Надуй щеки! Том 5

Глава 1

— А ты сам как думаешь?

Чан задумчиво взглянул на девушку, затем перевел взгляд на мокрый листок у себя в руках и спросил:

— Это ведь задание, да? Гису придумал, так?

Юми сглотнула и нервно кивнула.

— Да, это просто задание…

Она резко втянула носом воздух, а затем слегка улыбнулась и произнесла:

— Прости.

— Да ничего, но… — Чан тяжело вздохнул, еще раз поднял лицо к небу и произнес: — По-моему, слишком жестоко.

Он опустил взгляд на Юми.

— Чан, прости, я лучше пойду, ладно… Мне… у меня дела…

Нам развернулась и быстрым шагом направилась к торговому центру, где ее поджидал автомобиль с водителем. Чан уставился ей в спину тяжелым взглядом. Секунд двадцать он просто наблюдал, как она уходит, после чего поежился и взглянул на листок у себя в руке.

Парень аккуратно развернул мокрую от дождя бумажку и задумчиво уставился в надпись обычной ручкой, что от воды начала растекаться.

«Это не задание. Это мое решение и мои мысли».

Ан растеряно поднял взгляд на Юми, что уже перебегала дорогу, а затем снова на бумагу.

С минуту он стоял, пытаясь осмыслить, что произошло, а затем, не убирая бумагу, чтобы она не порвалась, пешком направился в сторону дома.

Уже не обращая внимание на свет от неоновых вывесок, что отражался от мокрого асфальта. Не реагируя на людей, что толпами куда-то шли.

Промокший парень, растерянно поглядывая по сторонам, возвращался домой.

* * *

Мун Хё На осторожно выглянула в коридор.

Судя по тихому бубнежу телевизора внизу, она поняла, что, кроме матери Гису, никого нет.

Девушка тут же хитро улыбнулась и вернулась в комнату. Прикрыв за собой дверь, она подошла к столу, взяла зажигалку и принялась зажигать свечи, расставленные по комнате. Ничего особенного, простой красный парафин, но актриса намеревалась создать атмосферу.

— Чан… Чан… Чан… — бормотала она себе под нос, поджигая свечи.

Когда с этим было покончено, девушка подошла к выключателю и погасила свет, оценив получившийся антураж.

Кивнув своим мыслям, она снова включила свет и выглянула в окно. Чана все еще было не видно, хотя он и сказал, что идет домой, когда Хё На до него дозвонилась.

— Так, пока не поздно…

Девушка нырнула под кровать, вытащила оттуда коробку с дорогим бельем и принялась одеваться, скинув домашнюю футболку и шорты.

— Хё На, я долго буду ждать от тебя претендентов на главную мужскую роль? — хмуро спросил Гису, войдя в комнату без стука.

Девушка к тому времени уже успела надеть красные кружевные трусики и стояла топлес.

— Мог бы и постучаться для приличия, — буркнула Мун Хё На, глянув на Хегая.

Парень обвел комнату, обставленную свечами, затем остановил взгляд на девушке, что уже пыталась застегнуть лифчик самостоятельно, и спросил:

— Я правильно понимаю, или стресс накопился?

Мун Хё На с прищуром взглянула на парня и произнесла:

— Я в курсе, что ему нравится девушка.

— И все равно…?

— Да, но ему это полезно, да и мне тоже, — кивнула она.

Гису хмыкнул, покивал головой и задумчиво пробормотал:

— Это всего лишь физиология, так?

— Да, а что? — смутилась девушка. — Между нами только физиология. Не более того.

— Смотри, не я это сказал, — произнес Гису и вышел из комнаты.

Мун Хё На тем временем спокойно надела лифчик, поправила волосы, оглядела себя в зеркале и кивнула. Как только она услышала шаги на лестнице, прекрасно понимая, что это Чан, она метнулась к выключателю и погасила свет.

Девушка встала поближе к окну, где на нее от двери был лучший ракурс, а затем встала в пол-оборота, выжидая Чана.

Парень прошел по дому, оставляя мокрые следы после себя, и поднялся в комнату. Открыв дверь, он молча уставился на Хё На.

— Пришел? — с улыбкой произнесла она и медленно, неторопливо сделала пару шагов к нему. Покачивая бедрами, она подошла и оглядела мокрого Ана. — Замерз, наверное. Хочешь согреться?

Чан молчал с хмурым выражением лица.

Девушка не стала ничего спрашивать и начала его раздевать. Стянула серый пиджак, затем расстегнула пуговицы на рубашке и опустила руку в пах.

— Хочешь повторить, как в прошлый раз?

Чан не ответил. Несмотря на то, что он смотрел на Мун Хё На, мысли его были далеко от комнаты и эротичного наряда на ней.

— Что-то произошло? — нахмурилась девушка, не почувствовав какого-либо физиологического ответа от парня. — Ты не рад моему наряду?

Чан молча поднял руку и взглянул на размокшую бумагу у себя в руке, где уже с трудом угадывалось написанное.

— Да, кое-что произошло, — хриплым голосом произнес он, поднял мокрый пиджак и направился в ванную, оставив девушку в комнате одну.

* * *

Машина подъехала и остановилась возле магазинчика кондитерских изделий Дедушки Куро. Из салона вышли два человека в серых костюмах и огляделись по сторонам.

— О, господин Вон, а я кажется здесь как-то раз даже бывал. Хорошее место.

— Первое, что ты должен уяснить, это то, что не имеет значения, как лично ты относишься к какому либо месту. Работа налогового инспектора не позволяет подобных слабостей.

— Понял! — Тут же с серьезным выражением лица, ответил мужчина, который выглядел лет на пятнадцать младше и являлся стажёром.

— Итак! Сегодня я тебе покажу, в чем заключается наша работа на практике. — Заговорил господин Вон. — Налоговый инспектор — это крайне важная и ответственная должность. А наша работа зачастую граничит с уголовной ответственностью. Поэтому относиться к этому следует в десять раз усерднее!

— Понял!

— Хоть сегодня и не самое удачное время. Но чаще всего именно в подобные дни нам и приходится работать. Удобно никогда не бывает.

— Понял! Но… А почему время не самое удачное? Это из-за Хэллоуина? — Предположил стажер.

— И да, и нет. — Ответил господин Вон, а потом задумался, вспоминая разговор с сыном и еле слышно прошептал. — М-м-м… Что там говорил Сон Чу? Они ничего не планируют?

— Вы что-то сказали? — Уточнил помощник.

— А, нет. Не бери в голову. Это я так. Не думаю, что Хэллоуин как-либо повлияет на нашу работу. Мы никакого отношения к этому не имеем. Поэтому просто расслабься и наблюдай за тем, как надо работать.

— Есть! — Преисполненный ответственностью и чувством долга, ответил помощник. — Я весь во внимании!

Господин Вон открыл дверь и уверенно шагнул вперед.

За прилавком его встретил седой старичок, который мило улыбался и поглядывал на них со странным блеском в глазах.

— Добрый день! Меня зовут Вон Хё. — Заговорил старший налоговый инспектор и сразу же достал своё удостоверение. — Мы из налоговой инспекции. И я хотел бы взглянуть на вашу отчётность.

— Конечно-конечно! — Улыбаясь, проговорил старичок, но при этом он не сдвинулся с места. — А меня зовут господин Куро.

— Э. Вы, кажется, не поняли. — Снова заговорил господин Вон. — Предъявите ваши…

— Молодой человек! — Перебил его хозяин заведения. — Я прекрасно вас услышал и с первого раза.

— Тогда почему вы всё ещё здесь? — Слегка надавил Вон Хё.

— Хах! — Старичок усмехнулся, после чего продолжил говорить. — Мы же оба прекрасно понимаем, зачем именно вы здесь.

Куро улыбнулся и показательно подмигнул помощнику налогового инспектора. Вон обернулся и удивленно посмотрел на своего стажера. Тот в свою очередь выглядел крайне растерянным и не знал как реагировать.

Старичок вышел из-за стойки. Подошел к Хё почти вплотную и как бы украдкой приоткрыл свою жилетку. Из внутреннего кармана он достал горсть конфет и незаметно протянул её Вону. После этого он осторожно осмотрелся по сторонам и, приложив палец к губам, шепотом произнес:

— Только тихо. Смотрите никому ни слова. Я вас не знаю. Вы меня тоже. А это… — Он кивнул на конфеты. — Это моя благодарность вам. Ну… вы же понимаете о чем я, верно?

Куро взял ладонь господина Вона и аккуратно вложил в неё горсть конфет. После чего довольно кивнул и улыбнулся.

— Надеюсь, этого хватит, чтобы урегулировать вопрос.

— Чего? — непонимающе проговорил Вон, хлопнув несколько раз глазами.

— Не притворяйтесь, что не понимаете! Или мне достать свою пиратскую шляпу? Ар-р-р-р! — В этот момент старичок Куро топнул ногой и махнул рукой на манер пиратов из фильмов. — Советовал бы не доводить до этого… хе-хе.

— Так! Что вы здесь устроили⁈ Что это ещё за цирк! — Вспылил налоговый инспектор. — Быстро принесли мне все отчеты. Это моё последнее предупреждение!

— Ладно-ладно… Убедили. Сейчас принесу. Присядьте пока за стол. — Состроив кислую мину, проговорил владелец кондитерской.

Спустя несколько минут он вышел из своей подсобки и протянул инспектору заламинированный лист.

Тот с подозрением покосился на него, взял лист и медленно прочитал название.

— Праздничное меню… это шутка?

Теперь уже голос господина Вона не звучал рассерженно. Скорее он был в таком замешательстве, словно просто не верил в происходящее.

Вон Хё поднял на Куро глаза и молча пробуравил его настолько пронзительным взглядом, что даже стажер слегка поежился от напряжения, которое возникло в помещении.

— Это… шутка? — Повторился Вон. — Я понял… вы… просто не осознаете всех последствий.

— Ну какая же шутка? — Усмехнулся старичок. — Мы же не шуточная инспекция чтоб с вами шутки шутить. Или как вы там называетесь? Праздничная инспекция?

— Так! — Тут терпение Вон Хё закончилось, и он, швырнув меню на стол, принялся отчеканивать каждое слово. — Я смотрю вам весело? Ну что ж, понимаю, атмосфера праздника так и не отпустила. Хорошо. — Тут он снова выждал несколько секунд, а потом продолжил ещё более строго. — Только лишь из-за уважения к вашему возрасту, я даю вам ровно пять минут, чтобы принести мне все отчетные документы. И тогда я сделаю вид, что ничего этого сейчас не было. Иначе… уже завтра с вами будут разбираться другие органы.

Тут до владельца кондитерской лавки начало постепенно доходить, что это, по всей видимости, настоящая проверка. Да и представился этот человек по-другому. И выглядит он гораздо старше предыдущих шутников.

В горле Куро внезапно пересохло, а лицо слегка побледнело. Он попытался что-то сказать, но лишь поперхнулся и закашлялся. После чего показав жест рукой, мол подождите минутку, быстро удалился в подсобное помещение.

Вон вместе со стажёром внимательно изучали все документы на протяжении часа. Но не найдя никаких расхождений, господин Вон решил всё же не докапываться до мелочей, списав это странное поведение хозяина на глубокий возраст. Хотя в его голове было ещё одно предположение, почему тот мог себя так вести. Но сейчас он совсем не хотел об этом думать…

— До свидания! — отложив в сторону папку с отчетами, произнес Вон.

— И вам всего хорошего. Господин… — Попрощался хозяин кондитерской и низко поклонился, насколько это позволяли его старые кости. После чего он облегченно выдохнул и вытер пот со лба.

— И часто у вас такое происходит? — Выйдя из кондитерской с ошеломленными глазами, проговорил стажер, обращаясь к главному инспектору.

— Что именно? — Практически огрызнулся Вон.

— Ну-у… то, что вам пытались дать взятку… эм… конфетами.

— Нет, не часто. — Сердито, проговорил он. — Вообще подобное впервые! Но что-то мне подсказывает, что нам ещё предстоит столкнуться со многими странностями.

* * *

Сон Чу Вон вышел из такси и остановился у холма, перед которым уже находилось несколько велосипедов. А так же рядом стояло около пяти различных автомобилей, но все они были премиального класса.

Парень улыбнулся и еле слышно проговорил:

— Похоже, не одному мне не спится.

Поднявшись на холм, он увидел все знакомые лица. Людей, конечно же, было не так много как в последний день задания с интернетом, но всё же достаточно. В конце концов, он вообще не был уверен, что здесь хоть кто-то будет. Но в глубине души знал, что многие, как и он, захотят снова так же встретиться и посидеть вместе, встречая рассвет.

— О, Сон Чу! И ты здесь? Рад тебя видеть! — Обратился к нему один из его одноклассников. — Ты с кофе?

— Да. — Улыбнулся парень и показал небольшой термос. — Не такой как у ракеты-Чана, но тоже ничего.

— Хах! Да!

По холму раздались смешки. Сон Чу Вон сел рядом со своим другом, открутил крышку термоса и налил туда кофе.

— Всё-таки хорошо здесь. — Проговорил Им Сонг Мин. — Хоть уже и прохладно становится.

— Ага.

Некоторое время ребята просто молчали, пили кофе и встречали рассвет. А спустя минуты три Сон Чу снова заговорил.

— Как у вас дела? Как кстати прошел вчерашний розыгрыш на Хэллоуин?

— О-о… это было весело! — С улыбкой отвел Им Сонг Мин. — Когда мы пришли в первое заведение, нас там чуть ли метлой не прогнали, после того как узнали что это розыгрыш. А вот потом было очень даже весело. Видимо слухи о праздничной инспекции налогового обложения очень быстро распространились и в некоторых местах нас уже ждали с распростертыми объятиями и конечно же горсткой конфет.

— Аха-ха-ха! — Видимо что-то вспомнив, рассмеялась рядом сидящая девушка. — Да-а… это было эпично. Честно говоря, поначалу я очень боялась. Но люди восприняли этот розыгрыш очень даже тепло. Правда у нас тоже было одно заведение, где местный начальник чуть ли полицию на нас не вызвал. А может и вызвал… только мы слиняли быстренько.

— Это правильно. К сожалению, не все адекватно отнеслись к этому. Но большинство да. Лишь посмеялись. А некоторые даже подыгрывали.

— О! — Тут же встрепенулся Сон Чу Вон. — А вы натыкались на кондитерскую Дедушки Куро?

— О, да-а! — Протянул Им Сонг Мин. — Пират?

— Пират! — Довольно кивнул Сон Чу. — Веселый дедушка оказался. Я сперва даже не понял, что он и сам нас разыгрывает. Представляете?

— Ага. Неплохо вжился в роль и подыграл нам.

— Жаль, что не у всех так хорошо с чувством юмора… — тихо произнесла девушка.

— Ну, слушай. Возможно, не всем есть дело до Хэллоуина. У кого-то, кстати, в связи с этим даже больше работы. И я сейчас говорю не только о разных местах общепита и тому подобное.

— У моего отца есть знакомый в полиции. — Начал говорить Сон Чу. — Так вот, он рассказывал, что вообще ненавидит подобные праздники. Понятное дело из-за специфики своей работы.

— Ну да. — Закивали ученики.

— Ой, смотрите какой красивый вид! — Девушка указала рукой в сторону рассвета.

Первые лучи солнца, начали пробиваться сквозь кучерявые облака, окрашивая их в оранжевый цвет.

Ученики школы Дайвегу несколько минут молча любовались, а потом, сразу у нескольких из них одновременно завибрировал телефон.

— Ребят, тут Гису видеообращение отправил.

— О! Давайте вместе и посмотрим.

— Здорово. Хорошая идея. Включай.

— Подходите все поближе.

Школьники сгруппировались, чтобы хотя бы краешком глаза зацепить маленький экран телефона, а потом, один из парней нажал на кнопку старт. Гису Хегай начал говорить в своей стандартной манере.

Друзья, всех приветствую. И тех, кто сейчас смотрит это видео дома в теплой кроватке. И тех, кто сейчас находится на холму на нашем месте, где мы все встречали рассвет. И даже тех, кто посмотрит это обращение только после того, как им об этом сообщат друзья.

Сегодня я решил подвести итоги нашего с вами задания на Хэллоуин.

Думаю, многое из этого вы и сами могли заметить и проанализировать. Реакция людей на обычный розыгрыш была у всех разная. Правда? Например, люди, у которых не всё так гладко и чисто с отчетностью и, возможно, с налогами, явно не оценили подобных шуток. Но были и те, кто просто посмеялся и порадовался над всем этим. И заметьте, это мы ещё ходили только по тем местам, где люди работают уже относительно давно. А ведь на празднике было много и тех, кто просто решили открыть свои лавки с различными угощениями и тому подобное.

Однако это, пожалуй, самое очевидное. И первое, что должно было броситься вам в глаза.

Но, также, я бы хотел обратить ваше внимание на то, как людей часто встречают по одежке. Увидев ваши костюмы и корочки, хозяева заведений тут же начали суетиться. Да и, честно говоря, мало кто начал по серьезному вникать, откуда вы конкретно прибыли.

А ещё, несмотря на неоднозначность шутки, основная масса людей её всё же оценила по достоинству. По интернету уже гуляет множество обсуждений, теорий, заговоров и разоблачений. Большинство, конечно же, всё понимает и просто смеется над шуткой. Но в целом, отзывы положительные.

Поэтому, я считаю, что наша шалость удалась, и мы добились отличного результата.

Всем спасибо и до связи. А так же не забывайте хвастаться в чате сладостями, которые вы раздобыли на празднике.

На этом видео оборвалось, и экран стал черным.

— Класс! — Сон Чу Вон первый нарушил тишину.

— Интересно, что следующее будет? — Произнесла одна из девушек.

— Мне тоже хочется узнать. Поскорее бы!

— А мне, знаете, что интересно? — Произнес один из парней. — Откуда Гису узнал, что кто-то из нас решит собраться на этом месте?

* * *

Пак удивленно взглянул на телефон и принял вызов.

— Да, пап. Что-то случилось?

— Нет, сынок, — прозвучал голос в телефоне. — Хотел спросить, как у тебя дела с шоу.

— Эм-м-м… вроде бы, все нормально. А что? — осторожно произнес Йонг.

— Дело в том, что я тут был на закрытой вечеринке, — задумчиво произнес Вон Шик. — Так, ничего серьезного. Это даже не вечеринка, а посиделки дружеские.

— Да, я помню. Ты собираешься с другими чеболями и хвастаешься сигарами, — кивнул Пак. — А в чем суть? Вы опять поспорили?

— И да, и как бы… В общем, меня много спрашивали про шоу «Мокрый вопрос».

— А… И… — растерянно хлопнул глазами Пак.

— В общем, полвечера мы спорили, знал ли я ответы на вопросы, а вторую половину вечера мы спорили, кто пойдет следующим.

Йонг растерянно открыл рот и остановился у открытой двери в машину.

— В смысле… это как бы не мое шоу, и это надо бы согласовать с Хегаем…

— Поэтому я и звоню, — раздалась усмешка в трубке. — Я поклялся, что мне не давали заранее ответов. И крайне надеюсь, что у твоего друга на шоу найдется не только окно для моих знакомых, но и у них не окажется ответов на вопросы.

— В смысле, у них не будет ответов, или они не будут знать какие вопросы им задают? — на всякий случай уточнил Йонг.

— Я имел в виду второй вариант, — хмыкнул отец. — Но и от первого не отказался бы.

— Хорошо, я поговорю с Гису, — со вздохом ответил парень и уселся в автомобиль, на заднее пассажирское сиденье.

— Буду ждать от тебя вестей, — ответил отец и закончил вызов.

Пак тяжело вздохнул и хмуро уставился на телефон.

— Домой, господин Пак? — подал голос водитель, уже усевшийся на свое место.

— Да, до…

Йонг не успел ответить, как дверь на пассажирское сиденье рядом с ним открылась, и в машину уселся Гису.

— Привет! Что-то ты быстро сегодня домой собрался, — подмигнул он Паку.

— Э-э-э-э? Ты что-то хотел, или у тебя… для меня что-то есть? — осторожно спросил хозяин автомобиля.

— Кое-что для тебя есть, но это не то, о чем ты подумал, — хмыкнул Гису, и заметив, как автомобиль тронулся добавил: — Я быстро. Не уезжай, мне потом в другую сторону.

— Останови, — кивнул Йонг и тут же обратился: — Пока не забыл. Мне только что звонил отец.

— М-м-м? Зачем?

— Помнишь, мой отец приходил на шоу?

— Да, и?

— У них там среди его друзей чеболей образовалось что-то, типа клуба, — неохотно произнес Пак. — В общем, его друзья тоже хотят прийти на шоу.

— Так, и в чем проблема? — нахмурился Хегай.

— Проблема в том, что там был спор: знал ли мой отец о вопросах. И теперь мой отец звонил, чтобы узнать, есть ли возможность его друзьям попасть на шоу и…

— И что?

— И он просил, чтобы игра была честной. Никто не должен знать вопросов заранее.

Гису задумчиво поджал губы.

— Даже если будут предлагать очень много денег, — тут же предупредил Пак.

— Даже если будут предлагать трусики? — глянул на него Гису.

Пак тяжело вздохнул и произнес:

— Гису, это важно. Если бы спорил не мой отец — мне было плевать, но это честь семьи. Понимаешь?

— Да, да. Я понял… — хмыкнул Хегай. — Расслабся. Никто не знает вопросов. Даже я. Их даже пишут всегда разные люди.

— В смысле?

— Ну, кто накосячил, тот и пишет. Актриса, режиссер, пару раз звукооператор писал. Ну, и чаще всех — Чан.

Пак удивленно хлопнул глазами.

— Как-то это звучит…

— Странно? — хмыкнул Гису. — Зато вмешаться никогда не получится. Подкупать или угрожать кому будешь? Всей съемочной группе?

— Ну, да… Тут ты прав, — кивнул Йонг.

Водитель немного проехал в сторону, чтобы не мешать движению на парковке, затем остановился и спокойно вздохнул, положив руки на руль.

— Ты, кстати, что хотел-то? — спросил Пак.

— Я решил, что совету ЮЧП стоит поручить отдельное задание, — начал издалека Гису. — У каждого оно будет свое и попрошу до его завершения не распространяться о его наличии. Хорошо?

— А если другого выбора не будет?

— Если выбора не будет, то пожалуйста.

— И в чем суть моего задания?

Хегай тяжело вздохнул, взглянул на Пака и произнес:

— Первое — это не связано с твоей коллекцией. Вообще и никак, — глядя в глаза собеседнику, произнес он. — Это понятно?

— Да, это я понял, — кивнул Йонг.

— Хорошо. Второе — выполнить его надо обязательно. В процесс и способы выполнения я не лезу — это дело твое. Но выполнить надо. В любом случае.

— Слушай, ты меня уже начинаешь пугать. Что за задание? — спросил Пак с настороженным выражением лица.

— Все просто. Тебе надо лишиться девственности, — спокойно и как-то обыденно произнес Гису.

Пак поначалу смутился, затем взглянул на парня и с достоинством произнес:

— Вообще-то чисто технически я…

— Послушай, — вздохнул Хегай. — Если ты занимаешься с человеком этим поневоле — это изнасилование. Если человеку все равно и он мертв — некрофилия. Если он делает это за деньги — это проституция. Ну, а если человек один, то это онанизм. Понимаешь, к чему я?

— Если честно, то… — осторожно произнес Пак.

— С другим человеком, — пояснил ему Гису и с усмешкой добавил: — Желательно живым.

Глава 2

Йонг вошел в небольшое помещение и с облегчением вздохнул.

Уже больше часа он улыбался таким же подросткам на танцполе, выдавливая из себя хорошее настроение и кивая всем подряд. Сейчас же, войдя в небольшой зал, он устало размял шею и взглянул на троих парней, что сидели на угловом диване перед кальяном.

— О! Йонг! — улыбнулся крашеный блондин. — Сейчас небо рухнет! Посмотрите, кто наконец к нам выбрался!

— Здравствуй, Го Ну Сан, — кивнул Йонг, пройдя к ребятам и усевшись на диван.

— Колись, Йонг, — хмыкнул полный парнишка, что развалился на диване, закинув руки на мягкую спинку. — Что случилось, что ты пришел? Обычно же всегда предлог находишь отвертеться.

— Отец прижал, — тяжело вздохнул Пак и взял в руки меню. — Сегодня у него посиделки с друзьями.

— Они на втором этаже сидят, — кивнул худощавый парень, что медленно и неторопливо тянул дым из мундштука. — Вы, кстати, в курсе про это дурацкое шоу?

— Ты о Мокром вопросе? — хмыкнул Го Ну. — Идиотизм какой-то. Не знаю, что их так зацепило. По мне бред какой-то.

Йонг удивленно глянул на сына известного промышленника и хмыкнул.

— Мой отец нанял несколько профессоров, — хмыкнул полный парень. — Каждый день с ними по несколько часов занимается. Черт его знает, что ему так приперло. Там же школьные вопросы в основном. Ну, и так…

— По моему вы кое-чего не поняли, — задумчиво произнес Пак, отложив меню в сторону. — Это шоу как площадка для соревнований.

— В смысле? — нахмурился худощавый парнишка.

— В прямом. Соревнования по эрудиции, в котором жульничать крайне проблематично. А что могут наши отцы, если отбросить статус, деньги и связи? Я про их личные связи, — с усмешкой произнес Йонг.

Ребята переглянулись.

— Ну, допустим, не так много, — подал голос Го Ну.

— Ну, а где еще безопасно и без лишних рисков можно публично посоревноваться, если не на таком шоу? — пожал плечами Пак. — Все же их можно назвать друзьями, поэтому они и занялись подобными… развлечениями.

— А ты, я смотрю, по-другому развлекаешься, — хмыкнул Ка Ру, почесав живот. — Говорят, ты в бизнес ударился. С фермерами развлекаешься.

— Ты про «Хегай Рис» — взглянул на него Пак. — Есть такое. Хотел быстро вывести компанию в плюс.

— И как успехи? — с усмешкой спросил полный парень.

— Вполне приемлемо, — кивнул Йонг и взглянул на парня. — Не сразу, но она выйдет в плюс. Сельское хозяйство — дело не быстрое, поэтому пока она начала окупать сама себя. А ты, Ка Ру, уже пробовал себя в деле?

— Нет, — хмыкнул полный парень. — Меня родители отправляют учиться в Европу.

— Ты слишком ленив Гору, — хохотнул крашеный. — Бизнес — это не в клубах сидеть.

— Ой, давай не начинай, — хмыкнул тот. — Ты за собой бы следил.

— А что я? Я и не напрашиваюсь, — хмыкнул Го Ну. — Я так… Кстати, Йонг, говорят, это ты съемки организовал? Ну, шоу это.

— Организовал? Нет, — покачал головой Пак. — Скорее так, я участвовал в организационных моментах.

— М-м-м-м, — покачал головой крашеный блондин. — Слушай, а эта Ким Ю Джин и Мун Хё На, которые в первой серии снимались, ты с ними лично знаком?

Пак удивленно поднял брови, и пожав плечами, произнес:

— С Ким Ю Джин я ужинал, — с достоинством произнес он и тут же заметил, как парни подались вперед.

— Ужинал? Серьезно? И во сколько тебе обошелся этот ужин? — с прищуром спросил блондин.

— Ну, ресторан, конечно, был приличный, но не так, чтобы цены прямо кусались, — растерялся Йонг.

— Погоди, мы не про ресторан. Мы про Ким Ю Джин. Что она потребовала?

Йонг кашлянул и нехотя ответил:

— Некоторые вещи невозможно решить с помощью денег, — загадочно произнес он, отчего ребята переглянулись.

— Связи, да? — подал голос худощавый. — Расскажи!

— Ребят, подобные вещи всегда остаются за кулисами, — держась с максимальным достоинством, произнес Йонг. Заметив скепсис на лице ребят, он добавил: — Могу дать слово, что я не заплатил ни единого вона за то, чтобы она поужинала со мной.

Ребята кинули на друг друга подозрительные взгляды, после чего Ка Ру, спросил:

— Ты можешь намекнуть, как тебе это удалось?

Йонг кашлянул, осмотрел ребят и остановил свой взгляд на полном парнишке.

— Допустим… Допустим, у меня в должниках есть одна актриса. Я ей… помог с одним делом. И вот мне понадобилось, чтобы твоя компания, Ка Ру, назвала именем актрисы телефон, — начал подбирать ситуацию Пак. — Я знаю, что ты давно и безответно пытаешься наладить отношения с актрисой. Ну, и соответственно, я иду к тебе, говорю, что могу устроить свидание с актрисой, но ты, Ка Ру, должен выпустить новый телефон с именем актрисы. Понимаешь?

— Ты мне, я тебе, — хмыкнул парень и снова откинулся на спинку дивана. — Отец мне про это все уши прожужжал. Связи, одолжения… Раньше я как-то не придавал этому значения.

— Ты слишком много общаешься с простыми людьми, — задумчиво произнес Пак. — Они склонны забывать об услугах и сильно много значения этому не придают. У нас все по-другому. Понимаешь?

Полный парнишка покивал, а после паузы в пару секунд спросил:

— Скажешь, у вас было что-то?

Йонг хмыкнул и покачал головой.

— Увы, не скажу.

— Ка Ру, даже если бы было, он бы все равно не сказал, — вздохнул блондин. — Слушайте, может девочек поглядим? Там много красивых.

— Красивые то красивые, — вздохнул тот. — Но это уже не тот уровень.

— В смысле? — нахмурился худощавый.

— Снять красивую, грудастую девушку в клубе — это одно. А вот затащить певицу в ресторан — это другое, — ответил Ка Ру с завистью поглядывая на Пака.

Тот после слов о девочках в клубе сделался задумчивым.

— Слушайте, — произнес он. — А что девочки тут… Они берут деньги?

— Йонг, не прикалывайся, — хмыкнул блондин. — Любая, когда узнает твое имя, с улыбкой поедет с тобой куда угодно. Если дашь на лапу бармену, он даже подсобку тебе сообразит, и идти никуда не надо будет.

— Только потом деньгами ее рот надо будет затыкать, — хмыкнул полный. — Или изображать пару и отмахиваться от нее подарками.

— Та же проституция, но по-другому, — вздохнул Пак.

— Ну, а как ты хотел? — усмехнулся худощавый. — Если у тебя нет денег, то секс для тебя — источник дохода. Так было всегда.

Пак тяжело вздохнул и произнес:

— Все не так просто, как я думал…

* * *

Гису сидел на кухне, попивая кофе. Задание с отказом от интернета сказалось и на нем тоже. Его график слегка перестроился, но Гису был только рад этому. Он так же, как и большинство других учеников, начал успевать больше, хотя в его случае все дела все равно не переделаешь.

Парень встал ещё до рассвета, проверил свою почту, прошелся по списку необходимых задач, а теперь ждал, когда к нему спустится Чан.

Так как все остальные продолжали спать, в доме стояла тишина. Спустя несколько минут послышались спускающиеся шаги со второго этажа.

— Не спишь? — проговорил Чан, оказавшись напротив Хегая.

— Ага. Ты что-то тоже не выглядишь сонным? — довольно удивленно подметил Гису.

— Да я это… не спалось что-то. С трех часов ночи просто ворочался и думал о всяком.

— Понятно, — улыбнулся парень. — Слишком много мыслей в голове. Такое бывает.

Чан прошел к плите и уставился на уже заваренный кофе в турке.

— Это мне? — уточнил он, понимая, что Гису уже пьет кофе.

— Да. Всё равно я себе заваривал.

— Спасибо.

Подсев за кухонный стол к Хегаю, Чан некоторое время молчал и с задумчивым видом пил горячий напиток. Он несколько раз тяжело вздыхал, а потом снова решил заговорить.

— Слушай, Гису. У меня… в общем, у меня есть одна проблема. Дело в том… наверное… наверное, я просто запутался. И мне надо с кем-то поговорить.

— Давай, — Гису отхлебнул кофе и посмотрел на своего друга. — Слушаю.

— Черт! — Чан Ан поджал губы и опустил голову на столешницу. — Даже не знаю, с чего начать.

— Тебе нравится Юми? — спокойно проговорил Гису, после чего поймал на себе ошалелый взгляд одноклассника. — Наверное, с этого надо начать.

— В смысле? А ты откуда знаешь? А-а-а… я понял. Или… погоди. Нифига не понял!

— Чан, да расслабься ты. Не то чтобы это очень уж очевидно. Но я тебя слишком хорошо знаю. Мелочи тебя выдают, хоть ты и замечательно это скрывал. Поэтому говори как есть. Вряд ли ты сможешь меня чем-либо удивить.

— Понял, — Ан сделал глубокий вдох, подождал несколько секунд, а потом, сжав пальцы в кулаки, принялся говорить. — Юми… с ней всё сложно. Я… как-то я признался ей в своих чувствах. Но сделал это не совсем однозначно. Просто потому что я… боялся? Наверное. Но дело не в этом, если быть честным перед собой.

— Тогда в чем? — подтолкнул его Гису, так как видел, что тот встал в ступор.

— Ей признавались все. Ну, или почти все из нашей школы. Да и не только из школы. Одна из самых заметных и популярных девчонок. Ну, а я кто? Чего я добился по жизни? Родился в семье Ан? И то меня в этой семье никогда не признавали. Даже собственный отец не воспринимал всерьез. Иногда мне казалось, случись что-нибудь со старшим братом, то отец просто забудет, что у него есть я, и в качестве наследника начнет искать кого-то со стороны. Может, усыновит кого-нибудь… — грустно усмехнулся Чан.

— Понимаю…

— Ага. А теперь у меня даже и в семьи-то нет. Осталось лишь фамилия. И вот… не выдающийся ни в чем… по учебе даже близко не Пак. Как и по внешности… Так почему бы ей выбирать меня?

— Но? — задал вопрос Гису, после чего замолчал.

— Но недавно Юми сделала что-то немного странное.

— Что именно?

— Она… — Чан сглотнул. Потом помедлил, словно сам пытался осознать слова, которые были у него на языке, а потом продолжил. — Она сделал мне признание. В моей же манере. А ещё записку передала.

— И?

— Сперва она сказал, что это было задание от тебя, — тут Чан снова посмотрел на Гису, но уже более внимательно. Он грустно улыбнулся, только что осознав, что Хегай давным-давно всё понимал, и что всё это не случайность. — Но потом, когда я прочитал записку. Там было написано, что это не шутка и не задание. Это её личное решение.

— Вот как, — Гису тоже улыбнулся и внимательно посмотрел на Чана. — Тогда в чем проблема?

— Проблема всё та же. Кто я такой? — парень пожал плечами и скривился. — Вдруг это всё затянувшийся и очень жестокий розыгрыш? Хотя… наверное, я это заслужил. Сколько я сам прикалывался над другими. Даже над тобой… когда-то…

— Ага. Было дело, — по-доброму произнес Гису. — Но это всё в прошлом. Теперь ты другой. И сам себя строишь.

— Что это значит?

— Ты создаешь себя сам. И дело не в том, что твоя фамилия Ан. Когда ты в последний раз пользовался этой привилегией?

Чан задумался и замер, пытаясь вспомнить что-то, чтобы ответить на этот вопрос.

— Вот видишь? — продолжил Гису. — А говоришь, что ничего не добился. Я же считаю наоборот. Ты уже очень много добился. Но ты только встал на этот путь.

— Да? — удивленно проговорил Чан.

— Ага, — ответил Гису. — Ты не только крутой заместитель крутой фирмы. У тебя даже зарплата своя есть. Не многие школьники по-настоящему имеют зарплату. Понимаешь?

— Ой лучше бы не заикался! — рассмеялся Чан. — Зарплата оставляет желать лучшего…

— На самом деле, мало кто способен найти в себе силы и время, чтобы после школы, например, заниматься ещё и другими делами. А ты делаешь сразу несколько дел и причем успешно.

— Ну… наверное, — неуверенно проговорил он.

— Короче, — тут Гису поднялся из-за стола, и глядя на него сверху вниз, сурово проговорил. — Ты хочешь быть с Юми?

— Да, — уверенно ответил Чан, но потом, сомневаясь, добавил. — Только…

— Никаких только, — перебил его Хегай. — Я знаю, что делать. Но за мою помощь ты будешь мне кое-чем обязан. Ты готов?

— Эм… — с подозрением покосился на него Чан. — Готов…

— Но я вынужден тебя предупредить. Долг тебе не понравится.

— Это что-то… — неуверенно произнес Чан и замолчал, не зная даже, что предположить.

— Это будет жестоко. Но если ты действительно хочешь быть с Юми. Тебе придется пойти на это.

— Я согласен! — спустя секунду с максимальной уверенностью произнес Чан. — Что бы это ни было.

— Отлично, — довольно улыбнулся Гису. — Тогда жди. Я скажу тебе, что дальше делать.

* * *

Уроки в школе сегодня прошли достаточно быстро и без приключений. Всё больше учеников приносили с собой обеды на завтрак, но лишь для того, чтобы похвастаться друг перед другом и посоревноваться. Причем всё это вышло на такой уровень, что школьники соревновались именно в готовке. В том, кто что сам смог приготовить. Некоторые знатно извращались… искали самые необычные рецепты, а потом пытались воплотить всё это в жизнь. Только вот чаще всего это выглядело, мягко говоря, подозрительно. Если не сказать — несъедобно. Но многим это нравилось. Сам процесс.

Во время занятий Юми с Чаном всячески избегали взглядов друг друга и старались это делать так, чтобы не вызывать ни у кого подозрений. Но лично мне смешно было за этим наблюдать. Кстати говоря, сегодня был один из немногих дней, когда совет ЮЧП не собрались вместе за обеденным столом.

Чан ушел якобы по своим очень важным делам. Ну а Юми обосновала это тем, что обещала встретиться и поболтать с давней подружкой, которая уже обижается на неё из-за отсутствия внимания. Возможно, доля правды в этом, конечно, была.

Но с этим однозначно надо было что-то делать. И я решил не затягивать.

Встретившись с Юми после уроков, я сказал, что пора обсудить с ней наше задание. Очевидно, что о подобном не стоит разговаривать в школе, поэтому назначил ей встречу в одной небольшой кофейне, где обычно почти всегда было свободно.

Юми пришла вовремя. А я пришел немного заранее и уже ждал её в кафешке, заказав два капучино.

— Привет ещё раз, — поздоровалась она и посмотрела на кофе. — О, ты запомнил, что я пью?

— Ага. Чан сказал мне, — улыбнувшись, ответил я.

Девушка слегка смутилась, после чего села за столик.

Юми выглядела растеряно, что бывало крайне редко. Точнее, я вообще не припомню, чтобы видел её такой хотя бы раз. Хотя внешне она практически никак это не показывала. Но я замечал и не такие изменения…

— Так о чем ты хотел поговорить? — усевшись и поерзав на кресле, проговорила она.

— Давай начнем с задания, — ответил я. — Как понимаю, ты его уже выполнила.

— Да, — сглотнув, ответила девушка. — И… кажется, я сделал только хуже.

— Почему?

— Ну… не знаю. Всё стало слишком запутанным.

— Давай поподробнее, — проговорил я, взявшись за чашку с кофе и сделав несколько глотков.

— Так… — Юми вздохнула и выждала несколько секунд. — Всё дело в том… нет, я не уверена, что могу об этом говорить!

— Потому что это касается твоих настоящих чувств? Дело ведь не в задании?

— Ну… Эм, — она внимательно посмотрела на меня. А потом, выпрямив спину, произнесла. — Гису. Что тебе известно?

— Ты о чем? — улыбнулся я.

— Черт! Ты уже всё знаешь? Походу, блин… Я ведь понимаю, что от тебя хрен что утаишь. Ты специально дал мне то задание?

— Я не назначал человека, которому ты должна была признаться. Ты сама его выбрала. Причем кандидатур было немного, как я полагаю.

— Немного… — повторила девушка. — Да, я сделала признание Чану. И… написала ему, что это была не шутка. Только вот, мне кажется, что стало только хуже. Он, наверное, подумал, что я решила отомстить ему или что-то в этом роде. Блин. Я же никогда не признавалась! Наверное, это выглядело максимально неправдоподобно и подозрительно.

— Наверное, — улыбнулся я. — Жаль, я не видел этого.

— Да иди ты… — обиженно буркнула девушка. — Лучше скажи, что теперь делать. Я совсем запуталась. Такое ощущение, что Чан избегает меня.

— А ты его?

— Ну я… эм… Блин, а что я должна была делать? Не буду же я навязываться!

— Ну да. Все подростки так и рассуждают, когда их любовь проходит мимо, сворачивая куда-то не туда.

— Ой, сам будто бы более опытный… — снова буркнула девушка.

— Да уж… с этим я спорить не стану. Я и сам всегда был один… до самого конца, — еле слышно проговорил я. А Юми в этом время внимательно посмотрела на меня, словно бы подозревала, что сейчас я говорю немного о другом. Не о жизни Гису Хегай.

— Так, а что мне теперь делать? — нарушив неловкую паузу, произнесла она.

— Я знаю, что делать, — спокойно ответил я и улыбнулся.

— Так… и это будет твоя услуга? — догадалась девушка.

— Да. Но я не стану многого просить. Как-нибудь поможешь мне потом. Например, с раскруткой сериала. Когда придёт время. В меру своих возможностей, конечно.

— Сериала? — задрав брови, произнесла Юми. — Кажется, я что-то мельком слышала об этом, но не думала, что это правда. Ты… блин, когда ты всё успеваешь? И как это вообще… это же всё не так просто. Уж я-то знаю, о чем говорю. Как ты умудрился?

— Да вот… так получилось. Но об этом позже. Давай сейчас о тебе и Чане.

— Угу, — уверенно кивнула девушка и уставилась в ожидании на меня.

— Ответь мне на такой вопрос. Ты хочешь быть с Чаном? — я сделал ударение на последнем слове, чтобы поярче выделить это.

— Да, — не задумываясь произнесла она. — Я долго размышляла. Это единственный человек, который вызывает у меня настоящие, неподдельные чувства.

— Вот видишь. А говоришь, что запуталась…

— Н-но… я всё равно не знаю, что делать. Я думала о том, чтобы подойти к нему и поговорить. Но это так страшно…

— Я помогу, — улыбнулся я, допивая кофе.

* * *

Бо Рам Сон усмехнулся и произнес, держа телефон у уха.

— Успокойся, это не наш брат. Они так не работают… Да, я понял. Буду настороже… Да, позвоню, как закончим…

Сбросив вызов контакта под именем «Зубочистка», он тяжело вздохнул и убрал телефон во внутренний карман.

— Босс, вы бы все равно поосторожнее, — произнес Меченый, задумчиво поглядывая в окно. — Этот крендель не лыком шит.

— Кто? До Ну Шон? — хмыкнул Дикий Топор и вздохнул. — Есть такое, но он политик. Он не преступник.

— Если то, что о нем говорят среди наших, правда, то преступник и еще какой, — недовольно буркнул Меченый. — Я бы, прежде чем с ним говорить, ствол к его виску приставил.

Главарь бандитов тяжело вздохнул и произнес:

— Меченый, заканчивал бы ты с этим, — покачал головой Бо Рам Сон. — Мы теперь другие люди, приличные и серьезные. За ним идут рабочие. Кстати, ты на завод Корея Моторс ездил?

— Да, но там… там, в общем, служба безопасности сразу на дыбы встала.

— М-м-м-м? Чего это?

— У них профсоюзов как таковых нет, — усмехнулся помощник. — Более того, по договору, забастовки — подсудное дело. Они сразу прописывают в трудовом договоре, что все издержки, связанные с забастовкой, рабочий берет на себя.

— Хитрые ублюдки, — расплылся в кривой улыбке Дикий Топор.

— Еще у них тип, какой-то европеец, ко мне подошел. В общем, он предупредил, что если сунемся — все будет жестко, по-нашему.

— В смысле?

— Вплоть до физического устранения.

— Как завернул, а? — глянул на него Бо Рам Сон. — А ты в итоге?

— Как ты сказал — съехал с темы, начал втирать, что хотел посмотреть, как рабочие работают. Что у них на местах.

— И?

— Чай с медом. И вкусно, и сладко, — вздохнул Меченый. — Отпуска, переработки, обучение, программа льготного жилья… Я так подумал, босс, если я когда-нибудь завяжу — я туда работать пойду. И детей туда устрою. Больно жирно работать там.

Дикий Топор хмыкнул.

— Что с ними делать будем, босс? Не хотелось бы с ними воевать. С виду охрана там серьезная…

— А зачем? — задумчиво спросил Бо Рам Сон. — Нам там делать нечего. Рабочих с теплых мест мы не подорвем, да и не нужно оно.

— А как…

— Никак. Ты подробнее там выясни, как работают, какой график. Мелочи всякие там про страховку медицинскую и прочее.

— Сделаю, но… делать-то что?

— Не можешь прогнуть — используй, — улыбнулся Бо Рам Сон, наблюдая, как автомобиль подъезжает к парковке штаба партии Народное Единство. — Нарой информации, всяких мелочей с Корея Моторс и тыкай этим остальным. Мол, смотрите, как люди работают! Там на работу ходят, как на праздник, а у вас тут кнуты да пинки под зад. Понял?

— Понял, — кивнул Меченый.

Автомобиль остановился, Дикий топор положил руку на дверь, намереваясь открыть ее самостоятельно, но тут помощник положил руку ему на плечо.

— Босс, может все же возьмете?

Главарь банды взглянул на вторую руку, где был пистолет, и хмыкнул.

— Нет. Это не тот случай. Покажем себя отморозками, с нами будут говорить только на языке силы. Надо уметь работать их методами.

Водитель открыл дверь и отошел в сторону.

Бо Рам Сон спокойно вышел из машины и направился в штаб.

Там без лишних вопросов, следуя за молодой симпатичной девушкой, он прошел к лифту, и поднявшись на седьмой этаж, зашел в кабинет главы партии.

Хозяин кабинета сидел в дорогом кресле, рядом со столиком и спокойно держал в руках чашку чая, внимательно наблюдая за вошедшим мужчиной.

Высокий, широкоплечий, но с глубокими морщинами на лице и седой шевелюрой на голове.

— Я думал, вы помоложе, — произнес Бо Рам Сон, встав перед ним с засунутыми в карманы руками.

— А я думал, ты покультурнее, — хмыкнул До Ну Шон и кивнул на кресло рядом. — Если уважаешь собеседника — не стоит стоять перед ним, да еще и в такой позе. Выглядит, словно ты пришел бросить вызов.

Бо Рам Сон едва заметно усмехнулся и произнес:

— Я знаю.

Глава одной из крупнейших партий поднял глаза на собеседника и уставил в него ледяной взгляд. Если бы не он, то в его маску безмятежности и спокойствия можно было поверить.

— Сядь.

Дикий топор спокойно сел и без капли стеснений принялся наливать себе чай во вторую чашку на столе.

— Ты очень хорошо придумал с рабочими, — начал До Ну Шон, спокойно разглядывая собеседника. — Кое-кто из чеболей недоволен, но ничего критичного. Так, небольшие расходы на непредвиденные обстоятельства.

Бо Рам Сон хмыкнул, поднес чашку к носу и понюхал.

— Ценитель? — взглянул он на него.

— Профессионал, — буркнул глава партии и продолжил: — Набираешь вес, неплохо показываешь себя. Для нас нестандартный подход, но ты должен понимать, что люди, идущие в твою партию — это наш ресурс.

— Они не подписаны, — буркнул Бо Рам Сон. — Клейма на них тоже не ставят.

— Когда будут выборы, каждый из них отдаст голос. Раньше они выбирали кого-то из нас, а теперь есть вероятность, что часть из них выберет тебя и твою партию, — терпеливо продолжил мужчина. — Твой электорат — это рабочие с заводов. Их немало, и этот электорат — ресурс нашей партии. Ты заходишь в наш огород и устраиваешь там бардак.

— Начем с того, что это ваши люди устроили бардак на производствах, — спокойно ответил Бо Рам Сон. — И ваши люди допустили то, из-за чего люди бастуют и требуют своих денег и прав.

— Каждый ведет дела так, как считает нужным. И ты не вправе указывать кому и как вести себя с наемными работниками, — продолжая выдерживать мину, произнес До Ну Шон. — Ты лезешь в очень специфичную часть бизнеса, Бо Рам Сон. И пока не нашлось ни одного человека, кто бы решил, что ты перегибаешь палку.

— И? — спокойно спросил Бо Рам Сон.

— Отсюда вытекает вопрос: кто за тобой стоит, что ты позволяешь себе вести себя так дерзко? — спросил глава партии, с прищуром взглянув в глаза приглашенного гостя. — Власть народа? Так?

— Если вы про то, отношусь ли я к какой-либо группировке, из ныне существующих, то нет, — спокойно ответил Дикий Топор и поставил чашку на стол. — Я сам по себе и мне никто не указ. Будет возможность притянуть офисных работников — притяну. И мне без разницы, чей они там электорат.

До Ну Шон секунд десять спокойно рассматривал собеседника, затем откинулся в кресле и дернул щеку, выдавая крайнюю степень своего раздражения.

— То есть ты хочешь сказать, что ты вне системы и не находишься в лагере кого-либо?

— Так и есть.

— Ты понимаешь, что тебя сожрут? Не факт, что мы, но сожрут.

— Подавятся, — хмыкнул главарь бандитской группировки. — Я костлявый.

До Ну Шон тихо рассмеялся, а затем вздохнул и произнес:

— Ладно. Пора заканчивать, — он вздохнул, поставил на стол чашку и произнес: — Я знаю, кто ты. Я знаю, откуда у тебя деньги. У тебя две недели. Либо ты идешь под нас и становишься частью нашего лагеря, либо мы спускаем всех собак. Мы вывернем все твои бордели, вывернем ваше казино. Мы положим в пол всех, кто связан с вашей шайкой, и посадим их в тюрьму. Либо ты с нами, либо ты гниешь в бетонных комнатах за решеткой. Ты понял?

— По-серьезному пошли, — кивнул Дикий Топор, поставил на стол чашку и поднялся. — Хорошо, тогда и я вам ставлю ультиматум.

Тут он залез в карман, достал патрон калибра девять миллиметров и поставил на стол, перед главой партии Народное Единство.

— Тогда и мой вам ультиматум, — спокойно произнес Бо Рам Сон. — Подумайте, насколько много могут те, кого вы пытаетесь нагнуть. Особенно задумайтесь над тем, сколько нас. Где мы можем быть и какие у нас связи… ВНЕ правительства.

Дикий Топор кивнул и спокойно пошел на выход кабинета.

Спустившись вниз, он сел в машину, где его уже ждал Меченый.

— Ну, как? — спросил он его. — Пес или волк?

— Удав, — мрачно ответил Дикий Топор. — Старый опытный удав…

Глава 3

Юми и Чан сидели за одним столиком в той же самой кофейне, в которой Гису разговаривал с Юми. Разве что столик выбрали другой. Самый отстраненный, в углу помещения.

— Привет, — робко произнесла девушка, поглядывая на Чана.

— Привет, — ответил парень. — Как у тебя дела?

— Хорошо, вроде.

Чан тяжело вздохнул и обрадовался тому, что в этот момент к ним подошел официант, который немного разрядил обстановку.

Оба школьника ничего не заказали, кроме кофе. Однако спустя несколько минут, помимо двух чашек с кофе, им принесли ещё так же три мороженого в стаканчиках.

— Эм. Мы это не заказывали, — проговорил Чан, глядя на официанта.

— Мороженое заказали ещё до этого, к определенному времени. При бронировании столика.

— Понятно. Спасибо, — вмешалась Юми, а когда официант ушел, продолжила. — Бронировать здесь это, конечно, лишнее.

Осматривая пустой зал, парень лишь покивал головой и согласился с девушкой.

— Если в этом заключается план Гису… — начала говорить он. — То… как-то уж слишком…

— Примитивно? — подхватила девушка.

Они оба понимали, для чего они здесь находятся, но никто из них не решался первым начать говорить на эту тему. Поэтому, когда разговор хотя бы намеком заходил о чувствах и отношениях, подростки старались сменить тему.

— Не то чтобы примитивно, — ответил Чан. — Но я от Гису ожидал большего, чем просто свести нас вместе в одном помещении.

— Согласна, — кивнула Юми и оба снова замолчали.

Девушка взяла пузатую чашку кофе обеими руками и принялась аккуратно дуть, чтобы не смахнуть пенку. Чан в это время делал вид, что невероятно сильно увлечен рассмотрением рисунка на стаканчике мороженого. Словно он в принципе видел что-то подобное впервые.

Спустя несколько минут к ним за столик подошел Гису и с улыбкой обратился к обоим.

— Рад, что вы пришли без опозданий.

— Ага. Тебе бы тоже не помешаться научиться пунктуальности, — буркнула Юми.

Чан в это время просто облегченно выдохнул и с благодарностью посмотрел на своего друга.

— А я и не говорил, что прибуду в это время. Я сказал, что столик заказан на такой-то час. Да и тем более я надеялся, что вы всё же сами сможете во всем разобраться.

— В чем именно разобраться? — Юми приняла защитную позу, скрестила руки на груди и снова начала делать вид, словно не понимает, о чем идет речь.

— Хватит отрицания, — улыбнулся Гису и сел сбоку стола, поставив деревянный стул. — У меня сегодня запланированы ещё кое-какие дела, поэтому давайте быстренько покончим с этим.

— Ага, — кивнул Чан и сглотнул. — Я готов.

— Вот значит с тебя и начнем, — улыбнулся Хегай и демонстративно положил свой телефон на стол вверх экраном.

Юми с Чаном не могли не заметить этого, и оба уставились на смартфон. Гису же специально выждал несколько секунд, а потом, подняв палец вверх, всё так же демонстративно и с улыбкой на лице нажал на кнопку плей на экране.

В этот же момент над их столом разнесся записанный голос Чана. Тот самый момент, когда они вдвоем разговаривали, обсуждая Юми. Чан мгновенно покраснел, понимая, что сейчас будет. А Гису в это время взял свой стаканчик с подтаявшим мороженным и принялся уплетать его за обе щеки.

Во время проигрывания аудиозаписи Юми накручивала прядку волос себе на палец и украдкой поглядывала на Чана. После небольшого диалога в записи послышался самый главный вопрос от Гису.

— Короче. Ты хочешь быть с Юми?

