточно взрослый и способен приносить пользу поселению. Сейчас для этого самый подходящий момент — пришло время сбора урожая.

Молодые побеги скальника добрались до тех мест, куда собиратели способны подняться. Тонкие лианы, толщиной, чуть больше указательного пальца взрослого, усеянные множеством длинных колючек, способных пробить даже кожу яка, а чего уж говорить о человеческой. Многие из колючек также несли в себе яд, что делало сбор семян скальника намного сложнее. Среди этих колючек и спрятано сокровище, которое нужно добыть собирателям.

Бледно-розовая коробочка, чуть больше яблочного зёрнышка, в которой и хранится заветное семя.

На большой цикл одному человеку требуется сорок три таких коробочки. Поэтому за время сбора урожая необходимо найти их почти девять тысяч. Каждый цикл примерно равное количество. Кто-то в Безмятежном погибает, но также рождаются и новые жители поселения.

На одном побеге скальника может вызреть до десяти таких коробочек. И это при условии, что все они будут годны для сбора. А вот такие перезревшие семена могут уничтожить весь побег, что будет невероятно плохо. Значит, на следующий год этот побег больше не спустится с вершины. И неизвестно, вырастет новый или нет. Поэтому ещё одной задачей искателей является уничтожение перезревших семян. Успеть это сделать нужно до того, как гниль попадёт достаточно глубоко.

И вот здесь я сильно уступаю другим собирателям. Все люди, достигшие пяти больших циклов, способны обращаться к звёздам. Они могут создать крошечный огонёк, что и выжигает испорченное семя. Я же лишён этой возможности. Сколько ни пытался, звёзды просто не слышат меня. Они не хотят открываться мне и делиться своей силой…

Поэтому я мог помочь скальнику, лишь используя своё тело.

Осторожно коснувшись перезревшего семени, дабы не повредить оболочку, я стал медленно поворачивать его, чтобы переломить ещё свежую ножку. Пальцы подходили вплотную к колючкам. Но уж лучше наколоть пальцы простыми колючками, чем позволить яду из испорченного семени впитаться в пальцы. Там концентрация намного выше.

Ещё два поворота и послышался гулкий щелчок, а я выдохнул с облегчением. Коробочка оказалась цела. Этот звук издала лопнувшая ножка.

Даже не смотря вниз, я бросил перезревшее семя. Оно, как и ещё шесть таких же упадёт на второй приют и лопнет. После чего яд буквально за пару сотен вдохов испарится под солнечными лучами.

Как раз в этот момент, снова раздался голос Лиро, который уже совершил свой подъём и собрал семьдесят три семени пригодных для варки зелья.

Просто потрясающий результат для одного собирателя. Почти побил рекорд самого первого бесстрашного покорителя Клыка — Тао.

Во время третьего сбора урожая скальника Тао смог собрать за один выход, равный двум тысячам вдохов, семьдесят семь семян.

В моей же корзине, что была обмотана куском плотной ткани и висела за спиной, сейчас лежало шестьдесят восемь семян. Если считать те, что пришлось выкинуть, то я уже превзошёл результат Лиро.

— И чего он там застрял?

— Вроде снова наткнулся на перезревшее семя, — ответил Лиро его лучший друг Таркин. Также один из собирателей. Уже опытный. Не первый цикл забирающийся за семенами скальника на Клык. — Ты же знаешь, как долго он возится с тем, чтобы уничтожить гиблое семя.

— Слабак, от которого отвернулись звёзды. Единственный в поселении, кто неспособен зажечь даже крохотную искру своей силой.

Лиро со своим другом разговаривали, совершенно не таясь. Да и в этом не было никакого смысла. Они сейчас находились далеко внизу и даже представить себе не могли, что я способен их слышать.

Если мир лишил меня возможности касаться силы звёзд, то моё тело наградил сполна.

Я получил не только способность сопротивляться любым ядам. Но об этом не знает никто в поселении. Даже своим старикам я рассказал лишь о нескольких способностях, что у меня стали появляться, примерно в одно время с исчезновением Айро.

— Чего вы здесь опять лясы точите? — раздался ещё один голос. — Никак не можете смириться с тем, что Ян в этом году станет первым?

— Чего ты такого несёшь, Дейя? Этот отброс никогда не сможет стать первым. Не сможет сравниться даже с Таркином, чего уж про меня говорить. Да он даже тебя не сможет обойти! У него осталось всего пятьдесят песчаных мер, а это чуть меньше двух сотен вдохов. За это время он должен успеть спуститься, иначе результат не будет засчитан. Ведь так, старик Йорго?

Мне пришлось скривиться, когда Лиро закричал старейшине, отвечающему за собирателей. Никакого уважения. Хотя, чего ожидать от Лиро, привыкшего, что все боятся его отца? Сильнейшего из охотников поселения. Единственного, кто смог полностью открыть пять созвездий и стать идущим, которого все уважали и боялись.

Как мне всегда говорил старик Грегори, страх и уважение всегда ходят рука об руку. Сильных все боятся и поэтому уважают.

Никогда не разделял этого мнения со стариком. Как по мне, то если ты боишься человека, то не можешь его уважать. Уважают лишь тех, кто смог заслужить это уважение. Сделать для тебя или других нечто хорошее, а никак не запугать.

Как, например, глава Безмятежного — Торк, когда отдал все свои запасы после того, как из-за буйства природы были уничтожены дома сразу четырёх семей. Хвала звёздам, что тогда обошлось без жертв.

— Побольше уважения, сопляк. Ты уже сделал всё, что мог, поэтому не мешай другим, — цедя каждое слово, словно во рту у него была вода, произнёс старейшина Йорго. Чем вызвал смех Дейи и ворчание Лиро.

Каким бы заносчивым идиотом он ни был, но прекрасно понимал, что не стоит перегибать палку. За любого из шести старейшин вступятся все члены поселения. И отец Лиро будет первым, кто накажет глупца, решившего так поступить.

Одно дело относиться к старейшине без должного уважения, и совсем другое грубить.

Но в одном Лиро был прав. Времени у меня оставалось совсем мало. Слишком долго я разбираюсь с испорченными семенами. Слишком много времени уходит на то, чтобы сорвать их. Там, где остальные тратят лишь пару вдохов, за которые не успевает упасть и одной песчинки, мне требуется раза в три больше времени. Но я совершенно не переживаю, что могу опоздать.

Я собираюсь показать редким зрителям, что значит иметь столь особенное тело. И что можно обмануть звёзды. Воспользоваться их силой, так и не пробудив ни одну.

Примерно в десяти шагах правее и двух шагах выше того места, где я находился, виднелось следующее семя. А ещё я заметил там сразу три подходящих трещины. Мои пальцы с лёгкостью смогут зацепиться за них. Даже можно обойтись без опоры для ног.

Редкий трюк, который могли сделать всего три искателя. Я и Дейя были в их числе.

— Идиот, — смог я разобрать тихий голос Деий, когда совершил первый прыжок, используя лишь силу рук и пальцев, а следом за ним сразу же ещё два.

У зрителей мой прыжок вызвал возгласы удивления. Старейшина Йорго довольно хмыкнул, а Лиро заскрежетал зубами, отчего я невольно начал улыбаться. Сам он никогда не сможет провернуть подобный трюк. Может, и мог пару лет назад. Но сейчас Лиро слишком вырос и стал гораздо тяжелее. Его руки уже не могли так долго удерживать своего хозяина. Всё же ему было уже тринадцать циклов. А чем старше становится собиратель, тем сложнее ему добывать семена скальника.

Клык не для кого не делает исключений. Вес и возраст здесь имели решающую роль.

Мне же всего одиннадцать. Моё тело лёгкое как пушинка, а руки и пальцы невероятно сильны. Вот и сейчас я в очередной раз доказал это, повиснув на одной руке, а второй сорвал семя и отправил его в корзину. За это время упало всего три песчинки. Их мерный шелест я с огромным трудом, но всё же мог различить среди остальных звуков.

Шестьдесят девять семян были собраны, но я не собирался на этом останавливаться. Лиро был прав, если я уже сейчас не начну спускаться, то скорее всего, не успею этого сделать до истечения отведённого срока.

Только вместо этого я нацелился на ещё одно семя, которое находилось практически у самой границы дозволенной зоны.

Камень Клыка там становился гораздо светлее и плотнее. Практически не было трещин и выступов, за которые можно было бы уцепиться. Ветер сгладил все неровности, а порода была слишком твёрдой, чтобы разрушиться. Она поддавалась лишь небесному металлу.

Да и весь Клык был непростой скалой. Его поверхность постоянно изменялась. Поэтому невозможно было оставить на нём никаких вспомогательных конструкций. Они просто исчезали, словно Клык поглощал их. На своём месте оставались лишь побеги скальника и приюты собирателей. Первый — на высоте трёх десятков шагов. И второй — на двадцать три шага выше.

На высоте, примерно в два шага от границы запретной зоны была видна дыра в скале, сделанная клином из небесного металла. Тем самым, что старейшины передали Айро.

Значит, он шёл этим маршрутом.

В отличие от остальной части Клыка, запретная зона остаётся неизменной. Раньше я никогда не позволял себе подниматься так высоко. В голове всегда всплывало обещание, что я дал Айро. И сегодня решил нарушить его.

«Я помню тебя, друг мой Айро. Надеюсь, звёзды приняли тебя в свои объятья, и ты сейчас приглядываешь за мной».

Ответом мне стал резкий порыв ветра, что потревожил корзину за спиной. Семена скальника глухо ударились о высушенную кору и замолчали.

Луч солнца попал в дыру, оставленную Айро, и отразился от чего-то, указав мне на невзрачный побег скальника, заканчивающийся всего в двух локтях от границы дозволенного. На этот побег я никогда бы не обратил внимания. Всем известно — чем толще и зеленее побег, тем выше вероятность найти хорошее семя, а то и сразу несколько.

А этот побег был очень тонким. Едва ли вполовину от остальных. Даже его колючки высохли и могли сломаться от прикосновения. Чего никогда бы не случилось со свежими.

Но главное было совсем в другом. В том месте, куда попал отражённый солнечный луч, я увидел что-то невероятное.

Среди собирателей ходили байки о существовании императорского скальника. Побеге, который несёт на себе императорскую корону, и его семя содержит в себе сердце скальника. То самое, из-за которого нам необходимо добыть отросток с вершины Клыка.

Хоть я и не знал, что это такое — императорская корона, но крупная коробочка, висевшая на этом ущербном побеге, говорила о многом. Внутри далеко не одно семя.

Эта коробочка была крупнее обычного семени раз в двадцать.

Этого мне точно хватит для победы. Осталось только добраться до императорского семени. И то, каким образом я это сделаю, не понравится никому в поселении.

Особенно знахарке Шарли, которая вгонит меня в долги на несколько средних циклов. Но оно того стоит!

Глава 3

Ещё немного повисев на правой руке, я позволил левой отдохнуть. Всего пару вдохов, но этого вполне достаточно.

Теперь я точно знал, что смогу занять первое место среди собирателей в этом году. И не просто занять, а побить рекорд, установленный Тао. Моё тело выдержит. Оно сможет справиться даже с таким испытанием.

Потом дал отдохнуть правой руке, а затем совершил первый рывок.

На этот раз мне не было необходимости напрягаться, чтобы услышать, как все ахнули. Абсолютно все, кто находился сейчас у подножия Клыка. А старейшина Йорго начал кричать, чтобы растягивали сеть — единственную надежду выжить для сорвавшегося со скалы собирателя. За этим приказом последовал следующий: привести знахарку.

«Спасибо, старейшина Йорго. Я не забуду твою заботу. Первый побег скальника, что взрастёт на грядках поселения, будет назван в твою честь».

Внизу продолжалась суматоха, а всё из-за того, что я совершил одну из самых страшных ошибок, что может сделать собиратель. Я ухватился за побеги скальника, позволяя острым иглам впиваться в свою плоть, и по-любому выпускать в тело яд. Страшнее этого может быть только добровольный прыжок с Клыка.

Резкая боль побежала по рукам, вгрызаясь всё глубже и глубже. Но я не обращал на неё внимания. Сейчас моей целью был императорский скальник и его чудесный дар поселению.

Нужно терпеть.

Я словно готовился именно к этому дню, по капле впускал в своё тело яд скальника, чтобы привыкнуть к нему. И мои усилия не прошли даром. Благодаря этому, я смог схватиться за побег и подняться по нему.

Наверняка со стороны я был похож на одну из лысых обезьян, что охотникам приходилось прогонять от поселения едва ли не каждый новый цикл, когда защитные формации ослабевали. Этих зверей манили травы, что выращивала знахарка на своём огороде. А заодно они были не прочь пробежаться и по другим огородам, уничтожая любые посевы на своём пути.

Это были чрезвычайно ловкие и быстрые существа, которые могли передвигаться даже по лианам кожедёра. Хищное растение не реагировало на лысых обезьян, позволяя им использовать себя. Жаль, что скальник не позволяет мне того же, и в ладонях становится всё больше и больше крошечных ранок, из которых наверняка сочится кровь.

Мне необходимо выбирать только самые толстые побеги, иначе они просто оборвутся, не выдержав даже столь лёгкий вес. Но сейчас с этим не было никаких проблем. Скальник был в самом расцвете. Да и я не задерживался на одном побеге слишком долго. А порой удавалось ухватиться сразу за два.

По моим подсчётам оставалось ещё двадцать песчаных мер, когда я оказался возле запретной зоны. На мгновение замер, чтобы прикоснуться к гладкой поверхности камня и понять, насколько сложнее будет здесь передвигаться.

Десятки проколов лишь добавили пальцам чувствительности, но даже так я не смог нащупать ни одной подходящий трещины или выступа. Правда, я не очень и старался их найти. Исследовал небольшой участок в один локоть, а затем перепрыгнул на следующий побег скальника. Слишком долго я задержался на предыдущем. Мне даже показалось, что он уже готов оторваться.

Снизу продолжали суетиться, но первоначальный страх уже пропал. Я слышал, как собиратели поносили меня самыми гнусными словами, и Лиро здесь отрывался по полной. Но были и те, кто в открытую восхищался тем, как я ловко передвигаюсь по скальнику и не повредил ни одного побега.

А ещё я слышал шёпот Дей, которая просила звёзды помочь мне. Сделать так, чтобы я не сорвался.

Всегда приятно знать, что о тебе кто-то заботится. Это знание придало мне новых сил и уже через два рывка, на расстоянии вытянутой руки, передо мной висела заветная коробочка. Оставалось её только оторвать и положить в корзину. Она одна должна будет занять практически всё свободное место.

Всё же корзины для сбора у нас маленькие. И там уже находилось шестьдесят девять семян.

Понятия не имею, сколько времени мне потребуется, чтобы сорвать императорское семя. Но совершенно точно — висеть так долго на побеге скальника нельзя. Необходимо найти подходящее место на Клыке.

Вот теперь я по-настоящему почувствую камень запретной зоны. Всё то, что чувствовал Айро. Я видел, как он уверенно поднимался даже здесь. Значит, и я смогу это сделать.

В очередной раз сменил побег и тут же принялся шарить рукой по стене. На этот раз подходящее место отыскалось практически сразу. Выступ, за который можно было схватиться даже двумя руками. Что я и сделал, повиснув над пропастью, на дне которой суетились жители поселения, ожидая, когда я сорвусь. Но этого точно не произойдёт. Тело ещё никогда не подводило меня, и сегодня этого не случится.

Через мгновения я увидел трещину и протянул к ней правую руку. Удалось зацепиться сразу тремя пальцами. Немного подтянуться и использовать предыдущий выступ в качестве опоры, а дальше просто поменять руку и дотянуться до императорского семени.

Руки уже практически не доставляли никакого неудобства. Лишь небольшое жжение напоминало о том, что несколько вдохов назад я позволял шипам скальника проникать в своё тело.

Странно и удивительно.

Обычно эти раны болят несколько дней, если не принять противоядие и не обработать их составом, приготовленным знахаркой. Да и с составом требуется несколько часов, чтобы всё пришло в норму.

Но сейчас у меня не было такой возможности, а руки словно обработали составом и уже прошло как минимум две тысячи вдохов. Открылась ещё одна тайна моего тела. Тайна, о которой не следует никому знать. Одно из немногих наставлений, что я слышал от старика Грегори.

«Если с твоим телом снова начнёт происходить нечто необъяснимое, то ты не должен рассказывать об этом никому. Даже мне».

И я делал, как мне говорили. Даже не понимая, почему не могу поделиться своей радостью с остальными. Даже с Дейей, что была мне ближе стариков.

Но сейчас точно не время думать об этом. Сейчас тело — мой главный козырь. Придётся снова хвататься за колючки. Но это будет уже после того, как сорву императорское семя.

Рука оказалась слишком маленькой, чтобы целиком накрыть коробочку семени. Пришлось постараться, чтобы добраться до удерживающей его ножки. Словно нарочно в том месте колючки оказались свежими и невероятно прочными. Одна, особенно острая, проткнула безымянный палец насквозь. Я видел, как кончик иглы вышел сбоку от ногтя, чудом не попав в кость.

Вытащить колючку я не мог. Единственное, что оставалось, это дёрнуть палец в сторону, разрывая его.

Кровь тут же начала заливать побег и срываться с Клыка вниз.

Всего один вдох, чтобы приготовиться, и вот я уже сжимаю ножку семенной коробочки, которая впитывает мою кровь, словно губка. Но кровотечение прекратилось очень быстро и мне даже показалось, что рана начала затягиваться. Хотя в ней и виднелось что-то чёрное. То ли яд, то ли колючка оставила мне на память часть себя. Но разбираться с этим буду потом. После того как окажусь на земле и займу первое место по сбору семян скальника.

Ещё одно усилие и ножка лопнула, отдавая мне подарок звёзд.

Коробочка императорского семени отправилась в корзину. Когда убирал её, показалось, что внутри что-то шевелится. Хотя я и знал, что ни одно насекомое и ни один зверь никогда не притронется к семенам скальника.

Растение, которое помогало людям выживать в оазисе, для всех остальных было смертельно опасным.

В тяжёлые времена, когда урожай ещё не созрел, а дичь уходила в самые непролазные части оазиса, куда не совался даже отец Лиро, охотники брали семена скальника и изготавливали из них яд, благодаря которому могли убить шипастого водяного ящера. Или другого зверя, на которого в обычное время ни за что не стали бы охотиться. Слишком сильны были эти создания и в схватке с ними не обходилось без серьёзных ран, а то и гибели охотников. Знахарка потом переворачивала всё поселение в поиске нужных трав, чтобы исцелить раненых.

Поэтому я был уверен, что внутри этой семенной коробочки находится только семя скальника. Ну или семена, что было более вероятно.

Убедившись, что моя добыча не выпадет из корзины, позволил себе посмотреть на руку, державшую императорское семя. И едва не разжал пальцы, когда увидел, как по руке ползут чёрные полосы. И ползут они к запястью, скрываясь под рукавом рубахи.

Мне показалось, что под кожей завелись черви и теперь хотят добраться до моего сердца.

Ещё одна детская страшилка, что очень часто можно услышать от стариков. Хотя каждому достигшему пяти циклов и понятно, что всё это байки. Что в оазисе нет червей, способных сотворить подобное с человеком, но всё равно страшно до жути. Особенно, когда натыкаешься в джунглях на сражение чёрной сколопендры с её добычей.

Небольшое создание, размером с мою ладонь, может напасть на зверя, превосходящего его размером в десятки раз. И в этой схватке любой поставит на чудовищное насекомое. Благо, что этих монстров не интересуют люди. Вот только сейчас эти чёрные полосы под кожей были очень похожи на маленьких убийц.

Неужели это яд? Императорское семя оказалось намного ядовитее своих более мелких собратьев? В таком случае, почему я не чувствую боли? Мне, наоборот, кажется, что рука стремительно приходит в норму. Вон и разорванный палец уже практически не даёт о себе знать. Он весь перепачкан кровью, а на месте раны видна лишь тоненькая полоска розовой кожи.

— Точно не успеет. Осталось всего шесть песчаных мер. Да и наказать его должны за то, что полез за границу дозволенного. Поэтому поздравляю тебя с первым местом, Лиро.

Эти слова Таркина заставили меня забыть обо всём. Шесть песчаных мер — это крайне мало. Чуть больше двадцати вдохов. Ещё хоть мгновение промедления и я точно не успею.

Ну что же, пора мне снова удивить всех собравшихся. Показать, что я не бездарь. Пусть звёзды и не хотят говорить со мной, но земля всё же сжалилась и открыла один свой секрет. Открыла после десятков тысяч вдохов, потраченных на понимание всего одного, простенького обращения.

Обращения, что я смог постичь без звёздного света, горящего внутри любого идущего.

Прикинув примерное место, я слегка оттолкнулся от гладкой поверхности Клыка и начал падать, считая мгновения, чтобы не опоздать. Четыре вдоха и руки вновь обожгло болью. Шершавый камень отлично умеет сдирать кожу с ладоней.

Примерно в районе второго приюта я собрал те крохи энергии, что научился накапливать и толкнул их в ладони. А затем, толкнул в скалу, чтобы она помола мне. И величественная скала не отказала.

В одно мгновение ладони словно покрылись самым липким клеем, что умеет варить кожевник Сомар. Резкий рывок, едва не вывернул руки, отозвавшиеся резкой болью. Ещё немного проехал вниз, а затем энергия иссякла. Но этого оказалось вполне достаточно, чтобы ощутить опору под ногами. Чувство расстояния не подвело меня. Второй приют оказался именно там, где я рассчитывал.

— Вот же зергов ублюдок! — выругался Лиро, что вновь заставило меня улыбаться.

Дальше я провернул тот же трюк ещё дважды. Каждый раз боль в руках лишь усиливалась. И когда оставалось всего две песчаных меры, ноги коснулись расчищенной площадки, с которой собиратели начинают своё восхождение на Клык.

— Собиратель Ян закончил сбор, старейшина. — произнёс я, поклонившись суровому Йорго.

Старик смотрел на меня исподлобья, сжимая в руке своё любимое средство воспитания и обучения одновременно — толстую ветвь от каменного дерева.

Эта ветвь научила уже не одного собирателя, что значит не слушаться старейшину. И мне не раз прилетало ею, но я уверен, что сегодня старейшина Йорго не станет ничего делать. Только не на глазах у всех людей, что видели моё представление.

Я разогнулся и осмотрел всех присутствующих. В основном это были дети, всего несколько подростков, что сегодня освобождены от работ и двое взрослых. Шарли, в руках у которой была неизменная корзина с эликсирами на все случаи жизни, и страж Гавир. Сегодня ему выпал жребий оставаться в поселении и следить за защитными формациями.

Если лицо знахарки мало чем отличалось от лица старейшины Йорго, то Гавир широко улыбался и показывал мне большой палец. Он по достоинству оценил представление. Но это ещё не всё. У меня запланирован фееричный финал. В виде подсчёта собранных семян.

— Старейшина Йорго разрешает собирателю Яну показать, сколько семян скальника ему удалось добыть.

— Постойте! Это не по правилам! Собиратель Ян опоздал, — все тут же обернулись в сторону Лиро, который держал в руках единственные в поселении песочные часы, чудом уцелевшие в буйстве стихии, что загнала всех этих людей в ловушку оазиса.

Лиро специально сделал так, чтобы всем было видно, что в верхней части часов не осталось ни одной песчинки. Но я точно знаю, что когда ступил на землю, у меня оставалось ещё две песчаных меры.

— Я требую, чтобы ко всем собирателям относились одинаково! Раз он опоздал, то и результат не должен учитываться. Старейшина Йорго, вы же один из тех людей, кто должен следить за соблюдением правил, установленных и вами в том числе. Что станет с Безмятежным, если даже старейшины начнут нарушать эти правила? Отец всегда говорил мне, что благодаря соблюдению правил нам удалось не только основать поселение в землях, столь чуждых и враждебных людям, но и получить надежду однажды вырваться из западни.

Со всех сторон начали доноситься одобрительные возгласы. Присутствующие были согласны с Лиро. Да я и сам обязательно присоединился бы к ним, если бы не был уверен в том, что на меня сейчас наговаривают. Я совершенно точно успел.

То, что Лиро приплёл своего отца, было плохо. В поселении уже давно ходили слухи, что старейшины собираются назначить Айрона главой Безмятежного. Поставить его даже выше себя. И сейчас Лиро точно собирается этим воспользоваться, чтобы надавать на старейшину Йорго.

У меня же не было таких козырей. Лишь моё слово и уверенность в том, что я успел вернуться до истечения отведённого на сбор времени.

— Уважаемый Йорго, Лиро ошибся. Я уверен в том, что мои ноги коснулись земли до того момента, как истекло время, отведённое на сбор. Ни одно правило поселения не нарушено. Пускай звёзды станут свидетелями и в случае если я не прав, накажут меня.

— Они уже наказали тебя, бездарь, — практически беззвучно произнёс Лиро, но я его отлично услышал. Как и старейшина Йорго, скривившийся от этих слов.

— Я подтверждаю слова Яна. Я видела, что в горлышке часов оставалось несколько песчинок. Это просто Лиро боится, что Ян обошёл его. Он знает, что не может сравниться с ним в умении ходить по Клыку. Вот и пытается всех подговорить против него. Оклеветать, как он это делает постоянно. Я уверена, что так и есть, старейшина, — вступилась за меня Дея, появившаяся из-за спины Лиро.

Светловолосая девчонка с изумрудными глазами была одета, как и все остальные собиратели: тонкие штаны, цвета древесной коры, рубаха из того же материала, которая была ей немного велика, и поэтому Дейя подворачивала рукава. Длинные волосы были собраны в пучок, и из-за этого можно было легко спутать её с любым мальчишкой. Единственное, что выделяло Дейю среди других собирателей, был пояс, что поддерживал штаны.

Красный пояс, обмотанный вокруг талии в несколько слоёв. Гордость Деи и единственная вещь, что осталась ей от матери, погибшей где-то в джунглях оазиса. Это было, практически сразу после того, как я со стариками оказался на границе Безмятежного.

Прекрасно помню убитую горем девчонку, что плакала без устали несколько дней. И никто не мог утешить её. Лишь этот пояс, что принёс ей Айрон, и я.

В тот день я просто не смог пройти мимо убитой горем девочки, что оплакивала смерть матери. Да и сам я чувствовал себя ничуть не лучше и сел рядом с Дейей, просто обняв её. А затем появился Айрон и передал ей пояс матери.

Пояс стал единственной вещью, которую удалось спасти. Как говорят, он был сделан из небесного шёлка, которому не могло ничего навредить. Реликвия, времён до заточения в оазисе.

Должно быть, этот пояс раньше стоял очень дорого, а вот здесь он ничем не лучше любого другого куска ткани. Но это для остальных, а для Дейи — это память о матери.

С того дня я больше ни разу не видел, чтобы девчонка плакала. Наоборот, она всегда была одной из самых смелых и стойких детей. Вот и сейчас она, совершенно не боясь Лиро и его отца, вступилась за меня.

Я лишь покачал головой. Придётся снова уходить за пределы защитных формаций, чтобы раздобыть медовых лепестков и порадовать ими Дейю. Она обожала это лакомство. Добывать его было довольно сложно и поэтому охотники практически никогда этим не занимались. А кроме охотников, добыть их могли лишь собиратели, которым было разрешено выходить за пределы поселения.

Ни Дейя, ни её отец не имели такого разрешения. А вот я имел. Поэтому иногда баловал девчонку, когда мне необходимо было остаться одному и подумать. Сделать это на территории поселения практически невозможно. По крайней мере, для меня. Даже внутри собственного дома.

— Честно признаюсь, что я перестал следить за часами, когда Ян начал спускаться, — подняв руку, чтобы успокоить поднявшийся шум, заговорил старейшина Йорго. — Да и вы все наверняка делали то же самое. За исключением Лиро, конечно. Он один следил за тем, чтобы правила турнира соблюдались неукоснительно. И судя по тому, что я вижу, время действительно вышло. Собирателю Яну не хватило буквально одной песчаной меры. Поэтому я не могу засчитать его результат и даже не буду производить подсчёт.

Дейя попыталась воззвать к справедливости, но у неё ничего не вышло. А я даже не стал ничего предпринимать. Здесь уже всё было понятно. Лиро смог надавить на старейшину Йорго. Смог получить результат, который устраивал его. Смог стать лучшим собирателем в этом цикле.

Да и у меня была причина, не отстаивать своё право.

Висящая за спиной корзина была намного тяжелее обычного. И только я знал, что находится в ней.

Глава 4

— Спасибо, что пыталась заступиться за меня, но не стоило. Не хватало ещё, чтобы Лиро нажаловался отцу и тот взял дядю Рена в следующую вылазку в качестве носильщика. Всё же ты обозвала его пустоголовым зергом. — сказал я насупленной Дейе, когда старейшина Йорго отошёл от меня.

— А ещё добавила, что он такой же, как и отец. Один в один. Если потребуется, я скажу это в лицо Айрону. То, что он смог собрать пять созвездий, не означает, что все в поселении должны ползать перед ним на коленях. А тем более перед его сынком, по которому плачет палка старейшины Йорго. — выпалила девчонка, даже не пытаясь говорить тихо. Поэтому её слышали практически все, включая Лиро и старейшину.

Теперь я был уверен, что Айрон обязательно узнает о словах Дейи. Если не Лиро, то расскажет кто-нибудь из присутствующих. Никто не упустит возможности получить лишний кусок свежего мяса и выслужится перед будущим главой поселения.

Я уже было собрался отчитать Дейю и оттащить её отсюда, пока она не сказала ещё чего-нибудь подобного, но раньше этого к нам подошла Шарли. Она молча схватила меня за запястья и вывернула руки, чтобы осмотреть мои многострадальные ладони.

Я и сам не видел их после того, как оказался на земле. Скольжение по шершавым камням явно не могло помочь заживлению. Вот только ладони были практически целыми, когда Шарли плеснула на них специальным раствором, который смыл засохшую кровь.

— Много яда нахватался? — принявшись пристально рассматривать мои ладони и даже принюхиваться к ним, спросила знахарка.

Я видел в её коробе пузырёк с противоядием. Всего пара глотков и можно не беспокоиться о возможных проблемах.

— Ты сама видела, что я хватался за побеги скальника. Противоядие точно не будет лишним. Ещё заметил, как под кожей промелькнули несколько чёрных полос, когда случайно раздавил перезревшее семя.

Шарли тут же уставилась на меня. Даже показалось, что сейчас отвесит подзатыльник. Уж слишком она любила это делать, когда к ней приносили очередного собирателя, что не смог правильно определить перезревшее семя во время наших немногочисленных тренировок.

Это наверху у такого бедолаги практически не будет шансов на спасение. А здесь, внизу мы всегда успевали к Шарли. Она уже давно грозилась, что оторвёт уши старейшине Йорго. Это для нас он был старейшиной, а для знахарки младшим братом, которого всё ещё нужно учить уму-разуму.

— Ты уверен, что видел именно чёрные полосы? Не могло тебе показаться? Ветер поднял побег скальника и на руку просто упала тень? Или может, какая букашка мимо пролетела?

— Точно ничего не было. Словно чёрная волна прошла под кожей и скрылась под рубахой.

Шарли больше не стала ничего слушать и одним рывком разорвала рукав, принявшись за осмотр. На мой недовольный возглас она даже не обратила внимание. Этой рубахе не было ещё и цикла. В ней и прорех-то почти не было. Каждую маленькую дырку я тут же пытался заделать. А тут рукав разорван до плеча.

Придётся теперь ещё и к Дагле идти на поклон. Просить, чтобы она починила рукав. Сам я точно не смогу с этим справиться. А про моих стариков и говорить нечего. Грегори с трудом поднимает руки, чтобы умыться. А Дрейк и вовсе только и может, что глазеть в потолок. Даже голову сам не в состоянии повернуть.

Вспомнил о стариках и тут же захотелось вернуться домой, проверить, как они там. Всё ли правильно делает Лейла, которую совет старейшин выделил моей семье в качестве сиделки? Всё же старик Грегори был единственным, кто мог не только рассказать о пути, но и показать верную дорогу для любого, кто способен сделать первые шаги навстречу к звёздам.

Всем, кроме меня. Мне он так и не смог указать верный путь. Но после того, как всё вышло с Клыком, я уверен, что смогу найти этот путь и сам. Пусть на это и потребуется гораздо больше времени, чем остальным. Но я всё равно не отступлю. Я обещал Дейе, что стану самым сильным идущим в Безмятежном и смогу вытащить её из этой западни. Мы вместе поступим в лучшую школу континента и станем самыми великими идущими в мире.

— Да не дёргайся ты так, словно огненного червя в штаны засунули. — рявкнула на меня Шарли. Отчего Дейя подпрыгнула и вздрогнули все, кто находился на расстоянии в пару десятков шагов от нас. Я же замер и позволил знахарке закончить осмотр.

Делал она это, постоянно что-то приговаривая себе под нос. Но так было всегда, сколько я её знаю. Пусть Шарли и вела себя всегда очень странно, она отлично знала своё дело. Каждый в Безмятежном был обязан знахарке жизнью. Без её знаний и умений поселение уже давно бы исчезло, вместе со всеми его обитателями.

— Что с ним? — раздался голос старейшины Йорго.

Я даже не заметил, когда он успел к нам подойти. Видимо, закончил награждение победителей и теперь пришло время заняться неудачниками.

— На удивление ничего. — хмыкнула Шарли, продолжая осматривать мою руку. — Все повреждения на ладонях уже практически исчезли. А следа от яда и вовсе нет. Хотя парень и говорил, словно видел чёрную волну под кожей, что начала подниматься по руке. Единственное, что я здесь вижу — это слегка изменённый цвет кожи. Это, скорее всего, вызвано чрезмерным употреблением медовых листьев.

Я тут же посмотрел на Дейю и отрицательно покачал головой. Девчонка мне точно не простит того, что я ел лакомство без неё. Да и не было этого. Последний раз я позволял себе сладости больше двух средних циклов назад. Когда охотники вернулись с богатой добычей и всем собирателям выдали по десять лепестков. Пять я отдал Дейе, по два старикам и всего один съел сам.

— Ты уверена? Видела, как он скакал по побегам скальника, словно лысая обезьяна? — не у одного меня появилось такое сравнение. — Мало того что должен был нахвататься яда, так он потом ещё и ладони о Клык должен был до мяса стереть. Да и пальцы переломать, когда останавливался. Или руки вывихнуть. Первый рывок был очень сильным. Не зря же я велел подготовить сети? Хорошо, что не пригодились.

— Сам посмотри. — схватив меня за руку и сунув её под нос старейшине, раздражённо произнесла Шарли. — Может на тебя сегодня снизошло озарение и ты познал великие тайны искусства исцеления? Я тогда, наконец, смогу уйти на заслуженный отдых и провести оставшиеся мне дни в спокойствии?

Уважаемый Йорго ничего не ответил на это, а лишь отрицательно помотал головой. Посмотрел на Дейю, которая стояла уперев руки в бока и тяжело дышала, явно собираясь высказать старейшине всё, что она о нём думает. Но слушать её и тем более воспринимать всерьёз старик не собирался. Вместо этого он обратился ко мне.

— Ян, ты нарушил сразу несколько правил. Сперва схватился за побеги скальника и стал карабкаться по ним, рискуя повредить и оставить поселение без жизненно необходимого ресурса. А затем ещё и поднялся в запретную зону.

— Но я же вернулся и всё в порядке. Да и ни один побег не был повреждён! — возмутился я таким поворотом событий.

Хотя и понимал, что старейшина прав. Просто за его спиной я заметил ухмыляющегося Лиро. Должно быть, это снова его рук дело. Никак не может смириться с тем, что я лучший сборщик в поселении. И обойти меня он смог лишь вот такими нечестными методами.

— Тем не менее правила были нарушены. За это ты должен понести наказание. Завтра, после полудня оправишься к Финиасу и скажешь, что будешь помогать ему малый цикл.

Не самое плохое наказание. Всего лишь семь дней провести в зверинце, разнося еду якам и убирая за ними дерьмо. Пусть остальные и считали, что это самая отвратительная работа, что только может быть. Но для меня гораздо хуже было следить за младшими детьми, или таскать воду для полива.

— В таком случае и меня отправьте. Я сегодня совершила не менее тяжёлый проступок. А если вам этого недостаточно, то могу ещё сказать, что и вы старейшина Йорго — тупоголовый зерг.

И снова Дейя перегибает палку. Лезет туда, куда её никто не просит, и сама нарывается на неприятности.

— Не забывайся девчонка. — осадила Дейю знахарка. — В Безмятежном только я имею право называть этого тупоголового зерга так. А раз ты так хочешь убирать дерьмо за яками, то я не откажу тебе в этой просьбе. Может, хоть там ты сможешь понять, что нужно следить за своим языком. Да и с твоим отцом я поговорю, когда он придёт ко мне за эликсирами. Как раз они уже должны закончиться на днях.

Дейя кивнула и широко улыбнулась, получив желаемое. Затем она показала мне язык и побежала в центр поселения, где и располагались жилые дома. Всё же сегодня девчонка смогла занять третье место и также не осталась без награды. Пусть и не целый набор усиливающих зелий, а всего одно. Но и оно поможет Дейе занять место среди самых полезных жителей Безмятежного. А возможно и стать одной из охотников, как она всегда хотела.

— Съешь три листа уртиги и ей же отходи себя хорошенько по рукам. К завтрашнему утру всё должно пройти. — сказала мне знахарка.

Старейшина Йорго с удивлением посмотрел на сестру, но больше не стал подвергать сомнению её слова.

— Благодарю тётушка Шарли. И прошу прощения, что из-за меня вам пришлось прийти сюда.

Все в Безмятежном прекрасно знали, что знахарка терпеть не может выходить из своего дома и оставлять без присмотра столько целебных трав.

Но на самом деле она просто не очень ладила с людьми. Поэтому предпочитала сидеть в окружении своих трав и эликсиров.

Об этом нам по секрету рассказал старйшина Йорго. Когда после очередной тренировки сразу два собирателя оказались отравлены и пришлось нести их к Шарли.

В тот раз мы столько всего услышали о себе, о старейшине и вообще обо всех тупоголовых зергах, что согласились остаться в этом проклятом месте и даже не попытались сломать преграду. После этого мы начали расспрашивать старейшину, о чём говорила его сестра. И он рассказал нам о том, что Шарли очень трудно сходиться с людьми. Единственный, с кем она ведёт себя вполне нормально это он.

Только мне кажется, что это совсем не так. С братом Шарли обращается намного хуже, чем с остальными. Хотя сейчас знахарка никак не отреагировала на мою благодарность. Быстро развернулась и поспешила в свою хижину. При этом я слышал, как она не переставала говорить о тупоголовых зергах и проклятом месте, где даже самые обычные растения превратились в смертельную опасность.

Я даже пропустил тот момент, когда старейшина Йорго положил руку мне на плечо и попытался заглянуть в корзину с добычей. Лишь в последний момент успел вывернуться и сделать так, чтобы корзина осталась закрытой.

— Раз сегодня мне не разрешили принять участие, то и сдавать семена я не стану. Сам дома всё пересчитаю и завтра принесу. Знаете же, что мне они без надобности. Всё равно не смогу приготовить эликсир. А так хоть старикам покажу, что за штука позволяет им жить в оазисе. За всё время, что я забираюсь на Клык, так ни разу им ничего и не показал.

Старейшина посмотрел на меня, как-то странно. Словно он знал, что под тканью в моей корзине лежит нечто особенное. Но этого точно не может быть. Даже я не способен хорошо видеть на таком расстоянии. А чего говорить про старика, который не обладает моими способностями?

Скорее всего, я первый, кто решил отнести собранные семена домой, чтобы показать близким. Да и зачем это делать, когда любой желающий может прийти к Шарли, или на склад к Стриколу и взглянуть на них? В семенах нет ничего особенного. Небольшие, чёрные, овальной формы, слегка приплюснутые с одного конца.

Именно с этого конца и прорезается росток, чтобы дать жизнь новому побегу скальника. Вот только вырастить таким способом его у нас не получается. Все побеги гибнут через один цикл, так и не дав урожая. И никто не может понять в чём причина.

Самые знающие в растениях говорят, что всему виной отсутствие чего-то, что позволяет сформироваться корням скальника. Элемента, который есть только на вершине клыка. Того самого сердца растения, из которого оно и появилось.

Поэтому старейшины и хотят заполучить уже взрослое растение. Корневая система там уже сформирована и есть большая вероятность, что благодаря этой корневой системе удастся начать разведение этого жизненно важного растения на огородах поселения.

— В таком случае жду тебя завтра. Не забудь прийти с рассветом. Необходимо установить леса на место и обработать первый приют. Да и убрать все испорченные семена, что ты оставил на втором. А ещё проведём общую тренировку. Многие собиратели отлично показали себя, но были и те, кто не смог преодолеть барьера второго приюта. Чтобы выжить, нам необходимо как можно больше собирателей. К сожалению, мы крайне ограничены в этом. — старейшина Йорго тяжело вздохнул.

Это он делает всегда, когда речь заходит о том, что слишком мало рождается детей. Слишком мало появляется новых собирателей.

За последний цикл в Безмятежном появился всего один ребёнок. Всего один потенциальный собиратель. Если так и дальше будет продолжаться, то уже через семнадцать циклов поселение останется без собирателей. А значит, и без семян скальника.

Если к тому моменту нам не удастся начать разведение скальника в Безмятежном, то поселение исчезнет. А все его жители погибнут в страшных муках.

Это больше всего и пугало старейшину Йорго. Сам он уже был стар и прожил хорошую жизнь. Но у него были дети и внуки. Как раз внучка старейшины и родила единственного ребёнка в прошлом цикле.

— А ещё мы вновь попытаемся зажечь звезду у тех, кто этого ещё не сделал. — продолжал говорить старейшина.

На этот раз он говорил лишь обо мне. Даже самые младшие дети в Безмятежном, которым исполнилось по пять полных циклов, сумели зажечь свои первые звёзды. Некоторые даже по несколько штук. А тот же Лиро и вовсе очертить уже три полных созвездия. Восемнадцать пробуждённых звёзд. Это гораздо больше, чем у подавляющего большинства жителей Безмятежного.

И лишь у меня никак не получалось зажечь свою первую звезду. Звёзды не хотели разговаривать со мной. Не хотели открывать свои тайны и давать возможность заглянуть за горизонт. Не позволяли увидеть свою первую звезду и зажечь её во внутреннем мире.

В поселении не было ни одного человека, за исключением младенца Сохо, кто не смог очертить первое созвездие. И делали они это ещё в детстве. Пусть дальше у некоторых получалось зажечь после этого всего пару звёзд, а у кого-то и вовсе не одной, но первое созвездие было у всех.

Первозданную тьму их внутреннего мира озарял свет звёзд, позволяющий обращаться к ним за силой. Вбирать в себя их энергию, для того чтобы раздвигать границы собственных возможностей. Что позволяло организму любого живого существа, становиться гораздо сильнее и крепче.

Вот только моё тело и без зажжённых звёзд ни в чём не уступало даже охотникам. Порой я тайком подкрадывался к тренировочным площадкам и наблюдал за тем, как охотники готовятся к выходу за пределы защитных формаций.

Я могу повторить все упражнения, что они делают. Могу также высоко и далеко прыгнуть. Также быстро бежать. И даже могу поднять те же тренировочные камни, что и охотники. Но это касается лишь новичков. Как раз тех, кто только очертил своё первое созвездие.

Те, кто справился со вторым, уже превосходят меня во всём. Здесь я им не соперник. А про отца Лиро и говорить нечего. Пятое созвездие — это невероятная сила. Айрон может создавать самые сильные и сложные обращения.

Именно у него я подсмотрел тот трюк, что позволил мне не разбиться о камни во время падения, а притянуть тело к скале. Я лишь немного изменил его, подстроив под себя и Клык. Таким способом Айрон притягивал своё оружие.

Я видел это множество раз, когда сильнейший идущий Безмятежного показывал свою силу. А делал он это каждый раз, когда оказывался в поселении.

Понятия не имею, для чего это делалось. Может, чтобы ни у кого не возникало сомнений в том, кто должен стать главой поселения? Или для того, чтобы люди видели насколько силён наш главный защитник? А может, просто для того, чтобы и остальные захотели стать такими же сильными? Уметь делать всё, что показывает Айрон? Охотиться на сильных зверей и защищать поселение от их набегов?

Мне всегда нравился именно этот трюк, с притягиванием оружия. У Айрона получалось притянуть копьё, когда оно лежало в сотне шагов от него. Сперва я смотрел только на оружие. Как оно летит, порой даже огибая препятствия. Как оно стремится на зов своего хозяина. И всегда мне казалось, здесь что-то странное.

Копьё всегда летело наконечником вперёд. А когда оказывалось в непосредственной близости от Айрона, то резко останавливалось, словно столкнулось со стеной и разворачивалось древком к своему хозяину, чтобы ему было удобно его взять.

Я видел это сотни раз, прежде чем решил смотреть не за копьём, а за самим Айроном. Сперва ничего не видел. Может, потому что был невнимательным. А может, из-за того, что не знал, на что именно необходимо смотреть.

Я даже подходил с вопросами к самому Айрону и ко всем учителям, что учили нас обращению к звёздам. Но все они говорили лишь одно, что мне слишком рано думать об этом. Сперва необходимо зажечь хоть одну звезду. Почувствовать в себе её свет и силу, что она принесёт с собой.

И даже старик Грегори говорил мне то же самое. Хотя он и считался лучшим в поселении по обращениям. Именно благодаря моему старику и его наставлениям, Айрон и смог подняться так высоко.

Но раз никто мне не хотел рассказывать, как это сделать, я стал ещё внимательнее наблюдать за главой охотников. За его руками. И использовал я для этого все возможности своего тела. Это принесло плоды примерно через пару средних циклов.

Я вновь сидел на широкой ветви единственного во всём поселении дерева и наблюдал за Айроном. Вот он показывает всем своё копьё. При этом его ладони проходят по всей длине древка и даже металлическому наконечнику, в виде листа растения, которого я никогда не видел в окружающих Безмятежный джунглях.

Старался смотреть даже не моргая, чтобы ничего не пропустить. Глаза были сильно напряжены, и сперва я подумал, что мне показалось, когда между ладонями Айрона и древком смог различить лёгкое свечение. Словно луч уже заходящего солнца попал в каплю воды.

Это было только начало. Дальше я всё чаще и чаще стал замечать подобные отсветы. Пока в один миг для меня они не слились в мерное бледно-жёлтое свечение, что исходило от рук Айрона. Он планомерно покрывал этим свечением древко копья. А затем и наконечник.

В итоге копьё полностью было покрыто силой Айрона. И он не воздействовал на копьё, он возвращал свою силу, которая заключила оружие в кокон и просто тащила его вместе с собой. Только проблема была в том, что я не мог это повторить. Ни одной звезды так и не было зажжено в моём внутреннем мире. А про очерчивание созвездия и говорить нечего.

Первое состояло всего из трёх звёзд. Самое простое, которое могут зажечь практически все уже к своему пятому циклу.

Все, но не я.

Единственное, что я мог делать — представлять, как делаю то же самое. Как из моих рук выходит мерное свечение и передаётся другим предметам. Палкам, камням, не важно.

Я пытался повторить это раз за разом, порой проводя за этим занятием ночи напролёт. Я даже сперва не поверил, когда получилось это сделать. Крошечная искра силы вырвалась из моих ладоней и впиталась в камень, что лежал передо мной в тот раз.

После этого я сотни раз пытался повторить обращение с другими предметами, но лишь камень принимал мою силу. И Клык так же не отказывался от неё.

Мгновенно передать свою силу Клыку и тут же начать забирать её. Именно это помогло мне так быстро спуститься и не разбиться при этом в лепёшку.

Эти мысли заставили меня отвлечься от разговора со старейшиной Йорго и я пропустил большую часть того, что он сказал. Но вот его последние слова перед уходом я расслышал очень отчётливо.

— Не всегда поражение приводит к краху. А победа оказывается тем, что нам действительно нужно. Жду тебя завтра с восходом. А после полудня ты отправишься к Финиасу.

Глава 5

Поклонился старейшине и поспешил домой. Но по дороге изменил планы, когда встретил Лейлу и узнал, что со стариками всё в порядке.

После этого я направился к огромному исполину, что высился над поселением, укрывая его часть своей густой кроной. На ту самую ветвь, с которой я наблюдаю за демонстрацией способностей охотников. Сейчас там точно никого не будет.

Не знаю почему, но кроме меня, на его ветви забиралась только Дейя. Все остальные дети, взрослые, даже звери, насекомые и птицы, обходили дерево стороной. Там в густой листве возможно спрятаться от чужих взглядов и спокойно разобраться с добычей, что я сегодня получил.

Дерево находилось в центре поселения. Дорога туда пролегала мимо ремесленных дворов, огородов и жилых домов, которые как раз и располагались ближе к центру.

Если смотреть на поселение со второго приюта, то больше всего оно походило на большую спираль, расширяющуюся с каждым новым витком. И начиналась эта спираль с поляны, на краю которой и рос исполин. А заканчивалась ремесленными дворами и огородами, где работала большая часть населения Безмятежного.

Поселение было специально возведено таким образом, чтобы максимально обезопасить его жителей. Даже когда сквозь защитные формации прорывались редкие звери, они не могли забраться дальше огородов и ремесленных дворов. Между каждым новым витком были установлены заграждения. И чем ближе к жилым домам, тем эти заграждения были выше.

Возле жилых домов ограды достигали высоты в три моих роста. Здесь забор был самым толстым, сделанный из стволов деревьев, раньше росших на месте поселения. Из этих же деревьев, но более тонких были сложены наши дома. Толстые стены были не нужны в Безмятежном. В оазисе никогда не было холодно. Даже по ночам порой дышалось слишком тяжело и хотелось подняться до второго приюта. Там воздух всегда был свежим.

Оказавшись возле исполина, я забрался на него и укрылся в ветвях, предварительно убедившись, что никто этого не видел. И только тут позволил себе развязать шнурок, удерживающий корзину.

Подставив руку за спину, я аккуратно поймал непривычно тяжёлую корзину и поставил её перед собой. Ткань уже слезла, что позволило спокойно разглядеть добычу. Императорское семя, спрятанное под защиту такой же императорской оболочки. Сама коробочка была обвита тонкими побегами скальника, словно венами.

Если изначально она была бледно-розового цвета, как и у обычных семян, то сейчас стала кроваво-красной, напившись моей крови.

Ещё раз посмотрел на руки, на которых остались лишь редкие, тёмные точки, показывающие, куда вонзались иглы скальника. Да и кожа прилично успела загрубеть, утратив розовый цвет. Сейчас даже нельзя было сказать, что несколько тысяч вдохов назад я практически полностью содрал кожу с ладоней.

Неужели это всё из-за того, что мне удалось повторить трюк Айрона трижды? Так действует выпущенная из тела энергия звёзд? В таком случае, почему охотники получают раны? Почему они не могут исцелить их на месте?

Столько вопросов появилось. Но они подождут. Сейчас гораздо сильнее меня интересовало императорское семя. Если уж его оболочка так напиталась моей кровью, что даже изменила цвет, то что стало с самим семенем? Да и как оно вообще выглядит?

Аккуратно достал коробочку и положил её на расстеленную тряпицу. При прикосновении к коробочке мне показалось, что она слегка нагрелась. И словно что-то потребовала от меня. Но через мгновение это чувство пропало. А я запустил пальцы в корзину, раздвигая семена скальника.

Хорошо, что у всех собирателей в корзинах лежит острый камень. Порой всё же приходится срезать пострадавшие побеги скальника. В случае, если не успели вовремя уничтожить испорченное семя, и болезнь не распространилась слишком далеко, можно попытаться спасти часть побега. Только здесь уже нельзя прибегать к помощи огня. Необходимо просто отрезать повреждённую часть.

Камень нашёлся на дне корзины, под десятками мелких семян. Обычно такие резаки выдают собирателям во время их первого подъёма. Камень, с которым хожу я, достался мне от Айро. И добыл он его в запретной зоне. Во время своего пробного подъёма перед экспедицией.

И я до сих пор не могу понять, как у него получилось это сделать.

Этот камень отличался от остальных своей прочностью и остротой. Если другие собиратели меняли резаки чуть ли не после каждого обрезанного побега, то мой за два больших цикла даже и не подумал затупиться. Вот и сейчас я был совершенно уверен, что он с лёгкостью справится с твёрдой защитной оболочкой императорского семени.

Камень был такой же светлый, как и запретная зона. Уже привычно он лёг в правую руку, и я осторожно, придерживая защитную оболочку, провёл по ней острым концом, и едва не упал с ветки, отдёрнувшись от брызнувшего в лицо сока. Или, вернее, сказать крови.

Именно на кровь больше всего была похожа эта жидкость. Ярко-красная, тягучая и слегка тёплая. Но первый испуг прошёл, а интерес стал ещё больше. Понятно, что это не кровь, а всего лишь сок. Не может быть у скальника крови. Это же не кожедёр, который срывает со своих жертв кожу и впитывает кровь. Да и у кожедёра уже через несколько тысяч вдохов невозможно найти кровь. Она полностью перерабатывается, давая растению пищу, необходимую для дальнейшего роста.

На удивление коробочка оказалась очень крепкой. Я лишь разрезал один из жгутов — вен, даже не добравшись до оболочки. Второй разрез смог оставить глубокую царапину уже на самой оболочке. Но снова она устояла. Выступило лишь несколько капель сока, которые я стёр тряпицей.

Похоже, мне придётся постараться, чтобы добраться до императорского семени. Время ещё было. Солнце только поднялось над центром поселения, а значит, у меня есть как минимум восемь тысяч вдохов до наступления темноты. Потом быстро вернуться домой и проверить стариков. И после этого ещё как минимум пять тысяч вдохов до утренней тренировки. А затем отправиться к Финиасу, обрадовать его новым помощником. Вернее, сразу двумя.

На двести восемьдесят седьмом разрезе оболочка, наконец, поддалась и разъехалась по сторонам. Но разрез оказался совсем маленький. Не больше обычного семени скальника. Поэтому увидеть, что находится внутри мне так и не удалось. Но ничего теперь должно быть гораздо проще. Осталось только засунуть край камня в разрез и постепенно расширять его. А когда он окажется достаточно большим, попытаться разорвать оболочку пальцами.

* * *

Я даже и не заметил, как солнце стало клониться за высокие деревья, окружающие Безмятежный. А на поляне под деревом стали собираться жители поселения, что было довольно странно. Обычно они собирались здесь только в особых случаях. Таких, как возвращение охотников.

Не думал, что они так рано вернутся. Но пока я не видел никого из главных добытчиков пропитания Безмятежного. А дыра, проделанная в коробочке, была уже достаточно большой, можно попытаться просунуть туда пальцы. Необходимо спешить, если я хочу узнать, что же послужило поводом для общего собрания.

На поляне не было видно только младших детей. Тех, кто ещё не встретил своего десятого цикла. А ещё не увидел никого из старейшин. Что было довольно странно.

С трудом просунув самые кончики указательных пальцев в получившуюся прореху, я ощутил нечто странное. Словно коснулся кожи человека. Внутри было что-то такое же гладкое, мягкое и тёплое. Теперь не было никаких сомнений. В первый раз мне не показалось, что от коробочки исходит тепло.

А ещё, когда пальцы коснулись этого тепла, по всему телу побежали мурашки. Словно я вошёл в ледяное озеро, в которое ниспадал водопад у самой границы Безмятежного. Именно озеро позволяло нам выращивать пищу, пить вдоволь и мыться, когда захотим.

Руки напряглись, и я стал изо всех сил тянуть пальцы в разные стороны. Раздался едва слышный треск, но разрез не увеличился ни на волос. Значит, необходимо тянуть ещё сильнее и не останавливаться, когда почувствую, что достиг предела.

Ещё одно усилие и на этот раз я держал его так долго, как только мог. Пальцы побелели и их начало колоть, словно схватился за усеянный шипами побег скальника. Но это даже хорошо. Ещё немного и я перестану их совсем ощущать. А так можно тянуть с ещё большей силой. По, крайней мере, мне так кажется.

Через два десятка вдохов я положил коробочку и вытащил пальцы. Края разреза замялись внутрь и так прореха казалась намного больше. Но я прекрасно знал, что она не стала больше. Моих сил явно не хватало, чтобы разобраться с защитой императорского семени. Оставалось только одно — попробовать повторить ещё один трюк, показанный Айроном и другими охотниками.

Они могли делать свои руки и пальцы настолько сильными, что с лёгкостью разбивали и протыкали толстые камни. Если я смог повторить трюк с передачей своей энергии, а затем её притягиванием, то и это у меня должно получиться.

Правда, на то обращение у меня ушло больше десяти средних циклов. А сейчас есть всего несколько сотен вдохов до того момента, пока солнце окончательно не скроется за деревьями и на поселение опустится темнота. До её наступления я должен слезть с исполина. Иначе придётся сидеть на нём до утра. А мне ещё необходимо позаботиться о стариках. Покормить их и проверить, чтобы приняли эликсир энергетического спокойствия. Уже прошло три дня с последнего приёма. А тянуть с этим делом нельзя.

Это молодые могут обходиться и малый цикл без эликсира, а чем старше становишься, тем чаще необходимо помогать телу справляться с буйством энергии, окружающей Безмятежный.

Поэтому нужно спешить. Сам не знаю почему, но я был уверен, что если сегодня не смогу пробраться сквозь защиту семени, то завтра уже будет слишком поздно.

Теперь осталось только вспомнить, как это делал Айрон?

Пальцы вновь оказались на краях разреза, но на этот раз я даже не думал напрягаться. Наоборот, я максимально расслабился. Именно так делал Айрон каждый раз перед тем, как использовать обращение. У него на это уходило буквально одно мгновение. Так быстро, что практически ничего нельзя было разглядеть. Но у меня всё же получилось. Получилось разглядеть, но не повторить скорость Айрона.

На Клыке мне потребовалось примерно двадцать вдохов, чтобы полностью расслабиться. Но там я висел на скале, державшись одними лишь руками, и расслабиться было крайне тяжело. Сейчас же у меня нет никаких осложнений. Нужно лишь закрыть глаза и отрешиться от всех звуков, что доносились с поляны, где собиралось всё больше и больше жителей Безмятежного.

Закрыв глаза, я очутился в полной темноте. Там, где должны гореть звёзды, которых у меня не было. Там, откуда любой идущий черпает силу для обращений. Там, где он совершенствуется.

Сейчас для меня это было очень легко. Я научился попадать сюда с первого раза. Хоть никто мне и не верил. Все говорили, что раз я всё ещё не смог зажечь ни одной звезды, значит, и не могу входить в свой внутренний мир. Якобы стоит только это сделать, и первая звезда загорается сама.

Только у меня ничего не загорелось. А во внутренний мир я могу входить без каких-либо проблем, что постоянно описывает каждый, кто пытается научить меня это делать. Я даже перестал обращать внимание и пытаться доказать, что мне это не нужно. Пускай себе на здоровье тратят время.

Сам я в эти моменты отправляюсь во внутренний мир и пытаюсь вспомнить в мельчайших подробностях, что делает Айрон во время демонстрации своих возможностей. И сейчас я оказался здесь, чтобы обрести покой перед попыткой создать обращение. Попытаться повторить то, что делает отец Лиро. Заставить выплеснуться мою внутреннюю энергию в соответствии с его действиями.

Вокруг была непроглядная темнота, но она совершенно не пугала меня. Наоборот, она успокаивала. Давала понять, что здесь я главный. Я могу победить любого противника, что скрывается в этой темноте. Ведь это была моя тьма. Тьма, что есть внутри любого человека. Только без света звёзд, что разгоняет тьму и даёт людям силы.

Спокойствие пришло, и я отправился в реальный мир. Чтобы, испугавшись, едва не свалиться с ветки. Схватился за неё в последний момент и удержался каким-то чудом.

— Так вот ты где, а я всё поселение оббегала, — ударив меня по плечу, начала говорить Дейя.

И вот чего ей дома не сидится? Помогала бы отцу. Без жены ему тяжело следить за всем, да ещё и работать. Но нет, эта неугомонная пришла сюда. Да ещё и залезла ко мне.

Теперь придётся придумывать, как от неё избавиться. А мне не хотелось этого делать. Я уже привык к тому, что девчонка постоянно таскается со мной, и воспринимал её, как младшую сестру.

Благо, что сидел спиной к стволу, и Дейя не могла видеть, что я делаю.

— Дозорные видели охотников. Вот все и собрались на поляне. Я сразу же отправилась искать тебя, чтобы вместе посмотреть, какую добычу удалось получить на этот раз. Они же вернулись на целый малый цикл раньше. Значит, уже забиты под завязку. Даже представить не могу, кого такого большого они убили. Наверное, мяса будет вдоволь на всех.

Или они никого не смогли убить, а сами нарвались на слишком сильного зверя. И поспешили в деревню, чтобы залечивать раны. Но говорить Дейе об этом я не стал. Пускай девчонка думает о хорошем.

— Нашла меня и молодец. А теперь слезай и присоединяйся к остальным. Отсюда плохо видно. И вряд ли ты сможешь по достоинству оценить добычу охотников.

— То-то ты всегда сидишь здесь, когда они приходят, — тут же насупилась девчонка и едва не сверзилась вниз. Пришлось мне её ловить и стараться сделать так, чтобы Дейя не увидела коробочку с императорским семенем. Пока, просто накинул на него тряпицу.

— Ты же знаешь, что у меня очень хорошее зрение. Но даже я не стану здесь задерживаться. Уже начинает темнеть, а слезать отсюда в темноте слишком опасно. Я не хочу свернуть себе шею. Кто в этом случае в следующем цикле утрёт нос Лиро?

Дейя вцепилась в мою руку и вскарабкалась на ветку, усевшись за моей спиной. В таком положении она точно не увидит, что происходит на поляне. Да и тряпица отлично скрыта от неё.

— В следующем я и сама смогу это сделать. Мне и в этом не хватило самую малость. Всего шесть семян и тогда все зелья достались бы мне. Но это будет только в следующем цикле. А сейчас мне непонятно, почему ты не стал отстаивать своё право? Я уверена, что ты смог собрать больше семян, чем Лиро. Ведь ты их сейчас считаешь? — Дейя попыталась заглянуть мне через плечо, но увидела лишь корзину, накрытую тряпицей. — Обычно ты всегда стоишь до конца, если уверен в своей правоте, а в этот раз отчего-то решил согласиться со старейшиной. Хотя прекрасно знал, что был прав. Просто Лиро испугался и решил устроить эту подлянку…

— Ш-ш-ш, — зашипел я как можно громче, чтобы прервать нескончаемый поток слов.

