Жечь мосты и грабить корованы

Пролог

Чтобы выигрывать, прежде всего нужно играть.

Альберт Эйнштейн

Мир изменился.

Я чувствую это в воздухе.

Чувств…

Пропустить!

Испокон веков все расы враждовали друг с другом, но никогда прежде война не была такой разрушительной…

Пропустить!

Драконы нагрянули неожиданно. Огромные создания не делали разницы между людьми, эльфами…

Пропустить!

Тогда король Срединных Земель объявил…

Пропустить!

Кто знает, возможно, именно вам…

Пропустить!

«Хватит трепаться, дайте графон заценить!»

Так начинается великое приключение, которое…

Пропустить!

На экране наконец-то возникло окно создания персонажа. Виталик вытянул перед собой руки с переплетёнными пальцами, звучно хрустнул суставами.

«Посмотрим, что намутили хвалёные разработчики на сей раз», — с предвкушением подумал заядлый геймер. Чуть ранее он начитался просто уйму восторженных отзывов про эту игру, в которой всеми неигровыми персонажами управляла специально обученная нейросеть Ломоносов 3.0. Если комментаторы были правы хотя бы наполовину, его ожидало невероятное приключение!

Выберите пол вашего персонажа:

Мужчина — в мире Воюющих Королевств мужчины и женщины…

«Ну ясен красен, играть будем за мужика, что тут думать? Хорошо хоть, всего два пола в игре — молодцы отечественные разработчики, не прогнулись под загнивающий Запад с их десятками гендеров. Уважуха».

Выберите расу персонажа:

Люди — одна из самых многочисленных и успешных рас Воюющих Королевств. Проживают в центральной и западной части континента на берегу Бесконечного океана. Находятся в состоянии непрерывной войны с населяющей океан подводной цивилизацией…

«Борьба с морскими чудищами — это, конечно, хорошо, но людишки — самая банальная раса. Неинтересно за них играть, смотрим дальше».

Эльфы — считаются древнейшим видом разумных существ. Их история насчитывает сотни тысяч лет, на руинах эльфийских цивилизаций выросли многие современные королевства людей, гномов и недоросликов. В настоящее время владения темнокожих эльфов сосредоточены на жарком юге континента, где старшая раса сражается за своё выживание с ящерами…

«Так, стоп. Чего-чего, чернокожие эльфы? Решили сто полов не плодить, так за счёт эльфов-негров перед Западом прогнуться?! Фу, такую расу испортили! Дальше».

Орки — суровая раса зеленокожих созданий. Обладают мощным телосложением и характерными клыками, выглядывающими из-под нижней губы. Орки не сумели самоорганизоваться в полноценное государство, поэтому до сих пор живут небольшими общинами на севере континента. Из-за суровых природных условий у орков практически не развито земледелие, племена зеленокожих заняты преимущественно охотой и собирательством. Отчаянно сражаются за крайне ограниченные ресурсы с расой проклятых людей-оборотней, которых эльфы ещё в незапамятные времена сослали в северные пустоши за Великое Предательство.

Персонажи этой расы получают бонусы к силе и телосложению, но расплачиваются за это штрафами к очкам интеллекта и обаяния.

«Во, то что надо! Люблю орков. А интеллект и обаяние в играх всё равно не решают. Если у игрока мозгов нет, то и у персонажа не будет, хоть на максимум интеллект выстави».

Выберите класс персонажа:

Воин — экипированный в тяжёлые доспехи профессиональный боец. Может использовать все виды оружия и брони, доступные в игре. Один из лучших классов для ближнего боя, но весьма уязвим против магии. Рекомендуем этот класс, если вы новичок в ролевых компьютерных играх.

«Пф-ф-ф! Это я-то новичок? Да я в РПГ стал играть раньше, чем таблицу умножения выучил! Впрочем, я ведь так до конца эту долбанную таблицу не выучил… Дальше».

«Так, бла-бла-бла, маги, воры, рыцари, лучники, барды, священники, друиды, монахи — понапихали, как обычно, в игру кучу классов, а с балансом, скорее всего, всё отвратно. О! Вот это звучит интересно:»

Варвар — класс, доступный лишь оркам. Неуютно чувствует себя в латах, предпочитая тем грубые шкуры, кожаные доспехи и кольчуги. Умеет использовать оружие из следующего списка: копья, топоры, дубины, булавы, молоты, кинжалы, ятаганы, пращи и луки — при использовании остальных видов вооружения получает большие минусы к навыкам фехтования. При низком уровне здоровья впадает в ярость варвара, временно увеличивая количество очков жизни, силу и ловкость. В состоянии ярости персонаж неуязвим для большинства вражеских заклинаний, но, когда эффект завершается, варвар на долгое время получает существенный штраф ко всем характеристикам и фактически теряет боеспособность.

«Настоящим орк должен быть варваром. Это канон. Возьму в каждую руку по топору и пойду рубить всех в капусту!»

Распределите очки между характеристиками:

Сила…

«Всё как обычно: сила, ловкость, телосложение, интеллект, воля, обаяние. Разве что мудрость в волю переименовали, в остальном полностью с DD характеристики скоммуниздили. Нечего долго титьки здесь мять. Силу и телосложение ставим на максимум, интеллект, волю и обаяние делаем по минимуму, ну и ловкость, насколько хватит, прокачиваем. Дальше что?»

Внимание! При интеллекте -1 ваш персонаж не сможет грамотно излагать свои мысли. Рекомендуем перераспределить характеристики более сбалансированным образом. Вы уверены, что хотите всё оставить как есть?

«Как будто снова в школу попал. Да никому не сдался этот ваш интеллект! Дальше погнали».

Внимание! При обаянии -1 ваш персонаж…

«Дальше!»

Выберите оружие, на владении которым специализируется ваш персонаж:

Копья…

«Какие в баню копья? Орк должен быть либо с топором, либо с дубиной или ятаганом — всё остальное в топку. Вкладываем все очки в топоры и удары сразу с двух рук».

Настройте внешний вид персонажа.

«Ну-ка, ну-ка…»

На этом шаге Виталик застрял надолго. Редактор позволял лепить 3D-модель из тысячи разных деталей, здесь менялось практически всё — от формы мочек уха до объёма отдельных мышечных групп. Каждую часть тела будущего героя можно было увеличить и проработать, пока та не примет идеальную форму. Да, здесь было над чем покорпеть, это вам не всякую ерунду про расы, классы и характеристики изучать!

Через три часа Виталик наконец удовлетворённо осмотрел получившегося здоровенного орка и нажал кнопку «Дальше».

Придумайте имя для своего персонажа.

«Хм, орк Виталик звучит, конечно, неплохо, но как-то не слишком эпично. Какие ещё есть орочьи имена…»

Заядлый геймер посмотрел на часы — шёл третий час ночи, следовало ускориться, чтобы успеть поиграть и хотя бы немного вздремнуть перед проклятой работой. Ладно, пусть будет, как обычно, Виталя. Некогда оригинальное что-то выдумывать.

Создание персонажа почти что завершено! Перед вами сводная таблица со всеми данными нового героя, вы можете проверить и изменить…

«Некогда мне проверками заниматься. Давай, погнали уже!»

Появился экран загрузки локации. На фоне картинки с эпической битвой виднелся игровой совет, но Виталику было не до него. Быстренько сбегав по малой нужде, он сразу нажал на пробел, чтобы начать приключение.

Только что созданный персонаж сидел в клетке, погруженной на телегу, вместе с каким-то человеком в лохмотьях.

— Ты очнулся? Говорят, мы уже прибыли в Срединные Земли. Нас выпустят, это точно! — ощерил гнилые зубы в ухмылке его сосед по клетке.

Было не очень понятно, что происходит, поэтому Виталик выбрал один из предложенных вариантов для продолжения диалога:

— Куда моя ехать? — сформулировано немного коряво, но в целом не так уж и страшен этот ваш отрицательный интеллект.

Бомжеватого вида человечек постучал по виску:

— Сильно, видать, тебя по котелку вчера стукнули! Ты чего, орчара, последние мозги растерял? Забыл, куда нас везут? Во даёт… Своё имя-то помнишь хотя бы?

Снова появилось меню с вариантами для ответа, и на сей раз выбор был очевиден.

— Моя есть Виталя! — взревел мощный орк, после чего врезал человеку по слишком наглого вида морде.

Прокачанная на максимум сила проявила себя в первом же столкновении. Грубиян был повержен всего с одного удара! Виталя принялся обыскивать обмякшее тело в поисках полезных вещей. Увы, ничего ценного у валяющейся под ногами тушки не оказалось.

Зато Виталик в полной мере оценил физику игрового движка, активно пиная тело по клетке. Суставы человечка болтались и изгибались, чётко вписываясь в ограниченное пространство меж прутьев. Даже лохмотья на поверженном спутнике понемногу приобретали всё более удручающий вид — молодцы разработчики, даже такую мелочь продумали.

Лишь вдоволь попинав человека, Виталя стал осматривать окружающий пейзаж.

Телега, перевозившая его клетку, неспешно ехала по узкой просёлочной дороге, по обеим сторонам от которой рос густой лес.

Виталик намётанным глазом геймера оценил прорисовку колышущейся под ветром травы, детализированные вплоть до иголочки или листика деревца, лёгкие воздушные облака и медленно ползущее по небосводу солнце. Обратил внимание на две заметные колеи от колёс, следы от копыт, лёгкую дорожную пыль. Прутья клетки отбрасывали весьма правдоподобные тени.

«Ладно, пока ничё вроде так, поиграем ещё пару часиков».

Передняя стенка клети была сколочена из толстых досок, обозреть что-либо впереди можно было только сквозь маленькое зарешеченное оконце. Виталя не мог толком рассмотреть сидевшего прямо под оконцем возницу, но хорошо видел тянущих телегу лошадок. Впереди виднелось ещё несколько подобных повозок с запертыми в клетях людьми и парочкой представителей других рас.

«Эх, не надо было, наверное, проматывать вступительный ролик и сразу бить морду соседу по камере, здесь явно какая-то сюжетная завязка должна была быть».

Далеко впереди маячило нечто отдалённо напоминавшее частокол, но процессия телег приближалась к нему весьма медленно. От нечего делать Виталик начал нажимать на все кнопки клавиатуры подряд, чтобы проверить возможности своего персонажа. Оказалось, что в игре можно не только бить и крушить всё вокруг, но и писать произвольный текст, который преобразовывался в речь персонажа:

— Моя хотеть на свободу! — слегка перефразировал искусственный интеллект обращение Виталика к вознице. Геймер хотел узнать, когда его орку дадут возможность полноценно побегать по миру.

— Твоя сидеть молча и ждать! — гаркнул управляющий повозкой мужчина. По его грубому басу Виталя безошибочно опознал в невидимом пока персонаже гнома. — Свезли со всего света уродов, бедные Срединные Земли! Каждой твари по паре, сборище отморозков. Какому идиоту пришла в голову мысль использовать преступников для борьбы со злом? Клин клином вышибают — не про то, вообще, присказка…

«О, значит, как! Можно инициировать диалог с неигровым персонажем, написав произвольный текст. Прикольно, сейчас проверим, насколько нейросеть умная».

— Гномы — чушпаны! — после долгих раздумий выдал Виталик. Невероятно глубокомысленная фраза полностью соответствовала уровню интеллекта орка, а потому осталась без изменений.

Возничий стукнул кулаком по стене клетки:

— Заткни пасть, орчара позорная! Совсем страх потерял? Зубов во рту слишком много? Мы в лесу, если ты не заметил, в таком месте всякое может случиться…

Но Виталика понесло:

— Лох! Недомерок! Козёл бородатый! Чмо подгорное! Печенег!

Кажется, гном начинал действительно злиться:

— Чё-чё ты там вякнул, зеленомордый страшила?

— Баран! Фраер ушастый! Страхолюд! Рыловорот! — отрицательный интеллект почти не преобразовывал вводимые с клавиатуры ругательства, заменяя только совсем уж откровенный мат на более или менее близкие аналоги. — Шелупонь! Мелочь пузатая! Задница с бородой!

Но похоже, гнома разозлило именно одно из первых бранных выражений. На последующие словесные излияния орка возничий особо не реагировал. Виталик стал наугад перебирать оскорбления:

— Недомерок! Козёл! Печенег…

— Нет, ну ты сам напросился, — гном остановил телегу и куда-то полез. Судя по характерным звукам, он вытаскивал нечто громоздкое из сундука, на котором сидел.

Виталик так и этак пытался повернуть камеру, чтобы сквозь маленькое оконце рассмотреть, чем занимается гном. Но хорошо были видны лишь ехавшие впереди них телеги, которые постепенно отдалялись всё дальше, оставляя двух мужчин выяснять отношения один на один. Лишь когда гном слез с передка и встал сбоку от клетки, до Виталика начало доходить, что в выигрышной позиции находится вовсе не он.

— Что, думаешь, раз самый здоровый, то можно обижать маленьких? — стоящий в паре метров от клетки гном направил на него арбалет. — На сей раз сила тебе не поможет, орчара. Извинись, или твоё приключение прямо в этом лесу и закончится!

Ситуация в самом деле выглядела довольно тревожной, поэтому заядлый геймер на всякий случай сохранил игру, чтобы не потерять время, потраченное на создание персонажа.

Гном терпеливо ждал, нацелив арбалет на почти в два раза превышавшего его ростом орка. Такого могучего, но в настоящий момент такого беспомощного и беззащитного орка.

Немного подумав, Виталик всё же решил пойти на попятную. «Извини, гном», — переступая через гордость, написал он.

— Пацаны не извиняются, — подправила нейросеть в полном соответствии с уровнем интеллекта у персонажа.

Выстрел практически в упор из тяжёлого арбалета отнял у орка около восьмидесяти процентов здоровья. Изображение на экране окрасилось в красный цвет. Варвар впал в ярость.

— Моя твоя убивать! — вопил Виталя, лупя по прутьям клетки. — Гномы капут!

Бородатый крепыш спокойно перезаряжал арбалет прямо под носом у разъярённого орка:

— А ты и правда здоровый. Даю тебе последний шанс, орчара. Извинись за печенега, или отправишься на тот свет!

Но Виталик потерял управление над разбушевавшимся персонажем. Орк бил по стенам и метался по клетке:

— Убью! Убью! Моя убивать! — вырывались нечленораздельные вопли из клыкастой пасти бугая.

— Твоя всё, — хмыкнул гном, выпуская второй арбалетный болт в орка.

Внезапно камера отдалилась, показывая пронзённого стрелами варвара со стороны. Виталя трагично упал на колени, разведя руки в стороны и запрокинув голову к небесам. Затем медленно завалился набок, накрыв своей тушей человека, нокаутированного чуть ранее.

Постепенно отдаляясь всё дальше, камера закружилась по спирали вокруг телеги, в которой началось и закончилось не слишком эпичное приключение. Виталик успел заценить действия гнома, выволакивающего из клетки бездыханное тело орка.

«Наверное, даже закопает где-то в лесу», — подумал геймер, когда на экране появилось системное сообщение:

ВЫ УМЕРЛИ!

Да, не самая приятная ситуация. Он сохранился перед самой развязкой, когда нейросеть переиначила его слова, спровоцировав гнома. Но наверняка можно как-то вырулить ситуацию, написать не «извини», а что-нибудь в духе «не стреляй», «моя просто пошутить» и так далее.

Увы, следующая надпись на экране лишила Виталика даже этой надежды:

Все сохранения, сделанные вами во время игры, удалены. Однако действия героя учтены и окажут влияние на мир при ваших следующих похождениях. Хотите приступить к созданию нового персонажа прямо сейчас?

— Да пошли вы! Что за тупая игруха! Опять за деньги хвалёных отзывов понаписали, ввели народ в заблуждение. Четыре с лишним часа убил на эту фигню…

Расстроенный Виталик выключил комп и, широко зевая, отправился спать. В который уже раз не успеет выспаться, надо будет хоть завтра попробовать лечь пораньше.

Лечь завтра пораньше. Это обещание он давал себе каждый вечер. А если быть честным, то даже не вечер, а каждую ночь.

Увы, сон — это роскошь, которую Виталик не мог себе позволить.

Ибо первая заповедь геймера гласит: пока ты спишь, враг качается!

Часть I. Варвар

Глава 1. Внешность бывает обманчива

Почти каждая история успеха, которая мне известна, начиналась с того, что человек лежал навзничь, поверженный неудачами.

Джим Рон

Мир изменился.

Я чувствую это в воздухе.

Чувствую это в огне.

Не в простом огне, но во всепоглощающем пламени, в котором горят наши прекрасные города!

Мир постепенно превращается в пепел. Наш мир, такой чудесный мир сгорает дотла…

Испокон веков все расы враждовали друг с другом, но никогда прежде война не была такой разрушительной.

Воины убивали друг друга, порою сравнивали с землёй каменные крепости, иногда сжигали целые города. Но целью военачальников всегда был захват территории и ресурсов, а не уничтожение всего живого ради уничтожения.

Монстры. Ныне на мир Воюющих Королевств напали настоящие монстры.

Драконы нагрянули неожиданно. Огромные создания не делали разницы между людьми, эльфами, гномами, недоросликами и иными разумными расами.

Казалось, твари задались целью стереть все следы цивилизации с лика планеты.

Они нападали всегда ночью, всегда крайне внезапно, на неготовые к отражению атак с воздуха города и деревни. Драконы выжигали посевы, распугивали пастбища, разрушали мосты.

С этими монстрами было невозможно договориться, никто не мог откупиться от них. Драконов можно было либо попытаться убить, либо погибнуть.

Тогда король Срединных Земель объявил сбор героев. Смельчакам предстояло охотиться на драконов и их потомство. Покровительство короля издавна нейтральных Срединных Земель открывало героям дороги во все королевства. Они могли охотиться на драконов повсюду.

Вот только поток желающих стать охотником на опасных созданий был невелик. Шансы бесславно погибнуть намного превышали возможность обогатиться или снискать себе славу.

Герой — всякий мечтает им стать, но мало кто готов реально рисковать своей жизнью. А потому в герои стали записывать принудительно...

Вы один из таких «добровольцев».

Кто знает, возможно, именно вам суждено сыграть ключевую роль в спасении мира.

Или, наоборот, приблизить конец власти разумных существ над природой.

Ибо свобода передвижения, даваемая отрядам охотников на драконов, — это также и свобода делать неправильный выбор.

Но за всякое решение придётся нести ответ по всей строгости.

Особенно вам.

Так начинается великое приключение, которое ни одному смертному не суждено пройти от начала и до конца.

Но которое осилит лишь тот, кто видит глазами многих.

Кто чужими руками творит историю мира.

Прекрасного мира Воюющих Королевств!

Дальше из динамиков полилась невероятно пафосная музыка, а на экране из красивых огненных букв сложилось название хвалёной игры:

Врата Барана: Небо в огне

«Н-да… Оригинальность прямо зашкаливает. Драконы, ну всё, офигеть. Никогда такой завязки в фэнтези не было, и вот снова опять», — скептически отнёсся к только что просмотренному ролику усевшийся за компьютер Виталик. Рабочий день сегодня был трудным, настало время немного расслабиться.

«Ну что, попытка номер два. Поехали!»

Выберите пол вашего персонажа:

«Мужик, конечно».

Выберите расу персонажа:

«Давай снова за орка».

Выберите класс персонажа:

«Хм, вчера так толком и не удалось варвара заценить, поэтому вновь выберем этот класс».

Распределите очки между характеристиками:

«Вот здесь стоит всё-таки внимательно изучить что есть что».

Сила — физическая мощь персонажа. От этого показателя напрямую зависит урон, наносимый героем оружием ближнего и дальнего боя (за исключением арбалетов). Косвенно влияет на вероятность успешного попадания по врагу, поскольку шансы парировать или заблокировать удар щитом уменьшаются или, наоборот, увеличиваются в зависимости от разницы показателей силы противников. От параметра также зависит вес, который может переносить персонаж. Некоторые виды оружия и доспехов недоступны при низком значении силы. Это одна из важнейших характеристик для воинов, варваров и других немагических классов.

Ловкость — координация и гибкость героя. Влияет на точность ударов и выстрелов, а также на скорость и вероятность успешного уклонения от вражеских атак. Важная характеристика для персонажей, которые, ввиду разных ограничений, не могут носить щит и тяжёлые доспехи. Ключевая характеристика для лучников и монахов.

Телосложение — физическая выносливость, способность переносить боль и быстро восстанавливаться после ранений. Напрямую влияет на общее количество и скорость регенерации очков здоровья, сопротивление ядам и болезням. Характеристика, полезная абсолютно всем классам, но особенно важна будет «танкам» — персонажам, принимающим вражеский урон на себя, отвлекая монстров от остальных членов команды.

Интеллект — эрудированность и когнитивные способности героя. Влияет на общее количество и скорость восстановления очков маны. Одна из самых важных характеристик для магических классов. Многие сильные заклинания доступны для изучения лишь персонажам с высоким уровнем интеллекта. Этот показатель также увеличивает шанс узнать дополнительную информацию при общении, найти выход из трудной ситуации и так далее. При отрицательном интеллекте ваш персонаж не сможет грамотно излагать свои мысли!

«Моя помнить, интеллект -1 это плохо, ага».

Воля — психическая сила и стойкость героя. Увеличивает урон от заклинаний. Немагическим классам воля также будет полезна, поскольку уменьшает повреждения от вражеских чар и повышает сопротивление вредному воздействию на разум.

Обаяние — привлекательность вашего персонажа. Способность оказывать приятное впечатление на окружающих своим внешним видом, голосом, мимикой, жестами. Высокий показатель обаяния даёт внушительные скидки при торговле и открывает множество дополнительных возможностей при общении. При отрицательном обаянии окружающие станут относиться к герою с открытой агрессией.

«Ну да, будут на безобидные насмешки агриться всякие типы. Помним, учтём.

Короче, надо хотя бы по одному очку в интеллект и обаяние кинуть, чтобы не были отрицательными из-за недостатков орочьей расы. В остальном всё оставим по-прежнему. Силу и телосложение на максимум, оставшиеся пару очков кинем в ловкость.

Всё, дальше погнали. И так надолго сегодня на этом шаге застрял».

Выберите оружие, на владении которым специализируется ваш персонаж:

«Топоры, удары с двух рук».

Настройте внешний вид персонажа.

«Ох, опять кучу времени ковыряться. Ладно, не будем по мелочам заморачиваться, только основные черты лица и в целом над фигурой немножечко поработаем».

На сей раз Виталик потратил на настройку внешности всего час…

Придумайте имя для своего персонажа.

«Снова Виталей сделаем».

Герой с таким именем уже существует (хотя, возможно, погиб). Пожалуйста, придумайте новое имя.

«Вы там что, совсем офигели?! Раз персонаж был убит, значит, имя должно быть свободно! Не, ну не сволочи ли? Уф, предположим, пускай тогда будет Витюней».

Создание персонажа почти что завершено! Перед вами сводная таблица…

«Отвали! Если столько времени на создание перса каждый раз тратить, я так до пенсии игру не пройду. Погнали!»

Под индикатором загрузки локации виднелся игровой совет, сегодня Виталик даже соблаговолил его прочитать:

Помните, монеты тоже имеют вес! Вы можете унести с собой ограниченное количество золота, меди и серебра.

«Жмоты», — кратко прокомментировал про себя эту заметку Виталик.

* * *

Его новый персонаж опять сидел в клетке, погруженной на телегу, но вот соседом орка теперь был не человек, а кряжистый гном. Бородатый крепыш смотрел на огромного зеленокожего бугая без какого-либо намёка на презрение или страх:

— Ты очнулся? Я думал, ты так и будешь бездвижно лежать, как бревно, до самого прибытия в лагерь. Эх, угораздило же меня в компанию с орком попасть…

Пока гном говорил, Виталик активно вращал камерой, примечая другие отличия от прошлой игровой сессии. На сей раз он видел телеги с клетками не только впереди, но и позади — они с коротышкой находились где-то посередине колонны.

Более того, Виталик заметил, как последняя телега остановилась — знакомого вида возница полез в сундук, вытаскивая из него арбалет! Виталик знал, чем это закончится. Он даже хотел начать набирать текст, чтобы кто-нибудь пришёл на помощь его прошлому воплощению, но понял, что вряд ли из этой затеи выйдет что-нибудь путное. Ладно. Того злющего гнома он запомнил, как только его новый персонаж окажется на свободе, он отомстит за братюню!

— Ты меня вообще слышишь, орчара? — отвлёк Виталика от размышлений его невольный попутчик. — Тебя как зовут, спрашиваю?

Задумавшийся геймер механически кликнул на один из вариантов ответа и только спустя несколько секунд осознал, что на сей раз его персонаж говорит куда грамотнее:

— Витюня. Можешь называть меня так.

— А меня зовут Рыжебород, попробуй угадать с трёх раз почему, — хмыкнул гном.

В отличие от прошлого соседа по клетке, которого орк нокаутировал почти сразу, этот попутчик выглядел готовым дать сдачи. Борода гнома, и правда, была рыжей, но куда больше внимания привлекал ярко-красный ирокез коротышки. На гноме была грубая, но относительно опрятная туника без рукавов. Голые руки подгорного жителя бугрились жгутами мышц — да, несмотря на разницу в росте, было очевидно, что силу и телосложение оба персонажа прокачали по максимуму.

— Куда нас везут? — выбрал Виталик следующую реплику для продолжения диалога.

— А ты сам-то как думаешь? Уж точно не на свадебный пир, — сплюнул Рыжебород между прутьями клетки. — Из нас будут готовить новую партию охотников на драконов. Хотя, вернее было бы сказать, что не охотников на, а трапезу для…

«Понятно, учебный лагерь, в котором будет проходить обучение. Сейчас во всех играх есть обучение, это раньше надо было самому методом тыка во всём разбираться. Ну а что делать, если молодёжь инфантильная нынче? То ли дело мы, миллениалы…»

Виталик обратил внимание, что всякий раз среди вариантов для продолжения диалога последним пунктом значилось троеточие, на которое он ради интереса и кликнул. Выяснилось, что это один из способов написать произвольное сообщение. Грех было им не воспользоваться:

— Да ладно, как во внешний мир выпустят, можно забить на всякие тупые задания и делать что хочется, — во всех играх с открытым миром Виталик именно так обычно и поступал.

Гном недоверчиво фыркнул:

— В первый раз в Срединных Землях, да? Сюда со всего света преступников свозят, чутка их готовят, а потом накладывают проклятие, требующее пить свежую кровь дракона раз в пару месяцев. Если ни одного дракона к этому времени не убьёшь, то подохнешь. А так да, полная свобода действий! — Рыжебород снова презрительно сплюнул сквозь прутья.

Конечно, Виталик сразу принялся искать лазейки, как обойти накладываемые сверху ограничения — для любого выходца из стран СНГ это был совершенно естественный ход мыслей. Будешь делать всё, чего от тебя хотят всякие умные дяди и тёти, помрёшь если не от голода, то от нервного истощения и тоски.

— Так можно одного дракона убить, его кровь заморозить и пить каждый раз, когда новый срок для охоты подходит, — Виталик ощутил, как в нём просыпается предпринимательская жилка. — Или вообще бизнес замутить: продавать другим проклятым бандюгам замороженную драконью кровь! А на полученную прибыль нанять профессиональных охотников, только надо проконтролировать, чтобы они кровушку нам приносили, а не начали сами ей торговать.

Челюсть Рыжеборода отвисла, он недоверчиво ткнул пальцем орку в колено, словно проверяя, что перед ним не иллюзия:

— Шаман, что ли? Ты чего такой умный?

Конечно, правильнее было бы отыгрывать персонажа, вживаясь в роль недалёкого орка, но для этого очков интеллекта несколько недоставало уже у самого геймера…

— Обижаешь. Варвар я. А у тебя какой класс?

Гном снова посмотрел на спутника с подозрением:

— Чего?! Какой такой класс? Профессия типа?

«Ох уж эти неигровые персонажи, даже под управлением нейросети нещадно тупят».

— Ну, ты там воин, варвар, рыцарь, я не знаю? Уж ведь явно не маг, судя по телосложению.

Рыжебород в очередной раз смачно сплюнул:

— А чё, по-твоему, раз я не похож на дрыща, то магом, значит, быть уже не могу? Тупым выгляжу, да?

После прошлой игровой сессии лишний раз ссориться с попутчиками Виталику не хотелось. Он посмотрел, на предложенные варианты ответа, но поскольку ему снова ничего не понравилось, пришлось выдумывать дипломатичный ответ самому:

— Ты, Рыжебород, похож на нормального мужика, вот и всё. Но я бы всё же поставил на то, что ты какой-нибудь воин. Чтение книг мускулатуру так не прокачивает.

Гном хмыкнул:

— Ты бы проиграл пари, орк. Я монах, так-то. И тебе повезло, что я настроен по отношению к тебе дружелюбно, поскольку, будучи монахом, я как раз таки специализируюсь на бое без оружия и доспехов…

«Внезапно!», — удивился Виталик. Надо будет в следующий раз при создании персонажа почитать про разные классы.

— И что это за «класс» такой: варвар? Пехотинец, лучник, кавалерист — это я понимаю, — продолжил упрекать нерадивого геймера неигровой персонаж. — Ладно, могу предположить, кто такой воин. Но варвар… Это же просто агрессивный чужеземец, представитель чуждой культуры, им может быть кто угодно! Тут всё зависит от того, с какой стороны границы находишься. Никакой конкретики, мог бы просто сказать, что ты орк, и то больше выводов можно сделать.

«Какие-то в этой игре шибко замороченные диалоги», — подумал Виталик. — «Наверное, нужно всё-таки стараться реплики из предложенных вариантов выбирать».

— Ладно, «варвар», мы почти приехали в лагерь, — продолжил после небольшой паузы гном, с явным ехидством произнося название класса. — Советую тебе пока держать гениальные идеи и умные мысли при себе, я слышал, инструкторы в учебке — лютые звери! Половина преступников никуда из лагеря не выходят, «добровольцев» никто не щадит.

Словно в подтверждение слов монаха, вдоль дороги появились столбы с распятыми типами, не сумевшими пройти обучение. Часть бывших учеников не подавали никаких признаков жизни, остальные провожали проезжающие телеги сочувственными взглядами и напутствиями:

— Спасайтесь…

— За теми воротами смерть!

— Бойся Картера…

— Инструкторы — монстры!

— Воды… Дайте воды…

— Убейте меня…

«А, так вот почему у игры 18+ рейтинг был», — подумал Виталик, глядя на реалистичные муки на лицах преступников, оценивая их измождённые тела и иные детали.

Засохшая кровь, грязь, синяки, дорожки от слёз на покрытых дорожной пылью небритых мордах, у некоторых распятых «добровольцев» даже отсутствовали пальцы или иные части тела. Солнце заволокли серые тучи, музыкальное сопровождение тоже было на высоте — разработчики хорошо постарались, чтобы создать в этом месте мрачную атмосферу.

— Мне начинает здесь нравиться, — написал Виталик, которому давно приелись напичканные детсадовской цензурой игрульки.

Рыжебород подозрительно прищурился, глядя на орка:

— Любишь кровь, да? Считаешь, что это брутально и круто? — монах слегка наклонился, приблизившись к здоровенному орку. — Тебя за что сюда сослали, орчара?

На этот раз Виталик предпочёл выбрать готовую реплику, чтобы не заниматься выдумкой предыстории своего персонажа:

— Я съел деда.

Гном покачал головой:

— А ты, и правда, варвар. Что ж, тогда добро пожаловать в ад!

Глава 2. «Обучение»

У кого есть «Зачем» жить, сумеет выдержать почти любое «Как».

Фридрих Ницше

— Я ваш инструктор по боевой подготовке Картер. И с этого момента я считаюсь вашим полновластным хозяином. Вы должны беспрекословно выполнять все мои указания, даже если они будут абсолютно безумными. Особенно если они будут безумными! Всем всё ясно?

Витюня, Рыжебород и ещё десятка три маргинального вида типов, выстроившись длинной шеренгой, слушали брызжущего слюной писклявого недорослика, который едва доставал орку до паха. Даже рыжий гном возвышался над мелким звиздюком на целую голову, к тому же Рыжебород был в два раза шире в плечах. Тем не менее монах, как и все новоприбывшие, слушал старшего инструктора с невероятно серьёзным лицом.

— Да… Понятно… — послышался нестройный хор голосов.

— Не слышу, чего вы там мямлите? — грозно посмотрел на них маленький забияка. — И с этого мига я приказываю, чтобы при каждом обращении вы добавляли слово «хозяин»! Итак, вам ясна ваша новая роль?

— Да, хозяин… — стройности в хоре особенно не прибавилось.

— Херня! Ни хрена вам непонятно! Ещё раз!

— Да, хозяин!

— Уже лучше. Ещё сотня-другая попыток, и вы перекричите хор четырёхлетних мальчиков. О Создатель, почему с каждым разом мне присылают на обучение всё более убогих выродков…

Инструктор Картер смешно семенил на своих маленьких тонких ножках вдоль шеренги отъявленных негодяев. Он явно искал среди неопрятных мужиков жертву, периодически останавливаясь и задирая свою голову с крупным носом, чтобы встретиться взглядом с очередным новоприбывшим. Длинные висячие усики недорослика ежесекундно вздрагивали в такт гневной речи:

— Я не буду терять времени и читать мораль, рассказывать, какие вы мрази. Какие вы все ничтожества, скоты и подонки! По каждому из вас плачет плаха, ни один из вас не заслуживает права дышать воздухом, портить своим видом и запахом мир. Вы трупы, ходячие мертвецы! — от писка недорослика у Виталика тряслись звуковые колонки, он сделал звук тише. — Я прослежу, чтобы ни один из вас не прошёл курс обучения до конца. Чтобы вы все подохли на тренировках или оказались распятыми вдоль дороги! Потому что я знаю, среди вас нет ни одной порядочной личности. Потому что я вижу, ни один из вас не способен убить не то что дракона, вы и с тараканом справитесь только вдесятером! Передо мной сплошная навозная жижа… Нет, пыль под ногами и дерьмо стоят выше вас в иерархии моих ценностей. Ублюдки! Я уничтожу вас всех, понимаете?

Шеренга застыла в гробовом молчании.

— Вы что тут, совсем оборзели? Я спросил, вам понятно?!

— Да, хозяин…

— Херня!

— Да, хозяин!

— Херня! Херня!!! Громче, мрази!

— ДА, ХОЗЯИН!

Недорослик остановился напротив Рыжеборода:

— Я не понял, что это у тебя на голове, карлик?

— Ирокез, хозяин! — прокричал, глядя прямо перед собой, рыжий гном.

Инструктор подошёл почти вплотную к монаху, ещё выше задрав свою голову, чтобы поймать взгляд мощного гнома. По сравнению Рыжебородом, карликом казался именно не в меру задиристый шибзик.

— Думаешь, у нас здесь цирк, да? — прошипел Картер. — Считаешь, что я занимаюсь сейчас клоунадой?

— Никак нет, хозяин! — всё так же смотря пустым взглядом поверх недорослика, заорал монах с необычной причёской.

— Я такие «ирокезы» знаешь, где видел? У баб между ног! Как тебя называла твоя мамаша, уродец?

Ни один мускул на лице монаха не дрогнул:

— Рыжебород, хозяин!

— Чего-чего ты сказал?! Рыжебород — хозяин?

— Никак нет! Я Рыжебород, а вы мой хозяин!

Недорослик схватил гнома за бороду, наклоняя тому голову, чтобы вынудить встретиться взглядом:

— Херня! С этого дня ты Лобок! Понял? Нравится твоё новое имя?

Теперь монах косил глаза вниз, чтобы уклониться от взгляда инструктора:

— Да, хозяин!

Наконец, недорослик отпустил бороду гнома. Плюнув тому под ноги, двинулся дальше.

Под камерой Виталика замаячило нечто невероятно крикливое:

— О, батюшки! Вы только посмотрите, кого к нам опять привезли! Зелёную соплю двухметрового роста! Эй, зеленозадый, как там сверху, далеко всё видать?

Диалоговое меню услужливо предложило несколько вариантов ответа:

1. Да, хозяин!

2. Так точно, хозяин!

3. Моя плохо говорить по-человечьи, хозяин!

4. Пошёл ты, шибзик.

У Виталика прямо-таки чесались руки выбрать последний вариант реплики, но он благоразумно решил прикинуться тупым орком. Что-то здесь явно было не так, неспроста писклявый недорослик вёл себя столь вызывающе.

— Моя плохо говорить по-человечьи, хозяин! — пробасил из динамиков голос орка.

Внезапно недорослик поднялся в воздух, заслонив собой всё пространство:

— О, да ты меня ещё и за дурака держишь? Спорим, что через пару минут ты начнёшь прекрасно говорить и по-человечьи, и по-эльфийски, и вообще на всех языках?

Виталику очень не хотелось опять начинать игру заново, но и совсем уж терпилой он не был:

— Моя плохо говорить, но хорошо бить по морде!

Зависший в воздухе недорослик приблизился к орку вплотную, уткнувшись своим большим носом в нос орка. С учётом вида от первого лица зрелище было одновременно комичным и жутковатым:

— Та-а-ак. Неужели среди этой блевотины нашёлся хоть один мужик с яйцами? Ну слава Создателю, а то я уже испугался, что придётся работать с одними аморфными сгустками! Молодец, орк, показал всем, кто здесь реальный пацан, уважаю.

Камера плавно отодвинулась, давая Виталику широкий обзор. Но насладиться мигом триумфа его герою не дали, земля под ногами орка разверзлась, и персонаж провалился в тёмную бездну. Из раскисшей грязи торчала теперь только удивлённая голова.

В груди у Виталика похолодело. «Опять? Уже?» — он так толком и не успел поиграть.

К счастью, надписи «ВЫ УМЕРЛИ» не высвечивалось, очки здоровья примерно на две трети уменьшились, но его герой был всё ещё жив!

Левитирующий недорослик опустился на голову орка:

— Лучше сразу прекрати выёживаться, зеленожопая тварь! А то я велю возвести вокруг твоей головы отхожее место и стану использовать твою тупую башку в качестве дырки для нечистот! Теперь ты всё понимаешь?

Варианты ответа недвусмысленно подсказали Виталику, что лучше действительно не выёживаться:

1. Да, хозяин.

2. Да, хозяин!

3. ДА, ХОЗЯИН!!!

4. Извините, хозяин!

«Хорошая, однако, игра. Как будто мало того, что на работе меня каждый день унижают…» — вздохнул Виталик и выбрал самый поощряемый вариант:

— ДА, ХОЗЯИН!!!

Недорослик продолжил стоять на его голове, вещая оттуда, словно с трибуны:

— Я не расист. Для меня представители всех рас одинаково никчёмны. Зеленожопые орки, бородатые козлы-гномы, черномазые эльфы, шибзики-недорослики… Я всех вас превращу в пыль, вытрясу из вас всё дерьмо! Заставлю ссать кровью и просить о пощаде! Мне всё равно, пройдёт ли хоть один из вас обучение. Если понадобится, то вы окажетесь распяты все до единого!

Инструктор Картер внезапно по-отечески улыбнулся:

— Но если хоть кто-то из вас выдержит испытания, то от одного вида такого героя обосрётся даже дракон! Это я вам обещаю, — недорослик немного подумал. — Нет, не обещаю. Я гарантирую!

* * *

— Ну нет, Нужник, твоё место возле параши, а на этой соломе лежать буду я!

После вступительной речи Картер изрядно погонял новобранцев по полосе препятствий. Виталик научился шагать, бегать, ползать, прыгать и кувыркаться — в этом отношении игра не сильно отличалась от всех остальных. Разве что бежать можно было медленно или быстро — в зависимости от скорости расходовались очки усталости персонажа.

Затем началась отработка ударов по манекену, и вот здесь бывалый геймер оказался приятно удивлён: бить врагов можно было десятками разных способов, траектория удара не была жёстко задана, а управлялась компьютерной мышкой. Виталик быстро понял, что немного приноровившись, можно будет не просто бить с разных сторон и по разным уровням, но выписывать холодным оружием практически любые фигуры, обходя таким образом защиту противника. Правда, и отражать удары здесь будет ох как непросто…

Однако главной сложностью оставалась необходимость терпеть непрекращающиеся вопли инструктора. Виталик хотел было даже отключить в игре звук, но тогда он рисковал получить от Картера увесистую оплеуху за невыполнение указаний. С учётом потери двух третей здоровья при провале под землю любой такой удар мог оказаться для орка фатальным.

Недорослик уделял рыжебородому гному и быстро выучившему человеческий язык орку непропорционально много внимания. Называл он их, конечно, недавно придуманными прозвищами.

Лобок и Нужник. Нужник и Лобок. Эти погоняла звучали сегодня столь часто, что Виталик уже автоматически откликался на любое упоминание отхожего места.

Но ведь одно дело, когда его называл так маг хрен знает какого уровня Картер, и совсем другое, когда в бараке на него наехал женоподобного вида эльф! Да ещё и чёрного цвета кожи… Виталик сжал зубы, сейчас он покажет всю свою толерантность.

— Ну, я долго ждать буду? Нужнику места у нужника, а этот угол предназначен для авторитетных ребят.

Рядом с эльфом встало ещё трое людей и один недорослик. Все нехорошо улыбались и выглядели карикатурно блатными, разрисованными татуировками от пят до макушки. Особенно раздражал Виталика вид раздутого от важности недорослика: после перенесённых унижений от Картера представители этой расы воспринимались настоящим воплощением зла.

Одинокий раненый орк вынужден был пойти на очевидные риски:

— Я не Нужник!

Виталик сдвинул своего орка чуть в сторону, притворяясь, что готов отступить, но на самом деле занимая более выгодную позицию с края от враждебно настроенной группы.

Возглавлявший блатных мужчин эльф ухмыльнулся:

— Нужник, Нужник. Теперь все будут называть тебя так.

Шансы на победу в бою были невелики, но геймер прикинул, что судя по телосложению, пятеро его противников были ворами — в лобовом столкновении любой из них явно уступал орку-варвару. Если напасть первым и быстро вырубить хотя бы двоих уродцев, у него появится шанс.

Виталик выбрал пункт «притвориться смирившимся с новым прозвищем»:

— Нужник… — тихо проговорил орк, словно пробуя на вкус своё обидное погоняло.

Обвёл взглядом бараки. Вряд ли кто-то придёт ему на помощь. Но и к пятёрке блатных никто больше не присоединится.

— Нужник…

Ухмыляющийся эльф кивнул, указав орку на противоположный угол строения.

— Нужник… — орк взглянул на обидчиков. — Я Витюня!!! — со всей мочи заорал варвар.

Ударом ноги он впечатал в стену ближайшего человечка. Сила столкновения была такова, что с потолка барак посыпалась пыль.

Второго блатного мужика Витюня вырубил хуком слева. А дальше начался обмен ударами с остальными.

Виталик был опытным геймером, но во Вратах Барана ещё только осваивался, поэтому бешено двигал и щёлкал мышью, совершая множество хаотичных и неэффективных ударов по воздуху. А вот растерявшиеся поначалу противники теперь действовали вполне слаженно, атакуя орка с двух сторон и стараясь обойти его сзади. Виталик заметил, что его и без того малое количество очков здоровья ещё немного уменьшилось — его пнул в колено проклятущий недорослик, будь их раса трижды неладна!

Изображение на экране окрасилось в красный цвет. Мгновение постыдного испуга у стучащего по клавиатуре Виталика сменилось предвкушением — он понял, что его персонаж впал в ту самую ярость варвара. Что ж, бонусы ко всем характеристикам сейчас будут полезны как никогда.

— Моя есть… — лишь один параметр в этом состоянии уменьшался. Конечно же, им был ненужный сейчас интеллект. — Моя есть Витюня!

Благодаря какой-то комбинации клавиш, орк схватил темнокожего эльфа за уши и боднул его своим лбом прямо в нос.

Блатной эльф сразу лишился всей своей крутизны, обмякнув в хватке могучего орка. На экране возникла подсказка о сочетании клавиш для нанесения суперудара. Не задумываясь, бывалый геймер моментально набрал нужную комбинации.

Камера слегка отдалилась, переключившись на вид от третьего лица, время эффектно замедлилось. Держащий эльфа за уши орк резко развёл руки стороны, не разжимая своей мёртвой хватки. Ошмётки двух длинных ушек оторвались от темнокожего тельца, во все стороны брызнула кровь.

— Моя есть Витюня! — орк швырнул уши в ошарашенного татуированного человека и каким-то образом ударил того ногой с разворота. Растяжка у орка оказалась не хуже, чем у Жан-Клода Ван Дамма, грубая зеленокожая пятка избавила человека от лишних зубов.

Виталик завертел камерой, ища последнего противника. Недорослик скакал вокруг орка, осыпая потерявшего чувствительность к боли варвара градом ударом. Вернее, комариных укусов, судя по наносимому ими «урону». На губах игрока и его персонажа одновременно и независимо друг от друга расплылись улыбки. Наконец-то у него появилась возможность хотя бы немного восстановить справедливость, наказав мелкого шибзика.

— Моя! Есть! Витюня! — в третий раз провозгласил варвар, вбивая обеими руками недорослика в пол. Удары сверху вниз обрушивались на голову низкорослого персонажа, словно молот по наковальне.

— Витюня! Витюня! Витюня! — кричал орк, с каждым ударом уменьшая и без того малый рост недорослика.

— Витюня! — в последний раз задекларировал варвар, пинком отправляя безвольное тело шибзика в нужник. Когда и как он успел оказаться в противоположном углу барака, уже ни он, ни управляющим им игрок, не заметили.

Внезапно эффект от ярости завершился. А вместо него ко всем характеристикам пришли штрафы. Виталик скосил глаза к краю экрана, где отображалась красная полоса, символизировавшая очки здоровья у персонажа. Сейчас они едва достигали двух процентов от максимума — ещё один пропущенный удар и орк труп!

Витюня развернулся, обводя взглядом барак — все пятеро блатных были повержены, два десятка мужчин от ужаса жались к стенам, но несколько эльфов направлялись прямо к нему, с явным намерением отомстить за сородича.

— Ты слишком буйный, орчара, — проговорил один из их группы. — Ты совершенно не контролируешь свою ярость. Без тебя в лагере будет лучше.

«Собаки! Дождались удачного момента, чтобы меня подло добить! Сволочи!», — вновь разъярился Виталик, но вот его персонаж, похоже, на сегодня выдохся полностью. Орк прислонился к стене рядом с нужником — видимо, это его судьба, умереть рядом с отхожим местом. Обидно.

Между варваром и тремя эльфами возник плотного телосложения гном. Его широкие плечи заслонили орка, словно щитом.

Рыжеволосый монах спокойным голосом произнёс:

— Я так не думаю. И знаете почему?

Эльфы остановились. Один из них презрительно обратился бы как будто не к гному, а к его ирокезу:

— И почему же, Лобок?

Гном поиграл мышцами на голых предплечьях. Выглядело это довольно эффектно, как будто под кожей монаха перекатываются внушительного размера шары. В отличие от орка, у него были полные очки здоровья, шансов у эльфов не было никаких.

— Потому что меня зовут Рыжебород!

Бой был недолгим.

Глава 3. Обучение

Ты несчастен, потому что топчешься на месте, а радость приходит только вместе с движением.

Антуан де Сент-Экзюпери

— Меня совершенно не интересует, что за чертовщина произошла вчера в вашем бараке, — инструктор Картер вышагивал вдоль заметно поредевшей шеренги новобранцев. — Моя задача — произвести среди вас искусственный отбор, оставить лишь лучших. Если к этому добавится естественный отбор, что ж, тем проще мне будет работать. Чем быстрее отсеются слабаки, идиоты и неудачники, тем больше времени я уделю нормальным ребятам!

Недорослик внезапно остановился как вкопанный:

— Как я сказал? Ребятам? Да ещё и нормальным?! Забудьте всё, что только что слышали! Вы твари, плесень, низшая форма жизни, вы помните?

— Да, хозяин! — прозвучал звучный хор голосов.

— Уже лучше, сегодня в вашем шёпоте хоть что-то можно расслышать. Возможно, через недельку вы даже сумеете перекричать писк кастратов, — инструктор оглядел выстроившихся перед ним негодяев. — Лобок, Нужник, выйти из строя!

Виталик печально вздохнул. Вчера он опять лёг спать поздно ночью, а придя сегодня с работы, сразу уселся за комп. Усталость, голод, а теперь ещё и предстоящие унижения от инструктора-шибзика… На какие только жертвы не приходится идти геймерам, чтобы прокачать своего персонажа.

«Но если не я, то кто?» — подумал не признанный социумом герой, выводя своего персонажа вперёд. — «Только на таких, как я, всё в этом мире и держится».

— Какой-то ты сегодня вялый, Нужник, — осмотрел Картер израненного орка. — Плохо спалось?

За ночь очки здоровья восстановились едва ли на пару процентов. В этом отношении игра была довольно реалистичной.

— Что ж, вот вам очередной урок: всегда следует действовать не поодиночке, а в составе команды. И в этой команде обязательно должен быть лекарь, иначе вы далеко не уйдёте. Ранения неизбежны, не бывает безопасных сражений. Кто не может быстро вылечиться, тот быстро и умирает. Внушительный запас лечебных зелий, наличие в группе шамана, священника или иного целителя — то, без чего никогда нельзя отправляться в серьёзное путешествие.

Будучи опытным геймером, Виталик был полностью согласен с инструктором. Вот только где взять зелья и уж тем более лекарей в условиях тюремного лагеря?

— Жаль, что среди вас нет ни одного целителя. Сюда присылают всякую шваль, мерзость, отребье, обнаружить среди подобных отбросов лекаря сложнее, чем найти в стоге сена иголку. Поэтому с этого момента часть из вас начнёт переобучаться с нанесения урона на оказание помощи ближнему. Да, учитывая ваши ущербные когнитивные способности, лекари из вас выйдут, скорее всего, так себе, но другого выхода нет. Так, ты, ты и Лобок — отныне вы целители, и только попробуйте вякнуть хоть какие-то возражения. Вами займётся мой товарищ Грехослав, марш к тому бараку!

Витюня проводил уходящего гнома грустным взглядом своих добрых орочьих глаз — можно было не сомневаться, что теперь всё внимание Картера окажется сосредоточенным исключительно на раненом варваре.

— На, Нужник, глотни целебное зелье. Это не самый дешёвый способ лечения, так что я жду, что ты эту скляночку отработаешь, — Картер вручил орку маленькую бутылку, выпив из которой у варвара восстановилась почти половина здоровья. — И поскольку денег у тебя пока нет, расплачиваться придётся потом и кровью…

* * *

— Уходи с линии огня! Быстрее, быстрее! Кувырок в сторону через плечо и сразу вскочил!

Картер, как всегда, надрывался, руководя боем двух десятков неповоротливых мужиков с драконом. Пламя из недр огромной огнедышащей твари только что едва не облизнуло пятки орка, отпрыгнувшего в самый последний момент.

— Двигайся, Нужник! Атакуй задние лапы и брюхо, но постоянно перемещайся! Нет, сзади не заходи, он зашибёт тебя хвостом! Не стой, сделал один-два удара и сразу сместись в сторону!

У Виталика уже начали неметь пальцы, щёлкать по мышке и клавишам приходилось с воистину бешеной скоростью. Он даже не мог толком оценить эпичность момента, поскольку почти весь обзор заслоняла нависшая над орком массивная туша дракона. В такой близи она казалась почти сплошной стеной сверкающей чешуи.

— Следи за его задними лапами, Нужник! Если он схватит тебя или пнёт, мало не покажется!

Словно в подтверждение слов инструктора, правая лапа дракона дёрнулась в сторону орка. К счастью, варвар был наготове, а потому успел отпрыгнуть назад.

— Луки, арбалеты, пращи, не спим! Если морда дракона направлена не на вас, стреляем монстру по шее — это его слабое место!

Витюня вернулся на прежнюю позицию и принялся усердно долбить брюхо чудища.

— Нужник, не увлекайся! Обращай внимание на изгиб туловища, эта тварь в любой миг может атаковать тебя сверху!

Естественно, дракон сразу же изогнулся, гигантские челюсти клацнули над местом, где ещё полсекунды назад находился орк-варвар.

— Неплохо, по крайней мере с реакцией у тебя всё в порядке, — в кои-то веки похвалил Картер орка. — Но не расслабляемся, дерёмся ещё пять минут!

Виталик сдул с потного лба непослушную прядь волос — он был напряжён не меньше своего персонажа. Схватка с драконом требовала от него полной концентрации и отдачи. Он даже боялся поставить игру на паузу, чтобы сходить в туалет, поскольку понимал, что может потерять на таких переключениях пару драгоценных секунд.

— Всё, закончили на сегодня, — хлопнул Картер в ладоши.

По туше дракона пробежала мелкая рябь, затем монстр стал полупрозрачным и вскоре исчез. Иллюзия, на которой отрабатывали борьбу новобранцы, каким-то образом была отчасти материальна, но полностью контролировалась волшебством старшего инструктора лагеря. У этого явления была какая-то легенда, но Виталик прослушал объяснения Картера, знал только, что урон иллюзорно-неиллюзорная тварь наносит огромный.

— Что ж, в реальном бою вы бы чутка дракончика поцарапали, — подвёл итог сражению недорослик. — Лучше, чем ничего, но смерть ваша всё равно была бы напрасной. Не хватает согласованности, все ждут, пока дракон переключит внимание на соседа, только тогда начинают с полной отдачей атаковать. А вы должны его постоянно раздёргивать, чтобы он между вами метался! Тогда и жизнь себе сохраните, и дракону серьёзные повреждения нанесёте. Ну а чего вы хотели, на драконов охотиться — это вам не на беззащитных мирных жителей толпой нападать, — Картер презрительно сплюнул. — Герои недоделанные… Марш в барак, на сегодня тренировка закончена! Нет, Нужник, ты остаёшься.

Виталик грустно вздохнул.

— Там наши «лекари» после курса молодого бойца, то есть целителя, возвращаются. Сейчас будут на тебе свои новоприобретённые навыки отрабатывать. Здесь, в общем, пятьдесят на пятьдесят, вылечат тебя или добьют, но ты ведь не против пойти на небольшой риск ради общего дела?

Недорослик грозно зыркнул на печального орка:

— Не слышу, ты ведь не против?

— Да, хозяин! — выбрал Виталик единственный доступный ответ.

* * *

Количество очков здоровья у орка снова уменьшилось и теперь составляло примерно четверть от максимума. С таким «исцелением» можно было не бояться даже самых страшных врагов — шансы, что тебя угробят свои, перевешивали любые риски от смерти в бою. Отличное усиление команды будущих охотников на драконов!

Витюня и неудавшийся монах-лекарь сидели в углу барака, обсуждая дальнейшие планы:

— Надо валить отсюда, — написал произвольный текст Виталик, которому успело порядком надоесть обучение. — Выбраться из лагеря, пока на нас не наложили проклятье, и спокойно путешествовать по миру. Рыжебород, я серьёзно, ещё несколько дней воплей Картера и мне уже ничего не захочется, нужно бежать прямо сейчас!

К сожалению, душевные муки орка не произвели на гнома ни малейшего впечатления:

— И как ты предлагаешь это осуществить? Подойти к Картеру и вежливо попросить отпустить нас немножечко погулять? Никого отсюда так просто не выпустят, орк. Из лагеря выходят либо умелыми охотниками на драконов, либо тебя выносят вперёд ногами, третьего не дано.

Но переубедить Виталика было достаточно сложно. В отличие от реальной жизни, в играх он не привык отступать:

— Вот и пускай меня вынесут. Вперёд ногами, только не совсем мёртвого. Разыграем неудачное исцеление, так сказать.

Монах подозрительно взирал на орка, словно тот нёс полный бред.

— Врежешь мне в подбородок, чтобы я вырубился, а солдатам скажешь, что я умер, — продолжил на ходу выдумывать план бегства Виталик. — Похоже, они не особенно заморачиваются, выносят тела куда-то из лагеря, и дело с концом.

Гном покачал головой:

— Дурацкий план, варвар. Говорю тебе, не прокатит. Да и в чём моя выгода? За «убийство исцелением» Картер явно меня не похвалит. И не надо рассказывать сказки, что ты вернёшься в лагерь, чтобы освободить несчастного гнома. Я не вчера родился, в благие намерения ближних давно ни на грош не верю.

Виталик крепко задумался, в этой игре у каждого персонажа имелась своя мотивация, и предложить Рыжебороду ему было решительно нечего.

— Ну пожалуйста… — заканючил орк, не найдя что сказать.

Увы, его персонаж не был девушкой с прокачанным обаянием. Как и в жизни, жалобные сопли взрослого мужика на окружающих особо не действовали.

— Нет, Витюня, извиняй, но ради тебя рисковать я не стану. Придумай что-нибудь поинтереснее, — спустя некоторое время монах наставительно добавил. — Или пройди обучение до конца. Отточенные боевые навыки тебе на свободе ох как понадобятся.

— Зануда! — написал в ответ расстроенный геймер.

— И тебе спокойной ночи, герой, — закончил диалог гном.

Глава 4. Лазейка

Успех рождается множеством безуспешных усилий.

Антуан де Сент-Экзюпери

— Мне нужно в туалет по большому, хозяин!

— Зачем Нужнику в нужник? — не вёлся на провокации Картер. — Давай перемещения отрабатывай! Ишь, от тренировки отлынивать вздумал…

— Мне нужно заточить топор, хозяин!

— Обойдёшься. Учебным топориком бей. Он специально затуплен, чтобы вы сдуру друг друга не поубивали.

— Мне надо…

Весь день на работе Виталик придумывал предлоги, чтобы улизнуть от инструктора и побродить по учебному лагерю, но Картер с ходу отметал любые выдумки орка. Бей, двигайся, отрабатывай групповое взаимодействие — никакой самодеятельности. Витюня уже успел повысить три уровня, но удовлетворения от игры не испытывал. Виталик любил исследовать большой мир, а не следовать основному сюжету — почти во всех играх тот был крайне скучным и пафосным. А в случае Врат Барана игровой процесс оказался ещё и чрезмерно затянутым. Ну в самом деле, сколько можно отрабатывать бой с драконом?

— Я смотрю, тебе невмоготу, варвар? Надоели тренировки? Хочется поскорее начать настоящее приключение? — раскусил его Картер. — Прекрасно понимаю твой геройский порыв, только учти, что мир за пределами лагеря с распростёртыми объятиями тебя вовсе не встретит. К охотникам на драконов относятся подозрительно, и у граждан имеются для этого все основания. Слишком часто ваш брат уклонялся от обязательств и применял силу не для защиты честного люда, а напротив, народу во вред. Поэтому желающих убить тебя будет куда больше, чем готовых прийти на помощь… Кроме твоих «прекрасных товарищей», — Картер сделал широкий жест, указывая на раскрывших от удивления рты небритых мужланов, — рассчитывать тебе в приключениях будет не на кого. Вы должны как следует притереться друг к другу, не надо жалеть времени и сил на подготовку.

Но Виталик был так расстроен, что даже не заметил отсутствия в речи Картера привычного «нужника». Да, он действительно хорошо освоил за время обучения игровую механику, но дух его тосковал по просторам.

— Мне нужно хотя бы немного прогуляться по лагерю, — написал геймер, особо ни на что не надеясь.

— Ну нужно, так нужно, — неожиданно пошёл ему навстречу инструктор. Похоже, благодаря огромному количеству попыток, генератор случайных чисел в игре выдал какую-то удачную комбинацию. — Всё равно, покуда ворота закрыты, выхода из лагеря нет. Походи, осмотрись, только к стражникам не приставай, а то они ребята нервные, могут и завалить. Жду тебя через час.

Не веря своей удаче, Витюня вышел за пределы тренировочной площадки, на которой провёл почти всю игру. Теперь он точно знал, что следует делать. На игровом форуме упоминался небольшой баг в текстуре частокола, если исхитриться, в одном месте можно было протиснуться на свободу.

Игнорируя язвительные замечания стражников, орк направился к неприметному уголку за бараком, где находилась заветная дырка. Проём между брёвнами казался не более десяти сантиметров, но Виталик знал, что если запрыгнуть боком на невидимый выступ и совершить кувырок в сторону…

Один из стражников подозрительно наблюдал за бьющимся об забор орком — со стороны, попытки протиснуться сквозь текстуры выглядели действительно странно. Варвар прыгал, кувыркался и таранил частокол, словно желая убиться об стену.

— Орки… — плюнул в конце концов стражник, продолжив обход учебного лагеря. — Сила есть, а ума меньше, чем у моей бывшей жёнушки!

Виталик был слишком занят, чтобы оценить сексистскую шуточку. Отпущенное ему Картером время заканчивалось, а он всё скакал и перекатывался через плечо, пытаясь пролезть в игольное ушко.

«Да чтоб вас! Неужели соврали на форуме? Выпустите меня на свобо…»

Внезапно камера задёргалась, демонстрируя Виталику текстуры частокола изнутри. На несколько секунд он полностью потерял управление. Затем, столь же неожиданно, неведомая сила вытолкнула застрявшего в мизерной щёлочке персонажа наружу. Виталик оказался наконец на свободе!

— Тревога! — заорали откуда-то сзади. Похоже, стражники на вышках в лагере заметили побег орка.

Чуть в стороне от варвара мелькнула стрела. Следовало оказаться как можно дальше от лагеря, причём поскорее. Зажав Caps lock для максимально быстрого бега, Витюня помчался в лес, видневшийся в сотне-другой шагов впереди. Сейчас его совершенно не волновало направление движения. Главное — удрать от стражников, а там уж как-нибудь разберёмся.

* * *

Реалистичность в игре снова не подкачала. Лес действительно оказался лесом. Огромным и плохо поддающимся ориентированию.

Для выросшего в городе человека местность казалась бесконечной чередой деревьев и кустов, отличающихся друг от друга не больше, чем близнецы. Нет, если как следует присмотреться, можно было увидеть сотни мелких отличий одного дерева от другого, но спустя полминуты все отличительные признаки забывались. Вырвавшийся на свободу Витюня бесцельно бродил по лесу, давно потеряв всякое понимание направления.

В отличие от большинства игр, во Вратах Барана не было ни карты, указывающей местонахождение персонажа, ни компаса. Единственным хоть сколько-нибудь удобоваримым ориентиром было движение солнца по небосклону, да мох на северной стороне некоторых старых деревьев. Как по этим двум признакам найти дорогу к цивилизации, Виталик не знал. Поэтому поставил игру на паузу и полез искать информацию в интернете.