— Да, — раздался уверенный и четкий ответ.

На этом запись оборвалась. Чан сидел, полностью покрасневший, и не произносил ни слова.

— Люблю, когда мороженое слегка подтаяло. Но тут главное не переждать, — как ни в чем не бывало, проговорил Гису и снова нажал на кнопку на экране своего телефона.

Тут же включилась вторая запись. Но теперь диалог происходил между Хегаем и Юми. В этот момент девушка начала краснеть прямо на глазах, словно перезрелый помидор. Она смущенно опустила свой взгляд и молча слушала.

— Ответь мне на такой вопрос. Ты хочешь быть с Чаном? — из записи голос Гису.

— Да, — уверенно ответила Юми. — Я долго размышляла. Это единственный человек, который вызывает у меня настоящие, неподдельные чувства.

Аудиозапись остановилась, а Гису ещё какое-то время молча поедал свое мороженное, не забывая при этом слегка мычать от удовольствия.

— Очень вкусно, — наконец-то заговорил Хегай. — Вы бы попробовали.

Но два подростка молча сидели, покрасневшие и смущенные своим признанием.

— Так, ладно. А если серьезно, — вычистив ложечкой стаканчик с мороженным, продолжил говорить Гису. — Надеюсь, хотя бы после этого теперь у вас не останется никаких сомнений. В общем, я пошел. А вы посидите тут ещё немного. Думаю, вам есть что обсудить.

— Гису… — с поджатыми губами прошипела Юми, продолжая сидеть красная.

— Что? — парень поднялся и спокойно посмотрел на девушку. — Хочешь поругаться на меня из-за моего метода? Хм. Так может быть, было бы лучше сразу всё решить друг с другом, а не выяснять личные отношения через третьих лиц?

— Но…

— Хотя с другой стороны лучше так, чем никак, — улыбнулся Хегай. — В любом случае, вам есть что обсудить. До встречи в школе.

Он кивнул Юми, похлопал молчаливого Чана по плечу и довольный отправился на выход.

Подростки продолжали сидеть. Оба красные. Но спустя несколько секунд, подняли глаза и посмотрели друг на друга. Юми улыбнулась. Вроде бы натянуто, но все равно по-доброму. А Чан сглотнул и решил всё взять в свои руки и первым начать разговор.

— Всё, что прозвучало только что на записи. Всё — правда. Юми, я люблю тебя. Ещё со средней школы.

Чану было неудобно. Он смущался, но удивился, когда увидел, что девушка покраснела ещё сильнее. Спустя несколько секунд она сделал глубокий вдох и тоже заговорила.

— Да. То, что я сказала. Это тоже всё правда. Я долго думала. И поняла, что раньше ничего подобного не испытывала.

Чан облегченно выдохнул и улыбнулся. С каждой секундой напряжение между ними начинало спадать. Но через некоторое время парень снова начал хмуриться.

— Я очень рад всё это слышать. Но как мне кажется, у нас возникнут серьезные проблемы.

— Ты переживаешь из-за моих родителей? — правильно поняла девушка.

— В основном, да. Если мы начнем встречать. Официально. Одобрят ли они? Особенно учитывая, что теперь я никто. Меня выгнали из семьи. И если это дойдет до твоего отца… — Чан поджал губы и тяжело вздохнул. — Конечно же, я его недостаточно хорошо знаю, но даже судя по твоим словам…

— Да… — задумчиво проговорила Юми. — Всё так и есть. Но я считаю, что даже так… всё это не помеха. Я не хочу и не собираюсь выходить замуж за кого-то против своей воли.

— И что делать?

Юми пожала плечами и взяла стаканчик с мороженым.

— Не знаю, — произнесла она. — Но мы однозначно что-то придумаем. У тебя есть идеи?

— Да, — ответил Чан и поймал на себе удивленный взгляд девушки.

— Какие?

— Для начала я должен добиться успеха. Точнее я должен стать кем-то значимым в этой жизни. Сам. А не из-за своей фамилии.

— Звучит так, словно это будет не скоро. Даже несмотря на то, что ты учишься у Гису всем этим штучкам.

— В смысле я? — улыбнулся Чан. — Мы все у него учимся.

— Ну это да… Но ты, понятное дело, больше времени с ним проводишь. Поэтому… ну ты понял, — слегка смутилась Юми. — Так, ладно. Давай вернемся к нашей теме. Ты же понимаешь, что-то, о чем ты говоришь, это не произойдет завтра. И возможно даже через год. Это вообще очень абстрактно всё, разговоры об успехе.

— Понимаю, — уверенно ответил и кивнул Чан. — Но отступаться не собираюсь. Чтобы иметь право претендовать на свою любовь. На тебя. Пусть и перед твоими родителями. Я должен добиться успеха. Я не собираюсь надеяться на волю случая или на чье-то благословение. Я сам буду строить свою судьбу и не потеряю тебя.

— Хм, — девушка улыбнулась и немного выждала. — С другой стороны, именно такой мужчина и виделся мне как вторая половинка.

— Однако нам придётся какое-то время скрывать свои отношения, — продолжил рассуждать Чан.

— Согласна. Так мы выиграем хоть сколько-то времени. А потом…

— А потом я что-нибудь придумаю. Но если твой отец вдруг поставит тебе ультиматум, когда узнает правду?

— Надеюсь, до этого не дойдет, — произнесла девушка. — Я не знаю… не уверена, что мне хватит сил, как тебе, вот так взять и всё бросить, просто оставить свою семью… — с горечью в голосе, но честно ответила Юми.

— Да, я понимаю. Никто не знает подобного наверняка, пока не столкнется с этим лицом к лицу. Но мы сможем найти компромисс. Главное к тому времени мне уже иметь хоть какую-то значимость в нашем мире.

— Получается… — задумалась Юми. — Мне необходимо будет продолжать притворяться, что у нас отношения с Паком.

— Получается, что так. Но нам это нужно.

Девушка улыбнулась, с теплом посмотрела на Чана, приблизившись, взяла его ладонь обеими руками и произнесла:

— Я верю в тебя.

* * *

До Ну Шон поднялся и пожал руку женщине в вечернем платье.

— Госпожа Ру Нэ, рад вас видеть, — произнес он. — Вы прекрасно выглядите!

— Спасибо, — улыбнулась она и уселась за стол к нему. — Как ваше здоровье?

Девушка многозначительно кивнула на чашку кофе перед главой партии Народное единство.

— Врачи ворчат, — понимающе расплылся в улыбке мужчина. — Хотят, чтобы я отказался от кофе.

— Может быть, стоит прислушаться к ним?

— Я пытаюсь, — виновато развел руками До Ну Шон. — Пытаюсь и уже почти перешел на чай, но вы должны меня понять — это не так просто. Кофе — это страсть моей жизни.

— Понимаю, — тяжело вздохнула Ру Нэ. — Понимаю и не осуждаю, но вы нам еще очень нужны, господин До Ну.

Мужчина покивал головой и умолк, пока официант принес два блюда, поставив его перед гостями.

— Господин До Ну, — начала женщина, взяв вилку с ножом. — У меня крайне плотный график, поэтому сразу перейду к делу. Что с тем бандитом, что возомнил себя политиком?

— Бо Рам Сон, — кивнул мужчина, принимаясь за свой стейк. — Увы, он оказался довольно упрямым. Наглый, упрямый и уверенный в себе.

— С ним будут проблемы?

— Пока нет. Тут важна другая сторона, — мужчина отрезал кусочек мяса, осмотрел его срез и закинул в рот. Прожевав, он продолжил: — Прижать его, устроить проблемы с полицией, перевернуть и прикрыть пару нелегальных казино — это дело достаточно быстрое. Тут даже полиция может проявить инициативу. Уверен, на взятках они тоже будут греть руки.

— Так чего же вы ждете?

— Есть мысль, что этот Бо Рам Сон — все же фигура не самостоятельная, как он заявляет, — произнес До Ну Шон, отрезая второй кусочек. — Есть риск того, что это ловушка от наших закадычных врагов — Власть народа.

— М-м-м? Думаете, они могли…

— Вполне. Подкинуть деньжат, отработать нестандартную схему и запустить в наши владения этого бандита. А если мы вдруг начнем давить на него лично, ущемлять стандартными методами политической борьбы — взвоют раненным медведем и спустят на нас прессу. Будут кричать на каждом углу, что Народное единство давит конкурентов, не дает народу выразить свою волю и прочую чушь.

Женщина не донесла вилку с листом салата до рта, опустила руку и хмуро взглянула на До Ну Шона.

— Сейчас очень важный момент. Скоро выборы в парламент, и я бы…

— Я прекрасно понимаю, — кивнул глава партии. — Поэтому и не тороплюсь с ответными действиями.

Мужчина снова отрезал кусочек мяса и задумчиво уставился на него срез.

— Я выставил ему ультиматум. Либо он с нами, либо мы будем его давить всеми силами, что можем себе позволить в данной ситуации.

— А он…

— Нет, — оборвал ее глава партии. — Мы не тронем партию. Мы будем бить по корню, туда, откуда пришли деньги. Будем бить по серому варианту. Через полицию, связи и другие ниточки. Перекроем им кислород так, чтобы они сидели на голодном пайке. Тогда и посмотрим, откуда у него деньги, и не спонсирует ли все это Власть народа.

Женщина вздохнула и неохотно спросила:

— Надеюсь, у вас хватает людей, чтобы задействовать серые связи?

— Всегда держу при себе несколько таких, — кивнул До Ну Шон. — С первого взгляда — они бесполезны, но порой случаются вот такие казусы. Тогда вопрос без опасений можно решить только с помощью них.

Ру Нэ вздохнула и покачала головой.

— Только я решила, что эти выборы пройдут гладко, как появился этот Рабочий кулак…

— А вы помните гладкие выборы? — с улыбкой спросил До Ну Шон. — Не примите за оскорбления, но я в политике всю жизнь и… не помню ни одних гладких выборов. В принципе.

Собеседница хмыкнула, и закинув еще один лист салата со вздохом произнесла:

— Возможно, вы правы…

В этот момент к ним подошел официант и положил небольшую плоскую коробочку, которую использовали для счетов и места для чаевых.

— Очень предусмотрительно, — кивнула Ру Нэ. — Мне действительно уже пора. Меня ждут.

Женщина кивнула на мужчину в дорогом костюме, что стоял рядом с администратором.

— Да, конечно, — растерянно кивнул До Ну Шон.

— Всего доброго, господин До Ну, — кивнула она поднимаясь.

— Всего доброго, — отозвался политик, не сводя взгляда с коробочки. Счет он не заказывал, поэтому вид у него был настороженный.

Он взял принесенную коробочку, открыл ее и заметил в ней две вещи.

Первой был короткий счет. С виду ничего необычного.

Второй же была пуля калибра девять миллиметров с написанной чем-то красным цифрой — двадцать семь.

Мужчина взял ее в руки, покрутил и достал из кармашка ту, что оставил ему Бо Рам Сон.

— Хитро… — произнес он с усмешкой.

Покрутив в руках пули, он убрал их в карман, положил деньги в коробочку и поднялся. Его взгляд остановился на молодом официанте, затем перешел на администратора. С него на бармена.

— И не скажешь, кто засланный… хитро… Но намек понял.

Мужчина вышел из ресторана, подошел к машине, что подъехала ко входу. Усевшись на заднее пассажирское сиденье, он тяжело вздохнул и поерзал.

— Куда, господин До Ну? — спросил водитель.

— Домой. На сегодня все…

Тут он почувствовал какой-то предмет под пятой точкой и засунул руку, достав оттуда еще один патрон. Взглянув на него, До Ну Шон обнаружил надпись — двадцать шесть.

Опытный политик поднял взгляд и уставился на лицо водителя, что начал выезжать на дорогу.

— В машину кто-либо заходил? Заглядывал? — спросил он, внимательно наблюдая за водителем.

— Нет, господин. К машине никто не подходил и не трогал ее, — ответил он.

— Понятно, — кивнул глава партии и обеспокоенно взглянул в окно. — Возьми завтра выходной. Я улечу… мне надо немного отдохнуть.

— Как скажите, господин, — кивнул водитель, выруливая на дорогу к дому политика.

* * *

— Хорошо. Спасибо, что позаботился о том, что я тебя просил, — Пак Вон Шик довольно кивнул, продолжая разговаривать со своим сыном. — А с бизнесом, ну тем самым, связанным с сельским хозяйством, у вас как? Нормально всё?

— Да, пап. Там уже почти всё налажено. Теперь остается ждать и от сезона к сезону решать возникающие мелкие проблемы. Но в целом, уже всё хорошо.

— Понятно. Молодцы. Но… ты же пришел ко мне, чтобы поговорить о чем-то другом. Я правильно понимаю? — тот закрыл все свои документы, отложил их в сторону на край стола и внимательно посмотрел на сына, который сидел напротив.

— Да, — честно ответил Йонг. — Но я не знаю, с чего начать. Это… очень деликатный вопрос.

— Хм. Кажется, я догадываюсь, о чем ты. Спрашивай как есть. Я в любом случае всё пойму и если смогу, постараюсь чем-то помочь.

— Я… эм.

— Говори как есть, — повторил отец.

— Я хотел спросить у тебя… как ты лишился… ну, как у тебя было в первый раз. Это ведь было не с мамой, насколько мне известно. Просто мне…

— Хм, — Вон Шик хмыкнул с усмешкой на лице. — Вот как? Понимаю твоё стеснение. Но в этом вопросе нет ничего зазорного. Тем более ты уже в таком возрасте, что, кхем… Да. Нет ничего удивительного, что ты задумался об этом.

— Ага. Но сейчас такое время… в общем, мне просто стало интересно, а как у моего отца это было в то время.

— Да уж… — Вон Шик задумался о чем-то с некой ностальгией. — Помню тот день. Мы тогда с Ами гуляли по парку и случайно наткнулись на вывески оперного театра.

— Театр? — слегка удивленно уточнил Йонг.

— Ну да. В те времена наш национальный театр был невероятно хорош. Сейчас уже не то. Хотя… времена меняются и всё же…

— И… — покосился Йонг на отца. — Вы что… прямо в театре?

— Ах нет! — рассмеялся Вон Шик. — Но мы тогда остались под большим впечатлением. Помню как-то странно получилось. На нас нахлынули чувства. В общем… что я хочу сказать? — снова посмеялся отец. — Ами была приличной девушкой, если тебя это интересует. Очень воспитанная и из хорошей семьи. Честно говоря, я не ожидал, что всё так скоротечно получится, но в целом, ни о чем не жалею. По крайней мере, мне это помогло понять, чего я действительно хочу от своей жизни. А потом я встретил твою маму. И по-настоящему уже влюбился. Понимаешь? Но этот опыт. Возможно, в то время он помог мне. Хотя я не могу утверждать этого… как и обратного.

— Понял. Спасибо, пап, — серьезно проговорил Йонг и встал со своего места.

— Надеюсь, я хоть чем-то помог тебе своей бессвязной историей, — улыбнулся Вон Шик.

— Помог.

Йонг вышел из кабинета отца, достал свой телефон и принялся перебирать контакты своих знакомых.

* * *

— Потрясающий голос, — со вздохом произнесла девушка, когда Пак вышел с ней под руку из зала. — Вам понравилось?

Йонг хмуро посмотрел на нее, затем от странного ощущения передернул плечами и произнес:

— Знаете, я не знаток оперы, — осторожно начал он. — Не то чтобы мне не понравилось, но пока это выглядит как… нечто странное. Да и ожидал я немного другого.

— Я вас понимаю, — кивнула девушка, поправив отлично уложенную прическу. — Опера — это не для всех. И не потому что это дорого, а просто потому что надо уметь воспринимать искусство.

— Возможно, — покивал Пак. — Мне… мне больше по душе изобразительное искусство.

— Вот как… — вскинула брови девушка, пока они спускались к гардеробу. — Скажите, Йонг, а как вы относитесь к современным авангардистам? Может быть, вы поклонник экспрессионизма?

Пак неуверенно сглотнул и со вздохом произнес:

— Я скорее тяготею к пейзажам и природе, — осторожно произнес он. — Не то чтобы я был настоящим ценителем, но это мне ближе по душе.

— Как поэзия? — осторожно спросила девушка.

— Нет, Кою Са, — покачал головой парень. — Это точно не мое.

— Жаль, я хотел пригласить вас на завтрашний вечер. Там будет выставка и небольшое представление начинающих поэтов.

— Увы… увы, завтра я не могу, — произнес парень, отдавая пару номерков в гардероб. — К сожалению, у меня плотный график.

— У вас? Я понимаю, школа это важно, но это же не на целый день.

— Помимо школы, я… я иду по стопам отца, — кашлянул Пак, принимая вещи, выданные работником гардероба. — Я занимаюсь одной сельскохозяйственной фирмой. У нее были глубокие проблемы. Она находилась на грани банкротства. Сейчас вытащили ее в окупаемость. В планах прибыль.

— Тогда, может быть, на следующей неделе? — с надеждой спросила особа.

— Увы, но на следующей неделе у нас плотный график.

— У вас? — удивленно взглянула на него Кою Са.

— Да, я участвую в съемках сериала и… и одного интернет-шоу…

Девушка удивленно на него взглянула.

— Йонг, вы актер?

— О нет. Талант актерского мастерства меня миновал, но в организации этого мероприятия я участвую, — кивнул ей Пак. — Поэтому прошу меня извинить. Я понятия не имею, когда у меня появится окно.

— Жаль, — поджала губы девушка. — Жаль, но я искренне надеюсь, что оно у вас найдется.

— Мне тоже хочется в это искренне верить, — вздохнул парень и помог даме одеть пальто.

— Тогда, может быть, вы составите мне компанию сегодня за ужином? — с улыбкой произнесла девушка.

Пак вздохнул, демонстративно взглянул на часы и сделал паузу, прикидывая в голове, как бы аккуратно и без обид отказать девушке, что, не смотря на свою внешность, оказалась для Йонга крайне скучной.

— Да, думаю, у меня найдется на это время, — нехотя произнес он.

— Отлично! Я знаю прекрасный ресторан, буквально в трех кварталах отсюда, — обворожительно улыбнулась Кою Са. — Вы ведь не против морской кухни?

— Нет… — внутренне содрогнулся Пак. — Не против…

В этот момент в его кармане зазвонил телефон. Парень с блеском надежды залез в карман и вытащил его, с улыбкой уставившись на контакт.

— Прошу прощения, деловой звонок, — натянуто произнес он и принял вызов. — Алло?

— Пак, это Юми! — раздался голос в трубке. — У меня тут мама насела. Спрашивает, встречаемся мы с тобой вообще или нет. Мы давно не ходили на свидание.

— Что? Прямо сейчас? — с наигранным недовольством спросил Пак, покосившись на девушку из знатной семьи, что его сегодня сопровождала.

— Нет конечно! Ты видел, сколько сейчас времени? Давай что-то думать на днях.

— Да, конечно! Я сейчас буду!

— Пак, ты меня слушаешь?

— Если надо, то надо, — кивнул он.

— В общем, придумай что-нибудь. Можно без оригинальности, но чтобы было публичным. Понял?

— Да. Понял. Сделаю, — кивнул Пак и завершил вызов.

— Что-то случилось? — с явным разочарованием спросила Кою Са.

— Рабочие моменты, — развел руками Пак. — Простите меня, но я вынужден вас немедленно покинуть.

— Жаль, — вздохнула девушка. — Найти такого приятного собеседника не так просто.

— Увы, — кивнул ей Йонг и под руку вышел с ней из оперного театра.

— Я не буду вас задерживать и вызову такси, — произнесла девушка, но тут Йонг удивленно на нее взглянул.

— Вы? На такси? Простите, но я не могу такого позволить. Мой водитель вас отвезет домой, а потом приедет за мной, — с достоинством произнес он и обратился к вышедшему из авто мужчине. — Отвезите девушку домой. Потом свяжитесь со мной. Я скажу, откуда меня забрать.

Как только девушка села и автомобиль отъехала, парень тяжело вздохнул и произнес:

— Настолько тонкая натура, что даже человека не видно…

Тут Пак снова достал телефон и взглянул на список вызовов. Последним был звонок от Юми.

Парень опустил телефон, огляделся по сторонам и произнес:

— Нет, в принципе, мы даже официально встречаемся… Хотя… А почему бы и нет?

Глава 4

Юми сидела на предпоследнем уроке и всячески пыталась слушать учителя истории, чтобы не пропускать материал. Особенно учитывая то, что средний балл всех учеников за последние полгода немного подрос, ей не хотелось на фоне этого выглядеть отстающей. Однако каждый раз её мысли уходили куда-то в сторону.

Девушка, сама того не замечая, начинала думать о их откровенном разговоре с Чаном и о том, что теперь будет дальше. Ей хотелось ещё ближе узнать парня и начать проводить с ним время вне школы. Но тут была проблема…

Юми ещё раз глянула на Чана, а потом перевела свой взгляд на Гису.

— Устранить бы эту проблему… — пробормотала она и тяжело вздохнула.

Хотя, конечно, девушка понимала, что Хегай помогает им, и в частности, Чану. Он многое для него делает, но ей так же казалось, что иногда Гису перебарщивает. Столько нагрузки на одного человека…

— Бедный Чан, — снова пробормотала она.

— Вы что-то хотите сказать, госпожа Нам? — произнес учитель истории, строго посмотрев на Юми.

— Ой нет. И-извините. Я просто проговариваю, чтобы лучше запоминался материал.

— Хм. Похвально. Но постарайтесь, это делать так, чтобы не мешать остальным ученикам усваивать информацию.

— Поняла. Извините.

Учитель недовольно осмотрел всех учеников, словно надеялся застать кого-то спящим, а потом продолжил урок.

Юми же принялась внимательно слушать, но её внимания хватило ровно на пять минут. После чего она снова начала думать о том, куда бы выбраться с Чаном.

«Банальное свидание в ресторане — слишком скучно», — принялась она рассуждать про себя. — «Поход в кино… там даже не поговорить. Хм-м-м… может быть? А пускай Чан сам думает! Чего это я должна голову ломать⁈»

В итоге девушка пришла к такому простому выводу и наконец-то облегченно выдохнула и улыбнулась.

Юми дождалась окончания урока и на перемени подсела к Чану для обычного разговора. По крайней мере, никто посторонний не смог бы подумать о чем-то другом, ведь совет ЮЧП очень часто собирался вместе или без кого-то одного для обсуждения самых разных вопросов.

— Чан… — произнесла Юми и улыбнулась, посмотрев ему в глаза. — А Чан?

— Чего? — вроде бы недовольно буркнул парень, как обычно он это делает, когда не выспавшийся, но при этом не смог сдержать улыбки.

— Нам надо поговорить, — произнесла девушка.

— М? — вопросительно посмотрел он на неё.

— Ну не тупи, — еле слышно продолжила Юми. — Погулять надо. Я не хочу на людях называть это свиданием, — ещё тише произнесла девушка.

— А-а… понял. Блин. Ну тут это… у меня сегодня дел просто невпроворот. Честное слово, — почесав затылок, ответил Чан.

— А у тебя бывает когда-нибудь по-другому?

— Ну-у… наверное… но в последнее время не уверен.

— Вот именно. И что ты думаешь делать?

Ан пожал плечами и виновато посмотрел на девушку.

— Ты же знаешь, что я всё это не просто так делаю, — продолжил говорить парень. — Теперь мне придется работать ещё усерднее, чтобы добиться поставленных целей. Наших целей.

— Понимаю… — громко вздохнув, ответил Юми. — Но… а хотя, у меня есть идея.

— Какая?

— Мы уже как-то раз проворачивали нечто подобное, — Юми выдала пару секунд, после чего продолжила: — А что если я заеду за тобой на машине, и мы покатаемся вместе по твоим делам?

— Ну… даже не знаю. Как-то не хорошо получается. Как будто я эксплуатирую тебя.

— Ой, да брось ты! — отмахнулась девушка. — Вообще-то я сама так хочу. Так мы сможем и вместе побыть. И ты работу сделаешь. И я получше вникну в то, чем ты вообще занимаешься. Да и полегче тебе будет. Уж всяко удобнее, чем на велосипеде разъезжать по такому огромному городу.

— Это да… — задумчиво проговорил Чан, машинально разминая свою ноги.

— Тогда договорились!

Девушку улыбнулась и снова уселась за свою парту. А через несколько минут прозвучал звонок на последний урок.

* * *

— Я же сказал. Нет! — грубо произнес Чан прямо в динамик телефона. — Если вы хотите продолжение на второй сезон, то этот пункт договора придется поменять. Да. Раньше он нас устраивал, а теперь не устраивает. Вы всё правильно поняли. Ну, как есть. Хорошо. Буду ждать вашего визита. С уважением. До свидания!

— Хах. Почему-то уважением там не очень-то пахнет… — усмехнулась Юми, дождавшись, когда Чан договорит по телефону.

Двигаясь на машине, Чан с Юми уже успели посетить кофейню, где парню надо было проконтролировать поставку новых холодильников, так как старые оказались с каким-то браком. А теперь они направлялись в сторону фирмы Хегай Рис. И во время этого ему на телефон три раза позвонили из одной и той же компании насчет какой-то экранизации. Что это именно такое, Юми не поняла, но решила не отвлекать Чана, пока тот не закончит разговор.

— Да это так… — заблокировав телефон, ответил Чан. — На самом деле они неплохие ребята. Но иногда ведут себя слишком нагловато. Или как это сказать? Чересчур настойчиво. Так как хотят откусить смачный кусок от этого пирога.

— Что за пирог? — улыбнулась девушка.

Чан вздохнул, поджал губы и после небольшой паузы продолжил говорить:

— Только пообещай, что не расскажешь кому-то из своих подружек. Точнее вообще никому.

— Ой, да кому мне рассказывать? Я уже практически ни с кем и не вижусь.

— Юми… — Чан выжидающе посмотрел на девушку.

— Ладно. Обещаю. А что это секрет какой-то?

— Не то чтобы секрет. Но… наверное, секрет. Короче сейчас мне звонили с Японии, по поводу экранизации одного… эм… хентая. Ну точнее это новелла, но очень… своеобразная.

— Чего? Какая ещё новелла, — насторожилась Юми.

— Ты слышала о таком авторе, как Ебашикаши Сукотот?

— Эм. Конечно, слышала. О нем сейчас весь интернет трезвонит.

— Ну, так вот. Ты раньше не интересовалась, но у нас же и фирма точно так же называется. Понимаешь?

— Так… погоди. Ты хочешь сказать, что это Гису? Наш Гису Хегай и есть Ебашикаши Сукотот⁈ — изумленно проговорила Юми.

— Ну да. Он написал эту похабщину, — криво улыбнулся Чан. — А ещё у него игра есть по мотивам, которая уже приносит неплохие деньги. Правда, они все куда-то испаряются постоянно. Но это уже другой вопрос.

— Блин, почему я не знала об этом⁈

— Ну-у… Гису старается особо не распространяться. Вроде бы… Я точно не знаю. Но мне, кажется, он не хочет публичной славы. То есть, насколько я сам заметил… его знают и о нем говорят в узких кругах. Его даже уважают очень серьезные люди и считаются с его мнением, несмотря на то, что он ещё школьник. Но вот славы в массах он как будто бы избегает. Потому что если бы хотел…

— Ну да, я понимаю. Уж я-то точно, в этом плане, его понимаю. Но… блин… вообще я бы могла и сама догадаться, что это за автор такой. Загадочный, но который настолько мощно выстрелил со своим единственным произведением.

— Ну-ка постой! — резко перебил её Чан. — А ты читала что ли его книгу? Там же такое…

Юми в этот момент забегала глазами, пытаясь найти что-то, за что можно было бы зацепиться, и перевести тему. Но по итогу она просто отвела взгляд вниз и сильно покраснела.

— Нет… не всё… — пискнула девушка. — В некоторых моментах мне просто хотелось закрыть лицо руками от стыда…

— А как ты читать собиралась? С закрытыми глазами?

— Нет. Я поэтому и сказала, что хотелось… — ответила девушка, глядя на парня невинными глазами.

— Понятно, — сглотнул Чан.

— Так, а чего ты ко мне пристал с этим? Ты вообще вон… продвигаешь всё это дело.

— Ну, как продвигаю, — ответил Чан, почесав затылок. — Делаю то, что велит Гису. Иногда сам что-то предлагаю. Касательно всего бизнеса. Но конкретно с японцами это я заметил один довольно спорный пункт в договоре. Изначально у нас не было времени тщательно изучать его. Но сейчас, когда они захотели продлить сотрудничество с Ебашикаши Сукотот, я предложил изменить этот пункт.

— А Гису, как я поняла, тебя поддержал? — уточнила Юми.

— Он сказал: делай, как считаешь нужным.

— То есть… он полностью доверился тебе?

— Не знаю, — пожал плечами Чан. — Вроде бы, да. В некоторых моментах он полностью доверяет. Но возможно, он контролирует всё и перепроверяет. А может и нет. Я точно не знаю.

— Хм. Поняла. В любом случае, никогда не знаешь, чего ожидать от Гису.

— Это да, — кивнул парень.

Дальше некоторое время они ехали молча. Спустя минут шесть машина подъехала к офису Хегай Рис и остановилась на парковке. Парочка продолжала сидеть в машине, размышляя о своем.

— А что теперь? — проговорила Юми, разглядывая огромное здание.

— Теперь придется повоевать немного и здесь. Есть несколько спорных вопросов. Мы с Гису их обсудили и продумали. Но некоторые сотрудники почему-то считают, что надо делать с точностью наоборот. В общем, придется мозги вправлять.

Юми по-другому посмотрела на Чана. Ведь тот, по сути, являлся всего лишь школьником, но уже воротил подобными делами.

А ещё его взгляд на… да буквально на всё. Девушке очень нравилось, что парень знает, что делает и чего он хочет. Не боится трудностей. И готов отстаивать свою точку зрения с любым. Пусть даже более взрослым и опытным человеком…

После своих рассуждений в голове девушка удовлетворительно кивнула и продолжила смотреть в окно. Чан уже к этому времени вышел из машины и направлялся в сторону офиса.

* * *

В просторном кабинете сидели двое. Мужчина находился за огромным дубовым столом, в кожаном кресле, настолько мягком, что, казалось, в нем можно было утонуть.

Напротив него находилась стройная женщина в строгом костюме, но при этом на высоких каблуках, шпильках. Яркий макияж и достаточно сложная и аккуратная прическа на голове. С пронзительным взглядом, от которого не могла скрыться ни одна деталь.

— Приветствую вас, госпожа Асака, — произнес мужчина. — Полагаю, вы пришли ко мне не просто ради визита.

— Всё верно. Господин Чхе Донгиль, я долго терпела. Но любому терпению приходит конец.

— В чем дело?

— Помните, я вам уже несколько раз говорила о состоянии школы Дайвегу? Что там творится.

— Да, конечно. По вашей просьбе я распорядился, чтобы представители из нашего министерства образования обратили внимание на эту школу.

— Так вот. Сколько там всего уже произошло… и приход учителей в купальниках, что, конечно же, нонсенс для нашей страны! И какие-то непонятные флэшмобы учеников с монетками и чем-то ещё… Да множество различных проделок. Ученики, в общем, что хотят, то и творят. Но вот последнее… — женщина помедлила, словно бы набирала в грудь побольше воздуха. — Последнее, это уже выходит за все рамки! Последствия их необдуманных поступков, может быть, крайне плачевной! А ведь руководство школы, как я поняла, не только никак не порицает, так ещё всё это и поощряет!

— Да. Я понимаю. Но… напомните. А что было в последний раз? О каком именно случае вы говорите?

— Ученики школы переоделись в строгие костюмы, наделали себе фальшивых документов и притворились налоговиками, расхаживая при этом по реальным кофейням и закусочным!

— Ах да, — усмехнулся мужчина. — Наслышан об этом. Они действительно наделали шума.

— Я о том и говорю. С этим пора уже что-то делать! — женщина приподняла свою сумочку, открыла застежку и принялась доставать оттуда конверт.

— Госпожа Асака! — повысил голос мужчина, после чего выждал несколько секунд. — Не здесь…

— Поняла, — произнесла женщина и убрала конверт обратно себе в сумочку. — Но вы же предпримите что-то? — умоляюще произнесла женщина.

— Конечно. Я полностью с вами согласен. Только один вопрос.

— Слушаю… — спридыханием произнесла она.

— Кого вы считаете виноватым во всей этой ситуации?

— Ну как же? Конечно же, директора школы! Он распустил учеников. Настроил учителей. Он виноват во всем этом балагане!

— Хм. Полностью согласен. Как говорится, рыба гниет с головы…

— Тогда… когда мне можно ожидать… результатов?

— В ближайшее время, госпожа Асака. В ближайшее. Не переживайте. Я ещё после прошлого вашего визита навел необходимые справки и намекнул нужным людям. Скоро мы посадим на место директора школы Дайвегу другого человека. Нашего. И тогда он решит все эти недоразумения очень быстро.

— Поняла. Отличная новость! Спасибо вам большое за понимание! И… — она снова выждала, сменив чуть-чуть интонацию. — Я думаю, мы с вами ещё увидимся. В другой обстановке.

— Конечно. Я сам с вами свяжусь. Всего доброго.

— Спасибо ещё раз.

* * *

— Таким образом, вынудив большинство принять факт нашей позиции, мы смогли довести до конца нашу инициативу! — громко произнес До Ну Шон, стоявший за трибуной. — Это было по-настоящему сложно, но вместе мы смогли отстоять парк До Зюсу Ло! Это наша общая инициатива, и мы справились!

Народ, что собрался на митинге, начал аплодировать. Толпа получилась внушительной, несколько сотен человек, хотя событие было, мягко говоря, довольно рутинным и происходило на окраине парка. Сам же парк находился на краю города и уже полгода инициативная группа местных жителей боролись с попыткой превратить его в жилой комплекс.

— Парку присвоено городское значение, а это значит, что застроить его можно только при условии согласовании с жителями! — громко произнес До Ну Шон. — Это наша с вами победа! Спасибо вам, что не теряете надежды и верите в нашу честность, ответственность и правоту!

Политик отошел от трибуны под аплодисменты, поклонился и направился к небольшой палатке, где расположились работники партии. На сцену вышли молодые кадры, что должны были подбодрить толпу своими речами. Многого от них не ждали, но как место для тренировки начинающих ораторов, ситуация подходила идеально.

— Господин До Ну Шон, — встретил его молодой парень. — Замечательное выступление.

— У нас кофе приличный есть? — сходу спросил он, заходя в палатку.

— Да, конечно, — засуетился парень и тут же подскочил к привезенной кофеварке. Взяв блюдца с чашкой, наполненное черным эспрессо, он подскочил к главе партии. — Эспрессо. Чистая арабика.

До Ну Шон взял блюдце, пригубил и произнес, глядя на женщину, что только закончила общаться по телефону.

— Звонили из «Строй арм Корея». Очень сильно волнуются, — произнесла она, глядя на политика.

— Я им сразу сказал: полгода, — хмыкнул До Ну Шон. — Полгода — и мы выгибаем ситуацию в другую сторону.

— Да, но они нервничают. Видимо, среди этой толпы был их человек.

— Конечно был. Не могло не быть. И я уверен, что не один, — кивнул мужчина и снова пригубил кофе. — Бизнесмены крайне нервны и не понимают наших схем. Полгода — ситуация позабудется. Тогда и начнем толкать тему с социальной проблемой. С недостатком жилья, а также сумасшедшей ценой на землю в городе. Распишем проект жилого комплекса, подтянем транспортные компании для обеспечения быстрого подъезда на работу в город, и все готово. Тут и плюс к репутации, и денег можно будет стрясти за участие в строительстве нового района.

Женщина кивнула, но затем демонстративно подняла телефон.

— Но почему вы им это не сказали?

— Потому что к тому времени, когда будет строиться район, мы еще с них денег стрясем, — хмыкнул До Ну Шон. — Вряд ли они этому обрадуются.

Глава партии допил кофе и взглянул на вошедшего молодого парнишку-секретаря.

— Господин До Ну Шон, люди потихоньку начинают расходиться.

— Скажи, что я выйду для личного рукопожатия и отвечу на вопросы, — кивнул он ему. Когда парень скрылся, политик взглянул на женщину и произнес: — Держи их на коротком поводке. Пусть думают, что все идет по плану. Можете начать прикидывать проект жилого комплекса. Пускай пустят слюни.

— Поняла, — кивнула та.

Отдав чашку, политик натянул добродушную улыбку на лицо и вышел из палатки. Он спокойно подошел к толпе, которая, заметив его, тут же начала уплотняться ближе к нему.

— Господин До Ну Шон, вы наш герой!

— Господин До Ну Шон, говорят, что проезд в транспорте подорожает! Это правда?

— Господин До Ну Шон, я мать с четырьмя детьми! Отец сбежал и совершенно не помогает!

— Граждане! — поднял руку политик с улыбкой. — Я всем вам сердечно благодарен за то, что выбираете нас!

Мужчина спокойно протянул руку и пожал ее пожилому лысому старичку.

— Только благодаря вашей поддержке мы сможем добиться справедливости, равенства, а также достойного уровня для каждого!

Снова рукопожатия, гвалт вопросов, и люди обступили политика со всех сторон.

— Поддержка наших детей — это крайне важно! — кивал мужчина. — Обратитесь к моему секретарю, и мы постараемся вам помочь… Да, транспорт — это важная часть жизни для любого работающего человека! Мы будем настаивать на заморозке цен на проезд…

Рукопожатия, лица, аплодисменты.

Политик крутился как рыба в воде, поэтому совершенно не понял, в какой момент и кто при рукопожатии ему вложил в руку что-то.

Вопросы продолжали сыпаться, люди говорили, жаловались, хвалили, льстили, но сейчас для До Ну Шона это не имело совершенно никакого значения.

Он стоял все так же улыбался, кивал, что-то не совсем связано отвечал, но делал он это автоматически. По давно отточенному навыку. Все из-за того, что в руке он сжимал патрон.

— Господин? — обратился к нему секретарь, заметив неладное. — Прошу прощения, граждане, но дела не терпят отлагательств!

Мужчина подхватил под локоть политика и отвел в сторону, к машинам.

— Все нормально, господин? Что-то случилось? — спросил молодой парень.

— Ничего, — сам открыл дверь политик и уселся в машину. — Позови водителя. Мы едем в офис.

Усевшись в машину, он наконец разжал кулак и взглянул на патрон у себя в руке, на котором красовалась цифра двадцать два.

— Это уже начинает раздражать… — тихо произнес До Ну Шон, сглотнув и убрав патрон в карман.

* * *

— Удачи! — громко произнесла Шим Чихе.

— Спасибо! — кивнул ей Чан и направился в коридор, чтобы обуться.

— Капучино? — взял со стола специальный термос Гису.

— С корицей, без сахара, — кивнула ему девушка.

— Хорошо, — кивнул он. — Как в кафе?

— А Чан не рассказывал? — хмыкнула девушка.

— Ты и он — разные взгляды, — пожал плечами парень.

— Ну, кофе привезли паршивый. Пришлось звонить ругаться, — кивнула Шим. — Ну, и надо менять поставщика кондитерской продукции. Пончики и чизкейки, конечно, хорошо, но они стандартные. А у нас довольно нестандартное кафе. Надо искать поставщика, чтобы было связано с тематикой кафе.

— Тематикой? — нахмурился Гису.

— Капибары, — хмуро на него глянула девушка.

— А, — кивнул Хегай. — Точно. Прости.

Тут он повернулся в сторону коридора и громко произнес:

— Ча-а-а-ан? Ты слышал? Нужна кондитерка с тематикой капибары!

— Да, блин! — раздалось тихое ругательство из коридора.

— Спасибо за кофе! — кивнул ей Гису и направился в коридор к Чану.

— Слушай, у меня и так дел невпроворот, — проворчал Ан, когда тот появился в коридоре и вручил ему кофе. — Может, кондитеркой ты сам займешься?

— Нет, Чан. Старший помощник должен страдать, — спокойно произнес Гису, обувая туфли. — Если у него не хватает мозгов для организации собственного времени. Тайм менеджмент. Знаешь такое слово?

— Знаю, но… — тут Чан смутился и посмотрел на термос в форме кружки у себя в руках. — Погоди, ты как собираешься пить кофе? Одной рукой рулить велосипедом будешь?

— О нет. Все гораздо проще, — произнес Гису, подхватил рюкзак и вышел из дома, на ходу забрав из рук Чана кофе.

Ребята вышли из дома и зашли в гража, где Гису громко произнес:

— Тада-а-а-а-ам!

После чего схватил ткань, укрывающую странный трехколесный велосипед, а затем сдернул ее.

— Что это… такое… — обеспокоенно спросил Чан.

— Ты помнишь, что ты мне должен? — подмигнул ему Гису. — Юми, неловкий разговор… Ну?

— Да, помню, но… Это же велорикша!

— Именно! — довольно оскалился Гису, залез на заднее сидячее место и положил рядом рюкзак. — Отгадай, кто ближайший месяц будет подрабатывать живым двигателем этого непревзойденного экологичного и максимально дешевого транспорта⁈

— Да бли-и-и-и-ин! — протянул Чан.

Гису же устроился на заднем сиденье и поерзал, наблюдая, как друг обреченно устраивается на место водителя.

— Думаю, мы не будем терять времени, пока едем. А потому я начну тебе задавать наводящие вопросы, — произнес Гису, отхлебнув кофе.

— Какие?

— Начем с того, почему ты не делегируешь свои обязанности другим людям? — спросил Хегай, прищурившись от отличного напитка.

— Кому, Гису? Кроме меня, на тебя никто не работает! А как кого-то нанимать, если ты зарплату не платишь⁈ — возмутился Ан, выехав из гаража. По первым ощущениям ехать было не так тяжело, как казалось.

— Погоди, но ты ведь работаешь за еду? — хмыкнул Гису и снова отпил. — Да и кто сказал, что работа должна всегда оплачиваться деньгами?

* * *

Юми стояла у входа в школу и спокойно наблюдала за учениками, что заходили в школу. Кто-то с ней здоровался, кто-то просто кивал, а кто-то прикладывал палец к носу с улыбкой.

Девушка ощущала себя своеобразной звездой школы, причем не из-за внешности. Чем больше она участвовала в заданиях от Гису, тем больше она получала внимания от школьников.

Нет, это были не цветы и не признания в любви. Теперь на нее смотрели, как на одну из приближенных особ к Хегаю. Своего рода генералу, командующему и настоящему…

— Правитель? — нахмурившись, попыталась подобрать слово девушка. — Нет… Господин?.. Тоже не то…

Пока девушка пыталась подобрать статус Хегая, в ворота заехал странный трехколесный велосипед, педали которого, обливаясь потом, крутил Чан.

— В смысле? — растерянно произнесла Юми, наблюдая, как велорикша подкатила к велопарковке.

— Отлично! Чан, в горку еще надо потренироваться, но в принципе — уже неплохо! — произнес Гису, слезая с кофе с заднего сиденья. — Дня три-четыре, и ты будешь в форме!

— А-а-а-а… — растерянно произнесла Юми, когда Чан сполз с сиденья и на дрожащих ногах подошел к стене, в которую уперся.

— Юми! Доброе утро! — махнул ей Гису.

— А почему вы…? — начала было девушка, указывая на велорикшу.

— А, это? Это отработка моей помощи, — отмахнулся Гису. — И нет, не на постоянной основе. Я велорикшу арендовал всего на четыре недели.

— А… — указала девушка на себя.

— Нет, ты не потянешь. Тут нужна особая подготовка, — хмыкнул Хегай.

— Но…

— Да, за тобой должок, но как велорикша ты будешь так себе, — хмыкнул парень.

— Ты ведь не…

— Я что-нибудь придумаю, — хохотнул Гису и с довольной мордой направился в сторону школы. — Чан, подумай над моими словами!

Парень скрылся в учебном корпусе, а Юми поспешила к Ану.

— Чан, как ты? Может тебе воды?

Парень, что едва держался на ногах, кивнул.

— Воды, полотенце и пистолет.

— Пистолет? Зачем? — осторожно спросила Юми.

— Я пристрелю его… ей богу пристрелю!

Глава 5

До Ну Шон устало вздохнул и взял коктейль со столика, после чего взглянул на бассейн, где о чем-то разговаривали парочка грудастых красоток.

— Здравствуй, — произнес голос рядом. — Решил все же к нам заехать? Рад, что ты уделяешь время отдыху.

Политик повернул голову и с улыбкой взглянул на такого же, как он, пожилого мужчину.

— Го Шу, — поставил он коктейль на столик и поднялся. — Ты не представляешь, как я рад тебя видеть!

Мужчины пожали руки, а затем собеседник сел на соседний шезлонг.

— Неужели ты, наконец, понял ценность отдыха? — с прищуром спросил Го Шу.

— Увы… Увы, я дошел до той стадии, когда постоянный стресс начал давить на здоровье, — развел руками До Ну Шон. — Последнее время все как-то… закрутилось. Вот и…

— Понимаю, — закивал Го Шу. — Понимаю, у вас там постоянно какая-то борьба.

— Не то слово, — грустно вздохнул глава партии и покосился на девушек. Те, заметив его внимание, приподнялись над бортиком бассейна и с улыбкой начали выбираться из него, демонстративно прогибая спины и выбирая самые привлекательные ракурсы. — Раньше было проще. Все враги и конкуренты были известны. Все было понятно и были правила игры. Теперь же… начали появляться новые люди. Они ломают правила игры…

— Ты о партии «Рабочий кулак»? — хмыкнул Го Шу.

Политик повернул голову к старому знакомому и нахмурился.

— Да, я в курсе, что у тебя с ним проблемы, — кивнул он.

— Откуда?

Хозяин шикарного гостиничного комплекса вздохнул. Он покосился на девушек, что расстроенно принялись оборачиваться в полотенце, поняв, что сильным мира сего не до них, а затем залез в карман легкой рубашки на груди и достал оттуда патрон.

— Знаешь, я очень давно веду дела с этим местом. Я всегда говорил, что это нейтральное место. Мы договорились, что тут нет места конфликтам. И все приняли эти правила, — начал он, задумчиво крутя в руках латунное изделие. — И ты не поверишь, когда ко мне пришли люди… они не стали оспаривать этих правил.

— Люди Бо Рам Сона? — хмуро спросил До Ну Шон. — Этого уголовника?

— До Ну, он лишь верхушка айсберга, — вздохнул старый знакомый. — Он публичная личность, за которой официально ничего нет. Он лишь глава небольшой айти компании. А вот за ним…

— Кто?

— Все: игорный бизнес, наемники, убийцы, торговцы органами, — грустно усмехнулся Го Шу. — Все, что выходит за линии закона. Все они сейчас за него.

До Ну Шон помрачнел, взял со столика коктейль и пригубил его.

— Что они хотят? Ты разговаривал с ними?

— Пока они хотели лишь одного, — произнес собеседник и протянул ему патрон. — Передать тебе это.

Глава партии взял патрон и взглянул на красную надпись на нем.

— Двенадцатый, — тихо прошептал он.

— Не знаю, насколько это важно, но была такая традиция. Убивать человека последним патроном. С номером один, — опустив взгляд в плитку под ногами произнес Го Шу. — Тайбэйская считалочка. На Тайване придумали. Что-то, вроде ультиматума. Человеку подбрасывают патроны, а когда счет доходит до единицы, то пуля из патрона с номером один оказывается в голове жертвы.

— Я это уже понял, — мрачно произнес политик.

— В общем… Знаешь, мы с тобой уже не так молоды. Нам трудно заводить новые знакомства. Да и старых друзей становится все меньше и меньше, — мужчина поднял взгляд на До Ну Шона и добавил: — Хочешь воевать со всей преступностью в стране — дело твое. Просто… Будь осторожен.

Глава партии Народное единство тяжело вздохнул и кивнул с мрачным видом.

— Спасибо, Го Шу… Я ценю это…

* * *

Бо Рам Сон откинулся на спинку кресла и взглянул на Зубочистку, что сидел напротив и мешал карты.

— Ну, чего такой мрачный? — спросил он его с усмешкой. — Девка не дала?

Старый друг поднял взгляд от колоды и глянул на Дикого Топора.

— Посчитал тут, — с усмешкой произнес Зубочистка, продолжая тасовать колоду. — Посчитал убытки, если начнутся облавы.

— Много получается? — хмыкнул Топор.

— Слишком много, — недовольно буркнул Зубочистка.

Бо Рам Сон задумчиво почесал подбородок и произнес:

— Не дрейфь, — хмыкнул Бо Рам Сон. — Они не пойдут на чистки.

— С какого перепуга? — хмыкнул Зубочистка. — Думаешь, они будут улыбаться и уговаривать? Сам рассказывал, как разговор прошел.

— Угу. Только я туда шел после разговора с Метелкой нашей, — хмыкнул Дикий Топор. — Она дала добро.

Зубочистка хмуро посмотрел на друга, покачал головой и произнес:

— Ты понимаешь, что убийцы — это дорого? И судя по тому, как у тебя идут дела, деньгами с ними не решишь?

— Знаю. Уже обговорили этот момент. Метелка со своими людьми хочет иметь официальную сторону.

— Я стесняюсь спросить, на кой-черт ей официальная сторона?

— У нее тоже люди. Они тоже стареют, выпадают из обоймы по ранениям, — пожал плечами Бо Рам Сон. — Ей нужно как-то обеспечивать им старость. Не выкидывать же старых профессионалов на улицу? Они слишком много знают.

— Проще грохнуть, — буркнул Зубочистка.

— Ну, тогда каждый, кто идет к ней, будет знать, что выход из ее цепких лапок только в могилу. А так… Перспективы. Структура ее, как она говорит, «гильдии» вырисовывается четко. Работаешь, зарабатываешь, а когда придет время — ты спокойно уходишь на покой… Если сможешь прожить без работы, разумеется.

— Не знаю, — буркнул Зубочистка. — Что она будет делать с этим политиком?

— Пока ничего. Она начала «Тайбэйскую считалочку».

Бандит хмыкнул, взглянул на Дикого топора и спросил:

— С чего это она старые фокусы достала из рукава? Настальгия ее взяла?

— Нет. Просто убирать его не хочется. Слишком резко и грубо. В политике такого не любят. Вроде как, кровь — это табу.

— Но ты не политик.

— Не политик, но работать с этим все равно надо. Как бы там ни было, но это их методы, а я работаю на их поле. Приходится соответствовать.

Зубочистка принялся тасовать колоду. Секунд десять он молчал, после чего спросил:

— Что будешь делать, если она закончит считалочку?

Бо Рам Сон пожал плечами.

— Буду договариваться с другими людьми.

— А с тобой будут разговаривать?

— Почему нет? У этого старого удава есть конкуренты. С ними можно прекрасно поговорить, — пожал плечами Бо Рам Сон. — Я знаю, что они в курсе всего происходящего, но не лезут. Смотрят со стороны, потирают руки. Думаю, им выгодно было бы убрать этого До Ну Шона. Слишком много власти. Старый пердун очень хваткий.

— Сложно все это, — вздохнул Зубочистка. — Сложно и опасно. Как бы тебе самому голову не открутили.

— Каким образом? — хмыкнул Дикий Топор. — Все наемные убийцы — наши. Без нас никто никого не стреляет.

— Было бы желание и деньги, — кинул взгляд на него Зубочистка. — Исполнитель всегда найдется.

* * *

Я стоял перед кабинетом директора школы Дайвегу и готовился войти внутрь. Староста нашего класса довел мне, что Бём Сок меня вызывает и что он по какой-то причине очень зол. Кстати, это было впервые, когда ученика вот так неожиданно и резко вызывают через другого ученика. Обычно это делается через классного руководителя. Но в данном случае, насколько я понял, что у директора оказалось «под рукой», то он и использовал.

Видимо очень сильно хотел меня видеть.

Я насторожено огляделся по сторонам, а потом постучался в дверь. И ответа не пришлось долго ждать. В то же мгновение раздался рык директора.

— Входите!

Бём Сок выглядел необычно. Точнее непривычно для меня. Взъерошенный. Покрасневшее лицо будто слегка опухло. Он тяжело дышал и ходил по кабинету из стороны в сторону. На его столе был небольшой беспорядок, что тоже довольно странно для него. А ещё из-за угла виднелась бутылка алкоголя.

Не припомню, чтобы директор пил на рабочем месте.

— Ну что… — тут он поджал губы и резко замолчал, словно бы проглотил одно слово. И мне показалось, что это слово должно было быть максимально неприличным. Но видимо директор Бём Сок сдержался.

— Вы хотели видеть меня? — Наш разговор начался без какого-либо приветствия. И судя по атмосфере, которая витала в воздухе, оно здесь было лишним.

— Хотел… ещё как хотел. Добился своего, гаденыш⁈ — Сквозь зубы, пропыхтел директор. От него исходила вселенская обида.

— Эм. Я вас не понимаю. — Искренне удивившись, ответил я.

— Как же… не понимает он. — Бём Сок с ненавистью посмотрел мне в глаза, но я выдержал его взгляд. — Увольняют меня. — Произнес он, и сразу же после этого напряжение в помещение будто бы спало.

Директор школы выдохнул, криво улыбнулся и упал в своё кресло.

— Слухи пошли. Но я узнал это от проверенного человека. — Решил выговориться Бём Сок. — А всё из-за ваших проделок!

— Возможно… — спокойно произнес я. — Но скорее всего это лишь повод. Может быть, это очень хороший повод. Но разве это имеет значение? Если у вас появился серьезный враг, он бы нашел и другую причину. Думаю, сперва надо разобраться…

— Неважно уже… — на выдохе отвел он и отмахнулся. — Раз процесс запущен, мне остается лишь ждать вердикта.

— Вы не собираетесь ничего делать?

— А что я могу поделать⁈ — Словно огрызнувшись, выкрикнул он. — С моста сбросится? Это ты мне посоветуешь⁈

— Нет. — Всё так же спокойно проговорил я. — Но можно бороться.

— Бесполезно. Я был свидетелем подобного множество раз. Ты ещё слишком молод и не понимаешь, какие люди здесь замешаны. А поэтому и можешь позволить себе быть настолько наивным. Но не я… не я.

Ощущение было, словно директор вот-вот нервно рассмеется, но от этого становилось лишь более паршиво.