В моменты, когда Дейя возмущена, она начинает тараторить без остановки. Прервать её в этот момент довольно сложно. И вот это моё шипение — один из самых действенных способов.

Понятия не имею, почему она сразу же успокаивается, стоит его услышать. Может, оттого, что именно так я успокаивал ту плачущую девчушку, когда только оказался в поселении?

Этот способ мне подсказал старик Грегори. Он говорил, что я был очень капризным малышом и только подобное шипение могло меня успокоить. Но, как оказалось, оно действовало не только на меня.

— Потому что я не хотел, чтобы у старейшины Йорго из-за меня были проблемы. Или ты думаешь, что Лиро не стал бы жаловаться отцу?

Почувствовал, как Дейя начала мотать головой, а сам в это время засунул руки под тряпицу и начал готовиться к созданию обращения. Раз решил не прогонять девчонку, то буду пробовать провернуть всё так. Уверен, что она ничего не поймёт в любом случае. Не умеет же она видеть сквозь людей? Думаю, что на это неспособен и самый сильный идущий.

— Сама же слышала, что после возвращения охотников старейшины хотят сделать Айрона главой Безмятежного. Вот и получается, что старейшине Йорго может попасть из-за меня. Я такого точно не хочу. Будь на его месте развалюха Альберт, и я обязательно стоял бы до конца.

После этих слов мне удалось сделать невозможное. Под тряпицей блеснула искра силы. Медлить было нельзя. Тут же ухватился за коробочку. Пальцы скользнули в прореху, и я резко дёрнул их в стороны.

Глава 6

— Ты чего творишь? — возмутилась Дейя.

На этот раз ей пришлось ловить меня. Я не ожидал, что стану настолько сильнее. Коробочка просто разлетелась на две половины, а я едва не полетел вниз.

Содержимое императорской коробочки осталось лежать под тряпицей, чудом оставшейся на месте, а вот корзина с семенами упала. До неё мне сейчас не было дела.

В наступивших сумерках я отлично выдел бугорок под тряпицей. И мне показалось, что он пошевелился, а сама тряпица пропиталась какой-то жидкостью. Срочно нужно заставить Дейю слезть вниз.

— Пришли! Пришли! Охотники вернулись с добычей! — закричал кто-то на поляне, и тут же поднялся всеобщий гвалт.

Я лишь мельком бросил взгляд в ту сторону, чтобы увидеть свет первых факелов. Люди собрались сегодня сидеть допоздна. Как же это не вовремя.

— Слышала? Слезай скорее и беги на поляну, а то пропустишь самое интересное. Наверное, охотники смогли убить вожака длиннорогов. Иначе зачем им так рано возвращаться? Ты хоть раз видела длиннорога? Видела, какие у него рога?

Я прекрасно знал, что Дейя не видела этого зверя. Да и я тоже. Лишь слышал рассказы старика Грегори. Рассказы о величественном звере, что ходит по густым джунглям оазиса и следит, чтобы там был порядок. Своими могучими рогами он способен победить любого противника, поэтому все звери боятся длиннорогов и считают их своими царями.

Охота на этих зверей очень опасна и наши охотники всегда избегают встречи с ними. Именно поэтому я и сказал про длиннорога Дейе. Все в поселении хотели посмотреть на царя зверей.

Вот и сейчас, стоило девчонке только услышать о длиннороге, как она тут же начала копошиться и слезать с исполина.

— А ты не пойдёшь смотреть? Сам же никогда не видел никого, кроме яков вонючего Финиаса да мелких птах, что кружат возле Клыка. А ещё тебе явно нужно отдохнуть, едва с ветки не свалился. Хорошо, что я тебя поймала.

— Сейчас тоже буду спускаться. Просто увидел жёлтого арха, а в сумерках перепутал его с рыжим, вот и испугался.

Этого Дейе вполне хватило, чтобы оставить меня в покое. Она прекрасно знала, как я отношусь к этим насекомым. Особенно к рыжим, чей укус очень болезнен, а ещё после него приходится несколько малых циклов ежедневно ходить к Шарли и пить крайне отвратительную настойку. И это даже мне.

Просто этот яд ослабляет человека. Делает его слабее вдвое. А особенно восприимчивых и вовсе превращает в беспомощных младенцев.

Хорошо, что Дейя не обратила внимание на то, что насекомые избегают исполина.

Убедившись, что девчонка слезла, я мельком бросил взгляд на поляну. Как раз в этот момент там появился Айрон. Он был один и без добычи. Да и выглядел наш главный охотник как-то странно. Но сейчас меня гораздо сильнее интересовала тряпица и то, что лежало под ней.

Осторожно взяв за край, я поднял её, но ничего не получилось. Тряпица осталась на месте, словно она приклеилась к дереву. Я даже опешил от подобного. Неужели вместо обращения силы, я вновь повторил первое? Заставил тряпицу и ветку притягиваться друг к другу? В таком случае, как мне удалось разорвать коробочку?

На поляне раздался крик. И как-то он совершенно не был похож на крик радости. Я вновь бросил быстрый взгляд туда и на этот раз увидел рядом с отцом Лиро ещё двух охотников. Одного звали Ригол. Именно он чаще остальных охотников баловал детей медовыми листьями. А вторым был Хердил, ближайший помощник Айрона. Его правая рука.

Оба охотника были покрыты засохшей кровью. Правая рука Хердила висела плетью, и мне показалось, что с кончиков пальцев у него капает кровь. А Ригол стоял лишь благодаря толстой палке, на которую он опирался. Выходит, что они действительно нарвались на сильного зверя.

В таком случае, почему они пришли сюда, а не отправились сразу к Шарли? Что-то я совершенно ничего не понимаю.

Попытался рассмотреть получше, что происходит на поляне, и в этот момент ощутил резкую боль в руке, которой держал край тряпицы. Словно кто-то вцепился в неё зубами. А ещё это было похоже на воткнувшиеся и выбросившие из себя яд иглы скальника. Вот только скальник никогда не пытался тянуть из меня кровь, как это я ощущал сейчас.

Выдернув руку из-под тряпицы, увидел нечто невообразимое. Крошечное существо, тело которого состояло из побегов скальника. Руки и ноги в виде плетей обхватывали мою ладонь. Голова в точности повторяла по форме семя скальника, увеличенное в несколько раз. Две крошечные красные точки глаз смотрели на меня, а острые зубы впивались в руку между указательным и большим пальцами.

Помимо этого, ещё с десяток игл, что вылезли из тела этого существа, вонзились в ладонь. Боль была вполне терпимой и поэтому я не проронил ни звука. Но в любом случае, закричи я сейчас во всё горло — никто бы этого не услышал. На поляне стаял оглушительный гул голосов, среди которых отчётливо выделялся голос Айрона.

— Погибло четыре охотника, а все остальные не остались без ран, но нам удалось справиться с хозяином западной части джунглей. Длиннорог пал от моего копья. Жители Безмятежного приходите все, чтобы посмотреть на зверя, что к звёздам был ближе любого из нас. Зверю, чья плоть позволит всем нам зажечь минимум по одной звезде. Что сделает нас ещё сильнее!

Понятия не имею, что произошло, но тело без моего ведома начало двигаться. Словно слова Айрона заставили его это делать.

Несмотря на то, что императорское семя по-прежнему висело на руке, я начал быстро спускаться. Огромным усилием воли заставил себя в последний момент схватить окровавленную тряпицу и перемотать ею ладонь. На это ушло всего пару вдохов. А потом я стремительно помчался вниз, совершенно не заботясь о безопасности.

Обычно путь вниз занимает у меня чуть больше сотни вдохов. Слишком гладкий ствол внизу исполина, а до ближайшей ветви необходимо подняться на двадцать шагов. Но подниматься всегда было быстрее, чем спускаться. К тому же сейчас сумерки практически перешли в ночную тьму. Пусть дерево и находилось совсем рядом с поляной, отсветы факелов до него практически не доставали. Он не мог пробиться сквозь спины окруживших охотников людей.

Буквально через тридцать вдохов я уже оказался на земле, осушив себе ноги от прыжка со слишком большой высоты. Но это не остановило тело, которое тут же рвануло к толпе и стало протискиваться ближе к охотникам, расталкивая всех на своём пути.

Со всех сторон на меня сыпались ругательства, но, слава звёздам, никто не решил проучить наглого мальчишку и не воспользовался силой. Сейчас я не смог бы даже защитить себя. И когда я смог добраться до передних рядов, понял почему.

Вот так проталкивался вперёд не я один. Все дети поселения в возрасте от трёх циклов и старше уже стояли в первых рядах. Взрослые обступали их со всех сторон, но не лезли вперёд. В центре этого собрания стоял Айрон со вскинутой вверх рукой. Из его руки вырывалось множество едва различимых тонких нитей, которые были соединены с каждым жителем Безмятежного.

Именно благодаря этим нитям глава охотников смог заставить моё тело двигаться самостоятельно. Да и все остальные не могли противиться этой силе. Он притягивал нас, словно оружие, окутанное коконом силы.

Лицо отца Лиро исказила чудовищная гримаса. Было видно, насколько тяжело ему даётся это обращение, но он не останавливался. Даже когда в задних рядах я смог разглядеть стражей, что следят за защитными формациями и охраняют границы Безмятежного. Следят за тем, чтобы ни один зверь не смог проникнуть в поселение.

Выходит, что сейчас границы без присмотра. И это перед наступлением темноты. Времени, когда начинают просыпаться ночные охотники. Как-то мне сразу стало тревожно. Наш дом был одним из первых после ремесленных дворов. И старики сейчас там одни. Если какой-нибудь зверь проберётся в дом, то они окажутся беззащитны перед ним.

— Достаточно, — раздался голос старика Грегори, и я открыл рот от изумления, когда он вышел в круг из-за спин охотников.

Впрочем, все присутствующие так же ахнули. Никто даже не пошевелился, хотя обращение Айрона уже отпустило нас.

Глава охотников опустил руку и едва не упал, но его успел поддержать Хердил, подставив здоровое плечо. Сильнейший охотник Безмятежного был полностью выжат обращением. И поддерживал он его чуть больше пятидесяти вдохов.

— Все вы уже слышали, что хозяин западной части леса пал от рук наших охотников, — начал говорить старик Грегори, даже не посмотрев в сторону обессилившего Айрона.

Его голос звучал необычайно звонко и бодро. Я даже припомнить не могу, чтобы он хоть раз так разговаривал. Да и случаи, когда старик Грегори поднимался с лежанки больше чем на полсотни вдохов, можно пересчитать по пальцам. К тому же, каждый раз он передвигался только с моей помощью.

А старик Дрейк и вовсе не вставал ни разу за всё время, что мы находимся в поселении. Он давал все свои наставления лёжа на шкурах, нашёптывая на ухо Грегори. Я просто не мог разобрать, что он говорит. Не помогала и моя способность усиливать восприятие звуков.

— Эта победа обошлась Безмятежному очень дорого. Погибли четыре отважных воина. Идущих, что не испугались выйти против зверя, многократно превосходящего их в возвышении. Но делали они это не просто так. Своими смертями они подарили всем нам надежду. Сила, содержащаяся в ядре хозяина, позволила нам вернуть малую часть сил.

Старик Грегори взял паузу, которую заполнила тишина. Были слышны лишь крики редких ночных зверей, что подобрались достаточно близко к поселению, да потрескивание факелов. А через мгновение тишину нарушил очередной удивлённый возглас. И сейчас люди были удивлены гораздо сильнее.

Рядом со стариком Грегори встал старик Дрейк. Он стоял очень уверено, выпрямив спину и сложив руки за спиной. Раньше я всегда думал, что Дрейк совсем небольшого роста. Просто он постоянно лежал, скрючившись, словно младенец. А обмывать его, менять одежду и делать какие-то целебные процедуры всегда приходила Шарли в сопровождении пары женщин, которым выпало ей помогать.

Меня в эти моменты всегда выгоняли из дома. Если, я там, конечно, был. Поэтому я впервые увидел старика Дрейка и удивился, насколько высоким он был. Оказалось, что он выше Айрона на целую ладонь. Плотный халат из выцветшей ткани, бывшей некогда ярко-синего цвета, был запахнут на левую сторону, тяжёлые рукава скрывали морщинистые руки. Нечёсаные волосы торчали во все стороны, а в бороде запутался какой-то мусор. Глаза старика Дрейка отражали пламя факелов. Отчего казалось, словно огонь горит непосредственно в них.

Всё это отвлекало внимание от чудовищной худобы Дрейка. Больше всего он походил на ходячий скелет. Была у моих стариков одна книга, в которой говорилось об этих созданиях и даже имелся рисунок. Вот только там ничего не говорилось о том, что скелеты умеют разговаривать. А Дрейк умел это делать. Впервые я слышал его настоящий голос. И был он под стать своему владельцу. Такой же старый, скрипучий и худой.

В нём не было той полноты, что секунду назад в голосе старика Грегори. Словно этот голос предназначался не для всех.

— У нас не так много времени. Всё же хозяин леса был лишь на середине своего становления и не успел развить ядро в достаточной степени. Примерно три средних цикла. Может, чуть больше. За это время мы постараемся сделать как можно больше, — после этих слов пола халата слегка дрогнула и раздался глухой удар. Старик топнул, и это простое действие заставило всех собравшихся сделать несколько шагов назад, увеличивая круг свободного пространства. — Каждый, кто слышит мои слова, должен сделать три шага вперёд. Неважно, стары вы или совсем молоды.

Старик повернулся вокруг себя, осматривая всех собравшихся. Показалось, что Дрейк уделил мне особое внимание, задержав взгляд значительно дольше, чем на остальных. Словно он ждал чего-то. Но я понятия не имею, чего именно? А когда сделал три шага, то увидел, как кончики старческих губ, покрытых глубокими морщинами, слегка дёрнулись.

Выходит, что мне не показалось и Дрейк надеялся, что я услышу эти слова. А как их не услышать? Пусть он и не говорил так же громко, как Грегори или Айрон, но я находился всего в нескольких шагах. На таком расстоянии я могу услышать, как в паре локтей под землёй копошатся черви. Если усилю слух, разумеется.

Вместе со мной вперёд вышли два десятка человек. Среди которых оказалась Дейя. Впрочем, здесь оказалось большинство собирателей. Даже самые старшие и уже давно не поднимавшиеся на Клык. Дочь кожевника Астра. Близнецы Йген и Трал, которым было всего по семь циклов. Старейшина Йорго. Отвечающий за хранение припасов Стрикол и его помощник Дарин. И три стража поселения: Логар, Свинур и Гавир.

Старик Дрейк удовлетворённо кивнул и вновь топнул. Толпа отошла ещё на несколько шагов, а мы остались стоять на прежнем месте.

— Все вы имеете талант к возвышению. Иначе даже не смогли бы услышать мой голос, — на этот раз голос Дрейка изменился. Приобрёл объём, наполнение. Из него исчезла хрипота. Он наполнился жизнью.

Но мне показалось, что только я смог уловить эти изменения. Остальные не сводили со старика глаз. Исключением был Лиро, который удивлённо таращился на меня, услышав про талант к возвышению. Хотя я тут был удивлён не меньше его. Какой талант может быть у человека, который не смог зажечь ещё ни одной звезды?

— А что такое возвышение? Кто-нибудь из вас может ответить мне на этот вопрос? — взгляд старика Дрейка вновь остановился на мне, но на этот раз он и не думал отводить его в сторону.

Вопрос был задан именно мне.

Глава 7

— Возвышение — это путь к звёздам, на который может встать каждый. Путь, который невероятно сложен и потребует от идущего отдаться ему полностью. Сперва отдать своё тело, сделав его твёрже стали, сильнее могучего водяного потока и быстрее молнии. За телом последует разум, что станет острее любого клинка и непоколебимее самой высокой горы. И в конце отдать душу. Слиться с силами Неба и Земли, чтобы получить возможность подняться к звёздам.

Что станет с душой — я понятия не имел. Как и то, кому всё это необходимо отдавать. Старик Грегори никогда не говорил об этом, изо дня в день повторяя эти постулаты в таком виде.

Он говорил, что это основополагающий текст для возвышения. Чем сильнее будет становиться идущий, тем понятнее для него станет каждое слово.

На мой вопрос, насколько глубоко он сам смог познать смысл этих слов, старик промолчал. После этого я спрашивал его трижды и каждый раз не получал ответа.

— Всё правильно, Ян. Это основополагающий текст для возвышения. Многие из вас уже слышали его, — все собиратели активно начали кивать. — Кто-то уже забыл о нём, — Стрикол лишь пожал плечами, — а кто-то слышит впервые.

— Это мы! — в один голос выпалили близнецы, чем вызвали улыбку на морщинистом лице Дрейка.

— Начиная с этого дня, каждый из вас должен выучить эти слова и повторять их минимум трижды в день. После того как открыли утром глаза. Перед тем как закрыть их на ночь. И в любое время в течение дня.

— Но зачем? — спросила Дейя. Мы все хотели услышать ответ на этот вопрос.

Я даже забыл, что на руке у меня находится императорское семя скальника и продолжает по-тихому посасывать кровь. Едва не сорвал тряпицу, которая начала мешать. Опомнился в последний момент и лишь прижал руку к телу, стараясь спрятать её от остальных. Сейчас сделать это было очень легко. Мои старики приковали к себе всеобщее внимание.

Вышедшие вперёд боялись отвести от них взгляд и пропустить что-нибудь важное. А тем, кто стоял позади нас, в любом случае было плохо видно. Разве что над головами младших собирателей. Но там моей руки точно никто не заметит. Гораздо сильнее мне нужно волноваться из-за стариков.

Сейчас они не выглядели теми развалинами, с которыми я живу уже пять больших циклов. В их телах появилась сила. Это чувствовали все жители поселения. Они сразу же признали главенство моих Грегори и Дрейка. И даже Айрон, который должен стать главой поселения, прислуживал им, собрав всех жителей Безмятежного.

После вопроса Дейи вновь повисла тишина. Даже не помню, в который уже раз за последнюю тысячу вдохов. Дрейк внимательно осматривал каждого из вышедших. На этот раз он уделил мне столько же времени, сколько и остальным. Даже показалось, что немного меньше.

Словно он изучал каждого из нас. Видел нас насквозь, но ещё раз хотел в чём-то убедиться. То же самое делал и старик Грегори. Только в его взгляде я заметил что-то странное. Словно в голове у него завелись звездоплавы: крошечные жучки, живущие в трухлявых пнях. Днём они спят, а с наступлением темноты выходят из своих убежищ и начинают устраивать пляски. При этом брюшко у звездоплавов слегка светится.

А если на небе висит полная луна, то свечение многократно усиливается. Один раз в средний цикл можно наблюдать, как в небе загораются тысячи новых звёзд. Начинают кружиться в причудливом танце, словно приглашая всех желающих присоединиться к ним. Встать на путь возвышения и идти по нему, несмотря на все трудности, что предстоит выдержать.

— Один из хранителей оазиса Безмятежности был убит. А это означает, что защитный барьер вокруг нашего пристанища стал слабее на четверть. Мы с Дрейком уверены, что рано или поздно найдутся идущие, что смогут пройти через ослабевший барьер. Мы можем лишь молиться звёздам, чтобы это были хорошие люди. Но полагаться лишь на милость звёзд нельзя. Мы должны иметь возможность отразить любое нападение.

— Для этого у нас есть стража и охотники, — выкрикнул кто-то из толпы, и его поддержали ещё несколько человек.

— Напомните мне, из какого места двигался ваш караван? — спросил Дрейк.

— Из небольшого городка близ Шепчущих водопадов, уважаемый Дрейк. — ответил старейшина Торк.

Среди остальных старейшин он занимал особое место. И к его словам прислушивались абсолютно все. Можно сказать, что сейчас именно он был главой Безмятежного.

Старейшина Торк всегда держался особняком ото всех, и поэтому я мало чего могу сказать про него. Лишь то, что именно он начинает выдавать продовольствие в случае нужды. И он распределяет людей на работы. Я ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь возразил старейшине Торку, как это делают с другими старейшинами. Особенно с Йорго. Ему повезло гораздо меньше других старейшин. Работать с детьми — настоящее наказание.

Именно так я думал, когда видел, как тяжело приходится старейшине Йорго. И с каждым днём моё уважение к этому человеку только росло.

— Хотите сказать, что он был настолько мал, и вы не знаете, что собой представляет хотя бы идущий двенадцати полных созвездий? Адепт, пикового уровня.

— Прекрасно знаем, уважаемый Дрейк. В нашем караване были люди, которые устали от несправедливости, что всегда преследует слабых идущих. Мы устали гнуть спину и бояться за свои жизни. Поэтому и отправились на юг искать лучшей жизни.

По площади разнёсся хриплый смех, который больше был похож на крик хищной птицы. От этого смеха у меня мурашки побежали по всему телу. И судя по тому, как начали ёжиться остальные, с ними произошло то же самое.

— Вы живёте в мире идущих. В мире, где от личной силы зависит место в обществе. Зависит, какие возможности откроются вам. Зависит сама жизнь. И теперь эта жизнь снова находится под угрозой. А лучший способ избежать угрозы — перерасти её. Стать сильнее! И именно этим мы теперь будем заниматься со всеми, кто вышел сюда. С завтрашнего дня начнутся ваши тренировки.

Дрейк замолчал, а мы стояли и боялись даже дышать. Каждый ребёнок в поселении мечтал о том, чтобы научиться драться. Но нам строго-настрого было запрещено это делать. Лишь достигнув пятнадцати полных циклов, можно было стать полноценным учеником охотников. И то лишь в том случае, если Айрон одобрит твою кандидатуру. За всё время, что мы живём в Безмятежном, такое случалось не больше десятка раз.

Сильнее всего нас наказывали именно за драки. Пару раз мне приходилось работать в зверинце средний цикл. Мой паёк был урезан до одной пустой похлёбки и пары кусков чёрствого хлеба в день. Было запрещено общаться с другими детьми и приходить на тренировки собирателей. Даже приближаться к Клыку было нельзя.

А всё из-за того, что Лиро сломал три пальца во время драки со мной. Правда, там ещё было несколько сломанных рёбер, разбитый нос, губы и порванное ухо. Даже уже не помню, из-за чего мы подрались. Наказали в тот раз не только меня. Лиро также пробыл в зверинце средний цикл. Только позже меня, сразу же как Шарли залечила все его повреждения.

Я же в тот раз обошёлся лишь ушибами, да синяками, которые сошли уже на следующий день.

Драться я, конечно, толком не умел. Просто беспорядочно махал ногами и руками, пытаясь повторить показанное охотниками на редких праздниках. Здесь Лиро был гораздо лучше всех среди молодого поколения. Айрон занимался с сыном. Хоть это и было запрещено. То, что происходит за стенами дома главного охотника, никого не должно волновать.

Особенности моего тела позволяли выходить из драк с Лиро не проигравшим. Но и победить мне так же не удавалось. Именно из-за этого он так и не любил меня.

Но наши разборки с Лиро сейчас не имели никакого значения.

Дрейк дал нам немного времени, чтобы осознать услышанное. Всего полсотни вдохов. Но и это было очень много. Я уверен, что даже близнецы, самые младшие из нас, поняли каждое слово, что произнёс старик.

— Первый шаг на пути к возвышению — это не зажечь звезду в своём внутреннем мире. — вместо Дрейка заговорил Грегори. — Даже не составить созвездие и заставить его подняться на небосвод. Первый шаг — это сделать своё тело готовым к возвышению. Познать первую ступень боевых искусств. Найти свой стиль и благодаря ему начать развитие. Развитие, как практика боевых искусств. Стать адептом боевых искусств. И только после того, как вы сможете достичь познания в этом искусстве, можно говорить о начале вашего пути, как идущего.

— А вы умеете драться? — робко произнёс Йген, младший из близнецов.

— Всем десять шагов назад. А вы трое, нападайте на меня и не сдерживайтесь, — вместо ответа сказал Дрейк, обращаясь к тройке стражей. Они стояли и переглядывались между собой, не понимая, что им делать. — Ну же, нападайте. Представьте, что я зверь, решивший, что в поселении можно поживиться человечиной и уже прорвался внутрь через все защитные формации. Не сдерживайтесь. А вы чего замерли? Я же сказал всем на десять шагов назад.

Тело словно вновь кто-то захватил, и оно само начало делать эти десять шагов назад. Теперь практически вся поляна была свободна. В центре образовавшегося пространства стояли мои старики и стражи. Грегори похлопал друга по плечу и также поспешил отойти. Я даже не смог углядеть, когда он оказался в первых рядах зрителей, на противоположной стороне поляны.

Только что стоял рядом с Дрейком, а через одно мгновение уже за два десятка шагов. Неужели он переместился при помощи обращения? Я слышал, что есть такие техники, способные делать тебя намного быстрее. Но то были лишь рассказы других мальчишек, а сейчас я сам убедился в их правдивости.

Засмотревшись на Грегори, я едва не пропустил начало поединка. Который закончился практически мгновенно, поэтому у меня были все шансы на это.

Вот стражники практически одновременно бросились на старика, которого до сегодняшнего дня и на ногах-то никто ни разу не видел. И вот в следующее мгновение трое крепких мужей разлетелись по сторонам.

Казалось, что Дрейк даже не сдвинулся с места. Но это было не так. Мне удалось уловить лишь начало движения старика. Настолько быстрым он оказался.

— Я ответил на твой вопрос, мальчик? — спросил Дрейк.

Йген кивнул и тут же поспешил спрятаться за брата. В глазах старика сейчас было нечто пугающее. Казалось, что он может убить любого из нас, лишь щёлкнув пальцем.

* * *

— В основе любого боевого искусства лежит движение. Движение создало само понятие боевого искусства. Именно поэтому мы учим вас в первую очередь двигаться. Двигаться правильно, а не как вы привыкли это делать. Совершенно не задумываясь о том, как вы ходите, поворачиваетесь, поднимаете руку, чтобы попить воды или почесать за ухом.

Учитель Грегори говорил это, прохаживаясь между своими учениками. И периодически пускал в дело тонкую веточку обычной листвянки, в ветвях которой так любят строить свои гнёзда голубые стрикуши. Совершенно обычное дерево и ничем не выделяющееся среди других. Оно не покрыто шипами, не выделяет яда или ещё какой-нибудь гадости. И вообще, безвредно для человека.

Вот только в руках Грегори веточка листвянки превратилась в оружие пострашнее плети кожедёра. Каждый её удар вызывал боль сильнее, чем от сотен уколов скальника. И боль эта не проходила мучительные сотню вдохов.

За пять дней, что прошли с начала тренировок, уже все ученики смогли сполна ощутить на себе действие чудовищной веточки. Особенно сильно доставалось троим. И я был в их числе. А ещё старик Йорго и Дейя.

Эти пять дней мы лишь учимся правильно стоять. Грегори показал нам всего три стойки. Базовые столпы, что должны стать основой для дальнейшего совершенствования. Именно от того, насколько хорошо мы сможем освоить эти стойки, зависит скорость дальнейшего обучения.

На удивление, лучше всех с этим справлялись близнецы. Хоть они и были самыми младшими из нас, но уже в совершенстве освоили первую стойку и практически справились со второй. Палочка учителя Грегори касалась их намного реже остальных.

— Просто они самые младшие и их тела гораздо лучше воспринимают любые изменения, — каждый вечер бурчал старейшина Йорго, которому стойки давались сложнее всего.

И если верить его словам, то и у Дейи не должно возникать особых проблем. Только девчонка пока плелась в самом хвосте. Она была лучше лишь Йорго и кладовщика Стрикола с его помощником. Но эти трое были самыми старшими из отобранных Грегори и Дрейком.

Я же, чтобы не расстраивать Дейю, на общих занятиях показывал, что так же не достиг особых успехов в освоении стоек. Моя поза всегда была чуть неправильной. Хотя на самом деле, уже в первый же день я смог повторить всё в точности, как показывал учитель Грегори. И не просто повторить, а почувствовать, как с каждым вдохом, что я проводил в стойке, тело становится легче, наполняется силой. Проходит усталость и, кажется, что готов стоять так десятки тысяч вдохов.

Правда, на следующий день я едва поднялся со своего лежака. Всё тело болело так, словно упал со второго приюта. И при этом несколько раз ударился о Клык, пока падал. Сперва даже не понял, что происходит, когда встал и от столь незначительного и уже привычного действия у меня начали дрожать ноги. Затем я поднял руку и тут же опустил её, со свистом втянув в себя воздух.

Тело превратилось в сплошной комок боли. Мышцы отказывались толком работать. А чувствовал я себя так, словно совсем не отдыхал.

— Хоть твоё тело и способно быстро адаптироваться к любым изменениям, но даже ему потребуется время, чтобы справиться с той силой, что начала вливаться в него, благодаря базовым стойкам. Ты разочаровал нас, Ян. Потребовалось больше пяти тысяч вдохов и два десятка ударов, чтобы ты смог освоить первую стойку, — раздался голос учителя Грегори, который заставил меня вздрогнуть.

Тело тут же прострелило резкой болью. Я попытался ответить, но вместо привычного голоса раздался едва различимый хрип. Правда, этого вполне хватило старику, чтобы понять меня. Словно я попал под ноги стада топтунов, когда они спасались бегством от хищника.

— После сегодняшней тренировки тебе станет легче, — усмехнулся учитель отчего я застонал. — Правда, при условии, что сможешь правильно повторить стойку и продержаться в ней минимум тысячу вдохов.

На этот раз старик уже не хмыкал, а рассмеялся в голос. Я же готов был швырнуть в него глиняную чашку, что стояла в дальнем углу дома. Но достать её сейчас я не мог, что злило меня ещё больше.

— Я не пойду. Я не могу.

На этот раз мне удалось произнести эти слова достаточно громко и отчётливо.

— В таком случае можешь больше не приходить на тренировки и вернуться к собиранию семян скальника. Если не можешь, а тем более, не хочешь, то тебе никогда не встать на путь возвышения. Этот путь лишь для тех, кто идёт к своей цели, несмотря ни на что. Невзирая на боль, страх, обиды. Всё это может встать на пути возвышения непреодолимой преградой. Поэтому ты и не сможешь стать идущим. Решил сдаться, когда ещё даже не начались трудности. Ты уже второй раз разочаровал нас, Ян. Сегодня ты остаёшься дома, чтобы прийти в норму, а завтра возвращайся к ползанью по скале.

После этих слов учитель Грегори ушёл. Я слышал, как хрустят под его ногами высохшие листья, принесённые ветром к нашему дому.

Слова учителя поразили меня. Даже не помню, чтобы хоть раз я так сильно на кого-нибудь злился. Даже Лиро не мог вызвать у меня таких чувств, что я испытывал сейчас. И злился я на себя. Учитель Грегори прав во всём.

Я всегда с открытым ртом слушал рассказы об идущих. О том, какие подвиги они совершают и с какими трудностями встречаются на своём пути. Но несмотря на все трудности, продолжают свой путь. Не сдаются, не пытаются оправдываться, а просто продолжают идти вперёд. Стремятся к звёздам, даже если знают, что следующий шаг станет для них последним.

А я решил сдаться, даже и не начав этого пути. Лишь оттого, что ломит всё тело.

И я ещё обещал Дейе, что стану самым сильным и вытащу её из западни Безмятежного…

Сам же не могу даже вытащить себя из дома, чтобы отправиться на тренировку. Злость на самого себя заставила меня сделать первый шаг. За ним второй и третий. С огромным трудом я вышел из дома и первым делом опустил голову в бочку с водой.

Прохлада прояснила мысли и прибавила сил. Пусть моё тело и отказывается двигаться, но я всё равно пойду на тренировку. Я не отступлюсь!

Пусть я и не смог до сих пор зажечь ни одной звезды, это не означает, что нужно сдаваться. У меня уже получилось создать обращение. Получилось выпустить внутреннюю энергию, которой и вовсе не должно быть.

Сделав несколько глотков, я выпрямился, чувствуя, как прохладная вода стекает по волосам, забирается под одежду и приносит облегчение, измученным мышцам. А теперь на тренировку. За опоздание учитель обещал десять ударов своей веточкой.

Но сперва я направился к исполину. Необходимо проверить, как там императорский скальник. Это не займёт много времени.

Глава 8

В ночь после памятного собрания я так и не появился дома. Не пришёл спать, а спрятался и дождавшись, когда поляна опустеет, вернулся, чтобы вновь забраться на исполина. Сделать это при свете звёзд было очень сложно. К тому же на одной руке у меня по-прежнему висело императорское семя.

Я старался не причинить ему вреда.

Малыш уже давно перестал тянуть из меня кровь и, похоже, что заснул. Но даже во сне не выпустил мою руку. Шипы и зубы всё так же впивались в неё.

Под деревом я нашёл упавшую корзину и свой резак. В темноте кое-как собрал разлетевшиеся семена скальника. Теперь оставалось лишь залезть на идерево как можно выше, чтобы спрятать там малыша. Таскаться с ним на руке постоянно я не мог. Чудо, что никто не заметил его сегодня.

Не знаю отчего, но я не хотел никому рассказывать о своей находке. О том, что императорское семя питалось моей кровью. Да и вообще, я не хотел показывать его другим. Потому что оно мне понравилось. Даже несмотря на то, что произошло.

Больше всего не хотел, чтобы об этом узнали мои старики. Отчего-то я был уверен, что они причинят малышу вред.

Поэтому я решил, что спрячу семя. Спрячу его в стволе исполина, вырезав для него гнездо, как это делают некоторые птицы. Поэтому я забрался как можно выше и нашёл подходящее место. Здесь кора немного слезла и мне не пришлось пробиваться ещё и через неё.

Каменный резак воткнулся в твёрдую древесину с трудом, но всё же справился с ней. Работать одной рукой и стараться не шуметь — было очень сложно.

Несколько раз мне приходилось останавливаться и замирать, стараясь даже не дышать. Под деревом проходили ночные стражи, которым казалось, что они слышали здесь какой-то шум. Но ничего так и не смогли найти, а лезть на дерево не рискнули. Да и смысла в этом не было. В поселении все прекрасно знали, что любые звери и насекомые обходили нашего великана стороной.

Ещё ни один зверь, пробравшихся на территорию Безмятежного, не попытался скрыться в его ветвях. Идеальное место для того, чтобы спрятать императорское семя скальника.

Древесную стружку я собирал на тряпицу, чтобы не оставлять никаких следов. По крайней мере, та же Дейя, может залезть на дерево и увидеть стружку. Заинтересоваться, откуда она и найти мой схрон.

Отверстие шириной в три моих ладони и глубиной в локоть было готово, когда уже начало светать.

Солнце выглядывало из-за Клыка довольно поздно, поэтому утро в поселении наступало не с первыми его лучами. Через тысячу вдохов после того, как посветлеет, ночная стража давала звуковой сигнал, объявляя о наступлении нового дня. Они дули в рог какого-то неизвестного животного, найденный здесь во время закладки поселения. Мастер Томми, что умел рабоать с любыми материалами, смог обработать его и создать отличное средство для оповещения.

После сигнала рога поселение просыпалось и каждый отправлялся на работу. Без этого просто невозможно было выжить. Младшие дети, что ещё не смогли понять, где смогут принести максимальную пользу поселению, отправлялись полоть и поливать грядки с тыквами, бататом и другими овощами, что смогли взойти в отравленной почве оазиса.

Кто постарше — уже имели определённое место в Безмятежном. Как, например, мы с Дейей были собирателями.

И каждый спешил начать работу как можно раньше после сигнала. За световой день необходимо было успеть сделать максимум возможного. Каждому с лихвой хватало работы. Поэтому мне необходимо было торопиться и успеть к тому моменту, когда все пойдут на работу.

К тому же именно в это время Грегори и Дрейк назначили сбор всех, кто вчера вышел вперёд. Тех, кто могут стать на путь идущего и добиться там успехов.

Понятия не имею, насколько хорошо умеет передвигаться королевское семя, и может ли оно вообще это делать, но не стал рисковать и сделал в получившемся гнезде углубление. Примерно в пять ростов семени. Так оно не сможет выбраться из тайника, пока меня не будет.

Теперь оставалось самое главное — снять малыша скальника. Оторвать его от руки и сделать это как можно менее болезненно. Сейчас я даже не ощущал, что в меня впились мелкие зубы и совсем не мелкие иглы.

Наконец, смог нормально разглядеть поймавшего меня малыша. Строением он был похож на человека. Можно было различить туловище, руки и ноги, которые оканчивались чем-то очень похожим на корни. Само тело светло-зелёного цвета, с плотной кожурой, на ощупь практически неотличимой от человеческой кожи. В некоторых местах на теле малыша были видны отверстия, через которые могли вылезать иголки.

По крайней мере, именно из таких отверстий торчали те иглы, что сейчас находились во мне.

Чёрная голова-семя сидела на покатых зелёных плечах. небыло даже намёка на шею. Также не было никаких намёков на уши и нос. Зато имелись зубы, как у зерга. Такие же мелкие и очень острые.

Я осторожно коснулся головы семени, но ничего не произошло. Малыш не проснулся. Впрочем, сказать: спало семя или нет — было невозможно. Оно не дышало. Хотя здесь вообще непонятно, нужно ему дышать или нет? Да и как понять, что оно всё ещё живо?

Вроде тёплое. Но это единственное, что было понятно.

Я ещё пару раз коснулся семени. Потыкал в него пальцем, но никакого эффекта не было. Малыш скальник не реагировал. Едва различимые щёлки глаз были плотно закрыты.

Что же, я пытался разбудить семя. Не получилось. Теперь буду снимать его с руки.

Сперва необходимо было разжать зубы, и резак для этого подходил идеально. Пришлось слегка разрезать себе руку, чтобы подцепить зубы скальника. Пара движений и моя плоть выскользнула из зубастой пасти. Малыш и в этот раз никак не отреагировал.

Теперь нужно вытащить из ладони иглы, но это гораздо проще. Осторожно взял семя за туловище и начал просто тянуть его.

Потребовалось десять вдохов, чтобы иглы начали поддаваться. А ещё через десять семя уже было полностью отделено от меня.

И как ещё эти иглы не пробили руку насквозь? Даже у старых побегов скальника, которые не один год дают поселению так необходимые семена, не было таких длинных игл. И уж точно они не были перепачканы в моей крови.

Как только последняя игла вылезла из меня, семя зашевелилось. Как-то очень вяло, но этого было вполне достаточно, чтобы убедиться в том, что оно живо. Корни, заменявшие пальцы, слегка поднялись и коснулись моей руки. И в этом прикосновении я ощутил что-то странное, но совершенно неопасное. Наоборот, в этот момент я ощутил, что нахожусь в полной безопасности. Словно это малыш сможет защитить меня от чего угодно. Он словно говорил, что не даст меня в обиду.

— Не бойся, я тоже не позволю никому тебя обидеть. А чтобы этого точно не случилось, посиди пока в этом тайнике. Вечером я обязательно к тебе загляну. Принесу воды, если она тебе, конечно, нужна. Ты вчера выпил из меня много крови. Даже голова немного кружилась.

Семя вновь коснулось меня своими корнями, словно извиняясь. Больше говорить с ним я не стал и без того чувствуя себя весьма странно.

Сижу не ветке исполина и разговариваю с императорским семенем скальника. Словно сам стал одним из героев сказок, что так любят рассказывать своим детям на ночь родители.

Положил семя в тайник, а затем вырезал подходящий кусок коры и пристроил его по типу двери. Только изнутри открыть эту дверь точно не получится. По крайней мере, у такого малыша, как семя. Я подпёр кору сразу тремя ветками, каждая из которых встала в распорку с толстым суком. И убрать эти ветви можно только снаружи. Ну или нанести сильный удар изнутри. На это семя точно не было способно.

Сразу после этого я помчался на место сбора, которое нам вчера назвал Грегори — граница Безмятежного с западными джунглями. Именно этот участок оазиса остался без своего хозяина.

Теперь каждое утро, сразу после сигнала стражи мы приходим сюда, чтобы оттачивать базовые стойки.

Первая называлась «Гора».

Ноги должны стоять на расстояние в пять длин ступней. Сами ступни должны быть параллельны. Ноги согнуты в коленях, словно мы сидели. Спина прямая, а поясница изогнута. Руки сжаты в кулаки и согнуты в локте у пояса.

— Эта стойка позволяет вам максимально твёрдо стоять на ногах. Чтобы перейти к изучению следующей стойки, каждый из вас должен простоять в горе минимум три сотни вдохов. Думаю, что сегодня среди вас таких не будет. Да и в ближайший малый цикл тоже, — говорил учитель Дрейк.

Но это было ещё не всё. Выстоять три сотни вдохов было лишь первой ступенью. Дальше нам необходимо было не двигаться, когда кто-то из учителей периодически толкал нас, прохаживаясь между рядами. Причём с каждым новым толчком силы прикладывалось всё больше и больше.

Здесь дольше всего удавалось держаться Астре. Она выдерживала восемь толчков, в то время как остальные выпадали из стойки уже на шестом. Я решил не выделяться и тоже сделал это на шестом толчке. Хотя прекрасно ощущал, что могу продержаться гораздо дольше. Даже шестой толчок от учителя Грегори я практически не ощущал.

На отработку этой стойки у худшего из нас ушло пять дней.

Я же смог выстоять три сотни вдохов уже в первый день. Хоть это и было очень сложно. Никогда бы не подумал, что просто стоять может быть настолько тяжело. Здесь мне помогло тело. А вот остальным так не повезло.

Следующая стойка отвечала за нашу координацию. Называлась стойка «Ветер». Понятия не имею, почему у создателя этой стойки возникли именно такие ассоциации.

Ноги широко расставлены, правая согнута до упора, пятка стоит на земле и касается ягодицы, колено и носок развёрнуты вправо. Прямая левая нога оттянута в сторону и почти лежит на земле, пятка её касается земли. Ступни параллельны, туловище слегка наклонено вперёд. Спина прямая. Руки, как и в предыдущей стойке, сжаты в кулаки и находятся у пояса.

В этой стойке стоять долго не требовалось. Нам нужно было научиться максимально быстро принимать её. И переходить из Горы в Ветер максимум за два вдоха. А в идеале не тратить на это и одного.

Учитель Дрейк показал, как это правильно делать. Но мы даже так толком ничего не смогли понять. Слишком быстро всё это происходило. Вот учитель стоит в Горе и через мгновение уже находится в Ветре.

Даже когда мы попросили показать всё очень медленно, потребовалось несколько тысяч вдохов, чтобы уловить все нюансы. А для того, чтобы у остальных это началось получаться хоть как-то, и вовсе потребовалось несколько дней.

Мне же вполне хватило демонстрации учителя, чтобы уже после тренировки, оказавшись в укромном месте, повторить правильный переход. Пусть это и было гораздо медленнее, чем требовалось, но я уверен, что выполнил всё правильно.

И третья стойка под названием «Основа».

Правая нога — опора для всей стойки, левое колено согнуто и поднято выше уровня пупка. Левая стопа прикрывает правое колено, носок вытянут вниз. Спина прямая, руки вытянуты по сторонам.

Учитель Грегори сказал, что для начала мы должны освоить упрощённый вариант этой стойки. Раскинутые по сторонам руки выступали в качестве балансира. Но по-настоящему освоить стойку таким образом нельзя. Руки должны быть сложены перед грудью. Ладони прижаты друг к другу. Один большой палец должен смотреть в небо, а второй — в землю. Это позволит максимально усилить эффект поглощения энергии звёзд.

Необходимо было уметь выполнять эту стойку правильно на каждой ноге.

С этой стойкой у учеников так же возникло немало проблем. Даже у меня. Стоять на одной ноге и ещё стараться правильно держать вторую — невероятно сложно.

Необходимо было достичь полной отрешённости от окружающего мира и открыть себя ему. Только никто из нас не понимал, что всё это значит.

Даже старейшина Йорго отрицательно качал головой, когда к нему подходил очередной собиратель с этим вопросом.

Нам всегда казалось, что старейшина знает всё на свете. Но в вопросах совершенствования он оказался ничуть не лучше нас. Знал лишь то, что рассказывали те же охотники. Сам он никогда не пытался идти по этому пути. Ещё в детстве услышал, что его способности слишком слабы.

Его предел — первое созвездие, с которым он и прожил всю жизнь.

А вот ближе к смерти Грегори и Дрейк смогли разглядеть в нём талант. Иначе старейшина не смог бы услышать тех слов. А сейчас он вместе с нами отрабатывал базовые стойки и слушал моих стариков, внимательнее остальных. И так же не понимал, что значит — открыть себя миру. А именно это мы должны были сделать, когда освоим третью стойку.

— Не зря эта стойка называется «Основа». Пусть все три стойки базовые и каждую из них можно назвать основой. Как их ещё называют — три столпа. Но первые две стойки позволяют идущему совершенствовать тело. А третья даёт вам возможность научиться поглощать энергию звёзд намного быстрее и эффективнее. Пока вы не выучите свою первую базовую технику совершенствования — Основа будет для вас единственной возможностью подстегнуть развитие. Это основа вашего пути совершенствования, — рассказывал нам Дрейк.

— Сперва необходимо полностью овладеть Горой и Ветром и только после этого Основа сможет показать себя в полную силу. И сила её напрямую зависит от вашего внутреннего мира и того, сколько звёзд вы уже смогли зажечь. Могу сказать, что идущему третьего созвездия необходимо двадцать тысяч вдохов, чтобы полностью восстановить истраченную энергию. Когда он использует основу, это время сократится в четыре раза. А у идущего двенадцати созвездий полное восстановление займёт не больше пятисот вдохов.

— А разве у идущего двенадцатого созвездия может закончиться энергия? — как только замолчал Дрейк, спросила Дейя.

Она уже усвоила урок, что вопросы можно задавать, только когда учитель скажет всё, что хотел. Понадобилось каких-то пятьдесят ударов веточкой листвянки для этого. В основном она задавала совершенно глупые вопросы, на большинство из которых мог и я ответить. Но сейчас всё было иначе.

Идущий двенадцати полных созвездий для нас казался каким-то небожителем. Человеком, способным одним мановением руки крушить горы, уничтожать орды сильных зверей и даже летать.

— Всё будет зависеть от того, какие техники он будет использовать и как много силы будет вливать в свои удары. А энергия может закончиться у любого идущего. Чем сильнее он становится, тем больше её требуется для создания обращений. Вы поймёте это, когда сами начнёте пользоваться обращениями и техниками, что несут в себе энергию звёзд.

Это было сказано нам лишь один раз. Как и ещё множество вещей, которые я уже слышал раньше. Пусть Грегори раньше никогда и не пытался учить меня всерьёз, но порой в разговоре я слышал от него вещи, которые нам рассказывали сейчас.

Может, именно из-за этого мне было гораздо проще разобраться со всеми стойками и вообще задавать меньше вопросов, чем остальные? А может, причина была в особенностях моего тела? Я спрашивал об этом учителей, но они ничего не отвечали мне. Говорили, что со временем я сам найду ответ на этот вопрос.

Через два малых цикла все научились правильно делать стойки. Но вот правильный переход между ними не давался ещё никому. Здесь даже я не мог никак справиться с этим. Сколько учителя ни показывали нам, как это нужно правильно делать, это не помогало.

— Что же, мы думали, что вы справитесь без лишних движений, но похоже, что ошиблись. На самом деле базовых стоек больше трёх. И каждая дополнительная стойка, что будет вставать между тремя основными, станет уменьшать их эффективность. Лишь освоив бесшовный переход между Горой, Ветром и Основой можно добиться максимального эффекта. С добавлением каждой промежуточной стойки эффективность падает на десятую часть.

После этого нам показали ещё одну стойку. Она позволила осуществить правильный переход сразу пяти ученикам. Среди которых оказался и я. Правда, мне уже не требовалась дополнительная стойка. И всё из-за разговора с учителем Грегори.

Состоялся он в тот же день. Сразу же после вечернего посещения императорского семени я осторожно зашёл в дом и двинулся в сторону своего лежака, стараясь не шуметь. Обычно мне удаётся сделать это без каких-либо проблем, но в этот раз, как только рука коснулась лежака, раздался голос учителя Грегори.

Глава 9

— Как ты сегодня слышал, каждая дополнительная стойка снижает эффективность трёх столпов. Но это ещё не всё. Каждая дополнительная стойка воздвигает преграды на пути идущего. И эти преграды очень сложно преодолеть. Они значительно замедляют путь совершенствования и порой просто закрывают эту дорогу для практиков боевых искусств.

Впервые я слышал такое название для тех, кто решил встать на путь совершенствования. И оно мне нравилось. К тому же в кромешной темноте это звучало по-особенному. Словно Грегори раскрывал мне сакральную тайну, ради которой мастера сражаются в смертельных поединках.

— У большинства учеников переход между стойками не получается лишь из-за того, что их тело ещё не готово к этому. Но времени ждать, когда наступит этот момент, у нас просто нет. Слишком короткий срок подарило мне и Дрейку ядро зверя. Поэтому мы не станем ждать, когда тела остальных будут готовы.

Ты же, Ян, в этом плане выгодно отличаешься от остальных. Твоё тело уже готово. И это можно увидеть по тому, насколько хорошо у тебя получаются первые стойки и переход между ними. Сколько вдохов ты можешь простоять в Горе?

Этот вопрос заставил меня на мгновение задуматься. Сказать правду или ограничиться тем, что я показываю на тренировках? Старики сами мне говорили не рассказывать даже им, если со мной будет происходить что-то странное.

— Больше трёх тысяч вдохов, — всё же решив рассказать правду, ответил я.

— И уж точно с лёгкостью выдержишь все наши удары, — голос учителя Грегори слегка изменился. Он улыбался. Он был рад, что я смог добиться таких результатов.

— Ты правильно осваивал каждую из стоек, стоило её только увидеть. Скорость твоего обучения довольно хороша. И уровень познания также достаточно глубок. Но слишком много ты себя ограничиваешь. Боишься выделиться. И я понимаю, почему ты так делаешь… Слишком ты привык скрывать свои истинные возможности. В будущем тебе очень пригодится этот навык, но сейчас в нём нет никакого смысла. Нам с Дрейком нужен ученик, который станет примером для остальных. Поведёт их за собой. Сделает обучение гораздо более эффективным.

В тех условиях, что мы сейчас пытаемся вас обучать, работать невероятно сложно. И нам просто необходим ученик, что способен вести за собой остальных. Сломай барьер, что сам поставил перед собой. Не делай его ещё крепче, используя дополнительные стойки.

На этом разговор был закончен. И я понял, что сегодня точно не смогу уснуть.

Отправился на тренировочную площадку и к тому моменту, когда пришли первые ученики, уже смог выполнить все три перехода. Сделать это практически так же быстро, как и учителя. Ощутить, как тело начало наполняться энергией. И всё это благодаря одному разговору. Разговору и вере в меня со стороны стариков.

* * *

На время тренировок нас освободили от всех работ, что легло дополнительным грузом на плечи остальных жителей поселения. И многим это не нравилось, что с каждым днём всё сильнее начало отражаться не только на учениках Грегори и Дрейка, но и на них самих.

Всё чаще можно было услышать, как их называют глупыми стариками, которые получили ещё одну возможность ощутить себя значимыми. И вновь они решили заняться возвышением и потащили за собой других глупцов. Вот только эти слова исходили от людей, которые не имели никакого отношения к возвышению. От тех, кто смог зажечь максимум одно созвездие.

Они не верили, что поселению может грозить какая-нибудь внешняя угроза. Были уверены, что Пустыня Смерти не пропустит к нам никого. Да и в том, что за пределами оазиса есть кто-нибудь, тоже сильно сомневались. Хотя здесь я был с ними согласен.

Жители Безмятежного оказались в оазисе, бежав от чудовищной катастрофы, разразившейся на континенте. Но они оказались слишком медленными. Катастрофа застигла караван беженцев в непосредственной близости от оазиса и только благодаря этому они успели спастись. Те, кто хорошо запомнили тот день, утверждают, что небо разверзлось и на землю обрушилась невероятная сила, уничтожающая всё на своём пути.

Чёрные молнии крушили горы и разрывали землю на части. Испарялись реки. Леса превращались в пепел. Цветущие долины — в мёртвую пустыню. И посреди всего этого хаоса одинокому каравану удалось найти место, не тронутое катаклизмами. Словно они боялись приближаться к оазису.

Глава каравана принял решение укрыться в этом оазисе, чтобы переждать буйство стихии, после чего он планировал отправиться дальше, но звёзды решили иначе. Вокруг оазиса появилась убийственная формация, которая заперла людей внутри. Так и было основано поселение, названное в честь этого оазиса.

А через несколько лет случилось небывалое. Вновь разразились катаклизмы. И разразились они в непосредственной близости от оасзиса. Но как и в прошлый раз не тронули его. А через несколько дней на границе защитных формаций поселения появился мальчик, тянувший за собой волокуши. На этих волокушах лежали Грегори и Дрейк. А тем мальчиком был я.

С тех пор прошло уже пять лет. И с каждым годом я всё хуже и хуже помню, как пришёл в Безмятежный. Как и то, что было с нами до этого.

Словно с пересечением границы поселения я начал новую жизнь. А старую постарался забыть, как можно скорее. И это у меня отлично получилось. Помню лишь, что должен заботиться о стариках, которые сейчас стали моими учителями.

Мы не были родственниками, но всё равно я относился к ним, как к родным. Да и они всегда отвечали мне взаимностью. По крайней мере, именно так я это чувствовал. Несмотря на то, что старики были очень слабы, а Дрейк и вовсе не двигался, нас приняли в поселении. Построили для нас дом и всячески помогали, пока я сам не смог зарабатывать еду.

А это наступило очень быстро. Сперва, как и все младшие, работал на огороде. Эта работа мне не нравилась, и я всегда посматривал на Клык. На собирателей, что отправлялись наверх за семенами скальника. Именно тогда я впервые понял, что мой организм особенный.

Огороды располагались на противоположной от Клыка стороне поселения, чтобы его тень не мешала расти солнцелюбивым растениям. Саму гору оттуда было отлично видно. А вот собирателей и то, как они карабкаются вверх, практически нет. Я постоянно напрягал глаза и хотел увидеть, хоть что-то, кроме расплывчатых силуэтов, медленно ползущих вверх.

Я просто стоял и смотрел на Клык, представляя, как небольшая, двигающаяся фигура, обретает чёткие очертания. Я вижу, как пальцы находят очередную трещину и позволяют собирателю ещё немного подтянуться наверх. Как нога опускается на едва выступающий камень, что позволяет собирателю отдохнуть десяток вдохов, после чего продолжить подъём. Всё ближе и ближе к побегам скальника.

Не знаю, сколько тысяч вдохов я вот так просто стоял и смотрел, после того как вся работа по огороду была сделана. Но однажды очертания поднимающегося собирателя начали становиться всё чётче и чётче. Сперва я думал, что моё воображение начало работать намного лучше. Но с каждым новым днём понимал, что действительно начинаю видеть собирателей, а не их размытые очертания. И воображение здесь совершенно ни при чём.

Вскоре я уже мог по собственному желанию делать зрение сильнее. Это оказалось не сложнее, чем поднять руку или сделать шаг. Но если долго так делал, то появлялась сильная слабость. А один раз я и вовсе потерял сознание. С того момента определил для себя, что вот так смотреть, без последствий, я могу лишь четыре вдоха. Уже после этого начинает накатывать слабость.

Затем я попробовал то же самое провернуть и со слухом. Вставал на самой границы слышимости падающего в озеро водопада и отходил максимально далеко. Туда, где уже ничего не слышал. Замирал в этом месте и старался услышать грохот падающей воды.

Снова у меня ничего не получалось. Вокруг было множество звуков: копошащиеся рядом насекомые, кричащие высоко в небе птицы, обычные звуки поселения и редкие голоса зверей, что подходили вплотную к защитным формациям. И среди этих звуков не было необходимого мне. Но я не сдавался. Раз за разом отходил на достаточное расстояние и пытался услышать водопад. Делал это каждую свободную минуту, что выпадали крайне редко.

Когда же, наконец, смог различить грохот воды, уже не сомневался, что и слух у меня особенный. Оставалось только развивать эти способности, что я и делал каждый день.

Дейя постоянно находилась рядом со мной и никогда не понимала, что я делаю. Но объяснить ей я не мог. Не мог допустить, чтобы эта тайна стала не только моей. Ни Дейя, ни старики ничего не знали об этих способностях. Их я мог скрыть ото всех. А вот способность сопротивляться ядам спрятать уже не получилось.

Помимо работы на огороде и тренировок своих новых способностей, я каждый день, хоть на десять вдохов, подбегал к подножию Клыка и смотрел наверх, пытаясь разглядеть как можно больше подробностей. Величественная гора манила меня. Я хотел забраться на неё.

И вот один раз я подошёл слишком близко. Понятия не имею, где был старейшина Йорго, и почему он не остановил меня, но случилось то, что случилось.

Пант слишком переусердствовал с уничтожением испорченного семени, и его обращение пережгло побег скальника. Отличный, молодой побег, который уже вошёл в свою полную силу. Его иглы были полны яда и сулили смерть любому неосторожному собирателю.

Так вот, я подошёл слишком близко к горе, и этот побег упал прямо на меня, вонзив свои иглы глубоко в тело. Тут же был высвобожден яд, и я впервые познакомился с этими ощущениями. Должно быть, мой крик слышали все в поселении.

Тут же появился старейшина Йорго. Он подхватил меня на руки и помчался к сестре, костеря при этом всех: меня, собирателя, что оказался настолько неумел, и себя за то, что проглядел, как я подошёл.

По идее я должен был умереть на месте, но этого не произошло. А всего через пару тысяч вдохов уже смог встать и сделать десяток шагов до двери в доме Шарли.

Вот тогда и выяснилось, что моё тело способно бороться с ядом скальника и без посторонней помощи. Хотя с ней процесс шёл намного быстрее.

Именно после этого случая старейшина Йорго предложил мне попробовать себя в качестве собирателя. Хотя мне ещё и не исполнилось восемь полных циклов. Я тут же вцепился в это предложение руками и ногами.

С того дня я практически больше ничем не занимался, кроме подъёма на Клык. Всё равно охотники не взяли меня к себе. Я не смог пройти отборочное испытание. Был избит Ларсом. Парнем, на тот момент старше меня на три цикла. Он являлся младшим среди учеников охотников и уже умел отлично драться.

Мне необходимо было побить его, чтобы занять место младшего ученика. Но наша схватка закончилась довольно быстро. Я даже не смог толком задеть Ларса. А вот его кулаки настигали меня раз за разом. А я вставал и вставал, не собираясь сдаваться. На тот момент я ещё не знал, что моё тело способно сопротивляться не только ядам, но и любым повреждениям. Да и оно гораздо крепче, чем у других людей.

Вот и вышло, что я полностью сосредоточился на собирательстве семян скальника и подъёме на Клык. В какой-то степени можно было назвать это возвышением. По крайней мере, я себе это так и представлял.

А затем с каждым новым циклом, когда мне всё не удавалось зажечь ни одной звезды, восхождение на Клык стало для меня целью номер один.

Хотя многие дети, такие как Лиро, совмещали сразу несколько занятий. Кто-то занимался с охотниками, кто-то с гончаром, кузнецом и так далее. Выделялись трое: Айро, Дейя и я. Единственным нашим занятием было собирательство семян скальника. Здесь мы были одними из лучших.

Правда, я начал показывать успехи лишь после того, как пропал Айро. А Дейя и того позже.

Привлекать к работам можно было всех детей, достигших пяти полных циклов. Обучаться у младших учеников охотников с семи полных циклов. А подниматься на Клык только с восьми. Словно это было самое сложное и опасное занятие, что только может быть в поселении. Хотя, если послушать старейшину Йорго, именно так и было. А все собиратели являлись важнейшими людьми для поселения. И это мнение разделяли многие.

Особенно те семьи, что пострадали от проклятья Оазиса. Чьи родные не смогли выдержать нахождения на его территории и умчались в пустыню смерти. За всё время, что существует поселение, никто так и не вернулся оттуда.

Поэтому никто не хотел остаться без эликсира Шарли и, если с одним из собирателей что-нибудь случалось, старались помочь всем поселением.

Когда я впервые сорвался с Клыка, повредил себе ногу и пробил голову, тут же организовали пригляд за стариками. Да и по дому всё делали за меня. Женщины из соседних домов устроили дежурства. И в течение среднего цикла приходили к нам после основной работы. А потом уже шли домой заниматься своими делами. Никто не собирался слушать, когда я говорил, что уже в полном порядке и сам могу со всем справиться. А было это уже на третий день после падения.

Нога лишь слегка болела, когда я долго стоял. А на голове и вовсе осталась лишь засохшая корка от раны. Я срывал её постоянно, но уже через сотню вдохов она вырастала снова.

Больше таких серьёзных ошибок я не совершал, а все повреждения, что получал, практически исчезали к тому моменту, как спускался с Клыка. В очень редких случаях приходилось идти к Шарли. Только если, проверяющий замечал следы от уколов. Тогда меня отправляли за противоядием. А так в основном я приходил к знахарке, как и все остальные в поселении, когда необходимо было пополнить запасы эликсиров. И взять лекарства, необходимые старикам.

После нашего появления в посёлке знахарка провела со стариками очень много времени, но так и не смогла им ничем помочь. Сказала, что здесь она бессильна. Её навыки слишком слабы, чтобы помочь справиться со старостью.

Ещё в тот момент мне показались очень странными эти слова. Словно кто-то мог помочь справиться со старостью?

Потом я задавал вопросы по этому поводу сразу нескольким взрослым, которых считал достаточно знающими. Но они лишь пожимали плечами и говорили, что единственный способ, прожить лишние годы — подняться в совершенствовании минимум до шестого созвездия. Среди жителей Безмятежного не было никого со столь высоким уровнем совершенствования, чтобы ответить на мой вопрос.

Прошло уже больше пяти циклов, как мы живём в поселении, но я так и не смог ничего узнать по этому поводу. Кроме того, что сила, хранящаяся в духовном ядре хозяина западной части джунглей, может позволить двум дряхлым старикам, готовым уже лечь в могилу, резко набраться сил и взять себе в ученики два десятка человек. Которые даже толком ничего не слышали о возвышении.

Даже Лиро, ничего не знал. Отец не рассказывал ему об этом, когда учил драться. Это было видно по тому, насколько тяжело парню давались слова учителей. Помимо отработки стоек, они каждый день спрашивали у нас то, о чём рассказывали накануне. А рассказывали они совершенно о разном. И о возвышении там не было ни слова.

Поэтому каждый день по вечерам, когда навещал Ска, я пересказывал ему разговоры стариков. Малыш всегда внимательно слушал меня, лишь изредка позволял себе пищать. Словно одобрял слова учителей. А после этого возвращался домой и ещё долго не мог уснуть, обдумывая все наставления, что нам давали Грегори и Дрейк.