Чего только на просторах Сети не советовали. К несчастью, основная часть рекомендаций крутилась вокруг использования мобильного телефона, либо способов привлечения внимания окружающих, что сбежавшему от стражников орку явно не подходило. Более или менее толковыми казались идеи залезть на самое высокое дерево, чтобы хотя бы немного сориентироваться или найти ручей, следуя которому выйти к реке и, соответственно, к людям.

Виталик решил начать с попыток вскарабкаться на высокую сосну, но быстро понял, что его персонажу недостаёт ловкости для подобного трюка. Орк скатывался по стволу обратно на землю, не одолев и одной пятой расстояния от корней дерева до верхушки. Ещё и немного жизней из-за падения потерял, а их и так было менее половины от максимума. Плохо дело.

Оставалось только брести наугад в примерно выбранном направлении, рассчитывая набрести на ручеёк или тропинку. И надеяться, что его герой отыщет людей раньше, чем орка найдут воющие в отдалении волки…

Естественно, стая диких хищников набрела на варвара первой. Глядя на скромные очки здоровья и затупленные тренировочные топорики своего персонажа, Виталик чётко осознавал, что на этом его приключение в большом мире, вероятней всего, и закончится. Однако, не желая так просто сдаться, он снова попытался забраться на ближайшее дерево. Поскольку, в отличие от прошлой сосны, деревцо оказалось сравнительно невысоким, варвару удалось залезть на верхушку!

Так Витюня и сидел в кроне дерева, глядя на темнеющий небосклон наверху и на беснующуюся стаю волков внизу. Догадываясь, что из-за треклятой реалистичности продолжаться такое «весёлое времяпрепровождение» может долго, Виталик оставил компьютер включённым и пошёл спать. Авось к утру волки наконец разбегутся.

Всю ночь Виталику снились кошмары. Он брёл сквозь бесконечный лес, из которого не было выхода. За ним гнались злые люди и такие же злые волки.

Он проснулся за пять минут до будильника в холодном поту. Да, тяжело быть геймером, это вам не на заводе или в офисе просиживать жопочасы, в игре вон какие страсти творятся! Однако Виталик взял себя в руки, ведь он настоящий герой, он преодолеет препятствия.

Едва продрав глаза, Виталик сразу же направился к компьютеру, чтобы оценить ситуацию с его персонажем.

Судя по всему, за ночь в реальном мире в игре минуло несколько суток. Орк по-прежнему сидел на верхушке небольшого дерева, зато волков и след простыл. Виталик страшно обрадовался и хотел было сохраниться, чтобы выключить комп и пойти на работу, когда увидел какой-то блеск в отдалении.

В игровом пространстве сейчас был полдень, на безоблачном небе ярко светило солнце. Похоже, именно благодаря этому Виталик заметил то, что вечером накануне напрочь ускользнуло от его внимания, прикованного к стае волков. Ведь это явно был блеск воды! Ручеёк, а может, и целая речка. Превосходно, наконец-то он нашёл ориентир в бескрайнем лесу.

Сделав скриншот экрана, чтобы гарантированно не потерять направление, Виталик сохранил игру и отправился на работу. Настроение было великолепное.

И неважно, что он снова не выспался. Сон для слабаков, настоящему герою нет нужды тратить на него много времени.

Поскорее бы закончился рабочий день, чтобы можно было заняться по-настоящему важным делом.

Глава 5. Простонародье

Торжество разума заключается в том, чтобы жить в мире с теми, кто разума не имеет.

Вольтер

Быстро закинув в бурчащий от голода желудок приготовленный мамой ужин, Виталик устремился к компьютеру. Везёт же всё-таки его персонажу, в игре кушать и справлять другие телесные нужды не обязательно. Во Вратах Барана еда слегка восстанавливала очки здоровья и усталости, но герой вполне мог обойтись без неё. Эх, если бы в реальности всё было столь же просто и подчинялось строгой логике компьютерных вычислений…

Но мечты есть мечты, даже самому великому геймеру приходится отвлекаться на всякие досадные мелочи. Хорошо, что завтра выходные, можно будет уделить игре больше времени.

Загрузив последнее сохранение, Виталик спустил своего любимого орка с дерева и направился к блестящему в отдалении источнику воды. Это оказалась неширокая, но быстрая речка. Варвар направился вдоль неё, следуя за течением.

Путь оказался долгим, но не особенно интересным. Пейзаж постепенно менялся, лес редел. Несколько раз Витюня видел следы от кострищ, рваные остатки рыболовных сетей и другие следы человеческой жизнедеятельности. Похоже, совет следовать вдоль реки оказался действительно стоящим.

Примерно через час реального времени Виталик встретился с первым неигровым персонажем. Им оказался пожилой мужичок человеческой расы, собиравший грибочки.

— Здорово, братюня! — обрадовался варвар, за время побега успевший соскучиться по диалогам с разумными существами.

Как и его персонаж, Виталик жаждал общения — увы, на работе говорить с коллегами ему было не о чем. Все обсуждали баб, политику, футбол, сериалы и прочие совершенно неинтересные вещи. Значение имеет только прокачка героя, а не вот эта вся ерунда.

Грибник посмотрел на здоровенного орка с нескрываемой тревогой и подозрением:

— Мир дому твоему, — осторожно приветствовал его в ответ человек.

Никаких доступных реплик для диалога более не было. Видимо, после прохождения обучения предполагалось, что игрок станет писать все сообщения сам.

— Не боись, человече, я не причиню тебе вред, — написал Виталик, чтобы упокоить незнакомца. Представился, дабы вызвать доверие: — Меня зовут Витюня, и я слегка заблудился…

Человечек по-прежнему хмурился:

— Ну-ну, видали мы таких потеряшек. Сбежал из лагеря охотников на драконов?

«Лагерь… скорее уж каторга», — подумал Виталик, поэтому решил применить излюбленную орочью тактику, то есть притвориться тупым. В любой непонятной ситуации начинай «моякать» — народная зеленокожая мудрость.

— Моя не охотиться на драконов, моя охотиться на медведей и на волков! — так себе выдумка, но ведь в жизни люди выдумывают себе в оправдание куда больший бред.

— Ага, — только и ответствовал человечек. — Ну пойдём, что ли, отведу тебя в наше село, там пущай уже староста разбирается.

Звучало не слишком оптимистично, но разве был у заблудившегося варвара выбор? Либо бесконечно бродить по лесам, либо рискнуть, выдав себя на болвана.

Витюня последовал за худеньким мужичком.

Вскоре они вышли к небольшому селу, дворов этак на пятнадцать. Впрочем, почему небольшому? Типичное средневековое село примерно таким и являлось.

Вдоль идущей от речки дороги располагались деревянные домики, неплохо детализированные даже по современным меркам запредельно реалистичной компьютерной графики. Виталик отметил, что щели между брёвнами были замазаны глиной, крыши изготовлены из соломы, некоторые строения слегка кособочились. Окна оказались узкими и обтянутыми мочевыми пузырями крупного рогатого скота, вместо стекла. По огороженным низенькими кривыми заборами дворикам деловито сновали гуси и курицы, из загонов издавали характерные звуки коровы, свиньи, овцы и козы. Сельская идиллия, не иначе! Виталик невольно подумал, что если бы компьютер умел передавать запахи, то здесь непременно воняло помётом с навозом: следы жизнедеятельности птиц и скота разработчики тоже заботливо прорисовали самым тщательным образом…

Пока они шли по расположенным вокруг села садам, возделанным полям и разнотравью, большинство местных жителей успело стянуться к центру деревни. Оставалось надеяться, что они собрались, дабы поприветствовать незнакомца, а не заковать его в кандалы для последующей выдачи стражникам. Виталик слегка было успокоился, не увидев у селян мечей и другого устрашающего вида оружия, но быстро понял, что вилы, на которые некоторые из крестьян опираются, вполне могут сойти за эдакую разновидность копья, а лопаты использоваться как алебарды. Следовало вести себя осторожнее.

— Фунгор, какой интересный ты нашёл гриб! Большой, зелёный, мясистый… — вышел вперёд наиболее упитанный среди селян человек. — Поделишься секретом, где такие растут?

Виталик постарался припомнить информацию об орках, которую читал при создании персонажа. Вроде там ничего не было сказано про грибовидную природу орочьей расы. Это же Врата Барана, а не Warhammer 40 000, что этот человечек несёт?!

— Ну, интеллект у этого орка, похоже, недалеко ушёл от грибов. Болтался по лесу рядом с речкой, как такого не подобрать?

Плотный мужчина кивнул, демонстративно поглаживая тесак, висевший на поясе:

— Очередной недоучившийся охотничек на драконов?

— Говорит, что охотился на волков и медведей. Насчёт волков не уверен, а вот насчёт косолапого точно брешет.

Мужик с тесаком сощурился:

— Угумс, медведи тута отродясь не водились, да и на волков с затупленным топориком никто в здравом уме не охотится.

Виталик понял, что сейчас самое время вмешаться беседу, которая явно шла не в ту сторону:

— Моя плохо понимать по-человечьи.

— Ловко придумано, орк, — ухмыльнулся мужчина. — Я не я, и рожа не моя! Когда приезжают сборщики подати, мы тоже всем селом идиотами притворяемся. Увы, не шибко это нам помогает.

«Н-да, нашла коса на камень. Похоже, пришла пора вновь менять тактику».

— Ладно, я действительно не настолько тупой, каким притворяюсь. Но я не преступник и не собираюсь причинять вашему селу вред. Напротив, я готов выполнять для вас разные задания, чтобы заработать денежку на нормальную броню и топорики. Убить всех монстров в окрестностях, например.

Селяне удивлённо переглянулись. «Видать, не ожидали такого резкого перевоплощения тупорылого орка», — улыбнулся Виталик.

— Денежку? Да ещё и на броню с боевыми топориками? — мужик с тесаком зашёлся в приступе смеха. — Орк, осмотрись, какие могут быть деньжищи в нашем селе?! Тебе всю жизнь придётся пахать от зари до заката, чтобы на «нормальную броню» себе заработать! Задания, монстры в окрестностях… Ха-ха-ха!

Остальные селяне подхватили ржание старосты. Некоторые хватались от хохота за бока, другие закрывали ладонями лица, чтобы скрыть слёзы смеха.

— Правильно говорят: можно вывести орка из тундры, но нельзя вывезти тундру из орка. Ты в Срединных Землях, орчара, единственный монстр на много миль вокруг — это ты!

«Да чёрт побери, что же это за игра-то такая! Проблемы на каждом шагу».

— Я не монстр! — выкрикнул орк-варвар.

— А мы не бароны, чтобы наёмников нанимать!

— Холопы! — не удержался от резкого высказывания в адрес людишек Витюня.

— Бычара безмозглая!

— Быдло крестьянское! — продолжил обмен любезностями варвар.

— Лиходей окаянный!

— Чернь! Плебс! Сволота! Шваль! Хамьё! — Виталик использовал почти весь словарный запас.

— Душегуб! Кровопийца!

— Смерды! Скот! Жлобота! — бешено стучал по клавишам геймер.

— Поганка зелёная!

— Представители интеллектуального большинства!

А вот это, пожалуй, был перебор. Не поняв смысла оскорбления, но почуяв издёвку, селяне схватились за вилы:

— Бей гада!

«Твою ж…», — не успел проговорить про себя даже такую короткую мысль Виталик, в то время как его тренированные пальчики уже развернули персонажа, заставив бежать как можно быстрее и дальше, неважно куда.

Несколько скользящих ударов сбоку опасно уменьшили очки здоровья у орка, но он сумел прорваться через неплотный строй перегородивших ему путь селян. Уловив блеск речки, Витюня понял, что следует делать.

Оставалось надеяться, что его персонаж умеет плавать. Может, в следующей деревушке, куда его принесёт течение, жители будут не столь агрессивными.

Ишь, гриб он, да ещё и поганка! Поди удержись тут от ругани.

Ох уж эта средневековая деревенщина.

Глава 6. Печенег

Когда целыми днями напролёт читаешь тексты, где говорится о спокойствии, созерцании и самоотречении, хочется выйти на улицу и набить морду первому встречному.

Эмиль Мишель Сиоран

Нырнув в речку, Виталик быстро выяснил два момента: его персонаж вполне себе умел плавать, но, чтобы удерживаться над водой, надо было быстро нажимать на определённые клавиши — фактически процесс плавания оказался реализован в виде мини-игры. Не особенно увлекательной, но требующей полной концентрации внимания. Так себе развлечение.

Когда через полчаса впереди показался ветхий деревянный пирс, Виталик страшно обрадовался — ещё немного и он бы точно утопил своего персонажа от скуки. Погони давно и след простыл, можно было выбираться на сушу.

Сидевший на пирсе рыбак, помог орку выбраться из воды, скептически осмотрев промокшего варвара:

— Н-да, рыбка из тебя так себе.

Памятуя о прошлой встрече с простонародьем, Виталик сразу изложил новую легенду, объясняющую его внезапное появление:

— Я не рыбка, не грибочек, я орк! Работал охранником у торговца, когда на нас напали разбойники. Мерзавцы застали нас врасплох, я едва унёс ноги! Есть в вашей деревне стражники или другие представители власти? Нужно сообщить об угрозе.

Пропитого вида мужичок с удочкой почесал заросший щетиной подбородок:

— Дык, откуда в нашей дыре стражники-то? Стражники в городе, а к нам в лучшем случае кто-то из людей барона раз в месяц приходит, чтобы девку нашенскую отодрать да отнять что-нибудь.

— Плохо дело, — написал Виталик. — Хотя погоди, раз к вам регулярно наведываются люди барона, значит, сам барон обитает не так далеко, ага?

— Ага, — согласился мужчинка, — если прямо по дороге идти, то за пару дней можно до замка добраться. Только барон он злющий, и люди у него такие же нехорошие. Не помогут они тебе ничем, орк, только отнимут что-нибудь, хотя... На твоё барахлишко, может, и не позарятся.

Мокрые лохмотья и затупленные топорики варвара действительно едва ли имели какую-то ценность. Да и в любом случае Витюне была нужна работёнка, не у нищебродов же задания выпрашивать? Теперь он понимал, что, кроме вил в животе, от черни ничего путного не дождёшься. Злой барон или нет, а орк пойдёт в замок.

— Деваться некуда, попытаю счастья у феодала. Спасибо за помощь, человече, удачного улова тебе!

— Бывай, орк, — махнул рукой мужичок. — Как по мне, между разбойниками и людьми барона разница не столь уж большая… — уже тише пробубнил себе под нос повидавший за свою жизнь немало жестокости человек.

* * *

В игре Витюня топал полдня, что равнялось примерно часу реального времени. Да, игровой мир действительно был обширный, и это было здорово, но целый час шагать по дороге было совершенно неинтересно.

Хотя сельская местность оказалась весьма заселённой, и орк прошёл через несколько деревушек, расположенных вдоль дороги, особой движухи встречи с простонародьем не добавляли. На него косились, а то и следили с откровенной враждебностью, чтобы он не спёр что-нибудь. Если с орком вступали в беседу, то только чтобы выяснить кто он, куда держит путь и быстро ли уберётся прочь из селения. Странствующих оборванцев в этой игре не любили.

Виталик быстро пришёл к выводу, что для нормальных путешествий во Вратах Барана обязательно нужна лошадь или другое ездовое животное, иначе никакого времени не хватит, чтобы исследовать мир и пройти всю игру. Вот только где взять коня? Разве что украсть, причём у кого-то существенно богаче обычного крестьянина…

Когда орк проходил через относительно большую деревню, то, увидев трактир, сразу понял, что здесь стоит задержаться подольше. Ведь где ещё можно переговорить с торговцами или иными бывалыми путешественниками? Если повезёт, авось кто-нибудь даже подбросит до замка.

— О-о-о, какие лю… нелюди без охраны пожаловали, — не самым доброжелательным образом приветствовал орка трактирщик. — Заблудился, орчара? У нас в долг не кормят и милостыню не подают!

«Да что же вы все такие грубые, прямо как в обычной жизни!» — возмутился Виталик, привыкший чувствовать себя в играх героем, а не нищебродом, которого все пинают. — «На ком они свою нейросеть обучали? На комментариях в маркетплейсах, что ли?»

— Я иду в замок барона, чтобы сообщить о нападении шайки разбойников! — гордо ответил хозяину трактира Витюня. — Надеялся найти здесь попутчиков. А подачки мне не нужны!

Взгляд трактирщика стал чуть более дружелюбным:

— Ну тогда другой разговор. Можешь во двор заглянуть. Там как раз один гном в путь собирается. Если повезёт, подкинет тебя до замка барона. Только это, орчара…

Виталик обнаружил, что в режиме свободного диалога можно не только писать текст, то и вводить команды, такие как «поднять бровь». Чем он не преминул сразу воспользоваться.

— Постарайся обойтись без глупостей. Бородатый везёт преступников в лагерь драконоборцев на севере, так сказать, для перевоспитания и всё такое. Попытаешься украсть что-нибудь… тогда боюсь, тебя подвезут в отнюдь не самое приятное место.

У Виталика начинали зреть подозрения. Тем не менее орк поблагодарил хозяина трактира и вышел во двор.

Да, перед ним оказался тот самый гном, что убил его первого героя Виталю. Геймер видел бородача вблизи всего раз, но сомнений быть не могло. Проклятый «печенег» как раз проверял прочность замка на клетке, в которой сидели два человека.

«Очередная партия горе-героев», — понял Виталик.

— Здравия желаю, товарищ гном! — чтобы отомстить, для начала следовало хоть немного втереться в доверие. — До замка барона подбросите? — а как только они выйдут за пределы деревни, гному не поздоровится.

Бородатый крепыш хмуро взглянул на орка:

— Разве что ты решишь залезть в клетку, орчара, на козлах мне такой попутчик не нужен.

— Почему так грубо?! — возмутился Витюня.

— Ты на своё отражение когда в последний раз глядел, орк? Грязный, в рваных лохмотьях, с топорами за поясом… Учебными топорами, — гном нехорошо ухмыльнулся. — И рожа у тебя знакомая ведь какая-то. Подожди минутку, орчара, сейчас я тебе кое-что покажу.

Но Виталик уже прекрасно знал, что хранится в сундучке у злобного карлика:

— Э-э-э, пожалуй, я лучше пройдусь пешком. До свидания!

— Да погоди ты… — прошипел полезший открывать сундук гном, но орка и след простыл.

На сей раз Виталик намеревался выяснить отношения, находясь в более выгодном положении, опыт прошлой беседы с гномом не прошёл даром.

«Подкараулим гада где-нибудь на дороге», — решил геймер, выводя своего героя из деревушки. — «Где не будет свидетелей и возможности безнаказанно расстрелять моего славного орка».

* * *

Витюня терпеливо ждал, спрятавшись в зарослях густого кустарника у дороги. Поваленная им полчаса назад молодая берёзка не могла надолго задержать гномью повозку, так что следовало оставаться настороже и ловить момент, когда «печенег» спустится с облучка.

«Ну ничего, ради такого дела немножечко подождём», — приговаривал про себя Виталик, поедая одну пачку с чипсами за другой. На часах было уже полтретьего ночи, но завтра был выходной, так что со сном можно повременить. — «Сначала отомстим, тогда и ляжем спать с чистой совестью».

В конце концов его терпение было вознаграждено, из-за поворота дороги выехала телега с клеткой. На облучке восседал знакомый гном с заряженным арбалетом, который коротышка предусмотрительно держал на коленях.

«Проклятье! Печенег явно ждёт нападения», — понял Виталик. Впрочем, чего ещё было ожидать, неигровые персонажи здесь умные. После беседы в трактире у гнома имелись все основания готовиться к неприятностям. Орки обид не прощают.

«Ну же, давай, слезай с козел, скотина!» — шипел про себя геймер, внимательно наблюдая за телегой, остановившейся перед поваленным на дорогу деревцом.

Однако гном спускаться отнюдь не спешил. Напротив, коротышка поднялся, встав на сундук, откуда принялся внимательно осматривать заросли вдоль дороги.

Виталик невольно затаил дыхание, хотя разумом понимал, что это не имеет ни малейшего смысла. Заметят его орка или нет — зависит от игровой механики скрытности. Кусты, в которых спрятался его варвар, были густыми, сам орк имел зелёный цвет кожи…

«Должно, ну должно прокатить! Не может заметить меня этот гном!»

«Печенег» медленно поворачивался, обводя взглядом придорожные кусты и кроны деревьев. Когда его взгляд стал обшаривать заросли, в которых прятался орк, время словно замедлилось. Рука с чипсами застыла на полпути ко рту геймера, секунды тянулись словно минуты, а минуты словно часы. Наконец гном вновь повернулся, продолжив высматривать засаду в уже ином направлении.

Виталик выдохнул с облегчением, доев-таки чипсы и начав активно вытирать руки салфеткой. Пора было готовиться к бою, похоже, удача улыбнулась зеленокожему варвару.

Тщательно осмотрев придорожные заросли, гном слез с телеги, подошёл к перегораживающей дорогу берёзке и, наконец-то отложив в сторону арбалет, принялся рубить топориком дерево.

Настал момент истины, орк выбрался из укрытия и крадучись направился к занятому работой гному. Только сейчас он понял, что два типа в клетке внимательно наблюдают за его приближением. Если мерзавцы завопят, чтобы выдать замышляющего недоброе дело орка… К счастью, один из голодранцев показал ему поднятый вверх большой палец, явно одобряя замысел орка.

— За Виталю! — набросился варвар на гнома, подобравшись на максимально близкое расстояние.

«Печенег» бросился было к своему проклятому арбалету, но орк оказался быстрее. Ударом ноги варвар отшвырнул гнома от смертоносного оружия дальнего боя. Замахнулся топориками, но бородатый крепыш уже пришёл в себя и встретил орудия варвара собственным боевым топором. Заточенным, в отличие от недоучившегося охотника на драконов. Завязалась борьба.

Витюня ударил сразу обеими руками, но кряжистый коротышка ловко отскочил в сторону, уворачиваясь от одного удара и блокируя рукоятью топора второй. Сразу перешёл в контратаку, едва не убив орка, лишь в последний момент сумевшего разорвать дистанцию с гномом.

«Надо пользоваться преимуществом роста», — понял Виталик, судорожно нажимая на клавиши. — «Атаковать его и сразу отскакивать! Обмен ударами не прокатит».

Гном целился орку во внутреннюю часть бёдер, надеясь перерубить вены и вызвать кровотечение. Такой удар точно станет как минимум критическим, а то и смертельным. Витюня был вынужден оставить попытки пнуть ногой гнома. Двое противников начали плавно кружить друг вокруг друга.

— Врежь ему, орк! — кричал один из людишек в клетке.

— Да! Порви бородатого! — решил присоединиться к поддержке второй человек.

Моральная помощь двух бедолаг была, конечно, приятна, но Витюня не отказался бы от несколько более материальной подмоги. Он никак не мог нанести серьёзный урон гному, оказавшемуся довольно юрким, несмотря на брюхо и широкие плечи.

— Что, орчара, надеялся на лёгкую победу? — прошипел сквозь зубы его оппонент. — И не таких поддонков, как ты, я спроваживал на тот свет. Получай!

Гном резко прыгнул вперёд. Казалось невероятным, что такие короткие ножки способны настолько далеко бросить такое тяжёлое тело. Витюня успел заблокировать удар, нацеленный в низ его живота, но лезвие топора «печенега» царапнуло ему по предплечью. Здоровье варвара опустилось ниже двадцати процентов, экран окрасился в красный цвет.

— Моя есть Витюня! — заорал отчаянный орк. — Моя твоя убивать!

Скорость ударов и перемещений заметно увеличилась. Теперь варвар успевал обрушить на гнома целый град ударов, прежде чем коротышка переходил в контратаку. Если бы топорики орка не наносили столь малый урон, будучи незаточенными, гном неминуемо пал, не выдержав натиска. Однако оружие Витюни было предназначено для тренировок, а не реального боя, поэтому оставалось надеяться, что он сумеет домучить гнома своими комариными укусами раньше, чем пройдёт эффект ярости.

— Твоя облажаться, орчара, — сплюнул кровью гном, получивший по зубам во время успешной серии ударов озверевшего варвара. Заточенный топор или нет, но для зубов и лица соприкосновение с железом не сулит ничего хорошего. Даже в играх железо обычно оказывается куда крепче плоти. — Меня тупым топором не возьмёшь!

По практически полностью потемневшей иконке с эффектом ярости в углу экрана Виталик понял, что действие чудо-способности скоро закончится и тогда его орку конец. Надо было идти ва-банк: бить, больше не думая о защите, чтобы успеть убить гнома.

— Это Спарта!!! — ни к селу ни к городу выпалил его персонаж, ударив ногой в лицо супостата. Витюня принялся беспорядочно осыпать «печенега» ударами. — За Орду! Заг-заг! Ва-а-а-а-гх!

Здоровье двух соперников стремительно уменьшалось. Оба лупили друг друга, выкрикивая абсолютно не вписывающуюся в лор игры ахинею. Орк обрушивал удары на голову гнома, тот отвечал ударами по рукам варвара.

Тактика «печенега» принесла плоды, один из топориков орка выпал. Виталик сразу нажал специальную комбинацию клавиш, схватив оставшийся топор обеими руками.

— Моя есть… — за счёт усилий сразу двух рук удар оказался медленней, но сильнее. — Витюня!!!

Критический удар!

Можно было обойтись и без надписи посередине экрана. Виталик увидел, как его герой пробил висок гнома — топор вошёл на несколько сантиметров вглубь черепа. Превосходно!

«Печенег» сразу обмяк, его руки безвольно опустились, колени подогнулись. Несколько секунд тело гнома ещё пошатывалось, пребывая в вертикальном положении, а затем медленно завалилось набок.

Витюня радостно поднял руки к небу:

— Моя победить! — провозгласил орк.

Затем эффект ярости завершился, и варвар сам упал на колени. Очков здоровья оставалось процента полтора от максимума. Очки усталости были исчерпаны полностью. Орк потерял сознание. На экране всё потемнело.

«Ну и как после этого спать?» — подумал возбуждённый битвой с гномом Виталик и отправился на кухню, чтобы налить себе чашку кофе. — «Ладно, вздремну завтра днём. Всё равно выходные. А что порядочные люди делают в выходные? Правильно, играют и спят. Не из дома же, в конце концов, выходить?»

Глава 7. Жечь мосты и грабить караваны

Мы придерживаемся угрюмого убеждения, что нам не хватает как раз того, что есть у другого.

Герман Гессе

— Эй! Очнись уже, орк! Давай-давай, хватит разлёживаться.

Запертые в клетке мужчины громко кричали, пытаясь достучаться до сознания орка. Разлепив глаза, тот беспомощно вращал головой, — сколько Виталик не пытался взять под контроль управление героем, пока у него имелась возможность лишь слегка двигать камерой. Видимо, это должно было имитировать дезориентацию едва пришедшего в себя персонажа.

— Вставай, орк! Если кто-нибудь проедет сейчас по дороге, нам всем конец! Слышишь? Тебя точно вздёрнут на виселице за убийство, ещё и нас повесят с тобой за компанию. Поднимай свою зелёную задницу, обыщи бородатого гада, у него должны быть ключи от замка!

Управление над варваром постепенно возвращалось к Виталику. Орк встал на карачки, а спустя ещё две минуты сумел наконец подняться на ноги. Предложение обыскать гнома казалось разумным. Геймер в любом случае обшарил бы тело «печенега», а также его сундучок. Так что первым делом варвар взялся за осмотр добычи.

Боевой топорик гнома значительно превосходил по характеристикам учебное оружие охотника на драконов. Жаль, что топор был только один — заменив оружие в правой руке, Виталик сразу оценил возросший урон, наносимый его персонажем. Арбалетом варвар пользоваться, к сожалению, не умел, а походный нож гнома хотя и был хорошего качества, но из-за специализации Витюни на топорах уступал даже учебному топору в левой руке.

Одёжка гнома не подходила орку по размеру, он смог позаимствовать только пояс. А также кошель с парой серебряных монет и целой горстью медных грошей. Возможно, на эти деньги он сможет купить что-нибудь в городе. Позаимствованная связка ключей позволила заглянуть в сундук, но там оказались сугубо бытовые предметы — всё-таки «печенег» был возницей, а не каким-нибудь рыцарем.

— Эй! Освободи нас, орк! Хватит ковыряться в сундуке гнома!

А вот здесь Виталик решил поставить игру на паузу и подумать. Два типа в клетке явно не походили на положительных персонажей, такие воткнут нож в спину не задумываясь. Учитывая наличие всего полутора процентов здоровья, любой конфликт с освобождёнными пленниками мог закончиться для варвара плохо. С другой стороны, втроём у них будет куда больше возможностей навалять простолюдинам и путешественникам. Какая-никакая команда.

Витюня направился к двери клетки.

— Всему есть цена, людишки. Хотите, чтобы я вас отпустил?

Несостоявшиеся охотники на драконов кивнули.

— Тогда будете служить в моей банде. Не бойтесь, я не настолько рисковый, как могло показаться, — добавил Витюня, увидев сомнение на небритых лицах людишек. — С этим гномом у меня были личные счёты, поэтому я и напал на него столь отчаянно. Втроём же мы станем заниматься куда более прибыльным делом.

Пленённые люди закивали с куда большим энтузиазмом, орк отпер клетку:

— Выходите. Один может взять себе арбалет, второй ножик гнома. Сейчас попробуем выломать из телеги клетку, спрячем труп и поедем как можно дальше отсюда, покуда кто-нибудь не схватился о пропавшем без вести бородаче.

Мужики пожали плечами, но безропотно выполнили указания орка. Один вооружился арбалетом, второй ножом, втроём они разломали клетку, спрятали обломки и труп недалеко от дороги.

— Я Витюня, — представился варвар. — Но вы, наверное, уже это поняли. Когда я зол, «моя есть Витюня» сходит за боевой клич.

— Меня зовут Отморозкин, — кивнул человек, которому достался нож гнома.

— А я Дурошлёп, — назвался арбалетчик. — Так чего делать-то будем, раз мы теперь банда?

Заняв место возницы, Витюня принялся осваивать управление повозкой:

— Чего, чего. Ясень пень, будем зарабатывать деньги всеми доступными способами. А какие у нас есть варианты обогатиться?

— Ограбить кого-нибудь? — предложил Отморозкин.

— Верно, — согласился Витюня. — Но не кого-нибудь, а торговцев и путешественников. С крестьян, сами понимаете, взять особенно нечего.

— А ты умный орк, — уважительно отозвался из телеги Дурошлёп.

— Ещё бы, — варвар воспринял похвалу как само собой разумеющуюся. — Подлечусь сейчас немножечко и начнём куролесить. Жечь мосты и грабить караваны — моя мечта с малых лет.

Похоже, новые спутники одобрили ход мыслей орка. Несостоявшиеся охотники на драконов были теми ещё сорвиголовами.

* * *

— Ты уверен, что так оно загорится?

Витюня усердно разжигал костёр прямо посередине моста:

— Без понятия, у тебя есть какие-то более конструктивные предложения?

Отморозкин почесал давно не бритую щетину:

— Не, я вообще не очень понимаю, зачем жечь мосты?

— Некогда объяснять, просто поверь, что так надо!

— Ну ладно, тогда давай огонь активней распространять, — пожал плечами спутник варвара и принялся разносить по деревянному мосту горящие угли.

Следящий за дорогой Дурошлёп вернулся из разведки:

— Долго вы возиться ещё собираетесь? Там телега какая-то едет, но, похоже, обычный селянин репу куда-то везёт.

— Ах ты ж, курва-мать! — выругался Витюня. Сожжённый мост должен был стать препятствием для торговцев и путешественников, а не привлекать внимание местных жителей. — Придётся грохнуть человека, чтобы не предупредил остальных.

— Грохнуть? — сленг Виталика не всегда был понятен неигровым персонажам.

— Убить, то есть. Ну и лошадок заодно умыкнём.

— Эм, — снова не понял орочьи указания Дурошлёп. — Какие такие лошадки? Там обычный ослик впряжён.

«Блин, муторная какая игруха!» — в очередной раз отметил про себя Виталик, но тут же выдумал новое объяснение:

— Какое нищее у вас королевство, у нас вон на севере не то что на лошадях, на медведях все ездят! — если уж в реальном мире некоторые иностранцы до сих пор верят в обитающих в России медведей, стоящих с балалайками в очереди за талонами, то что говорить об эрудированности дремучих обитателей средневекового мира? — Ладно, пустим осла на жаркое, а крестьянина возьмём в плен. Расспросим о ситуации в округе, а если повезёт, какой-никакой выкуп у родных выторгуем.

Это было уже куда гуманнее и понятнее. Отморозкин спрятал за поясом нож и вытащил состроганную ранее дубинку:

— Лады. Дурошлёп, зайди сзади и возьми сельского дурачка на прицел. Я постараюсь убедить крестьянина избегать резких движений, — немного подумав, Отморозкин добавил. — Без крайней необходимости всё-таки не стреляй. Жизнь крестьян имеет значение. Это аристократов не жалко.

Отморозкин и прятавшийся до поры до времени за деревьями орк играючи повалили селянина, надавали несчастному мужичку тумаков и связали. Тщательно обыскали телегу, но, как и ожидалось, кроме пары грошей, ничего ценного у крестьянина не нашлось.

Зато допрос с пристрастием принёс Витюне весьма полезные сведения.

Мост, который они подожгли, находился на довольно оживлённой дороге, в полдне пути отсюда располагалась большая деревня. Если слухи о порче моста не дойдут до местных жителей слишком быстро, то банде почти наверняка удастся поймать торговца-другого врасплох — те регулярно ездили по этой дороге. А вот ожидать богатого каравана не стоило: замок барона находился совсем рядом с упомянутой выше деревней, поэтому земли считались для путников относительно безопасными. Потребности сбиваться в группы для взаимной помощи и защиты у торговцев здесь не было.

«Что ж, хотя бы мечту с поджогом моста удалось воплотить. Может, когда подкачаемся, встретим в более суровых местах и какой-нибудь караван».

На замечание по поводу замка барона трое разбойников не обратили никакого внимания.

А зря. Это было куда важнее отсутствия в здешних краях караванов.

* * *

Засевший в кроне дерева Дурошлёп подал условный сигнал. Прячущиеся в кустах Витюня и Отморозкин приготовились к нападению.

Благодаря организованному Дурошлёпом наблюдению за дорогой они уже знали, что цель будет лакомой, но вовсе не беззащитной. К ним приближалась повозка торговца, однако, помимо упитанного мужичка, троим разбойникам предстояло иметь дело с профессиональным охранником. На том не было шлема, лат или хотя бы кольчуги, но имелась добротная стёганка, на коленях лежал лук, а позади сидения к борту повозки была приторочена алебарда. Если не удастся сразу прибить вояку выстрелом из арбалета, такой тип может доставить банде оборванцев серьёзные неприятности.

— Чур, стёганка моя, — прошептал варвар на ухо Отморозкину. Тот ощерился.

— Тогда я беру алебарду! — принялись делить шкуру неубитого медведя двое подельников.

— А у Дурошлёпа будет тогда лук с арбалетом? Зачем ему два орудия дальнего боя? Лучше лук бери, Отморозкин!

Но Отморозкин и слышать ничего не хотел:

— Нет, мне нужна алебарда! Ты только посмотри, какая она огроменная! Такой лупанёшь разок, обязательно голову или конечность отрубишь.

Витюня кивнул. Да, хорошее оружие. Можно держать противника на расстоянии и наносить мощные удары, вкладывая силу двух рук. Будь у него подобное оружие в схватке с «печенегом», очков здоровья сохранилось бы куда больше.

Дурошлёп на дереве усиленно жестикулировал, чтобы два великих стратега заткнулись, но было поздно. Повозка торговца затормозила, охранник привстал, беря на изготовку свой лук.

— Эй, там! Да, вы двое в кустах, я вас вижу! Выходите…

Арбалетный болт вонзился в передний борт повозки в паре сантиметров над плечом воина. Тот сразу переключил внимание с кустов на кроны деревьев.

— Вперёд! — крикнул орк, понимая, что пришла пора действовать. Не самая выгодная позиция для начала схватки, но что есть, то есть, идти на попятную было поздно.

— А-а-а! — завопил Дурошлёп, падая с дерева.

«Проклятье», — выругался Виталик, которому стало не до писанины умных мыслей в игре.

Чтобы сбить прицел направленного на него лука, Витюня швырнул топорик в левой руке в ближайшую лошадь. От учебного оружия в бою всё равно мало толку, а вот испугать лошадок затупленный, но тяжёлый топор мог весьма эффективно.

Оружие стукнуло по морде животного, лошадка заржала и дёрнулась. Стрела просвистела намного правее бегущего варвара.

— Воруй, убивай, е… — Отморозкин едва отскочил от попытавшейся лягнуть его второй лошади. — …гусей!

— Я тебе покажу щас гусей, — прошипел воин, отбрасывая лук и хватаясь за алебарду. — Получай, живодёр!

Удар двуручным оружием едва не расколол Отморозкину голову, тот снова увернулся в самый последний момент. Витюня подбежал к повозке с другой стороны и сразу получил по зубам от торговца — пухлый мужичок на удивление шустро размахивал невесть откуда взявшейся в руках палицей.

— Моя есть Витюня! — заорал впавший в ярость варвара орк. Со времени схватки с гномом он еле-еле сумел восстановить очки здоровья до десяти процентов от максимума, следовало быть осторожнее.

Есть моя или нет, а дело было дрянь. Отморозкин с ножом не имел ни малейшего шанса одолеть воина с алебардой, занимавшего к тому же куда более выгодную позицию сверху. Варвару тоже приходилось подпрыгивать, чтобы достать торговцу до жизненно важных органов. С учётом вышедшего из строя Дурошлёпа, шансы на победу казались невелики.

— Моя есть… — понимая, что нужно срочно что-то менять, орк отпрыгнул назад от повозки и со всей силы ударил по заду коня обухом топора, — моя есть Витюня!

Лошадь дёрнулась, держащий в одной руке вожжи торговец сумел удержаться на облучке, а вот нагнувшийся в выпаде алебардист громыхнулся с повозки.

— Моя есть Отморозкин! — радостно набросился на упавшего воина разбойник с ножом.

Вот только охранник оказался опытным бойцом: сумев сгруппироваться при падении, он не только не потерял ориентации в пространстве, но и умудрился рубануть алебардой из положения лёжа. Отморозкин дико завопил, лишившись ступни.

«Вот же срань!» — ругнулся Виталик, обегая своим персонажем отъехавшую повозку и бросаясь на встающего с земли воина. — «Я снова остался один!»

Охранник ткнул его наконечником алебарды, словно копьём. Очки здоровья снова вернулись к уровню двух процентов от максимума.

«Капец…» — испугался Виталик за орка, когда его противник внезапно рухнул ничком. Из спины алебардиста торчал толстый болт, выпущенный не иначе как из хорошо знакомого арбалета.

— Стоять, жиробас! — крикнул купцу Дурошлёп, выживший, но явно получивший серьёзные раны. Судя по тому, как неуклюже он прислонился к стволу дерева, арбалетчик повредил при падении ногу — стрелять и перезаряжать арбалет из такой неудобной позиции добровольно никто бы не стал.

— Моя есть… — варвар устремился в погоню за повозкой, которую торговец, поняв, что остался без охраны, направил к мосту.

«К сожжённому мосту», — вспомнил Виталик и улыбнулся.

— Тпру! — натянул вожжи пузатый мужчина, когда увидел, что оказался в ловушке.

К счастью, мериться силами с едва живым орком торговец не стал. Спрыгнув с повозки, он бросился к реке и нырнул в воду. Видать, решил, что собственная шкура дороже товара.

Преследовать падлу Витюня не стал. Он тоже пришёл к выводу, что жизнь героя дороже гипотетического шанса урвать кошель толстобрюха. Проводив взглядом уплывающего купца, орк вернулся к товарищам.

— Витюня! Витюня! — стонал лежащий на дороге Отморозкин. — Витюня, я ног не чувствую!

— Отморозкин, а у тебя их нет! — закричал в ответ варвар, увидев оторванную ступню друга.

— Надо приложить капустный лист к ранке, — посоветовал рассевшийся под деревом Дурошлёп. Уловив на себе недоумённый взгляд орка, дал пояснения: — Универсальное средство народной медицины. Моя бабка так все на свете болезни лечила.

Варвар огляделся:

— Дык, где сейчас взять капусту-то? Может, подорожник приложим?

Дурошлёп кивнул:

— Тоже хорошее средство. Только быстрее, а то он сейчас от кровопотери умрёт!

Орк принялся шарить по травкам, росшим вдоль дороги. Не сразу, но довольно быстро он нашёл столь нужную его другу траву.

— Нашёл! Держись, Отморозкин!

— Витюня! Витюня! Ви-и-итюня! — плакал раненый человек.

Варвар приложил чудодейственное растение к ране. Отморозкин завопил пуще прежнего.

— Похоже, не помогает! — крикнул орк через плечо Дурошлёпу.

— Быть такого не может! Подорожник и капустный лист лечат всё!

Увы, как ни старался Витюня прикладывать подорожник, кровь продолжала литься ручьём из раны товарища. Глупый Отморозкин вложил все очки в силу, ловкость и волю, но совершенно не прокачал телосложения. Это стоило ему жизни.

Через какое-то время Отморозкин перестал кричать, повернул к варвару невероятно уставшее лицо:

— Скажи моей маме, что…

Глаза разбойника закатились, и он испустил дух. Витюня выронил окровавленные листы подорожника:

— Отморозкин! Не-е-е-ет!!!

— Я же говорил, капустный лист нужен, — констатировал сидящий под деревом Дурошлёп, который и сам выглядел весьма скверно. — Принеси мне какие-нибудь тряпки и крепкие палки, орчара. Похоже, у меня перелом, надо зафиксировать ногу.

Витюня рассеянно огляделся по сторонам, осматривая сцену побоища.

— Пограбили, называется, караваны, — пробурчал расстроенный орк. — Твою мать!

Глава 8. Люди барона

Кажется, что бесстыдному человеку, хвастуну, хитрецу, хулителю, дерзкому и бездельнику живётся легко; что тяжела жизнь того смертного, который непрестанно стремится к непорочному, всегда кроток, разумен, бескорыстен; но это только кажется. Первый всегда тревожен, второй всегда спокоен.

Гаутама Будда

Тела Отморозкина и охранника решили не хоронить, а сжечь вместе с телегой взятого ранее в плен селянина. С недавних пор варвар вообще любил сжигать всё, что горело. К тому же нет трупа — нет преступления, от улик лучше избавляться сразу и самым решительным образом. Орк заживо сжёг бы и пленённого крестьянина, но за того заступился Дурошлёп, который и сам был выходцем из какой-то убогой деревни. Однако отпускать бедолагу на все четыре стороны тоже было небезопасно: вкупе с улизнувшим торговцем, шансы превратиться из выслеживающих жертву охотников в добычу стражников драматически возрастали. Сошлись на том, что связанного селянина перенесли из леса к руинам моста, где на того точно рано или поздно наткнутся местные жители.

Сами же разбойники разделились: Дурошлёп направился в обход большой деревни — почти наверняка кто-нибудь сразу узнал бы повозку проходившего через селение всего полдня назад купца. А вот Витюня должен был в эту самую деревню всё-таки заскочить, чтобы купить на имевшиеся деньги лечебные снадобья. Затем на телеге «печенега» он собирался сразу же пуститься в путь дальше, нагоняя повозку с раненым Дурошлёпом.

Присвоенную ранее стёганку и лук воина пришлось отложить, их тоже мог опознать кто-то из местных. Виталик не решился доверить своё новое снаряжение Дурошлёпу, вместо этого спрятав броню в сундук гнома. Не поместившийся в сундучок лук варвар положил на дно телеги, прикрыв кучей «одолженной» у селянина репы. Теперь, если его новый партнёр позарится на товары купца и не станет дожидаться занятого покупками орка, Витюня всё равно окажется в плюсе. Наученный горьким жизненным опытом россиянин не был склонен полагаться на кого бы то ни было: Виталика не раз кидали «друзья» и даже родные, а здесь всего лишь совсем недавно освобождённый им персонаж. Если нейросеть и правда обучалась на основе истории реального мира, то имелись все шансы никогда более не встретиться с Дурошлёпом.

Тем не менее разбойникам действительно были нужны лечебные снадобья, поэтому стоило рискнуть разделившись. Подорожники и капустные листики в этой игре лечили скверно, нейросеть явно недооценивала мощь народной медицины! Ох уж этот искусственный «интеллект».

Зелья удалось купить без проблем. Каждая скляночка стоила пол серебряника и, с учётом небольшого уровня орка, восстанавливала от тридцати до пятидесяти процентов очков здоровья от максимума. Жаль, что на бутылочках не было ничего написано о составе — Виталику очень хотелось узнать, как нейросеть обосновывает столь сильный лечебный эффект снадобья, запросто продаваемого в пусть и большой, но всего лишь деревне.

«Небось, как всегда, всё объясняется магией-шмагией. Хорошо быть создателем фэнтези-мира, в любой непонятной ситуации можно просто развести руки и сказать: а теперь колдовство», — фыркнул Виталик. — «Я всё-таки против подобного упрощения и вообще за научный подход». — И нет, собственные рассуждения о чудодейственном подорожнике не вызывали в сознании геймера ни малейшего диссонанса. Ведь критическое мышление — это относиться критически ко всему, что тебе не нравится, правильно?

Витюня выпил сразу две бутылочки волшебного зелья, восстановив здоровье до девяноста процентов от максимума. Так хорошо он себя не чувствовал с самого начала игры, когда инструктор провалил его под землю, чтобы продемонстрировать своё превосходство. «Да, хозяин!» — что ж, помним-помним.

Ещё пару склянок орк оставил для Дурошлёпа, на большее позаимствованного у «печенега» серебра не хватило. Зато на оставшиеся медяки наверняка можно было слегка поразвлечься в трактире, посмотреть на эффект от выпитого в игре алкоголя. Купив самую дешёвую, но новую тунику, чтобы его снова не приняли за попрошайку, варвар гордо отправился в придорожное питейно-спальное заведение.

— Здорово, мужичьё! — поприветствовал орк собравшихся в общем зале. — Да вы не пяльтесь так, словно чёрта увидели! — решил сразу прояснить своё происхождение варвар. — Ну орк я, и чё? Охранником у торговцев работаю, всё по-белому.

Вряд ли собравшиеся пропустить кружку-другую обыватели знали о белой и чёрной бухгалтерии, но версия с охраной купца показалась большинству вполне понятной и убедительной, интерес к вошедшему орку сразу угас.

— Эй, хозяин, плесни мне чего-нибудь крепкого! Не боись, расплачусь, — показал Витюня горсть медяков. — Я к вам ненадолго. Захотелось промочить горло перед дорогой.

Трактирщик молча пожал плечами, достал внушительную деревянную кружку и стал наполнять её содержимым самого большого бочонка.

— И куда мы направляемся на ночь глядя? — поинтересовался сидевший за барной стойкой посетитель трактира. Судя по добротному камзолу и крепкому телосложению, он и сам находился у кого-то на службе, причём этот кто-то явно не бедствовал.

— Куда-куда, — одним залпом орк выпил поданную хозяином трактира пузатую кружку. — Туда, куда купец скажет. Я парень простой, моё дело — охранять и не задавать лишних вопросов.

Человечек оказался неглупым, и намёк отвалить уловил:

— Что ж, я бы тоже не стал делиться подробными планами с первым встречным. Приятного вечера, орк, — мужичок в камзоле кинул трактирщику несколько монет и ушёл.

Хозяин трактира проводил вышедшего человека весьма хмурым взглядом, но никак не стал комментировать его странное поведение. Вместо этого он споро наполнял кружку орка, словно желая поскорее довести посетителя до нужной кондиции и спровадить.

Изображение на экране монитора постепенно расплывалось. Когда помещение начало покачиваться, Витюня понял, что пришла пора заканчивать пить.

— Ик! Спа… ик! сиб… ик! о-о-о, — преобразовала нейросеть введённый Виталиком текст. — Моя… ик! премного… ик! благодарен.

Количество медяков в инвентаре орка заметно уменьшилось, трактирщик явно содрал с дурачка куда больше положенного. Однако препираться в таком состоянии было бесперспективно, поэтому шатающийся варвар направился к выходу.

«Да, вполне реалистично, с последнего новогоднего корпоратива я примерно в таком же состоянии выходил», — оценил воздействие алкоголя Виталик. — «Интересно, а похмелье и сушняк в игре тоже будут?»

Трое мужчин, поджидающих варвара на выходе из трактира, внушали весьма обоснованные подозрения, что возможность проверить побочные эффекты спиртного может не представиться. Все люди были в шлемах, в кольчугах, вооружены длинными мечами и круглыми щитами. Несмотря на расплывчатое изображение, Витюня узнал в одном из воинов интересовавшегося целью его путешествия человека в камзоле.

— Давай без глупостей, орк, — уже совсем иным тоном обратился к нему мужичок, выпивший явно не в пример меньше варвара. — Бросай свои топоры и марш с нами!

Снаряжение обступивших его бойцов недвусмысленно намекало, что одолеть в честном бою таких противников будет сложно даже поодиночке. Но Витюня был пьян, очень пьян…

Экран окрасился в красный свет. Похоже, алкоголь способствовал непреднамеренной вспышке ярости даже при полном здоровье.

— Моя… ик! — что ж, деваться было некуда, помимо воли геймера его герой бросился в бой. — Моя есть Ик! — варвар так и не сумел выкрикнуть своё имя, но Ик тоже звучало достаточно гордо.

Удар топора обрушился на ближайшего человека, но тот спокойно принял его на свой щит. Понимая, что сейчас на него нападут с обеих сторон два других воина, Витюня прыгнул на отбившего удар человека, повалив его своей массой.

— Моя! Ик! — орк и человек покатились по земле, вцепившись в друг друга. — Моя!!!

— Твоя-твоя, — прошипел мужичок, оказавшись снизу под орком. — Твоя подыхать!

Если при борьбе один на один позиция Витюни сверху была выигрышной, то в случае боя с несколькими противниками, он лишь подставил под удар свою спину. Один-единственный рубящий удар мечом сзади уменьшил количество очков здоровья с девяноста до пятнадцати процентов от максимума.

«Твою мать!» — впал в панику управляющий орком Виталик. Надо было срочно спасать зеленокожую шкуру его персонажа.

Варвар перекатился через плечо и бросился наутёк, желая оторваться от нападающих. Увы, всё ещё шатающееся изображение на экране делало бег медленным и плохо контролируемым. Не прошло и пары минут, как орк оказался в тупике — трое воинов неспешно приближались к своей жертве, прикрывая друг друга щитами. Против такого строя шансов у раненого орка уже совсем не было.

«Погодите, погодите», — Виталик открыл инвентарь, желая выпить припасённые для Дурошлёпа лечебные зелья. Его герою они сейчас точно нужнее. — «Вот подлечусь и тогда…»

Орк отложил топоры и принялся откупоривать скляночку. Обычно в играх процесс выпивания зелья происходил куда шустрее.

«Да быстрее ты пей! Твою…»

Один из воинов сделал выпад, проткнув орку сердце. Один короткий колющий удар и…

ВЫ УМЕРЛИ!

Все сохранения, сделанные вами во время игры, удалены. Однако действия героя учтены и окажут влияние на мир при ваших следующих похождениях. Хотите приступить к созданию нового персонажа прямо сейчас?

«Да пошли вы, что за херня, вашу Машу! Какого лешего на меня напали посреди деревни при куче свидетелей? Почему герой так долго не мог выпить зелье? Вы что, издеваетесь надо мной?! Что за тупая игра!»

Трое целёхоньких и невредимых воина подняли тело орка и понесли прочь из селения. Благодаря удаляющейся по спирали камере Виталик увидел, что вокруг собралось довольно много зевак, совершенно не возмущавшихся убийству пусть и не посреди бела дня, но при ещё вполне светлом закате. Хорошо экипированных вояк здесь явно все знали.

«Стражники, а скорее, люди того самого барона», — догадался Виталик. — «Ну погодите, завтра…» — он посмотрел на часы. В реальном мире был полдень. — «Нет, уже сегодня, после того как вздремну, создам нового персонажа и всем обязательно отомщу!»

Расстроенный Виталик выключил компьютер, плюхнулся на кровать.

«Сволочи! Такого хорошего орка прирезали!»

Глаза слипались, но перед внутренним взором геймера мелькали сцены его приключений в жестоком мире «Врат тупорылого Барана».

«И главное, за что грохнули-то? Мы всего лишь гнома да какого-то человечка убили. И мост сожгли… Мелочи».

* * *

Мама Виталика заглянула в комнату спящего сына. Грустно вздохнула.

Её сыночку было уже тридцать пять лет. Ну ничего, когда-нибудь наиграется…

Часть II. Рыцарь

Глава 9. Команда мечты

Люди в большинстве своём непрерывно суетятся, чтобы под конец обрести покой, но есть среди них и такие лентяи, которые сразу начинают с конца.

Антуан де Ривароль

Мир изменился.

Я чувствую…

Пропустить!

Пропустить!

Пропустить!

«Идите на фиг со своими заставками! Драконы у них, видишь ли, тоска зелёная, да и только».

«Так, снова мужик, а вот расой, наверное, выберем человека. Всё равно действие в Срединных Землях происходит, где практически одни люди болтаются — будет проще с неигровыми персонажами взаимодействовать».

Над выбором класса Виталик задумался. Варвар был доступен только для орков, да и уж больно много имелось ограничений по оружию и доспехам. Тяжёлую броню не носи, алебардой и арбалетом нормально пользоваться якобы не умеет. В ярость впадает по собственному желанию, в общем, так себе класс.

«Хм, что там у нас ещё интересного есть? Маги, священники, друиды, воины… А вот, рыцарь крутой вроде».

Рыцарь — тяжеловооружённый конный воин, представитель военно-дворянского сословия. Вопреки распространённым стереотипам, совершенно не обязан быть добрым и благородным. Может использовать все виды оружия и доспехов, доступные в игре. При бое верхом на лошади получает ощутимые бонусы. Благодаря своему почётному титулу начинает игру из более выгодной позиции, чем большинство других классов. Имеет на старте лошадь, оруженосца, а также набор фамильной брони.

«Ништяк! Даже не придётся никого грабить. Беру».

«Очки вложим по максимуму в телосложение и силу, остаток закинем в ловкость. Штрафов на интеллект и обаяние, как у орков, у людей нет, впрочем, как и бонусов, так что норм.

По оружию, значит, выберем специализацию на длинном мече со щитом — люди барона, вооружённые таким образом, вон как орка моего отметелили!

Так, с внешностью заморачиваться сильно не будем, в отличие от орков, людишки всё равно страшные все.

Имя… Виталя и Витюня более недоступны, да и рыцарь я теперь всё-таки, надо как-то попафоснее себя величать. Пусть будет Витальевич. Ну да, не имя, а отчество, но средневековое быдло всё равно разницу не поймёт.

Ладно, погнали!»

Виталик прочитал очередной игровой совет под индикатором загрузки локации:

Если очки здоровья вашего персонажа опустятся до нуля, вы умрёте!

«Спасибо, кэп», — более банальную подсказку геймер едва ли мог вспомнить. — «Невероятно ценный совет, теперь-то я точно пройду всю игру!»

* * *

На этот раз его герой находился не в клетке, а с гордым видом въезжал на худой кляче в лагерь охотников на драконов. За рыцарем, на ещё более убогой лошадке, следовал седой оруженосец с жиденькой бородёнкой — Виталик догадывался, что вряд ли ему дадут на старте хорошего коня и доспехи, но его персонаж и слуга выглядели что-то уж совсем скромно.

— Сэр Витальевич, приветствуем вас в нашем свинарнике!

Ворота закрылись за двумя «почётными нищебродами», и перед рыцарем возник до боли знакомый по прошлой игровой сессии недорослик. Старший инструктор парил в воздухе на уровне лица всадника, его коротенькие ножки смешно болтались над землёй, но Виталик не дал обмануть себя безобидным видом, набрав в качестве ответа команду «кивнуть».

— Сэр Витальевич, владелец сёл Мухосрановка, Безнадёжновка и Аналоговнетка, прибыл по приказу графа Готфрида, чтобы возглавить новую партию охотников на драконов! — продекламировал оруженосец титул и владения своего сеньора.

Услышал слова помощника, Виталик страшно обрадовался: возможно, ему не придётся снова проходить занудное обучение. Особенности нового класса вполне можно будет быстро освоить на практике методом тыка, нет смысла терять драгоценное время, по сто раз отрабатывая разные виды перемещения.

Рыцарь осмотрел шеренгу выстроившихся позади Картера оборванцев. Да, всё те же знакомые, разве что похудевшие лица — инструктор от души погонял новобранцев. Геймер отметил, что ирокез на голове Рыжеборода-Лобка сменил цвет с ярко-рыжего на грязно-коричневый. Хорошо, что игра передаёт только звук и картинку, водные процедуры в лагере драконоборцев явно не были в почёте у дальновидных наставников. Готовили народ, так сказать, к длительным путешествиям.

— Что надо сказать гостям? — обернулся Картер к замученным новобранцам.

— Здравствуйте, хозяин! — хором рявкнуло около дюжины мужиков. Остальные, из изначальных трёх десятков преступников, видимо, умерли или не прошли обучение. Один тип сбежал…

Виталик невольно почувствовал гордость, наконец-то к нему обращались с уважением, которое он заслуживал. Сэр, хозяин — да, ему определённо нравилось играть рыцарем.

— Вам невероятно повезло, что вашу шайку возглавит дворянин, — обратился Картер к мужикам, застывшим от ужаса словно вкопанные. — Большинство выпускников нашего лагеря такой чести не удостаиваются, — старший инструктор хмыкнул. — Не питайте иллюзий, что вас станут встречать хлебом и солью во время вашей охоты на летающих тварей, но благодаря покровительству рыцаря вас точно пустят в любое селение, а если повезёт, разрешат спать в конюшнях. Вместе с благородным господином не пропадёте, главное — беспрекословно выполняйте все его указания, как слушались вы меня. Не забывайте, вам дали шанс искупить грехи кровью, а не подарили свободу совершать всё что вздумается! Над каждым из вас навис рок, не убьёте ни одного дракона в течение пары месяцев — умрёте мучительной смертью. И не пытайтесь искать лазейки, отлынивать от долга, иначе…

Недорослик щёлкнул пальцами — один из помощников поднёс к нему мешок, измазанный бурыми пятнами, грубо вытряхнул его содержимое. Затем воткнул своё копьё в землю остриём вверх.

— Я знаю, каждый из вас считает себя самым умным, — продолжил старший инструктор. — Так уж устроены все мерзавцы — недалёкие личности, склонные совершать преступления. Вам кажется, что правила созданы для других, что вам-то они точно не писаны, потому что вы все такие крутые, важные, уникальные. Брехня! Вы все дерьмо, которое сколько из вас ни вытряхивай, а оно всё равно всё лезет и лезет! Я точно знаю, что вы ничего собою не представляете, поскольку через этот лагерь прошли сотни подобных ублюдков, и все, все вы мыслите и ведёте себя одинаково! Примитивные недоразумные существа, пыль под ногами, блевотина! Плесень и паразиты, ничтожества! — похоже, Картера понесло. — Конченые мрази, сволочи, твари!

Виталик ввёл команду «вежливо кашлянуть», чтобы прервать поток грязной ругани Картера. Недорослик моментально перестал брызгать слюной и сменил тон на куда более сдержанный:

— О чём это я говорил? А, не надо думать, что вы сможете куда-то сбежать, избежать своего предназначения. Вы станете убивать драконов или сами будете вскоре убиты. Как он, — старший инструктор указал на вывалившийся из мешка округлый предмет, — помните этого варвара?

Недорослик с помощью магии поднял отрубленную часть тела в воздух, с неприятным хлюпаньем насадил её на торчащее рядом копьё. Виталик успел рассмотреть хорошо знакомую голову орка. Его орка! Витюня…

— Я называл эту мразоту Нужником и попал в точку. Предатель сбежал из лагеря, но странствовал по миру недолго. Вчера вечером его зарубили люди барона Мангора, которые явились сегодня в наш лагерь с рядом неприятных вопросов… — рыцарь не мог видеть лица старшего инструктора, поскольку оно было обращено к новобранцам, но подозревал, что мордашка недорослика кривится, словно Картер съел кислый лимон. — Что должен был я им ответить, чего обещать? Оправдываться, что огромный Нужник каким-то невероятным образом пролез в малюсенькую щёлочку в частоколе? Врать, что больше неприятностей с охотниками на драконов никогда не случится? — Картер сплюнул, едва не попав в насаженную на копьё голову. — Нет, я взял на себя ответственность за то, что разрешил орку свободно бродить по нашему лагерю. Я поведал людям барона о том, насколько беспринципные вы мерзавцы. Посоветовал резать вас всех как скот, если вместо охоты на драконов вы начнёте охотиться за содержимым чужих кошельков. Знаете, что они мне ответили? Что с этого момента будут воспринимать всех новых драконоборцев исключительно как преступников, покуда вы не отмоете свою репутацию! Стоит вам показаться в землях барона без сэра Витальевича — ваши головы будут насажены на пики, как голова этого проклятого орка! А владения барона Мангора, я вам скажу, довольно обширные, пройдёт неделя, не меньше, прежде чем вы окажетесь вне подконтрольных ему территорий. На вашем месте я бы не просто слушался, я бы молился на сэра Витальевича, ибо только он ваш ключик к спасению! Вы согласны со мной, паскуды немытые, или у кого-то есть замечания?

— Согласны, хозяин! — пробасили мужчины. — Хвала сэру Витальевичу!