Я видел отчаяние и безнадегу в его глазах. А ещё страх. Скорее всего, из-за поджидающей его неизвестности. Он не ожидал ничего подобного и просто не был готов к подобным новостям. Возможно, он даже до сих пор до конца не осознает, что всё это правда…

Однако я понимал его состояние. Подобная информация обрушилась на него тяжким грузом и выбила из равновесия. Я видел такую реакцию людей множество раз.

Я сам через это проходил.

Знаю и понимаю, насколько это тяжело для неподготовленного человека. Но вот одного я точно не понимал.

Почему он вызвал меня?

Чтобы просто пожаловаться? Чтобы посмотреть мне в глаза, как своему врагу? Это противоречит здравому смыслу? Ведь враг лишь позлорадствует. А что, если он понимает, что я ему не враг…

Неужели…

Неужели он пытается попросить у меня помощи? У нас… у всей школы… Знает на что мы способны. Ведь видел всё это собственными глазами. Может быть, и не верил. Возможно, думал, что всё это простые совпадения. Но все наши занятия отложились в его подсознании. И сейчас у него нет другого выхода. Директор хочет попросить у нас помощи…

Хочет. Но не может…

Видит в этом последнюю надежду.

Но в то же время понимает, насколько это глупо выглядит со стороны. Директор школы просит помощи у своих же учеников…

В этот момент Бём Сок с сожалением посмотрел на меня и грустно улыбнувшись, принялся копошиться в своем ящике, доставая какие-то документы.

— Рано ещё отчаиваться. — Разрушив безмолвную тишину, которая снова начала давить на плечи, заговорил я. — Возможно, это вообще просто слухи. Такое иногда бывает. Люди могут специально их распускать, чтобы выбить вас из равновесия.

— Нет. Я же говорю. Источник проверенный.

— И всё же…

— Знаешь что. — Тяжело вздохнув, перебил меня Бём Сок. — Гису. Скажу честно. Раньше я не то чтобы точил на тебя зуб… но, в какой-то степени видел… в общем, считал тебя той самой шероховатостью на моем гладком пути к успеху. Думал, что дело в тебе. Хах. Но тебе и самому пришлось нелегко. В общем… что я хочу сказать. Не держи зла…

— За что? — Уточнил я. Теперь я видел, что директор всё-таки точно выпивший.

— За то, что не замечал твоих проблем. Точнее делал вид. Возможно, я мог бы помочь. Но я делал вид, что это не моё дело. Что я не вижу, как над тобой издеваются. Что, даже если вмешаюсь, ничем не помогу. — Он выпятил нижнюю губу и грустно покачал головой. — Помог бы. Но боялся… за свою репутацию. А сейчас вижу, что это просто пыль. Если сильные мира сего захотят тебя стереть в порошок… репутация превращается в пыль.

— Нет. Репутация имеет значение. — Возразил я. — Просто её очень легко потерять.

— Да? И что же она мне не помогает? — С горечью усмехнулся Бём Сок.

— Поможет. — Пожал я плечами. — Просто надо верить. И…

— Что? — Продолжал нервно улыбаться директор. — Палец к носу приложить? Ах, нет. Погоди. Я догадаюсь. Щеки надуть, да⁈ — Находясь на грани срыва, эмоционально проговорил директор. — Да⁈

— Да.

* * *

— А на этот раз мы куда поедем? — Весело произнесла Юми поглядывая на Чана, который сидел рядом с ней на заднем сиденье машины.

— Сейчас нам надо будет заехать в место, где сидит начальник одного завода. Молодой чеболь. Я ему помогал немного по просьбе Гису.

— Хм. — Вздернув бровь, покосилась на него девушка. — Чеболь. Начальник завода. А ты… разбираешься что ли в производстве? Или что там вообще за завод?

— Ну как разбираюсь… — начал говорить Чан и задумался. — Теперь да. Пришлось разобраться. Там было множество проблем. Некоторые из них решались проще простого, стоило всего лишь вникнуть в работу и прислушаться к знающим людям. А вот с некоторыми вещами пришлось попотеть. Но выбора не было. Необходимо было вывести завод на производство необходимо количества деталей в кратчайшие сроки.

— Это сколько?

— Три дня. — Спокойно проговорил Чан.

— Ого. Это мало… наверное. Хотя я ничего не понимаю в этом. А что именно производит этот завод?

— Литье пластика. Корпорация отца Йонга частично этим занимается. Кстати он мне помог кое-чем.

— Кто? Йонг? — Уточнила Юми.

— Нет. Его отец. Мы с ним случайно пересеклись на нашем шоу. Он там гостем был. Я к нему обратился за советом, а он дал мне номер телефона своего знакомого.

— Хм. Клево. Не думала, что ему есть дело до… ну как бы это…

— Да я понимаю, о чем ты. — Улыбнулся Чан. — Я сам не ожидал, что он так тепло всё это воспримет. Но помочь он не отказался в любом случае. В общем, я ему благодарен.

— Да уж. Но ты тоже молодец. Прям крутишься вертишься. Всё везде делаешь и главное успеваешь ведь. Кстати, возможно, именно поэтому твоё прозвище так хорошо прижилось! — Посмеялась Юми.

— Чан-Ракета? — Уточнил парень и тоже хохотнул.

— Ну а какое же? Мне кажется, тебе очень идет.

— М-да. Я надеялся, оно не приживется.

— И не мечтай! Мне нравится. А значит, я не позволю людям забыть! — Снова рассмеялась девушка.

— Я тебе это припомню… — с прищуром, но с улыбкой на лице, ответил парень.

— Чан… — спустя несколько секунд, снова заговорила Юми.

— М?

— А ты вот сам как считаешь? Не сильно ли нагружает тебя Гису? Ты не устал от этой постоянной гонки?

— Ну… устал? — Задумался он. — Скорее я, наверное, уже привык. И… это здорово. Когда ты всегда занят, у тебя нет времени грустить. Или думать, о чем-то плохом…

— А почему ты вообще должен грустить? — Удивленно уставилась на него девушка.

— Ну как… было из-за чего. — Натянул улыбку Чан. — Отец… нежеланная свадьба… да и тот разговор с тобой. После него я не знал, куда себя деть. А Гису словно бы чувствовал это и точно знал, как мне помочь, причем настолько филигранно. Он никогда не заводил разговоры о чем-то таком. Просто… брал и что-то придумывал, озадачивая меня.

— Ну-у-у… — протянула Юми. — Я бы не назвала это, конечно, чем-то филигранным. Хотя… наверное, да. Гису знает, что делает. Но теперь-то? — Вопросительно посмотрела на него Юми. — Может быть, теперь, когда мы это… ну может быть, сейчас стоит чуть-чуть снизить нагрузку? Чтобы освободить немножечко времени.

— Шутишь что ли? — Хохотнул Чан. — Теперь я обязан ещё более усердно работать. Да и заряжен я как никогда. Мы не знаем, сколько у нас есть времени. Поэтому я должен использовать каждое мгновение. Иначе потом может быть поздно.

— Хм. Тоже верно… Ладно. Почти приехали. Посмотрим сейчас что это за место такое.

— А ты хочешь пойти со мной? Просто я даже и не знаю зачем Ки Лу Бом вообще попросил меня приехать.

— От этого мне ещё интереснее. — Подмигнула ему Юми.

— Ну, хорошо. Пойдем.

Кабинет директора завода они нашли не сразу. Чану пришлось обратится к одному из сотрудников, чтобы тот им указал дорогу.

— Ого, тот старичок с таким уважением разговаривал с тобой. Наверное ты тут большая шишка! — Посмеялась Юми.

— Да не-е. Просто… не знаю даже. Я и не помню кто это такой. Но видимо он с производства. Наверное, люди знают, что с моим приходом здесь много чего поменялось. Вплоть до отношения главного начальника к своим подчиненным.

— Хм. Интересно.

— Можно войти? — Чан постучался и слегка приоткрыл дверь.

— Да. Входите. — Раздался молодой голос из кабинета. — О, Чан. Ты вовремя! А-то я уже собирался уезжать по делам.

— Да. Мне передали, что вы хотели меня видеть. Что-то случилось?

— А это… — Ки Лу Бом чуть приподнялся посмотрев за спину Чану, и удивленно вздернул брови. — Откуда на моем заводе столь прекрасная особа?

— Это… моя девушка. — Чану было непривычно говорить это и он слегка покраснел. — Мы были вместе, когда мне позвонили.

— О, понял. Повезло тебе. Повезло… — улыбнулся Ки Лу Бом. — Ну что ж. Давай тогда по существу. С работой на заводе всё отлично. Всё работает как часы. И за это тебе конечно спасибо.

— Вы для этого меня вызывали? — Удивленно проговорил Чан.

— Нет, конечно. Ты зарплату свою собираешься забирать? А-то бухгалтер бухтит. Все уши мне прожужжал уже.

— Чего?

— Зарплату, говорю, забирать будешь? Ты же у меня официально в штате стоишь. Как мой зам. Правда… ну, пока что ещё постоишь немного. На всякий случай.

— Хм-м. Зарплата? — недоверчиво произнес Чан. — Деньгами?

— Ну а чем же ещё? Бутербродами что ли? — Усмехнулся молодой чеболь.

* * *

Пак поглядывал в окно и нервно постукивал пальцем по стеблю цветка. Красная роза, без всякой упаковки выглядела отлично, однако чем ближе была школа, тем сильнее Йонг нервничал.

Вот машина наконец подъехала к парковке и остановилась возле места для высадки пассажиров. Пак дождался, пока водитель откроет ему дверь, вышел из машины и тут же заметил Юми, что стояла у крыльца и кивала входящим ученикам.

Парень сглотнул, расправил плечи и прошептал под нос:

— Уверенно, напористо и властно…

Школьник сделал несколько шагов вперед, затем притормозил, достал небольшой флакончик и пару раз пшикнул себе на шею. Быстро спрятав флакончик, он с прямой спиной направился к Юми.

— Привет, — кивнула ему Юми, удивленно поглядывая на цветы. — Чего с цветами? У тебя ведь все живы-здоровы?

— У меня? — смутился Йонг и взглянул на цветок. — Да, это просто…

Тут Пак умолк, несколько секунд мялся, после чего произнес:

— Просто это для тебя.

Девушка приняла цветок, удивленно взглянула на Йонга и спросила:

— Что-то случилось, да?

— Ну, как бы… — Пак несколько секунд молчал, после чего сделал шаг к девушке и положил на ее плечо руку. — Просто ты сегодня сама очарование!

Нам с подозрением заглянула в глаза Паку, а затем спросила:

— У тебя все впорядке?

Йонг растерянно хлопнул глазами, затем сделал еще один шаг к Юми и слегка ее приобнял, при этом выгнулся так, чтобы шея, куда он брызнул феромонами, купленными через интернет, была как можно ближе к лицу девушки.

— У меня есть предложение сходить погулять, — произнес Пак, а затем добавил: — Потом можно заехать в какое-нибудь укромное местечко.

После этих слов Пак подмигнул Юми, а та подняла одну бровь и спросила:

— Что это значит, Йонг?

Пак, до этого демонстрировавший фальшивую уверенность, тут же сдулся и неуверенно спросил:

— Ты о чем?

— Пак, я ведь не дура малолетняя, — с угрозой произнесла Нам. — Ты сейчас склеить меня пытался?

— Я? Нет, просто… Причем тут клей вообще… — нервно проворчал Йонг, кашлянул и взглянул на девушку.

— Па-а-а-а-ак! — протянула Юми.

— Что? Надо же было попробовать… — опустил голову Йонг и слегка втянул ее в плечи. — А вдруг прокатило бы…

— Или ты мне сейчас все объяснишь, или пожалеешь, что связался! — с угрозой произнесла Юми, после чего резко рыкнула: — Быстро!

— Ну, я какбы… Не могу рассказать?

— Почему?

— Ну, потому… не могу… — окончательно смутился Йонг.

— Задание? — с прищуром спросила Юми. — Так?

Пак кинул на нее хмурый взгляд, затем нехотя кивнул и тяжело вздохнул.

— Ну, и что же Гису тебе задал?

Пак шмыгнул носом, с горечью взглянул на цветок у себя в руках и признался:

— Потерять девственность.

— Что?

— Потерять девственность, — слегка покраснев буркнул Йонг.

— Погоди, то есть ты еще никогда ни с кем не…

— У меня были немного другие интересы, — проворчал Пак. — Да, и воспитание у меня приличное.

— И ты, вот сейчас, подойдя ко мне с красной розой хотел, чтобы я с тобой…

— Ну, а что? — пожал плечами Йонг. — Ты свободная молодая девушка. Я тебя знаю, с тобой можно спокойно общаться на любые темы. Почему нет?

— Погоди, то есть ты пришел ко мне с одним цветком, положил руку на плечо и попытался обнять, хотя у меня было стойкое ощущение, что ты планируешь выкрутить мне руку. После этого, ты решил, что надо брать быка за рога и предложил мне, по сути, интим. Так?

— Ну, если вкратце — да, но я… — тут Йонг умолк и махнул рукой.

Юми покачала головой и хмуро оглядела парня с ног до головы. За его спиной показалась велорикша с взмыленным Чаном. Поэтмоу девушку лишь покачала головой и прежде чем отправиться к Ану, произнесла:

— Пак, извини, но ты умрешь девственником!

Глава 6

Директора нашей школы собираются уволить и это не шутка. Я видел его отчаяние. И, зная это человека, пусть и немного, понимаю, что он не стал бы себя просто так накручивать. Значит информация действительно достоверная.

Но прежде чем что-либо предпринимать стоит самому убедиться и разобраться во всем.

А зачем мне ему помогать?

Всё просто.

Пусть у нас с ним никогда не было теплых дружественных отношений, но мне оно и не требовалось. Бём Сок пусть и не был рад нашей деятельности, да и лично ко мне он, возможно, относился немножко предвзято. Но, по крайней мере, он не препятствовал нам. И зачастую даже пытался рационально размышлять, что, для чего мы делаем и какая от этого может быть польза.

Подобный подход меня целиком и полностью устраивал.

А то, какой он человек… ну тут как бы ничего необычного. Я встречал и похуже. Гораздо хуже.

И, кстати говоря, я не исключал такого варианта, что новый директор и вовсе может быть назначен лишь для того, чтобы разогнать наше объединение. Всё зависит от того, кто всё это затеял. Тех, кто может точить зуб на кого-то из нас, хватает.

В интернете, естественно, никакой информации о смене директора школы Дайвегу не нашлось. А значит, никто об этом просто так распространяться не станет.

Но всё же, несмотря ни на что, я собирался после уроков отправиться в министерство образования, скажем так, на разведку.

Да, возможно глупо будет тащиться сразу в министерство, чтобы пытаться что-нибудь выяснить. Вряд ли кто-то станет разглашать подобную информацию какому-то школьнику. Но… на мой взгляд, куда глупее это вообще не пытаться что-либо разузнать. Для начала надо убедиться в своих догадках.

На последнем уроке я подошел к Паку и попросил у него до вечера его кожаный портфель, с которым он иногда приходил в школы. Портфель выглядел как очень дорогая папка для документов.

Пак слегка удивленно посмотрел на меня. Но задавать лишних вопросов не стал, понимая, что просто так я не стал бы у него одалживать его вещи. В итоге он просто протянул портфель мне со словами: — Главное сегодня верни. А-то мне уроки делать ещё.

Я кивнул и направился на выход из школы.

— Гису, а ты куда? — Обратился ко мне Чан, глянув на мой велосипед, а потом переведя взгляд на велорикшу, продолжил. — Нам же в другую сторону.

Как только уроки закончились, я решил сразу же отправиться министерство. Ехать было недалеко, так как само здание располагается недалеко от центра. Благо, предусмотрительно оставил свой велосипед на школьной стоянке.

— Мне по делам нужно заскочить. — Ответил я. — Езжай домой сегодня без меня. И, кстати, захвати, пожалуйста, мою сумку. Она мне мешаться будет.

— Хм. Ну, ладно. Хотя я собирался ещё на съемочную площадку по пути заехать. И Сухо что-то хотел мне показать.

— Хорошо. Потом тогда расскажешь.

Через пятнадцать минут я находился возле четырехэтажного здания. На проходной находился турникет, через который мне требовалось пройти, чтобы попасть внутрь. Но там меня встретила женщина, которая сидела справа в закрытом помещении. Она обратилась ко мне через окошко.

— Здравствуйте. Чем могу помочь? — Произнесла женщина.

— Здравствуйте. Я пришел по вопросу касающегося директора школы Дайвегу. — Расплывчато ответил я.

Я понимал, что никто мне не станет просто так что-либо рассказывать. Поэтому решил сделать вид, что и так всё знаю. И тогда возможно, при помощи наводящих вопросов, мне удастся что-нибудь выяснить.

— Эм. Извините. Но я не понимаю. К кому вы именно пришли? Вам назначено?

— Да, мы уже обсуждали этот вопрос с господином Югай Гынтхэ. Но, появились факторы, из-за которых необходимо внести коррективы. Не могли бы вы сообщить министру, что к нему пожаловал Ким Ханэ.

Я решил не мелочиться и сказать, что направляюсь к министру образования. Только вот был один нюанс. Помимо того, что я заранее узнал его имя, я конечно же, знал, что его нет на месте. Но мне необходимо было просто создать необходимый образ.

— Извините, но его сейчас нет на месте.

— М-м-м… понятно. — Протянул я, после чего приподнял портфель Пака, расстегнул и принялся перебирать в нем тетрадки. — А не подскажите, с кем я могу переговорить… кого Югай Гынтхэ назначил на дело директора школы Дайвегу.

— Дело? — Задумчиво ответила женщина. — Не уверена…

— Да. Мы ведь давно уже приглядываем за этой школой. Она сейчас на слуху. А учитывая престиж данного заведения… ну вы понимаете. Кто из должностных лиц сейчас есть на месте, с кем я мог бы обсудить этот вопрос? Заместитель?

— К сожалению господин Ли тоже не на рабочем месте. Он на деловой встрече.

— Понятно. — Хмыкнул я.

— Может быть, я могу что-то передать? — Уточнила девушка.

— Нет. Спасибо. Я сам свяжусь с господином Гынтхэ. До свидания.

— Всего хорошего.

Я вышел из здания и остановившись, почесал затылок.

— А чего я ожидал? В принципе логично.

Чего-то конкретного узнать не удалось, но я был уверен, что вокруг нашей школы тучи действительно сгущаются. Если уж женщина на проходной сразу же поняла о чем речь, то это точно сейчас много кем обсуждается. Слухи они ведь такие… если знают двое, значит скоро будут знать все.

Я сел на велосипед и не торопясь направился обратно в сторону школы. По пути принялся перебирать возможные варианты решения данного вопроса. Но изначальная цель осталась прежней. Я до сих пор не знал, кто именно в этом замешан.

Спустя минут пять ко мне в голову пришла интересная мысль.

— Хм. А как там этого парня звали?

Я остановился и принялся перебирать контакты в чате Надуй Щеки. Из-за того, что никнеймы у людей были те, которые они сами себе ставили, многих я вообще не знал. В итоге решил поступить проще и набрать Чану.

— Слушай, подскажи. Как звали парня, который противостоял нам на школьном фестивале? — Произнес я сразу же, не церемонясь. — Он ещё глава кулинарного клуба.

— А-а-а… — протянул Чан. — Сейчас погоди. Куанг! Точно! А что? Тебе он зачем?

— У тебя есть его контакт? Или, может быть, он есть в нашем чате?

— В чате точно был. Я видел.

— О, отлично! Скинь тогда мне контакт. Хорошо?

— Ладно. — Буркнул Чан и сбросил звонок.

Доехав до школы, я снова посмотрел на свой телефон, и сразу же набрал сообщение Куангу.

— Привет. Это Гису Хегай. Есть время поговорить?

— Привет, да. Что-то случилось? — Его ответ не заставил меня долго ждать.

— Дело есть. Хочу кое-что обсудить. Ты сейчас где находишься?

— В школе.

— Отлично. Давай тогда встретимся в коридоре напротив столовой.

Спустя семь минут мы оба сидели на скамейке неподалеку от школьной столовой. Людей здесь уже не было. Если кто-то ещё и находился в школе, как Куанг, так это только те, кто посещали дополнительные занятия, либо кружки.

— Привет, Гису. — Начал разговор Куанг. — Скажу честно, ты меня заинтриговал. Я сразу же пошел сюда. Но времени у меня не сильно много. Меня всё-таки ждут в моем клубе, мы ещё не закончили нашу работу.

— Понял. Я много времени не займу. Тогда, сразу к делу. Слушай. У тебя же кажется мама является председателем родительского комитета, так?

А то что и отец работает где-то в министерстве, я решил пока не вспоминать.

— Ну да. А что-то случилось?

— Не то чтобы. Но грядет. Ты слышал что-нибудь про нашего директора? Может быть до тебя дошли какие-то новости? — Проговорил я.

Куанг поджал губы и слегка отвел взгляд. После чего он снова посмотрел на меня и глубоко вздохнув, продолжил говорить.

— Да. Знаю кое-что. Я хотел с тобой поговорить по этому поводу, но не знал с чего подступиться. В общем. Насколько мне известно, моя мама, и не только она, в родительском комитете состоят очень многие влиятельные родители, что неудивительно…

— Ну, это понятно. — Я попытался ускорить его.

— Ну вот. В общем, она захотела сместить нашего директора. Для чего именно не знаю. Но догадываюсь… — продолжил говорить Куанг.

— Хм. Неужели из-за нашего сплочения?

— В том числе. Она считает, что всё это очень пагубно влияет на наше мировоззрение. Якобы ты и совет ЮЧП только голову нам морочите. А у меня выпускной класс. Мать мне уже все уши прожужжала об этом. Короче… — он снова тяжело вздохнул. — Я пытался с ней поговорить, но она и слушать не желает. А рассказывать тебе об этом, ну как-то… мне даже стыдно было.

— И? То есть она задействовала какие-то серьезные связи, раз у нашего директора даже шансов не осталось?

— Этого я не знаю. Но в целом, не удивлен, если всё именно так. Когда ей что-то взбредет в голову, то пиши пропало… Она ведь и со всеми этими школьными фестивалями влезала куда я её не просил. Постоянно пыталась что-то там помочь, думая, что… точнее она всегда была уверена в том, что делает всё правильно и мне так будет только лучше. Вот и сейчас. Она начала действовать без какого-либо предупреждения.

— Хм. Понимаю. А через кого она работает, ты знаешь? — Уточнил я.

— Точно не могу сказать. Но вообще… если я с ней поговорю, возможно, она проколется. Она не очень-то хорошо держит язык за зубами. Хотя когда дело касается чего-то подобного, она знает что лучше лишнего не говорить. Ведь репутация семьи на кону.

— Ага. Тогда постарайся узнать имя политика или человека, через которого она решает этот вопрос. Мне это поможет и сэкономит кучу времени.

— Хорошо. Только… эм, Гису. Могу я узнать?

— Да.

— А что ты собираешься делать? Ты… — тут Куанг сглотнул и, выждав несколько секунд, с опаской произнес. — Объявишь войну?

— Нет. Пока не знаю. Для начала, я хочу выяснить, как обстоят дела. Но одно я могу сказать точно. Я не допущу, чтобы клуб Надуй щеки прикрыли, запретив нашу деятельность.

— Получается… — продолжил говорить он, но замолчал на полуслове. — Что нам надо делать? — Уже более уверенно произнес старшеклассник.

— Сейчас надо просто ждать. И, конечно же, надуть щеки. А… и ещё. Пока что не распространяйся об этом перед другими.

* * *

Бо Рам Сон с усмешкой взглянул на женщину перед ним и спросил:

— Что? Решила навестить лично в решающий день?

Женщина обворожительно улыбнулась и пожала плечами.

— Ну, скажем так… я хотела донести до тебя кое-какую информацию.

— М-м-м-м? Я чего-то не знаю?

— Под видом техников в здании работают наши четыре человека. Чинят лифт. Они в желтых жилетах. Это твоя эвакуационная группа. В небоскребе рядом сидит наша тройка. Если почувствуешь, что пора — доставай пачку и закуривай. Это будет сигналом для наших людей. Они уберут всех, кто находится рядом с тобой. У тебя, кстати, ствол есть?

— Слушай, я не на войну собираюсь, — вздохнул Дикий Топор. — Мне, конечно, приятно, что ты заботишься обо мне, но это не банда. Не тайваньцы или китайцы. Тут все по-другому. Никто не будет ни в кого стрелять и уж тем более устраивать перестрелку в офисе. Это не те люди, Метелочка.

Женщина подошла к бандиту, стряхнула одну ей видимую пылинку с плеча и произнесла:

— Ты слишком для меня дорог, чтобы допустить даже малейшую возможность твоей смерти.

— Да будут тебе легальный бизнес и пенсия для твоих, — хмыкнул Дикий Топор. — Все будет, но не сразу. Нужно сначала выбить себе место под солнцем.

Глава «гильдии убийц» вздохнула и заглянула в глаза бандита.

— Думаешь, дело только в бизнесе?

— Слушай, не начинай, а? — сморщился, словно от зубной боли Бо Рам Сон. — Подумаешь, переспали. С кем не бывает.

— Пять раз, Бо…

— Три.

— Пять! — с нажимом произнесла Метелка.

— Два раза я был в дерьмо пьян, поэтому это не считается.

— А я считаю, — хмыкнула в ответ глава наемных убийц. — Тем более, те два раза мне понравились больше.

Бо Рам Сон нахмурился.

— Я лучше трахался?

— Нет. Говорил то, что думаешь, а не то, что хочешь думать, — пожала плечами женщина. — Ты даже стихи мне написал на салфетке.

— Не было такого! — отрезал Дикий Топор.

— Показать? — приподняла одну бровь она.

Бо Рам Сон насупился, промолчал и обвел взглядом пустую парковку.

— Не надо, — тихо ответил он.

— Тогда хватит со мной спорить. Сказала подстрахую — значит, подстрахую.

Бо Рам Сон тяжело вздохнул, осмотрел девушку с ног до головы и спросил:

— Если все пройдет удачно, сходим выпить куда-нибудь?

— Нет. Мы с тобой поедем к тебе в клуб и нажремся в стельку.

Главарь группировки, державшей все бордели и стриптиз-клубы в городе, усмехнулся, глядя на собеседницу.

— И ты напишешь мне поэму!

— Чего?

— Это такой длинный стих.

— Сдурела? Я стихи никогда не писал, а тут это поэму!

— Показать? — приподняла одну бровь Метелка.

— Не надо, — буркнул Топор, а затем добавил: — Но у меня может не получиться.

— Тогда я сяду тебе на лицо и ты либо задохнешься, либо напишешь поэму. Ты знаешь, у меня сильные ноги, — женщина подалась вперед, нежно и медленно поцеловала Бо Рам Сона в губы и прошептала: — Береги себя, засранец!

Развернувшись, она медленно, покачивая ягодицами в облегающих джинсах, направилась к своему автомобилю.

— Бешеная сучка… — прошептал Дикий Топор, потянул за галстук и кашлянул в кулак, услышав голос Меченого за спиной.

— Босс, она вас в губы поцеловала…

— И че? — буркнул Бо Рам Сон. — Она и в хер меня целовала.

— Босс, она профи… Она же может и яйца если что отрезать.

Главарь тяжело вздохнул и направился к своей автомобилю.

— Сука, всегда думал, что ничего не боюсь. А вот с этой заразой даже трахаешься, все время контролируя, где лежит ствол, — тихо проворчал он на ходу. — По-нормальному с ней можно только пьяным, когда море по колено…

— Так зачем, босс?

Бо Рам Сон глянул на подручного, что открыл ему дверь автомобиля, и произнес:

— По сути, все мы одинаковые. Две руки, две ноги. Голова. Кто-то ей думает, кто-то в нее складывает еду. У одной сиськи побольше, у другой жопа покруглее. Когда девок перевалит за сотню, тебе внезапно наскучит это дело. Кто-то уходит во всякое извращенство, а кто-то ищет не сиськи и жопы, а личностей. Трахнуть девку из клуба — щелкнуть пальцами. Трахнуть профессионального убийцу, которая отрежет тебе яйца раньше, чем ты скажешь «миньет» — совершенно другое. Понимаешь?

— Да, но… Два… Ну, три раза… Не наскучит?

— Я тоже думал, наскучит, — буркнул Дикий Топор, садясь в машину. — Но с ней каждый раз, как на кончике ножа. Садись, поехали. Надо напомнить удаву, что он не главный хищник в этом болоте.

* * *

До Ну Шон взял чашку с чаем, пригубил и задумчиво достал очередной патрон, с цифрой два, и поставил на стол. Его взгляд скользнул по ровному ряду патронов, пронумерованных от двадцати восьми, до двух.

— Тайбэйская считалочка, значит, — произнес он посмотрел в кружку, поставил ее на стол, взял кофейник и принялся наливать в пустую чашку.

— Господин До Ну, доктор просил хотя бы не на ночь глядя… — подал голос начальник охраны.

— Доктора все время что-то говорят, — проворчал он, взяв чашку в руки. — Курить вредно, пить вредно. Сейчас еще и кофе мне запрещают. В чем смысл?

— Ну, чтобы вы были здоровы и прожили подольше.

— А это разве жизнь? — поднял на него взгляд глава политической партии. — Какой смысл тянуть дальше, если тебе ничего нельзя? Ради чего?

— А мы? Ради нас? — хмыкнул мужчина в костюме, сидевший в кресле справа. — На вас, господин До Ну, работает не одна тысяча человек. Если с вами что-то случится, что мы будем делать?

— Но Го, я в политике больше тридцати лет. Ты сейчас меня разжалобить пытаешься? — с прищуром взглянул на него глава партии.

Начальник охраны расплылся в улыбке и произнес:

— Но попробовать стоило…

До Ну хмыкнул, тяжело вздохнул и посмотрел на часы.

— Три минуты. Неужели опоздает? — пробормотал он и тут же поднял взгляд на секретаря, что заглянул в кабинет.

— Господин До Ну, к вам Бо Рам Сон.

— Пригласи, — кивнул ему политик.

Спустя несколько секунд в кабинет уверенной походкой зашел Дикий Топор. Он подошел к журнальному столику, вокруг которого стояло четыре кресла, и встал, засунув руки в карманы брюк.

До Ну спокойно поднял взгляд на него и кивком пригласил присесть. Гость спокойно, без слов уселся напротив и уставился на собеседника молча.

Пауза тишины продолжалась секунд двадцать, после чего Дикий Топор достал из кармана патрон с цифрой один и поставил в ряд к остальным на столе.

— Знаешь, что это значит? — спокойно спросил он.

— Тайбэйская считалочка, — спокойно ответил политик и откинулся в кресле. — Доходчивый способ донести свою позицию.

— И как тебе? — хмыкнул Бо Рам Сон.

— Задумка хорошая. Исполнение тоже. Ощущения — так себе, — удерживая максимально нейтральный тон, ответил До Ну. — Думаю, в виду особенности вашей… профессии, вы немного не понимаете, как мы ведем дела. Кровь в нашей сфере — табу. Можно унизить. Можно разорить. Можно выбросить на самое дно. Но убить — нет. Это аморально, грязно, и после этакого вы не отмоетесь.

— Думаю, ввиду вашей… профессии, вы тоже не понимаете, как мы ведем дела, — спокойно ответил Бо Рам Сон. — Мы крутим деньгами. Да, несопоставимо меньшими, чем вы, но это НАШИ деньги. И если кто-то пытается сунуть лапу в наш карман, мы не рубим руки. Мы расстреливаем голову, в которую пришла столь глупая мысль, даже если она крайне важная шишка. Даже если этих голов не одна. Улавливаете, к чему я?

— Если не мы, то придут другие. Уверены, что со всеми справитесь?

— Думаете, у нас не хватит патронов? — хмыкнул Бо Рам Сон. — Или вы думаете, что мы настолько глупы, что просто начнем стрелять по каждому, кто к нам полезет?

Бо Рам Сон спокойно залез во внутренний карман, заметив, как напрягся мужчина рядом, и достал небольшой листок. Положив его перед главой партии, он произнес:

— Это список счетов, с которых идет финансирование вашей партии через подставные фирмы. Такой же список есть на всех. Понимаю, это лишь те счета, с которых вы финансируете саму партию, поэтому вот еще список вашей недвижимости, недвижимости вашего заместителя и… — тут Дикий Топор взглянул на начальника охраны и продемонстрировал флешку. — Видеозапись сексуальных предпочтений господина Но Го…

Видя, как тот замер в неподвижной позе и с виду даже не дышал, Бо Рам Сон усмехнулся.

— Вы еще не поняли? Прежде, чем прострелить вам голову, если вы не примете наших условий, мы зальем дерьмом все вокруг. Волна из грязи, дерьма, всех ваших темных делишек будет в сети. На всех ресурсах. Мы на дне. Мы отбросы, и мы живем в этом, а вот вы… Вы в этом дерьме захлебнетесь!

До Ну тяжело вздохнул, поднял мрачный взгляд от бумаг и спросил:

— Какие условия вам нужны? Что вы вообще хотите? Места в парламенте?

— В парламенте? — задумчиво произнес Дикий Топор. — Если да, то чисто номинальное количество. Суть в другом…

Бо Рам Сон подался вперед, и глядя в глаза опытному политику, произнес:

— Мы делаем свои дела. Мы не лезем в вашу миску и не воруем еду. Мы везде. Мы приносим вам еду. Содержим клубы, в которых девушки, вращающиеся на шесте, по мановению вашего пальца ублажат вас любым способом. Мы каждый день подводим для вас машину, готовим еду, убираем ваши комнаты. Мы контролируем казино, в которых вы спускаете деньги. Мы везде. Вокруг вас…

Тут Дикий Топор оскалился и прорычал:

— Не лезьте к нам в карман!

Пауза затянулась. До Ну внимательно следил за Топором, что откинулся на спинку кресла, достал пачку сигарет, а затем, немного подумав, убрал ее обратно в карман.

— Сколько мест в парламенте ты хочешь? — мрачно спросил политик.

— Не имеет значения. Важен сам факт присутствия, — произнес Бо Рам Сон и оглядел столик.

— И что ты собираешься с ними делать? За какие законы голосовать?

Бо Рам Сон хмыкнул, глядя на собеседника и произнес:

— Вы настолько погрязли в своих интригах, что забыли о главном.

— О чем?

— О том, что весь парламент — он для народа. Для тех трудяг, что моют, чистят, стирают, горбатятся на заводах. Вы все… все до единого сидите в парламенте только благодаря им. Понимаете, что это значит?

— Просветите же меня, — с кривой усмешкой произнес До Ну.

— Раз я не лезу в ваши игры и не претендую на должности… Мы будем работать… Работать на благо тех, кто нас туда посадил, — спокойно произнес Бо Рам Сон и поднялся. — Расскажите про считалочку своим друзьям. Подобные игры отнимают много времени.

Глава 7

— Итак. Я вас всех собрал здесь не просто так.

Я осмотрел всех собравшихся людей у меня дома и еле заметно покачал головой. Так как собрание было экстренным, я принял решение назначить местом встречи собственный дом. Только вот теперь эта затея не показалась мне такой уж хорошей.

Как я не подумал, даже учитывая, что я попросил оповестить только старост из каждого класса — людей оказалось всё равно слишком много. Плюс ещё совет ЮЧП в полном составе, конечно же, присоединились к нам.

— А неплохо тут у Гису, — произнес один из старост.

— Ага. Получается, Юми, Чан и Пак здесь постоянно собираются. Клево! Я и не думала, что мне тоже посчастливиться увидеть их логово…

— Какое ещё нахрен логово⁈ — слегка рыкнул я. — Вообще-то это мой дом. Я здесь живу. Просто надо было быстро решить, где можно собраться и безопасно обсудить один очень важный вопрос. Сразу предупрежу, пока что постарайтесь лишний раз не распространяться об этой информации. И потом, когда будете доводить отдельные указания до остальных участников Надуй щеки, акцентируйте на этом внимание.

— Конечно-конечно.

Тут же закивали все.

— Всё, как и обычно. Люди уже научены этому. Никто не станет рисковать, — произнес один из учеников выпускного класса.

— Так в чем всё же дело? — впервые за вечер заговорил Пак. — Все были изрядно удивлены твоим сообщением. Да и сейчас если посмотреть в чат… лучше всё же не смотреть. Споры там не утихают.

— Да уж. А ещё мне очень интересно, почему Гису решил собрать всех старост? А не как обычно это бывает, обошелся советом ЮЧП? — произнесла одна из девушек.

— Мы могли бы и сами всё решить, а потом просто довести информацию до остальных. Но это касается всех нас. И решать будем вместе.

— Хм. Хорошо, — кивнул Чан и переглянулся с Юми. — Чувствую, работы нам прибавится.

— Тебе-то так точно… — буркнула Юми.

— Если кратко, наше с вами общее дело под угрозой. Информация пока что довольно расплывчатая, но перед тем, как вас собрать здесь, я проверил её по нескольким источникам. В общем, кто-то сверху задумал сместить нашего директора с его места.

— Бём Сока? — с удивлением проговорил один из старост.

— Да, — ответил я и выждал немного времени, чтобы у людей уложилась эта информация в голове.

— Так ему и надо… — буркнул кто-то.

— Почему? Хотя погоди. А в чем вообще проблема? — начал говорить Йонг. — Я понимаю, что не всем это понравится. Но подобное иногда происходит. Людей снимают с насиженных мест и ставят на эти места других людей. Иногда это даже идет на пользу. Мой отец бывает прибегает к этому методу.

— Да. Иногда идет на пользу. Если вообще надо что-либо поменять. И в данном случае это точно так же пойдет кому-то на пользу. Вопрос кому? — проговорил я.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила девушка сбоку.

— Бём Сока не стали бы просто так увольнять. Возможно, он просто кому-то помешал. Но я думаю, всё куда глубже. И мы все имеем к этому непосредственное отношение. Кому-то надо поставить другого директора. Я думаю, после этого все наши планы, развлечения, тренировки, задания, в целом, вся деятельность будет прекращена.

— Эм. И кому это надо? — произнес кто-то.

— Да много кому на самом деле, — ответил Чан. — Точнее это может быть кто угодно. Хоть какая-то противоположная школа, конкурирующая с Дайвегу. Хоть кто-то из наших родителей. В последнем вообще не удивлюсь.

— Чан, можно сказать, угадал, — я улыбнулся, выждал пару мгновений и продолжил говорить. — В этом непосредственно замешан наш родительский комитет.

— Чего?

— Серьезно?

— Погодите-ка! А ведь у Куанга мама председатель родительского комитета.

— А ещё у Шину из третьего класса мама там имеет большое влияние.

— Да. Всё верно, — ответил я. — И я уже общался с Куангом. Он лишь подтвердил все мои догадки. Помимо этого, конечно же, я ещё подстраховался и попытался разузнать информацию из других источников. В общем, всё серьезно. Грядут перемены, которые не сулят нам ничего хорошего.

— А-а… и что ты предлагаешь? — уточнила Юми. — Ты ведь не просто так нас всех здесь собрал.

— Конечно, не просто, — улыбнулся я. — Я предлагаю взять наше будущее в свои собственные руки.

— Так… то есть? Мы-ы… а что мы можем делать? — произнесла одна из старост.

— Мы будем сражаться. Придется помочь нашему директору. Да, я как никто другой знаю, что Бём Сок не без грешка. У него есть множество недостатков, и он далеко не самый лучший человек. Бём Сок не шел нам навстречу и не был рад всем этим заданиям. Иногда у нас возникали разногласия и даже споры. Но! Он, по крайней мере, не препятствовал нам в наших занятиях. А когда возникали те самые споры, директор пытался вникнуть в проблему и рационально рассуждать. А что будет с новым, назначенным от родительского комитета человеком? Кто-нибудь знает? Не думаю.

— Нет, — замотали головой ученики.

— Не-а.

— Да хрен его знает, что будет, — произнес Чан. — Но очевидно, что ничего хорошего. В этом ты однозначно прав.

— В том, что в первую очередь наше формирование Надуй Щеки упразднят, в этом я нисколько не сомневаюсь. Но думаю, что на этом даже не закончится. Простой пример — запросто могут запретить таскать еду с собой из дома. Это даже несмотря на то, что никто, кроме меня, и не отказывался от обедов. Просто потому что люди посчитают, что они знают лучше и им виднее.

— Да! Мы помним. Мы уже прошли эту войну с нашим директором. А теперь придется проходить её заново! — Произнес третьеклассник.

— Ага. Только на этот раз против нас будут действовать гораздо жёстче. Скорее всего просто никто не примет наших правил и всё. Однако на этом всё не закончится. Я конечно же просто так не собираюсь уступать. Но последствия окажутся гораздо печальнее.

— Так! Гису! Ты должен знать, что мы полностью тебя поддерживаем! — Снова заговорила девушка староста, после чего все закивали головами, принявшись что-то бормотать. — Какой план действий? Начнем давить через наших родителей?

— Нет. — Еле заметно улыбнулся я. — Родителей мы никаким образом привлекать не станем. Иначе это же смогут использовать против нас. И войну мы объявлять пока что не будем. Пока что…

— Тогда что? Как будем действовать? — Вмешался кто-то новый.

— Для начала начнем работать очень плавно и деликатно. Время у нас есть, хоть его очень мало. Постараемся ненавязчиво повлиять на общественное мнение при этом, не проводя никаких забастовок и не выкрикивая лозунгов по типу — «За Бём Сока» и тому подобное.

— Угу… — Закивали ученики.

— Мы с вами не дикари и не радикалы. По этому покажем, что с нашим директором школа стала только лучше. Ученики выросли по всем направлениям. Не только в учебе, но в моральном и нравственном воспитании. Именно при Бём Соке на учеников оказывалось положительное влияние. В какой-то степени именно так всё и есть на самом деле. Просто нам необходимо слегка выпятить этот факт для общественности. Насколько я понял, все наши проделки хотят показать в дурном свете. И купальники и наши переодевания в налоговых инспекторов и многое другое. Всё это очень легко показать негативно. А мы нанесем упреждающий удар… и заранее сделаем так, что всё будем выглядеть максимально хорошо и главное полезно.

— Блин. Хорошая идея. — Произнес один из учеников. — Но как это воплотить в реальность? Звучит не слишком-то легко. Даже трудновыполнимо…

— Когда нас это останавливало? — Вмешался Йонг.

— Так даже интереснее! — Улыбнулся Чан.

— Влиять на общественное мнение. Где-то я уже это слышала… — усмехнулась Юми, после чего на неё большинство учеников перевели взгляды.

— Точно. У нас же у Юми есть огромное количество рычагов в этом плане. — Произнес старшеклассник.

— Да. Есть. И мы используем это. Но я сразу вас всех предупрежу, точнее напомню. — Продолжил говорить я. — Мы будем действовать не как дети чеболей. А как ученики школы Дайвегу. Но некоторыми нашими привилегиями, конечно же, придется воспользоваться. Иначе битва получится не равной.

— Согласен! — Кивнул кто-то.

— Полностью поддерживаю.

— Так. А у меня всё тот же вопрос. — Произнесла девушка-староста. — Что от нас требуется?

— Прямо сейчас нам необходимо распланировать наш дальнейший план действий. — Ответил я. — Бить будем сразу по нескольким направлениям. Одновременно.

— Та-а-ак… мне уже нравится. — Улыбнулся один из парней, потирая ладони.

— Операция будет иметь название «Упреждающий удар». — Продолжал я. — Что в принципе логично. А теперь перейдем непосредственно к разработке нашего плана действий. У кого-то есть какие-либо идеи?

— Ну-у… первое же что приходит в голову, использовать прессу. — Произнес староста третьего класса. — У нас есть Юми. Наверное, для неё не составит труда пропихнуть пару статеек в специальные газеты. А там и различные новостные сайты тут же подхватят эту новость.

— В целом можно попробовать. — Пожала плечами Нам.

— Статьи это хорошо. — Кивнул я. — Но одних статей нам будет мало. Мы сделаем репортаж с Бём Соком о том, чего добилась наша школа за последние полгода. Надо будет найти грамотных репортеров, а организовать для них нужные нам вопросы. Чтобы директор, отвечая на них, выглядел в максимально хорошем свете.

— А он сам-то согласится? Я имею ввиду директора. — Произнес Чан.

— А куда он денется? — Улыбнулся я. — С ним я сам разберусь. Давайте дальше.

Люди задумались, но на протяжении нескольких минут выдавали лишь бессвязные и не особо полезные идеи. Хотя одна из них навела меня на мысль.

— В ближайшее время в нашем городе будет проводиться какое-нибудь общественное мероприятие? Возможно, что-то связанное с благотворительностью. Может быть, общественные работы? Чтобы показать, как изменились ученики нашей школы.

— Есть одно. — Ответила девушка. — Я слышала от одноклассниц. Что-то связанное с приютами для собак.

— Хм. Приют и так есть на нашем счету. Кстати этот момент тоже надо бы осветить. Но в целом можем поучаствовать. Что-нибудь ещё есть?

— Как насчет волонтерства? — Предложил Пак.

— Хорошо. А где можно поучаствовать?

Йонг лишь пожал плечами и переглянулся с другими учениками.

— Я как-то раз, довольно давно, видела один репортаж, как какие-то люди собирали мусор на пляже. — Начала говорить девушка. — Я ещё тогда подумала, что за пустая трата времени. Но это мероприятие было хорошо освещено и у многих на слуху.

— Хм. А почему бы и нет. — Удовлетворительно кивнул я. — Репортеров мы можем и сами найти. А показать как ученики школы Дайвегу помогают городу, да и вообще нравственно выросли, дело хорошее.

На протяжении десяти минут мы обсуждали ещё различные мероприятия, в которых могли бы поучаствовать наши ученики, но я решил, что слишком много выдумывать тоже не стоит. Иначе это будет выглядеть как самовосхваление и многие поймут с чем это всё связано. Поэтому мы решили направить нашего директора на общественную конференцию для работников в сфере образования. Пускай он тоже выделяется.

— Репортаж ещё ладно. Бём Соку можно просто не оставить выбора и застать в расплох. Но вот конференция… — начал говорить Пак. — Ты уверен, что тебе удастся его убедить?

— Это оставьте на меня. — Усмехнулся я. — Я что-нибудь придумаю. Но это ещё не всё.

— А что ещё? — Вздернула одну бровь Юми.

— Остался последний шаг. Личное давление на чиновника, через которого это всё делается. Заставим его передумать.

— Это как? — Тут все взгляды устремились на меня.

— У меня есть парочку идей. Но пока что я немного повременю с этим. Сперва я хочу сходить в одно место и узнать про этого чиновника информацию. Но и затягивать не собираюсь. Поэтому уже сегодня, я возможно сделаю второе обращение ко всем и доведу, каким образом мы будем давить на чиновника?

— Второе? — Вопросительно уставился на меня Чан.

— А ты уверен, что это тот самый чиновник? — Вместе с ним заговорила Юми. — А то как-то неудобно получится, если мы начнем работать по другому человеку.

— Уверен. — Ответил я, посмотрев на Юми. — Я всё перепроверил. А что касается второго обращения. Я не оговорился. Первое, я подготовлю прямо сейчас и доведу его до всех в нашем чате. Поэтому на этом всё. Объявляю наше собрание закрытым. Ждите дальнейших указаний. Скоро мы приступим к активным действиям.

— Понятно. — Проговорило несколько учеников.

— Есть! — Более воодушевленно ответил староста третьего класса.

— Всё будет в лучшем виде.

— Чан. — Произнес я, наблюдая за тем, как он поднялся со своего места и видимо собирался уйти вслед за Юми. — Далеко не теряйся.

— Чего? В смысле?

— Не уходи пока, говорю. К тебе будет другое задание.

— Да блин. — Поджав губы, ответил он, но тут же сел на место.

— Я хотел сам этим заняться, но как ты понял, на сегодняшний вечер у меня уже другие, неотложные дела. Но и с этим больше затягивать нельзя.

— Какая задача? — Произнес он, дождавшись, когда все выйдут из моего дома. Остались только я, Юми, Чан и Пак.

— Вот список актеров, которые нам нужны для нашего сериала. А вот тут, подчеркнуто имя. Это приоритетная цель. Тебе необходимо сегодня будет встретиться с его менеджером и обсудить условия участия актера в съемках нашего сериала. Сразу скажу, что менеджер настроен скептически. Он в принципе не хотел тратить на это время. Но мне удалось договориться на встречу. Переносить уже как ты понимаешь не вариант.

— Хм. И что мне делать? — С надеждой спросил Чан.

— Не знаю. Импровизируй. Надо договариваться. Не забудь щеки надуть.

— Боюсь, этого окажется недостаточно… — буркнул парень.

— Возможно. Но всё зависит от тебя. Я в тебя верю.

Я улыбнулся и больше не говоря ни слова, отправился в свою комнату записывать видеообращение для остальных ребят.

* * *

Сон Чу Вон сидел дома и склеивал различные фигурки. Он решил снова продолжить заниматься своим хобби, так как это позволяло отвлечься, разгрузить мозги, да и просто нравилось ему с самого детства.

Пристроив крыло к фигурке, он покрутил её в руках, прикидывая, как она будет смотреться с разных ракурсов.

— Хм. Довольно неплохо. Но будто что-то не то… — пробормотал он, и в тот же момент отвлекся от своего занятия.

Телефон который валялся на кровати завибрировал.

Сон Чу Вон положил фигурку на стол, подошел к телефону и всмотрелся в экран. В чате Надуй щеки появилось новое закрепленное сообщение от Гису. Парень сразу догадался, что это очередное видеообращение.

Он сел на кровать, нажал воспроизведение и принялся смотреть.

Дамы и господа! Вы уже в курсе, что я провел экстренное собрание всех старост класса. Если говорить кратко, то ситуация следующая. Нашего действующего директора школы. Бём Сока хотят снять с должности. Причем сделать это хотят наши родители из родительского комитета, используя все свои связи и политическую мощь.

Конечно же мы не будем объявлять войну родителям, но стоять в сторонке мы не можем. Потому что всё это затеивалось ради того, чтобы прекратить нашу с вами деятельность. Все наши занятия. Задания. Развивающие квесты. Ведь со стороны людям кажется что это лишь беспечные шалости ради забавы. Родители и чиновники не видят в этом пользы. Потому что им это и не нужно. Им это не интересно.

Однако мы сами способны выбирать свой путь, по которому пойдем к успеху. И мы уже ни раз это доказывали. Придется доказать ещё разок.

Мы вынуждены отстоять нашего директора. Иначе новое руководство, поставленное сюда от родительского комитета, изменит абсолютно всё. Наша жизнь в корне поменяется.

Соответственно мы должны будем выразить свой протест. Но сделаем это непринужденно. Мы будем действовать не как дети чеболей, а как ученики, на которых подход учебного процесса школы Дайвегу влияет максимально положительно.

Поэтому вот что мы должны сделать…

Дальше Гису перечислил по пунктам предстоящие события, которыми ученики школы Дайвегу должны заняться, чтобы показать положительное влияние директора на всю школу. Но больше всего Сон Чу Вона заинтриговала последняя фраза.

Хегай сказал про личное давление на политика, который ответственный за всё это. Но он также уточнил, что вечером загрузит дополнительное обращение, связанное с последним пунктом.

Какое именно это давление будет, парень даже не предполагал, но то что это будет что-то необычное и очень интересное, Сон Чу был уверен.

Гису точно выдумает что-нибудь нестандартное.

* * *

Автомобиль подъехал к парковке и остановился.

— Слушай, может я все же с тобой? — с мольбой во взгляде спросила Юми.

— Зачем? — смутился Чан. — Гису тебя тоже нагрузил. Нет смысла терять время. Да и я не думаю, что тебе будет интересно.

Парень вышел из автомобиля и хотел было обернуться, чтобы попрощаться с девушкой, но Нам тоже вышла из машины и подошла к нему.

— Ты уверен? Не знаю как тебя, но меня этот менеджер точно знает. Можно будет надавить или…

— Я разберусь, — с улыбкой произнес Чан, взял за руку девушку и поцеловал тыльную сторону ладони. — Спасибо тебе большое.

Юми слегка покраснела, оглядела Чана с ног до головы, а затем подалась вперед и поцеловала его в губы. Коротко, без продолжения, неумело, но тем не менее это был поцелуй. Именно в губы.

— Слушай, это как-то… — начал было Чан, растерявшись от такого поворота.

— С тобой даже в кафе просто так посидеть не получается, — пожала плечами Юми. — Просто искала удобный момент, а тут… В общем, я решила, что лучше так, чем никак.

— Ну, как бы… — растерялся Ан. — Наверное ты права.

— Тогда я поеду, — кивнула Юми и провела ладонью по щеке, краснеющего парня.

— Доброго тебе вечера, — кивнул ей парень.

Он остался стоять на парковке у офисного центра и молча наблюдал как автомобиль увозил девушку, от которой в груди бил настоящий барабан.

Когда автомобиль скрылся за поворотом, Чан оглядел офисный центр, напротив которого стоял, тяжело вздохнул и произнес:

— Вот так и проходит вся жизнь на работе…

Парень направился в задние и после долгих препирательств с охраной, наконец прошел к лифту. Там, разминувшись с группой мужчин в дорогих пиджаках, он поднялся на двенадцатый этаж.

— Имидж-меджикал, — прочитал Ан табличку на двери и достал телефон, свесившись с записью. — М-м-м-мда.

Оглядевшись по сторонам, он не обнаружил никого, поэтому просто пожал плечами и зашел внутрь, предварительно постучав.

— Здравствуйте, — с улыбкой произнес Чан, обнаружив просторный кабинет и стол, за которым сидел мужчина лет тридцати. — Господин Ши Кон Джу?

Мужчина поднял взгляд от ноутбука на парня, нахмурился и произнес:

— А вы?

— Меня зовут Чан Ан, я представляю компанию Ебашикаши Сукотот, — кивнул Чан и прикрыл за собой дверь. — У меня к вам деловое предложение.

Мужчина оглядел гостя с ног до головы, тяжело и произнес:

— Благотворительностью не занимаюсь.

— Нет, вы не поняли. Я предлагаю вам процент от прибыли в одном очень хорошем проекте.

— Криптовалюта? Акции? Не молоды ли вы для этого? — с сомнением произнес хозяин кабинета.