Глава 10

Хлёсткий удар по спине заставил меня вздрогнуть, но стойка осталась прежний. Не было сделано ни одного движения. Я даже зубы не стал сжимать, прекрасно зная, что за этим последует ещё один удар. А так очередная проверка была пройдена, и Грегори направился к другому ученику.

Ещё триста вдохов необходимо простоять в стойке Ветра и дальше перейти к практике Основы. Это ещё шесть сотен вдохов. Потом тысячу вдохов отработка перехода из одной стойки в другую и на сегодня мы можем быть свободны.

За два малых цикла уже все успели выучить этот график.

Учителя Грегори и Дрейк не прибегали к помощи песочных часов, как это всегда делал старейшина Йорго. Они заставляли каждого ученика считать вдохи самостоятельно. Это также являлось частью тренировки. И снова мало кто мог понять, для чего считать самим, когда это всегда могут сделать песочные часы? Но никто уже не рисковал спрашивать об этом.

— Ты после тренировки, что собираешься делать? — раздался шёпот справа от меня.

Там стояла Дейя, которая сегодня не получила ещё ни одного удара. Но, похоже, что она решила это исправить. За разговоры и любые другие занятия, кроме отработки стоек, предусмотрено наказание в три удара. Если, нас заметят, конечно.

— Сперва заскочу домой, нужно поменять сено на лежаках. Совсем все свалялись и спать на них стало подобно пытке. Как раз вчера охотники принесли десять вязанок болотницы.

А ещё мне необходимо проведать малыша Ска и убедиться, что у него всего хватает. А конкретно — воды. После своего появления на свет и поглощения моей крови семени императорского скальника требуется только вода. А тайник, что я для него сделал, оказался отличным местом, чтобы пустить там корни.

Когда я пришёл на следующий день после тренировки и отодвинул кору, то увидел, как из темноты на меня глядят две красные точки. Но бояться малыша не было никакого смысла. Его зубы хоть и были очень остры, но не могли причинить мне особого вреда. Да и через несколько тысяч вдохов от ран не оставалось никакого следа. От игл было намного больше проблем, но и они меня не пугали. Поэтому я протянул руку и попытался вытащить Ска из тайника. И ничего у меня не вышло.

Малыш уже пустил корни в древесину и успел прочно закрепиться в ней. Я ещё раз попробовал достать его, но услышал тонкий писк, чем-то похожий на детский плач и оставил все попытки это сделать. Ска тут же перестал пищать, а я начал думать, что с ним делать.

Моя находка оказалась живым существом. Очень странным, больше похожим на растение, но всё же живым. В этом я не сомневался. А значит, как и любому живому существу ему необходима пища. А какая лучшая пища для любого растения? Правильно — вода и солнце. Можно спросить об этом любого, кто работает на огородах Безмятежного. Я тоже имел такой опыт, поэтому быстро сбегал на озеро и наполнил свой мех водой.

За то время пока меня не было, ничего не изменилось. Ска оставался на месте. Я осторожно просунул в тайник горло меха и выплеснул немного воды. Вновь раздался писк, но на этот раз он сильно отличался. Мне показалось, что это был очень довольный писк. Ска понравилось угощение.

— Я не уверен в том, что ты сможешь меня понять. Обещаю, что не причиню тебе никакого вреда. Можешь не переживать, я буду заботиться о тебе. В том, что ты любишь воду, я уже смог убедиться. А раз, ты пустил здесь корни, значит, исполин подходит для тебя, в качестве почвы. Или дома. Даже не знаю, как это назвать. Сколько себя помню, всегда заботился о стариках, которые могут делать, как оказалось, это и самостоятельно. Поэтому у меня никогда не было питомца, как у большинства других детей. Как ты смотришь на то, чтобы стать моим питомцем?

В тайнике послышалось какое-то копошения, а затем очередной писк. На этот раз я услышал в этом писке вопросительные нотки. Императорское семя скальника что-то спрашивало у меня. И как мне показалось, оно интересовалось, смогу ли я его защитить?

— От большинства угроз, что могут ожидать тебя в поселении. К тому же твой дом в исполине уже является отличной защитой. Любые насекомые, звери и птицы боятся этого дерева. Впрочем, как и люди. Даже Айрон, сумевший зажечь пять созвездий, старается держаться от исполина как можно дальше. Лишь я и Дейя забираемся сюда.

Вновь раздался писк. На этот раз довольный. На этом мы и договорились. Необходимо было придумать имя моему питомцу, но ничего не приходило в голову. Поэтому я и решил просто взять первые три буквы от названия растения, которое и позволило ему появиться на свет.

Назвал Ска его имя, и вроде он оказался доволен. Хотя малыш лишь однажды выказал своё недовольство — когда я хотел вытащить его из тайника. Но даже тогда он никак не попытался навредить мне. Не попытался защититься. Я прекрасно знал, что он может это сделать.

В тот вечер я просидел рядом со Ска почти две тысячи вдохов и опомнился, только когда на улице стемнело.

С того дня я каждый вечер прихожу к Ска. Даю ему воды и разговариваю. Делюсь с ним своими успехами в освоении базовых стоек. Да и другими секретами, которые не рассказывал до этого никому. Даже старикам и Дейе.

Не знаю почему, но рядом с этим крошечным созданием я чувствовал себя в безопасности. Совсем как там на Клыке, когда я только взял коробочку в ладонь и окропил её своей кровью. Словно в тот момент что-то связало нас. Я чувствовал, что Ска ощущает нечто похожее. Поэтому он больше и не хочет причинять мне вреда. Не выпускает своих игл, когда касаюсь его. Да и рот держит закрытым. Лишь посвистывая иногда, когда ему начинает не нравиться то, что я делаю.

Каждый день я ощупывал корни, что малыш запустил в исполина. Они становились всё толще и прочнее, уже напоминая молодые побеги скальника. Сам же Ска при этом совершенно не изменился в размерах. Лишь его крошечные угольки глаз разгорались с каждым днём всё сильнее. Но это мне может казаться. Малыш сидит в полной темноте, и вижу я только его глаза. Всё остальное понимаю только на ощупь.

— А потом, что собираешься делать? — выдернула меня из воспоминаний Дейя. — Я сегодня хочу попробовать забраться до запретной зоны. Эликсир усиления закончил своё действие. Тело только недавно перестало болеть. Вот хочу проверить, насколько я стала сильнее. Подстрахуешь?

— Конечно, подстрахую. — ответил я.

Не могу же я вот так взять и бросить девчонку. Без меня она может наделать слишком много глупостей, как это обычно бывает. А на Клыке любая глупость может окончиться падением.

— Я смотрю, вы уже закончили? Полностью освоили переход без дополнительных стоек и готовы нам его продемонстрировать? — раздался голос учителя Грегори, а его чудовищное оружие уже было занесено для удара. Хоть я и не видел этого, но ощущал всем телом. Оно само напряглось, уже готовясь к удару. — Если ни один из вас сейчас не покажет мне три идеальные стойки и два таких же перехода, то каждый получит по тридцать ударов.

Лиро не удержался и довольно хмыкнул, уже предвкушая насладиться зрелищем моего наказания. А вот Дейя шумно втянула в себя воздух. Тридцать ударов это очень много. До сегодняшнего дня самым сильным наказанием было всего пять ударов. И после них старейшина Йорго два дня провёл у Шарли.

— Ну раз вы не можете мне этого показать, то примите наказание.

Раздался свист палочки, что учитель Грегори занёс для первого удара. И этот удар предназначался Дейе.

— Стойте! — выкрикнул я. — Я готов показать все стойки и переходы между ними.

* * *

— Ты считаешь, что уже пришло время? Не слишком ли рано мы хотим передать Яну эти знания?

— О чём ты вообще говоришь Грегори? Ты не хуже меня видел, что происходит во внутреннем мире парня. Солнце! Пусть оно ещё не взошло, но до этого момента осталось совсем немного. Всего один толчок. Яну удалось невозможное. Он не просто пробудит свою первую звезду, но и сможет притянуть её невероятно близко. Парень идёт по пути своего деда. Наследие великого мастера начинает пробуждаться в его внуке. Когда ещё, если не сейчас мы должны передать ему эти знания?

— Вспомни наставления мастера. Он запретил нам помогать внуку. До тех пор, пока парень самостоятельно не поднимется в небо.

— Я всё прекрасно помню. Как и понимаю, что мы с тобой не дотянем до этого момента. По моим прикидкам у нас осталось одиннадцать дней.

— Этого вполне хватит, чтобы найти ещё одного сильного зверя и заполучить его ядро.

— И что тогда? Сколько ещё охотников погибнет? Барьер ослабнет до такого состояния, что через него сможет пройти любой адепт срединной стадии. А в этом случае Безмятежному останется совсем мало времени. Айрон не сможет убить обученного бойца. Ты же сам прекрасно знаешь, насколько он слаб. Да и я уверен, что мастера из пяти великих городов почувствуют, что одно из немногих тайных мест юга, ослабило свою защиту. Думаешь, они не попытаются попасть сюда? Упустят возможность стать сильнее? И что будет, когда один из мастеров найдёт в тайном месте поселение? Он захочет делиться его сокровищами, или решит забрать всё себе? Первому достанется всё самое вкусное. Всё то, что Агарес создавал на пути своего возвышения. Ты прекрасно понимаешь, что мы не можем пойти на этот шаг. Парню нужно время.

— Поэтому я и хочу передать Яну эти знания. Дрейк, неужели ты считаешь, что без базовой техники совершенствования он самостоятельно сможет найти путь? На подобное неспособны даже выдающиеся гении сильнейших школ, что с самого рождения получали лучшие материалы для своего развития.

— Пребывание в оазисе ничем не отличается от всех этих лучших материалов. И загоревшееся во внутреннем мире парня солнце тому явное подтверждение. Вкупе с возможностями своего тела Ян ни капли не уступает любому гению континента. — перебил друга Грегори.

Дрейк покачал головой, но перед тем как начать говорить, добавил немного энергии в обращение. Совсем простенькое, но требующее большой концентрации и сосредоточенности. Благодаря этому обращению, они могли быть уверены, что никто не сможет проследить за ними. Никто ниже мастера боевых искусств. Столь сильных идущих в Безмятежном не было.

Но даже прекрасно зная это, старику показалось, что кто-то пытался влезть в их разговор. Кто-то очень сильные и совсем не умелый в подобных делах.

Быстрая проверка не дала никаких результатов. В поселении точно не было никого сильнее Айрона. Поэтому он не стал ничего говорить старому другу.

— Здесь ты не прав Грегори. Он очень сильно им уступает. Все эти годы мы не давали мальчику знаний. С ним не занимались люди сведущие в боевых искусствах. Только драки с детьми охотников. И много из этих драк он почерпнул знаний? Сможет выйти против гения своего возраста? Того, что учили сражаться с пелёнок.

— Сможет. — полностью уверенный в этом ответил Грегори. — Или ты забыл, что в свои пять циклов Ян уже мог наравне сражаться с адептом пиковой стадии? Без помощи звёзд. Без обращений и всего прочего. Лишь благодаря своему телу. Полагаясь только на базовые техники. Пусть разум Яна и уничтожил эти знания, но его тело помнит. Он не допустил ни одной ошибки и выполнил базовые стойки с первого раза. Просто не захотел выделяться и специально показывал, насколько ему это тяжело. Многие из этих, так называемых, гениев смогут повторить подобное?

— И это ещё одна причина, что тревожит меня. — проигнорировав последний вопрос, заговорил Грегори. — Тот, кто должен идти впереди всех с гордо поднятой головой, предпочитает никак не выделяться. Оставаться наравне со всеми. А если вырывается вперёд, то постоянно оборачивается и одёргивает себя. И всё это из-за того, что никто не показал ему другой путь.

— Всё же я настаиваю на том, чтобы мы исполнили просьбу мастера. Ян должен самостоятельно пройти этот путь. Единственное, что в наших силах — помочь ему вернуть былую форму. Заставить его тело вспомнить. Направить его по правильному пути закалки. Только направить. Как ты уже сказал, слишком мало времени у нас осталось. Большего мы просто не успеем.

Этот разговор проходил в их доме. Сам Ян после тренировки ещё не вернулся. Каждый вечер он несколько тысяч вдохов где-то пропадал. Только в это время старики могли поговорить. И подобные разговоры у них были каждый день. Только роли порой менялись.

Сегодня Дрейк пытался уговорить Грегори помочь Яну гораздо больше, чем они обещали мастеру Агаресу. А завтра уже Грегори будет о том же уговаривать Дрейка. Это была своеобразная игра, в которой они с огромным трудом, но всё же могли обходить собственное слово данное мастеру.

Сами они не могли ничем помочь Яну и дать знания сверх того, что было дозволено. Но они не могли сдерживать парня от знаний, что он сможет добыть самостоятельно. Поэтому каждый день понемногу ослабляли защиту двух книг и всего одного свитка, что хранились в тайнике.

Это были сокровища, которые помогут Яну стать сильнее. В том, что парень сможет правильно распорядиться полученными знаниями, старки не сомневались. Пусть они и не могли обучать его боевым искусствам сверх базы. Не могли многого рассказать о совершенствовании. Но они могли дать ему другие знания. Одни из самых важных, что могут быть у любого человека — навыки чтения и письма.

С их помощью Ян самостоятельно сможет черпать информацию о возвышении из книг и свитков. А те, что имелись у них на хранении, станут его первым шагом к небу. Первой ступенью, на которую мальчик должен был взойти уже очень давно.

Осталось совсем немного и сила обращения, что скрывала эти сокровища, иссякнет. После этого нужно будет всего лишь сделать так, чтобы Ян нашёл книги и свиток. Настоящие, а не те, что он уже видел в тайнике.

— Ты чувствуешь это? — внезапно встрепенулся Дрейк, убирая руки от тайника. Теперь уже не было никаких сомнений, что их пытались прощупать. Даже Грегори должен ощущать эту жажду крови. Эту ненависть, что уже находилась недалеко от границ поселения.

К защитным формациям подошёл очень сильный зверь. Никак не ниже пикового воина. Одного его будет вполне достаточно, чтобы уничтожить Безмятежный. Защитные формации не выдержат и десятка его ударов. А ещё этот зверь коснулся стихии и сейчас готовил обрушить её на поселение. Старики не могли позволить этому случиться. Слишком рано. Ян ещё не готов к подобному.

Наверняка зверь, пришёл отомстить за смерть своего собрата.

— Снимай защиту. Больше нет смысла экономить силу. Уведём зверя от поселения и примем наш последний бой. — сказал Грегори, готовясь к своей последней битве.

Глава 11

— Просыпайся Ян! Как ты можешь спать, когда вокруг творится такое! Сколько ещё я должна тебя будить? — послышался едва различимый голос Дейи, и только потом я ощутил, что девчонка изо всех сил трясёт меня.

А следом за голосом Дей послышались и другие голоса. Крики и ругань. Доносились они буквально со всех сторон. Но сильнее всего кричали где-то в стороне складов.

И что там вообще могло случиться? Я пришёл домой довольно поздно и сразу же завалился спать. По ощущениям только закрыл глаза. А со слов Дейи выходило, то она меня никак не может разбудить.

Открыл глаза и не смог ничего увидеть. В комнате стояла кромешная тьма. Крыша не позволяла проникать лунному свету, а окна были плотно закрыты тяжёлыми циновками. Грегори говорил, что просыпается, стоит всего одному лучу света проникнуть в дом. Поэтому на ночь я всегда плотно закрывал окна. А теперь он и сам мог это делать.

— Что происходит? — спросил я, отталкивая от себя руки Дейи.

Вернее, попытался это сделать. Дейя вцепилась в меня невероятно крепко. Откуда столько сил в мелкой девчонке — совершенно непонятно.

— Пожар! Больше десяти домов уже охвачены огнём. И он продолжает распространяться. Все взрослые таскают воду из озера. Меня разбудил отец и я тут же побежала к тебе.

Этого для меня было вполне достаточно, чтобы стряхнуть последние остатки сна и вскочить на ноги. Я схватил Дейю за плечи и быстро начал говорить.

— Ты должна собрать младших детей и отвести их к подножию Клыка. Не позволяй им близко подходить к домам. Если видишь огонь, то не рискуй, иди к следующему дому.

— А ты? — неуверенно спросила Дейя.

— А я буду помогать носить воду.

Больше ничего говорить не требовалось. Я ничего не видел, но ощутил, как Дейя быстро кивнула. Уверен, что она сделает всё в точности, как я сказал. Слишком хорошо все в поселении знают, что такое пожар. В прошлом году молния угодила в дом мастера Томми и тоже начался большой пожар. Сгорело три дома и погибло шесть яков.

Благо, что пожар начался днём. Потушить его не удалось, но вот отлить остальные дома вполне.

Тогда погиб Вори — мальчишка, которому только исполнилось два цикла. В суматохе никто не заметил, как он подошёл близко к горящему дому. Одна из стен выгорела и упала прямо на Вори. Спасти его так и не удалось.

Шарли билась за жизнь мальчика три малых цикла. Но его тело оказалось слишком слабым. Он, как и я, не зажёг ещё ни одной звезды.

И это произошло, когда стихия коснулась всего трёх домов. А сейчас горят больше десяти. Поэтому я и наказал Дейе, найти как можно больше детей и отвести их в безопасное место. Даже если всё поселение охватит огонь, у подножия Клыка им ничего не будет угрожать.

сперва проверил лежаки стариков, которые оказались пустыми. Странно, почему они не разбудили меня? Или их даже не было дома, когда я вернулся? Скорее всего, именно так оно и было. Но о том, почему они не пришли разбудить меня, буду думать потом.

Выбрался из дома всего за пару шагов. Схватил ведро с водой и бросился к ближайшему зареву пожара. Огонь вплотную подобрался к центру поселения. К жилым домам. Судя по тому, что я видел, шёл он с запада. От дома Шарли. Дома, где хранились почти все лекарственные травы и снадобья, за исключением семян скальника.

— Чего замер? Тащи воду к складу. Нельзя позволить загореться ему, — окликнул меня пробежавший мимо Гавир. В руках у него были два больших ведра, из которых во все стороны расплёскивалась вода.

Я тут же побежал следом за ним. Пусть у меня и не было второго ведра, но и одно в любом случае лучше, чем ничего. Если огонь доберётся до склада, то Безмятежный будет обречён.

Там хранятся все запасы семян скальника. Запасы, которых нам хватило бы ещё минимум на один большой цикл. Если они будут уничтожены, то Безмятежный перестанет существовать. Сколько готового снадобья есть на руках у жителей поселения? Сколько ещё семян мы сможем собрать сейчас, когда время сбора урожая уже прошло, а до следующего появления семян минимум три средних цикла?

Дотянет вообще кто-нибудь к этому времени?

В голове метались сотни мыслей, но они просто пролетали мимо, не задерживаясь дольше мгновения. Здание склада уже было видно. Возле него носились люди. Все с вёдрами, воду из которых выплёскивали на стены склада. С двух сторон к зданию были приставлены лестницы, по которым стражи беспрестанно спускались и поднимались, чтобы вылить очередное ведро воды на крышу.

Плотные листья водянки отлично справлялись со своей задачей, не пропуская ни капли влаги внутрь склада. Вода стекала на землю, где уже образовались лужи и появилась грязь, хлюпающая под ногами жителей Безмятежного. Люди скользили в грязи, падали, ругались, но продолжали делать своё дело. Огонь подбирался к складу всё ближе и ближе.

Все материалы, из которых были построены дома в Безмятежном были очень сухими. Хватит даже одной искры, чтобы они вспыхнули.

Я подскочил к одной из стен и вылил на неё своё ведро.

— Ты почему здесь? Лиро должен был собрать всех детей и отвести их в безопасное место, — пробасил Айрон.

При этом он схватил меня за плечо и развернул к себе. Главный охотник был весь покрыт сажей. Волос на голове практически не осталось, а одежда была прожжена в добром десятке мест. Я слышал, что начиная с третьего созвездия тело способно намного дольше сопротивляться буйству стихии.

И вот сейчас сам прекрасно видел, как тело идущего пяти открытых созвездий выдерживает буйство огня. На улице было вполне достаточно света от полной луны, чтобы я мог в мельчайших подробностях рассмотреть охотника. Пусть он и выглядел отвратительно, но не имел никаких повреждений. Я не смог заметить даже небольшого ожога.

— Чего молчишь?

Айрон встряхнул меня и только после этого я вспомнил, что он говорил. Лиро должен был отвести всех детей в безопасное место. Интересно, я раньше вышел из дома или Лиро решил таким образом избавиться от меня? Больше всего походило на второй вариант.

Спасибо Дейе. Можно сказать, что она спасла мне жизнь.

— Я могу помочь. Мне вполне по силам принести два ведра от озера.

Айрон сплюнул и глухо выругался. В этот момент раздался скрежет, и высоко в небо поднялись мириады искр. Рухнул крыша одного из охваченных пламенем домов.

— Будь осторожен. Вы будущее Безмятежного. Каждый ребёнок — это наше сокровище. Дома можно отстроить, а вот вас уже не вернуть, — сказав это, Айрон хлопнул меня по плечу, разворачивая по направлению к озеру, а сам принялся раздавать указания.

Я тут же бросился в том направлении. По дороге раздобыл ещё одно ведро, что стояло возле дома Пасмина, одного из охотников, что погибли при встрече с хозяином западного леса.

Навстречу мне бежали люди с полными вёдрами, а мимо пробегали уже с пустыми. Через несколько вдохов я присоединился ко вторым.

Больше двадцати раз я сбегал к озеру и обратно, пока Айрон не сказал, что склад в безопасности. К этому времени сгорели ещё несколько ремесленных дворов. Огонь перекинулся ещё глубже в поселения. Горели уже жилые дома, но их никто даже не пытался спасать. После спасения склада люди разделились и теперь отливали самые важные для поселения постройки.

Я же бросился к исполину. Понятия не имею, где сейчас мои старики, но уверен, что они смогут сами о себе позаботиться. А Дейя уже у подножия Клыка, с другими детьми. Мне же сейчас необходимо убедиться, что со Ска всё в порядке.

Ещё на подходе к поляне я увидел огненные полосы, что тянулись к исполину. Огонь смог добраться и до дерева. С одной стороны кора была обуглена и продолжала тлеть, но она оказалась слишком толстой и не позволила стихии подобраться к телу исполина. Тут же полез наверх и когда оказался в нужном месте, просунул руку в тайник, чтобы убедиться в том, что малыш Ска невредим.

— Ай! — воскликнул я от неожиданности, когда в руку вонзились острые зубы. — Ты чего? Это же я — Ян. Я не причиню тебе вреда, — начал говорить я, но Ска по-прежнему держал мою руку. Пара мгновений и я ощутил, как малыш начал высасывать из меня кровь.

А затем все звуки поднятого на уши поселения исчезли. Я с удивлением начал крутить головой и смог различить сквозь листву слегка мерцающую пелену. Затем раздался треск, словно кто-то отрывает от исполина кору, а до меня долетели несколько ярких искр.

Сразу после этого Ска разжал зубы и виновато запищал. Я же свесился с ветки, чтобы увидеть в отсвете угасающих углей, как стремительно затягивается рана исполина, а на месте обгоревшей коры начинает появляться новая.

— Это ты сделал? — спросил я у Ска, и малыш снова запищал.

А затем, что-то дёрнуло меня за ногу. Я едва не свалился с дерева. В последний момент успел ухватиться за ветку. Вот только это именно ветка и попыталась меня стащить вниз. Когда я схватился за неё, то нащупал корень Ска. Его шершавую и одновременно мягкую поверхность нельзя ни с чем спутать.

Ветка ещё несколько раз дёрнула меня, но на этот раз гораздо слабее. Малыш хотел, чтобы я спустился с дерева. Понятия не имею, для чего, да и спрашивать Ска нет никакого смысла. Поэтому я решил сделать, как он хочет.

Оказавшись внизу, начал осматривать исполина, но не нашёл ничего странного. В местах, где огонь повредил дерево, уже всё было в норме. Словно тут никогда и не было повреждений. Молодая кора загрубела и было невозможно отличить её от старой.

Тогда я решил обойти дерево по кругу и через десяток шагов наткнулся на полосу огня, что тянулась от домов к дереву. Шириной эта полоса была в пару локтей. Огонь быстро бежал по сухой траве. Ещё вдохов пять, и он достигнет исполина.

Даже одной искры может хватить, чтобы разгорелось жаркое пламя, уничтожающее всё на своём пути. А тут столь широкая полоса. Необходимо было остановить огонь. Не дать ему подобраться к исполину. Боюсь, что с этой полосой огня даже Ска не сможет ничего сделать.

Единственное, что мне сейчас пришло в голову, это накинуть на огонь свою рубаху. Она была сделана из плотного материала и должна помочь. Дёрнулся было навстречу огню, но едва не упал. Мою ногу обвил тонкий побег скальника, который оказался невероятно прочным. Ска не пускал меня. А когда я повернул голову в сторону огня, то увидел, как на его пути появились сразу несколько таких же побегов, что держал меня.

Огонь накинулся на них, стараясь стать ещё сильнее, но вместо этого начал угасать. Побеги, словно втягивали его в себя. Со стороны это выглядело очень странно. И чем больше огня поглощали побеги, тем толще они становились. Словно стихия была для них лучшей пищей.

Стихия и моя кровь.

Побег, что держал меня, выпустил несколько игл, которые без какого-либо сопротивления пронзили кожу и принялись пить кровь, словно пиявки, обитающие в озере. Но у пиявок ты даже не чувствуешь, когда они присасываются к тебе, а здесь уколы были весьма и весьма болезненны.

Ничего страшного в том, чтобы дать малышу Ска ещё немного крови я не видел. Он никогда не брал лишнего. И на этот раз прошло всего пять вдохов и иглы, вылезли из моего тела. А после и нога оказалась свободна.

Примерно в десятке шагов от исполина из земли начали вылезать сотни мелких побегов скальника. Они организовали защитный барьер, который точно не пропустит огонь. Но это было ещё не всё. Я видел, как возле ближайшего охваченного огнём дома, что находился от исполина в пятидесяти шагах, также появлялись побеги и бросались в огонь.

Ска помогал Безмятежному. Его побеги поглощали пламя. Но лишь там, где поблизости не было людей. Крики раздавались где-то в ремесленных районах. Айрон и остальные по-прежнему сражались за так необходимые для выживания ресурсы. И мы со Ска могли им в этом помочь.

Я тут же начал карабкаться наверх и, оказавшись на нужной ветке, начал сбивчиво просить малыша помочь нам. Потушить огонь. Изгнать его из Безмятежного. Но это было ещё до того, как я заглянул в тайник.

За эти несколько десятков вдохов, что я находился внизу, глаза малыша стали светиться намного ярче. Они отлично освещали тайник, и я мог разглядеть все изменения, произошедшие со Ска. Поглощение огня не прошло для него бесследно.

Его кожа покрылась сажей, а в некоторых местах потрескалась. Из этих трещин медленно сочилась жидкость, отдалённо напоминающая кровь. Если кровь может быть бледно-зелёного цвета и консистенции тягучей смолы.

Малыш что-то еле слышно пропищал, а затем его глаза начали стремительно тускнеть. В этот момент я испугался. Да так, что ещё никогда в жизни не пугался.

Неужели Ска умирает?

Он смог справиться с огнём, смог помочь нам потушить несколько домов, и ради этого расплатился собственной жизнью?

Внутри у меня словно что-то разбилось, а острые осколки стали причинять нестерпимую боль.

Угольки глаз Ска вернулись к своему обычному состоянию, но даже не думали останавливаться угасать. Единственное, что я мог сейчас сделать это дать то, что пробудило Ска. Что помогло ему войти в этот мир. На ощупь нашёл острый угол крышки, прикрывающей тайник и изо всех сил провёл по нему ладонью. Даже не заметил боли. Сейчас это совсем неважно.

Кровоточащая рука устремилась в тайник и легла на крошечную голову Ска. Я судорожно начал считать вдохи, не зная, что ещё сделать. На седьмом счёте малыш едва заметно дёрнулся, а на восьмом в рану воткнулась первая игла. Рука начала неметь, но я не обращал на это внимания. Главное, что это сработало. Моя кровь действительно смогла помочь малышу.

Я уже давно перестал считать вдохи, а Ска продолжал тянуть из меня кровь. Постепенно начала кружиться голова. Крики поселенцев, борющихся с огнём, и зычные команды Айрона стали отходить на второй план, а их место занимать мерные удары сердца.

В висках появилась боль, а в глазах начало темнеть. Хотя я точно помню, что уже рассветало. А затем всё резко изменилось. Боль исчезла, а все чувства одновременно обострились. Я слышал, как где-то далеко в лесу сражаются два могучих зверя. Как жужжат тысячи мохнатых работяг в своих ульях, готовясь к новому рабочему дню. Как бежит быстрый ручей и к нему осторожно подкрадывается какой-то маленький зверёк. И ещё сотни разных звуков, которые я слышал так же отчётливо, как и биение собственного сердца.

Зрение также стало в сотни раз острее. Я прекрасно видел даже в темноте. Тайник и каждый его уголок сейчас были открыты для меня. Практически в его центре сидел малыш Ска, а моя ладонь по-прежнему накрывала его. Только я уже не касался крохтотной головы, между нами появилась какая-то чёрная дымка.

Именно эта дымка не позволила больше поглощать мою кровь. А ещё я смог заметить, едва различимые жёлтые нити, что тянулись от корней Ска к моей руке. Сверкнула чёрная вспышка, и все нити были оборваны.

В этот момент малыш заголосил, едва не оглушив меня. В его писке слышались жалобные нотки, словно он извинялся. Извинялся за то, что едва не погубил меня.

Но я сейчас был полностью погружен в себя и лишь краем сознания отметил этот факт. Резкое обострение всех чувств могло говорить только об одном — зажглась моя первая звезда.

Глава 12

Сразу же отправился в свой внутренний мир, чтобы убедиться и едва не заорал от радости.

Уже привычную мне тьму рассеивал яркий солнечный свет.

Именно солнечный, а не звёздный. Не знаю, как такое вообще возможно. Но вместо крошечной звезды, что должна была загореться высоко в небесах моего внутреннего мира, пылало настоящее солнце, освещая собой всё вокруг. Теперь пустота приобрела другой оттенок, который нравился мне гораздо больше.

Тёплые лучи ласково касались кожи и смывали любую боль и усталость. Даже находясь здесь, я чувствовал, как стремительно затягивается рана на руке в реальности. Как тело начинает претерпевать изменения. Становится крепче и выносливее. Как где-то в груди зарождается источник, от которого зависит, насколько много звёздной энергии может зачерпнуть идущий.

Всё, как и должно быть при появлении первой звезды. Всё, как нам и рассказывали. Только никто не рассказывал о том, что помимо звезды в моём внутреннем мире может появиться ещё что-то или кто-то.

Только сейчас я посмотрел на себя и увидел, что в руке пристроился малыш Ска. В том виде, в котором он появился на свет. Крошечные корни свисали по сторонам. Яркие угольки глаз восторженно смотрели на солнце, а рот, усеянный множеством мелких зубов, был слегка приоткрыт. Здесь не было никакой чёрной дымки, а вот светящиеся линии, что соединяли нас в реальном мире, присутствовали.

Но если там они были соединены лишь с моей рукой, то здесь обвивали всё тело и даже проходили сквозь него. Собираясь где-то в области груди. Словно малыш Ска пустил в меня свои корни, посчитав идеальным местом для роста.

— Тебе нравится? — спросил я и услышал довольное бормотание малыша.

Это уже был не тот писк, к которому я успел привыкнуть за время, проведённое со Ска. А бормотание, похожее на нормальную речь. И судя по этому бормотанию, малыш был очень рад. Ему нравилось исходящее от солнца тепло и его свет. Угольки на миг погасли, а рот малыша растянулся в блаженной улыбке.

Впервые я видел, как он улыбается. И от этого сам растянулся в улыбке. Вот она, моя первая звезда. И эту радость я могу разделить с существом, которое стало мне очень дорого. Словно это часть меня, которая была давно потеряна, а сейчас была найдена и заняла своё место. Я чувствовал себя цельным, что ли, даже не знаю, как назвать это чувство.

Но вот я ощутил движение на ладони, и Ска спрыгнул с неё, смешно растопырив по сторонам свои конечности-отростки. Он просто парил в моём внутреннем мире, наслаждаясь этим состоянием. А затем его корни начали стремительно расти, образовывая причудливые переплетения и создавая невероятные узоры.

Уже через несколько десятков вдохов эти узоры слились вместе, и в моём внутреннем мире появился свой исполин. Огромное дерево с пышной кроной, утопающей в лучах солнца. Среди толстых ветвей я разглядел такой же тайник, что сделал для Ска в Безмятежном.

Сверху раздался довольный писк, и я полез на дерево. Где обнаружил малыша, уже укоренившегося в тайнике.

— Тебе здесь нравится?

Ответом мне был радостный писк. А затем наступила темнота.

* * *

— Он точно в порядке? Уже столько дней лежит, словно укусила красная щелехвостка, — раздался голос Дейи.

Интересно, почему каждый раз, когда я просыпаюсь, слышу её голос? Это уже превратилось в какую-то традицию.

И вообще, где я нахожусь? Почему здесь пахнет сушеными травами, вяленым мясом и затхлостью? Словно нахожусь в погребе. А ещё здесь довольно прохладно и сыро.

— Точно! Я тебе это уже тысячу раз говорила. Его тело в полном порядке. Похоже, что парень смог-таки зажечь свою первую звезду и на радостях переусердствовал с открывшимися возможностями. Использовал очень много силы. Слишком долго любовался своей звездой и провёл во внутреннем мире непростительно много времени. Перенапряг, только зародившийся источник. Полностью опустошил его. Для некоторых людей это приговор, но Ян у нас родился с чёрной лилией в руках. С ядами борется, повреждения быстро заживают, а теперь ещё и от опустошения почти никаких следов не осталось всего за три дня.

— Сколько?! — не выдержав, спросил я.

Голос Шарли я узнал сразу и, судя по тому, что она говорила, пострадал оттого, что слишком долго находился во внутреннем мире после открытия звезды. Последнее, что я помню — это радостный Ска, создавший для себя копию исполина. Я залез, чтобы посмотреть на довольного малыша и потом очнулся уже здесь.

Открыв глаза, я тут же зажмурился от света, что падал на меня сквозь огромные щели в крыше. Если крышку над погребом можно так назвать.

Мне не показалось, что пахнет как в погребе. Потому что мы здесь и находились.

Глубокие ямы, вырытые в той части поселения, где тень от Клыка никогда не даёт солнечным лучам падать на землю. Здесь хранилось мясо и овощи. Если на поверхности они быстро портились, то в погребах сохраняли свою свежесть гораздо дольше.

И вот теперь я, словно какой-то овощ, ну или кусок мяса, лежу здесь. Сохраняю свежесть. Хотя, если судить по ощущениям, что я сейчас испытывал, попытки Шарли не увенчались успехом. Я словно только что смог правильно повторить все базовые стойки и на радостях сделал больше сотни повторений.

Сильнее всего болела грудь. Казалось, что там сидел огненный жук и пытался прогрызть дорогу к моему сердцу, попутно оставляя везде свой фермент, который действовал, словно раскалённый уголь, если попадал на кожу.

— Вот, видишь. Он уже очнулся. Прошло всего три дня. Тому же Айрону в своё время потребовалось почти три средних цикла, чтобы восстановиться после опустошения источника.

Но Шарли уже никто не слушал. На меня налетел ураган по имени Дейя. Девчонка полезла ко мне обниматься, при этом постоянно что-то тараторя. Я даже не мог толком разобрать, что она пытается рассказать. Дейя перепрыгивала с темы на тему. Пара слов про одно, пара про другое и так дальше. А ещё она отчего-то вцепилась в мою руку, что так понравилась Ска и начала её ощупывать, словно пыталась что-то найти.

Шарли стояла за спиной девчонки и с удивлением смотрела на всё это. Дейе удалось застать знахарку врасплох. Но ненадолго. Через двадцать вдохов Шарли положила руку на плечо девчонки и с лёгкостью оттащила её от меня. Дейя пыталась сопротивляться, но куда ей против знахарки с её тремя созвездиями. Силы были не равны.

— Хватит тараторить! — рявкнула Шарли. — Дай я сперва его осмотрю, а уже потом будешь рассказывать обо всём, что хочешь. Ведёшь себя, словно жена охотника, который ушёл за добычей и не был дома несколько средних циклов.

Слова про жену охотника тут же смутили Дейю и заставили её замолчать. Она сложила руки на груди, надула губы и отвернулась от знахарки. От этого Шарли звонко рассмеялась, а потом обратилась уже ко мне.

— Ты как, парень? Тело ломит? Чувствуешь, что в груди словно кто-то забыл раскалённый уголь? А в голове, случаем, не поселился рой стрекочущих шершней?

— Тело ломит. Уголь забыли. Стрекочущих шершней в голове нет.

— Странно, — задумчиво протянула знахарка. — Везучий ты всё же, Ян. Обычно после опустошения люди даже слова сказать не могут, так у них в голове шумит. Да и телом управлять толком не могут очень долго, а ты вон как схватил меня. Того и гляди синяки начнут появляться.

Только сейчас я посмотрел на руку знахарки, в которую вцепился. Даже сам не понял, как и для чего это сделал.

Тут же отпустил её, но Шарли даже не обратила на это внимания и принялась дальше расспрашивать меня.

— Ты открыл свою первую звезду и на радостях совсем забыл о времени, что провёл во внутреннем мире? Так?

Я никогда и не знал, что время, проведённое во внутреннем мире, как-то ограничено. Раньше я мог находиться там очень долго и без каких-либо последствий. Так как я всё ещё не зажёг ни одной звезды, никто мне и не рассказывал об этом. Да и от других детей никогда ничего подобного не слышал. Как-то не принято было разговаривать при мне о звёздах и возвышении. Подобное себе позволял только Лиро и его дружки, чтобы унизить меня и в очередной раз обозвать обузой для поселения.

— Или тебе никто не рассказывал об этом? Точно! Ты же остался один в таком возрасте, у кого ещё не было зажжено ни одной звезды. Самый перспективный ребёнок в поселении, — поняла по моему молчанию знахарка. Вот только я не понял про самого перспективного. — И какого зерга эти два тупоголовых старика даже ничего не рассказали тебе? Сами, значит, считают себя такими сильными. Чуть ли не мастера. А своему внуку даже не подумали начать преподавать основы восхождения! Вот увижу я их, они у меня получат! Будут средний цикл за мной на коленях ползать, чтобы получить самый паршивый эликсир исцеления.

— Всё в порядке. Не нужно наказывать моих стариков. Ты сама прекрасно помнишь, в каком состоянии они находились, пока не смогли немного восстановиться, благодаря ядру хозяина западной части джунглей.

Мои слова немного успокоили Шарли, но всё равно она продолжала бурчать себе под нос, когда принялась осматривать меня. Её руки ловко скользили по телу, нажимая на точки, известные только ей. И после каждого нажатия боль понемногу отступала. Я и не представлял, что знахарка способна лечить не только при помощи своих трав и зелий.

— Парень, слушай меня очень внимательно. Раз эти два зерга не позаботились о том, чтобы ты не натворил бед после пробуждения первой звезды, то это сделаю я. Времени у нас ещё достаточно. В гостях у меня ты проведёшь ещё минимум пару дней. Слишком опасно сейчас отпускать тебя. Да и слишком слабым ты будешь. Вот за эти пару дней я и постараюсь тебе рассказать всё, что сама знаю о возвышении. Пусть мой талант и считается в любых землях континента паршивым, но в Безмятежном ты и не найдёшь никого лучше.

— Можно я тоже поговорю с Яном? — робко спросила Дейя, и я её не узнал.

Обычно она не боится вообще никого. Даже со старейшинами разговаривает, как захочет и никогда не выказывает им своего уважения, а тем более страха. А вот сейчас перед знахаркой Дейя растеряла всю свою смелость и наглость. Она превратилась в маленькую, трусливую девочку, которая боится даже подойти к Клыку. А уж о том, чтобы начать карабкаться по нему и собирать семена скальника — и речи быть не может.

— Поговоришь после того, как я закончу, — отрезала знахарка. — У тебя будет тысяча вдохов. А пока можешь сбегать к Марле и принести две порции её самой наваристой каши. Парню необходимо восстанавливать силы, и здесь лучшим средством будет обычная пища.

Дейя быстро закивала и тут же бросилась к лестнице, что стояла в трёх десятках шагов от того места, где я лежал. Ещё несколько вдохов и крышка приподнялась, чтобы с грохотом упасть обратно. Сверху на нас посыпался какой-то мусор, что заставило Шарли снова начать ругаться.

— Какая же грязь кругом! Разве можно работать в таких условиях? Да я здесь даже самого дерьмового эликсира не смогу сварить, пока не уберусь! А делать это приходится по несколько раз на дню!

— А почему мы в погребе? — спросил я, прерывая ругань знахарки. Этот вопрос первым пришёл мне в голову после пробуждения.

— Потому что мой дом сгорел, а в зерговом Безмятежном условия для хранения некоторых трав и большинства эликсиров имеются лишь в погребе. У меня и свой погреб имелся под домом, но сейчас там слишком сильно воняет гарью. Поэтому я временно перебралась сюда. Можешь не переживать, тебе точно не грозит простудиться здесь или схватить какую-либо другую болезнь. Ведь ты у нас слишком сильно отличаешься от остальных. Благословенное тело небесного путешественника. Будь оно проклято.

Последние слова знахарки я не понял. А когда попросил её объяснить, что они значат, Шарли просто отмахнулась. После чего опрокинула мне в рот сразу четыре пузырька с эликсирами.

Может быть, каждый по отдельности был не так уж и плох на вкус, но все вместе они оказались просто отвратительны. Я даже попробовал выплюнуть. Но Шарли, словно предвидела это. Она закрыла мне рот, запрокинула голову назад и тут же нажала на горло, отчего я, не желая того, всё проглотил.

Как только непонятные эликсиры оказались в желудке, по телу пробежал приятный холодок. Боль начала отступать, а силы возвращаться.

— Учти, что действия этих эликисров хватит всего на пять сотен вдохов. За это время тебе необходимо поесть и успеть сделать все дела, которые требуются организму.

Только сейчас я понял, что живот буквально готов взорваться. Всё это время я пролежал, ни разу не избавившись от излишков, накопившихся в теле. Шарли указала мне, куда следует идти, и я тут же помчался за ширму, установленную возле дальней стены. Почти под самой лестницей.

Я и не знал, что в поселении имеются такие большие погреба. Этот мало чем уступал размерами моему дому.

Пока я справлял нужду, вернулась Дейя.

— Марли сегодня добрая. Дала сразу пять порций. Говорит, что сделала слишком много каши и не знает, куда её теперь девать. Не якам же отдавать.

Зная Марли, я точно могу сказать, что подобного просчёта она не могла совершить. Кухарка всегда делает ровно столько еды, сколько необходимо, чтобы накормить всех, кто сегодня харчуется на общей кухне поселения. А это стражи, собиратели и толстый Рьюл. Понятия не имею, почему Марли всегда его кормила, но так было.

А ещё она стала готовить и на тех, кого выбрали своими учениками Грегори и Дрейк.

Поэтому я уверен, что она могла выделить мне максимум одну порцию. А тут сразу пять. Допустим, четыре порции — это за предыдущие дни, что я находился в отключке, и за сегодня. Тогда получается, что четвёртую мне кто-то отдал. И могла это сделать только Дейя.

Да и смотрела девчонка на кашу голодными глазами. Я же не очень хотел есть. Хотя Шарли и сказала, что это лучший способ восстановиться. Поэтому вернул одну миску Дейе и сказал, что не смогу осилить столько в одиночку. Девчонка тут же начала отказываться. Говорила, что мне необходимо быстрее приходить в норму. Что после пожара нужно срочно восстанавливать запасы семян скальника. Хоть все очень старались, но большая часть запасов всё же была уничтожена огнём.

Мне с огромным трудом удалось уговорить её поесть. И то, согласилась только после того, как на неё рявкнула Шарли. Времени у меня оставалось всё меньше и глупо его тратить на препирательства.

Ели мы молча. Были слышны только глухие удары песта о ступку. Шарли перетирала какие-то травы, сидя за столом, заставленным разными мисочками с ингредиентами, предварительно убравшись там.

Сперва я нехотя засовывал в рот кашу, но с каждой новой ложкой во мне начинал просыпаться аппетит. Даже не помню, чтобы хоть раз я так сильно хотел есть. Когда третья миска была пустой, а я вылизал ложку дочиста, с сожалением посмотрел на Дейю. Думаю, что смог бы съесть ещё столько же.

— Поел? А теперь быстро лёг. Действие эликсиров уже должно подходить к концу. Тащить на лежанку мне тебя совершенно не хочется. Хоть ты и весишь, как полмешка сырой кровянки, но предпочту не напрягаться. Да и травы нужно успеть истолочь, пока они не утратили своих свойств. Не могу сейчас оставить их ни на мгновение.

Шарли продолжала говорить, не отрываясь от своего занятия, даже когда я уже оказался на лежаке. Хоть я и чувствовал себя полным сил, но не хотел лишний раз напрягать знахарку. Как я понял, в поселении и без того осталось мало лекарственных трав, чтобы ещё портить снадобья из-за меня.

Стоило только положить голову на пучок сухой травы, прикрытой тряпкой, как усталость вновь начала завладевать телом. Нарастая с каждым вдохом. Но всё же я смог попросить Дейю рассказать всё, что произошло в ночь, когда огонь обрушился на Безмятежный. А ещё я хотел знать, где мои старики.

Глава 13

— Когда ты сказал мне собрать всех детей, я тут же побежала это делать. Но смогла найти всего двоих. Остальных уже увёл Лиро. Не знаю, сколько мне на это потребовалось времени, но к тому моменту, когда мы были возле Клыка, уже успели потушить основную часть пожаров. Оставались только дома во внутреннем круге. Мне даже показалось, что горит исполин.

Дейя рассказывала всё очень обстоятельно. Сама она почти ничего не видела, но пересказывала то, что слышала от отца. Он тушил пожар практически с самого его начала.

Основная часть пожаров была потушена. Склады и припасы спасены. Как и большинство домов, что удалось отлить. Продолжали тлеть лишь несколько домов во внешнем круге, вот на их тушение и были переброшены все силы.

Казалось, что с этой напастью будет вот-вот покончено. Что Безмятежному удалось отделаться относительно легко. Сгоревшие постройки восстановить будет довольно просто. Один средний цикл и всё будет готово.

Но пока все занимались внутренним кругом, пламя вновь обрело силу и обрушилось на поселение со стороны западноых джунглей. Словно его родил дух хозяина джунглей, которого убил Айрон со своими охотниками.

Но всем прекрасно известно, что духи не способны на подобное. Да и любому зверю необходимо развиться невероятно сильно, чтобы использовать стихийные атаки. В джунглях, окружающих Безмятежный, нет столь сильных созданий. Иначе они уже давно пришли бы и уничтожили поселение.

Во всех рассказах говорится о том, что люди, сумевшие зажечь хотя бы одно созвездие — лучшая пища для зверей, вступивших на путь возвышения.

Со второй волной пламени также удалось совладать. Но далось это поселению очень высокой ценой. Сгорели все склады и пострадало очень много жителей поселения. Каждый, кто тушил пожары, оказался ранен. Не только ожоги, но и другие повреждения.

Когда с огнём удалось справиться, Дейя тут же принялась искать меня, но нигде не могла найти. Кто-то говорил, что видел, как я помогал таскать воду из озера. Но это ещё в первый раз, когда отливали большой склад. А потом меня больше никто и не видел. Лишь Айрон вспомнил, что вроде видел кого-то возле исполина. Он подумал, что это я. Просто больше никто не подходит к дереву так близко, кроме меня и Дейи.

Вот там меня и нашли. Причём нашли лежащим на ветке без сознания. В руках я сжимал побег скальника, и им же был обмотан вокруг туловища, чтобы не упасть. Это всех очень сильно удивило. Дейе с огромным трудом удалось распутать меня. А потом ещё пришлось уговаривать взрослых, чтобы они помогли снять меня с исполина. Сама девчонка не могла этого сделать. Слишком тяжёлым для неё я был.

Все отказывались подходить к исполину, и лишь старейшина Йорго помог Дейе. Обязательно нужно будет его поблагодарить.

Ну а дальше меня отнесли к Шарли, которая разрывалась между ранеными. Все три дня знахарка даже не сомкнула глаз. Слишком многим нужна была её помощь. И только сегодня ближе к утру освободилась, тут же принявшись за создание эликсиров. Были те, кто уже начал испытывать первые признаки энергетического безумия.

Только тут я вспомнил, что и сам принимал зелье больше малого цикла назад. По идее, мне уже давно должно было стать плохо. Но я не ощущал ничего из того, что описывали старшие, когда рассказывали о первых признаках наступления энергетического безумия. В эти моменты ещё можно было спастись, приняв зелье.

У меня не было даже никаких намёков. Голова совершенно ясная, кожу не печёт, в висках не стучит. Никаких странных голосов я не слышал. А после той адской смеси, что заставила меня выпить знахарка, я испытываю одну лишь слабость, но и это скоро пройдёт.

— Где мои старики? — спросил я у Дейи, и она как-то странно посмотрела на Шарли.

Знахарка была полностью погружена в процесс смешивания трав, но каким-то образом смога уловить внимание девчонки и коротко кивнула ей, давая разрешение. Как-то мне это совершенно не понравилось.

— Учителя Грегори и Дрейк исчезли. Никто их не видел. Ни в ночь пожара, ни в последующие дни. Все завалы уже были разобраны и там нет никаких следов. Айрон думает, что сила ядра хозяина западных джунглей исчерпала себя, и они вновь превратились в…

Дейя не могла подобрать слова, чтобы назвать, кем все эти годы являлись мои старики. Она просто боялась обидеть меня. Хотя я прекрасно понимал, что все эти годы, что заботился о стариках, они были словно овощи. Особенно Дрейк. Но всё равно я был благодарен Дейе за такую тактичность. Единственное, что я мог сейчас сделать, это сжать её руку в знак благодарности.

— Уверен, что старые прохиндеи обязательно вернутся. Ты же сама помнишь, каким энергичными они были на занятиях в день пожара. Как усердно учитель Грегори указывал всем на ошибки, — Дейя вздрогнула и потянулась к своему заду, но тут же опомнилась и отдёрнула руку. — А Дрейк и вовсе бегал между рядами, словно наш ровесник.

Сейчас я успокаивал не Дейю, а себя. Сам не знаю почему, но я не верил своим же словам. Я больше никогда не смогу увидеть стариков. Случилось что-то очень плохое. Все эти постоянные недомолвки. Их взгляды, которые я замечал, когда у меня в очередной раз получалось добавить ещё одну смену стойки. И бездействие, когда Лиро и его дружки задирали меня.

Всё это казалось мне очень странным. Понятно, что они хотели, чтобы я умел сам справляться с любыми возникшими проблемами. Как я, впрочем, всегда и делал. Но что ещё, помимо этого, они хотели? И хотели ли вообще? Или это просто мои глупые фантазии, разыгравшиеся от зелий Шарли?

Попытался встать с лежанки, но ничего не получилось. Тело отказывалось слушаться. Всё, как и говорила знахарка. Но так просто сдаваться каким-то зельям я не собирался. Сейчас мне необходимо было добраться до дома. Возможно, там я смогу найти хоть что-нибудь, что сможет подсказать, где сейчас находятся старики. Куда они решили уйти.

А в том, что это они сами решили покинуть поселение, я не сомневался. Грегори и Дрейк были самыми сильными идущими в Безмятежном. Никто не посмел бы позволить себе даже грубого слова в их сторону. Так было, когда они не могли даже передвигаться самостоятельно, а сейчас и вовсе способны с лёгкостью разобраться со всеми охотниками и стражами, вместе взятыми.

Мне необходимо было встать и вылезти из временного пристанища Шарли. Просить её помочь было глупо. Точно не разрешит мне даже думать о том, чтобы уходить, пока полностью не восстановлюсь. По этой же причине не мог попросить помочь и Дейю. Да и не сможет девчонка меня вытащить из погреба. Ей это не по силам.

Единственное, что мне пришло в голову, это использовать обращение, что помогло мне спуститься с Клыка за несколько вдохов. Я уже приготовился обратиться в свой внутренний мир, чтобы обрести спокойствие, но этого не потребовалось. Сама лежанка оттолкнула меня от себя, словно она уже была напитанная силой. Но когда я успел это сделать? Неужели за те мгновения, что думал об этом? Это так легко, после того как загорается первая звезда?

— Как ты смог это сделать? После приёма корня тысячецвета даже идущий, очертивший три созвездия, не сможет двигаться минимум пять тысяч вдохов, — заговорила Шарли, не отрываясь от своего занятия.

Она уже в который раз пересыпала из одной ступки в другую получившиеся порошки и не прекращала их толочь, превращая в пыль. Прерывать этот процесс нельзя. Чем мне и нужно воспользоваться. Шарли точно не станет меня останавливать. Сделать это словами у неё точно не получится.

— Дейя, помоги мне. — обратился я к девчонке, и она тут же оказалась рядом, помогая мне подняться.

Забрал силу из лежака и направил её на земляной пол. К моему удивлению, это получилось довольно легко. Теперь главное — держаться вертикально. Ноги накрепко притянуло к земле.

— Мне нужно попасть домой. Возможно, там я смогу найти что-нибудь, что скажет, куда делись старики. Я не могу так просто их бросить.

Этих слов для Дейи было вполне достаточно, чтобы подлезть мне под руку и сделать первый шаг. Этого хватило, чтобы мои ноги начали двигаться, не отрываясь от пола.

— Парень, если ты сейчас уйдёшь, то я не даю гарантий, что сможешь дожить до завтрашнего утра. Эликсиры, что ты принял очень сильные, и без моего постоянного наблюдения могут убить тебя. А если не убьют, то ты навсегда можешь забыть о том, чтобы идти по пути возвышения. Твой, только зародившийся внутренний мир будет уничтожен. Все истоки заблокированы. Источник опустеет и никогда больше не сможет наполниться. А единственная звезда превратится в пустоту.

— Спасибо за заботу, Шарли. Но я не могу поступить иначе. Старики для меня слишком много значат.

В этот момент я ощутил сразу с десяток уколов по всему телу. Очень хорошо известных и знакомых мне уколов. Иглы скальника выплеснули в меня свой яд. Сразу же ощутил, как ослабевает действие снадобья Шарли. Усталость начала отступать, но всё равно, без помощи Дейи я не смогу выбраться отсюда.

Мы прошли мимо стола, за которым знахарка в очередной раз пересыпала содержимое ступки в такую же и добавила ещё один ингредиент, начав стучать гораздо сильнее, чем обычно. Она вымещала злобу на посуде. Из-за того, что не может меня остановить. Не может бросить своё занятие.

— Если останешься жив, то приходи завтра. Эликсир, который поможет тебе, уже будет готов.

— Спасибо, — тихо произнёс я, но знахарка отлично услышала эти слова, даже несмотря на грохот, что создавала пестом, словно хотела разбить ступку.

В этот момент я уже находился возле лестницы и даже смог сам сделать последний шаг и поднять руки, чтобы ухватиться за перекладину. Тело всё лучше и лучше отзывалось на команды. Словно яд скальника нейтрализовал эликсиры Шарли и прибавил мне сил.

Сразу же вспомнил Ска, и что произошло во внутреннем мире. Неужели всё это мне не причудилось? Но прямо сейчас обратиться в свой внутренний мир я не мог. Боюсь, если попробую это сделать, то уже не смогу выбраться из погреба. Не смогу даже попытаться найти стариков. Или хоть что-нибудь, что поможет мне это сделать.

Постояв пару вдохов, я напитал лестницу своей энергией и поставил на неё ногу, а затем вторую. Дерево держало меня не хуже камня, и я медленно, но вполне уверенно начал подниматься. Сзади лезла Дейя, готовая в любой момент помочь мне. Но этого не потребовалось.

К тому моменту, когда я добрался до верха, тело уже окончательно пришло в норму. Я даже помог Дейе вылезти, просто подняв её одной рукой.

— Посмотрите, кто это у нас вылез оттуда, где ему самое место? — раздался голос, который я сейчас хотел слышать меньше всего.

И что Лиро здесь забыл? Почему он вместе с другими собирателями не отправился на Клык? Сейчас поселению необходимы все остатки семян скальника, что только можно добыть.

— Лиро, заткнулся бы ты и шёл, по своим делам, — тут же заступилась за меня Дейя. Аккуратно потянул её за плечо и встал перед девчонкой.

— Лучше бы, чем зубоскалить, занялся полезным делом. Сейчас и без тебя в поселении проблем хватает.

— А ты мне не указывай. Думаешь, если Грегори и Дрейк стали моими учителями, то это не позволит намять тебе бока? — парень отодвинул в сторону ухмыляющегося Таркина и положил на землю огромную вязанку хвороста. Похоже, что дела совсем плохи, раз собирателей теперь ещё и за хворостом отправляют.

Лиро явно хотел устроить потасовку, но мне сейчас было не до него. Сам не понимаю толком, как я это сделал, но буквально за половину вдоха оказался возле решётки, что служила в погребе Шарли крышей.

Решётка должна быть очень тяжёлой. Она закрывала собой огромный подвал. Минимум десять на двадцать шагов. Сделана решётка была из бамбука, связанного между собой ползуном. И судя по цвету стволов, бамбук был совсем свежим. А значит, очень тяжёлым.

Но какой бы тяжёлой ни оказалась решётка, мне удалось поднять её и даже замахнуться этой махиной на Лиро.

— Совсем больной, что ли?! — заорал сын Айрона, отскакивая в сторону.

При этом он задел вязанку и хворост разлетелся во все стороны. А из подвала на меня уставилась Шарли. Она даже перестала работать пестом и смотрела на меня с открытым ртом. Но я и сам в этот момент был в шоке.

Эта решётка весит никак не меньше сотни мер. Когда я сам вешу всего тридцать две. Единственное объяснение этому — солнце, что сияло в моём внутреннем мире.

— Выходит, что ты всё же сумел открыть первую звезду, — злобно процедил Лиро. — Это многое меняет. Теперь я не стану сдерживаться. Скоро ты узнаешь разницу между нами. Отброс! Таркин помоги мне собрать хворост и валим отсюда.

Я даже не стал обращать внимания на эти слова. Главное, что на время проблема Лиро решена. Не хватало мне ещё сейчас сцепиться с ним. Прекрасно понимаю, что в таком состоянии я ему не соперник. Пусть и ощущаю себя отлично. Даже смог поднять тяжёлую решётку, что просто удивительно. Но всё это лишь благодаря моему солнцу и помощи Ска.

Яду скальника, что нейтрализовал действие зэликсиров Шарли. И сколько продлится этот эффект — совершенно непонятно.

Поэтому я лучше отправлюсь домой, чем буду драться с сыном охотника. Да и Дейя не будет стоять в стороне. Она обязательно полезет в драку. Не хватало ещё, чтобы ей там досталось. Не зря же я всегда договариваюсь с Лиро о месте наших разборок. И пытаюсь сделать так, чтобы Дейя не узнала об этом месте, что очень сложно.

— Не хочешь вернуть на место? — раздался требовательный голос Шарли, и я тут же пристроил импровизированную крышу обратно, при этом извинившись перед знахаркой.

— Так ты правда смог? Ты открыл свою первую звезду! Отец мне говорил, чем позже человек открывает первую звезду, тем сильнее он будет. Я всегда думала, что он говорит это для того, чтобы успокоить меня. А то все уже открыли свои первые звёзды чуть ли не сразу, как научились ходить. А я только в четыре полных цикла. Сразу после смерти мамы.

Дейя очень редко вспоминала о матери и каждый раз при этом у неё наворачивались слёзы. Но сейчас ничего подобного не было. Я видел в её глазах лишь радость. Радость за меня. Из-за того, что я смог сделать то, чего так давно хотел. И эта радость была настолько искренней, что я даже смутился. Хотя не помню, когда подобное было в последний раз.

— Я всегда верила, что ты сдержишь своё обещание. Станешь самым сильным идущим и вытащишь нас из Безмятежного.

— Я действительно смог открыть первую звезду. Но боюсь, что эта сила у меня не из-за неё, а от эликсиров Шарли. Когда ты ушла, знахарка влила в меня сразу четыре пузырька. Не представляешь, какой отвратительный вкус получился. Так что моя звезда здесь совершенно ни при чём. А теперь давай не будем терять время. Мне нужно попасть домой. Кстати, а мой дом цел?

Только сейчас я догадался спросить об этом. А то собрался домой, а сам даже не знаю, остался он цел после пожара или нет.

Глава 14

Дом оказался целым, что было очень странно. Ведь все соседние превратились в пепел. А у моего лишь слегка опалилась одна стена, да прогорело несколько дыр в крыше. Подойдя ближе, я нашёл причину подобного везения. Обугленный побег скальника валялся на подходе к дому. С той стороны, где дом смотрел на исполина.

Ска помог мне и здесь. Никогда не слышал, чтобы растения были способны на подобное. Но я вообще очень мало чего знаю о том, что происходит за пределами защитных формаций поселения. Лишь то, что рассказывали старшие. Но там было столько всего нереального, что сразу становилось понятно: хорошо, если десятая часть всего услышанного — правда.

— Подожди меня здесь, — попросил я Дейю.

Всё же я собирался осмотреть тайник. И присутствие Дейи в этот момент совершенно нежелательно. Там хранились реликвии нашей семьи.

Девчонка кивнула и отошла на десяток шагов, принявшись разглядывать возвышающийся над поселением Клык.

Внутри дома всё было цело и неизменно с того момента, как я вышел отсюда. Лишь пол был усыпан сажей, в которой отчётливо виднелись две цепочки следов. И вели они к ящику, сделанному из обработанных досок — гордости нашего дома.

Ведь в Безмятежном больше не было такого качественного ящика. Не знаю, почему плотник Вилир подарил его нам, но это было практически сразу после того, как мы со стариками поселились в Безмятежном. Нам выделили этот дом и помогли с его обустройством.

Три простеньких лежанки, подстилку на которых необходимо было менять каждые пару малых циклов. Если не сделать это вовремя, то в траве заводятся паразиты, которые начинают пить нашу кровь. Мне-то ладно, я практически не ощущал их укусов. Да и лежака своего касался только ночью. А вот старики проводили на них весь день. Грегори хоть иногда вставал, а Дрейк и вовсе не двигался.

Поэтому приходилось следить за своевременной сменой соломы под плотными отрезами ткани, что лежали сверху.

Стол, сделанный из ствола толстого дерева, и три пенька, на которых можно сидеть. Два пенька были весьма потёрты. На них сидели мы с Грегори, а вот третий был совершенно нетронут.