Старший инструктор кивнул:

— Что ж, хоть скулить, как щенята, вы перестали. Научились блеять, как овцы, однако ж прогресс! — кричать достаточно громко и слаженно, чтобы угодить Картеру, было, судя по всему, невозможно. — Сейчас каждый из вас получит набор самого необходимого снаряжения, а потом вы уберётесь прочь из моего лагеря, меня уже тошнит от ваших рож с отсутствующими признаками хоть какого-то интеллекта! И если я получу от сэра Витальевича жалобу на ваше непристойное поведение…

Картер не стал договаривать, какие будут последствия, но этого и не требовалось. Все понимали, что лучше больше никогда с инструктором лагеря не встречаться. Недорослик был сущим демоном, готовым вырвать душу из своих подопечных за малейшую оплошность, на которую ни один нормальный человек даже не обратил бы внимания. По сравнению с мелким шибзиком, молчаливо восседающий на своей кляче рыцарь должен был казаться бывшим преступникам воплощением покоя. Всем хотелось как можно скорее покинуть лагерь, выжимающий все жизненные соки из своих невольных гостей.

Покуда новобранцам выдавали боевое оружие, к рыцарю подлетел старший инструктор, негромко сообщив важные сведения. В десяти днях пути к северу отсюда видели двух драконов, Картер сделал пару отметок на грубо намалёванной карте. На той не было значка с текущим расположением персонажа, как в большинстве игр, но в отличие от варвара, у рыцаря карта хотя бы просто была! Будет на что ориентироваться.

Сэр Витальевич выехал вперёд, осмотрел вновь выстроившихся перед ним новобранцев, уже вооружённых, но всё таких же затравленных. Отдал свой первый приказ:

— А теперь каждому по очереди выйти из строя, назвать своё имя, описать полезные навыки и поклясться мне в верности! Мой оруженосец подскажет вам слова клятвы. Начнём с тебя, человек.

— Боров я… — выступил из шеренги прыщавый мужчина с невероятно волосатыми руками.

— Настоящее имя, а не кличка, данная вам инструктором в лагере!

— Хм, ну, на самом деле звать меня Прыщеславом, — смутился мужик с невероятно подходящим его внешности именем. Виталик удивился, зачем Картеру вообще понадобилось придумывать этакому бедолаге обидную кличку. — Умею тыкать копьём, вот так, да. — Прыщеслав продемонстрировал несколько выпадов.

Выглядело довольно неплохо, но Виталик знал, что порядочному начальнику следует вести себя как последнее говно, поэтому сразу нашёл несколько поводов для упрёка:

— Не задерживайся в конечной позиции. Ткнул и сразу отдёргивай назад руку! Ноги в бою всегда держи немного согнутыми в коленях для большей подвижности, — чем больше замечаний ты сделаешь подчинённому, тем смиреннее будет несчастный. Виталик не имел опыта управления персоналом, но регулярно получал нагоняи от руководителей, которых в любом офисе было раз в пять больше обычных работников. — Ладно, подучу тебя по дороге, а теперь клятву верности!

Оруженосец, чьё имя Виталику тоже предстояло как-то ненавязчиво выяснить, стал шептать на ухо Борову-Прыщеславу слова присяги. Тот косноязычно повторял за седым слугой рыцаря:

— Это, обещаю своей шкурой, что буду хранить верность сэру Витальевичу, никогда не причинять ему вреда и буду относиться к нему с почтением, добро… добросов… засов… совестно… без обмана, короче, выполнять все его указания. А если нарушу свою клятву, то век воли не видать!

Клятва верности была странноватой, но у Виталика и в школе-то по истории всегда был тройбан, а уж спустя почти двадцать лет он вообще забыл обо всём, кроме печенегов, половцев и татаро-монгольского ига, которого почему-то не было. Так что нейросеть с тем же успехом могла наплести и куда больший бред, геймер всё равно вряд ли почуял подвох.

— Принято, следующий! — Виталик понятия не имел, что должен отвечать принимающий присягу рыцарь, поэтому приказал выйти вперёд новому бедолаге.

— Э-э-э, я Онанистус, владею боевым посохом, полирую продолговатые предметы…

— Меня зовут Долбодор! Стучу молотом.

— Рыжебород. Бывший монах, теперь лечу товарищей с помощью акупунктуры и иглоукалывания.

Виталик улыбнулся, встретившись с другом своего прошлого персонажа. Вряд ли он мог открыто поведать гному, кем на самом деле является сэр Витальевич, поэтому задал уточняющий вопрос касательно новой специализации Рыжеборода-Лобка:

— Как относишься к капустному листику?

— Хм, капуста хорошо идёт под пивко, особенно тушёная, — не понял вопроса Виталика гном.

— Не, я про лечение прикладыванием капустного листика или подорожника.

— А-а-а, вы про это. Использую в качестве дополнительного средства при снятии воспаления, — с невозмутимым лицом пояснил Рыжебород. — Подорожник можно применять для обеззараживания, но лучше всё-таки вылить на рану спиртное. Я вижу, сэр знает толк в медицине?

Витальевич кивнул:

— Я же рыцарь. Приходилось лечить переломы и отрубленные конечности, был такой опыт…

— Гнидодав. Бывший стражник. Алебардой махаю.

— Косоглаз. Стреляю из лука... Да нормально я в мишень попадаю! Ну, по крайней мере, иногда…

— Клизмазар. Целитель. После моих процедур встанет на ноги даже мёртвый!

— Многокашиел. Хорошо держу удар! Ношу ростовой щит, тяжёлую броню и короткий меч. Или топор, уж смотря что дадут.

— Криворучкин. Починю любое оружие и доспехи! Драться не люблю. Если всё-таки заставляют, предпочитаю стрелять из пращи.

— Тошнило. Вообще-то, я бард, зря смеётесь. Поддерживаю боевой дух, задаю ритм во время сражения. Если уж приходится вступай в бой, то берусь за кинжалы.

— Бомжак. Я друид, разговариваю с ясенями, дубами и некоторыми другими деревьями. Откуда вы знаете, сэр Витальевич? Да, я из тех, кто обнимается в парке с деревьями…

— Маразматис. Навожу порчу, сглаз, ссу обидчикам в тапки.

Со многими из ребят Виталик уже успел познакомиться, играя за варвара, но на некоторых обратил внимание лишь впервые. Оказывается, среди них были колдун, бард и друид! Пускай выглядели парни чудаковатыми, но ведь одарённые люди частенько отличаются от обычных людей. Виталику доводилось видеть в социальных сетях экстрасенсов, ведьм и прочих гуру — по сравнению с ними, его новые спутники казались личностями вполне адекватными.

— Отныне вы будете называться Братством Конца! — торжественно провозгласил наблюдавший за присягой рыцарю Картер.

— Может быть, всё-таки Братством Кольца? — уточнил сэр Витальевич.

Старший инструктор покачал головой:

— Нет, — не стал больше ничего пояснять недорослик.

Глава 10. Братство Конца

Люди идут только за тем, кто расточает иллюзии. Вокруг разочарованного не толпятся.

Эмиль Мишель Сиоран

Они выехали из лагеря драконоборцев тем же вечером. Ночевать в бараке никому не хотелось, в том числе сэру Витальевичу, объяснившему поспешный отъезд необходимостью как можно скорее добраться до места, где видели двух драконов. Лучше заночевать под открытым небом в лесу, чем под неустанные вопли Картера в помещении.

Ездовых животных сборищу новоиспечённых охотников на драконов никто, конечно, не выделил: лошади, это вам не старое оружие из арсенала, будешь каждому хмырю раздавать — разоришься. Так что сэр Витальевич с гордым видом ехал впереди своей банды, вернее, команды драконоборцев, а его оруженосец замыкал шествие. Так, на всякий случай, чтобы никто ненароком не потерялся. Как выяснилось, оруженосца звали Чреволюбом — определённо, нейросеть любила странные имена. Наверное, обучалась на никах в онлайн-играх.

Двигалась пешая процессия медленно. Виталик решил, что нужно будет позаимствовать повозку у торговца-другого, чтобы усадить туда всех ребят. Нет, купить такую вряд ли получится, придётся всё же «заимствовать». Но ведь это исключительно ради общего блага, спасения мира и все дела, а значит, отъём чужого имущества — не грабёж, правильно? И вообще, в описании класса чётко сказано, что рыцарь не обязан быть благородным!

К несчастью, грабить было особенно некого. Лагерь драконоборцев располагался в лесу, и узкая дорога, по которой шагало Братство Конца, долгое время оставалась безлюдной. Героев готовили вдали от мирской суеты, почти как монахов. И гробили как каторжников, что тоже предполагало отсутствие лишних взглядов… Похоже, какое-то время команде придётся вкушать все прелести пешего путешествия.

— Разобьём лагерь здесь, — приказал сэр Витальевич, завидев небольшую поляну.

Солнце практически скрылось за деревьями, а ходить по лесу в темноте было безумием. Стоит потерять дорогу и всё, будешь сутками бродить среди совершенно однообразных деревьев. Бомжак, помнится, упоминал, что умеет разговаривать с большими деревьями, но где гарантия, что один дуб подскажет другим «дубам» выход из леса? Ясен пень, что лучше не попадать в подобную ситуацию.

Ребята быстро собрали кучу валежника и разожгли яркий костёр. Братство Конца расселось вокруг огня, пришла пора для неформального разговора.

— Какой он был, тот орк, чью голову показывал Картер? — решил проверить парней на вшивость Виталик.

— Бешеный был, но сильный. Один пятерых мужиков завалил, притом что получил серьёзную взбучку от Картера незадолго до драки, — бард Тошнило кратко поведал рыцарю историю стычки в бараке.

— Угу, страшный тип, лупил с ноги как царь Леонидус! Крикнет: «Моя есть Витюня!» и давай крушить всё вокруг. Мощный был орк, — согласился Долбодор.

— Не, страшным Витюня казался только при первой встрече, — вздохнул Рыжебород. — А как всмотришься, глаза добрые-добрые! Хороший был орчара, душевный.

— За что голову отрубили, вообще непонятно, — вставил свои пять грошей Онанистус, поглаживающий руками какой-то предмет. — Если б не Витюня с Рыжебородом, те эльфы с людишками точно развели дедовщину в бараке. Я бы ни за что в таком случае обучение не прошёл: днём орёт Картер, ночью командуют эти… Никакой личной жизни!

— Мы таких варваров душили-душили, душили-душили… — внезапно зарычал Гнидодав, стискивая свою алебарду. — Душили-душили…

— У него душевная травма, не обращайте внимания, — указал кивком на бывшего стражника Клизмазар. — Порой как начнёт душить воображаемых нарушителей порядка, так не может никак успокоиться.

— Что-то не помню такого орка, — пожал плечами колдун Маразматис. — Разве у нас в лагере были орки?

— А покушать есть что-нибудь? — Многокашиел был совершенно не заинтересован в беседе. — В лагере кормили три раза в день.

— Ну так возвращайся на ужин к своему любимому Картеру! — огрызнулся молчавший до того Косоглаз. — И не смотри на меня осуждающе, я лучник и охочусь на драконов, а не на зайцев, кабанов или кто там у нас ещё в лесу обитает.

— Я спросил у ясеня: «Где моя похлёбочка?». Ясень не ответил мне… — грустным голосом пропел странный друид.

— Упс, кажется, я сломал котелок, — буркнул Криворучкин.

— Ну вот, теперь даже чая не будет, — расстроился Прыщеслав.

— Хочу чаю, аж кончаю, — закатил глаза к звёздам оруженосец сэра Витальевича.

— Мы выясним судьбу орка! — погрозил кулаком костру рыцарь. Похоже, каждый здесь думал исключительно о своём. — Как только представится возможность, зададим ряд вопросов барону с позиции силы! Но сперва нам нужно как следует подкачаться.

Никто из Братства не понял речи своего предводителя, но всем это казалось нормальным. Сэр Витальевич благородный, а они обычное быдло — надо просто выполнять все приказы, высокородные лучше знают, что делать. Подкачаться так подкачаться, что бы это загадочное слово ни значило.

— Предлагаю выпить за сэра Витальевича! — поднял кружку колдун Маразматис.

— Так пить же нечего, один криворукий засранец котелок наш сломал.

— Ты кого назвал криворуким! Я есть Криворучкин!

— Поцелуй меня в зад…

Ну что за посиделки без драки? Криворучкин и Долбодор пустили в ход кулаки, не удосужившись хотя бы отойти на безопасное расстояние от костра. Братство Конца пролило первую кровь.

К счастью, обошлось без увечий. Две распухших рожи с утра стали единственным последствием посиделок в кругу дружной компании. Настоящие опасности ждали сборище вчерашних преступников впереди.

* * *

Второй день пути прошёл без каких-либо происшествий, а вот ночью, ночью их отряд впервые сразился с драконом! Вернее, с «драконом», но обо всём по порядку.

Быстро растерявшие после выхода из лагеря дисциплину бойцы тронулись в путь очень поздно. Солнце уже вовсю поднималось над деревьями, а Братство Конца всё собиралось и собиралось в дорогу. Народ хотел чай, который не удалось попить вчера вечером, однако Криворучкин напрочь отказывался чинить котелок, который сам же сломал. Мол, раз его не уважают и бьют по морде, то сами всё и чините. Пришлось снова помять бока бедолаге, причём на этот раз коллективно.

В итоге, по прикидкам оруженосца, братва отправилась в путь примерно в полдень, поэтому прошли за день немного. Пейзаж особенно не менялся, две стены деревьев справа и слева от узкой дороги тянулись километр за километром. Бомжак эти деревья как-то ещё различал, а для Виталика они казались столь же однотипными, как говорящие головы из телевизора.

Геймер терпеть не мог зомбоящик, но в телик с утра до вечера пялилась его мама. И после этого она ещё упрекает его за игру в комп, отсутствие интереса к окружающему миру или к политике? Да лучше уж посмотреть на деревья в реалистичной игре, чем в стотысячный раз слушать про соседнюю страну, коварный Запад и англосаксов!

«Считают себя зрелыми взрослыми, сознательными гражданами, а у самих субъектности на уровне математической погрешности в районе нуля! Долой нравоучения старых морализаторов, долой реальную жизнь, долой работу, политику, баб! Игры парням, компы геймерам, вся власть нейросетям!»

Виталик настолько глубоко погрузился в революционные рассуждения, что не заметил, как в игре наступил вечер, а в дурацкой реальности ночь. Пора было снова разбивать лагерь, чтобы не заблудиться в темноте и, хотя бы с третьей попытки, попить нормальный чаёк. Лесной полянки на этот раз не нашлось, так что шайка спасителей мира остановилась прямо на обочине под деревьями. Ребята споро натащили кучу валежника.

— Ну куда столько сучьев, пионерский костёр, что ли, разжигать собираетесь? — удивился Витальевич.

— Какой-какой костёр? — не поняли его подопечные.

— Большущий костёр у вас получится, говорю! — пояснил дурням рыцарь. — Чтобы подогреть воду в котле, столько веток не надо.

Виталик не был походным экспертом, но в детстве его каждое лето отправляли на дачу, где не было ни компа, ни интернета. В отсутствии двух главных благ цивилизации мальчишкам приходилось развлекаться самими дикими способами, в том числе жечь костры. Скучающий паренёк пару раз едва не спалил ненавистную дачу, подкармливая огонёк явно больше необходимого… На что только не пойдёшь, чтобы снова дорваться к родному компьютеру.

— Дык мы же про запас деревяшек набрали, — пробубнили ребята. — А то вдруг всё опять через ж… простите, сэр рыцарь, вдруг всё пойдёт не по плану.

Действительно, разве может в такой компании что-нибудь пойти так? Конечно же, всё закончилось ожидаемо. Братство Конца подожгло-таки лес.

— Ко мне! — кричал сэр Витальевич. — Все ко мне!

Полыхало знатно, ночью стало ярко как днём. Восседая на перепуганной старой кляче, рыцарь всеми правдами и неправдами старался удержать подопечных от беспорядочного бегства. Виталик понимал, что отыскать ребят потом будет трудно.

Геймер уже немного освоился с новым классом, а потому специальной комбинацией клавиш раз за разом заставлял свою лошадь вставать на дыбы, чтобы привлечь внимание паникующих идиотов.

— Соберитесь вокруг меня! Чреволюб, подгони Онанистуса и Клизмазара к остальным! Бомжак, хватит орать! Где Прыщеслав и Тошнило? Кто-нибудь видел… Долбодор, отцепись от Криворучкина! Потом, потом накажем эту гадину за пожар.

Оруженосец пинками пригнал Онанистуса и целителя к столпившейся вокруг рыцаря шайке. Откуда-то из кустов выскочил растрёпанный Тошнило, присоединившись к компании. Пламя стремительно перекидывалось с дерева на дерево, пора было убираться отсюда подальше.

— Всё, отходим! Мы не можем больше ждать Прыщеслава! За мной, мужики!

Братство Конца двинулось наперегонки с пламенем. Мужчины шагали в быстром темпе по хорошо освещённой дорогое, иногда отряду даже приходилось переходить на бег трусцой, когда позади начинали трещать и валиться деревья. Достойный вышел бы марш-бросок, если б не обстоятельства, гнавшие их вперёд. Попили чаёк, называется…

Хвала игровым богам, к утру проклятый лес наконец-то начал редеть. Через какое-то время показались вспаханные поля, и Виталик вздохнул с облегчением. Позади них в небо поднимались огромные столбы дыма, но дальше огонь не пройдёт. Братство Конца прошло своё первое серьёзное испытание, потеряв лишь одного воина. Могло быть и хуже.

Вот только проблемы ещё не закончились, такое большое пожарище не могло не привлечь внимание местных жителей. На походе к селению их ожидала толпа встревоженных крестьян.

— Всем молчать! — предупредил сэр Витальевич валящихся с ног от усталости охотников на… Ему в голову пришла дельная мысль. — Говорить с местными буду я.

Возможно, с точки зрения средневекового этикета общение с чернью было ниже достоинства рыцаря. Но с точки зрения прагматизма лучше было держать рот своих тупых спутников на замке, ведя переговоры самостоятельно. Тем более что крестьян собралось около пяти десятков, а за спиной рыцаря была всего дюжина бойцов. Кое-как вооружённых и крайне уставших. Нет, определённо, лучше было не вызывать подозрений.

— Народ, вы спасены! — крикнул грязный рыцарь на измождённом старом коне. — Вы в безопасности, мы убили дракона!

Столпившиеся на дороге селяне недоумённо уставились на всадника, принёсшего добрую весть.

— То есть как это, убили дракона?

— Дык у нас же в округе драконов отродясь не было.

— А я говорил, что вчера слышал рёв летающих тварей!

— Да ты всегда что-то слышишь, когда выпьешь.

— А почему тогда лес горит?

Вот этого вопроса с последующими обвинениями Виталик как раз и хотел избежать. Хорошо, что в любой непонятной ситуации можно всё свалить на драконов:

— Мы яростно бились с чудовищем, из чрева монстра извергался огонь, вокруг всё пылало! Но мы сумели, сумели победить злобную тварь, люди, вы слышите? Дракон был повержен, наш храбрый боец Прыщеслав сумел пронзить копьём его сердце! Храбрейший воин погиб, но избавил мир от ужасного ящера. Восславьте же имя героя, ибо только благодаря ему ваше селение не превратилось в пепелище, как сотни других!

Крестьяне слушали его с открытыми ртами. Виталик вдруг понял, что нужно дать беднягам время на осмысление, иначе они просто не переварят услышанное. Это как общение с «умными» автоответчиками во всяких крупных конторах. Надо громко и чётко сформулировать десять раз свой запрос… покуда программа не сдастся и не переключит тебя на оператора-человека.

Через минуту Виталик, уже немного другими словами, повторил селянам историю с убийством дракона. Через пять минут повторил процедуру. К десятому разу рассказ оброс таким количеством невероятных подробностей, что даже стоявшие позади рыцаря виновники лесного пожара слушали с нескрываемым интересом. Вон оно оказывается, как дело-то было!

Выяснилось, что Косоглаз пронзил стрелами оба глаза чудовища. Бомжак повалил ясень, придавив дракону хвост, чтобы тот не мог улететь. Многокашиел дразнил ящера, крича настолько грязные ругательства про мамашу дракона, что невозможно было не понять оскорблений, пускай те были на незнакомом чудищу языке. Долбодор методично дробил чешую твари, Гнидодав лупил своей длинной алебардой по крыльям. Тошнило играл столь воодушевляющую мелодию, что все забыли о страхе. Клизмазар и Рыжебород оперативно подлечивали дерущихся товарищей, Маразматис забрасывал огнедышащего монстра страшными заклинаниями. Онанистусу почти удалось оторвать дракону причинное место, а Прыщеслав нанёс роковой удар, погибнув, но забрав с собой на тот свет чудовище.

Но более всех отличился, конечно же, сэр Витальевич, руководивший сражением. Именно благодаря его мудрым и хладнокровным приказам команда охотников на драконов действовала словно единый слаженный механизм, медленно, но верно одолевая многократно превосходящего их по силе противника. В лучших рыцарских традициях сэр Витальевич прикрывал и вовремя отводил в сторону раненых товарищей, обагрил свой меч кровью ящера, в общем, вёл себя как молодец, стратег, лидер и боец. Ах да, ему помогал его славный проверенный оруженосец Чреволюб, как же, как же, тоже упомянем.

Когда геймер уже и сам поверил в эту историю, до крестьян наконец-то дошло, что перед ними герои. Их напоили, накормили, предложили как следует отдохнуть. Однако Виталик помнил, что подвиг их всё-таки исключительно выдуманный. А потому, к тому моменту, когда любопытные селяне выяснят, что ничего похожего на труп дракона в сгоревшем лесу нет и в помине, следовало оказаться от деревни подальше. Конечно, можно всё свалить на пожар… Но даже чернь не настолько тупая, как о ней обычно думают власть имущие, к тому же кто-нибудь из Братства Конца раньше или позже неминуемо проболтается. Нет, определённо, селение стоило покинуть как можно скорее.

Лучше отправиться в путь под овации, чем удирать от вил — у Виталик уже имелся опыт последнего, который ему решительно не понравился. Распрощавшись с благодарными жителями, слегка уменьшившееся Братство Конца двинулось дальше.

Впереди их ждали новые приключения.

Глава 11. Правильно?

Не бывает эгоизма, который держался бы в своих рамках, никогда из них не выходя. Человек всегда потакает своему «Я» за счёт других. Одна жизнь всегда живёт за счёт другой жизни. Кто этого не понимает, тот не сделал ещё и первого шага к честности.

Фридрих Ницше

Драконоборцы миновали ещё два селения — те располагались на довольно небольшом расстоянии друг от друга — прежде чем наконец-то остановились на убогоньком постоялом дворе. Что говорить, трактиры во Вратах Барана мало походили на уютные гостинцы в других играх. Всё здесь было каким-то обшарпанным и простецким, не так Виталик привык представлять себе подобные заведения в фэнтези. Вместо расслабленной атмосферы, он ощущал тягостную безнадёгу сельской глубинки, впрочем, деревушка, в которой остановилось Братство Конца, той самой глубинкой ведь и была. Чёртов реализм, что б его!

Ещё и денег хватило только на то, чтобы накормить ватагу якобы оголодавших «героев» и заночевать в конюшнях — позорище, честное слово. Не так должны встречать простолюдины своих спасителей, ох не так.

«Правда, мы никого пока не спасли», — поразмыслил Виталик. — «Но ведь когда-нибудь ведь спасём, правильно? Так почему бы заранее не проявить должного уважения? Средневековое быдло…»

Зато с утра рыцарь встретил знакомого. Вернее, знакомым этот человек был не для сэра Витальевича, но для Виталика. Ох уж эти реинкарнации в играх, так и до шизофрении недолго дойти.

— Простите, сэр, мы знакомы? — заметив на себе пристальный взгляд рыцаря, поинтересовался торговец. Тот самый сбежавший торгаш, из-за охранника которого погиб Отморозкин!

Купец выглядел усталым, но вполне довольным собой. Осмотревшись по сторонам, Виталик увидел отнятую его орком повозку. Значит, Дурошлёп тоже попался… Беда.

— Мне случалось покупать у вас разную утварь несколько лет назад, — чтобы не вызвать подозрений, ответил рыцарь. Виталик хорошо помнил тщательный осмотр добычи в захваченном «караване», поэтому знал, чем торгует купец. — У меня хорошая память на лица, хотя вашего имени не припомню. Направляетесь в лагерь охотников на драконов?

Торговец слегка расслабился, но лишь слегка. Всё-таки он говорил с рыцарем, поэтому вынужден был проявлять почтение к дворянскому титулу:

— Нет, что вы, сэр! Лагерь драконоборцев расположен в такой глухомани, что без графского указа никто из купцов добровольно туда не поедет. Смысла нет, в том направлении всего два села. Мы на северо-восток сейчас двинемся, вот там много селений, товар всегда нарасхват.

Сэр Витальевич кивнул. Судя по пометкам на его карте, Братству Конца следовало двигаться не на северо-восток, а на северо-запад, но разве уважающий себя геймер будет делать то, что навязывает основная сюжетная линия?

— О, нам как раз по пути! На севере заметили двух драконов, так что скоро начнётся эпичная охота на чудищ. Если хотите, наш отряд может какое-то время сопровождать вашу повозку.

Купец с большим скепсисом посмотрел на выползающих из конюшни членов Братства Конца.

— Премного благодарен за щедрое предложение, сэр, но не смею вас отвлекать и задерживать. Мы будем останавливаться в каждом селении, к тому же мою повозку уже сопровождают два добрых молодца, — торговец указал на двух подошедших к повозке мужчин. — Совсем недавно меня пытались ограбить, так что пришлось раскошелиться на охрану. В опасные времена живём, — вздохнул купец и распрощался с сэром Витальевичем.

Рыцарь внимательно наблюдал за тем, как один из стражей торговца залезает внутрь повозки, а второй садится на козлах рядом с купцом. И проверяет арбалет, отнятый Витюней у «печенега»…

«На сей раз от меня не уйдёшь! Это моя повозка, мой арбалет! Справедливость должна быть восстановлена! Подождём тебя на дороге…»

* * *

— Значит так, драконы драконами, но сперва нам нужно добыть средство передвижения. Я понимаю, что это звучит так, как будто мы собираемся кого-то ограбить, но… но…

Сэр Витальевич посмотрел на своих подчинённых. На их невозмутимых лицах не отражалось ни тени душевных терзаний.

— А, к чёрту! Да, это будет грабёж в чистом виде. У кого-нибудь есть возражения?

Оруженосец рыцаря хотел было поднять руку, но глянув на остальных, передумал. Вот она, сила коллектива!

— Ну, на нет и суда нет. А если не оставлять свидетелей, то суда и не будет… Давайте, ребята, двигаемся пошустрее! Когда купец остановится для торговли в ближайшем селении, нам нужно будет догнать, а затем и обогнать ту повозку. Дальше найдём хорошее местечко для засады, у меня есть в этом опыт.

Похоже, все члены Братства Конца восприняли слова сэра Витальевича как должное. Пускай современные девицы верят в благородство всадников в сияющих доспехах, а любой средневековый обыватель знал, что разница между разбойником с большой дороги и рыцарем исключительно в статусе. Первых вешали на дыбе, вторые обычно отделывались небольшим денежным штрафом. И то лишь при условии, что грабёж был на территории другого феодала. Нет, определённо, быть рыцарем — это здорово!

— Опрокидывай! — отдал приказ сэр Витальевич.

Два дерева упали спереди и сзади повозки, отрезая все возможные пути к отступлению. Из придорожных зарослей тотчас выскочила целая ватага орущих мужчин, бросившись на добычу.

— Стреляй! Стреляй в арбалетчика! — крикнул лучнику рыцарь.

Косоглаз принялся с бешеной скоростью стрелять из лука, правда, ни одна его стрела не попала в цель даже близко. Первая ушла высоко вверх, вторая вонзилась в боковую стену фургона, третья попала в ни в чём не повинную лошадь, четвёртая чиркнула по локтю Онанистуса…

— Хватит! Прекратить, Косоглаз, ты так всех наших убьёшь!

Вражеский арбалетчик оказался гораздо точнее. Охранник торговца выстрелил всего один раз, зато угодил в плечо Гнидодава. Того аж отбросило в сторону.

Из повозки выскочил второй страж. Он был в шлеме, кольчуге, со щитом и топориком. Опасный противник.

— Воруй гусей! — заметно сократил традиционный клич разбойников Долбодор, бросившись вместе с Многокашиелом на хорошо защищённого воина.

— Упс… — сглотнул Криворучкин, чей выпущенный из пращи снаряд добил-таки раненную Косоглазом несчастную лошадь.

— «Ой-лю-лю, ой-лю-лю,

А я денежки люблю!» — подбадривал товарищей игрой на маленькой арфе Тошнило.

— Я забыл, что мне надобно сейчас делать? — задал Маразматис уточняющий вопрос рыцарю.

Зачем-то спешившийся оруженосец атаковал охранника на козлах повозки, отбросившего арбалет и доставшего хорошо знакомую Виталику алебарду. На помощь к Чреволюбу подоспел Бомжак, размахивая своей простецкой дубинкой.

— Наведи порчу на чувака с алебардой! — крикнул колдуну сэр Витальевич, после чего выхватил меч и устремился на лошади в битву.

Торговец снова достался ему, все остальные члены Братства Конца были заняты своим делом. Клизмазар и Рыжебород оттаскивали в сторону Гнидодава. Слегка раненный Онанистус присоединился к битве с охранником, обороняющим повозку сзади. Криворучкин и Косоглаз стояли поодаль и изображали из себя бойцов дальнего боя, якобы во что-то прицеливаясь. Хвала богам, у них хватило мозгов ограничиться имитацией и ни в кого реально сейчас не стрелять.

— Во имя справедливости! — сэр Витальевич принялся наносить рубящие удары своим мечом по купцу. Его противник сразу ушёл в оборону, но иногда огрызался. Со времени битвы с орком торгаш успел сменить дубину на палицу. Это оружие было куда опаснее для одетого в старую фамильную броню рыцаря. Увлекаться атакой не стоило.

— Спасите, помогите! — визжал торговец, но тем не менее пока успешно отражал маленьким круглым щитом все удары.

— А-а-а-а! — завопил Гнидодав, когда Маразматис обрушил на него атакующее заклинание. Ну а что, сказали же навести порчу на чувака с алебардой…

Лязг стали, стук по дереву, вопли и ржание лошади разносились над ничем не примечательной сельской дорогой, где воины света сцепились со злодеями, не желавшими отдавать им повозку.

— Получи, барыга поганая! — сэр Витальевич первым поразил своего заклятого врага, перерубив тому пальцы на правой руке. Палица торговца упала на землю.

— Сдаюсь! Сдаёмся! — закричал трусливый купец, но Виталик впал в ярость, как делал недавно его орк-варвар.

«За Отморозкина! За Витюню! За Дурошлёпа!» — орал внутренний голос геймера, неустанно нажимавшего на все клавиши. Славный рыцарь превращал тушу торговца в настоящую отбивную.

— Сдаюсь! — так же попытался выйти из сражения обескураженный охранник купца, но как только он опустил алебарду, Чреволюб и Бомжак повалили его на землю и принялись избивать.

Прислонившийся к повозке вояка в кольчуге держался дольше товарищей. Добротный щит и броня позволяли ему избегать серьёзных ранений. Даже когда к Долбодору, Многокашиелу и Онанистусу присоединились остальные члены Братства Конца, воин продолжал успешно отбивать все атаки.

— Трусливые псы! — шипел он, пытаясь спровоцировать нападающих открыться в безрассудном выпаде.

Значительное численное превосходство грабителей сейчас скорее мешало, чем помогало. Виталик понял, что пора вмешиваться.

— Отступить с правого фланга!

Лупившие воина с левой стороны Долбодор и Бомжак отступили.

— Это лево, дебилы! — Виталик и сам часто путал эти стороны, поэтому тупость товарищей его особенно разозлила. — Онанистус, Чреволюб, в сторону!

Хоть на сей раз драконоборцы сделали всё как надо. Сэр Витальевич ворвался на своём коне в открывшуюся брешь, заставил лошадку встать на дыбы и обрушиться всем весом на противника. Копыта застучали по поднятому щиту упорного воина. Такого давления ни один человек уже не мог долго выдержать.

Боровшийся до последнего мужчина упал, боевой скакун рыцаря принялся топтать его тело. Что ж, как говорится, не мытьём, так катанием. Главное — что нападавшие победили, а значит, насколько эта победа достойная, судить им.

— «Ой-ля-ля, ой-ля-ля,

Всех убили мы не зря!» — внёс свой неоценимый вклад в победу Тошнило, закончив играть на арфе.

Братство Конца выиграло свою первую битву. Или вторую, если считать первой победу над несуществующим драконом и лесным пожаром.

«Но ведь чтобы преодолеть трудности, надо их самим сначала создать, правильно? Настоящие герои всегда так делают, так что победу над пожаром всё же зачтём», — после некоторых раздумий решил Виталик, поставив точку в этом вопросе.

Пришла пора подводить итоги сражения.

Потери:

Серьёзно раненный арбалетным болтом и порчей Гнидодав, над которым порхало сразу двое целителей.

Получивший небольшие повреждения от «дружественной стрелы» Онанистус.

Остальные бойцы ближнего боя отделались порезами и ушибами — не учитываем.

Лошадь в повозке, которую убили Косоглаз с Криворучкиным — это, конечно, не потеря, а недоприобретение, но учитывая тупость ситуации…

Приобретения:

Повозка, правда, всего с одной лошадью. Пришлось впрягать клячу Чреволюба, иначе их новое средство передвижения далеко не уехало бы.

Алебарда, которую обещали отдать Гнидодаву, когда тот поправится.

Арбалет — отдали Чреволюбу в качестве компенсации за отобранную лошадку. Может, теперь хоть один из трёх бойцов дальнего боя попадёт в цель.

Палица и маленький щит купца досталась Бомжаку, а то его прежней дубиной можно было разве что малышню напугать.

Топорик и большой щит затоптанного охранника взял Многокашиел. Его старый короткий меч после первой же стычки превратился в затупленный железный стержень — похоже, качество металла было совсем никудышным. Прежний деревянный щит тоже пришлось выкинуть, страж торговца буквально превратил его в щепки.

Кольчугу и шлем сэр Витальевич присвоил себе, отдав аналогичную часть старых фамильных доспехов всё тому же Многашиелу — пусть будет полноценным «танком». Новый шлем не особо сочетался с остальной бронёй рыцаря, но какое это имеет значение, если по характеристикам шлем и кольчуга охранника были значительно лучше рыцарских? Виталик был опытным геймером и интересовался в первую очередь цифрами, а лишь затем внешним обликом персонажа.

Денег у купца оказалось не слишком много — видимо, тот основательно потратился на откаты людям барона и наём охранников. Куда спрятали деньги помощники барыги осталось загадкой. Наверное, отдали своим жёнам. Что ж, ладно, вдовам деньжата точно понадобятся…

Большую часть утвари из повозки безжалостно выкинули. Надо было как можно скорее убираться подальше из этих краёв — торговать с селянами было некогда, да и небезопасно.

И последнее, хотя и самое важное. Виталик чувствовал, что восстановил справедливость. Противный торгаш, по вине которого погиб Отморозкин, получил по заслугам. Сегодня добро победило!

Ведь добром и справедливостью принято называть то, что нам выгодно, правильно?

Правильно?

Правильно, я вас спрашиваю?!

Глава 12. Прокачка

Надо ставить себе задачи выше своих сил: во-первых, потому, что их всё равно никогда не знаешь, а во-вторых, потому, что силы и появляются по мере выполнения недостижимой задачи.

Борис Пастернак

— Одного не понимаю, — проворчал сидящий на козлах повозки Рыжебород, — если нам с таким трудом удалось победить трёх людишек, из которых только двое были профессиональными воинами, то каким образом мы собираемся завалить дракона? Тренировки в лагере на иллюзиях — это, конечно, прекрасно, но вы же знаете, сэр Витальевич, в настоящем бою всё всегда идёт не столь гладко, как на учениях.

Братству Конца пришлось сделать большой крюк, чтобы вернуться к первоначальной цели своего путешествия. На повозке так просто по лесам и полям не проедешь, как не стоило ехать обратно через деревню, где они встретили свою жертву. Поэтому, пока жители ближайших селений не заподозрили нечто неладное, банда драконоборцев направилась по дороге на северо-восток. Останавливались лишь затем, чтобы накормить лошадей. От вопросов простолюдинов отмахивались, да и не всякий решался расспрашивать чёртову дюжину опасного вида мужей. Лишь когда команда будущих спасителей мира свернула на запад, все немного расслабились.

Благодаря неустанным лечебным процедурам и купленным на все деньги зельям Гнидодав пошёл на поправку. Рыжебород с Клизмазаром теперь могли заниматься раненым поочерёдно в спокойном режиме, у сэра Витальевича наконец-то появилась возможность основательно побеседовать с гномом. В отличие от остальных членов Братства Конца, бывший монах тупым не был, с ним можно было обсудить дальнейшие планы.

— Слушай, я думаю, Картер хоть и уродец, но вряд ли желал смерти новой команде охотников на драконов. Скорее всего, нас отправили в северо-западном направлении, потому что тамошние противники по зубам Братству, — бывалый геймер прекрасно знал, как это устроено в играх, но не мог прямо рассказать гному про уровни и прочие циферки. — Вначале прокачаемся на каких-нибудь слабых монстрах, потом одолеем детёныша дракона, получим награду, купим более крутой шмот…

По взгляду гнома Виталик понял, что неудачно подбирает слова:

— Знаешь, что значит «качаться»? Ну вот как ты свою мускулатуру нарастил регулярными тренировками, поднимая сперва небольшие, а затем всё более серьёзные тяжести, так и мы будем подбирать себе врагов от слабых до всё более могучих созданий, покуда не станем готовы к битвам с драконами. Прокачкой такой процесс называется, рыцарский жаргон, теперь понимаешь?

Рыжебород кивнул, хотя и продолжал смотреть на едущего рядом с повозкой всадника с подозрением:

— Что такое «шмот»?

— А, ты про это, — отмахнулся сэр Витальевич. — Так мы доспехи и оружие в рыцарском братстве между собой называем.

Кажется, монах «схавал» подобное объяснение. Но разработчики Врат Барана могли бы и не выделываться, вынуждая игроков отыгрывать какое-никакое поведение средневекового персонажа. Всё равно любители истории разнесут игру в пух и прах за недостаточную аутентичность. Ведь эти эксперты посмотрели в интернете пару исторических роликов, прочитали несколько романов про попаданцев в прошлое, а потому лучше всех знают, как всё было на самом деле. Ведь история — это наука про прошлое, в которое нам хочется верить, правильно? В общем, и знатокам истории точно не угодишь, и нормальным пацанам игру затрудняешь, так что учите нейросети распознавать современный сленг, разработчики.

— Кажется, я понял ваш план, сэр Витальевич, — из вежливости улыбнулся рыцарю гном. — Звучит разумно: прежде чем лезть с голыми задницами на дракона, следует обзавестись хорошей экипировкой и устранить ряд недостатков в командной работе. Порча Маразматиса нанесла Гнидодаву урон, сопоставимый с раной от болта арбалета…

— Я об этом и говорю. Маразматис, Косоглаз и Криворучкин приносят больше вреда, чем пользы. От Тошнило тоже толку немного. Бомжак упорно строит из себя воина ближнего боя, забывая, что он друид. По части исцеления, я так понимаю, в основном ты вытаскиваешь, Клизмазара очищение кишечника больше интересует. Долбодор, Многокашиел и мы с Чреволюбом не вывезем битву, рассчитанную на дюжину, а не на пять нормальных бойцов. До настоящих подвигов нам ещё далеко, сперва следует найти для прокачки лёгких противников и желательно не торговцев, иначе на нас раньше или позже ополчатся все местные. Быть разбойником весело и прибыльно, но уж очень опасно и недальновидно, — немного подумав, сэр Витальевич добавил, — даже для рыцаря.

Рыжебород снова кивнул и попросил у всадника карту. Ткнул толстым пальцем на небольшой горный кряж, рядом с которым были замечены два дракона:

— В горах, даже таких небольших, всегда обитает множество злобных тварей. Гоблины, совсем уж одичалые орки, просто разбойники и разного рода звери. В подземном царстве гномы так вообще веками воюют с низшими демонами. Безлюдная и неплодородная местность — идеальное прибежище для всякого рода монстров. Конкретно в этих «горах», — последнее слово рыжебородый монах произнёс с неприкрытым презрением, — в великом множестве обитают кобольды — карликовые существа, этакая помесь недорослика, гоблина, собаки и крысы. Они слабые, трусливые, любят собирать всякие безделушки — отличная мишень для «прокачки», — с некоторым усилием произнёс Рыжебород новое для себя слово.

Виталик хорошо знал расу кобольдов, те встречались во многих компьютерных играх как раз в качестве низкоуровневых монстров. Что ж, прекрасная цель для начала героического восхождения их команды.

«От кобольдов к драконам! Стань великим, не отрывая задницы от дивана! Вперёд, товарищи, к восьмидесятому уровню!»

Как всегда, от внимания Виталика ускользнула одна немаловажная деталь. Рыжебород сказал, что в тех горах кобольды обитают в великом множестве. В великом множестве означает, что их действительно очень много.

* * *

— Стой! Стоять, кому говорю! — окликнули повозку с «героями» люди, действительно похожие на прокачанных героев в фэнтези-играх.

Виталик уже понял, что избежать встречи с этой компанией не удастся. Местность, по которой Братство Конца ехало последние сутки, хотя и была изрезана холмами, но хорошо просматривалась с вершины отрога, где и расположилась бравая компания искателей приключений. Было очевидно, что повозку начинающих драконоборцев их куда более опытные коллеги по ремеслу заметили очень давно. Шестеро всадников в великолепных доспехах, украшенных волшебными «стразами», быстро нагнали не слишком манёвренных членов Братства Конца и теперь с интересом рассматривали высунувшиеся из фургона опухшие лица.

— Н-да, неужели и мы когда-то были такими же доходягами, а Брылемир?

Воин в самых роскошных доспехах снисходительно улыбнулся. Его белоснежная аккуратно подстриженная борода невольно ассоциировалась у Виталика с мажорами, регулярно посещавшими барбершопы. Сам геймер стригся от силы раз в полгода в самой дешёвой парикмахерской, чтобы не тратить зря время и деньги, а потому к озабоченным своей внешностью мужикам относился с презрением. Настоящий мужик должен быть чуть красивее обезьяны, бесконечные прихорашивания перед зеркалом оставим для девочек. Лицо в холодной воде с утра сполоснул, причесался, пару раз в неделю побрился — это более чем достаточно для нормального пацана.

— Пожалуй, мы начинали из гораздо более выгодной позиции, — ответил спутнику человек, названный Брылемиром. — Ведь мы были настоящими добровольцами, у нас имелась какая-никакая экипировка, а у них, посмотри, только двое одеты в нечто, похожее на доспехи, — покачал головой воин.

Похоже, шестеро типов были настолько уверены в себе, что совершенно не стеснялись обсуждать встреченных путников прямо в их присутствии. Рассматривали новоиспечённых драконоборцев, словно интересных жучков. Ну и члены Братства Конца тоже вели себя не самым достойным образом, вылупившись на сияющих всадников, словно малые дети на взрослых. Надо было заканчивать с этим позорищем, Виталик ввёл команду, чтобы деликатно прокашляться и поднять правую руку вверх.

— Здрасьте! — геймер понятия не имел, какими словами друг друга приветствуют рыцари, но откуда-то помнил, что поднятая рука и открытое забрало символизируют о мирных намерениях.

— Н-да, манеры тоже что надо… — пробормотал спутник белобородого.

— И тебе здоровья, добрый рыцарь, — кивнул Брылемир. — Прошу простить скептицизм моего товарища, сэра Хамьеслава. Порой он бывает уж слишком прямолинеен. Меня величают сэром Брылемиром, и я возглавляю эту скромную партию охотников на драконов.

Глядя на сверкающие доспехи этих ребят, Виталик разве что не истекал слюной от вожделенья и зависти. Хотел бы он тоже руководить такой вот «скромной» командой…

— Перед вами сэр Витальевич, владелец сёл Мухосрановка, Безнадёжновка и Аналоговнетка! — вдруг вспомнил о своих обязанностях оруженосца Чреволюб, представив своего господина с таким неуместным пафосом, что Виталик аж покраснел от стыда. Да уж, феодал столь выдающихся сёл просто не мог не трубить на каждом шагу свои титулы.

Брылемир едва заметно склонил голову, то ли в знак уважения, то ли насмешки:

— Моё почтение, сэр Витальевич, вижу, вы, как и мы, пришли поохотиться на драконов. Похвальное рвение к благородному делу. Однако должен слегка вас разочаровать: те твари, что облюбовали здешние горы, не по зубам начинающим охотникам на летающих бестий, — а вот теперь было непохоже, что белобородый мужчина над ним насмехается. — Мы уже неделю ведём разведку в окрестностях и пару раз видели огнедышащих ящеров достаточно близко. Они огромны! Две взрослые особи, самец и самка, судя по всему, свили себе в этих горах любовное гнёздышко. Если они решили развести здесь потомство, то будут защищать его яростно, не жалея ни себя, ни противников. Уж поверьте нашему опыту, нет зверя опаснее того, который защищает потомство. Худшая цель для новых драконоборцев! Тот, кто отправил вас сюда, явно недооценил риски.

Сэр Витальевич кивал с самым серьёзным лицом, на которое был способен, однако, в отличие от неигровых персонажей, Виталик не испытывал разочарования — всё происходило в точности так, как он и предполагал. Сейчас им посоветуют проредить немного кобольдов, как же всё-таки предсказуемы эти игры.

— Моё сердце обливается кровью, видя ваше расстройство, отважный сэр Витальевич, — немного переигрывая, произнёс белобородый воитель. — Но не стоит переживать, драконы всё прибывают и прибывают из-за Восточной гряды, раньше или позже вы сумеете убить одну из тварюг и прославиться. Ну а пока, чтобы ваше путешествие в эту не самую гостеприимную местность не оказалось напрасным, я бы смиренно попросил вас помочь нам слегка расчистить здешние края от кобольдов. Эти маленькие монстры постоянно путаются у нас под ногами. Вы очень поспособствуйте нашей охоте, если загоните кобольдов в самые глубокие норы. А когда мы убьём двух драконов, ваши ребята смогут выпить кровь огнедышащих тварей, чтобы отсрочить проклятие. Хорошее предложение, как вы считаете?

Виталик улыбнулся. Да, он был действительно опытным геймером. Эх, если бы курс Биткоина он умел предсказывать с той же точностью…

— Братство Конца очистит эти горы от кобольдов и других злобных тварей! — гордо произнёс рыцарь. — Можете на нас положиться. Только уж прошу, подскажите, — сэр Витальевич понизил свой голос, — куда нам точно НЕ следует совать нос?

* * *

— Да чтоб тебя!

Кобольд вырвался из рук Криворучкина и снова бросился наутёк. Братство Конца уже полчаса гонялось за юрким созданием, но никак не могло одолеть своего первого противника-монстра. Видя дюжину мужиков, кобольд даже не пытался сражаться, всё время бегая от людишек. Это начинало весьма раздражать.

— Маразматис, ну что ты встал столб столбом, он же всего в двух шагах от тебя пробежал!

Колдун с удивлением посмотрел на сэра Витальевича, не понимая, что от него снова требуется. Рыцарь повторил магу поставленную перед Братством задачу. Маразматис с умным видом кивнул, что, впрочем, уже не вводило Виталика в заблуждение. Колдун не был тугодумом или глупцом, просто моментально забывал всё сказанное двумя минутами ранее.

Клизмазар считал, что проблема возникла из-за черепно-мозговой травмы, полученной некогда Маразматисом от сильного удара по голове. Целитель пытался лечить болезнь мага через промывание кишечника, уверяя, что говно каким-то образом связано с мозгом, но, похоже, это не помогало. Да, многие люди действительно думают не головой, а той самой жопой, но означает ли это, что, воздействуя на задний проход, можно улучшить когнитивные способности человека? Быстрое гугление в Яндексе, как обычно, ничего не дало, зато Виталик нашёл информацию про мозг в заднице у динозавров. Это ничего не объясняло и вообще выглядело немного антинаучно, но кого волнуют подобные мелочи?

«Жопный мозг — сила, какай и умней! А ты и дальше сиди и читай всякие заумные книжки, тупица!» — обратился Виталик к воображаемому оппоненту, осуждающему его за бездарно проводимое за играми время. Ух, в следующий раз он точно выиграет спор с очкастыми ботанами, морализаторами или мамой! — «Кто не играет и не срёт, тот ума не обретёт!»

Виталик забросил в рот щепотку чипсов, машинально взглянул на часы. Четыре часа ночи, завтра, вернее уже сегодня, надо опять идти на работу. Ему нужно было поскорее поймать этого проклятого кобольда, чтобы с чистой совестью пойти спать. Выходные выдались конструктивные. Несмотря на смерть орка, он далеко продвинулся в прохождении Врат Барана.

— Так, Онанистус и Долбодор, заходите по широкой дуге за спину кобольду. Косоглаз, отложи лук, пока нас всех не угробил, заходите вместе с Многокашиелом слева. Криворучкин и Тошнило, вы с правой стороны пути отхода перекрываете. Бомжак и Чреволюб, вы спереди. Рыжебород, покомандуй пока этими идиотами, я подальше отъеду, чтобы со стороны ситуацию оценить. Посматривай за моими сигналами. Давайте, парни, пошли-пошли-пошли!

Сэр Витальевич направил своего коня на вершину скального выступа. Всадник не торопился, понимая, что гористая местность — не лучшее место для быстрой езды. Игра была довольно реалистичной, так что лошадка запросто могла сломать ноги, прощай тогда бонусы рыцаря.

Добравшись до места, Виталик оглядел небольшую долину, где велась героическая охота на монстра. Кобольд метался между преследователями, но их кольцо медленно, но верно сжималось. Если никто из ребят снова не лопухнётся, твари от них не уйти. Сэр Витальевич показал Рыжебороду поднятый вверх большой палец, пока всё шло по плану.

«Н-да, если мы так за каждым кобольдом будем по полчаса бегать, то прокачка затянется», — подумал Виталик. — «Видимо, придётся углубиться в пещеры, пусть Брылемир и предупреждал об опасности попасть в ловушку или заблудиться».

Внимание Виталика привлекло странное поведение барда Тошнило. Судя по всему, тот начал рассказывать какую-то шуточку Криворучкину — нашёл время! Рыцарь подал сигнал Рыжебороду, указывая на слабое место. Монах-лекарь послал в ту сторону Маразматиса, но Виталик понимал, что это так себе подкрепление. Однако ещё не до конца поправившийся Гнидодав вместе с Клизмазаром сторожили повозку, больше выделить всё равно было некого. Выругавшись, сэр Витальевич тронул коня, решив сам подстраховать трёх дебилов.

Это оказалось мудрым решением.

Кобольд сделал вид, что бежит в сторону Онанистуса с Долбодором, но затем резко свернул, бросившись между Тошнило и Криворучкиным. Анекдот барда оборвался на полуслове, когда маленькая тварь прошмыгнула между ним и расслабившимся товарищем. Бежавший наперехват кобольду Маразматис внезапно остановился, задумавшись о смысле жизни и прочих высоких материях. Кобольд радостно взвизгнул, поверив, что вновь улизнул от погони.

Рыцарь не стал доставать меч и наклоняться в седле, вместо этого просто наехав конём на кобольда. Столкновение с бегущей хотя бы рысью лошадкой — это не шутки, даже такая захудалая кляча, как у сэра Витальевича, сшибала человека, а уж тем паче мелкого монстра, да так, что супостат уже не мог встать. Кобольд отлетел от столкновения далеко в сторону, безвольно раскинувшись на каменистой почве. Системное сообщение уведомило Виталика о полученном опыте.

«Серьёзно? Всего-то?! Да так мы до Второго пришествия будем прокачиваться! За торговца и то больше опыта дали», — разочарованно фыркнул Виталик, но тем не менее заставил лошадь своего персонажа остановиться и встать на дыбы, победоносно вскинув правую руку рыцаря вверх. Следовало поздравить ребят с победой, какой бы жалкой та ни казалась.

— Мы победили, потому что отказались быть побеждёнными! Одолели чудовище, убили первого монстра! — воззвал к сердцам драконоборцев доблестный рыцарь. — Мы прокачались и стали сегодня сильнее! Так держать, Братство Конца, так держать.

Подъехав к Рыжебороду, сэр Витальевич произнёс уже куда менее пафосным тоном:

— Нам всего-то-навсего следует убить примерно тысячу таких монстров, так что похоже, в этих горах мы застряли надолго.

Глава 13. «Подвиг»

Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать.

Иван Крылов

Брылемир оказался прав на все сто процентов: ориентироваться в разветвлённой сети подземных туннелей было практически невозможно. Вначале Виталик даже записывал все их перемещения на листочке бумаги: левый, левый, затем центральный проход, правый и так далее, но когда потрёпанная партия приключенцев решила вернуться к повозке, то всё равно заблудилась. Ситуация становилась тревожной.

Кобольды больше не убегали, а, напротив, набрасывались всем скопом на одиннадцать уставших мужчин. Косоглаз и Тошнило получили серьёзные раны, принимавшие на себя основной урон Многокашиел с Долбодором тоже выглядели не лучшим образом. Вынужденный спешиться у входа в пещеру сэр Витальевич старался держаться за спинами товарищей, раздавая свои ценные указания, но каждый следующий приказ воспринимался Братством Конца со всё возрастающим раздражением. Нет, вряд ли ребята собирались поднять бунт, но вот начать действовать вразнобой могли запросто, а сейчас это был прямой путь в могилу.

— Держим строй, мужики! — прокричал сэр Витальевич. — Прорываемся в правый проход! Кажется, там можно забаррикадироваться и немного передохнуть.

Туннель справа оказался достаточно узким, а из пещерки, куда он привёл Братство Конца, других выходов не было. Действительно хорошее местечко для обороны. Выставив на защиту прохода Многокашиела и Чреволюба, остальные члены команды принялись подтаскивать к туннелю крупные камни. Бомжак опустился на колени, приложив руки к полу:

— Все внутрь пещеры! Сейчас я перекрою проход.

Толкающий к туннелю огромный булыжник рыцарь не успел остановить внезапно вспомнившего о своих талантах друида. Пол под ногами мужчин задрожал, со сводов пещерки посыпалась пыль.

Многокашиел и Чреволюб буквально в последний момент ввалились внутрь пещеры, когда туннель за ними обрушился, давя с десяток кобольдов. Системные уведомления запестрили сообщениями о полученном персонажами опыте, до нового уровня оставалось уже совсем ничего.

— Браво! Хорошая работа, Бомжак! — принялись хвалить друида благодарные товарищи, наконец-то ощутившие себя в безопасности.

— Кобольд не пройдёт! — гордо провозгласил зардевшийся от гордости жрец природы.

А вот невыспавшийся и уставший после работы Виталик радости своих подопечных не разделял. Подойдя к заваленному проходу, рыцарь с большим скептицизмом осмотрел перегородившие выход из пещеры скальные глыбы:

— Бомжак, прошу, успокой меня. Ты ведь сможешь так же лихо, как завалил, расчистить этот чудовищный беспорядок?

Друид, воодушевлённый вниманием окружающих, широко улыбнулся. Подошёл к выходу из пещеры, положил ладони на камни:

— Неа, — по-ребячески улыбнулся отличившийся персонаж. — Боюсь, здесь только бригада шахтёров-гномов поможет. Рыжебород?

Занятый ранами Косоглаза гном поднял свой тяжёлый взгляд на друида:

— Я что, похож на шахтёра? Кирку в заднице, наверное, припрятал? Без инструментов мы будем месяц такой завал разгребать!

Виталик грустно вздохнул, похоже, их команда в очередной раз попала в весьма неприятную ситуацию:

— Что ж, превосходно. Тогда предлагаю начать грызть булыжник прямо сейчас: к тому времени, как мы расчистим проход, даже Косоглаз и Тошнило поправятся. Будем работать поочерёдно, начинают Бомжак, Маразматис и Онанистус. Есть несогласные?

Онанистус смущённо поднял руку вверх:

— А почему чуть что, сразу я? Бомжак нас замуровал, пусть сам и расхлёбывает.

Сэр Витальевич упёр в бока кулаки:

— Потому что потому! Один он не справится, а тебе всё равно надо чем-то руки занять, я же знаю. Маразматис, далеко собрался?

Забывчивый колдун с удивлением посмотрел на рыцаря:

— А?

— Туннель иди разгребай!

— Зачем ругаешься, начальник… — грустно склонил голову маг.

Посмотрев на часы, Виталик решил лечь спать сегодня пораньше. Если Рыжебород прав, то можно оставить компьютер включённым до следующего вечера — один пёс раньше этого времени гастарбайтеры-персонажи, завалы не разберут.

Геймер лёг спать в два часа ночи — это было существенно раньше его обычного отхода ко сну. Что ж, даже таким героям, как Виталик, надо время от времени восстанавливать силы. Жаль, что в реальной жизни о количестве очков здоровья и усталости можно судить исключительно по черноте мешков под глазами…

* * *

— Нет, мама, мне некогда «по-человечески есть на кухне»! — Виталик тщетно пытался прорваться с миской еды в свою комнату. — За компом перекушу, мне мир от драконов спасать надо!

— Сыночек… — пожилая женщина выглядела крайне расстроенной. — Хоть раз нормально поешь, никуда не денется твоя игрулька. Нельзя же над своим организмом всё время так издеваться!

— Я и не издеваюсь! Самый здоровый образ жизни веду среди своих сверстников! Не пью, не курю, с бабами не встречаюсь.

Хвастаться своим «целибатом», пожалуй, всё же не стоило. Мама расстроилась ещё больше:

— Да уж лучше бы пил и курил, но девушку себе завёл, Витюша. У всех моих подруг давно внуки, вот у Михайловны сын…

Слушать причитания про сына маминой подруги Виталику не хотелось, он снова попытался обойти перегородившую выход из кухни мамашу:

— Я сто раз просил, не называть меня Витюшей, — геймер сделал обманный манёвр, поставив миску обратно на кухонный столик, будто и правда собирался нормально поесть.

Мама немного расслабилась, шагнула следом за сыном к столу:

— Ну ладно, ладно, будет тебе. Как же мне ещё тебя называть?

Пригнувшись, Виталик рванул в освободившийся дверной проход. Проскочил мимо ошарашенной матери, помчался стремглав в свою комнату.

— Моя есть сэр Витальевич! — крикнул он, запирая за собой дверь. Лучше остаться голодным, но поиграть лишние полчаса.

Надев наушники, чтобы не слышать стука и яростных криков рассерженной матери, Виталик вновь погрузился в волшебный мир Врат Барана. Здесь было хорошо, здесь его уважали.

А в реальном мире были одни вечно недовольные рожи.

* * *

— Так, я не понял, почему никто не работает? — возмутился очнувшийся после многодневного остолбенения рыцарь. — Вы что, проход весь расчистили? Что-то не очень замет…

Своды пещеры сотряслись, на голову сэру Витальевичу посыпалась пыль. Только сейчас Виталик заметил, что его персонаж покрыт такой пылью весьма толстым слоем. Теснившиеся в углу пещеры члены Братства Конца взирали на него, словно на воскресшего с того света.

— Что происходит? — уже спокойным тоном написал Виталик. Да, распознавать и передавать тон в текстовых сообщениях умели не только лишь девушки, но и продвинутые нейросети с геймерами.

— Подземная буря, — ответил явно пошедший на поправку Тошнило. — Пару часов уже всё трясёт.

Сидевший рядом Рыжебород громко фыркнул. Всё-таки гномы разбирались в подземных явлениях куда лучше людишек:

— Да никакая это не буря! Наша пещера находится довольно близко к поверхности, и прямо сейчас над нами отплясывает кто-то реально большой. Дракон или великан, не знаю. Нехарактерные для землетрясения толчки, понимаете?

Сэр Витальевич кивнул, на всякий случай подойдя поближе к своим компаньонам. В углу, где сгрудилось Братство Конца, пыли с потолка сыпалось существенно меньше.

— Ребята, на будущее, — решил предупредить неигровых персонажей Виталик, — если я снова на несколько дней так застыну, вы меня в безопасное местечко переместите. Это у меня болячка такая, что-то типа маразма Маразматиса, только он всё время всё забывает, а я могу в ступор впасть. Договорились?

Все дружно кивнули. Все, кроме Маразматиса, который никак не мог понять, что с ним не так. Всё-то он якобы помнит…

Снова тряхнуло, причём на этот раз так, что с потолка посыпалась уже не просто пыль, но довольно крупные камни. Виталик взглянул на место, где совсем недавно стоял его персонаж — не откажись он от ужина, сэра Витальевича вполне могло придавить!

— Эй, вы чего там, совсем ку-ку! — Бомжак возмущённо потряс кулаком, грозя сводам пещеры. — Три часа ночи, можно потише вести себя наверху?!

— Откуда ты знаешь, сколько сейчас времени? — удивился Рыжебород. — Мы в подземных городах его исключительно по песочным часам определяем…

Виталик понимал, что управляющая Бомжаком нейросеть явно позаимствовала возмущение шумными соседями сверху откуда-то из просторов интернета, но промолчал. Раз лопухнулась, пускай сама и выкручивается.

— Я же друид, чувствую единение с природой, — быстро нашёлся Бомжак.

— А когда эта вакханалия закончится, ты не чувствуешь? — на всякий случай уточнил Долбодор. — Если так продолжится и дальше, нас точно завалит!

Словно в подтверждение его слов, прямо в центр пещеры свалилась огромная глыба. Оглушительный грохот и поднявшаяся с пола туча пыли на несколько минут сделали невозможным продолжение странной беседы.

Пользуясь паузой, Виталик снял наушники, подошёл к двери и прислушался. Мамина ругань казалась теперь приглушённой, значит, она ушла в свою комнату или на кухню, где будет часами обсуждать по телефону со своей подругой поступок Виталика. Эх, зарабатывай он побольше, давно снял бы квартиру, чтобы жить отдельно и не трепать себе нервы скандалами. Правда, скорее всего, заядлый геймер быстро бы помер от голода, но тут уже ничего не поделаешь, подвиг требует жертв.

— Смотрите, наверху образовался проход! — крикнул товарищам Рыжебород, первым оправившись после обвала сводов пещеры.

— Тогда чего же мы ждём? Выбираемся из этой дыры! — скомандовал вышедший из очередного ступора сэр Витальевич, после чего полез вслед за гномом наружу.