— Нет. Слава богу подобные сферы меня пока не касаются, но… Я предлагаю вам поучаствовать в съемках сериала. Причем от вас не потребуется ни копейки денег, — начал Чан, пройдя к столу менеджера. — Когда сериал начнет прокат, с вырученных денег мы готовы отдавать вам целых десять процентов!

— Молодой человек, — усмехнулся мужчина. — Хоть десять, хоть пятьдесят процентов от ничего — это НИЧЕГО! Понимаете?

— Да, но мы уверены в успехе и…

— Послушайте… как вас, вы сказали, зовут?

— Меня зовут Чан.

— Послушайте Чан, вы кто? Что это вообще за Ебашикаши Сукотот?

— Успешная фирма, что занимается медийными проектами, — растерялся Ан.

— Если она успешная, почему я впервые о ней слышу, а? — наклонил голову менеджер. — Если достаточно успешные, то почему пришли ко мне, а не я к вам?

Парень смутился.

— Не поймите меня неправильно, но я вижу перед собой подростка, что обещает мне прибыль, при этом совершенно не понимает, как работает наш бизнес.

— Ну, относительно понимаю, — начал было Чан.

— Нет, не понимаете. Я вас не знаю. И у меня нет необходимости о вас знать. И уж тем более, я не собираюсь финансировать какой-то там сериал, чтобы потом…

— Нет, вы не поняли. Мы хотели от вас только актера, Чжу Чи Шон на главную мужскую роль.

— А с чего я должен был его вам отдавать? Тем более, что участвовать он будет в сериале, который снимают непонятно кто, непонятно с кем. Вы слышали, что я говорил?

— Да, но…

— Молодой человек, пожалуйста, не тратьте мое и свое время. Я не буду рисковать репутацией звезды из-за вашей прихоти. Вы даже заплатить мне не можете, обещаете какой-то процент от прибыли… Вы понимаете, что это выглядит как полная чушь?

Чан поджал губы и молча уставился на собеседника.

— Не делайте такой мины. Это должно было быть очевидным, еще на стадии самой идеи.

— А что если… если я скажу, что наша команда… Хорошо решает сложные вопросы. Мы можем… решить ваш вопрос, — вспомнив про Гису, решил пойти тем же путем Чан.

— Сложные вопросы я всегда решаю сам, — хмыкнул менеджер. — И, простите за грубость, вы слишком молоды и наивны, если считаете, что справитесь с по-настоящему сложным вопросом.

— И все же… Может быть мы можем чем-то…

— Чан, вы слышите меня? Мое время стоит дорого. Насчет вашего не знаю, но сейчас наш разговор выглядит как глупая трата средств. Я очень щепетильно к этому отношусь, поэтому прошу, если нет других предложений — дверь за вашей спиной.

Чан, недовольно нахмурил брови, расправил плечи и произнес:

— Господин Ши Кон Джу, давайте говорить предметно. Если вы нам не доверяете, то может хотя бы проверите, дабы мы друг друга правильно поняли?

— Проверил… — грустно усмехнулся мужчина и задумался. — Хорошо. Через месяц вручение ежегодной премии «актер года». Я хочу, чтобы Чжу Чи Шон получил ее. Такая проблема вас устроит?

— Да, вполне, — кивнул Ан.

— Тогда как только актер получит премию «Актер года», я с удовольствием с вами обсужу проект. Договорились?

— Да, я вас понял, — кивнул Чан. — Тогда я свяжусь с вами после премии.

Ан спокойно покинул кабинет, а мужчина тяжело вздохнул и произнес:

— Боги, что вы сделали с подростками? Когда вы забрали у них разум?

* * *

Эту ситуацию касательно увольнения Бём Сока я пробил по всем легальным источникам, которые были возможны. Осталось только одно направление…

И прямо сейчас я направлялся к Дикому Топору для того, чтобы попытаться пробить коррумпированного чиновника, через которого процесс увольнения и будет выполняться. Если мне удастся нарыть на него любой компрометирующей информации, это однозначно пойдет на пользу.

Сперва я начинал работать и пробивать информацию по одному чиновнику, но очень быстро вышел на другого человека. Который непосредственно всем этим и занимался.

Ли Су Нок. За ним числилось несколько подозрительных вопросов, но, конечно же, в открытую ничего нарыть нельзя было.

Припарковав свой велосипед возле одного ночного клуба, я направился внутрь. На проходной меня никто не остановил, зато внутри один из охранников заинтересовался и решил уточнить кто я такой.

— Я навстречу к Дикому Топору. — Спокойно проговорил.

Охранник явно не знал меня и с удивлением осмотрел с ног до головы. После чего он скривился и недоверчиво проговорил.

— Сейчас я доложу боссу. Если всё нормально, пройдешь.

— О, Гису, здарова. Ты чего тут? — Заметив меня, довольно громко проговорил Меченый. После этих слов охранник тут же стушевался и ещё раз посмотрел на меня. Но уже совершенно другим взглядом. Испуганным…

— Привет. Надо поговорить с Топором. Он на месте?

— На месте. — Задумчиво проговорил бандит. — Но не один. Хотя… что касается тебя от него было отдельное распоряжение. Ещё давно. Думаю, он будет не против тебя повидать.

— Вообще я созванивался с ним. Но видимо тот забыл. — Я криво улыбнулся и продолжил. — Хотя в любом случае, я не займу много времени.

Меченый решил проводить меня до кабинета Дикого Топора, а потом просто отправился по своим делам, оставив меня стоять одного.

Я, на всякий случай, осмотрелся по сторонам, после чего постучался в дверь. Услышав какой-то невнятный ответ, я открыл её и с изумленным выражением лица замер.

— Какого хрена… — вырвалось из моей груди, но я успел сообразить сдержать эмоции, и поэтому моих слов не было слышно.

Но вот на большего меня не хватило.

Я замер в ступоре и продолжал смотреть на парочку, мужчину с женщиной.

На диване сидел Дикий Топор, а у него на коленях находилась темноволосая женщина. Она медленно повернулась в мою сторону и внимательно посмотрела в мои глаза.

Я уже видел её раньше. Всего раз… Но этого мне хватило. Я бы точно ни с кем её не перепутал.

Это была мама Минсу.

Глава 8

Женщина поправила задравшуюся юбку, кинула взгляд на Гису и произнесла:

— Видимо я не вовремя, — поднявшись на ноги, она улыбнулась Дикому Топору и направилась к выходу. — Закончим позже.

Бо Рам Сон нахмурился, так же покосился на Гису, после чего молча кивнул.

— Можно спросить, что эта женщина тут делает? — осторожно спросил Хегай, после того как растерянно проводил ее взглядом.

— Нет, — буркнул Топор. — Ты ее знаешь?

— Не то чтобы знаю, но встречались, — осторожно ответил Гису. — Она тут была по делу?

— Не имеет значения, — отрезал Бо Рам Сон. — Тема закрыта.

Мужчина подался вперед, взял со стола бокал с алкоголем и пригубил.

— Просто так в гости зашел?

— Нет, я… — парень встряхнул головой и перешел к делу. — Я хотел посоветоваться. Мне нужна информация по одному чиновнику. Ли Су Нок.

— Министерство образования? — хмыкнул Дикий Топор. — Зачем он тебе? Так, средней руки чиновник.

— Столкнулись лбами, — пожал плечами Хегай, задумчиво смотря на топора. — У тебя есть на него что-то?

— Ну-у-у-у-у… — Бо Рам Сон снова пригубил алкоголя и произнес: — Я мало про него знаю. В борделях бывал пару раз, у Зубочистки тоже мелькал, но не более того. Почти приличный чиновник.

— Плохо, — помрачнел Хегай.

— Это понятно, — кивнул Топор. — Может расскажешь?

— Школьная возня, — нехотя ответил Гису. — Они хотят сместить нашего директора. Кому-то из родителей наша деятельность поперек горла.

— А причем тут он?

— Через него работают те, кто хотят сместить нашего директора. Я так думаю с новым директором они хотят прикрыть нашу деятельность.

— Вы там наркотой торгуете или оргии устраиваете? — хмыкнул Бо Рам Сон. — Чем вы им так не угодили?

— Это сложный вопрос, — вздохнул Хегай. — Но ничего противозаконного. Слушай, может ты мне подскажешь способ надавить на него?

Дикий топор откинулся на спинку дивана, пригубил алкоголь и задумчиво произнес:

— Знаешь, у нас все схемы давления построены на страхе. Страх и ощущение смерти, что дышит в затылок. Не обязательно убивать или избивать. зачастую сам факт риска гибели работает лучше.

— В смысле?

— Есть у нас… — тут Дикий Топор умолк и задумчиво поглядел на Гису. — Есть такая история по Тайвань. Один чиновник пошел против системы… нашей системы. С ним пытались поговорить, попытались договориться, а затем наняли наших… профессионалов.

— Убийц?

— Да. Попросили сделать все красиво и доходчиво для остальных. Ну, те и придумали считалочку. Каждый день чиновнику подсовывали патрон. На патроне цифра и цифры уменьшались. По началу тот не понял, затем понял, на цифре шесть начал паниковать.

Бо Рам Сон усмехнулся и покачал головой.

— Бедняга забился в подвале администрации, никуда не выходил, его сторожили два десятка людей. Он не разговаривал ни с кем, кроме начальника охраны.

Бандит усмехнулся, покачал головой и пригубил алкоголя.

— И? — не выдержал Гису.

— Этот начальник его и пристрелил.

— Э-э-э? — наклонил голову Гису.

— Лучший курьер для пули — деньги, — пожал плечами Бо Рам Сон. — Но я тебе не про это говорил. Смысл в том, что давить можно по разному. Так, чтобы человек чувствовал постоянную угрозу. Чтобы он каждый день начинал не с кофе, а мысли, что тебе опять передадут знак. Знак неминуемой кары.

Гису задумчиво поджал губы, кивнул.

— Я примерно так и подумал. Только вот, угрозы жизни в нашем случае нет.

Бо Рам Сон пожал плечами и развел руками.

— Ну, это дело твое. Но я тебе точно говорю — это работает.

Гису кивнул, поднялся и произнес:

— Прости, что оторвал от дел…

— Ничего… заходи как-нибудь. Просто так, в гости. Девочку тебе подберем.

— Спасибо, но девочек я выбираю сам, — ответил Гису тут же вспомнив Минсу. — Кстати, надо будет зайти к ней.

— Ну, тогда просто так заходи, поболтать, — хмыкнул Топор и отсалютовал ему бокалом. — Удачи.

— Спасибо, и тебе, — кивнул Гису и направился на выход.

Парень спокойно вышел из офиса, спустился вниз и направился к углу здания, где в переулке находилась парковка для велосипедов. На ходу, размышляя о том, что железная конструкция портит вид офиса, но при этом обязательно должна быть, он подошел к велосипеду и принялся его отцеплять.

В голове крутилась мысль о том, что мать Минсу смотрелась рядом с Диким Топором, крайне странно. Тут были мысли и об измене отцу Минсу, и о том, что она ему что-то должна, но в момент, когда Гису уже хотел было пристегнуть велосипед, в затылок уперлось что-то твердое и холодное.

— Не оборачивайся, — произнес женский, знакомый голос. Раздался щелчок от взведенного курка.

Хегай замер, прекрасно понимая, что дрогнувшая рука может заставить покинуть мозги черепную коробку.

— Дикий Топор сегодня был один. С ним никого не было, — произнес женский голос и потребовал: — Повтори!

— Дикий Топор сегодня был один. С ним никого не было, — повторил Гису.

— Ты никого не видел, понял?

— Понял…

— Сейчас стоишь и не оборачиваешься. Считаешь до ста. Начинай!

Гису сглотнул и принялся считать.

— Раз… два… три…

Проулок, фонари, ни одного человека вокруг и тишина. Предмет от затылка исчез. Без стука каблуков, без шелеста одежды.

— Семь… восемь… девять…

Где-то вдалеке проехала машина. Тишина была такая, что Гису казалось он слышит жужжание неоновой вывески кафе через дорогу.

— Одиннадцать… двенадцать… тринадцать…

* * *

— Да уж… разговор получился так себе… — Проворчал Чан, наблюдая за тем, как Юми сидит на диванчике и поглаживает довольную капибару.

Они находились в кафешке, которая так и называлась — Кафе капибара. Здесь можно было гладить этих животных и умиляться им, но скорее всего они будут тебя игнорировать до тех пор, пока ты сидишь без еды.

Однако с Юми почему-то всё работало по-другому. Словно у неё была особая энергетика. Как только они заняли столик, сразу две капибары подбежали к ним и сели рядом.

— А ты серьезно собираешься выполнять эту просьбу? — Умиляясь капибарам, проговорила Юми.

— Ну да. А чего ещё делать? Я вот удивляюсь, как Гису постоянно, таким образом, решает вопросы. Это же пипец…

— Ага. Слушай, а у тебя нет ощущения, что менеджер тебе так ответил, чтобы ты просто отвязался от него и не приставал с глупыми предложениями? — Продолжила говорить девушка.

— Есть конечно. Я тебе даже больше скажу. Именно так всё и было! Но его же никто не тянул за язык. Тем более, если я действительно как-то умудрюсь выполнить его просьбу, тогда… я уверен, он уже по-другому посмотрит и на нашу фирму и на меня лично.

— Ну… наверное, да. Думаю, я бы тоже удивилась. Но как ты собираешься это воплощать в реальность?

— Пока не знаю. Возможно, придется с Гису советоваться. Хотя, если честно, хотелось бы попробовать самому решить эту проблему.

— Хм-м-м… — Юми отвлеклась от довольных животных и перевела задумчивый взгляд на Чана. — Ты что-нибудь знаешь вообще про эту индустрию?

— Не особо. — Честно ответил парень. — Разве что по самым верхам.

— Ну тогда возможно я смогу тебе кое-чем помочь. В смысле советом. Ты же не хочешь, чтобы я, то есть конкретно моя семья вмешивалась в это?

— Ага. — Поджав губы, закивал Чан. — Я должен сам с этим разобраться. Но от совета не откажусь.

— Тогда слушай. — Улыбнулась девушка. — Насколько мне известно, при решении кому достанется заветная статуэтка, самое большое влияние имеют три человека из всей комиссии. Вообще, там конечно много членов жюри. Но трое играют ключевую роль. За ними последуют и все остальные. Кого они выберут, тот и получит актера года.

— Ага… в целом предсказуемо.

— Правда тут есть ещё один нюанс. Это не так явно видно для общественности, но это так. Очень часто заранее известно кто получит актера года. То есть как бы…

— Типа проплачено? — Вздернул брови Чан.

— Типа того. Только тут решают не деньги. Но смысл ты уловил. Поэтому-то менеджер и сказал тебе это, чтоб просто отделаться от тебя. Понимаешь? Это самое первое и очевидное что приходит в голову, если ты хочешь отмахнуться от кого-то. Я как бы не узнавала, но думаю, всем уже известно кто получит главную награду. И я даже догадываюсь кто это.

— Хм. Понимаю. Но… ты хочешь сказать, что у меня нет шансов?

— Даже не знаю… — теперь уже Юми поджала губы. — Шанс, наверное, есть всегда. Но он очень мал. Повлиять на всех троих членов жюри будет очень непросто. Особенно учитывая, сколько осталось времени.

— А ты знаешь их имена? Тех кто сидит в этой комиссии. — Уточнил Чан.

— Конечно. Давай я их тебе сообщением на телефон пришлю, чтоб ты не забыл. Но с каждым из них придется общаться индивидуально. И не факт, вообще, что они захотят с тобой видеться и разговаривать.

— Пу-пу-пу… — надув щеки, на выдохе, произнес Чан. — Я что-нибудь придумаю…

— А если не получится?

— А если не получится… Тогда вопрос придется решать Гису. Но я не доведу до этого! Иначе он придумает потом что-нибудь похлеще велорикши… Ну его нафиг!

* * *

— Ну… — профессор Юн откинулся в кресле и оглядел учителей в учительской. — Поздравляю вас!

— С чем? — хмуро глянул на него Ши Вон. — С очередной статьей о нашей школе в газетах?

— А про нас пишут в газетах? — вскинул голову преподаватель физкультуры.

— Пишут. Причем хвалят и прославляют директора, — кивнул Юн. — Я поздравляю вас с тем, что мы официально лучшие в рейтинге по успеваемости.

Преподаватели переглянулись.

— Стоить заметить, что слухи ходят не про прилежность наших учеников, а о нашей нечистоплотности, — подал голос Ни Су Юнг, сидевший в углу. — Я как завуч это все, конечно, опровергаю. Однако, надо понимать, что слухи ходят упорно.

— Если смотреть под таким углом, то да, — кивнул профессор Юн.

— Это школа Шамунк, — буркнул преподаватель физики. — Они всегда держали первое место, вот и оправдываются.

— В любом случае, стоит ждать проверки, — вздохнул завуч. — Рост показателей у нас слишком резкий, поэтому это выглядит подозрительно.

— Именно по этому директора увольняют? — задал вопрос Го Дэ Тхе. В повисшей тишине на нем скрестились взгляды остальных учителей. — Что? Я, конечно, всего лишь физкультуру веду, но тоже умею слушать.

Несколько секунд в учительской висела тишина. Нарушил ее завуч:

— Увольнение господина Бём Сока не связано с тем, что происходит в школьном рейтинге. Это инициатива министерства… и кое-кого из родительского комитета.

— Жаль, — вздохнул профессор Юн. — Я к нему уже привык. Да и дела в школе действительно в последнее время пошли в гору.

— Ну, для понимания наше дефиле в купальниках не прошло незамеченно, — хмыкнул Ши Вон. Преподаватель физики сложил руки на груди и произнес: — К этому все шло. Тут и обеды в классах, и башни из монет. Ну и все это дурацкое движение.

— А какая разница, чем заняты дети, если они выдают результат? — пожал плечами профессор Юн. — Вы ведь видите — ребята стали вникать в материал. Они действительно работают.

— Да и проблема не в том, что увольняют, — кивнул завуч. — А в том, что поставят нового директора.

— И что?

— Вы ведь не думаете, что это будет кто-то из нас? — хмыкнул Ни Су Юнг.

Преподаватели переглянулись.

— Не наш уровень для такой должности, — подал голос физрук.

— А это значит, что придёт другой человек. И он будет работать по своему… и нас заставит работать по другому, — кивнул завуч. — Хотя есть варианты, что нас просто попросят освободить место.

— С чего бы? — тут же возмутился Ши Вон. — При нас успеваемость выросла так, как никогда!

— Это же было при директоре, — кивнул профессор Юн. — При нем тоже школа вышла на новый уровень. И в газетах про него пишут. Но его-то хотят снять.

Преподаватель физики сник и спросил:

— А это точно, что его снимут?

— Пока нет, — пожал плечами завуч. — Но слухи упорные. Поэтому, если у кого-то ипотека, начинайте присматривать запасной аэродром. Возможно с этого нас просто выгонят.

* * *

Бём Сок тяжело вздохнул, отложил папку в сторону и оглядел стол.

— Надо успеть подбить дела до… — тут он снова тяжело вздохнул и взглядом покосился на газету, что лежала на столе.

Мужчина протянул руку, взял ее и снова остановил взгляд на небольшую статью на первой полосе.

«Школа Дайвегу ставит рекорды!»

Бём Сок хмыкнул, пробежался по тексту, где прославляют школу и его лично, после чего тяжело вздохнул и отложил газету.

— Так себе попытка, Гису, — произнес он, пододвинув к себе очередную папку. — Мог бы и получше что-нибудь придумать…

В этот момент в дверь постучали и тут же вошли.

— Господин Бём Сок? — с улыбкой спросила девушка, за спиной которой маячил парень с камерой в одной руке и стойкой в другой. — Мы с центрального телеканала. Можно вас отвлечь? У нас к вам дело.

— Э-э-э… — растерялся директор. — Да, конечно, а вы…?

— Меня зовут Суи, — улыбнулась девушка. — Мы пришли к вам за интервью. Всего несколько вопросов. Вас не затруднит? Мы снимаем репортаж про вашу школу.

— Да, конечно, — подобрался мужчина, задумчиво смотря на оператора, что установил стойку и навел на него камеру.

— Вы человек занятой, поэтому сразу к делу, — улыбнулась Суи и оглянулась на оператора, который дал ей знак, что готов снимать. — Господин Бём Сок, расскажите, как вы добились таких впечатляющих результатов? Успеваемость в вашей школе просто невероятная!

— Кхэм… Да, действительно, это было не просто, — начал Бём Сок. — Мы переработали программу полностью и благодаря слаженной работе всего коллектива школы получили по настоящему впечатляющий результат!

— Не раскроете секрет, в чем изюминка? Как вам это удалось?

— Многого не расскажу, но могу намекнуть, что главное — объединить учащихся и дать им стимул. Цель, ради которой каждый из учеников будет стараться и идти к ней не смотря ни на что.

— Очень интересно, — кивнула с улыбкой девушка. — Скажите, ходит слух, что в школе Дайвегу запрещено пользоваться телефонами. Это правда?

— Нет, нет конечно, — улыбнулся директор. Он быстро прокрутил в голове все, что ему известно о группе «Надуй щеки» и тут же добавил: — Это инициатива самих учеников. Вы наверное видели в сети фотографии кружек с кофе?

— Да, это тоже резонансная история, — кивнула репортер. — Ученики школы Дайвегу просыпались на рассвете. Об этом уже писали.

— Так вот с телефонами так же. Совместно с преподавателями, мы смогли донести мысль до наших учащихся, что телефон и интернет съедают львиную долю времени. Причем не дает ничего взамен. Поэтому многие отказываются от смартфонов.

— Скажите, они полностью отказываются от телефонов?

— Э-э-э… нет. Точно нет. Кто-то берет с собой старые модели. Вы наверное не помните, но раньше сотовые телефоны были с кнопками и без всякого интернета…

* * *

Бём Сок вышел из машины и огляделся.

Мрачные тучи надвигались с запада, усиливался ветер.

Директор поежился, поднял воротник и открыл заднюю дверь автомобиля, откуда достал букет цветов.

Шаг за шагом он шел между рядами ровных надгробий. Пройдя несколько сотен метров, мужчина остановился у неприметного серого камня женщины с фамилией Сок, положил рядом цветы и тяжело вздохнул.

Он молча достал из кармана небольшой платок, постелил его рядом и уселся на землю, взглядом уставившись на приближающиеся тучи.

— Прости, мам. Я давно не заходил, — тихо произнес он. — очень увлекся работой. Не держи на меня зла.

Бём Сок хмыкнул и произнес:

— Я очень сильно продвинулся в… В общем, познакомился с людьми в министерстве. Помог по мелочи и… В общем, один мой знакомый хотел забрать к себе. В министерстве трудно работать без проверенных и надежных людей, — медленно и тихо начал говорить мужчина. — А тут… тут словно гром среди ясного неба.

Директор поник, плечи опустились.

— Помнишь, когда я заканчивал школу, ты умоляла директора, чтобы мне не портили характеристику для университета? Я тогда протащил бутылку соджу в школу…

Бём Сок грустно усмехнулся.

— Тут… тут все немного сложнее, но характеристику мне подпортили… В общем, меня уволить хотят… — мужчина хмуро опустил взгляд с туч на траву под ногами. Остановив взгляд на первых каплях на своих брюках, он продолжил: — Я уверен, что это… это глава родительского комитета Асака. Ей поперек горла все эти собрания в школе…

На несколько секунд он умолк, снова поднял взгляд к небу и продолжил:

— Прости, что прихожу, когда меня накрывают проблемы, — тихо произнес он. — Мне просто… не к кому идти. Я обещал тебе, что женюсь после университета. Учеба была сложная, я старался. Потом обещал, что женюсь когда встану на хорошую должность, а теперь… теперь некому обещать.

Бём Сок прикусил губу, покосился на надгробие и произнес:

— Теперь ни должности, ни семьи…

Секунд десять, директор просидел молча, пялясь на свои штаны появлялись одна за другой капли дождя.

— Я очень скучаю… — наконец выдал он, втягивая голову в плечи. — очень хочется послать все к чертовой матери. Министерство с их постоянными планами и проверками. Родительский комитет, сующий нос в учебный процесс. Эту прогнившую систему, в которой приходится улыбаться и кланяться всем и вся…

Бём Сок шевельнул челюстью, поднял взгляд к небу, откуда капали мелкие капли и продолжил:

— Хочу прийти к тебе. Чтобы опять пахло твоими оладьями… — тут он сглотнул и прикусил губу. — Я ел оладья на приеме у самых влиятельных людей в стране. Ел оладья в самом дорогом ресторане в городе… Знаешь, они вкусные, но так не пахнут… Что ты в них ложила, мам?

Бём Сок шмыгнул носом, вытер выступившую влагу на глазах и нервно усмехнулся.

— Ты говорила не сдаваться… — спустя несколько секунд произнес он, глядя как из-за холма к нему движется плотная стена дождя. — Я так и делал. И в университете. И после, когда работал учителем. Даже когда меня заставили перейти в Когу До. В это место для отбросов. Даже там… Я не сдавался, но сейчас…

Бём Сок тяжело вздохнул.

— Я устал, мам… Устал вертеться в этой яме со змеями. Я не гадюка и не питон… Там я мышь, мама… Мыш которая шипит и делает вид, что она змея…

Директор окончательно осунулся и опустил голову.

В этот момент его накрыл ливень, щедро поливая мужчину в костюме, что сидел на траве у надгробия.

— Все, что я делал коту под хвост… из-за… — тут мужчина поднялся. — Я думал раньше, что проблема в Хегае. В этом баламуте, но… Проблема не в нем… Сейчас он пытается что-то делать. Не знаю как, но в газетах статьи про нашу школу… У меня сегодня брали интервью люди с центрального канала… Но это все… Это так не работает. Проблема в другом. Проблема в людях… Системе и людях.

Бём Сок опустил взгляд на цветы, хлипнул носом и произнес:

— Прости, что прихожу только когда проблемы, мам… Мне больше не к кому идти.

Секунд двадцать Бём Сок стоял ссутулившись перед могилой, не обращая внимания на ливень, что промочил его до нитки.

— Мне тебя очень не хватает, мам… твоих оладьев и твоего ворчания.

Мужчина поклонился в пояс, с ровной спиной, а затем произнес:

— Я буду делать как ты говорила, мам. Я не сдамся…

Глава 9

Худощавый парнишка в школьной форме Дайвегу находился возле парковки напротив Министерства Образования и оглядывался по сторонам, потирая ладони.

Спустя несколько минут он в очередной раз достал свой телефон и принялся пересматривать видео, которое Гису вчера переслал в общий чат. Там говорилось, что надо сделать с конкретным человеком. А если быть точнее, то необходимо было одному чиновнику из Министерства Образования передать самую обычную монетку. Одну вону.

Но самое главное не забыть слова.

«Это вам для постройки башни».

Хотя фраза могла быть любой, смысл должен оставаться тем же. И ученик переживал, что попросту может напутать слова так, что чиновник в принципе ничего не поймет.

Гису считал, что из-за того, что многие необоснованно раздули инцидент с постройкой башни из монет во дворе школы, это будет являться хорошим поводом для давления на чиновника. Даже если не сразу, но он точно поймет что к чему.

Поэтому все ученики школы Дайвегу должны передать ему своё послание в виде одной монеты.

Школьник досмотрел видеообращение от Хегая уже в пятый раз, и заблокировав телефон, убрал его в карман. Он уже начал переживать, что прогадал, и сегодня этот чиновник не появится на своем рабочем месте.

Однако спустя минут восемь на парковку заехал черный автомобиль, из которого вышел Чхе Дон Гиль.

Несмотря на то, что парнишка видел его впервые в своей жизни, но он сразу же узнал мужчину. Несколько фото, взятых из интернета, были закреплены в чате Надуй Щеки, чтобы каждый в любой момент мог посмотреть на них и сравнить.

Чиновник размеренным и уверенным шагом направился к зданию Министерства. Школьник в это время ускорился, и как бы случайно заметив мужчину, пересёкся с ним взглядом, склонив голову набок, начал говорить.

— А-а-э-м… здравствуйте. Я слышал, что вы строите башню.

— Чего? — тут же нахмурился чиновник и непонимающе осмотрелся по сторонам. — Вы это мне?

На парковке находились только они вдвоем, но Чхе Дон Гиль не мог не задать этот вопрос. Он уже дернулся вперед, собираясь просто продолжить движение и не обращать внимания на странного школьника, однако тот снова неожиданно заговорил.

— Да. Вот возьмите. Я очень рад тому, что могу помочь вам в вашей задумке. Это очень благородно. Спасибо вам за то, что вы делаете.

— Чего-о? Молодой человек, вы в своем уме⁈ — слегка повысил голос чиновник.

Однако школьник просто протянул ему одну монетку номиналом в одну вону и буквально вложил ему её в руку, так как Чхе Дон Гиль не собирался ничего брать от этого странного парнишки.

— До свидания, — школьник с кривой улыбкой на лице поклонился, после чего резко развернулся и направился в противоположную сторону.

А чиновник в это время стоял на пустой парковке с раскрытым ртом, и проводив парня, перевел свой непонимающий взгляд на монетку в его руке.

* * *

Юми растерянно смотрела по сторонам, стоя в вагоне метро. За ней сбоку наблюдал с доброй улыбкой Чан.

— Почему ты на меня так смотришь? — заметив его взгляд, тихо спросила она. — У меня что-то на лице?

— Нет, просто выглядишь как перепуганный котенок, — так же тихо ответил Ан.

— Я первый раз в метро, — неохотно призналась девушка.

— Это не угроза, но думаю, что не последний, — произнес Чан и кивнул на дверь. — Пойдем, наша станция.

Девушка ухватила Чана за рукав и кое-как протиснулась за ним к двери. Как только они добрались, вагон затормозил у станции, и парочка вывалилась в поток людей.

— Там всегда так? — спросила Юми, когда они вышли на улицу.

— Нет, но часто, — кивнул парень, оглядываясь по сторонам. — Сейчас час пик, поэтому так людно. Все едут домой с работы, всем куда-то надо.

— И на дорогах пробки, — вздохнула Юми. — У нас действительно получилось быстрее, чем на машине.

— Не так комфортно, но ты права, — кивнул Чан и развернулся к Юми. — И тут нет водителя.

— А причем тут он? — удивленно взглянула на него Нам.

Чан улыбнулся, поправил прядь волос девушки и поцеловал в губы.

— С ним нельзя так делать, — произнес он отстранившись.

Юми слегка покраснела, подалась вперед и еще раз поцеловала парня. Тот расплылся в улыбке и произнес:

— Надо обзаводиться собственным транспортом.

— Надо бы… куда нам теперь, кстати?

— Пойдем, — кивнул ей в сторону виднеющегося частного сектора. — Нам минут двадцать пешком.

Чан взял за руку Юми и спокойно пошел по улице с довольной миной и счастливым сердцем.

Ребята прошли по улице пару километров, несколько раз свернули и выжидали шесть светофоров, прежде чем подошли к неприметному дому. Двухэтажный, серые фасады, с виду, как все в этом небольшом районе.

— Это здесь? — спросила Юми с сомнением. — Не похоже на дом кинокритика.

— Судя по адресу, да, — задумчиво произнес Ан и открыл вызовы на телефоне. — Контрольный звонок. Если опять не ответит — точно придется идти.

— Ты уже шесть раз звонил, — задумчиво произнесла Нам. — Думаешь, в седьмой повезет?

— Попытка — не пытка, — пожал плечами парень и вызвал номер.

Длинные гудки продолжались один за другим, но трубку так в итоге никто и не взял.

— Может он заболел? — вздохнул Чан, убрал телефон и пошел к дому.

Юми пристроилась сзади, чтобы и присутствовать, но при этом не отсвечивать.

Ан же подошел к воротам и нажал на кнопку домофона. Послышалось мелодичное треньканье, но не успело оно закончиться, как дверь дома открылась, и через калитку из стальных прутьев парень заметил разъяренную женщину, что выскочила из дома.

— Коха! Коха, да постой же ты! — выскочил за ней мужчина. — Ты не понимаешь, что это бред⁈ Кто она и кто я?

Женщина резко остановилась, и развернувшись, прошипела разъяренной кошкой:

— Она — похотливая шалава, а ты — престарелый кабель!

— Да постой же ты! — попытался подойти к ней мужчина. — Я понятия не имею, что ей от меня надо было! Правда! Дорогая, ну ведь это же…

— Даже не смей лгать! Слышишь⁈ Не смей! — дрогнувшим голосом произнесла женщина, сжала губы в тонкую полоску и взглянула на мужчину глазами, которые начали стремительно набирать влагу.

— Солнце… я перед тобой, как открытый лист бумаги… — сделал шаг к ней мужчина, разведя руки в стороны. — Между нами ничего не было…

Женщина мотнула головой, не спуская глаз с мужчины, а затем дрожащим голосом произнесла:

— Если ты и бумага, то только туалетная…

Развернувшись, она направилась к калитке к приехавшему такси. Вытирая на ходу слезы, она села в него, и такси тут же тронулось, оставив кинокритика наедине с Чаном и Юми, что стали невольными свидетелями.

Мужчина вышел на дорогу, смотря вслед уезжающему автомобилю. Парень с девушкой переглянулись, после чего Ан произнес:

— Простите, господин На Ро Ги?

Мужчина стоял секунды три неподвижно, никак не прореагировав на слова парня.

— Я из комапнии Ебашикаши Сукотот. Я по поводу премии актер года… — начал было Чан.

— Убирайтесь… — тихо произнес мужчина.

— Что, простите?

— Валите к чертовой матери отсюда, — уже более громко и с угрозой произнес кинокритик, развернулся, и осунувшись, направился в дом.

— По-моему, мы не вовремя, — тихо произнесла Юми.

— Да… да, наверное, мы не вовремя, — кивнул Чан. — Думаю, его мы оставим на потом…

Ребята немного молча постояли, после чего Юми осторожно спросила:

— Что теперь?

— Ну, на сегодня все. Могу довезти тебя до дома на общественном транспорте… Если он к вам ходит.

— Как-то рано еще. Может, в кафе?

— Можно, но… Сейчас вечер…

— И?

— Можно сходить к торговому центру Лоффи Плаза.

— Зачем? Там же, вроде… дешевые магазины.

— А еще улица еды, — кивнул Чан. — Как-то проезжал там.

Юми задумчиво нахмурила брови и спросила:

— Это, типа, уличной еды? И как? Там вкусно?

— Понятия не имею. Раньше было не по статусу, потом не было денег, а после времени, — пожал плечами Чан. — Когда-то же надо это попробовать?

* * *

Чхе Дон Гиль вышел из припаркованной машины у здания министерства и огляделся. Никого подозрительного он не заметил, поэтому спокойно переложил дипломат в другую руку и направился в сторону здания.

— Развели шпионских боевиков, — недовольно проворчал он, подходя к зданию.

Последние несколько дней постоянные передачи монет начали изрядно раздражать. Причем это происходило почти всегда неожиданно, а от этого раздражающе.

Мужчина подошел к крыльцу, резко оглянулся в поисках школьников в форме школы Дайвегу, а затем медленно повернулся.

— Здравствуйте, господин Чхе Дон Гиль! — с улыбкой произнес парнишка лет тринадцати на вид и протянул монетку. — Я слышал, вы строите башню из монеток…

— НЕТ! — рыкнул на него дернувшийся от неожиданности чиновник. — Я ничего не строю! Никогда не строил и не буду строить!

— Да? А я думал, вам монетки, чтобы башню строить, — растерянно произнес парнишка. — Вам зарплаты не хватает? Вы только скажите, мы…

— У меня все хорошо! У меня хорошая зарплата! Мне не нужны ваши монетки! — начал цедить Чхе Дон Гиль, внутренне начав закипать. При этом мужчина был не дурак и сдерживал себя как мог, подозревая провокацию.

— А почему вы злитесь? Вы не любите монеты? Или, может быть, номинал маленький? У меня есть другая… — продолжил изображать саму наивность парнишка. — Вот! Возьмите!

Чхе Дон Гиль опустил взгляд на руку парня, затем поднял его на лицо и не глядя сгреб монеты, после чего с дергающимся глазом направился на рабочее место.

— Чертова школа с ее чертовыми школьниками, с их чертовыми монетами… — бормотал он, постепенно успокаиваясь. Мужчина прекрасно понимал, что это больше похоже на провокацию, и на ходу крутил в голове список своих недоброжелателей, прекрасно осознавая, что произойдет, если он сорвется, накричит и не приведи господь поднимет руку на школьника.

Выйдя в коридор к своему кабинету, мужчина остановился. Он глубоко вдохнул, медленно выдохнул, после чего размял шею и направился к себе.

— Господин Чхе Дон Гиль, — тут же подняла секретарша взгляд от монитора.

— Меня нет. Я занят, ко мне пускать только министра, — ледяным тоном произнес чиновник и прошел в свой кабинет.

Мужчина бросил дипломат у стола, сам подошел к креслу и рухнул в него.

— Как же они меня задолбали… — вздохнул он, помассировал виски и добавил: — День только начался, а меня уже задолбали…

Подавшись вперед, мужчина наклонился, поднял дипломат и положил его на стол. Открыв его, он принялся доставать документы, но вздрогнул от тихого стука.

— Господин Чхе Дон Гиль, — показалась голова девушки.

— Меня нет, — повторил он.

— Да, но… Тут, в общем, заходил какой-то школьник. Передал двадцать вон монеткой, — девушка подошла к столу и положила на него монету. — Он сказал, что вы строите башню из монет и это для вас.

Чиновник мрачно посмотрел на монету, затем на секретаршу и тяжело вздохнул. Та, быстро поняв настроение начальства, молча ретировалась, оставив его в одиночестве.

Чхе Дон Гиль взял монету в руки, покрутил, а затем резко швырнул в стену. Сжав губы в тонкую полоску, он откинулся в кресле и с ненавистью уставился на документы перед ним.

— Хорошо… Хорошо… — начал бормотать он. — Хорошо подготовились…

* * *

Я сидел в своей комнате за учебным столом и с закрытыми глазами массировал виски. Иногда спокойно посидеть и подумать не помешает. А иногда это просто необходимо.

Спустя пару минут я открыл глаза и уставился на компьютер.

Дел невероятно много. Хотя… я почти успеваю всё делать.

Однако на данный момент появилась ещё одна очень важная задача. Бём Сок. Нельзя допустить увольнения директора. Хотя у меня и без этого проблем хватало.

Со всеми этими событиями даже мой собственный бизнес отошел уже не просто на второй план. А на… скорее уже пятый!

Тут мне и в личные отношения пришлось влезть, чего я никогда не любил делать. Но помочь друзьям надо было.

Оказалось достаточно трудно спрогнозировать, как поступит Пак после моего задания. Зато теперь, если всё пройдет как надо, ему это явно пойдет на пользу. А вот что касается Юми и Чана, здесь всё было легко и предсказуемо. Они давно друг к другу присматривались, хоть сами порой и не замечали этого. Хотя последнее утверждение больше касалось именно Юми, но факт остается фактом. Однако проблема заключалась в том, что время у них ограничено. У всех троих… Хотя они, наверное, считали по-другому.

Я и сам раньше так же думал. Ровно до тех пор, пока не узнал, что времени у меня больше нет…

Кстати говоря, что касается Чана и его последнего задания с подбором актера. Мне будет очень интересно посмотреть на его реакцию, когда он столкнется с одним крайне неординарным персонажем из комиссии по награждению номинантов.

Да уж… я в предвкушении. Как поступит Чан? Хе-хе! Но до этого ещё не скоро.

Однако некоторые события даже меня буквально выбили из колеи. Кое-чего я никак не ожидал. Например, того, что когда пойду к Дикому Топору за советом по поводу давления на чиновника, то встречу там маму Минсу. И вот тут встает вопрос. Кто она такая на самом деле и что вообще происходит? И ещё один немаловажный вопрос… пожалуй, даже куда более важный.

Нужно ли мне знать это?

Думаю, менять своё отношение к подруге будет неправильным. Поэтому пока что оставлю всё как есть.

Несмотря на всё вышеперечисленное, основная задача сейчас другая. Не допустить увольнения директора. Иначе очень многое может поменяться. Да и не хочется осознавать, что мы… лично я стал причиной того, что человека уволят и тем самым, возможно, поломают его жизнь.

Да… а ведь идея с монетками очень хороша. Надеюсь, Ли Су Нок поймет отсылку. Должен понять. Обязан.

Хотя… и этого может оказаться недостаточно. Жаль, что времени так мало.

Я недовольно посмотрел в окно соседского дома и скривился. Не из-за какого-то непристойного вида. А наоборот, из-за его отсутствия.

Я уже полюбил сидеть и размышлять о различных предстоящих задачах, наблюдая за танцами Минсу.

— Хм-м… да-а… — я тяжело вздохнул и вслух произнес. — Сисек действительно не хватает.

Ещё один вздох, а потом я потянулся за своим телефоном. Набрав номер Минсу, я нажал на вызов и принялся ждать.

— Алло, привет, — спустя секунд десять ответила соседка.

— Минсу, привет. Как у тебя дела? Всё нормально?

— Эм-м… — задумалась она. — Ну да. А почему ты спрашиваешь?

— Да что-то давненько тебя не было видно.

— В смысле? Я же тут… Или ты о чем?

— Я про окно. Я вот сейчас сижу в своей комнате, смотрю и думаю, что что-то не то. Даже не работается. А теперь понял, в чем дело. Кое-чего там не хватает!

— Ах! Ты об этом? — усмехнулась девушка. — Да я это… решила сделать небольшой перерыв, чтобы придумать чего-нибудь новенького. А то одно и тоже приелось уже. Да и скоро должна выйти новая глава от Ебашикаши Сукотот. Возможно, она как раз станет моим источником вдохновения.

— Понял, — улыбнулся я, подумав, что ведь именно Минсу была источником вдохновения для многих глав этой истории. — Слушай, а у тебя родители дома? А то я смотрю, что свет во всех комнатах горит.

— Блин, да. Как назло. Ещё мама что-то ходит причитает больше обычного. А ты что-то хотел? — с придыханием произнесла она последнюю фразу.

— Хотел… наверное. Но у меня тоже почти все дома. И мама на кухне.

— Эх… — вздохнула Минсу и замолчала, продолжив дышать в трубку.

— Но…

— Но⁈ — с надеждой в голосе произнесла она.

— У меня есть гараж. Да и велосипед на этот раз поудобнее будет. Ты как на это смотришь?

Я задал вопрос, но ответа не дождался. Казалось, ещё на слове гараж Минсу сбросила трубку и куда-то побежала.

* * *

— Послушай, а может быть, мы сделаем всё проще? Без этих выкрутасов. Все ведь и так всё понимают. Если умрет один из самых влиятельных людей в корпорации, очевидно, что он перешел дорогу не тем людям.

Метелка села на диван и молча начала тереть глаза от усталости. Спустя несколько секунд она подняла свой взгляд на человека, который уже половину жизни притворяется её второй половинкой и тяжело вздохнула.

— Дубина… — тихо произнесла она и покачала головой. — Вот ты, вроде бы, уже не первый год работаешь со мной. Вроде бы, не глупый. Но иногда мне кажется, словно у тебя одни опилки в голове.

Мужчина внимательно посмотрел на Метелку, но ничего не произнес, прикусив свой язык. Женщина же в это время продолжала говорить.

— А ты своё прозвище точно получил, потому что у тебя дубинка в штанах? Или это когда мы были помоложе, ты решил так передо мной повыделываться? Потому что теперь мне кажется, что суть прозвища заключалась совершенно в другом.

— Да не… Метелка, ты чего? — сглотнув, ответил он. — Я ж это…

— Голова ты дубовая… — без злобы произнесла она. — Такие дела не проходят бесследно. Ты хочешь крайним остаться? Так тебя с огромным удовольствием им выставят. А потом ты отправишься на дно реки вместе с этим коррумпированным предпринимателем. Понимаешь? Тут сразу надо продумать пути отхода. А ещё гарантии. Поэтому в нашу сферу и не лезут все подряд. Ведь идиоты долго не живут. А я в этом бизнесе уже почти… — она задумалась, посмотрев куда-то наверх, и спокойно закончила. — Почти восемнадцать лет.

— Понял. Не кипятись.

— Да я спокойно, словно удав, — парировала женщина. — Разве по мне не видно?

— В том-то и дело, — поправив воротник, ответил Дубина. — По твоему внешнему виду хрен поймешь, злишься ты, радуешься или уже продумываешь план, как будешь сбрасывать тело своего врага в реку.

— Да брось… — отмахнулась женщина. — Будто ты не знаешь, как я к своим отношусь.

— Да я так… типа, пошутил, — криво усмехнулся мужчина.

В этот момент по ступенькам послышались шаги, и к ним вниз спустилась Минсу. В черном плаще, застегнутом на все пуговицы, и с каким-то учебником в руках.

Мужчина с женщиной тут же встрепенулись, и Метелка мгновенно положила свою ладонь сверху руки Дубины, принявшись нежно поглаживать её. Мужчина в ответ ласково посмотрел на свою супругу и тепло улыбнулся одними лишь губами. После чего они оба посмотрели на свою дочь, и мама заговорила:

— Странный у тебя наряд. Ты куда так укуталась? Кажется, я первый раз вижу этот плащ.

— Он у меня давно, — буркнула Минсу. — Но чего вы удивляетесь, — усмехнулась она. — С вашим расписанием и количеством командировок вообще странно, что я не забыла, как вы выглядите. В школе меня, кстати, поэтому и подкалывают. Ну не только по этому.

— Может, это… — мужчина переглянулся с Метелкой, и приподняв одну бровь, произнес. — Дочка. Тебя если кто серьезно обижает, ты скажи нам. Мы поможем, — взволнованным голосом произнес он.

— Ага. И что вы сделаете? Убьете школьников? — снова посмеялась Минсу. — Ой, ладно тебе, пап. Ты чего так смотришь? Это же шутка была. Или ты действительно думаешь, что если проведешь воспитательную беседу с подростками, они тут же поменяют своё поведение?

— Ну-у… — мужчина слегка замялся. — Я, конечно, всего лишь археолог, но кое-что понимаю в людях. И иногда могу…

— Не переживайте. Что касается школы, всё стало уже куда лучше. На самом деле меня почти никто не задирает, и можно сказать, просто перестали замечать. Меня такой расклад устраивает.

Дубина тяжело вздохнул, нахмурился и собирался снова заговорить, но его перебила Метелка.

— Хватит, — шикнула женщина. — Если понадобится, я сама со всем разберусь. Но… это всего лишь дети, дочка, — она перевела взгляд на Минсу и продолжила говорить: — Ты куда-то собралась?

— Да, к Гису через дорогу. Ты с ним уже знакома, — улыбнулась девушка. — Мы… он мне помогает иногда по урокам.

— Хм. Он смышлёный парень, да? — улыбнулась в ответ мама и словно бы сверкнула глазами.

— Ага. Я и сама не знала, насколько хорошо он разбирается в некоторых вещах, пока не стала заниматься с ним.

— Ну, хорошо. Иди. Только не задерживайся долго. Сегодня у нас на ужин будет твой любимый мисо рамен и тушеная говядина в остром соевом соусе.

— Поняла, — улыбнулась девушка и выскочила на улицу. — Без меня не начинайте! — выкрикнула она уже из-за порога.

Некоторые время Дубина с Метелкой молчали, поджав губы. А спустя минуту мужчина всё же заговорил:

— Кажется, ты говорила, что наш сосед видел тебя у Топора. Не нравится мне этот парень. Не возникнет ли из-за этого проблем? Может проще убрать его?

— Убрать?.. — задумчиво произнесла Метелка. — Если потребуется — уберем. А пока что не помешало бы проследить, чем он занимается, помимо учебы.

Глава 10

— Ю-юми-и-и… Ужинать!

— Иду, мам! — Ответила девушка, продолжая валяться на кровати и перебирать различные статьи в интернете.

Могло показаться, что девушка заниматься этим просто от нечего делать, чтобы убить время. Но на самом деле она оценивала самые значимые и просматриваемые сайты. Что касается газет, с этим было проще. Есть три относительно влиятельных издания, к которым народ однозначно прислушивается и ежедневно читает. А вот в интернете их было десятки, если не сотни.

— Ох… — вздохнула девушка. — Договариваться с каждым из них нет смысла.

Юми понимала, как работает эта сфера, а сейчас просто оценивала масштабы. Стоит найти самые крупные и просматриваемые сайты и интернет журналы. Пропихнуть туда необходимую новость, на этом этапе, кстати, возможно, придется решать вопрос при помощи денег, либо связей отца, а уже потом, все остальные более мелкие издания подхватят эту новость и нужная статья будет пестреть абсолютно везде.

Девушка пробежалась по последнему сайту из тех, которые открыла и, цыкнув, свернула браузер на телефоне. После чего она спустилась вниз на кухню. За столом уже сидел отец, но к еде пока что не приступал. В ожидании, он разглядывал одну из газет и недовольно хмурился.

— Пап, а пап? — Улыбчиво проговорила Юми, сев рядом за столом.

— Чего? — Отклонив газету, посмотрел на неё Ду Бон Нам.

— Что читаешь? — Продолжала улыбаться девушка.

— Газету.

— Это я вижу.

— М… — он поджал губы, слегка сощурился, после чего продолжил. — Оцениваю одну из статей центрального отдела маркетинга фирмы, с которой мы начали сотрудничать. Ты об этом? Просто странно… раньше тебя никогда не интересовало подобное.

— Ну, как… — задумалась Юми. — И раньше интересовало. Просто сейчас… я же взрослею всё-таки.

— Ты? — Хохотнул отец и полностью отложил газету. — Ну да, взрослеешь. — Не скрывая сарказма, закончил он. Так! Давай на чистоту. Что тебе нужно?

— Почему сразу что-то нужно? — Надула губки девушка.

— Потому что я знаю тебя как облупленную. Хочешь, чтобы я снова разблокировал твою карту? Этот вопрос закрыт. — По-доброму проговорил отец.

— А вот и нет. А говоришь, что знаешь. — Улыбнулась Юми.

— Ну, значит что-то другое. — Ду Бон Нам вздернул одну бровь и пристально посмотрел на дочь. — Ну… ничего не хочешь сказать? Смотри, сейчас твоя мать сядет за стол и всё. Считай, ты упустила свой шанс. — Хохотнул отец.

— Ну ла-а-адно… я действительно кое о чем хотела тебя попросить. Мне нужна небольшая помощь.

— Хм. Уже интересно.

— Это связано с твоей работой. — Продолжала Юми.

— Ну-ка ну-ка…

— В общем, мне нужно чтобы пару статей о нашей школе появилось в газетах.

— О школе? Вы… это руководство попросило? — Слегка нахмурился отец. — Ты же знаешь, как я не люблю, когда они там пытаются использовать какие-либо связи через детей. Точнее родителей учеников.

— Нет, пап. Ты неправильно понял. Это наши статьи. И наша задумка. Руководство школы тут вообще не причем. Это лично моя просьба.

— Хм. А что за статьи? Так, погоди… и какие газеты тебе нужны?

Юми выждала несколько секунд и, внимательно всмотревшись в глаза отца, произнесла:

— Все, пап…

* * *

Мужчина в ярко-желтой футболке с надписью «Волонтеры без границ» осмотрел остальных соратников и громко спросил:

— Кто взял мешки?

— Я! — раздался голос молодого парня где-то позади небольшой группы, человек в десять.

— Хорошо! Грабли? Щупы для стекла и пластика?

— У меня! — махнула рукой девушка.

— Отлично, — вздохнул парень и покосился на на пляж, знатно загаженный мусором. — Ребята, сегодня тяжелый день. Видите пляж в той стороне?

Толпа покосилась туда.

— Вы прекрасно знаете, что здесь поворачивает местное течение, и большинство мусора, что нам оставляют приливы штормы — это мусор из других стран, но это наша страна, наша земля и наш пляж, ребят, — пытался правильно донести мысль командир волонтеров. — Я знаю, нам будет тяжело. Знаю, что нам за это не заплатят, но ребят… Если не мы — это место точно превратится в помойку.

— Но Ку, нас мало! Нас очень мало для целого пляжа! — подал голос из толпы.

— Я знаю. Знаю, что нас мало, но нам обещали помочь, — тут старший покосился на дорогу, что вела с трассы и вздохнул. — Обещали помочь, а я лично вам обещаю — хороший ужин после работы! С мясом!

Эффект был слабым, и особого рвения на лицах волонтеров он не заметил. Он уже хотел было отдать команду к началу работ, как на дороге показались автобусы.

— Но Ку, это помощь нам что ли? — раздался голос какой-то молодой девушки.

— Пока не знаю, но… видимо, да, — осторожно ответил глава волонтеров.

Большие, двухэтажные автобусы, в количестве трех штук, подкатили к парковке автомобилей, и в них открыли двери. Из автобусов тут же начали выходить школьники в спортивной форме школы Дайвегу.

Один десяток, второй, третий…

Пока волонтеры смотрели на кучу ребят, за ними подъехало еще две машины. Первая — небольшой грузовичок, в кузове которого виднелись столы и мангалы. Вторым был минивэн центрального телевидения.

— Могу я увидеть господина Но Ку? — обратился к ним высокий худощавый парнишка.

— Да, это я, а вы…

— Йонг. Меня зовут Йонг, и я координатор нашего волонтерского отряда, — кивнул ему парень. — Можно с вами сразу обговорить стратегию взаимодействия?

— Э-э-э… да, конечно, — закивал мужчина. — У вас есть пожелания или…

— Мы в этом деле неопытны, поэтому предлагаю поступить так. Вы и ваши люди возьмут на себя координацию, а мы основную работу. У вас все же опыта побольше.

— Да, думаю, это будет максимально эффективно, — кивнул Но Ку, осмотрел толпу школьников и тихо спросил: — У вас какая-то акция? Телевидение это с вами?

— Да, с нами. И да, акция, но я думаю, если вы обратитесь к нам — мы придумаем как поучаствовать, — кивнул Йонг и указал на грузовичок, на который уже залезли старшеклассники и спускали с него столы. — Мы обещали плотный ужин. Им займутся наши девушки, но… хотелось бы, кого-то поопытнее. На всякий случай.

Волонтер тут же оглядел толпу и выцепил взглядом полную улыбчивую женщину.