Ещё здесь находился ящик с посудой, небольшой очаг, сложенный из камней. И ещё один ящик для одежды. Одежды в этом ящике практически не было. Зато хранились сразу шесть книг, которые Грегори не разрешал никому трогать.

Обложки книг были обтянуты кожей и на них не было никаких надписей. Лишь непонятные для меня знаки. В основном это был круг, разделённый волнистой линией на две равные части, больше всего похожие на детёнышей квакш, что обитали в озере. Одна часть была чёрного цвета, вторая белого. И в каждой половине, в её большей части был изображён ещё один круг. В белой половине круг — чёрного цвета, в чёрной — белого.

Знаки всегда притягивали моё внимание. Если нужно было взять какую-нибудь вещь, я надолго замирал возле ящика, не в силах оторваться от манящих знаков. Лишь окрик учителя Грегори заставлял меня закрыть крышку. Но и после этого я ещё долго думал об этих знаках. Словно они были наделены какой-то силой, что не хотела меня отпускать. Знаки просили, чтобы я взял книгу и прочитал её.

Читать я умел, сперва этому меня научил старик Грегори, а завершил обучение старейшина Йорго на общих занятиях для всех детей поселения. Но книг в нашем распоряжении было совсем мало. Всего четыре повести о путешествиях Села Тихого и его верного спутника — длиннохвостой обезьяны Яри. Десяток караванных журналов, в которых в основном описывались товары. В каком поселении что было продано или куплено, и по каким ценам.

Конечно, в Безмятежном были и другие книги, но никто не подпускал нас к ним. Несколько книг по травам и эликсирам был у Шарли. Ещё у каждого мастера в поселении имелись книги по своему профилю. Но самые желанные находились у охотников — книги по боевым искусствам. Читать эти книги дозволялось лишь ученикам охотников. И было строго-настрого запрещено рассказывать остальным, что написано на их страницах.

Здесь не было пощады никому. Даже Лиро досталось по полной программе, когда он решил рассказать о прочитанном одному из своих дружков. Понятия не имею, как об этом узнали, но в тот же день было общее собрание всех жителей Безмятежного и наказание провинившегося. Двадцать плетей хлыстом из кожедёра.

Лиро орал и умолял отца простить его, но Айрон и не подумал сдерживаться, когда наносил удары сыну. После четвёртого удара Лиро потерял сознание, но наказание продолжилось, пока не были нанесены все двадцать ударов.

Это был первый и последний раз, когда кто-то пытался передать посторонним тайны из книг охотников.

Когда я пытался стать одним из охотников, мельком видел одну из этих книг. И на её обложке был изображён такой же знак, что и на наших книгах. Только он был гораздо мельче и не притягивал взгляда так, как знаки на наших книгах. Я с лёгкостью смог оторваться от него и забыть уже через десять вдохов.

Но книгами я займусь потом. Сейчас необходимо пройти по следам и посмотреть, что старики взяли перед тем, как покинуть поселение.

В ящике, подаренном плотником, мы всегда хранили эликсиры. В основном против энергетического безумия. Также я хранил там эликсиры, которые давала мне Шарли, для поддержания Грегори и Дрейка. По одному эликсиру каждые три дня. Но с тех пор как старики показали всем, что они отлично себя чувствуют, перестали принимать эти эликсиры. В сундуке должно оставаться ещё минимум по пять на каждого. А ещё там должны лежать минимум двенадцать эликсиров энергетического спокойствия.

Должны. Но их там не оказалось. Как и других эликсиров.

Когда я открыл крышку сундука, то обнаружил лишь осколки глиняных пузырьков, в которых и хранились эликсиры. И судя по тому, что внутри всё было абсолютно сухо. Разбили пузырьки несколько дней назад.

Выбрав самый крупный осколок, сдвинул сундук в сторону. Здесь всё было целым. Теперь мне совершенно непонятно, для чего старики заходили в дом и разбили пузырьки с зельями?

Принялся откидывать острым осколком в сторону плотно примятую землю. Она ничем не отличалась от пола в доме, лишь слегка светлее. Под ящиком на неё не оседала пыль, да и никто здесь не ходил. Но именно здесь находился наш тайник, в котором хранились всего две вещи.

Вещи, намного ценнее книг и всего, что имелось в доме. Свиток, перевязанный чёрной лентой и запечатанный красным воском, и медальон из тёмного металла с изображённой на нём чёрной молнией. Эти вещи мне также запрещено было трогать. Если книги я мог разглядывать тайком, то свиток и медальон видел лишь однажды — когда учитель Грегори обустраивал этот тайник.

Делал он это поздней ночью, при слабом свете звёзд, что пробивался в открытое окно. Меня он попросил выйти из дома и предупредить, если кто-нибудь решит пройти мимо. Будь то ночная стража или простой зевака, отчего-то всё ещё не оказавшийся дома.

— Если с нами что-нибудь случится, то ты не должен никому говорить о свитке и медальоне, — после того как дело было сделано, шептал мне Грегори. — Когда придёт время покидать поселение, ты должен будешь забрать эти вещи с собой. Они помогут тебе. А до этого момента ты не должен даже прикасаться к ним. Это может быть слишком опасно и навлечь беду на весь Безмятежный.

Каким образом они должны мне помочь — Грегори не сказал. Впрочем, он больше ничего не сказал по этому поводу. А когда я попытался узнать больше, ничего не вышло. Мне ответили, что узнаю это, когда придёт время.

С тех пор прошло уже больше пяти циклов, но я всегда помнил о тайнике. Каждый раз думал о его содержимом, когда залезал в ящик за эликсирами. Правда, делал я это очень редко. Учитель Грегори был в состоянии достать пузырёк себе и Дрейку. А чаще всего это делала Лейла. Она же ставила в ящик и новые эликсиры, что приносила Шарли.

Сам не знаю, для чего я сейчас начал откапывать свиток и медальон. Возможно, чтобы убедиться в том, что они существуют. А, возможно, и для того, чтобы понять, действительно старики решили покинуть поселение или всё же есть надежда на их возвращение?

После того разговора с учителем Грегори я всегда думал, что могу забрать вещи, когда старики умрут. А сейчас они просто исчезли. Но я был уверен, что они живы.

Осколок попал во что-то твёрдое, и я тут же отбросил его в сторону, принявшись дальше работать руками. Медальон я не смогу повредить, а вот свиток вполне. Пусть он и обёрнут тканью, но это всего лишь ткань.

Для того чтобы окончательно откопать вещи, мне потребовалось ещё полсотни вдохов. Тряпица, в которую был завёрнут свиток, сгнила в двух местах и сейчас через эти прорехи был виден тусклый, голубоватый пергамент, обмотанный чёрной лентой. Медальон и вовсе валялся просто так. Весь перепачканный в земле и поэтому разглядеть, что на нём изображено, так и не получилось. Да и времени на это не было. Дейя уже несколько раз спрашивала, когда уже ей можно будет зайти.

А ещё я слышал где-то недалеко голоса, и их становилось всё больше. Похоже, что будет большое собрание на поляне. Необходимо было торопиться. Как можно лучше отряхнул свиток и медальон от земли и бросил их в свою корзину. Он так и стоял на том месте, где я оставил его в день пожара, перед тем, как лечь спать.

Как только медальон упал в корзину, послышался звон удара, словно раскололся очередной пузырёк с эликсиром. Я тут же посмотрел в корзину, чтобы увидеть там эликсиры. Положить их туда могли только старики.

Очень было похоже на то, что они решили отдать мне все оставшиеся эликсиры. И зная, как плохо обстоят дела с семенами скальника, решили просто уйти из поселения. Чтобы на них не тратили ценные ресурсы. Правда, верилось в это с большим трудом.

Звук голосов на улице становился всё громче. Под исполином собиралось всё больше и больше жителей Безмятежного. Похоже, что там действительно будет собрание. И я хотел попасть на него. Наверняка старейшины буду говорить о чём-то очень важном.

Быстро убрал медальон и свиток в корзину, с трудом найдя для них свободное место, и вышел на улицу.

— Что там происходит? — спросил я у Дейи, махнув рукой в сторону поляны. Сейчас я уже мог видеть спины собравшихся.

— Должно быть объявили общее собрание. Я весь день провела с тобой и Шарли, поэтому ничего не знаю.

Ну а ждать того, что Лиро сообщит нам о собрании, точно не стоит. Да и Шарли не стала бы этого делать. Она меня не собиралась отпускать ещё минимум пару дней.

— Нашёл что-нибудь? — сперва я даже не понял, о чём именно спрашивает Дейя. Что такого я должен найти в доме? Но потом спохватился и отрицательно покачал головой. Устроил поудобнее за спиной замотанную тряпицей корзину и потянул девчонку следом за собой.

Я, как всегда, хотел забраться на исполина и с его ветвей наблюдать за собранием. А ещё сильнее хотел посмотреть, как там малыш Ска. Меня не было три дня. Всё это время никто не давал ему воды. И кто знает, жив малыш до сих пор или нет?

Да и Дейя и словом не обмолвилась о том, что нашла что-нибуль странное, когда смнимала меня.

Пробраться к исполину незамеченными оказалось очень просто. Собравшиеся на поляне были слишком заняты домыслами о причине сегодняшнего собрания, поэтому им не было дела до двух детей, что топтались за их спинами. Все уже давно привыкли, что на вот таких собраниях дети в основном пытаются спрятаться за спинами взрослых и заниматься своими делами.

К тому же рядом с исполином всегда было свободно. И все старались лишний раз даже не смотреть в сторону дерева.

— Что произошло? — спросил я у девчонки, не веря своим глазам.

Исполин был мёртв.

Только сейчас я заметил, что его листья почернели. Хоть они и продолжали висеть на ветвях, но уже давно были мертвы. То же самое случилось и с самим деревом. Кора почернела, а в некоторых местах и вовсе отвалилась, открывая мёртвую древесину. Казалось, что исполин полностью выгорел изнутри. Что за корой нет ничего. Пустая оболочка, пытающаяся обмануть всех и показать, что величие исполина никуда не делось.

Всего за три дня могучее дерево превратилось в труху. Некогда пышущей жизнью исполин был полностью высушен. Сейчас огонь смог бы уничтожить исполина без каких-либо проблем. Настолько сухая древесина вспыхнула бы в мгновение ока и превратилась в пепел за несколько десятков вдохов.

Было очень странно, каким образом дерево до сих пор не рухнуло? Мне казалось, что стоит лишь слегка толкнуть его, и исполин начнёт падать, оглушая всё поселение своими предсмертными стонами.

Но несмотря на это, я был обязан забраться наверх. Был обязан проверить, как там Ска и забрать его отсюда. Хоть пока и не знаю, как это сделать. Если будет нужно, я готов обрубить ему корни. Ведь живут же растения, когда их пересаживают с места на место и при этом повреждают корни. А Ска в моём понимании, хоть и сильно отличался от обычного растения, но всё же был им.

Ну а то, что произошло в моём внутреннем мире, нельзя сопоставлять с вещами, происходящими в реальности. Скорее всего, что произошло там, было моим желанием. Ведь говорят, что вместе с первой звездой человек может сделать в своём внутреннем мире нечто необычное. Так вот, в моём случае — это появление малыша Ска и дерева, выросшего, благодаря ему.

— Ты куда собрался? — дёрнула меня за пояс Дейя, когда я собрался подниматься и положил руку на мёртвую кору в привычном месте.

— В тот день я оставил наверху свой резак. Ты же знаешь, что он для меня значит.

Этих слов вполне хватило, чтобы Дейя отпустила меня. Она знала, что резак, подаренный Айро, очень важен для меня. Можно сказать, что это была одна из двух самых дорогих мне вещей. Резак и амулет, что подарила мне сама Дейя, когда я прошёл испытание собирателей.

Кусочек какого-то прозрачного материала, который девчонка нашла в озере. Не больше моего ногтя. По форме он напоминал слегка вытянутую каплю воды. И был этот материал невероятно прочным. Один раз он даже упал у меня во время восхождения на Клык. И упал, недалеко от запретной границы. Шнур, на котором висел подарок Дейи, каким-то непостижимым для меня образом зацепился за побег скальника, и когда я прыгнул, чтобы перехватиться, порвался.

Я думал, что потерял его навсегда. Но спустившись, нашёл практически сразу. Камень, в том месте, куда упал амулет, раскрошился. Капля воткнулась в него, словно в землю после дождя.

Дейя знала, что этот амулет и резак, подаренный Айро, были для меня самыми ценными вещами. такими же ценными, как для неё пояс матери. И она не стала меня останавливать. Лишь прошептала, чтобы я был как можно более осторожным. И как только найду резак, тут же спускался. Исполина собираются убирать отсюда. И сделают это, когда в поселении будет наведён порядок.

Ползти вверх по мёртвому дереву было очень странно. Я не ощущал вообще ничего. Лишь мёртвая кора под пальцами. Обычно даже камень кажется мне живым. По крайней мере, я могу точно сказать, что он дышит. А здесь огромное дерево, в ветвях которого мне так нравилось прятаться. И пусть все жители Безмятежного и звери из окрестных лесов боялись его, для меня исполин был могучим другом, который мог укрыть от любых бед.

Он же стал для меня и помощником, приютившим в себе императорское семя скальника. И теперь из-за своей доброты исполин погиб. Отчего-то я был уверен, что это именно Ска стал причиной гибели дерева. В тот момент, когда его побеги поглощали пламя, они наносили непоправимый урон исполину.

Я добрался до первой ветки и ухватился за неё, чтобы подтянуться, но через пару вдохов поспешил вновь ухватиться за кору. Ветка жалобно начала трещать. Она была настолько высохшей, что не могла выдержать даже моего веса. Хотя раньше, мы с Дейей спокойно могли находиться на ней вдвоём.

Понял, что до тайника придётся лезть по коре, надеясь на то, что она выдержит. Мёртвая кожа исполина оказалась намного прочнее, чем толстые ветви.

Оказавшись в нужном месте, на свой страх и риск я всё же забрался на ветку. Она была гораздо толще других, и если не сделаю этого, то будет очень проблематично добраться до тайника.

Вновь раздался треск сухой древесины. Я был готов в любой момент слезть с ветки, но этого не потребовалось.

Кора, которой был закрыт тайник, резко выделялась на фоне мёртвого дерева. В этом куске коры всё ещё теплилась жизнь. Он не успел почернеть и даже показался мне слегка тёплым, когда я коснулся его.

Убрав кору заглянул внутрь тайника и не увидел так желанных красных точек. Я не увидел там вообще ничего. Тогда засунул руку, чтобы наткнуться на несколько игл, тут же сломавшихся и оставшихся в моей руке. Иглы скальника ломались так, только когда были очень сухими. А это значило только одно — малыш Ска мёртв.

Я не хотел в это верить, как и не хотел вытаскивать руку из тайника. Но единственный способ, как помочь малышу, который я знал — напоить его своей кровью. В руке торчали четыре иголки. Одной из них я и воспользовался, чтобы сильнее распороть ладонь. Кровь стремительно начала собираться в ране, и я вновь засунул руку в тайник.

На этот раз ничего мне не мешало. Рука легла на крошечную головку, щедро делясь с ней кровью. Но это было бесполезно. Малыш Ска никак не реагировал на попытку вдохнуть в него жизнь. Он сам превратился в высохший кусок древесины.

Закрыв глаза, я отрешился от всех мыслей и провалился в свой внутренний мир.

Глава 15

Яркий солнечный свет ударил по глазам, заставив меня зажмуриться. Столь привычная темнота, что долгие годы жила здесь, приучила меня к себе. Мне даже казалось, что благодаря ей я лучше вижу в темноте реального мира.

Сейчас же мне придётся привыкать к нестерпимо яркому свету. Но это мой внутренний мир, и я обязательно смогу это сделать. Как говорили легенды, в нашем внутреннем мире нет ничего невозможного. Здесь даже самый слабый идущий может легко подняться в небо. Даже если у него будет зажжена всего одна звезда.

Жмуриться долго не пришлось. Уже во время следующей попытки открыть глаза получилось это сделать. А всё благодаря величественному исполину, что спрятал меня в своей тени. Практически точной копии умершего в Безмятежном дерева.

Послышался так хорошо знакомый писк и через пару вдохов исполин развернулся, чтобы показать мне сидящего на одной из ветвей Ска. Но это был уже не тот малыш, что впивался мне в руку и потом пустил корни в тайнике. Эта версия Ска была в несколько раз больше.

Теперь его конечности стали настоящими руками и ногами. Каждая заканчивалась тремя толстыми и очень длинными пальцами. Ска мог легко обхватить этими пальцами толстую ветвь. Туловище перестало быть похожим на бочку и теперь больше походило на человеческое. Появилась шея, благодаря чему увеличившаяся голова теперь смотрелась совершенно нормально. Вместо носа вырос какой-то сучок. Уши обозначились двумя тёмными провалами. Угольки глаз стали светить гораздо тусклее и мне показалось, что они уже становятся похожи на человеческие глаза.

А ещё у Ска появилась шевелюра. Тысячи мелких побегов скальника были усеяны молодой листвой. Ни разу ещё не видел, чтобы листья росли так плотно друг к другу. Прям сплошняком, без единого разрыва.

Малыш выдал очередной писк, уже больше похожий на пение каких-то диковинных птиц. При этом он смотрел на меня и явно чего-то ждал.

— Я не понимаю. Что ты хочешь?

Под носом-сучком появилась трещина и Ска улыбнулся, показывая изменившиеся зубы. Теперь они стали практически такими же, как и у людей. Лишь четыре клыка выделялись своими размерами. Если Ска решит укусить меня сейчас, то прокусит руку насквозь.

Вновь раздался писк, и на этот раз малыш показал мне свою руку, повернув её ладонью вверх.

— Тебе нужна моя кровь?

Ска отрицательно покачал головой и вновь выдал долгую трель, тряся рукой перед собой. Это заставило меня посмотреть на собственную руку. В том месте, где Ска укусил меня в первый раз, появился рисунок. С виду просто несколько точек. Но если присмотреться лучше и при этом усилить зрение, то можно увидеть ту самую королевскую коробочку, из которой и появился Ска. Коробочка была нарисована очень искусно и казалась, словно настоящая. Сейчас она была закрыта и словно светилась изнутри.

Это было очень похоже на татуировки, что наносили себе охотники, смешивая сок черницы и кровь ядозуба. Только у них оставался чёрный рисунок, который был нанесён под кожей, а моя коробочка была кровавого цвета. Словно только что она напиталась кровью.

Со стороны это могло показаться небольшим синяком или просто родимым пятном.

— И что это? — спросил я у весело болтающего ногами Ска.

Судя по всему, он был очень доволен собой. А после моего вопроса обрадовался ещё сильнее. Открыл рот и начал смеяться. Если издаваемые им звуки вообще можно считать смехом.

Я ждал, когда Ска успокоится и ответит на мой вопрос, но случиться этому было не суждено. Что-то начало тянуть меня в реальность. С каждым вдохом всё настойчивее и настойчивее. Я больше не мог сопротивляться этому зову и открыл глаза.

По ушам тут же ударил голос Айрона, что разносился над поселением. Глава охотников созывал всех жителей на совет поселения. Делал он это, как и в тот день, когда мои старики вышли из уединения. Иначе я не мог объяснить ту мощь, что была вложена в этот призыв.

— Ян. Ян. Ты спускаться будешь? Я больше не могу это терпеть и сейчас пойду на поляну, — раздался снизу шёпот Дейи.

Она старалась говорить как можно тише, но за громогласными призывами Айрона её точно никто не сможет услышать. Да и гомон на поляне становился только сильнее. Похоже, что тех, кто находится там, не задевает этот призыв.

А вот нам доставалось по полной. Нужно торопиться. Прошло всего десяток вдохов, а голова уже начинает болеть. Не знаю, каким образом, но малыш Ска перебрался в мой внутренний мир. А вот в реальности он погиб. Погиб вместе с исполином, что все эти годы защищал поселение от нашествия птиц, насекомых и прочих напастей, что могли обрушиться на нас.

Только сейчас я понял, что теперь придётся выделять намного больше людей для охраны поселения. Особенно по ночам, когда просыпается большинство зверей, что представляют реальную опасность для жителей Безмятежного.

— Уже спускаюсь. Камень нашёл. Лежал там, где я его и обронил.

Дейя дождалась, пока я слезу, и вместе мы поспешили на поляну. Чем ближе подходили к ней, тем тише становился голос Айрона. Голова уже практически не болела, а когда до собравшихся осталось с десяток шагов, всё прошло.

Нас начали замечать и сразу же по толпе побежали шепотки. Словно все собрались на поляне только из-за нас с Дейей.

— Вот ещё два собирателя. Может, это их выберут старейшины?

— Надеюсь, что на этот раз звёзды улыбнутся нам.

— Уже давно пора было сделать это!

И ещё множество других возгласов начали раздаваться при нашем приближении.

Мы с Дейей переглянулись и лишь отрицательно помотали головами. Ни она, ни я не понимали, что вообще здесь происходит? О чём говорят собравшиеся?

Мы шли вперёд, и они расступались, пропуская нас.

— Ян, Дейя, идите сюда. — окликнул нас старейшина Йорго.

Он и другие собиратели стояли вместе, а рядом с ними было немного свободного пространства, что довольно странно. Сейчас на поляне собрались все, кто находился в поселении, а это почти две сотни человек и места на поляне практически не было.

— А вот и заявился наш ушибленный, — голос Лиро заставил меня скривиться. — Это же надо было залезть на зергово дерево и потерять там сознание! Хорошо ещё, что его подружка не боится туда забираться. А то так и остался бы там валяться, пока дух не испустил. И я не могу сказать, что это было бы плохо.

— Дейя, не бойся. Всё будет хорошо, — послышался голос дяди Рена, а затем я увидел его рядом с Айроном и старейшинами. Там же стояли и родители других собирателей. Не было лишь матери Лиро и моих стариков.

Происходящее не нравилось мне всё больше и больше. Дейя также почувствовала нечто неладное и прижалась ко мне, словно ища защиты. Только отчего её защищать — я ещё не знал.

— Старейшина Йорго, что вообще происходит? — задал я вопрос, но старейшина не стал на него отвечать.

Он приложил палец к губам, а затем указал на Айрона и собравшихся рядом с ним людей.

Прошло ещё полсотни вдохов, и Айрон кивнул, убедившись, что все собрались. Но я не видел той же Шарли и ещё нескольких человек, которые точно должны быть в Безмятежном.

— Все вы прекрасно знаете, что три дня назад на поселение обрушилась беда, которая раньше обходила нас стороной. Огонь смог уничтожить больше сорока построек. Но, что самое страшное для поселения, он смог добраться до складов. Складов, в которых хранился запас семян скальника. Хранились уже готовые эликсиры энергетического спокойствия. И ещё множество других эликсиров, что помогали нам справляться с тяжёлой жизнью в оазисе.

Айрон замолчал и обвёл всех присутствующих взглядом. Даже при свете дня мне показалось, что его глаза немного светятся. Он снова использует обращение? Только для чего на этот раз?

— Того, что удалось спасти, хватит на два средних цикла.

— Но следующий урожай скальника созреет не раньше, чем через четыре, — выкрикнул Сеймор. Старший из фермеров. Именно он всегда давал отмашку собирателям, что пришло время подниматься на Клык.

После его слов на поляне наступила тишина. Люди осознавали, что всё это значит. Два цикла без защиты эликсира выдержат единицы. Да и что с ними будет потом — неизвестно.

Самое долгое, сколько человек смог продержать без эликсира энергетического спокойствия, как раз эти два средних цикла. Но это был старейшина Торк, который лично хотел проверить сколь долго способен продержаться человек. Все прекрасно знают, что он гораздо более стойкий, чем кто-либо в поселении.

Старики не смогут продержаться и одного малого цикла без эликсира. Многие женщины не сильно больше. Да и среди мужчин найдутся такие. Только дети способны продержаться гораздо дольше.

Грегори и Дрейк оставили мне сразу двенадцать пузырьков зелья. Для меня одного этого хватит как раз на эти два средних цикла. А если экономить, то и на все четыре. К тому же у меня было немного семян. Можно попробовать есть их необработанными. Сам я не смогу сделать зелье.

Быстро прогнал подобные мысли прочь. Я уже начал размышлять о том, чтобы бросить всех жителей Безмятежного на произвол судьбы. Дейю, старейшину Йорго и других собирателей. Даже Лиро не заслуживает такой участи, хоть мне и хочется сразу дать ему в морду, как только вижу.

— Всё так. Следующий урожай так необходимых для нашего выживания семян будет лишь через четыре средних цикла, — нарушил тишину Айрон.

Его слова словно прорвали плотину. Все моментально начали тараторить. Кто-то из женщин заплакал. К ним присоединились младшие дети. Всё больше присутствующих стали выкрикивать ругательства. Островком спокойствия были лишь Айрон вместе с людьми, собравшимися подле него, и старейшина Йорго с собирателями.

Чтобы люди его слышали, глава охотников вновь использовал обращение. На этот раз я находился рядом и внимательно смотрел на него. В глазах Айрона зародился свет, который он вдохнул, и его следующие слова с лёгкостью заглушили гул и крики собравшихся.

— Но разве это повод, чтобы сдаваться? Разве нам было легче, когда мы только оказались на этих землях? С собой у нас были лишь инструменты и защитные формации? Разве тогда мы решили отдаться на волю судьбе? Нет! Нет! И ещё раз нет! Мы все выгрызали себе право на жизнь. Каждый из вас делал всё возможное. Мы смогли прогнать зверей и выбрать для поселения лучшее место. Смогли понять, что за напасть убивает нас. Смогли найти способ, как с ней бороться. Смогли сделать всё, чтобы жить среди оазиса, где за пределами защитных формаций нас ждут тысячи мучительных способов умереть.

Постепенно голос Айрона становился всё тише и тише. Обращение уже пропало, и я видел, как в этот момент отец Лиро слегка пошатнулся. Но он смог выстоять. Смог справиться со своей слабостью. И даже никто не заметил этого. Лишь, я что не сводил с него взгляда.

Хоть Айрон и был сильнейшим в Безмятежном, но я прекрасно понимал, что он очень слаб. Не может часто использовать обращения. Не может держать их достаточно долго. И наверняка не может быстро восстанавливать утраченную энергию.

Айрон точно не знает базовых стоек. Это было видно по тому, как он стоял. Расправь немного плечи, отодвинь левую ногу чуть назад и раскрой левую же ладонь. И тогда энергия звёзд потечёт в тело немного быстрее. Самую малость, но этого уже хватит, чтобы продержать обращение на несколько вдохов больше. В бою эти несколько вдохов могут стоить ему жизни.

Понятия не имею, откуда у меня появились эти мысли, да и это умение определять, насколько силён стоящий передо мной человек. Да, я был лучшим на уроках Грегори и Дрейка, но также я был одним из многих, кто ничего толком не понимал из слов наших учителей. А сейчас сам дал оценку Айрону ничуть не хуже, чем один из них.

А ещё мне пришла в голову мысль, что я мог бы сразиться с Айроном и даже победить. Перед глазами начали появляться какие-то непонятные линии. Я тут же начал мотать головой, но линии не хотели так просто отступать. Они исчезли только после того, как Дейя начала дёргать меня за руку.

— С тобой всё в порядке? — спросила девчонка, когда я повернулся к ней.

Простого кивка вполне хватило, чтобы она вновь переключилась на Айрона. Да и я начал снова слушать его. Стараясь отгонять от себя эти странные мысли.

— Сами звёзды распорядились так, чтобы среди нас оказались нужные люди. Мы смогли наладить жизнь даже в месте, которое на всех картах было указано, как край заблудших. Место, куда могут попасть лишь идущие, достигшие этапа Мастера боевых искусств. Место, где когда-то получил свою силу один из величайших столпов этого мира — Агарес Чёрный. И смог, благодаря этой силе, поднять из земных недр Клык, что даёт нам возможность бороться с напирающей со всех сторон энергией.

Услышав это имя, я забыл, что значит дышать. Втянул в себя воздух и больше не выпускал его.

И снова я не мог понять, что происходит. Кто такой этот Агарес Чёрный? Что ещё за столпы? И почему у меня такая реакция на это имя?

Словно внутри у меня всё замерло. Остановилось сердце, забыв, что оно должно делать. Лёгкие перестали качать воздух. Единственное, что осталось неизменным, это мой разум. А затем я ощутил небольшое жжение в руке, и всё тут же вернулось в норму. Непроизвольно потянулся почесать руку и ощутил под пальцами что-то очень горячее. Ощутил именно в том месте, где должна быть татуировка короба семени императорского скальника.

Быстро посмотрел на руку, но ничего не увидел. Она была в полном порядке. Но это определённо был Ска. Он помог мне. Вернул тело в норму. Словно гончар Рендел, убрал налипшую на ось гончарного круга глину, которая не давала ему крутиться.

Первый вдох дался невероятно трудно, но дальше дело пошло уже намного легче. Словно тело вспомнило, как оно должно работать. А где-то в груди я ощутил начавшее разливаться по телу тепло. Как будто солнце, что зажглось в моём внутреннем мире, дало дополнительные силы.

— Так неужели мы сдадимся сейчас? Когда уже знаем, что нужно делать. Когда мы прошли весь этот путь. Когда у нас появилось понимание того, что нужно делать?

— Понимание появилось уже очень давно, вот только кто сможет подняться на вершину Клыка? Кто сможет добраться до гнезда скальника и принести его сердце в поселение? Сколько раз уже пытались это сделать? Сколько детей сгинуло в бесплодных попытках? Вспомни Айрон, мой сын был лучшим собирателем, что видел Безмятежный. Он забирался по Клыку так, словно шёл по ровной дороге. Но и он не смог. Или появился собиратель лучше, чем мой Айро?

Только после этих слов я понял, кто это говорит. Мать Айро — тётя Гвени. После исчезновения сына она практически не выходила из своего дома. Она и ещё десяток женщин пряли пряжу из паутины тенётников, что доставляли охотники.

После того как Айро отправился на Клык, я часто приходил в гости к тёте Гвени. Узнавал, всё ли у неё в порядке, не нужна ли помощь? Но каждый раз женщина говорила, что может справиться со всем сама. А когда надежды на возвращение Айро уже не осталось, она попросила меня больше не приходить. С тех пор я позволял себе наблюдать за её домом издалека. Но так и не осмелился подойти. А потом и вовсе перестал это делать.

С последнего раза, как я видел тётю Гвени, она стала выглядеть намного старше. Некогда тёмные, практически чёрные волосы охватила седина. Лицо покрылось морщинами, а руки начали слегка трястись. Один лишь голос оставался таким же сильным, как я и запомнил.

— Нет, Гвени, лучше твоего Айро у нас никто не появился. Но с убийством хозяина западной части джунглей и нахождением его логова у нас появились ресурсы, которые точно помогут взобраться на Клык.

— И кто же это будет? — не унималась мама Айро. — Неужели ты сам полезешь? Или пошлёшь старика Йорго. Всё же он отвечает за собирателей. Да и в прошлой жизни зарабатывал себе на еду тем, что лазил по горам. Может, это будет кто-то из охотников? Стражей? Любой взрослый из этого долбанного поселения?

Тётя Гвени уже орала. Она вышла из толпы и обводила всех взглядом. Большинство жителей Безмятежного не выдерживали этого и опускали глаза в землю. Но были и те, кто встречался взглядом с убитой горем матерью. И Айрон был одним из них. Он также сделал шаг вперёд, чтобы оказаться рядом с женщиной. Мне показалось, что он готов её ударить.

То же самое показалось и Гавиру с Логаром, что уже собрались броситься на её защиту. Они стражи и должны следить за порядком в поселении. Если потребуется, то могут намять бока даже главе поселения. Но этого не потребовалось.

Айрон просто взял женщину за руку, и я вновь увидел вспышку обращения. После чего охотник заговорил.

Глава 16

— Нет. Я не буду пытаться забраться на Клык. Как не будет это делать никто из взрослых. Всем нам прекрасно известны ограничения, что были установлены Агаресом Чёрным. Как по весу, так и по возрасту. Совет старейшин утвердил три кандидатуры. Три собирателя, что оказались лучшими на последнем сборе.

Я тут же посмотрел на испуганную Дейю и повернулся в поисках Лиро. Чьё лицо буквально сияло от счастья. А вот его дружок Таркин, что занял второе место, явно не разделал радости друга. Он сейчас выглядел ничем не лучше Дейи.

— Мой сын возглавит эту экспедицию. Он станет одним из тех, кто даст нам надежду. Мы обязательно справимся и с этой проблемой. Наши внуки не будут знать нужды. У них будет всё. Безмятежный разрастётся, и среди нового поколения появятся таланты, что смогут прорвать формацию смерти. Смогут выйти в большой мир и привести помощь.

Пока Айрон говорил, Дея всё сильнее вцеплялась в мою руку. Я чувствовал, как её трясёт. Девчонка сдерживалась с огромным трудом, чтобы не убежать с поляны. Она прекрасно, понимала, что должна попробовать забраться на вершину Клыка. Сделать то, что не удалось лучшему из собирателей. И лезть она должна вместе с Лиро, который никогда не думал о других. Случись что во время восхождения, и он даже не подумает помочь.

Я начал смотреть по сторонам, ища поддержки. Встретился взглядом со старейшиной Йорго, и тот покачал головой. Сразу же вспомнил его слова о том, что не всегда выигрывает тот, кто приходит первым. Похоже, что он уже в тот момент знал о сборе очередной экспедиции на Клык. А пожар просто удачно подвернулся.

Да и все эти глупости с потаканием словам Лиро и моим отстранением тоже стали понятны. Теперь мне было непонятно, почему старейшина Йорго решил огородить меня от этого? Почему в таком случае он не защищает Дейю? Она одна из самых младших собирателей и, если подождать хотя бы ещё один цикл, точно станет лучшей. Тогда и можно будет отправлять её за сердцем скальника. Но не сейчас. Сейчас она не готова. Она не справится с этой задачей.

— Нет, — заговорил я.

И к моему удивлению, взоры всех присутствующих тут же обратились на меня. Я даже сам не понял, как смог повторить обращение, только сегодня увиденное у Айрона. Ведь я даже не использовал свой внутренний мир. Но мой голос сейчас отчётливо слышали все собравшиеся.

— Дейя не станет участвовать в этой экспедиции. Вместо неё пойду я.

— Нет, Ян! — ещё крепче вцепилась в мою руку девчонка. — Раз выбор старейшин пал на меня, значит, и идти мне. Третье место моё по праву.

— Нет, Дейя. По праву твоё четвёртое место. Я собрал больше семидесяти семян. И песок в часах ещё оставался, когда мои ноги коснулись земли. Ты это сама прекрасно знаешь. Впрочем, как и вы, старейшина Йорго, — я посмотрел на старейшину, и тот попятился назад, словно увидел в моих глазах собственную смерть.

— Хватит уже придумывать! — заорал Лиро. — Ты не успел, и первое место моё по праву. Собери ты хоть тысячу семян!

— Хватит, — совершенно спокойно произнёс я, и рот Лиро мгновенно закрылся.

Он начал что-то мычать. Затем выпучил глаза и схватился руками за лицо, пытаясь силой раскрыть рот. Но ничего не выходило. Не знаю почему, но мои слова крепко держали парня.

— Айрон, старейшины и в первую очередь — старейшина Йорго, если кому-то и нужно отправляться за побегом скальника, так это мне. Я уже давно превзошёл даже Айро. Во время последнего сбора многие это видели.

— Я подтверждаю слова Яна, — совершенно неожиданно для всех вышел вперёд Пант. — Мне ещё никогда не доводилось видеть, чтобы кто-нибудь так легко мог передвигаться по Клыку. Даже запретная зона не стала для него проблемой. Лиро, а тем более, Дейе никогда не сравнится с Яном. Если кто и должен отправиться на вершину, так это он.

Сказав это, Пант встал рядом со мной и вызывающе вскинул голову. Все в поселении прекрасно знали, что Пант должен занять место старейшины Йорго. И должен сделать это в ближайшее время. Поэтому его слово имело вес.

Лиро всё ещё пытался открыть рот, но мой запрет крепко держал его. Айрон и остальные старейшины смотрели только на меня. И что-то в их взглядах мне очень не нравилось. Я видел в них страх. Начинал физически ощущать его.

Они боялись! Боялись отправить меня на вершину. Боялись того, что и эта экспедиция закончится неудачей.

Айрон готов отправить туда сына, но не готов отправить меня. Впрочем, как и всегда, все стараются ограждать меня от чрезмерной опасности. И теперь я начинаю понимать, в чём причина подобного отношения. Почему трёх путников приняли в Безмятежном без каких-либо проблем. Почему нам сразу же выделили дом, помогли с его обустройством, обеспечивали едой, пока я не стал сам её зарабатывать. И все прочие привилегии, за которые обычным поселенцам приходится работать с рассвета и до заката, а кому-то ещё и по ночам.

Грегори и Дрейк, даже находясь в состоянии овощей, дали понять старейшинам Безмятежного, что они очень сильные идущие и в случае необходимости смогут уничтожить всё поселение. Поэтому нас так и оберегали.

Вот почему во время проверки в ученики охотников против меня поставили не кого-нибудь из новичков, а уже опытного бойца. Почему отказывали в других опасных занятиях.

И только Клык сильно выбивался отсюда. Может, старики посчитали, что собирательство — не столь опасное занятие? Что лазанье по скале будет отличной тренировкой для меня, раз сами они не могли помочь в этом? Или просто хотели, чтобы я успокоился и перестал метаться от одного дела к другому? Вот это больше всего похоже на правду, узнать которую я смогу, только когда встречусь с Грегори и Дрейком. Правда, в том, что эта встреча когда-нибудь состоится, я не был уверен.

Старики исчезли слишком внезапно, и в ту ночь поселение было практически уничтожено. Похоже, что я многого не знаю, и никто не собирается рассказывать мальчишке, который не смог зажечь ещё ни одной звезды.

Но даже несмотря на моё незнание, я хочу отправиться за сердцем скальника. Если мне не удастся добыть его, то это не сможет сделать никто в Безмятежном. А это гарантированно обречёт поселение на вымирание. Или же люди начнут убивать друг друга из-за оставшихся эликсиров энергетического спокойствия. Что ещё хуже.

О подобном даже думать не хотелось, но старики множество раз рассказывали нам истории о том, как люди убивали друг друга ради какой-нибудь ценной вещи, артефакта, простых денег, эликсиров и даже еды. Из-за вещей, которые они хотели получить себе. Так вот, сейчас эликсир энергетического спокойствия хотят получить абсолютно все в Безмятежном. И чем больше будет эликсиров, тем лучше.

Я просто не мог допустить подобного. Прожив с этими людьми столько циклов, я уже начал считать их своими близкими. Пусть в поселении не все хорошие люди. Тот же Лиро и его дружки. Старик Финиас и его наказания с уборкой за животными. Можно привести ещё кучу примеров. Пусть я и не знал многих достаточно хорошо. Но хороших людей в Безмятежном было гораздо больше.

— Парень, наконец, смог зажечь свою первую звезду. И поэтому ведёт себя, как безмозглый зерг! Даже не думает, что творит и какие последствия могут быть. Считает, что хоть сейчас может сразиться с адептом пикового уровня.

Слова Шарли вывели меня из задумчивости, и я тут же начал искать её глазами. Что я такого творю? Какие последствия? О чём она вообще говорит? А потом перед глазами всё начало плыть, а голова кружиться. Это было очень похоже на то, что я испытал на ветвях исполина, когда в моём внутреннем мире начало светить солнце.

Неужели я истратил слишком много энергии? Ведь Шарли говорила, что вырубился я именно из-за этого.

Дорвался.

За спиной послышался радостный вопль Лиро, а затем он принялся поливать меня грязью. Но раздался глухой удар, парень охнул, и больше его не было слышно. Кто-то заставил его замолчать.

Мир не переставал крутиться, но сейчас уже немного полегчало.

— Чего все заткнулись и вылупились, словно увидели лысого Яка? Не видите, что ему снова поплохело? Только одну звезду открыл, а уже вовсю пытается использовать обращения, которые даже идущим с пятью созвездиями не поддаются.

Слова Шарли заглушали остальные голоса, хотя я прекрасно, слышал, что сейчас говорили многие. Даже Дейя пыталась докричаться до меня, но я разбирал лишь слова Шарли. Словно она находилась у меня в голове.

— Парень, прекрати насиловать свой источник. Если в первый раз тебе каким-то чудом удалось сохранить его, то нет никаких гарантий, что это получится и во второй. Я знаю, что ты меня сейчас отлично слышишь. Поэтому просто делай то, что я тебе буду говорить. Войди в свой внутренний мир и оборви связь со звездой. Разорви её руками, перегрызи зубами, сделай ещё что-нибудь, но оборви эту связь.

Точно!

Внутренний мир. Если реальный крутится и не собирается останавливаться, то там всё должно быть в порядке.

Закрыть глаза оказалось невероятно сложно, но я справился и уже через пару вдохов наблюдал, как Ска что-то мастерит на самой толстой ветви исполина. Было похоже на то, что он решил построить себе жилище. Наблюдал за этим я недолго, голос Шарли достал меня даже здесь.

— Оборви связь! Ты сразу поймёшь, что это такое, как окажешься на месте. Поспеши. Понятия не имею, как долго я смогу удерживать тебя.

И вновь я перестал понимать Шарли. Что значит, удерживать тебя? Но об этом спрошу позже. Сейчас я должен оборвать связь, которую прекрасно видел. От солнца ко мне тянулся яркий луч, который постоянно дёргался из стороны в сторону. А внутри у него словно протекала жидкость. По крайней мере, именно на это было похоже больше всего.

Луч пульсировал, словно внутри него билось сердце. Когда я коснулся его, то ощутил приятное тепло, которое с каждым вдохом начинало ослабевать. Необходимо было разорвать эту связь, поэтому я обхватил луч руками и изо всех сил потянул его в разные стороны. Связь разорвалась очень легко и меня выкинуло в реальный мир.

Стоило мне только открыть глаза и Шарли обрушила на меня словесный поток.

— Пустоголовый зерг! Ещё раз выкинешь нечто подобное, и я напою тебя настойкой из корня паутинного мха. Ты у меня надолго забудешь, как обращаться к источнику напрямую. Это же надо! Только зажёг первую звезду и сразу же полез в источник! Да даже Айрон с пятью полноценными созвездиями этого не делает. Вот зачем оно тебе сейчас? Маши руками и ногами. Показывай всем своё умение драться, а не умение обращаться к звёздам. Да и не умеешь ты этого совсем.

Мы по-прежнему находились на поляне. Только я уже лежал. Голова покоилась на коленях знахарки, а её пальцы сжимали виски. Три слабых нажатия, затем три сильных. И так раз за разом. От этих простых действий мне становилось всё лучше и лучше.

Мир перед глазами остановился, в ушах перестало шуметь, и я начал различать другие голоса. Но всё равно Шарли перекрывала их все.

— Чего уставились? Всё с ним будет хорошо. Можете не бояться. Парень, только открыл первую звезду и уже смог напрямую обратиться к источнику. Зачерпнуть из него силу и создать обращение. Без всяких костылей. Айрон, тебе подобное и не снилось. Ощутил, как он разбил твоё обращение и заменил его своим? И вы все старые пердуны это почувствовали? Знаете, что это значит?

Шарли говорила, но никто ей не отвечал. Я же хотел, чтобы это было иначе. Чтобы кто-нибудь ответил, что это значит. Объяснил мне. Ведь я вообще ничего не понимал.

Источник, это нечто расположенное внутри каждого человека, что смог коснуться звёзд и зажечь их в своём внутреннем мире. От размера и глубины источника зависит, как много энергии звёзд он сможет вместить в себе. Вот и все знания, что были у меня об источнике.

Но об этом знали абсолютно все в Безмятежном. Нам рассказывали об источнике все учителя. Даже мои старики упоминали его. Хотя и обучали нас только базовым стойкам и как правильно обращаться с ними.

— Расскажи мне об источнике и почему нельзя брать из него силу? — спросил я, так и не дождавшись ответа от других.

— Я не имею на это право. Звёзды накажут меня, если нарушу их запрет. Рассказать об источнике тебе могут лишь идущие, получившие на это благословение неба. Могу лишь сказать, что тебе нужен учитель. Идущий, что сможет научить тебя, как правильно пользоваться источником.

— А в Безмятежном есть такие идущие?

— Были, — Шарли на мгновение запнулась, словно обдумывая, что сказать дальше. — Грегори и Дрейк имели на это право. Как и право обучать тебя всему, что связано с дорогой к звёздам.

Только они не учили меня вообще ничему. И в чём причина этого я понятия не имею.

— Для твоей же безопасности позволь мне заблокировать источник. Непроизвольное и тем более, неправильное его использование может повлечь за собой множество бед. Сейчас ты опасен не только для себя, но и для окружающих. Скажи спасибо, что девчонка додумалась вовремя отцепиться от тебя. Ты бы мог запросто выжечь и её источник.

Услышав это, я тут же вскочил, начав оглядываться по сторонам в поиске Дейи. Но её нигде не было видно. Лишь жители Безмятежного, что окружили поляну плотным кругом и смотрящие на меня со страхом в глазах. Если раньше я видел этот страх лишь в глазах Айрона и старейшин, то теперь абсолютно все смотрели на меня так. Даже Лиро, лицо которого было покрыто кровоточащими царапинами. Должно быть он сам разодрал себя, когда пытался открыть рот.

— С ней всё в порядке. Я дала Рену необходимые травы. Через тысячу вдохов девчонка придёт в себя, а завтра не останется и следа от твоей атаки. Ну так, что ты скажешь? Разрешишь заблокировать твой источник? Закрыть его, для прямого обращения?

Было очень странно. Шарли впервые спрашивала моего разрешения на что-то. Раньше она всегда просто брала и делала. И её не интересовало есть у меня, чем расплатиться или нет. Хочу я залезать в долг, или буду справляться с проблемой самостоятельно.

— Что ты хочешь за свою помощь? — осторожно поинтересовался я и вместо ответа Шарли рассмеялась.

Я впервые видел, чтобы знахарка так смеялась. Больше всего это было похоже на истерику. Также вела себя Марла, когда у неё родился мёртвый ребёнок. Но тогда это было чистое горе, а сейчас знахарка была безумно рада.

— Маленький глупец, — немного успокоившись начала говорить Шарли. И это обращение тут же резануло по ушам. Каким-то слишком уважительным оно было. Обычно знахарка никогда не стеснялась в выражениях. — Это я должна спрашивать, что ты хочешь получить, если разрешишь мне помочь себе. Ты наша надежда вырваться из этой западни. Звезда, что зажглась над проклятым оазисом, указывая нам путь на свободу.

Глава 17

— Этот эликсир необходимо будет выпить, когда твой источник заполнен. Понятия не имею, как этого добиться, но такого главное условие его использования. Эликсир заблокирует возможность брать энергию напрямую из источника. Но ты по-прежнему сможешь это делать через зажжённую звезду. Здесь я тебе также не помощник. Меня учили обращаться лишь с травами и делать зелья, в которых не нужна сила звёзд. Поэтому они и такие дерьмовые. И это будет действовать не так долго, как мне хотелось бы. Поэтому нужно будет принимать его каждый малый цикл. Как раз все ингредиенты будут собраны. Попытаюсь сделать сразу несколько порций, а не одну, как сейчас. Ну чего смотришь? Всё запомнил? — Я кивнул. Шарли махнула рукой и вся её учтивость куда-то моментально улетучилась. — Тогда выметайся, у меня ещё полно работы. И не вздумай пытаться создать обращение, пока не выпьешь эликсир. А если и вздумаешь, то делай это, когда рядом никого не будет.

На этом Шарли замолчала, а я направился к лестнице, сжимая в руках склянку с эликсиром. Она ничем не отличалась от других склянок, но я опасался её содержимого. А что, если я потом не смогу больше обращаться к звёздам? Хоть я и не понимал толком, что нужно делать и как у меня это получается, но и этого могло больше никогда не быть.

Решение заблокировать источник далось мне очень тяжело. И принял я его уже после того, как Айрон и старейшины приняли моё предложение. Вместо Дейи за отростком скальника, отправлюсь я. А ещё Лиро и Таркин, который также хотел, чтобы вместо него отправился кто-то другой. Только глупцов, навроде меня не нашлось.

Если что, это не мои слова, а старейшины Йорго, который начал нашу усиленную подготовку к восхождению. Нам необходимо было научиться пользоваться настоящими инструментами из небесного металла. Кузнец Варго, сделал их из материалов, найденных в логове хозяина западных джунглей.

Помимо клиньев, что мы должны будем вбивать в Клык по мере подъёма, были специальные крюки, которыми можно будет цепляться за трещины и выступы. И нужны они будут там, где мы не сможем дотянуться руками. Весьма сомнительно, что они нам пригодятся, но всё же отказываться никто не стал.

А самым полезным, на мой взгляд, инструментом стали шипастые нашлёпки, что одевались на обувь. Шипы длиной в половину моего пальца имелись не только на подошве, но также и по бокам, спереди и сзади. Благодаря этим шипам, мы могли зацепиться практически в любом месте. И если длины шипов будет недостаточно, то в этих штуках предусмотрено их незначительное увеличение. И нашего участия здесь совершенно не требовалось.

Варго заявил, что смог правильно создать обращение и заложил его в кошки. Так он назвал эти штуки с шипами. В честь лесных хищников, что могли выпускать из своих лап когти. Было очень похоже.

Вот и получалось, что у нас имелись инструменты, которых раньше не было ни у одной экспедиции. У Айро было всего четыре клина, в то время как у каждого из нас было их по десять штук. А, помимо этого, прочнейшие верёвки из того же кожедёра. И сдаётся мне, что там была и та верёвка, которой пользовался Айро.

Но в этом нет ничего удивительного. Прочнее и легче кожедёра просто нет ничего в окружающих Безмятежный джунглях. Если только делать верёвку из металла. Но весить такая верёвка будет нереально много, да и с гибкостью у неё будут проблемы. У нас же было по мотку в двести шагов. И этот вес практически не ощущался за спиной.

Прошло уже два дня с того момента, как объявили об очередной экспедиции на Клык. Сперва Люди сторонились меня, после случившегося на поляне. А Лиро я и вовсе не видел всё это время. Словно он прятался от меня. И это было удивительно. Но постепенно, всё стало приходить в норму, и главная заслуга в этом принадлежала Дейе и её непосредственности.

Я пытался извиниться перед ней за случившееся, за что получил пару затрещин.

— Ты обещал мне стать самым сильным идущим и делаешь это! За что тут извиняться? Я видела, как ты смог заткнуть даже Айрона. Подумаешь, меня немного зацепило. Зато я теперь я с гордостью могу говорить всем, что ты мой лучший друг.

Против этого аргумента мне нечего было сказать. Пообещал Дейе, как немного освобожусь принести полную корзину медовых лепестков.

Это было уже после того, как я поговорил с отцом девчонки. Дядя Рен долго благодарил меня, за то, что заменил Дейю. Но я делал это не для него, а для его дочери, которая была мне очень дорога. Хотя и для дяди Рена тоже. Он же один из жителей Безмятежного.

Моё желание защитить Дейю и помочь всем избежать энергетического безумия, было вполне бескорыстным. Я ничего не хотел получить взамен.

Да и чего можно получить с жителей поселения? Они уже дали нам со стариками всё, что было нужно, когда мы в этом нуждались. Возможность жить под крышей и питаться горячей пищей. И теперь настал мой черёд расплатиться за их доброту.

Сперва я помогал разбираться с последствиями пожара. Необходимо было сделать ещё много всего, а рабочих рук не хватало. Как не хватало и ещё очень много всего. В том числе и пищи. На сгоревших складах были наши запасы. И огонь не пощадил их.

А когда старейшины приняли окончательное решение, о составе экспедиции на Клык, я вместе с Лиро и Таркином перешли в подчинение к старейшине Йорого. Это для нас было привычно. А вот предстоящая задача и использование всех вспомогательных приспособлений — нет.

Старейшина Йорго сразу же приступил к нашему обучению, лично показывая, как правильно пользоваться всеми инструментами. Он никогда не рассказывал о том, чем занимался до того, как попал в Безмятежный. Но в тот день всё изменилось.

— До того, как попасть в караван к Торку я работал проводником на Хребте Дракона. Это горная цепь, в провинции Сантим, что расположена на землях Ледяной Империи. В мои обязанности входило не только провести людей через неприступные горы, но и научить их пользоваться оборудованием для скалолазов. Там всё было гораздо проще. Любой кузнец, за достойную плату мог выковать нужное оборудование, а горы хребта отлично поддавались обычному железу. В империи никогда не было проблем с этим металлом. Как не было проблем и с тем, чтобы найти идущего, способного наложить на это снаряжение нужное обращение.

Обращения могли быть самыми разными. Но в основном все пользовались магнитами. Вспомните, как Айрон показывал вам чудеса с оружием? Мог притягивать его с большого расстояния, или отталкивать. Так вот, это и есть обращение магнита. Понятия не имею, как оно правильно называется, но среди скалолазов ходило именно это название. Очень сложное обращение, если делает его для других. А вот для себя оно одно из самых простых. Даже мне удавалось порой правильно его выполнить.

Так вот, снаряжение с подобным обращением способно само, притягиваться к породе. Достаточно лишь правильно его активировать. Поэтому особых проблем с переходами у меня, как у проводника не было. Гораздо сложнее было каждый раз искать нового идущего, чтобы восстановить в обращении истраченную энергию звёзд. Но случалось и так, что обращение переставало действовать, когда переход ещё не был закончен. Тогда приходилось рассчитывать только на себя. На крепость, цепкость и силу своих рук. На остроту зрения и на удачу. Ведь любой скалолаз скажет вам, что удача в этом деле главное. Если удача отвернётся от вас, то неважно, с каким снаряжением вы собираетесь подниматься. Что-нибудь обязательно случиться. Даже самый прочный инструмент может сломаться.

А после этого откровения старейшина показал, как раньше он лазил по скалам, используя снаряжение, что было подготовлено для нас. Он выбрал участок, максимально свободный от побегов скальника. Но и ухватиться на этом участке было не за что. Он был практически гладким.

Ни один собиратель никогда даже не пытался взобраться в этом месте. Даже во время изменения Клыка камень здесь оставался таким же гладким. Но это не помешало старейшине Йорго добраться до второго приюта. И сделал он это на удивление быстро. Даже попытки Клыка избавиться от столь наглого нарушителя не увенчались успехом. Слишком хорошее снаряжение было у старейшины. И он успевал на мгновение опережать действия Клыка.

Камень выпадал в том месте, где мгновение назад стояла нога старейшины. Моментально затягивались трещины, за которые он держался и всё в этом же духе. Мне даже показалось, что скала пару раз тряслась. А потом, всё резко успокоилось. Словно старейшина смог найти нужные слова и договориться с Клыком. И он поднялся до второго приюта.

Обычно у нас уходит минимум две сотни вдохов, чтобы добраться досюда. Старейшина управился в два раза быстрее. А вот дальше он уже не смог забраться. Слишком тяжёлым оказался, да и его пальцы были слишком толстыми и не могли ухватиться за трещины, за которые мы ухватывались без проблем. Вот и ещё одна причина, почему собирателями могут быть только дети. После семнадцати циклов человек становятся слишком большим, тяжёлым и неуклюжим.

Но и продемонстрированного для нас вполне хватило, чтобы понять всю пользу этих инструментов и начать тренироваться применять их по всем правилам и в нужный момент. Это оказалось самым сложным. Особенно, правильно выбирать место, чтобы вбить клин. От этого зависело очень многое.

За три дня тренировок мы толком так и не научились это делать.

Как ни странно, ну лучшем здесь был Таркин. Хотя он и уступал нам с Лиро абсолютно во всём остальном. Был медленнее, слабее и менее внимательным. Но это не помешало ему занять второе место среди собирателей в этом году. И правильно выбирать место для каждого второго клина.

К концу третьего тренировочного дня Шарли позвала меня к себе. У знахарки всё было готово, чтобы создать обещанный мне эликсир. Ради этого меня даже отпустили с тренировки, чем я заслужил ненавидящий взгляд Лиро.

Шарли делала эликсир непосредственно при мне. И одним из ингредиентов была моя кровь. Я внимательно наблюдал, как она отмеряет буквально по крупице необходимые травы. Добавляет другие ингредиенты и постепенно вводит мою кровь. Всё это делалось в небольшой посуде странной формы.

Больше всего она была похожа на пузатую бутыль с длинным и широким горлышком. Изначально там был налит какой-то мутный раствор, в который Шарли и начала постепенно добавлять ингредиенты. Каждый новый изменял цвет раствора. Одни заставляли подниматься из горлышка дым, другие создавали осадок. А третьи и вовсе нейтрализовали действия первых двух и раствор становился прозрачным, словно стекающая с Клыка талая вода. Но всё тут же менялось, после очередного добавленного ингредиента.

Шарли ловко управлялась с огнём доводя раствор до кипения и поддерживая его именно столько, сколько было необходимо. Затем быстро охлаждала в бадье с холодной водой и снова водружала на огонь. Меня просто заворожили все эти манипуляции.

Я сидел с открытым ртом и боялся произнести хоть слово. Боялся, что могу сбить Шарли. Испортить всё, и тогда зелье не получится. Придётся ждать ещё несколько дней, пока соберут необходимые ингредиенты. И все эти дни я буду бояться, что снова могу начать черпать энергию напрямую из источника, а в этот момент со мной рядом будет кто-нибудь находиться.

Я даже был рад, что практически не виделся с Дейей эти дни. Девчонка находилась далеко, и я не мог навредить ей. Все были брошены на восстановление поселения.

Настало время для последнего ингредиенты. Бо́льшая часть моей крови, что ещё осталась у Шарли.

В очередной раз, доведя раствор до кипения, знахарка вылила все остатки, и цвет зелья резко поменялся, став чёрным.

— Теперь осталось выпарить его и довести до нужной консистенции, — впервые с начала приготовления эликсира заговорила Шарли. — Тебе понравилось наблюдать за процессом?

— Понравилос, — не стал скрывать я.

Да и не получилось бы это сделать. Должно быть, знахарка прекрасно видела, как я сидел с открытым ртом и не сводил взгляда с этого странного котелка.

— Я видела, как ты наблюдал. Смог запомнить хоть что-нибудь? Сколько я держала колбу на огне, когда зелье закипало? Сколько остужала? Сколько раз добавляла твою кровь и в каких количествах? Сколько выпаривала в окончании? Запомнил хоть что-то?

Я начал думать и к своему удивлению, смог ответить на все вопросы, что задала Шарли. А ещё я смог вспомнить абсолютно все её действия. Все порошки, что пошли на создание эликсира. И сколько вдохов отводилось на каждое последующее действие. Единственное, что я не смог вспомнить — сколько изначально жидкости было в котелке.

Об этом я и сообщил знахарке.

— Это называется колба. Основной инструмент любого алхимика. В ней мы варим эликсиры, выпариваем ингредиенты и делаем ещё кучу всего. А жидкости там было две части мерного ковша, — Шарли показала мне этот ковш и продолжила. — Это обычная вода, смешанная с солью, что добывают охотники возле дальнего озера. Основа, что идёт на изготовление подавляющего большинства эликсиров. По крайней мере тех, что я знаю.

Шарли ненадолго замолчала, глядя куда-то сквозь меня. Затем её губ коснулась мимолётная улыбка, а глаза начали блестеть от слёз. Я же сидел и не понимал, что происходит? С чего это вдруг она решила развести сырость под глазами? Но спрашивать об этом не решался.

— Я уже смирилась с тем, что не смогу никому передать свои знания. Даже думала просто передать все записи главе поселения, а там он сам пускай решает, кому они достанутся. Ян, как ты смотришь на то, чтобы стать моим учеником? Пусть мои знания довольно скудны, но их вполне хватает, чтобы обеспечивать жителей Безмятежного необходимыми эликсирами.

Я сидел и не знал, что ответить. Даже никогда не думал о такой возможности. О том, что бы стать алхимиком. Хотя нет, знахарем. Всегда у меня была лишь одна цель, стать сильным и вытащить Дейю из Безмятежного. О том, что буду делать за пределами оазиса, я никогда не задумывался. И если так подумать, то алхимия — сложная наука и человек, разбирающийся в ней всегда сможет пристроиться в каком-нибудь поселении. Возможно, даже в крупном городе, школе боевых искусств или даже секте.

— Скоро я отправляюсь за побегом скальника. Боюсь, что до того момента, как я вернусь, не смогу начать обучение у тебя.

— Получается, что ты согласен? — с надеждой в голосе спросила Шарли.

Сейчас она сама на себя не была похожа. Неуверенность, страх, зажатость, которой раньше никогда не замечалось за знахаркой. Даже её голос слегка дрожал. Похоже, что получить ученика для Шарли многое значит.

— Я согласен стать твоим учеником. Согласен научиться всем тонкостям алхимии, чтобы помогать нуждающимся.

— А вот это ты правильно сказал. Главное в нашем деле помогать нуждающимся и никогда не забывать об этом. А в том, что ты начнёшь обучение, вернувшись с Клыка, нет ничего страшного. Честно говоря, мне пока и учить-то тебя не начнём. Сперва нужно подготовить всё необходимое. Собрать необходимые ингредиенты для твоих тренировок. Заказать ещё один набор инструментов. И ещё много чего нужно сделать. Но и так просто я тебя не отпущу. Вот, возьми эту книгу, она поможет тебе понять азы алхимического искусства.

Шарли вскочила со стула и оказалась возле одного из стеллажей, начав расталкивать хранящиеся там склянки. Мне казалось, что они сейчас разобьются, но обошлось. А через десяток вдохов знахарка вернулась с потрёпанной книгой. На корешке книги была изображена колба, из горлышка которой тянулась струйка дыма.

— Вот. — протянула мне книгу довольная Шарли. — Основы алхимии как науки. В этой книге практически нет никаких рецептов, но в ней описаны все основные процессы, без которых невозможно сделать ни один эликсир. Прочти эту книгу и тогда отпадёт множество вопросов, что облегчит твоё обучение. Может, когда-нибудь ты сможешь насыщать свои эликсиры силой звёзд и станешь настоящим алхимиком… — мечтательно произнесла знахарка. — А теперь иди, у меня ещё много дел на сегодня. Не забудь принять эликсир, когда твой источник будет заполнен. И постарайся делать это у кого-нибудь на глазах. Возможно, тебе понадобится помощь.

Как понять, что источник заполнен, я не знал. Впрочем, как и то, как его наполнять. Но Шарли не могла мне здесь помочь. Единственным, кто мог это сделать и находился сейчас в поселении, был Айрон. Старейшина Йорго уже неоднократно говорил, что ничего не понимает в возвышении. А значит, он точно не знает, каким образом наполнить источник.