Виталик уже успел соскучиться по открытому миру, ему хотелось подышать свежим воздухом, пускай тот и был виртуальным. На прогулки в реальном мире времени всё равно хронически не хватало, так хотя бы в игре как следует продышаться. Ведь всякие гуру в интернете без устали повторяют, что мысль материальна, следовательно, походы в игре должны улучшать здоровье геймера, правильно?

Во время подъёма по осыпающимся камням рыцарь смотрел исключительно себе под ноги, поэтому, когда он наконец распрямился, встав на твёрдую почву, то… чуть не спрыгнул со страха обратно в пещеру. Там было уютно и почти безопасно. Здесь же прямо на него взирала огромная драконья башка!

— Ох, ё… — первая реакция остальных членов Братства мало отличалась от его собственной. — Дракон! Спасите, помогите!

На сей раз первым от шока оправился Криворучкин. Своими шаловливыми ручками он сразу умудрился отломать кусок зуба дракона. Мёртвого дракона, теперь это стало вполне очевидно.

— Так отойдите, я скриншот сделаю, — принялся отгонять подчинённых от гигантской туши сэр Витальевич. — Типа это я дракона убил. Поставлю на аватарку во Вкон…

Однако реализовать совершенно непонятное для окружающих желание Виталик не успел. Совсем рядом кто-то хриплым голосом принялся звать на помощь.

— Проклятье, ну что там ещё? — выругался рыцарь, внимательнее всматриваясь в ночную тьму. Неподалёку от поверженного дракона что-то тускло светилось.

Осторожно приблизившись к источнику света и звуков, Братство Конца наткнулось на встреченную ранее в предгорьях партию охотников на драконов. Мажорным парням досталось действительно знатно.

Свечение исходило от эпичных доспехов, беспорядочно валявшихся на земле вместе с телами своих владельцев, а звуки… звуки издавал знакомый рыцарю Хамьеслав:

— Это вы… Мы же велели вам держаться отсюда подальше, — лежащий в неестественной позе боец закашлялся, булькая кровью. — Ладно, неважно. Драконье потомство уже успело вылупиться, нам пришлось сражаться не с двумя, а сразу с дюжиной треклятых созданий! Да, даже юный дракончик представляет опасность, — Хамьеслав сделал какой-то невнятный жест правой рукой, вероятно, желая обвести перед собою пространство. — Но, как видишь, даже несмотря на это, мы победили. Убили всех тварей! Однако теперь… Теперь нам крайне нужна ваша помощь. Наши лекари и маги погибли, несколько ребят тяжело ранены. Вы должны помочь нам добраться до ближайшего города. Когда мы поправимся…

Но Виталик больше не слушал команды, угрозы и обещания искалеченного в бою с драконами Хамьеслава. Вместо этого он всматривался в лица своих подопечных, что в отсветах зачарованных доспехов казались сейчас воистину демоническими.

— Вы думаете о том же, что и я? — спросил у ребят сэр Витальевич.

Все кивнули. На этот раз не противился даже оруженосец рыцаря, успевший отбросить за время путешествия с Братством Конца все маски приличия. Видя, как Чреволюб плотоядно облизывается, удовлетворённый реакцией спутников сэр Витальевич провёл пальцем по горлу:

— Такие шикарные доспехи… Они идеально подходят для нашей команды. Надо всего лишь закончить одно грязное дело.

Опыт за добивание нескольких прокачанных персонажей многократно превосходил опыт за убийство сотен кобольдов. А новое снаряжение было таким, что Виталик не смел и мечтать. Братство Конца вмиг превратилось из шайки оборванцев в грозную силу.

Что же касается испорченной кармы и репутации… Если ребята не проболтаются, то, глядишь, никто правды никогда не узнает.

Все трупы на всякий случай сожги. Можно будет снова всё свалить на драконов.

Драконы… Какая превосходная отговорка!

Глава 14. Граф

Никогда не забывай, что твоей коронации аплодирует та же самая толпа, которая будет аплодировать твоей казни.

Терри Пратчетт

Братство Конца возвращалось из похода героями. На каждом бойце сверкали эпичные доспехи, в нескольких повозках везли зубы, когти и другие части тела драконов. Куча золота, великолепные кони — покуда подопечные сэра Витальевича не открывали забрал своих шлемов, никто не мог усомниться в славном подвиге Братства. Лишь когда становились видны небритые морды, слышалась грубая мужицкая речь и примитивные шуточки бывших преступников, восхищение на лицах восторженных крестьян начинало немножечко улетучиваться. Не так простолюдины представляли героев, но ведь ваши ожидания — ваши проблемы, правильно?

Поначалу Виталик переживал, что весьма примечательные доспехи Брылемира и Ко. легко опознают и начнут задаваться вопросами, но вскоре понял, что его тревоги были напрасными. Богатые люди часто сражались друг с другом, баснословные состояния переходили из рук в руки куда чаще, чем скромное имущество крестьян. Что уж тут говорить про снаряжение искателей приключений, которое запросто могло сменить пару десятков владельцев, прежде чем навсегда сгинуть где-то в глуши вместе с телом авантюриста. Вчера были одни герои, сегодня другие, завтра придут ещё третьи — у землепашца и то жизнь стабильнее. Любая удача и успех кратковременны, хотя на пике славы кажется, что герои для простых смертных недосягаемы, а их высокое положение в обществе гарантировано на поколения вперёд.

Сейчас удача явно сопутствовала Братству Конца, а потому ребята отрывались по полной. Не подозревая, что скоро придётся расплачиваться. Ведь всему есть цена.

Ну а пока они отрывались в каждом трактире, чувствуя себя хозяевами жизни, не жалея ни денег, ни времени. Выпитая драконья кровь позволяла им ещё несколько месяцев не думать о новой охоте на огнедышащих тварей. Можно было неспешно исследовать мир.

Увы, как это часто бывает у мужиков, всё исследование мира свелось к исследованию злачных мест и завершилось, практически не начавшись. Граф Готфрид сзывал всех героев Срединных Земель к себе в замок. Не откликнуться на этот призыв было сложно. Особенно когда тебя конвоирует два десятка солдат. Пускай и не в волшебных, но вполне себе добротных доспехах.

Их взяли тёпленькими. Да, напиваться в игре было столь же чревато, как и в реальности. Банду сэра Витальевича разоружили, усадили в повозки и без лишних разговоров погнали к одному из самых влиятельных дворян королевства. Оставалось утешаться, что в замок сгоняли не только Братство Конца, но и всех драконоборцев, следовательно, дело было не в «подвиге» внезапно возвысившейся команды искателей приключений.

Однако к чему тогда такая грубость и спешка? Никто не спешил давать ответы сэру Витальевичу. Ясно было лишь то, что дело предстоит тёмное. Впрочем, как и всегда, когда вступаешь в контакт с людьми, обладающими большой властью. А то, что Готфрид Блевонский, несмотря на относительно скромный титул графа, обладает властью под стать герцогу, а то и самому королю, сомнений не вызывало. Обычный граф не содержит наготове пятитысячную армию, это даже Виталик, с его скромными знаниями истории, отчётливо понимал.

* * *

Виталик незаметно прокрался на кухню. Кажется, его взбаламученная мамаша наконец успокоилась, наговорившись с подругой по телефону. Теперь из её комнаты орал телевизор, шло какое-то очередное ток-шоу — человекоподобные обезьяны соревновались в хамстве и перекрикивании. Это было, с одной стороны, очень плохо — просмотр подобных передач напрочь убивает головной мозг, — но с другой стороны, у Виталика имелся хороший шанс пополнить запасы еды и поужинать. Главное было — не пропустить начало рекламной паузы, когда мама ринется на кухню за очередным перекусом.

«Как же не хватает прокачанного навыка скрытности», — сокрушался Виталик. — «Чтобы можно было перемещаться по квартире незаметно от мамы. Захотел, прокрался на кухню, захотел, сходил в туалет. Никаких нудных моральных нотаций… Эх, мечтать не вредно, придётся и дальше тренировать мочевой пузырь и ужимать свой желудок».

Виталик быстро накладывал еду в миску — да, именно в миску, в тарелку мало что помещалось и часто вываливалось. Есть за компом не так просто: важно не заляпать клавиатуру, при этом отслеживать перемещения ложки от тарелки ко рту, как правило, некогда. Геймеры — самые занятные люди в мире, у них нет лишнего времени ни на сон, ни на спокойный приём пищи, ни на другие бытовые потребности. Внимание должно быть полностью сконцентрировано на мониторе, правая рука всегда рядом с компьютерной мышкой, спина согнута, шея вытянута вперёд — хищник, готовый к прыжку! Боец, неустанно сражающийся со злом, спаситель…

Инстинкт заставил Виталика поторапливаться, он бросился в свою комнату раньше, чем услышал скрип поворачивающейся дверной ручки в маминой комнате. Держа в одной руке миску, в другой кружку с чаем, зажав в зубах пачку чипсов и пакетик сухариков, геймер аккуратным движением ступни приоткрыл дверь в свою комнату и протиснулся внутрь.

— Витюша! — вскрикнула мать, заметив вновь ускользающего от неё сына.

— Мойа ест шэр Питальебич, — проворчал со стиснутыми зубами Виталик, захлопывая ногой дверь.

Он прислонился к двери плечом. Прижимая предплечьем миску к телу, с помощью высвободившихся пальцев запер замок. Маленькими шажочками дотопал к столу и стал разгружать свою ношу.

«Снова придётся есть всё остывшее, но что делать? Разогрей я миску в микроволновке, и провернуть трюк бы не удалось. А так, к себе прижал и быстро закрылся. Опыт».

Виталик надел наушники и включил громкость на максимум — мама опять яростно стучала по двери и что-то выкрикивала. Как же тяжело жить с родителями.

Особенно когда тебе тридцать пять и ты не умеешь готовить.

Да и в магазин ходить некогда.

Денег тоже особо не зарабатываешь…

* * *

Все члены Братства Конца, ещё совсем недавно ощущавшие себя хозяевами мира, скромно жались в углу просторного зала. В сравнении с собравшимися здесь героями, эпичные доспехи новых драконоборцев, вернее убийц драконоборцев, казались весьма заурядными. Подумаешь, драгоценные камни на наплечниках светятся, да в этом зале от каждого второго в буквальном смысле ареал могущества исходил!

«Какого же они все здесь уровня?», — размышлял Виталик, заглатывая противную холодную кашу. — «Ишь, мажоры недоделанные! Ходят, поигрывают мускулами. Ничего, и мы в Братстве Конца когда-нибудь максимального уровня станем».

С каждой минутой ожидания чувство неловкости у членов Братства усиливалось. Присмотревшись к своим подопечным, сэр Витальевич приметил, как каждый пытается по-своему снять напряжение.

Чреволюб сомкнул руки и поглаживал большими пальцами брюхо, стоящий рядом Бомжак так сильно прижимался к стене, словно намеревался врасти в камень. Онанистус теребил какой-то продолговатый предмет, раздобытый непонятно когда и откуда. Многокашиел обгладывал выпрошенную ранее у солдат куриную ножку — на ней уже давно не осталось и следа мяса, но воин упорно грыз косточку. Рыжебород прижал указательные пальцы к большим, прикрыл глаза, будто бы медитируя. Криворучкин умудрился сломать часть украшавшего колону лепного узора и теперь пытался приклеить его обратно. Долбодор постукивал затылком об стену, Косоглаз заворожённо разглядывал нечто на потемневшим от копоти потолке. Тошнило тренькал на воображаемой лютне, беззвучно открывая и закрывая рот, а Маразматис кивал в такт неслышной мелодии. Гнидодав пучил глаза, словно зал был наполнен не людьми, а экзотическими животными. Клизмазар яростно чесал себе зад. Да уж, едва ли Братство Конца производило благоприятное впечатление.

Другие команды героев вели себя гораздо спокойнее, хотя и нельзя сказать, что в их действиях ощущалась непринуждённость. Многие прибыли сюда под вооружённым конвоем, некоторые группы драконоборцев враждовали, видимо, не поделив когда-то добычу. И абсолютно всех терзала неопределённость и тревожные предчувствия грандиозной аферы, в которую их всех намеревались втянуть власть имущие.

«Сейчас начнут гнать пургу про общее дело», — Виталик прекрасно знал, чем всякий раз завершались подобные собрания в офисе. — «Потом навалят работы и ничего недоплатят. Мы все одна семья, карьерный рост-нарост, полезный для портфолио опыт, бла-бла-бла. Все начальники одинаковые. А граф — это ведь тот же начальник, только не в офисе, а в средневековом бардаке, правильно?»

В дверном проходе возникла пара десятков вооружённых людей, за ними в зал вошёл разряженный, словно клоун, герольд, уведомив собравшихся о приходе знаменитого графа:

— Гости, прошу вашего внимания! Сейчас в этот зал войдёт…

Покуда напыщенный глашатай перечислял бесконечные титулы своего господина, разговоры и перешёптывания медленно затухали. Некоторые из драконоборцев вытянулись по струнке, словно были солдатами, кто-кто постарался переместиться ближе к центру зала, чтобы лучше видеть и слышать предстоящее выступление. Большинство же, напротив, постаралось ужаться к стенам и поддерживающим своды колоннам, как будто отважные герои боялись смутить своим видом владельца замка. Поначалу в этих перемещениях не виделось никакой логики, но вскоре Виталик отметил, что вперёд выдвинулись лидеры партий искателей приключений, в то время как их подопечные отошли на второй план. Вероятно, сэру Витальевичу тоже следовало подчиниться формальному — или неформальному, он не знал, — этикету. Громкий пук Долбодора, казалось, подтвердил эту мысль. Приказав товарищам вести себя тихо, рыцарь стал протискиваться вперёд. Он как раз подоспел к центру зала, когда представление графа публике наконец-то закончилось.

— …Готфрид Блевонский! — на невероятно пафосной ноте завершил затянувшуюся речь герольд, после чего в зал неспешно вошёл главный инициатор принудительно-добровольного собрания всех героев.

Граф был бледен и держался как-то нарочито отчуждённо, но Виталик списал это на пресловутую «голубую кровь» изнеженных дворян. Это сейчас у богачей модно быть загорелым и лосниться от втёртых в кожу дорогих кремов, а раньше признаком благосостояния считалось не подставлять лицо солнцу и ветру, словно какой-нибудь крестьянин или бродяга. Длинные волосы графа имели ярко выраженный серебристый оттенок, хотя, наверное, можно было просто назвать их седыми. Когда Готфрид проходил мимо сэра Витальевича, тот обратил внимание на едва заметный жёлто-зеленоватый ареол вокруг лица графа, но не понял, что это должно означать. Аура? Запах? Поди разберись...

Совершенно не глядя на кланяющихся драконоборцев, Готфрид Блевонский прошёл через зал и поднялся на возвышение, где стоял то ли трон, то ли просто богато украшенный стул владельца замка и обширных владений. Граф не стал садиться, но очень медленно повернулся к собравшимся — Виталика не покидало ощущение некоей странной неестественности во всём облике Готфрида. Глядя остекленевшим взглядом в ничем не примечательную точку над входом в зал, граф начал скрипучим, монотонным голосом говорить:

— Драконоборцы. Отважные воины. Герои. Благодарю вас, что откликнулись на мой призыв и собрались сегодня в этом замке. Знаю, многим пришлось резко изменить свои планы, но поверьте, у меня имелись веские причины для спешки. Сведения, полученные с Восточной гряды, меняют все наши представления о бедствиях, обрушившихся на наши прекрасные королевства. Драконы нагрянули на нас не по собственной прихоти. Драконов на нас сознательно натравили.

Нет, в зале не послышались удивлённые вздохи — здесь собрались отбитые искатели приключений, а не впечатлительные дамочки из высшего общества, — а вот грязная ругань и другие выражения праведного гнева на несколько минут прервали повествование графа.

— Тише, прошу внимания! — перекричал гомон герольд. — Речь графа ещё не окончена!

Сам Готфрид неподвижно стоял, не делая ни малейших попыток повысить свой голос. Наверное, кричать было ниже достоинства графа. Лишь когда галдёж стих, Готфрид Блевонский продолжил:

— Как вам должно быть известно, драконы испокон веков обитали на Восточной гряде, отделяющей наши королевства от бескрайних степей. Такое положение всех устраивало: люди, эльфы, гномы и прочие расы не совались в довольно бедные на руду горы, драконы обитали на неприветливых скалах и охотились в степях на востоке — там было много диких табунов, служивших им пищей. Драконы вторгались во владения разумных рас крайне редко, примерно один раз за несколько десятков лет, и всегда в небольшом количестве: один, два, максимум три дракона. Это было скорее праздником для искателей приключений, чем бедствием: на огнедышащих тварей объявлялась большая охота, по итогам которой огромные тела чудищ буквально раздирали на части и задорого продавали алхимикам. Порой, когда драконы не вторгались во владения разумных рас слишком долго, люди и гномы сами отправлялись в поход, чтобы добыть части тела летающих ящеров. Это было крайне опасно, но на этом можно было сколотить целое состояние и даже получить дворянские титулы. Опасные огнедышащие монстры воспринимались всеми скорее как экзотика, нежели как серьёзная угроза цивилизации. Никто не предполагал, что нам придётся воевать со всеми драконами сразу, да ещё и на нашей земле. Никто, кроме недоросликов.

На сей раз в возгласах драконоборцев слышалось куда больше удивления и недоверия, нежели гнева.

— Нет, не спешите бросаться на присутствующих в зале недоросликов, всё не так просто. Дело не в расе, а в магической гильдии Тысяча Пещер, что уже шесть столетий фактически владеет Предгорьями — землями на востоке, где находятся сразу несколько якобы враждующих царств. Предгорья плавно переходят в ту самую Восточную гряду, о которой я говорил ранее, а потому неудивительно, что именно колдуны недоросликов нашли способ если не приручить, то согнать драконов с насиженных мест.

Команды драконоборцев, в которых имелись недорослики, казались весьма напряжёнными, но поскольку оружие у всех искателей приключений заблаговременно отобрали, обстановка в зале пока оставалась спокойной.

— Понять планы магов несложно: пока на наши королевства обрушился гнев драконов, недорослики смогут взять под контроль все перевалы на опустевшей Восточной гряде, а затем начать осваивать лежащие за горами бескрайние степи. Попасть в ту часть мира по морю весьма затруднительно, так что недорослики получат в своё распоряжение огромные территории, а с ними ресурсы, богатство и власть. Именно власти всегда жаждут сильные мира сего, и их совершенно не волнует цена, которую придётся заплатить за амбиции. Тысяча Пещер быстро станет самой могущественной гильдией магов на континенте, шаткое равновесие сил навсегда останется в прошлом. И если вам кажется, что под властью мудрых волшебников жизнь станет лучше, то спросите об этом у недоросликов в зале. Они не просто так покинули свою родину.

Виталику сразу вспомнился старший инструктор Картер в обучающем лагере. Да уж, если остальные недорослики-колдуны походят на него хотя бы процентов на десять …

— Однако сведения, которые я вам только что рассказал, всё ещё не могут считаться серьёзным доказательством против Тысячи Пещер. Никто точно не знает, как именно недорослики сумели повлиять на драконов, огнедышащие твари всегда славились своим превосходным сопротивлением магии. Это предстоит выяснить вам.

Зал сразу же зашумел. Отовсюду слышались возгласы, вздохи, вопросы, но Готфрид Блевонский лишь неподвижно стоял, ожидая, пока гул голосов не утихнет.

— Ваши команды отправятся на Восточную гряду с разных направлений под предлогом изучения исконных мест обитания драконов. Вы и в самом деле должны эти места как следует изучить. Но не для того, чтобы лучше понимать противника. А для того чтобы раскусить колдунов-недоросликов.

Граф картинно хлопнул в ладоши:

— Не волнуйтесь, Срединные Земли не останутся в ваше отсутствие без защитников. Мы подготовили сразу несколько новых обучающих лагерей, недостатка добровольцев тоже ждать не приходится. На свой счёт переживать не стоит тем более, вы не останетесь в далёких землях одни. Барон Мангор, — на эшафот поднялся ничем не примечательный человек, которого Виталик сперва принял за одного из слуг графа, — барон обеспечит вам тыл в центральном из якобы враждующих царств Предгорья. Он возглавит большой отряд наёмников, которых местный царёк, после наших убедительных просьб, вскоре наймёт для надзора над, вы не поверите, нахальными охотниками на драконов, то есть над вами. Вряд ли мы сумеем долго морочить колдунам голову, даже несмотря на то, что всем присутствующим здесь недоросликам на ближайшие пару месяцев придётся стать гостями моего замка. Тем не менее у вас будет достаточно времени на поиски истины. Барон Мангор даст лидеру каждой команды драконоборцев инструкции, слушайтесь его и получите награду, достойную ваших усилий. На этом сегодня у меня всё, благодарю за внимание.

Всё с тем же абсолютно каменным лицом граф Готфрид вышел из зала, несмотря на вал вопросов, обрушившихся на него после окончания речи.

Драконоборцы обернулись к ничем не примечательному, но выглядевшему куда более человечным барону. Тот добродушно улыбнулся и принялся раздавать указания…

Глава 15. Дорога на восток

Каждый убежден, что другие ошибаются, когда судят о нём, и что он не ошибается, когда судит о других.

Андре Моруа

— Когда мы приедем?

— Не знаю.

— Когда мы доберёмся до места?

— Не знаю.

— Через сколько времени мы доедем?

— Не знаю! Маразматис, ты издеваешься или реально забываешь, о чём спрашивал пятью минутами ранее?

Колдун обиженно фыркнул, демонстративно отъехав подальше от сэра Витальевича. Рыцарь выругался, он и сам не прочь был узнать, когда они, наконец, доберутся до этой проклятой Восточной гряды — мир Врат Барана действительно был огромен.

Виталик полночи просидел вчера за компьютером, оставил игру включённой, когда уходил на работу, успел, на радость маме, спокойно поужинать на кухне, а Братство Конца всё ехало и ехало на восток, где горы только начинали проявляться на горизонте.

«Тоска. Могли бы, как во всех нормальных играх, сделать по миру быстрое путешествие, а не выкобениваться со своей реалистичностью где надо и где не надо», — ругался всегда топивший за эту самую реалистичность геймер.

— О чём задумались, сэр Витальевич? — подъехал к лидеру драконоборцев Рыжебород.

В отличие от остальных членов Братства Конца, гном предпочитал верховой езде на лошади просиживание в повозке или, на худой конец, поездку на спокойном муле. Короткие толстые ножки бородатого коротышки, и правда, не казались приспособленными для щекотания шпорами боков резвой лошади. Максимум, что Рыжебород мог делать, когда ему всё-таки приходилось залезть на боевого коня — это вцепиться в седло и поводья. Поэтому гному обычно поручали управление огромным фургоном, который Братство Конца использовало для перевозки награбленного добра. По собственной воле Рыжебород пересаживался на мула, лишь когда хотел побеседовать наедине с сэром Витальевичем, передавая на это время управление фургоном кому-нибудь из более высоких товарищей, уставших от долгой скачки.

— Да вот, всё думаю, как я дошёл до жизни такой, — печально вздохнул рыцарь. — Мечтал жечь мосты и грабить караваны, а вместо этого сам еду за тридевять земель в караване, чтобы выполнять странные поручения какого-то графа. Никакой романтики, Рыжебород, понимаешь?

По лицу гнома не было похоже, что он что-то понял, но бывший монах из вежливости на всякий случай кивнул:

— Все мы мечтали об иной жизни, — пространно ответил гном. — Я вот вообще планировал всю жизнь в монастыре провести, подальше от мирской суеты. И чем я теперь занимаюсь? Путешествую по миру в компании вчерашних головорезов, выдающих себя за охотников на драконов. Вместо совершенствования тела и духа, врачую грабителей и убийц — не отмыть мне теперь вовек свою карму…

Да, похоже, долгое и утомительное путешествие действовало угнетающе не только на сэра Витальевича.

— Не, ну мы же ради благого дела грабим и убиваем, — попытался утешить бывшего монаха рыцарь. — Чтобы как можно быстрее прокачаться и спасти чёртов мир. Веди мы себя как святоши, до сих пор с кобольдами в тех горах воевали бы. От трудов праведных не нажить палат каменных, знаешь такую пословицу? Очень актуальна в стране, откуда я родом…

Рыжебород хмыкнул:

— Сдаётся мне, делай каждый из нас всё по-правильному, в лагере драконоборцев недосчитались бы «добровольцев». Хорошие люди занимаются домашними делами, спасение мира — удел отчаянных отморозков.

— Во-во, — согласился с суждением гнома доблестный рыцарь. — Будь все белыми и пушистыми, давно бы всех монстры сожрали. Надо грабить и убивать, чтобы не дать этого сделать другим. В этом вся суть: победа меньшего зла над злом большим, правильно?

Гном молча расчёсывал бороду, обдумывая философию сэра Витальевича.

— Не всё так однозначно, — ответила наконец управляющая Рыжебородом нейросеть. — Грабёж — не грабёж, если грабишь награбленное.

— Молодец, начинаешь потихоньку улавливать смысл, — одобрил Виталик ход мыслей товарища. Неважно, что нейросеть бездумно озвучивала мемы и лозунги, важно было то, что самый умный член Братства Конца не пытался укорять лидера банды за неблаговидные поступки. — Всей правды потомки всё равно не узнают: будем ли мы преступниками или героями — зависит исключительно от того, каких вершин мы достигнем.

— Ну хорошо, — ответил спустя минуту Рыжебород, — зачем грабить караваны, я могу ещё как-то понять. Но почему вы хотели жечь мосты, сэр Витальевич? В чём практический смысл?

Этот вопрос поставил в тупик заядлого геймера.

«Что значит зачем? Потому что прикольно!» — хотел написать Виталик, но на ум пришло более правдоподобное объяснение:

— Нужно сжигать все мосты, чтобы двигаться только вперёд! Поджог мостов — это символ постоянного движения и прогресса, а разграбление караванов — всего лишь средство для быстрого достижения цели. Ведь дело не в самой наживе, дело в стремлении к всё большему могуществу, понимаешь?

Геймер и сам уже давно потерял понимание того, о чём пишет, но звучало всё вполне мудро, а значит, это должно было произвести хорошее впечатление.

— Да, сэр Витальевич, кажется, теперь понимаю. Важна великая цель, а средства, — рыжебородый гном, постукал пальцем по виску, словно только что пришёл к умной мысли, — любые средства будут оправданы, если удастся достичь этой цели.

Виталик с удовлетворённым видом кивнул. Кто бы что там ни говорил, а способность производить впечатление гораздо важнее наличия внутренней логики в речи. Умный вид и запутанные рассуждения побеждают аргументацию.

Особенно когда идиот общается с идиотами.

* * *

— Слышь, Лобо… Рыжебород. А тебя как вообще в лагерь драконоборцев попасть угораздило? — решил узнать побольше о своих подопечных Виталик. Конечно, это следовало сделать раньше, существенно раньше, но ведь лучше поздно, чем никогда, правильно?

Похоже, сильно запоздавший вопрос застал гнома врасплох. Коротышка сидел на месте возницы, его руки, державшие вожжи, напряглись, вздуваясь мощными мышцами.

— Вам озвучить официальную причину или реальную, сэр Витальевич, — после длинной паузы наконец откликнулся гном.

Виталик знал, что осуждённые довольно трепетно относятся к причинам, по которым они сами или их товарищи лишились свободы, а потому решил воздержаться от любых шуточек:

— Официальную я и так знаю, Картер о каждом члене Братства проинструктировал. Но там настолько расплывчатые формулировки и такой бред про некоторых… Расскажи всё как есть, осуждать я не буду, клянусь.

Остальные члены Братства Конца уехали на разведку в видневшуюся в отдалении деревушку, так что сейчас Рыжебород действительно мог не беспокоиться о брутальности своей репутации. Мышцы на руках гнома немного расслабились.

— Согласно официальной версии, я до полусмерти избил пожилого настоятеля монастыря, и это чистая правда, сэр рыцарь. Но… но есть, как говорится, нюансы.

Глядя на кулачищи гнома, Виталик на миг даже испытал к жертве Рыжеборода сочувствие.

— Этот самый, якобы несчастный, настоятель, — лицо монаха скривилось в презрении, — только на суде притворялся жалким и немощным. На самом деле он был чрезмерно активным старикашкой, и его активность носила весьма порочный характер… Явно несоответствующий представлению не только о монашеском аскетизме, но и об элементарных нормах приличия. Пока расстреливали моих монастырских братьев, я себя сдерживал, а вот когда шаловливые ручки старого беса добрались до меня… Ну, по крайней мере, больше ни к кому приставать дед не сможет. С полностью отбитыми почками не до активной половой жизни, хе-хе.

Ну да, такая история была вполне по стать рыжебородому гному, который не выглядел как святоша, но и на роль мерзавца не подходил. Давший отпор власть имущему и за это лишённый свободы — банально, но жизненно.

— А у вас в монастыре все монахи носили такую причёску? — не смог удержаться от давно напрашивающегося вопроса Виталик.

Рыжебород широко улыбнулся, слегка дотронулся до своего ирокеза:

— Не-е-е, это меня так обрили в качестве наказания. А потом я сам стал сбривать по бокам головы волосы в знак протеста. Чтобы не забывать о «правосудии», «справедливости» и прочих лживых понятиях прогнившего общества. Когда прав всегда тот, у кого больше прав, а не тот, за кем правда.

— Правда в силе, — перевернул знаменитую фразу Виталик.

— Увы, — согласился бывший монах. — Поэтому я и не сопротивляюсь «прокачке» за счёт грабежа караванов. Лучше быть сильным, чем невинным. Потому что сильному сохранить невинность значительно легче.

Сэр Витальевич молча кивнул. В Рыжебороде он мог быть уверенным.

— Всего лишь ненадолго отошёл по делам, и за это на каторгу?

Онанистус с серьёзным видом кивнул:

— Так всё и было. Отошёл буквально на пару минут передёр… по своим делам личным, а в это время склад, который я охранял, и ограбили. А купец свалил всю вину на меня, мол, я в сговоре был с грабителями. Ни с кем я не сговаривался, сэр Витальевич, мамой клянусь! Всего лишь во время дежурства расслабиться захотелось.

— Потерпеть до конца смены никак было?

Застрявший в подростковом возрасте озабоченный мужичок чуть смутился:

— Да чё-то так свербело тогда…

«Вердикт — ненадёжный товарищ», — сделал у себя в голове отметку Виталик.

— Долбодор, а тебя за что осудили? — улучив момент, когда они остались одни, спросил рыцарь.

Здоровенный мужик, предпочитающий сражаться молотом, не стал ходить вокруг да около:

— Как за что? В таверне по пьяни подрался. Ну и табуреткой одного придурка убил. Он сам виноват, обзывался: Долбодор — помидор. Чего же мне ещё оставалось?

Действительно. Дело житейское, Долбодор — парень простой и понятный. Если над таким не подшучивать, можно не беспокоиться о подлянке.

— Косоглаз?

— Да понял я ваш вопрос, сэр Витальевич, понял! Случайно в дерьмо я вляпался, в общем. На охоте, вместо оленя, егеря подстрелил. Теперь вот на драконов из-за этого дела охочусь…

— И почему я не удивлён…

Клизмазар пожал плечами:

— Не, ну а где вы видели лекаря, у которого все пациенты живыми после лечебных процедур остаются? Вот и у меня померла… дюжина пациентов.

— Кушать очень хотелось мне, сэр Витальевич, — лицо Многокашиела словно вымоляло прощение. — Я, значит, и подворовывал скот: то порося, то телёнка умыкну. Ума не приложу, как староста села меня вычислил?!

— Может, морда слишком широкая тебя выдала? — рискнул предположить рыцарь.

— Угумс, может, — грустно вздохнул Многокашиел. — А что сегодня на ужин, не знаете?

— Не, меня, конечно, предупреждали, что доспехи у рыцарей дорогие, но я же не знал, что настолько! Всего слегка их подпортил, а у меня в качестве компенсации дом отобрали, ещё и в лагерь сослали долги отрабатывать. Так я в команду к вам и попал, сэр Витальевич. Но вы не волнуйтесь, ваши доспехи я в лучшем виде отремонтирую, только попросите!

— Да-да, спасибо, Криворучкин, буду иметь вас в виду…

— Ух, вы бы её видели, сэр Витальевич! Сиси во-о-от такущие! Бёдра вообще необъятные! Как я мог удержаться? Соблазнил девушку, а она женой дворянина какого-то оказалась. Чуть не убили меня, когда с ней в постели застукали. Тяжела судьба бродячего любвеобильного музыканта.

Тошнило достал лютню и ударил по струнам:

— Милая моя, сисечка огромная,

Приворожила парня ты, красотка вероломная.

Он теперь страдает, сисю вспоминает,

От мужа ревнивого всё время убегает.

— Пф-ф-ф, ничего я не делал предосудительного, сэр рыцарь. Жил себе в уединении на природе, никого не трогал. Стоило в кои-то веки на большую дорогу выйти, так схватили меня за бродяжничество. Это я-то бродяга? Я просто бережно к вещам отношусь и ношу всё до дыр, чтобы добро не переводить понапрасну. И есть у меня шалашик в лесу, никакой я не бомж!

— Ладно, ладно, Бомжак, ты так не нервничай. Я всего лишь хотел уточнить, что за «строил из себя лешего» у тебя в причинах ареста указано. Ясен пень, несправедливо тебя повязали.

Друид грозно фыркнул:

— Я этим гадам покажу лешего, когда, — как вы там говорите? — прокачаюсь. Ух, будут знать, падлы, как уважать природу, мать их!

— Мы их душили-душили, душили-душили… — Гнидодав стиснул поводья так, что аж побелели костяшки пальцев. — Душили-душили. Ну, и задушили, мерзавцев. А потом началось: внесудебная расправа, превышение каких-то там полномочий, бла-бла-бла. Херня! Всех их душить надобно, чтобы другим неповадно было, так я считаю. Вы согласны со мной, сэр Витальевич?

Рыцарь кивнул. Не потому, что был на самом деле согласен со стражником, а потому что его опасения насчёт этого типа в очередной раз подтвердились. Гнидодав однозначно был самым большим отморозком во всей их компании. На него лучше не полагаться.

— Меня осудили? За что?! — искренне удивился колдун.

— Вот и мне хотелось бы знать, Маразматис. Ты точно не помнишь причины?

Маразматис яростно качал головой.

— Официальная формулировка звучит так: стёр с лица земли целый город. Ты можешь это как-то прокомментировать?

Глаза колдуна едва не вылезли из орбит:

— Да не, бред какой-то.

— Вот и я думаю, что сивый бред, но да мало ли. Будь ты на самом деле таким крутым магом, навряд ли тебя из заточения выпустили.

Маразматис испуганно смотрел на сэра Витальевича:

— Я маг?

Виталик вздохнул. Нет, Картер определённо прикалывался. Стёр с лица земли целый город… Игрушечный городок? Может, песочный? В общем, большого доверия к Маразматису не было, но не из-за странной причины ареста. А потому что колдун был самым тупым членом Братства Конца, которому не стоило поручать даже простые задания. Через минуту тот всё равно всё забудет.

— Куда мы держим путь, сэр Витальевич? — прервал размышления рыцаря маг. — А когда мы приедем?

Если не считать Гнидодава, отъявленные головорезы оказались вовсе не такими отъявленными, какими сами пытались себя выдавать. Обычные неудачники, что в какой-то момент оплошали. Так бывает. От сумы да тюрьмы, как говорится, не зарекайся.

Восточная гряда медленно приближалась.

Глава 16. Предгорья

Чудовища существуют, но их численность слишком незначительна, чтобы представлять реальную угрозу. Много опаснее обыкновенные люди — служащие и функционеры, готовые верить и действовать, не задавая никаких вопросов.

Примо Леви

Зависший в воздухе недорослик перегородил дорогу Братству Конца.

— За каким хреном вы припёрлись сюда, недоумки? Вам в своих землях мало драконов, обязательно у нас искать надо?

Барон Мангор проинструктировал лидеров партий драконоборцев о том, как вести себя при встрече с представителями гильдии магов. Если тезисно, то не следовало лезть на рожон, но и дать спровадить себя с подконтрольной Тысяче Пещер территории было нельзя.

— Здравия желаю, мастер чародей! — выехал вперёд сэр Витальевич. — Мы приехали…

— Зазря вы приехали! Нам вас здесь не надо! От ваших коллег по ремеслу одни неприятности! — брызгая слюной, заорал недорослик. — Понаехало искателей приключений, словно у нас в горах сплошь клады запрятаны! Это только в сказках драконы сокровища охраняют, а в реальности они только жрут, гадят и размножаются! Идите в своё королевство обратно, там на них и охотьтесь, а у нас на Восточной гряде драконов сейчас практически нет!

«Притворитесь упёртыми баранами», — вспомнил Виталик слова барона. — «Спокойно и внимательно всё выслушивайте, но продолжайте настаивать на необходимости исследования исконных мест обитания драконов».

В особом притворстве необходимости не было. Столпившиеся за рыцарем члены Братства Конца смотрели на парящего над землёй недорослика тупыми коровьими взглядами, словно не понимали ни единого слова.

— Вы что, по-человечьи не понимаете? Идите обратно, я вам говорю!

— Слушай, ты кто такой вообще, мелк… — рыцарь жестом остановил решившего ни с того ни сего проявить инициативу Гнидодава.

Бывший стражник заворчал, но подчинился команде лидера. Оставалось надеяться, что тихая ругань и садистские пожелания Гнидодава не достигнут ушей недорослика.

— Прошу простить моего спутника, но я согласен, что прежде чем сыпать приказы вперемежку с угрозами, хорошо бы представиться. Меня зовут сэром Витальевичем, а это члены прославленного Братства Конца, чьи подвиги известны далеко за пределами Срединных Земель!

Виталик сильно сомневался, что об их несуществующих подвигах вообще хоть кому-то известно, но ведь понты дороже денег, правильно? Умение пускать пыль в глаза было, пожалуй, единственным ценным навыком Братства, поэтому «небольшое преувеличение» своей славы казалось хорошей идеей.

Левитирующий недорослик нахмурился, отчего его мордашка смешно сморщилась. Виталик хихикнул — хорошо, что эмоции не передавались напрямую его персонажу.

— Братство, э-э-э, чего? — несмотря на то что название команды драконоборцев ни о чём ему не сказало, осторожности в речи недорослика всё же прибавилось. — Не знаю, кто вы такие, но вы заявились без приглашения на территорию Крысиного Лаза — одного из филиалов гильдии Тысячи Пещер. Я магистр Хомка, и я повторяю вам своё, хм, предложение возвращаться домой подобру-поздорову. Драконоборцам здесь не рады, вы создаёте слишком много проблем!

Что ж, как ни крути, а диалог завязался, теперь можно было начинать гнуть своё:

— Мы прибыли сюда по поручению графа Готфрида Блевонского, у нас есть чёткие инструкции…

— Ввергнуть Предгорье в хаос? Ваши товарищи-охотники занимаются откровенной ерундой и вредительством! Все эти исследования лишь предлог, чтобы…

— У вас, случайно, нет брата? — вдруг проявил несвойственное ему любопытство Рыжебород. — Его Картером зовут, инструктор в лагере для обучения охотников на драконов. Вы очень похожи.

Виталик и сам заметил сходство, причём даже не столько во внешности, сколько в безапелляционной манере речи двух недоросликов.

— Картер? В первый раз слышу про такого. В Тысяче Пещер он точно не состоит, — сбился с мысли волшебник. — Не пытайтесь сменить тему разговора! Вам здесь…

— Когда мы приедем, скоро уже? — уточнил у сэра Витальевича Маразматис.

— Скоро, — кивнул ему рыцарь. — Сейчас магистр Хомка договорит, и мы отправимся во-о-он в те горы, видишь?

Маразматис удовлетворённо кивнул.

— Вы меня вообще слушаете?! — едва не захлебнулся слюной недорослик. — Никуда вы дальше не поедете! Разворачивайтесь…

— Сэр Витальевич, я кушать хочу, — пожаловался заскучавший от воплей волшебника Многокашиел. — Как думаете, недорослики дадут нам поесть что-нибудь?

— Ничего вам здесь не дадут! — кричал магистр Хомка, но Братство Конца уже перестало обращать внимание на угрозы. Если собака лает, она не кусает, правильно?

— Интересно, долго он ещё орать будет? — как бы шёпотом, но во всеуслышание спросил Долбодор.

— Если они с Картером хотя бы дальние родственники, то может весь день, — пожал могучими плечами Рыжебород.

— Плохо, я срать хочу, — поёрзал в седле Бомжак. — Можно я в тех кустах нужду справлю?

— Нет! Нет! Нельзя! — возмутился красный от ярости Хомка.

— Сэр Витальевич, а когда мы приедем?

— Ужинать…

— Срать…

— Душили-душили, душили-душили…

— Ты не пройдёшь! — перегородил магистр дорогу выехавшему вперёд барду.

— Я только спросить, — указал Тошнило на небольшое селение в отдалении.

— Сборище идиотов… — махнул в конце концов рукой недорослик. — Хрен с вами, езжайте в горы, не убивать же вас в самом деле.

Когда Братство Конца проехало по дороге, магистр Хомка сплюнул им вслед:

— Сами помрёте. Восточная гряда не терпит никаких глупостей.

* * *

— Да ты не очкуй, Рыжебород, я так уже сто раз делал! — отверг все возражения гнома рыцарь. — На месте разберёмся, найдём путь, прорвёмся.

Горы впереди, и правда, казались громадными, заслонявшими собой полнебосвода, но Виталик не сомневался, что легко найдёт способ преодолеть все преграды. Игра — это вам не реальная жизнь, перепрыгивай себе через препятствия, нажимая пробел, что может быть проще?

— Нельзя идти в горы без должного снаряжения! — никак не мог успокоиться гном, но его переживания оставались гласом вопиющего в пустыне. Братство Конца стремилось как можно скорее оказаться подальше от владений Тысячи Пещер, а потому безрассудно неслось вперёд, взбираясь всё выше в предгорья.

Проблемы начались почти сразу. Огромный фургон Братства перевернулся, угодив в выбоину на узкой дорожке. Забрав всё самое «необходимое» и оставив Криворучкина с Косоглазом чинить переднее колесо, остальные продолжили путь налегке. Как быстро выяснилось, необходимое с точки зрения Виталика и необходимое с точки зрения похода — совершенно разные вещи. Во Вратах Барана простым жмяканием пробела горы не одолеть.

Со второй трудностью они столкнулись, когда спустя два дня странствий вышли на то же самое место, где оставили фургон. Рядом с горами не было нормальных дорог, а из-за необходимости постоянно сворачивать, спускаться и лезть наверх заблудиться оказалось проще простого. Пришлось тщательно изучать карту, дарованную бароном Мангором. А также забрать с собой Криворучкина, поскольку за время их недолгого отсутствия он умудрился раздолбать не только повреждённое колесо, но и половину фургона. Вместо него, в подмогу Косоглазу оставили Онанистуса, тому явно требовалось занять руки делом…

Через три дня пути Братство Конца достигло-таки подножия гор, начался трудный подъём. Вскоре пришлось оставить коней, животные не могли карабкаться по крутым склонам. Чреволюбу поручили отвести лошадей обратно к фургону. Поредевшее Братство Конца с минимумом поклажи поднималось всё выше.

Открывавшиеся с высоты виды поражали воображение. Графика была потрясающая. Даже не самый мощный компьютер Виталика обрабатывал локации на десятки километров вокруг. Далеко на запад тянулась череда холмистых предгорий, в паре мест можно было разглядеть казавшиеся отсюда микроскопическими поселения недоросликов. Ещё дальше всё расплывалось в туманной дымке, но даже в ней угадывались густые леса, через которые не так давно прошло Братство. Большущий мир. Реально огромный!

Однако, помимо красот, по мере подъёма увеличивались и трудности. Деревьев, а затем и кустов становилось всё меньше, покуда растительность не исчезла совсем. Начало холодать. Виталик не мог это почувствовать непосредственно, но прекрасно видел вырывающийся изо ртов персонажей пар, а когда в темноте они вынуждены были сделать привал, то с утра все доспехи оказались покрыты инеем. Одетый легче всех Криворучкин отморозил большие пальцы, но никто не стал сочувствовать бедолаге, припоминая все устроенные этими самыми руками проблемы.

А ведь они достигли всего лишь первое плато на высоте примерно три тысячи километров. Следующие две горы, которые должно было обследовать Братство, были примерно в полтора-два раза выше. Похоже, напяливший на себя меха Рыжебород, над которым все поначалу смеялись, и укутанный в шкуры бывалый бомж Бомжак оказались самыми подготовленными к суровому горному климату.

Требовалось срочно убить каких-нибудь мохнатых животных, чтобы раздобыть тёплых шкурок. Братство Конца вынужденно приостановило своё путешествие, занявшись охотой.

— Видал, здоровый какой? Там шерсти на всю нашу братию хватит! — восторженно попискивал Тошнило, указывая на пещеру, в которой только что скрылся медведь.

Виталик поддакнул, хотя и с изрядной долей скепсиса, не будучи уверенным, что они сумеют одолеть могучего зверя. Экипировка Братства Конца была превосходной, но уровень рыцаря и ребят был всё-таки маловат.

— Короче, собирай мужиков, но пока не лезьте на косолапого и меня тоже не беспокойте, — геймер уже придумал отмазку для своих подопечных, когда собирался надолго отойти от компа: — Сейчас медитировать буду, придумаю, как нам эту громадину завалить.

Достав телефон, Виталик полез в интернет искать информацию об охоте:

— Окей, Гугл, как в старину охотились на медведей?

Буржуйская поисковая система сразу дала ряд полезных советов, но не все подходили охотникам Врат Барана. Ну не ждать же в самом деле начала весны, когда медведь от спячки терял две трети былой силы! Зато все статьи сходились на эффективности в борьбе с крупным зверем рогатины — копья с широким наконечником и поперечиной. Виталик не без гордости отметил, что рогатина считалась славянским изобретением, а потому сразу решил улучшить имеющиеся в распоряжении Братства копья. Другим интересным советом оказалось заваливание берлоги медведя срубленными елями — пока проснувшийся зверь боролся с хвойными ветками, пытаясь выбраться из пещеры, его можно было относительно безопасно атаковать. Вернувшийся с прозрением сэр Витальевич принялся бодро раздавать указания.

Работа затянулась на несколько дней: пришлось развернуться, спуститься с плато, нарубить пару елей и затащить их на вершину. Подкараулив, когда медведь уснёт, подтащить ели к пещере, положив их хвойными концами внутрь берлоги. Поправившемуся за время путешествия Гнидодаву вручили самодельную рогатину, два других усовершенствованных копья взяли Долбодор и Многокашиел — «танчить» медведя щитом было всё равно бесполезно.

Когда над горами забрезжил рассвет, все посмотрели на Бомжака — тому следовало выманить косолапого, устроив в пещере небольшое землетрясение, наподобие того, что он сделал в туннелях кобольдов. Друид глубоко вдохнул, настраиваясь на связь с природой, приложил руки к скале и… Устроил такой обвал, что Братство Конца еле унесло ноги. Несколько дней невезучим охотникам пришлось разбирать завал, чтобы достать-таки тушу раздавленного камнями медведя. Н-да, их путешествие по Восточной гряде явно затягивалось куда больше, чем отводилось бароном Мангором по плану.

Ещё пара дней ушла на разделку туши и грубейшую выделку шкуры — Виталик успел сходить на работу, а Братство Конца всё топталось и топталось на месте. Хотя медведь казался большим, шерсти хватило только на два тёплых плаща, и это даже при том, что Криворучкина к работе не подпускали. Возьмись этот мастер за дело… долгая охота точно прошла бы зазря.

Волевым усилием сэр Витальевич приказал отряду двигаться дальше. Один меховой плащ он надел на себя любимого, а второй приказал передавать по очереди между замёрзшими товарищами. Так сказать, распределил добычу по справедливости. Ведь справедливость — это когда… Погодите, вроде уже обговаривали связь личной выгоды и справедливости, правильно? Ох уж эта необходимость всё время оправдывать свои действия.

Рыцарь погрозил возвышающимся над ними горам:

— Ну, Восточная гряда, ну, погоди!

Глава 17. Восточная гряда

Мы видим одни только препятствия, не замечая, что они-то суть ступени нашего восхождения.

Николай Гоголь

Виталик разрывался между компом и своим телефоном. Братство Конца сталкивалось с проблемами на каждом шагу, соваться в высокие горы без подготовки оказалось не лучшей затеей.

«Я спросил у Гугла: как в горах не сдохнуть мне?

Гугл не ответил, забанив навсегда.

Я спросил у Яндекса: как в горах не сдохнуть мне?

Яндекс забросал меня рекламой невпопад.

Я спросил у DuckDuckGo: как в горах не сдохнуть мне?

Утка отвечала: кря-кря-кря-кря-кря-кря.

Я спросил у Вики: как в горах не сдохнуть мне?

Дали мне статью про злобного царя.

Я спросил у Рамблера, я спросил у Яху.

Я спросил у Майла, я спросил в Телеге.

Я спросил на форуме: как в горах не сдохнуть мне?

Люди добрые, люди милые, дайте мне совет.

На форуме ответили, мне искренне ответили,

Какой же я, какой же я, какой же я муд…»

Сильнейший ветер, коварные скальные трещины и обрывы, холод и в то же время обжигающее солнце — всё это разработчики Врат Барана с каким-то садизмом обрушивали на ничего не подозревающих домашних задротов. Долбанный реализм — Виталик уже начинал его ненавидеть. Он хочет нагибать врагов и собирать гарем из красивых женщин хотя бы в игре, а не вот это вот всё! Эх, надо было скачать с торрента Трахатель 10, а не мучиться с Вратами Барана… Но теперь пройти игру до конца было делом чести.

«Геймеры не сдаются! Пройди игру или умри! ТЫ! Уже прошёл Врата Барана?» — мотивировал себя отважный Виталик, чтобы не пасть духом и продолжать своё виртуальное путешествие.

Городской парень просто не знал, что всё самое трудное ещё впереди. Когда Братство Конца добралось до снеговой линии, стало действительно тяжко.

— Сэр Витальевич! Сэр Витальевич! У меня ноги замёрзли!

— А у меня руки!

— А я кушать хочу!

— Когда мы придём?

Поход сильно замедлился. Ноги мужчин, несущих на себе сумки с припасами, всё время проваливались, увязали в снегу. Материалов, чтобы соорудить снегоступы, как советовал интернет, в поклаже, конечно, не оказалось.

Как не нашлось и достаточно длинной верёвки… Несколько раз Рыжебороду и бывалому Бомжаку только чудом удалось вытащить из-под снежного завала товарищей — естественно, добрые разработчики игры предусмотрели лавины.

Из-за обморожений, солнечных ожогов и бесконечных падений здоровье у всех членов отряда постепенно снижалось. Не требовалось даже сражений, чтобы убить неподготовленную партию искателей приключений. Монстры… Суровая природа оказалась гораздо страшней.

Даже сидя дома в тепле, Виталик ощутил все «прелести» похода в горы — если разработчики игры задались целью отбить у геймера всякое желание путешествовать, им это удалось.

«Лучше дома!» — повторял Виталик девиз пандемии. — «Лучше дома, чем корячиться вот так вот в горах…»

Когда Братство Конца достигло-таки отмеченную на карте большую пещеру, Виталик вздохнул с облегчением — он уже знал, что дальше они не пойдут. Ограничатся осмотром одного покинутого драконьего логова, а насчёт осмотра второго соврут. Восточная гряда явно была не по зубам Братству.

— Рыжебород и Бомжак идут на разведку. Остальным не разбредаться! Барон Мангор говорил, что драконы предпочитают большие пещеры, не хватало ещё по дурости кого-нибудь здесь потерять. На рассвете, когда солнце осветит эту дыру, исследуем всё более тщательно.

Сэр Витальевич привалился к стене вместе со скучковавшимися за кучей валунов ребятами. Все устали, а у них даже не было с собой топлива для растопки костра. Ничего не поделаешь, оставалось только взаправду ждать утра, надеясь, что за ночь никто их не сожрёт.

Виталик задремал вместе со своим персонажем, когда в наушниках раздалась грубая ругань гнома:

— Не дёргайся, падла, а то хуже будет!

— А-а-яй-яй-яй!

— Сам виноват, я тебя предупреждал, псина сутулая.

Сэр Витальевич различил в полумраке фигуру Рыжеборода, держащего за ухо мелкую человекоподобную тварь. Когда гном подтащил свою добычу поближе, то в свете волшебных доспехов оказался виден кобольд — на кого-кого, а на этих созданий Виталик успел насмотреться во время прошлого приключения Братства. Первой его мыслью было убить монстра, но кобольд верещал что-то довольно членораздельное, поэтому сэр Витальевич засунул меч в ножны.

— Не бить, не убивать Даикина! Даикин отдать вам трусы!

— Чего, б… — невольно вырвалось у Виталика. — Какие на фиг трусы?

— Трусы, да. Отдавать-отдавать! — быстро затараторил кобольд, поскуливая в хватке мускулистого гнома.

Рыжебород ткнул кобольда мордой в холодный каменный пол, быстро связал руки и ноги твари тряпками, которые Братство Конца использовало во время похода в горах вместо верёвок.

— Следил, падла, за нами, — убедившись, что кобольд не сбежит, Рыжебород выдохнул с облегчением. — Я прямо загривком взгляд чувствовал, но не подавал виду. Боялся, что если с Бомжаком тревогами поделюсь, тот опять землетрясение на всякий случай устроит или ещё наделает каких глупостей. Целый час ходил вокруг да около, якобы что-то рассматривая, еле-еле удалось схватить тварь. Хотел придушить, но он как начал про свои трусы верещать… Надобно его допросить думаю, авось видел, что здесь случилось.

Виталику доводы Рыжеборода показались разумными. Действительно, чем шариться по огромной пещере, ища невесть что, не проще ли допросить живого свидетеля?

Сэр Витальевич сел на корточки напротив прислонённого к стене пленника:

— Ты видел в этой пещере драконов? — решил начать допрос издалека рыцарь. Если кобольд пришёл сюда лишь недавно, то толку от него всё равно будет ноль. А вот если он обитает в пещере давно…

Кобольд закивал, трясясь при этом от страха.

— Хорошо, — отчасти удовлетворился таким ответом Виталик. — А колдунов-недоросликов видел? Как им удалось выгнать из пещеры драконов?

Пленник удивлённо захлопал глазами:

— Даикин не видать здесь никаких недоросликов. Только людей. Даикин вернуть вам трусы!

— Да заколебал ты со своими трусами! Можешь нормально объяснить, что случилось в горах? Почему драконы улетели на запад?

Но кобольд лишь лепетал что-то невнятное, будучи слишком испуганным. Сэр Витальевич оглянулся на столпившихся за его спиной членов Братства:

— Так, дежурим по трое. Скорее всего, в пещере прячутся и другие кобольды. Рыжебород, Бомжак, никаких больше разведок! И кто-нибудь может объяснить мне, почему эта тварь владеет человеческой речью? Монстры, на которых мы прокачивались в «горах» на севере, — после Восточной гряды, тамошние горы казались Виталику невысокими холмиками, — ни слова по-нашенски не кумекали. Рыжебород, есть идеи?

Бывший монах пожал плечами:

— Кобольды не такие тупые, как кажутся. Если в его племени был хороший шаман, тот мог обучать сородичей человеческой речи, — почувствовав, что сэр Витальевич задержал на нём взгляд, гном, немного подумав, добавил: — Кобольды обожают делать ловушки. А зная чужой язык, можно заманивать туда людей куда эффективнее.

Что ж, звучало правдоподобно. В северных «горах» кобольды тоже перехитрили Братство Конца, сэру Витальевичу и компании очень повезло, что им удалось тогда выбраться. И немножечко приодеться…

— Ладно, ждём до утра. Не пинать пока гада, пусть успокоится. Во время разведки ничего интересного не нашли?

— Только вот этого, — кивнул Рыжебород в сторону пленника.

— Бомжак, ты в плане магии ничего не почувствовал?

Друид покачал головой:

— Пещера как пещера. Воняет драконьими какахами немного, но они почти окаменели, так что…

— Давай без этих подробностей, — сморщился рыцарь. — Хватит кобольда, помешанного на каких-то трусах. Никогда не понимал копания в чужом нижнем белье.

Сэр Витальевич взглянул на Маразматиса. Колдун выглядел подозрительно притихшим. Может, он что-то почувствовал? Увы, расспрашивать Маразматиса было ещё менее перспективно, чем кобольда. Подождём до завтра.

Виталик зевнул, выключил компьютер и пошёл спать. До начала рабочего дня оставалось всего пять часов...

* * *

Как говорится, утро вечера бодунее. Виталик проснулся с ощущением, что его черепная коробка набита ватой — постоянное недосыпание давало всё-таки знать своё.

«Паршивая работа!» — матерился он, с трудом плетясь в офис. — «Надо мир спасать от драконов, расследовать заговор недоросликов, а что вынужден делать я? Выполнять нудные однообразные квесты в реальном мире, чтобы заработать на гречку и оплатить коммуналку. Ужасная несправедливость! Герой должен выполнять подвиги, тратить драгоценное время геймера на офисную шелуху — настоящее расточительство! Куда смотрит правительство? Почему никто не осознаёт значимость моей деятельности в виртуальном пространстве? Скорее бы мы все переехали в Матрицу…»

Увы, покуда миром управляли не умные машины, а безмозглые люди, приходилось работать. Как назло, ещё и задержаться пришлось — начался отчётный период, буйная бухгалтерша требовала, чтобы Виталик скорее вбил в базу все накладные. Хотел бы он послать эту стерву куда подальше со всеми её кварталами, дебетами и прочим сальдо, но учитывая, что одну работу Виталик уже таким образом потерял…

— Рота подъём! — заорал сэр Витальевич, как только Виталик вошёл в игру. На часах было уже одиннадцать вечера, следовало навёрстывать упущенное время. В мире Врат Барана как раз взошло солнце. — Хватайте кобольда и вперёд осматривать местные достопримечательности! Ищите любые следы присутствия недоросликов.

Братство Конца разбрелось по огромной пещере: каждый держал в зоне видимости двоих товарищей и пытался отыскать хоть что-то похожее на улики.

— Ага, я нашёл! — радостно воскликнул Маразматис, неся к рыцарю большую драконью какашку. Пришлось снова объяснять колдуну цель их поисков.

Они бродили по пещере всё утро, но, кроме костей разных животных и окаменевших какашек, не нашли ничего интересного. Вообще ничего! Уставший Виталик опять приуныл.

— Слышь, собака сутулая, — вновь взялся за расспросы кобольда сэр Витальевич, — колись давай, где остальные кобольды? Как недорослики вспугнули драконов? Только не смей больше говорить про трусы!

Ему показалось, что кобольд то ли сердито, то ли обиженно отвернулся:

— Даикин остался один. Злые люди выгнать драконов и погубить всех кобольдов. Запретная магия!

«Ох уж эта магия», — подумал Виталик. — «В фэнтези так всегда: в любой непонятной ситуации виновата магия или местные боги».

Неясным оставались только утверждения кобольда про людей и трусы.

— Люди? Ты уверен, кобольд? Вот скажи, — сэр Витальевич указал на Рыжеборода, — он тоже, по-твоему, человек?

Даикин покачал головой:

— Не, это козёл бородатый, не человек, — рыцарь едва успел остановить гнома, уже готового дать в морду кобольду. — Даикин умный, отличит человека от шибзика, бородача или дрыща длинноухого. Человек — он такой же вонючий как орк, только не зелёный, пока не помрёт. Человек…

— Хорош философствовать, — разозлился усталый Виталик. — Говори по существу, что здесь случилось!

Кобольд затрясся от страха:

— Трое людей приходить, применять злые чары. Драконы пытаться их сжечь, но быть ранены и улетать из пещеры. Люди осквернять пещеру, чтобы не могли драконы вернуться. Братья Даикина сходить от этого проклятья с ума, погибать один за другим. А люди идти дальше, выгонять из гор всех драконов. Плохие люди, но очень могучие. Не такие, как вы.

— Не понял, мы, то есть, не такие плохие или не слишком могучие? — попросил прояснить за базар Гнидодав.

Сэру Витальевичу вновь пришлось выступить защитником кобольда:

— Погодите, успеем ещё расправиться с этой тварью. Ты мне вот что хотя бы скажи, Заикин, или как там тебя, вещи какие-то эти люди оставили? Ну хоть что-то? Словам псины сутулой вряд ли поверят…

Кобольд радостно закивал:

— Да! Даикин украсть у злого человека трусы! Дока… кака… докаказательство, ага!

Братство Конца последовало за кобольдом к неприметной трещине, в которую едва ли смог бы пролезть худой человек, не то что огромный дракон. Вот, значит, как прячутся под боком у огнедышащих тварей кобольды.

Даикина пришлось развязать, чтобы тот мог забраться в пещерку. Бомжак пригрозил, что обрушит скалы, если кобольд не вернётся через десять минут, хотя все в Братстве Конца понимали: разрешать друиду применять чары в пещере себе дороже. Но поскольку терять всё равно было нечего, Виталик решил дать кобольду шанс принести трусы, на которых тот был помешан. Что с трусами, что без трусов, но с кобольдом — вряд ли барон Мангор обрадуется итогам их экспедиции. Вопросов о нашествии драконов стало лишь больше.

Ко всеобщему удивлению Даикин вскоре вернулся, гордо демонстрируя Братству добычу: грязные вонючие шерстяные трусы. Единственное, что можно было сказать, глядя на это «докаказательство», что принадлежали они не самому чистоплотному… человеку. Или гному, орку, эльфу, но точно не недорослику. Возможно, кобольд им не врал.

— Трусы! — словно знамя, гордо подняло над головой тряпьё небольшое создание. — Вернуть людям трусы и надежду!

— Ну, с надеждой ты, пожалуй, несколько перегнул… — пробормотал сэр Витальевич, приказав стоящему рядышком Долбодору взять «улику».

Долбодор не сдвинулся с места:

— Простите, сэр, но я к чужим трусам не притронусь! — увидев нахмурившие брови рыцаря, мужик пояснил: — это зашквар, сэр Витальевич.