— Ли Ён, — позвал он ее. Когда та подошла, он кивнул на школьников, что возились со столами. — Слушай, у нас толпа молодых девушек. Школьниц. И есть сомнения, смогут ли они приготовить… Как бы сказать…

— Не запорят ли они весь ужин? — спросила та и звонко рассмеялась.

— Да. Примерно так. Не поможешь им, пока мы с остальными займемся уборкой?

— Без проблем, — кивнула та, достала платок, и повязав на голову, направилась к импровизированной кухне.

— Так… — взглянул Но Ку на Пака. — Йонг, так как людей у нас приличное количество, то может быть, мы поделим пляж на сектора?

— Здравая идея. Что нам требуется делать?

— Первый шаг — собрать мусор, который разбросан. Причем надо сразу отсортировать пластик, бумагу и дерево, ну, и если попадется, металл.

— Мешки?

— Мешки есть. Предлагаю сбор оставить на младших. Они будут заполнять мешки и оставлять их прямо на секторе. Те, кто постарше, будут носить мешки. Чтобы не перенапрягаться — мешки заполнять не полностью или ность по двое.

— Если там стекло будет или что-то острое, то лучше по двое, — кивнул Пак, задумчиво смотря на пляж.

— Верно. Лучше по двое. В любом случае — у нас достаточно людей, — кивнул глава волонтеров.

* * *

Ли Ён скривила лицо, глядя на то, как девушка режет морковь, и спросила:

— Ты вообще когда-нибудь нож в руках держала?

— Ну… — смутилась та и взглянула на кривые кусочки на доске. — Если честно, то нет. Это первый раз, когда я что-то готовлю… Ну, кроме кексов…

— Кексов?

— Кексов из готового пакетика. Ну, заливаешь это все водой, перемешиваешь и в духовку, — призналась девушка. — У нас в школе есть традиция носить с собой обеды.

— А кто эти обеды готовит? Родители? — удивленно спросила женщина.

— Кто как. Кому-то готовят по заказу повара, — подала голос вторая у котла на мангале, в котором сейчас варилась лапша. — Кому-то родители. Я слышала, что Командующий готовит сам.

— Это прозвище такое, — с улыбкой ответила первая девушка. — Он у нас лидер…

— Вдохновитель и главный придумщик, — кивнула вторая. — С ним в школе стало намного веселее.

— Какая-то у вас странная школа, — хмыкнула Ли Ён. — Но готовить учиться надо. Это всегда пригодиться.

Заметив, как улыбнулись девушки, опытная женщина покачала головой.

— Ваше поколение выросло в изобилии. За вас все делали, ваши родители старались, чтобы вы жили лучше. Понятное дело, что сейчас можно обедать в какой-нибудь забегаловке, завтракать в кофейне, а ужин взять готовый, в магазине. Но поверьте мне, жизнь — сложная штука. Сейчас вам кажется, что главное для девушки уметь краситься, но на самом деле главное — уметь готовить и вести хозяйство. Никогда не знаешь, как повернется судьба.

Девушки молча переглянулись.

— Я не говорю, чтобы вы становились поварами, как я. Но уметь готовить элементарные вещи — это обязательно. Хотя бы тот же мисо суп, удон или, если хватит терпения, карри. без изысков, но достаточно вкусно и питательно. Поверьте, это важнее и понадобится гораздо вероятнее, чем кексы, чизкейки или безе.

Тут женщина взглянула на дорогу, по которой ехал грузовик.

— Эй-ей, да они так скоро закончат!

— Это ведь хорошо, — подала голос одна из девушек.

— Хорошо-то, хорошо, но у нас ничего не готово! — растерянно оглядела начищенные овощи Ли Ён и протянула руку. — Дай-ка мне второй нож. Надо учить тебя резать, иначе они помрут с голода, пока мы приготовим!

Она встала рядом с девушкой, положила перед собой доску и уложила на нее морковку.

— Смотри. Проще всего ее сначала разделить вдоль, вот так. Нож при этом держи так, чтобы лезвие никогда не было направлено на пальцы…

* * *

Сон Чу Вон сидел у окна и с улыбкой наблюдал за проплывающими за окном домами. Они существенно отличались от тех, что он видел в городе. При этом они хоть и выглядели победнее, но были намного разнообразнее.

— Сон Чу, ты чего так улыбаешься? — подал голос друг, сидевший рядом.

— Да, так… Мы почти, как обычные школьники, — произнес он с улыбкой.

— Ты о чем?

— Да, я… просто подумал, что мы никогда всей школой не ездили на природу. Единственный раз, когда мы собрались толпой на природе — это там, на холме. Помнишь?

— Когда Чан стал Ракетой?

— Ага. А тут… — парень усмехнулся. — Как-то все… интересно получилось.

— Ты еще скажи, что тебе понравилось собирать пакеты, бутылки и рыболовные сети?

— Ну, бутылок было не так много, и сдается мне, что это не море, а отдыхающие, — задумчиво произнес Сон Чу. — Но вот соревноваться, кто быстрее очистит свой сектор — это было классно.

— Ты два раза с мешком упал, — с улыбкой произнес друг.

— Ну, так у нас в секторе два бревна было. Мы каждое вчетвером тащили, — пожаловался Вон.

— А у нас леска с вот такими крючками, с палец, — показал тот. — Это, знаешь ли, опасно!

— У вас перчатки были.

— Если бы они, как у хирургов, были кольчужные — да. А так…

Два друга переглянулись и едва заметно хохотнули.

— Все равно команда Пака победила, — со вздохом произнес Сон Чу. — Немного обидно, что им ящик той газировки достался.

— Ой, да брось. Хочешь, приедем — я тебе той же газировки куплю?

— Я и сам могу купить той газировки, — хмыкнул Сон Чу. — Дело-то не в газировке. Дело в том, что мы ее не выпьем за победу в соревнованиях. И не будем ей брызгаться с кузова грузовика. Понимаешь?

— Понимаю, — вздохнул друг. — Но я не расстроен. Было… да, пожалуй, было действительно весело. Если бы еще девчонки не такое жесткое мясо сделали — было бы вообще замечательно. Да и порции побольше бы…

— Если бы ты молчал и нахваливал — были бы порции побольше, — хохотнул Сон Чу.

— Ты еще скажи, что тебе больше одной порции досталось, — с прищуром произнес парень на соседнем кресле.

— Я очень хорошо хвалил, — с достоинством произнес Вон и покосился на друга, показав ему три пальца.

— Что-о-о? Ты съел три⁈ — парень шутливо ударил в плечо Сон Чу. — Твои друзья страдали и не доедали!

— Ай! Я же говорю…

— А ты как хитрый лис обманом выудил три порции!

— Ай! Я же говорю! Я хорошо хвалил!

* * *

— Фу-у-х… — Чан выдохнул, остановился и осмотрелся по сторонам.

Парень находился в дорогущем ресторане, в котором когда-то, относительно давно, бывал разок. Но только из-за своего старшего брата, который любил повыделываться. Сейчас же он выискивал взглядом ещё одного кинокритика, с которым собирался поговорить. Это уже был второй по счету.

После первой неудачной попытки, Чан надеялся, что ему удастся договориться хотя бы с ним. А потом он вернется и к На Ро Ги. Но это позже.

Чан ещё раз осмотрелся по сторонам, поправил воротник своей рубашки и собирался двинуться вперед. Но в этот момент к нему подошел администратор ресторана.

— Добрый день. Чем могу служить?

— Здравствуйте. Я договорился о встречи с господином Ки Са Ран. Может быть, вы знаете…

— Да. Прошу, пройдемте со мной.

Администратор повел Чана через центр практически пустого зала, на другой конец помещения. За одним из столиков сидел довольно упитанный мужчина, невысокого роста, с залысиной на голове, которая буквально сверкала и отсвечивала Чану прямо в глаз.

— Спасибо. — Парень поблагодарил администратора, после чего обратился к кинокритику, который даже не поднял на него свой взгляд. — Здравствуйте. Меня зовут Чан. Я представляю компанию Ебашикаши Сукотот. Мы с вами созванивались час назад.

— Мда… — чавкнув, произнес Са Ран. — Присаживайтесь. — Спустя несколько секунд, продолжил он. — Так о чем вы хотели поговорить? Вы так настойчиво просили о встрече. Что я даже решил выслушать вас за своим ужином. Хотя я не люблю отвлекаться во время еды.

Он произнес это так, словно сделал Чану величайшее одолжение.

Парень внимательно посмотрел на него, после чего еле заметно вздохнул и принялся говорить.

— Дело в том… я понимаю, что мы с вами ещё не знакомы, но у меня к вам есть одна просьба. И в ответ на вашу услугу, я тоже смогу оказать услугу. — Аккуратно начал говорить Чан.

— Фто за просьба? — Засунув в рот кусок мяса, причмокивая, пробубнил мужчина.

— Мне надо, чтобы актера года в этом году получил Чжу Чи Шон. — Уверенно произнес Чан и замолчал, отслеживая реакцию кинокритика.

Тот в свою очередь несколько секунд жевал. После чего вытер рот салфеткой и пристально уставился на Чана, глядя ему прямо в глаза.

— То есть… вы требуете от меня, чтобы я изменил своё беспристрастное мнение? Я правильно понял?

— В целом да. — Всё так же твердо проговорил Чан.

— Хах. Молодой человек. Вы вообще понимаете как устроена наша индустрия?

— Прекрасно понимаю, — соврал Чан. — Поэтому и пришел к вам с этим вопросом. Вы отдадите свой голос названному актеру. А с меня ответная услуга.

— Всё так просто, да? — Усмехнулся мужчина. — Даже если бы я отдал свой голос незапланированному актеру, уверены, что это хоть что-то бы изменило?

— Это уже не ваша проблема. — Еле заметно улыбнулся Чан, приподняв уголки рта.

— Понимаю. Ну, хорошо…

В этот момент парень чуть было не поперхнулся слюной.

— «В смысле хорошо? Вот так просто⁈» — Пронеслось в его голове, и он еле еле сдержал радостную улыбку на лице.

— Хорошо… — повторил кинокритик. — Откуда вы там пришли? Ебаш… хотя не важно. Сто миллионов вон. Жду до завтра. Встречаемся здесь же.

— Погодите. — Сглотнул Чан. — Вы сейчас… назвали сумму, которую я должен вам принести?

— Ну да. — Спокойно ответил Ки Са Ран и снова принялся жевать. — А вы чего ожидали?

— Н-но… я думал ответная услуга, или…

— Хах! Меня подобные глупости не интересуют. — Не задумываясь сказал мужчина.

— А… можно как-то уменьшить сумму?

— Молодой человек… — Са Ран крайне недовольно посмотрел на Чана, нахмурился и продолжил говорить. — Вы пришли просить меня о просьбе или просто поторговаться? Если второе, то идите на рынок. А здесь вам не базар. Я уважаемый человек. Понимаете?

— Но…

— И я вам так скажу. Сумма, которую я назвал… считайте что это детская цифра. Никто другой даже близко бы не согласился на такое. Но вам повезло. У меня сложились такие обстоятельства… в общем, мне как раз срочно нужна небольшая сумма денег.

— «Наверное, он хотел сказать сумка денег…» — Подумал про себя Чан.

— Я… мне надо… я не уверен. — Услышав цифру, весь настрой Чана улетучился, и он пытался быстро сообразить, сможет ли хоть где-то раздобыть такие огромные деньги.

— Ну, раз вы не уверены… как говорится — на нет и суда нет. Всего хорошего. — Кинокритик снова вытер рот и пристально посмотрел на Чана. — До свидания. — Надавил он, ясно давая понять, что разговор закончен.

Парень вышел из ресторана, и некоторое время просто стоял у входа пытаясь уложить всю информацию в своей голове. В этот момент его телефон завибрировал, и на экране высветилось имя Юми.

— Хорошо, что она решила не ехать со мной. — Прошептал он, после чего ответил на звонок. — Алло.

— Привет. Ну как? Ты уже всё? Как всё прошло, рассказывай! — Тут же начала тараторить девушка.

— Да… э-э… ну, как… в общем, я решил отложить этого кинокритика на потом. — Сухо проговорил Чан.

— В смысле? — Удивленно произнесла девушка. — И этого тоже на потом? А что не так?

— Да там всё так… просто… пожалуй мне надо встретиться с третьим представителем комиссии.

* * *

— Ну, и что там? — спросил Бо Рам Сон, достав пачку сигарет. — Как прошло?

— В целом, ожидаемо. На завод нас не пустили. А когда наши ребята начали раздавать листовки, приглашая на встречу, к нам прошли несколько человек в обычной одежде. Пытались листовки отобрать.

— Сильно вы их?

— Переломов, вроде, нет. Но отделали знатно, — кивнул Меченый. — Слухи про нас распространяются быстрее, чем мы успеваем обрабатывать заводы. Охрана проинструктирована, нас отшивают сразу. Ну, и готовятся. Кто как.

— Угу, — кивнул Дикий Топор, достав сигарету и зажигалку.

— Более того, к нам идут с тех заводов, где мы еще не были. Вступают в партию, активно поставляют информацию.

Бо Рам Сон прикурил, затянулся и пододвинул к себе пепельницу.

— Это хорошо. На выборах нам любой голос пригодится.

— Мы пойдем на выборы? — осторожно спросил Меченый.

— Пойдем. На многое не рассчитываю, — задумчиво произнес главарь бандитов. — Да и не надо нам много. Пару мест, чисто номинальных. Должности всякие — мимо.

— А зачем вообще нам этот парламент? Что нам с него?

— Пока мы тут с рабочими и заводами носимся — мы не больше, чем общественная организация, — задумчиво произнес Топор. — Нам нужны места в парламенте, чтобы иметь хоть какой-нибудь серьезный вес.

Меченый задумчиво почесал шрам, а в это время на столе Бо Рам Сона прозвенел телефон, на котором замигала лампочка, указывающая на секретаря.

— Слушаю, — произнес он, после того как нажал кнопку.

— Господин Бо Рам Сон, к вам… господин Ши Ка Го.

Дикий Топор удивленно поднял брови и взглянул на Меченого. Тот растерянно пожал плечами.

— Пригласи, — коротко бросил хозяин кабинета.

— Чикаго? — растерянно спросил помощник.

— Ши Ка Го, — пожал плечами хозяин кабинета и уставился на достаточно молодого паренька с дипломатом, который вошел в кабинет.

— Господин Бо Рам Сон, — подошел он к столу. — Рад с вами познакомиться.

— Взаимно, — кивнул на кресло рядом с Меченым тот.

Парень слегка замялся, поглядывая на Меченого, а затем присел и произнес:

— Мне хотелось бы провести с вами конфиденциальные переговоры по одному важному вопросу…

— Он моя правая рука, — кивнул в сторону помощника Бо Рам Сон. — Скрывать нечего. Он в курсе всех дел.

— Хорошо… Тогда я, пожалуй, представлюсь, — парень кашлянул, глядя на то, как Дикий Топор выпускает дым через ноздри, и произнес: — Меня зовут Ши Ка Го, и я представляю компанию малышка Мю. Мы производим детское питание. В основном на экспорт, но и в Корее мы тоже представлены. Не так широко, но все же.

— И?

— Дело в том, что ваши… методы работы нас несколько беспокоят. Мы давно на рынке и любим стабильность. А появление ваших людей у нашего завода может несколько усложнить нашу работу. Мы бы хотели составить… предварительную договоренность.

— М-мда? И в чем же она заключается? — спросил Бо Рам Сон, стряхнул пепел и затянулся.

— В том, что мы готовы пожертвовать для вашей партии… — тут парень достал ручку с визиткой и на обратной стороне написал цифру. — Вот эту сумму, чтобы не обнаруживать перед проходной ваших людей с листовками.

Дикий Топор спокойно покосился на визитку, но в руки ее не взял, хмуро взглянув на собеседника. Тот пару раз моргнул, выжидательно смотря на него, а затем спохватился.

— Простите, я ошибся! — парень подался вперед и дописал еще один ноль на визитке.

Бо Рам Сон тяжело вздохнул и перевел взгляд на Меченого. Тот понял все молча, достал телефон и открыл подготовленный документ.

— Малышка Мю. Семьдесят три рабочих. Много оборудования, поэтому люди в основном с образованием, следят за процессом и ремонтируют оборудование. По факту, на самом производстве человек тридцать. Остальные — продажники или офисный планктон, — выдал он, затем пролистнул и добавил: — Зарплата офисных работников средняя по рынку. На производстве ниже почти на пятьдесят процентов.

Меченый поднял взгляд на Дикого Топора. тот молча кивнул, потянулся и взглянул на молодого парня.

— У нас серьезный контракт. Большие деньги, и нам крайне важно, чтобы производство работало без единого сбоя.

— Смотри, что покажу, — произнес он, достал лист бумаги, взял ручку и положил рядом калькулятор. — Берем то, что вы мне предложили, и делим на… сколько там на производстве?

— Если точно — тридцать четыре, — подал голос Меченый.

— Делим то, что вы мне предложили, на тридцать четыре. Получается… — тут он развернул лист и взглянул на помощника.

— Средняя годовая зарплата рабочего, — кивнул тот.

— Вот берете эту сумму и делаете на эти деньги надбавку каждому рабочему чуть выше рынка. Сюда же включаете больничные, отпуска, переработки и прочее. Понял?

— Да, — кивнул парень, затем нахмурился и мотнул головой. — Нет.

— Если нет, то объясню тебе по-простому, — хмыкнул Бо Рам Сон. — Нахер мне ваши деньги? Чтобы я к вам не пришел, у вас рабочие должны получать выше, чем средняя зарплата. С переработками, отпусками и больничными. Все. Мы почему по-твоему на Корея Моторс не ходим?

— Почему?

— Потому что там люди работают как короли. Тут тебе и питание, и переработки, и четкий график, и страховка медицинская. Все есть. Сходи как-нибудь, погляди, как люди работают.

— Но я… думал, вы…

— По заказу работаем? — хмыкнул Дикий Топор. — Я, вроде, всем всё сказал. Мы сами по себе. Мы никуда не лезем, ни с какими блоками в правительстве не сотрудничаем. Всё.

Паренек задумчиво оглядел Топора, поднялся и поклонился.

— Спасибо за уделенное время, — произнес он.

— Будет что по делу — приходи, — кивнул ему Бо Рам Сон, туша сигарету. — А пока передай своим начальникам — пусть не мне, а рабочим своим деньги суют, раз у них контракт важный.

— Спасибо, так и передам, — кивнул парень и удалился.

— Туго до них доходит, — хмыкнул Бо Рам Сон, откинувшись в кресле. — Уже третий.

— Может, нам начать брошюры раздавать этим олухам, — кивнул на дверь Меченый.

— Нет. Тогда у нас в партии никого не будет, — хохотнул Бо Рам Сон и хмуро посмотрел на телефон, издавший очередной вызов. — Слушаю…

— Господин Бо Рам Сон, к вам Хаг Дзи Кю.

— Пригласи, — произнес хозяин кабинета и недовольно проворчал: — Прям приемный день…

В кабинет зашел упитанный мужчина в дорогом пиджаке и с улыбкой подошел к столу.

— Бо Рам Сон, рад знакомству. Меня зовут Хаг Дзи Кю. Я из партии Власть народа.

— Взаимно, — встал из-за стола Дикий Топор, пожал руку и указал на кресло рядом с помощником. — Что вас к нам привело?

— Довольно щепетильное дело, господин Бо Рам Сон, — произнес мужчина усаживаясь в кресло. — Дело, в котором вы понимаете гораздо лучше меня… да и всех политиков.

Тут мужчина глазами указал на Меченого.

— Мы вместе не первый десяток лет, — кивнул Топор. — Я ему доверяю.

— Хорошо. Дело в том, что недавно от некоторых наших должников в Китае нам поступила информация, что к нам в столицу направилось несколько крайне опасных специалистов из одной крайне опасной организации, — мужчина достал платок и вытер лоб. — Вы, как я слышал, осведомлены о многих наших грехах. Да, они мелкие, но у нас тоже есть определенные… интересы в определенных сферах. Поэтому мы опасаемся, что эти… опасные специалисты могут нарушить наши планы. А вы как представитель определенной группы лиц можете знать, с какой целью эти специалисты к нам приехали.

Дикий Топор тяжело вздохнул, взял пачку и достал сигарету.

— Вы не против? — спросил он.

— Нет конечно…

Бо Рам Сон закурил и начал говорить.

— Господин Ха Дзи Кю, я убивал людей. Я душил их, стрелял в них, топил их… Даже сжег парочку, — произнес он, затянулся, и выпуская дым, продолжил: — Я пытал людей, дробил им пальцы, одевал пакет на голову, жег их утюгом и паяльником. Был период, когда я увлекался историей и нескольких я рвал пополам, привязав руки к одной машине, а ноги к другой. В общем, у меня богатый опыт в крайне нелицеприятных сферах, но вот в словесном искусстве я… не так силен. Поэтому будьте добры, отбросьте кружева в вашей речи и скажите прямо. Кто? Откуда? Куда?

— Триада. Лучшие профессионалы. К нам, — сглотнув, произнес политик. — Зачем они сюда приехали?

Бо Рам Сон глянул на Меченого, затем на гостя и произнес:

— Когда?

— Говорят, вчера они направились к нам в Корею.

— Самолет?

— Больше нам ничего неизвестно, — коротко ответил тот, помедлил и спросил: — Вы что-то знаете?

— Пока — нет, — Дикий Топор достал телефон. — Спасибо за информацию. У нас нет официальной войны с китайскими группировками. Тайвань не в счет. Они сами по себе. Вряд ли это по наши души.

— Вот поэтому меня и послали к вам, — кивнул Ха Дзи Кю.

— Понимаю. Мне нужно время. Я узнаю причину их появления и сразу вам сообщу.

— Еще кое-что, — произнес политик. — Не знаком с вашими порядками, но нам бы очень хотелось, чтобы вы… были на стороне Кореи, если дело вдруг дойдет… до конфликта.

Бо Рам Сон тихо рассмеялся, затем затянулся сигаретой и произнес:

— У нас одна сторона — наша.

Мужчина недовольно поджал губы.

— Но я вам гарантирую — без нашего ведома никто в этой стране не посмеет поднять руку на чиновника. Это грязная и шумная работа, которая осложняет нам жизнь. И подобное можно воспринимать только как личное оскорбление. Гадить в чужом доме нельзя.

— Но если вдруг дойдет до этого, то…

— Мы постараемся решить все мирным путем, — кивнул Дикий Топор. — А теперь, господин Ха Дзи Кю, будьте добры… мне нужно время, чтобы прояснить ситуацию. Хорошо?

— Да, конечно, — кивнул он и положил визитку на стол. — Если будет какая-то информация — дайте нам знать.

Как только политик удалися, Дикий Топор набрел контакт под именем «Бешаная сучка» и принялся ждать.

— Да, милый, — послышалось в трубке. — Ты уже соскучился?

— Метелочка, скажи мне, милая, ты последнее дело, на которое сама ездила в Шанхай, помнишь?

— Помню. Такое не забудешь. А что?

— А ты с Триадой порешала? Помнится, они очень сильно были недовольны.

В трубке повисла тишина.

— Да или нет, — надавил Дикий Топор.

— Нет.

— Ну, тогда у тебя проблемы, — со вздохом произнес Дикий Топор. — К нам едут профессионалы от Триады. Понимаешь, что это значит? Они знают, где ты и кто ты.

— Они уже тут?

— Скорее всего, да.

— Сколько?

— Без понятия.

Снова тишина в трубке.

— Я разберусь, — ответил женский голос и добавила: — Спасибо, что предупредил.

— Метелка…

— Что?

— Постарайся не сдохнуть, — усмехнулся Дикий Топор. — Я дом на горячих источниках на следующих выходных забронировал.

— Ты? На горячих источниках? Для меня?

— Для тебя? Пф-ф-ф-ф! Просто хотел потрахаться с видом на горы. Работай, Метелка.

* * *

Юми задумчиво смотрела на режисера, который что-то втолковывал оператору перед сьемкой следующего гостя. Мужчина распалялся, махал руками, и изображая пальцами двух рук экран, ходил вокруг сцены, постоянно что-то объясняя.

Девушка улыбнулась и повернула голову в сторону, где на стульчике в ожидании продолжения съемок сидела Мун Хё На. В этот момент к ней подошел Чан, вручил стаканчик с кофе и перекинулся парой фраз.

Актриса ему обворожительно улыбнулась, что-то ответила и проводила задумчивым взглядом, который в итоге наконец остановился н Юми.

Нам спокойно выдержала его пару секунд и приподняла одну бровь, словно вызывая на поединок. Мун Хё На не стала упражняться в этом соревновании и спокойно отвела взгляд на режиссера.

— Я тебе капучино взял, — подошел к ней Чан.

— Спасибо, — приняла Нам стаканчик. — Слушай, а ты не знаешь, у Хё На есть парень?

Чан, застигнутый врасплох, замер с недонесенным до губ стаканчиком и спросил:

— Не знаю. Вроде бы, нет.

— М-м-м-м… — кивнула Юми. — Просто подумала, что вы вместе живете, и она тебе так улыбалась…

— Ну… — начал лихорадочно соображать Чан. — Она так всем улыбается. Разве нет?

— В том-то и дело, что нет, — снова кинула взгляд на девушку Юми. — Мне кажется это подозрительным.

— Ну, я…. наверное, — осторожно ответил Ан.

— Я тут подумала… Если у нее нет парня, то может быть… Может, Пака с ней свести? — девушка пригубила кофе и взглянула на парня, что застыл с удивленной физиономией. — Что?

— Ну, мне это как-то в голову не приходило, но… Думаешь, стоит?

— А почему нет? Они не подходят друг другу?

— Нет, как пара они смотрятся классно, просто… Это немного… — Чан взглянул на Нам пожал плечами: — Не люблю лезть в чужие отношения. Мне кажется это личным.

— А мы и не будем, — пожала плечами Юми. — Просто закинем идею Паку, а там уже как пойдет.

— Ну, в таком случае — да. Почему бы и нет, — пожал плечами Ан, несколько секунд помолчал и спросил: — Слушай, ты ведь не ревнуешь?

Юми вытянула губы, пару секунд помолчала, после чего произнесла:

— Если только совсем чуть-чуть.

После этого она кинула беглый взгляд на Хё На, подалась вперед и поцеловала Чана в губы. Тот слегка отпрянул и прошептал:

— Ну, не здесь же!

— Подыграй мне, если что…

Юми подмигнула ему и направилась к Паку, что с хмурым выражением лица сидел в кресле чуть в стороне.

— Где лимоны? — спросила Юми, присаживаясь рядом с Йонгом.

— Что? Какие лимоны? — спросил тот, хмуро глянув на нее.

— Которые ты не доел. Иначе почему у тебя такая кислая мина?

Пак тяжело вздохнул, облокотился на подлокотник своего кресла и произнес:

— Настроения нет.

— М-м-м-м? Почему? Из-за задания Гису?

— И это тоже.

— Знаешь, я все думала об этом задании, и у меня возник вопрос. Почему ты не… снимешь девушку за деньги? Есть же разные варианты. От молодой охотницы за мужчинами в клубе, до элитных эскортниц.

— Потому что это за деньги, — нехотя ответил Йонг.

— Это было в условиях?

— Это есть в моей голове, — буркнул Пак. — Я не хочу это покупать.

— М-м-м-м, — кивнула Юми и удивленно оглядела друга. — Слушай, а может тебе тогда найти кого-то, кто хотя бы близко тебе по статусу?

— Таких немного, — неохотно произнес Пак. — А те, кто подходит по возрасту и статусу, не подходят мне как люди. То зануда, то избалованная кукла.

— М-м-м-мда-а-а-а… — протянула Юми и с прищуром спросила: — А я?

— А тебе не интересен я, — буркнул Пак.

— И соблазнитель из тебя так себе.

— И соблазнитель так себе, — со вздохом произнес Йонг.

— Слушай, а ты не подумал, что можно попробовать… скрыть свои финансовые возможности?

Пак хохотнул и взглянул на Юми.

— И как ты себе это представляешь? Меня как облупленного знают.

— Ну вот, например… — Юми с прищуром взглянула на Мун Хё На, что опять задумчиво смотрела на Чана. — Видишь нашу актрису?

— Да. И что?

— Что о ней думаешь?

— Красивая, умная. Легко общается со всеми.

— А что если она не знает, кто ты такой?

— В смысле?

— В прямом. Что если она не знает, что ты сын того самого Пака?

— Нет. Она… — тут Йонг нахмурился, прокручивая те немногочисленные дни, что он присутствовал на съемках.

— Она ведь обращается к тебе Йонг. Да и все на площадке зовут тебя Йонг. Готова поспорить, что она не в курсе, что ты сын того самого Пака.

— Бред. Она точно знает, — буркнул Йонг.

— Ну, по крайней мере, никто тебе не запрещает проверить, — пожала плечами Юми и поднялась. — В любом случае — попробуй мой совет. Это сильно облегчит тебе задачу. Ведь капитал твоей семьи… в этом случае играет против тебя.

Пак проводил взглядом Юми, затем взглянул на изящную и фигуристую Мун Хё На и недовольно буркнул:

— Да нет… Бред какой-то…

Глава 11

— Йонг! Ты за старшего! — произнес Гису, махнув рукой.

— Я? — удивленно произнес Пак и огляделся.

Ни Чана, ни Юми уже не было. Вокруг суетился народ. Гример собрал свои вещи и тоже собрался уходить. Оператор укладывал оборудование в чехлы.

— А что делать? — растерянно спросил он.

— Проверь, чтобы никто ничего не забыл, и закрой студию. Ключь я завтра заберу, — ответил Гису и открыл дверь. На пороге он обернулся и произнес: — Да, и довези нашу ведущую до дома.

— Ладно… — растерянно произнес парень.

Он прошелся по залу, посмотрел по сторонам и пожал плечами, не обнаружив ничего лишнего.

— До свидания, — махнула рукой гример.

— Да, я тоже пойду, — кивнул оператор, после чего указал на сумки. — Оборудование, думаю, лучше тут оставить. Завтра снова съемки. Больше мороки его таскать.

— Хорошо, — кивнул Пак. — Тут же охрана есть.

— Да, тут все под камерами, — кивнул оператор и помахал рукой. — До завтра!

— До завтра, — отозвался Пак и оглядел пустую студию, в которую вышла Мун Хё На.

— Блин, не успела. Надо было на хвост оператору прыгнуть. Он на машине, — расстроенно произнесла девушка. Затем она сосредоточила взгляд на Паке и спросила: — Слушай… как тебя зовут?

Пак приподнял одну бровь и ответил:

— Меня зовут Йонг.

— Ты ведь друг Гису, да? Умоляю, скажи, что ты на машине!

Пак удивленно вскинул брови, опустил взгляд на свою школьную форму, а затем снова взглянул на актрису.

— А… — хмыкнула она. — Да, прости. Что-то я не подумала. Откуда у школьника права.

Девушка растерянно почесала голову.

— Я могу заказать такси. Вы ведь живете у Гису, так? Мне будет по пути. Завезу вас, а потом оно отвезет меня.

— Такси? Ну, а… это, наверное, дорого.

— Развоз сотрудников, работающих допоздна — обязанность работодателя, — пожал плечами Пак.

— Действительно, — тут же воспряла духом девушка. — Он менеджер или где⁈ Вызывай!

Пак улыбнулся, быстро вызвал такси через телефон, а затем сделал пригласительный жест Мун Хё На к двери.

— Думаю, лучше подождать снаружи. Надо все закрыть и выключить свет, — произнес он.

Девушка вышла и осталась на улице, пока Пак закрывал студию. Когда же он вышел, то заметил, как девушка смотрит на автомобиль, водитель которого вышел и ждал у пассажирской двери.

— Блин, с нами тут походу какая-то шишка была, — произнесла актриса, задумчиво смотря на автомобиль. — Такую не каждый чеболь может себе позволить.

— Да? Не знал, — задумчиво произнес Пак, сделав жест за спиной девушки, чтобы водитель не открывал дверь и никак его не выдавал. — Ездила на такой?

— Бывало, — нахмурилась девушка. — Там удобное широкое заднее сиденье.

— Понравилось?

Мун Хё На дернула щекой и коротко ответила:

— Нет.

Пак хмыкнул, заметив подъезжающее такси, и подошел к бордюру, чтобы открыть для девушки дверь.

— Я на такой никогда не ездил, — произнес он, и когда машина к ним подъехала, открыл дверь. — Хотелось бы как-нибудь прокатиться.

— Ну, какие твои годы, — хмыкнула девушка, усаживаясь внутрь.

Пак же молча сделал знак водителю, чтобы он ехал за ними и уселся с другой стороны.

С минуту они ехали молча. девушка задумчиво поглядывала в окно, а Пак откровенно разглядывал довольно известную актрису.

— Нравлюсь? — с улыбкой спросила она не поворачивая головы. Заметив, как слегка дрогнул Пак, он хохотнула и постучала пальцем по стеклу. — Я вижу твое отражение.

— Ну, скажим так, было бы крайне подозрительно, если бы не нравились. — дипломатично ответил Пак.

— Так себе комплимент, но зачту, — кивнула она и повернула голову к Йонгу. — Слушай, ты тоже с Гису участвуешь… во всяких делах?

— Лишь в некоторых, — дипломатично ушел от ответа школьник.

— Не расскажешь, в каких?

— Думаю, это лучше спросить у Гису.

— Скучный, — фыркнула Мун Хё На и снова повернула голову.

Пак же секунд десять размышлял, продолжая рассматривать актрису, после чего все же произнес:

— Знаете, я заметил, что вы легко со всеми общаетесь. Вы очень коммуникативная.

— Спасибо, — вздохнула девушка.

— Поэтому решил у вас попросить помощи.

— М-м-м-м? В чем?

— Знаете, в моем возрасте… крайне трудно общаться с противоположным полом, — начал издалека Пак. — А еще труднее с тем, кто тебе нравится.

— Что в этом такого? Поду… — тут девушка взглянула на него, остановила взгляд на школьной форме и кивнула. — Хотя да. В твоем возрасте — это бывает проблемой.

— Хорошо, что вы меня понимаете, может, тогда поможете мне? Ну, с общением и знакомством с девушками?

— Я? — удивленно спросила Мун Хё На.

— Ну, да. У вас прекрасно получается общаться с людьми. Да и девушка вы непростая. Актриса, думаю, вы как никто знаете, как надо ухаживать за девушками.

Мун Хё На подобралась, слегка повела плечом и оценивающе оглядела Пака.

— Завтра съемки трех серий, а потом неделя свободна. Если у вас нет других проектов… Можете уделите мне время?

— Ну-у-у-у… даже не знаю, — задумчиво произнесла девушка, еще раз оглядела Пака и кивнула. — Ладно. Помогать на бесплатной основе иногда полезно…

* * *

Вон Хё сидел на кухне и не торопясь готовился к очередному рабочему дню, попивая кофе. Служба в налоговой инспекции забирала не только много сил и времени, но и нервов. А вместе с этим и здоровье. Но сегодня выдался один из немногих дней, когда ему некуда было торопиться. Поэтому господин Вон с довольной улыбкой на лице просто сидел и размышлял.

Его сын Сон Чу скорее всего уже поднялся, ещё до него, и даже успел выпить кофе, но находился в своей комнате. Они часто разминались, но сегодня отец решил подвезти его до школы, как это изредка бывает. Заодно можно и поинтересоваться, как у него обстоят дела? Как учеба? Да и вдруг есть какие-либо изменения в личной жизни?

Вон Хё сделал глоток кофе, а потом потянулся за свежим выпуском газеты Финансовая грамотность. Раньше он читал это издание практически каждый день, просто в качестве хобби. Ему всегда было интересно всё что связано с деньгами. Наверное, отчасти именно поэтому он и выбрал такую профессию. А потом, в какой-то момент, у него просто не осталось времени ни на что. И вот теперь Вон Хё наконец-то снова спокойно сидит, пьет утренний кофе и читает газету.

Улыбка сама по себе появилась на лице.

Налоговый инспектор взял в руки газету, посмотрел на первую страницу и вздернул от удивления брови.

— Чего? А это тут каким боком?

Название школы Дайвегу сразу же бросилось ему в глаза. Он удивился, нахмурился и принялся вчитываться в статью. В ней говорилось о том, какую колоссальную работу провел директор школы Бём Сок. Как школа преобразилось в лучшую сторону при нем. Как ученики стали более прилежно учиться и с большей ответственностью относиться к получаемым знаниям. О чем наглядно показывает резко возросший средний балл во всей школе.

После череды восхвалений о том, как преобразилась школа, далее было напечатано интервью, которое взяли непосредственно у директора школы Бём Сока. И оно лишь подтверждало каждый описанный пункт.

Статья была сделана профессионально. Это Вон Хё сразу же подметил. Не добавить, не убавить. Моментально видно все плюсы и насколько хорошую работу проделал Бём Сок. Только вот это не отменяло того факта, что данная статья здесь ну вообще не к месту.

— Хм-м… испортился мой любимый журнал… — еле слышно проговорил Вон Хё. — Неужели им больше не о чем писать?

Мужчина задумался, почесал затылок, а потом кивнув своим мыслям, достал из ящика стола прошлый выпуск. Ему стало интересно посмотреть свою неожиданную догадку.

— Та-а-ак… — протянул он. — А вот это уже интересно. Интересно и подозрительно.

На первой же странице, он наткнулся на статью о том, как ученики школы Дайвегу, записавшись в волонтеры, очистили местный пляж от мусора.

В статье было красочно описана проделанная работа. И как бы вскользь упоминалось о том, какое же положительное влияние оказывает школа и в частности её директор на воспитание учеников.

— Хм. — Снова хмыкнул Вон Хё и принялся листать газету дальше.

В этот момент к нему на кухню вышел Сон Чу и поздоровался.

— Сынок. А тебе нечего мне рассказать? — Тут же задал неоднозначный вопрос он.

— В смысле? Ты о чем, пап. — Ответил школьник.

— Я вот тут сейчас взялся почитать свою любимую газету и знаешь, что я там нашел?

— Даже не догадываюсь. — Произнес Сон Чу, принявшись собирать для себя обед в школу и укладывать еду по контейнерам.

— В последнее время к вашей школе что-то больно много внимания.

— Это плохо?

— Не знаю. Но как минимум это подозрительно. — Ответил отец. — В целом ваша школа небезызвестная, конечно, и пару статеек о ней можно встретить много где. Но не в журнале же Финансовая грамотность. Тебе не кажется это странным? Как школа связана… с этим?

— Не знаю. — Пожал плечами парень. — Это вопросы надо задавать руководству журнала. Ну, или кто там за это отвечает? Главный редактор? Я просто не разбираюсь в этой теме.

— Ага… — отец задумался и выждал несколько секунд. — У меня вопрос. Только ответь честно. Хорошо?

— Хорошо.

— Это как-то связано с вашей… как вас назвать-то? Организацией? Группой. Это не ваши проделки?

— Наши. — Обыденно проговорил Сон Чу и открыл холодильник, доставая оттуда что-то с нижней полки.

— Эм. В смысле? Ты сейчас не оговорился? — Насторожился отец.

— Пап. Мы ничего такого не делали. Просто начали лучше учиться и… помогать в разных местах по мелочам. А кто-то решил это осветить в новостных лентах и газетах.

— Так, погоди… а для чего вам это? Это же всё не просто так.

Парень глубоко вздохнул, громко выдохнул и внимательно посмотрел на своего отца. После чего, спустя несколько секунд он принялся говорить.

— Тебе действительно это интересно?

— Ну, конечно, сынок! Что за нелепый вопрос. То что я работаю, это не значит, что мне плевать на семью.

— Согласен. — Кивнул Сон Чу, чего не ожидал его отец. Из-за чего он даже вздернул брови. — В общем, если коротко. То нашего директора хотят уволить. А мы этого не хотим. Потому что он не заслужил этого. Ну и если уж говорить совсем откровенно, то нам так удобнее. Кто придет на его место мы не знаем. И не хотелось бы знать.

— Уволить?

— Да. Пошли слухи. — Проговорил парень и сел рядом за столом.

— Погоди. Вы что… решили бороться с системой? — В очередной раз вздернув брови, удивленно проговорил отец. — Вы же просто дети…

— Ну, возможно это слишком громко прозвучит, пап. Но… да. Мы не хотим, чтобы нашего директора увольняли, и решили попытаться повлиять на это. Естественно легальным путем.

— Наверное… его не за просто так увольняют. Видимо на это есть свои причины. А то, что вы лезете так высоко… — Вон Хё прочистил горло, так как ему начало першить, а потом продолжил говорить. — По-моему это уже слишком далеко заходит? Тебе так не кажется?

— Почему? Мы ведь просто осветили правду.

— Какую правду?

— Пап, с чего ты взял, что директора увольняют справедливо, а не потому, что так кому-то стало удобно? А почему мы не можем высказать своё мнение по этому поводу? Ты видел наш средний балл? Ладно, ты знаешь мои оценки? Когда ты в последний раз интересовался этим?

— Эм… ну… я постоянно был занят.

— Вот именно, пап. Ты был занят. А теперь говоришь, что мы якобы слишком далеко заходим, вообще не разобравшись в теме. Ты думаешь, мы что-то нарушили? Незаконно очистили пляж от мусора? Так?

— Возможно, следовало уделять больше времени твоему воспитанию… — еле слышно пробормотал Вон Хё.

— Возможно… но если тебе интересно моё мнение. Ты и так сделал, что мог. Вы с мамой через многое прошли, чтобы наша семья не бедствовала. А теперь, я тоже хочу стать достойным человеком, а в будущем и опорой нашей семьи. Так что не думай, что-то, о чем ты читаешь в газетах, это просто всё детские шалости. В этом гораздо более глубокий смысл. Мы учимся, развиваемся и становимся… крепче… готовыми к чему угодно в этой жизни.

— Эм… — Мужчина просто молча слушал своего неожиданно повзрослевшего сына и не знал, что думать. — Я… я просто переживаю за тебя.

— Я знаю, пап. Но можешь не волноваться. Я уже не маленький мальчик и сам понимаю, что и для чего делаю. Поехали в школу?

Вон Хё тяжело вздохнул. Бросил ещё один взгляд на газету, которую отложил в сторону и, поджав губы, произнес:

— Поехали.

* * *

Бём Сок переложил папку на край стола, взял другую, открыл ее и вдумчиво начал вчитываться в бухгалтерские отчеты.

Несмотря на то, что мысль о скором увольнении не покидала его, работа помогла не думать о плохом. Сам директор увольнения не желал, однако постепенно мирился с этой мыслью, отвлекаясь от накопившейся работой.

— Ну, не так чтобы и просел доход со столовой, — пробормотал он, задумчиво перелистывая страницы. — Надо бы попробовать готовые обеды в одноразовых контейнерах…

Посетившая мысль заставила задуматься о том, заставит ли подход покупать обеды в столовой и есть со всеми в классе. Погоняв эту мысль с одной стороны и с другой, он взял небольшой листок и написал записку для столовой.

— Попробовать все равно стоит, — кивнул он, прикрепив записку на столе.

Его взгляд снова вернулся к отчету, но тут в кабинет бесцеремонно вошел Хегай.

— А вы почему тут⁈ — возмущенно произнес он, уставившись на директора.

— Ха… Ха… Ха… очень смешно, Хегай, — буркнул Бём Сок, вернув взгляд в папку. — Приказа еще нет, поэтому и тут.

— Я не про увольнение, — смутился Гису и подошел к столу. — Вы же должны быть на конференции работников образования с лекцией «Стимулирование молодежи к самостоятельному обучению»!

— Вторая неудачная шутка, Хегай, — хмыкнул мужчина, закрыл папку и взглянул на Гису. — Давай быстрее, что тебе нужно?

— Погодите… вам не сказали? — смутился парень. — Я же просил… А нет. Не попросил.

Гису пару секунд молча постоял, после чего произнес:

— Быстро собирайтесь. Мы едем на конференцию. По дороге прочтете лекцию. Там должна быть трибуна. Если что, будете подсматривать.

— Что? Слушай, хватит уже этого бреда, мы…

— Стоп! — оборвал его Хегай, подняв руку. — Я сказал, что справлюсь с вашей проблемой. Так?

— Так.

— А я либо работаю хорошо, либо не работаю вовсе. Понимаете?

— Понимаю.

— Вывод? У вас нет другого выбора! — Гису достал несколько сложенных листов и показал Бём Соку. — У вас час, чтобы подготовиться!

* * *

— Таким образом, мы собрали три основных фактора, которые заставляют детей учиться, — скосив взгляд на документы, произнес Бём Сок. — Первый — чувство плеча. Ощущение причастности к общему делу, что заставит детей не только двигаться вперед, но и подопрет их сзади, заставляя думать о последствиях своей недоработки…

Гису хмыкнул, задумчиво смотря на директора, и уже не впервый раз покосился на двух женщин в возрасте, которые мало обращали внимание на его выступление, а больше увлекались перемыванием косточек директора.

— Ну и что? Ку Ми Шо, вы должны понимать, что один раз вытащить срез на такой средний балл — это не показатель. Возможно, они жульничали, или этот выскочка решил сделать финт ушами и слил ответы на тесты, — ворчала полная дама. — Такой взрыв успеваемости — подозрителен! Так не бывает…

— Это потому что вы не углублялись в вопрос и не слышали, что там происходило, — полушепотом произнесла худая дама рядом. — У меня сведения, что они изобразили конфликт между учениками и учителями. Конфликт зашел в тупик, поэтому Бём Сок и выкрутил так, что проигравший в споре придет в купальнике.

— В смысле?

— В прямом. Проиграют ученики — они приходят в школу один день в купальниках. Проигрывают учителя — приходят они. Понимаете, в чем соль? А ведь в Дайвегу не одна молоденькая девушка работает. да и физрук у них, говорят, бывший гимнаст. Даже на соревнованиях страны место занимал. Я думаю, госпожа До Ка, он просто на спор учеников взял. Вывел, так сказать, ситуацию. Вот вам и результат.

— А какой в этом смысл, если на следующем срезе они все вернут как было… Да, немного выше, но такого уже не будет.

— Не знаю, — вздохнула худощавая. — Возможно, он продолжит тягаться с учениками. Возможно, сыграет на другом. Суть-то не в этом, сможет ли он повторить. Суть в том, что он занимается с проблемными детьми.

— Дайвегу? Проблемные? П-ф-ф-ф! Скажите тоже!

— А вы как думали? Думаете, золотого мальчика, которому вылизывали задницу с пеленок, проще обуздать, чем заядлого хулигана? На хулигана, по крайней мере, управу найти можно. Ну, или отчислить на худой конец. С этими золотыми мальчиками и девочками такое не пройдет.

— Возможно… Возможно, вы правы, — неохотно согласилась полненькая. — Возможно, это даже работает, но у нас школа, а не увеселительное заведение. Игрища в них я считаю неуместными!

— Поначалу я тоже так думала, — кивнула собеседница. — Но… Госпожа До Ка, давайте смотреть правде в глаза. Молодое поколение — совершенно другое. Они поголовно в гаджетах. Там отдельный мир, большую часть которого занимают… как раз игры. Посмотрите любую онлайн игру. Там же все собираются в кланы, объединяются, воюют с другими кланами. Понимаете?

— Если честно, не вижу связи…

— Так в том-то и дело, что связь есть. Дети хотят быть причастными. Причастными к чему-то большему, чем имя на доске успеваемости. А Бём Сок как раз это и использует. Да, согласна, методы имеют шероховатости, но все же… Это работает.

Полная дама тяжело вздохнула, а затем произнесла:

— Ну, не знаю… Посмотрим, что будет на следующем срезе.

Гису хмыкнул, повернул голову и снова на директора, что заливался соловьем:

— Именно так, вытягивая все три фактора, мы с вами сможем добиться не только колоссальных успехов в успеваемости, но поможем детям социализироваться. Почувствовать плечо, причастность к общему дело, что дает по-настоящему удивительный результат!

Бём Сок сделал шаг назад, поклонился и громко произнес:

— Спасибо за внимание!

В зале начались аплодисменты, но Хегай уже встал со своего места и направился к спуску со сцены. Когда директор спустился с бумагами в руках, Гису уже стоял рядом.

— Ну, как я? — спросил он, удивленно поглядывая на зал, что все еще продолжал аплодировать.

— Превосходно! — с улыбкой ответил парень. — Не ожидал, что вы сможете подготовиться всего лишь за час.

— Грамотно изложенная на бумаге речь и час времени. Что тут сложного? — хмыкнул директор и вздохнул. — Хотя сама речь спорная. Как бы мне за нее потом не прилетело.

— Прилетело? За что? За подход, который работает? — удивился Гису.

— Преподавательская сфера крайне статична и консервативна.

Гису улыбнулся и покачал головой.

— Вот увидете, Бём Сок. Вас еще книгу заставят написать. Что-нибудь в стиле «Как заставить трудного подростка учиться».

— П-ф-ф-ф! Скажешь тоже!

— Не верите? Вот увидете, — кивнул Гису, приобняв довольного мужчину за плечи. — Как только эта схема заработает не только у нас — всё. Вы уже не отвертитесь!

* * *

Пуля отрекошетила от металлической балки и вместе с этим звук выстрела разнесся эхом по всему помещению. Огромный ангар в порту стал полем сражения двух группировок.

Метелке удалось застать китайских наемников врасплох и большую часть из них ликвидировали ещё до того, как они успели понять, что происходит.

Смерть пришла мгновенно.

Однако двоим из них повезло чуть больше. Или меньше…

Они успели найти укрытие и теперь из последних сил и средств отбивались от людей, которые пришли расставить все точки над «И».

— Дубина! Кастет! Заходите справа. Я вас прикрою. — Прокричала Метелка, пытаясь перекричать звуки выстрелов. Свою команду она сопроводила жестами.

Глава убийц быстро сместилась на семь метров в сторону, чтобы изменить угол обзора и вскинув винтовку, принялась выжидать.

Брошенная тень одного из китайцев стала для неё сигналом. Деревянный ящик, за которым тот прятался, мешал обзору, однако для пули он не был помехой.

Раздался гулкий выстрел. А следом за ним, практически мгновенно болезненный вскрик. Мужик упал на бок, но оружие не выронил, продолжая отстреливаться. Однако все выстрелы улетали вразброс в никуда.

— Куда ты⁈ — Выкрикнул один из убийц, обращаясь к Метелке.

Женщина заметила, что раненый наемник начал возиться, пытаясь достать дополнительный магазин, чтобы перезарядиться, и вскочила со своего места.

— Этого надо оставить живым! Прикрывай!

— Я пустой!

Метелка бросила ему свою винтовку и выхватив из-за пояса пистолет, ломанулась в сторону раненого.

Выстрелы не прекращали греметь. К моменту, когда она оказалась у своей цели, второго наемника уже убрали.

Метелка вскинула пистолет и выстрелила в руку китайцу, которой он пытался вставить магазин в автомат.

— Не шевелись. Паскуда! — Прошипела она на ломаном китайском и сделала ещё один выстрел в колено.

— А-а-а-а! — Раздался очередной болезненный выкрик.

— Он же не шевелился. — Произнес подошедший мужчина, который работал вместе с Метелкой.

— Я знаю. — Ответила она. — Принесите мне зубочистки.

Китаец озлобленно посмотрел на неё, после чего сплюнул кровью.

— И топор. — Добавила она. — Времени у нас мало. Надо ещё успеть прибраться.

Спустя некоторое время, когда Метелке принесли всё необходимое, она приступила к делу. Женщина наступила на пах китайцу и принялась говорить, с каждой секундой усиливая давление ногой.

— Ты же знаешь для чего это? — Взяв в руку несколько зубочисток, проговорила она.

Раненый китаец лишь промычал что-то бессвязное.

— Несмотря на то, что ты прямо сейчас узнаешь, я всё равно расскажу, что тебя ждет. У меня есть несколько очень интересных знакомых. И каждый из них научил меня кое-чему. Точнее я сама научилась. Я же умная девочка, но учусь не только хорошему. Вот это… — Она приблизилась к китайцу, показывая зубочистки, вместе с этим ещё сильнее надавив ногой. — Это сейчас окажется у тебя под ногтями.

Раненный китаец засопел, но продолжал молчать.

— А это… — Глава убийц взмахнула топором перед самым лицом мужчины. — Нужно для того, чтобы потом свиньям удобнее было есть твои останки.

— Он вообще понимает тебя? — С сомнением проговорил один из людей Метелки.

— Понимает. — Не задумываясь, ответила она. — Несомненно понимает. Язык силы он для всех одинаков.

— Ну, ладно… тебе виднее, что с ним делать.

Метелка взяла руку китайца и резко вогнала одну зубочистку ему под ноготь, после чего, под его вопли, продолжила говорить.

— Сейчас ты ответишь мне на все вопросы. А если нет. Я начну загонять одну зубочистку за другой. Пока под твоими ногтями не останется места. Потом мы придумаем что-нибудь ещё.

— Так она уже начала… — прошептал кто-то из её людей, так чтобы глава наемников не услышала.

— Ну да. Такие у неё методы. Сперва делает, и только потом предупреждает. Ты скоро привыкнешь. — Так же шепотом ответил его товарищ.

— Что вам нужно было? Это наша территория! Зачем вы сюда залезли? — Продолжала допрашивать Метелка.

Но иностранный убийца лишь мычал и с презрением смотрел на неё.

— Может, у него языка нет? — Предположил один из людей.

— Сдурел?

— Ну, может он просто немой? Ни слова же не произнес!

— Да-а… этих псин там хорошо натаскивают.

— Оставьте нас! — Приказала Метелка и все тут же замолчали, после чего без лишних слов удалились.

Но в этот момент к ней подошел другой её человек и тихо на ухо прошептал.

— Тебе нужно взглянуть на это.

Мужчина протянул ей небольшую стопку фотографий. Она взяла их, отвернулась и принялась перелистывать. И с каждой секундой взгляд её становился более хмурым, а дыхание всё тяжелее.

На фотографиях были дома. Некоторые ей были незнакомы. Но большинство из них принадлежали её людям.

Женщина сжала скулы, убрала все фотографии во внутренний карман и, сев на корточки, снова обратилась к китайцу.

— Ответь мне только на один вопрос. — Прошептала она на его языке. — Всего на один. И тогда ты умрешь быстро и безболезненно. Даю слово.