После пожара найти Айрона было довольно сложно. Он носился по всему Безмятежному, пытаясь успеть везде. И единственным, кто мог мне здесь помочь был Лиро. Уж он точно должен знать, где находится его отец. Поэтому недолго думая, я направился к Клыку. Лиро и Таркин всё ещё должны находиться там и тренироваться использовать новое снаряжение.

Они действительно были у скалы, и больше никого я здесь не увидел. Даже старейшина Йорго куда-то исчез, хотя он практически никогда не оставляет собирателей без присмотра, если они поднимаются по Клыку. Даже до первого приюта.

Лиро и Таркин стояли на земле и стучали молотками по клиньям, забивая их в скалу. В том месте уже виднелись десятки отверстий, но они не останавливались. Стучали и стучали. Остановились, лишь заметив меня. Лиро окинул меня взглядом и расплылся в своей отвратительной улыбке.

Он всегда так улыбается, когда хочет сказать какую-нибудь гадость. Оскорбить меня, или пройтись по кому-нибудь другому.

Глава 18

Насчёт гадости я был прав. Только Лиро прошёлся не по мне, а по Шарли. Это, что-то новенькое.

— Не думал, что ты так быстро вернёшься от знахарки. Её эликсиры с каждым циклом становятся всё хуже и хуже. В самую пору нам уже начинать опасаться, что вместо помощи эликсир сделает ещё хуже. Даже старик Йорго сказал, что опасается за тебя. А уж он получше остальных знает, на что способна его шизанутая сестра.

— Только благодаря этой шизанутой ты сейчас жив. Как и все в Безмятежном. И это я говорю только про эликсир энергетического спокойствия. А сколько ещё других эликсиров она делает помимо этого? Ты никогда не задумывался? Не задумывался, кто лечит твоего отца и других охотников, после их возвращения? Кто всегда помогает больным? И даже для нас делает противоядие?

Судя по выражению лица Лиро он никогда не думал об этом. Впрочем, он вообще мало над чем задумывается. Лишь как поддеть того, кто слабее, да и стащить лишний медовый лист со склада. Хотя я уверен, что в доме Айрона всего в достатке. Просто Лиро необходимо сделать гадость другим. Без этого он просто не может жить.

— Это не отменяет того, что она шизанутая и в любой момент может нас всех потравить.

— В таком случае лучше бояться, что это я тебя отравлю.

— С чего бы это? Я никогда не стану ничего пить или есть из твоих рук. Даже и не думай, что во время экспедиции у тебя получится провернуть что-нибудь такое, — Лиро подлетел ко мне, при этом осматриваясь по сторонам. После чего махнул рукой Таркину и тот также оказался рядом, нависнув надо мной. — Учти, если ты выкинешь что-нибудь во время нашего восхождения, то я лично скину тебя вниз.

— Насчёт этого можешь не волноваться. Во время восхождения от меня никаких проблем не будет. Главное вы сами не мешайтесь под ногами. Шарли предложила мне стать её учеником, так что скоро ты будешь пить эликсиры, созданные мной. Готовься сидеть в кустах безвылазно.

Постарался улыбнуться так же, как это делает Лиро. Понятия не имею, как получилось, но после этого парень оскалился и даже попытался меня ударить. Я легко ушёл от этого удара. Тело само приняло стойку Дерева, разрывая расстояние между мной и Лиро.

Но он не собирался так просто сдаваться и бросился на меня, размахивая кулаками. Бил Лиро очень хорошо. Быстро, хлёстко и сильно. Тренировки с охотниками не прошли для него даром. А вот на занятиях с моими стариками парень явно многое пропускал мимо ушей и отрабатывал стойки, спустя рукава. Иначе он сразу же понял, что таким образом достать меня не получится.

Я лишь сменял одну стойку за другой, уходя таким образом от всех атак Лиро. К тому же я уже несколько раз мог и сам атаковать. Причём успешно. Мои удары точно достигли бы цели. Но я не хотел этого делать по одной простой причине. Совсем скоро нам предстоит восхождение на Клык. Лиро был одним из членов команды и нельзя было выводить его из строя.

Он и Таркин могут помочь мне в запретной зоне. Втроём у нас будет гораздо больше шансов добиться успеха. Да и верёвок у троих в три раза больше, чем у одного. Ну а Лиро махал кулаками, совершенно не заботясь о том, что нам вместе предстоит подниматься на Клык. Порой мне казалось, что он вообще очень редко думает о последствиях и живёт чисто одними эмоциями.

— Ты чего вылупился? — заорал Лиро Таркину, когда в очередной раз не смог достать меня. Пот уже заливал ему глаза, а дыхание было тяжёлым и сиплым. Словно он и не занимался вместе с нами всё это время. — Помоги поймать засранца. Слишком он вёртким стал после долбанных занятий.

— Может, не стоит? Если он пострадает и не сможет отправиться с нами?

Ну хоть у кого-то в этой компании работают мозги. Таркин прекрасно понимал, что в случае чего именно мне придётся помогать им. Он знал, насколько лучше я двигаюсь по Клыку. Да и пользуюсь всеми новшествами лучше, чем они с Лиро. Кто закрепит очередной клин и скинет им верёвку, если я пострадаю?

— Заткнись и помоги мне! Я просто отвешу ему пару хороших затрещин. А то он снова начал зазнаваться. Да и сам прекрасно знаешь, что на нём любые раны заживают словно на треклятом слизняке.

Впервые меня сравнили со слизняком. И тут я даже не знал обижаться или не стоит? Слизняки Безмятежного практически не убиваемые существа. Погибнуть они могут только в огне. А любые повреждения затягиваются за считаные вздохи. Даже разрубленный на мелкие кусочки слизень способен полностью восстановится.

Благо, что это совершенно безобидные существа, которые помогают нам уничтожать мусор. Именно поэтому каждый ребёнок в Безмятежном хоть раз да игрался со слизнями. Я и сам много раз делал в них дыры, разрубал на части палками и потом наблюдал, как их причудливые тела восстанавливаются.

До слов Лиро мне и в голову не приходило, что я сам, словно слизень, восстанавливаю любые повреждения. Пусть и не так быстро, но всё же другим на это требуется намного больше времени и помощь Шарли.

Таркин буркнул что-то себе под нос и двинулся выполнять приказ Лиро. Четыре вдоха потребовалось парню, чтобы оказаться у меня за спиной. Я позволил ему это сделать. Выпускать из вида Лиро было нельзя. Таркин дерётся ни чем не лучше меня, а вот сын Айрона может удивить, что он уже показывал не раз. Кто знает, чему ещё научил его отец? Возможно, что в прошлую нашу драку он многое скрыл от меня. Ну а если нет, то я уверен в своей победе.

Таркин и не собирался меня бить, он просто хотел задержать, как и говорил Лиро. Парень был на голову выше меня и вдвое тяжелее, а значит, и сильнее. Даже с моим телом сопротивляться будет крайне сложно. Потребуется время, чтобы освободиться из захвата. А за это время Лиро сможет нанести несколько ударов. Но я не собираюсь им этого позволять.

Лиро и Таркин начали действовать одновременно. Сын Айрона сделал три быстрых шага, сокращая между нами расстояние, и выбросил вперёд кулак, целясь мне в грудь. Этот удар должен был выбить весь воздух из лёгких и лишить меня сил для сопротивления. В это же время Таркин бросился, растопырив руки в стороны, сокращая мне место для манёвра.

Но я стоял на месте и ждал. Ждал, когда внутреннее чувство опасности подскажет мне начать двигаться. И как только это произошло, я сел. Кулак Лиро пролетел над головой, обдав меня ветром, а затем послышался глухой удар и хрип Таркина.

— Зергово отродье! — заорал Лиро, когда я впервые ударила его.

Ударил прямо из сидячего положения. Ударил в голень. Да так, что мне показалось, словно кулак затрещал. Всю руку моментально охватило огнём, но это и неважно. Скоро всё пройдёт. А вот Лиро и особенно Таркин были сейчас не в лучшем состоянии.

Сын Айрона прыгал на одной ноге, держась руками за отбитую голень, а его друг лежал в двух шагах от нас и втягивал воздух, сквозь стиснутые зубы. При этом он шипел, словно травяная шапша. Небольшая змея, что можно встретить возле озера. При виде человека она также начинает шипеть.

На этом я не собирался останавливаться. Лиро должен понять, что с этого момента всё изменится. Он больше не сможет безнаказанно издеваться над другими. Больше я не буду спускать ему этого с рук. А ещё он должен понять, что в предстоящей экспедиции именно я буду главным, а они с Таркином слушать и выполнять все мои указания.

Как его отец, занял своё место по праву сильного. Так и я сейчас займу своё место. Старики преподали мне отличный урок, который помог стать сильнее.

Примерно три малых цикла назад. Во время очередной тренировки, когда время уже близилось к её завершению, учитель Дрейк объявил, что с этого дня мы будем ежедневно сражаться друг с другом. Он назвал это тренировочным боем. Показал нам основные удары и как правильно их наносить. Потом они с Грегори провели показательный бой, в котором использовали только, продемонстрированные нам удары.

Никогда не думал, что бой двух стариков может оказаться столь завораживающим. Они кружили по отгороженному пятачку, постоянно разрывали и сокращали дистанцию. Обменивались молниеносными ударами и тут же расходились. Это даже не было похоже на драку, которыми мы привыкли их видеть. Учителя словно кружились в каком-то диковинном танце. В танце жизни и смерти.

Но вот Дрейк не стал отходить после очередной стычки, а наоборот пошёл вперёд. Три удара рукой в голову, грудь и снова в голову, а затем его нога замерла возле шеи Грегори. Не коснувшись её каким-то чудом.

— Признаю своё поражение, — произнёс учитель Грегори и все мы тут же начали хлопать. Это зрелище было намного лучше того, что показывали охотники.

Там мы видели обычную драку, а тут настоящее искусство. Боевое искусство, которое нам предстоит изучать. И это воодушевляло больше всего. Мы сами сможем вот также сражаться. Но для этого сперва нужно многому научиться. И предстоящие тренировочные бои станут ещё одной ступенью на пути к этой цели.

— А теперь мы посмотрим, чего стоите вы, — начал говорить победитель. — Для первого раза вы можете использовать любые приёмы и удары, что знаете. Но в дальнейшем лишь те удары, что мы вам будем показывать. Бой будет длиться до тех пор, пока один из вас не признает поражения, или не сможет дальше сражаться. Сегодня состоится всего один бой. И состоится он между Лиро, — парень довольно оскалился и стал оглядывать нас всех.

Единственными из учеников, кто могли действительно намять ему бока были стражи. Но сомневаюсь, что они рискнуть навлечь на себя гнев Айрона. Поэтому парень и вёл себя так нагло, прекрасно зная, что этот поединок закончится для него победой.

— И Яном. — продолжил учитель Грегори.

При этом он как-то очень странно смотрел на меня, словно ждал, когда я начну возмущаться и отказываться от этого боя. Только я не собирался этого делать. Они сами говорили, что на пути возвышения будут вставать различные преграды, которые нам необходимо будет преодолеть. Так почему бы Лиро не стать такой преградой? Он вполне подходит на эту роль.

— Все правила были озвучены, поэтому начинайте, — после этих слов Дрейк, топнул.

Все тут же поспешили разойтись по сторонам, оставляя свободный круг, примерно двадцать на двадцать шагов. На месте остались стоять только мы с Лиро и сам учитель. Но он остался лишь для того, чтобы махнуть рукой, давай сигнал к началу поединка.

Сын Айрона был просто в восторге оттого, что ему разрешили намять мне бока при всех. И этой возможностью он воспользовался по полной. С момента нашей последней стычки прошло уже больше цикла. За это время Айрон отлично натаскал Лиро. Научил, как правильно стоять, держать руки и двигаться. Как оценивать своего противника и пользоваться преимуществами своего телосложения в бою. У Лиро были более длинные руки. Весил он больше меня. А вот двигался медленнее. Но это всё компенсировалось первыми пунктами.

Я же всё это время тратил лишь на Клык. И сейчас знал только базовые стойки и умел неуклюже размахивать конечностями. Поэтому в начале нашего боя использовал стойки, чтобы уходить от ударов Лиро. Но они небыли предназначены для этого. По крайней мере, мне не удавалось достичь нужного эффекта. Поэтому совсем скоро Лиро смог нанести первый удар.

Пусть он и был слабым, я его даже практически не ощутил. Но его вполне хватило, чтобы заставить меня замешкаться. И уже следующий удар Лиро вышел что надо.

Кулак врезался в грудь, напрочь выбивая из меня весь воздух. Я отлетел на несколько шагов и упал, пытаясь сделать хоть один вдох. Наполнить лёгкие так нужным любому живому существу воздухом. На это потребовалось всего пару мгновений, но они показались мне вечностью.

Можно сказать, что я проиграл, пропустив всего один удар. Но на этом никто даже не думал останавливать поединок. Я не собирался сдаваться, а всем было прекрасно известно, что даже такого удара для меня будет слишком мало. Даже сотня таких ударов меня не остановят. Моё тело способно справиться и не с таким.

Лиро прекрасно это понимал и поэтому решил оторваться по полной. Он налетел на лежачего и принялся избивать меня ногами. Только эти удары оказались гораздо слабее первого. Да и я уже был практически в полном порядке.

Мне удалось закрыть голову рукой, а потом и вовсе сбить Лиро, когда он наносил очередной удар. Я резко крутанулся и попал по его опорной ноге. Это дало мне время, чтобы подняться. Лиро также уже успел вскочить на ноги и вновь бросился в бой. Мне удалось вынести урок из первого пропущенного удара. Теперь я сосредоточился только на уклонении. Без стоек, без всего. Просто уходить от ударов как можно более эффективно. Но и этого было слишком мало для победы.

Понятия не имею, сколько времени продолжался наш бой, но Лиро всем показал, насколько превосходит меня в обычной драке на кулаках. Он совершенно не сдерживался, почти каждый его удар находил цель, заставляя меня крутиться шапшей. Сам я мог лишь безуспешно отмахиваться. Конечно, я тоже попадал, но мои удары заставляли Лиро только морщиться.

Бой мог продолжаться ещё очень долго, но его остановил учитель Грегори, сказав, что на сегодня достаточно. Он увидел всё, что хотел.

— Теперь такие поединки будут проходить в конце каждой тренировки. Три тысячи вдохов на отработку базовых стоек. Две тысячи вдохов на отработку ударов, которые мы будем вам показывать. И всё оставшееся время тренировочные поединки. Теперь можете быть свободны. А ты Ян зайди к Шарли и пускай она тебя осмотрит.

— Вот теперь мне очень нравится обучение у твоих стариков. Я каждый день буду избивать тебя. Ты слабак, который не способен сражаться и сегодня я всем этот доказал. — сказал мне в спину, гордый Лиро.

Дейя было собралась начать ругаться с ним, но я её остановил.

К Шарли я не пошёл. В этом не было никакого смысла. К утру все повреждения уже исчезнут сами. Проводив Дейю, до её дома я отправился к исполину. Девчонка хотела остаться со мной и поддержать. Отчего-то она решила, что я очень расстроен из-за проигрыша Лиро, и хотела побыть со мной рядом. Заверил её, что со мной всё в порядке. А ещё очень удачно подвернулся дядя Рен, который и позволил мне остаться наедине.

Учителя комментировали наш поединок. В основном говорили, какую ошибку я совершил и как ей воспользовался Лиро. Во время боя я толком не слышал их. А вот после него все комментарии навали всплывать в памяти. И случилось это после того, как я поделился со Ска, всем произошедшим.

Малыш внимательно слушал меня, изредка попискивая, а когда я закончил, он выдал длинную трель, подбадривая меня.

— Спасибо малыш. Вот только это не поможет мне так быстро научиться драться и дать Лиро достойный ответ. В этом мне помогут удары, показанные учителями. Нужно тренироваться. Ты не против, если я займусь этим? Только немного отдохну. Что-то совсем вымотался сегодня.

Естественно, Ска не был против. Просунул руку в его тайник и положил её на голову малыша, после чего привалился к исполину и закрыл глаза. Спать было нельзя. Иначе я рисковал не только свалиться с дерева, но и не отработать удары. Ещё не известно, с кем меня поставят завтра. Если это будет Лиро, то снова придётся только защищаться. А я не хочу повторения сегодняшнего. Поэтому вместо сна я выбрал отправиться во внутренний мир и отдохнуть там. А заодно и подумать над всеми наставлениями, что давали мне старики.

Стоило только закрыть глаза, и я оказался окружён столь дружелюбной тьмой. Сразу же начал вспоминать сегодняшний поединок. Каждый удар Лиро и как я пытался от него уйти, заблокировать или даже нанести удар в ответ. Это получилось довольно легко.

Затем я начал накладывать на воспоминания слова учителей. Здесь нужно было немного довернуть корпус, чтобы избежать удара. Тут сделать один шаг в сторону. Развернуться малость быстрее или, наоборот, чуть подождать.

По мере того как советы накладывались на воспоминания, в кромешной тьме внутреннего мира стала появляться едва различимая фигура. Едва различимые, голубые линии обрисовывали силуэт Лиро. Он стоял, подняв кулаки перед лицом. Именно так стоял Лир перед началом нашего поединка.

А затем силуэт сделал ко мне пару шагов и нанёс первый удар. Всё в точности, как и во время спарринга. Я также ушёл от этого удара, применив Ветер. За ним последовал следующий удар, от которого я тоже увернулся.

Вновь начался наш поединок. Но на это раз я не совершал прошлых ошибок. Применял все советы стариков. Смотрел, как можно поступить в конкретной ситуации и что сделать для того, чтобы не только защищаться, но и нанести Лиро удар, который сможет переломить ход нашего поединка.

Но как я не старался, ничего у меня не выходило. Даже сейчас, в моём внутреннем мире, представ в виде светящегося силуэта, Лиро смог одержать верх. Я пропускал удары, и они были ничуть не менее болезненными, чем в реальности.

Силуэт Лиро исчез, и я вновь попытался проанализировать бой. Если поначалу он шёл по тому же сценарию, что и во время настоящего боя, то потом его рисунок начал резко изменяться. Я исправил прошлые ошибки, но наделал новых. Но теперь и сам прекрасно их видел. И даже знал, как это можно исправить.

Мне был нужен противник.

Хватило лишь подумать об этом, и силуэт Лиро вновь появился. На этот раз он не стал принимать прежнюю стойку. Теперь он ждал, когда я нападу на него. И я не заставил себя долго ждать.

Глава 19

Тренировки во внутреннем мире позволили мне выходить победителем в десяти поединках из десяти. Лиро уже перестал представлять для меня опасность. И сейчас мы встретились с ним впервые после того боя, устроенного стариками.

Пары вдохов мне хватило, чтобы встать и оказаться рядом с Лиро, который продолжал баюкать отбитую ногу. Увидев меня, парень попытался нанести удар. Но он оказался слишком слабым и неуклюжим. Мой удар получился очень сильным. Уверен, что у меня кулак болел не меньше, но я переношу боль намного лучше Лиро. А ещё у меня есть второй кулак, который я и пустил в дело.

Поднырнул под неуклюжим выпадом Лиро и ударил его в грудь. В точности, как собирался поступить со мной сам Лиро. Вложил в удар все силы, что у меня остались. И удивился, когда превосходящий меня по всем параметрам парень оторвался от земли и пролетел с десяток шагов, едва не рухнув на стол, что собиратели используют для подсчёта собранных семян.

Лиро упал, выгнулся дугой, начал хрипеть и скрести руками по сухой земле.

— Что здесь происходит? — раздался крик старейшины Йорго. Затем он выругался и промчался мимо меня, к хрипящему Лиро.

Я же словно впал в ступор, не веря тому, что произошло. В ушах начинало гудеть, а мир вокруг расплываться. Я снова напрямую залез в источник за энергией и сделал это не осознанно. Вот о чём говорила Шарли. Я действительно опасен для окружающих.

— Шарли! — яростный вопль старейшины заставил голову немного проясниться. Только после этого я сам подбежал к Лиро.

Он уже почти не хрипел, а тело расслабилось. Лишь руки продолжали судорожно скрести по земле. В глазах парня застыли слёзы, а на губах надувались кровавые пузыри. Тонкая струйка крови бежала из носа. Но гораздо хуже выглядела его грудь. После моего удара она вмялась внутрь. В паре мест были видны окровавленные осколки рёбер. Рубаха Лиро только сейчас начала пропитываться кровью.

Примчавшаяся Шарли отшвырнула меня в сторону и с ходу вылила какой-то эликсир на грудь Лиро. А затем мир снова решил пойти кувырком.

* * *

— Что с Лиро? — первое, что спросил я, когда пришёл в себя.

Запахи и звуки, что я уловил, говорили о том, что я вновь нахожусь в погребе у Шарли. Но в этот раз я чувствовал себя намного лучше. В висках не стучало и грудь ничего не сжимало.

— Жить будет. И даже полностью вернётся в норму. Но не раньше, чем через половину большого цикла. Ты переломал ему все рёбра. А уже они повредили лёгкие и чудом не задели сердце. Опоздай я на десять вдохов и парню не жить.

— Я хотел просто показать, что не стану больше терпеть его нападки. Хотел показать, что с этого момента они будут слушаться меня.

— Думаю, что Лиро тебя прекрасно понял. А вот его отец и другие старейшины, которых Айрон уже успел перетянуть на свою сторону, нет. Лишь благодаря брату и Торку нам удалось уберечь тебя от наказания. Сотня ударов хлыста не выдержит даже твоё тело. С этого момента ты официально стал моим учеником. Об этом уже знают все в Безмятежном. Теперь даже Айрон не посмеет ничего тебе сделать. Он прекрасно понимает, что в следующий раз я могу перепутать эликсиры и вместо того, чтобы снять боль, усилить её в сотни раз. Или вообще не стать помогать. Да и в твоих руках будущее поселения. Без алхимика они не протянут и пары средних циклов.

Шарли говорила какую-то чушь. Сейчас мне был интересен только Лиро и то, что я с ним сделал.

— Как тебе удалось его спасти? Я же видел огромную вмятину в груди после моего удара. Торчали обломки рёбер. А ещё у Лиро текла кровь из носа и на губах надувались кровавые пузыри, — перебил я знахарку и только сейчас поднялся с жёсткого лежака.

Шарли сидела за столом и перетирала какие-то травы. Выглядела она гораздо хуже, чем в прошлый раз. Мешки под глазами стали ещё больше, а в волосах словно прибавилось седины. Но не может же человек за несколько тысяч вдохов состариться на несколько лет?

Именно это мне пришло в голову, когда увидел Шарли. Она постарела. А виноват в этом я и моё неумение сдерживать силу. Насколько проще было, когда никакой силы и в помине не существовало. Я мог полагаться лишь на собственное тело, и мои удары не отличались от тех же ударов Лиро. Физическая сила, против физической силы.

— Порой охотников приносят с куда более серьёзными повреждениями. Даже приходится приделывать на место оторванные конечности, если не слишком поздно. А уж про повреждение внутренних органов и говорить нечего. Чтобы помочь Лиро, мне пришлось отдать не так уж и много жизненной энергии. Думаю, что к тому моменту, как он уже будет здоров, утраченное восстановится. Просто не буду это время выходить лишний раз из своего убежища. Нечего людям смотреть на меня в таком состоянии. Зато будет время обучить тебя как следует.

— Извини. Я не думал, что так всё выйдет. И за мои ошибки придётся расплачиваться тебе.

— Хватит уже извиняться. Ты не виноват в том, что сильнее любого в Безмятежном. Уже сейчас они все должны называть тебя господином и выполнять любые твои приказы. Случай с Лиро лишь доказал это. Как ты думаешь, сможет кто-нибудь из поселения нанести такой вред телу, что уже смогло зажечь три созвездия, всего одним ударом?

— Айрон сможет. И ещё как минимум шесть охотников. А ещё Логар и Гавир. Они точно смогут. Я видел, как на показательных выступлениях каждый из них ломает камни толщиной в два пальца.

— А ты знаешь, что перед этими выступлениями они готовятся по несколько тысяч вдохов? А после них ещё пару дней приходят в себя? А ты смог нанести подобный удар без подготовки и даже в себя пришёл уже через две тысячи вдохов, просто немного поспав.

— Хочешь сказать…

— С момента вашей драки прошло всего две тысячи вдохов. Айрон и старейшины ушли отсюда три сотни вдохов назад. Я думала, что ты очнёшься ещё при них.

— И что теперь мне делать?

— Ничего. — усмехнулась Шарли. — Становиться сильнее и вытаскивать нас всех из этой задницы. Ждать больше нельзя, я влила в тебя эликсир усмирения источника. Нужно было это сделать сразу, но я, старая дура, решила, что будет лучше делать всё по правилам. И вот что из этого вышло. Но в любом случае теперь ты можешь не опасаться спонтанного выброса силы. То, что случилось с Лиро, больше не повторится. Но об этом должны знать только ты и я. После исчезновения твоих стариков ты лишился защиты. А полагаться на меня в этих вопросах не стоит. Я лишь старая знахарка, что может сварить эликсир и исцелить раны.

Я смотрел на Шарли и в очередной раз не понимал. Почему она всё это делает для меня? Почему именно я стал тем, кого она выбрала к себе в ученики и вот сейчас защитила от гнева старейшин и Айрона? Своим поступком я действительно заслужил наказание. Если бы Шарли не успела…

И что бы тогда произошло? Я стал убийцей? Стал бы одним из тех, о ком рассказывали нам старики. Человеком, что с лёгкостью обрывает жизни других. Я бы стал идущим по пути смерти.

От одной мысли об этом мне стало тошно. Самые жестокие и страшные идущие выбирают для себя этот путь. Они становятся сильнее за счёт убийства других людей. Черпают силы из смерти. А их дорога к небу усыпана десятками тысяч трупов.

И это лишь то, что я слышал от жителей поселения. То, что рассказывали нам учителя во время редких разговоров о возвышении. Старики Грегори и Дрейк не успели ничего мне рассказать об этом. Как и о пути вообще. Они исчезли, показав мне лишь первые шаги на пути усиления тела. Основы боевых искусств.

— Я могу покинуть твой погреб? — спросил я у Шарли, которая уже отвернулась от меня и вернулась к своему занятию.

— Сейчас не лучшее время для этого. Если тебе, что-то нужно, то просто скажи мне.

— Я потерял книгу, что ты мне давала. А без неё будет очень скучно здесь сидеть. Да и домой нужно зайти.

Там у меня также имелись книги, а ещё моя корзина с вещами из тайника. У меня совершенно не было времени, чтобы всё перепрятать. Да даже для того, чтобы разобраться с вещами.

— Насчёт книги можешь не беспокоиться. Я взяла её. Но она тебе и не понадобится. А про дом пока забудь. Можешь не переживать, никто из жителей Безмятежного не рискнёт заходить и тем более, что-то брать из твоего дома. А сейчас, мы начнём наш первый урок. И если ты думаешь, что алхимия — это в первую очередь искусство смешивания нужных ингредиентов, то сильно ошибаешься. Алхимия — это искусство правильного приготовления и обработки этих ингредиентов. И первое, чему я буду тебя учить — это, как правильно толочь травы, превращать их в порошок.

* * *

Два дня я провёл в погребе у Шарли. Два дня только и делал, что измельчал и молол травы в ступке, ел, спал и изредка разговаривал. Пару раз приходила Дейя, но знахарка её быстро прогоняла, говоря, что я не должен отвлекаться.

Руки ужасно болели от непривычного занятия. Но я не обращал на эту боль внимание. Шарли лишь иногда говорила мне, что делать дальше, доверив работать с самыми простыми травами.

Эта работа дала мне возможность полностью погрузиться в себя и подумать над тем, что произошло. Я едва не убил человека. Хотя и собирался лишь немного проучить его. Показать, что больше не будут закрывать глаза на все издёвки и оскорбления. Что не позволю Лиро и дальше делать всё, что он захочет.

А действительно ли я собирался просто проучить его? Или я хотел его смерти? Хотел убить Лиро и навсегда избавиться от его насмешек и придирок?

Вот это было гораздо больше похоже на правду. Я хотел защитить себя и убить Лиро. Источник почувствовал это и вложил в мой удар свою силу. Или я сам заставил его это сделать. И повторись такая ситуация, я бы не стал ничего менять. Я сделал именно то, что хотел.

Показал Лиро и Таркину, что сильнее. Что они должны будут слушаться меня во время восхождения.

— Остановись, — прервала мои размышления знахарка. — Теперь у меня будет достаточно порошков, чтобы сделать эликсиров для всех жителей Безмятежного. Только осталось заполучить главный ингредиент — семена скальника. Или его корень, что будет гораздо лучше. По моим прикидкам такого эликсира хватит на большой цикл. Так что не подведи поселение. Все его жители надеются только на вас.

— Они нашли замену Лиро? — спросил я, боясь, что это окажется правдой. Единственной подходящей заменой для него была Дейя.

— Нашли, — согласно кивнула Шарли. — И я была против этой замены. Но, кто будет слушать глупую женщину. Особенно в мире, где всё решает сила, а не знания? Так что ты уж присмотри за этим пустоголовым зергом. Каким бы болваном он ни был, но всё же мой брат.

— Старейшина Йорго? — удивлённо спросил я.

Не ожидал, что он решится подниматься на Клык. Он был слишком тяжёлым для этого. Да и про возраст не стоит забывать. Поднявшись всего лишь до второго приюта, старейшина уже с трудом мог дышать. А в запретной зоне он и вовсе начнёт задыхаться. Если вообще сможет подняться до неё. Никто не отменял волю Клыка. Старейшина уже один раз испытывал её.

— Это болван вспомнил, что когда-то отлично лазил по любым горам. А после того, как у него появились подходящие инструменты и вовсе уверовал в собственное бессмертие. И какого зерга он вообще решил вновь попробовать залезть на гору? Попросил совет дать ему разрешение, и эти болваны не отказали. Чтоб им пусто стало. Так что присмотри там за ним.

Через три дня за мной пришли старейшины. Скорее всего, пришло время подниматься на Клык. Все приготовления были закончены. За это время я едва начал постигать азы алхимии. Превратив большую часть лекарственных трав, что имелись у Шарли, в порошок.

Я бы мог натолочь и ещё больше, только остальные травы необходимо было измельчать непосредственно в процессе приготовления состава для эликсира, иначе они теряли свои свойства.

— Подожди пока здесь. Не поднимаешься, пока я тебя не позову. Теперь ты мой ученик, и должен слушаться беспрекословно. А пока возьми ещё пучок шелковицы.

Я лишь кивнул, не понимая, для чего всё это. Пришло время подниматься на Клык, вот за мной и пришли. Чего тут ещё может быть? Сам же взял пучок высушенной шелковицы и бросил его в ступку, с отвращением взяв в руки пест.

Ладони уже успели загрубеть и покрыться толстыми мозолями, что делали работу немного легче. Но всё равно это довольно трудоёмкое занятие, после которого мне ещё предстояло залезать на Клык. Только сейчас понял это. Для чего Шарли снова заставила меня толочь травы? Она же понимает, что я должен быть полон сил перед восхождением. От этого зависит не только моя жизнь, но и жизни Таркина со старейшиной Йорго.

— Ян, хватай мою корзину и положи туда все оставшиеся эликсиры энергетического спокойствия. — выкрикнула Шарли.

Корзина стояла рядом со столом, а зелья на дальней полке, заставленные другими. Всего их осталось шесть штук. Этого было катастрофически мало. Не хватит даже для того, чтобы продержаться малый цикл.

Выбравшись, протянул Шарли корзину. Она быстро проверила её содержимое и не став ничего говорить быстро пошла за старейшинами. Мне ничего не оставалось кроме как последовать за ними. На меня никто не смотрел, но я чувствовал себя виноватым. И всё из-за того, что произошло с Лиро.

Мы шли к центру поселения. Жители Безмятежного сейчас были на работах, поэтому никого не было видно на улицах. Шли молча, отчего я немного нервничал. Если старейшина Торк пришёл не за мной, то за Шарли. Кому-то понадобилась помощь знахарки? И если Шарли сказала взять эликсиры от энергетического безумия, то это может означать только одно.

Примерно за пару десятков шагов до начала зоны жилых домов, стали слышны звуки борьбы. Кто-то усердно сопел и явно пытался вырваться. Я точно слышал звук скребущих по земле пяток. Я ещё сопение людей, что удерживали лежавшего.

Странным было то, что не было слышно голосов. Никто не кричал хотя обычно в любой потасовке крики, дерущихся слышны за сотни шагов.

Мы шли мимо расчищенного под строительство новых домов места, к одиноко стоявшей стене, что чудом уцелела во время пожара. Именно из-за этой стены и доносились звуки возни.

Когда оставалось пройти десяток шагов, Шарли полезла в свою корзину, начав доставать какие-то порошки.

— Сколько времени прошло с начала приступа? — спросила знахарка, заглянув за стену.

Когда догнал её, то тоже посмотрел туда и увидел лежавшего на земле плотника Друго. Он весь извивался, сучил ногами по земле, рот плотника был покрыт пеной и он постоянно мотал головой. Держали Друго его подмастерья. Один сел на ноги, а двое удерживали руки.

— Не больше тысячи вдохов, — начал быстро говорить Орджи, сидевший на ногах плотника. — Мы собирались возводить вторую стену, когда мастер Друго упал и начал биться в конвульсиях. Изо рта у него пошла пена. Мы с ребятами сразу же зафиксировали его и позвали на помощь.

— Сами, как себя чувствуете? Голова не кружится? По утрам не мутит? Не кажется, что под кожей ползают насекомые или ещё что-нибудь в этом роде? Не видите мёртвых? Никто не зовёт вас прогуляться за пределами защитных формаций?

Начала заваливать вопросами помощников плотника Шарли. Сама она при этом насыпала в ступку порошков и начала разбавлять их эликсиром энергического спокойствия. Я внимательно следил за всеми действиями Шарли. Запоминал, сколько и каких порошков она добавляла. Сколько капель эликсира потребовалось, чтобы изготовить новый. Даже запомнил, сколько оборотов знахарка сделала, когда мешала новый эликсир. Сколько в одну сторону и сколько в другую. Абсолютно все мелочи.

Не исключено, что пока я не отправился на Клык, придётся помогать и другим жителям поселения. Плотник был первым, но я уверен, что скоро людей, поддавшихся энергетическому безумию, будет становиться всё больше. Родители станут экономить эликсир для себя, чтобы их детям достался лишний глоток. А уж про стариков и говорить нечего.

Ровно двести тридцать вдохов ушло на создание нового эликсира, после чего Шарли сказала помочь ей. Запрокинуть голову Друго и держать, пока он не проглотит лекарство. А глотать его плотник не собирался. Здесь мне помог трюк, что провернула со мной Шарли, когда я пришёл в себя в погребе. Лёгкого нажатия на горло хватило, чтобы эликсир направился в желудок Друго.

— Подержите ещё сотню вдохов, а потом отнесите домой. Сегодня он должен хорошо выспаться. И скажите Суне, чтобы она вправила мозги мужу. Старейшина Торк, я надеюсь, что вечером ты соберёшь жителей и донесёшь до всех мои слова. Я не стану тратить ценные ингредиенты и тем более эликсир энергетического спокойствия, на таких идиотов, как Друго. Если они решат, отдать свою порцию другому, то так тому и быть. Лучше всего, пускай отправляются в пустыню сразу. Там им самое место.

Сказав это Шарли развернулась и двинулась в сторону южной границы поселения. Мне оставалось только подхватить корзину и поспешить за ней следом.

— Ян, будь готов. Завтра состоится ваша экспедиция. Медлить больше нельзя. Хорошо отдохни сегодня. И помни, что от вас зависит само существование Безмятежного. И жизни всех его жителей. — сказал мне старейшина Торк.

Я лишь кивнул ему, прекрасно понимая, что должен отдохнуть. Лезть на Клык уставшим чистое самоубийство. Одно неловкое движение и я разобьюсь. Рука устанет, и я разобьюсь. Слетит палец, и я разобьюсь. Разобьюсь и обреку почти две сотни человек на мучительную гибель.

Сегодня я впервые видел последствия энергетического безумия. Той его стадии, когда тело уже не в состоянии это выносить. У плотника это выразилось конвульсиями и пеной изо рта. Но я слышал, что могут быть и другие проявления. Вплоть до дикой агресси, когда человек бросается абсолютно на всех, кого увидит. Но в большинстве случаев все просто уходят прочь из поселения больше не в силах выдерживать давление энергии звёзд. А за пределами оазиса её концентрация намного меньше, поэтому все и пытаются попасть туда.

Шарли уже ушла довольно далеко, но я всё же позволил себе заглянуть домой и убедиться, что моя корзина стоит на прежнем месте. А ещё мне показалось, что я почувствовал, что-то непонятное. Словно на меня кто-то посмотрел и посчитал, что я имею право здесь находиться. Слова Шарли о том, что никто не осмелится войти к нам в дом, обрели другой смысл. Неужели здесь наложено обращение, что охраняет дом?

Спросить об этом я ни у кого не могу, зато могу задать интересующие меня вопросы по поводу случившегося с плотником Шарли. Осталось только догнать её.

За вещи оставленные в доме можно не беспокоиться.

Глава 20

— Куда мы идём? — спросил я у Шарли, когда догнал её.

— Подальше от этих идиотов. Снова началось их долбанное самопожертвование, — Каждое слово Шарли словно выплёвывала. Ей было противно даже просто говорить об этом. — Подобное уже было, ещё до твоего появления в Безмятежном. Тогда поселение насчитывало больше семи сотен человек. У нас просто не было необходимых ресурсов, что помочь всем. Сам знаешь, что за один урожай возможно собрать зёрен скальника примерно на двести двадцать человек.

Мне никогда не рассказывали об этом. Я и предположить не мог, что в поселении раньше проживало столько человек. Хотя теперь становится понятно, почему поселение занимает столь обширную площадь и почему все ремесленные дворы такие большие. Просто раньше там работало намного больше людей.

— Когда об этом стало известно, появились первые жертвенные идиоты. В основном это были матери и отцы маленьких детей. Кто-то просто уходил в пустыню. А кто-то переставал принимать эликсир, пытаясь сберечь для детей как можно больше. За три средних цикла мы потеряли больше пяти сотен человек. Пяти сотен рабочих рук. И всему виной проклятый скальник, что не хочет прорастать из семени, как другие растения. В тот раз никто не стал меня слушать. И старейшины ничего не предприняли. Для них такой исход казался хорошим. В поселении оставались люди, которые гарантированно будут обеспечены защитой от энергетического безумия. И где! Где я спрашиваю, эта защита?! Пожар в одно мгновение уничтожил все наши запасы. А эти идиоты, вместо того, чтобы искать способ, как выжить, решают всё бросить и отдаться на волю звёзд.

Шарли говорила, не переставая, словно я первый человек, который согласился её выслушать. А на самом деле у меня просто не было выбора. Я шёл за своим учителем. Шёл, непонятно куда. Да и чего уж скрывать, мне было интересно узнать о прошлом Безмятежного. Прошлом, в котором ещё не было меня.

Этот рассказ меня шокировал. Пять сотен человек решили добровольно дать шанс другим. Пусть это были их дети, родственники и просто близкие люди. Но в любом случае принять подобное решение очень сложно. Я даже не знаю, смог бы сделать подобное для своих стариков? Наверно, единственной, для кого я смог бы это сделать, была Дейя.

Да я и сделал, что-то подобное. И завтра мне предстоит уже отправиться вместо девчонки на Клык. И я совершенно не жалею об этом решении. Наверняка и все люди, что оставили Безмятежный, также ни о чём не жалели.

Как-то совершенно незаметно мы вышли за пределы защитных формаций. Даже стражи не подошли к нам. Хотя всегда сперва долго расспрашивали меня перед выходом. А вот с Шарли они пропустили меня вообще без вопросов. Видимо, грозный вид знахарки дал им понять, что не стоит этого делать.

— Как бы зла я ни была на этих идиотов, это не отменяет твоего обучения. Будем считать, что сейчас начнётся второй урок. Первый ты вроде усвоил. Теперь у меня достаточно порошков, на малый цикл работы.

Я даже открыл рот от возмущения. Три дня, прерываясь только на еду и сон, я работал пестом, перетирая нужные травы в порошок, и за всё это время смог сделать заготовок всего лишь на малый цикл? На семь дней? И это притом что на любой эликсир Шарли брала по небольшой щепотке порошков.

— Закончились многие травы, поэтому сейчас мы будем восполнять запасы, — продолжала говорить Шарли, не обращая внимание на моё негодование. — Сегодня нам нужно собрать мечелист.

— Это же самая обычная трава, которой везде полно? Могу прямо сейчас нарвать полную корзину, — удивился я.

Мне было совершенно непонятно, для чего Шарли решила выйти за пределы защитных формаций. Мечелист рос абсолютно везде. Его легко можно найти даже в Безмятежном. Самая распространённая трава с длинными листьями, по своей форме похожими на клинок меча. Этой травой можно легко обрезаться, а порез потом долго саднит. Даже у меня порезы от мечелиста заживают достаточно долго.

— Надёргать ты можешь, в этом я не сомневаюсь. Вот только среди всего, что ты соберёшь, вряд ли будет хоть один правильный лист. Мне не нужны обычные листы. Я ищу только те, что смогли впитать в себя силу звёзд. Такие листы сложно срывать. Они сильно отличаются от обычных даже внешне. Цвет более насыщенный, а сам лист немного шире и тоньше. Это делает мечелист гораздо острее и срывать его следует крайне осторожно. Можно не только самому сильно пораниться, но и повредить сам лист. Мечелист также входит в состав эликсира энергетического спокойствия. Поэтому его нужно очень много. К тому моменту, когда вы вернётесь с Клыка, я должна сделать все необходимые заготовки, чтобы не тратить на них время и сразу взяться за изготовление эликсиров.

Первый правильный мечелист мы нашли через три сотни вдохов. Среди большого скопления травы Шарли отыскала всего один. Она осторожно подкопала корень и достала его, не касаясь самого листа. Мне показалось, что он совершенно не отличается от остальных. Знахарка тяжело вздохнула и сказала, что сегодняшний урок будет очень трудным.

Не знаю, насколько далеко мы углубились в джунгли, но когда в корзинке практически не осталось свободного места, уже начало смеркаться. Мы совсем забыли о времени. Необходимо было срочно возвращаться. Оставаться в джунглях ночью плохая идея.

С наступлением темноты из своих нор вылезают ночные хищники. Просыпаются ядовитые насекомые. Да и вообще, сами джунгли в темноте не прочь покуситься на столь хрупких людей. Они способны сделать джунгли сильнее, удобрив собой почву.

Ещё ни разу не оставался в джунглях ночью. А судя по тому, как далеко мы ушли от защитных формаций, сегодня я это исправлю. Просто идти по джунглям в темноте настоящее самоубийство. И не столько из-за просыпающихся ночных охотников, сколько из-за того, что практически ничего не видно. Можно легко сломать ногу, неудачно наступив в расщелину между корнями деревьев. Можно провалиться в нору какого-нибудь зверя, гарантированно наткнувшись на него. И ещё множество можно, что способны обернуться для нас огромными неприятностями. Я уверен, что Шарли понимает это не хуже меня. Только непонятно, почему она раньше не повернула в сторону Безмятежного?

— Мы не успеем вернуться до наступления темноты, поэтому я предлагаю найти подходящее дерево и спрятаться в его ветвях. Переждать там ночь и только поутру вернуться в поселение. — сказал, я знахарке, которая совершенно не волновалась. Она продолжала искать правильные стебли мечелиста и что-то мычала себе под нос. Лекция о травах закончилась пару тысяч вдохов назад, и мы молча искали нужные.

— Никуда мы не полезем. Сегодня я покажу тебе, как собирать ещё одну крайне редкую траву. А может, сразу несколько. Ночь для любого травника не менее ценна, чем день, — спокойно ответила Шарли.

— С темнотой вылезают ночные хищники. И это не только насекомые, но и настоящие звери, которые легко расправятся с женщиной и ребёнком.

— А разве ты не встал на путь? Не сможешь защитить меня от каких-то зверей? Я думала, что старики смогли уже научить вас драться. Вон, как ты покалечил Лиро. Неужели не сможешь сделать то же самое с волком или кабаном? Кто ещё обитает в джунглях и охотится по ночам?

Как-то мне совершенно не нравились слова Шарли. Грегори и Дрейк не смогли толком ничему нас научить. Мы отрабатывали базовые стойки, несколько ударов, и всё. Лиро я победил благодаря своему внутреннему миру и открывшейся там возможности. К тому же сейчас мой источник заблокирован и уже не получится взять из него энергию.

— В ночных джунглях опасность может поджидать нас на каждом шагу. И это не только волки и кабаны, которых никогда не видели в окрестностях Безмятежного. Для нас гораздо опаснее будут насекомые. А ещё мы можем оступиться и сломать себе что-нибудь. Или вообще свернуть шею.

— Не забывай, что я знахарка и смогу помочь. Даже оторванную конечность вернуть на место.

Я смотрел на Шарли и не понимал, она серьёзно или просто решила пошутить? Любой в поселении прекрасно знает, насколько опасно за пределами защитных формаций ночью. Да даже днём здесь очень опасно, когда видишь всё, что происходит вокруг.

— А ещё я отлично разбираюсь не только в травах, но и в том, что можно из них приготовить, — продолжила говорить Шарли, доставая откуда-то из-за пояса небольшой пузырёк с прозрачным содержимым. — Всего пары капель этого эликсира хватит, чтобы ты исчез для любого хищника. Будь то зверь, насекомое или растение. Понятия не имею, как правильно называется этот эликсир, но я называю его оберегом. Только благодаря ему я могу собирать некоторые травы, не боясь быть съеденной. А ещё за время, проведённое в оазисе, я отлично изучила окрестности поселения и знаю тут каждую кочку. Поэтому держись меня и точно никуда не влезешь.

— Почему тогда, ты не делаешь этот эликсир для охотников? Они могли бы возвращаться из своих походов целыми и добывать намного больше дичи.

Почему-то в первую очередь я подумал именно об охотниках. Будь у них подобное зелье и тогда точно никто бы не умирал, да и раненых не было.

— Потому что, для создания это зелья требуются травы, которых нет в оазисе. Да и мне не под силу его сделать. Я всего лишь деревенская знахарка, которой повезло найти несколько книг по алхимии. Подобные зелья делают настоящие алхимики. Имеющие для этого необходимое оборудование и отличную печь. Этот пузырёк достался мне совершенно случайно. Если я отдам эликсир охотникам, то им придётся собирать для меня травы, вместо того, чтобы охотиться. Да и оно закончится у них очень быстро. Охотников полтора десятка и проводят они в джунглях по несколько малых, а то и средних циклов. В то время, когда я выхожу довольно редко. Этого пузырька охотникам хватит на несколько дней. А я смогу растянуть его ещё на несколько больших циклов.

Дальше Шарли открыла пузырёк и намочила подушечку указательного пальца. Она коснулась сперва своего лба, а затем и моего. По телу пробежал приятный холодок, а в нос закрался довольно странный запах. Сладкий и в то же время свежий.

— Теперь мы стали незаметны для любого зверя, что ещё не поднялся до ступени воина. А таких практически нет в оазисе. Разве что хозяева джунглей. Но их владения очень далеко, так что нам нечего опасаться. Пока ещё светло нужно собрать как можно больше мечелиста. Его всегда не хватает.

С наступлением темноты джунгли начали оживать. Сотни звуков доносились со всех сторон. Казалось, что стоит сделать всего один шаг и обязательно наступишь на какую-нибудь тварь, что попытается откусить от тебя кусочек, или впрыснуть в тело фермент, который превратит его в питательный бульон. Что из-за ближайшего дерева выскочит пума и вцепится в горло. А с ветки дерева сорвётся лиана кожедёра и захватит в свои смертоносные объятия, а после выпьет досуха.

Но ничего этого не происходило. Мы переходили от одного дерева листвянки к другому, в поисках какой-то особенной травы, правильное название которой Шарли не знала. Она называла её огненным ночным цветком. Нужен этот цветок для приготовления эликсира усмирения источника. Всего одного должно хватить минимум на двадцать порций.

Прошло уже больше тысячи вдохов, как наступила темнота, но нам так и не удалось найти ни одного огненного цветка. Зато мы встретили целый выводок архов тенётников, что раскинули ловчие сети между двумя деревьями. Я едва не влетел в паутину. Шарли успела остановить меня в последний момент.

— Не стоит туда идти. Эликсир не привлекает к тебе внимание хищников, но если ты сам заявишься к ним в логово, то здесь ничего не поможет. А ты знал, что этот подвид архов может не только светиться в темноте, но и выделять специальный состав, который привлекает в их сети летучих мышей? Помимо этого, он действует, как отличное удобрение для огненного цветка. Именно поэтому я и пришла сюда. Заприметила эту колонию уже очень давно. И даже дважды удавалось найти здесь цветок.

После этих слов Шарли подошла ко мне и достала, что-то из корзины. Раздался глухой щелчок и в её руках образовалось небольшое солнце. По крайней мере, это было очень похоже на многократно уменьшенную копию светила, что сияло в моём внутреннем мире.

— Это светоч. Самый простой артефакт, что можно купить практически у любого торговца даже в маленьких поселениях за пределами пустыни смерти. Для его активации необходимо направить звёздную энергию в питающий контур. Потом покажу тебе, как это делать. Без светоча любому травнику даже и думать не стоит о том, чтобы собирать ночные травы. Они не боятся его света. А в темноте их просто невозможно найти. Да и звери не реагируют на свет подобного светоча. Он их не раздражает.

Знахарка подняла ладонь со светочем над головой, и он осветил сети тенётников, что были даже больше меня. Охота только началась и поэтому сети пока ещё были пустыми. В ветвях одного из деревьев я смог разглядеть затаившегося для броска арха. Но их там было гораздо больше. Эти маленькие хищники всегда охотились группами. Так они могли справиться с более крупной добычей. Там, где укуса одного арха окажется мало, десяток справятся наверняка.

Но гораздо важнее было то, что по одному архи были лёгкой добычей для других ночных хищников, а в компании научились защищаться от большинства угроз, что вставали перед ними.

— Ян иди сюда, — окликнула меня Шарли. — Пока я разглядывал сети архов, она уже успела куда-то отойти. — Будь осторожен и не потревожь сигнальные нити. Они все перепачканы секретом архов. Коснёшься нити, и на тебя объявят охоту летуны.

Знахарка находилась возле одного из деревьев, что выступали в качестве опоры для сети архов. Ствол дерева был щедро обвит паутиной. Множество нитей прикреплены к корням и падали на землю. Вот про эти нити мне и говорила Шарли. Да и указывала она сейчас в особо плотное скопление паутины. Сквозь небольшое отверстие можно было разглядеть внутри что-то яркое. Отливающие жёлтым и красным.

— А вот и мой огненный ночной цветок. Осталось только достать его из кокона. Нужно подумать, как это сделать, не испачкавшись в секрет и не потревожив архов. Не хватало ещё, чтобы они начали забрасывать нас паутиной. Ты сможешь создать обращение, если я объясню, как это делается? Сама я сколько раз пробовала, ничего не получается. Слишком слабый у меня талант.

— Могу попробовать. Но ничего не обещаю. До этого я всего несколько раз использовал обращения даже не понимая, как делаю это. В основном это были обращения, направленные на притягивание моей силы.

— Это называется зов, — сказала Шарли. — Когда ты делишься с каким-то предметом своей силой, а потом начинаешь возвращать её. А вместе с энергией к тебе возвращается и этот предмет. Айрон часто показывает его, во время демонстрации своих способностей. Но это сейчас и неважно. Нам нужно достать огнецвет и сделать это максимально осторожно. Не только не задеть паутину, но и не повредить сам цветок. Чтобы получить максимальный эффект, он должен оставаться целым. Включая и корень.

— Но это невозможно сделать, не потревожив архов. Посмотри, сколько паутины вокруг цветка.

— Слева есть немного свободного пространства. Огнецвет вполне пролезет в эту прореху. Если у тебя получится создать обращение Длани, то и достать цветок будет легко. Это обращение создаёт фантомную руку, которой идущий может управлять на расстоянии. Идеально подходит для травников и всех, кто собирает редкие травы. На небольших расстояния расход энергии совсем мал, поэтому обращение могут использовать любой, кто открыл хоть одну звезду. И кто, смог освоить это обращение. Порой нужные травы находятся в недоступных местах и лишь при помощи длани возможно их собрать, — тяжело вздохнув добавила Шарли. — А теперь если ты готов, то слушай, что нужно делать.

По мере того как Шарли говорила, я пытался создавать обращение. Многое из услышанного для меня было непонятно. Поэтому приходилось переспрашивать. Знахарка также не была экспертом в создании обращений, но объясняла всё вполне доходчиво. Переспрашивать мне не приходилось. Но даже этого было мало, чтобы вот так с первого раза создать обращение. К тому же не было наглядного примера, а лишь устные объяснения.

Глава 21

Шарли говорила об истоках и меридианах, узлах, что должны быть задействованы для создания длани. Но я не знал ни о каких узлах, истоках, меридианах и остальном, что связано с возвышением. Я совершенно не понимал, о чём она говорит.

— Давай, попробую объяснить так, чтобы ты всё понял. Хоть я и сама разбираюсь в этом довольно плохо, но всё же попробую донести до тебя. — Шарли нашла небольшую палку и нарисовала на земле мужской силуэт. Причём нарисовала его со всеми анатомическими подробностями. — Помимо физической оболочки, или проще говоря — тела, у каждого человека имеется и энергетическая оболочка. Кто-то называет это аурой, кто-то биополем, кто-то кармой. Как правильно это называется, я понятия не имею. Вроде эта оболочка полностью повторяет очертания нашего тела. Так вот, у каждого человека, который смог зажечь хоть одну звезду появляется источник. Расположен он, как раз в нашей энергетической оболочке и является её основой. Находится он вот здесь. — знахарка нарисовала небольшой круг, в центре груди.

— Источник позволяет идущему поглощать звёздную энергию. Там же она и хранится. Но помимо источника в энергетической оболочке имеется двенадцать истоков или звёзд. Расположены они вот так.

Шарли начала быстро рисовать новые круги. По два в ладонях, ступнях, паху и подмышках. По одному в голове, на шее, животе и на чреслах. Затем она начала соединять эти точки тонкими линиями, которые исходили из источника.

— Как раз благодаря этим истокам мы и можем создавать обращения. Обращения берут в них своё начало. Энергия из источника проходит необходимым путём и передаётся к истоку, который и создаёт обращение. Передача энергии происходит по меридианам. Для энергетического тела — это что-то типа вен и кровеносных сосудов, пронизывающих наше реальное тело. Я понятия не имею, сколько всего меридианов существует, но их очень много. Так же, как и узлов, которые стоят у начала самых крупных скоплений меридианов. Если я правильно помню, то узлов двенадцать раз по двенадцать и они мешают энергии свободно двигаться по меридианам. Поэтому нужно пропихивать её, через эти узлы. Открывать их. И чем больше звёздной энергии, хранится в нашем источнике, тем проще это сделать.

С каждой новой звездой вместимость источника увеличивается. Также и с каждым новым созвездием. Допустим, что одна зажжённая звезда позволяет вместить в источнике каплю воды. В то время как полностью очерченное первое созвездие уже позволит вместить ведро воды. А все двенадцать созвездий вмешают в себя целый океан.

— А что такое океан? — спросил я.

Отчего-то это слово показалось мне самым непонятным.

— Океан, это огромные водные просторы, которые содержат в себе сотни тысяч озёр, что находится на территории поселения.

— Столько воды просто не может быть! И как в таком случае в нашем источнике, в столь крохотной точке может храниться столько энергии?

— А мне-то откуда знать? Я лишь рассказываю тебе, что сама слышала краем уха. Обычно этому учат лишь тех, кто в состоянии составить хотя бы пять полных созвездий. С этой точки начинают создавать действительно сложные обращения, в которых задействуют сразу несколько истоков. До этого все обращения в основном используют лишь один, максимум три истока. Как и длань, которой я пытаюсь тебя научить.

Чтобы использовать длань, тебе необходимо провести энергию от источника к истоку, что находится в ладони. Затем необходимо разделить энергию на шесть равных частей. Пять направить в каждый палец, а шестую оставить в ладони. Как только всё будет готово, необходимо толкнуть эту энергию из себя. Представить, что твоя рука в один миг стала намного длиннее. А дальше уже управлять дланью как собственной рукой. Обращение должно повторять все движения, что ты будешь делать.

Провести энергию от источника к истоку в ладони, необходимо так, чтобы она не задела исток подмышкой. Это очень важно, иначе обращение не получится. Понятия не имею, как это делают другие, но когда я создаю обращение, то представляю, словно энергия — это вода, что течёт по тонкой соломинке. Эта соломинка всячески изгибается и приводит воду к нужному мне месту. В качестве соломки вступают меридианы. Но я в этом деле очень слаба, поэтому не смогла создать даже обращение Длани. Вся надежда лишь на тебя парень. Или мы забираем огненный ночной цветок без шума, или устраиваем сражение с архами. Но сегодня в любом случае должны получить этот цветок. Без него ты совсем скоро вновь начнёшь терять контроль.

— Дай мне тысячу вдохов. Я попробую создать обращение, — немного подумав, сказал я.

Шарли ничего не ответила. Лишь кивнула и капнула на нас ещё по капле своего чудо-эликсира от хищников. Всё же она боялась нападения архов, иначе не стала бы перестраховываться. А вся эта бравада была показана лишь для меня. А там, может, и действительно знахарка собиралась вступить в бой с этими чудовищными созданиями. Терпеть не могу насекомых, особенно таких огромных и ядовитых.

Поэтому необходимо создать обращение Длани и забрать цветок.

Сел рядом с изображением созданным Шарли и сперва начал его пристально изучать. Все обращения, что я делал до этого, получались как-то сами собой. Я не представлял никаких соломинок, по которым течёт вода, вообще ничего. Просто пытался вытолкнуть из тела энергию. И вытолкнуть так, чтобы она сделала нужное мне. Это вышло и на Клыке, и в погребе, и когда открывал колыбель Ска.

Обращения, которые я даже не хотел создавать, не считаются. Шарли сказала, что в те моменты я сам не осознавал, что делаю, и тянул энергию напрямую из источника, что было очень плохо. Сейчас же она заблокировала мне эту возможность. Поэтому будут пробовать, создать обращение по-новому. По всем правилам, которые мне никто не может объяснить…

Закрыл глаза и погрузился в свой внутренний мир. Малыш Ска тут же начал верещать, приветствуя меня. Вроде он подрос ещё немного и всё больше становился похож на человека.

— Привет. Мне нужна твоя помощь. Видел, изображение, что нарисовала Шарли?

— Тру ах ха пиу трынь. — ответил Ска, повернув голову набок. Вообще, ничего не понятно. Но чисто интуитивно можно догадаться, что это был положительный ответ.

— Смотри, — я создал силуэт Лиро, с которым провёл так много времени сражаясь. — Мне необходимо создать такой же силуэт, только мой. И на этом силуэте отметить точки, что указала Шарли.

Ска расплылся в широкой улыбке, и через пару мгновений от дерева потянулись побеги скальника, создавая человеческую фигуру. Вот только на меня она совершенно не была похожа. Да и созданная из шипастых побегов являлась плохим пособием.

— Это не пойдёт. Мне нужен такой же силуэт, что я показывал. А на твоём образце невозможно ничего увидеть.

— Уруру. — ответил Ска, пожимая плечами.

Выходит, что здесь он мне не помощник. Что же буду пробовать создать собственный силуэт самостоятельно. С Лиро у меня же это получилось. Осталось только вспомнить, что я чувствовал в тот момент. Как смог его создать.

Как оказалось, в прошлый раз всё было намного проще. Мой внутренний мир был погружен во тьму, и светящийся силуэт там прекрасно выделялся. Даже когда только появился и был очень бледным. А вот при ярком солнечном свете сделать это оказалось гораздо сложнее.

Вроде всё должно было получиться, но я ничего не видел. Крутил головой по сторонам, но вообще ничего. Лишь исполин, с сидящим на его ветвях Ска и огромное солнце. Я предпринял попыток двадцать, прежде чем смог разглядеть, неясную тень на фоне исполина. Что-то промелькнуло буквально на мгновение, но этого мне оказалось вполне достаточно.

— Ты можешь сделать дерево ещё больше? Мне нужна тень. Слишком ярко светит солнце.

Ска утвердительно кивнул и исполин начал расти. Он уже вымахал до размеров Клыка, когда рост прекратился. Но этого оказалось вполне достаточно. Едва различимый силуэт меня самого стоял в десяти шагах. И чем темнее становилось, тем отчётливее было его видно.

— Ска, ты где? — заорал я, потеряв малыша из виду. Слишком высоко он поднялся на своей ветке. Но после моего зова спустился очень быстро, держась за скрученные вместе побеги молодого скальника. Спустился и завис, примерно на одном уровне с началом корневища исполина. Тут же находились и мы с силуэтом.

— Ты можешь создать в исполине тайник, типа того, в котором жил после своего появления в Безмятежном? Только в этот тайник должен войти я и, чтобы там ещё оставалось достаточно места.

— Уруру, — снова ответил Ска, и в исполине начало формировать подходящее отверстие.

Оказавшись внутри, я ничего не смог увидеть. Даже насколько большой тайник сделал для меня Ска. Раскинул руки по сторонам и встретил только пустоту. Отличное место, как раз то, что мне было нужно. Снова представил, как появляется мой силуэт и на этот раз я смог отчётливо его разглядеть. Постепенно он начинал загораться всё ярче и ярче, пока не достиг той же интенсивности, что и силуэт Лиро.

Фигура в точности повторяла мои очертания. Но этого было мало. Теперь необходимо было создать источник, истоки и меридианы, как они обозначались на рисунке Шарли. На это ушло не мало времени, но у меня всё получилось.

Передо мной стояла точная копия, в груди которой горел шарик источника, а во всех отмеченных местах точки поменьше. Двенадцать истоков. Двенадцать проводников звёздной энергии, что позволяют идущим создавать обращения. Весь силуэт был пронизан меридианами, которые соединяли источник с истоками. Причём к каждому истоку тянулась своя цепочка меридианов, имея ответвления к другим истокам. Всё было так напутано и в то же время настолько идеально соединено, что голова шла кругом.

И как во всём этом разбираться? Шарли говорила, что для некоторых обращений необходимо перегонять энергию сразу через несколько истоков. Сейчас это казалось мне нереально сложным. Благо, что для создания длани необходимо двигать энергию всего к одному истоку.