Остальные члены Братства Конца согласно закивали. Даже непривередливый Бомжак демонстративно воротил нос от ноши. Рыцарь вздохнул:

— Что ж, вы не оставляете мне выбора, братья. Раз никто из вас не хочет нести эти несчастные трусы добровольно… — Виталик посмотрел на лучащегося от счастья кобольда. — То мы берём с собой этого чудика.

Рыцарь вытащил из ножен зачарованный меч:

— Ты, — сэр Витальевич торжественно положил клинок на плечо Даикина, — отныне ты знаменосец Братства Конца! Носи эти труселя с честью.

Так к их компании присоединился ещё один полудурок.

Глава 18. Тысяча Пещер

Легковерие никогда до добра не доводит.

Петроний

Все члены легендарного — по их собственному мнению — Братства Конца едва-едва волочили ноги, преодолевая последние километры предгорий. Обратный путь давался существенно легче, но накопленная усталость давала знать своё. Очки здоровья неумелых путешественников варьировалось от десяти до двадцати процентов от максимума, на все характеристики персонажей игровая механика наложила серьёзные штрафы. Вступи Братство Конца сейчас в бой, их одолели бы даже слабые противники, вроде сопровождавшего героев кобольда.

К счастью, им удавалось избегать неожиданных встреч, а Даикин проявил себя во время похода на удивление хорошо. Юркий кобольд играючи преодолевал все преграды, находя трещины и уступы там, где ни один из людей или гном не сумел бы удержаться от падения в пропасть. Приносил отряду яйца гнездящихся в горах птиц, сухую траву для растопки, предупреждал об опасностях впереди.

Не сказать, что полезность Даикина снискала тому уважение остальных членов Братства, но от желания придушить «псину сутулую» отказался в конце концов даже Рыжебород, чья раса испокон веков вела битву с кобольдами, гоблинами и прочей нечистью, облюбовавшей пещеры.

Ну и конечно, если бы не Даикин, им ни за что не удалось бы донести из логова драконов трусы — кобольд берёг грязное шерстяное бельё как величайшую драгоценность, каждое утро и вечер гордо демонстрируя Братству Конца чужое исподнее. Что он хотел этим доказать, оставалось загадкой, но сэр Витальевич на всякий случай хвалил «псину» за проявленное рвение. Хоть кто-то в его «команде мечты» старательно делал какое-то дело, ещё бы это самое дело оказалось хоть чуточку нужным… Но как говорится, не всё сразу.

К моменту, когда Братство Конца доползло до оставленного в предгорьях фургона, вводные существенно изменились.

— Сэр, это не просьба, — по гримасе говорившего человека чувствовалось, что гонец едва сдерживает праведный гнев, — это личный приказ барона Мангора, адресованный лично вам. Вы и так слишком задержались с возвращением из Восточной гряды, поставив под угрозу грядущую операцию. Следуйте за мной, отряд наёмников уже должен был прибыть к месту встречи.

Уставший, как и его персонаж, Виталик вздохнул. Ситуация выглядела крайне тревожной. Барон Мангор приказывал Братству, а по словам гонца и всем другим искателям приключений, немедленно выдвинуться к условленным позициям, для того чтобы возглавить отряды бойцов графа Блевонского. Далее, все усиленные драконоборцами банды должны были скоординированно напасть на отделения магической гильдии недоросликов. Якобы виновных в нашествии драконов на запад. Все попытки объяснить гонцу ошибочность этого обвинения встречали полнейшее непонимание и агрессию.

— Трусы, — повторял сэр Витальевич, — трусы не могут принадлежать…

— Трусам и дезертирам грозит суровое наказание! — всякий раз перебивал рыцаря человек барона Мангора. — Тысяча Пещер должна быть уничтожена полностью, до последнего неофита-недорослика, освоившего азы колдовства. На долю вашей команды выпало самое маленькое отделение гильдии, так что провал недопустим. По сведениям наших разведчиков, в Крысином Лазе присутствует всего один магистр, да и тот низшей, то есть пятой, ступени. Его зовут Хомка, ваши спутники говорят, что вы с ним пересекались при въезде в Предгорья.

Рыцарь кивнул.

— В распоряжении магистрика всего трое молодых магов, так что отряд из полусотни наёмников под предводительством опытных охотников на драконов должен справиться с ними одной левой. Ваша нерешительность расстраивает и удивляет меня, сэр Витальевич, не этого я ожидал от героев, убивших двух взрослых драконов вместе с их выводком. Барон Мангор…

— Не разочаруется в Братстве Конца, — наконец сдался и перестал спорить Виталик.

В конце концов, какая ему разница кого грабить: печенегов, торговцев или израненных искателей приключений — лишь бы добыча оказалась достойной. А уж у гильдии магов наверняка завалялись ценные артефакты.

— Эй, псина сутулая, — окликнул рыцарь выжидательно уставившегося на него чудика, не расстававшегося ни на секунду со своим знаменем-труселями.

— Я не псина, я кобольд! — гордо заявил Даикин.

— Нам-то не гони, — отмахнулся сэр Витальевич. — Можешь выкинуть эти трусы, теперь они точно не пригодятся.

Глотнув остывший кофе, Виталик вновь почувствовал прилив сил:

— Братство Конца собирается надрать уши магам. Ну, Картер и другие носатые шибзики, ну, держись!

* * *

Как ни поторапливал гонец усталое Братство Конца, сэр Витальевич отдал приказ отдохнуть и выпить целебные зелья — вступать в бой со штрафами к характеристикам и неполным запасом здоровья было самоубийством. Атаку пришлось перенести с ночи на утро — это сводило на нет эффект неожиданности, поскольку Крысиный Лаз почти наверняка будет осведомлён о нападении на другие отделения гильдии, но позволило Братству привести себя в форму.

Глядя на заполненные полосы здоровья своих подопечных, Виталик пребывал в уверенности, что операция пройдёт суперуспешно. В качестве пушечного мяса вперёд отправят наёмников, отважным героям останется только добить мелких магов. После чего тщательно обыскать их пещерку на предмет наличия золотишка и артефактов.

Вообще говоря, в фэнтези было принято помещать магов в высоченные башни, Тысяча Пещер, использовавшая в качестве штабов глубокие пещеры, несколько выбивалась из привычных канонов. К сожалению, карт подземных туннелей ни у кого не имелось — недорослики ревностно охраняли свои тайны, не допуская посторонних дальше первых вырубленных в скале помещений. Виталик приказал подчинённым сделать солидный запас факелов, как знать, не выключат ли недорослики при нападении магический свет.

— Держим друг друга на виду, но не кучкуемся, — наставлял наёмников и членов Братства Конца сэр Витальевич. — Колдуны любят бить по площадям, в этом их главная сила. Как только заметите кого-то из шибзиков, сразу стреляйте, а у кого нет оружия дальнего боя — сокращайте дистанцию. Чем ближе к магу, тем безопаснее, вблизи они рвутся как тряпки. Всячески отвлекайте их, не давая сосредоточиться. Всем всё ясно?

Наёмники с суровым видом кивнули, Косоглаз поднял руку:

— Сэр Витальевич…

— Нет, Косоглаз, ты теперь боец ближнего боя, это больше не обсуждается! Что ещё? Да, Тошнило?

— Я хотел согласовать с вами список песен…

Рыцарь отмахнулся:

— Без разницы, только розовых соплей про любовь не надо, пожалуйста. Что-нибудь про борьбу, свободу, перемены там всякие пой. Бомж… Нет, Бомжак, никаких землетрясений, покуда мы оттуда не выйдем. Маразматис, у тебя был вопрос?

Горе-колдун смущённо потупил взор:

— Напомните, пожалуйста, куда и зачем мы идём?

В кои-то веки забывчивый маг не раздражал рыцаря:

— На самом деле хороший вопрос. У нас нет карт, поэтому придётся двигаться под землёй по наитию. Идущие впереди должны будут останавливаться на каждой развилке и ждать, пока я выберу путь. Что касается второй части вопроса, то здесь всё куда однозначнее. Наша миссия — убить всех, кто встретится нам в пещере. Пол и возраст значения не имеют, любой встреченный под землёй недорослик — наш враг, который должен быть уничтожен. Повторюсь, не вступать в разговоры! Вам могут заморочить голову, даже моргнуть не успеете. Даикин, тебе-то что непонятно?

Кобольд, на которого всё ещё косились наёмники, вышел вперёд:

— Трус…

— Не начинай. Всем построиться! По моей команде выходим из укрытия и бегом к той пещере. Покажем этим крысам, какого это, быть загнанным в угол.

* * *

Несколько десятков небритых мужчин с целеустремлёнными лицами выбежали из-за холма и устремились к пещере. Крысиный Лаз располагался на отшибе ничем не примечательного поселения недоросликов, врастая в большой скальный выступ. От селения к пещере вела добротно вымощенная, но довольно узкая дорожка, по которой могло проехать не более одной повозки за раз. Братство Конца и наёмники выскочили на эту дорогу, дико оглядываясь по сторонам, но не видя ни одного недорослика. Сэр Витальевич с героическим видом вытянул руку в сторону входа в пещеру:

— Вперёд славные воины! На штурм крысиного логова! Наступай!

Тяжёлые солдатские сапоги затопали по брусчатке, поднимая пыль в чистый воздух предгорий. Вжав головы в плечи, словно прячась от вражеских выстрелов, мужчины молча неслись к закрытым воротам. Долбодор и Многокашиел пыхтели позади остальных, неся увесистое бревно на случай, если двери не удастся выломать топорами. Виталик вновь ощутил неудержимый порыв вещать пафосные речи для подбадривания своих подопечных:

— Помните, воины, мы сражаемся за правое дело! За нами Срединные Земли, за нами Врата Барана! За нами тысячи сёл, которые мы должны защитить! Недорослики — зло, оно должно быть сегодня повержено! Это наш долг, наша задача, наша слава, которая не померкнет в веках!

— За сэра Витальевича! — крикнул Чреволюб.

— Да, за сэра! — завопили остальные члены Братства Конца.

— Воруй, убивай, ешь гусей! — заорали наёмники, чей боевой клич не сильно отличался от традиционного лозунга всех разбойников.

— А-а-а-а-а!!! — толпа навалилась на скромные деревянные ворота, закрывавшие вход в пещеру.

Яростно застучали по дереву топоры, во все стороны полетели мелкие щепки. Десяток мужчин с дикими воплями били по своркам так, словно сражались с извечным врагом человечества.

— Ра-а-аступи-и-и-сь! — Долбодор и Многокашиел прямо с разбега ударили своим бревном по остаткам того, что ещё пару минут назад было воротами.

Створки с треском рухнули внутрь, ватага мужчин ворвалась в ухоженного вида зал, выдолбленный в горной породе. Сэр Витальевич выхватил меч:

— Никакой пощады! Режь магов!

К счастью или несчастью, ни одного живого существа в холле не было, яростные вопли людей канули в пустоту. Поняв свою ошибку, Виталик чуть успокоился и оглядел помещение.

Холл оказался не столь просторным, как ему показалось вначале. Всего лишь вытянутая комната примерно метров пять в ширину на пятнадцать — двадцать в глубь горной породы. Полдюжины маленьких стульчиков, пара столов и ничего на вид ценного. Низкий потолок заставлял всех людишек немного пригнуться. Только Рыжебород и Даикин не казались здесь великанами.

— Смотрите! — указал привыкший к полумраку кобольд на дверь в дальнем конце зала. — Кажется, там записка!

Осторожно ступая по отполированному полу пещерки, воины двинулись в сторону ведущей в недра земли двери. Каждую секунду все ожидали магической ловушки, засады, коварного нападения. Только Даикин, радостно подпрыгивая, носился туда-сюда по логову злых волшебников.

Первые наёмники подошли вплотную к дверям преисподней. Уставились на записку.

— Что? Что там написано? — с нетерпением спросил сэр Витальевич. — Алле! Я к кому обращаюсь?!

Несколько наёмников пожали плечами:

— Мы не умеем читать, сэр. Мы же средневековое быдло.

— А, точно, — Виталик не обратил внимание на очередной подкол нейросети, восприняв как должное признание грубых мужчин. — Пропустите, болваны! Грамотный белый человек сейчас всё прочтёт.

Рыцарь протиснулся через столпотворение неигровых персонажей. Он ведь говорил им, чтобы не кучковались! Приблизив камеру к висящему на двери кусочку бумаги, горе-интеллигент прочёл вслух:

— Привет, это магистр Хомка! Можете не стараться, пытаясь выломать эту дверь — в отличие от первой, она укреплена защитными чарами. Ваши приготовления к нападению заметил бы даже слепой, столь долго и шумно вы собирались. Мы ждём вас снаружи вместе с рассерженными жителями села Щир. Если сложите оружие, то сможете уйти отсюда живыми. Если продолжите строить из себя героев и дальше, то на этом ваши приключения сегодня закончатся. Выбор за вами, «легендарное» Братство.

Браваду как ветром сдуло, столпившиеся в холле наёмники и драконоборцы притихли, уставившись на своего предводителя. Виталик понял, что оказался на очередной сюжетной развилке, и от его выбора зависит сейчас очень многое.

Вступить в бой или попытаться договориться. Стать героем или… — его взгляд упал на помешанного на трусах кобольда, — или при всех опозориться, наделать в штаны, прослыть трусом. В реальном мире Виталик всегда выбирал второй вариант, но здесь, в игре, он был настоящим героем.

— Нас предали!!! — завопил сэр Витальевич. — Заманили в ловушку! Но мы вырвемся, братья! Мы всех порешаем! Вперёд, то есть назад! Надерём задницу недоросликам!

На сей раз речь рыцаря встретили с куда меньшим воодушевлением. Одно дело нападать, когда ты считаешь противника жертвой, и совсем иное, когда в невыгодном положении оказался ты сам. Геройство куда лучше проявляется при ощущении собственной безопасности, это любой диванный эксперт подтвердит. Братство Конца и наёмники осторожно выглянули из-за разбитых ворот Крысиного Лаза, теперь сами чувствуя себя загнанными в угол крысами.

Снаружи их ожидала толпа воинственных недоросликов. Смешных и беспомощных с виду, но вооружённых пращами и арбалетами, которые выглядели куда опаснее маленьких мужчинок и женщин.

— Бросайте оружие, люди! — раздался знакомый писк Хомки. — Это последнее предупреждение: бросайте оружие и выходите по одному! Сэр Витальевич, я знаю, что вы меня слышите, прикажите своим людям сдаться или они все погибнут!

Но рыцарь уже пробирался к выходу из забитого мужчинами помещения. Он и не думал вкладывать оружие в ножны. Сейчас он подаст пример своим воинам. Деревенщина не поможет горстке злых магов! Сэр Витальевич поднял щит, растолкал последних мнущихся с ноги на ногу наёмников, вышел навстречу врагам.

— Вы! — доблестный рыцарь ткнул мечом перед собой, указывая на недоросликов. — Вы ответите за свои преступления! Да, я знаю, что вы их не совершали, но вы всё равно ответите, недорослики! Все вперёд!

Держа перед собой щит, рыцарь побежал на толпу мелких шибзиков. Виталик был абсолютно уверен, что все остальные последуют вслед за лидером.

— За Родину, за Врата Барана! — восклицал вновь засидевшийся до ночи геймер, полностью погрузившись в игру. — За…

Огромный огненный шар опрокинул сэра Витальевича, камера отдалилась от персонажа.

«Нет, нет, только не это!» — мелькнуло в сознании игрока, но было уже слишком поздно.

Вращаясь по спирали, камера стала удаляться от обугленного тела несчастного рыцаря, которому хватило одного заклинания, чтобы испустить дух. Виталик заметил, что никто из Братства Конца и наёмников за его рыцарем не последовал.

— Предатели! — невольно вырвалось у бывалого геймера.

— Вот же упёртый баран, — пискнул Хомка.

— Даикин сдаётся! — кобольд поднял в качестве белого флага злосчастные трусы, с которыми до сих пор не расстался.

Драконоборцы и люди графа Блевонского бросали оружие, медленно выходя из укрытия. Камера описала последний круг, показывая картину позорной капитуляции. На экране появилась знакомая надпись:

ВЫ УМЕРЛИ!

Все сохранения…

— Да пошли вы! Пошли вы все на фиг! — разъярённый Виталик едва сдерживался, чтобы не разбить монитор. — Маги, предатели, разработчики — идите все к чёрту! Жизнь — говно, а игра ещё хуже! Ушлёпки! Дебилы! Трусы! Дисбаланс классов! Подонки!

В дверь комнаты послышался стук:

— Витюша, три часа ночи, ты чего разбуянился? С тобой всё в порядке?

Несчастный Виталик возвёл очи к потолку своей комнаты:

— Не-е-е-е-е-т!!! Они убили сэра Витальевича! Сво-о-о-олочи!!!

Он уткнулся лбом в стол и тихо заплакал:

— Такой персонаж погиб так бездарно.

Не менее несчастная мама Виталика стояла под дверью, размышляя, вызвать ли скорую или нервный срыв её ребёнка пройдёт.

Быть мамой геймера — тяжёлая ноша. Особенно когда сыночку хорошо так за тридцать.

Часть III. Маг

Глава 19. Заложники графа

Будь очень разборчив в том, чем наполняешь голову, потому что ты уже никогда не сможешь ничего из неё вытряхнуть.

Томас Уолси

Мир изменился.

Я чувствую…

«Пошли на хер!»

Выберите пол вашего персонажа:

«Уже могли бы и запомнить. Мужик».

Выберите расу персонажа:

«Хм, а давай-ка сыграем за недорослика. Люто меня бесит их раса, а так сам всех бесить буду».

Выберите класс персонажа:

«Маги, конечно, здесь лютые. С одного фаербола рыцаря зарешали! Надо брать».

Распределите очки между характеристиками:

«Так, на этот раз придётся интеллект и волю прокачивать. На очки маны и силу заклинаний влияют. Эх, на телосложение крохи какие-то остаются, а у недоросликов ещё и штраф на эту характеристику… Ладно, пофиг, буду всех фаерболами ваншотить, как Хомка».

Выберите оружие, на владении которым специализируется ваш персонаж:

«Что-то у магов совсем скромный выбор. Ну, пусть будет жезл. Не с ножичком же магу лезть в ближний бой?»

Выберите три заклинания, которыми в начале игры владеет ваш маг:

«Фигасе тут список! Полночи нужно, чтобы всё изучить. Не, я, конечно, понимаю, что маг должен быть терпеливым, начитанным, все дела, но зачем сразу так грузить геймеров? Ох…»

Уставший после работы Виталик сходил на кухню за кофе, со смачным хлопком открыл пачку чипсов, закинул хрустящие ломтики в рот.

«Хм. Так. Бла-бла-бла, всякие защитные заклинания пропускаем. Иллюзии, телекинез, зачарование предметов — тоже мимо. Вот огненный шар возьмём обязательно! Что ещё? О, порчу можно выбрать — сильным противникам будем постепенно урон наносить. И… и… ништяк, здесь есть левитация! Круто, чё, полетаем», — быстро пройдясь по названиям заклинаний, сделал выбор Виталик.

Настройте внешний вид персонажа.

«Ну и морды у этих всех недоросликов. Страшнее, чем у моей бывшей… Правда, бывшей у меня никогда не было, но ведь так принято говорить, правильно? Ха-ха, сделаем нос ещё больше!».

Придумайте имя для своего персонажа.

«Витюха. Блин, уже реально трудно становится незанятые имена подбирать».

Перед вами сводная таблица…

«Поцелуй меня в зад!»

Под индикатором загрузки локации появился совет:

Не расстраивайтесь, если не можете пройти Врата Барана с первого раза. Иногда, чтобы продвинуться дальше, надо отступить чуть назад.

«Философы хреновы. Лучше бы классы как следует сбалансировали. Погнали!» — Виталик нажал на пробел. Стартовая локация его весьма удивила.

* * *

— Повторяю, неизвестно, сколько ещё граф Блевонский будет держать нас в заложниках, и отпустят ли нас вообще, — стоя на табуретке, словно на трибуне, вещал недорослик. — Пусть нас не держат здесь в клетках, но я уверяю, как только вы попытаетесь покинуть отведённую нам башню, откуда ни возьмись появятся стражники, которые перегородят вам дорогу и ненавязчиво предложат вернуться, как они говорят, в покои. А если вы начнёте упорствовать… Кто-нибудь видел Калкаша или Осборна? Вот я о том и говорю, дело дрянь.

Виталик повертел камерой. Около двух десятков недоросликов теснились в маленькой комнатушке всего с одним узким оконцем у самого потолка. Стены помещения были из грубого неотёсанного камня, и, судя по оконцу, их толщина достигала полуметра, если не больше — они находились в замке, сомнений быть не могло.

Доспехов и оружия ни на ком из недоросликов не было, но поскольку новый персонаж Виталика был магом, он не ощущал себя беспомощным пленником. Стоящий рядом с ним недорослик, похоже, чувствовал то же самое:

— Но Сосисий, мы же практически все волшебники или воры. Неужели мы не сумеем найти выход из ситуации?

Стоящий на табурете недорослик кивнул:

— Верно мыслишь, товарищ! Кому, как не нашему брату, удастся проскочить незамеченным под носом у стражников? Раз ничего не удалось достичь разговорами, самое время применить наши таланты. Поднимите руки, кто считает себя мастером скрытности?

Примерно дюжина недоросликов подняли худые ручонки.

— Отлично. Кто владеет магией?

На сей раз рук было меньше, примерно с полудюжины. Среди них оказались и Витюха с Сосисием.

— Тоже неплохо. Нашей задачей, коллеги-волшебники, станет отвлечение внимания стражников разными фокусами. Кто у нас ещё здесь присутствует?

— Охотник, — выкрикнул кто-то позади Витюхи. — Из лука попаду в воробья с сотни метров!

— Я войн! — пропищала какая-то писклявая девочка-недорослик. — Не смейтесь, а то в глаз всем дам!

— Не войн, а воин, — едва сдерживаясь от смеха, поправил Сосисий. — Вот уж необычный выбор профессии для нашей сестры.

Сколько Виталик не вертел камерой, но так и не сумел рассмотреть попискивающую в задних рядах девочку. Только сейчас ему пришло в голову, что все женские персонажи в игре были до этого уж совсем проходными. Разработчики — сексисты! Что ж, Виталика это нисколечко не смущало.

— Могу взять стражников на себя! — не унималась «девочка-войн». — Держать удар я умею!

— Да, да, мы поняли, спасибо, — Сосисий уставился на персонажа Виталика. — Что-то я не припомню, чтобы видел тебя раньше. Как тебя зовут, коллега по ремеслу?

Витюха представился.

— Из какой команды будешь? Любимое заклинание? — продолжал расспросы недорослик на табуретке, взявший на себя роль местного лидера.

— Из легендарного Братства Конца! — соврал Виталик, памятуя, что о «легендарном» Братстве почти никто ничего не слышал. Что ж, тем лучше, не придётся с нуля выдумывать предысторию персонажа.

— Хм, видать, что-то у меня совсем того с памятью… — ожидаемо удивился Сосисий. — Что насчёт заклинаний?

Виталик, громко стуча по клавишам, напечатал:

— ФА-А-А-А-ЕРБО-О-О-О-О-О-О-ОЛ!!! Тыщ-бдыщ! — геймера прямо-таки распирали эмоции.

Сосисий кивнул с уважением:

— Ого, маг огня. Опасная стихия.

— Же-е-е-ечь мосты! — разошёлся Виталик. — Чтобы спасти Врата Барана, все мосты нужно сжечь!

Собравшиеся в помещении недорослики постепенно отодвигались от Витюхи всё дальше. Лишь Сосисий оставался спокоен:

— Интересная философия… Впрочем, для огненного мага вполне подходящая. Ладно, Витюха, раз ты такой заводной, предлагаю нам с тобой провокацию стражников и устроить. Изобразим колдовское сражение, ты будешь закидывать меня фаерболами, а я поглощать их защитными чарами. Ты согласен?

— Же-е-ечь! — вместо ответа написал Виталик, доедая последние чипсы.

По-хорошему, надо было бы отыгрывать высокий интеллект, но ведь чем умнее человек, тем меньше он свой ум демонстрирует, правильно? По крайней мере, это давало Виталику хоть какое-то оправдание.

К Витюхе подошла бойкая девочка:

— Я вас прикрою, я вас защитю!

— Защищу, — вновь поправил «война» Сосисий. Девочка явно прокачивала что угодно, но только не интеллект. — Ну хорошо, думаю, вы с Витюхой отлично друг дружку дополните, — нашёл способ избавиться от надоедливой девчонки хитрый Сосисий, — правда, Витюха?

Виталик на минуту задумался. С одной стороны, пискля-воительница его дико бесила, с другой… Чем больше пати, тем лучше, правильно? Пускай присоединится к команде.

— Конечно, будешь отвлекать внимание врагов, пока я швыряюсь в них фаерболами. Как тебя зовут-то, хм, войн?

— Сруль! — гордо ответила девушка. — Не бойся волшебник, я прикрою тебя своей широкой спиной, пока ты будешь произносить заклинания, — секунду поколебавшись, воительница, чуть стесняясь, добавила: — Вы ведь позволите мне присоединиться к своему легендарному Братству Конца, когда мы выберемся из этого замка?

Как мог Виталик отказать в просьбе девушке? Даже чисто виртуальной и тупой, как его несуществующая бывшая.

— Если ты проявишь себя храбрый «войном», то обещаю тебе, Сруль, ты станешь первой женщиной в нашем Братстве!

«Правда, после этого оно скорее станет Семейкой Конца, но да ладно, проведём ребрендинг», — решил про себя геймер. — «А эмблемой сделаем женские трусики, вот Даикин обрадуется!»

— Витюха и Сруль, — торжественно провозгласил так и не слезший с табуретки Сосисий, — отныне вы будете действовать как единое целое! Я нарекаю вас…

Хвала святым пикселями, договорить Сосисий не успел, в приоткрытые двери комнатушки заглянул ещё один недорослик и прокричал всего одно слово:

— Шухер!

Глава 20. Провокация

Иногда люди говорят: «Когда-нибудь вы оглянетесь назад на эту ситуацию и рассмеётесь». Тогда я спрашиваю: «Зачем ждать?»

Ричард Бендлер

— Ещё раз, — наполовину попросил, наполовину приказал Сосисий, репетируя провокацию стражников.

Виталик шумно выдохнул и снова начал стучать по клавишам своей многострадальной клавиатуры.

«Ну кто бы сомневался, что разработчики подложат магам свинью? Это же Врата Барана — игра для садомазохистов и тех, кто не ищет лёгких путей!»

Колдовство оказалось делом нетривиальным. Для произнесения заклинания следовало пройти замороченную мини-игру, балансируя силы стихий нужным образом. Здесь чуть ослабить, там чуть усилить, а если хотя бы на долю секунды отвлечёшься, то вместо чар получится пшик. Это в лучшем случае. А то ведь и подожжёшь сам себя… Когда в описании класса упоминали про концентрацию, имелись в виду вовсе не абстрактные циферки у героя.

Тем не менее, благодаря обучению под видом репетиции, заклинания с каждым разом получались всё лучше. Огромный огненный шар вылетел из маленьких ладошек недорослика и с шипением устремился к Сосисию.

— Фа-а-а-ербо-о-ол! — зачем-то в очередной раз написал Виталик, радуясь успеху своего персонажа, словно ребёнок.

Шар огня буквально за пару секунд преодолел небольшой коридор, где шла тренировка, и с треском врезался в магическую защиту Сосисия. Эффектно полыхнуло, а затем во все стороны брызнули разноцветные искры. «Силовой щит» — как называл Сосисий своё защитное заклинание — снова выдержал натиск стихии огня. Слегка опалились толстые стены и потолок, но с головы обороняющегося недорослика не упал даже волос — это навевало Виталику мысль, что Сосисий более высокого уровня, нежели его новый герой. Плохо, от сильных мира сего всегда жди беды, гораздо лучше, когда имеешь дело с ровней.

— Давай, врежь ему! — зачем-то поддакнула Сруль, непонятно к кому обращаясь и что именно имея в виду. — Надери ему задницу! Так, да!

Сосисий печально улыбнулся Витюхе, незаметно для «девочки-война» покрутил пальчиком у виска. Её роль во всём предстоящем мероприятии до сих пор представлялась довольно сомнительной, впрочем, Виталик и свою роль понимал весьма слабо.

Отвлечь как можно больше стражников на себя и Сосисия, в то время как недорослики-воры проникнут в разные уголки замка графа. Что они там будут искать, он не знал. О судьбе собственного персонажа Виталик тоже как-то особенно не задумывался. Он ведь следует основному сюжету, что может пойти не так, правильно?

— Отличный фаербол, Витюха, — дипломатично похвалил коллегу Сосисий. — Мостам Врат Барана несдобровать!

Гроза всех мостов и караванов невольно улыбнулся, похоже, нейросеть охотно училась у него всяким гадостям. Приятно было осознавать свою причастность к научно-техническому прогрессу.

— И ещё разок.

Ещё раз, ещё раз, ещё много-много раз. Если при игре за орка-варвара Виталик возмущался занудному обучению, то теперь, столкнувшись с трудностями прохождения Врат Барана, относился к отработке навыков с пониманием и терпением.

«Тяжело в учении, легко в грабеже», — рассуждал Виталик. — «Надо довести колдовство фаерболов до автоматизма, очень ценный навык для жизни. Виртуальной, разумеется, жизни, в реальной-то ценится одна ерунда».

Вечер незаметно перешёл в ночь. Однообразная отработка ценнейшего навыка сморила Виталика, он решил лечь сегодня пораньше. Всего лишь в час ночи — детское время для геймера.

* * *

— Давай, начали! — отреагировал Сосисий на сигнал, подданный стоявшим на шухере недоросликом. — Всем остальным приготовиться.

Виталик присвистнул — переминающуюся в ожидании дюжину недоросликов как ветром сдуло. Только что мелкие шибзики окружали двух магов и странную девушку, а теперь они остались втроём. Действительно, отличная скрытность!

— Сруль моя! — истошно завопил Сосисий, разыгрывая ссору из-за девушки. — Убери от неё свои грязные руки, мерзавец.

Проходившая по соседнему коридору пара стражников остановилась, с интересом наблюдая за разборками недоросликов.

— Нет, я не могу жить без Срули! Она принадлежит мне!

— Ты неуравновешенный тип, оставь нас в покое!

— Да нормальный я! Нормальный! НОРМАЛЬНЫЙ!!! — вжился в роль своего мага Виталик.

— Сруль, скажи ему.

Девочка явно забыла все заученные ранее реплики, а потому смотрела коровьими глазами на двух ссорящихся из-за неё недоросликов.

— Ха-ха, вот видишь! Сруль не хочет быть с тобой, Сосиписий!

— Следи за своим языком, мерзкий недоросль!

— От недорослика слышу!

— Вы оба, — вдруг очнулась от спячки Сруль. — Я не хочу никого выбирать, я жажду крови, сражайтесь!

Это было немного не то, что они репетировали, но да какая разница? Виталик воспринял слова девушки как сигнал к действию:

— Отойди, Сруль! Сейчас здесь будет жарко!

С этими словами Витюха начал наколдовывать свой первый огненный шар:

— Фаербо-о-ол! Тыщ-стотыщ!

На сей раз Сосисий ослабил защитные заклинания, чтобы сражение выглядело как можно реалистичнее и эффектней.

— А-а-а-а-а! Мои усики! Он спалил мои усики!

Огненный шар действительно подпалил магу пушок на верхней губе.

— Ха-ха-ха! Усики — дорога в трусики! Теперь пути туда тебе не видать! — Витюха разразился дьявольским хохотом, наколдовывая следующий фаербол.

Стражники бросились было к двум дерущимся магом, но стена огня, созданная якобы случайно промазавшим огненным шаром, перегородила им путь.

— На помощь! — запищал Сосисий. — Стража! Караул, насилуют-убивают!

Один из стражников кинулся за подмогой, второй в ужасе наблюдал за волшебным сражением.

— Получай, Сосиписий! Сруль будет моей!

— Ты чокнутый! Кто-нибудь, пожалуйста, остановите его!

— Аха-ха-ха-ха! Вы все сгорите сегодня в адском пламени!

— Врежь ему! — поддакнула Сруль.

По условному сигналу Сосисия они начали постепенно перемещаться по коридору, уводя сражение в глубь отведённых недоросликам покоев. Чтобы привлечь к башне как можно больше народу, обслуживающего замок графа, два мага старались поджечь по пути все предметы.

Хаос. Ничто так не привлекает внимание, как творящийся беспредел. В донжоне — главной башне замка — колокол забил тревогу. Сквозь шипение и треск пламени Виталик уже отчётливо слышал топот десятков тяжёлых сапог.

— Давай, поднажми ещё немного, Витюха! — тихонечко подбодрил его Сосисий.

Одежда мага-затейника в нескольких местах подпалилась, несколькими короткими движениями, он измазался в чёрной саже, однако по глазам Сосисия было отчётливо видно, что опытного мага всё это представление скорее забавляет, нежели напрягает.

За стеной дыма и пламени замелькали фигуры, раздались оклики.

— Если среди них появится маг… — хотел было напомнить Сосисий, но Виталик уже и сам понял, что игры закончились.

Раздалось громкое шипение, будто на огонь вылили огромную цистерну воды, повалил густой пар, причём настолько жаркий, что у Витюхи даже уменьшилось двадцать процентов здоровья.

— Это Мраз — придворный чародей графа Блевонского. Немедленно прекратить потасовку! Иначе я превращу вас обоих в ледышки!

Из дыма и пара выступил большой овал льда. Внутри сферы холода, судя по всему, превосходно себя чувствуя, шагал книжник графа. Ну да, логично, граф Блевонский не был всё-таки дураком — зная, что среди недоросликов много магов, он приставил к охране нескольких своих чародеев.

— Ты! — палец указал на Витюху. — Не двигайся. И… — внезапно вокруг персонажа Виталика возникла клетка, прутья которой были сделаны изо льда, — и не пытайся расплавить решётку. Твоя детская магия не поможет.

— Теперь ты, — Мраз посмотрел на Сосисия. — Убери свои защитные чары. Хоть ты и жертва, но ты соучастник беспорядка, а потому тебя тоже ждёт наказание.

— И ты… — суровый волшебник обратился к Срули, но та внезапно с криком бросилась на возвышающегося над ней человека.

— Отпусти Витюху, мерзавец! — «девочка-войн» двигалась с невероятной скоростью для её мелких ножек. — Витюха — мой парень! Получа-а-ай!

Выхватив непонятно откуда взявшуюся палку, Сруль со всей силы ударила ею по морозной сфере придворного мага.

— На! На! Су… — импровизированная дубинка Срули покрылась инеем, и после очередного удара по сфере рассыпалась на сотни маленьких льдинок.

Но потеря оружия не могла остановить Сруль. Отважная, но безмозглая «девушка-войн» отвела руку для удара кулаком.

— Очень плохая идея, — покачал головой Мраз. — Твоя ручонка превратится в ледышку. Поэтому ограничимся небольшим снегопадом.

Материализовавшаяся из воздуха куча снега свалилась Срули как… ну да, как снег на голову и свалилась. Девушка аж присела на попу от неожиданности, отплёвываясь и барахтаясь в сугробе, словно дитя, впервые увидевшее снежок.

— Так-то лучше, — равнодушным тоном произнёс Мраз. — А теперь, раз вы не можете спокойно вести себя в гостях, вас проводят в куда менее гостеприимное место.

Чародей оглянулся на стражников, пробравшихся через остывающий пар. Показал им несколько жестов.

— Поместят в место тёмное и холодное, — пробормотал чародей. — Именно такие местечки мне нравятся.

Глава 21. Время удивительных историй

Природа наделила нас двумя ушами, двумя глазами, но лишь одним языком, дабы мы смотрели и слушали больше, чем говорили.

Сократ

Виталик плохо помнил путь, по которому их вели в подземелья. Замок графа Блевонского представлял собой тот ещё лабиринт узких коридоров и лестниц. Несомненным оставалось только одно: чем ниже они опускались, тем мрачнее становился интерьер замка. Каким-то образом разработчикам удалось передать ощущение сырости, холода, безнадёги. Присмотревшись, Виталик даже заметил плесень в щелях между камнями, ржавчину на решётках, крючьях и свисающих повсюду цепях. Ах, средневековая романтика. Красотища.

Клетка изо льда сменилась волшебной печатью, кружившийся вокруг головы Витюхи и не дававшей ему колдовать. С Сосисием поступили сходным образом, Сруль банально связали и несли на плече.

К Мразу присоединился ещё один маг, на вид помоложе и не настолько суровый. Как догадывался Виталик, именно этот адепт будет их охранять, Мраз был для этого слишком важной персоной.

— Я требую адвоката! — зачем-то написал Виталик, хотя прекрасно знал, что его позыв не поймут. Права человека и в реальной жизни не стоили ломаного гроша, а уж права недорослика в средневековом фэнтези-мире стоили и того меньше.

На его требование не обратили внимания, но Виталик был упорным парнем, по крайней мере, в игре:

— АДВОКА-А-АТ!!! — закричал он, когда они вошли в особо мрачное помещение.

Вопль получился настолько отчаянным, что даже сопровождавшие их стражники дрогнули.

Мраз вопросительно посмотрел на Сосисия. Недорослик, зарекомендовавший себя как самый адекватный из троицы, печально вздохнул:

— Я же говорю, ненормальный. Всё время странные слова произносит.

Они вошли в низкий тёмный коридор, по обеим сторонам которого виднелись решётки. За некоторыми уже явно кто-то томился. Идущий впереди стражник открыл одну из камер.

— Этого сюда, — указал Мраз на Сосисия. — Дурочку в ту камеру, ненормального посадите напротив. Кормить и поить два раза в день до дальнейших распоряжений. Панос, обновляй мои чары хотя бы раз в сутки, чтобы они не сбежали. Если что, на буйного можешь наложить немоту.

Помощник Мраза кивнул. Проследил за своим начальником, заколдовывающим стены камеры и решётку. Недобрым взглядом изучил Витюху и Сосисия, не обратив на пищащую от бессильной ярости Сруль никакого внимания.

— Приятно провести время, — ехидно попрощался с ними придворный маг и ушёл.

Вскоре после ухода главного чародея из темницы свалили и все остальные охранники. Дверь в конце коридора захлопнулась, оставляя узников наедине.

«Настало время удивительных историй», — понял Виталик, приготовившись выслушать других пленников графа. Интуиция геймера его снова не подвела. Во время заточения героев в тюрьме всегда рассказывают что-нибудь интересненькое.

— Калкаш, — первым подал голос Сосисий. — Калкаш, ты тут? Отзовись!

Из какой-то дальней камеры послышался тихий смех, похоже, от долгого заточения у кого-то поехала крыша.

— Кал…

— Да здесь я, здесь. Тихо ты, не ори, — отозвался хриплый голос из камеры где-то сбоку от персонажа Виталика. — Выждем ещё пару минут, пока стражники не начнут играть в кости.

Сосисий внял разумному предложению. Пользуясь паузой, Виталик сбегал на кухню за бутербродами — чипсы ещё вчера кончились, а ленивая мама новые не купила. Вот так вот, трудишься в поте лица на работе, спасаешь мир в свободное время, а некоторые не могут даже сходить в магазин. Кошмар, безобразие! Никакого желания вершить подвиги после этого.

— …говорю тебе, граф точно не человек, — пока Виталик бегал за бутербродами, неигровые персонажи начали диалог. — Меня бросили в темницу вовсе не из-за вопросов: с помощью заклинания невидимости я бродил по замку почти целый день. Пока меня не обнаружил этот проклятый маг Мраз, я как следует всё исследовал. Сосисий, здесь творится настоящая чертовщина!

— Погоди-погоди, — не дал увлечь себя эмоциям бывалый Сосисий. — Калкаш, давай по порядку. Где ты успел побывать и что видел? И почему не предупредил о своём намерении прогуляться по замку меня или других недоросликов?

— Почему-почему, — узник передразнил повторение слов Сосисием. — Потому что случайно всё вышло. Одному из стражников надоели мои вопросы, пришлось резко скрыться, чтобы не получить ботинком по щам. Хорошо, тот остолоп меня с другим недоросликом перепутал, погнался, значит, за ним…

— Ничего хорошего! — пискнул кто-то из другой камеры. — Из-за тебя меня…

— Тихо ты! — грубо перебил его Сосисий. — Дай магам поговорить.

— Так вот, пока шла вся эта суета, я через приоткрытые двери наружу нашей башни и выскочил, — Калкаш тоже не обратил внимания на жалобы неудачника. — Больше с перепугу, чем осознанно, если честно. Думаю, сейчас поймут, что не того схватили и начнут меня всем скопом искать. Кто ж знал, что люди настолько не отличают между собой недоросликов? Сами все на одно лицо и нас таковыми считают. Странные они, эти люди.

Виталик кивнул, жуя бутерброд. На улицах все людишки действительно сливались в сплошную серую массу, вечно куда-то спешащую по делам. Да, некоторые пытались выделиться, крася волосы в какой-то неестественный цвет, одеваясь как шлюхи или как клоуны, но своими выделываниями они лишь подчёркивали никчёмность человеческой расы. Виталик давно утратил всякую веру в людей: Калкаш прав, все они одинаковые. Неблагодарные эгоисты, не замечающие героя, ходящего среди них.

— Калкаш, давай поменьше своей человекофобии, — снова направил недорослика в нужное русло Сосисий. — Лучше скажи, как ты сумел преодолеть защитные чары? Ведь нашу башню отнюдь не только стражники охраняли.

Виталик не мог видеть Калкаша, но догадался, что тот пожимает плечами:

— А, это. Там ничего особенного, несколько чародейских ловушек, если никто не мешает, на раз-два можно всё обойти. Такую большую площадь, какой была выделенная нашему брату башня, полностью защитными чарами не покроешь. Видимо, целью было не столько заточить нас в неволе, сколько не дать спокойно болтаться по замку. Ибо им есть что скрывать…

— Да не томи же ты! — решил поторопить рассказ Калкаша Виталик. — Что за чертовщину ты видел?

— Простите, вы кто? — смутился Калкаш, Сосисию пришлось представить двух своих спутников. — Ладно, к сути, так к сути. В донжон мне проникнуть не удалось, зато я следил за внутренним двором замка и видел, как туда свозят трупы. Потом заносят в башню — в противоположном от «покоев недоросликов» углу крепости, так что мы из своих окон видеть ничего не могли. Только при мне аж две телеги с десятками мертвецов подвезли! Свежие тела и не очень. Люди разного пола и возраста. Жуткое зрелище.

Калкаш взял паузу, чтобы прокашляться.

— Так вот, заносить они мертвецов в башню заносят, а что там с трупами делают непонятно. Ни дыма из труб, ничего. Я, естественно, решил проникнуть в эту адскую мясобойню, уж не знаю, как ещё её называть. Вот там-то в подвале я графа Блевонского и увидел, он лежал на столе, а вокруг него порхало несколько чернокнижников. Отшивали от него разные куски кожи и мясо, подшивали другие. А графу хоть бы что, лежит себе спокойно, не дёргается. Там ещё таких с полудюжины «пациентов» подлатывали. Жесть. У меня сердце в пятки ушло, не помню, как из этой башни обратно во двор крепости вылетел. Думаю, надо либо из замка бежать, либо в нашу башенку каким-то образом возвращаться, чтобы всё рассказать.

Что-то в тоне недорослика подсказало Виталику, что на самом деле второй вариант Калкаш не рассматривал. Струсил и хотел убежать — что ж, от описываемого им зрелища Виталик, наверное, и сам обосрался бы.

— В общем, покуда я по двору замка шлялся, Мраз меня и поймал. Не знаю, как он меня обнаружил, но хотя бы не догадался, что я в ту злосчастную башню проник, и то хорошо. Знай он, чему я стал свидетелем, наверняка на месте сразу прибил.

«Скорее всего, придворный маг действительно поймал Калкаша при попытке выйти из замка», — косвенно подтвердилась догадка Виталика, — «поэтому и решил, что тот просто хочет сбежать».

Однако писать о своих подозрениях Виталик не стал. Незачем упрекать недорослика в трусости, только настроишь против себя. Мужчины ведь очень не любят, когда кто-то наезжает на их образ крутого альфа-самца.

— Надо было дать им всем в глаз! — вставила свои пять грошей Сруль. — Пнуть под зад негодяев!

— Давалка ещё не выросла! — огрызнулся Калкаш. — Умная такая, Мраз ещё более странный, чем Готфрид Блевонский. Для придворного чародея он слишком силён, уровень магистра первой-второй ступени, не ниже. С чего бы, спрашивается, столь могущественному магу прислуживать графу, пускай и влиятельному? Нет, здесь явно затевается заговор, по масштабу намного превосходящий не только сферу интересов Блевонского, но и всех Срединных Земель вместе взятых. Я начинаю подозревать, что и весь этот сбор драконоборцев с последующей экспедицией в Восточную гряду лишь прикрытие. Дурят нашего брата, ох дурят.

В темнице наступила тишина, все задумались, заткнулась даже буйная Сруль. Сюжет игры становился всё более запутанным, драконы всё чаще отступали на второй план. Маги-шмаги, люди-нелюди.. Виталику пришла в голову умная мысль:

— Калкаш, в самом начале ты сказал, что граф точно не человек, правильно?

— Так и есть, — подтвердил недорослик.

— Сдаётся мне, что граф — нежить, — написал геймер. — Я ещё когда его в зале видел, где он монотонным голосом речь бубнил, заподозрил что-то неладное. Как будто он неживая кукла, которую кто-то за ниточки дёргает. Теперь, когда ты рассказал про подшивание кусков плоти, мозаика немного сложилась. Думаю, графа Блевонского давно убили и используют его тело для обмана. Ты упомянул, что рядом с Готфридом подлатывали и несколько других персонажей — держу пари, это тоже аристократы-марионетки! Кто-то подменяет власть имущих, чтобы самому обрести власть.

Снова возникла пауза, на сей раз узники обдумывали не ситуацию, а вспышку озарения Витюхи, до того зарекомендовавшего себя полным болваном. Виталик решил, что если сейчас и Сруль выдаст что-нибудь умное, это будет настоящим разрывом шаблона! К счастью, «девушка-войн» отличаться не стала:

— Да уж. Надо и этим всем в морду дать!

Сосисий хмыкнул:

— Интересный получается оборот. Пока всё внимание приковано к опустошающим королевства драконом, кто-то возродил запретную чёрную магию. Знание, считавшееся утерянным ещё тысячу лет назад… Но боюсь, дело здесь не в мирской власти самой по себе, как ты полагаешь, Витюха. А в возможности снять ограничения, которые власть имущие налагают на своих верноподданных. Ты никогда не задумывался, почему, за исключением разве что наших Предгорий, королевствами правит знать, а не маги?

— Потому что маги — слабаки! — Сруль была в каждой бочке затычка.

— Да нет, — немного подумав, ответил Виталик. — Маги как раз таки имба во всех играх.

— Имбль, чего? — не поняла Сруль.

— Крутые они везде очень, — пояснил геймер через своего персонажа. — Матёрые маги, естественно, начинающие действительно везде слабаки. Логично предположить, что, обладая такой мощью, именно маги должны править миром, а не какие-то воины-короли.

Виталик не стал продолжать, что фэнтези и логика — вещи часто несовместимые. Что в кино, что в играх, что в книгах. Впрочем, с логикой сейчас практически везде плохо: измельчали людишки, одна надежда на искусственный интеллект.

— Правильно мыслишь, Витюха, — одобрил ход рассуждений коллеги Сосисий. — В большинстве королевств развитие магов намеренно сдерживается. Количество магических школ и число их членов строго ограниченно. На целое королевство приходится один архимаг, десятка полтора магистров разных ступеней, сотня магов и не более трёх-четырёх сотен неофитов. Это в крупном королевстве, в большинстве государств цифры гораздо скромнее. За каждым серьёзным чародеем присматривает с десяток инквизиторов или иных шпиков. Стоит такому магу только помыслить о бунте, по его душу быстро придут убийцы — ни один, ни второй, так третий где-то чародея подловят. Стража возьмёт в заложники семью мага, в общем, особо не разгуляешься. На недоученных магов-искателей приключений и то косо смотрят, ты заметь, среди драконоборцев волшебников очень мало. И в основном одни недорослики.

Виталик невольно вспомнил игру за прошлого персонажа. В отличие от Сосисия, он уже знал, чем закончилась «экспедиция» в Восточную гряду. Тот, кто управлял графом Блевонским, явно хотел избавиться от сильных конкурентов-волшебников.

— А почему Тысяча Пещер в Предгорьях является исключением? — решил задать уточняющий вопрос геймер.

Сосисий многозначительно хмыкнул:

— А потому что исторически так сложилось, не во всём есть глубокий скрытый смысл, Витюха. Семь царств недоросликов постоянно воевали друг с другом, с кобольдами, с гоблинами, отражали налёты драконов — не до контроля над магами было. Тысяча Пещер успела возвыситься и теперь фактически правит Предгорьями, попробуй у них теперь власть отбери. Пусть и с учётом того, что «пещер» вовсе не тысяча, а существенно меньше.

«Уже отобрали», — столь же многозначительно, но про себя хмыкнул Виталик. — «Если, конечно, остальные команды искателей приключений не облажались столь же бесславно, как Братство Конца…»

— К тому же, а как нам, недоросликам, было ещё себя защищать? — продолжил Сосисий. — Воины из нас никудышные, а одним только оружием дальнего боя и скрытностью войны не выигрываются. Вот мы и холили своих чародеев, в то время как остальные королевства их всячески ограничивали.

Конечно, Сруль не могла не возмутиться наезду на «войнов»:

— Это кто у нас никудышный войн, я? Да я вас всех в бараний рог тут скручу! Пасть порву, моргала выколю! Чтоб…

— Да не пищи ты, голова уже разболелась, — грубо заткнул Сруль Калкаш.

— Мне кажется, — закончил свою догадку Сосисий, — что конечной целью чернокнижников будет снятие всех ограничений на колдовство, в том числе запретное даже среди недоросликов. Как только чёрные маги приобретут достаточное влияние среди аристократов, а все, способные им возразить, будут уничтожены, нас ждёт настоящая революция в сфере мистерий и колдовства!

Звучало довольно эпично. И уж всяко интереснее спасения мира от очередного медного таза в виде драконов. Ради такой интриги можно даже основной сюжетной линии следовать.

— Ребята, я вот что думаю, мы уже час с вами умничаем, но практическая польза-то от всех этих рассуждений какая? — в отличие от Виталика, на Калкаша догадка Сосисия не произвела впечатления. — Если мы из темницы и замка не выберемся, то сами станем частью масштабного заговора, вернее, расходным материалом для подлатывания марионеток-правителей. Не о том мы с вами сейчас рассуждаем, нам план побега разрабатывать надо. Есть у кого-нибудь на сей счёт идеи?

Снова наступило молчание. Идей ни у кого не было.

Даже интернет Виталику не помог. Там описывались уж слишком экстравагантные истории громких побегов, а в реалистичных Вратах Барана лазеек пока не предвиделось.

Глава 22. «Девочка-войн»

Только глупец побеждает в жизни, умник видит слишком много препятствий и теряет уверенность, не успев ещё ничего начать. В трудные времена наивность — это самое драгоценное сокровище, это волшебный плащ, скрывающий те опасности, на которые умник прямо наскакивает, как загипнотизированный.

Эрих Ремарк

Вскоре темница начала пополняться новыми кадрами: недорослики, разбежавшиеся во время клоунады Сосисия с Витюхой, попадались один за другим.

Поначалу Сосисий расспрашивал каждого воришку об увиденном, но быстро выяснилось, что их рассказы мало отличаются от повествования Калкаша: телеги с трупами на заднем дворе крепости, запуганные слуги, куча стражи и прочие странности. А вот при попытке проникнуть в зловещую башню, донжон или выбраться из проклятого замка недорослики сразу же попадались. Похоже, Мраз и компания уже поняли, что бой двух магов из-за девчонки был лишь уловкой, и теперь успешно отлавливали мнивших себя скрытными недоросликов. Это сулило большие проблемы. Виталик не сомневался, что скоро по души Сосисия и Витюхи явится Мраз или другой чернокнижник. Если они к этому времени не сбегут… Увы, шансов сбежать из тюрьмы по-прежнему не было.

Панос явился внезапно, как его практически полный тёзка по физическому недомоганию. Без лишних слов и сюсюканий Сосисия вытащили из камеры и, держа за руки и ноги, унесли в камеру для допросов. Несмотря на толстые стены, его вопли слышали все.

— Ты следующий, — горько усмехнулся Калкаш, обращаясь к Витюхе. — Ты или эта крикливая стерва, а может, вы оба сразу. Советую приготовиться.

Виталик в очередной раз попробовал произнести заклинание. Бесполезно, наведённый на его персонажа негативный эффект лишал мага способностей. Витюха был абсолютно беспомощным.

— Сруль, — позвал он подругу. — Сруль, слышишь?

— Дя! — отозвалась девушка.

— На тебя вся надежда. Эти болваны наверняка недооценивают твою силу как воина. Считают, что ты не можешь дать им всем в глаз!

— Да я им всем… — начала возмущаться воительница, но Витюха прервал её бахвальство.

— Притворись слабой, Сруль. Притворись маленькой испуганной девочкой, понимаешь? Плачь, трясись, даже не думай сопротивляться. Дождись, пока эти дылды расслабятся, утратят бдительность, и вот тогда, только тогда… наваляй им по полной!

— Но…

— Никаких но, Сруль. Это наш единственный шанс. Лупи им по яйцам, делай с ними что хочешь, только выжди удачный момент, поняла?

— Хнык.

— Сруль, ты поняла? — не отставал от глупой подруги Витюха.

— Дя! — наконец сдалась та. — Оторву им всем причиндалы! Будут знать, как недооценивать маленьких.

* * *

Калкаш как в воду глядел, Сруль и Витюху забрали одновременно, видимо, решив сэкономить время на расспросах двух заведомо тупых персонажей. Виталик для отвлечения внимания снова немного поорал, Сруль же притворялась покорной.

Их протащили по длинному тёмному коридору, грубо втолкнули в мрачную комнату для допросов. Виталик сразу приметил Сосисия, растянутого на дыбе — недорослик постанывал, находясь в бессознательном состоянии. Орудие пыток явно не предназначалось для столь мелкого тела: привязанные к конечностям Сосисия верёвки немного вибрировали, что, по всей видимости, и уберегло недорослика от немедленной смерти. Тем не менее Сосисий точно надолго выбыл из строя, пребывая на грани жизни и смерти. Теперь всё внимание мучителей было приковано к новым жертвам.

— Предлагаю сначала заняться девчонкой, — плотоядно улыбнулся потирающий руки палач. — С волшебниками работать неинтересно. Уж больно хлюпенькие, только притронешься — сразу падают в обморок. К тому же у меня есть идейка…

— Мне нужны сведения, — огрызнулся на волосатого мужчину Панос. — Сведения, а не вопли этих козявок! Что затеяли недорослики, сколько из них и с какими целями шныряют нынче по замку? Мраз поймал уже свыше полудюжины шибзиков, но ему не нравится отвлекаться от магических изысканий. Не пытай, а выпытывай из них информацию, ясно? Иначе я прослежу, чтобы над тобой самим поработали, боров.

— Меня зовут Хрюк, — недовольно проворчал палач, демонстративно закатывая рукава.

— Мне глубоко наплевать на твоё имя, плебей, — ни на каплю не испугался Панос. — Я ученик Мраза, ты не забыл? Хочешь проверить, кто из нас сумеет причинить больше боли?

Здоровый мужик насупился, но уже через секунду мышцы на его лице снова расслабились: видимо, даже скромных умственных способностей костолома оказалось достаточно, чтобы сопоставить все риски. Палач поднял руки вверх, словно сдаваясь:

— Ладно-ладно. Выпытывать так выпытывать. Тогда займусь маг…

— АДВОКА-А-АТ!!! — выпалил Витюха, глядя на тянущиеся к нему большие ручищи. — А-а-а-а-а-дво…

Панос покачал головой:

— У этого, похоже, совсем с кукухой беда. Так и быть, давай сначала девку мелкую спросим. Только спросим, а не замучаем до смерти!

— Да понял я, понял, — вновь перевёл внимание на Срульку палач. — Засунем ей в задницу грушу, значится. Любопытный приборчик. Станем постепенно её, грушу то есть, медленно раскрывать: как миленькая всё эта стервочка выложит! Одобряете?

Адепт тёмной магии задумчиво почесал подбородок:

— И почему в нашем мире всё делается всегда через жопу? Хорошо, груша так груша, дыба на шибзиков не слишком хорошо действует.

Хрюк взял с верстака зловещий прибор:

— Вот и славно. Сейчас, только уложу её поудобнее…

Здоровенный мужчина легко поднял одной рукой Сруль, словно та весила не больше младенца. Рывком содрал с неё и панталоны, и связывавшие её ноги верёвки. Последняя оплошность стоила ему крайне дорого.

— Ня! — внезапно визгнула «девочка-войн», вывернувшись и лягнув ногой мучителя прямо в глаз.

От неожиданности и точности попадания Хрюк грохнулся на стоявший позади него верстак с инструментами — многочисленные орудия пыток с грохотом рассыпались во все стороны. Железная хватка палача невольно разжалась, выпуская Сруль на свободу.

— Убью-ю-ю-ю-ю! — не теряя времени, Сруль сразу бросилась на ошеломлённого адепта тёмных искусств.

Смешная неказистая девушка-недорослик стремительно перебирала голыми ножками, врезавшись в мага, словно разъярённый кабанчик. Панос аж взлетел на мгновение в воздух — Сруль в буквальном смысле выбила почву у него из-под ног.

Маг неуклюже плюхнулся на пол, а Сруль уже была тут как тут, прыгая на ошарашенного человека и пиная того в самые уязвимые точки. Почки, пах, подколенные сухожилия — Панос сжался в комочек под яростным градом ударов девочки-недорослика. Скоротечный бой походил бы на избиение младенца, вот только дитём выглядела вовсе не пострадавшая сторона.

Сторожившие двери комнаты воины опомнились, выхватили мечи:

— Оставь его! Ты…

А вот эти соперники были Срульке явно не по зубам: эффект неожиданности закончился, мужчины были вооружены, а на безоружной «девушке-войне» не было даже штанов, не то что доспехов. Руки связаны за спиной, ещё и численное превосходство: двое на одного — определённо, Виталику пора было вмешиваться.

— ФАЕРБ-О-О-ОЛ!!! — от отчаяния решил крикнуть Витюха, отвлекая внимание на себя. — Сожгу щас всех на хрен!

Как ни странно, блеф удался. Видимо, именно эти два стражника были свидетелями битвы Витюхи с Сосисием и знали, на что способен маленький чародей-недорослик. Здоровые мужики попятились от злобного карлика.

— А ну идите сюда, говно собачье! — увидев сомнения стражей, перешёл в словесную атаку Виталик. — Что, с дуру решили ко мне лезть? Вы, оба, засранцы вонючие, мать вашу! Ну, идите сюда, попробуйте меня трахнуть — я сам вас трахну, ублюдки, онанисты чёртовы, будьте вы прокляты! Иди, идиоты, трахать вас и все ваши семьи!

Такого напора нервы воинов выдержать не могли, столь грозно тявкающий недорослик отпугнул бы целую армию. Ведь если кто-то столь уверенно угрожает противнику, значит, он точно может надрать задницу супостату, правильно? «Ай, Моська! Знать она сильна, что лает на слона!» — гласила народная пословица, в полной мере отражавшая ситуацию. Стражники поспешно выбежали из помещения, захлопнув за собой дверь. Послышался удаляющийся топот сапог.

— Е-е-е-е-е! — радостно воскликнул Витюха, оборачиваясь к затихарившейся Срули. Оказалось, что девушка не теряла зря времени и с помощью предназначенного для пыток тесака высвободила связанные за спиной руки.

— Да, трахать их всех! — поддакнула боевому кличу Витюхи «девушка-войн». — А теперь отвернись, мне штаны надеть надо. Будешь пялиться, в глаз дам!

Пришлось отвернуться, тем более что смотреть там было особенно не на что. Как любой уважающий себя геймер, Виталик был завсегдатаем порносайтов — и не такое видали. Подумаешь, ножки голые…

Через минуту его персонаж тоже освободился от пут, а очухавшегося было дознавателя Хрюка припугнули, засунув его любимую грушу ему прямо в пасть. Избитый Панос потерял сознание, а Сосисий, кажется, наоборот, пришёл в себя, разбуженный грохотом.

— Что происходит, где я? — едва слышно прохрипел замученный недорослик. — Витюха, Сруль…

— Мы здесь, Сосисий, держись! — крикнул Витюха, отвязывая товарища от дыбы. — Сруль надрала им всем задницу! Скоро мы будем свободны!

— А-а-ах, — простонал мученик. — Оставьте меня, я слишком тяжело ранен. Освободите других недоросликов, вырвитесь из этого проклятого замка, предупредите Тысячу Пещер об угрозе.

Речь Сосисия казалась предельно театральной, словно в дешёвом фильме по телевизору. Тем не менее на глаза Виталику навернулась скупая мужская слеза:

— Сосисий, мы не бросим тебя! Сос…

— Теперь ты лидер, Витюха, — простонал недорослик. — Иди, скорее, освоб…

Всё столь же театрально Сосисий испустил дух.

Витюха заплакал:

— Сосисий! Не-е-е-ет! Не-е-е-е-е-ет!!! Сволочи!

Сруль похлопала волшебника по плечу:

— Нам нужно убираться отсюда. Те двое наверняка скоро вернутся с подкреплением.

Виталик взял в себя в руки. В конце концов, он не так уж хорошо знал Сосисия. Даже не успел выяснить, в какой команде искателей приключений тот состоял до заточения в замке графа.

— Ты права, у нас мало времени. Нужно успеть освободить остальных. Ты обыскала Паноса и борова?

— Яхр-р-р-к, — попытался что-то промычать палач, но на правильность его имени снова не обратили внимания.

Сруль гордо подняла связку ключей:

— Дя! И кто тут после этого у нас самый умный?

Действительно, в критической ситуации Сруль вела себя гораздо адекватней Виталика. Он и заметить не успел, когда она успела осмотреть и связать двух мужчин.

— Отлично, идём…

«…трахать их всех!» — уже про себя закончил мысль Виталик. Похоже, эта фраза становилась боевым гимном его недорослика.

Глава 23. Всесжигающий демон

У бурных чувств неистовый конец.