Тот вроде бы еле заметно кивнул, но понять однозначно было невозможно. Убийца и так выглядел, словно может умереть в любую секунду.

— Сколько вас сюда прибыло?

Китаец впервые осознанно посмотрел в глаза Метелке, после чего кроваво улыбнулся и на этом всё.

— Ах ты тварь! — Выкрикнул мужчина, который принес фотографии.

— Успокойся. — Ровно произнесла женщина.

— Что? Ты о чем? Он смеет ухмыляться? Мразь!

— Он ответил.

Женщина достала пистолет. Направила его ровно между глаз китайца и нажала на спусковой крючок.

— Что? Ты уверена? — Растерянно произнес мужчина. — Он же…

— Да. Посмотри на его здоровую руку.

На левой руке убитого был подогнут один палец.

— Что это значит? Их было трое? Так это пиздеж ведь!

— Их было восемь. — Слегка дрогнувшим голосом произнесла Метелка. — У нас мало времени.

— Так ведь… убитых… здесь только шесть. — Слегка запоздало догадался наемник. — Зачем ты убила его⁈ Надо было дальше допрашивать⁈

— Молчать! — Скомандовала она. — Сейчас каждая секунда на счету. Он бы больше ничего не сказал. А ты предлагаешь потратить время, которого у нас и так уже нет⁈ Объявляй экстренный сбор. Нам надо прошерстить всё! Иначе… прольется ещё очень много крови.

— Понял! — Ответил он и тут же убежал.

Метелка в это время снова достала фотографии и взглянула на ту, где был изображен один дом. Её дом… Точнее один из… Большинство недвижимости было для прикрытия. А этот… был частичкой её самой. Та часть, которая напоминала ей об обычной беззаботной жизни. Там где жила её семья, пусть и не совсем настоящая. И её дочь. Которую она любила всем сердцем.

— Я… опоздала? — Прошептала она, а глаза сами по себе начали слезиться. — Или…

От порта до их дома было не меньше двух часов езды. Не так уж и много, но если убийцы прямо сейчас направляются к ней, тогда всё кончено.

Женщина сглотнула, пытаясь сообразить, что делать и резко принялась перебирать контакты в своем телефоне. Найдя нужный, она дождалась, когда ей ответят и тут же принялась говорить.

— Топор, слушай. У меня крайне мало времени. Твои люди далеко находятся? Как так? Все⁈ — Она отстранила телефон от себя и с обречением посмотрела на экран, словно ожидала там увидеть лицо Дикого Топора. — Тогда… — женщина снова сглотнула и, прикрыв глаза, тихо произнесла. — Можешь мне скинуть номер Гису? Да. Я потом всё объясню. Жду…

Глава 12

Чхе Дон Гиль хмуро взглянул на машину, что остановилась рядом с ним на парковке. Из нее вышло несколько человек в черных костюмах, и они рассыпались вокруг машины, внимательно осматривая окрестности.

Спустя секунд двадцать ее дверь открыли снаружи, и работник министерства вышел из машины. Быстро кинув взгляд по сторонам, он направился к ресторану.

— Хотя бы сегодня без этих школьников, — недовольно проворчал он, входя внутрь.

Там его встретили без слов. Приняли пальто и проводили к столику, где его уже ожидал другой мужчина в таком же дорогом костюме.

— Рад тебя видеть, Чхе Дон, — произнес он, поднимаясь. — Сколько мы с тобой не виделись?

— С полгода, Го Ну, — кивнул ему чиновник. — Сам понимаешь, работа.

— Д-а-а-а-а… слушай, как у вас там в министерстве образования? Сильно давят? — спросил старый знакомый, усаживаясь на место. — У нас все… как волнами катит.

— В смысле? — присел Чхе Дон.

— Зима-лето — все на ушах стоят, а весной и осенью просто штиль.

— В министерстве сельского хозяйства? Я думал, у вас проблемы осенью и весной, когда фермеры сажают и собирают урожай.

— Как раз нет. Весной и осенью они работают, и никто не делает нам голову. А вот зимой и летом — прямо ужас какой-то, — покачал головой друг. — Отчеты, дотации, экспорт… На счет последнего вообще недавно скандал вышел.

— Что случилось?

— Сверху дана установка — перерабатываем у себя. Закрутили квоты на экспорт так, что глаз дергается, — начал жаловаться Го Ну. — Закрутить-то закрутили, но на переработчиков не посмотрели. Они-то у нас от такой «радости» в мыле носятся и производства расширяют!

— А фермеры?

— А у них урожай лежит, причем места под хранение нет. В итоге, выбрасывают на рынок, причем с таким дисконтом, что себе в убыль. Бардак полнейший. Сверху рычат — хрен, а не экспорт, внизу рычат — мы вам к министерству повезем все и вывалим гнить, предприятия переработки в панике бегают… В общем, полный хаос и неразбериха.

— Все как всегда, — с улыбкой произнес Чхе Дон Гиль. — Я хотел бы тебе похвастаться, что у нас таких запар нет, но… увы. Есть, но они не все сразу, а вяло текут изо дня в день… из месяца в месяц. Просто все как-то… Не так катастрофично кажется. Все медленнее и размереннее.

— Вот то-то и оно, — хмыкнул Го Ну. — Но мне почему-то кажется, что у вас ничуть не легче.

— Ну, как сказать… С одной стороны, попроще, с другой — следить надо сразу за несколькими конфликтами, чтобы тебя дверью ненароком не прищемили.

— Ты из-за этого такой дерганый и злой? Или дома что-то случилось?

— С чего ты взял?

— Ну, за полгода ты знатно осунулся. Мешки под глазами появились. Да и бледноват. Ты отпуск брал?

— Брал, но тут… — чиновник из министерства образования сморщился, махнул рукой и произнес: — Последнее время все как-то криво пошло.

— Прищемили?

— Я бы сказал, сам себя прищемил, — буркнул Чхе Дон Гиль. — Связался с плевым делом.

— Кто-то попросил помочь? Важная шишка?

— Чеболи. Сразу три семьи. Без фамилий, но они все в первой двадцатке страны, — нехотя произнес чиновник. — Попросили сменить директора школы. Там у них дети учатся, и чеболи в родительском комитете. А дети какой-то ерундой маятся. Вроде как, заставили на спор учителей в купальниках прийти на работу.

— Э-э-э-э? В смысле?

— Слушай, врать не буду, я не вникал. Мне и так работы валом, а тут еще мне эта вся затея боком вышла.

— Как именно?

— Я черт знает почему, но мне сейчас каждый день школьник подходит и монету дает, типа, я башню из монет строю. А я еще даже бумаг официальных на увольнение этого Бём Сока не подавал. Видимо, у него кто-то есть, что он начал мне на нервы действовать.

— Погоди, так ты не строишь башню из монет⁈ — удивленно воскликнул друг.

— Я по-твоему идиот⁈ — рыкнул Чхе Дон Гиль. — На кой-черт мне ее строить? И при этом еще и монетки собирать?

— Ну… — смутился знакомый. — Я в министерстве слышал, болтали про тебя. Думал, надо встретиться, узнать, что происходит.

— Ну, теперь знаешь. По-моему этот Бём Сок там всех учеников под ноготь поставил. Он ими руководит, вот они и издеваются надо мной.

— Ну, это бред, — хмыкнул Го Ну. — Если бы ученики школы Дайвегу ему подчинялись и занимались подобной ерундой, то дернули бы родителей. А там… Сам понимаешь, что было бы.

— Тоже верно, — нехотя признал Чхе Дон Гиль. — Меня бы тогда на ковер вызвали сразу и разнос устроили… Но… Тогда откуда растут ноги? Почему и главное зачем мне эти школьники таскают монеты?

— Ну, не знаю… — задумчиво произнес старый друг. — Ты, кстати, для этого охрану нанял?

— Да, бесить уже начало, — недовольно проворчал чиновник из министерства образования. — Представляешь, меня даже в туалете общественном нашли.

— Упертые ребята за тебя взялись, — кивнул Го Ну. — Слушай, может, это намек?

— Какой?

— На то, что никто не хочет войны, но они к ней готовы. М-м-м-м?

— И кто это?

— Это я тебя должен спросить, — фыркнул знакомый, подзывая рукой официанта. — Если не знаешь ты, то стоит поговорить с тем, кто знает. Понимаешь, о чем я?

— Сходить к министру? — нахмурился чиновник.

— А почему нет? Ты взялся за дело, за ним стоит кто-то. Кто — непонятно, но точно стоит. Даже если все пойдет по худшему сценарию, то ему стоит знать об этом заранее. Понимаешь?

— Тут ты прав, — кивнул Чхе Дон Гиль и поднял взгляд на молодого официанта. — Что у вас есть из односолодового виски?

Однако вместо ответа, парень с улыбкой положил перед чиновником монету.

— Господин Чхе Дон Гиль, я слышал вы строите башню из монеток…

— Ничего я не строю! — тут же рыкнул чиновник. — Мне не нужны монеты! У меня нет башни!

* * *

Машина остановилась в квартале от кафе, куда собрался Пак. Водитель взглянул в зеркало, на молодого сына чеболя и вопросительно поднял бровь.

— В общем так… находишь место недалеко, но к этому кафе не приближаешься. Затем ждешь. Если мы куда-то переместимся — я дам сигнал и адрес, куда едем. Понятно?

— Да, господин.

— Хорошо, — вздохнул Пак и вышел из машины.

Он направился мимо бутиков и ярких стеклянных витрин к кафешке, на ходу поглядывая на себя в отражении. Как выглядит костюм, не запачкались ли ботинки, не растрепались ли волосы.

— Нет, это для себя, — бормотал он сам себе на ходу. — Она состоявшаяся девушка, а я школьник… Ничего личного, но может действительно чему-то научит…

С таким бормотанием он и подошел к кафе, у дверей отметив, что еще две минуты. Однако, Мун Хё На уже была на месте. Более того, перед ней была полупустая кружка с капучино и десерт, который она с удовольствием уплетала.

— Прости, я думал, ты опоздаешь, — произнес Пак, подойдя к ней.

— Дома скучно и совершенно нечего делать, — пожала плечами та. — Да, мысль провести с тобой время — так себе идея, но это лучше, чем пялиться на очередную звезду в сериале.

— Понимаю, — кивнул Пак и с облегчением выдохнул. — С чего начнем?

Мун Хё На задумчиво оглядела Пака, закинула ложку десерта и спросила:

— Давай начнем с первого свидания. Куда ты повел бы девушку?

Йонг пожал плечами, пару секунд подумал и неуверенно произнес:

— Театр?

— Театр — это место для знатоков и для чеболей, что мнят себя знатоками, — произнесла девушка, отложив ложку. Она взяла чашку и поднесла ко рту. — Еще варианты?

— Кино?

— Неплохое место для первого поцелуя, — кивнула Мун Хё На. — Но не на первом свидании. Первое свидание — это общение. Это ситуация, в которой вы должны узнать друг друга получше. В кино же вы или будете шептаться, полностью забив на фильм, либо будете молчать, так ничего про друг друга и не узнав.

— Хорошо, — выпрямился Пак. — Тогда прогулка в зоопарке!

— Если ты ведешь девочку из средней школы — да, но… тебе нравятся девочки помладше?

— Нет. М-м-м-м… Пусть будет прогулка в парке.

— Уже лучше, — кивнула Мун Хё На. — Но в парке довольно скучно.

— Кафе?

— А это больше похоже на собеседование. Кто, что, кто родители. Что есть, чего нет. Да и в беседе лицом к лицу в кафе рано или поздно образуются неловкие паузы. Парни их обычно заполняют тупыми шутками или попыткой распушить хвост как павлин. Ну и, в конце концов, это слишком банально. Чтобы это не было банальным, нужен ресторан, а судя по твоему костюму, для тебя это так себе вариант.

Пак поджал губы и хмуро опустил взгляд на свой костюм, который ему специально купил водитель в магазине, где приторговывали поддельными брендами, отличающимися от настоящего одной буквой в названии.

— А сейчас, после того как я отмела все твои варианты, попробуй сформулировать, каким должно быть первое свидание, — произнесла актриса, взяв ложку и снова принявшись за десерт.

— Так… На свидании должно быть удобно разговаривать, потому что нам надо узнать друг друга получше, — произнес он задумчиво. — Это важно и от этого зависит будет ли второе свидание, так?

— Так, — кивнула Мун Хё На.

— Дальше, беседа может не клеиться, а даже если клеится, то все равно надо, чтобы на свидании было что-то интересное. Помимо меня или на случай того, если я окажусь для спутницы не интересным.

— Круто завернул, — жуя пирожное, кивнула девушка.

— Дальше, пытаться сорить деньгами — так себе идея, — продолжил воодушевленный Пак.

— Особенно, когда у тебя их нет, — вставила Мун Хё На.

— Ну, и… Это должно быть не банальным.

— А ты неплохой ученик, — кивнула девушка, достав телефон. — Ну и? Есть идеи, Йонг?

Пак несколько секунд молчал, сосредоточенно смотря в стол, после чего мотнул головой.

— Ни одной.

— Молодой, не опытный, — хмыкнула Мун Хё На и начала набирать в поисковике запрос. Спустя несколько секунд она развернула его и продемонстрировала Паку новостную ленту. — Ну, вот!

— Э-э-э? Фестиваль корейской культуры?

— Да, а почему нет? Это будет на воздухе. Там будет куча уличной еды, всякие представления и костюмы. Это интересно, это забавно и там можно будет просто поболтать. А еще это не банально. Он будет идти три дня.

— Как-то я был на фестивале карри, — нахмурился Пак. — Мне не очень понравилось. Остро и специфично.

— Есть там не обязательно, — хмыкнула Мун Хё На и с прищуром взглянула на Пака.

— Что? — с опаской спросил тот.

— Послезавтра мы с тобой идем на тренировочное первое свидание, — уверенно кивнула она. — На фестиваль корейской культуры.

* * *

На этот раз это был ресторан попроще. Точнее, если бы Чан не знал, что это ресторан, он мог бы принять данное заведение за какую-то очень сомнительную забегаловку, где людей специально спаивают, а потом вытряхивают из их карманов все имеющиеся деньги. Причем это могут делать как специально подготовленные люди, которые знакомятся и подыскивают для себя ничего не подозревающих простачков, так и сам персонал.

Но конкретно об этом заведении Чан, конечно же, ничего не знал. Иначе бы он не согласился встречаться именно здесь.

Юми в очередной раз напрашивалась пойти на встречу с третьим кинокритиком вместе с ним, а Чан в очередной раз отказал ей, аргументировав очень просто: «Я не знаю, что это за человек и что за место. Если уж чья-то репутация и должна пострадать, так только моя».

И на удивление парня, Юми даже спорить не стала, что для него показалось странным. Словно в мире шоу бизнеса иногда действительно происходят вещи, из-за которых потом у некоторых людей и правда страдает репутация… и не только.

Чан осмотрелся по сторонам, тяжело вздохнул и закашлялся. Так как помещение оказалось полностью прокуренным. Что не так уж и часто бывает в столице. Но здесь это, очевидно, было разрешено.

Пройдя через одно темное помещение, парень оказался в коридоре, который вел в другой зал, где располагались столики в закрытых кабинках. А ещё играла тихая музыка, которая приглушала посторонние разговоры. В общем, если хотелось поговорить приватно с кем-либо, то место очень даже ничего.

— У вас назначена встреча с господином Панг Лиюн? — неожиданно заговорил официант, который появился незаметно, отчего Чан вздрогнул.

Парень засмотрелся по сторонам, плюс музыка скрыла звук шагов официанта, поэтому его и застали врасплох.

— Да, — дергано ответил Чан. — Он уже… вроде бы…

— Господин Панг ожидает вас. Пройдемте со мной.

Чан двинулся вслед за официантом к самой дальней кабинке.

— Вам меню принести? Или вы ничего не желаете?

— Эм… нет, спасибо. Я ненадолго.

— Может быть, стакан воды?

— Спасибо, не надо, — отказался Чан, после чего прошел внутрь.

В кабинке за столиком сидел худощавый мужчина с узкими плечами и выпирающим округлившимся пузиком. Он бегло осмотрел Чана довольно маленькими и непривычными для Кореи круглыми глазками. После чего слегка наклонился, будто пытался посмотреть ему за спину.

— Господин Панг Лиюн, здравствуйте! — поздоровался Чан и слабо поклонился. — Меня зовут Чан Ан. Я представляю фирму Ебашикаши Сукотот. Мы с вами недавно созванивались.

— Да-да. Присаживайтесь. Не стойте, не стойте, — быстро протараторил он и снова осмотрелся по сторонам. Хотя кабинка была маленькая и закрытая.

— Я хотел бы обсудить с вами очень важный и достаточно щепетильный вопрос.

— Ага. Это я уже понял, — в очередной раз бегло осмотрев Чана, произнес кинокритик. — В чем конкретно заключается ваш вопрос?

— Мне нужно, чтобы вы отдали голос на премии артист года за нужного человека. В ответ я готов оказать вам любую услугу.

— Ага-ага… — пробубнил мужчина и пробарабанил пальцами по столу.

— Вы согласны? Что касается услуги, мы способны решить практически любой вопрос, — продолжил говорить Чан, несмотря на странное поведение кинокритика.

Тот сидел, словно на иголках, и постоянно либо теребил пальцами воротник своего пиджака, либо настукивал какой-то ритм костяшками по столу.

— Да. Услуга мне нужна, — на выдохе ответил мужчина.

— Отлично, — улыбнулся Чан. — Тогда во время голосования, отдайте свой голос за актера Чжу Чи Шон.

— Понял, — еле слышно проговорил Панг Люин и поджал губы.

— Супер. Можно тогда сразу же определиться по ответной услуге. Что бы вы хотели?

— А? Что хотел? — переспросил кинокритик, вздёрнув брови.

В этот момент рукав его пиджака задрался, и Чан случайно заметил на его руке укус от человеческих зубов. Сильный. Раз остался след. Панг Люин проследил за взглядом Чана и тут же отдернул свою руку, спрятав её под столом.

— Господин Панг, — продолжи говорить Чан. — Чтобы вы хотели? Какую услугу требуется вам оказать?

— Услуга? — произнес он и снова заозирался по сторонам.

— Да. Может быть, вам необходима помощь в чем-либо? — тяжело вздохнул Чан.

— Ну… я. Эм… нет. Извините. Мне ничего от вас не нужно! — неожиданно проговорил мужчина.

— В смысле? — удивился Чан. — А как же… погодите. Вы же проголосуете за нашего человека?

— Эм… нет.

— Что⁈ — округлив глаза, вылупился на него Ан. — Но мы же договорились.

— Нет, извините! — резко ответил тот. — Я думал, что… в общем, мне не нужна от вас никакая услуга. Вы ничем не сможете мне помочь!

— Погодите. Но как же… — растерялся парень.

— На этом всё! — неожиданно резко произнес мужчина. — До свидания.

— Погодите, — снова повторил Ан. — Мне кажется, вы неправильно меня поняли.

— Я всё правильно понял, — пробарабанив по столу, ответил кинокритик. — Услуги мне не нужны.

— Но вы же ещё по телефону сказали, что заинтересованы, и у вас есть для меня поручение.

— Нет! Я ошибся! А теперь оставьте меня одного. Не заставляйте вызывать охрану! — грубо произнес он, и нахмурившись, уставился на дверь, давая понять, что разговор закончен.

— Мда уж… — буркнул Чан. — До свидания. Но вы подумайте всё же над моим предложением. Мы способны решить любую проблему, — интонацией надавил Ан и поднялся со своего места.

— Какие же люди всё-таки странные… — еле слышно прошептал школьник уже после того, как вышел из здания. — Я и подумать раньше не мог…

* * *

Мой мобильник завибрировал, а на экране отобразился неизвестный номер. Я взял трубку и услышал знакомый женский голос.

— Наконец-то! Гису? Ты сейчас где находишься? — без раздумий произнесла мама Минсу.

— Я? Дома. А что? — с подозрением ответил я, сразу же прикидывая различные варианты в голове. Почему бы ей потребовалось мне звонить? Спалила нас с Минсу в гараже? Это вряд ли…

— Отлично! Тогда выгляни в окно. С нашим домом всё в порядке?

— Что?

— Просто делай, что говорят, — отчеканила эта суровая женщина. — Без лишних вопросов.

— Понял, — быстро сориентировался я и подошел к окну. — Всё как обычно. Нет никаких аномалий, — спокойно произнес я, машинально пожав плечами.

— Хорошо. А Минсу там случайно не видно?

— Нет. А что случилось? — всё же решил уточнить я. — Пару часов назад я видел её в окне. Ну-у… в смысле я не сталкер. Просто… в общем, мы с ней общались по телефону и видели друг друга.

— Стоп! Я поняла. Дело в том, что до моей дочки фиг дозвонишься, когда надо. Но это вполне нормальное для неё явление. Она может перезвонить спустя несколько часов. А мне надо было удостовериться прямо сейчас. Значит так. Теперь слушай меня очень внимательно. Не задавай лишних вопросов. И делай всё в точности, как я тебе скажу. Ты меня понял?

— Да, — ответил я и принялся ждать.

— Хм. Хорошо, — тихо произнесла женщина. — Зайди к нам во двор. Обойди дом. Зайдешь с черного хода через подвал. Запасной ключ лежит внизу окна под левой кладкой кирпича. В дверь не барабань. Осмотрись. После этого найди Минсу. Хватай её под руку и выведи точно тем же путем. Вам надо переждать минимум шесть часов. Может больше. Я потом позвоню тебе и скажу, что делать дальше. Домой к себе не возвращайся. Иначе за тобой могут проследить. А я не желаю тебе зла. В общем, найдите людное место и потеряйтесь там. Главное будь на связи. Телефон далеко не убирай. Всё понял?

— Да, — уверенно ответил я.

— Хм. Точно понял? Запомнил?

— Да. Точно.

— Хорошо. Удивлена твоей прагматичностью. Но… ладно, об этом потом поговорим. Сейчас на это нет времени. Действуй.

— Хорошо.

В этот момент звонок прервался, а я несколько секунд просто стоял на месте и пытался всё осмыслить. Пазл в моей голове потихоньку начинал складываться.

Мама Минсу не случайно оказалась в кабинете Дикого Топора. Она явно повязана в криминале. Но знает ли об этом сама Минсу? Вряд ли. Нутро мне подсказывает, что всё именно так. А теперь у неё начались какие-то серьезные проблемы, и она боится, что может не успеть. Поэтому и позвонила мне, так как я живу напротив. А ещё я так же имею дело с Топором. Значит, со мной можно будет решить вопрос…

Хм. Только вот если всё действительно настолько серьезно, значит, мне следует поторопиться. Иначе…

Так! А ещё мне и самому не помешало бы подстраховаться.

Я громко постучался в дверь Чана и буквально вломился в его комнату.

— Вставай! — сразу начал я, так как Чан лежал на кровати и что-то смотрел в своем телефоне с довольной улыбкой на лице.

— Э? Что такое?

— Слушай внимательно. Это серьезно. Я сейчас уйду, а тебе надо будет вывести всю семью из дома. Понял?

— Не совсем… — растерянно произнес Чан. — Ты сейчас шутишь?

— Вовсе нет! Я максимально серьезен. Вот адрес неплохого ресторанчика. Передай, что я… э-э… решил устроить сюрприз для всех и организовал праздничный, семейный ужин в ресторане. Только собраться всем нужно как можно быстрее. Чтоб без всяких долгих переодеваний. Это женщин касается. Вызовешь такси заранее.

— Так… погоди. А что случилось?

— Чан… — я внимательно посмотрел в глаза парня и выждал несколько секунд. — Это не шутки. Возникли кое-какие проблемы. Нам нужно на некоторое время покинуть дом. Но мне светиться сейчас здесь нельзя. Встретимся в ресторане. Рассчитываю на тебя.

— А что делать с Шим Чихе?

— Она ещё на работе?

— Да. В кофейне.

— Тогда передай ей, чтобы домой не заходила. Пускай сразу же едет по указанному адресу.

— Хорошо. Надеюсь, ты хотя бы потом объяснишь, что происходит.

— Объясню. Но сейчас на это нет времени.

Я очень быстро выбежал из дома и перебежал дорогу. Дальше всё сделал строго по инструкции мамы Минсу.

— Гису? — удивленно вылупившись на меня, произнесла Минсу, когда я ворвался в её комнату. — Ты чего это?

Девушка даже растерялась, и на какой-то момент она мне показалась самым обычным подростком. Без каких-либо странных наклонностей. Хотя…

— Значит так! — тут же начал я. — У меня для тебя есть сюрприз. Я приготовил столик в ресторане.

— Ты приглашаешь меня на ужин? — обрадовалась девушка.

— Да. Только одеться нужно за минуту.

— Чего-о-о? — недовольно нахмурилась она.

— Ладно. За две. Но это максимум. Давай быстрее.

— Ну-у… хорошо. А ты, типа, хочешь смотреть, как я переодеваюсь?

— Да, — хмыкнул я. — Буду смотреть. Тебе помочь?

— Ну… э… не надо, — буркнула Минсу, поняв, что я нисколько с ней не заигрываю.

В это время я заказал машину такси через два квартала от её дома. Спустя пять минут мы уже начали выходить на улицу, но через подвал.

— А почему мы так странно идем? И откуда ты вообще знаешь, что здесь есть проход на задний двор⁈ — удивленно произнесла Минсу.

— Так получилось, что знаю. Пойдем быстрее. А то опоздаем.

— Куда опоздаем. На ужин? — уточнила она и с сомнением покосилась на меня.

— Да. Я же сказал. Там тебя ждет сюрприз.

— Хм. Ну, хорошо, — улыбнулась девушка и принялась молча следовать за мной.

Через сорок минут мы уже подъехали на такси к ресторану. Внутри нас уже ждали за столиком.

Каким-то чудесным образом все успели прибыть сюда раньше нас. Даже Шим Чихе уже находилась здесь и смеялась, о чем-то переговариваясь с Мун Хё На. Потом она сделала глоток кофе, скривилась и принялась ворчать на его приторный вкус.

Чан пытался запихнуть себе в рот огромный кусок мяса. Настолько большой, что я даже не представлял, как он собирается его прожевать. Мун Хё На же в свою очередь делала вид, что слушает и поддакивает Шим Чихе, а сама постоянно косилась на Чана и посмеивалась себе в ладошку.

Мама в это время смотрела на всех со стороны и мило улыбалась. А потом её взгляд встретился с моим, и она радостно помахала нам рукой.

— О, Гису! А вот и ты! А-то я уже начала переживать.

— Всем привет, — поздоровался я, когда мы подошли к столику.

— Здравствуйте, — поклонилась Минсу.

— Давайте рассаживайтесь. Ой. Сейчас вам принесут ещё один стул. Почему ты не предупредил, что будут ещё гости?

— Да я это… как-то сам не ожидал, — почесав затылок, неловко ответил я.

А Чан всё-таки молодец. Оперативно всё провернул.

— И это твой сюрприз? — сузив глаза, сквозь зубы прошипела Минсу так, чтобы только я мог её услышать. — Или я чего-то не понимаю?

— Ага. Семейный ужин. Ну, разве не замечательно⁈ — добродушно улыбнулся я. — По-моему, неплохой сюрприз.

— Ну да-а… — протянула девушка. — Давно мечтала.

— Ужас, а не кофе! — не унималась Шим Чихе.

— А я всем доволен! — пробубнил с набитым ртом голодный Чан. — М-м-м… вкуснятина!

— Может, бутылочку вина разопьем? — обратилась моя мама к Мун Хё На. — Остальным-то ещё рановато.

— А может не надо? — с тревогой в голосе произнес я. — А, мам… давай сегодня без вина.

— А что такого? — с улыбкой произнесла актриса. — Я бы выпила с твоей мамой.

— Выпьешь ещё… — с нажимом произнес я.

Официант принес нам один стул, все пододвинулись, чтобы мы с Минсу могли усесться. А пока люди отвлеклись, моя подруга слегка приблизилась ко мне, чтобы можно было прошептать буквально на ухо, и принялась еле слышно говорить.

— За это… я буду тискать тебя под столом, и ты не будешь сопротивляться. Понял⁈ — угрожающе произнесла она, положив руку мне коленку.

— В смысле? За что? — удивленно проговорил я.

— За то, что обманул ожидание маленькой, миленькой, безобидной девочки!

— Ну да, ну да… безобидной, — пробормотал я и скривился от того, что Минсу вцепилась когтями в мою ногу.

Глава 13

Гису оглянулся назад и с улыбкой взглянул на толпу, которая с недавних пор стала если не семьей, то друзьями точно. Чан шел с Чим Шихе, мама болтала о чем-то с Мун Хё На. При этом лица у всех были довольные, сытые и счастливые.

— Как мало для счастья надо, — произнес он с усмешкой.

— Ну, еще кое-чего бы не помешало, — подала голос Минсу, что держала его под руку.

Хегай скосил взгляд на нее и произнес:

— Обойдемся без рукоприкладства?

— Как скажешь, — кивнула девушка и добавила: — Я возьму плетку.

Гису кашлянул, а затем произнес:

— Можно и по-старинке… Чего уж там…

— Пошли, — кивнула ему Минсу. — Я предчувствую отличный и крайне занимательный вечер.

Хегай улыбнулся, тяжело вздохнул и направился дальше по улице.

— Знаешь, у нас с тобой крайне странные отношения, — произнес он.

— Это еще почему? Из-за драк?

— Нет. Это из-за однобокости. Мы встречаемся только для того, чтобы устроить секс-драку. Ну, или просто потрахаться, — пожал плечами Гису. — Ни романтики, ни свиданий. Как-то это все…

— Слушай, мы знакомы черт знает сколько лет. Зачем тратить время и деньги, если мы друг друга знаем как облупленных? Можно ведь сразу перейти к делу. К тому же, ты резко изменился… — тут девушка подалась к уху парня и громко прошептала: — Когда исекайнулся!

— Слушай, давай не начинай, ладно? — буркнул Гису. — Ты мне с это идиотской теорией знатно нервы попортила.

— А выглядело таинственно и сексуально, — недовольно буркнула девушка.

— Что именно в этом было сексуально?

— В том, что до того, как исекайнулся, ты был… крайне послушным мальчиком.

Гису хмуро глянул на девушку и спросил:

— Насколько послушным?

— Ну, когда я просила тебя вылизать мне ноги, ты никогда не спрашивал, где тебе остановиться, — задумчиво произнесла девушка. — А вот после у нас… Все резко изменилось.

— Давай-ка не придумывай, — буркнул Гису. — Раньше ты говорила совершенно другое!

В этот момент они вышли на пересечение с другой улицей, где обычно поворачивали к дому, однако там всю улицу освещали красно-синие мигалки.

— Что-то случилось? — взволнованно произнесла Минсу.

— Не знаю, — буркнул Гису и дернул щекой. — Но вроде бы это где-то у нашего дома.

Парочка дождалась остальную компанию, что тоже заволновались и двинули в сторону мигалок.

— Дальше прохода нет! — преградил им путь мужчина в полицейской форме. — Оцепление!

— Но мы… тут живем, — вмешался Гису. — Мы можем пройти домой?

— Пока мне не поступит приказа — нет, — хмуро произнес полицейский.

Гису переглянулся с остальной компанией, которая выглядела крайне взволнованно, и спросил:

— Можно поговорить со старшим? Мы из дома номер двадцать шесть, — хмуро произнес он.

— Ждите, — буркнул полицейский и кивнул своему напарнику, что находился рядом и все слышал.

— Гису, это ведь не пожар, так? — спросила подошедшая мать.

— Судя по количеству полицейских и вон тому черному фургону — нет, — буркнул парень и задумчиво взглянул на Минсу.

— И что нам теперь делать? — удивленно спросил Чан. — Это ведь может затянуться до утра.

— Блин, — вздохнула Шим Чихе. — А на работу я так пойду?

— Надо… — оглядел всех Ан. — Надо узнать, когда можно будет вернуться домой и снять гостиницу. Уже вечер, поэтому выбирать особо не придется. Надо озадачить кого-то…

— Вот, — кивнул Гису, изобразив оптимизм. — Чан, ты делаешь успехи! Отгадай кого?

Ан тяжело вздохнул и достал телефон.

— Поищи гостиницу с бассейном или джакузи, — невинным голосом произнесла Минсу.

— Зачем? — удивленно спросила Мун Хё На. — Это же дорого…

— Не дороже денег. Да и когда еще такая возможность представиться, — ответила Минсу и ткнула локтем Хегая.

— Да… Да, а почему нет? Давайте сделаем из вынужденного ожидания — отдых, — кивнул он и покосился на Ана, который уже рыскал в телефоне. — Есть у нас что-то поблизости?

— Ну, близко только лав отели, — нехотя ответил Ан. — А если приличное, то… Придется вызывать такси.

— Ну, думаю, один раз отдохнуть подобным образом мы можем себе позволить, — кивнул Гису и скомандовал: — Чан! Бронируй поприличнее и вызывай такси!

К компании тем временем подошел офицер. Мужчина хмуро оглядел компанию и спросил:

— Из какого дома?

— Из двадцать шестого, — ответил, тут же сориентировавшись Хегай. — Вы не подскажите, с нашим домом все в порядке?

— Да, разве что пара пулевых сколов на фасаде, — кивнул офицер, внимательно смотря на реакцию компании.

— Э-э-эм, подскажите, а когда можно будет вернуться домой?

Мужчина поднял руку, взглянул на часы и произнес:

— Думаю, к утру закончим. Пока вас туда не пустят.

— А что произошло? — подала голос Мун Хё На.

— Пока мы не распространяемся. Ведутся следственные мероприятия, — ответил он. — Пока мы не закончим, никто не войдет в оцепленную территорию. У вас есть где остановиться?

— Мы уже кое-что придумали, — кивнул с натянутой улыбкой Гису и взглянул на чана. — Как у нас с отелем?

— Забронировал. Вызываю две машины такси, — ответил Чан, не отрываясь от телефона.

— Тогда прошу меня простить, — хмыкнул мужчина и направился к черному фургону.

— Хегай! — раздался женский голос, от которого Гису вздрогнул.

Парень повернулся и заметил мать Минсу, что стояла чуть в стороне.

— Мама! — тут же обрадовалась Минсу и направилась к ней.

Девушка подошла и с тревогой взглянула на женщину. Та была одета в легкий комбинезон, на лице и руках были ссадины, а губы были разбиты.

— Мама? Что случилось?

— Ничего, солнышко. Просто… Попала в ДТП. Ничего страшного.

— А мы… — начала было Минсу, но мать ее перебила, кивнув на Хегая.

— Ты сегодня переночуешь с соседом, ладно?

— Но… как же…

— Так надо, солнышко. Мне нужно… Показаться врачу.

— А папа? Где он?

Женщина улыбнулась, и погладив по щеке Минсу, тихо произнесла:

— С ним всё хорошо. Я завтра приду к Гису, и мы поговорим, ладно?

Тут женщина посмотрела на Хегая и добавила:

— Оставь нас, мне надо ему кое-что сказать, ладно?

— Хорошо, — кивнула девушка и направилась к остальным.

Гису же осторожно проводил взглядом соседку, а затем взглянул на ее мать.

— Кое-что пошло не по плану, — произнесла она, смотря ему в глаза.

— Я бы назвал это: «Вышло из-под контроля», — кивнул Гису. — Уверен, вы не простая бухгалтер, как говорила Минсу.

— Умный мальчик, — кивнула женщина. Пару секунд она молча буравила взглядом парня, после чего произнесла: — Минсу поживет у тебя несколько дней.

Парень вздохнул, обернулся на девушку и произнес:

— Это так себе идея. И несколько дней — это сколько?

— Три-четыре дня. Нам нужно подготовить место получше, прежде чем переезжать.

Хегай тяжело вздохнул, взглянул на мать, потом на Минсу и покачал головой.

— Это очень… очень плохая идея.

* * *

Пак Вон Шик покосился на сына, что сидел рядом в машине и произнес:

— У тебя какой-то интерес на этом вечере?

— М-м-м-м? — оторвал взгляд от телефона и взглянул на отца.

— Ты всегда придумывал сотни отговорок, чтобы не посещать подобные мероприятия, — задумчиво произнес Вон Шик. — Учеба, контрольная, температура, кашель…

— Подобные мероприятия, вне зависимости нравятся они мне или нет — неизбежны, — по-философски заметил Йонг. — Как не крути, но их придется посещать. Улыбаться, знакомиться, общаться… Рано или поздно к этому придется привыкнуть. Так зачем тянуть резину и откладывать неизбежное?

Мужчина хмыкнул и с довольной улыбкой взглянул в окно.

— Да, и Юми там будет, — добавил Йонг. — Все не так скучно.

— Ты ведь понимаешь, о чем говорит ваше появление на таком вечере?

— Мы приедем отдельно, а не вместе, так что да. Ничего конкретного, но с намеком на нашу связь, — кивнул сын.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — кивнул отец.

Автомобиль тем временем заехал на парковку к бизнес центру и остановился у входа. Отец с сыном дождались, пока им откроют дверь, а затем вышли к встречавшему их мужчине.

— Вон Шик, рад тебя видеть, — поздоровался с отцом за руку мужчина в строгом костюме и добродушной улыбкой. — Как семья? Как здоровье?

— Здоровье в порядке, — кивнул Пак старший и указал на Йонга. — А семью частично я взял с собой.

— А супруга?

— Увы, сегодня с мигренью, — развел руками Вон Шик.

— Йонг, — протянул руку парню встречающий. — Меня зовут Ка Ру Ми.

— Очень приятно, — пожал руку тот.

Чеболи переместились внутрь, где в зале, полном народа, стоял легкий шум от негромких разговоров. Люди здоровались, перемещались, подходили к столу, где располагались напитки и легкие закуски.

Семья Пак же в сопровождении друга Вон Шика начала делать круг почета. Здоровались, общались, знакомились.

И везде улыбки, вежливые комплименты, совершенно не смешные шутки, над которыми смеялись ровным, поставленным смехом.

Все это было настолько натянуто и крайне наиграно, что Пак, поначалу решивший перетерпеть, сейчас искренне страдал, соблюдая все рамки приличия и держа каменное выражение лица.

— Йонг, — вывел его из транса самоуспокоения отец. — По-моему, на тебя там кто-то пристально смотрит.

Пак младший встрепенулся и взглянул в указанную сторону. С облегчением заметив Юми, он вежливо отпросился у отца и направился к ней.

— Привет, — вымученно улыбнулся он. — А где родители?

— С кем-то обсуждают новые проект, а я сбежала, — пожала плечами она. — Ты как? Как тебе прием?

— Разрываюсь между ощущением липкой, приторной лжи, от которой хочется блевануть и желанием устроить тут пожар, — проворчал Йонг, отчего удостоился удивленного взгляда девушки. — Что?

— Раньше ты всегда держался. Никаких эмоций, словно камень, а тут тебя просто прорвало.

— Ты много не знаешь, — вздохнул Пак. — Видишь, отец с улыбкой слушает того старичка?

— Да.

— Этот старичок через суд пытался откусить часть компании. Я точно не уверен, но он, вроде как, угрожал лично отцу и нашей семье. А сейчас они мило беседуют. Или вон, дама в черном платье. Единственный скандал дома при мне был как раз из-за нее. Она откровенно домогалась отца, причем публично.

— Да ладно… Но это не повод, чтобы так радикально…

— Прости, просто… — Йонг вздохнул. — Просто все, здесь находящиеся, лгут. Лгут прямо в глаза, и все понимают, что им лгут. Этакая вечеринка лжецов.

— Так всегда было и так всегда будет. Каждый пытается добиться своего, не говоря ничего в глаза. Это уже не просто вечеринка под видом выставки картин. Это политика.

— М-м-м-мда, — произнес Пак, оглядевшись. — Я и не заметил, что тут выставка картин.

— То, что тут скучно — тут не поспоришь, но это необходимо. Без таких вечеров многие контакты смажутся и могут потерять свою важность, а новых не появится.

— Понимаю, но всегда старался обходить подобные сборища стороной, — кивнул Пак. Парень умолк секунд на пять, после чего спросил: — Слушай, а как бы Гису расшевелил этот вечер? Ну, если он ему был бы нужен.

— Ну-у-у-у… — протянулся Нам. — Наверное, устроил переполох. Кстати, на счет пожара неплохая мысль.

— Это скорее сорвет вечер, а не расшевелит, но мне нравится ход твоих мыслей.

— Мне кажется, что должно произойти что-то в рамках мероприятия, но крайне… крайне взрывное.

— М-м-м? Может быть, налить в пунш водки? — предложил Йонг. — Представь, что будет если все напьются.

— Многие не станут его пить, если почувствуют крепкий алкоголь, — пожала плечами Юми.

— Но найдутся и те, кто знатно им надерется.

— Те, кто сможет надраться пуншем, никого не удивят, — с сомнением произнесла Юми, и заметив в толпе нужного человека произнесла: — А вот поставить кого-нибудь публично в неловкое положение…

— О чем ты?

— Пак, помнишь про наше задание на этот вечер?

— Помню, а… — тут Йонг удивленно поднял брови и произнес: — Мы хотели сделать это тет-а-тет.

— Но никто нам не мешает сделать это, когда рядом будет побольше влиятельных людей, — пожала плечами девушка. — Очень интересно, как он отреагирует на это.

— Мини-скандальчик с налетом интриги, — поджав губы, произнес Йонг. — А почему бы и нет?

Парень подставил локоть для руки Юми и кивнул в сторону чиновника из Министерства Образования, что мило общался с группой чеболей.

— Ты помнишь, как его зовут? — прошептала Юми.

— Чхе Дон Гиль, — четко ответил Пак. — Пошли, хоть какое-то развлечение сегодня.

Парочка прошла через зал, двигаясь напрямик, отчего многие на них обратили свое внимание. Они подошли к компании.

— Добрый вечер, — с улыбкой произнес Пак, когда на них скрестились взгляды присутствующих. — Меня зовут Йонг Пак, а моя спутница Юми Нам. Не сочтите за грубость, но не возражаете, если мы обратимся к уважаемому Чхе Дон Гиль?

— Приятно познакомиться, Йонг, — кивнул мужчина с сединой в волосах. — Меня зовут Кару Но, а это моя супруга Джу Но. Мы не против.

Чиновник, стоявший до этого с улыбкой, сменил выражение лица на встревоженное. Однако, следуя рамкам приличий, он поздоровался.

— Здравствуйте, господин Пак и госпожа Нами. Чем могу быть полезен?

— Дело в том, уважаемый Чхе Дон Гиль, что мы являемся учениками школы Дайвегу, — с натянутой улыбкой начал Йонг. — И мы слышали, что вы, как и наши ученики, начали строить башню из монеток.

Тут парень вытащил пару монет и протянул их замершему в оцепенении чиновнику.

— Моя спутница и я лично хотели бы поучаствовать в этом, несомненно, увлекательном занятии.

— Я не… — тут чиновник покосился на удивленных чеболей, что смотрели на него с легким непониманием, а затем кашлянул, взял монеты, и произнес: — Премного благодарен за вашу помощь…

* * *

— Гису? Ты сейчас не занят? — обратился ко мне Чан.

Стоило мне спуститься вниз на кухню, как он тут же вышел вслед за мной и начал разговор.

— Ну, как… — произнес я и задумался, наблюдая за тем, как закипает чайник. — Честно говоря, у меня сейчас много всего в голове. Хотел обмозговать. А у тебя чего? Случилось что-то?

— Да не то чтобы… просто… помнишь, ты мне дал задание с актером?

— Чего?

— Ну, блин! Актера на главную мужскую роль подобрать. Точнее договориться с Чжу Чи Шоном.

— Ах да. Вспомнил, — ответил я. — Ну и как там обстоят дела?

— Честно говоря, не очень… — поджав губы, произнес он.

— Понятно. Погоди тогда. Сейчас чай заварю. Будешь?

— Давай.

Спустя пару минут я поставил две кружки горячего чая на кухонный стол и уселся на один из стульев.

— Ну, давай… рассказывай. Что там у тебя не получается.

— Да вроде бы всё начиналось очень даже неплохо, — принялся рассказывать Чан, сев напротив меня и придвинув к себе вторую кружку. — Сперва я пришел к менеджеру, который продвигает данного актера. Тут, конечно, возникла первая небольшая неурядица, но я думаю, всё получилось неплохо.

— Что за неурядица? — уточнил я, сделав маленький глоток горячего чая. После этого я потянулся в нижний ящик, так как недавно видел там печеньки.

— Да просто он не хотел меня слушать и как-либо сотрудничать. А условие, которое поставил, скорее было просто для того, чтобы отвертеться от меня, так как он не считал, что мы действительно сможем решить какую-либо его проблему в ответ. Ах да… я же решил работать как ты. Услуга за услугу. Ну и вот. Менеджер просто отмахнулся от меня, сказав, видимо, первое, что пришло в голову.

— Ага, — я покивал головой. — Такое часто бывает. И что он попросил?

— Чтобы этот самый актер получил награду на фестивале, который уже вот-вот состоится. Актер года.

— Хм. Времени мало, значит?

— Да его, считай, совсем нет! — эмоционально проговорил Чан.

— Понимаю. И что дальше?

— Дальше я немного посоветовался и достаточно быстро пришел к выводу, что данную просьбу можно выполнить. Только вот придется решать это через других людей, которые отдают свои голоса на этой премии. И вот здесь уже всё гораздо сложнее!

— Почему? — я еле заметно улыбнулся и отхлебнул чая.

— Да потому что! Я вообще не понимаю, как ты всё это проворачиваешь постоянно. Начал общаться с людьми, и всё стало слишком запутанно. Один кинокритик хренов просто взял и послал меня. Хотя… вообще-то его, наверное, можно понять. У него там ситуация такая была… не вовремя, в общем, я подошел.

— Ну да… — снова кивнул я. — Только ты должен понять, что по-другому и не бывает. Ты никогда не придешь ни для кого вовремя. Это всегда будет рушить чьи-то планы.

— Типа, я понимаю, — буркнул Чан. — Но вот на деле всё гораздо тяжелее.

— Ладно. А что с другими?

— Ну, со вторым всё понятно… но от этого не легче. Тот просто заломил такую цену, что у меня глаза на лоб полезли.

— Деньги… ожидаемо. И сколько он потребовал?

— Сто миллионов.

— Хм. Губа не дура, — машинально произнес я на русском.

— Чего?

— Да это я так. Не обращай внимания. Что с третьим?

— А вот это самое непонятное. Очень странный персонаж. Он, вроде бы, сперва пошел ко мне на встречу и вроде бы даже согласился помочь. Сказал, что уже знает, какую услугу в ответ попросить. А потом неожиданно просто взял и кардинально изменил своё мнение. Развернулся просто на сто восемьдесят градусов. Что самое интересное — это произошло ни с того ни с сего. Словно что-то стрельнуло у него там в голове и всё… дальше ни в какую. Нет и всё! Вот гад… — выпятив нижнюю губу, закончил говорить Чан.

— Понятно, — я допил свой чай и немного помедлил. — Вообще ты молодец, — улыбнулся я, похвалив Чана. — Давно собирался тебе это сказать. Видно, что ты стараешься, и продвижение у тебя хорошее. Но есть некоторые… скажем так, недочеты.

— Хм. Какие, например? — Чан поерзал на стуле и подался немного вперед.

— Разберем на сегодняшнем примере. Вот смотри. Ты поговорил с тремя людьми. Они выставили тебе условия.

— Не совсем. По сути, выставил только один из них, — вмешался Ан.

— Допустим. На самом деле это не так уж и важно. Самое главное, что ты поговорил с ними и можешь сделать некоторые выводы. То есть у тебя уже есть кое-какая информация, но ты не пользуешься ею.

— Почему это?

— Потому что. Ты смотришь слишком поверхностно. Что тебе сказали, то ты и пытаешься проанализировать. А копать надо глубже. Искать корень проблемы. А проблемы есть всегда, поверь мне. По крайней мере, иначе эти люди даже разговаривать бы с тобой не стали. И даже так… это означает лишь то, что сами они не видят этих самых проблем. А ты можешь их разглядеть и показать, а потом и решить их. А потом уже пускай люди думают, как же тебя отблагодарить…

— Хм-м… ну вот опять! — слегка возмущенно произнес Чан.

— Что опять?

— Опять то, о чем ты говоришь, звучит и выглядит максимально просто и логично. Но когда начинаешь браться за что-либо… всегда происходит какая-то фигня. Как с этими кинокритиками.

— Пусть так. Фигня случается, но нам это не мешает решать проблемы, — усмехнулся я и снова взялся за кружку. Только уже пустую. Я наклонил её, посмотрел на дно кружки. Недовольно цыкнул и поставил на место, — ты уже начал двигаться в верном направлении. Теперь постарайся копнуть чуть глубже. Узнай, в чем там на самом дело. Только смотри сам. Не пытайся это выведать у них. Вряд ли они тебе честно ответят. Иногда… даже скорее чаще всего люди и сами не понимают, в чем источник их проблем. Так что смотри, думай, анализируй…

— Эх… — почесав затылок, вздохнул Чан. — Я, конечно, шел к тебе за советом. Но в глубине души надеялся, что ты поможешь мне не только словом, но и делом.

— Аха-ха-ха! — посмеялся я и молча поднялся из-за стола.

Чан недовольно проводил меня взглядом, а сам продолжил сидеть на кухне.

Глава 14

— Ну как тебе? Хорошее ведь свидание могло получиться! Разве не так? — Улыбнувшись, произнесла Мун Хё На. Девушка посмотрела на Пака, наклонив голову чуть вперед и вбок.

— Не спорю. — Ответил Йонг и тоже улыбнулся.

Они совсем недавно покинули фестиваль и теперь прогуливались пешком в сторону дома. На улице уже вечерело, а прохладный осенний ветерок обдувал лицо, придавая чувство свежести. Им не было холодно. Скорее даже наоборот. Хотелось снять верхнюю одежду, но никто этого делать не стал.

Мун Хё На надела модную дутую курточку, от именитого бренда и взяла с собой дорогую сумочку. При этом на голове у неё была кепка с козырьком, благодаря которому она могла немного скрывать лицо. Но вот маску надевать девушка не захотела, чтобы не попортить макияж. А вот Пак решил никак не выделяться и оделся как можно проще, но при этом достаточно стильно. По-другому он и не умел и чувствовал бы себя не в своей тарелке…

— Я даже жалею, что так редко выбираюсь погулять. — Произнесла Хё На и задумалась. — Слушай, а почему ты так побледнел, когда увидел рис с карри на фестивале? — Прикрыв рот рукой, посмеялась актриса. — Я бы даже сказала, что ты позеленел. В какой-то момент мне показалось, что тебя может вырвать!

— А ты зря смеешься… — сузив глаза, произнес Пак. — Я действительно был на грани. И вот тогда тебе было бы не до шуток.

— Аха-ха! Да уж… — рассмеялась Хе На. — Вот это я понимаю первое свидание! И впечатление лучше некуда! — Саркастически проговорила она.

— Пожалуй, данный фактор тоже нельзя упускать из виду. — Задумчиво проговорил Йонг, анализируя сложившуюся ситуацию. Ему только не хватало блокнотика с карандашом, чтобы начать записывать информацию для пущего эффекта. — Необходимо учитывать предпочтения… в том числе и свои. Поэтому я и не сильно-то рвался на фестиваль.

— Но согласись. Было весело! Согласись!

— Соглашусь-соглашусь. Угомонись только. — Усмехнулся Пак.

— Вот тото же, но да… с карри тебе надо бы поаккуратнее быть.

Некоторое время парочка шла молча, прогулочным шагом, разглядывая окружающую природу. Они вышли на набережную реки Ханган и продолжили идти вдоль. Мун Хё На смотрела на небо, где был прекрасный вид на закат. Пак остановился и начал всматриваться в воду.

— Знаешь. А ведь я тоже не часто так гуляю. Но по другой причине. — Заговорил Йонг. — Наверное… это вообще первый раз, когда я вот так прогуливаюсь и любуюсь природой. Без какой-либо спешки. Вдумчиво…

— Ага. Красиво здесь. Особенно вечером. Вечером здесь совершенно другая атмосфера. — Девушка пристально посмотрела на своего спутника, после чего продолжила говорить. — Может, зайдем куда-нибудь посидим?

— Не знаю… можно, если ты хочешь. Но мне и на улице хорошо. Ветерок такой приятный, освежающий. Ты устала? — Взглянул на неё Пак.

— Нет. Просто… почему-то домой ещё не хочется. Как я уже сказала, я не так уж и часто хожу на прогулки. Тем более по таким людным местам. Если честно, у меня были даже опасения. Но всё прошло лучше, чем я могла себе представить.

— Ну да. Я как-то и не подумал тоже. Ты ведь опасалась, что тебя узнают?

— Ага. Возможно, было пару ситуаций на грани. Но мне кажется, люди просто не поверили, что это я, да ещё и рядом с парнем каким-то… который очень сильно напоминает школьника. Хоть и достаточно серьезного. — Улыбнувшись, задумчиво проговорила Хё На.

— Хм. Наверное, это могло прозвучать обидно… не будь я на самом деле школьником. — Улыбнулся он в ответ.

— Слушай, раз уж мы продолжаем наше тренировочное свидание, может, расскажешь о себе?

— Зачем? — Удивленно посмотрел на неё Йонг.

— Как это зачем? Для тренировки. Вот представь, что ты начал встречаться с девушкой. Вы вот так же гуляете с ней по набережной и уже обсудили все курьезные ситуации с карри и тому подобное. И что дальше? О чем будешь разговаривать? Или молчать будешь? Странно ведь.

— М-м-м… — поджав губы, задумался Пак. — Логично, только вот обо мне и рассказывать-то нечего. В основном я только хожу в школу. Даже кружки никакие не посещаю. Раньше не видел в этом смысла, а теперь…

— Что теперь? — Посмотрела на него девушка.

— Теперь… времени нет. — Проговорил парень, удивившись своим собственным словам.

— Во-о-от! — Подняла палец кверху Хё На. — А значит, ты чем-то занимаешь. Расскажи про увлечения что ли.

— Хм. — Снова хмыкнул и задумался Йонг. — Ну, я это… Гису помогаю. По разным делам.