Сперва я пристально изучал все меридианы, что проходят к нужному истоку, а потом попробовал прогнать по ним энергию. И делал это я на своём силуэте. Крошечная искра отделилась от источника и двинулась по нужным мне меридианам. Всё, как и говорила знахарка, словно вода течёт через соломинку.

Искра прошла немного и замерла, словно наткнулась на препятствие. Должно быть, это и есть узел, через который необходимо протолкнуть силу. И сделать это так, чтобы минимизировать потерю энергии. С первого раза сделать это у меня не получилось. Я не только не минимизировал потерю энергии, я растерял её всю. Сразу стало понятно, что такой маленькой искры недостаточно, чтобы пробиться даже через один узел. А сколько их возникнет на пути к нужному истоку, было не известно.

Но это была всего лишь первая попытка. Я и не думал, что смогу создать обращение по щелчку пальцев. Так у меня получилось только один раз, в погребе Шарли.

Теперь искра энергии стала в несколько раз больше, и мне удалось пробиться через первый узел. Находился он совсем недалеко от источника, можно сказать, на его пороге. Дальше энергия побежала вперёд и снова наткнулась на узел, в районе истока, расположенного подмышкой.

Этот узел также был преодолён, но энергии осталось совсем мало. Её хватило, чтобы пройти ещё два узла. И когда, практически на подходе к истоку в ладони искра снова замерла, стало понятно, что и этой энергии оказалось слишком мало. Я не смогу преодолеть ещё одно препятствие. Но просто так терять энергию мне не хотелось, поэтому пока оставил эту искру возле узла, а сам вернулся к источнику.

В третью попытку зачерпнул энергии раз в десять больше предыдущего. И возле третьего узла соединил её, с той крохой, что там дожидалась. К моему удивлению, эта кроха восстановила третью искру практически до изначальных размеров. И это было очень хорошо.

Последнее препятствие было преодолено, и энергия оказалась в нужном истоке. Теперь я начал распределять её, как и говорила Шарли. Сперва разделил на шесть равных частей. Пять отправил в меридианы, что пронизывали пальцы, а шестую часть оставил в истоке.

Энергия равномерно распределилась по пальцам, и я начал представлять, как выдавливаю её из ладони. Как начинает формироваться энергетическая рука. Как она удлиняется и выходит за пределы тела. Постепенно с силуэтом начали происходить изменения. Рука, на которой я тренировался, начала становиться длиннее. Не появилось никаких фантомных рук, а стала расти рука моей копии.

Я так и не мог понять, получилось у меня всё правильно, или где-то допустил ошибку? Ведь не может же моя рука действительно взять и вот так начать расти? На подобное неспособны даже самые сильные идущие. Я даже в легендах не слышал об этом.

Рука вернулась в исходное состояние, сразу же после того, как я вернул оставшуюся энергию в источник. Причём обратно она возвращалась без каких-либо преград. Должно быть, узлы после того, как их открывали, снова закрывались только после завершения обращения. Позволяя восстанавливать хоть немного истраченной силы. Несколько раз повторил всю процедуру, пока не понял, сколько нужно брать энергии, чтобы создать обращение с первого раза.

Теперь нужно было испробовать сделать то же самое с настоящим телом.

— Я готов, попробовать. Долго меня не было?

— Чуть больше тысячи вдохов. За это время архи смогли поймать у же трёх летунов. Жуткое зрелище. Как-то мне совершенно не хочется сталкиваться с ними, поэтому не подведи меня Ян.

Да мне и самому не хотелось с ними сталкиваться, как и любому другому жителю Безмятежного.

Поднялся и замер, в паутину попал очередной летун. И я стал свидетелем, как сразу три арха бросились за добычей. Один моментально ввёл яд в трепыхающуюся тушку, а другие начали быстро окутывать его паутиной, превращая в белый кокон. Было странно, почему их не смущает светоч.

— Чего замер? Забираем огненный ночной цветок и валим отсюда. Отвратительное зрелище.

И снова я был полностью согласен с Шарли. Поэтому не стал медлить и направился к цветку. Он всё так же находился под защитой паутины.

Представил, как загорается искра энергии в источнике и я веду её по нужным меридианам. В груди начало разливаться тепло, которое постепенно передавалось в руку. Странно, но раньше, я не испытывал ничего подобного. Ни на Клыке, ни в те моменты, когда сила просто вырывалась из источника.

Довольно приятные ощущения. Даже не знаю, с чем их сравнить.

Пока думал об этом, ощущения мгновенно изменились. Я застонал от резкой боли, что обожгла руку. Словно засунул её в костёр.

— Если начал создавать обращение, то должен довести его до конца, не отвлекаясь на посторонние мысли. — начала говорить Шарли, поняв, что произошло, — Ты замешкался, и энергия не смогла найти выход. Ударила по меридианам. Возможно, порвала несколько. И уж точно перегрела их. Теперь им нужно остыть, чтобы ты смог попробовать снова.

— Почему ты мне сразу не сказала об этом? — баюкая пострадавшую руку, спросил я.

— Говорю же тебе, что сама толком ничего не знаю про обращения. Как и остальные жители Безмятежного. Все обращения, что я умею делать, уже отточены до идеала. Даже не помню, когда последний раз у меня происходил срыв. Действительно сведущими в этом деле были твои старики.

Всё понятно. Никто в Безмятежном не сможет мне помочь с пониманием обращений. Придётся доходить до всего своим умом. И вот такие срывы станут для меня отличными учителями. Жечь руку перестало через пару сотен вдохов. К этому времени архи уже расправились со своей добычей и утащили кокон наверх. Должно быть, там у них гнездо.

На этот раз я отринул все лишние мысли и сосредоточился только на обращении. На проталкивание энергии, через узлы.

Вновь тепло пошло по руке и на этот раз оно плавно перетекло в ладонь, с минимальными энергетическими потерями. Во время тренировок во внутреннем мире потери были куда больше. Да и там я не ощущал, как источник пустеет. А сейчас ощущал, как наполненная чаша медленно пустеет. По ощущениям, на одно обращение длани тратилась примерно сотая часть источника. Поначалу это было совершенно незаметно. Обратил на это внимание после пятой попытки, когда мне практически удалось вытолкнуть энергию из ладони.

Ладонь и каждый палец стало немного покалывать, от собравшейся в них энергии. Теперь оставалось главное — заставить её выйти из тела, превратиться в призрачную длань. И вновь руку обожгло нестерпимой болью. Что случилось на этот раз, я не имел ни малейшего понятия, как и Шарли. Она лишь развела руками и сказала, что применение любых новых обращений — это огромный риск. И пока я не смогу довести обращение до автоматизма, срывы — вполне нормальная практика. Которая мне совершенно не нравилась.

Затем последовали ещё четыре неудачные попытки, прежде чем мне удалось вытолкнуть энергию из ладони. Ничего не было видно, но я чувствовал, словно у меня появилась третья рука. Она могла удлиняться и расширятся по моему желанию. И в точности повторяла все движения настоящей руки.

Решил опробовать и коснулся призрачной рукой Шарли и сразу после этого обращение исчезло. На этот раз не причинив мне никакого вреда.

— Слишком мало энергии. Хватило всего на несколько вдохов. Но и это уже меня поражает. Ты смог создать обращение лишь по моим рассказам. И смог сделать это за несколько тысяч вдохов. Большинству идущих на это требуются циклы. А вот таким бездарям, как я и вовсе никогда не постичь. Сейчас немного отдохни, не перенапрягай источник. Позволь ему немного восстановить энергию. Хотя бы тысячу вдохов.

P.S. Заготовленный текст закончился. Дальше буду выкладывать по мере написания. Ориентировочно 2–3 главы в неделю. Или одна, но большая.

Приятного чтения!

Глава 22

Решил прислушаться к Шарли и дать источнику восстановится. Но здесь я мог ему помочь. Места было вполне достаточно, чтобы применить все три стойки. И уже после третьего перехода начал ощущать, как восполняется потраченная энергия, а из тела уходит усталость. Но восстанавливалась она, только когда я стоял в Основе. Гора и Ветер лишь помогали справиться с проблемами физического тела.

Поэтому совершив пять переходов и ощутив, что физические силы полностью восстановлены, я сосредоточился на Основе. Хватило полсотни вдохов, чтобы источник оказался полон. Учитель Грегори говорил, что для полного восстановления идущему, открывшему одну звезду нудно около двадцати тысяч вдохов. А по моим подсчётам я смогу с этим управиться примерно за тысячу.

Выходит, что моя скорость восстановления намного выше, чем у остальных. И это ещё один секрет, который не стоит никому рассказывать. Поэтому я простоял в Основе на три сотни вдохов больше чем нужно. Но даже это сильно удивило знахарку.

— Уже восстановился? Думала, что у меня есть как минимум пара тысяч вдохов. Там как раз и светать должно начать.

Пока я работал в стойках, Шарли принялась прямо на месте обрабатывать травы. Но не успела обработать и десятую часть, как я уже закончил.

— Старики учили нас, как быстрее восстанавливать энергию звёзд, — ответил я.

Этого для Шарли должно быть вполне достаточно, что она и подтвердила, принявшись собирать разложенные травы обратно.

На этот раз вложил в обращение гораздо больше силы. И тут же поспешил подойти к цветку как можно ближе. Нельзя было терять ни мгновения. Обращение начало работать, я ощутил, как у меня появилась дополнительная конечность и тут же потянулся ей к цветку.

Сперва очень осторожно приблизился к первой нити и точно коснулся её, тут же начал смотреть по сторонам, но архи бездействовали. Тогда я осмелел и просунул призрачную длань в кокон с огненным цветком. Подсунул её под цветок и приподнял его вместе с землёй. А дальше осторожно, чтобы не задеть ни одной нити начал доставать его.

Когда до конца оставалось совсем немного, я почувствовал, что энергия в обращении начинает заканчиваться. Поспешил добавить ещё, начав гнать новую искру из источника. Толком это сделать у меня не получилось. Выходило, что к уже действующему обращению невозможно добавлять энергии. Я просто создал новое обращение.

Получилось, что новое обращение вытолкнуло старое. Цветок тут же начал падать, но я успел поймать его. А уже через пару вдохов передал в руки знахарки.

Шарли поспешила обернуть растение тряпицей и положила его в самый низ корзины, под остальные травы. А ещё она капнула на корзину эликсира от хищников. Что было странно. Но ещё более странным стало её поведение. Знахарка начала оборачиваться на каждый шорох, словно боялась, что на нас кто-то нападёт, даже несмотря на все её предосторожности.

— Сегодня мы с тобой отлично поработали. Собрали много трав, которых хватит на несколько средних циклов. Теперь пора возвращаться в поселение. Следуй за мной и не отставай. Буду идти очень быстро.

После этих слов Шарли подхватила корзину и поспешила в сторону, откуда мы пришли. С каждым вдохом она ускоряла шаг, пока не перешла на лёгкий бег. Я не понимал, к чему такая спешка, но ничего не стал спрашивать. Возможно, для огненного цветка необходимы особые условия хранения и поэтому мы так спешили. А возможно, причина в чём-то другом.

Примерно через тысячу вдохов тяжело дышащая Шарли зацепилась за корень и упала. Я не успел ей помочь, и сам едва не растянулся сверху. Корзина с травами упала, и они все рассыпались. Тряпица с огненным цветком также вылетела и раскрылась. Мне показалось, что от цветка отлетело что-то едва различимое.

— Не успели… Скорее Ян, на дне корзины закреплён нож, возьми его. Не дай зверю поглотить ночной цветок. Иначе всё поселение окажется под угрозой. — простонала Шарли.

Не стал задавать вопросов и бросился к корзине. Выкинул оставшиеся внутри травы и нащупал на дне костяную рукоять. Нож был закреплён каким-то странным образом. Сперва пришлось разобраться с тем, как его достать, а потом уже было не до размышлений.

Сперва послышался хруст ломаемых веток, а затем в пятно света вышел тигр. Охотники несколько раз приносили в поселение шкуру этого зверя. Я прекрасно помню когти и клыки, которые способны убить любого человека. После победы над тигром Шарли всегда долго занималась ранеными.

Зверь недовольно рыкнул из-за яркого света, но даже и не подумал отступить. Огромные лапы мягко ступали на землю, ломая тонкие ветки. Длинный хвост ходил из стороны в сторону, ударяя зверя по бокам.

Сейчас не было никакого смысла соблюдать осторожность, зверь уже нашёл свою добычу, и она точно не сможет убежать от него.

Я прекрасно понимал, что не смогу справиться со столь сильным зверем без помощи звёзд. Без того, чтобы моё тело стало быстрее и сильнее. И единственное, что я мог сейчас сделать, это высвободить всю энергию из источника и отправить её по меридианам. Доставить к каждому истоку. Но не выталкивать её из себя, как во время создания призрачной длани, а наоборот, оставить внутри. Сделать тело крепче, сильнее. Сделать практически то же самое, что я делал, когда вызволял Ска из оболочки.

На нож Шарли не стоило полагаться.

Тигр не спешил, медленно обходя меня справа. Изредка он рычал, показывая свои клыки. Зверь не видел во мне серьёзного соперника, поэтому не торопился. Хотел вдоволь наиграться. Ждал, когда я побегу, совершенно не обращая внимание на Шарли. Да и я упустил её из вида, когда увидел зверя.

Поэтому прилетевшая в тигра склянка оказалась неожиданностью для нас обоих. Пузырёк ударил тигра в области холки и разбился. Его содержимое тут же впиталось в полосатую шкуру, а через пару вдохов раздался яростный вопль зверя. Эликсир Шарли вспыхнул, превращая тигра в факел. Он тут же принялся кататься по земле, пытаясь сбить огонь.

— Чего застыл? Бежим скорее. До защитных формаций поселения осталось совсем немного, — выпалила подлетевшая ко мне Шарли.

Она схватила светоч и тряпицу с огненным цветком, а затем ухватила и меня за руку, чтобы потащить следом за собой. Но уже через десяток шагов снова едва не упала.

Во время первого падения знахарка повредила ногу и каждый шаг давался ей с огромным трудом. А за спиной раздавались яростные крики тигра. Которые наверняка насторожили стражей Безмятежного. Только никто не выйдет за пределы защитных формаций, чтобы помочь нам.

Подхватил Шарли на руки и побежал, даже не замечая её веса. Сейчас тело было наполнено энергией звёзд. У меня получилось сделать всё, как и планировал. Не знаю, сделал я всё правильно, или допустил кучу ошибок. Но в любом случае главное — спастись от зверя, а последствия меня мало волнуют. Моё тело выдержит. В этом я уверен.

Через сотню шагов рёв раненого зверя начал приближаться к нам. Но я уже не мог двигаться быстрее.

Шарли держала светоч, поэтому я прекрасно видел, куда наступаю. Энергии в меридианах было ещё достаточно, но усталость уже накатывала на меня. Моей скорости недостаточно, чтобы оторваться о тигра.

Будь я один, возможно и получилось бы уйти. Но бросить Шарли я не мог. Мне была противна сама эта мысль. Лучше уж я встречусь с тигром лицом к лицу, чем сделаю подобное. Уверен, что даже Лиро не пошёл бы на такую подлость. Тем временем уже стали видны далёкие отсветы факелов, что всегда горели на границах Безмятежного. Оставалось совсем немного. Пробраться через редкие джунгли и оказаться на расчищенной от деревьев территории. А дальше можно бежать без оглядки, не боясь провалиться в яму, или зацепиться за корень.

Рёв раненого зверя с каждым шагом становился всё ближе. И мне точно не хватит минимум сотню шагов до защитных формаций, когда тигр настигнет нас.

— Ты чего это удумал? Нельзя останавливаться.

— Поторопись и приведи помощь, а я задержу зверя здесь. Вдвоём мы точно не успеем.

Попытался вложить в свои слова энергию звёзд, как в тот раз на поляне, но ничего не вышло. Слишком много силы было разлито по меридианам и в источнике её практически не осталось. А пока бежали, восстановилось слишком мало.

— Не медли! — сказал я, толкая знахарку в спину, перед этим забрав у неё тряпицу с так нужным зверю растением. Забери его Шарли, и тигр бросится за ней, а на меня даже не обратит внимание. Шарли коротко кивнула, приняв правильное решение. Но сразу уходить она не стала, достала откуда-то сразу четыре пузырька и протянула их мне.

— Эти два — эликсиры исцеления. В нужный момент помогут восстановить силы. Этот поможет подстегнуть все резервы организма, выводя его работу на максимум. А этот эликсир принимай только в самом крайнем случае, если понимаешь, что умрёшь. Он позволит тебе сражаться ещё сотню вдохов, даже со смертельными ранами. После того как он перестанет действовать, ты умрёшь.

Я просто кивнул сразу же глотая один эликсир для восстановления сил. В том, чтобы подстёгивать организм, не было никакой нужды. С этим отлично справлялось обращение. А последний эликсир я приму лишь в крайнем случае. Вот такая смерть не входит в мои планы. Сперва я обязан выполнить все обещания данные Дейе.

Шарли постояла ещё мгновение, глядя на меня потом выругалась и поковыляла в сторону защитных формаций, начав орать изо всех сил.

Оставалось только надеяться, что защитники услышат знахарку. Но тут ещё было непонятно, смогут они справиться с тигром без охотников? Да и вообще решаться сунуться мне на помощь или нет? Это у меня нет выбора. В любом случае придётся столкнуться с разъярённым зверем, а они могут просто не выходить за пределы защитных формаций.

Тем временем рёв тигра приближался, и через пару мгновений зверь выскочил из-за деревьев. Морда и вся спина обгорели, открывая уродливые, налитые кровью волдыри. Некоторые из них уже лопнули, что причиняло зверю ещё больше страданий, но он даже не думал останавливаться. Его манил ночной огненный цветок. Манила возможность стать намного сильнее благодаря ему.

— Тебе нужно это? — заговорил я, держа тряпицу с цветком на вытянутой руке, — Так попробуй забрать его у меня.

Быстро забросил тряпицу за пазуху и побежал вдоль деревьев, отводя зверя дальше от поселения. Давая тем самым Шарли ещё больше времени. Слишком медленно она двигалась с повреждённой ногой. Знахарка не переставала звать на помощь, но гораздо громче ревел раненый зверь.

Шагов через сорок тигр подобрался ко мне вплотную и прыгнул, надеясь подмять под себя, но не вышло. Я заметил момент его толчка и тут же упал на землю, пропуская над собой подгоревшую тушу. В нос сразу же ударил отвратительный запах горелой плоти.

Бежать уже не было никакого смысла. Вскочил на ноги и выставил перед собой нож, готовясь к очередному броску зверя. Света уже было вполне достаточно, чтобы разглядеть, как перекатываются мышцы под обгоревшей шкурой. Как при каждом движении из лопнувших волдырей сочится сукровица, доставляя зверю мучения. И он становится от этого лишь яростнее. А ещё я заметил очень странную вещь. Шерсть под шеей, что осталась не тронута огнём, была очень странно примята, словно в том месте было что-то надето, что не давало шерсти толком расти.

Такие же следы появляются у яков Финиаса, когда он отводит их пощипать траву на северную окраину поселения. Там он накидывает им на шею верёвку и привязывает к деревянным кольям. Но разве может быть, что-то подобное у дикого зверя?

Долго размышлять мне никто не собирался давать. Тигр уже отошёл от боли, что пронзила его тело после приземления и медленно надвигался на меня, скаля зубы. С каждым шагом когти вылезали из подушечек и вырывали комья земли.

Лапы зверя напружинились, и он снова прыгнул, но на этот раз очень низко. Так, чтобы я не имел возможности спастись, даже если растянусь на земле. Но я и не собирался этого делать. Пусть нож и был для меня очень неудобен, всё же я привык работать с каменным резаком, а другого оружия никогда не держал в руках, но я прекрасно понимал, что нужно делать.

После эликсира Шарли усталость как рукой сняло. Тело быстро пришло в полный порядок, стряхнув всю усталость, поэтому я начал действовать одновременно с прыжком тигра. Сделал один большой шаг влево, одновременно замахиваясь ножом и когда зверь оказался рядом, нанёс удар. Целился в шею, но промахнулся. Нож вошёл в бок зверя. Ударил по рёбрам, но не смог пробиться через их защиту.

Руку с ножом резко дёрнуло в сторону и я едва не выронил своё оружие. Но этот рывок был намного слабее того, что я испытал, спускаясь с Клыка. Поэтому даже не обратил внимание на прострелившую руку боль. Гораздо важнее было то, что я ничуть не уступал тигру в скорости. И даже слегка превосходил его. А это означало, что я мог победить. Главное — не ошибаться.

Зверь приземлился и тут же снова оттолкнулся от земли, разворачиваясь в воздухе. Когти промелькнули у меня прямо перед лицом и если бы я остановился хоть на мгновение, то уже был бы мёртв. В ответ полоснул по лапе ножом, вновь пустив кровь тигру.

Не ожидал, что нож войдёт слишком глубоко, но зверь едва не упал, когда приземлился на раненую лапу. Похоже, что мне удалось задеть что-то важное.

— Уходи. Или умрёшь. — сказал я Тигру, сжимая в руке окровавленный нож.

Энергия звёзд в меридианах уже начинала заканчиваться. Ещё максимум десять вдохов и я останусь без этой поддержки. Тогда мне только и останется, что принять четвёртый эликсир.

Но зверь, словно услышал меня. Ещё раз попробовал припасть на повреждённую лапу, взвизгнул, а потом огласил округу своим рёвом. В этот рёв тигр вложил всю свою ярость, всю злость и обиду, что у него были. Мне даже показалось, что этот рёв содержал в себе энергию звёзд. Но он не смог ничего сделать мне.

А сразу после этого послышались крики со стороны поселения. Стражи, всё же осмелились выйти мне на помощь. Тигр также услышал эти крики. Рядом с нами в землю воткнулось копьё Айрона.

Зверь ещё раз посмотрел на повреждённую лапу, потом перевёл взгляд на меня, втянул окровавленным носом воздух, зарычал и бросился в сторону джунглей. Эта добыча оказалась ему не по зубам.

Я же с облегчением опустился на землю. Энергия в меридианах закончилась, а вместе с этим тело ощутило всё, что оно испытало за время бегства по джунглям. Здесь уже не поможет ни один эликсир Шарли. Необходимо было отдохнуть и восстановится. Поэтому я с огромным трудом поднялся и начал пытаться, выполнить хоть одну стойку. Они уже доказали свою эффективность.

К тому времени, когда стражи и охотник добрались до меня, смог восстановить немного энергии и усталость начала постепенно отступать. Я чувствовал, что могу нормально передвигаться. Что не упаду, через десяток шагов.

— Ну ты даёшь парень! Сражаться с тигром и ещё умудрится ранить его. Вон, как всё вокруг кровищей залито. Сам-то цел? — спохватился Гавир и принялся меня осматривать. А следом за ним прибежал и Ларс. И ещё я видел, хромающую Шарли, всё же она не смогла бросить меня на растерзание зверю. А вот Айрон стоял за полсотни шагов. Наверняка он думает, что прогнал зверя, бросив копьё. А ко мне он не хотел подходить из-за того, что произошло с Лиро. Боялся сорваться.

В тот день Шарли так и не отпустила меня. Как и не разрешила старейшинам отправить экспедицию. Заявила, что они сами могут лезть на Клык, а меня она не отпустит, пока не убедится, что мне ничего не угрожает. Мало того что я насиловал источник, так ещё и сражался с тигром, который мог задеть меня обращением и я этого даже не понял. А ещё не спал всю ночь.

— В последний свой рык зверь вложил силу звёзд, я едва не бросилась прочь от ужаса, что меня охватил. И только боль в ноге остановила меня и привела в чувства. Этот зверь также идёт по пути возвышения. Нам удалось спастись чудом.

Вот только я так не думал. Чудо здесь было совершенно ни при чём. Зверь понял, даже если прикончит меня и завладеет цветком, то его смогут настичь стражи. Слишком ослабленным он был. Слишком израненным, неспособным толком защитить себя.

А ещё я нужен был Шарли, чтобы создать эликсир, ради которого мы добывали огненный цветок. И для этого мне предстояло перетолочь кучу трав, большинство из которых мы оставили в джунглях, когда спасались от зверя. Здесь знахарку совершенно не интересовало то, что я мог пострадать во время схватки со зверем, и мне нужен отдых.

Но подобная работа была мне только в радость. К тому же новые возможности внутреннего мира манили меня. Появился новый противник и я хотел испытать себя в схватке с тигром. А ещё узнать, на что способно новое обращение, что мне получилось создать, убегая от зверя.

Глава 23

Через три тысячи вдохов, проведённых во внутреннем мире, я с уверенностью могу сказать, что с нынешним уровнем мне и думать не стоит, чтобы выходить в одиночку против столь сильного зверя, как тот тигр. Только благодаря тому, что он был сильно ранен, эликсиром Шарли, мне удалось его зацепить ножом. Слишком сильно повреждения замедлили его.

Тигр, что был создан в моём внутреннем мире, не имел никаких повреждений и двигался намного быстрее. Он не оставил мне никаких шансов на победу. Даже не оставил ни одного шанса на выживание. Убежать от такого зверя не получится. Его не останавливал даже исполин, на который я решил забраться в надежде, что так смогу обмануть своего противника.

Но ничего не вышло. Тигр с лёгкостью забрался следом за мной. Его когти отлично подходили для того, чтобы лазить по деревьям. И здесь силуэт тигра совершил огромную ошибку. Ко мне на помощь пришёл Ска., который до этого только наблюдал.

Сотни побегов скальника спеленали моего противника, оставалось только подойти и добить его. Но смысла в этом не было никакого. Это во внутреннем мире малыш помог мне, а сделать это в реальности уже не получится. К тому же мне необходимо было научиться самому справляться со зверем. Попытаться создать обращение, которое поможет это сделать. Я уже выяснил, что могу и сам придумывать новое.

Но сейчас на это не было времени. По моим подсчётам необходимо было возвращаться, чтобы высыпать готовый порошок и взять новую порцию трав.

Эликсир Шарли начала делать, когда стемнело. Сказала, что огненный цветок — ночное растение и максимальный эффект от него можно добиться, как раз с наступлением темноты.

Знахарка приготовила восемь колб и три из них поставила на огонь, налив разное количество жидкости. Когда всё закипело, Шарли начала добавлять ингредиенты. Очень тщательно отмеряя каждую крупицу, она приготовила с десяток небольших кучек порошков и начала очередной урок алхимии.

Запоминал я всё с первого раза, поэтому Шарли не повторяла. Эликсир, что мы создавали, оказался гораздо сложнее всех, что я видел до этого. Если самый сложный делался из шести ингредиентов и всего трёх выпарок, то для этого эликсира требовалось восемнадцать ингредиентов. И каждый необходимо добавлять в строго отведённое для этого время. Опоздаешь на десяток вдохов и зелье не получится. Введёшь следующий ингредиент раньше и также ничего не выйдет.

Шарли проговаривала каждое своё действие. Понятия не имею, это она специально для меня, или для себя? Но в любом случае я всё запоминал. Каждый этап, каждое действие. И ближе к концу знахарка дала мне возможность довести эликсир до ума.

Она показывала пальцем нужный ингредиент и говорила, что с ним нужно делать. А когда последний порошок занял своё место и окрасил получившееся варево в чёрный цвет, схватила горячую колбу руками и закрыла глаза.

Я сразу понял, что Шарли собралась делать, поэтому не сводил с неё взгляда. Она создавала обращение. Хотя сама говорила, что не может делать такие эликсиры.

Между ладонями и колбой зародилось свечение, которое быстро исчезло, а знахарка скривилась от боли. Но она не бросила своё занятие, а пошла на новый круг.

Тринадцать неудачных попыток, но Шарли даже не думала останавливаться. С каждым новым срывом ей становилось всё труднее, просто стоять на ногах. Я даже думал о том, чтобы помочь, но не стал этого делать. Прекрасно понимая, что могу всё испортить.

Также меня смущало то, что знахарка не прекращала попытки создать обращение, хотя меня заставляла это сделать. Сама же говорила, что после срыва необходимо дать меридианам остыть. Но я ничего не знаю, о создаваемом ей обращении. Возможно, Шарли просто нельзя останавливаться. Эликсир скоро испортится, или что-нибудь в этом роде.

Очередное обращение сорвалось, и знахарка не выдержала. Она застонала и едва не завалилась навзничь, в последний момент, сумев, устоять на ногах. Я тут же оказался рядом и помог.

— Ты больше не можешь. Хватит уже издеваться над собой.

— Я должна. Если не создам обращение, то все хлопоты по добыванию огненного цветка были напрасны. А без этого эликсира тебе будет крайне сложно. Если ты не сможешь контролировать источник, то рискуешь остаться совсем без энергии звёзд в самый критический момент. Сам видел, насколько сильными могут быть звери. Нам повезло, что у меня оставалось огненное зелье, которое я хранила ещё с прошлой жизни, до заточения в оазисе.

— Скажи мне, что нужно делать и я попробую создать это обращение. А ты пока немного отдохнёшь и восстановишься.

— Боюсь, что сейчас я не смогу ничего тебе объяснить. Слишком это обращение сложное. Задействуется сразу семь истоков и через некоторые необходимо пропустить энергию дважды. У меня пока не вышло дойти даже до первого круга. Создание этого эликсира главный критерий при получении первого, самого низкого ранга алхимика. Пусть я и не смогла им стать до того момента, как оказалась в плену у зергова оазиса, и никто не сможет зафиксировать моей победы, но мне этого и не нужно. Для меня будет достаточно простого знания, что я могу это сделать. Могу создать эликсир, который делают только настоящие алхимики.

— А ещё ты можешь спалить свои меридианы и выжечь источник. Сколько уже энергии ты истратила? Четверть? Половину? Или больше? — Шарли не стала отвечать на эти вопросы, лишь злобно посмотрела на меня. Выходило, что у неё осталось совсем мало энергии. Даже меньше, чем я предполагал. — Сколько у нас ещё есть времени до того момента, пока эликсир испортится?

— Около двух тысяч вдохов. Может, чуть больше.

— В таком случае сможешь нарисовать мне такую же схему, как в тот раз в джунглях? Сама же говорила, что у меня феноменальный талант в создании обращений. Может и здесь мой талант сможет помочь? А ты пока отдохнёшь. Хоть немного восстановишь силы и если у меня ничего не выйдет, вновь попробуешь.

Знахарка задумалась, по-прежнему не выпуская колбы из рук. Было видно насколько тяжело ей даётся это решение. Но сама она точно не сможет создать нужное обращение. Не сможет создать эликсир. И вот тогда всё будет зря.

Слишком сильно она хотела доказать самой себе, что может стать настоящим алхимиком. Может создать эликсир, для которого требуется обращение. Но здравый смысл, всё же взял верх над амбициями. Шарли, поставила колбу на стол и принялась быстро рисовать для меня схему.

На этот раз никаких человеческих силуэтов не было. Лишь двенадцать точек, расставленных, как в нашем организме. Сперва необходимо было толкнуть энергию из источника, к истоку, расположенному в левой стопе. Оттуда к истоку в паху и подняться до истока в шее. После шеи снова проходим через источник и берём ещё энергии. Дальше на очереди была левая нога. Только теперь первым соединяемся с истоком в паху. Затем стопа и снова шея. После этого исток правой стопы и левый исток в паху. Снова шея. Исток левой стопы и правый исток в паху. Возвращаемся в источник. Берём ещё энергии, соединяем с уже обработанной и гоним её в ладони, минуя истоки.

Необходимо выплеснуть получившееся обращение в колбу с эликсиром. После этого подождать ещё немного и эликсир будет готов.

Объяснение не заняло много времени. И вот я уже стою с колбой в руках. Закрыл глаза и провалился во внутренний мир. Сперва необходимо попробовать создать обращение здесь. А уже потом лезть в реальный мир. Здесь не было никаких срывов и боли.

Вновь появился мой силуэт и я стал гонять по нему энергию звёзд. Пытался ухватить как можно больше из источника, но понял, что больше определённого количества взять просто невозможно. Примерно одна сотая, от всей, имеющийся в источнике энергии. Если необходимо больше, то приходится возвращаться в источник и пытаться не потерять уже взятую энергию. А это было крайне сложно сделать. Понятия не имею, как у меня это так легко получалось, когда создавал обращение Длани.

Необходимо было разделить внимание между тем, чтобы удерживать уже имеющуюся энергию и тем, чтобы провести к ней подкрепление. Если надолго отвлекался от удержания энергии, она просто исчезала, доставляя не самые приятные ощущения. Если слишком сильно был сосредоточен на удержании, то получалось взять из источника самую малость. Такими темпами я буду собирать необходимое количество несколько тысяч вдохов. А это слишком много. Эликсир за это время испортится и все старания будут напрасны.

Я понятия не имел, как разделить внимание поровну между этими действиями. Пытался раз за разом и постоянно что-то срывалось. Даже решил остановиться. Просто подумать.

— Не понимаешь, что я делаю? — спросил я у Ска, который всю дорогу с интересом наблюдал за моими безуспешными попытками

— Урруру, — ответил малыш, качая головой.

— Я и сам не понимаю. Пытаюсь одновременно контролировать два энергетических потока, но у меня не получается. Как вообще это можно сделать в одиночку? Здесь нужны минимум двое. Но ведь у других же получается. Шарли сказала, что создание этого эликсира является экзаменом на получение младшего ранга алхимика. Уверен, что за пределам пустыни смерти живёт не один, не десять и даже не сотня алхимиков. Их там тысячи. И все эти тысячи смогли создать обращение. Смогли сделать необходимый эликсир. Только я не могу понять как?

— Ур. Урруру-рур. Руру, — задумчиво потянул Ска и один из его пальцев начал стремительно расти, превратившись в толстый побег скальника. Побег дотянулся до, стоявшего передо мной силуэта и коснулся его, но ничего не вышло. Побег просто прошёл сквозь него, не получив никакого взаимодействия.

— Я должен сделать это сам. Ты не сможешь помочь мне в реальном мире. Там твоё иссохшее тело всё ещё находится в тайнике мёртвого исполина.

— Ур. Ур. Ур. — даже не стал обижаться Ска, настойчиво продолжая тыкать пальцем в силуэт. Но я всё никак не мог понять, что он хочет мне сказать.

Через пару десятков вдохов малыш не выдержал и рядом с силуэтом, на котором я пытался создать обращение, появился ещё один, сделанный из побегов скальника. И этот силуэт пришёл в движение. Он попытался сделать то же самое, что делал одиночный побег.

— Ты хочешь мне сказать, чтобы я создал ещё один силуэт, который и будет мне помогать? — спросил я у Ска, прокручивая эту идею в голове.

И уже через пару мгновений я стоял перед двумя силуэтами и один из них мне помогал. Он словно стал моим продолжением. В то время как я удерживал уже прошедшую через три истока энергию, силуэт извлекал из источника новую порцию и добавлял её к уже имеющейся.

Всё получилось даже лучше, чем я мог рассчитывать. Мне показалось, что силуэту удалось взять энергии больше, чем это получалось у меня. Два потока соединились в один и теперь было гораздо легче вести его через узлы. Те, что были задействованы в обращении раньше, оставались открытыми. Я не замечал никакого сопротивления, когда проводил через них энергию.

Ещё в двух местах пришлось прибегать к помощи второго силуэта. После чего я смог создать это обращение. Оно появилось в руке в виде фиолетового свечения. Оставалось только вложить это свечение в эликсир, и он будет закончен.

— Сколько прошло времени? — вернувшись из внутреннего мира, спросил я. Шарли сидела на месте, положив руки на колени и закрыв глаза.

— Не больше трёх сотен вдохов. — не открывая глаза ответила знахарка. — Я уже, практически восстановила необходимое количество энергии. Остудила меридианы и немного успокоила источник. Этого хватит ещё минимум на десять попыток.

Быть такого не может. Я провёл во внутреннем мире гораздо больше времени. Минимум тысячу, а то и все полторы тысячи вдохов. Но с этим буду разбираться позже.

— Дай мне заготовку. Я готов создать обращение.

Теперь оставалось самое сложное. Перенести весь процесс создания обращения из внутреннего мира в реальный. И сделать так, чтобы мне на помощь пришёл силуэт.

Когда пузырёк с заготовкой оказался в руке, я сразу же закрыл глаза. Но не стал проваливаться во внутренний мир, а представил, как рядом со мной появился мой помощник.

Вот был завершён первый круг и пришло время дополнительной энергетической подпитки. Я удерживал уже прошедшую один круг энергию, а моя копия зачерпнула новую порцию. Всё вышло в точности, как и во внутреннем мире. Я настолько обрадовался, что упустил контроль над энергией и обращение сорвалось. Едва не выронил колбу с эликсиром. Успел поймать её в последний момент.

Шарли тут же оказалась возле меня и попыталась отобрать эликсир.

— Не издевайся над собой. Мне с самого начала не понравилась эта идея. Возвращай колбу. Буду сама пытаться, создатьэликсир.

Но я лишь улыбнулся ей и вновь закрыл глаза, игнорируя боль, что ещё терзала меня после срыва. На этот раз я не допущу подобной ошибки.

— Глазам своим не верю. — прошептала Шарли, когда я открыл глаза и увидел, как внутри колбы начинает зарождаться красноватое свечение.

Обращение было создано и отправилось в эликсир. У меня всё получилось. Теперь я по праву могу называть себя младшим алхимиком. Ученик превзошёл своего учителя. Хотя по-прежнему я ничего толком не понимал ни в травах, ни во всём остальном, что касается создания эликсиров. Слишком мало времени Шарли провела за моим обучением.

* * *

— Учитель, формация вокруг оазиса Безмятежности ослабла.

— Значит, что все школы вскоре отправят туда своих представителей. Арам, мы также не останемся в стороне. Наследие Агареса Чёрного находится в оазисе. Мы никому не можем позволить завладеть им. Лишь тот, в чьих жилах течёт кровь моего учителя, достоин этого наследия. А если таковых нет, то необходимо его уничтожить.

— Боюсь, что мы уже опоздали. Когда защита ослабла во второй раз, рядом с оазисом разбила лагерь банда Кровавых скорпионов. Её главарь — Фарах Жало, уже смог подняться до пиковой ступени воина. Он не упустит возможности прорваться на ступень мастера.

— В таком случае, отправляйся туда лично и защити наследие Агареса Чёрного. А когда вернёшься, я начну возвышение. Мне осталось совсем немного до прорыва. После этого ты займёшь место главы школы. Не подвели меня Арам, мой лучший ученик.

* * *

— Кто же тебя так потрепал, Ди? Я думал, что в этих джунглях нет зверей, что смогли овладеть стихией. А тебя вон, как подпалили. Да и бок порвали знатно. — отмахиваясь от мечущегося по сторонам хвоста, произнёс Фальто. Разведчик банды Кровавых скорпионов.

Он и ещё шесть человек смогли пробраться за пределы защитной формации оазиса Безмятежности. Эту брешь для них проделал глава банды — Фарах Жало. Но пока основные силы банды оставались на границе защитной формации. Слишком опасно было соваться в одно из тайных мест без разведки. А для разведчиков это была отличная возможность получить преимущество перед остальными.

Буквально за один день питомец Фальто смог найти цветок ледяного плюща и траву водяной пыли. Эти растения стоили очень дорого. Любой алхимик согласится отдать за них кучу эликсиров. И среди них обязательно будут целебные эликсиры для Ди. Все запасы Фальто ушли на эти раны.

Разведчик почувствовал, что с его питомцем приключилась беда задолго до того, как они встретились. Он уже был готов оказывать помощь и сразу принялся за дело. Для Фальто Ди был самым важным существом в мире. Они вместе выросли. Вместе смогли выжить в пустыне, пока их не встретили люди Фараха и не дали надежду. С тех пор прошло уже больше десяти циклов и Фальто стал одним из лучших разведчиков банды. Опять же всё это благодаря Ди. И вот сейчас тигр оказался на грани. Он был слишком слаб, чтобы показать Фальто, что случилось.

Но время у них ещё было. Фарах отвёл на разведку два малых цикла. Из которых прошло всего пять дней.

За это время они с Ди успели углубиться достаточно далеко в оазис, чтобы нарисовать примерную карту. И понять, что это место — настоящее сокровище. Здесь было невероятно много звёздной энергии. Она буквально переполняла тело. Даже казалось, что напор слишком большой. Что источник вот-вот разорвёт. Поэтому постоянно приходилось скидывать излишки, напрягая меридианы. Но это отличная тренировка для любого идущего. Особенно для того, у кого есть необходимая техника. У Фальто она была, а вот другие разведчики наверняка не рискнули сунуться так далеко.

Рык Ди заставил разведчика прервать размышления. Питомец ощутил присутствие кого-то сильного. А через сотню вдохов и сам Фальто увидел их. Десяток человек с копьями, практически бесшумно передвигались по джунглям. Было видно, что им прекрасно известны эти места. Что они постоянно охотятся здесь. Фальто не мог точно оценить их силу, но точно не ощущал никакой угрозы.

Да это было и неважно. Необходимо увести их от Ди. Вступать в бой было нельзя, поэтому придётся полагаться лишь на свою скорость и ловкость. Питомцу потребуется минимум три тысячи вдохов, чтобы достаточно восстановиться. А после этого они обязаны всё рассказать Фараху. Кто-то уже давно живёт на территории оазиса. И не известно, насколько сильными были эти люди.

Глава 24

— Да не оставят вас звёзды, — сказал старейшина Торк и мы направились к Клыку.

Экспедиция по добыче отростка скальника началась.

Пусть я и провёл несколько дней без тренировок, но тело прекрасно помнило, что должно делать. Руки привычно легли на шершавый камень, и я начал подъём. Было решено, что я пойду первым. Буду ставить маяки и закреплять на них верёвки для Таркина и старейшины Йорго.

Никто не знал, сколько потребуется пролезть, чтобы оказаться на вершине. Слишком обманчиво расстояние, когда смотришь на Клык снизу. Даже второй приют кажется гораздо ниже, чем есть на самом деле.

Подниматься в кошках было гораздо легче. Можно было даже не слишком стараться в подборе места, куда поставить ногу. В районе приютов камень отлично поддавался. Шипы входили в него на всю длину, обеспечивая отличную опору.

Вместо двух сотен вдохов мне потребовалось всего сорок, чтобы оказаться у второго приюта. Ставить здесь маяки не было никакого смысла. Сложности начнутся только в запретной зоне. Следом за мной поднимался Таркин, а замыкающим шёл старейшина Йорго.

Это было сделано специально для того, чтобы минимизировать риски отторжения Клыком. В том, что это случится, никто не сомневался. Только было неизвестно, сможет старейшина на этот раз справиться или нет. Поэтому мы и держали между нами приличное расстояние. Таркин поднимался практически сразу за мной, а вот старейшина отставал на два десятка шагов.

Я попытался донести до совета, что лучше будет подниматься только нам с Таркиным, но они даже не стали меня слушать. А сам старейшина Йорго сказал, что не подведёт меня. Сделает всё, что в его силах. Его опыт и знания могут помочь нам в запретной зоне.

Ну а услышать, что дальше говорил старейшина, мне помешала Дейя, которая прямо при всех, полезла обниматься.

— Ты дурак Ян и я всё ещё не простила тебя за этот глупый поступок. Поэтому даже не думай не вернуться! Как спустишься с Клыка, должен будешь мне каждый день приносить по три медовых лепестка. И это минимум. А так же научишь меня, как правильно подниматься по запретной зоне.

— Когда я вернусь, нам уже не нужно будет подниматься на скалу. Скальник будет расти в поселении, — ответил я девчонке, едва сдерживая улыбку. Стоит мне улыбнуться, и она тут же надуется. Заявит, что я не воспринимаю её всерьёз.

— Сколько ещё времени пройдёт, пока растение нормально укоренится и начнёт давать семена? Не знаешь? Вот и никто не знает. Поэтому первое время нам никуда не деться от сбора. Да и запасы никто не отменял. Собиратели будут востребованы ещё очень долго.

— Ладно, договорились. Когда вернусь, то покажу тебе, как нужно правильно передвигаться в запретной зоне. А ты пообещай, что пока меня не будет, продолжишь отрабатывать переходы между стойками. Тебе совсем немного осталось, чтобы выполнить все три без костылей. Когда сделаешь это, то сразу ощутишь разницу.

Дейя смотрела на меня полными слёз глазами, но не позволила себе хлюпать. Вместо этого она быстро распутала пояс и повязала его мне.

— Обязательно отдашь его, когда вернёшься. Этот пояс приносит мне удачу и тебе поможет. Помни, что он сделан не из обычной ткани и очень прочный.

После этих слов Дейя развернулась и рванула в поселение. Я видел, как на бегу у неё трясутся плечи. Всё же она не смогла сдержаться и заплакала.

Глупая девчонка.

Я обязательно вернусь к тебе. Обязательно верну пояс, а вместе с ним и будущее для Безмятежного. А потом вызволю тебя из этой западни, и мы вместе отправимся поступать в самую лучшую школу континента.

Вокруг талии девчонки пояс был обмотан в несколько слоёв, у меня же она обернула его всего один раз и затянула. Теперь концы пояса свободно свисали по бокам и развивались на ветру. Красная ткань позволит видеть меня гораздо дольше во время подъёма. До тех пор, пока мы не скроемся в тумане, что окутывает вершину Клыка.

Сегодня, как раз выдался такой день. Туман был очень густым. Солнце было не в состоянии разогнать его. Подобное случалось крайне редко. В тот день, когда пропал Айро, всё было точно так же.

Но туман был далеко за пределами запретной зоны. До него ещё предстояло добраться.

Ещё раз убедился в том, что Таркин и старейшина двигаются по моему следу и сделал следующий рывок. Сегодня я даже не думал трогать побеги скальника. В этом не было никакой необходимости. Мы не соревновались, и время не было ограничено всего парой тысяч вдохов. Сам Клык словно помогал нам. Подниматься было легко как никогда. Даже без нового снаряжения, подъём вышел бы ничуть не сложнее. Трещины находились практически сразу, как и подходящие выступы. Нужно было просто перехватываться и поднимать тело всё выше и выше.

На границе запретной зоны я использовал первый клин. Вбил его в то же место, что когда-то и Айро. Это станет первым рубежом, что мы преодолеем.

Отдохнул самую малость и начал подниматься дальше. Здесь порода оказалась намного прочнее, и Клык уже не играл с нами в поддавки.

Трещины приходилось выискивать очень долго, а для того, чтобы немного отдохнуть необходимо было использовать очередной клин. Для того чтобы вбить его в неподатливый камень, я пользовался обращением магнита. Нескольких вдохов, что обращение удерживало меня на одном месте, хватало, чтобы забить клин. А уже дальше в ход шла верёвка. Моя, закончилась довольно быстро и в ход уже пошла верёвка Таркина. Как и клинья.

Расстояние между старейшиной и нами оставалось прежним. Уже через двадцать шагов после запретной зоны стало понятно, что это решение было правильным. Клык всячески начал пытаться избавиться от нарушителя. Пару раз даже выпадали крупные куски породы, но благодаря верёвкам, что я закреплял на каждом клине, старейшине удавалось продолжать восхождение.

Гораздо сложнее стало, когда Клык принялся скидывать камни с вершины. Один такой едва не сбил меня, угодив прямо в грудь. Благо, что в этот момент я применил магнит и оторвать меня от скалы ему не удалось. Удар камня выбил из лёгких весь воздух и едва не сорвал обращение. Понятия не имею, каким чудом мне удалось удержать его.

Ещё один камень угодил в Таркина, но лишь слегка задел спину. Парень отделался испугом и парой седых прядей, что мгновенно появились в некогда тёмных волосах. А вот самому старейшине Йорго доставалось гораздо чаще. Я мог лишь наблюдать, как мимо пролетает очередной камень и как старейшина уворачивается от него, балансируя на грани. Как он едва не срывается, когда манёвр не удаётся. И камню всё же удаётся задеть его.

До сих пор мы держались лишь потому, что камни были совсем небольшими. Не больше кулака взрослого мужчины. Земля уже давно скрылась из вида, а мы продолжали подниматься. Туман полностью скрыл нас.

Ещё никто в Безмятежном не поднимался на Клык так высоко. Никто не был настолько близок к тому, чтобы принести в поселение отросток скальника, содержащий в себе его сердце.

Чем выше мы поднимались, тем тяжелее становилось дышать. Я уже даже перестал считать вдохи с того момента, как мы оказались в запретной зоне. Сбился после двух тысяч. А ещё здесь стало очень много побегов скальника.

Мы даже и не представляли, что такое возможно. Те побеги, что спускались к нам, были лишь малой частью. Самыми длинными, самыми тонкими.

Приходилось отодвигать побеги в сторону, чтобы их не повредить. Иначе просто нельзя было продвигаться дальше. Никто даже не ожидал, что Клык будет таким высоким. За время, что прошло с начала восхождения, мы уже должны были подняться на несколько сотен шагов. А это очень много.

— Нужно отдохнуть! — крикнул я Таркину, когда заметил, что у парня сильно дрожат руки.

И это не от страха. Это была именно усталость. Даже я уже ощущал, что совсем скоро и мои руки начнут трястись. Даже не представляю, какого сейчас старейшине Йорго. Невероятной глупостью было отправить его вместе с нами. Но что сделано, то сделано. Значит, буду ему помогать. Даже без обещания Шарли я сделал бы это.

Снова посмотрел вниз, убедиться, что старейшина продолжает восхождение. Что Клык не смог его достать. Не смог скинуть с себя.

Скоро необходимо будет брать клинья и верёвку старейшины. Наши с Таркиным подходили к концу. А для этого необходимо было дождаться старейшину Йорго, либо самому спуститься к нему. Крайне опасная задача, но иначе было нельзя.

Ждать просто так мне не хотелось. От нахождения на одном месте руки затекали гораздо сильнее. К тому же последний вбитый клин был занят Таркиным. Аккуратно перелез через него и начал спускаться навстречу старейшине.

В этот момент над головой что-то засвистело, и я посмотрел в ту сторону. Прямо на нас надвигался густой туман. Хотя казалось, что он уже не может стать гуще. Что мы уже давно находились в нём. Туман клубился и был очень похож на грозовые тучи. Мне даже показалась, что внутри промелькнула молния.

— Закрепись как можно лучше! — снова обратился я к Таркину, который также видел, что на нас надвигается. Это зрелище заставило его трястись ещё сильнее.

Теперь и речи не было о том, чтобы спускаться к старейшине. Необходимо было переждать, когда туман хоть немного рассеется. Ещё раз проверил, насколько крепко я зафиксирован на скале и на всякий случай, прямо перед тем, как туманное облако поглотило меня, создал обращение магнита.

Плотная дымка тумана коснулась головы, и меня начало бить крупной дрожью. Стало невероятно холодно. Словно меня засунули прямо под водопад, что падает с Клыка. Этот водопад спускает с Клыка талые воды, что зарождаются где-то на вершине. Вот и сейчас ощущения были очень похожими.

Но помимо холода я ощутил что-то ещё. Что-то непонятное. Крайне неприятное. Мне показалось, что кто-то наблюдает за нами. Наблюдает сверху. И ему очень не нравится, что мы делаем. Тут же посмотрел наверх, но туман оказался слишком густым. Я не видел даже собственных рук, которые начали замерзать. Если так пойдёт и дальше, то совсем скоро я перестану их чувствовать.

Снизу кто-то схватил меня за ногу и тут же отпустил.

— Старейшина Йорго — это вы?

— Да Ян, это я. — раздался голос, тяжело дышащего старейшины. — Никогда не думал, что туман может быть настолько густым. Ты принял правильное решение. Необходимо отдохнуть, а заодно и переждать, когда туман хоть немного развеется. Как там Таркин? Он слишком напуган, совершает глупые ошибки. Если бы не кошки и не твоя помощь, боюсь, что для парня всё уже давно бы закончилось.

— Что вы такое говорите старейшина? — возмутился Таркин, который всё прекрасно слышал. — Я не совершил ни одной ошибки. А то, что боюсь сюда подниматься, так это вполне нормально. Или хотите сказать, что вы не боитесь? Никогда не поверю.

— Я не боюсь, как и Ян. А вот ты тот ещё трус. Только и можешь всегда поддакивать Лиро. Боишься сказать ему даже слово против. А ведь он был рад, что так всё вышло. Что Ян позволил ему остаться в поселении, а ты отправился на Клык. Лиро всегда только использовал тебя. И никогда не ценил.

Понятия не имею, что нашло на старейшину Йорго и почему он начал говорить подобное. Его рука снова нащупала мою ногу, но теперь не отпускала. Наоборот, старейшина вцепился в неё, словно собирался повиснуть. Над головой послышалось сипение Таркина. Ему очень не понравились слова старейшины.

— Ты с самого детства ходишь за Лиро по пятам. Но думаешь, тебе что-нибудь перепадёт, когда он станет главой поселения? Нет. Лиро постарается сделать так, чтобы ты исчез. Сгинул где-нибудь в джунглях. Если ты, конечно, вернёшься из этой экспедиции. Слишком много ты знаешь о Лиро. Какой он на самом деле человек. Что он из себя представляет. Такой, знающий человек, угроза для него. И конечно же, он обязательно решит избавиться от этой угрозы.

— Прекратите! — не выдержал Таркин. — Что вы такое несёте старейшина? Лиро мой друг. И он точно не решит избавиться от меня. А в том, что он сейчас не в состоянии отправиться вместе с нами, если кто и виноват, то только Ян. Это он спровоцировал нас, а затем чуть не убил Лиро. Если бы вы опоздали хоть на десяток вдохов, то он умер бы.

Я слушал это и не понимал, что вообще происходит? Что нашло на старейшину, да и почему Таркин начал оправдываться? Почему он решил свалить всё на меня, когда это они с Лиро первые начали. Хотел уже всё высказать, что думаю по этому поводу, но меня опередил громкий смех.

Никогда не слышал, чтобы старейшина Йорго так смеялся.

— Болван! Лиро сам всё это подстроил. Вспомни, ведь это он предложил остаться и ещё попрактиковаться. Я говорил, что вы можете быть свободны. Что у меня есть и другие дела. Но нет, Лиро настоял, на том чтобы вы остались. Он словно знал, что Ян обязательно придёт. И придёт в тот момент, когда меня не будет на месте. Знаешь, о чём меня попросил Лиро буквально за тысячу вдохов до начала нашего восхождения? Он попросил меня, чтобы ты не вернулся.

Старейшиной Йорго снова начал хохотать. А вот мне было совершенно несмешно. Холод от тумана стал просто нестерпимым, а рука старейшины сжимала ногу всё сильнее и сильнее. И я не мог освободиться. Реши я сделать такую глупость и точно сорвусь.

— Это неправда! — взвизгнул Таркин и после его крика наверху, что-то треснуло. А затем послышался мерный шелест. Словно на нас надвигались тысячи мелких насекомых.

— Всё правда и ты прекрасно об этом знаешь. Но это и неважно. Всё равно вы уже не жильцы. Любой, кто попытается нарушить запреты, установленные на этой скале, должен умереть, — Голос старейшины резко изменился. Теперь он больше походил на какое-то шипение. — Вы все будете принесены в жертву духу Клыка. Ведь это на его скалу вы пытаетесь взобраться! Никому не позволено тревожить господина!

По мере того как странный голос становился только сильнее, меня уже вовсю пытались скинуть со скалы, дёргая за ногу. Казалось, что ещё чуть-чуть и этому существу удастся исполнить задуманное. В том, что это не старейшина Йорго я уже был уверен. Как и в том, что необходимо срочно, что-то предпринимать.

Последний рывок оказался невероятно сильным. Не знаю, как я успел, но обращение магнита удержало меня. А дальше ощутил, как тело начинают опоясывать побеги скальника. Причём в меня не впилось ни одной иголки. Руку с изображением императорского семени начало нестерпимо жечь, и в этот момент нога оказалась свободна. Я же услышал шипение, словно кто-то наступил на шапшу и та теперь билась в конвульсиях, пытаясь освободиться.

— Ян, что происходит? — послышался испуганный голос Таркина. — Я чувствую, что на меня сверху падает что-то холодное и тут же исчезает, превращаясь в воду.

— Держитесь как можно крепче! — послышался голос настоящего старейшины Йорго. Мне показалось, что он с кем-то боролся.

Только после этого понял, что шелест многократно усилился, превратившись в грохот, и был уже в непосредственной близости от нас. На лицо упало, что-то твёрдое, но оно быстро превратилось в ледяную воду, что стекла за воротник.

Лавина!

Это было единственное объяснение. Нам уже доводилось видеть, как с вершины Клыка сходили ледяные и снежные наросты. В последний раз они уничтожили леса, что были собраны для удобства собирателей. По этим лесам можно было быстро подняться до второго приюта. Лавина снесла леса, сделав их непригодными к ремонту. А новые так и не стали делать.

Обращение уже было на исходе, когда я создал новое. На этот раз постарался вложить в него как можно больше энергии. И через мгновение снег ударил меня. Ударил с такой силой, что казалось ещё немного и меня просто разорвёт на части. Казалось, что острые льдинки сдирают с меня кожу. Что снег, замораживает меня, пытаясь сделать частью себя.

Я держался только за счёт обращения. Даже не представляю, что стало с Таркиным и старейшиной Йорго. Настоящим старейшиной, а не тем существом, что прикидывалось им.

Понятия не имею, сколько времени прошло, когда лавина прекратилась, а вместе с ней исчез и туман. В лицо ударили яркие солнечные лучи и я едва не разжал руки, когда понял, что держусь лишь благодаря, окутавшим меня побегам скальника. В десяти шагах сверху висел Таркин, также окутанный десятками побегов. Парень был жив, но находился без сознания. Да и выглядел он паршиво. Был весь в крови, а с головы свисал кусок волос, оторванный прямо с кожей.

А вот старейшины Йорго нигде не было видно. И тут всё было понятно. В десятке шагов под нами верёвка была оборвана. Из Клыка торчали лишь голые клинья.

Старейшине я уже не смогу помочь, а вот Таркину и самому себе вполне. Попробовал создать обращение, но ничего не вышло, источник был практически пуст. Как я ещё не потерял сознание от перенапряжения, было непонятно. Но это и неважно.

Собрал все оставшиеся силы и полез к Таркину. Его грудь мерно поднималась в такт дыхания. Имелось много мелких царапин и рана на голове. Но это точно было не смертельно. Пока парня опутывали побеги скальника, необходимо было избавиться от висевшего куска кожи. Уже можно было не осторожничать, и я взялся за побеги скальника. Только благодаря этому удалось срезать оторванную плоть. В этот момент парень дёрнулся и я испугался, что он сейчас упадёт. Приготовился принимать на себя тяжесть второго тела, но всё обошлось. Удерживающие его побеги справились.

У меня оставалось совсем мало верёвки, но её вполне хватило, чтобы обмотать тело парня, а второй конец закрепить на клин. Теперь он точно не упадёт. Можно было и мне немного отдохнуть. Попытаться понять, что произошло?

Что это был за голос? И о каком повелителе он говорил? Могу поклясться, что перед самым сходом лавины, перед тем, как настоящий старейшина Йорго крикнул нам держаться как можно крепче были слышны хрипы и звуки борьбы. Похоже, что старейшина с кем-то сражался.

Только кто может появиться на отвесной скале? Что за существо способно здесь передвигаться? Даже насекомые не лезли на Клык. И птицы держались от него стороной.

Вновь ощутил, что знак семени скальника на руке начал нагреваться. Но я не понимал, что это значит. Оставалось только попробовать заглянуть во внутренний мир и спросить Ска об этом напрямую. Таркин всё ещё находился без сознания, а вокруг нас не было никого видно. Ненадолго я точно могу заглянуть в себя. Только сперва необходимо хорошо закрепиться.

Кошки воткнулись на всю длину шипов и даже использовали дополнительные возможности. Но на этом я не собирался останавливаться. Оставшаяся у нас верёвка была израсходована для удержания Таркина, мне же оставались только побеги скальника.

Стоило только коснуться свежей зелени, и она словно ожила. Побеги сами потянулись ко мне и стали плотно обхватывать талию, ноги и руки. Теперь я не мог упасть, даже если сам этого захочу. Малыш Ска помогал мне. Я чувствовал его присутствие в каждом из побегов, что держали меня.

Закрыл глаза и через пару вдохов уже любовался исполином, раскинувшим свои ветви едва ли не на половину видимого мне пространства. Даже солнце уже не слепило, как раньше, с трудом пробиваясь сквозь густую крону.

— Ур-рурарш. — задумчиво произнёс Ска, неизменно сидевший на ветке.

Он выглядел как-то странно. Невероятно уставшим. Словно человек весь день, отработавший на самой тяжёлой работе в поселении. Плечи осунулись, руки свисали плетьми и даже угольки глаз светили очень устало.

Малышу тяжело далась помощь нам. Но он и не думал жаловаться. Даже улыбнулся, увидев меня.

— Это ты помог нам? — для чего-то спросил я, хотя уже прекрасно знал ответ.

Вновь малыш рисковал собой, чтобы помочь мне. И сейчас я не мог допустить, чтобы он полностью исчерпал себя. В прошлый раз произошло чудо и Ска не только появился в моём внутреннем мире, но и смог здесь обосноваться. Смог сделать меня сильнее и помогать в критических ситуациях.

Недолго думая, я полез на исполина. После твёрдой породы Клыка кора казалась невероятно мягкой и податливой, а залезать по ней было настоящее удовольствие. Мне потребовалось всего несколько вдохов, чтобы оказаться на ветке, на которой сидел изнеможённый малыш. Рядом со мной он выглядел словно ребёнок. Хотя он и был им. Маленьким и беззащитным ребёнком. Я был единственным, кто мог защитить малыша.

И уже знал, как это сделать. Рядом с нами возникла проекция тигра и, взмахнув когтистой лапой, она исчезла. Сделав то, для чего я её создавал. Три глубоких царапины на ладони стали быстро наполняться кровью.

Во время тренировок с тигром я выяснил, что даже в своём внутреннем мире могу испытывать боль. У меня идёт кровь, и появляются повреждения. Но в реальный мир они не переносятся. Да и не могу я здесь умереть, какими бы серьёзным ни были повреждения. Со временем исцелялось абсолютно всё. Сильные раны заживали в десятки раз быстрее, чем в реальности, а небольшие повреждения затягивались буквально на глазах.

Вот и сейчас я спешил, пока раны не закрылись. Поднёс ладонь к лицу малыша и погладил его по голове, коснувшись молодых листьев скальника. Ска попытался отвернуться. Он больше не хотел поглощать мою кровь, но сейчас это был единственный способ, чтобы помочь ему. Не дать зачахнуть и исчезнуть.

— Не противься, я хочу тебе помочь. Другого способа просто нет. Можешь не переживать, здесь со мной ничего не случится, даже если я отдам тебе всю кровь. Это мой внутренний мир и я просто не могу здесь умереть. Мне не позволит этого сделать солнце.