Уильям Шекспир

— Давай, Сруль, скорее! — нетерпеливо стучал кулачками по проржавевшей решётке Калкаш. — Выпусти меня!

— Всех по очереди! — рявкнула «девочка-войн», возясь с замком другой камеры. — Если я буду метаться между вашими клетками, то не успею выпустить никого!

— Но Сруль… — продолжал жалобно скулить Калкаш, не желавший ждать ни секунды. — Мы же друзья!

Подошедший к клетке Витюха покачал головой:

— Сруль права, нужно выпускать всех по очереди, иначе ничего не успеем. К тому же ты ведь тоже маг, как и я, а от нас сейчас мало толку.

Дебафф — негативный эффект, наложенный Мразом и Паносом на недорослика, — всё ещё не давал произнести Витюхе ни одного заклинания. Учитывая, что им вот-вот придётся сражаться со стражами крепости, сей факт тревожил Виталика всё сильней. Если он не найдёт способа снять проклятие, шансы вырваться на свободу драматически уменьшались.

— Нужно заставить Паноса снять печать антимагии, — фыркнул Калкаш. — Давай, освободи меня, и мы вместе запытаем этого дуралея! Ну же, Витюха, позови Сруль, тебя эта девка послушается.

Виталик заколебался. «Девочка-войн» как раз отпирала камеру недалеко от Калкаша, но только с противоположной стороны коридора. Если они будут ждать, когда Сруль освободит всех недоросликов на той стороне, то узникам точно придётся сражаться без поддержки волшебников.

— Сруль, ключи! Срочно! — крикнул Витюха. Ничего умнее ему в голову не пришло.

— Ага, щаз-з-з, — буркнула усердно ковырявшая очередной замок Сруль. — Разбежалась.

— Сруленька, милая, ну пожалуйста! — теперь уже на пару с Калкашем начал канючить Витюха. — Сделай для нас исключение. Я тебя поцелую, новый меч куплю, замуж возьму…

«Девочка-войн» задумалась:

— Не замуж возьму, а женюсь. А ещё над моим войном ржёте, глупые мужики, — проворчала девушка, но кинула связку ключей недорослику. Как и в реальной жизни, обещание жениться творило с женским сердцем настоящие чудеса. — Смотри у меня, Витюха. Не женишься, причиндалы все оторву!

— Ага, — Витюха споро принялся освобождать коллегу по ремеслу. — Обещанного три года ждут. Я пальчики скрестил за спиной… — шептал он, отпирая клетку Калкаша. — Всё, спасибо, Срулечка! Лови ключики!

Перекинув связку ключей девушке, два недорослика помчались в комнату для допросов. Виталик чувствовал, что у них осталось совсем мало времени.

К счастью, избитый Панос уже очнулся, и теперь с ужасом таращился на возвышавшихся над ним недоросликов.

— Скажи мне, Панос, — склонился над человеком Калкаш, держа подобранный с пола мясницкий тесак сразу двумя руками. Учитывая соотношение маленького тела и тесака, тот и правда мог сойти за двуручный меч в руках недорослика. — Что ты собираешься делать, когда овладеешь чёрной магией в полной мере? Хочешь стать могучим волшебником, основать свою школу или стать правителем королевства, тираном? Мечтаешь, как тебя будут бояться, думаешь, что благодаря этому тебя начнут уважать?

— Калкаш, у нас мало врем… — попытался прервать неуместную тираду Витюха, но Калкаш грозно зыркнул на своего освободителя, после чего как ни в чём не бывало продолжил беседовать со связанным человеком. Учитывая заблаговременно воткнутый Срулей кляп, тот мог только мычать в ответ на угрозы озлобленного долгим заточением недорослика.

— Времени всегда слишком мало, — Калкаш приложил тесак к шее адепта тёмных искусств. — Но мне интересно, чем руководствуются люди, подобные этому, когда ступают на путь зла. Ведь в мире мало вещей хуже, чем чёрное колдовство. Панос, ты потерял свою душу…

С этими словами Калкаш резко поднял меч-тесак и принялся рубить голову чародея.

— Калкаш, не-е-е-т! — Витюха рванул вперёд, чтобы остановить недорослика, но было уже слишком поздно. Озверевший волшебник перерубил обе сонные артерии человека, словно опытный воин.

Витюха расстроенно хлопнул руками:

— Теперь всё пропало.

Виталика совершенно не волновала печальная судьба адепта тёмных искусств. Но вот утерянная возможность снять с персонажа порчу… Взгляд геймера уловил в углу экрана какое-то изменение.

— Постой, кажется… ФАЕРБО-О-О-ОЛ! — да, Витюха снова мог произносить заклинания!

От радости Виталик моментально простил странное поведение Калкаша. Он готов был обнять и расцеловать того, как лучшего друга.

— Ура! Здорово! Потрясающе!

— Хе-хе, достаточно было убить чернокнижника, чтобы печать антимагии спала, — заговорщицки улыбнулся Калкаш. — Но если бы я всё тебе рассказал, ты не освободил меня вне очереди, верно? Зато теперь, — Калкаш словно вырос, его тень заслонила собой всю комнату для допросов, — зато теперь мы дадим жару в этом логове зла!

* * *

— Идут! Идут! Шухер! — недорослик-разведчик с прокачанным навыком скрытности предупредил узников о приближающемся отряде карателей.

Честно говоря, Виталик ожидал появления стражников куда раньше — Сруль как раз успела освободить всех узников замка. Десять недоросликов и один чем-то провинившийся человек, что ж, теперь можно дать отпор их мучителям. Вот только отправившийся на разведку недорослик выглядел уж очень испуганным, что означало…

— Дюжина воинов! Все в доспехах! Нам крышка!

Н-да, это определённо означало проблемы. Причём очень большие.

Пускай количество узников и бойцов графа практически совпадало, но что с того, если едва освободившиеся недорослики были вооружены парочкой ножей да другими, ещё менее приспособленными для боя орудиями пыток? Графу хватило бы и в половину меньшего количества воинов, чтобы не оставить узникам шансов.

— Мужики, соберитесь! — Витюха решил подбодрить приунывших товарищей. — Сруль их всех сейчас раскидает, нам нужно только чуточку подсобить.

По хмурому взгляду «девочки-война» Виталик понял, что на сей раз Сруль не разделяет энтузиазма дать кому-нибудь в глаз. Оставалась последняя надежда на магию.

— Взлетаем! — подкорректировал планы Витюха. — Калкаш, парим под потолком и кидаем в них заклинания. Остальным построиться спереди! Ваша задача — прикрывать магов.

Виталик не знал, владеет ли Калкаш левитацией, но идея подняться над остальными, чтобы использовать недоросликов в качестве живого щита, показалась геймеру если не достойной с моральной точки зрения, то уж точно достаточно эффективной. Зависнув под потолком, волшебник приготовился сотворить первый огненный шар.

— ФАЕР… — двери темницы распахнулись, в узкий проход один за другим нырнули три воина. — ФАЕРБО-О-О-ОЛ! Получите, засранцы!

Огненный шар пролетел над головами маленьких недоросликов, врезавшись в стражей. Полыхнуло, борода одного из воинов загорелась.

— Аха-ха-ха! Съели? Вам не отобрать нашу свободу, глупцы!

Вообще-то, в пафосных речах такой уж острой необходимости не было, более того, написание текста сильно мешало Виталику творить заклинания, но он чувствовал острую потребность как следует высказаться. В конце концов, зачастую мы можем полностью реализоваться только в виртуальной игре, поэтому зачем себя сдерживать?

— Получай! Получай! На! НА! НА!!! Падлы.

Огненные шары вылетали словно из пулемёта, в такой раж вошёл геймер. Руки Виталика бешено стучали по клавишам, спина и шея были напряжены до предела, но он не чувствовал дискомфорта.

— Фаербол! Фаербол!!! Ха-ха-ха!

Витюха настолько увлёкся, что не замечал яростных визгов Срули, подпрыгивавшей на месте, чтобы воткнуть нож кому-нибудь в глаз. Не видел, как упал единственный узник-человек, сражавшийся в переднем ряду плечом к плечу, то есть попой к плечу, со Срулей. Как суетились под ногами стражников остальные юркие недорослики, нанося множество мелких порезов неповоротливым воинам. Не заметил, как Калкаш использует вместо левитации обычный табурет, принесённый неведомо когда из комнаты для допросов. Что ж, не отвлекаясь на удержание в воздухе и бредовые речи, Калкаш наносил стражам куда больший, по сравнению с Витюхой, урон, кидая во врагов кислотные стрелы. Поэтому, когда стражники наконец дрогнули и вновь дали дёру, Виталик пребывал в полной уверенности, что основной вклад в победу внёс именно его маг.

— Да! Трахать вас всех, едрить колотить! Так будет с каждым, кто перейдёт нам дорогу!

Он проорал так ещё около пяти минут, в то время как остальные недорослики зализывали раны и оплакивали павших товарищей. Кроме узника-человека, погибло два маленьких вора, ещё трое были тяжело ранены. Даже у Срули осталось всего около тридцати процентов здоровья.

Стражники оставили в узком коридоре пять трупов.

— Чистая победа! — резюмировал итоги Витюха, хотя что именно в этой резне было чистым оставалось загадкой. Даже орку бы стало понятно, что следующий бой их компания не переживёт даже при очень удачном раскладе.

Огненный маг опустился обратно на землю:

— Ну что, погнали дальше? Надо освободить других недоросликов в башне, тогда компенсируем все потери.

Ответом ему стали крайне хмурые взгляды.

— Что? — удивился Витюха. — Разве я в чём-то не прав? Побежали!

* * *

Подземелья, где томились в заключении узники, располагались в том самом донжоне, в который опрометчиво и безуспешно пытались проникнуть разведчики недоросликов. Теперь задача состояла ровно в обратном: прорваться наружу, что было не менее трудно. Стражники больше не преграждали им путь, видимо, перегруппировываясь и копя силы, зато запертые двери встречались недоросликам буквально на каждом шагу.

Нет, они медленно продвигались к выходу из главной замковой башни — благо половина их команды состояла из разведчиков и воришек, умеющих работать с отмычками, — но именно что медленно, крайне медленно. У Виталика не оставалось сомнений, что такими темпами к выходу из донжона успеет подтянуться весь гарнизон.

— Неужели нельзя побыстрее? — возмущался Витюха. — Я понимаю, что отмычки сделаны из черти знает чего, но вы же все профи, правильно?

Недорослики огрызались на указания лидера с каждым разом всё более агрессивно. Стороннему наблюдателю могло показаться, что они собираются устроить бунт внутри бунта: свергнуть Витюху, чтобы свергнуть графа Блевонского. К счастью для первого, ситуация была слишком критической, чтобы злоумышлять против ближнего. А вот идея спровадить неадекватного ближнего куда подальше нашла в сердцах недоросликов отклик.

— Витюха, как думаешь, сможешь протиснуться в то окошко? Вон там, над самым потолком, видишь? — стоило им выбраться из подземелий в какое-то помещение попросторнее, поинтересовался Калкаш. — Ты же мастер левитации, верно? Глянь, что снаружи башни творится.

Естественно, Виталик не почуял подвох. Он же действительно мастер, да что там, Витюха был настоящим магистром магии, правильно? Воспарив к высокому потолку, недорослик попытался протиснуться в узкое оконце, которое приметил коллега. Задача казалась невыполнимой даже для мелкого недорослика. Однако Виталик вспомнил трюк, использованный для побега из учебного лагеря в начале игры. Если уж огромному орку удалось протиснуться в куда меньшую щель между брёвнами частокола…

— Дорогой, ты чего там? С тобой всё в порядке? — забеспокоилась невеста Витюхи, видя головокружительные кульбиты мага над потолком. — Что ты делаешь, кувыркаешься?

На что только не пойдёт мужчина, чтобы избежать свадьбы. Вот и Витюха, услышав Сруль, принялся извиваться ужом, лишь бы проскользнуть в игольное ушко. И так и сяк и этак, в конце концов, волшебник снова на короткое время провалился в текстуры.

«Бинго!» — мысленно воскликнул Виталик, во второй раз использовав явный баг Врат Барана. — «Ну а что такого? Разработчики сами виноваты, надо было лучше игру протестировать».

Мысль, что разработчики никогда не смогут предусмотреть все безумные выкрутасы геймеров, Виталик отмёл как совершенно несостоятельную. Ведь ответственность всегда должны взваливать на свои плечи другие, правильно? Они за это деньги всё-таки получают.

Ещё более крамольная мысль, что Виталик скачал Врата Барана с торрента, не заплатив за игру ни копейки, также не вызывала у него дискомфорт. Разработчики должны сказать спасибо за то, что он уделил своё бесценное время их продукту, нельзя такими меркантильными быть! Скорее бы уже коммунизм, где всё будет бесплатно…

Крики мельтешащих внизу людей отвлекли Виталика от глубоких мыслей о халяве. У деревянной лестницы, поднимавшейся от внутреннего двора к единственному входу в донжон, собирался тяжеловооружённый отряд человек в двадцать пять — тридцать. Они явно готовились зачистить главную башню от недоросликов. Спасти Сруль, Калкаша и команду могло только чудо.

Именно таким чудом возомнил себя паривший над отрядом Витюха. Волшебник устремился в атаку.

— Ж-ж-жечь мосты!!! — ну, если очень постараться, узкую лестницу и правда можно было перепутать с мостом. Особенно если у тебя на мостах сдвиг по фазе. — Жечь! Жечь! Все мосты нужно сже-е-ечь!

Огненный шар сорвался с ладоней помешанного на мостах недорослика. В общем-то, наверное, не самый уж тупой план: разрушить ведущую к единственному входу лестницу, чтобы недорослики внутри донжона могли держать оборону против превосходящих сил графа Блевонского. Вот только план не учитывал практически всё.

— Фаербол! Ха-ха! Фаербо-о-ол! Да! Получайте, засранцы!

Деревянную конструкцию, специально сооружённую так, чтобы её можно было быстро разрушить при обороне донжона, охватило волшебное пламя. Виталик почувствовал ликование:

— Аха-ха-ха-ха! Склонитесь перед моей магией, смертные! Склонитесь, или вы все сгорите в огне! Ха-ха, как я могуч!

Сразу несколько лучников потянулись за стрелами.

— Я есмь альфа-недорослик, я ваш конец! Я грядущая смерть, я всесжигающий демон! Я вас всех трах…

Стрела пронзила щупленькое тельце парящего в воздухе недорослика. Камера отдалилась.

«Какого…»

ВЫ УМЕРЛИ!

«Как…»

Все сохранения, сделанные вами во время игры, удалены. Однако действия героя учтены и окажут влияние на мир при ваших следующих похождениях. Хотите приступить к созданию нового персонажа прямо сейчас?

Виталик в шоке откинулся на спинку кресла. Он никак не мог поверить в произошедшее.

«Вы что, опять надо мной издеваетесь?» — вопрошал геймер у воображаемых разработчиков. — «Вы серьёзно? Вот так вот, одна стрела и кранты?»

Он глубоко вдохнул, выдохнул. Но вместо успокоения кулаки Виталика сжались.

— Это что за херня?! Как можно было сделать настолько дисбалансированный класс! Маги — говно! Игра — говно! Разработчики — пи…

— Витюша, ты чего? — вот только мамы ещё сейчас не хватало. — Витюша, не надо кричать, соседи снизу по батарее стучат! Витюша, три часа…

Виталик снова вздохнул, нет, определённо, он долго так не продержится. Надо срочно что-то менять в своей жизни.

Например, распределить очки характеристик более сбалансировано при создании нового персонажа.

Часть IV. Лучница

Глава 24. Новое направление

Каждый человек имеет право быть дураком, против этого ничего сказать нельзя, но и правом надо пользоваться с некоторой умеренностью.

Карл Людвиг Берне

Мир изменился…

«Да вы реально со своей вступительной заставкой затрахали. Ну сколько можно уже? Разок показали и хватит. Знали же, что с первой попытки игру хрен пройдёшь. Даже я, умный бывалый геймер, не справился. Остальные так, наверное, вообще будут новых персонажей каждый день создавать. Тогда чё нудить? Драконы у них, видишь ли, бляха-муха».

Выберите пол вашего персонажа:

«Муж… хотя нет. Надо бойца дальнего боя женщиной сделать. Женщин же бить нельзя, правильно? Вот и пускай дополнительная защита будет. Издалека всех расстреливает, а если близко кто-нибудь подойдёт, то прикинемся невинной овечкой».

Выберите расу персонажа:

«Так, ну если будем делать лучницу, то надо брать эльфийку. Большой бонус к ловкости, штраф на телосложение — для лука самое то. Вот только… Блин, эльфы — ниггеры здесь. Как вообще можно было до такого додуматься? Полный провал, куда катится мир! Ужас. Нет, я, конечно, не расист, но… Ладно, фиг с ним с бонусами, лучше сделаю человека».

Выберите класс персонажа:

«Лучница. Должно быть проще, чем играть магом, а в плане эффективности по одной цели лук, наверное, даже круче».

Распределите очки между характеристиками:

«Однозначно надо прокачать ловкость, а вот остальное распределим равномерно между силой и телосложением. Неохота, как недорослик, умирать от одной-единственной случайной стрелы».

Выберите оружие, на владении которым специализируется ваш персонаж:

«Хм, интересно, какое же оружие должна выбрать лучница? Давай угадаю. Двуручный меч? Моргенштерн? Алебарда? Боевой топор со щитом? Разработчики — клоуны. Все очки во владении луком, конечно».

Настройте внешний вид персонажа.

«Надо её сделать секси. Сиськи и жопу побольше, талию поуже, мордочку понаивнее — да вроде вполне соблазнительной получилась. Чего бабы так со своей внешностью заморачиваются, вон, я всего за две минуты настоящую красавицу сделал!»

Придумайте имя для своего персонажа.

«Не знаю я эпичных женских имён, пусть так и будет: Лучницачеловек — чем не имечко?»

Нельзя создать героя с настолько дурацким именем! Пожалуйста, придумайте нормальное имя.

«Вы чё, совсем оборзели? Будут они ещё мне указывать, какое имя уже было, какое дурацкое, какое ещё какое-нибудь не такое! Ау, разрабы, оставьте мне хотя бы свободу быть идиотом!

Сволочи».

Виталик задумался. На ум шли только самые распространённые женские имена: Аня, Лена, Оля, Настя там или Маша.

«Хм, а давай тогда что-нибудь скомбинируем. Шлюха плюс Маша — Шлюмаша! Отличное имечко!»

Как ни странно, на этот раз нейросеть идиотизм проглотила.

Создание персонажа почти что завершено! Перед вами сводная таблица со всеми данными нового героя, вы можете проверить и изменить любые характеристики.

«Да всё вроде норм. Так, женщина — человек… Нет, не в том плане, что женщины тоже люди, а в смысле, раса такая. Я, конечно, не женоненавистник, но… Хм, почему это самое ″но″ в конце утверждения позволяет оправдать что угодно? Надо будет на досуге, то бишь на работе, поразмыслить над этим. Ладно, погнали!»

Под индикатором загрузки локации возник очередной игровой совет, рассчитанный, по мнению Виталика, на детей дошкольного возраста:

Тщательно исследуйте игровой мир.

«А я чем, по-вашему, последние пару недель занимаюсь? Вон, даже внутрь текстур залезаю…»

После игры за недорослика-мага Виталик догадывался, что вновь начнёт игру в соответствии с прошлыми сессиями, а не в лагере для обучения охотников на драконов.

Он оказался прав. Тем не менее начало приключения его опять удивило.

* * *

— Вы только посмотрите, кого я сегодня подстрелил на охоте! — тело только что созданной Виталиком лучницы нёс на спине какой-то грязный мужик. — Вижу, что-то мягкое и мясистое торчит из-за кустиков, думаю, наконец-то лосиха попалась. Выстрелил в мякоть, значит, а это человеческая задница, вот те на!

Раздался одобрительный грубый хохот. Не меньше полудюжины мужчин оценивали необычную добычу товарища.

— Да ты прям как в сказке про царевну-гадюку, будущую жёнушку подстрелил! Вот только больно хороша «лосиха»-то для тебя. Такой в мужья нужен кто-нибудь посолиднее. Могу свою кандидатуру, например, предложить.

Голоса говоривших мужчин показались Виталику очень знакомыми, а уж речь третьего он опознал моментально:

— Дайте мне осмотреть её рану, женихи недоделанные! Так, здесь точно требуется очистка кишечника…

Во Вратах Барана был лишь один человек, помешанный на промывке прямой кишки — его великолепие Клизмазар!

— А можно я её трусы заберу? — голосок кобольда тоже нельзя было ни с чем перепутать. — Красивое…

Мужчина аккуратно опустил свою ношу на землю, так что Виталик наконец смог увидеть родное Братство Конца. Косоглаз, Клизмазар, Долбодор и Даикин с любопытством рассматривали раненную в задницу лучницу. Вскоре к ним присоединились остальные члены банды славного рыцаря.

— Эм, дамочка, конечно, весьма аппетитная, но мы же не будем её на ужин готовить, ага? — Многокашиел с жалобным видом потёр своё пузо. — Косоглаз, ты бы хоть раз в жизни попал в кого надобно!

— Да всё он нормально попал, надо только отполировать это дело, — плотоядно ухмыльнулся Онанистус, подмигивая лучнице своими маслянистыми глазками.

— Это кто? А мы кто? Где сэр Витальевич? — недоумённо почёсывал плешивую голову Маразматис.

— В самом деле, кто вы, прекрасная леди? — сразу начал льститься к лучнице бард Тошнило. — Скажите мне ваше имя, и я клянусь, я прославлю его своими песнями на весь мир!

Подошедший следом за бардом Бомжак лишь мельком взглянул на незнакомую женщину:

— Охотница она. Я таких в лесу встречал пару раз. Отбитые бабы.

— Эт почему это отбитые? — уточнил у друида бывший оруженосец сэра Витальевича, выглядевший постаревшим лет эдак на десять с момента гибели рыцаря.

— Да потому что только отбитая баба пойдёт одна в лес охотиться, — пожал плечами Бомжак. — Мы же в средневековье, патриархат, все дела.

— А-а-а, — с понимающим видом кивнул Чреволюб. — Вот оно чё, друидыч.

— Мы таких душили-душили, — вставил свои пять грошей Гнидодав. — Душили-душили…

— Могу трусы подлатать, — предложил свою неоценимую помощь Криворучкин.

— Да отойдите вы уже от неё! — грубо растолкал мужчин гном. — Дайте хоть стрелу из задницы вытащить. Прости, дорогуша, сейчас будет больно…

Героиня Виталика без всякого участия геймера издала пронзительный вопль. У него аж мурашки пробежали по коже. Должно быть, было действительно больно.

— Тихо-тихо, всё, вытащил, — Рыжебород продемонстрировал стрелу, явно не самого лучшего качества. Похоже, недорослики обчистили Братство Конца подчистую: ни на ком из ребят больше не было эпичных доспехов, вместо элитного оружия у всех снова виднелись грубые ножи и дубинки. — Сейчас надо будет рану промыть. Эй вы, отойдите все! Нечего на чужие задницы пялиться. Так, я не понял, считаю до трёх: раз…

Окружившие лучницу мужчины с явной неохотой отворачивались или отходили от мускулистого гнома. Только Даикин до последнего с надеждой смотрел на видневшиеся под порванными лосинами труселя.

— Красивое, — грустно вздохнул кобольд, после чего наконец ушёл ковыряться с личинками, которые выковыривал из-под большого булыжника.

Рыжебородый гном принялся шустро обрабатывать рану, промывая и обматывая её относительно чистыми тряпками.

— Прошу простить моих сотоварищей, они немного одичали за время нашего долгого путешествия. Меня зовут Рыжебород, я в нашей команде за лекаря. Команде, гкхм… Ладно, можно назвать эту шайку и так.

— Я Шлюмаша, — представил своего нового персонажа Виталик. — Ты теперь здесь за главного?

Виталику было лень заморачиваться с отыгрышем, поэтому его вопрос слегка озадачил знакомого по прежним игровым сессиям персонажа. Тот почесал свою бороду:

— Ну да, можно и так сказать. Ещё пару недель назад мы гордо именовались Братством Конца, следуя за сэром Витальевичем, но сейчас от прежнего названия актуально только последнее слово. Нашего лидера — настоящего лидера — больше нет, и теперь мы бесславно возвращаемся в Срединные Земли. Барон Мангор будет недоволен нашим провалом, поэтому мы предпочитаем лесные тропинки…

«Ещё бы, так облажаться со штурмом Крысиного Лаза!» — про себя отметил Виталик, совершенно позабыв о главном лице, ответственным за провал. Но зачем помнить о неприятных мелочах, пускай рефлексией занимаются неудачники, правильно?

— Ты прав, гном, с бароном, а уж тем более с графом Блевонским лучше не связываться. У меня двоюродная сестра в замке графа прислуживает, там такая чертовщина творится, ты не поверишь! — на ходу сочинял относительно правдоподобные объяснения геймер. — Хана недоросликам-заложникам в замке, зуб даю.

Рыжебород посмотрел на Шлюмашу со смесью уважения и недоверия. Уважения, потому что та была явно неплохо осведомлена о делах власть имущих. С недоверием, по той же самой причине.

— Эм, возможно, возможно. Но вот о ком я переживать точно не стану, так это о недоросликах, — через какое-то время пожал могучими плечами гном-монах-лекарь.

Шлюмаша кивнула:

— Недорослики — падлы, но и среди них есть нормальные пацаны. Да и девчата бывают весьма ничего, — Виталик невольно вспомнил туповатую, но преданную Сруль. — Н-да, так куда, говоришь, вы теперь направляетесь? Срединные Земли-то довольно обширные.

Гном почесал ирокез, утративший прежнюю яркость и форму, посмотрел на поедающего личинок кобольда:

— Не знаю, Шлюмаша, не знаю. Но точно как можно дальше от владений графа Блевонского, магов и прочих злодеев. Ты ведь местная, раз так спокойно охотишься одна в этих землях? Как считаешь, рука Блевонского здесь до нас не дотянется?

Полулежащая лучница покачала головой. Управлявший ею задрот уже решил, куда следует направить Братство Конца. Честно говоря, давно следовало посетить это место:

— В сельской глуши граф властвует безраздельно. Раньше или позже вы наткнётесь на его людей и, если им действительно даны указания на ваш счёт… Нет, гном, не в том направлении думаешь.

Виталик выдержал театральную паузу — не потому, что был умелым оратором, просто так совпало, что ему нужно было вытереть рот после съеденного в процессе игры бутерброда.

— Если хотите спрятаться от графа, вам нужен город. Большой город. Самый большой из возможных!

В глазах Рыжоборода засветилось понимание, он кивнул:

— Врата Барана.

Столица Срединных Земель. Легендарный город. Хотя в чём именно его легендарность, Виталик не знал. Но раз уж игру назвали в честь города, значит, определённо стоит в нём побывать, правильно?

— К тому же в большом городе наверняка найдётся куча заданий для бывалых искателей приключений, — подмигнула Шлюмаша. — Можно будет подзаработать деньжат, приодеться и… — Виталик вовремя остановился, помня, что не стоит использовать это слово.

— Прокачаться, — закончил мысль Рыжебород. — Знаешь, ты мне напоминаешь нашего прежнего лидера. Такой же исключительный прагматизм.

«Ну ещё бы», — ухмыльнулся Виталик. — «Кто же ещё вас, средневековое быдло, в нужное русло направит? Кстати, что там Бомжак ляпнул про средневековый патриархат? Похоже, лучнице придётся долго завоёвывать всеобщее уважение. Ох уж эта мизогиния, Жанны д’Арк на вас нет!» — последовательность суждений никогда не была сильной стороной геймера.

— Я, конечно, не хочу навязываться, но, — решил проверить гипотезу о волшебным «но» игроман, — но думаю, что могу быть вам полезной. Дюжина мужиков вместе с девушкой обычно внушает людям куда больше доверия, чем просто дюжина мужиков.

Снова уловив недоверие в глазах гнома, Шлюмаша добавила:

— Надоело мне в деревне торчать. Хочется в люди выбиться, за аристократа замуж выйти, сесть мужу на шею. В нашем Мухолупинске-то фиг жениха найдёшь адекватного. Так что буду вести от имени Братства переговоры, а вы станете меня охранять, по рукам?

Виталику пришла в голову ещё одна мысль: в прошлой игровой сессии он как раз планировал сделать ребрендинг Братства Конца.

— Да, только название вашей, то есть теперь нашей, банды придётся сменить. Во-первых, чтобы как можно дольше избегать внимания графа Блевонского, во-вторых, чтобы отразить гендерное рав… прости, чтобы продемонстрировать присутствие женщины в коллективе. Отныне мы будем называться…

В последний момент Виталик решил отказаться от Семейки Конца, так как придумал нечто поинтереснее.

— Бабья Воля!

Кажется, Рыжебород потерял на время дар речи. Что ж, возможно, с новым названием Виталик немного переборщил…

Глава 25. Старые знакомцы

Никогда не предпринимай никаких сложных ходов, если того же можно достичь гораздо более простыми способами. Это — одно из самых мудрых правил жизни. Применять его на деле очень трудно. Особенно интеллигентам и романтикам.

Эрих Мария Ремарк

Предложенное Виталиком название, конечно, не прижилось. Как не сложилось и с переименованием Братства в Семейство. Мужчины очень не любят менять привычные вещи, тем паче, когда инициатором перемен выступает какая-то взбалмошная девица. Уже словившая один раз на свою задницу приключений…

Братство Конца шло пешком, а потому двигались они очень медленно. Рыжебород поведал, что могучие колдуны недоросликов отняли у «легендарных драконоборцев» не только оружие и доспехи, но также лошадей, фургон и даже его любимого мула. Людей барона Мангора — Виталик сразу догадался, что речь идёт об участвовавших в нападении на Крысиный Лаз наёмников — взяли в плен, а искателей приключений прогнали взашей из Предгорий. Идите, мол, куда хотите, но чтобы мы вас больше не видели. И на том хоть спасибо.

К счастью для Братства, и к несчастью для местных жителей, в небольшом хуторе драконоборцам удалось разжиться дубинками, ножами, луком и другими полезными инструментами. Это был не разбой, если что. Их прежний вождь, сэр Витальевич, называл подобные мероприятия справедливым перераспределением. Шлюмаша не упускала ни единого случая восхититься мудростью славного рыцаря.

— Да, есть ещё одна трудность, — неохотно поделился с ней во время путешествия гном. — Видишь ли, на нас, как на драконоборцев, наложено проклятие. Если в течение пары месяцев мы не выпьем свежую кровь дракона, нам хана. На Чреволюба и Даикина это дело не распространяется, но остальным осталось от силы месяца полтора. Такие дела.

Признаться, за время игры за рыцаря и мага Виталик успел позабыть о нависшем над драконоборцами роком. А ведь в свою бытность орком-варваром он из кожи вон лез, чтобы уйти от проклятия и спокойно исследовать мир. Что ж, учитывая опасности Врат Барана, далеко не факт, что Рыжебород и компания дотянет до отведённого им проклятием срока. Витюха, вон, всего за пару дней ласты склеил. А ведь маг следовал основной сюжетной линии, так-то.

Тем не менее отмахиваться от проблемы не стоило. Нужно было быстро одевать вооружённых сельским инвентарём бойцов и хоть раз за игру реально поохотиться на дракона.

— Нет времени на раскачку! — кивнула приунывшему гному лучница. — Но не переживай, Рыжебород, что-нибудь да придумаем. И кстати, раз уж ты упомянул о кобольде, с ним не возникнет проблем в крупном городе?

Уловив на себе их взгляды, идущий в стороне Даикин улыбнулся и помахал им рукой.

— Не думаю, — с неприязнью, хотя и без особой вражды, гном показал кобольду весьма грубый жест. — Даикин — собака сутулая, но ведёт себя вполне адекватно. Даже человеческий язык подучил, теперь шпарит не хуже местных простолюдинов. У нас в команде есть куда более непредсказуемые типы…

— Гнидодав, Косоглаз, Криворучкин? — догадалась Шлюмаша. — Согласна, от них жди беды.

Гном улыбнулся:

— Это точно, особенно от Криворучкина. Гнидодав-то просто на словах всё время всех душит, а Криворучкин — реальный вредитель. Всё, что попадёт ему в руки, будет использовано против нас.

— Я, вообще-то, вас слышу, — обернулся шагавший впереди персонаж. — Не надо на меня наговаривать. Самый проблемный среди нас Маразматис. Я, по крайней мере, делаю всё, что от меня требуется. Просто получается через ж…

— Мы уже пришли? — услышав своё имя, откликнулся колдун. — Это Врата Барана?

Проследив за вытянутой рукой Маразматиса, Шлюмаша оценила перекошенные ворота заброшенного загона.

— Нет, Маразматис. Это не Врата Барана. Это врата для баранов, — печально вздохнув, пояснила лучница магу. — Кстати, кто-нибудь может мне объяснить, почему столицу Срединных Земель назвали столь странным образом? Когда-то на месте города пасли стадо баранов?

Шедшие поблизости мужчины все как один пожали плечами. Конечно, средневековое быдло редко задумывалось о подобных вещах. Как назвали, так и назвали, какая, в конце концов, разница?

— Врата Баранов для баранов! — выкрикнул лозунг кобольд. Слегка смутившись от всеобщего внимания, он добавил: — Ну а почему бы и нет?

* * *

— Дай сюда, косоглазый, пока кого-нибудь не убил.

Шлюмаша бесцеремонно отобрала лук у горе-охотника.

— Я не косоглазый, я Косоглаз! — обиженно воскликнул мужчина.

— Нам-то не гони, — вякнул Даикин, на все возражения которого о сутулой собаке постоянно применяли такое же выражение.

— Чего ты там пискнула, собака сутулая?! — такого унижения Косоглаз уже не мог вынести. Мужчина бросился на кобольда, но юркое существо принялось бегать между ногами остальных членов Братства Конца, раз за разом ускользая от загребущих лап Косоглаза.

Пока мужики развлекались, Виталик принялся осваивать стрельбу из лука. Он нисколько не удивился заморочкам, которыми сопровождалась стрельба. Ничего похожего на прицел, подрагивающие руки, сила натяжения тетивы, ветер — здесь явно требовалось выпустить не одну сотню стрел, чтобы приноровиться попадать куда следует. Вот только в арсенале «легендарного» Братства не было не то что сотни, а даже дюжины снарядов, так что вскоре Шлюмаше пришлось заняться помимо стрельбы бегом: никто не собирался подносить ей выпущенные ранее стрелы. Невольно начнёшь вспоминать учебный лагерь охотников для драконов с ностальгией…

— Бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода и как трясутся женские груди при беге, — мечтательно проворковал бард Тошнило, беззастенчиво любуясь Шлюмашей. — При стрельбе, наверное, тоже сиськи мешают? Может вам помочь, отвести грудь в сторонку?

Виталик покачал головой: вот похотливый ублюдок! «Я, конечно, не феминистка, но…»

— Тошнило, ты идиот? Видел хоть раз, как нормальные люди из лука стреляют? Стрелу к правому уху, а не к груди, тянут, это надо ещё постараться, чтобы сисяндры задеть.

— Косоглаз тянул стрелу…

— Нашёл на кого ориентироваться.

Но бард и не думал сдаваться:

— В балладе об амазонках поётся, что прекрасные воительницы забрасывали себе сиськи через плечо за спину, дабы уберечь груди от тетивы.

— Тошнило, ты идиот, — на этот раз не задавала риторический вопрос, а утверждала Шлюмаша. — Здесь даже комментировать нечего.

Бард прищурился:

— Но ведь всем известно, что женское «нет» на самом деле означает «да». Может, вам помочь всё-таки?

«Ну ок, раз хочется помочь, то пожалуйста», — решил обратить себе на пользу навязчивость, которую мужчины почему-то называют настойчивостью, Виталик.

— Хорошо, Тошнило. Будь добр, постой во-о-он за тем деревом. Когда я крикну, собери разбросанные стрелы и принеси мне. Так моя тренировка будет куда эффективнее.

— Но…

— Всем известно, что настоящий мужчина никогда не откажет привлекательной женщине, — этот трюк с апелляцией к мифическому «настоящему мужику» Виталик испытывал на своей шкуре не раз, а потому знал, что бард будет вынужден хоть немного побегать. — Ну пожалуйста…

Виталик набрал команду «надуть губки и похлопать ресничками», ломая последнюю волю к сопротивлению. Что ж, игра за девушку давала свои преимущества.

— Ладно, — недовольно буркнул Тошнило, отправившись собирать стрелы. — Я же настоящий мужчина, значит, придётся побегать.

Тренировка в стрельбе действительно заметно ускорилась.

* * *

— Люди добрые, — канючил на обочине дороги тип, сразу показавшийся всем довольно знакомым. — Помогите калеке, ветерану-охотнику на драконов.

Просить милостыню на разбитой сельской дороге, по которой за день пройдёт несколько крестьян, в лучшем случае раз в месяц проедет торговец, было странно. Крайне странно. Однако, присмотревшись, Виталик заметил спрятанный за поясом нищего нож. А ещё очень подозрительное шевеление в зарослях ежевики.

— Так-так. Вот, значит, как мы встречаем старых товарищей, да, Прыщеслав? — Рыжебород первым опознал заросшего щетиной мужчинку. — А мы то думали, что ты погиб в том пожаре!

«Да, тот пожар был эпичен. Первый подвиг Братства Конца — победа над несуществующим драконом…» — почувствовал ностальгию Виталик. Он порывался расспросить Прыщеслава о его пропаже и чудесном спасении, но это выглядело бы весьма странно. Его лучница не должна была ничего знать об этом недоохотнике. Как не должна она была знать о личности прячущегося в кустах человека. Не должна была, но хорошо знала.

— Дурошлёп, выходи, это свои! — крикнул Прыщеслав спутнику. — Мои кореша из Братвы Конченной, я тебе рассказывал о ребятах.

Из кустов нехотя высунулся потёртый невзгодами человек. Повинуясь его посвисту вскоре показалось ещё с десяток мужчин, сидевших в засаде. Теперь выбор места для прошения милостыни казался не таким странным. Случись путникам клюнуть на приманку, пропажа путешественников всплыла бы ещё ох как нескоро.

— Ты уж извини, Лобок, что сразу не признал вас. Столько воды утекло, мы уже новое братство собрали, — Прыщеслав указал на разбойников. — Ага, мы теперь Братки Меча и Магии Три.

Здесь уже Виталик не мог удержаться:

— А что, у вас в команде маги есть?

— Нет, — покачал головой Прыщеслав.

— Тогда мечники, наверное, присутствуют?

— Неа.

— К чему хотя бы относится число три?

Прыщеслав переглянулся с подошедшим к нему Дурошлёпом.

— Нас было трое, когда мы начинали своё славное путешествие, — пояснил арбалетчик. — Я, ещё один человечек и бешеный орк Витюня. Судя по рассказам Прыщеслава, вы должны знать зеленокожего варвара. К несчастью, мои первые товарищи пали, а меня насильно завербовали в драконоборцы. Но я помнил завет Витюни жечь мосты и грабить караваны, а потому, как только сумел поднять бунт и сбежать из проклятого учебного лагеря, приступил к охоте на путешественников. Прыщеслава мы встретили позже, болтался неприкаянным по лесу, он у нас теперь за приманку.

«True story», — скептически отметил Виталик. — «Ох уж эта нейросеть, ничего оригинального придумать не может. Отовсюду штампов повыдирала, всё перемешала, а я теперь мучайся, ищи хоть каплю логики в этом бреде. Впрочем, кому в наше время нужна эта пресловутая логика? Ну пусть будут Братки Меча и Магии Три, мне с этого ни жарко ни холодно».

— И как идёт охота на толстосумов? — Рыжебород с сомнением осматривал дикую местность. — Мы вроде специально самые заброшенные пути выбираем, чтобы на людей графа Блевонского не нарваться, а у вас в такой глухомани засада.

Дурошлёп пожал плечами:

— Обычно мы караулим торгашей на более оживлённых дорогах, но, чтобы избежать патрулей, постоянно перемещаемся, вот и сюда забрели. Мы вас ещё издали приметили, надеялись на такой большой толпе поживиться. Не будь вы товарищами Прыщеслава, закончилось бы ваше путешествие здесь.

Виталик небезосновательно полагал, что их спасло скорее не влияние прежнего спутника, а то, что брать с нынешнего Братства Конца было нечего. Правда, его персонаж вполне мог сойти за добычу…

— Слышьте, а чё это у вас за девица такая бойкая? — облизнул губы Дурошлёп. — Вопросы провокационные задаёт, задом соблазнительно машет.

Шлюмашу обступало всё больше грязных мужчин. Да, минусы в игре за женщину тоже есть. И не маленькие.

— Да примерно как с твоим Прыщеславом, — Рыжебород незаметно подмигнул лучнице. — Нашли в лесу, отбили у местных охотников, теперь используем как приманку. Или вы думаете, мы совсем неудачники, раз с одними дубинками ходим?

Спутники Дурошлёпа принялись тревожно оглядываться, но лидер банды и бровью не повёл:

— Ну-ну, хорошая попытка, как тебя там, Лобок? Нет, дружище, ты сам проговорился, что вы попали графу в немилость, потому-то и бродите теперь по глуши в рванье и с дубинками. Нет у вас козырей в рукаве. Впрочем, можете бродить себе дальше, только девку оставьте, пусть у нас немножечко погостит. Не боись, гном, мы её не обидим.

Рыжебород насупился, но Виталик понимал, что шансы одолеть банду Дурошлёпа у нынешнего Братства Конца весьма скромные. Количество бойцов и с той и с другой стороны было примерно равным, вот только разбойники были вооружены копьями, топорами, булавами, палицами, а у благородных драконоборцев имелись лишь ножи да дубинки. По оружию дальнего боя перевес компании Дурошлёпа был ещё ощутимее.

— Ребята, давайте жить дружно, — вмешалась Шлюмаша. — Хотите познакомиться со мной поближе, да пожалуйста! Только пригласите к своему костерку всю нашу команду, а то мне как-то неудобно есть, пить, целоваться, когда голодные товарищи где-то мёрзнут. По рукам?

Дурошлёп посмотрел на своих подопечных — их лица разве что не лопались от улыбок и предвкушения.

«Вонючие похотливые мужики», — проворчал Виталик, хотя он и сам был не прочь посмотреть, как в игре реализована механика секса. — «Давайте, Врата Барана, докажите мне, что я не зря предпочёл эту игрульку Трахателю 10».

Рыжебород выглядел крайне встревоженный, но Шлюмаша подмигнула товарищу:

— За меня, и правда, бояться не надо. Лучше постарайтесь выведать как можно больше информации о происходящем в Срединных Землях. Особенно всё, что касается графа Блевонского. Сдаётся мне, хотим мы того или нет, наши пути ещё встретятся.

Как и ожидал Виталик, вместо постельных сцен показывали небольшую, типа интригующую, заставку. Скукотища. Надо было всё-таки установить Трахателя. Первые девять частей этой серии были весьма ничего…

Глава 26. Подмоченная репутация

О нас думают плохо лишь те, кто хуже нас, а те кто лучше нас, им просто не до нас.

Омар Хайям

После ночки с разбойниками спутники смотрели на Шлюмашу весьма косо.

— Не, ну а чего вы хотели, передраться из-за меня? — не выдержала осуждающих взглядов лучница. — Даже не из-за меня, а из-за абстрактной чести? Нормально всё, подумаешь, невидаль какая, мы в Мухолупинске по поводу сношений не парились. Вон, ещё и разного барахлишка в подарок подкинули. Чего вы все такие кислые, не пойму?!

Довольные Братки Меча и Магии Три действительно одарили Шлюмашу подарками: дали хороший лук, два колчана со стрелами, кинжал для ближнего боя, отсыпали медяков. Да, это немного походило на плату за оказанные услуги… но Виталика, как бывалого геймера, волновали исключительно практические соображения. Персонаж стал сильнее, оделся — значит хорошо, всех спутников ранили или убили — плохо. Да и просто хотелось проверить, как оно что будет в постели, при игре за мужиков-то возможность с кем-нибудь переспать выпадает нечасто.

«И вообще, я отыгрываю меркантильного женского персонажа!» — оправдывал для себя распутное поведение лучницы геймер. — «Я, конечно, не женоненавистник, но», — для успокоения совести Виталик пустил в ход свой коронный приём, — «но ведь бабы реально преподносят секс как товар, который нужно продать подороже, правильно? Короче, даже если вчерашний вечер можно было переиграть, я бы не стал заморачиваться. Фигня всё, главное — шмотки».

— А чего вы ждали от девушки с именем Шлюмаша? — Виталика всё больше злило осуждение спутников. — Целомудрия? Лицемеры! Небось сами все меня трахнуть хотите.

Однако казалось, что спутники считают общение со Шлюмашей зашкваром. Все молча топали по раскисшей дороге — во Вратах Барана вторые сутки подряд шёл мелкий дождь.

— Тошнило, ну ты хоть скажи, — не унималась Шлюмаша. — Ведь хочешь мне засадить, да?

Плечи барда ссутулились, он ещё сильнее натянул на голову жалкое подобие капюшона и постарался отойти в сторону.

— Фи, размазня! — крикнула ему вслед разъярённая лучница. — Так, Косоглаз, кам ту ми.

Косоглаз моментально ретировался в кусты.

— Неудачник! — прокомментировала побег мужчины Шлюмаша.

Из кустов высунулась небритая морда. Поднеся руки ко рту, Косоглаз ответил любезностью на любезность:

— Шлюха!

— Ах ты, сейчас как стрелой угощу! — Шлюмаша потянулась за луком, но мужик снова спрятался. — Даикин! Ты-то хоть такой занудой не будь. Хочешь, я тебе свои трусы подарю?

Но кобольд сделал демонстративный жест, как бы отталкивая от себя противную гадость. Его собачья мордочка смешно сморщилась:

— Неть! — гордо отказался Даикин.

— М-м-м, псина сутулая, — сплюнула в сторону кобольда Шлюмаша. — Неблагодарные мужики! Тьфу на вас. Лишь бы похабные шуточки отпускать, а как до дела дойдёт, так сразу в кусты! Да и пошли вы.

Остаток дня все шли молча.

— Не обижайся на парней и не расстраивайся. У них память как у золотых рыбок, немногим лучше нашего Маразматиса, через недельку все забудут о происшествии, — когда остальные члены Братства уснули, Рыжебород подсел к лучнице. — Но сама помни, что распутство женщин в обществе не приветствуется. Если со многими бабами спит мужчина, он герой-любовник, если со многими мужланами спит женщина, её кличут шлюхой. Я, конечно, не призываю отречься от всех плотских удовольствий, — знаю, как бывший монах, настолько это трудное дело, — но, по крайней мере, не спи со всеми подряд! Вчера было достаточно ублажить Дурошлёпа, главаря этой банды, а не устраивать оргию и орать на весь лес! Нас теперь Сутенёрами Конца называют, так себе прозвище для команды.

Виталик несколько раз проговорил про себя новое наименование их отряда. А что, тоже нормальный ребрендинг.

— Да, вот она, тяжёлая женская доля, — непонятно к чему написал в ответ геймер. — Хотела как лучше, а получилось как всегда, что женщина во всём виноватая. Слушай, а чего Прыщеслав не пошёл с нами? Он же из нашенских, то есть на тот момент ещё вашенских, драконоборцев сэра Витальевича.

Рыжебород пожал могучими плечами:

— Сказал, что ему и без нас хорошо. На торгашей охотиться выгодней, чем на драконов.

— Логично, — ответила лучница.

Гном подбросил в костёр пару веток. Из-за сырости горели те плохо. Больше дыма, чем огня — противный всё-таки выдался денёк, неудачный.

— Ага, говорит, что ушлые дельцы нашли способ обойти проклятье драконоборцев. Пока одна группа искателей приключений отвлекает дракона, вторая лезет в гнездо и ворует там яйца. Затем первая группа сбегает, так как обычно не в состоянии победить огромную ящерицу, да и для дела выгодней, чтобы драконы множились дальше. Яйца с ещё не вылупившимися дракончиками сбывают на чёрном рынке, покупатели их разбивают и пьют кровь зародышей. Говорят, на одну партию драконоборцев в среднем достаточно двух яиц, чтобы отсрочить проклятие. Так что сейчас проще и выгодней за деньгами охотиться, чем рисковать шкурой в битве с драконом. Надо нам тоже прикупить пару яичек, согласна?

Шлюмаша кивнула. Управлявший ею геймер знал, откуда нейросеть взяла идею для схемы с яйцами. В самом начале игры его орк Витюня рассуждал, как можно обойти механику нависшего над драконоборцами рока, нейросеть просто довела его мысль до логичного завершения. В следующий раз надо быть осторожнее, не говорить никому ничего раньше времени.

— Вообще, ребята, расслабившись, рассказали вчера много чего интересного. Губа-то у Дурошлёпа не дура, по всем окрестным деревням информаторов нанял, чтобы о перемещениях торговцев и патрулей знать заранее. Ну а там заодно и другие слухи доходят. Например, о практически полном уничтожении гильдии недоросликов. Кроме Крысиного Лаза, из Тысячи Пещер мало кто уцелел. Власти магов в Предгорьях настал конец! Что характерно, местных царьков и прочих аристократов при этом не трогали. Эксперты, то есть завсегдатаи трактиров, считают, что это сама знать недоросликов переворот и устроила. Но бабки на лавочках говорят, что мы имеем дело с охотой на чародеев. Теперь, когда с сильнейшей магической гильдией на континенте покончено, правила волшебства могут значительно поменяться.

«Учитывая, что за разгромом Тысячи Пещер стоит граф Блевонский, а за ним, то есть за марионеткой в виде графа, стоят адепты тёмных искусств, я склонен более верить бабкам», — рассуждал Виталик, поглядывая на часы, неумолимо отсчитывающие уже четвёртый час ночи. Как же незаметно бежит время: только сел поиграть, и вдруг бац, наступило утро, тебе опять пора на работу…

— Интересная получается ситуация: драконоборцы заняты истреблением магов или охотой за драконьими яйцами, а то, что драконы в это время разоряют королевства, вообще никого не волнует? Кто-нибудь даёт отпор огнедышащим тварям? — удивилась Шлюмаша. — Что-то опять здесь не сходится, гном.

Рыжебород кивнул:

— Действительно, граф Блевонский обещал тогда в замке, что для подготовки охотников на драконов созданы новые обучающие лагеря, но Дурошлёп говорит, что об этих лагерях никому ничего не известно. Ему самому удалось организовать в лагере бунт только потому, что главного инструктора Картера — я тебе уже рассказывал об этом лютом недорослике — куда-то увезли люди графа. Без Картера в лагере быстро начался раздрай, то есть очевидно, что в реальной подготовке новых драконоборцев граф Блевонский не слишком заинтересован. И тем не менее мы как будто не слышим о налётах драконов на крупные города, только мелкие селения разоряют, чьи названия знают лишь местные жители. Либо драконы копят силы для неожиданного удара…

— Либо их кто-то хорошо контролирует, — закончила мысль гнома Шлюмаша. — Либо и то и другое одновременно.

— Что-то грядёт, дорогуша, что-то точно грядёт, — крякнул Рыжебород. Зевая и потягиваясь всем своим мощным телом, он устроился поудобней на куче мха. — Ладно, ты как хочешь, а я ложусь спать. Советую тебе на какое-то время последовать примеру драконов и тоже вести себя незаметно. Вот увидишь, через пару дней парни сами начнут с тобой разговаривать.

Шлюмаша брезгливо отмахнулась и прилегла чуть в сторонке от остальной партии. Управляющий ею игрок, глядя на это сонное царство, сдался и решил на этой ноте завершить сессию. Он буквально рухнул в кровать, заснув раньше, чем успел снять футболку.

Казалось, что будильник разбудил Виталика, стоило тому смежить веки.

* * *

Кабан, увлечённо рывший землю в поисках клубней, застыл, поднял рыло, принюхался. Интернет снова не обманул, нюх у этих зверей был отличный.

Вжи-и-х! Вжи-и-х!

Две стрелы вспороли воздух: одна угодила кабану вбок, другая ушла далеко в сторону. Зверь взвизгнул.

— Косоглаз, блин, хоть бы раз попал, падла! — выругалась Шлюмаша, накладывая на тетиву следующую стрелу, когда раненый зверь рванул в её сторону. Для столь грузного тела и коротких ножек скорость у кабана была потрясающая. — Твою ж…

Лучница выронила стрелу и кувыркнулась в сторону. Как раз вовремя. Кусты, ещё секунду назад казавшиеся надёжной защитой, затрещали, когда сквозь них пронеслось массивное тело. Толстая шкура надёжно защищала кабана от порезов, подобные преграды он играючи крушил, идя на таран.

— Убегай! — крикнула товарищам лучница, поспешно забираясь на ближайшее дерево. — Прячься! В ближнем бою эту скотину не одолеть!

Естественно, мужественные члены Братства Конца и не думали внимать предостережениям какой-то там женщины.

— Да ща, разбежались, — Многокашиел неспешно вышел из овражка, где до поры до времени скрывались остальные ребята, и встал в защитную стойку, выставив перед собой большой щит. — Эй, свинтус, иди к папочке!

Бегавший вокруг дерева кабан-секач остановился, ударил в землю копытом.

— Давай, давай! Ко мне, боров! — Многокашиел громко ударил по щиту своей столь же огромной дубиной. — Хрю-хрю-хрю-хрю!

Разъярённый раной и провокацией вепрь ринулся на отважного, но не очень умного воина. Многокашиел отвёл для замаха правую руку, готовясь огреть кабана.

Хрясь!

Сделанный из говна и палок щит Многокашиела разлетелся на щепки, самого бойца подбросило в воздух. Для взявшего разбег полуторастакилограммового кабана рослый мужик значил не больше, чем тряпичная кукла.

— Ух, ё… — ахнул плюхнувшийся на землю воин, удирая на четвереньках обратно в овражек. Развернувшийся кабан нацелился прямо в бок теперь полностью беззащитного Многокашиела.

Ситуация становилась смертельно опасной. Клыки секача грозили разметать внутренности «танка» по всему лесу.

— Гав-гав! — кобольд сиганул с ветки на спину кабана, одной рукой вцепившись в густой жёсткий мех, а второй тыча в дикого зверя ножиком. — Спасайся, дружище!

Для толстой шкуры вепря удары сапожным ножом были всё равно что комариные укусы, однако, вместо убийственной атаки в бок Многокашиела, секач закружился на месте, пытаясь сбросить кобольда.

— Говорил я, надо ловушки ставить, а не строить из себя метких лучников, — проворчал Бомжак, пробуя своими чарами если не успокоить, то хотя бы дезориентировать зверя.

В какой-то степени колдовство друида сработало, кабан вновь рванулся вперёд, на сей раз врезавшись в небольшое деревцо. Башка вепря оказалось прочней, деревце треснуло.

От столкновения Даикин вылетел «из седла», прокатился кубарем по земле и в полуобморочном состоянии растянулся примерно в десятке метров от вепря. Секач же, напротив, пришёл в себя почти сразу. Нагнув голову ещё ниже, здоровенный хряк приготовился разорвать на части худенького кобольда, который был всего чуть-чуть выше дикого животного в холке. На отвлекающие манёвры зверь больше не реагировал.

— Даикин, не-е-ет! — в отчаянии крикнул Рыжебород, хоть и не любивший кобольда, но отдававший дань уважения его пользе.

— Ко мне, зверюга! Ко мне! — кричали, махали руками и швырялись камнями остальные члены Братства Конца, но всё было тщетно. Кабан ринулся к своей жертве.

Вжих!

Стрела пронзила воздух, вонзившись точно в левый бок чудища рядом с передней ногой. Это было практически единственным уязвимым местом страшного зверя. Ведь там располагалось качавшее кровь вепря сердце. Спереди важнейший жизненный орган защищала плотная жироподобная ткань, но сбоку пробить шкуру животного было можно. Выстрел Шлюмаши оказался воистину критическим и смертельным. Кабан умер ещё в прыжке, упав всего в одном шаге от хрупкого тела кобольда.

Даикин приподнял голову, взглянул на приземлившуюся рядом огромную тушу и потерял сознание уже окончательно. От страха ли или от облегчения — не столь важно. Это потом, в безопасности, мужчины станут бахвалиться своей смелостью. Сейчас же руки и колени дрожали у всех.

И только Шлюмаша деловито собирала рассыпавшиеся при беге и лазании по дереву стрелы.

Глава 27. Грабить «корованы»

Человек имеет два мотива поведения — один настоящий, и второй, который красиво звучит.

Генри Форд

После рискованной охоты на кабана Шлюмаша если и не восстановила свою репутацию, как женщина, то заметно улучшила её, как боец. Теперь хоть кто-то среди Сутенёров Конца мог стабильно попадать в цель с расстояния сотни метров. И да, после ожесточённых дебатов Братство Конца действительно решило сменить название и имидж.

Ведь отныне они не какие-то там рядовые драконоборцы, они охотники за головами! Так-то. Правда, пока из голов имелась только башка убитого вепря, которую гордо носил за спиной Многокашиел, отыгрываясь за нанесённое дикой свиньёй унижение.

Собственно, они ведь изначально решили поохотиться на свирепого зверя, чтобы немного подзаработать. Часть туши продали местным жителям — селение было слишком крупным, чтобы пытаться получить что-то силой — часть мяса завялили на будущее, часть пришлось даже выкинуть. В целом, охоту можно было считать успешной, хотя гордости особо никто не испытывал. Мужчинам было трудно признать, что в таком мужском деле, как охота на вепря, их полностью обошла какая-то женщина, хоть та и преподносила себя как профессиональная лучница. Они-то рассчитывали героически добить раненого кабана, а не бегать от него, наложив от страха в штанишки. Что ж, как говорится, ваши ожидания — ваши проблемы. Меньше строить из себя крутых надо.

За убийство зверя дали на удивление много опыта: Шлюмаша и Даикин сразу подняли пару уровней, более прокачанные ребята стали сильней только на один ранг. Ну, тоже неплохо. Вспоминая, сколько времени они лупили кобольдов, прокачка на кабанах выглядела куда перспективнее. Хотя здесь ещё бабка надвое сказала, какое дело опасней.

В любом случае вепрей надо было ещё отыскать, что в огромных лесах Врат Барана являлось задачей нетривиальной. Поэтому, побродив немного по лесам и болотам, «сутенёры» отказались от идеи с охотой и пошли дальше. Путь до столицы Срединных Земель предстоял неблизким, а часики рокового проклятия драконоборцев неумолимо тикали. Нужны были деньги, много денег! И Виталик знал только один верный способ быстро срубить бабла. Всё верно, нужно было ограбить какой-нибудь караван.

Ну ладно, караванов здесь не было. Зато шедшие впереди банды Шлюмаша, Бомжак и Даикин наткнулись на «корован». Так Виталик назвал стадо с коровами, что паслись на лугу близ деревни. Вряд ли за корову дадут много опыта, и вообще было не очень ясно, что с нею делать, но если уж геймер вбил себе в голову грабануть караван, то никакое отсутствие настоящего каравана его точно не остановит. И вообще, «корован» — это ведь тоже караван, только из коров, правильно?

— Надо того пастушка отпугнуть, — указала Шлюмаша на деревенского паренька, присматривающего за стадом с коровами. — И собаку. Да, не хочется пёсика убивать или ранить. Бомжак, с псиной справишься?

Друид нехотя кивнул. Затея с ограблением «корована» ему явно не нравилась, но мозгов, чтобы привести контраргументы, ему не хватало. Шлюмаша же напирала, что украденную корову можно будет выгодно продать в соседней деревне или чуть дальше. Заодно попьют молочка по дороге. Хороший план, правильно?

— Даикин, пастушок на тебе. Подкрадись и резко выпрыгни из кустов — в округе нет гор, значит, с высокой долей вероятности, паренёк никогда в жизни не видел кобольдов. Вопи и преследуй сельского дурачка, пока я не свистну. Всем всё ясно?

Мужчинки переглянулись и молча кивнули.

— Тогда начали!

Даикин низко пригнулся, чем сделался ещё больше похож на «собаку сутулую», как его частенько дразнили товарищи, и шмыгнул в высокую траву на краю лесной опушки. Шлюмаша шикнула на друида:

— Давай, отпугивай псину!

Бомжак несколько раз глубоко вдохнул, выдохнул. После чего сложил руки рупором и принялся беззвучно кричать в сторону охранявшей стадо собаке. Выглядела вся эта активность достаточно странно.

— Бомжак… — хотела было поторопить друида Шлюмаша, когда заметила, что собака в отдалении напряглась, поджала уши и припала на передние лапы. Послышался едва слышимый на таком расстоянии скулёж.

Похоже, друид каким-то образом издавал ультразвук, практически неслышный для человека, но отпугивающий более чуткое существо. Ничего не подозревающий паренёк попытался успокоить четвероного друга, но глаза собаки всё более расширялись, она медленно ползла на брюхе назад, активно двигая тазом. Пастушок начал с тревогой озираться по сторонам.

— ГАВ! — из травы неожиданно выпрыгнул Даикин, размахивая двумя палками и крича: — Гав-гав! Р-р-р-р-р!!!

Ультразвука и выскочившего словно из-под земли кобольда оказалось достаточно, чтобы до полусмерти перепугать и мальчика, и собаку. Оба горе-сторожа бросились наутёк.

В пору было возликовать, вот только на коров неслышные человеческим ухом звуки и выходки кобольда подействовали в не меньшей степени, чем на пастуха с псиной. Коровы мычали и стремились умчаться как можно дальше от источника шума и неприятностей. Пора было хватать удачу за хвост или иные причиндалы.

Выскочив из укрытия, Шлюмаша бросилась вслед убегавшему стаду. Управляющий ею геймер наивно полагал, что длинноногая лучница легко догонит грузную корову. Он быстро понял своё заблуждение…

Испуганные коровы неслись быстрее заправского бегуна, их массивные бока смешно подскакивали и перекатывались из стороны в сторону, вот только отстающей с каждой секундой Шлюмаше смешно отнюдь не было. Её добыча, тот самый «корован», уверенно уходил от преследователей.

— Да чтоб вас! Бомжак, прекрати орать! Сделай что-нибудь! — отчаянно крикнула друиду Шлюмаша, потянувшись за луком. — Ну, если не хотите по-хорошему…

— Стой! — откликнулся позади неё Бомжак. — Не стреляй!