— Ну вот же. Уже что-то. А вообще, я знаешь, чему была удивлена? Рядом с Гису не бывает обычных людей. Точнее… как бы это сказать. Изначально ты мне даже показался необычным тем, что ты был слишком обычным. Просто школьник и рядом с Гису. Не бывает так. Но теперь я вижу, что… — Девушка замолчала и пристально вгляделась в глаза Пака, от чего тот почувствовал некую неловкость, но взгляда не отвел.

Актриса улыбнулась и снова посмотрела на небо.

— Красиво… — резко перевела она тему, а потом снова продолжила расспрашивать. — Что ещё можешь рассказать? Я не прошу раскрывать свои секреты. Секреты они у всех должны быть. На то они и секреты. Но что-нибудь общее про себя можешь ведь поведать? Что тебе нравится?

— Нравится? Порядок, наверное… — После нескольких секунд вдумчивого молчания, произнес парень.

— Порядок? — Прыснула от смеха Хе На.

— Ну да — Серьезно ответил Пак. — Люблю, когда всё находится на своих местах. Вещи… и люди. Если человек находится не на своем месте… ничего хорошего из этого не выйдет.

— Да? А как понять на своем ты месте или нет? — Улыбка уже практически пропала с лица девушки, но та старалась выглядеть на веселе.

— Не знаю. — Пожал плечами Йонг. — Такое можно понять только с опытом. Но не каждому хватит смелости сменить своё место.

Хё На открыла было рот, но решила промолчать. Девушка немного по-другому взглянула на парня и продолжила идти.

— А вообще частичка хаоса иногда бывает даже полезной. — Неожиданно заговорил Пак. — И Гису этому живое доказательство. До него я бы никогда не представил, что могу сказать такое. Ведь отец с детства меня учил четкости и порядку.

— А что Гису? Я думаю, это только с виду кажется, словно он действует беспорядочно. Однако он очень много думает. Просто принимает решения мгновенно. Из-за это и складывается подобное впечатление.

— И да и нет. — Серьезно ответил Йонг. — Думает он однозначно много. Но его логика заключается в том, что выход можно найти абсолютно из любой ситуации. Просто смотреть на эту ситуацию нужно под разными углами. И иногда он выбирает такие углы обзора, что просто поражаешься… И именно поэтому, я заметил, что он может позволить какой-либо ситуации сначала случиться или даже выйти из-под контроля, и только потом он начнет подстраиваться под неё. Блин… в общем, это сложно объяснить.

— Хм. Кажется, я понимаю. — Уже серьезно произнесла девушка. — Возможно, ты прав.

— А ты? — Уставился он на актрису.

— Что я? — Слегка растерялась девушка.

— Что о себе расскажешь?

— Я… — задумалась Хё На. — Так, знаешь что? — Снова натянула улыбку она. — Давай-ка проверим лучше, как ты умеешь вести себя за столом?

— Чего? — Нахмурился Йонг такой резкой смене темы разговора.

— Естественно не сейчас. И делать мы это будем в ресторане. Так что… я понимаю, что ты всего лишь школьник, но неудобно будет, если я буду платить за тебя. Давай хотя бы чек поделим на пополам. В общем, к следующей нашей тренировке поднакопи немного денег.

— Ну, во-первых, деньги на ресторан-то я найду. А во-вторых, зачем это вообще? Я про эти проверки. Я умею пользоваться приборами. Тем более ты и сама говорила…

— Не. Это уже другое. — Перебила она. — Да и палочками каждый умеет пользоваться. — Посмеялась Хё на. — Но я говорю про этикет. Четыре вилки и каждая для своего блюда, могут поставить тебя в неудобную ситуацию. Если ты вдруг окажешься в ней… Обидно получится…

— Ну как знаешь. — Пожал он плечами. — Ну так что, давай я тебя провожу до дома?

— Давай ещё немного прогуляемся, а потом я вызову такси… ты вызовешь. — Улыбнулась актриса.

* * *

Мужчина в дорогом костюме сидел в роскошном, большом кабинете и с задумчивым видом перебирал бумаги.

Он особо не вчитывался в текст, обращая внимание только на заголовки и лишь иногда останавливая взгляд на нужных ему цифрах.

— М-м-мда, — протянул он, причмокнул губами и протянул руку, взяв со стола кружку утреннего кофе.

Положив папку с документами на стол, он пригубил кофе и взял следующую. Открыв ее, он снова обратил внимание на заголовок, но тут его взгляд сместился на край листа, на котором виднелся едва заметный коричневый след от чего-то круглого.

Удивленно приподняв бровь, он положил на стол папку и перевернул ее обложку, чтобы понять, кто сдал ему грязный отчет, но тут его взгляд зацепился за кружку у него в руке.

— Допустим, работали ночью, — произнес он, сделав пометку у себя в ежедневнике на столе. — Но пожурить все равно надо…

Тяжело вздохнув, мужчина снова пригубил кофе и аккуратно поставил его на край стола, снова взявшись за документы. Он проработал так минут двадцать, пока на столе не прозвучал звук селектора от секретаря.

— Слушаю, — нажав кнопку произнес мужчина.

— Господин Чже Ин Ко, к вам Чхе Дон Гиль.

Министр образования удивленно поднял брови, покосился на ежедневник и заметил там запись «Мелочь из школьного отдела». Пару секунд подумав, он произнес:

— Пригласи.

Убрав руку от селектора, он вздохнул, закрыл папку и отложил к ещё не разобранным отчетам. Поставив кофе перед собой, он молча уставился на вошедшего мужчину.

— Господин Чже Ни Ко, — поклонился тот, даже не подумав протягивать руку. — Рад, что у вас нашлось для меня несколько секунд.

— Слушаю тебя, — кивнул ему мужчина, взяв чашку. — Что-то стряслось или…

Тут его взгляд покосился на отчет со следами кофе.

— Или ты пришел извиниться за испачканный отчет?

Мужчина сглотнул и закивал, даже не решившись сесть.

— Да, простите, мы заканчивали ночью и не заметили, как оставили один лист со следами кофе. Мы искренне извиняемся…

— Я рад, что вы готовы работать допоздна, если это необходимо, но это наводит на определенные мысли, — спокойно произнес хозяин документа. — Первая — вы оставили отчет на последний момент, поэтому пришлось работать сверхурочно.

— Мне было бы крайне неловко допускать подобное, — тут же начал юлить мужчина. — Я понимаю важность своевременной сдачи отчетов, но увы… Не все школы сдали отчеты вовремя, и нам пришлось в последний момент править отчет, который мы составили без их результатов.

— Чхе Дон Гиль, вы работаете в министерстве, — хмуро глянул на него мужчина. — В вашей власти сместить на несколько дней срок сдачи отчетов, чтобы мы могли своевременно корректировать наши планы. Это понятно?

— Да, господин Чже Ни Ко, — поклонился чиновник. — Мы проведем работу над этой ошибкой. Она больше не повторится.

— Тогда вернемся к тому, зачем вы сюда пришли, — кивнул министр. — Отчет вы делали этой ночью, а запрос на личную беседу был еще вчера.

Чхе Дон Гиль сглотнул, поднял взгляд на мужчину и произнес:

— Мне нужен ваш совет, господин Чже Ни Ко. Совет как более опытного и успешного политика.

Собеседник пригубил кофе, кивнул на стул у стола, а затем произнес:

— Присаживайся и рассказывай.

Чхе Дон Гиль послушно сел, вздохнул и принялся рассказывать:

— Недавно ко мне пришли из родительского комитета школы Дайвегу, — произнес он и слегка умолк, глядя на министра. — Вы, наверное, знаете, что там учится… Дети довольно обеспеченных людей.

— Не только. Дети чиновников тоже, — кивнул Чже Ни Ко.

— Да, и в общем… пришли с просьбой сместить директора и поставить более… ответственного человека.

Министр хмыкнул и дал знак продолжать.

— Люди не простые, да и то, что они рассказывали про школу… заставляло задуматься о компетенции господина Бём Сока.

— Так… И?

— Я пообещал им разобраться в ситуации. Я проверил то, что они мне говорили, и факты подтвердились.

— И это одна из твоих прямых обязанностей — следить за эффективностью и моральным обликом руководящего состава школ нашей страны, — важно кивнул мужчина. — В чем же проблема?

— Проблема в том, что… Сейчас вскрылись новые факты. Более того, уже вышло больше десятка статей в газетах о том, какая замечательная и прекрасная школа Дайвегу. И в каждой из них Бём Сок выставляется чуть ли не героем, который вывел школу на новый уровень. Я просто физически не могу его взять и уволить.

Министр хмыкнул, поставил чашку на стол и откинулся в кресле.

— Родительский комитет деньги предлагал?

— Да.

— Немного. Иначе бы ты ко мне пришел, — вздохнул министр. — Да и дело плевое, но нашла коса на камень…

— Так и есть, — кивнул Чхе Дон Гиль.

— Выходит, есть силы, которые не хотят смещения этого директора. Так?

— Так.

— Сложная ситуация, — хмыкнул Министр. — Сложная и опасная. ты ведь не знаешь, что за силы тебе противостоят?

— Понятия не имею, — кивнул чиновник. — Поэтому я и пришел к вам за советом, как лучше поступить. Отказывать чеболям — плохая идея. Идти против общественности — ни капли не лучше. Могут воспользоваться и растоптать.

— Капкан, — хмыкнул Чже Ни Ко. — Капкан, из которого нет хорошего выхода.

Чхе Дон Гиль сник, слегка вжал голову в плечи и спросил:

— Что мне делать?

Хозяин кабинета взял чашку, неторопливо пригубил кофе и произнес:

— Знаешь, я делал ставку на тебя, — начал он, отстраненно смотря на флаг Кореи, что стоял в углу. — Делал ставку на то, что ты молод и крайне изворотлив. То, что нужно в нашей сфере. Всегда находил выход, даже если казалось, что прямой конфликт неизбежен. Помнишь ту историю с учебниками?

— Да, мы тогда даже умудрились заработать… — кивнул чиновник.

— Сейчас… Сейчас ситуация схожа, — кивнул Министр. — Вода, в которой ты плывешь мутная, и что в ней находится, знают только те, кто эту воду взбаламутил. Может быть, там плавает бревно, а может, аллигатор. Понимаешь, к чему я?

— Да.

— Только учти, если начнешь тонуть — мы тебе поможем…

— Подстрахуете? — с надеждой спросил Чхе Дон Гиль.

— Нет. Поможем утонуть и открестимся от этой истории, — глядя в глаза собеседника, произнес Чже Ни Ко. — Ты ведь не думаешь, что министр будет подставлять шею из-за рядового чиновника?

Чхе Дон Гиль сглотнул, глядя на чиновника, и вздрогнул от звука открывшейся двери.

— Постойте… От кого… — послышался далекий голос секретарши.

В кабинет же зашел молодой парень в сером костюме. Точно таком, какой любили работники разведки.

Парень с ярким желтым конвертом подошел к столу, взглянул на Чхе Дон Гиль и достал монетку. Положив ее на стол перед ним, он подмигнул и произнес:

— Ты знаешь, что делать!

После этого парень молча развернулся и в полной тишине покинул кабинет.

Министр сидел в своем кресле, подняв одну бровь, и смотрел на секретаршу, что растерянно замерла у входа.

Чхе Дон Гиль молча сидел на том же стуле и не сводил взгляда с монетки.

Вдалеке слышался уверенный шаг удаляющегося незнакомца.

* * *

Гису спокойно остановил велосипед у офисного здания, рядом с велопарковкой и припарковал его. После этого он поправил серый пиджак, осмотрел себя в отражении большого стекла и взял из корзины спереди пухлый конверт. Он был серого цвета с желтой каймой и крупной надписью «Секретно».

— Ну, первый акт нашего балета, — произнес он, направившись по улице.

Шел он быстрым шагом, всем своим видом изображая уверенность и четкость. Спина прямая, шаг ровный, взгляд вперед и сосредоточенное выражение лица.

Он прошел квартал, после чего повернул и вышел к зданию министерства. Подойдя к нему, он остановился, взглянул на часы и покрутил головой.

Не заметив ничего необычного, он направился внутрь.

— Добрый день, — поприветствовала его охрана, когда парень оказался внутри. — Ваш пропуск…

Однако Гису молча вытащил из кармана корочку в серой обложке и предъявил охраннику, что с сомнением смотрел на него.

— Я к Чже Ни Ко. Срочные документы. С самого верха.

Охранник мельком глянул на конверт в руке молодого парня, затем на корочку.

— Я свяжусь со старшим.

— Если я сейчас свяжусь со старшим, то ты здесь больше работать не будешь, — рыкнул Гису. — Он на парковке, в машине. Я сказал срочно!

Охранник нехотя покосился на конверт, затем оглянулся и кивнул, пропуская парня внутрь.

Гису же молча с недовольным лицом направился дальше. Пройдя через холл, он подошел к лифту и удивленно произнес:

— А я думал, придется сантехника изображать…

Улыбнувшись своим мыслям, парень про себя отметил, что самый простой и наглый план сработал без особой подготовки. Войдя в лифт, он выбрал нужный этаж и спокойно проехал к приемной министра. Оказавшись на этаже, он спокойно прошел по длинному коридору и не раздумывая вошел в приемную министра.

— Я с самого верха, — произнес он, в наглую идя к двери в кабинет министра.

— Погодите, вам назначено? — растерялась секретарша.

— Да, меня ждут, — отрезал Хегай, пройдя в кабинет.

Открыв дверь, он на секунду замер, обнаружив в кабинете, помимо министра, и того самого чиновника, что затеял увольнение Бём Сока. Стараясь не подавать виду, что удивлен, он молча подошел к Чхе Дон Гиль, положил перед ним монету и подмигнул.

— Ты знаешь, что делать!

После этого парень молча развернулся и покинул кабинет.

— Что это было? — спустя десять секунд тишины спросил министр.

— Тут… дело в том, что… — смутился чиновник. — Дело в том, что ученики школы Дайвегу приносят мне монеты…

— Про то, что ты строишь башню из монет я в курсе. Как он тут оказался?

* * *

— Ты понял, что имел в виду Гису? — Находясь в салоне своей машины, Юми обратилась к Чану.

Они ехали в офис Хегай Рис. Сегодня Чану необходимо было провести очередное совещание по накопившимся вопросам. После этого он планировал заехать по пути в кофейню к Шим Чихе, хоть там проблем и не было, но Гису попросил проконтролировать, а потом уже необходимо было решать вопросы с кинокритиками. Причем срочно решать.

— Вроде бы да. — Ответил Чан. Он взглянул на задумчивую девушку и невольно улыбнулся. Когда она хмурилась, её лицо становилось по-особому милым.

Чан и раньше постоянно и незаметно разглядывал Юми. Но подобное он начал замечать только сейчас. Точнее, он поймал себя на этой мысли.

— Чего лыбишься? — Заметив его довольное выражение лица, ещё сильнее нахмурилась Юми. — Неужели у тебя… какие-то непристойные мыслишки… — шёпотом произнесла она, поддев парня локтем.

— Чего-о? Не-е-е-т! — Протянул Чан.

— Смотри мне. — Улыбнулась Юми.

— Я просто… ладно, не здесь. — Чан отмахнулся, поняв, что девушка просто шутит и издевается над ним. — Что касается Гису. То он сказал, что мыслить и смотреть надо глубже. А не поверхностно. Это если кратко обобщить.

— Ну, понятно. Так-то он с первых дней нас примерно этому и учил. Мыслить не так как все. Не шаблонно. Если хотите действовать нестандартно, то и мыслить надо так же. Что-то такое…

— Ну да…

— Так и что? С чего ты планируешь начать? Точнее продолжить.

— Наверное, стоит вернуться к нашему первому кинокритику. — Ответил Ан и поджал губы, вспомнив их первую встречу. Тогда они прибыли к нему крайне не вовремя и никакого разговора, естественно, не могло состояться. Однако, прежде чем идти к нему повторно, на этот раз Чан собирался подготовиться основательно.

— Да-а-а уж… — протянула девушка, видимо тоже вспомнив тот самый вечер. — Надеешься, что… как там его звали?

— На Ро Ги. — Подсказал Ан.

— Да, точно. Надеешься, что На Ро Ги на этот раз окажется в настроении и будет более сговорчивым? Или ты просто хочешь доконать его и взять настойчивостью?

— Нет. — Серьезно ответил парень.

— Нет? — Юми вздернула брови. — А что тогда?

— Надо мыслить глубже. — Криво усмехнулся он. — И подготовиться.

— Ну-ну. И с чего начнешь?

— А что мы имеем? Что нам известно? У него была ссора с женщиной. Я уже разузнал об этом, что оказалось конечно же, не сложно. В общем, это была его супруга.

— Ага. Это было очевидно, но от этой информации вроде как не легче. Хотя… — Юми задумалась и спустя несколько секунд продолжила рассуждать. — Вообще-то ты прав. Начинать надо однозначно с этой стороны. Ты хочешь помирить их? — Предположила девушка.

— Это был бы идеальный вариант. Тогда человек просто оказался бы у меня в долгу. Конечно, это ещё не значит, что он сразу же выполнил бы мою просьбу. Но вот выслушать точно бы согласился. Да и договориться было бы проще. Однако я не уверен, что подобное получится. Мы ведь не знаем, что у них произошло. Поэтому…

— Поэтому, сперва необходимо разобраться в сути их ссоры. Правильно? — Улыбнулась Юми.

— Верно. И уже от этого и будем отталкиваться.

— Тогда осталось только узнать, где проще всего пересечься с этим кинокритиком. Наверное, перед его домом… Может быть, после работы его поймаем? — Предложила девушка.

— А вот тут не согласен. Сперва я тоже думал об этом. Это самый простой вариант. Но не всегда самый простой, является самым действенным и коротким путем. В нашем случае, мы это уже проходили. Дома или перед домом, он скорее всего не захочет разговаривать. Особенно если ссора только усугубилась.

— Хм-м… — покрутив локон волос на указательном пальце, хмыкнула девушка. — Тогда где?

— В баре. Если он пьет. А что-то мне подсказывает, что он пьет.

— Хорошая мысль. — Посмотрела на него Юми. — Ты действительно стал мыслить более глубоко. И как я понимаю, ты уже знаешь где зависает На Ро Ги?

— Нет, пока что не знаю. Но я знаю, откуда он выходит с работы и по какому маршруту ездит. Мы можем запросто проследить за ним.

— Отлично! — Снова улыбнулась Юми. — Мне нравится, когда у нас есть четкий план!

— Тогда за дело!

* * *

— Ты серьезно сейчас? — с опаской спросил Чан, глядя на Гису. — Ты прошел в здание министерства предъявив липовый документ, зашел в кабинет министра и вручил монету Ли Су Ноку?

— Ну, если по факту — да, — кивнул Хегай, с задумчивым видом смотря на пустой дом напротив. — А если быть точным, я хотел вручить монету самому министру, чтобы он передал ее этому чиновнику, но он был в этом же кабинете. Пришлось импровизировать.

— Как ты… как у тебя вообще наглости на это хватило? Вот так просто взять и войти к нему.

— Как не странно, но я думал, что это не сработает, — пожал плечами Гису. — Это была… попытка на дурака. И… она сработала.

— То есть ты думал, что у тебя не выйдет и тебя завернут, но все равно пошел?

— Знаешь, чем сложнее план, тем больше в нем может быть ошибок и неожиданностей. Зачастую самый простой и прямой путь приносит максимальный результат.

— Не всегда, — буркнул Чан и покосился на телефон Хегая, что лежал на столе.

Гису взял его в руки, посмотрел на экран, тяжело вздохнул и принял вызов.

— Слушаю…

— Выйди на улицу. Надо поговорить, — раздался голос матери Минсу.

— Понял, сейчас, — ответил парень и сбросил вызов.

— Что-то срочное?

— Не очень. Отойду на несколько минут, — произнес парень, подхватив кофту со стула.

Гису вышел из дома и уставился на машину, что стояла рядом. За рулем была мать Минсу. Парень отметил про себя, что машина у них была другая. Он вздохнул и сел в машину.

— Здравствуйте, — кивнул он ей и тут же поинтересовался. — Кстати, а можно узнать ваше настоящее имя?

— Здравствуй. Нет, — ответил женщина. — Пристегнись. Проедемся.

Гису Молча пристегнулся и машина отъехала от дома. Молчание длилось около минуты, после чего женщина произнесла:

— Можешь называть Меня Метлой… или Метелкой. Как больше нравится.

— Понял, — кивнул парень, наблюдая как машина выворачивает на оживленную улицу.

— Что у тебя за дела с Топором? — спросила водитель.

— Помогал ему в некоторых сложных вопросах, — уклончиво ответил Гису.

— Делал легальный бизнес для отмыва денег? — спросил Метелка.

— Да.

— Что у тебя с Минсу? — спросила женщина.

Гису несколько секунд молчал, думая как ответить максимально уклончиво, а затем произнес:

— А что у вас с Минсу?

Женщина остановилась на перекрестке и уставилась на Гису тяжелым взглядом.

— Понял, — хмыкнул Гису. — У нас взаимное удовлетворение от совместного времяпровождения. Так вас устроит?

Женщина тяжело вздохнула, перестроилась и свернула на парковку у торгового центра. Припарковав автомобиль, она открыла окно и достала пачку сигарет.

— Пятнадцать лет не курила, — произнесла она, достав зажигалку.

— И не стоило начинать, — хмыкнул парень, наблюдая за ней.

— Возможно, но когда наваливаются большие неприятности, а голова должна быть трезвой — другого выхода нет, — ответила Метелка, после чего затянулась.

— Вы хотели поговорить, — напомнил Гису, наблюдая как женщина курит. — Не то чтобы я вас торопил, но…

— Пятнадцать лет назад с нашей профессией все было немного… По другому, — начала она. — Не было никакой организации. Были только те, кто что-то умел и они брали заказы. У кого-то были знакомые компьютерщики, кто-то умел в гримм, а кто-то был чистым профи с винтовками, никогда не приближаясь к жертве. Понимаешь о чем я?

— Об убийствах, — кивнул Гису.

— Да. С тех пор многое поменялось, но тогда я была еще начинающей. Бралась за все, что предложат. От бизнесменов, до неверных мужей, — Метелка снова затянулась и стряхнула пепел за окно. — Молодые и горячие вообще склонны хвататься за все подряд. У меня не было специализации. Немного винтовка, немного грима, немного актерского мастерства. И вот очередной идиот лежит с синим лицом на животе, а я сверху держу его за галстук.

— Странный выбор профессии, — хмыкнул Гису.

— Так бывает, когда тебе нравится убивать людей, — горько усмехнулась Метелка. — Нравится видеть ужас в их глазах, нравиться смотреть как в зрачках умирающего отражается твое лицо.

Гису сглотнул, и осторожно обвел взглядом салон. Оружия он не заметил, но и так был уверен, что женщина сможет придушить или сломать ему шею прямо тут.

— Только с возрастом это проходит. Не знаю в чем дело. Может насыщаешься, или ты начинаешь лучше понимать эту жизнь, но… Многое меняется… а профессия остается.

— Минсу? — предположил Гису.

— Да. Мне уже поднадоели лживые мужья, но деньги предложили хорошие. Причем просили сделать все по грязному. С кровью на стенах, с крупным калибром. Бывают такие… фетишисты. — Метелка хмыкнула, затянулась сигаретой и продолжила, смотря на светящуюся вывеску торгового центра. — Зашла, дверь открыла женщина. С нее и начала. Прошла дальше, там нашла цель — тоже отработала. А потом… Потом раздался детский плачь.

Женщина умолкла секунд на десять, продолжая смотреть остекленевшим взглядом.

— Тот заказ оказался немного с душком. Муж уходил от жены. Оставил ей дом, алименты, но… Ей показалось этого мало. Она заказала его мне. А у него уже была другая семья, ребенок.

— Удивлен… удивлен, что у вас есть мораль, — пожал плечами Хегай. — Я думал, что настоящие профи не должны иметь ограничений на убийство.

— У настоящего профи оно должно быть. Всегда. Не важно, что это. Собаки, кошки, дети или… Есть один профи, что всегда берет себе что-то от жертвы. Часы, ручку, браслет… Слышала у него есть даже пучок волос.

— Зачем?

— Это помогает сохранить себя. Убивая людей ты переходишь грань… Грань выставленную обществом, и перейдя одну точно начнешь переходить другие. Поэтому важно иметь что-то в голове, что тебя остановит. Ту грань, которую ты никогда не переступишь. Это помогает оставаться человеком.

— И не превратиться в зверя, — кивнул Гису. — Интересный прием.

— С тех пор у меня тоже есть своя черта. Я не работаю в присутствии детей, — спокойно продолжила Метелка. — Даже если они чужие и не имеют отношения к заказу.

— А тот ребенок… Это была девочка, так?

Метелка посмотрела на Гису и молча кивнула.

— Нам нужно куда-то возвращаться. Должен быть дом, — продолжила она. — Даже если он фальшивый, надо выныривать из работы. А еще нужна пенсия. Нужно то, что…

Тут Метелка умолкла подбирая слова.

— Нужен счастливый конец, — закончил за нее Гису.

— Да, — кивнула женщина. — Нужен счастливый конец. Пока у моих людей… у всей организации только один путь.

— В могилу, — хмыкнул Хегай.

— Верно…

— Правильно ли я понимаю, что вы предлагаете мне заняться… Пенсионным обустройством для ваших… Работников? — подбирая слова спросил Гису.

— Правильно. Мы разговаривали по этому поводу с Топором, но я хочу свое.

— Почему он ко мне не обратился? — задумчиво спросил парень.

— Потому, что думает, что начинает зависеть от тебя, — пожала плечами женщина.

— А есть кандидаты достойные этого?

— Есть. Дубина. Отец Минсу.

— Он реально ее отец или… — тут Гису осекся, припоминая рассказ и кивнул. — Или, я понял.

— Он сейчас в реанимации, — ответила Метелка. — Прибыл раньше остальных, до того как появились… конкуренты. Его сильно ранило. Не думаю, что ему стоит продолжать.

— Я понял, — кивнул Гису с задумчивым видом.

Женщина же докурила, закрыла окно и завела автомобиль.

— Мне ведь не стоит это рассказывать Минсу, так? Я про ее отца и про… тебя как мать.

Женщина молчала около минуты, гоняя в голове эту мысль, после чего произнесла:

— Думай сам.

Автомобиль выехал с парковки и направился в обратный путь.

— Завтра будет готово новое жилье. Я заберу Минсу, — спокойно произнесла женщина. — Мы будем жить на окраине, в частном секторе.

— Не та ли окраина, где особняки с охраной и камерами? — хмыкнул Хегай. — На юге от города.

— Ты догадливый, — хмыкнула Метелка.

Машина свернула к дому и остановилась у калитки.

— Подскажите, а Минсу об этом уже знает? О переезде. — поинтересовался парень, прекрасно помня прошлую ночь, когда в туалет к нему зашла Минсу.

— Знает, — кивнула женщина.

— Пу-пу-пу… — надул щеки Гису. — Ладно, будем держать связь. Как только я что-нибудь решу — сразу дам вам знать.

Парень вышел из машины, остановился у калитки и взглянул на дом. В окне он заметил физиономию Чана в его комнате и довольную мину Минсу, в соседнем окне.

— Главное не пить на ночь, — произнес Гису, достав телефон и вызвав Чана.

— Алло? Это была важная встреча? — спросил Чан не отходя от окна.

— Да и о ней лучше не распространяться. Кстати, Чан! Можно я сегодня буду спать у тебя?

— Зачем?

— Так… На всякий случай…

Глава 15

Чан зашел в бар и осмотрелся. Внутри играла негромкая музыка и было не слишком людно, однако половина столиков точно была занята. Из-за тусклого освещения его зрению потребовалось некоторое время, чтобы перестроиться и начать нормально видеть.

Парень прошел вперед, осматривая столики, но его цель находилась гораздо ближе. На Ро Ги сидел за барной стойкой и пил одну стопку алкоголя за другой. Кинокритик находился в убитом состоянии. С опухшим лицом и красными глазами.

Чан подсел рядом и какое-то время решил просто помолчать.

— Друг, повтори мне ещё двойной виски, — произнес На Ро Ги, обратившись к бармену.

Тот налил ему сто грамм в стакан и положил на блюдце одну дольку лимона, видимо, от себя. Кинокритик некоторое время просто смотрел на этот стакан, а потом залпом выпил его.

— Проблемы в семье? — неожиданно заговорил Чан, обратившись к мужчине.

— Что? — недовольно покосился он на парня.

— В жизни всякое случае. Но алкоголь — это не лучший выход.

— Да что ты знаешь, пацан? — он продолжал держать в руке уже опустошенный стакан и крутил его, гоняя на дне остатки виски.

— Я знаю, что сдаваться нельзя, — после недолгой паузы произнес Чан. — Нельзя опускать руки.

— Слушай, — заплетающимся языком продолжил говорить На Ро Ги. — Ты фильмов что ли пересмотрел? В жизни оно знаешь как… всё гораздо сложнее. А когда дело касается женщин, то вообще… короче, откуда тебе-то знать это…

— Может вы и правы, — пожал плечами Чан. — А что вообще у вас произошло?

— А тебе какое дело?

— Просто. Вдруг, если вы выговоритесь, вам полегчает. А у меня как раз есть немного времени, чтобы выслушать вас.

— Хм, — тот криво усмехнулся и снова посмотрел на свой стакан. — Повтори, друг… — обратился он к бармену.

— Ну так что?

— Да нечего тут рассказывать. Развожусь я. Вот и всё… вот и вся история, — кинокритик снова горько усмехнулся и взялся за стакан.

— А… причина? — внимательно посмотрел на него парень. — Я так понимаю, вы не хотите рушить брак. Так может стоит за него побороться?

— Да хватит тебе уже чушь всякую нести! — повысил голос мужчина. — Не получится ничего. Такое не прощают. По крайней мере, не моя жена, — на эмоциях проговорил он.

Сопоставив всю информацию прошлой встречи и сегодняшнего дня, Чан догадался, что дело скорее всего в измене.

— А ведь у нас такие прекрасные дочки… — спустя несколько секунд проскулил кинокритик. — И как я им в глаза посмотрю теперь? Старшая ведь всё уже понимает.

— Оступиться каждый может… — попытался хоть что-то вставить Чан. — Главное, что вы осознаете ошибку и очень дорожите своей семьей.

— Да какой там оступиться? Хотя у меня тот вечер фестиваля, словно в тумане… так нажрался, что ничего толком не помню! Сам виноват! — поставив локти на столешницу, взялся он за волосы. — Заслужил всё это…

— Фестиваль? — зацепился Чан. — Это тот, который недавно проходил?

— Ну да… Там я и познакомился с какой-то молодой вертихвосткой. Сам не знаю, что на меня нашло… Вроде бы, и не планировал ничего подобного.

— Странно, — еле слышно пробормотал Чан. — А вы помните как её зовут?

— Конечно, помню. Точнее… узнал её имя уже после, когда поползли слухи о нас. А вместе с этим, с каждым новым слухом, и мои волосы начали седеть прямо на глазах. И вот угораздило же меня…

— Ага, — поддакнул Чан. — К сожалению, такое случается, когда ты слишком перегружен работой… А как звали ту женщину?

— А? — посмотрел на него кинокритик. — Актрису что ли эту?

— Ну да.

— Цои Кёнхи, — сморщившись, произнес На Ро Ги и снова посмотрел в стакан с таким выражением лица, словно собирался сплюнуть в него.

— Понял. Спасибо за беседу, — проговорил Чан и поднялся со своего места.

— Что? Уже уходишь? — усмехнувшись, снова заговорил кинокритик. — Даже не выпил ничего.

— Нет времени на это, — ответил Чан и направился на выход. — Надо бы поговорить с этой особой, — продолжил размышлять он буквально про себя. — Странно, что она начала распускать слухи. Иначе… как об этом вообще могла узнать общественность, учитывая, что На Ро Ги толком-то ничего и не помнит.

* * *

Ещё по дороге домой Чан уже знал, что собирается сделать в первую очередь. Возможно, Мун Хё На сможет помочь ему и рассказать немного об этой актрисе. А если нет, тогда ему придется самому узнавать всю необходимую информацию, но это будет уже завтра.

Зайдя в дом, он сбросил с себя верхнюю одежду и сразу же направился на второй этаж. Парень постучался в её комнату, но ответа не последовало.

— Спит что ли?

Сделав ещё несколько попыток, он тихонечко приоткрыл дверь и заглянул внутрь комнаты. Там оказалось пусто.

— Хм. Работает? — Задумчиво произнес он. — Да вроде бы не должна. Шоу на сезон отсняли уже, а до сериала рано… это я ведь разбираюсь с актером. Тогда что? Гуляет?

Чан почесал затылок и отправился вниз. Заварив себе чаю и разобравшись с некоторыми делами, он принялся сидеть в зале, смотря телевизор, и ждать возвращения актрисы.

Девушка пришла минут через сорок. Вместе с Шим Чихе. Они о чем-то весело болтали и даже не заметили парня.

— Хё На, ты ещё не собираешься спать? — обратился Чан к актрисе, когда она начала подниматься по лестнице.

— Нет, а что? Мы ещё с Шим собирались поболтать.

— Да я это… хотел у тебя кое-что спросить?

— Хм… — девушка задумалась и слегка сощурила глаза. — Срочно?

— Ну так. Желательно сегодня поговорить. Не обязательно прямо сейчас.

— Хорошо. Тогда подожди меня минут пятнадцать. Я скоро спущусь.

Парень продолжил смотреть телевизор, а чуть позже пошел повторно ставить чайник.

— Ты тут? — Произнесла Мун Хё На, спустившись вниз. — А вот ты где? Я думала, ты не дождался и ушел.

— Не. Я на кухню просто отошел. — Улыбнулся он. — Чай будешь?

— Давай. И печеньки тогда захвати. Я перед телевизором хочу посидеть. — Девушка села в кресла и взяла пульт в руки. — Так о чем ты хотел спросить меня? Только не говори, что тебе нужна помощь с девушками. — Усмехнулась она.

— Как бы нет. Не совсем. С чего ты вообще об этом подумала? — Удивленно проговорил он.

— Да так… не обращай внимания. Так в чем дело-то?

— Слушай, ты случайно не знаешь такую актрису Цои Кёнхи?

— Знаю. — Обыденно ответила Хё На. — А тебе зачем она?

— Надо разузнать о ней информацию для одного дела. Вот решил начать с тебя. — Честно ответил Чан.

— Надо же какое совпадение. — Посмеялась девушка. — А если бы я ничего не знала про неё?

— Ничего страшного. Я нашел бы другой источник информации.

— Понятно. Ну, так уж и быть. Помогу чем смогу. — Продолжала улыбаться актриса. — Но не за просто так. Где там мой чай?

— Вот. — Чан тоже улыбнулся и поставив две кружку на столик, сел в соседнее кресло. — Так что ты можешь о ней рассказать?

— Не сильно много. Да и рассказывать-то наверное особо нечего. Но одно я знаю точно. Вряд ли она чего-либо добьется в нашей профессии?

— Почему? — Уточнил парень.

— Потому что дурочка. Молодая дурочка. А ещё она не умеет держать язык за зубами. Именно поэтому с ней и не хотят связываться продюсеры. Слишком много от неё проблем. Даже если бы она выбивала себе роли через постель… об этом просто-напросто все будут знать уже на следующий день. А кому это нужно? Минус репутация на ровном месте. Кстати! — Неожиданно резко проговорил Хё На и задумалась, приложив палец к нижней губе. — Недавно же и был как раз подобный случай. Но там, кажется, был повязан один кинокритик.

— Эм… — напрягся Чан. — А можешь рассказать об этом поподробнее?

— Ну, я так-то многого не знаю. Только по слухам.

— Всё равно. Мне это поможет.

— Ну, короче, на недавнем кинофестивале, она пыталась охмурить какого-то важного мужика, который имеет влияние в этой сфере ну и весь вечер спаивала его.

— Хм. И что там дальше было?

— А ничего. — Посмеялась актриса. — Она переборщила и по итогу мужик просто мертвый был. Эта дурочка потом жаловалась, что у неё ничего не получилось, а ведь она очень рассчитывала на то, что это станет отправной точкой для её карьеры. Может премию хотела, или думала, что хорошую роль получит. Ну что-то в этом роде. Потому что в последнее время у неё слишком уж всё плохо. И как бы всем понятно почему… всем кроме неё. Но это ладно… В общем, она решила идти до последнего и просто наплела ему непонятно чего.

— Так. И? — Напряженно слушал Чан.

— Да фиг знает, что там дальше. Как я поняла мужик её нахрен послал. А она начала слухи распускать. Или может всё это было в другом порядке. Но факт остается фактом. Язык у неё без костей. Из-за него она и сама страдает и люди вот… попадают в неприятные ситуации. Короче никто с ней и не хочет иметь дел.

— Понял. Спасибо.

— Помогло что ли? — Удивленно проговорила Хё На.

— Очень.

— Странно. — Пожала она плечами. — Странными делами ты занимаешься, раз подобные сплетни тебе помогают…

— Ага. Я и сам в шоке. — Задумчиво пробормотал он, уставившись куда-то в стену.

* * *

Чиновник вышел из машины, припаркованной у школы, огляделся. Отметив отсутствие дорогих машин на парковке, он кивнул своим мыслям и направился к главному входу.

— Добрый день, Чхе Дон Гиль, — встретил его худощавый мужчина. — Меня зовут Юн.

— Профессор, я так понимаю, — кивнул ему чиновник.

— Совершенно верно. Веду в школе математику, — кивнул мужчина.

— Я думал, меня будет встречать директор, — удивленно произнес мужчина.

— Увы, он сегодня опоздает, — развел руками преподаватель и сделал приглашающий жест в здание.

— Скажите, профессор Юн. Как вы вообще тут оказались? — спросил Чхе Дон Гиль, спокойно идя вслед за ним.

— Вам вкратце или поподробнее?

— Вкратце.

Мужчина поджал губы и не оборачиваясь произнес:

— Если вкратце, то математика крайне… абстрактная наука, — произнес он, сложив руки за спиной. — Я не оставил свою научную деятельность. Я читаю лекции в нашем техническом университете, но есть один нюанс. Математики думают по-другому. Тех, кто в цифрах чувствует себя как рыба в воде, надо искать. Искать и взращивать в них настоящих математиков. И делать в университете это можно, но… У меня возник неподдельный интерес: сколько таких самородков, что я видел за годы преподавания в университете буквально одного или двух, остаются не найденными в школе?

— То есть вы тут… любопытства ради?

— Можно сказать и так.

— А почему именно эта школа?

Профессор обернулся, удивленно взглянул на чиновника и усмехнулся.

— Потому что тут больше платят, конечно!

Чхе Дон Гиль хмыкнул, кивнул и спросил:

— Надолго задержится директор?

— Думаю, он уже должен быть тут… Кстати, в зале все собрались.

Работник министерства вздохнул, понимая, что директор просто не захотел встречать чиновника, а затем произнес:

— Тогда, думаю, можно начинать.

Профессор Юн провел мужчину в зал и оставил у сцены. Чхе Дон Гиль оглядел зал полный учителей, а затем прошел к трибуне и прокашлялся. Зал заметно притих. Да, тут было всего порядка сорока человек, но это был полный педагогический состав школы Дайвегу, куда для кучности внесли библиотекаря и уборщиков.

— Уважаемые работники школы Дайвегу, — произнес чиновник, опустив взгляд на подготовленную речь. — Мы провели проверку по факту последнего среза знаний. И я могу сказать, что приятно удивлен успехами вашего преподавательского коллектива. Это действительно по-настоящему замечательный и удивительный результат. И в связи с этим я как представитель министерства был направлен к вам с поощрительной грамотой, заверенной самим Министром Образования!

Зал выдал порцию вялых аплодисментов и с краю поднялся Бём Сок. Под аплодисменты он прошел на сцену, где чиновник вручил ему грамоту и пожал руку.

— Мы искренне поздравляем многоуважаемого Бём Сока! — произнес Чхе Дон Гиль. — Поздравляем и гордимся, что в системе образования появился столь достойный человек!

Директор поклонился с натянутой улыбкой поблагодарил, а чиновник тем временем продолжил:

— Думаю, многие из вас слышали о грядущем увольнении многоуважаемого Бём Сока, и хочу вас заверить — это полная чушь!

Директор, до этого выглядевший слегка потерянным, взглянул на чиновника удивленно.

— Никто в здравом уме не будет разбрасываться кадрами, — произнес тот. — Бём Сок имеет уникальные таланты сплочать вокруг себя людей. Более того, он способен удивительным образом налаживать работу вне зависимости от обстоятельств.

Люди в зале притихли, совершенно не ожидая от чиновника подобного хода.

— Именно поэтому уже подписано распоряжении о его переводе в школу «Шонуко». Школу, где без его чуткого руководства и наставничества никак не обойтись!

Директор хлопнул глазами, глядя на Чхе Дон Гиль. По залу пошли шепотки.

— Шонуко? — послышался чей-то голос. — Где это вообще?

— Чуть ниже копчика… Да, да… в зад…

— Давайте же поздравим нашего Бём Сока с новым назначением и пожелаем ему удачи и новых успехов, ведь школа Шонуко имеет три разделенных корпуса, а занчит, что под управлением нашего Бём Сока будет по факту три школы!

Чиновник начал аплодировать, но делал он это в полной тишине. Все в зале быстро смекнули, что это не повышение.

Это ссылка.

* * *

Бём Сок собрал все свои вещи из ящика стола, сложил их стопкой в обычную коробку и ещё раз осмотрел свой кабинет грустным взглядом.

Он подошел к стене и зачем-то прочитал вслух одну из грамот, которая висела в его кабинете уже несколько лет.

— Награждается директор школы Дайвегу за вклад в развитие образования. Благодарность от Министерства образования. Хм…

После чего он смазанным взглядом пробежался по всем наградам и остановился на одной фотографии. Позапрошлый выпуск. На ней были изображены радостные учителя и он. Директор школы. В самом центре кадра. С натянутой улыбкой…

Однако он прекрасно помнил, что такое выражение лица у него получилось лишь потому, что он наоборот пытался сдержать эту улыбку, дабы не выглядеть слишком глупо.

— Да уж… тогда я ещё был полон энтузиазма…

Проговорил Бём Сок, тяжело вздохнул, а потом с грустной улыбкой на лице развернулся, взял коробку со своими вещами и направился на выход.

Перед его кабинетом собрались практически все учителя. Выражая своё уважение, они выстроились в две колонны вдоль стен и провожали директора печальными взглядами. Кто-то выражал слова поддержки. Кто-то благодарил за проведенные годы работы вместе. А кто-то искренне сопереживал, что от него решили избавиться таким беспардонным способом. Ведь все прекрасно понимали, что это явно не повышение. И даже не равнозначная должность…

Бём Сок шел с гордо поднятой головой и кивал людям в знак признательности. В конце коридора он остановился и посмотрел на завуча школы. Тот лишь поджал губы и похлопал его по плечу. А спустя мгновение всё же заговорил.

— Для меня было честью работать под вашим руководством. Я уверен, что мы сделали всё правильно.

— Наверное. — Отстраненно ответил Бём Сок.

— Спасибо вам, директор! — Раздался голос позади.

Он покивал головой и продолжил идти на выход. Подойдя к своей машине, на улице он заметил Хегая, который находился на парковке и видимо тоже решил проводить его.

— Ну что, Гису… — проговорил Бём Сок. Директор выглядел спокойным, но его взгляд говорил сам за себя. Он выражал обиду и печаль. — Не справился ты. Ну, ничего. Я знаю, что вы старались. Спасибо вам за поддержку. — Он попытался улыбнуться, но его нижняя губа дрогнула, из-за чего директор резко развернулся и принялся складывать вещи в машину.

— Директор. — Тихо, но достаточно уверенно проговорил Гису. — Ещё ничего не закончено. Если я сказал что сделаю. Значит сделаю.

— Да? Ну, хорошо… — хмыкнул он. — Тогда я буду ждать на своем месте. В школе Шонуко — Не оборачиваясь, ответил Бём Сок.

— Ваше место не там. А в школе Дайвегу! — Произнес Гису и отправился обратно.

* * *

Вон Хё вошел в дверь квартиры, устало оттянул галстук и тяжело вздохнул. Поставив дипломат с документами на небольшой шкафчик у входа, он разулся и усталой походкой прошел на кухню, где уже уже хлопотала супруга.

— Выглядишь усталым, — глянула она на него, помешивая суп. — Что-то случилось?

— Перебирали все бумаги по производствам алкоголя, — плюхнулся на стул мужчина. — Нашлась несостыковка на крупную сумму… крупную даже по нашим меркам. Вот и взялись все потрошить.

— А компьютеры?

— В том-то и дело, что в компьютерах все сходится, а на бумаге нет. Это уже третий раз.

— Это странно, — заметила супруга. — Может, дело в ошибках на бумаге?

— Или мозговитых хакерах, — заметил мужчина. — Не знаю, что будет дальше, но говорят, уже собирают рабочую группу по выяснению результата.

— Хочешь туда попасть? — хмыкнула женщина, покосившись на мужа.

— А я по-твоему ради удовольствия взялся перекапывать отчеты за прошлый квартал? — тяжело вздохнул Вон Хё и попытался сменить тему: — Как Сон Чу?

— Хорошо. Оценки на уровне. С того момента он не снижает планку, — ответила супруга.

— В этом я был уверен. Что у него в школе? Слышно что-нибудь?

— Ну-у-у-у… Он участвовал в волонтерском мероприятии. Убирали пляж. Я даже нашла газету с его фотографией и коротким интервью.

— Про школу Дайвегу и уборку пляжа я читал, — задумчиво произнес мужчина. — А вот фотографии Сон Чу не видел.

— Ну, я это нашла в женском журнале, — пожала плечами мать. — Вырезку сделала и еще один целый прикупила. На память.

Мужчина усмехнулся.

— А еще?

— Еще он вернулся к старому увлечению. Помнишь, он клеил модели?

— Да. Крайне кропотливая работа.

— Он успел уже приклеить все, что мы ему когда-то покупали, — заметила супруга. — Как думаешь, может стоит ему купить что-то новое? Он уже заканчивает с тем кораблем.

— А самолет?

— Самолет стоит у него на полке, — вздохнула женщина. — Ты бы заходил к нему иногда. Мне кажется, ему не хватает общения с тобой.

— Думаешь?

— Уверена. Если мне не хватает общения с тобой, то ему и подавно. А мы спим, между прочим, вместе. То, что ты иногда отвозишь его на учебу — не в счет.

— Я понял, — кивнул мужчина и устало поднялся. — Зайду поболтаю, как у него дела…

Мужчина прошелся по коридору и свернул в комнату суна.

Сон Чу Вон сидел за своим столом и с высунутым языком прижимал пинцетом деталь к паруснику.

Отец дождался, когда тот закончит, и с усмешкой произнес:

— Привет.

— А? Привет, пап! Как дела на работе?

— Как всегда — завал, — вздохнул он и прошел в комнату. Усевшись на кровать, он спросил: — Лучше расскажи, как у тебя дела.

— Ну, судя по тому, что я слышал — ты в курсе, что я немного начал участвовать в общественной жизни.

— Слух у тебя всегда был отменным, — хмыкнул отец.

— Ага, когда не в наушниках, — кивнул Сон Чу Вон. — А еще у меня заканчиваются модели.

— Можем съездить выбрать тебе что-нибудь, — предложил отец. — На выходных… следующих.

— Не обязательно, — улыбнулся парень, затем пару секунд подумал и произнес: — К тому же, я не хочу, чтобы вы мне покупали модель.

— М-м-м-м? В смысле?

— Я хочу на нее заработать.

Хё удивленно поднял брови, а затем произнес:

— Тебе не обязательно работать. Нам важно, чтобы ты хорошо учился, и мы можем себе позволить твои модельки.

— Дело не в моделях. И не в нашем достатке, хоть я и немного смущаюсь в школе, но смысл не в этом.

— А в чем?

— Я хочу… я хочу, чтобы на эту модельку я заработал.

Мужчина несколько секунд обдумывал слова сына, а затем произнес:

— И на какую работу ты хочешь устроиться?

— Ну, поначалу я думал устроиться официантом или курьером, но… — тут парень взглянул на отца. — Этому надо учиться. Устраиваться в какую-нибудь второсортную кафешку я не хочу. А в серьезное заведение меня не возьмут. Тоже самое и с курьером. Нужны права на мопед, да и город надо знать на зубок.

— Согласен. И что же ты решил?

— Если это временное явление, то может быть я попробую устроиться на кухню? Без разницы куда. Буду мыть посуду, помогать в готовке.

— Деньги не большие, а труд тяжелый, — вздохнул отец.

— Да, но учиться не надо, — кивнул парень. — Я не думаю, что это повлияет на мою учебу. Если будет влиять, и я буду замечать, что проседаю — брошу, но мне хочется попробовать, пап. Зарабатывать на свои увлечения самому.

— Хорошо, — вздохнул отец. — Тут я с тобой согласен. Опыт — важная штука.

— Спасибо, пап, — кивнул парень.

Мужчина поднялся и перед выходом из комнаты произнес:

— Дай знать, куда устроишься. Я буду приглядывать.

— Хорошо, — кивнул парень.

Как только отец вышел из комнаты, парень взял пинцет и следующую деталь. Уже собираясь макнуть ее в клей, парень замер от звука жужжащего телефона.

Сон Чу Во прекрасно помнил, что отключил все уведомления на телефоне, за исключением одного чатика в мессенджере — «Надуй щеки».

Парень тут же отложил все дела, открыл ящик стола и вытащил оттуда смартфон. Разблокировав его, он зашел в чат и тут же включил новое видео.

На нем, на фоне серой стены стоял мрачный Гису.

— Здравствуйте, единомышленники. Приветствую вас и несу тяжелую новость. Нашего директора, не смотря на все наши усилия, все же у нас забрали.

Парень задумчиво смотрел в камеру и выждав пару секунд продолжил:

— Вы прекрасно знаете, как я отношусь к директору. Человек это, по сути своей, не плохой. Да, у нас были разногласия, но мы смогли донести нашу точку зрения и доказать право на ее существование. С ним можно было работать, можно было жить, а теперь у нас его забирают.

Гису слегка приподнял голову, расправил плечи и произнес:

— Можно спокойно развести руками. Можно сделать вид, что мы сделали все, что могли, но… Я не из тех, кто привык сдаваться. Знаю, многие испугаются, кто-то откажется участвовать в этом, но я… — тут Хегай слегка улыбнулся. — Я объявляю войну. Войну тем, кто решил, что может на нас давить. Войну тем, кто решил, что лучше знает как нам жить.

Гису взял повязку с надписью «Война» и повязал на голову. Переведя свой взгляд снова на камеру, он выждал буквально секунду, а потом проговорил:

— Первая операция под кодовым названием «Партизан» началась!

Глава 16

Дверь в кафе открылась и на пороге, несмотря на утро, показалась толпа школьников. Они бегло осмотрели пустое заведение и сместились в угол. Парень с девушкой направился к кассе, чтобы заказать что-нибудь, но от группы отделился еще один парень и попытался пройти вглубь заведения.

— Вы куда? — преградил ему дорогу широкоплечий мужчина.

— Мне нужно поговорить с менеджером, — пояснил тот. — Или кто тут у вас управляет.

Работник в фартуке с опаской оглядел парня, затем хмыкнул и произнес:

— Мы не сетевики. У нас менеджер и есть хозяин.

— Понимаю, тогда можно с ним поговорить?

— Пошли, — нехотя кивнул, судя по форме повар, и направился вглубь.

Дойдя до двери без таблички, он постучался и заглянул внутрь.

— Господин Хасигава? Вас тут школьник какой-то требует…

— Школьник? — послышался звук откатывающегося стула, а затем из небольшого, почти крохотного кабинета показался довольно бодрый старичок. — Чем могу быть полезен, молодой человек?

— Здравствуйте, — слегка поклонился школьник. — Меня зовут Сон Чу Вон. Можем мы поговорить наедине?

— Да, конечно, — кивнул старичок и слегка отошел в сторону, пропуская парня внутрь. Заметив целую толпу школьников, человек на двадцать, он удивленно оглянулся на парня, что уже вошел в кабинет, и прикрыв дверь, спросил:

— Может объясните, что делают школьники в это время в нашем заведении? Я понимаю, у нас действительно вкусная курица и как минимум три оригинальных соуса, но не думаю, что это будет хорошим оправданием вашего прогула.

— К сожалению, не могу вам рассказать подробностей, но мы действительно одноклассники. И я хотел бы у вас спросить: сколько у вас выручка в день, господин Хасигава?

Мужчина удивленно поднял брови и спросил:

— К чему вы задаете такие вопросы?

— Это не праздное любопытство, — ответил парень. — Мне нужно это для правильного формирования взаимных интересов.

Мужчина еще раз оглядел парня с ног до головы и произнес:

— Давайте не будем называть цифр, — хмыкнул он. — Что вы хотите?

— Мы хотим учиться. У вас, в кафе, — спокойно произнес Сон Чу Вон. — И для этого хотим у вас… арендовать несколько столиков, чтобы разместиться. Думаю, четырех нам будет достаточно. Однако вопрос с арендой…

— Почему здесь? Зачем это?

Парень недовольно поджал губы, а после произнес:

— В результате необдуманных действий некоторых чиновников, заниматься в кафе нам стало намного удобнее, чем заниматься этим же в школе. Ну, и курица у вас замечательная. А ваш соус «Небесная мята» — просто бесподобен.

Хозяин заведения удивленно поднял брови, затем кашлянул.

— А у вас отлично подвешен язык. Для вашего возраста — просто замечательно.

— Спасибо, — кивнул Сон Чу Вон.

— Но вы, я так понимаю, хотите, чтобы я вам разрешил занимать столы в моем заведении, так?

— Совершенно верно, — кивнул школьник. — Но не просто так. Нам не хотелось бы выглядеть нахлебниками. Поэтому я предлагаю компенсировать наше присутствие. Мы будем приходить в девять, когда основной поток уже будет на работе и у вас будет достаточно места. Уходить мы будем в три часа дня, как раз ближе к ужину, когда народ потянется с работы. Предлагаю не замечать нашего времяпровождения, а мы, в свою очередь, будем делать заказы на половину суммы, которая у вас обычно выходит за это время.