— Уррурр.

— А вот тебе необходимо восстановиться. Я уже один раз потерял тебя и не хочу этого повторять.

Этих слов оказалось достаточно, чтобы Ска припал к моей ладони и начал быстро поглощать кровь. Я чувствовал, как раны уже начинают затягиваться, но малыш не позволил им этого сделать. Начинала накатывать слабость, но не больше.

По мере того как малыш пил кровь, он начинал приходить в норму. Иссохшее тело стало наливаться силой. Но это делала не моя кровь. Она лишь выступила в роли моста, что позволил Ска напрямую подключиться к моему источнику. Соединиться десятками едва различимых светящихся линий с солнцем.

Теперь Ска мог не только наслаждаться теплом его лучей, но и использовать силу, не надрывая себя. Я дал малышу доступ к собственному источнику и совершенно не переживал, что он сделает что-нибудь плохое. Слишком тесно мы были связаны с ним. Он был частью меня, а я был частью его. Погибнет один и тут же погибнет другой.

— Ару-рру рраррруррра. — произнёс Ска и я понял, что он хотел мне сказать.

Малыш поможет. Он даст нам с Таркином возможность отдохнуть и восстановиться. Но нужно спешить. Ска боялся, что на нас снова попытаются напасть. Он был уверен, что лавина была нападением. Что кто-то атаковал нас. Попытался скинуть с Клыка. Не дать добраться до его вершины

Через пару мгновений я уже вновь оказался в реальном мире. От правой руки по всему телу разливалось едва ощутимое тепло. А в пяти шагах над головой был виден тёмный провал в породе. Там появилась пещера, в которой мы с Таркиным сможем поместиться без проблем. Осталось только затащить туда парня, а сделать это будет очень трудно.

Когда я сам оказался в пещере, то просто упал на пол рядом с Таркиным и пролежал так несколько сотен вдохов, приходя в себя. Даже при помощи побегов скальника поднять на эти пять шагов человека, который весил гораздо больше меня, оказалось нереально сложно. Я боялся, что просто уроню его. Что сорвусь сам и тем самым обреку не только нас, но и всё поселение на медленную и мучительную смерть. Самому мне уже ничего не будет нужно. Как и любому, другому мертвецу.

Немного отлежавшись и придя в себя, я поднялся на четвереньки и смог осмотреть наше временное пристанище. Пещера оказалась довольно вместительной. Примерно двадцать шагов вглубь, около десяти в ширину и пять в высоту. Здесь можно было не только восстановить силы, но и поспать и поесть.

Мы поднимались уже достаточно долго, чтобы появилось чувство голода. И сейчас оно дало о себе знать. Но сперва я занялся осмотром Таркина. Синяки и ссадины были совершенно нестрашны, а вот рана на голове внушала опасения.

Было понятно, что парню прилетело большой льдиной и вполне возможно, что он придёт в себя ещё не скоро. А это лишнее время, которого у нас было крайне мало. Я понятия не имею, как долго продержится эта пещера. Возможно, что она совсем скоро исчезнет и нам вновь придётся оказаться на Клыке.

Пока у нас точно есть время на отдых. Изображение коробочки императорского скальника по-прежнему наполняло тело теплом. Словно малыш Ска говорил мне, что он рядом и следит за ситуацией.

Достал из-за пояса флягу с водой и промыл рану на голове Таркина. Парень начал стонать, но так и не пришёл в себя.

Следующим в дело пошёл эликсир исцеления. Половину я влил Таркину в рот и заставил его проглотить, а вторую половину вылил прямо на рану. Несколько раз я видел, как то же самое делала Шарли, когда мы приносили к ней переломавшегося собирателя.

Эликсир моментально уничтожил всю кровь в ране, а вместе с ней и грязь. Теперь точно не стоит бояться воспаления.

От этого простого действия тело парня выгнулось дугой и мне пришлось придавить его к полу своим весом. Вдохов через двадцать Таркин успокоился. Теперь оставалось только ждать. Но я уже видел, что рана покрылась плёнкой. Значит, эликсир начал действовать.

Чтобы не терять время зря, я начал отрабатывать стойки. Сперва необходимо было привести тело в норму. Вернуть ему былую подвижность и пластичность. Поэтому я даже не думал, чтобы добавлять Основу. Осуществлял переходы между Горой и Ветром. Задерживаясь в каждой стойке по полсотни вдохов.

Примерно через двадцать переходов тело полностью пришло в норму. Я был готов продолжить восхождение. Оставалось только дождаться, когда придёт в себя Таркин. Бросать парня здесь одного было нельзя. Знак на руке всё ещё был тёплым, но как долго это продлится, я по-прежнему не знал.

Пришло время подкрепиться. Вместо корзин собирателей для нас приготовили специальные короба, гораздо вместительнее и удобнее. Они были закрыты и крепились очень надёжно к спине, при помощи широких кожаных полос.

И эти крепления отлично показали себя, выдержав даже лавину.

В коробах хранились все наши припасы. А ещё я положил туда свою корзину, перед началом восхождения. Я не рискнул оставлять её дома. Неизвестно, сколько времени займёт экспедиция. Да и я просто не хотел оставлять сокровища стариков без присмотра. Достаточно и того, что они пролежали Навиду так долго.

Поэтому, когда полез за едой, наткнулся сперва на корзину и достал её. В пещеру проникало достаточно света, решил не тратить время впустую. Совместить приём пищи с изучением книги. Свиток я решил оставить на потом. Всё же мне казалось, что он был гораздо важнее и лучше заниматься его изучением в более подходящей обстановке.

Стоило мне только коснуться книги, знак на обложке начал слегка светиться. Словно он давал мне разрешение заглянуть внутрь.

Глава 25

Я осторожно открыл книгу и увидел изображение человека, стоявшего в Основе. Именно в том варианте, который учитель Грегори называл правильным. Ладони были сложены напротив источника таким образом, что один большой палец был обращён к земле, а второй к небу. Вокруг этого человека было изображено множество небольших чёрточек, которые тянулись к нему. Скорее всего, это была энергия звёзд.

«Базовые стойки, как первая ступень постижению техники развития энергетического тела идущего».

Гласил заголовок на следующей странице. А под заголовком начиналось описание, которое увлекло меня до такой степени, что я даже пропустил момент, когда Таркин пришёл в себя.

Вновь кто-то или что-то дёрнуло меня за руку, и я уже собрался ударить в ответ ногой, но остановился в последний момент, увидев бледное лицо Таркина.

— Ты чего творишь? Я же тебя мог вышвырнуть из пещеры.

— Я пытался позвать тебя, но это было бесполезно. Вообще, не реагировал на звуки. Давно мы тут? И как вообще смогли оказаться в этой пещере? Никогда не слышал, что на Клыке они могут быть.

— Как будто кто-то мог нам рассказать, что вообще есть на Клыке выше того, что видно с границы запретной зоны, — усмехнулся я, с сожалением закрывая книгу и убирая её в корзину. Таркину совсем необязательно знать, что это за книга. Я даже не заметил, как съел большую часть продовольствия, что было в коробе. Такими темпами даже до вершины не смогу добраться. Обессилю от голода. Да и лезть на полный желудок теперь будет весьма проблематично. Но в любом случае сперва нужно убедиться, что Таркин в состоянии продолжать восхождение. Хотя ко мне уже закралась мысль отправить его вниз. На спуск ему должно хватить сил. Там и клиньев много вбито, и наверняка на некоторых осталась верёвка.

— Ты провалялся без сознания тысячи три вдохов. Во время схода лавины получил по голове льдиной и отрубился. Я дал тебе целебный эликсир. Но понятия не имею, как он сработал. Как себя чувствуешь? Сможешь продолжить восхождение?

— Чувствую себя отвратительно. Словно впервые залез на Клык и свалился со второго приюта прямо в груду камней, усыпанную иглами скальника Всё тело чешется, особенно голова.

Рука парня потянулась к месту, где когда-то были волосы, но я остановил его.

— Не стоит там трогать. Рана только недавно затянулась. Слишком большой риск, что она откроется снова. Просто действует эликсир исцеления, идёт процесс заживления, вот и чешется всё.

— Это ты у Шарли уже успел таких слов нахвататься? Ну, да зерг с тобой. Не буду трогать. Лучше расскажи, что это было? Почему старейшина Йорго так говорил и вёл себя? Я действительно испугался и уже был готов перерезать верёвку, лишь бы не слышать его. А затем он резко закричал, чтобы крепче держались. Причём мне показалось, что закричал из совершенно другого места. И вроде дрался там кто-то.

Таркин привалился к стене и полез в свой короб. Я снял его и поставил там, когда занимался лечением парня.

— Боюсь, что мы этого никогда не узнаем. Клык в очередной раз доказал, что не позволяет взрослым взбираться на себя. Лавина унесла за собой старейшину. Он лишь успел предупредить нас. А тот голос, что пытался надавить на тебя, принадлежал кому-то другому.

Эти слова сильно напугали парня. Он выхватил из короба резак и начал осматриваться по сторонам.

— Не стоит бояться. Думаю, что это существо сгинуло вместе со старейшиной. Перед тем как нас накрыло, оно дёргало меня за ногу и пыталось скинуть со скалы. Но после лавины всё прекратилось. А потом я нашёл эту пещеру. Должно быть, благодаря лавине открылась.

Таркину точно не нужно знать, что в этом помог малыш Ска.

— Хочешь сказать, что это был демон? — ещё больше перепугался парень. Он тут же принялся чертить вокруг себя круг.

Глупое поверье.

Старики в Безмятежном любили пугать детей и истории про демонов были у них самыми любимыми. Так вот, практически единственным действенным способом защититься от демонов в этих рассказах, как раз и был круг, очерченный вокруг себя. Почему-то демоны не могли преодолеть эту защиту.

Мне всегда казалось это смешным. Могучие демоны, которые сражались с сильнейшими идущими, пасовали перед начерченным любой палкой, или даже просто пальцем, кругом. Но Таркин так точно не считал.

— Ты же сам прекрасно знаешь, что демоны — это всё сказки стариков, чтобы запугать детей. Отвадить их от границ поселения. Да и чтобы они по ночам дома сидели, а не бегали на озеро наблюдать за светляками.

— Тогда, что это, по-твоему, было? Что смогло говорить голосом старейшины, а потом ещё и тебя за ногу дёргало?

— Думаю, что говорил именно сам старейшина Йорго. Ты же прекрасно видел, как ему тяжело приходилось с каждым новым шагом. Чем выше мы поднимались, тем труднее становилось дышать. И это нам. А чего говорить про старейшину? Должно быть, ему в тот момент совсем плохо стало. Вот и начал говорить непонятно что.

— Нет… Он говорил чистую правду… То, что думал…

Раздался очень странный голос. Но я его узнал. Именно так разговаривал старейшина Йорго, перед тем как на нас обрушилась лавина. Таркин заскулил и принялся ещё усерднее вырисовывать круг, просто водя по камню пальцем, который уже успел разодрать. Парень заключал себя в круг, начерченный собственной кровью.

Я же вскочил и начал разгонять энергию по меридианам. Это обращение уже один раз спасло мне жизнь. В правой руке я сжимал свой резак, а в левой клин. Он способен пробивать камень, поэтому справится с любой плотью. Будь то демон, человек или зверь.

Тепло от метки Ска стало ещё сильнее проникать в тело. Меня даже бросило в жар.

— Кто ты? И что тебе от нас нужно? — спросил я, глядя вглубь пещеры. Голос доносился именно оттуда. Хотя я могу поклясться, что на том месте была стена, когда мы только попали сюда. Сейчас же вместо стены лишь тёмный провал. Словно кто-то просто взял и убрал перегородку, что закрывала от нас настоящее помещение.

— Кто я не имеет никакого значения. По крайней мере сейчас. Обычный слуга, что заботится о своём господине. Только поэтому вы всё ещё живы. Мне от вас ничего не нужно. Все правила соблюдены. Вы проходите по всем параметрам. Просто услышал ваш глупый разговор и не смог промолчать. Тогда я должен был избавиться от нарушителя, что и сделал. А тебя за ногу не дёргал. Просто схватил, чтобы убедиться, что метка настоящая.

Я понятия не имел, о чём говорит этот голос. Какая ещё метка? Неужели он говорит о подарке Ска?

— А ещё хотел пригласить вас в гости. Господину слишком скучно со мной. А последний гость был у него больше двух циклов назад. Паренёк примерно вашего возраста. Правда, тот был куда сообразительнее. Да и передвигался он по скале много лучше вашего. Хотя и не имел всех этих хитрых приспособлений.

— Айро?! — воскликнул я, но ответа не было. Голос уже исчез.

Это мог быть только Айро. Значит, он смог подняться на вершину. Вот только, что с ним случилось там? Что это господин такой? Да и сам голос кому принадлежит? В то, что это демон я не верил. Пусть эти сказки для себя оставит Таркин.

Старики рассказывали нам легенды не только о демонах. Вот таким голосом может оказаться всё что угодно. От частички силы сильного идущего, что когда-то проходил здесь, до какого-нибудь духа растения, впитавшего в себя прорву звёздной энергии. Правда, я не знал, растёт что-нибудь внутри этой пещеры или нет? На поверхности Клыка, кроме скальника, больше ничего не росло. Но в любом случае я это никогда не узнаю, если буду сидеть здесь.

— Ты куда? — воскликнул перепуганный Таркин. — Не оставляй меня здесь одного. И не ходи туда. Демон только и ждёт того, что мы разделимся. Тогда мы станем лёгкой добычей и он точно нас сожрёт.

— Не неси чушь. Ты сам-то веришь в то, что говоришь? Какие демоны? Всё это горячечный бред. Сказки стариков, чтобы запугать непослушных детей. Если это действительно демон, то он уже множество раз мог нас прикончить. Или ты считаешь, что он не напал на меня, пока ты находился без сознания из-за страха? Кого он испугался? Меня? Это точно не демон и я собираюсь сходить и проверить.

К тому же я чувствовал, что впереди нет никакой опасности. Это чувство исходило откуда-то изнутри. Из моего внутреннего мира. Это был Ска. Он уверен, что внутри этой пещеры мне точно не грозит опасность. Была лишь одна проблема — темнота.

У меня не было светоча, как у Шарли. Оставалось лишь надеяться, что там меня не ждёт пропасть.

Я осторожно двинулся вдоль стены, не отпуская её и прощупывая каждый шаг перед собой. Темнота становилась всё сильнее. Даже Таркина уже практически не было видно. Хотя я и не понимал, как такое возможно. Свет должен быть виден ещё очень долго. Пока не сверну за угол, или не отойду очень далеко от входа. Но я даже не представлял, насколько далеко для этого нужно отойти. Клык не настолько толстый, чтобы у меня это получилось. Тем не менее темнота продолжала сгущаться, пока полностью не окружила меня.

Ещё через десяток шагов исчезла даже та крошечная точка света, что оставалась. Я услышал испуганный возглас Таркина и на этом всё оборвалось.

И как он вообще решился пойти в собиратели? Среди нас не было трусов. Иначе просто невозможно подняться на Клык.

Попытался направить больше энергии в меридианы, расположенные возле глаз и вроде у меня это получилось. Только по-прежнему кругом была кромешная тьма. Ничего не оставалось, кроме как идти вперёд. На один полноценный шаг я тратил около десяти вдохов, а то и больше. И вскоре это дало свои плоды. Вместо камня под ногой оказалась пустота. Я тут же отдёрнул её и присел, чтобы проверить рукой. Возможно это просто небольшая трещина в породе.

Как только рука соскользнула с каменного края, она попала в нечто очень тёплое и приятное. Будто оказалась под лучами ласкового солнца. Словно я был во внутреннем мире. И не в тот момент, когда там уже зажглась звезда. А ещё до этого. Когда там безраздельно царствовала темнота. Та ласковая и добрая темнота, что всегда могла укрыть меня. Подбодрить и подарить спокойствие.

Понятия не имею почему, но это напугало меня. Напугало и заставило тут же отдёрнуть руку. Словно я увидел опасного зверя, что хочет вцепиться мне в глотку. Но это было, совершенно не так.

Я по-прежнему не чувствовал никакой опасности. Ни перед собой, ни позади. Это был просто страх перед неизвестностью. Всё же Таркину удалось заложить в меня сомнения. И это испугало меня гораздо сильнее.

Почему я должен бояться темноты? Сколько лет я прожил вместе с ней? Ведь только несколько малых циклов назад в моём внутреннем мире зажглось солнце. До этого момента я всегда радовался темноте. Радовался её спокойствию и отзывчивости. И вот сейчас вдруг испугался. И испугался именно тех ощущений, что испытывал все предыдущие циклы, погружаясь в свой внутренний мир.

И я снова сделал это. Сделал, чтобы развеять свой страх.

Яркий свет ударил в глаза, заставляя меня на мгновение зажмуриться. Ощущения здесь были такие же, как и в той пустоте. Только сейчас я всё прекрасно видел. Как видел и малыша Ска, что уже полностью восстановился и что-то усердно мастерил на своей ветке.

Заметив меня, он растянулся в улыбке.

— Уррруррур уррарурр ур у рурарур. — сказал малыш и махнул мне рукой, приглашая присоединиться к нему. Но я пришёл сюда не за этим. Я пришёл, чтобы убедиться в том, что в темноте мне не угрожает опасность.

— Ты уверен, что там никто и ничто не причинит нам вреда?

Малыш вновь улыбнулся и начал быстро кивать. А потом он снова позвал меня. На этот раз даже послал один из отростков, чтобы ухватить меня за ногу и настойчиво потянуть. Это прикосновение оказалось очень похоже на то, что я испытал перед сходом лавины. Но голос сказал, что это был он. Я точно уверен в этом. Или всё же…

— Ска, это ты дёргал меня за ногу на Клыке?

Малыш отрицательно покачал головой и выдал ещё несколько слов. Мне показалось, что он знает, кто это сделал.

— Это был демон?

На этот раз Ска рассмеялся. Вот и он не верит в демонов. Тогда я спросил про старейшину Йорго и Ска снова отрицательно покачал головой.

— Тогда кто это был? Кто схватил меня за ногу? И что за голос мы слышали? Кто разговаривал с нами?

Малыш ненадолго задумался, а потом снова начал дёргать меня за ногу, всё настойчивее приглашая к себе в гости. Он показывал на ветку перед собой, словно там имелись ответы на мои вопросы.

У меня просто не было выбора и через пару десятков вдохов я уже находился рядом со Ска. Малыш занимался тем, что возводил точную копию Клыка. И делал он это из дерева. Я легко смог распознать оба приюта. Увидеть начало запретной зоны и пещеру, в которой мы с Таркиным спаслись. Вот только вершины у этой горы не было. Её словно кто-то срубил острым клинком. Словно кто-то разрубил Клык на двое. Причём большая часть была сверху. По своей толщине Клык в исполнении малыша оказался в несколько раз больше, чем в высоту.

Но не это было самым странным. На вершине раскинулись настоящие джунгли, росли деревья и даже имелась постройка. Огромный дом, которых мне ещё ни разу не доводилось видеть. Даже самый большой склад в Безмятежном был во много раз меньше этого здания. А через пару мгновений даже эта постройка отошла на второй план. Примерно в центре джунглей начало расти огромное дерево, что закрывало своей кроной большую часть обрубленной вершины.

Я даже не мог представить себе столь огромное дерево. Погибший исполин в сравнении с ним выглядел бы тонкой веточкой. Едва ли не травинкой.

— Хочешь сказать, что вот так выглядит Клык сверху?

Ска радостно начал кивать и указал мне на дерево. Вернее, куда-то к его корням. Пришлось прибегать к усилению зрения, чтобы рассмотреть, на что указывал Ска. А указывал он на тысячи побегов скальника, что разбегались от этого дерева во все стороны. Они тянулись через всю вершину и спускались со скалы.

Всё это было поразительно, но малыш так и не ответил, кто же разговаривал с нами? Кто дёргал меня за ногу? И приглашал в гости неизвестно куда.

Спросил об этом Ска и тот посмотрел на меня так, словно уже ответил на мой вопрос, а я продолжаю бестолковиться. Но я действительно ничего не понимал.

Тогда малыш создал ещё одну копию Клыка, уже немного больше, без деревьев и здания. Просто скала, с обрубленной вершиной.

— Ты хочешь казать, что это был Клык? С нами разговаривала скала? Она дёргала меня за ногу и обрушила на нас лавину?

Ска принялся кивать. А затем он показал на вторую копию Клыка, где появлялась пещера. Выходило, что её создал сам Клык, а не Ска. Что было очень странно. Сперва Клык попытался скинуть нас, обрушив лавину, а потом создал пещеру, где мы можем восстановить силы.

В том, что это мог быть сам Клык, я не сомневался. Скала уже множество раз показывала жителям Безмятежного, что у неё есть своя воля. Некоторые правила были установлены очень давно и соблюдались людьми. Но в этот раз одно из главных было нарушено. На Клык взобрался взрослый.

Многие из жителей Безмятежного были уверены, что Клык уже давно перестал быть обычной скалой. Что у него имелся свой дух. И именно этот дух устанавливал правила. Он решал, что дозволено людям, а что нет.

Получается, что эти люди были правы? Что Клык действительно обладает своим духом. Обладает волей и желаниями. И сейчас он приглашал нас с Таркиным к себе в гости. Только Таркин испугался этого приглашения и точно никуда не пойдёт.

— Мне не стоит бояться? — спросил я у малыша. Ведь он когда-то был одним целым с этим могучим деревом. Его ребёнком. Тем, кто знает гораздо больше меня. В чём я уже неоднократно успел убедиться.

Малыш снова улыбнулся и покачал головой, а затем указал мне на дерево, что давало жизнь побегам скальника. Ска хотел сказать, что этот исполин не позволит обидеть меня. И всё это из-за Ска, которому так нравится жить в моём внутреннем мире.

Теперь я был полностью спокоен. Страх отступил. Вернувшись в реальность, я, абсолютно не боясь, шагнул в пустоту.

И сделал не маленький, осторожный шажок, а огромный шаг, полностью доверившись малышу Ска. Но вместо того, чтобы начать падение я наступил на мягкую почву, что слегка продавилась под моим весом.

Яркий солнечный свет заставил меня зажмуриться, а в нос ударили запахи джунглей. Запах прелой травы и созревших фруктов. Свежего ветра, что может быть только на высоте.

Когда глаза привыкли, я смог увидеть место, в котором оказался. Это были джунгли. Практически ничем не отличающиеся от тех, что окружали Безмятежный. И над этими джунглями высился исполин, чья крона была отлично видна. Дерево было таким высоким, что совершенно не мешало солнцу освещать эти джунгли.

Я оказался на вершине Клыка. На той, что показывал мне Ска.

Под ногами лежали тысячи побегов скальника и на них совершенно не было шипов. Зато имелось множество семенных коробочек. Куда ни посмотри всюду были видны семена. Многие уже сгнили, но никому до этого не было дела. Умрёт один побег и его место займут десяток новых.

Это было невероятно. Нисходя с места, я могу собрать несколько десятков пригодных для создания эликсира семян. Поднимись кто-нибудь до меня на вершину Клыка и Безмятежный навсегда забыл бы о нужде по сбору семян скальника.

Но я здесь для другого. Необходимо получить отросток. И взять его я мог только возле корней исполина. Именно оттуда тянулись все побеги скальника в копии Ска. А ещё я очень хотел заглянуть в тот величественный дом. Возможно, Айро сейчас находится там.

Ведь дух Клыка говорил, что два цикла назад к ним приходил парень, который двигался вверх по скале гораздо лучше нас. И он не сказал, что Айро куда-то исчез.

Слева раздался треск, ломаемых веток и прямо на меня вышло какое-то странное существо, больше всего похожее на маленького яка. Только совершенно лысое, без рогов и с небольшими клыками, торчавшими из-под нижней губы. Если у Финиаса яки были покрыты густой шерстью, вырастали до двух шагов в холке и весили больше тысячи мер, то этот кроха был едва мне до бедра и весил он совсем мало.

Зверь смотрел на меня с интересом. Не было никакого страха в его глазах, лишь любопытство. Должно быть, он впервые увидел человека.

— Ты пришёл полакомиться семенами скальника? — спросил я.

Лысый як подпрыгнул от звука моего голоса. Он резко что-то проблеял, и в тот же миг ему ответили десятки похожих голосов. А через мгновение раздался оглушающий топот. Ближайшие кусты начали трястись и ломаться, словно к нам неслось стадо настоящих яков. И я не ошибся. Через несколько вдохов из ближайших кустов выскочил огромный лысый як. Он утробно замычал при виде меня, наклонил голову, выставив вперёд рога, и помчался в атаку.

Единственное, что мне оставалось делать — это бежать. Мне не выстоять против столь крупного яка. Боюсь, что даже обращение магнита здесь не поможет. От удара у меня просто разорвутся все внутренние органы. Столкнуться с рогами такой махины, всё равно что упасть с большой высоты на острые камни.

Як был гораздо быстрее меня, но очень неповоротливым. Поэтому, когда он оказался рядом, я просто отскочил в сторону. Благо, что уже совсем рядом было дерево, на которое я и залез. И сделал это вовремя. К маленькому яку подошли и другие члены стада. Они просто смотрели на меня, сидящего на толстой ветке. А вот первый здоровяк не собирался так просто сдаваться.

Вновь выдав мычание, он помчался на таран. Дерево содрогнулось, но не больше. Теперь я мог применять обращение и легко удержался на ветке.

— Не собирался я обижать твоего ребёнка. Просто он испугался моего голоса, — сказал я бешеному яку, но он меня не слышал. Мотал головой после удара об дерево. А через пару вдохов снова бросился в атаку. И опять с нулевым результатом.

— Вы хоть ему скажите, — обратился я к другим якам. Они просто стояли и смотрели, как здоровяк продолжает долбиться об дерево. — Он же себе сейчас голову расшибёт и умрёт. Я не собираюсь причинять никому вреда. Я гость, которого пригласил дух Клыка.

После этих слов среди собравшихся вокруг малыша взрослых яков нашлась одна самка, что быстро потрусила к моему дереву. Здоровяк как раз собирался в этот момент нанести очередной удар, но самка не дала ему этого сделать. Она подбежала и толкнула здоровяка вбок. Да так, что тот едва удержался на ногах. Затем послышалось протяжное мычание и мне показалось, что здоровяк опустил голову. Словно нашкодивший ребёнок, которого ругает мать.

Бросив на меня гневный взгляд, здоровяк гордо задрал голову и направился к своим сородичам. Один рог у него слегка погнулся, а из множества ссадин начала сочиться кровь. Но всё равно он считал себя победителем. Странные дела здесь творятся.

Яки, что разводит Финиас самые добродушные и ленивые существа на свете. Они вообще никогда и ни с кем не конфликтуют, чтобы с ними не делали. Порой Финиасу приходится отгонять младших детей от яков, потому что они доходят до крайностей. Лезут в рот, чтобы дёрнуть яка за язык, тянут за хвост и всё такое.

Особенно отличившихся Финиас потом ловит и заставляет работать в своём зверинце. Но ради того, чтобы поиграть вот так с яками дети готовы идти на подобный риск.

И ещё наши яки не топчут побеги скальника и тем более не едят их. Маленький як, после появления подмоги как ни в чём не бывало принялся жевать приглянувшийся ему побег. И ушёл, только после того, как закончил трапезу. Хотя все остальные яки уже давно ушли. Я же решил остаться на дереве и слезть, только когда он уйдёт. А то вновь позовёт старших. Ну его.

Время на ветке я провёл с пользой. Лучше осмотрелся в этих джунглях и нашёл минимум три тропинки. Две были совсем небольшими и, скорее всего, по ним ходили какие-нибудь маленькие звери. Даже меньше крохи яка. А вот третья была впору даже тому здоровяку. И если две маленькие уходили в стороны от исполина, то большая вела именно к нему.

Ещё я заметил множество разнообразных насекомых копошащихся абсолютно везде. Даже на дереве, на котором я сидел, их было с избытком. Множество разнообразных жучков, которые совершенно не обращали на меня внимание. Что мне очень нравилось. Главное, что здесь не было архов. А с остальными жуками я вполне лажу.

Спустившись, я осмотрелся по сторонам и прислушался. Где-то достаточно далеко было слышно мычание. Значит, яки уже отошли на приличное расстояние и можно не опасаться вновь встретиться с ними. Но была вероятность встретиться с более опасным зверем. Поэтому необходимо всегда быть настороже. Прислушиваться к каждому шороху и самому стараться не шуметь.

Правда, как это делать я не знал. Это охотников учат бесшумно передвигаться по джунглям. А вот собирателю абсолютно неважно, как громко он ведёт себя на Клыке. Шум для нас был не опасен.

Но это всё потом. Сейчас мне необходимо был как можно быстрее добраться до исполинского дерева и взять отросток скальника. Ещё не известно, что там с Таркиным? Я понятия не имею, как вернуться в пещеру. И осталась ли она вообще после моего исчезновения?

Прислушался к себе и понял, что знак всё ещё тёплый. Значит, и пещера на месте. Остаётся только надеяться, что парень не решит совершить какую-нибудь глупость. Не выпрыгнет от страха из пещеры или что-нибудь в этом роде. Будет идеально, если он всё же осмелится последовать за мной и тогда также окажется на вершине. И снова неизвестно, как мы с ним здесь встретимся. В этом случае остаётся только надеяться, что Таркин решит, как и я, взять отросток и спуститься в поселение.

Да мне и самому нужно придумать, как это сделать. Хотя тут и думать нечего. Верёвки и клиньев у меня больше нет. А без них единственная возможность спуститься максимально безопасно — это по побегам скальника.

Двинулся по большой тропе, удивляясь буквально на каждом шагу. Всё же я ошибся, эти джунгли сильно отличались от тех, что окружают Безмятежный. Как растениями, так и живностью, что здесь обитает.

Прошло уже больше тысячи вдохов, как я начал свой путь и за это время успел увидеть множество неизвестных созданий. В основном это были разнообразные насекомые. Бабочки, жуки, даже несколько архов видел. Но эти были совсем крошечными и абсолютно не страшными, как наши. Попадались также и звери. Какие-то небольшие пушистые создания, что прыгали высоко в ветвях деревьев. Мне запомнился их большой пушистый хвост, который при каждом прыжке распушался, словно это помогало зверьку прыгать.

Ещё видел целую семью небольших топтунов, покрытых колючками. Восемь особей, овальной формы, двигались друг за другом. Впереди шёл самый большой топтун, примерно с мою корзину для сбора. Длинный нос, с чёрной пимпочкой на конце, высовывался из-под колючек и обнюхивал всё впереди, прокладывая дорогу к чему-то вкусному. А следом за первопроходчиком двигались и остальные топтуны. В середине процессии находились совсем крохи, а замыкал также крупный топтун.

Топтунами я их назвал, потому что они именно, что топали, когда шли. Малышей не было слышно, а вот большие особи делали это очень громко. На меня они не обратили внимания, двигаясь к своей цели.

Ещё было множество птиц. Тоже совсем маленьких. Они щебетали на разные лады и перелетали с ветки на ветку в поисках насекомых.

В этих джунглях не было даже намёка на кожедёра и другие растения, что могу доставить хлопоты даже опытному охотнику. Эти джунгли не хотели съесть меня. Не хотели, чтобы я стал удобрением для новых растений и деревьев. Наоборот, здесь всё выглядело и было очень дружелюбным не только для человека, но и для любого другого живого создания. И у меня это никак не хотело укладываться в голове.

Казалось, что здесь никто не должен выживать, как за пределами Клыка. Ведь все жители Безмятежного и все создания, что населяют оазис, постоянно занимаются тем, что выживают. Пытаются приспособиться к такой жизни. И получается это у единиц. Вспомнить ту же чёрную смерть. Крошечный монстр, который охотится на добычу, превосходящую его размерами иногда в десятки раз.

И те же яки, что не могут постоять за себя. Не могут спастись даже от насекомых, что так любят пить их кровь.

Подобной идиллии просто не могло быть. Меня всегда учили, что необходимо быть крайне осторожным даже с самым маленьким насекомым. Что даже растения могут попытаться убить человека. На вершине Клыка такого и подавно не было. Словно кто-то невероятно могущественный запретил всем обитателям этого места охотиться на человека.

Я продолжал идти и глазеть по сторонам. Не переставая удивляться всему, что видел. Из-за этого не сразу заметил, что чувствую себя в этом месте гораздо лучше, чем в поселении. В теле появилась какая-то лёгкость. Казалось, что я могу пробежать хоть десять тысяч шагов и даже не устану. А ещё я впервые почувствовал источник. Почувствовал, как он переполняется энергией звёзд, что в этом месте сама вливалась в него.

Если в Безмятежном требовалось ждать восстановления энергии довольно долго или прибегать к помощи Основы, то на вершине Клыка это происходило за считанные вдохи. Я даже остановился и начал создавать обращения Магнита и Длани одно за другим. Энергия в источнике восстанавливалась быстрее, чем я её тратил.

Остановился, только когда тело начало гореть, а в груди словно начали раздувать раскалённые угли. Необходимо было дать остыть меридианам и источнику.

Но ведь энергетическое безумие в оазисе появилось из-за слишком высокой концентрации звёздной энергии. Выходит, что на вершине Клыка болезнь должна наступать гораздо быстрее. Поглощать человека за тысячи, если не сотни вдохов. Но я чувствовал себя отлично. Да и эликсир энергетического спокойствия принимал последний раз больше среднего цикла назад.

И я даже не знал, кого мне за это благодарить. Своё тело, что смогло побороть болезнь, от которой помогали только эликсиры Шарли, или Ска? Может быть так, что его метка оберегает меня?

Вновь возникло желание отправиться во внутренний мир и поговорить с малышом. Но сейчас этого нельзя делать. Слишком неизвестным было это место. Слишком тихим и спокойным. Как-то это было неправильно.

Да и сейчас у меня другая задача. Нужно было добраться до исполина и забрать отросток скальника. А уже там буду думать, что делать дальше.

Через две тысячи вдохов я вышел на огромную поляну, в центре которой рос бог оазиса. Я даже не мог подобрать других слов, увидев исполина во всём его величии. Ствол толщиной в сотню шагов, был покрыт толстенной корой. Первые ветки росли на высоте примерно в полсотни шагов. Они также были невероятно толстыми, и на любой из этих веток с лёгкостью можно было поставить дом.

Весь Безмятежный можно было бы разместить на десяти таких ветвях.

Листья исполина были больше меня. Пара лежала недалеко от того места, где я вышел из джунглей. Они уже наполовину высохли, но это не мешало рою каких-то жуков лакомиться ими. Рядом с листьями я увидел углубления в земле очень похожие на следы животного. Если вообще бывают подобные великаны.

Один след был два шага в ширину. И расстояние между следами было почти десять шагов. Я даже специально подошёл и измерил его, не веря своим глазам. Эти следы вели к исполину. И было очень странно, что подобная громадина даже не повредила побеги скальника. Они спокойно продолжали бежать в этих следах, абсолютно целые.

При моём приближении жуки, что ели листья исполина, бросились врассыпную, поднявшись в воздух, словно грозовая туча. Тишину, накрывшую поляну, прорезал треск тысяч жёстких крыльев.

Раз жуки всё равно прекратили свою трапезу, можно осмотреть лист исполина. Я никогда не видел ничего подобного.

К моему удивлению, лист оказался тёплым. Словно он был живой. И это тепло практически не отличалось оттого, что разливалось по моему телу от подарка Ска. Получается, что малыш имеет прямое отношение к этому исполину.

И только сейчас до меня дошло, что это дерево скальник-император. Выходит, что малыш также должен стать таким могучим деревом? Хотя он уже им стал. Исполин в моём внутреннем мире и есть Ска. А то существо, что сидит на его ветвях, было создано специально для общения со мной. Так же, как малыш создал Клык и его вершину, чтобы показать мне.

— Я благодарен тебе за сына. Обещаю, что буду заботиться о нём, — даже сам не понимая для, чего сказал я.

Источник откликнулся на мои слова и резко начал пустеть.

На этот раз трата энергии многократно превышали её восстановление. Я не понимал, как такое вообще возможно? Я же выпил эликсир, который запечатал источник от несанкционированной траты энергии. Не могло быть никаких спонтанных обращений. Только те, что я делал осознанно.

Сразу вспомнил, как я соединил малыша со своим солнцем и всё встало на свои места. Это был Ска. Он просто решил отправить весточку своему отцу. И исполин услышал меня.

Пару вдохов ничего не происходило, а затем раздался едва различимый шелест, который с каждым вдохом становился всё сильнее. Побеги скальника под ногами начали мелко дрожать, подул лёгкий ветерок, а с кроны исполина сорвалось несколько листьев. Словно кто-то невероятно могучий решил потрясти это дерево.

Между тем шелест даже не думал прекращаться. Словно в кроне исполина в один миг появились тысячи лысых обезьян и решили устроить там драку.

Но всё резко прекратилось, так же быстро, как и началось. Шелест стих, а после этого последовал глухой хлопок, от которого земля под ногами слегка вздрогнула. Словно упало что-то очень тяжёлое. А уже через пару мгновений я увидел, что это было. Вернее, кто.

Из-за ствола исполина вышел древесный великан. Практически точная копия малыша Ска из моего внутреннего мира, только увеличенная в десятки раз. И глаза этого создания горели зелёным, а не красным, как у малыша. Толстенные ноги-стволы, с лёгкостью проминали мягкую почву, оставляя в ней уже знакомые мне следы. Всего семь шагов потребовалось великану, чтобы оказаться рядом со мной.

Любой другой на моём месте уже давно убежал бы, пытаясь спастись от жуткого монстра. Но я прекрасно знал, что никакой это не монстр. Великан остановился и вытянул в мою сторону палец, из кончика которого начал стремительно расти побег скальника. Через пару вдохов побег коснулся моей руки в том месте, где Ска оставил свой подарок.

Простого прикосновения оказалось вполне достаточно, чтобы древесный великан развернулся и направился к породившему его дереву. Я получил разрешение оставаться здесь. Теперь я мог отправиться во внутренний мир. Я находился под защитой исполина. Он никому не позволит причинить мне вред.

Делать это на границе с джунглями я не стал. Помчался ближе к самому дереву. Потребовалось больше пяти сотен вдохов, чтобы оказаться рядом с исполином и коснуться его коры. Примерно на половине пути исчезли все насекомые и стихли звуки окружающих поляну джунглей. Великан предпочитал оставаться в тишине. И никто не смел тревожить его.

Только оказавшись в непосредственной близости, я осознал насколько величественно это дерево. Насколько оно большое и могучее. Небольшой кусочек корня, торчавший из земли, был больше меня в несколько раз. Даже представить не могу, насколько глубоко спускаются корни этого исполина. Наверняка они пронизывают собой Клык и уходят глубоко под него, расползаясь под всем оазисом. Не удивлюсь, если именно это дерево дало жизнь всем растениям, что я видел внизу.

Привалившись к твёрдой коре, я закрыл глаза. Малыш Ска ждал меня и тут же начал верещать. Радостно, размахивая руками и показывая куда-то вниз. Я не сразу понял, на что мне нужно смотреть. Как не понял и того, что под ногами у меня была не привычная пустота, а земля, покрытая густым ковром зелени. Теперь Ска рос не в пустоте, подпитываемый только энергией моей звезды. У него появился настоящий дом. Почва, в которую малыш смог пустить корни.

Неужели это сделал деревянный великан, просто коснувшись меня? Другого объяснения просто не было. Отец сделал подарок своему сыну, а заодно и мне.

— Тебе нравится?

Ответом мне стал радостный треск, а через мгновение малыш спрыгнул со своей ветки, подошёл ко мне и принялся осторожно опутывать своими побегами. Они были усеяны колючками, поэтому Ска пытался обнять меня так, чтобы не навредить.

Мне и в реальном мире нестрашны уколы иглами скальника, а в этом и подавно. Поэтому я подхватил малыша на руки и прижал его к себе, не обращая внимание на впивающиеся в тело иглы. Сам малыш в это время восторженно верещал. Но совсем недолго. Буквально десяток вдохов и он уснул. Совсем как обычный ребёнок, которого укачала мать.

Так ничего и не получилось спросить у малыша. Придётся в другой раз. Отнёс его к дереву и обнаружил, что в нём всё ещё осталось то отверстие, что Ска создавал, когда я тренировался создавать обращение длани. Вот там я его и оставил. Малыш даже не шелохнулся, когда я его положил. Но с ним точно всё было в полном порядке.

Я чувствовал, что после встречи со своим прародителем он стал гораздо сильнее. Теперь не было опасности, что Ска может умереть от истощения. Мой источник и этот подарок императора-скальника защитят его. Пора было возвращаться в реальность. Необходимо добыть отросток. Думаю, что никто не будет против этого.

— Кто ты? — спросил я, открыв глаза и увидев перед собой странное лицо.

Глава 26

Напротив меня, примерно в десяти шагах, сидело очень странное существо. С телом человека и головой обезьяны. Яркая, оранжевая шерсть делала гостя ещё более странным. Он был одет в просторный халат, по типу того, в котором на поляну вышел учитель Дрейк.

Незнакомец сидел, скрестив ноги. Вернее лапы, которые выглядывали из-под халата. В правой руке он держал деревянный шест, который одним концом был упёрт в землю, а левой чесал за ухом. Но быстро прекратил, когда я задал вопрос.

— Можно сказать, что я привратник, а ещё повар, садовник, уборщик, музыкант, актёр, немного плотник и кузнец, стражник, защитник, а иногда и блюститель закона. В общем, я тот, кто требуется моему господину. И в данный момент я проверяющий. И первую проверку ты уже прошёл. Не испугался меня. Не стал кричать. Не попытался убежать или броситься в драку. Господин любит людей, которые умеют оценивать степень опасности. Я не увидел в твоих глазах и капли страха, когда ты открыл их.

А чего тут оценивать, когда я уверен, что скальник-император сможет защитить меня от любой опасности. Если бы это создание угрожало мне, то его просто не подпустили так близко.

— Будут и другие проверки? — прикидывая, что это может быть спросил я.

— Всего одна, — хищно улыбнулась обезьяна.

После чего он коснулся левой рукой шеста и тот раздвоился. Совершенно точно было использовано, какое-то обращение, но я ничего не смог заметить. Хотя очень внимательно наблюдал за всеми движениями обезьяны.

И даже едва не проморгал момент, когда второй шест полетел в мою сторону. И полетел прямо в голову. Даже сам не понял, каким образом я смог поймать этот шест. Но через мгновение я уже держал его так же, как и мой собеседник.

Древесина оказалась на удивление приятной на ощупь. Словно её до меня отполировали уже тысячи рук. И она помнила каждого. Помнила их мастерство и могла рассказать о нём. Только для этого необходимо было доказать, что я достоин этих знаний.

— Сейчас я буду проверять твои навыки в боевых искусствах. И только от этого зависит, отправишься ты вместе со мной к господину, или вернёшься к своему скулящему другу. Трусу, которому не место на нашей земле.

— С Таркиным всё в порядке? — выпалил я. Раз появилась возможность узнать, что с парнем, нужно ей воспользоваться.

— Если продержишься против меня полсотни вдохов, то я отвечу на этот вопрос.

Дальше мой собеседник резко вскочил и мгновенно сократил расстояние между нами, при этом нанеся удар шестом, словно копьём. Он ткнул его мне в грудь. Чтобы уйти от этого удара, пришлось перекатываться в сторону. Я каким-то чудом не выпустил своё оружие из рук и когда вставал, просто максимально широко махнул шестом над землёй.

Послышался звонкий смех, сильно отличающийся оттого, что я слышал на Клыке перед сходом лавины. Но он определённо принадлежал одному и тому же созданию. Из-за этой обезьяны погиб старейшина Йорго и мы с Таркиным едва не последовали за ним.

Когда я оказался на ногах, рыжий мягко приземлился рядом, держа шест за спиной. Я и без оружия не очень умел драться, а с ним и подавно. Для меня это была просто длинная палка, которой можно размахивать из стороны в сторону и таким образом, не подпускать к себе никого. Продержаться таким образом полсотни вдохов против умелого соперника будет довольно сложно.

Рыжий быстро показал, что я совершенно прав в своих догадках. Первый же мой взмах он принял на свой посох и с лёгкостью отвёл его в сторону. А потом я оказался на земле, наблюдая за тем, как медленно падает очередной иссохший лист исполина.

Но это не заняло даже одного вдоха. Я уже прекрасно знал, как можно сделать тело сильнее и быстрее. Энергия звёзд начала стремительно разливаться по организму, напитывая все меридианы. Проталкиваясь через все узлы, открывая доступ к истокам. С таким усилением мне и не нужно уметь драться шестом. Я просто буду гораздо быстрее и сильнее рыжего. Судя по тому, что он мне уже продемонстрировал между нами не такая уж и большая разница в скорости и силе.

Ощутил, что-то странное справа, повеяло холодом, и тут же перекатился влево. А в то место, где мгновение назад находилась моя голова, упал наконечник шеста, бросая комья земли мне в лицо.

Это были уже не шутки. Понятия не имею, сможет убить меня такой удар или нет, но проверять совершенно не хотелось. Я попытался встать, но опорная нога поехала в сторону от очередного удара, и я снова растянулся. На этот раз упал лицом в землю, набив ей весь рот.

И снова появилось то странное чувство, словно налетел ледяной ветер. На этот раз откуда-то сверху. Я не успевал ни встать, ни перекатиться. Зато правая рука всё ещё сжимала шест, который я и закинул за спину. И в ту же секунду на него обрушился сильнейший удар. Не будь шеста, и я точно уже был бы в отключке. А так лишь ещё сильнее вжало в землю.

Вновь раздался смех, который начинал меня злить. Это было очень похоже на те чувства, что я испытывал в тот день, когда едва не убил Лиро. Тогда я был уверен в своей победе, а вот сейчас прекрасно понимал, что ничего не смогу сделать рыжему. Он превосходит меня по всем параметрам, и даже усиление тела звёздной энергией не помогло. Похоже, что не один я умею это делать.

Но и сдаваться просто так я не собираюсь. Как никогда не сдавался. Энергия звёзд уже была разлита по меридианам и мне не составило особого труда создать обращение магнита. Только на этот раз я использовал его, чтобы оттолкнуться от земли. Сделал я это в самый подходящий момент. Шест рыжего пролетел перед самым носом и снова поднял комья земли в воздух.

Той самой, которой сейчас был набит мой рот. Но я не стал тратить время на то, чтобы избавиться от неё. А сам нанёс удар, вновь просто махнув шестом перед собой. И едва не выронил его. Настолько сильным оказался удар, о шест, выставленный рыжим.

Он успел не только поднять своё оружие, но и заблокировать мой удар. Показалось, что рука готова отвалиться. Но в этот момент ощутил лёгкий укол скальника и всё быстро пришло в норму. Я сражался не один. Малыш Ска проснулся и пришёл ко мне на помощь.

Но и этого было недостаточно, чтобы хотя бы задеть рыжего. Слишком ловким и сильным он оказался. И что самое обидное я так надеялся на защиту скальника императора, но он не помог.

Я уже приготовился получить очередной удар и отправиться ещё немного полежать, прекрасно понимая, что не успеваю ничего сделать, когда шест остановился буквально в ладони от моего лица.

— Поздравляю, ты смог продержаться двадцать вдохов. Твой предшественник выстоял всего пять. А теперь следуй за мной. Посох можешь оставить. Он тебе ещё пригодится. Пользоваться им ты совершенно не умеешь. Как драться и без него. Но двигаешься неплохо и это огромный плюс. Не придётся вбивать в тебя основы. Кто-то сделал это уже до нас. А ещё тебе очень повезло, что дух древа рода принял тебя. Можешь гордиться. Даже меня он бывает, гоняет по всей территории секты.

— Какой ещё секты? — совершенно ничего не понимая спросил я.

И я действительно даже не знал толком, что такое секта. Из рассказов стариков Безмятежного можно было понять, что секта — это объединение сильных идущих. Основывает секту невероятно могущественный идущий. И набирает себе учеников. Те, в свою очередь, набирают учеников для себя, если им позволяет уровень силы и так дальше.

И тут я понятия не имел, чем секта отличается от любой школы боевых искусств. Там абсолютно такой же принцип. Разве, что для обучения набирают сразу целые классы. А в секту принимают учеников по одному и только после прохождения всех необходимых испытаний. Чем сильнее секта, тем больше требований к кандидату на вступление в неё.

Собственно говоря, на этом все мои знания о сектах и заканчивались. И никто не собирался их расширять.

Их всего этого выходило, что для вступления в эту непонятную секту требуется пройти совсем плёвые испытания. Значит, и секта была далеко не самой лучшей.

— Тебе совершенно не нужны сейчас эти знания. Если господин решит, что это нужно, то он сам тебе обо всём расскажет. А пока не стоит задерживаться здесь. Я уже отослал весть господину, он нас ждёт. Да и не комфортно мне находится так близко от вместилища духа рода. Кто знает, что ему в голову взбредёт? Ещё решит напасть. И это. Не забудь взять свою ношу. Не нужно везде разбрасываться такими вещами.

— Ты обещал, что ответишь, что с Таркиным, — даже не подумав сдвинуться с места, спросил я. Рыжий думал, что получится заболтать меня и увильнуть от ответа? Но нет.

— Да ничего с ним не случилось. Сидит в пещере и скулит о том, какая жизнь несправедливая. Что он остался один в этой пещере, раненый, напуганный, холодный, голодный и так далее. Ещё какого-то Лиро упоминает очень часто и ругает его. Но тебе достаётся намного больше. Думаю, ещё немного подождать, а потом напугать его. Пускай валит с нашей скалы. Терпеть не могу трусов и нытиков.

— Ты можешь помочь Таркину спуститься? Он ранен по твоей вине. Зачем, ты устроил ту лавину? Старейшина Йорго сорвался и мы с Таркиным могли последовать за ним. Слишком сильно мы уже были обмотаны столь долгим восхождением, — теперь уже не было никаких сомнений, что всё это дело рук рыжего. Да он и не собирался этого скрывать, как и раскаиваться за содеянное.

— Но не сорвались? Так чего теперь попусту воздух сотрясать. Да и поднимались вы не так уж и долго. Просто немного поводил вас за нос. Расстояние на скале может быть очень обманчивым. А правила, они для всех одинаковые. Нельзя взрослым забираться на вершину. Это место может оказаться полезным лишь для детей. Для тех, чей разум ещё не занят всякой чушью, что в него пытаются вкладывать учителя. Бред, который потом невозможно ничем вывести. Но об этом тебе расскажет господин. Я толком не понимаю во всех этих хитростях. Моё дело маленькое.

После этих слов рыжий развернулся и побежал в сторону джунглей. Мне не оставалось ничего, кроме как последовать за ним. Понятия не имею почему, но я был уверен, что мне необходимо это сделать. Что-то тянуло меня за рыжим. Какое-то непонятное чувство, очень похожее на то, что я испытал, когда впервые коснулся коробочки императорского скальника.

Но всё же я остановился на самой границе джунглей, и развернулся обратно к исполину. Я пришёл сюда, чтобы получить отросток скальника. Слишком многое зависит от того, сможем мы принести его в поселение или нет. Но помимо отростка, я собираюсь набрать как можно больше семян. Можно выкинуть всё из короба, за исключением сокровищ стариков, и забить его весь. Выйдет несколько тысяч семян. А этого количества гарантированно хватит до того момента, пока скальник не укоренится в поселении и даст первые семена.

Я сделал всего десяток шагов, когда передо мной появился рыжий. Он с недоумением посмотрел на меня, почесал голову и спросил.

— Куда это ты собрался? Я же сказал, следовать за мной.

— Я не могу. Мне необходимо получить отросток скальника и принести его в поселение. А ещё набрать семян. Без них все жители Безмятежного находятся в смертельной опасности. Пожар, уничтожил все наши запасы, — понятия не имею, для чего я рассказал об этом обезьяне.

— Так нечего было лезть в логово Линей и тем более убивать главу семьи. Естественно, его жена пришла мстить. И она оказалась очень милосердной, в отличие от ваших охотников. Она не стала никого убивать. Просто наслала огонь на ваши запасы. Дала вам шанс, которого не дали её мужу.

— Хочешь сказать, что этот пожар на нас наслал зверь?

— Сам ты зверь. Любое живое существо, обитающее в оазисе разумно. Будь то величественные Лини, что своими рогами цепляются за кроны деревьев, или крошечный паук, сидящий в засаде рядом со своей паутиной. Здесь слишком высокая концентрация звёздной энергии, чтобы звери оставались неразумными тварями. Они уже давно перешли в разряд коснувшихся звёзд. Если тебе так будет проще, то за пределами оазиса таких зверей называют монстрами. И стараются держаться от них подальше.

Как-то мне не верилось в подобное. Всем прекрасно известно, что любой зверь, что идёт по пути совершенствования и уже смог достичь стихии, невероятно силён. Таких зверей просто нет в оазисе. Иначе Безмятежный уже давно был бы уничтожен. В поселении никто не сможет противостоять столь сильному зверю.

Но сейчас это не важно. Необходимо собрать семена, найти подходящий отросток и спускаться. Чем раньше я вернусь в поселение, тем быстрее Шарли приступит к созданию эликсиров энергетического спокойствия.

— А вот людишки из этого поселения не понимают, что не нужно злить зверя. Сперва эти охотники, убили вожака на водопое. А затем два старых идиота вступили в схватку с убитой горем женой и погнали её прочь от поселения. Конечно, битва была на загляденье, но я так и не смог увидеть, чем же она закончилась. У подножия скалы собралось слишком много детей и мне необходимо было наблюдать уже за ними. — тяжело вздохнув произнёс рыжий.

Я же после его слов даже забыл, как дышать. Он сейчас совершенно точно говорил о моих стариках. Грегори и Дрейк исчезли, как раз в ночь пожара. Никому, ничего не сказали. Просто испарились. И вот теперь я слышу, что они вступили в схватку со зверем, что устроил пожар в Безмятежном. Невероятно сильным зверем, способным использовать стихию.

— Что стало с теми стариками? — спросил я, перебивая рыжего.

— Сказал же — понятия не имею. Отвлёкся на собравшихся у скалы детей. А потом не смог найти. Впрочем, и ту самку я тоже не смог обнаружить. Скорее всего, убили друг друга во время сражения. Подобное совсем не редкость, когда сражаются сильные идущие. Будь то звери, или люди. Всё равно они используют одинаковые обращения.

— Тогда мне точно нужно скорее спуститься. Я должен найти стариков. Они точно ещё живы! Может, лежат где-нибудь раненные и им требуется помощь?

А скорее всего, они снова превратились в овощи, истощив все запасы энергии из ядра хозяина западных джунглей. Но говорить это рыжему я не стал. Как и не стал больше терять время. Принялся собирать семена, просто срывая и закидывая их в короб. Я обязан спуститься с семенами и отростком. И просто не имею права распоряжаться жизнями двух сотен человек. Как бы я не хотел поскорее отправиться на поиски стариков, но семена и отросток сейчас важнее.

— Хватит уже ерундой заниматься и пойдём к господину. Он ждёт тебя. Даже не представляешь, какая это честь.

— Не пойду. Я должен помочь жителям Безмятежного. Должен принести отросток и семена.

— Что же вы все такие упёртые? Тебе должно быть плевать на этих людей. Они слабы и всегда будут тянуть тебя вниз. Это главная ошибка любого идущего, что не может разорвать прошлые привязанности. Это и не позволяет потом подняться в небо. Постоянно тащит обратно не землю. Но не мне об этом рассказывать, поэтому пойдём к господину.

Я не обращал внимания на рыжего, продолжая собирать семена. Уже всё сказал и не собираюсь менять своего решения.

— Слушай, парень я не буду стоять и уговаривать тебя вечно. Если сам не пойдёшь, то просто отнесу тебя к господину. Уверен, что он не будет ругаться, если немного помну тебя. Всё же твоё тело особенное и быстро придёт в норму.

После этих слов рыжий оказался рядом со мной и попытался схватить, но я оказался быстрее и смог увернуться. Причём сделал это чисто инстинктивно. Тело двигалось само. Мне же оставалось только удивляться этому. А ещё я вновь напитал все меридианы энергией. Пусть рыжий и был сильнее меня, но я не собирался сдаваться.

Мой противник рассмеялся, потом зарычал и бросился вперёд, но не успел сделать и двух шагов, как отскочил в сторону и выругался. На его пути поднялись несколько отростков скальника. Причём они были усеяны иглами, на которых поблёскивал яд.

Вновь послышался шелест и появился деревянный великан. На этот раз император скальник решил мне помочь.

— Ты куда лезешь деревяшка? Вернись к своим прямым обязанностям и не лезь в дела господина. Сам же чувствуешь, что парень идеально подходит. — выкрикнул рыжий, но великан его не слушал.

На этот раз он передвигался на удивление быстро и ловко. Словно не шёл, а просто скользил по густой зелени поляны. Скользил, чтобы встать между мной и рыжим. Закрыть меня своей спиной, на которой был закреплён отросток скальника.

Совсем маленький. Не больше моей ладони. Зато с отличной корневой системой, что была в несколько раз больше самого отростка. Даже на таком малыше уже имелась семенная коробочка. А ещё я ощутил, как ноги обвивают другие побеги. Как они подбираются к коробу и проникают в него. Печать Ска начала пульсировать нестерпимым жаром.

«Спасибо малыш».

Мысленно поблагодарил я Ска. Ведь это именно он смог уговорить своего отца помочь нам. Не только получить отросток скальника, но и собрать семена.

Рыжий предпринял ещё несколько попыток, обойти деревянного великана и схватить меня. Но всё было бесполезно. На этой поляне императорский скальник был самым могучим существом. И вообще всё это место покрывали тысячи побегов скальника, которые слушались своего императора.

Рыжий ещё немного покрутился и попал в ловушку. Сперва были окутаны его ноги, затем туловище и в конце руки. Я видел, что рыжий создавал одно обращение за другим, но все они поглощались скальником. От этого побеги начинали слегка светиться. А потом весь этот свет переходил в деревянного исполина.

Но смотреть за этим долго мне не пришлось. Поднялась очередная волна побегов и на этот раз они схватили уже меня. Схватили для того, чтобы потащить с огромной скоростью к спуску с вершины. Сюда я добирался несколько тысяч вдохов, а вот до спуска долетел меньше, чем за сотню. Всю дорогу я боялся лишь того, что короб может не выдержать такой скорости и просто развалиться. Ремни точно останутся целы, а вот сам короб…

Но всё обошлось. На пути побеги постоянно сменялись, предавая меня друг другу. А возле самого обрыва отпустили. Но это было ещё не всё. Появился очень толстый побег. Подобного я раньше ни разу не видел. Он был раз в десять толще обычного и мог с лёгкостью выдержать не только меня, но и ещё пару человек.

Побег медленно перевалился через край и продолжил своё движение. Всё было предельно понятно. Я ухватился за толстяка и начал спуск.

На этот раз никто не мешал. Клык был спокоен, как никогда. Побег медленно опускался, а мне оставалось только крепче держаться. Через сотню вдохов я увидел пещеру и услышал, доносящиеся оттуда завывания. Таркин продолжал скулить от страха. Не представляю, как он дальше будет жить, после всего, что с ним стряслось. Но это уже не мои проблемы. Сейчас я помогу парню, а со всеми последствиями нашего восхождения пускай сам разбирается.

Возле пещеры мне пришлось соскочить с толстого побега на более тонкие и уже по ним подобраться к входу. Дальше просто подтянуться и услышать, как оглушительно заорал Таркин.

— Демон! Не подходи ко мне!

— Сам ты демон! Чего так орёшь? Поднимайся я получил отросток, теперь мы можем возвращаться в поселение, — но парень даже не думал слушать меня. Он сидел с закрытыми глазами и весь трясся от страха. При этом что-то усердно бубнил себе под нос. — Сейчас развернусь и буду спускаться без тебя. А как немного проветришь мозги, так и сам спустишься. Если к тому времени никто не решит перекусить тобой.

Хотел помочь парню, но после всего увиденного желание совершенно пропало. На что будет способно это ничтожество, когда мы спустимся? Он же не принесёт поселению никакой пользы. Если только отдать его на постоянной основе Финиасу? Пускай занимается яками. Там ему точно нечего бояться. Ни один демон не полезет в их загоны.

Ещё немного подождал, так и не дождавшись хоть какой-нибудь реакции, кроме скулежа и вылез из пещеры. Не хочет, чтобы ему помогали, тогда сам во всём пусть разбирается.

Уже отполз на несколько шагов, когда раздался голос Таркина.

— Подожди Ян. Я не хочу оставаться здесь один, — голос парня дрожал, но он пытался перебороть себя. Правда получалось у него это не очень хорошо. — Только докажи, что ты не демон.

Точно мозги уже от страха совсем работать перестали. Каким образом я докажу ему это? Поэтому просто сказал.

— Я не демон. Если тебя это не устраивает, то можешь оставаться и дальше рисовать круги. Еды на пару дней у тебя хватит. А там, может, и сам спустишься. Только уже без моей помощи.

Похоже, что последний довод оказался самым весомым. Остаться без моей помощи во время спуска парень боялся сильнее, чем демонов. И это было правильно. Пока спускался сюда, я уже всё продумал. Таркин гораздо тяжелее меня, поэтому пускай спускается по толстому побегу скальника. Я же буду спускаться по тем, что под руку подвернутся. В любом случае я всегда смогу применить обращение магнита, а вот парень им точно не владеет.

Думал он недолго. Уже через пару вдохов начал пытаться вылезти из пещеры. Вот только сделать это без того, чтобы затронуть побеги скальника было невозможно. Даже несмотря на свой страх, парень не мог нарушить одно из главных правил собирателей. И конечно же он боялся впустить в тело яд. Но я уже поломал все иглы и ему точно ничего не грозило.

— Хватайся за побеги. Это единственный способ спуститься. Почти все иглы я уже обломал, можешь не бояться яда. В пяти шагах от меня висит очень толстый побег. Он легко выдержит даже тебя. Постарайся как можно быстрее добраться до него. Верёвка у нас закончилась, поэтому ничем не могу тебе помочь. Всё будет зависеть только от тебя.

Хоть я и сказал, что не могу ничем помочь, но всё равно решил в случае чего подстраховать парня. У меня уже было наготове обращение магнита. Попробую применить его к Таркину и если он сорвётся, то притянуть к себе. Практически то же самое, что показывал Айрон с копьём.

Парень ещё немного покрутился, выискивая подходящий выступ или трещину, но так ничего не найдя решился. Схватившись за три побега он выпрыгнул из пещеры и сразу после этого, она исчезла. На том месте осталась просто гладкая скала. Но Таркин этого уже не видел. Слишком он был сосредоточен на том, чтобы не сорваться.