Шлюмаша застыла с натянутой тетивой.

— Коровки, ко мне, — достав откуда-то колокольчик, Бомжак принялся позвякивать и инфантильно подзывать стадо: — Пруси-труси! Мах-мах, но-о-ох…

У лучницы опустились руки:

— Н-да, отличный способ. Что может пойти так? Правильно, ничегошеньки…

Тем не менее одна из коров внезапно остановилась. Повернулась, удивлённо уставившись на странного мужика.

— Иди ко мне, коровка. Иди-иди, я тебя вкусными ягодками угощу, — увещевал корову Бомжак. — Иди ко мне, я стану звать тебя Му-у-уна Лиза.

— Господи, ещё более идиотской клички придумать было нельзя? — выругалась лучница, забыв о собственном имени. — Даикин, э! Хорош уже, давай возвращайся.

Увлёкшийся запугиванием пастушка кобольд неохотно прекратил корчить из себя страшного монстра. Среди троих искателей приключений он находился ближе всех к засомневавшейся корове, но было ясно, что Му-у-уна Лиза к псине сутулой не подойдёт.

— Иди сюда, пускай Бомжак попробует коров успокоить. Ишь, как резво бегают, падлы. И как только никто не додумался использовать коров в качестве верховых животных?

Упорно подзывающий корову друид взглянул на лучницу с крайним неодобрением:

— Даже не думай! — процедил Бомжак сквозь стиснутые зубы и снова принялся звать коровку. — Мах-мах, но-о-ох…

Подошедший к Шлюмаше кобольд пожал своими худенькими плечами:

— Я б покатался.

— Ага, прикинь, как было бы эпично ринуться в атаку не на лошадях, а на бегущих коровах, — замечтался управлявший лучницей геймер. — И все они орут: му-у-у-у! Му-у-у-у!!! И бычат так, и…

— Заткнитесь! — шикнул Бомжак. — Не видите, идёт к нам красавица.

Корова действительно неспешно семенила навстречу своим похитителям. Друид гордо улыбнулся, подняв руку со своим воистину волшебным колокольчиком:

— Во, видите? Это я у недоросликов в Предгорьях спёр, пока они у нас всё, в свою очередь, отнимали. Так сказал, отомстил негодяям!

Такой обмен едва ли можно было назвать равноценным, но Шлюмаша одобрительно улыбнулась:

— Молодчина! А теперь давай привязывай за шею свою Му-у-уну Лизу и уносим ноги отсюда, — во время игры за орка Виталик имел не самый приятный опыт общения с рассерженной деревенщиной. — Не хочется общаться с представителями интеллектуального большинства.

* * *

— Сколько-сколько? Два серебряных за корову? Вы что, с дуба рухнули?! Самая простая кольчуга аж двадцать серебряных монет стоит!

От возмущения Шлюмаша едва не врезала деревенскому старосте по его наглой роже. Настолько было очевидно, что её дурят.

— Ну дык, война — дело дорогое. Кольчуга всегда примерно десять коров стоила, — промямлил мужчинка. — Полный доспех вообще в двадцать пять коров обойдётся, чего вы так возмущаетесь?

Виталик не поверил ни слову грязного крестьянина. Свернув окно с игрой, он принялся шерстить интернет в поисках цен. Цены на разных интернет-магазинах весьма отличались, но в среднем корова была дороже кольчуги примерно в три раза.

— Не, ну вы слышали? — повернулась Шлюмаша к товарищам. — Совсем меня за дуру держит! Рыжебород, ты-то в доспехах, как гном, разбираешься, сколько кольчуг можно за одну корову купить?

Рыжебородый гном скептически посмотрел на длинноногую спутницу:

— Ну, вообще-то, кольчуга, и правда, примерно десять коров стоит, а не наоборот. Ладно, Шлюмаша, давай я поторгуюсь…

— Нет, нет и ещё раз нет! — упёрлась лучница. — Жадину-Говядину я за такие гроши не отдам!

К украденной корове у всех Сутенёров Конца сложилось разное отношение. Бомжак животинку очень любил, кормил корешками и ягодами, гладил и называл Му-у-уной Лизой, а вот Шлюмаша очень расстроилась, когда корова не дала молока, поэтому прозвала её Жадиной. Гнидодав корову хотел задушить, Многокашиел съесть, потому они называли животное просто Говядиной. Даикин несколько раз пытался воплотить идею Шлюмаши и превратить корову в своего скакуна, но всякий раз его недолгая поездка заканчивалась падением, брыканием, боданием, так что его эпитеты в адрес животного были совсем нецензурными. Рыжебород решил всех примирить, после чего большинство сошлось на кличке Жадина-Говядина. Только Бомжак продолжал гнуть своё, а Маразматис каждый день заново удивлялся, откуда у них корова, и спрашивал, как её звать. И вот теперь, когда они с таким трудом довели Жадину-Говядину до ближайшей крупной деревни, выясняется, что для покупки одной долбанной кольчуги таких коров нужно десять?! Виталик никак не мог смириться со столь позорным провалом.

— Слушай, Шлюмаша, — отвёл её в сторону Рыжебород. — Надо избавляться от коровы. Врата Барана не за горами, ну не потащим же мы Жадину-Говядину в город? Нормальную цену мужик предлагает, дороже вряд ли её продадим.

— Я же сказала, нет! За бесценок Жадину-Говядину не отдам!

— Шлюмаша…

— Ой, всё! — лучница взялась за привязанную к шее коровы верёвку и потянула животное за собой. — Так не доставайся же ты никому!

— Шлюмаша!

Лучница и не думала останавливаться. Успевшая уже немного привыкнуть к хозяйке корова послушно следовала за ней по пятам:

— Будешь верховым животным Даикина. И не мычи тут мне! Как я сказала, так и будет, понятно? Иначе в самом деле превращу тебя в говядину, вот увидишь. Будете с кобольдом цирковые шоу устраивать, через обруч там прыгать, развлекать народ в общем. Может, хоть так деньжат заработаем, раз в средневековье такая дичь с ценами. Кольчуга стоит десять коров, обалдеть…

Больше предложений грабануть «корован» ни от кого, кроме Бомжака, не поступало.

Глава 28. Предместья

Один мой знакомый говорил, что зло в нашей жизни могут победить только деньги. Это интересное наблюдение, хотя и не безупречное с метафизической точки зрения: речь надо вести не о победе над злом, а о возможности временно от него откупиться. Но без денег зло побеждает в течение двух-трех дней, это проверенный факт.

Виктор Пелевин

— Заходите, кто любитель небывалого: умная корова у кобольда бывалого! — кричал Тошнило, завлекая зрителей на спектакль. — Познакомьтесь, братцы, с говядиной заезжею, не известно, сколько ждать придётся свежую…

Весь остаток пути до Врат Барана лучница с утра до ночи заставляла друида заниматься дрессировкой коровы. Условия были поставлены жёсткие: либо Жадина-Говядина учится исполнять цирковые номера, либо её пустят на стейки. Бомжак был в ярости, но Шлюмаша, облизывающийся Многокашиел и угрюмый Гнидодав не оставили ему выбора, пришлось использовать друидские штучки для обучения Му-у-уны Лизы.

К чести коровы, животное оказалось на удивление умным, и после «объяснений» Бомжака быстро осваивала всё новые и новые трюки. Сперва она позволила Даикину ездить на себе верхом, потом научилась играть в перекидывании мячика, героически отнятого у каких-то деревенских детишек, затем стала танцевать под унылые песни Тошнило и, наконец, по команде Шлюмаши приносила названные девушкой предметы. Для полноценного циркового представления, наверное, недостаточно, но неизбалованные бродячими труппами жители деревушек встречали их на ура. Видеть привычное домашнее животное со столь необычного ракурса было весело. Особых деньжат, к сожалению, у крестьян не водилось, но с разного рода утварью и тряпьём деревенские жители расставались охотно — инвентарь Сутенёров Конца был буквально до предела забит барахлишком. Продав его на первом же рынке в предместьях столицы, они сразу заработали не меньше стоимости двух коров, так что Виталик оказался чрезвычайно доволен. Такими темпами они через полгода накопят и на кольчугу…

— У нас есть умная корова, кобольд и прекрасная полуголая женщина!

Ну да, на обитателей огромного города одной коровой с кобольдом особо не произведёшь впечатления. А вот раздевшаяся до набедренной повязки Шлюмаша притягивала народ как магнит. Правда, пару раз возникли проблемы со стражниками, но откаты и специфические постельные чары Шлюмаши быстро уладили все недоразумения на сей счёт. Сутенёры Конца всё больше оправдывали своё новое прозвище.

После номеров с раздеванием бизнес пошёл на ура, поэтому команда искателей приключений не спешила заходить непосредственно в город, где действовали куда более строгие правила. Крышевавшие Шлюмашу и компанию стражники доходчиво донесли до новоявленных циркачей информацию о границах дозволенного. За городскими стенами проживали самые богатые купцы и ремесленники, а также разного рода знать — таких голым задом и сиськами не проймёшь, а вот нарваться на моралистов-священнослужителей проще простого. Нет, во Врата Барана следовало входить людьми состоятельными, иначе с тобой не захотят иметь дел. Так что Сутенёры Конца неспешно обследовали предместья легендарного города, давая при каждом удобном случае всё более похабные представления.

У каждого района имелись свои особенности.

Столица Срединных Земель располагалась на левом берегу широкой реки, текущей с севера на юг континента. Судоходство составляло важную часть жизни города, а потому вдоль всего берега шли причалы, на которых почти круглосуточно шла погрузка и разгрузка торговых судов. Из-за огромной загруженности портовой инфраструктуры лодочки обычных рыбаков в город давно не пускали, а потому те заселили южную и северную часть предместий — единственные места, где они могли заниматься своим бесхитростным промыслом. Эти районы представляли собой довольно жалкое зрелище: все берега были буквально усеяны лодками, грудами гниющей на солнце рыбы, которая хоть и продавалась достаточно быстро, но успевала привлечь сумасшедшее количество чаек, бродячих котов и, конечно же, мух. Виталик, даже сидя за компом, ощущал невероятную вонь прибрежных районов предместья, а потому стремился здесь не задерживаться. В местных питейных заведениях был, наверное, самый дешёвый в игре алкоголь, в остальном же ловить среди рыбаков было нечего. Шлюмашу все почему-то обзывали селёдкой, лишь сильно позже Виталик понял, что так рыбаки называли всех шлюх. Женское чрево похожим образом пахнет, видишь ли. Буэ, два самых неблагоприятных района предместий.

К северо-востоку от города располагались знаменитые Бараньи Каменоломни, где добывался ракушечник — разновидность известняка, который активно использовался в жилищном строительстве. В огромных карьерах трудилась куча народу, совсем рядом куски добытой породы обрабатывали сотни каменотёсов. Этот район Виталику нравился: на их представления стягивалось много рабочих, расслаблявшихся в перерывах между сменами. Несмотря на грубые шуточки, каменотёсы были весьма благодарными зрителями, не жалевшими медяков, чтобы поглазеть на танцы Шлюмаши. У представителей этой профессии имелись деньжата, их труд в столице был очень востребован. Несколько раз куда менее обеспеченные горняки пытались унести Шлюмашу в ближайший карьер, но и Сутенёры Конца, и камнетёсы доходчиво объясняли дурачкам где их место. Это был любимый район Виталика, где его труппа стабильно и хорошо зарабатывала.

К востоку от Врат Барана лежали бесчисленные пастбища, поля и селения между ними. Практически та же сельская местность, только с невероятной плотностью населения. От одного села до другого было буквально рукой подать. Виталик часто путался, где они уже выступали, а где ещё не были. Из-за близости столицы землепашцы и скотоводы в этих местах считали себя очень важными, но по факту были даже бедней крестьян, живущих в менее густонаселённых областях континента. За каждую пядь земли между соседними сёлами шла настоящая война, пару раз Сутенёров Конца привлекали к разборкам, что дало им возможность не забывать свои бойцовские навыки, но особых денег не принесло. Спустя какое-то время Виталик стал использовать близлежащую к городу сельскую местность исключительно в промежутках между выступлениями в более состоятельных районах предместий — при частых представлениях в одном месте, сборы существенно падали, так что хочешь не хочешь, приходилось делать перерывы и передислоцироваться.

На юго-востоке была примерно такая же «деревенщина на максималках», за исключением леса, впрочем, росшего от города на весьма существенном отдалении. Там постоянно шла вырубка — жилища из камня могли позволить себе далеко не все горожане и уж точно не большинство обитателей относительно скромных предместий. Лодки, корабли, мебель — для всего этого тоже была нужна древесина. Часть брёвен сплавлялась по реке из отдалённых лесов на севере, но большая часть добывалась именно здесь. Сами лесопилки располагались у реки, южнее жалких рыбацких причальчиков, поскольку для промышленной обработки древесины активно использовались водяные колёса. Вот сюда имело смысл наведываться: распиловщики, столяры, плотники и другие мастера работы по дереву явно не бедствовали, а потому охотно тратили деньги на развлечения. Наш клиент.

Практически вплотную к окружающим город стенам жались домики мелких купцов и ремесленников, разного рода обслуги, наёмных работников — в общем, здесь была сосредоточена едва ли не основная часть населения. Слишком бедного, чтобы позволить себе жильё внутри городских стен, но совершенно необходимого, чтобы сделать город центром цивилизации. По мнению Виталика, то были настоящие трущобы: казалось, что все дома стремятся прижаться как можно ближе к воротам. Над узенькими улицами нависали четырёх-пятиэтажные здания, причём этажи громоздились над друг другом таким образом, что крыши домов буквально смыкались. Разработчики игры заботливо прорисовали выливаемые на улочки нечистоты, груды мусора и прочие прелести жизни без канализации и услуг ЖКХ. Бр-р-р! Виталику даже захотелось помыться, но тратить время на гигиенические процедуры было недостойно великого геймера. Представления обычно давали на небольших площадях или в тавернах — чего-чего, а последних здесь было в избытке. У большинства жителей не было печей в доме, поэтому перебивались местным «фастфудом», в основном пирогами. В тавернах пили, обсуждали сплетни и развлекались — ну где же ещё следовало давать представления? Му-у-уну Лизу в заведения быстрого питания, конечно, никто не пускал, но на полуголую лучницу глазели охотно. Правда, приходилось всегда иметь для охраны пару ребят, драки между перебравшими гражданами были явлением рядовым. В общем, хуже, чем на каменоломнях или на лесопилках, но зарабатывать можно было и здесь.

Шлюмаша крутила задом, кобольд и Му-у-уна Лиза развлекали женщин и детишек, Рыжебород подсчитывал денежки, остальные Сутенёры Конца регулярно разминали свои кулаки. На несколько кольчуг они накопили. А также на пару топориков, копий, булав. Крайне примитивное оружие и броня, по сравнению с отобранным недоросликами снаряжением, но навалять врагам их банда могла. Пора было решать вторую проблему. Искать на чёрном рынке драконьи яйца.

* * *

Чёрный рынок. Он есть в любом крупном городе, а уж в предместьях Врат Барана таких было несколько.

На одном торговали «святыми мощами, реликвиями и прощением всех грехов», хотя казалось очевидным, что подозрительные торгаши не имеют никакого отношения к религиозным культам Срединных Земель. Из всех вещей чем-то подлинным могла быть лишь кровь бедных девственниц, впрочем, с тем же успехом красная жидкость могла оказаться кровью скота, по совершенно случайному совпадению забитого буквально через дорогу. В любом случае Виталик на местные божества не надеялся, поэтому, побродив немного между прилавков, он посоветовал голосистым торговцам святостью поцеловать его персонажа в зад, после чего поспешно ретировался. Продавцы божественных даров, как известно, сомнений насчёт своих товаров не любят.

Другой рынок мог похвастаться «магическими предметами, волшебными ингредиентами и свитками древних чар». Казалось бы, где как не здесь можно купить яйца дракона? Но нет, Виталик сразу понял, что это очередной разводняк. Жезлы легендарных магов по цене коровы не продаются. Как не продают за гроши зачарованные кольца, серьги и прочую бижутерию. Свитками с чарами можно было разве что зад подтереть, магии там было не больше, чем в битвах экстрасенсов по телевизору.

А вот третий рынок был действительно интересен. Несмотря на то что рабство в Срединных Землях было запрещено, работорговля процветала почти под самым носом у здешних властителей. В основном торговали девицами, но были там и мужчины, в первую очередь орки, чья недюжинная сила использовалась для грубого физического труда. Шлюмаша также заметила пару темнокожих эльфов, несколько недоросликов и даже одного гнома — Рыжебород шепнул ей, что этих берут в качестве шутов, артистов, учителей, счетоводов. На Шлюмашу работорговцы смотрели весьма хмурым взглядом, видя в ней скорее товар, нежели покупателя. Она толкнула Рыжеборода под бок:

— Надо убираться отсюда…

Всегда осторожничающий гном на сей раз, однако, уходить не спешил:

— Боюсь, именно здесь мы можем достать то, что нам нужно.

— Но здесь же только рабы…

— Шлюмаша, — Рыжебород печально усмехнулся, — здесь, в отличие от остальных чёрных рынков, торгуют настоящим товаром. Здесь совершаются серьёзные сделки между серьёзными личностями, а не втюхивается бесполезное барахло. Я понимаю, торговля орками и людьми выглядит весьма мерзко, работорговля мерзкое дело и есть, однако именно в таких местах и можно получить что-то нужное, даже если это что-то совсем вне закона. Работорговцы ориентируются на имеющийся спрос, а не создают спрос искусственно в расчёте на наивность доверчивых граждан. Держу пари, мы купим драконьи яйца, надо только найти нужного продавца.

Смотря на ублюдочные лица торговцев чужой свободы, Шлюмаша по-прежнему выражала крайнюю степень неодобрения. Сопровождавшие её с гномом Многокашиел, Долбодор и Гнидодав пока что помалкивали. Их задачей было стеречь кошелёк Рыжеборода, а не выносить моральных суждений. Остальные Сутенёры Конца ожидали неподалёку от рынка, ибо большая толпа в таких сомнительных местах не приветствовалась.

— Слушай! Хороший сильный орк покупать, да? — орк-работорговец беззастенчиво продавал своего зеленокожего соотечественника. — Может таскать тяжёлый предмет, охранять хозяин, пахать поле. Десять серебряных всего, даром почти отдаю! Покупать, да?

«Как пять коров стоит», — невольно подсчитал Виталик. — «Блин, такими темпами я скоро всё в пересчёте на коров оценивать буду… Эх, грабежи ″корованов″ до добра не доводят».

— Нет, спасибо, но нам нужны драконьи яйца, а не рабы, — отмахнулась от навязчивого орка Шлюмаша. — Яйца для драконоборцев, понимаешь?

Работорговец с серьёзным видом кивнул:

— Яйца, да. Хороший яйца у орка, стальные яйца, ага! Орк с яйцами покупать?

Шлюмаша всплеснула руками:

— Да нет же, яйца драконов нам нужны. Дра-ко-нов, — по слогам произнесла лучница. — Мужских яиц у нас и так две дюжины. Драконьи нужны.

Лицо торгаша помрачнело:

— Продавать рабы здесь, не яйца! Рабы с яйцами, глупый девка! Если не покупать, то проваливай!

Виталик вздохнул, неужели его первый орк с отрицательным интеллектом казался окружающим таким же дегенератом? Может, не зря «печенег» пристрелил тогда эту ошибку природы?

— Следи за языком, орчара! А то лишишься своих яиц драгоценных. Будет тут мне ещё…

— Шлюмаша, пойдём, — подтолкнул её Рыжебород. — Чего ты с ним препираешься? Ясно же, что не знает он ничего.

Лучница фыркнула и собралась было идти дальше, но услышавший её имя работорговец начал глумиться:

— Аха-ха-ха, Шлюмаша — три гроша и будет ваша! Шлюмаша — не любит лаваша. Шлюмаша — растеряша, дома голову забываша! Шлюмашка — какашка, тупая мордашка! Шлю…

«Не, ну он сам напросился», — Виталик закатал рукава. — «Я тебе сейчас покажу Шлюмашу — яйца отрывашу».

Поскольку стрелять из лука на тесном рынке было проблематично, Шлюмаша просто схватила первый попавшийся под руку предмет и швырнула его в наглого орка.

«Получи, фашист, гранату от советского солдата!» — ликующе произнёс про себя Виталик, когда оказавшийся кандалами предмет угодил зеленокожему грубияну прямо в голову. — «Будешь знать, как обижать девочек!»

Работорговец от шока потерял равновесие и с грохотом свалился с помоста, на котором теснился он сам и его живые товары. Послышалась ругань.

— Кажется, пора делать ноги… — Рыжебород совсем не обрадовался критическому попаданию своей спутницы. — С этими ребятами шутки плохи.

Все присутствующие на рынке покупатели, продавцы и рабы уставились на Шлюмашу.

— Упс, — кокетливо пожала плечиками лучница.

— Моя твоя в рот… — упавший орк наконец-то пришёл в себя, точнее, судя по его речи, впал в ярость варвара. — Ва-а-а-а-а-аргх!!!

В руках зеленокожего торговца откуда ни возьмись возникли топорики. Из вопящей пасти брызгали слюни и кровь — кандалы разбили губы и, возможно, выбили пару зубов.

— Действуем согласно плану Б? — с совершенно спокойным лицом спросил Долбодор.

— Ага, — лихо развернулся на пятках Рыжебород. — Бежим!!!

Что ж, учитывая количество обнажившихся как по команде мечей, кинжалов и других смертоносных орудий, этот план действительно казался самым разумным. Пятеро несостоявшихся покупателей драконьих яиц кинулись к выходу с рыночной площади.

Виталик яростно стучал по клавишам, выжимая из своей лучницы максимальную скорость, огибая и перепрыгивая все препятствия. В отличие от мужских персонажей, Шлюмаша не могла сметать всё на своём пути, как таран. Позади неё слышалась громкая ругань, в бока норовили ткнуть кулаком или кинжалом, от летящей в голову дубины она сумела увернуться лишь в самый последний момент. Несколько раз ей пытались поставить подножку, схватить за волосы, руки или иные, более привлекательные части тела.

Короткий спринт выдался крайне напряжённым, геймер аж пыхтел от усилий. Он ещё не знал, что это отнюдь не последняя пробежка подобного рода. Бегать на перегонки со смертью — неотъемлемая часть профессии любого искателя приключений.

— Моя Шлюмашу отъ... — орк-работорговец гнался за драконоборцами дольше всех, — …башу.

В конце концов поняв, что покинул свою территорию, разъярённый орк развернулся и поковылял обратно на рынок. Ох и устроит же он сегодня взбучку нераспроданным за день рабам! Будут знать, как посмеиваться над его позором. Даже если они и не посмеиваются, всё равно будут знать.

Что хозяина надо бояться.

Расстроенный Рыжебород весь вечер пилил Шлюмашу за слишком резкое поведение. Было ясно, что недельку-другую чёрный рынок лучше обходить стороной. Даже если отправить за покупками других членов команды, есть риск, что кого-то узнают.

У Сутенёров Конца теперь были деньги. Но оказалось, что без нужных связей на них не так просто купить нечто редкое.

А отпущенное драконоборцам время неумолимо подходило к концу.

Глава 29. Спасать мир?

С плохой репутацией жить легче, чем с хорошей, ибо хорошую репутацию тяжело блюсти, нужно всё время быть на высоте — ведь любой срыв равносилен преступлению. При плохой репутации срывы простительны.

Альбер Камю

Представление шло крайне вяло.

Сказать по правде, Виталику уже порядком надоело совершать однотипные действия, чтобы заработать денег или прокачать персонажа. Почти как в реальной жизни: каждый день всё одно и то же. В игре, конечно, заработок шёл быстрее, и не надо было тратить девяносто процентов доходов на еду и квартплату, но всё равно процесс был явно затянутым. В этом отношении российские Врата Барана больше напоминали корейские гриндилки с их бесконечным беганьем по кругу за монстрами, чем куда более динамичные западные игрушки. В какой-то степени оно и понятно, страна давно взяла ориентацию на Восток, вот только непонятно, почему нельзя было скопировать что-нибудь позитивное? Что это, попытка приручить игроков к занудному ежедневному труду в офисе? Русской душе нужен простор для манёвра, поймите же вы это уже наконец!

Шлюмаша с отстранённым лицом вертела задом, трясла сиськами и произносила давно заученные фразы для соблазнения. Кобольд лениво поигрывал с Му-у-уной Лизой в футбол, Рыжебород без особого напряга показывал силовые трюки, остальные Сутенёры Конца тихо дремали в сторонке. Народу сегодня собралось мало, большинство зевак уже хоть раз видели стриптиз-шоу, а потому на серьёзный гонорар можно было не рассчитывать. Тоска зелёная, да и только.

Вечерело, солнце медленно опускалось к городским стенам, высившимся в конце узкой улочки. В трущобах, где выступала команда Шлюмаши, и днём-то всегда было сумрачно из-за почти сомкнутых крыш, а уж поздним вечером и ночью хоть глаз вырви. Фонари в бедных предместьях были роскошью, поэтому немногочисленный люд начал быстренько расходиться, чтобы успеть вернуться домой до заката.

Лучница взглянула на своих спутников:

— Пора и нам завязывать на сегодня. Эй, Тошнило, сколько мы бабок подняли?

Сутенёры уже привыкли к странному сленгу сэра Витальевича и бой-бабы Шлюмаши, а потому понимали, о чём идёт речь.

— Шестнадцать медяков. Маловато, — пересчитал деньги бард. В их компании только он, Рыжебород и сама Шлюмаша умели считать после десяти.

Хотя нет, Маразматис тоже мог оперировать двухзначными цифрами, но он почти сразу забывал подсчитанный результат. Ох уж этот волшебник. Вместе с Криворучкиным и Косоглазом они постоянно конкурировали за звание самого бесполезного члена банды.

— Да уж, обесцениваются сиськи, однако, — кисло ухмыльнулась Шлюмаша. — Больше не будем здесь выступать.

Сутенёры Конца принялись сворачивать импровизированную сценку. Настроение у всех было скверное.

— Может, нам, и правда, стоит на драконов чутка поохотиться? — предложил вдруг кобольд. — Даикин знает повадки драконов, Даикин драконов найдёт.

Остальные драконоборцы подозрительно уставились на товарища.

— Ты наше снаряжение видел, собака сутулая? — ответил за всех мудрый гном. — Мы только твоих сородичей можем, если что, погонять. Любой взрослый дракон сожрёт всю команду, даже не поперхнётся. Не, яйца нужны. Завтра-послезавтра надо будет снова на тот чёрный рынок наведаться, это наш единственный шанс.

«Странная какая-то основная сюжетная линия», — в очередной раз подумал Виталик. — «Надо мочить драконов, а сил для этого нет. Как будто мы пропустили чего-то. Может, не надо было команду Брылемира тогда добивать? Да ну, бред какой-то…»

В любом случае, что сделано, то сделано. Не сносить же полностью Врата Барана с компа, чтобы с чистого листа начать приключения? Нет, лучше уж такая свобода действий, пускай трижды нудная, чем банальный сюжет с убийством драконов. Таков путь самурая.

Нечто огромное промелькнуло над крышами трущоб, закрыв на мгновение узкую полоску света от заходящего солнца.

Сутенёры переглянулись:

— Вы это видели? — почесал ирокез Рыжебород. — Это же, это…

— ДРАКОН!!! — кто-то истошно завопил в конце улицы. — ЭТО ДРАКОН!

— Да быть такого не может, — скривился Гнидодав, но на всякий случай перехватил копьё поудобнее. — Мы же их всех задушили…

Над их головами мелькнула ещё одна тень. Затем ещё две.

— Твою… — все драконоборцы застыли с открытыми ртами.

— ЦЕЛАЯ СТАЯ ДРАКОНОВ! СПАСАЙСЯ КТО МОЖЕТ! — жители предместий оказались посообразительней специально обученных охотников на драконов. — А-А-А-А-А!!!

Поднявшийся в отдалении дым красноречиво говорил, что запахло жареным. Нужно было срочно что-то делать, но что?

— Охотиться на драконов? — предложил наивный кобольд.

— Бежать на хрен! — принял куда более разумное решение гном.

— Му-у-у-у! — подтвердила предложение Рыжеборода корова.

— Угу, — согласилась Шлюмаша. — Даикин, седлай Муну Лизу и скачи к каменоломням! Вы все, тоже туда. Бегом! Постараемся укрыться в карьерах.

Оглушительный рёв прямо над ними дал сигнал к старту. Все сорвались с места и побежали. Лишь Маразматис остался стоять, недоумённо почёсывая свою плешивую голову:

— Простите, я забыл, разве мы не должны спасать мир?

Ответом ему стала всеобщая паника.

* * *

Лучница маневрировала между мечущимися в ужасе жителями, почти сразу потеряв из виду остальных Сутенёров Конца. Из-за воплей и толкотни сориентироваться в узких улочках предместий было непросто.

Всюду люди, всюду закрывающие небо крыши домов, всюду поднимающийся в это самое небо дым. Над головой Шлюмаши метались гигантские тени, она больше не могла вести счёт летающим тварям.

Стая. На столицу Срединных Земель действительно налетела целая стая драконов. Интересно, успели ли настоящие охотники на драконов вернуться с Восточной гряды после охоты на недоросликов?

Судя по полному отсутствию сопротивления, героев в предместьях главного города не было.

Шлюмаша грубо оттолкнула какого-то особо неповоротливого типа, никак не желавшего уступить ей дорогу. Мимоходом глянула вверх. Как раз вовремя, ибо прямо над ней на крышу дома приземлился дракон.

«Какой большой!» — восхищённо ахнул Виталик, оценив размер ящерицы.

Огромный дракон в два счёта разодрал своими когтищами крышу. Во все стороны брызнула черепица.

«Кажется, сейчас станет жарко», — геймер снова начал бешено жмякать по клавишам.

У лучницы открылось второе дыхание, со скоростью хорошего спринтера Шлюмаша устремилась прочь из убийственного лабиринта кривых узких улочек.

Раздербанивший крышу дракон издал страшный вопль. Вытянул длинную шею… И стал поливать всё огнём.

«Мамочка!» — мчась наперегонки с изливающейся на соседние дома струёй пламени, мысленно взмолился Виталик. — «Беги, Шлюмаша, беги!»

Лучница перепрыгнула через чьё-то тело, нырнула под перегородившую дорогу балку. Треск горящего дерева и рёв дракона теперь полностью заглушали все причитания местных жителей.

Виталик выжимал из своего персонажа максимум скорости. Он понимал, что любое промедление означает верную смерть. Шлюмаша больше не пыталась обежать мешавшихся под ногами обывателей, работая локтями и кулаками. На вежливость не было времени, пламя буквально лизало ей пятки!

Прыжок, удар, наклон, небольшой поворот — все доступные ей движения, которые можно было совершать для избегания столкновений. От кувырков и прочих кульбитов пришлось отказаться — всё это было красиво в кино, но отнимало драгоценные секунды.

Прочь. Бежать как можно быстрее и дальше от этого гиблого места.

За спиной сверкающей пятками Шлюмаши развернулся настоящий ад. Всё рушилось и горело, но по отсветам на стенах домов Виталик понял, что наконец отрывается. Только сейчас он осознал, что бешеный бег от дракона продлился не больше пары минут реального времени, но за этот короткий промежуток он весь вспотел — такова была его концентрация. Да, игры — это вам не спортивные состязания, здесь приходится выкладываться на все сто сорок шесть процентов, причём без всякого допинга.

Оглянувшись через плечо, Шлюмаша увидела, как дракон грациозно расправляет крылья на фоне полностью разорённых предместий. Демонстративно застыв на несколько секунд в пафосной позе, чешуйчатый монстр захлопал крыльями, взмывая в окрашенное сполохами огня вечернее небо.

«Разработчики явно пересмотрели Игру Престолов», — ухмыльнулся Виталик, постепенно отходя от чудовищной гонки. — «Последние два сезона — говно!»

Действие адреналина заканчивалось, наступала приятная эйфория. Его персонаж снова выжил! Приключение продолжается! Уже стал виден край плотно застроенной части предместий, дальше бежать и ориентироваться будет легче.

Правда, и прятаться на открытой местности станет негде. Надо, надо скорее укрыться в каком-нибудь глубоком закрытом карьере.

Каменоломни, вот шанс.

* * *

Город и жавшиеся к стенам предместья пылали. Шлюмаша то и дело оглядывалась, пытаясь оценить масштаб бедствия, но густой чёрный дым сильно сокращал ей обзор. Солнце скрылось за дымовой завесой, оставляя тысячи бегущих из города жителей в неведении относительно судьбы их домов, родных, близких… Настоящая катастрофа.

— Прости нас, Картер, мы всё просрали, — пробормотал бежавший рядом с лучницей Рыжебород, которого она случайно встретила в поле. — Но кто ж мог представить, что драконы всем скопом на нас налетят?

«Кто-кто, дед Пихто», — проворчал Виталик, но написал куда более прагматичное:

— Кто на столицу их натравил, тот и представлял, — ему всё меньше верилось в случайность всех происшествий с драконами. — Держу пари, всё это так или иначе связано с графом Блевонским. Вернее, его якобы придворными чародеями.

Гном посмотрел на лучницу с большим подозрением:

— Ты правда так считаешь?

Шлюмаша щёлкнула ногтем по зубу:

— Зуб даю!

Рыжебород одобрительно крякнул:

— Молодец, как настоящий мужик говоришь.

Неизвестно, как оценила бы заявление гнома девушка, но Виталик воспринял фразу как комплимент. Ну а что, он же настоящий мужик, правильно?

Людей вокруг постепенно становилось всё меньше. Народ в полной растерянности разбредался в разные стороны, но большей частью валил по главному торговому пути на восток. Обывателям казалось, что главное — оказаться как можно дальше от подвергшегося нападению города, а то, что дальше — не значит безопаснее, понимали немногие. Для драконов большие расстояния не помеха. От них может спасти лишь надёжное укрытие где-нибудь глубоко под землёй. Однако, чем дальше от города, тем лишь безлюднее становилась дорога к каменоломням.

Вскоре они увидели еле плетущуюся впереди Му-у-уну Лизу — коровка явно выбилась из сил и совершенно не реагировала на уговоры тянущего её за верёвку кобольда. Увидев приближающихся товарищей, отчаявшийся Даикин страшно обрадовался, запрыгал и стал махать им руками:

— Шлюмаша! Рыжебород! Как же я рад…

— Угомонись, собака сутулая, не скачи! — шикнул на кобольда Рыжебород, помня уроки о повадках драконов. Летающие твари обладали превосходным зрением и особенно их привлекали резкие движения на земле. Пока вокруг беспорядочно носилась куча народу, можно было об этом не беспокоиться, но теперь, когда на дороге они остались одни… — Хватит руками размахивать, видим мы тебя, видим!

Увы, пролетавший мимо дракон тоже заметил Даикина. Маленький тощий кобольд был мало интересен огнедышащему созданию, а вот корова показалась твари весьма аппетитной.

— Му-у-у-у-у! — жалобно взвыла коровка, когда спикировавший из-под тёмных туч хищник схватил добычу большими когтищами. — Му-у-у… — мычание и звук хлопающих крыльев быстро затихали в отдалении.

Рыжебород и Даикин в бессилии схватились за головы, считая, что для коровки всё кончено.

Не поддавшись шоковому состоянию двух товарищей, Шлюмаша хладнокровно проследила направление полёта дракона:

— Не вешать нос раньше времени! — попыталась приободрить друзей лучница. — Он отнёс Муну Лизу в ближайший открытый карьер. Нам по пути, го!

Слово «го» кобольд и гном поняли. А вот как они будут спасать корову, никто понятия не имел. Ведь долгосрочное — да какое там долгосрочное, любое — планирование для слабаков. Настоящие герои всегда на месте найдут выход из любой ситуации, правильно?

Правильно?!

Да ну вас, зануды…

Глава 30. Свидетели

В минуту, когда к нашему поведению кто-то приглядывается, мы волей-неволей приспосабливаемся к наблюдающим за нами глазам и уже всё, что бы мы ни делали, перестаёт быть правдой. Иметь зрителей, думать о зрителях — значит жить во лжи.

Милан Кундера

Встретив по пути Тошнило, Онанистуса, Косоглаза и Криворучкина, половина команды драконоборцев осторожно подбиралась к давно выработанному карьеру, в котором решил поужинать укравший их корову дракон. Несмотря на первоначальную браваду Шлюмаши, отсутствие плана спасения Му-у-уны Лизы всё больше довлело над горе-охотниками. Все понимали, что даже полным составом их шансы в битве с драконом стремились к нулю, что уж говорить про половину отряда? Разве что получится рассмешить гигантского змея…

Бегущий впереди остальных Даикин первым добрался до края карьера, внимательно осмотрелся. После чего сел с грустным видом, уперев голову в руки. Его плечи заметно подрагивали. Подойдя к кобольду, Шлюмаша поняла, что он плачет.

— Муна Лиза…

Даикин покачал головой. Лучница печально вздохнула:

— Вот же сволочь!

Плохо осознавая, что делает, Шлюмаша достала лук, натянула тетиву, взяла на изготовку стрелу. Медленно высунулась из-за широкого края выработки.

Свернувшись клубочком, довольный дракон лежал прямо в центре карьера. Раздутый живот не оставлял ни малейших сомнений, куда пропала корова. Ноздри твари через равные промежутки времени выдыхали клубящийся пар. Похоже, наевшаяся змеюка дремала.

Шлюмаша оскалилась:

— Сейчас я тебе поперевариваю пищу, гадюка…

Тяжёлая рука гнома легла лучнице на плечо:

— Не надо, Шлюмаша. Не делай глупостей, Муну Лизу ты этим уже не спасёшь. Только всех нас погубишь.

Виталик прекрасно понимал, что Рыжебород снова прав, но руки так и чесались сделать хоть что-нибудь. Ради мести, ради восстановления справедливости. Ради чести! Он, конечно, тот ещё герой, но…

— А это ещё, что за хрен? — напрягся вдруг гном. — Вон там, видишь?

Приглядевшись, лучница заметила спускающуюся с противоположного края карьера фигуру. Человек плавно парил в метре от земли, приближаясь к дракону. Вокруг него сиял ареол холодного синего пламени. Это явно был маг.

В отличие от Рыжеборода и Шлюмаши, геймер прекрасно знал, кто перед ними. Мраз — главный колдун в замке графа. У его прошлого персонажа-недорослика была возможность ощутить на своей шкуре мощь этого чернокнижника. Что ж, случись дракону и магу сразиться один на один, Виталик бы трижды подумал, на кого сделать ставку. Мраз действительно был чертовски силён.

Подлетев к дракону, могучий волшебник принялся махать на огромную змеюку руками, словно отгоняя кота:

— Чего разлёгся?! Кыш, кыш отсюда! Лети палить город, кому говорю!

Очнувшийся от дрёмы дракон громко фыркнул, обдав Мраза дымом. Маг не обратил на поднявшийся от соприкосновения с его аурой пар никакого внимания.

— Я те щас дам! Кыш! Ишь, лежит, отдыхает.

Дракон угрожающе зарычал, но в следующий миг из земли материализовался гигантский кулак, ударивший в пузо твари. Не самую маленькую тушу дракона подбросило в воздух, будто тряпичную куклу.

Ящер испуганно взвизгнул, неуклюже забил по воздуху крыльями, завертелся. Из ладоней Мраза вырвались две длинные сосульки, каждая почти в человеческий рост, разбившись о морду вконец потерявшего ориентацию змея.

Похоже, дракон был чернокнижнику не соперник. Каким-то образом огнедышащий ящер почувствовал превосходство противника, а потому не стал даже пытаться обдавать волшебника струёй пламени, бить когтями, хвостом или иными частями казавшегося сейчас таким хрупким тела. Спасовав перед воистину нечеловеческой волей, дракон поспешно ретировался, пролетев буквально в паре метров над головами прижавшихся к земле Шлюмаши и Рыжеборода.

Мраз погрозил ему вслед кулаком:

— Совсем от рук отбились! Погодите, скоро получите от меня!

К счастью для прячущейся за кромкой карьера компании, чародей не заметил свидетелей. Отвернувшись, маг начал неспешный полёт к тому месту, откуда столь чудесным образом прибыл.

Шлюмаша толкнула в бок гнома:

— Ну, я же говорила, что здесь замешан Блевонский и его маги! Это Мраз, он у них главный. Только не спрашивай, откуда я это знаю.

Рыжебород выглядел крайне растерянным. Подползшие к ним остальные члены команды выглядели не менее ошарашенными:

— Что за чертовщина здесь происходит? — шепнул Тошнило.

— Шлюмаша говорит, что это какая-то мразь, — как обычно, услышал что-то своё Криворучкин.

— Не мразь, а Мраз, — поправил его Онанистус.

— А ведь и правда, я видел этого мужика в замке графа, — прищурился Косоглаз.

— Я тоже знаю этого мага, — прошептал с другой стороны от Шлюмаши Даикин. — Это его трусы я украл! Надо вернуть их, ага?

Шлюмаша шикнула на товарищей:

— Тихо вы! Видали, как он взашей дракона прогнал? От нас мокрого места вообще не останется, если на глаза ему попадёмся. Даикин, угомонись со своими трусами, я тебе сто раз говорила, что нижнее бельё — вещь деликатная! Не надо никому ничего возвращать.

Глядя на удаляющуюся фигуру волшебника, зоркая лучница уловила как минимум ещё один силуэт. Судя по всему, всадника.

— Там стоят какие-то люди. Разделимся. Косоглаз, Онанистус и Криворучкин, заходите слева. Рыжебород и Даикин, мы обойдём карьер с другой стороны. Постарайтесь подкрасться к магу и его спутникам, только не подходите слишком близко! Всего лишь краем уха подслушать, о чём они говорят, на большее не рассчитываем. Все поняли? Лишний раз не рискуем, го!

Разделение и без того располовиненного отряда имело вполне практический смысл. Зная таланты Косоглаза и Криворучкина, можно было не сомневаться, что они вляпаются в какие-то неприятности. Без обузы шансы лучницы, кобольда и гнома на успешный шпионаж существенно возрастали. Да, иногда меньше значит лучше. Играй Виталик за специализирующегося на скрытности персонажа, он бы вообще пошёл в разведку один. Ну а так приходилось рассчитывать на способности юркого кобольда и советы мудрого гнома.

Обходили карьер они крайне медленно.

К тому времени, когда они добрались до места, на землю опустилась кромешная тьма. Небо заволокло чёрным дымом, лишь далеко позади вспыхивали красные сполохи, свидетельствующие о непрекращающемся разорении города. Темнота облегчала подкрадывание, так что им удалось подобраться даже ближе, чем Шлюмаша надеялась. Хотя и не настолько, чтобы разглядеть все детали или слышать подробности разговора.

Стараясь не делать резких движений, лучница раздвинула колючие ветки кустарника. Более тяжеловесного гнома она оставила позади, кобольд, будучи самым ловким в отряде, притаился за камнем примерно в пятнадцати метрах перед лучницей. Теперь оставалось только смотреть, слушать и ждать.

Некоторых спутников Мраза, а их действительно оказалось сразу несколько, Виталик узнал без труда. На лошади восседал барон Мангор, рядом с ним стоял граф Блевонский и — кто бы вы подумали? — инструктор Картер. И граф, и недорослик казались неподвижными куклами, на их фарфоровых лицах лишь изредка отражались далёкие сполохи. Позади неспешно занимались какими-то загадочными приготовлениями ещё с десяток людей, их лица были закрыты глубокими тёмными капюшонами. Виталику было сложно понять, кто они и что делают, поэтому пока он решил называть их просто массовкой.

Мраз тихо беседовал о чём-то с бароном, до лучницы долетали лишь отдельные обрывки их разговора:

— …Королевская цитадель ещё держится… Четверых драконов уже потеряли… Много магов… — говорил в основном Мраз.

— …Ждём… Вмешаемся, в самый последний момент… Своих не жалеем… — отрывистая речь барона Мангора больше походила на боевые команды.

— …Братья готовы… — сказал кто-то из людей в капюшонах.

— …Вороны… демоны… некромантия… — принялся наставлять «массовку» Мраз.

Засевший впереди Даикин показал Шлюмаше странный жест, артикулируя при этом нечто очень эмоциональное. Лучница в долгу не осталась, продемонстрировав на правой руке поднятый средний палец. Кажется, кобольд намёк понял, успокоившись и принявшись слушать дальше.

— Пора, — строго отчеканил Мангор. — Покажите им, кто здесь сила.

— Слушаюсь, мой повелитель, — повернувшись вполоборота, Мраз отвесил барону лёгкий поклон. — Братья мои, пора спасать это жалкое королевство! — обратился он к своим приспешникам в рясах. — Вперёд!

Могучий чернокнижник развернулся и шагнул к краю карьера. Взмахнул руками, плавно превратившимися в огромные чёрные крылья, после чего резко взмыл в воздух.

Вслед за ним в небо устремился десяток гигантских воронов. На земле остались лишь барон Мангор, граф, недорослик и сброшенная колдунами одежда. Виталик хотел было подать знак кобольду и Рыжебороду об отходе назад, но внезапно ему показали анимированную заставку. Первую подобную заставку в игре, если не считать занудного вступительного ролика про драконов.

Геймер откинулся в кресле и со смачным хлопком открыл пачку чипсов. Наконец-то можно было расслабиться и насладиться эпическим зрелищем. Битва в небесах над пылающим городом обещала стать воистину жаркой.

* * *

Голова дракона безвольно свесилась с крыши. Огромная туша змея распласталась сразу на трёх домиках, проломив собой черепицу и часть балок. Сломанные в нескольких местах крылья лежали под неестественным углом, а хвост застрял где-то в недрах разрушенного при падении здания. Охвативший город пожар уже начал подбираться к трём домам, ставшим могилой дракона, но обычный огонь едва ли мог повредить огнедышащей твари. Казалось, что труп дракона переживёт и город, и немногих уцелевших защитников, сражающихся за последнюю уцелевшую цитадель. Свет колдовских огней отражался на чешуе змея даже на весьма существенном расстоянии — до королевской цитадели от этого места простирался целый квартал. Городской квартал, от которого скоро останутся одни головешки.

Внезапно, стая неестественно больших воронов вынырнула из затянутого дымом неба — птицы казались черней самой ночи. Спикировав на тушу дракона, вороны принялись клевать раны поверженной твари, а две птицы уселись на голову ящера и стали пожирать глаза змея. Огромные клювы рвали плоть не хуже клещей. Весьма необычное пиршество.

Затем, словно по неслышной команде, стая взметнулась в воздух. На спину дракона приземлилось человекоподобное существо, с чёрными крыльями вместо рук и столь же чёрной головой ворона. Получеловек поднял над собой крылья-руки, несколько раз что-то каркнул, а затем резко опустился на одно колено, накрыв себя крыльями, словно коконом. Сквозь чёрные перья пробивался ярко-синий колдовской свет.

По телу мёртвого дракона прошла мелкая дрожь. Перепончатые крылья дёрнулись, раз, другой, третий. На месте выклеванных воронами глаз начал разгораться голубой огонёк.

Удовлетворённый колдун — Виталик, конечно же, не мог не узнать в человекоподобной твари Мраза — прошептал ещё несколько заклинаний, затем поднялся, расправил свои руки-крылья и взмыл в небо. Как раз вовремя, ибо тело дракона забилось в конвульсиях: переломанные крылья стали срастаться и совершать сначала робкие, а потом всё более уверенные взмахи. Раны, которые клевали вороны, заросли толстой коркой. Длинная шея ящера напряглась, мотая голову из стороны в сторону, круша ей остатки домов, словно гирей. Синее пламя на месте глаз разгоралось с каждой секундой всё ярче.

Наконец, ожившая тварь если и не пришла в себя, то каким-то образом обрела подобие сознания. Доломав головой, крыльями и хвостом остатки строений, дракон заревел, исторгая из своих глубин холодный колдовской огонь, обжигающий сильнее огня естественного. Превращённая в нежить тварь начала медленно брать разбег по узкой разрушенной улице, круша на своём пути все преграды. Движения дракона-нежити казались неуклюжими, как будто он заново учился управлять своим телом. Криво сросшиеся в нескольких местах крылья некоторое время безуспешно молотили по воздуху, пока где-то с четвёртой-пятой попытки дракон не сумел поднять своё грузное тело в воздух. Издавая дикие вопли, нежить устремилась навстречу своим несчастным собратьям — она обязательно излечит их от той ужасной болезни, которую все зовут жизнью.

Стая воронов приземлилась на главной городской площади. Пожалуй, сейчас это был один из немногих островков спокойствия в городе. Ратуша и другие окружающие площадь здания полыхали, но здесь, в самом центре, гореть было попросту нечему.

Вороны расселись вдоль воображаемой окружности, примерно пять метров в диаметре и принялись с остервенением клевать землю. Вернее, именно так сперва показалось — когда камера приблизилась к странным птицам, стало видно, что вороны не клюют, а орошают камни капающей из их клювов кровью. И не просто орошают, а рисуют на земле большой круг. Затем несколько воронов запрыгнули внутрь круга и прочертили пять идеально выверенных линий. Вновь отдалившаяся камера продемонстрировала взору игрока пентаграмму. Выглядело эпично, жутковато, но уж больно банально — по крайней мере, с точки зрения намётанного взгляда Виталика.

«Ой, ну вообще, демона будут сейчас вызывать! Подумаешь, тоже мне. Обосраться, что ли, я теперь должен от страха или восхищения? Махач давай, кровищу там, кишки всякие», — угодить бывалому геймеру зачастую не проще, чем избалованной мужским вниманием девушке. Всё-то им подумаешь, всё-то они видели, всё-то знают. Сами, правда, ничего сделать не могут, но на сей счёт лучше не заикаться.

В центр пентаграммы грациозно приземлился Мраз — из-за этой трансформированной, наполовину человечьей, наполовину птичьей формы Виталик уже успел окрестить его Чудом в перьях. «Чудо» взмахнуло крыльями, и нарисованная на камнях кровь воспламенилась фиолетовым пламенем. Голова чернокнижника вновь стала человеческой, Мраз заунывным голосом начал призывать демона:

— О Владыка Бездн, повелевающий тысячью легионов душ, явись в наш мир, дабы вкусить кровь существ древних!

«Ну, я же говорил», — Виталик с хрустом зажевал крупный ломтик из своей пачки чипсов. — «Дракона-нежить сплагиатили из Игры Престолов. Вызов демона посредством пентаграммы… Разработчики, хоть чем-нибудь меня удивите, ага? Кто писал вам сценарий? Покажите мне этого бездарного автора банальных идей! Никакой фантазии, ничего самостоятельно придумать не можете, только всё импортозамещаете, то есть пиз…»

Стоявшие по краям пентаграммы вороны резко подняли головы и стали издавать страшный крик: нечто среднее между карканьем и чудовищным воплем боли. Из их глоток как из рога изобилия брызнули фонтаны крови, вырвались стаи жуков и личинок. Казалось невероятным, что в таких, пусть и больших, птицах может содержаться столько крови и насекомых — это могла быть или непроработанная физика, или глотки воронов стали порталами в иные миры. В любом случае неожиданный поворот пришёлся по вкусу Виталику, новая порция чипсов отправилась в рот без едких замечаний по поводу разработчиков.

Изо рта Мраза не вырывалось ничего, кроме заунывных призывов, но вот из-под его мантии вылезали целые полчища насекомых. Через несколько минут на месте пентаграммы возник холм из кишащей насекомыми и личинками массы. Личинки впитывали кровь, разбухали и трансформировались во всё новых жуков. Насекомые, в свою очередь, вцеплялись друг в друга, сливались, образовывая разнообразные биомассы. Куча всё росла и росла, постепенно принимая очертания огромной твари с двумя ногами, руками и крыльями. А также головой, почему-то не с двумя, как у нормального чёрта, а с десятком рогов, растущих вместо волос.

Стоявший на самой макушке демона Мраз был вынужден покинуть насиженное гнёздышко и взмыть в воздух. Остальные вороны-маги последовали примеру своего предводителя, оставив демона дособирать своё тело из насекомых, ещё не успевших влиться в одно огромное целое.

Виталик оценил сцену на троечку. Интереснее, чем дракон-нежить, но до более высокого бала недотянули: нужно было больше жертв, кровищи, страдашек.

«Надо будет написать где-нибудь в комментариях к игре свои умные мысли — может, в следующий раз доведут проект до ума. Эх, разработчики, разработчики. Не хватает вам энтузиазма и страсти! Не вкладываете вы в проект свою душу, только денег хотите, халтурите. А нам, геймерам, потом мучайся, играй в ваши сырые игры. Ох, тяжёлая наша доля…»

Сформированный полностью демон открыл ярко-красные глаза, взмахнул кожаными крыльями и устремился на битву. Драконы станут отличным развлечением — Владыка Бездн любил драться с сильным противником.

На крыше каждой башни цитадели стояло сразу по трое волшебников. Пока два мага бились с драконом, третий чародей отдыхал, затем заменял самого уставшего из товарищей. Из участвовавшей непосредственно в сражении двойки один маг творил защитные чары, второй бросал в летающих тварей атакующие заклинания. Драконы тоже не были дураками и, потеряв нескольких сородичей, теперь старались атаковать башни по двое с разных сторон. Вспышки света, струи огня, шипение пара поднимались над королевской цитаделью — единственной твердыни, оказавшейся способной противостоять натиску огнедышащих ящеров. Сказалось почти полное отсутствие конструкций из дерева и ставка на чародеев. Баллисты, которые должны были оборонять городские стены, в отличие от куда более манёвренных и гибких волшебников, со своей задачей не справились.

Тем не менее, несмотря на эффективную стратегию, выбранную магами Врат Барана, волшебники потихонечку выдыхались. Из-за нападений сразу с разных сторон, отдыхавшим в тройках чародеям всё чаще приходилось подстраховывать коллег и вступать в бой. Полноценно восстановить силы не удавалось. Драконы же, в отличие от магов, казалось, не знают усталости. Твари вновь и вновь бились о магические барьеры, стараясь разодрать сферы защиты когтями, разбить хвостами или сжечь в яростном пламени. Наблюдавший за битвой с вершины самой высокой башни король и его генералы не могли не понимать, что до утра великая цитадель не продержится. Придворные нашёптывали своему владыке, что пора уходить. Битва за город безнадёжно проиграна. Нужно предупредить властителей других королевств и искать прибежище где-нибудь глубоко в горах гномов…

Драконы. Сильные даже поодиночке и совершенно неодолимые в стае.

Мир обречён. Хвалёные драконоборцы не справились.

Разъярённый дракон вцепился когтями в парапет башни. Практически упёршись в магический барьер, направил на него струю пламени. Его сородичи, отвлекающие волшебников с противоположной стороны, испустили ликующий вопль, усилив давление на группу жалких людишек и не реагируя на мелкие раны. Сейчас, сейчас они разгромят эту башню!

Удерживавший магический барьер человек закричал, опустился на одно колено, с его лба ручьями тёк пот, а из ушей и ноздрей вытекала красная жидкость. Ещё несколько секунд и он потеряет сознание. Изливающий струю пламени дракон почти вплотную приблизил голову к волшебной преграде, концентрируя жар в одной точке. Ни одна защита не может долго противостоять такому натиску, раньше или позже огонь пожрёт всё! Уголки пасти твари заметно поднялись — дракон на свой манер улыбался. Сопротивлявшийся ему маг горько плакал.

Десяток воронов набросились на дракона как раз в тот момент, когда магическая защита башни с треском рассыпалась. Пламя слизнуло тройку чародеев, но вместо заслуженного ликования, огнедышащий ящер бился теперь в своего рода клетке, прутья которой были сделаны из абсолютной тьмы. Огромный параллелепипед — от головы до хвоста твари — повис в воздухе, не давая дракону ни единого шанса вырваться. Вороны закружились вокруг воображаемой центральной оси загадочной клети, с каждым оборотом уменьшая образованное чёрными прутьями пространство.

Дракон взвыл, призывая сородичей, но те в страхе отпрянули — древние существа не так давно уже сталкивались с подобной магией и знали, что будет дальше. Висящая в воздухе чёрная клеть всё сжималась и сжималась, пока прутья не начали дробить хрящи и кости дракона. Огромный летающий змей на глазах превращался в комок переломанной плоти. Сквозь прутья клети водопадом стекала вниз кровь, забрызгав, казалось бы, поверженную драконами башню. Когда прутья клети исчезли, на землю свалился бесформенный ком — узнать в этом мясе дракона можно было разве что по отдельным деталям.

Вороны расселись на парапете освободившейся башни, принимая человеческие формы. Десяток бледных, голых и лысых мужчин запели в унисон новое страшное заклинание. Увлёкшийся атакой на соседнюю башню дракон не заметил, как позади него возникла гигантская чёрная бездна, всосавшая вначале хвост твари, а затем поглотившая его целиком. Чернокнижники знали, что из этих тёмных далей не дано возвратиться даже дракону.

Описав широкий круг над охваченной битвой с драконами цитаделью, Мраз решил приземлиться на самую высокую башню. Магический барьер, поддерживаемый не одним, а сразу тремя волшебниками, причём самого высокого ранга, не позволял ему опуститься на крышу, поэтому существо, бывшее Мразом, опустилось прямо на призрачный купол. На месте его приземления во все стороны по барьеру пошли маленькие тёмные трещины, но чернокнижника это не беспокоило. Он знал, что королю прямо под ним ничего больше не угрожает. Дракон, по неосторожности приблизившийся слишком близко к главной замковой башне, быстро пожалел, что вовремя не распознал чернокнижника.

Чтобы не пугать владыку Срединных Земель, его магов и генералов, Мраз принял человеческую форму — в отличие от своих помощников, он оставался во вполне приличной мантии. Из сгустившейся тьмы возник чёрный посох. Взмахнув им, чернокнижник испустил в сторону дракона целое облако спор. Коварное заклинание, не наносившее поначалу никакого урона, но заражавшее жертву грибком, постепенно пожиравшим всю плоть.

Узнав Мраза, дракон в панике развернулся, но было уже слишком поздно. Споры нашли свою цель, прицепились к чешуйкам, пустили корни и начали быстро расти. Через пару минут грибок образовал не теле дракона огромные опухоли, ещё через несколько — покрыл целиком всю огромную тушу. Дракону становилось всё тяжелее махать изуродованными крыльями, его тело утратило гибкость. Жалобно застонав, змей начал опускаться на землю, стараясь уже не столько лететь, сколько замедлить падение. К моменту столкновения с твердью огнедышащий ящер превратился в одну сплошную грибовидную опухоль. Эта биомасса какое-то время пульсировала, изнутри её освещали оранжево-красные сполохи, но с каждой секундой в ней чувствовалось всё меньше жизни. В конце концов грибок пожрал всего дракона и затвердел. Ужасная смерть.

Если потерю троих сородичей многие драконы — да и участвовавшие в сражении люди — не заметили, то смерть четвёртого видели точно все. На несчастного змея набросился другой змей, причём весьма странный. Глаза взбунтовавшегося против собратьев дракона пылали колдовским огнём, струя пламени тоже была неестественного синего цвета. Дракон-нежить коварно напал на ничего не подозревавшего сородича сверху, разорвал когтями его крылья, ударил хвостом, вцепился зубами в изрыгающую огонь шею. Кувыркаясь, две переплетённые туши рухнули вниз. И только уже мёртвый дракон пережил это падение. Нельзя умереть дважды. Второй раз можно только разложиться совсем окончательно.

Обдав напоследок труп сородича синим пламенем, дракон-нежить устремился в погоню за остальными змеюками.

Поняв, что происходит что-то неладное, несколько летающих тварей поспешно ретировались. Драконы — существа крайне долгоживущие, а потому привыкли ценить свою жизнь. Их принудили атаковать этот город, но, в общем-то, он им даром не сдался. Драконы гораздо больше любили тучные пастбища, чем отлично горящие, но скудные на мясцо «человейники».

А вот одного из замешкавшихся драконов настиг ещё один бич. Возникший, словно из ниоткуда, демон схватил дракона за хвост и с невероятной силой швырнул в ближайшую башню. От столкновения массивное каменное строение дрогнуло, с него посыпалась пыль, а на стене остался отпечаток головы ящера. Оглушённый дракон грохнулся на землю, но демон не дал ему даже шанса оправиться. Спикировав вниз, монстр схватил дракона за шею и принялся душить. Вырывавшееся из пасти ящера пламя не причиняло Владыке Бездн ни малейшего неудобства — в его владениях были куда более жаркие преисподние. Демон душил и бил голову дракона о землю. Ему нравилось смотреть на агонию жертвы.

Впитав последний спазм древнего змея, демон отсалютовал взиравшему свысока Мразу и провалился под землю. Он ещё встретится с этим магом на том свете. Ведь чернокнижникам муки в преисподней обеспечены. Вот тогда Владыка Бездн предъявит волшебнику счёт за услуги. И расплачиваться Мразу придётся до конца самой вечности.

Ну а пока чернокнижника встречали аплодисментами король, генералы и другие волшебники. Ведь драконы удирали в страхе перед мощью его чёрной магии.

Королевская цитадель была спасена. А значит, Врата Барана ждёт возрождение.

Глава 31. Все коровы попадают в Рай

Великие дела нужно совершать, а не обдумывать их бесконечно.

Юлий Цезарь

«Так, ну ладно, четвёрочка за заставку», — Виталик как раз успел доесть пачку чипсов. — «Дракон-нежить сильно подвёл, слишком явственный плагиат. Вороны — молодцы, грибок, пожирающий жертву, тоже норм в принципе. Даже демон неплохим оказался. Могло быть и хуже: какие-нибудь банальные молнии с неба, волшебные стрелы, ледяной ветер. Ладно, живите, так и быть, разработчики. Поиграем ещё немного в вашу игрульку», — вышеуказанное «немного» длилось уже больше месяца, но, с точки зрения бывалого геймера, это действительно был весьма скромный срок. За Трахателем 9 он провёл куда больше времени.

— Так, ребята, — получив обратно управление над своим персонажем, Виталик сразу принялся раздавать указания. — Быстро отыскиваем остальных Сутенёров. Как только утихнет пожар, идём в город.