— Не шибко большая сумма, — уклончиво ответил Хагигава.

— Вы не учитываете репутацию заведения, которую мы создадим, постоянно занимая место. Это будет создавать… искусственный ажиотаж. По крайней мере, в дневное время.

Хозяин заведения задумчиво хмыкнул и спросил:

— Как долго будет продолжаться ваше… обучение вне школы?

— Мы надеемся, что в худшем варианте это займет пару недель. Не больше, — спокойно ответил Сон Чу Вон. Он готовил эту речь несколько часов и сейчас откровенно нервничал, несмотря на то, что внешне он держался уверенно и по-деловому. — Так как? Вы согласны или нам поискать другое место?

Хакигава тяжело вздохнул и произнес:

— Питаться одной курицей вредно для здоровья. Я скажу, чтобы для вас подготовили салаты.

* * *

— Удивил ты меня, — улыбнувшись, произнесла Мун Хё На.

Пак сперва на это ничего не ответил, просто пожав плечами, но потом всё же решил заговорить:

— Так я же тебя предупреждал, что умею пользоваться европейскими столовыми приборами. Да и правила этикета в меня вдалбливали с самого детства.

— Хм. А зачем? Ты, вроде бы, просто школьник, но иногда в тебе проглядываются такие манеры, словно… — проговорила актриса и задумалась. — Нет, ты не подумай… это на самом деле очень круто, но… просто подобное редкость даже среди чеболей в нашей стране. Так что… я просто не ожидала. Даже завидно в какой-то степени.

— Ну… это же от воспитания и родителей зависит. А у меня отец… в общем, он всегда был приверженцем подобного воспитания.

— Понятно. Хотя с другой стороны, я могла бы и догадаться, — усмехнулась девушка. — Но это не отменяет того факта, что я всё равно потащила бы тебя в этот ресторан.

— В смысле? — уставился на неё Пак.

— А я просто хотела сюда сходить, ещё давно. А тут такая возможность. Вот и решила совместить приятное с полезным. Понимаешь?

— А-а… кажется, понимаю, — протянул Йонг. — Получается, у меня всё равно не было шанса отвертеться.

— Ага, — усмехнулась девушка. — Но ты всё равно молодец. Приятно удивил. Если тебя ещё немного поднатаскать, как с девушками общаться, тогда у тебя точно никаких проблем с противоположным полом не возникнет, — подмигнула ему актриса.

— Хм. Спасибо.

— Куда пойдем? Как смотришь на то, чтобы снова немного пройтись пешком. Можно даже опять вдоль набережной погулять.

— В целом, я не против, — улыбнулся Йонг. — Погода хорошая. Набережная как раз нам по пути ведь, правильно?

— Ага.

Какое-то время они просто шли молча. Но это не была неловкая тишина, от которой становится не по себе. Это была та тишина, которую не хотелось лишний раз нарушать, чтобы не спугнуть атмосферу легкости и спокойствия. Хё На с Йонгом любовались закатом и водной гладью.

Спустя минут пять они остановились, и Мун Хё На заговорила:

— Давай посидим здесь. Я не хочу торопиться.

— Давай, — ответил Пак и уселся на ближайшую свободную скамейку.

— Вот, блин… — спустя несколько минут, нахмурившись, произнесла Мун Хё На.

— Что такое? — встрепенулся Пак, но ответа он не дождался.

Зато проследив за взглядом девушки, он увидел нескольких парней, которые косо поглядывали на них и о чем-то переговаривались.

«Её знакомые что ли?» — пронеслось у него в голове. — «Правда, выглядят они как типичные бандиты… Чего им нужно от неё?».

И в этот же момент двое из парней уверенным шагом направились в их сторону. Так как рядом больше никого из людей не было, сомнений не оставалось, они направляются именно к ним.

Актриса слегка стушевалась. А Так, заметив её настрой, встал со скамейки и перекрыл дорогу парням. Те в свою очередь нахмурились и недовольно что-то пробурчали.

Хё На тоже поднялась и, видимо, собиралась вмешаться, но Йонг отодвинул её рукой себе за спину и сурово произнес:

— Я сам разберусь.

— Погоди, — заговорила Хё На. — Ты… заступаешься за меня?

— Ну да, — обернувшись и взглянув на девушку, удивленно ответил Пак. — А что в этом такого? У этих парней больно уж настырные взгляды! Я подумал, возможно, это кто-то из твоего прошлого, кого ты не желала видеть.

— Нет, — хохотнула Хё На. — Подозреваю, что это просто фанаты. А ты уже драться собрался, — актриса приложила руку ко рту и еле сдерживала смех.

— Госпожа Мун Хё На, — один из парней посмотрел на неё и поклонился. Второй в это время враждебно разглядывал Пака. — Позвольте сфотографироваться с вами!

— Да конечно.

— Ой… — произнес Пак, и слегка покраснев, отодвинулся немного в сторону.

* * *

По улице, что пару часов назад была крайне оживленной, шли четыре человека. Плечом к плечу. В центре, держа руки в карманах, шел Гису. Справа Юми и Чан. Слева — Пак.

— По-моему, глупая затея, — произнес Йонг, шагая в ногу с Гису. — Придут ученики или нет — какая разница? За учебу ведь оплачено.

— По факту — да, — кивнул Гису. — А по уму — ученики массово игнорируют и бойкотируют школу. Что директор будет делать?

— Попытается связаться с родителями, — подал голос Чан. — Надавить, выяснить ситуацию.

— Ну, нет, — хмыкнул Гису. — Он если на такое решиться, то не сразу.

— Это еще почему?

— Потому что тут же родителям будет высказано все, что ученики думают о новом директоре. А дети ведь не простые… Понимаешь, к чему это приведет?

— То, что его либо сместят, либо он будет на нашей стороне? — предположила Юми.

— Да, а отсюда будет наш следующий ход, — кивнул Гису. — Мы снова выйдем на чиновника и попытаемся выйти на мировую. Он возвращает Бём Сока, мы возвращаемся в школу.

— А его каким образом это должно волновать? Дело сделано, а там хоть трава не расти, — задумчиво произнес Пак.

— Тогда уже мы будем играть грязно и утроим журналистские расследования, — пожал плечами Гису. — Почему это ученики одной из престижнейших школ бойкотируют занятия? Директора отобрали? А кто и почему? Про него даже в газетах писали, а сейчас он у черта на куличках.

— А сразу это сделать нельзя было? — хмыкнула Юми.

— Мы пытались решить вопрос собственными усилиями. Без грязи, предупреждая этого чиновника. Теперь пришло время говорить с позиции силы. По-другому, он не поймет, — вздохнул Гису. — И хорошо бы обойтись без скандала и привлечения родителей.

— Почему? Это ведь проще, — спросил Пак.

— Потому что это будет победа родителей и их влияния, а не наша. Да и скандал в газетах про нашу школу — так себе идея.

Ребята покивали головой, а Гису достал телефон и взглянул на карту.

— Так… Первая точка тут.

Он подошел к двери и вошел в заведение, название которого откровенно намекало, что тут подают курицу.

Парень молча взглянул на четыре больших стола, за которыми собрались ребята. Они обложились учебниками, тетрадками и шепотом обсуждали какую-то задачу.

Гису в сопровождении ЮЧП прошел к стойку заказов.

— Лимонад. В бутылке, — произнес он, ложа деньги на прилавок.

Взяв бутылку, он обернулся и заметил Сон Чу Вона, который встал и подошел к ним.

— Физика. Все по программе. Вполне сносно идем, но очень отвлекают запахи, — признался парень.

— Вы ничего не заказывали? — удивленно спросил Чан.

— Нет. Решили, что это будет призом за старания. Сейчас физика, потом история. На сегодня это все. После — каждый закажет то, что хочет.

— Мудро, — кивнул Гису, пожал руку парню и направился к выходу.

Заметив, как на нем скрестились взгляды всех школьников, он молча приложил палец к носу. Те повторили за ним это движение.

* * *

— Здравствуйте, господин Чан… Ан… — помедлив, произнесла девушка.

Радостная улыбка с лица молодой актрисы очень быстро сползла и теперь она смотрела на парня с неким недоумением.

Чтобы встретиться с той самой актрисой, которая была замешана в непонятных отношениях с кинокритиком, Чан представился ей агентом, который ищет на женскую роль молодую актрису.

Девушка обрадовалась, что было слышно даже через телефон, и с удовольствием согласилась с ним на встречу. Но теперь, увидев перед собой слишком молодого парня, она смутилась.

В этот момент до актрисы начало доходить, почему встреча была назначена в кофейне, а не в каком-нибудь офисе. Да и в целом, почему именно этот район, а не бизнес-центр.

— Добрый день, госпожа Цои Кёнхи. Мы с вами разговаривали по телефону. Присаживайтесь.

— Рада знакомству, — ответила девушка и села за столик. — Так вы-ы-ы… господин Чан Ан?

— Да, всё верно. Я представляю фирму Ебашикаши Сукотот. У меня к вам деловой разговор.

— В смысле предложение? — усмехнувшись одним уголком рта, уточнила она.

— Не совсем так. Мы действительно ищем актрису, но здесь есть один маленький нюанс.

— Это какой?

— О вас ходят довольно интересные слухи. Понимаете?

— Нет, не понимаю, — скрестив руки на груди, ответила Кёнхи. — Вы для этого меня пригласили?

— Хм, — Чан хмыкнул и сделал вид, словно ищет какую-то информацию в своем блокноте. На самом деле там было решение математической задачи, которую им задавали неделю назад. — Дело в том, что я сперва связался с вами, а потом до меня дошел странный слух. Но всё же я решил лично встретиться, чтобы опровергнуть это или же наоборот подтвердить. На самом деле меня не сильно беспокоит подобное, но всё же хотелось бы знать, на что мы подписываемся. Так как репутация дело такое… сами понимаете, её можно лишиться в два счета.

— Ну да. Но кому-то её сперва следует заработать, — хмыкнула девушка, слегка задрав подбородок.

— Намекаете на то, что мы неизвестная компания?

— Я и прямо могу сказать.

— А зря. Мы очень перспективны. Да и сериал, к съемкам которого мы сейчас подготавливаемся, уже имеет неплохой, я бы даже сказал, звёздный состав.

Цои Кёнхи сузила глаза, внимательно посмотрела на парня и решила ничего не отвечать. Спустя несколько секунд она снова задала вопрос.

— О чем конкретно вы хотели со мной поговорить? Какие слухи вас беспокоят?

— Касательно ситуации с господином На Ро Ги. Вы же помните его? Вы познакомились с ним на фестивале две недели назад.

— Хм. Помню, конечно, — сглотнув, произнесла актриса. — Но всё, что я говорила… точнее о чем сейчас люди говорят. Всё это правда. Поэтому, думаю, вам и так всё уже известно, и мне нечего больше добавить.

— То есть… вы с ним переспали? — напрямую спросил Чан.

— Н-ну… он сам… — Цои Кёнхи принялась чесать предплечье и опустила свой взгляд вниз.

— Как так вышло? Можно узнать? Насколько мне известно, у него есть любящая семья. Просто странно.

— А чего тут странного⁈ — резко всполошилась девушка. — Он захотел воспользоваться ситуацией. А потом начал всё отрицать!

— Странно, потому что сам он ничего этого не помнит, — проговорил Чан и замолчал. Он выждал некоторое время, наблюдая за реакцией девушки, после чего продолжил. — И теперь у меня будет к вам один очень странный вопрос. Но поймите правильно, — Ан снова помедлил. — А вы сами уверены, что у вас с ним что-то было в ту ночь? Быть может, вы тоже случайно всё напутали? — глядя прямо в глаза девушке, произнес Чан и продолжил пристально сверлить её взглядом.

— Н-ну, конечно, я уверена. Зачем мне врать было?

— Не знаю зачем. Причины разные бывают.

— Стоп! Вы сейчас обвиняете меня во лжи⁈ — Кёнхи подскочила, пытаясь подняться, но у неё не получилось, так как за столиком было слишком мало места.

— Успокойтесь, — тихо проговорил Чан. — Как я и сказал, я пришел к вам с предложением. Но мне хотелось бы знать правду.

— Зачем вам это вообще нужно? — стиснув зубы, произнесла она. — И что за беспардонные вопросы? Вы такой же подлец, как и На Ро Ги!

— Уверены? Или может быть это вы рушите семью на ровном месте?

— Чего?

— Вы в курсе, что у него намечается развод после вашей выдуманной истории. А всё ради чего? — Чан уже начал говорить открыто. Но он видел реакцию актрисы и понимал, что попал точно в цель. — Ради какой-то незначительной премии? Думаете, это поможет вам выровнять вашу карьеру? Придаст значимости? Нисколько… как я и сказал в самом начале нашего разговора, репутации можно лишиться одним необдуманным поступком.

— Всё ясно! — Кёнхи начала подниматься. — Вы решили, что сможете вытянуть из меня информацию, и ради этого назначили встречу? Как же это низко! Господи Чан Ан! Или вас зовут не так? В принципе ожидаемо…

— Это моё настоящее имя, — спокойно ответил он. — Это правда. Как и то, что мы снимаем сериал.

— Да неужели⁈ И состав, наверное, звездный, так? — не скрывая иронии проговорила девушка.

— Ну да. Мун Хе На в главной роли. А мужская роль занята Чжу Чи Шоном, — Чан немного приврал. Точнее он просто слегка поторопился с событиями. Но если у них всё получится, то актер действительно должен будет играть в их сериале.

Зато когда Кёнхи услышала эти имена, она невольно сглотнула и удивленно посмотрела на парня, пытаясь понять: врет ли он или нет?

— И что? Если главная роль занята, зачем тогда я? — произнесла девушка, продолжая стоять.

— Роль второго плана тоже неплохая. Тем более это прекрасная возможность проявить себя для своей будущей карьеры. С чего-то же нужно начинать. А у вас, как я понимаю, сейчас большие проблемы.

— И? Что вы от меня хотите?

— Хочу услышать правду. Это первое. Дальше будем отталкиваться от этого.

Цои Кёнхи раздула ноздри, тяжело вздохнула, после чего, опустив голову, снова села за стол.

— Хорошо. На самом деле между нами ничего не было. Я… просто я… хотела… я думала, что мне это поможет.

— Ну да, — хмыкнул Чан и криво усмехнулся. — Но зачем надо было заходить так далеко? Распускать слухи и настаивать на этом?

— А это не я! — тут же встрепенулась актриса. — Это всё гребанная Дончиха со своей заносчивостью! Я сначала просто хотела похвастаться перед ней. А потом… потом уже было поздно. Из-за неё мне пришлось врать до конца.

— Что за глупости? — удивился Чан.

— А никакие это не глупости! Я… изначально я сказала, что влиятельный мужчина положил на меня глаз. Ну и потом я напросилась к нему в номер. Как после этого я могла сказать, что ничего не было⁈

— Всё равно не понимаю… — маска спокойствия спала с лица Чана. Он был искренне удивлен и даже рассержен. — У человека семья рушится. А ты… просто решила похвастаться?

— Да я даже не знала… семья не семья. Меня это не интересовало. Сначала я думала только о своей карьере. А потом уже… как-то всё само закрутилось, — начала откровенничать девушка. Её щеки тут же раскраснелись, а взгляд буквально не поднимался со столешницы.

— После твоей лжи всё стало только хуже, в том числе и для тебя.

— Да. Я знаю, — тихо прошептала девушка. — Я совершила ошибку.

— Не хочешь её исправить?

— Ну… а как?

— Просто рассказать правду.

— Общественности?

— Для начала На Ро Ги, чтобы он сохранил свою семью. А уж потом вместе с ним решите, как лучше поступить.

— Н-но… я не думаю, что это хорошая идея. Он, наверное, и близко не подпустит меня.

— Возможно. Но тут я что-нибудь придумаю, — произнес Чан. — Однако правду необходимо рассказать. Особенно его жене.

— Хорошо. Я согласна, — не поднимая головы, ответила Кёнхи. — А можно спросить, господин Чан Ан?

— Что?

— А роль в вашем сериале… вы не врали про нее?

— Ну как сказать… я ничего не врал. Но не обещал, что тебе достанется эта роль. Для начала нужно исправить свои ошибки. А потом…

— Может быть, хотя бы что-то третьего плана найдется для меня? — пискнула девушка.

— Может быть. Посмотрим, — ответил парень и поднялся из-за стола. — Но перед этим тебе предстоит тяжелый разговор. И тут я могу посоветовать лишь одно.

— Что? — в этот момент актриса впервые за долгое время подняла голову и посмотрела в глаза Чану.

— Надуй щеки! Должно помочь.

Глава 17

— Библиотека? — произнесла Юми. — Пожалуй, самый простой, но при этом самый рациональный вариант. Здесь ученики действительно могут заняться учебой.

— Согласен, — кивнул Чан. — Но при всём желании вся наша школа не поместилась бы в библиотеках.

— Если не брать во внимание библиотеку Старфилд, то наверное, — вмешался Гису. — Хотя дело не в этом. Есть что-то такое… неописуемое. Когда ты сидишь и учишься в кафешке. Или даже где-то на улице, не важно. Главное, что все заняты общим делом. И каждый чувствует ответственность за это дело. Таким образом, вполне возможно, что успеваемость даже в таких условиях будет не хуже, а может и лучше, чем просто на занятиях в школе.

— Хм. Вроде бы и да… — начал рассуждать Пак. — Но всё же не совсем понятно. Почему так происходит.

— Если бы учителя могли бы так мотивировать учеников. Если бы просто были способны заинтересовать их учебой, конечно же, общий бал вырос бы до небес. Но как правило учиться — это скучно.

— Ну да. — Кивнул Пак. — Сейчас многие это воспринимают как какое-то сплоченное действие вместе. Задание… Как игру. Как войну в конце концов. Поэтому люди горят этой идеей.

— Поэтому занятия можно проводить где угодно.

— Так-то оно так. — Заговорил Чан. — Но что-то мне подсказывает, что средний балл всё равно очень сильно упадет. А что будет, если мы дойдем до среза знаний? Как мы контрольные сдавать будем?

— Мне кажется до этого не дойдет. — Ответил Гису.

— Почему?

— Нынешний директор сделает свой ход. Иначе на срезе ему может очень больно прилететь.

— Хм. И что? Мы просто будем ждать этого? — Недоверчиво уточнила Юми.

— Нет, конечно. Мы нанесем упреждающий удар.

— Это как? Что именно мы сделаем?

— Пока рано об этом говорить. — Улыбнулся Гису и зашел в библиотеку.

Внутри его встретили полная тишина и староста класса. Все ученики сидели за столами и молча изучали учебный материал. Чан осмотрелся и удивленно хмыкнул.

— Ого… действительно учатся… И здесь тоже.

— Ну да. — Ответил староста и глянул на Гису. — К нам кстати профессор Юн недавно заходил. Преподавал сложный материал.

— О как. — Ответил Гису. — Вы его сами позвали? Иначе как бы он нашел вас.

— Да. Сами. А он с радостью согласился. Сказал, что удивлен нашей тягой к знаниям, несмотря на обстоятельства.

— Ага. Похвально. — Довольно покивал Гису. — Надо бы и остальным передать вашу идею. Это может помочь. Только наглеть тоже не надо. Думаю, учителя, те кто согласятся, могут приходить и преподавать только самый сложный материал.

— Ну, да. Я тоже так подумал. — Согласился староста.

— Хорошо. Тогда не будем вас отвлекать. — Произнёс Гису.

Хегай развернулся и молча направился к выходу, на ходу взглянув на учеников. Те смотрели на него. Поднеся палец к носу, он с улыбкой взглянул на то как ребята повторяют его жест, а затем кивнул и вышел.

* * *

Не думал я, что подобная ситуация когда-нибудь произойдет. Но… как показала жизнь — всякое бывает.

Я прямо сейчас сижу в нашем классном кабинете, в школе Дайвегу, и для меня индивидуально проводят занятие по физике.

И, откровенно говоря, учитель выглядит крайне недовольным. Только вот мне не понятно, что больше его раздражает? Что на уроки никто кроме меня больше не пришел? Или то, что я вообще пришел, и ему теперь пришлось проводить урок? Или, может быть, он именно меня невзлюбил? А кого-нибудь другого он был бы рад видеть. Наверное, всё вместе…

— Господин Хегай… — проскрипел учитель Шивон. — Вы внимательно меня слушаете? А то, как вы могли заметить, вы тут единственный ученик. И очень странно, если единственный ученик будет отвлекаться… не понятно на что!

— Да-да, учитель. Я очень внимательно слушаю. — Почему-то именно в этот момент мне очень сильно захотелось посмеяться. Но я, к счастью, смог сдержать этот позыв и, стиснув зубы, продолжил сидеть не шелохнувшись.

— Надеюсь на это. — Буркнул Шивон и продолжил что-то писать на доске.

Не знаю из-за чего именно. То ли из-за того, что Шивон постоянно спрашивал и отвлекался на меня, то ли из-за того, мне самому нельзя было отвлекаться, так как учитель сразу это видел, а мысли мои были совсем о другом. Но по итогу урок тянулся невероятно долго. Это тот самый случай, когда ты, проработав в поте лица три часа, смотришь на время и узнаешь, что прошло только пятнадцать минут. В общем, крайняя степень возмущения…

Когда наконец-то прозвенел звонок, я вышел в пустые коридоры и невольно улыбнулся.

— Прикольно. — Произнес я и направился к лестнице. — В столовую что ли зайти? Когда я ещё с таким столкнусь?

На лестничном проеме я совершенно случайно встретился с ещё одним учеником. Возможно, это был единственный школьник, который сейчас присутствовал здесь помимо меня. И он делал это вынуждено.

— О, Гису! А ты что тут делаешь? — Искренне удивился Куанг. Именно его мать всё это и затеяла с директором. И она стояла во главе родительского комитета. И чтобы не вызывать никаких подозрений раньше времени, было принято такое решение относительно Куанга.

— Привет. Дела у меня здесь. Сегодня пришлось посетить уроки. — Усмехнулся я.

— Понял. Блин, я думал, что единственный ученик, как и до этого. Как же сложно сидеть так на уроках… — начала жаловаться он.

— Понимаю. Теперь понимаю. — Усмехнулся я. — Слушай. Мне надо кое-что проверить. Пока ещё есть такая возможно. Поэтому ты давай крепись. Деваться некуда. Если что после уроков поговорим. Хорошо?

— Идет. — Ответил он и расстроенно поджал губы. Парню явно не хватало общения.

Я направился дальше, разглядывая пустые коридоры. Остановился возле окна и посмотрел на задний двор, где не так давно стояла башня из монет. Тогда совет ЮЧП интересно придумали с ней.

— Хм. Может действительно заставить чиновника построить башню? Да не-е… это будет слишком жестко…

Пройдя дальше, я остановился напротив кабинета директора. Там сейчас находился новый директор школы и оттуда доносился недовольный голос. Судя по тому, что это был монолог и на вопросы директора никто не отвечал, он разговаривал по телефону. Ну либо у него крыша поехала, но до этого ещё рановато…

— А я что? А мне что прикажете делать⁈ Да вы понимаете, что в школу просто никто не приходит⁈ Да! Учеников нет! А я откуда знаю⁈ Их спросите! Просто пусто… никого. Совсем! Один только ходит! Рано или поздно это вскроется. Я не могу подобное долго скрывать. Да…

В этот момент в кабинете возникла тишина. По всей видимости, директор слушал чьи-то указания. А спустя несколько минут, он снова продолжил говорить, но в его голосе уже слышалось гораздо меньше паники. Хотя нотки мольбы и отчаяния присутствовали.

— Да? А это сработает? Н-ну, ладно… Надо будет действовать жестко. Иначе… Да вы правы, родителям не стоит пока что знать. Только после того, как мы подготовимся. Понял. Сделаю!

В этот момент я прошел дальше, чтобы случайно ни с кем здесь не столкнуться.

В целом, всё ожидаемо. Директор не собирается просто так сдаваться и выставлять себя виноватым. Вместо этого он наоборот пойдет в атаку.

Но что он предпримет?

Этого я не знаю. Но мне и не нужно.

Я буду действовать согласно намеченного плана. А значит, мне следует ударить на упреждение. Но бить я буду наверняка… С самого верху!

Ведь война только начинается…

* * *

Ко Ри подошел к кассе и поставил свою корзину. Достав из нее не хитрый готовый ужин и бутылку соджу, он молча кивнул уже знакомому продавцу. Тот так же молча кивнул, отбил продукты и принял оплату.

Мужчина собрал покупки в пакет, спокойно прошел к выходу.

Так усталой походкой он двинул по улице, на ходу достав пачку сигарет и думая. Думая о прошедшей смене, мужчина закурил и сморщился от понимания, что завтра все снова повторится.

— Надо было слушать маму и учиться, — с усталым вздохом произнес он.

Мужчина затянулся, покачал головой и задумчиво взглянул на пакет у себя в руках, где грело душу наличие бутылки соджу. несколько секунд подумав, он огляделся и задумчиво произнес:

— Надо бы найти место потише… А то как-то неудобно.

Кивнув своим мыслям, он сменил привычный маршрут и свернул в узкую улочку. Пройдя несколько десятков метров, он свернул и достал бутылку. Искренне стесняясь того, что в начале дня он прикладывается к бутылке, он оглянулся по сторонам, открутил крышку и сделал несколько глубоких глотков.

Отпрянув от бутылки, он сморщился, закрыл лицо рукавом, шумно втянул носом воздух, а после закрыл бутылку и снова спрятал в пакет. После этого он спокойно вышел из проулка и пошел дальше уже по другому пути.

— Ну… — произнес он на ходу, сразу повеселев. — Все не так уж плохо…

Ко Ри не был высококлассным специалистом и являлся обычным рабочим на заводе. Однако смены в ночь его сильно выбивали из колеи. Мужчина хоть и был холост, без детей, но денег все равно хватало впритык. Поэтому самые дорогие смены в ночь его сильно выручали.

— Еще бы платили нормально, — с тяжелым вздохом произнес он.

Мужчина по дороге домой свернул еще раз и приложился к бутылке, поэтому, проходя мимо парочки дорогих невысоких домов, не сразу обратил внимание на двух парней, что шумно что-то рисовали на асфальте, прямо на дороге.

— Ей, мелочь! — крикнул он им. — Вы хоть за машинами следите!

Парочка оторвалась от своего занятия и удивленно уставилась на него.

— Чего глазами хлопаете⁈ Не видете — это дорога! А если машина не заметит и переедет⁈

Мужчина подошел к ним и, наконец, заметил, что они заняты вовсе не рисованием.

— Это что? — спросил он, обнаружив под ногами не цветочки, солнышко или на худой конец ругательства, а строчки с цифрами.

— Дискриминант, — пожал плечами один из мальчишек.

Ко Ри огляделся и понял, что асфальт покрыт примерами, причем некоторые выглядели даже для него, закончившего школу, сложными.

— Вы… чего тут делаете?

— Так, классную работу, — ответил второй и потер нос рукой, отчего на нем осталось белое пятно.

— А чего не в школе? У вас же уроки должны быть.

Ребята переглянулись.

— А у нас карантин! — тут же придумал первый. — В школе директор слабоумием заболел.

Ко Ри усмехнулся, поглядывая на двух ребятишек и произнес:

— Карантин, как же… И что? Заразно?

— До-о-о-о! — закивали ребята, делая большие глаза, явно переигрывая. — Очень!

Работяга тихо рассмеялся, а затем произнес:

— А чего не в тетрадке? На бумаге, за столом удобнее же.

— Скучно, — буркнул один из ребят. — А так веселее. Мы на скорость делаем. Кто быстрее.

— Учеба — это всегда скучно и сложно, — вздохнул Ко Ри. — Не бывает, чтобы весело…

— А это кому как, дядь, — с улыбкой произнес парнишка с мелом на носу. — Нам весело. Как представим людей, что это увидят, и лица их — весело. Вон, у вас тоже лицо озадаченное было. Классно ведь!

Работяга задумчиво поджал губы, потянулся было к пакету, но одернул себя.

— Ладно, дело ваше. Но с дороги уйдите, — указал он на тротуар на той стороне и замер. Пешеходная дорожка уже была покрыта примерами.

— Там места нет, — шмыгнул носом парень с белым пятном. — Кончилось.

Мужчина почесал щетину, а затем произнес:

— А на стенах не пробовали?

— С земли дождь смоет. Со стен тоже, но видно будет долго, — ответил первый. — Не хочется сильно гадить.

Работяга усмехнулся, а затем произнес:

— Знаете, на чем еще можно писать? Для этого даже мел не нужен.

— На чем? — хором, с подозрением спросили мальчишки.

— На грязных машинах, — ответил он, подмигнул и пошел дальше, махнув ребятам на прощание.

* * *

— А она точно здесь остановилась? — обратилась Цои Кёнхи к Чану.

Они поднялись на лифте на двенадцатый этаж гостиницы и встали напротив номера двенадцать, двадцать четыре.

— Точно, — буркнул Чан и уставился на точно такую же дверь, как и все остальные, словно ожидал там что-то ещё увидеть.

— Мне вот даже интересно, как тебе это удалось, — перейдя на шепот, произнесла актриса. — Ну, как ты узнал, где она остановилась? Даже номер точный выявил.

— Честно говоря, было не сильно сложно. Интернет, телефонная книга, пару звонков… Человек… — тут Чан задумался, а спустя несколько секунд продолжил говорить. — Человек, который как бы мой наставник, и не такое проделывал.

— Да? Заинтриговал. Что это за человек такой…

— Ага. Если бы ты знала, какие вещи он проворачивает, то сейчас бы не удивлялась. Но для этого в данный момент нет времени. Перед нами другая задача. Надеюсь, ты подготовилась.

— Я? — округлила глаза девушка. — Нет. А как… а что я должна была сделать? И почему я?

— А кто? Ты думаешь, я буду говорить за тебя? Ты наворотила дел, тебе и расхлёбывать, — еле заметно улыбнулся Чан, а потом буквально про себя добавил: — Блин, кажется, я теперь понимаю Гису. Что он чувствует, когда нагружает меня.

— Чего?

— Да нет, ничего. Это я так. Ну что, готова?

— Нет, — сглотнув, ответила актриса.

— Отлично, — произнес Чан, мимолетно надул щеки, а потом постучался в дверь номера.

Изнутри послышался какой-то шорох, но дверь никто не открывал. Тогда парень повторил стук более настойчиво и продолжил ждать:

— Может, нет никого? — переступив с ноги на ногу, произнесла Кёнхи.

— Ты же слышишь, что есть, — Чан видел, что девушка нервничает и переживает, что в принципе логично. Но он не мог позволить всё испортить из-за какой-то неуверенности в самый последний момент. — Не переживай. Я помогу тебе и сам начну разговор.

— Да? Ну… ладно, — неуверенно произнесла она. — Спасибо.

— Ага.

В этот момент дверь наконец-то открылась, и перед ними появилась взрослая женщина в белом халате со слегка опухшим лицом. Она с недоумением посмотрела на двух молодых людей, потом привстав на носочки, попыталась заглянуть им за спины, словно там ещё кто-то должен был стоять. А потом, задрав брови, зачем-то посмотрела назад.

— Здравствуйте. А вы к кому? — начала говорить женщина. — Вы, наверное, ошиблись.

— Нет, не ошиблись, — серьезно ответил Чан. — На Коха, прошу прощения за беспокойство, — в этот момент парень поклонился, и косо посмотрев, дождался, когда Цои Кёнхи последует его примеру. — Мы здесь ради того, чтобы восстановить справедливость.

— Чего? — непонимающе проговорила женщина, находящаяся внутри номера. Она чуть выглянула в коридор и осмотрелась по сторонам. — Это розыгрыш какой-то? Извините, но у меня нет на это ни времени, ни желания.

— Нет, не розыгрыш. Постойте и послушайте. Это очень важно! — продолжил Чан. — Тут со мной одна глупая дурочка. И она хотела бы вам кое-что сказать. Уделите, пожалуйста, несколько минут.

— Чего? — повторила женщина по имени Коха.

— Эй! — возмутилась Кёнхи, поняв, что Чан её только что назвал дурочкой. — Я вообще-то тут рядом стою. И всё слышу.

— Я знаю, — невозмутимо ответил парень.

— Класс! Спасибо за помощь! — буркнула девушка и поджала губы.

— Можешь начинать, — произнес Ан.

— Прямо здесь?

Чан пожал плечами и посмотрел на женщину. Та нахмурилась, и сощурив глаза, заговорила:

— Вы не отстанете от меня, если я вас не выслушаю?

— Не-а, — покачал головой парень. — Но это не займет много времени.

— Ладно. Проходите в номер. Чего на пороге стоять…

— Спасибо.

Оказавшись в просторном номере, Коха указала им на диван, а сама села рядом в кресло.

— Так и о чем вы хотели поговорить? И откуда знаете меня? — начала говорить женщина.

— Ну… мы… — прочистив горло, попыталась заговорить Кёнхи. — Эм…

— Это касается вашего мужа и… его любовницы, — произнес Чан и замолчал.

Глаза женщины тут же полыхнули огнем, и она встрепенулась, чтобы подняться с кресла.

— Подождите.

— Вы журналисты⁈ Пошли вон отсюда! — прокричала она и указала рукой на дверь.

— Нет, вы не поняли, — спокойно произнес Чан. — Эта девушка — якобы любовница вашего мужа, — он кивнул головой в сторону актрисы. — Её зовут Цои Кёнхи.

— Что?.. — сухо произнесла Коха. — Да как вам наглости хватило… Убирайтесь… — тихо, но находясь на грани, проговорила она.

— Погодите… — начал Чан.

— Просто убирайтесь!

— Я не спала с вашим мужем! — резко вставила Кёнхи.

— Что? Как вы смеете врать мне прямо в лицо⁈ Это он вас подговорил? Боже… какая же жалкая попытка, — на глаза женщины начали накатываться слезы. Но она стиснула зубы и попыталась сдержать этот порыв слабости. — Я сказала, убирайтесь! Я не хочу ни видеть, ни слышать… ничего, что касается этого подлеца!

— Это правда, — проговорила актриса. — Я… я выдумала эту историю… — она сделала паузу и глубочайший вдох, после чего шумно выдохнула и продолжила: — Не знаю, зачем… думала, мне это чем-то поможет для карьеры. Но я ошиблась. А ваш муж… он тогда был просто слишком пьян, чтобы хоть что-то понимать. Но у нас ничего не было.

— Что? Это бред…

— Нет. Ну, то есть… это действительно звучит как бред, — начала запинаться Кёнхи от волнения. — Но это правда.

— Я не верю! — настаивала на своём Коха. — Глупая и бесполезная попытка… Ро… пал ещё ниже в моих глазах.

— Да. Жизнь иногда бьёт очень больно. В такие моменты, кажется, что море чувств пересохло, а от былой пылкой страсти остались лишь угли… даже зола, — заговорил Чан. — Но… знаете, что я понял? Даже я за свою короткую жизнь смог уловить эту суть… за своё счастье надо бороться. Огонь снова можно распалить. Море вновь наполнить. Пусть по капле. Пусть это будет не сразу. Но по-другому и не бывает. Однако к этому придется приложить усилия.

— Для чего вы всё это мне говорите⁈ — сквозь зубы прошипела Коха.

— Хм, — Чан слабо улыбнулся и с толикой печали взглянул на женщину. — Я хочу сказать, что строить счастье сложно. А счастливая жизнь это всегда тяжело. У вас хорошая семья. Любящий муж. Жизнерадостные дети. Но прямо сейчас всё это рушится. Только вот… вы видели своего мужа? Его состояние? Я видел. И знаю, о чем говорю. Он искренне жалеет. Он убит горем. Он не хочет терять свою семью. Вы спросили меня, для чего я это всё говорю. Я отвечу, — Чан выждал некоторое время, продолжая смотреть в глаза женщине. — Даже если бы ваш муж действительно совершил бы эту чудовищную ошибку. Я бы вам сказал, что это плохо, это очень тяжело, может быть, это даже неправильно с вашей стороны, но я бы посоветовал простить его.

— Что?.. — сухо произнесла Коха.

— Даже если бы это было правдой. Дело не в поступке. А в его отношении к этому. К сожалению, такое случается. И не всегда… но иногда после подобных испытаний семья лишь крепнет, словно закаляется. И люди понимают цену того самого счастья. Это всегда тяжело. Но иногда надо давать второй шанс.

Лицо женщины искривилось, и на нем появилась горькая усмешка. Она хотела было что-то сказать, но вместо этого грустно покачала головой.

— Не все его заслуживают. Второго шанса. Но конкретно ваш муж не хотел ничего подобного. Он слишком наивен. И им воспользовались.

Женщина сглотнула и перевела взгляд на актрису, которая в свою очередь всё это время смотрела вниз, не поднимая головы.

— Ну и напоследок скажу, что ваш муж не знает, что мы здесь, — продолжил говорить Чан. — Скажу даже больше. Он вообще ничего не знает о нас и об этой ситуации. Он уверен в своей вине… ведь мы ему ничего не сказали и в первую очередь решили пойти к вам.

— А вы… — слегка растерялась Коха. — Вы вообще кто такие?

— Я просто человек, — улыбнулся Чан. — А ещё… я представляю того, кто решает самые разные вопросы и проблемы любой сложности. И так уж получилось, что наши интересы пересеклись. Я узнал правду об этой ситуации и решил поведать её вам. В подобное может быть сложно поверить. Но всё это правда. Скажи что-нибудь! — парень обратился к актрисе и потряс её за плечо.

— Всё это — правда, — не поднимая головы, произнесла Кёнхи. — Я готова пройти какие-нибудь ДНК тесты, если такие существуют… или… ну, там… детектор лжи, — она помедлила, после чего подняла заплаканные глаза и посмотрела на женщину. — Простите меня! Пожалуйста…

— Наверное, у вас есть ещё вопросы… — произнес Чан, глядя на Коху. — Можете поговорить с ней, — кивнул он на молодую актрису. — А потом… нам предстоит ещё одно дело.

* * *

— А откуда ты знал, что его не окажется дома? — проговорила Коха, обращаясь к Чану.

Они приехали к ним в дом, но На Ро Ги там не застали. После того, как женщина поговорила с актрисой и окончательно убедилась в том, что её муж просто балбес, но не изменщик, она обрадовалась и сама начала собираться, чтобы поскорее отправиться домой.

Однако Чан сразу предупредил её, что она, скорее всего, не застанет своего мужа дома.

— Я, конечно, не был уверен, но… — начал отвечать Чан. — Как я и сказал до этого, я видел вашего мужа. Видел его отчаяние. Поэтому и предположил, что он будет пить.

— Поняла, — нахмурилась женщина. — Спасибо, что… спасибо за помощь, Чан.

— Я рад, что мне удалось помочь, — улыбнулся парень. — Пойдемте. Кажется, я знаю, где искать вашего мужа.

Спустя минут двадцать они добрались до того самого бара, где Чан уже пересекался с На Ро Ги. И он оказался там же. За той же самой барной стойкой, всё так же напиваясь. Чан попросил Коху вместе с актрисой подождать его на улице.

Он сел на соседнее сиденье и внимательно посмотрел на кинокритика.

— Опять ты? — тот заметил его взгляд и недовольно скривился. — Проваливай.

— Значит, ещё не успел напиться, раз узнал меня, — улыбнулся Чан.

— Тебе какое дело, пьян я или нет?

— Мне всё равно, — спокойно ответил парень, — А вот ваша жена может оказаться недовольна.

— Чего⁈ Слышь… парень. Ты палку-то не перегибай! А то я ведь человек добрый, но и у меня терпение может закончиться!

— Не кипятитесь, — Чан примирительно выставил руки вперед и снова улыбнулся. — Дело в том, что на улице вас ждет ваша жена.

— Чего? — лицо кинокритика вытянулось, а сам он словно бы протрезвел… окончательно. — Врешь, гаденыш! На больное место давишь?

— Да нет же. Я серьезно. Но там и Кёнхи тоже. Если что… это я так. Решил вас предупредить.

— Кто? — не понял он.

— Ну та самая актриса, с которой вы якобы переспали на кинофестивале. Но! Погоди-те. Выслушайте! — Чан увидел, как поменялся в лице На Ро Ги, и сработал на опережение. — На самом деле у вас с ней ничего не было.

— В смысле? — тут же растерялся он. Подобное заявление просто выбило мужчину из колеи, и он молча замер с раскрытым ртом. — Это как?

— Дело в том, что после вашего рассказа некоторые вещи мне сразу же показались странными. Например, то, что вы и сами-то толком ничего не помнили. Но были точно уверены в измене. В общем, я нашел девушку и заставил рассказать всю правду. В подробностях. Она призналась, что просто пыталась шантажировать вас.

— Чего-о-о⁈ — поднялся с места На Ро Ги. — Ты сейчас не шутишь⁈ Так эта чертовка… прибью!

— Тише-тише, — попытался успокоить его Чан. — Лучше подумайте о том, что ваша жена ждет вас на улице. Вы сохраните свой брак. Свою семью… Разве не это сейчас главное.

— Ты… ты прав, — мужчина сглотнул и начал учащенно дышать. — Где Коха? Мне надо её увидеть? Это правда?

— Да. Она прямо на улице.

На Ро Ги быстрым шагом направился на выход, и как только он оказался на улице, тут же раздался выкрик.

— Любимая! Я так рад тебя видеть. Ай! За что⁈

— За мои слезы! Кабель несостоявшийся! — раздался яростный ответ.

А когда Чан вышел из заведения, он застал картину, как два взрослых человека обнимаются. Женщина всхлипывала. А мужчина гладил её по волосам, спине и что-то шептал на ухо.

— Ну вот, — улыбнулся Чан и заговорил после того, как к нему подошла Кёнхи. — Сделали хорошее дело.

— Странный ты. Тебе-то это зачем надо было? — произнесла девушка. — Нет, конечно, ты молодец. Но… просто странно. Кто в наше время делает хорошие дела и радуется этому?

— Во-первых, — начала говорить Чан. — Такие люди есть. А во-вторых, я это делал не просто так, но если бы у меня была возможность просто помочь людям. Почему бы и нет? — пожал он плечами.

— Хм. Ну не знаю. Но теперь у меня другой вопрос.

— М? Слушаю.

— Зачем я здесь? Если у них и так всё хорошо. Честно говоря, я бы не хотела лишний раз видеться с На Ро Ги.

— Боишься? Стыдно? Понимаю, — улыбнулся Чан. — Но ты обязана извиниться перед ним.

— Эх… — вздохнула актриса. — Ладно. Согласна… наверное, так будет правильно. Но у меня ещё один вопрос.

— Какой? — уточнил Чан.

— Я же буду сниматься в вашем сериале? Ты же не обманул меня? Чан…

— Посмотрим, — парень пожал плечами. — Погоди пока здесь. Мне ещё предстоит переговорить с На Ро Ги. А потом и по тебе решим.

* * *

Мун Хё На надвинула кепку и спокойно пошла по торговому центру, искренне надеясь на то, что ее никто не узнает.

Пройдя мимо бутиков, магазинов бытовой техники и большого отдела с красивыми сладостями, она вышла к небольшому фонтану. Усевшись на скамейку, она вытянула ноги и начала разглядывать людей.

Парочки, что шли за руку, родители с детьми.

Девушка разглядывала всех, просто сидя и наблюдая за ними. Вот девушка улыбается парню, что-то обсуждает с ним, но постоянно косится на бутик, где на витрине манекен с дорогущей сумочкой. Чуть в стороне девочка упирается и не хочет идти с матерью. Еще немного и она разревется прямо тут. А у входа не торопясь шла пожилая парочка.

Сморщенный дедулечка выставил локоть, чтобы за него держалась старушка. Они шли, о чем-то тихо переговариваясь, но взгляды их были не на магазинах, а на обстановке. Они смотрели на стеклянный потолок, на колонны, что подпирали его. На лестницы и фонтан. Старушка показывала ему пальцем на лавочку, что-то говорила. Старичок с улыбкой мотал головой, и они шли дальше.

«Наверное, уговаривала передохнуть», — подумала Мун Хё На и нахмурилась от ощущения зависти.

Немного посидев с этой мыслью, девушка удивленно поняла для себя, что завидует такой старости.

Тут ее взгляд снова вернулся к входу, и она удивленно приподняла брови, обнаружив там молодого парня с девушкой под руку. Они шли, о чем-то весело разговаривая, а потом направились к магазину со сладостями.

Мун Хё На не обратила бы на них внимания, если бы не тот факт. что парня она знала. Это был ее бывший парень, с которым они встречались до того, как она решила сделать карьеру актрисы.

Девушка проследила за парочкой взглядом, затем поднялась и спокойно пошла за ними.

Сама не зная зачем, девушка пристроилась рядом, через стеллаж с шоколадными конфетами, и молча слушала рассуждения парочки о имени для будущего ребенка.

Пока они это все обсуждали, девушка бессмысленно брала в руки шоколадки, вертела их и ложила на место. А когда ее бывший со своей девушкой наконец выбрали покупки и двинулись к кассе, она прошла мимо и остановила свой взгляд на его пальцах.

Там было кольцо.

Мун Хё На вышла из магазина первой, вернулась на лавочку и снова уставилась на вход, задумчиво смотря на входящих людей.

Настроение вконец испортилось.

Излюбленное занятие актрисы в свободное время перестало приносить удовольствие.

Может быть, из-за недовольства чужим счастьем, а может быть, из-за обнажившегося одиночества.

Динь-дилинь!

От звонка телефона она вздрогнула. Вытащив его, она удивленно обнаружила контакт Йонг.

— Слушаю, — произнесла она, приняв вызов.

— Я пытаюсь составить планы на сегодня, — произнес голос в трубке. — Тренировка будет или отложим?

Девушка несколько секунд обдумывала, после чего произнесла:

— Если выдашь оригинальную идею — да.

Молчание в трубке затянулось на несколько секунд, после чего Пак ответил:

— Прогулочный катер. Сегодня вечером. Огни, река, уединение.

— Молодец. Хороший выбор, — спокойно ответила она.

— Мне надо готовиться? — спросил Пак. — Цветы и прочее?

— Смотри сам, — вздохнула девушка. — Посмотрим, что у тебя получиться.

— Понял. Восемь, я заеду на такси, — ответил Йонг.

— Буду ждать, — ответила Мун Хё На, хмуро наблюдая спину бывшего и его супруги.

* * *

Йонг вышел из машины, обошел ее и открыл дверь для Мун Хё На.

Та вышла с букетом и с улыбкой произнесла:

— Цветы — это приятно, — с легкой улыбкой произнесла актриса. — Но это точно не первое свидание.

— Ну, у нас ведь не первая тренировка, — пожал плечами Пак. — Вот я и подумал, что это может быть уместным.

Актриса поднесла к лицу букет, втянула носом аромат и кивнула.

— Будем считать это небольшой лестью с твой стороны.

— Хорошо, — хохотнул Йонг и приглашающим жестом указал на причал. — Судно нас ожидает.

Девушка взглянула на небольшой прогулочный катер и с подозрением посмотрела на Пака.

— Ты это потянешь? Катер небольшой, билеты дорогие скорее всего.

— Сэкономил со школьных обедов, — хмыкнул Йонг. — Сейчас не сезон. Слишком холодно, поэтому у них скидки. Да и время точно не ходовое.

— Зря. Ночью город очень красив, — вздохнула Мун Хё На.

Парочка прошла на катер, уселась в мягкие кресла на корме и прикрылась выданными специально для таких гостей пледами.

— Блин, это потрясающе, — вздохнула актриса, когда катер отчалил.

— Ты про прогулку?

— Скорее про сервис. Пледы, открытый воздух…

— Обещали горячий чай еще, — задумчиво произнес Пак, оглядев катер. Мест было не больше двадцати, и на нем были только они. Рассказывать, что он выкупил все места на катере, парень не стал.

— Вот это было бы просто замечательно, — кивнула Мун Хё На.

Разговор утих, и оба спутника уставились на окружающие их пейзажи ночного города. С фонарями, со светом фар, подсветкой мостов. Так продолжалось минут десять, пока им не принесли две толстостенные кружки с горячим напитком.

— Ты сегодня какая-то странная, — нарушил тишину Пак и пригубил обжигающего, горячего чая, который исходил паром.

— Почему ты так решил?

— Молчишь, мало улыбаешься. Даже с цветами я, признаться, ожидал более бурной реакции.

Девушка грустно улыбнулась, покосилась на букет, что лежал рядом, а затем произнесла:

— Букет прекрасный. Ощущение, что его собирал настоящий флорист. И по цвету, и по аромату — выше всяких похвал.

— Знакомый увлекается флористикой, — кивнул Пак, не став вдаваться в подробности, откуда и сколько стоил букет.

— Передай твоему знакомому благодарность. А по поводу настроения… Есть над чем задуматься.

— Проблемы? — уточнил парень, грея руки о горячую кружку.

Девушка вздохнула, покосившись на мост и мотнула головой.

— Скажем так, это не проблема, а сложность.

— Расскажешь? — спросил Йонг. — Не навязываюсь, но если проблему произнести вслух, то это половина ее решения.

Мун хё На задумчиво пригубила чай, затем поджала губы и с грустью начала рассказывать:

— Еще до того, как я начала по-серьезному заниматься актерской деятельностью, мне очень… Мы встречались с парнем. Он мне очень нравился, и я ему тоже. Он грезил семьей, детьми… А я…

Девушка умолкла, и Пак продолжил за нее:

— А ты грезила сценой, славой и ролями в популярных фильмах.

— Да. Грезила и более того — добивалась. Не сказать, что это было просто. Сложностей хватало, но я шла к своей мечте и…

— Ты с ним рассталась?

— Да. Скажем так, это было обоюдно. Я чувствовала, что он меня тормозит, он понимал, что я никогда не буду его, если я на сцене. В общем, разошлись.

— А сейчас что случилось?

— Я увидела его в торговом центре с другой. Сама не знаю, что на меня нашло, но я пошла за ними и подслушала, что у них будет ребенок. А еще у него и нее обручальные кольца на пальцах.

— Вот как… — поджал губы Пак. — Ты почувствовала ревность?

— Нет, — спустя пару секунд ответила Мун Хё На. — Я долго думала об этом и поняла, что это была не ревность.

— А что тогда?

— Зависть, Йонг… Это была зависть.

Девушка умолкла, пригубила чая и подняла взгляд на подсвеченный мост, что проплывал над их головой.

— Понимаешь… Я звезда. Меня узнают на улицах, фотографируются. Мое лицо многие называют эталоном красоты. Я неоднократно читала и слышала вживую, как мою фигуру называют идеальной. Но при этом у него уже дети, семья, а я…?

Пак молча рассматривал девушку и не спешил ее перебивать, прекрасно понимая, что ей надо выговориться. Мун Хё На же тяжело вздохнула и умолкла, провожая взглядом удаляющийся мост.

Наконец, она перевела взгляд на спутника и спросила:

— Сколько стоит счастье, Йонг? Как думаешь?

Пак тяжело вздохнул, глядя на девушку и произнес:

— Не правильно ставишь вопрос.

— В смысле?

— Сколько и кому надо заплатить, чтобы почувствовать себя счастливым? Примерно так.

Мун Хё На грустно улыбнулась.

— Столько труда… столько нервов положено на то, чтобы сделать карьеру и стать звездой… Для чего все это?

— Я так полагаю, что для денег и ощущения собственной значимости.

— Так сколько денег надо, чтобы почувствовать, что ты добился. Есть где-то точка, когда можно выдохнуть, остановиться и произнести: «У меня получилось!»?

Пак промолчал. Девушка тоже умолкла и перевела взгляд на ярко освещенную улицу.

— Если остановишься — все пойдет коту под хвост, — задумчиво произнес Йонг.

— Знаю. Поэтому и грущу, что не понимаю, куда и зачем двигаюсь.

Снова повисла пауза. Минуты три и он, и она смотрели на проплывающие улицы и приближающийся очередной мост, после чего Пак вздохнул и произнес:

— Меня всю жизнь готовили. Готовили, чтобы я принял семейное дело, — начал он, разглядывая мост. — Этикет, образование, учеба. Все распланировано. Когда, куда, зачем. Спорт, вкусы, стиль одежды, еда. Все было регламентировано.

— Заставляли?

— Не помню, чтобы меня заставляли, — мотнул головой Пак. — Просто оно как-то само… Нет, не так. Я никогда не думал, что может быть по-другому. Я считал это нормой.

Мун Хё На взглянула на Йонга. Тот хмыкнул и произнес:

— Когда тебе говорят, что ты лучший, что ты самый самый на протяжении всего детства, у тебя волей или нет складывается впечатление, что ты действительно особенный. Но есть нюанс… — парень пригубил горячего чая и продолжил: — У тебя две руки, две ноги и одна голова, которой надо думать, а не складывать в нее еду.

— Обычно такие люди становятся избалованными сынками… — пожала плечами Мун Хё На. — Как ты этого избежал?

— Пока сам не понимаю, но… как-то вышло, — пожал плечами парень. — В какой-то момент произошло… Нет. В какой-то момент произошел Гису Хегай. И все перевернулось с ног на голову.

— Знакомая история, — тихо произнесла актриса.

— И вдруг все, что в меня вбивали… Как-то…

— Потеряло смысл?

— Нет. Оказалось совершенно не тем, чем мне казалось до этого, — грустно улыбнулся Йонг. — И чем дальше, тем все сильнее меняется то, что я считал нормой. Я начал себе задавать очень неудобные вопросы, на которые у меня нет ответа.

— Например? — подняла одну бровь Мун Хё На.

— А что я люблю? Допустим, из еды. Я пробовал все кухни мира, но какое блюдо я люблю? Не то, что самое дорогое, или блюдо, что нахваливают гурманы. Что я сам люблю? Что мне нравится?

Мун Хё На несколько секунд молчала, после чего спросила:

— И какое блюдо ты любишь?

Пак грустно улыбнулся и произнес:

— Пока я пришел только к тому, что я вообще еду не люблю. Мне нужно, чтобы блюдо было питательным, сбалансированным и полезным. Вкус не так важен…

Тяжело вздохнув, парень поднял голову к проплывающему над ними мосту и произнес:

— Я так долго жил «как надо», что теперь не знаю как жить «как хочу».

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Надуй щеки! Том 5

Content

Надуй щеки! Том 5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Nota bene