Я в любой момент был готов создать обращение. И уже даже начал это делать, когда под весом парня оборвались два побега из трёх. Он каким-то чудом успел перехватиться и не упасть. А затем и добраться до толстого побега. Я всё это время висел в пяти шагах.

— Теперь просто спускайся, держась за побег. На нём нет игл. Понятия не имею, сколько времени нам придётся спускаться, поэтому рассчитывай силы. Вполне возможно, что не удастся отдохнуть до конца запретной зоны.

Это было действительно очень серьёзное испытание. Сюда мы добирались при помощи клиньев и верёвок. Позволяли себе отдыхать очень часто. А сейчас неизвестно, сколько придётся спускаться без отдыха. Конечно, я мог провернуть трюк с быстрым спуском. Только сейчас это было слишком опасно. Я понятия не имел, какое расстояние до земли. Слишком обманчиво всё было на клыке. Рыжий говорил, что он водил нас за нос, когда поднимались. Что расстояния на Клыке могут казаться очень обманчивыми.

Но кто помешает ему и сейчас начать пудрить нам мозги? Спуск окажется для нас бесконечным. А сами просто будем висеть на месте до тех пор, пока руки не разожмутся от усталости.

Больше говорить ничего не было нужно, и я начал спуск, стараясь держать Таркина в поле зрения. Хоть он и спускался по толстому побегу, но гораздо медленнее меня. Было видно, что парню даётся это очень тяжело. Слишком много сил и нервов он оставил в пещере. Оставил выдуманным демонам.

Несмотря на все мои опасения, через тысячу вдохов мы оказались на границе запретной зоны. Но ещё раньше мы начали натыкаться на наши клинья и обрывки верёвки на них. На одном из клиньев я нашёл оборванную лямку от короба. Оставить её здесь мог только старейшина Йорго во время своего падения. Я ещё через три клина я наткнулся на окровавленную железку. Надеюсь, старейшина не мучился и его смерть была быстрой.

Пока спускались, нас всю дорогу преследовал туман. И я чувствовал, что этот туман наблюдает за нами. Наблюдает, но не предпринимает никаких попыток помешать. В том, что это был рыжий, я не сомневался. Чувствовал то же самое, когда только встретил его.

Но следовало нам оказаться за пределами запретной зоны, как туман исчез. Солнце уже практически село, но света ещё было вполне достаточно, чтобы я смог увидеть Безмятежный, на улицах которого происходило что-то непонятное. Какие-то неизвестные люди с оружием бегали между домов. На поляне рядом с исполином собралась огромная толпа и там кто-то сражался. Во многих местах в небо поднимался дым от горящих домов.

А ещё я увидел зверей. И когда усилил зрение, понял, что один из этих зверей мой старый знакомый. Тот самый тигр, что едва не прикончил нас с Шарли.

Раны от огненного зелья уже затянулись на шкуре тигра, только они и не думали обрастать шерстью. Но это было не самое страшное. На шее у тигра был надет ошейник. Не зря мне в тот раз показалось странным, что у него так примята шерсть.

Этот тигр был чьим-то питомцем. И хозяина я обнаружил практически сразу. Всего в пяти шагах от тигра. Парень, не старше Лиро и в руках у него был окровавленный кинжал, а совсем рядом лежало тело кого-то из стражей поселения. Кого именно я не смог разглядеть. Но и этого вполне оказалось достаточно, чтобы понять — случилась беда. Именно об этом говорили мои старики в тот день на поляне. Защита оазиса пала, и к нам пожаловали гости.

— Что там происходит? — спросил Таркин, также увидев мельтешение и дым. Но я ничего ему не ответил, отпустил побеги и полетел вниз. Дейя. Я должен спасти Дейю. Будь эти люди хоть самыми сильными идущими, я обязательно защищу её.

Словно услышав мои мысли перед глазами, промелькнула красная ткань. Будто пояс просил спасти её хозяйку. Но меня не нужно было просить.

Глава 27

Спуск с запретной зоны дался мне куда проще и занял даже меньше времени, чем во время сбора семян. Если тогда мне потребовалось три обращения, то сейчас обошёлся всего одним. Буквально десять вдохов и я уже стою у подножия Клыка. Руки дико болели, но это не важно, скоро всё придёт в норму.

Оказавшись на земле, я услышал крики, доносившиеся из поселения. Усилил слух и смог разобрать звон железа. Кто-то сражался. Значит, не всё ещё потеряно. Охотники смогли дать отпор вторженцам.

Понятия не имею, где искать Дейю, поэтому побежал к её дому. Но перед этим достал последний клин и резак. А ещё скинул с себя короб, он будет мне только мешать. Заберу потом его, когда отыщу девчонку.

Сейчас мне главное — не вступать ни с кем в драку, а просто найти Дейю и отправить её на Клык. Уверен, что сейчас на скале самое безопасное место. Выходить за защитные формации нельзя. А оставаться в поселении, пока в нём орудуют чужаки слишком опасно.

Звёздная энергия уже привычно растеклась по меридианам, делая меня сильнее и быстрее. Я должен найти и спасти Дейю и для этого буду использовать всё, что только у меня есть. Плевать на сильный расход энергии. Плевать абсолютно на всё.

С этими мыслями я влетел в поселение, сразу же наткнувшись на четыре тела, что лежали во дворе кожевника Сомара. Три женщины и сам хозяин дома. Они лежали в луже крови и не двигались. Сам Сомар был вредным мужиком, а вот его жена и две, уже взрослые, дочери сильно отличались от него. Всегда приветливые и дружелюбные. Они несколько раз приходили вместе с Шарли заниматься моими стариками и всегда приносили какой-нибудь гостинец. А теперь их убили и вот так просто бросили на улице в луже собственной крови. Словно диких зверей.

Ярость начала подниматься во мне, заставляя источник выдавать меридианам ещё больше энергии. Хотя я думал, что уже выжал из него всё до капли. Но сила продолжала пребывать, а вместе с силой появлялся и жар. Я должен найти Дейю, пока ещё в состоянии держать обращение. Эта мысль мелькнула в голове, а затем я увидел, выходящего из-за соседнего дома незнакомца с оружием в руках.

В этот момент небо отозвалось громом, словно давая мне знак действовать

Здесь было нечего думать. Это один из чужаков. Ищет, кого бы ещё убить. Но он не смог сделать больше ни шага. Клин пробил его грудь насквозь. Даже не заметив сопротивления толстой кожаной накидки. Я убил человека и не испытывал никаких сожалений. Все, кто пришёл в Безмятежный со злым умыслом, должны умереть. И если потребуется, я сделаю это своими руками.

После убийства ярость даже не подумала ослабевать. Наоборот, она ещё сильнее стала захлёстывать меня, придавая сил. Пусть я стану тем идущим, что следует по пути смерти. Сейчас для меня это был неважно.

Жители Безмятежного столько лет боролись за жизнь. Столько лет провели в этом суровом месте и вот так просто пришли чужаки и стали их убивать.

Побежал дальше и через десяток шагов наткнулся на новые тела. Даже толком не разглядел, кто это был, но среди мертвецов четверо точно были не из поселения. Это уже обнадёживало. Не всё потеряно и ещё есть шанс, что охотникам удастся отбиться. Айрон должен суметь организовать защиту. СКорее всего, это именно он сейчас сражается.

Гром приближался, уже были видны молнии, что обрушивало небо в гневе на пустыню, окружающую оазис.

Я уже прошёл половину ремесленных лавок, когда встретил ещё одного чужака. Он сильно отличался от убитого мной. Также заметил меня и оскалился, подбрасывая короткий меч в правой руке. А ещё я ощутил, как к чужаку начала стягиваться энергия звёзд. Он собирался применить обращение, но я был быстрее.

Клин уже показал, что способен пробить кожаную броню чужаков, поэтому я собирался с его помощью прикончить и этого противника. Мой удар был нацелен в сердце, но вместо того, чтобы достичь цели, клин остановился, врезавшись в сталь. А потом я отлетел, получив сильнейший удар в грудь. Меня словно бревном огрели.

— А ты молодец. Смог сдержать удар воздушного молота и не поломаться, — произнёс чужак. — Какое обращение использовал для защиты? Стальную кожу? Или, может, уже стальную плоть? До костей ты точно ещё не добрался. Слишком молод. Максимум подобрался к ступени воина.

Применил магнит и тут же поднялся на ноги, чтобы в следующее мгновение снова броситься в бой. На этот раз чужак не стал применять обращения, а позволил мне подойти к себе и даже нанести ещё один удар. Он моментально встал, в какую-то очень странную стойку, держа свой клинок одной рукой за спиной и при этом даже закрыл глаза.

Я понятия не имел, что это за стойка, но упускать такой шанс не собирался. На этот раз я бил сперва левой рукой, в которой был зажат резак. Хотел обмануть своего противника, но он даже не пошевелился, когда каменное лезвие практически вплотную оказалось у его лица. Я заметил едва различимую вспышку, и мой удар прошёл мимо. Вот так ударить мимо стоящего без движений человека. Как так вообще возможно?

Затем я нанёс удар клином. Должен был проколоть чужаку грудь, но снова попал в пустоту. Даже не помогло то, что я сейчас стал гораздо быстрее. Что энергия звёзд наполняла мои меридианы, перегревая их.

— Парень, у тебя есть талант, — послышался голос чужака, но совсем из другого места. Не там, где я его видел. — И возраст самый подходящий, чтобы начать обучение. Банде Красных Скорпионов нужна новая кровь. Присоединяйся к другим детям из этого поселения, что уже согласились последовать за нами. Этим они сохранили жизнь себе и своим семьям.

В этот момент глаза словно затянуло чёрной плёнкой. На миг я ослеп, а когда зрение вернулось, то видел перед собой лишь тонкие светящиеся линии. Это была звёздная энергия, что сплела из себя силуэт чужака. А сам он стоял в пяти шагах слева, наблюдая, как я сражаюсь с этой марионеткой.

Это была именно марионетка, которой управлял опытный кукловод. И он очень удивился, когда клин полетел в него настоящего и ударил в грудь. Правда, плашмя, не причинив никакого вреда. Но и этого хватило, чтобы обращение сорвалось. Чужак скривился от боли, а дальше я моментально сократил расстояние между нами и ударил его резаком в горло. Я видел лишь, как кровь начала толчками вырываться из раны. И с этим чужаком было покончено.

Звуки боя становились всё ближе, а вместе с ними я услышал крики, и плачь. Все эти голоса я прекрасно знал. Они принадлежали женщинам Безмятежного. Сейчас я уже мог сказать, что сражение проходит на поляне. Под ветвями погибшего исполина.

И Дейя, скорее всего, находится именно там. Дядя Рен, не отпустит дочь, если будет знать, что ей может грозить опасность. Да и сама девчонка не станет лезть на рожон. Одно дело ругаться с Лиро и отговариваться старейшинам и совсем другое с этими чужаками. Пусть Дейя и была очень своенравна и могла сказать кому угодно и что угодно, но она точно не была дурой.

Только мне не давали покоя слова чужака. Неужели, кто-то из жителей поселения согласился примкнуть к этим людям? Я не хотел в это верить. Сколько прошло времени с того момента, как мы начали восхождение на Клык? День? Максимум два. Вполне могло сложиться так, что охотники покинули поселение и отправились за добычей. Поэтому я не встретил тел охотников, лишь стражей и простых жителей Безмятежного.

Узнать это смогу, только подобравшись к поляне. Но сперва мне нужно попросить помощи. Боюсь, что в одиночку я не смогу справиться даже с двумя чужаками. Первого мне удалось застать врасплох, впрочем, и второго также. Он не ожидал, что я могу смотреть сквозь его обращение.

Забежал в ближайший дом, стараясь не обращать внимание на мёртвые тела, что встречались по дороге. Спрятался за какой-то короб и провалился во внутренний мир.

— Ска, ты поможешь? — спросил я у малыша, который уже ждал меня возле дерева. В руках он держал шест, в точности такой же, как и тот, что мне дал рыжий. Он явно тренировался, размахивая шестом из стороны в сторону. Малыш был настроен весьма воинственно.

Он что-то начал верещать и прямо передо мной вырос исполин, что умер в день пожара. Рядом с исполином появилась человеческая фигурка, в которой легко можно было узнать меня. Фигурка подошла к дереву и приложила к нему ладонь.

Ска хотел, чтобы я подобрался к этому исполину и напоил его своей кровью. Тогда он поможет мне.

Но это было ещё не всё. Я наспех создал свой силуэт и спроецировал на него обращение, благодаря которому чужак создал свою марионетку. Разместил все линии в точности, как было у чужака и когда последняя встала на своё место, дёрнул за одну из нитей, что шла к ноге марионетки. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы марионетка переставила ногу.

Оказалось, что это обращение очень лёгкое, практически такое же, как и магнит. Главное, суметь создать свою копию в реальности, а дальше просто влить в неё энергию звёзд. Попробовал ещё пару раз создать марионетку, никаких проблем с этим не возникло.

Этого было вполне достаточно, чтобы я вернулся в реальность. Звуки сражения всё не стихали, а вот крики жителей поселения стали гораздо тише. Их заглушали уже, практически не прекращающиеся раскаты грома. Гроза была всё ближе.

Я выбрался из дома и направился к поляне. По пути мне больше не встретился ни один чужак. А вот ещё двух мёртвых жителей поселения я нашёл. Это был плотник Друго, которого Шарли совсем недавно исцелила от энергетического безумия. А рядом с ним лежал один из его подмастерьев — Рони, что в тот день сидел у своего наставника на ногах. Его глаза были широко раскрыты и смотрели в темнеющее небо. В руке был зажат топор, которым он и работал. Топор для меня оказался слишком громоздким, но он был гораздо лучше каменного резака.

— Я отомщу. Клянусь звёздами! — сказал я Рони, когда разжимал закостеневшие пальцы.

Дальше я добрался до своего дома и уже из-за его угла посмотрел, что творится на поляне. Под исполином собралось несколько десятков чужаков, все в броне и при оружии. Они окружили толпу жителей Безмятежного. В основном были женщины. Ни мужчин, ни детей я там не увидел. Чужаки оттеснили их к дальнему краю поляны. Сколько там было человек, я толком не мог разглядеть. Было уже довольно темно. А факелы, что только начали загораться, освещали только схватку Гавира и одного из чужаков. Не помогало даже усиление зрения.

А вот сражение было более менее видно. Опять же основной обзор закрывали спины чужаков.

Гавир сражался своим мечом, а чужак каким-то очень странным копьём, с широким и длинным лезвием. И судя по тому, что я видел страж не соперник этому человеку. Чужак игрался с Гавиром и мог прикончить в любое мгновение.

Все были очень увлечены этим боем. И это была отличная возможность для меня добраться до исполина. Ска обещал, что поможет, значит, он это сделает. Мне главное — найти Дейю и увести её из поселения. А там уже можно будет что-нибудь придумать и попытаться разобраться с остальными чужаками. Отомстить за всех убитых.

Только я собрался рвануть к исполину, как ощутил холод. И тут же спрятался за дом. А через несколько вдохов послышались едва различимые шаги. Совсем рядом проходил какой-то зверь. Вполне возможно, что тот тигр, с которым мне уже довелось столкнуться. Изо всех сил вжался в стену дома, словно собирался слиться с ней и начал молиться звёздам, чтобы зверь не учуял меня. Мне бы сейчас то зелье Шарли, но его у меня не было.

Шаги постепенно приближались, и через несколько вдохов зверь остановился. Теперь я слышал, как он втягивает в себя воздух. Пытается учуять добычу. Хорошо, что я не рассадил себе руку заранее, чтобы напоить исполина, как и говорил Ска. Иначе зверь учуял бы меня мгновенно. А так у меня ещё были надежды, что всё обойдётся. Я прижимался к обгоревшей стене. Её ещё не успели починить, поэтому запах гари точно должен перебить мой.

И если это тот самый тигр, то он сильно пострадал. Я уверен, что до сих пор ещё не восстановился. Хоть и я и не заметил на нём открытых ран, но такие повреждения не проходят бесследно.

Зверь ещё несколько раз втянул в себя воздух, затем странно фыркнул и чихнул.

— Пойдём лучше поищем на окраинах. В центре уже давно всех выловили, — раздался незнакомый голос и в ответ ему прозвучало что-то вроде рыка. А затем шаги стали удаляться.

Очень странно, я услышал, как двигается зверь, а вот человека не смог услышать, пока он не заговорил. Такой легко сможет подойти сзади и воткнуть в спину нож. Я видел несколько поселенцев убитых таким образом. Повезло, что этот человек не обнаружил меня.

Закрыл глаза и сосредоточился только на слухе. Шаги мягких лап отчётливо были слышны, как и лязг металла, и возгласы зрителей, и раскаты грома. Ещё смог разобрать треск догорающего дерева. Треск факелов и какие-то шорохи, довольно далеко от меня. А ещё я понял, что отряд чужаков не один. Их как минимум два и второй охраняет мужчин Безмятежного. Я слышал голос Стрикола и старейшины Торка. Они о чём-то тихо переговаривались, пока на них не рявкнул один из охранников. Раздался глухой удар и все разговоры прекратились.

Попытался усилить слух ещё больше, но ничего не вышло. Тогда я переключился на пространство вокруг дома. Рядом точно никого не было.

Просидел так тридцать вдохов, убедившись, что зверь и его хозяин ушли и позволил себе подняться. Дальше оставалось подобраться к исполину незамеченным. И это было самое сложное.

Мне необходимо было пробежать полсотни шагов по открытому пространству. Сделать это одновременно максимально быстро и незаметно. Того, что кто-нибудь услышит мои шаги, я не боялся.

Пусть меня никто и не учил, как правильно создавать обращения, но я уже понял, что возможно и самому научиться это делать. Сейчас мне нужно было бежать очень быстро, поэтому перераспределил энергию, что собралась в меридианах. Направил её всю в ноги. Разделил примерно поровну, между истоками в стопах и паху. Для того чтобы быстрее бежать необходимо укрепить мышцы, что я сейчас и попробую сделать. Вытолкнул накопившуюся энергию через истоки и представил, как она окутывает ноги, наполняет мышцы, делает их сильнее и прочнее.

Пара мгновений и я побежал.

Так быстро я не бегал ещё ни разу в жизни. Мне казалось, словно ноги живут своей жизнью, и я ими не управляю. А когда остановился, то едва не закричал от боли. Колени подогнулись и я оказался на земле, наткнувшись спиной на что-то твёрдое.

Ноги горели. Их не просто жгло. Казалось, словно внутри полыхал костёр, в который активно подкидывали дрова. Я даже забыл, что мне нужно сделать и где нахожусь. Исчезли все звуки и запахи. Знал лишь, что необходимо вернуть энергию из ног в источник. Но ничего не выходило. Словно что-то мешало ей пуститься в обратный путь. Словно разом заблокировались все уже открытые узлы. Оставалось только продолжать давить, причиняя себе ещё большую боль.

Я уже начал терять сознание, когда вновь промелькнула чёрная пелена перед глазами и боль стала утихать, а вместе с этим вернулись и все звуки. Как ни странно, но Гавир всё ещё держался. Лязг металла не стихал и вроде даже стал ещё интенсивнее. И это было мне только на руку.

Мне удалось вернуть энергию в источник. Причём не встретил вообще никакого сопротивления. С трудом поднялся на продолжающие гореть ноги и коснулся мёртвого дерева.

Понятия не имею, подействует моя кровь через кору, поэтому сперва оторвал небольшой кусок, открыв почерневшую древесину. Это оказалось очень легко. Кора уже практически превратилась в труху. Впрочем, сам ствол исполина не сильно отличался от коры.

Положил руку на лезвие топора, резко дёрнул в сторону и тут же приложил к стволу исполина. Пару мгновений ничего не происходило, я видел, как нечто тёмное начало стекать по стволу из-под моей руки. А затем всё исчезло. Словно ствол впитал кровь без остатка.

Раздался оглушительный треск, который гарантированно привлёк всеобщее внимание. А затем меня отшвырнуло от исполина. И сделал это, побег скальника, что вырвался из земли. Я увидел, как с верхних ветвей исполина спускается крошечное создание, окутанное побегами скальника. Угольки глаз создания пылали невероятно ярко. Помимо этого, погибшую оболочку Ска охватывало желтоватое свечение.

— Древесный дух! — завопил кто-то из чужаков.

— Приготовиться к созданию обращения изгнания! Всем быть предельно осторожными. В этом месте духи должны быть невероятно сильными. Не позволяйте ему коснуться себя.

Но было уже слишком поздно. Сотни побегов скальника вырвались из земли и обрушились на чужаков. Факелы тут же оказались на земле лишая всех нормального обзора. Началась невероятная неразбериха. И я побежал вперёд, не обращая внимания на боль в ногах. Побежал к тому месту, где держали пленников.

Дейя должна быть там. Я уверен в этом. Побеги продолжали вырываться из земли и тут же бросались на чужаков. А вот передо мной они расступались, давали спокойно пройти и всячески помогали.

Вот передо мной возник чужак с мечом в руках и его тут же окутали сразу несколько десятков побегов, убирая в сторону. Я видел, как острые иглы впиваются в тела там, где не было брони. Этого было вполне достаточно, чтобы впустить в тело яд. Большинство чужаков уже были поражены им. Но были и те, кому удавалось справиться, не позволить побегам схватить себя. И лучше всего это получалось у того чужака, что сражался с Гавиром. Он окружил себя неприступной стеной светящейся стали, с невероятной лёгкостью орудуя своим странным копьём.

В руках настоящего мастера оно крутилось невероятно быстро, уничтожая все побеги и не подпуская их к своему хозяину. Гавир уже был мёртв. Он упал возле одного из догорающих факелов и с улыбкой на мёртвом лице смотрел на исполина.

Всё это я заметил за те мгновения, пока бежал к нужному месту. Скальник атаковал только чужаков. И этого вполне хватило, чтобы жители Безмятежного бросились врассыпную. Но были и те, кто решил сражаться. Это оказались все мужчины и некоторые женщины.

— Где Дейя? — спросил я, подлетев к Лейле, которая подхватила меч, выпавший из руки уже мёртвого чужака. Девушка не собиралась убегать, она хотела сражаться.

Я слишком опрометчиво подлетел к ней и едва не получил удар мечом. В глазах девушки застыли слёзы. Она лишь отрицательно покачала головой и бросилась на ближайшего чужака.

Что было дальше, я уже не видел. Мне необходимо найти Дейю, или дядю Рена. Он точно должен знать, где его дочь.

Ещё несколько шагов в творящейся вокруг неразберихе и меня окатило холодом. Я уже прекрасно знал, что это за чувство и бросился в сторону, сбивая кого-то с ног.

— Ян? Что ты тут делаешь? Немедленно спасайся! — послышался голос старейшины Торка, который оказался рядом со мной на земле. Это в него я врезался и сбил с ног.

Старейшина был весь в крови, но смог быстро подняться и помочь мне.

— Где Дейя? — не обращая на происходящее вокруг, спросил я.

— Они увели всех детей младше пятнадцати циклов, — сказал старейшина, после чего упал передо мной на колени, склонив голову вперёд. Из затылка у него торчала деревянная рукоять.

А через мгновение по поляне, перекрывая всё звуки, громоподобный голос. И я почувствовал, как моё тело сковывает чужим обращением. И вновь чёрная пелена, промелькнула перед глазами.

— Всем Скорпионам в центр поселения. Убивайте всех, кого встретите. Кто-то из местных смог пробудить древесного духа. Никому не подходить к дереву ближе, чем на двадцать шагов.

Обращение должно было полностью сковать меня, но у него не вышло. Я смог отползти в темноту. Откуда было прекрасно видно, как беглецы стали возвращаться на поляну. А поселенцы, что решили сражаться, не могли ничего сделать. Их убивали на месте. Некоторые чужаки продолжали сражаться с побегами скальника, но основная масса уже освободилась. Все были ранены, а человек двадцать и вовсе мертвы. Яд скальника и ярость жителей Безмятежного забрала эти жизни.

Выжившие поселенцы начали собираться вокруг исполина, словно кто-то гнал их туда. Я не мог толком ничего разглядеть. Слишком темно уже было. Лишь различал неясные силуэты и мог предположить, кто это был. Вот старейшина Самшир, вот Астра, а вот и Лейла. Рядом с ней встала тётушка Суна и повариха Марла. Всего около шести десятков силуэтов.

Я смотрел за тем, что происходит, и продолжал отползать. Тяжёлые тучи нависли над Безмятежным, не позволяя звёздам выдать меня. Что-то мокрое упало на голову, затем ещё и ещё. Раздался оглушительный раскат грома и небо обрушилось на поселение сильнейшим ливнем. Через мгновение я уже был насквозь мокрым. Шум дождя, поглотил все остальные звуки, но не голос чужака.

— Возрадуйтесь, само небо решило оплакать вас.

После этих слов по глазам ударила ослепительная вспышка, лицо обдало жаром, и звук дождя перекрыл рокот пламени, что вспыхнуло на том месте, где стоял исполин. Огромный огненный столб поднялся в небеса, поглощая не только дерево, но и всех жителей Безмятежного, что стояли подле него.

Дождь пытался справиться с огнём, но был беспомощен перед стихией, созданной идущим. Клубы пара расходились по сторонам, пряча в себе чужаков, что стояли и смотрели на погребальный костёр, разожжённый их главарём. Иначе и быть не могло. Человек, сумевший зажечь это пламя, был невероятно силён. Не удивлюсь, если это мастер боевых искусств. Такой в одиночку сможет перебить хоть сотню подобных поселений. И этот столб пламени стал тому прямым доказательством. Я лишь мог смотреть на это, сжимать кулаки и стискивать зубы от бессилия.

Ярость, отчаяние и горе переполняли меня. Внутри зарождалось нечто страшное. Я готов был перегрызть глотку всем, кто причастен к уничтожению Безмятежного.

Кровь из прокушенных губ собралась во рту и пришлось её проглатывать, чтобы не захлебнуться. Это позволило мне хоть немного прийти в себя и собраться с мыслями. Понять, что если я сейчас брошусь на чужаков, то гарантированно умру. Напрасная смерть, которая не позволит мне отомстить.

Под прикрытием дождя необходимо убраться отсюда и спрятаться. Нужно подумать, что делать дальше. Дядя Рен сказал, что чужаки увели всех детей младше пятнадцати циклов. В том числе и Дейю. Значит, я могу помочь хотя бы им. Сталось только понять, куда именно их увели. А для этого мне нужно последовать за чужаками, когда они будут уходить из поселения.

Для этого мне потребуется оружие, эликсиры и пища. Где всё это достать я прекрасно знал и первым делом направился в землянку Шарли. Я не видел знахарку, среди пленных. Не видел её тела, пока шёл к поляне. Но надежд на то, что чужаки не добрались до её жилища, у меня не было. Оставались надежды лишь на то, что они не стали сразу забирать все эликсиры. Оставили это дело на потом.

Дождь не прекращался, как не прекращал пылать и огненный столб. Я уже был на другом конце поселения, но прекрасно видел пламя, что вздымалось до туч. Земля под ногами быстро превратилась в грязь, по которой было трудно идти. Да и тело слишком перенапряглось от количества звёздной энергии, что я долго удерживал в меридианах. Поэтому я я едва не упал в погреб Шарли, когда оказался рядом с ним, запнувшись об останки решётки.

Отыскав лестницу, я спустился на шесть ступеней и замер, оказавшись по колено в воде, которая продолжала прибывать. И думать нечего, что мне удастся найти здесь какие-нибудь эликсиры. Если они остались целы и не разбились, то всё равно придётся ждать, когда сойдёт вода. А столько времени у меня точно не было.

С трудом выбравшись, я направился к дому Айрона. Мне нужно было оружие. Всем прекрасно известно, что лучшие экземпляры хранятся в доме у старшего охотника. Сейчас я уже не боялся наткнуться на кого-нибудь из чужаков.

Обращение, что тянуло меня к поляне, продолжало действовать. Идущий, создавший его уверен, что все местные жители уже взошли на свой погребальный костёр. Как и в том, что все его люди собрались на поляне.

Дом Айрона был единственным в поселении, который закрывался на замок, сделанный кузнецом. Внутри хранилось оружие, поэтому такая страховка была необходима. Но сейчас двери просто не было. Она, как и часть стены, лежала рядом. Даже представить не могу, что здесь произошло?

Но для меня это было даже хорошо. Не придётся думать, как попасть внутрь. Раньше я уже пару раз бывал в этом доме и прекрасно знаю, где лежит оружие. Всех детей, достигших пяти циклов приводили сюда специально, чтобы показать его.

Также дом охотника был одним из немногих в поселении сразу с тремя комнатами. Подавляющее большинство домов имело всего одну комнату, а тут сразу три. В самой дальней и хранилось оружие. Здесь уже было очень темно и вообще ничего не видно. Поэтому я наткнулся на что-то тяжёлое и непроизвольно выругался, тут же одёрнув себя и замерев на месте. Испугавшись, что меня могут услышать.

Но дождь продолжал лить, и только из-за этого я не поспешил убраться прочь из дома Айрона. Чтобы услышать мои ругательства, человек должен находиться в паре шагов.

Дверь в следующую комнату нашлась довольно быстро, а вот дверь в оружейную пришлось поискать, и она оказалась закрыта. Причём закрыта изнутри. Я прекрасно помнил, что Айрон говорил нам, что такой замок в поселении всего один, и висит он у него на входной двери.

Но с того момента прошло много времени. Вполне могло статься так, что Варго смастерил ещё один замок. Но сколько я не искал, так и не смог найти его. Мне ничего не оставалось кроме как выломать дверь.

Напитал руки звёздной энергией и нанёс удар, выталкивая её из кулака. Раздался сильный треск и дверь оказалась пробита насквозь. Я сразу же начал шарить по двери с той стороны и наткнулся на древко копья, которое и не позволяло мне попасть внутрь. Собрался оттолкнуть его, но руку обожгло холодом, и я поспешил убрать её.

Через мгновение послышался глухой удар. Словно кто-то с той стороны орудовал тяжёлым молотом, что хранится в кузне Варго. Этот удар пришёлся по древку копья. Древко хрустнуло и теперь мне ничего не мешало, чтобы оказаться внутри и тут же врезаться в того, кто орудовал молотом.

К моему удивлению, я смог сбить этого человека с ног. Мы свалили несколько стоек с оружием, подняв оглушительный грохот. Но даже сквозь этот грохот и шум, беснующегося дождя я смог услышать стон. Стон боли, который принадлежал Лиро. Его голос я смогу узнать в любых условиях.

— Лиро, это я Ян. Ты чего здесь делаешь? — прошипел я, поднимаясь и пытаясь нащупать хоть что-нибудь вокруг.

— Звёзды решил покарать меня и прислали для этого демона, — затараторил Лиро.

— Думай что хочешь. Я собираюсь взять оружие и отправиться за пленными детьми. Ты что-нибудь знаешь о том, куда их увели?

Лиро ещё не поправился после того случая. Шарли говорила, что он проваляется как минимум средний цикл. Всё же я врезал ему очень хорошо. Едва не отправил на тот свет.

— Я даже не знаю, что происходит снаружи… Мама спрятала меня сюда, наказала подпереть дверь изнутри и ни в коем случае не выходить… А потом я услышал, странные голоса…. Они говорили, что через пару дней оазис будет полностью в их власти… Что больше никто не посмеет забирать себе их энергию… Всё это я помню лишь урывками… Перед этим принял эликсир Шарли, а от него я сильно хочу спать… Поэтому и решил, что всё услышанное мне приснилось… И проснулся оттого, что кто-то сломал дверь в оружейную… И это оказался ты…

Парень явно был не в себе. Даже по голосу было слышно, насколько он заторможен. Шарли давала ему какие-то очень сильные эликсиры. Каким-то чудом ему удалось отлежаться в оружейной. Мать спасла Лиро. Спасла ценой своей жизни.

— На поселение напали чужаки. Все жители уже мертвы, а детей они увели. Я собираюсь последовать за ними и освободить пленников. Поэтому не мешай мне. Лучше помоги найти какой-нибудь меч получше.

Но Лиро уже не слушал меня. Он принялся бубнить себе под нос, что-то про отца. Про то, что он обязательно вернётся и убьёт всех, кто посмел напасть на Безмятежный. Было понятно, что добиться от парня, я ничего не смогу. Поэтому начал на ощупь искать себе подходящее оружие. В любом случае я не смогу понять хороший меч или нет, поэтому возьму первый попавшийся.

Потребовалось всего пять вдохов, чтобы я нащупал широкое лезвие. Это точно был меч. Взял его и двинулся прочь из оружейной. Одного меча для меня будет более чем достаточно.

— Беги из поселения. Здесь больше никого не осталось. А ещё лучше попробуй примкнуть к чужакам. Они забирают всех детей младше пятнадцати циклов. Я тоже ухожу, попробую освободить…

— Ты идёшь только за девчонкой, — полностью уверенный в своих словах, перебил меня Лиро. И я не стал этого отрицать. — Что с Таркиным? Вы смогли достать побег скальника?

— Когда я спрыгнул с Клыка, он был на границе запретной зоны. Что с ним случилось после того, как спустился, понятия не имею. Побег я достал, как и смог набрать полный короб семян. Но это уже не важно. Не кому готовить эликсиры и не для кого. Прислушайся к моему совету. Выживешь и сможешь отомстить.

Больше задерживаться здесь я не стал. Теперь необходимо заглянуть на склад продовольствия и приготовиться к долгой дороге. Я понятия не имел, сколько потребуется времени, чтобы нагнать ушедших. И сколько нам придётся плутать по джунглям, когда я освобожу Дейю. В том, что я это сделаю не было никаких сомнений.

Я обещал ей, что вытащу из Безмятежного и мы вместе поступим в школу боевых искусств. И я это сделаю. Пусть мне и придётся отбивать её у чужаков, это ничего не меняло. Они пришли в наше поселение с мечом, от него и погибнут.

Я ощущал, как внутри меня зарождается какое-то новое, неизведанное до этого момента чувство. Я хотел убивать. Убивать тех людей, что принесли в поселение горе. Но для этого должен стать намного сильнее. Тот идущий, что уничтожил исполина вместе со всеми жителями Безмятежного, очень силён.

В голове вновь послышался треск пламени, и перед глазами в небо поднялся столб пламени. Я зарычал. Даже не заметил, как вместо складов с продовольствием направился в сторону поляны. Туда, где всё ещё продолжало бушевать пламя. Туда, где собрались чужаки.

С каждым шагом моя уверенность только росла. Хоть я и понимал, что совершаю чудовищную ошибку. В лучшем случае меня убьют на месте. Но это был ещё один шанс скорее встретиться с Дейей. Я подходящего возраста и они могут отправить меня к другим детям из поселения. Правда, это будет только в том случае, если им удастся меня поймать.

Дождь продолжал лить. Гремел гром, и сверкали молнии. Вот бы мне сейчас научиться управлять буйством стихии. Тогда ни один чужак не смог бы избежать наказания. Я испепелил бы их всех, а затем двинулся освобождать пленников. Но подобное возможно только в рассказах стариков. Стихия для меня была недоступна. Лишь особенное тело, единственная звезда, этот меч и Ска. Вот и всё, что у меня было. Но это меня не остановит. Я убью их всех. И начну прямо сейчас.

Сам не понял, катим образом, но я смог уловить шаги даже за шумом дождя. А затем, словно различил силуэт человека и какого-то зверя, очень похожего на кабана. Причём смог различить это за недостроенной стеной.

Потребовалось всего два шага, чтобы я оказался возле стены и когда человек начал выходить из-за неё, нанёс удар. Меч ударил снизу вверх, пробивая голову чужака, а через мгновение по ушам ударил яростный рёв зверя, потерявшего своего хозяина. Я уже собирался вступить в новый бой, но этого не потребовалось. Зверь не смог сделать и шага, умерев следом за своим хозяином.

На клыке у кабана висел кусок человеческой кожи. Он убил кого-то из жителей поселения. И это осознание подняло внутри меня очередную волну гнева. Зверь уже был мёртв, но меня это не остановило. Меч обрушился на массивную голову, пригвоздив её к земле. Клинок слегка светился от наполнявшей его энергии звёзд. И теперь я знал, как смогу убить чужаков.

Это обращение само появилось в голове. И появилось оно в самый подходящий момент. Но продержалось всего несколько вдохов. Энергия подошла к концу. Слишком много я тратил её сегодня.

Даже не думая, я оказался в нужной стойке. В том варианте, что видел в книге стариков. Закрыл глаза и полностью сосредоточился на поглощении энергии. Дождь продолжал лить, а я стоял возле двух трупов.

Потребовалось около сорока вдохов, чтобы источник оказался полным. Правильная стойка действовала намного эффективнее. К тому же я чувствовал, как сюда кто-то приближался. Три человека. И приближались они со стороны поляны.

Сверкнула молния и осветила три высокие фигуры, с оружием на изготовке. Два копья и меч. Они так же прекрасно видели меня, как видели и тела под моими ногами. Тушу кабана они точно смогли узнать. Поэтому не было никаких сомнений, что я враг.

Меридианы вновь наполнились силой. Я ухватил рукоять меча, что продолжал торчать в голове кабана и выдернул его, готовясь к схватке. Одновременно с этим пустил энергию в клинок, заставляя его светиться. Это действие заставило чужаков остановиться. Но уже через мгновение копейщики продолжили движение, а мечник помчался в сторону поляны.

Я видел, как он сделал несколько шагов и упал, пронзённый копьём. В свете от молний появился ещё один силуэт. Силуэт, который был мне отлично знаком. Силуэт, с которым я сражался очень много раз. Это был Лиро.

Теперь нас стало двое на двое. Вот только чужаки явно не рассчитывали, что на них нападут со спины. Расстояние между нами стремительно сокращалось. Ещё пару шагов и они смогут нанести удар. Лиро настиг их раньше. Было видно, что отец научил его обращаться с копьём. Парень нанёс всего два удара. Два удара, в которые он вложил все силы без остатка. И если первого чужака Лиро смог убить, то второго лишь ранить.

Это был опытный воин, он смог выстоять после удара Лиро, отскочил в сторону и ударил в ответ. Но я оказался быстрее. Меч обрушился на беззащитную голову и расколол её словно перезревшую тыкву. Копьё выпало из рук мертвеца, не достав до Лиро пару ладоней. Но он и без этого не мог больше держаться на ногах.

Я тут же полетел к парню и подхватил его под руки. В этот момент кто-то сзади положил мне на плечо руку и я не глядя ударил локтем. Ощутил, как попал во что-то твёрдое. Даже показалось, что услышал хруст ломаемых костей. Отпустил Лиро и развернулся, собираясь добить противника. Но вместо чужака я увидел зажимающего руками нос Таркина.

Я и не думал, что он рискнёт сунуться в поселение после того, как найдёт первых мертвецов. Но всё оказалось иначе. Очередная вспышка молнии позволила мне увидеть, что Таркин также был вооружён. Причём мне показалось, что это было оружие наших охотников. Но они никогда не оставляли его дома, если отправлялись в джунгли, а среди мертвецов я не видел ни одного охотника.

Всё встало на свои места, когда через несколько вдохов появились ещё четыре силуэта. Одним из них был Айрон. Его могучую фигуру нельзя было спутать ни с чем. Окровавленные и раненые охотники тут же подбежали к нам. Они явно уже встретили чужаков и смогли выйти из схватки победителями.

— На поселение напали разбойники, — заорал Айрон, пытаясь перекричать шум дождя и раскаты грома, после того как убедился, что с сыном всё в порядке. Немного отдохнуть и он сможет сражаться. — Мы должны отомстить. Все они умелые воины и побывали не в одной схватке. И если вы боитесь, то можете бежать в джунгли. Даже там шансы на выживание будут выше.

Я отрицательно мотнул головой. Даже с Айроном и ещё тремя охотниками у нас не было ни единого шанса на победу. Слишком силён главарь чужаков. Да и они все были опытными воинами. Все мои победы — это чистое везение. А последнюю троицу и вовсе убил Лиро.

— Я буду сражаться. — ответил я и Айрон кивнул мне. — Основная масса чужаков сейчас находится на поляне. Они убили всех. Устроили огромный погребальный костёр.

Столб пламени продолжал полыхать, поэтому лишних объяснений не требовалось

— У нас нет ни единого шанса на победу, поэтому возьми это, — Айрон протянул мне пузырёк со знакомым содержимым. — Эликсир позволит нам забрать с собой как можно больше разбойников.

Этот же эликсир он дал и Лиро с Таркиным. После его приёма мы гарантированно умрём. Но об этом охотник ничего не сказал. Да оно и не нужно было.

— А теперь вперёд, наши близкие будут отомщены.

Айрон махнул охотникам, что стояли на страже, пока он разговаривал с нами и двинулся к поляне. Схватил его за руку, чтобы задать всего один вопрос.

— Вы уже выпили этот эликсир?

Охотник не стал ничего отвечать. Но и без этого мне всё стало понятно. Было слишком темно, редкие удары молнии не давали ничего толком разглядеть, но я всё же смог заметить дыру в груди Айрона. Он уже должен умереть, но продолжал двигаться и даже собирался броситься в свой последний бой. Скорее всего, и другие охотники также прибегли к помощи смертоносной алхимии.

Просто кивнув Айрону, отпустил его руку, и мы побежали в сторону поляны. Эликсир я держал в левой руке, в правой сжимал меч, а внутри у меня продолжала бушевать буря. После встречи с Лиро, Таркиным и охотниками, я ещё сильнее захотел перебить чужаков. Всех до единого. Лично перерезать глотку каждому, а потом ещё наведаться к их семьям.

Среди жителей Безмятежного не было плохих людей. На их долю и без всего этого выпало множество тяжких испытаний. И когда появилась надежда. Когда мне удалось достать отросток скальника, появились чужаки и просто перебили практически всех. Оставив в живых лишь детей, которых собрались сделать своими рабами.

Моим мыслям вторили раскаты грома. Вновь появилось то чувство, что напугало меня. Но на это раз я не стал пытаться его подавить. Внутри начало зарождаться, что-то невероятно могущественное. Что-то, что позволит мне отомстить.

Мысли неслись с бешеной скоростью и я едва не пропустил момент, когда все резко остановились. Мы замерли на границе жилых домов. Закрытые от чужаков продолжающим полыхать исполином.

Айрон поднял над головой своё копьё и в этот момент рядом с исполином в землю ударила ветвистая молния. Знак, что послали нам звёзды.

Мы все последовали примеру Айрона, вскинули к небу своё оружие и бросились вперёд, стремительно сокращая расстояние с пылающим исполином.

Я видел, как на ходу Лиро и Таркин опрокидывают в себя эликсиры, как охотники начинают создавать обращения, как тяжёлые капли дождя падают на землю, разбиваясь на множество брызг. И с каждым шагом мне казалось, что это происходит всё медленнее и медленнее.

Вот мы обогнули исполина, разделившись на два отряда. Чужаки не растерялись и тут же направили на нас своё оружие. До них было ещё шагов двадцать, когда в нас полетели первые стрелы и обращения. В шаге от меня бежал Ригол, который смог отбить три стрелы и в ответ бросить сгусток звёздной энергии в чужаков. Этот сгусток столкнулся с похожим и исчез.

С другой стороны от меня бежал Таркин и он не обладал умениями охотников. Поэтому первая же стрела заставила парня запнуться. Стрела пробила левое плечо, но Таркин сжал зубы и продолжил бежать. Эликсир Шарли не даст ему умереть так легко.

Меня обдало холодным ветром и в следующую секунду из-под ног выскочили несколько десятков побегов скальника, блокируя все стрелы и обращения, что летели в меня.

— Умрите! — пронёсся оглушительный вопль Айрона.

Он вложил в это обращение всю энергию, что у него была. Но это заставило лишь вздрогнуть некоторых чужаков. Я посмотрел в сторону и увидел, что на ногах остался только отец Лиро. Другие охотники уже лежали без движения, утыканные стрелами. Действие эликсира Шарли подошло к концу.

Айрон резко ускорился и преодолел расстояние до первых чужаков за одно мгновение. Его копьё бросилось к первой цели, но разлетелось на щепки, встретившись с ладонью главаря разбойников.

Мне оставалось шагов пять до чужаков, когда что-то просто откинуло меня в сторону. Словно в грудь ударил сокрушительный поток ветра. Когда падал, смог разглядеть, как рука главаря разбойников с лёгкостью пробивает тело Айрона. Но охотник даже сейчас не сдался. Он нашёл в себе силы, чтобы схватить разбойника за горло, а потом его тело разорвало на куски. Главарь просто переступил через останки сильнейшего человека в Безмятежном и двинулся к следующему охотнику.

Я упал и начал скользить по грязи. Вот Таркина настигли ещё несколько стрел. Одна пробила колено, и парень кубарем покатился по грязи, но нашёл в себе силы и начал ползти к чужакам, которые уже просто забавлялись. Даже не стали добивать его, как и других раненых. Они не видели в нас никакой угрозы. Оставили своему главарю, который подходил к уже мёртвым охотникам и отрывал им головы, а затем бросал в огонь.

Я выронил меч, но мог сражаться и без него. С трудом поднялся на ноги, но перед этим создал обращение марионетки. Моя копия, сплетённая из звёздной энергии, осталась лежать в грязи, в то время как я начал срывать пробку с эликсира. Я должен убить главаря разбойников. Отомстить за то, что он сделал с жителями поселения и сейчас делает с охотниками.

Пробка выскочила, и я поднёс пузырёк к губам, твёрдо решив отомстить. Мне оставалось лишь надеяться, что организм справится с этим ядом. Что я смогу выжить и отыскать Дейю. Смогу выполнить данные ей обещания и вернуть пояс её матери.

Пузырёк уже был возле моих губ, когда главарь разбойников оказался возле Лиро. Он схватил парня за горло и поднял его на вытянутой руке, словно оценивая. Решая, убить его или схватить, как и остальных детей. Я даже замер на мгновение, заметив, как в правой руке Лиро сжимает обломанный наконечник копья, как его рука начинает слегка светиться от вложенной в неё энергии. Резкий удар, за которым даже мне оказалось сложно уследить, и лицо главаря разбойников озарила кровожадная улыбка.

Наконечник копья угодил ему точно в глаз, но так и замер, не сумев пробить его. Главарь, что-то сказал и сдавил руку, отчего голова отделилась от тела Лиро. В этот момент она развернулась таким образом, что глаза смотрели прямо на меня. Я видел, как жизнь покидает их. И в этот момент произошёл взрыв. Ярость, гнев и злость поглотили меня. Глаза заволокло чёрной пеленой, которая совершенно не мешала обзору. Наоборот, так я видел намного лучше. Не мешала темнота, ни дождь, вообще ничего.

А ещё эта чернота показалась мне невероятно родной и знакомой.

Я просто вытянул руку в сторону главаря, и он отлетел на десяток шагов, получив разряд чёрной молнии в грудь. После чего я переключился на других разбойников. Воздев руки к небу, обрушил на них чёрные молнии. Против которых они не могли защититься. Но этого было мало. Я хотел, чтобы умерли абсолютно все, кто посмел напасть на Безмятежный и уничтожить его. И тогда столп чёрных молний обрушился на меня. Полностью поглощая. Растворяя меня в себе. Делая меня сгустком чёрной ненависти.

Сознание начало растворяться в этой непроглядной черноте. Успел подумать, что малышу Ска без меня будет одиноко и я не смогу выполнить обещания данные Дейе. Лишь месть. Всё, что осталось мне и от меня.

Глава 28

Отряд Фараха Жало уже приближался к границам поселения, когда резко начала расти концентрация звёздной энергии. Приблизительно в центре поселения появился кто-то очень сильный. Едва ли уступающий самому Фараху и это было очень дерьмово. Они только проводили детей и передали их в руки наставников, что ждали на границе с оазисом.

Дальше необходимо было вернуться в поселение и разобраться с оставшимися там людьми. Он не мог допустить, чтобы хоть один из этих поселенцев остался жив. Оазис Безмятежности являлся одним из самых малоизученных тайных мест и всё из-за невероятно мощной формации смерти, что охраняла границы оазиса.

Семь лет назад эти границы исчезали, когда рядом с оазисом бился его основатель. Агарес Чёрный своей силой на время смог убрать формацию смерти. Но тогда никто не осмелился приблизиться к месту, где случилась одна из величайших битв за последние двадцать циклов. В ней погибли сразу три столпа. Три сильнейших идущих континента.

Как раз в то время Фарах только создал банду Кровавого Скорпиона и выбрал своей базой место неподалёку от оазиса Безмятежности. Место идеально подходило, чтобы прятаться от властей близлежащих городов, что приносили основную часть доходов в казну банды. И вот недавно он почувствовал, что формация смерти начала слабеть.

Фарах сразу же собрал воинов и отправился в сторону оазиса. Они разбили лагерь и стали ждать. Прошло уже больше двух средних циклов. Люди начали роптать. Им не нравилось, что банда просто сидит в одном месте. Сидит ничего не делая. Ни на кого не нападая. Не грабя караваны.

Фараху даже приходилось пару раз жестоко подавлять начинавшие зарождаться бунты. Смерти бунтарей ненадолго проясняли головы остальных. Он даже всерьёз начал задумываться над тем, чтобы снять воинов и повести их в набег. Но этого не потребовалось. Разведчикам удалось найти брешь в формации смерти.

Сперва внутрь были отправлены укротители. Их звери идеально подходили для изучения джунглей. И он не прогадал, когда сделал ставку именно на укротителей. Самый молодой из них вскоре принёс новости, которые заставили Фараха наплевать на безопасность и приказать своим людям войти в оазис, через эту брешь.

Он не мог допустить, чтобы кто-нибудь завладел сокровищами тайного места раньше него.

Людьми, которых обнаружил укротитель, оказались поселенцы, чудом сумевшие попасть на территорию оазиса, и оказаться там в ловушке. Им ничего не оставалось, кроме как основать поселение и начать жить на этих благословенных звёздами землях.

Культивация здесь шла минимум в шесть раз быстрее, чем в других частях континента. Все растения в оазисе были наполнены звёздной энергией. Впрочем, как и животные. Вернее, монстры. Джунгли оазиса кишели монстрами. Но как ни странно, эти монстры совершенно спокойно относились к людям. Всего четыре раза они попытались напасть на людей Кровавого скорпиона. Отбиться удалось практически без потерь.

Но растения и монстры были не самым интересным. Среди поселенцев нашлось почти три десятка детей, чей потенциал Фарах оценил даже выше своего. Почти три десятка идущих, которые будут преданы только ему. С этой силой Кровавые Скорпионы смогут подмять под себя все банды континента. Нужно будет всего лишь подождать несколько лет. Пока дети, взращённые в тайном месте, не смогут прорваться к рангу воинов. Дальше у него есть средство, как подстегнуть их развитие вплоть до мастеров. И тогда его банда сможет диктовать условия даже некоторым школам боевых искусств.

Но чтобы воплотить эту задумку в жизнь, сперва необходимо разобраться со всем в оазисе. Прикончить всех, кто столько лет пользовался дарами тайного места и собрать так необходимые Фараху для прорыва ингредиенты. Для этого необходимо будет забраться на скалу, что была создана самим Агаресом во время его прорыва на ранг Святого боевых искусств.

Из сотен разрозненных рассказов Фарах смог выяснить, что подняться на скалу могут лишь дети не достигшие шестнадцати циклов и имеющие вес не больше пятидесяти мер. В его отряде имелось три таких воина. Одним как раз и был укротитель, что сообщил о людях, что жили в оазисе. И сейчас на территории поселения этих людей происходило нечто непонятное.

Фарах никогда не сможет подняться в небо. Слишком слаб он был для этого. Но имелись и другие способы быстро добраться до места. Невероятно дорогие, но чрезвычайно эффективные. Он достал амулет переноса и раздавил его, щедро вливая в осколки звёздную энергию. А уже через мгновение оказался посреди неистовства чёрных молний.

Сила Агареса Чёрнога уничтожила практически всех его воинов. В живых осталось не больше двух десятков из сотни. Они находились под защитой заместителя Фараха. Воина, сумевшего зажечь одиннадцать созвездий на данном этапе и уступавшего культивацией лишь Фараху.

Чёрная молния ударила в главаря Кровавых скорпионов, заставив раскалиться один из защитных амулетов. Но Фарах не обратил на это внимание. Он уже видел, кто стал причиной этого бедствия. Парень лет пятнадцати висел в паре шагов над землёй. Его тело было охвачено чёрной дымкой, глаза наполнены непроглядной темнотой, рот распахнут в беззвучном крике, а рядом развивались концы красного пояса, словно кровавые полосы.

Несмотря на проливной дождь, капли дождя не касались парня. Чёрная дымка поглощала их, как поглощала и все атаки, что отправляли в парня люди Фараха. А в ответ летели чёрные молнии.

Раньше он уже слышал о подобном. Энергетическое буйство. Одно из самых страшных умений, что может покориться идущему. И только благодаря тому, что в своё время он пытался изучить эту технику, Фарах знал, что нужно делать для её нейтрализации. Сложнейшее обращение, которое он в своё время довёл до совершенства.

Единственное, о чём жалел Фарах, что ему придётся убить парня. Слишком многих воинов Кровавого Скорпиона он сегодня уничтожил.

Первым делом Фарах бросил своему заместителю накопитель, чтобы он гарантированно продержал защиту нужное время, а затем начал создавать обращение.

Сотни светящихся белоснежных точек, рождённые силой Фараха собрались вокруг его тела, поглощая все чёрные молнии, до которых только могли дотянуться. Эта техника отняла у главаря Кровавых скорпионов практически все силы, но он был очень доволен собой. Просто протянул руку вперёд и рой светляков кинулся в атаку, полностью скрывая обезумевшего парня в себе. Создавая вокруг него сдерживающий кокон.

Как только это произошло, буйство чёрных молний прекратилось, а вместе с ними успокоился и дождь. Слышен был лишь треск огня, что освещал побоище, устроенное на небольшой поляне.

— Осмотрите наших. Может, кому удалось выжить. Не жалейте эликсиров для них. А я должен убить мальчишку. Невероятно, что мы наткнулись на такого монстра в этом поселении. — отдал распоряжения Фарах и двинулся к белому кокону, что продолжал висеть над землёй.

Но не успел он сделать и десяти шагов, как перед парнем встал идущий, которого главарь не ожидал здесь увидеть.

— Забирай своих людей и убирайся из оазиса. У вас есть всего один шанс. Сегодня было слишком много смертей. Священная земля достаточно напилась кровью.

— Что глава школы Пустынных странников забыл в этом месте? — спросил Фарах, пытаясь понять, что ему делать. Перед ним стоял пиковый мастер. Идущий, которому остался всего один шаг до того, как подняться в небо. Он в одиночку может уничтожить десяток таких банд, как Кровавые Скорпионы.

Фарах понимал, что вступить в противостояние с этим соперником, всё равно что совершить самоубийство. Но он не мог оставить парня так просто. Он был обязан отомстить за своих людей. Все они присягнули Фараху на верность. Единственное, что он сейчас может сделать для погибших — отомстить.

— Твои люди увели детей из этого поселения. И судя по тому, что я видел это очень перспективные дети. Не совершай ошибок. Я не стану отнимать у тебя этих детей. Дам возможность возвысить банду. И даже позволю лично тебе зайти в оазис и совершенствоваться здесь два малых цикла. С этого момента территория оазиса Безмятежности переходит под защиту школы Песчаных Странников. Основатель школы — Песчаный Акмаль, простирает над этой тайной землёй свою руку.

— Не слишком ли много вы на себя берёте? — раздался ещё один голос и Фарах тут же посмотрел в сторону, откуда он исходил.

Из-за продолжавшего полыхать дерева вышла женщина, чьё тело было скрыто под церемониальными одеждами школы Ядовитой Лилии. Одной из сильнейших школ Юга. Школы, где мужчинам не место. Фарах мог с уверенностью сказать, что это была глава школы — Алая Гюрза. Также пиковый мастер.

Только Гюрза находится на этой ступени уже очень давно, в то время как Арам, взошёл на неё буквально пару лет назад, в тот момент, когда Песчаный Акмаль отошёл от дел и фактически сделал парня главой школы.

Фарах уже не понимал, что ему делать. Если в присутствии Арама он ещё мог попытаться прикончить мальчишку, то теперь даже не стоит дёргаться. Необходимо было уносить ноги и спасать выживших. Всё же Арам дал ему такую возможность, а вот Гюрза точно не будет столь щедрой с мужчинами, что убили столько женщин.

— Не вмешивайся, старуха. Вашей школе никогда не удержать оазис. Старость не щадит никого, и твой учитель уже не сможет ничего противопоставить моему. За долгие годы стагнации она растеряла свою силу. Когда об этом узнают другие школы, для вас настанет эра заката. — качая головой, произнёс Арам.

— Они узнают об этом ещё не скоро. К тому времени я уже смогу подняться в небо и позиции нашей школы не пошатнутся.

Этих слов всем оказалось вполне достаточно, чтобы оценить сложившуюся ситуацию. Фарах бросился к своим людям и на этот раз решил использовать самую ценную вещь, что у него была. Амулет последнего шанса, что способен спасти даже от гнева бога боевых искусств. Последнее, что видел Фарах, перед тем как появиться в центральном лагере банды, как с рук Гюрзы срываются тысячи ядовитых игл.

Два пиковых мастера вступили в схватку. Вполне возможно, что оазис Безмятежности перестанет существовать в том виде, в котором они его видели. Не тронутой останется лишь скала, которая и создала весь оазис.

Кровавым Скорпионам необходимо срочно уходить из этой части пустыни и лучше всего будет укрыться на землях северной империи. Благодаря детям из этого поселения, Фарах сможет купить защиту даже от столь сильных школ, как Песчаные Странники и Ядовитая Лилия.

— Приказывай всем собираться. Через тысячу вдохов мы уходим отсюда. Наша цель земли северной империи. Двигаться будет очень быстро, поэтому лишний хлам оставьте здесь.

* * *

Арам не ожидал, что ещё кто-нибудь из великой пятёрки сможет узнать об ослаблении защиты оазиса. И тем более, прорваться через неё, не имея ключа. Появление старухи из Ядовитой Лилии стало для него полной неожиданностью. Слишком беспечным он был и пренебрёг наставлениями учителя, не позаботившись о безопасности, когда ступил на священные земли.

Теперь ему ничего не оставалось, только схватка. Лишь один из них сможет уйти из оазиса живым. Только одна школа получит власть над тайным местом. И оба они прекрасно понимали, что это позволит их школам стать сильнейшими на юге.

Ведьма была здесь в более выгодном положении. Все сильнейшие техники Арама были завязаны на песок, но это не означало, что он собирается проигрывать. В руках главы школы Песчаных странников появился цеп, который тут же ударил по старухе. Шипастый шар, что находился на конце цепа, резко увеличился в размерах и от его удара содрогнулась земля у них под ногами.

Но эта атака не принесла никаких результатов, старуха с лёгкостью уклонилась от неё и выпустила в Арама рой смертоносных игл. Навстречу иглам устремились сгустки энергии, высвобожденные Арамом. Техники мастеров боевых искусств столкнулись и не смогли определить победителя. В степени умения создавать обращения и по энергетическим запасам Гюрза и Арам были равны, поэтому оба понимали, что победит в схватке тот, кто лучше овладел своим телом. Кто смог дальше продвинуться на пути владения боевыми искусствами.

Кулак встретился с кулаком, порождая чудовищную по своей силе ударную волну. Всё, что встречалось у неё на пути, тут же превращалось в пыль. Исчезло пламя, что бушевало даже под проливным дождём. На месте остался лишь белый кокон, что сдерживал в себе энергетическое безумие. Арам собирался стабилизировать находящегося в ловушке парня. Он ощутил его невероятный потенциал и хотел взять парня к себе в ученики, но появилась старуха и разрушила все его планы.

Каждый удар мастеров сопровождался выбросом чудовищной ударной волны. Они применяли свои сильнейшие усиливающие техники, но никто не мог одержать верх.

От поселения уже не осталось ничего. Лишь пыль и грязь. В воздухе пахло смертью, разрушениями и свежестью после грозы.

Два непримиримых врага стояли в десяти шагах друг от друга, тяжело дыша и спешно впитывая звёздную энергию. Слишком многое было поставлено на кон. Слишком многое, чтобы проиграть.

Противники были равны во всём.

Первой решилась старуха, она подожгла свои меридианы, заставляя звёздную энергию вскипеть. Отчаянный шаг, который может, как принести победу, так и убить старуху. Мгновенно её сила перешагнула сразу через несколько ступеней.

Красноватая дымка окружила Алую Гюрзу, начиная отсчёт до её полного выгорания. Мастеру боевых искусств хватит энергии примерно на десять вдохов, после чего сгорит сама его жизнь. За эти десять вдохов схватка должна быть окончена. После прекращения техники Гюрза будет не способна даже пошевелить пальцем минимум тысячу вдохов.

Арам поджёг свою силу немного позже старухи, поэтому у него были все шансы продержаться дольше. Одновременно с этим он отправил сигнал учителю и теперь мог не бояться, что его тело пойдёт на корм растениям или монстрам оазиса. Сюда уже должен двигаться отряд из школы.

Охваченные красной дымкой идущие бросились друг другу навстречу, но никто из них так и не смог нанести хотя бы один удар. Что-то отшвырнуло их с невероятной силой. Арам и Гюрза отлетели на три десятка шагов и не могли подняться. Неведомая сила сковала их, разрушив смертельную технику. А над местом их сражения разлетелся насмешливый голос.

— Вы чего удумали? Решили разнести весь оазис? Убирайтесь отсюда прочь, пока господин не начал гневаться. Если кто-то попытается подняться на скалу, то он умрёт. Господин нашёл достойного ученика и больше никого не желает видеть. Предупреждение получено.

После этих слов в место, где висел белый кокон, ударила чёрная молния и всё исчезло. Тучи вновь разразились проливным дождём, и даже сила мастера не помогала Араму и Гюрзе защититься от него. Их школы слишком слабы, чтобы взять контроль над этим тайным местом. Над хранителем, что решил взять в ученики человека.

Арам и Гюрза ещё не знали, что формация смерти полностью восстановилась в тот момент, когда Ян обрушил чёрные молнии на разбойников. Тогда же господин, живущий на вершине Клыка, почувствовал, что нашёл настоящего ученика. Того, кому он сможет передать все знания и наследие своего создателя.

Конец книги

P.S. Хочу поблагодарить всех, кто прочёл эту книгу. По поводу продолжения пока ничего не могу сказать. Начну писать в этом году, а вот выкладывать только после написания книги целиком. Ориентировочно начало следующего года.

Если комуни-будь нужно — открыл скачивание.

С уважением

Алексей Шмаков

Content

Алексей Шмаков
Идущий к небу. Клык

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28