Уловив на себе недоумённые взгляды Даикина и Рыжеборода, Шлюмаша пояснила:

— Там как минимум четыре мёртвых дракона валяются, это ваш шанс попить свежую змеиную кровушку. Давайте, давайте! Рыжебород, сбегай за Криворучкиным и компанией. Даикин, докажи, что ты нормальный пёс, а не собака сутулая, отыщи остальных мужиков. Встречаемся у Восточных ворот на рассвете. Погнали!

На поиск остальных членов банды пришлось потратить всю ночь.

Бомжак и Долбодор забились в соседний карьер. Клизмазара и тучного Многокашиела Шлюмаша встретила примерно на полпути в город. Гнидодава кобольд унюхал в какой-то канаве, которую не особо друживший с головой стражник принял за каменоломню. Тошнило сидел и плакал на руинах предместий, тоскуя по какой-то пропавшей любовнице.

Чреволюба и Маразматиса не нашли. И если нашёлся очевидец, поведавший о гибели оруженосца сэра Витальевича при пожаре, то о судьбе забывчивого колдуна оставалось только догадываться. Ни единой зацепочки, как будто Маразматис просто исчез из истории мира. Что ж, Сутенёрам Конца пришлось продолжить путь в слегка поредевшем составе — с учётом масштаба вчерашней катастрофы, потери казались не столь уж значительными.

Виталик наконец-то посетил главный город игры. Вернее, его обугленные руины.

К его удивлению, за чертой городских стен всё было не так безнадёжно, как в почти дотла сожжённых предместьях. Хотя основной удар пришёлся именно по городу, большинство особняков знати, а также храмовых и административных зданий были построены из камня, а потому, хотя крыши и внутреннее убранство сгорели, сами строения выглядели вполне пригодными для ремонта. Больше всего пострадали теснившиеся друг к другу домишки ремесленников, постоянно возводившие новые этажи из относительно дешёвого дерева. Вот там действительно придётся всё отстраивать заново. Но ведь простому народу не привыкать начинать всё сначала, правильно? Пока было неясно, сколько жителей погибло во время налёта драконов, но то, что многие выжившие обыватели предместий в конечном счёте улучшат своё положение, став полноценными горожанами, сомнений не вызывало. Столица восстановится быстро.

Купленная ранее карта города стала не особенно актуальной. Поди пойми, вот это обгоревшее здание — банк, склад или особняк важной шишки? Хорошо, что возвышавшуюся над остальным городом цитадель было видно почти с любой улицы, Сутенёры держали путь к ней, в надежде отыскать труп дракона.

Вскоре выяснилось, что не они одни ищут ценности. Пользуясь всеобщей неразберихой, город заполонили банды мародёров, быстро застолбившие за собой определённые территории и не пускавшие на них никого, включая законных хозяев. То тут, то там происходила жестокая поножовщина, а некоторые головорезы смекнули, что вместо исследования руин можно взять в плен и продать в рабство кого-то из зазевавшихся горожан. Поди когда их ещё кто-то схватится. Да и всегда можно списать пропажу человека на масштабный пожар и драконов. Пару раз наехали даже на Сутенёров Конца, но команда искателей приключений не вчера родилась и, пользуясь преимуществом в снаряжении, сама ограбила пару грабителей. Дело оказалось вполне себе прибыльным.

А ещё Виталик не упустил случая дожечь один и без того наполовину разрушенный мост. Ну а что, тоже можно списать на драконов… Смысла в этом, естественно, не было, но когда отсутствие смысла и логики кого-нибудь останавливало? Вы ведь читаете до сих пор эту книгу, правильно? Своим товарищам Шлюмаша сказала, что сжечь мост нужно для прикрытия тыла. Те восприняли объяснение как само собой разумеющееся. Нельзя просто так взять и пройти мимо моста.

К тому времени, когда они нашли-таки труп дракона, солнце клонилось к закату, а саму тушку усиленно охраняли. Причём не кто-нибудь, а несколько магов, а также один знакомый Виталику чернокнижник. Кого-кого, а его геймер встретить не ожидал.

— Панос? — удивилась Шлюмаша. — Но ведь ты же…

Адепт тёмных искусств, и правда, выглядел нежильцом. Цвет кожи варьировался от светло-зелёного до сине-фиолетового, щёки впали, от бледных губ явно отошла кровь. Грязная ряса не давала рассмотреть все детали, но уже по лицу и рукам чернокнижника несложно было понять, с ним что-то сильно не так. Однако было непохоже, что стоящих рядом королевских чародеев это смущает.

— Мы знакомы? — на лице Паноса не отобразилось ни малейших эмоций. — Прошу не подходить к дракону, его тело — собственность короля.

Монотонный голос слабо походил на писклявую манеру речи мага, встреченного Витюхой в замке графа Блевонского. Не оставалось сомнений, что перед ними нежить. Правда, довольно разумная.

— Я только спросить! — попытался прорваться к туше Тошнило. — Честное бардовское! Ай!

Материализовавшийся из воздуха волшебный кулак смачно врезал по наглой бардовской морде. Н-да, здесь придётся включать дипломатию.

— Ребята, давайте жить дружно! — решил издалека подойти к делу Виталик. — Мы не какие-нибудь там мародёры. Мы профессиональные охотники на драконов, которые спасли вчера не одну жизнь. Нам нужно лишь отпить чуток крови, чтобы отсрочить проклятие, и усё.

Но чернокнижник лишь отвернулся — казалось, его совершенно не интересовали доводы, просьбы, угрозы. Приказали охранять труп дракона, он его и охранял, словно послушный пёс или бездушный робот. Обаяние Шлюмаши не трогало его ни на йоту. Чего нельзя было сказать о более эмоциональных придворных волшебниках.

— Пф, охотнички недоделанные! Видели мы вчера вашу работу, вернее, полное отсутствие оной. Свалили все куда-то на восток грабить караваны и недоросликов, вот драконы за это время страх всякий и потеряли. Шиш вам теперь, а не кровушка! Идите, охотьтесь, выполняйте свой долг! Хватит халявы, не для того вас готовили.

Что ж, говоривший маг явно имел право на возмущение. Волосы на его бороде и голове были опалены, от бровей остались одни воспоминания, на лбу и кистях рук виднелись ожоги. В отличие от Сутенёров Конца, он участвовал в битве с драконами, а не только убегал или прятался.

— Послушайте, мы потеряли вчера двух людей и корову, — несмотря на то что драконоборцы проявили себя не самым героическим образом, они всё же понесли достаточно потерь, чтобы рассчитывать хоть на какую-то компенсацию. — Так что не сравнивайте нас с авантюристами, болтающимися незнамо где! — в свою очередь возмутилась Шлюмаша.

— Корову? — удивился опалённый волшебник.

— Да, корову! Она была верховым животным кобольда, — лучница указала на скромно стоящего в сторонке Даикина. — Очень умная, кстати. Умела играть в футбол, танцевать и приносить нужные вещи. Если бы дракон не сожрал Му-у-уну Лизу, то наверняка слопал бы вместо неё пару людишек.

Критическое попадание! На глазах волшебника навернулись слезинки:

— Корову… До того, как стать магов, я жил в деревне, и у меня тоже была любимая коровка! Её звали Му-у-уха Бляха, потому что вокруг неё всегда вился рой мух. Я так любил свою Му-у-уху! А потом она перестала давать молоко, и её съели.

Трогательная история Му-у-ухи Бляхи не тянула даже на ток-шоу по телевизору, но Шлюмаша решила воспользоваться ситуацией и морально поддержать мага:

— Ну тихо-тихо, не расстраивайся, все коровы попадают в Рай. Наша корова ещё поиграет с твоей на небесном лугу, верь мне. На, возьми мой платок, утри слёзки.

Убитый горем волшебник с благодарностью принял предложенную лучницей тряпочку. Немного успокоившись, он с усталым видом махнул в сторону лежащей позади него туши:

— Ладно. Так и быть, можете пырнуть труп дракона и испить его крови. Ни с него, ни с короля не убудет. Тем паче, что королю этот трупешник по барабану. Это его начальник, — маг кивнул в сторону безучастно стоящего рядом Паноса, — приказал охранять тела тварей. А ни он, ни его соратники у меня доверия не вызывают. Наши вчерашние спасители пришли к нам на помощь не по доброте душевной, тут к гадалке не ходи, что-нибудь да потребуют. Так что пейте, пока есть возможность. Совсем скоро, уже сегодня после заката, в главном зале цитадели состоится совет, на котором выступит граф Блевонский. И сдаётся мне, Срединные Земли не ждёт ничего хорошего от этого выступления…

Товарищам Шлюмаши повторного приглашения не потребовалось, они сразу прокололи копьём сочленение чешуек дракона и по очереди пили остывшую за день кровь. Только лучница и кобольд, на которых не было наложено проклятье драконоборцев, внимательно слушали откровение сочувствовавшего потере их коровы волшебника.

— Граф и его чернокнижник наверняка будут убеждать короля, знать и нас, традиционных волшебников, снять запрет на использование чёрной магии. С учётом вчерашней демонстрации силы тёмных искусств, а также отсутствию сдержек со стороны крупнейшей магической гильдии недоросликов, думаю, что король, а в вместе с тем и все остальные, запрет хотя бы временно снимут. И тогда, всего через пару лет, таких, как вот он, — волшебник снова указал на Паноса, — станет не десяток, а сотни.

Убитый Калкашем адепт чёрной магии не выражал никакого интереса к обсуждению темы. И Виталик подумал, что волшебник прав только отчасти, опасность не в таких вот марионетках, а в кукловодах, которые подобными марионетками управляют.

А живых полуразумных мертвецов вскоре действительно станет больше. И постепенно они заменят собой всех обладателей высоких титулов. Власть незаметно перейдёт в руки Мраза. Ну или кто у них там за главного?

— Нам надо попасть на этот совет, — уверенно заявила Шлюмаша. — Чтобы предотвратить катастрофу. Во имя Му-у-ухи Бляхи, ты нам поможешь?

Волшебник нехотя, но всё же кивнул. Он знал, что идёт на большой риск, но риск был неизбежен в любом случае. В мире чёрной магии светлые колдуны станут одной из первых мишеней.

Судьба Тысячи Пещер — тому наглядное подтверждение.

Глава 32. Триумф чёрной воли

Человек нахально думает, что главные вопросы бытия — это «что делать?» и «кто виноват?», но реально волновать его в конце пути будут совсем другие, а именно «где я?» и «кто здесь»?

Виктор Пелевин

Провести в главный зал цитадели всех драконоборцев было, естественно, невозможно. Тем не менее, пользуясь всё ещё царившей повсюду неразберихой, Василдуй — так звали симпатизирующего коровам волшебника — сумел провести за собой Шлюмашу, Бомжака и Тошнило. Виталик предпочёл бы компанию Рыжеборода с кобольдом, но они уж слишком бросались в глаза, поэтому от этой идеи пришлось отказаться. Что ж, друид, как ни крути, хоть что-то понимал в магии, а бард знал основы придворного этикета. Притворившись обслугой какого-то знатного пижона, растерявшего вчера своих настоящих слуг, они пристроились в дальнем конце зала, где вот-вот должен был начаться совет власть имущих. Шлюмаша с любопытством разглядывала собравшуюся элиту Срединных Земель.

Король не производил впечатления сильного лидера. Пухленький, рыхлый, с бегающими туда-сюда глазками. Как такой размазне хватило смелости наблюдать с вершины башни за эпической битвой с драконами, ускользало от понимания геймера. Хотя, вполне возможно, причиной неприязни Виталика была некая схожесть короля и генерального директора в его офисе. Пожалуй, это был второй человек в компании, после главбухши, которому игроман желал всего самого худшего. Маленькие зарплаты, постоянные придирки и замечания, впаривание сказок про общее дело, про одну семью, карьерные перспективы — нет, все начальники, определённо, скоты. А король — это ведь тоже начальник, следовательно, он негодяй, правильно? Короче, король Виталику очень не нравился.

По правую руку от короля стоял граф Блевонский, позади марионетки маячил барон Мангор. Мраз расположился на небольшом отдалении с левой стороны от владыки Срединных Земель, где кучковались придворные чародеи. Присмотревшись, Виталик заметил среди магов бывшего инструктора Картера — как и граф, тот представлял собой почти полную неподвижность и безразличие. Помогавший Шлюмаше Василдуй с невозмутимым лицом стоял в передних рядах. Судя по всему, он занимал довольно высокое положение в иерархии магов. Все остальные лица казались Виталику незнакомыми.

Король подал знак герольду. Одетый в яркие одежды человечек выступил вперёд и начал нудное формальное представление:

— Внимание! Прошу вашего внимания, господа! Его Величество Король Андариайн Девятый…

— Пс-с-с, — Тошнило ткнул в бок Шлюмашу. — Чего так мордаху скривила? Сделай лицо попроще, всего-то на десять минут вводное бла-бла-бла.

Виталик нехотя ввёл команду «сделать заискивающее выражение морды». В отличие от своих одноклассников и коллег, у него никогда не получалось стойко выслушивать чушь, которую несут на официальных мероприятиях. Может, поэтому он и работает до сих пор помощником менеджера среднего звена, внося в базу данных товарные накладные? Танька, вон, которая щенячьими глазками в рот начальству смотрела, уже до старшей уборщицы выросла! Получает больше, чем он, а ведь начинала с гораздо худшей позиции. Эх, надо, надо тренировать жополизательные, то есть коммуникативные, навыки.

— Бомжак, хватит в носу у себя клад искать! — удовлетворившись заискивающим видом Шлюмаши, бард переключил внимание на друида. — Ты не в лесу, а в культурном обществе, ё… — Тошнило подобрал несколько ярких эпитетов, от которых покраснели уши даже у прожжённого жизнью Виталика.

На Бомжака речь барда произвела неизгладимое впечатление. Вместо поиска козявок друид теперь задумчиво чесал бороду.

— Так поклонитесь же нашему великому Королю!

Все присутствующие в зале мужчины и женщины склонили спины в глубоком поклоне. Вперёд вышел Анда как-то там… — Виталик уже забыл, как звали этого очередного эпизодического персонажа, пускай тот хоть трижды король.

— Мои вассалы и гости Срединных Земель, генералы и дорогие волшебники! Поднимитесь, прошу вас. Обойдёмся без лишних предисловий и прочих формальностей, — поставленным, хотя и немного писклявым голосом, начал свою речь король.

«Как будто нудное перечисление титулов было предисловием нелишним, ага», — не упустил случая съязвить про себя злопамятный геймер.

— Вчера мы все стали свидетелями немыслимой катастрофы, постигшей наш город. Беспрецедентный налёт целой стаи драконов, грандиозный пожар и чудесное спасение цитадели. Так много событий, так много горя, так много славы. Подобное происходит раз в тысячу лет, мы стали свидетелями воистину легендарных событий! Никто из присутствующих не сможет отмахнуться от вчерашнего происшествия и как ни в чём не бывало жить дальше. Ничто уже не будет прежним. Никогда мы не должны забывать, насколько близко было наше королевство к уничтожению, и благодаря кому Срединные Земли всё-таки уцелели! Поэтому призываю вас: не торопитесь отвергать предложения, которые вы сегодня услышите. Не спешите вынести обвинительный приговор тому, что веками подлежало всеобщему осуждению. Помните, мы все собрались здесь сегодня только благодаря чуду. И чудо это принято называть чёрной магией!

«Н-да, ну ты мастер заливать», — покачал головой внимательно слушавший речь Виталик. — «Сразу видно, политик. Говорит, говорит, говорит, говорит, действительно начнёшь скоро верить: быть в полной жопе — это для нашего же блага, дорогие сограждане».

Чего скрывать, Виталик политиков не любил. Как не любил он начальников, морализаторов, коллег, соседей, продавщиц, гастарбайтеров, женщин, мужчин, детей, собак, голубей, кошек — хотя нет, стоп, кошки хорошие. Разглядывание мемов с котиками было его реальной отдушиной на ненавистной работе.

Отвлёкшийся на свои мысли геймер не заметил, как король закончил наконец «не лишнее предисловие» и предоставил слово графу Блевонскому.

Бледный как полотно граф шагнул вперёд и начал бубнить своим монотонным голосом доводы в защиту тёмных искусств:

— Вокруг чёрной магии сложилось много стереотипов. Дескать, она пагубно влияет на души, разрушает мироздание, несёт людям смерть и проклятье. Используется во зло, даже более, сама по себе злом является. Но ведь то же самое можно сказать и про любую другую человеческую активность: она противоестественна, чужда природе, вредит нашей планете. Вспомните, любые важные изобретения общество всегда встречало крайне враждебно. Шаманы, а затем священники, испокон веков боролись с прогрессом. Если бы мы слушались этих типов, имевших наглость взять на себя роль проводников божественной воли, то до сих пор жили в пещерах. Мы не научились бы вырубать лес и строить из него дома, не возвели города, не торговали бы с дальними странами. Мы ничего не знали бы о столь привычных теперь технологиях, не жили в комфорте и благоденствии. А уж без магии, да, без магии мы до сих пор жили бы в страхе перед любыми чудовищами, а не только перед драконами. Нет, друзья мои и мои недруги, наша цивилизация расцвела именно благодаря нарушению правил, которые мы сами себе когда-то придумали. И вчера вы наглядно увидели ещё один такой слом запретов, суть которых есть ограничение наших сил.

Говори граф хоть немного эмоциональнее, зал наверняка взорвался бы шумом одобрительных и возмущённых возгласов. Но так как Блевонский бубнил, словно тупо заучивший формулу школьник, то аудитория выражала скорее смутное беспокойство, нежели страх или, наоборот, восхищение.

— Я давно осознал всю глубину нашего невежества, отбросил старые предрассудки и разрешил в своих владениях любое колдовство, лишь бы оно служило на благо обществу. Именно поэтому моё графство стало одним из самых богатых в Срединных Землях, хотя мне и пришлось скрывать от соседей, и даже от нашего великого короля, эксперименты в малоизученной области. Мраз, мой придворный чародей, посвятил много времени поиску и чтению тайных рукописей, запрещённых к изучению тысячи лет назад. Не все забытые знания оказались пригодными для использования, не обошлось и без жертв, но результат вы могли наблюдать вчера сами в небе над городом. Мраз и горстка его учеников сумели сделать то, чего не смогли сделать все обитавшие в столице волшебники.

На сей раз графу Блевонскому удалось расшевелить престарелых волшебников, но их бурчание мало отличалось от его бубнёжа. Тихий ропот легко перебил звучный голос барона Мангора, принявшего эстафету от графа:

— Прошу меня выслушать! Да, я всего лишь барон, но у меня есть для вас важные сведения. Дело в том, что Тысяча Пещер — главные лоббисты запрета на использование так называемой чёрной магии — были прямо заинтересованы в неспособности наших магов противостоять могучим драконам. Я руководил экспедицией драконоборцев на Восточной гряде, и я точно знаю: именно колдуны недоросликов сознательно натравили на наши королевства драконов! В ходе экспедиции, которой недорослики активно препятствовали, нами были найдены неопровержимые доказательства причастности Тысячи Пещер к изгнанию драконов с веками насиженных мест. Причём недорослики использовали для устрашения ящеров ту самую чёрную магию, против которой якобы всегда так боролись. Вероломство маленьких колдунов оказалось такого, что, едва узнав о своём разоблачении, они напали на исследовавших горы охотников на драконов! По всей протяжённости Восточной гряды развязались страшные битвы, в которых большинство драконоборцев погибло. Но жертва наших героев была не напрасной, Тысяча Пещер тоже получила урон, да такой, что оправляться от него ей придётся ту самую тысячу лет! О, то была не замеченная миром великая война магов. Я поведаю вам подробности о ней позже.

Виталик внезапно понял, что пришла пора вмешиваться, иначе зловещие типы скоро запудрят всем в зале мозги. История графа Блевонского и уж тем паче барона Мангора была шита белыми нитками, но все казались настолько шокированными, что не решались задать два самых простых, но важных вопроса:

— Какие ваши доказательства? Зачем недоросликам этот заговор? — огласившая вопросы Шлюмаша постаралась быстро спрятаться за спинами впередистоящих мужчин, но, похоже, ей не удалось ускользнуть от внимательного взгляда барона.

— Хорошие вопросы, резонные, хотя я и не понимаю, почему их задаёт чья-то прислуга, — постарался скрыть раздражение Мангор. — В качестве доказательства мы привели с собой одного из влиятельных членов гильдии. Бывшего руководителя одной из ячеек Тысячи Пещер, если быть точным. Встречайте, магистр первого ранга Картер — по совместительству старший инструктор в обучающем лагере охотников на драконов. Передаю ему слово, поверьте, у него есть что сказать.

«Аргх! Он же нежить! Ясен пень, Картер расскажет всё, что им нужно! Неужели никто не замечает странности в поведении графа и недорослика?»

Как Виталик и ожидал, старший инструктор и мнимый член магической гильдии подтвердил все тезисы барона Мангора:

— Я знаю, это кажется невероятным, но гильдия, в которой я ранее состоял, действительно замышляла использовать драконов против остальных королевств, — от бешеного писка прежнего инструктора остались лишь весьма отдалённые нотки. — План был прост: спугнуть драконов с помощью древней магии, — мои коллеги по ремеслу предпочитали именно этот термин, вместо зловещего «чёрного колдовства», — и пока огнедышащие ящеры разоряют соседние королевства, захватить Восточную гряду и лежащие за ней обширные степи. К тому времени, когда люди, гномы и эльфы оправились, они уже не смогли бы составить недоросликам и Тысяче Пещер конкуренцию. Мы построили бы великую империю на востоке, навсегда оставив другие расы далеко позади.

Картер поднялся в воздух, как бы взирая на собравшихся в зале людей свысока:

— Без владения древней магией ваши усилия по борьбе с драконами были если не обречены на провал, то крайне неэффективны. Вся эта подготовка драконоборцев, которой я занимался, была только фикцией, дабы отвлечь внимание и успокоить ваших правителей. К счастью для вас, не все недорослики оказались столь вероломны, как главные маги гильдии. Осознав в полной мере нашу роль в творимой несправедливости, я и дюжина моих благородных собратьев восстали против Тысячи Пещер. Да, мы сознательно встали на сторону графа Блевонского и его людей. В этом зале присутствуют несколько моих коллег, переживших войну со злыми волшебниками Тысячи Пещер. Сосисий, Калкаш, выйдите вперёд. Засвидетельствуйте истинность моих слов.

«Твою мать, Калкаша тоже убили! А потом ещё и оживили вместе с Сосисием. Интересно, постигла ли та же судьба мою бедную Сруль?»

Появившиеся откуда-то из задних рядов знакомцы Виталика, конечно, всё подтвердили. Учитывая, что их тела были слегка посвежее трупов графа и Картера, на зеленовато-синий оттенок кожи совсем не обращали внимания. Если прямо сейчас Виталик не разоблачит эту подлую братию, всё пропало! Но какие были у него доказательства против Мраза, Мангора и их марионеточной нежити? Трусы, с которыми носился Даикин? Нет, через Шлюмашу он мог выдвинуть только столь же голословные обвинения, как у манипуляторов-чернокнижников. Правда, в отличие от злодеев, у неё не было титула графа, барона, магистра или инструктора, авторитета спасителя цитадели, так что вес любых её слов будет существенно меньше.

— Они же просто марионетки, нежить, неужели вы не видите это! — крикнула Шлюмаша, но… её как будто окружила какая-то невидимая сфера, поглощавшая звук.

Шлюмаша видела, как открываются и закрываются рты трёх недоросликов, уловила беспокойство стоявшего рядом Бомжака, тоже что-то явно говорившего лучнице. К ним обернулся Тошнило, но и его губы произносили совершенно неслышную речь.

Виталик посмотрел на колонки — световой индикатор и громкость свидетельствовали о полной исправности. Он вышел в главное меню, и там звук работал. Вернувшись обратно в игру, он заметил маленькую иконку дебаффа — наведение мышки показало, что на его персонажа наложили проклятие немоты, глухоты, вдобавок ещё и дали штраф к ловкости. Замечательный «аргумент». Прямо мечта любого пропагандиста! Не нравятся чьи-то сомнения — просто затки ему рот. Вот уж воистину чёрная магия.

Бомжак потянул Шлюмашу за руку. Пожалуй, при таком раскладе действительно надо было как можно скорей уходить. Чернокнижники явно хорошо подготовились к заседанию и намеревались в корне давить любые возражения ради получения карт-бланша на чёрное колдовство. Кого надо подкупили, кого надо запугали, подменили или заткнули — по сути, решение уже было принято, требовалось всего лишь соблюсти формальную видимость обсуждения. После чего избавиться от всех недовольных…

* * *

Трое несостоявшихся спасителей мира протискивались к выходу из зала, пытаясь согласовать свои дальнейшие действия на языке жестов. Получалось немое общение плохо. Виталик упорно вводил команду «показать фак», в то время как Бомжак и Тошнило отвечали на это опущенным большим пальцем. В конце концов, строя страшные рожи, друид сумел каким-то образом объяснить, что им следует разделиться. Компания из трёх странных личностей привлечёт гораздо больше внимания, чем спешащие по своим поручениям отдельные слуги. Бард первым двинулся из зала на выход. Стражники взглянули на него весьма косо, но пропустили. Спустя две минуты Бомжак подал знак идти лучнице.

С невероятно озабоченной миной, какую умеют делать только девушки и нежелающие платить зарплату начальники, Шлюмаша двинулась мимо стражников. Виталик уже почти поверил, что его персонажу удастся незаметно выскользнуть из этого логова зла, когда один из стражей загородил проход лучнице и, плотоядно ухмыляясь, задал вопрос. Который Шлюмаша не могла слышать… Возникла неловкая пауза.

«Так, думай, думай!» — лихорадочно перебирал варианты Виталик. — «Что делают симпатичные девушки, оказавшись в затруднительной ситуации? А точно! Строят из себя наивную милую дурочку».

Именно такую команду Виталик и ввёл. Шлюмаша кокетливо улыбнулась и подмигнула вопрошающему её о чём-то мужчине. Обрадованный ответным вниманием стражник без проблем пропустил её дальше.

«Фу-у-х, всё-таки хорошо играть женским персонажем», — с облегчением выдохнул геймер. — «Сэр Витальевич ещё бы мог благодаря титулу рыцаря выехать, а вот до орка или недорослика точно бы докопались. Может, в следующий раз рыцаря-женщину сделать? Так сказать, к-к-комбо! Ладно, подумаем. Надоело уже, если честно, новых персов качать».

Шлюмаша сразу направилась к выходу из донжона. Если она правильно поняла гримасы и жесты друида, они договорились встретиться у конюшен во внутреннем дворике цитадели. Н-да, изображение Бомжаком лошади надо было видеть…

Из-за глухоты приходилось активно вертеть головой, окружающее пространство казалось каким-то сюрреалистичным. Обыденные предметы таили опасность, каждый встречный казался загадкой. В игре, где использовались, по сути, только два органа чувств из пяти: зрение и слух — потеря любого из них была катастрофой. Виталик вздрогнул, представив, что вместо слуха его персонажа лишили бы зрения.

В первый момент он даже не понял, что чья-то костлявая рука схватила лучницу под локоть и увлекла в боковой коридор. Его персонаж просто перестал реагировать на все команды, кроме вращения камеры. Виталик бешено стучал по клавиатуре, но всё было тщетно. Какая-то непостижимая сила вела Шлюмашу по узкой винтовой лестнице в подземелье. Из-за немоты нельзя было даже позвать на помощь — абсолютное чувство беспомощности.

Подгадав с поворотом камеры, ему удалось рассмотреть схватившего лучницу человека. Убитый Калкашем Панос уверенно вёл свою пленницу, используя как грубую мужицкую силу, так и чёрную магию. Призрачные кандалы сковывали лодыжки Шлюмаши, её левая рука как будто приросла к туловищу, правая была зажата воистину мёртвой хваткой воскрешённого некромантией мертвеца. Против такого типа женские чары точно не действовали. Оставалось лишь покориться судьбе, надеясь, что основная сюжетная линия выведет куда-нибудь его героиню. Хотя по опыту сэра Витальевича и мага Витюхи, рассчитывать на чудо не стоило.

«Ну же, всегда должен быть выход!» — лихорадочно искал хоть какую-то зацепку Виталик. — «Это же игра, а не паршивая реальная жизнь! Думай, Виталик, думай! Ты же умный мужик».

Однако, чем дальше, тем безнадёжнее становилось положение лучницы. Они опускались всё ниже, факелов становилось всё меньше. Его персонаж утрачивал последнее доступное геймеру чувство. Мир погружался во тьму.

Мрак и тишина. Практически смерть. Виталик не удивился бы, если прямо сейчас на экране возникла надпись: «Вы умерли». Лишь по едва угадывавшемуся колыханию черноты он догадывался, что они всё ещё движутся.

Неопределённость выматывала.

Движение как будто закончилось.

Никакого колыхания или вибраций. Просто однородная тьма. Виталику пришла мысль, что если бы кто-то увидел его сейчас со стороны, то решил бы, что он слетел с катушек. Ну сами посудите, человек сидит за компом и уже десять минут пялится в чёрный экран. При этом двигает мышкой, нажимает по клавишам… Приехали, называется.

К счастью, дверь в его комнату была заперта, поэтому переодевание в смирительную рубашку пока что откладывалось. И после этого кто-то ещё усомнится в тяжести ноши геймера? В игры играть, это вам не телевизор посматривать. Здесь нужна железная воля.

Чья-то воля осветила помещение бледным фиолетовым светом.

Виталик сразу начал активно вращать камерой, правда, смотреть здесь было решительно не на что. Малюсенькая грязная комната в мрачном и сыром подземелье. Лишь сам источник света, в виде зависшего над низким потолком шара, да сотворивший эту сферу колдун были действительно достойны внимания. Виталик несколько удивился, что перед ним предстал не Мраз, а барон Мангор. Его он как-то не подозревал в чародействе.

Барон хлопнул в ладоши, и к Шлюмаше вернулись голос и слух. Мангор улыбнулся:

— Что, не ожидала столь скорой встречи, красавица? А зря. Я очень не люблю неожиданных сюрпризов, тем паче от незнакомых мне личностей. Раз ты задалась на совете вопросами, то позволь задать вопросы и мне. Кто ты? Даже не так, кто тебя послал? Учитывая твою явную слабость, я не думаю, что ты самостоятельный актор.

Что ж, ситуация выглядела практически безнадёжной. А значит, у Виталика оставалось лишь одно орудие — блеф. И чем тот будет нелепее, тем больше шансов, что его персонажу поверят и сохранят жизнь.

Виталик вытянул сложенные в замок руки. Звучно хрустнул суставами. И начал писать ахинею. Да, хоть это у него получалось достаточно хорошо. Востребованный, кстати, навык по жизни.

— На самом деле я мужик, управляющий женщиной, и сейчас мы оба находимся в Матрице, — что может быть абсурднее правды? — Всё вокруг — виртуальная реальность, а ты всего лишь неигровой персонаж, придуманный нейросетью. Врата Барана существуют, только пока я играю в игру. Можешь считать меня божеством, барон, ибо ты находишься в моих руках в куда большей степени, нежели эта лучница в твоих лапах!

Довольный собой, Виталик откинулся на спинку кресла. Посмотрим, как станет выкручиваться хвалёная нейросеть, отыгрывая средневековое сознание барона Мангора.

«Теперь блефовать придётся уже искусственному интеллекту, ха-ха!»

Барон Мангор в задумчивости почесал свою интеллигентную бородку и усики. Склонил голову набок, как бы разглядывая свою пленницу под новым ракурсом.

— Если я правильно тебя понял, то Матрица — это иллюзия… А иллюзия — суть есть ложь. Что ж, весьма интересно завуалированное сообщение, у твоего хозяина хорошее чувство юмора, признаю. Выпытай из тебя это признание кто-нибудь несведущий, непременно решил бы, что ты несёшь полную тарабарщину. Божество… я знал, что раньше или позже кто-нибудь из божеств непременно вмешается. Ведь боги очень не любят, когда у них возникают новые конкуренты, — барон Мангор прошёлся взад-вперёд по маленькой камере. — Вот только я не думал, что вставлять палки в колёса нам будет Лохи — сам бог обмана. Какой коварный и сильный противник… Какие ещё он отдал тебе приказания?

«Вообще-то, в скандинавской мифологии бог хитрости и обмана был Локи, но Лохи звучит даже круче. Так сказать, точнее передаёт суть», — Виталик оценил способ, которым нейросеть выпуталась из неловкой для себя ситуации. Если подсказку с божеством он дал сам, то назвать симуляцию иллюзией, а из этого сделать вывод о боге лжи, надо было ещё постараться. Наверное, не зря все боятся, что искусственный интеллект скоро захватит весь мир: с логикой и последовательностью у него явно лучше, чем у людишек.

Быть аватаром божества показалось Виталику не худшей идеей, поэтому вместо дальнейших рассуждений про Матрицу он принялся подыгрывать барону Мангору:

— Приказы? Ты плохо понимаешь мою природу, барон. Я не марионетка, как граф Блевонский, Картер, Калкаш, Панос и прочая нежить. Моё тело — моё дело… Тьфу, я хотела сказать, моё тело — проводник божественной воли. И сейчас эта воля очень злится на ваше вероломное поведение, ставящее под угрозу привычный порядок вещей. Вам следовало действовать куда тоньше, чтобы не навлекать на свои головы гнев божеств! Разорили Срединные Земли, натравив на них единовременно всех драконов, уничтожили главную волшебную гильдию… Теперь пудрите всем мозги и грубо затыкаете рот. Не надо так.

Барон Мангор улыбнулся:

— А как тогда надо? И если я не согласен с Лохи, то что?

Виталик на секунду задумался. На второй вопрос у него не было хорошего ответа, поэтому он его просто проигнорировал:

— Сам воруешь, дай другим воровать. Нельзя в один карман всё грести. Натравили на королевства драконов — дайте время прокачаться драконоборцам, чтобы они могли валить ящеров. Уничтожили гильдию недоросликов — поделитесь артефактами и откройте свою волшебную академию. Девушки очень любят ректоров, ты не знал? Наконец, если морочите людям голову, оставьте лазейку для оппозиции, чтобы был выход для недовольства. Нужно поддерживать равновесие сил, понимаешь?

Барон покачал головой. Рассуждения Виталика были слишком запутанными.

— Знаешь, я ведь могу добыть все сведения из твоей головы с помощью магии. Чёрной, древней, злой, демонической — зови как хочешь, суть от этого не меняется. Правда, тебя придётся предварительно умертвить, но ведь для аватара божества смерть не так страшна, верно? Поэтому давай так, я спрошу тебя ещё один, и только один, раз. Если твой ответ мне понравится, то после принятия королём всех необходимых законов тебя отпустят на все четыре стороны. Если твои разглагольствования меня не устроят, я поковыряюсь в твоих воспоминаниях уже без твоего участия и согласия. Договорились? — молчание Шлюмаши барон воспринял как знак согласия. — Тогда ответь, зачем ты путаешься у нас под ногами?

На лбу Виталика выступил пот. Несмотря на все его усилия заморочить Мангору мозги, он лишь запутался сам. В Матрице они? Или Шлюмаша — аватар Лохи? Почему барон и другие чернокнижники не правы? Было ясно только, что чёрный колдун гнева божества не боится, и лучница имеет все шансы скоро стать нежитью. Но стоит ли того действительно так бояться?

— Это не я путаюсь у вас под ногами, Мангор, — с достоинством ответил через своего персонажа Виталик. Будь что будет, он не станет унижаться даже перед лицом смерти своего очередного героя. — Это вы путайтесь у меня под ногами, мешаете мне качаться, жечь мосты и грабить караваны. Идите к чёрту со своей чёрной магией, драконами и прочей фигнёй! Дайте спокойно исследовать мир без вот этой всей лишней спешки. А с Вратами Барана делайте что хотите, спасение мира — не моя приоритетная цель.

Дописав сообщение, Виталик устало откинулся на спинку кресла. Возможно, стоило подумать подольше и дать менее эмоциональный ответ. Но он реально чувствовал себя вымотанным. Пятый час ночи… Нет, эта игра точно доведёт его до ручки со всеми такими дилеммами.

Барон Мангор снова внимательно посмотрел на Шлюмашу:

— Ты очень странная девушка. Настолько странная, что мне придётся всё-таки покопаться у тебя в голове.

Колдун хлопнул в ладоши и…

ВЫ УМЕРЛИ!

Все сохранения…

«Да пошли вы в жопу», — отрешённо подумал Виталик. Выключил компьютер и плюхнулся на кровать. — «Ненавижу эту игру».

Стоило ему сомкнуть глаза, как разорался будильник.

«И эту Матрицу тоже ненавижу. Ну какая сволочь придумала вставать в семь утра на работу?! Нельзя было нормальную реальность запрограммировать? Ух, встречу агента Смита — убью».

Часть V. Монах

Глава 33. Монастырь Шакалинь

Когда вы говорите: «Никто не идеален», Чак Норрис считает это личным оскорблением.

Интернет-мудрость

Мир изменился…

«Без комментариев. Дальше».

Выберите пол вашего персонажа:

«Игра за женщину даёт множество преимуществ: окружающие лучше относятся, можно за счёт кокетства и миловидной физиономии из неприятной ситуации выехать. Но с другой стороны, тяжелее такого персонажа отыгрывать. Надо женскую логику применять, то есть действовать непоследовательно, исходя из сиюминутных хотелок. Я, конечно, не женоненавистник, но… Хочется чего-то стабильного в эти неспокойные времена. Так что снова мужика сделаем».

Выберите расу персонажа:

«Хм, я ещё ни разу не играл за эльфа и гнома. Негры-эльфы, увы, отпадают — я, конечно, не расист, но не до такой же степени в угоду толерантности всё уродовать! — а вот за гнома можно вполне себе погонять. Рыжебород, вон, крутой чувак, если остальные гномы такие же, то приятно будет путешествовать в их компании».

Выберите класс персонажа:

«А выберу-ка я монаха. Чтобы если, как в случае с лучницей, меня застали врасплох без оружия или наложили немоту, я всё равно мог навалять супостатам. Чё там про монаха написано? Использует в качестве оружия собственное тело и загадочную энергию Ссы. Ок, звучит круто. Надеюсь, можно будет бить ногой с разворота, как Жан-Клод… Нет, как Чак Норрис! Кто может быть круче Чака Норриса? Никто, правильно, вот и я покажу этим всем чёрным магам».

Распределите очки между характеристиками:

«Ух, у монаха почти все характеристики важные. И сила нужна, и ловкость, и телосложение с волей… Так, ну, телосложение точно вкачаем по максимуму. Ещё и бонус у гномов идёт, перс будет архиживучим. Одно очко вложим в обаяние — здесь у гномов почему-то штраф, хотя, как по мне, бородачи вполне симпатичные. Интеллект вроде монахам не нужен, оставшиеся очки, значит, распределим равномерно между силой, волей и ловкостью. Что ж, будет один из самых сбалансированных персонажей, ништяк».

Выберите оружие, на владении которым специализируется ваш персонаж:

«Ого, даже есть какой-никакой выбор. Кулаки, ноги, борьба… — борьбу на фиг, а вот кулачки и удары ногами прокачаем, спасибо».

Настройте внешний вид персонажа.

«Чё, похожим на Рыжеборода чувака сделаем? Ирокез, рыжая борода… Хотя не. Сейчас фото Чака Норриса посмотрю, чтобы все от одного вида моего гнома обделывались. Так, густая щетина, старомодная шевелюра, волосатая грудь… Перекачанным делать не будем, у нас реальный боец всё-таки, а не победитель конкурса красоты. Ну, более или менее получилось. Чуть сплюснутая версия Чака Норриса в его лучшие годы».

Придумайте имя для своего персонажа.

«Может, так Чак Норрисом и назвать? Блин, пробел нельзя в имени. А дефис? Тоже нельзя, вот засада. Просто Чак? Или Норрис? Или Чакноррис? Хм, а не играю ли я с огнём? Если Чак Норрис узнает, что я играю за персонажа с его исковерканным именем, то может меня и по IP вычислить… Нет, риск слишком велик! Назову тогда своего гнома Виталийсан. Н-да, звучит туповато, но зато Чак Норрис точно не докопается».

Создание персонажа почти что завершено! Перед вами сводная таблица…

«Не, ну этот перс точно имба. Сбалансированный, красивый — не герой, а мечта! Погнали, пора уже пройти наконец Врата Барана, а то как лох всё время из-за какой-нибудь ерунды умираю».

Игровой совет, показавшийся под индикатором загрузки локации, как обычно, не произвёл на Виталика впечатления:

Если долго мучиться, что-нибудь получится.

«Так бы врезал за такие советы! Я уже которую неделю толком поспать не могу, а разработчики, падлы, подзуживают. Ох, как же тяжело играть в игры…»

Локация, наконец, прогрузилась.

* * *

Виталийсан сидел в позе лотоса на гранитном выступе. Под ним раскинулся потрясающий пейзаж: холмы и леса уходили далеко-далеко, теряясь в туманной дымке на горизонте. Позади нависала громада скал — правильно, где же ещё положено находиться монастырю, в котором обучают боевым искусствам? Воткнутые то там, то здесь длинные оранжевые флаги недвусмысленно указывали на тропинку, ведущую от выступа куда-то вглубь гор.

Первым желанием Виталика было, конечно же, следовать ровно в противоположную сторону, избегая сюжетной линии, покуда это возможно. Вот только отвесные скалы ограничивали свободу выбора похлеще цензуры. Вздохнув, Виталик отдал своему персонажу команду закончить с пафосной медитацией. Его кряжистый гном осторожно поковылял по узкой дорожке.

Из-за потрясающей компьютерной графики у Виталика слегка кружилась голова — ощущение балансировки над пропастью не покидало его весь путь по тропе. Да, ему уже доводилось путешествовать по горам, играя за сэра Витальевича, но тогда его окружали товарищи, готовые подстраховать рыцаря. Сейчас же он чётко осознавал: стоит ему сделать всего один неосторожный шаг в сторону, и создание персонажа придётся начинать заново. Ох уж эти высоты, только оказавшись в горах, понимаешь, насколько крошечными существами мы все на самом деле являемся.

Виталик плохо представлял, о чём медитировал его альтер эго до начала игры, но сейчас, преодолевая шажочек за шажочком бездонные пропасти, он и сам впал в своего рода транс. Восприятие сузилось до маленького пространства прямо перед героем, всё остальное воспринималось будто бы краем зрения — сейчас оно было неважным.

«Один шаг за раз», — повторял, словно мантру, Виталик, безжалостно отбрасывая любую лишнюю информацию. — «Один шаг за раз. Красотами полюбуемся при более благоприятных обстоятельствах».

Пять минут в реальном мире растянулись в его сознании на часы. Когда тропинка привела его наконец на плато, Виталику казалось, что он играет за гнома уже довольно долгое время.

Укрывшийся среди скал монастырь выглядел достаточно скромно. Никаких восточных излишеств и украшательств, только грубо сколоченные из брёвен домики, в которых вели свой суровый быт обитавшие здесь монахи. Чуть дальше виднелись спускающиеся в горную долину террасы, на которых рос рис, а совсем вдалеке на небольшом лугу паслись козы. Всё прямо веяло спокойствием, отсутствием суеты и амбиций.

— Как прошла твоя медитация, Виталийсан, — спросил его сидевший на пеньке старенький гном, настолько неподвижный, что Виталик сперва принял монаха за изваяние. — Постиг ли ты Хрен?

«Хрен?» — удивился Виталик. — «Что ещё за Хрен такой? Может, Дзэн?»

— Да, мастер, — на всякий случай учтиво ответил геймер. — Я познал безмятежность.

Старый гном хитро улыбнулся:

— Молодец, Виталийсан, но поведай же, почему не стоит тревожиться? Ведь у нас, смертных существ, столько дел…

«Ага, это, должно быть, проверка», — смекнул бывалый игрок. — «Так, что я знаю про всю эту восточную хрень? А, вот».

— Потому что ложки не существует. Истинная природа явлений — пустота. Ничто нельзя дать и ничего нельзя взять. Дело в нас самих.

Монах-наставник с серьёзным лицом слушал откровения геймера, понахватавшего обрывки информации из фильмов, интернета и семинаров сомнительных коучей. Внезапно, с непостижимой для столь преклонного возраста прытью, седой гном вскочил и врезал пяткой прямо по челюсти неуча.

Виталийсан отлетел на полметра, после чего смачно плюхнулся на пятую точку. Его распирала обида: какой-то старый хрыч одолел его, что называется, одной левой.

— Ты чё, охренел?! Да я тебя ща, я…

— Если ничего не существует, — спокойно спросил мастер, — откуда же в тебе эта злость? И при чём здесь вообще ложка?! — на сей раз интонация наставника выражала нечто среднее между разочарованием и удивлением. — Виталийсан, ты что, опять голоден?

Виталик запоздало понял, что невольно испортил какую-то восточную притчу, но поскольку он не прокачивал интеллект ни себе, ни своему персонажу, то не стал придавать этому большего значения.

— Познать Хрен, — решил вместо извинений написать геймер, — значит класть на всё с прибором. Ложка — это же прибор, правильно? Просто она первой пришла мне на ум, вот и всё.

Старый гном задумчиво почесал свою жиденькую белоснежную бороду:

— Такой ответ мне нравится куда больше. Помни: сила монаха Шакалинь — это сила простоты. Простоты, а не пустоты, дурень! Надо стремиться быть проще, чтобы удача тебе улыбнулась. А пустота и так заберёт тебя в своё время. Стремиться к пустоте — значит ни к чему не стремиться. Понял?

Виталийсан с умным видом кивнул:

— Да ни хрена я не понял, но я по крайней мере понимаю, что ни хрена не понимаю, а остальные не понимают даже этого.

Старичок дружески хлопнул поднявшего с земли ученика по плечу:

— Молодец, выучил наконец нашу главную мантру. Ладно, хрен с ним с Хреном, пойдём, пора ужинать.

Игра за монаха выглядела пока очень странной, но с другой стороны, чего ещё ожидать от секты отшельников? Сидят по полдня в своих неудобных позах, чего-то там созерцают. Конечно, рехнёшься, если годик так поживёшь. Виталик, вон, на даче без компа за месяц чуть с ума не сошёл: сидел, тупо на доски пялился, не зная, что ему делать… Бр-р-р! Ужасные времена.

Тем не менее геймер не торопился покидать начальную локацию, зная, как суров мир Врат Барана.

«Посмотрим, может удастся пару уровней в монастыре поднять, они ведь будут местное кунг-фу отрабатывать? Кстати, интересно, как оно у них здесь называется? Фу-фу-фу? Тьфу-тьфу? Ушу-укушу? Надо будет как-то ненавязчиво спросить у этого старого хрена за ужином. Мордобоем всяко интереснее заниматься, чем заумную философию слушать. И уж точно гораздо полезнее для моих будущих приключений».

Ужин был скромным. Но хотя бы ели все молча, без псевдоинтеллектуальных рассуждений о Хрене, простоте и прочих премудростях.

Зайдя в свою скромную келью, Виталийсан сразу лёг спать. Всё самое интересное, а именно тренировки, со слов наставника должны были начаться завтра. Вот тогда и проверим, чего стоит эта хвалёная энергия Ссы.

Глава 34. 36 ступеней Шакалиня

Чак Норрис может заставить воду течь под лежачий камень.

Интернет-мудрость

Звучный рёв горна разбудил монахов ещё до рассвета. Поскольку в игре, в отличие от реальности, раздеваться для сна было необязательно, Виталийсан сразу бодро направился на тренировочную площадку в предвкушении чего-то действительно интересненького. В детстве Виталик очень любил фильмы про боевые искусства, поэтому готовился к чему-то эпичному. Вместо этого, старец, который залепил вчера ногой ему в челюсть, дал Виталиюсану метлу и приказал расчистить квадрат, где-то метров сорок на сорок.

— Работай корпусом, Виталийсан, — наставил его старый монах. — Повернул корпус вправо, опустил метлу и резким поворотом влево сметаешь всё в сторону. Понял?

Виталийсан угрюмо кивнул.

— Тогда начинай и сделай морду попроще.

Что ж, после вчерашнего удара очки здоровья восстановились не полностью, поэтому Виталик решил не перечить наставнику. Вздохнув, геймер принялся двигать мышкой, выполняя черновую работу.

Даже подметание пола было реализовано в виде мини-игры, так что оставить персонажа и пойти попить чай, не представлялось возможным. Виталийсан орудовал метлой словно каким-то экзотичным оружием, борясь с пылью и мусором. Эпичная битва в духе сражения с «крапивной армией» в возрасте пяти лет…

Осторожно задавая мастеру-гному вопросы, — нужно же было хоть как-то скрасить рутину — Виталик выяснил, что того звали Фуфуцием и в молодости он был знатным задирой. Любимым развлечением тогда ещё юного гнома было провоцировать тяжеловооружённых воинов, а потом, будучи безоружным, валить их на обе лопатки. Фуфуций даже придумал для этой забавы собственный стиль, который назвал Хваткидо — ведь важной составляющей стиля был захват кистей противника, чтобы тот не мог наносить удары оружием. Далее шёл эффектный бросок, либо за счёт инерции движения, либо посредством выведения оппонента из равновесия рывками, подножками и другими приёмами.

Фуфуций развлекался в течение многих лет, пока не нарвался однажды на недорослика-мага, который не собирался бороться с накачанным гномом, а просто спалил тому бороду и поджарил за пятки. После подобного унижения безбородый борец вынужден был пересмотреть свой стиль, тренируясь уворачиваться от снарядов, быстро сокращать дистанцию и вырубать противника с одного удара. Новый стиль получил в итоге название Вротмненогидо, так как в нём всё строилось на быстрых перемещениях и ударах ногами. Отомстив спустя годы обидчику-магу, начинающий к тому моменту стареть мастер ушёл в монастырь, дабы спокойно постигать Хрен и ничегонеделание. Со временем Фуфуций снискал к себе уважение и стал главным наставником Шакалиня. Вот такая офигительная история уровня начинающего писателя самиздата.

Мимо Виталиясана, сладко позёвывая, проходили другие монахи, каждому из которых Фуфуций давал какое-нибудь хозяйственное поручение: прополоть рис, выпасти коз, что-то убрать, починить или покрасить. Тех, кто выполз из кровати уже после рассвета, отправили медитировать. Ничего похожего на тренировку бойцов.

— Мастер Фуфуций! — не выдержал, в конце концов, обескураженный геймер. — А что, сегодня опять не будем Вротмненогидо отрабатывать?

Старый гном посмотрел на гнома молодого с большим подозрением:

— Виталийсан, опять ты торопишься. Боевые искусства не главное. Постигни Хрен, почувствуй Ссы, и твоё тело само найдёт путь к победе, когда это потребуется. А пока мети, мети, как я тебе показал, и постарайся отбросить лишние мысли. Давай, на вдохе поворот корпуса вправо, так, а теперь резкий выдох и поворот влево. Отлично! Продолжай в том же духе ещё пару часиков.

«Аргх!» — Виталик аж закатил глаза от досады. — «Похоже, нас опять нае…» — его руки тем не менее сами на автомате двигали мышкой. — «Отличный расслабон, подметать в игре после тяжёлого рабочего дня в душном офисе! Ещё бы бумажки из одной кучи в другую перекладывать поручили, чтобы я точно завыл от тоски. Не игра, а какое-то одно издевательство».

До полудня не произошло ничего интересного.

— Не так, Виталийсан! — вернувшись с обеда, поправил ученика Фуфуций. — Я же тебе объяснил, корпус вправо…

— Да какая разница?! — возмутился уставший от бесконечного выметания пыли геймер. Он подметал площадку уже по десятому кругу, а мини-игра всё никак не заканчивалась. — Хочу всех кулаками и ногами дубасить, а не вот это всё!

Виталийсан в раздражении отбросил метлу:

— Кунг-фу давай! Кия-кия! Ушу-мушушу! Стиль пьяной кошки, у-у-у!

Поглаживая большими пальцами свой живот, Фуфуций взирал на ученика, словно на неразумное дитя.

— Удар с разворота! Апперкот! Ку-у-я-я-я!

Нажимая на все подряд клавиши, Виталик каким-то образом заставил своего персонажа принять позу всадника и теперь бил по воздуху кулаками.

— На! На! Почувствуйте моё Ссы, засранцы!

Похоже, «ката» Виталиясана произвели на Фуфуция неизгладимое впечатление. Старый гном присел в сторонке на корточки, внимательно рассматривая ученика, избивающего несуществующего оппонента.

— Этому больше не наливать, — покачал головой мастер после пяти минут подобного представления. — Виталийсан, прекращай делать глупости! Поза всадника — чисто тренировочное упражнение для развития силы бёдер, если ты будешь стоять в ней в реальном бою, из твоего мужского достоинства сделают омлет, и то, в лучшем случае. Не надо расставлять ноги так широко, встань в нормальную боковую стойку, так ты подставишь под удар наименьшую площадь. Руками просто так не размахивай, вкладывай вес за счёт поворота корпуса, я же не просто так тебя подметать заставлял! Во, так уже лучше. Орать и корчить рожи, кстати, необязательно.

Следуя появившимся на экране подсказкам, Виталик осваивал технику боя. Умение вращать корпусом, доведённое многочасовым подметанием до автоматизма, сейчас весьма ему помогало.

— Постарайся раньше времени не напрягать руку. За счёт вращения корпуса её как бы выбрасывай, в конце полёта только полностью сжимай кулак и кисть немного подкручивай. Молодца! Удары руками базово мы освоили. Давай ножками теперь подрыгаем, раз уж тебе так неймётся.

Удары ногами давались Виталику тяжелей, но Фуфуций честно предупредил его, что это нормально. Ноги нужны в первую очередь для перемещения, а если уж ими бить, то чтоб противник улетел прямо в космос! Про эффектные удары ногой с разворота мастер приказал Виталиюсану на время забыть, да и в принципе посоветовал не махать ногами выше уровня пояса.

— Да ты не переживай так, Виталийсан! Колени, внутренняя часть бедра, жопоседалищный нерв — отличные цели. Если как следует долбанёшь, мало противнику не покажется. А теперь пошли к ручью, будем тебя закалять и набивку делать, ты же мечтал стать этим, как ты там сегодня с утра говорил?

— Терминатором, — подсказал довольный Виталик.

— Да, точно, нагибатором, — кивнул Фуфуций. — Ох уж эти молодёжные словечки.

— Го, — подсказал геймер ещё одно слово, потихоньку приучая наставника к игровому сленгу.

Сбылась, что называется, мечта идиота.

Виталийсан голыми руками половил в ледяном ручье рыбу, постоял под небольшим водопадом, вынес от наставника побои, которые тот почему-то называл набивкой. В результате здоровье его персонажа уменьшились до опасных десяти процентов от максимума, когда небо стало темнеть.

Фуфуций, казалось, искренне наслаждался издёвкой над энтузиастом восточного мордобоя:

— Ну что, теперь ты доволен, Виталийсан? Продолжим завтра твои тренировки.

Покрытый синяками, замёрзший гном с готовностью кивнул:

— Конечно, мастер! Только это, мне бы немножечко подлечиться.

Мастер боевых искусств хмыкнул:

— У нас, если ты не заметил, здесь, вообще-то, не рынок. Целебные зелья купить негде, а из местных лечебных растений только капустный лист можно к ранке при желании приложить. Могу в тебя иголки потыкать, активизировать чакры, но честно говоря, я бы советовал просто недельку повосстанавливаться естественным образом. Полежать, помедитировать, посмотреть, как работают другие…

«Хм, это, наверное, проверка моей решимости», — подумал Виталик, а потому написал:

— Нет, мастер, я буду сражаться с тенью и бить манекен. А вот с закалкой и набивкой, пожалуй, и правда стоит повременить.

На всякий случай, чтобы не обижать мастера, он добавил:

— И конечно, вечерами я буду постигать Хрен.

«А с хрена ли ещё ночью делать?» — добавил игрок про себя.

* * *

Следующий день начался с гимнастики: Фуфуций играючи скручивал несчастного Виталиясана в бараний рог, тренируя таким образом гибкость. Особенно больно было смотреть на попытку усадить гнома на шпагат — наставник привязал верёвки к лодыжкам Виталиясана и натягивал их, пока от хруста сухожилий сидевший за компом геймер едва не подавился чипсами. Чуть-чуть восстановившиеся за ночь очки здоровья вновь опустились аж до пяти процентов. Правда, массаж и растирание капустными листиками помогли Виталиюсану выйти из предсмертного состояния, но от дальнейших тренировок пришлось отказаться. Бой с тенью и сушение белья «методом Брюса Ли» — когда бельё скручивалось и отжималось благодаря акробатическим выкрутасам — завершили третий день игры за монаха.

На четвёртый день Фуфуций заставил Виталиясана таскать из ручья на дне долины воду, чтобы орошать рис на террасах — мол, и выносливость потренируешь как следует, и хоть что-то полезное для общего дела сделаешь.

Затем его заставили вырывать из досок гвозди, причём одними лишь пальцами, после чего забивать их обратно — хвала богам, уже молотком. Целесообразность этого действия для общества была нулевая, но пальцы рук Виталийсан прокачал хорошо.

В условную пятницу — по игровому календарю — Фуфуций заставил всех монахов бегать по кругу на расчищенной ранее Виталиемсаном площадке, напевая при этом:

«Чёрный ворон, чёрный ворон,

Что ты вьёшься надо мной?»

У большинства монахов дыхалка такой издёвки не выдержала. Остаток дня все валялись прямо на площадке, постигая Хрен и задаваясь вполне резонным вопросом: «а на хрена нам всё это надо?»

В местную субботу Фуфуций объявил Шабаш — Виталик вначале решил, что наставник имел в виду Шаббат, но понял, что ошибся, то был именно шабаш. Весь день монахи пили какую-то лютую брагу, после чего буянили почти до утра. Вроде как формально эта вакханалия считалась частью постижения Хрена, но Виталик подозревал, что Фуфуций просто искал повод выпить.

На седьмой день в монастыре царил такой бардак, что Виталиюсану пришлось снова отрабатывать вращения корпусом, то есть подметать мусор.

Но так или иначе, он поднял за неделю пять уровней, поэтому не расстраивался.

«Я за level up готов на всё!» — энергично работал корпусом/метлой геймер. — «Надо будет, хоть зубной щёткой весь монастырь вычищу, лишь бы мой персонаж стал сильнее».

Да, мало на свете людей столь целеустремлённых, как геймеры, жаждущие прокачать своих альтер эго. Если бы такое упорство да в нужное русло… Но что может предложить убогая реальность? Скучная учёба, унылая работа, опостылевшая супруга, грабительская ипотека, проблемы со здоровьем, смехотворная пенсия, до которой к тому же хрен доживёшь… Увы, альтернативы хорошей компьютерной игре нет. Поэтому приходится мучиться, чтобы стать выше, сильнее, богаче — пускай хоть в виртуальном пространстве, это лучше, чем ничего.

* * *

В начале следующей недели Фуфуций стал посвящать Виталиясана в искусство воздействия на болевые точки. Изучались приёмы, запрещённые в большинстве соревнований, позволяющие без особых усилий вывести из строя любого противника. Впрочем, Фуфуций сразу предупредил переполненного энтузиазмом ученика, чтобы он сильно на грязные приёмчики не рассчитывал — даже неопытный оппонент будет инстинктивно защищать уязвимые места своего организма. Но вот если удастся с противником сблизиться…

Немаловажной проблемой была защита против оружия, а также атака голыми руками противника в тяжёлых доспехах. Виталик сильно пожалел, что вложил все очки умений в ударные стили, поскольку против вооружённого воина в латах кия-кия работало плохо. Очень плохо. Можно сказать, вообще не работало. Пришлось при повышении уровня вкладывать-таки очки в борьбу, после чего Фуфуций посвятил ученика в основы хвалёного Хваткидо.

Изобретательный наставник постоянно собирал для отработки приёмов всё новые и новые манекены, чем немало удивил Виталика, ведь умелые механики нечасто увлекаются мордобоем. Но по словам Фуфуция, если все приёмы отрабатывать на напарниках, то для полноценной тренировки одного монаха понадобятся тысячи мальчиков для битья. За «победы» над манекенами давали, кстати, весьма неплохой опыт, поэтому геймер колотил невинные конструкции с большим удовольствием.

По мере постижения Виталиемсаном двух боевых стилей Фуфуций стал уделять больше времени обсуждению тактических нюансов: как вести бой на той или иной местности, как сражаться с разными классами, что делать, если приходится биться сразу с несколькими противниками, и всё в том же духе.

Виталик и моргнуть не успел, как пролетели все выходные. Даже во сне он шевелил воображаемой мышкой, стучал по несуществующим клавишам, всё время с кем-то борясь. Мама и коллеги на работе смотрели на него очень косо, на улице от него шарахались даже гопники, поскольку в его остекленевших глазах читалась абсолютная воля к победе. Да, кажется, он действительно познал Хрен, причём не только в игре, но и в реальности. Виталик часто ощущал энергию Ссы, когда, увлёкшись, забывал сбегать по-маленькому…

Он сам и его альтер эго с каждым днём становились сильнее.

Глава 35. Финальный экзамен

Клонирование запретили, поскольку если клонировать Чака Норриса, то появится вероятность, что удар ногой с разворота одного Чака столкнется с ударом ногой с разворота другого. Физики утверждают, что это станет концом Вселенной.

Интернет-мудрость

Очередная рабочая неделя прошла как в тумане.

Подъём в семь утра, умывание, завтрак, поездка в маршрутке, работа, обратно домой. Тренировки до четырёх часов ночи. В игре, конечно, но всё равно тренировки весьма изнурительные. Опять подъём в семь утра…

В мешках под глазами Виталика можно было таскать из магазина картошку. Геймер работал, то есть прокачивался в игре, на износ. Врата Барана вознаграждали его усилия в виде всё новых уровней, тогда как в реальном мире его все лишь ругали. Ты должен то, ты должен сё, должен, должен, должен, должен… Тебе при этом, естественно, не должен никто ничего — участь всех «настоящих мужчин», ничего не поделаешь. Не удивительно, что реальность значила для Виталика с каждым днём всё меньше, а игра, наоборот, завладевала всем его вниманием без остатка.

«Лучше быть первым в игре, чем последним по жизни» — часто произносил про себя мудрый геймер, стараясь сократить контакт с миром вне его любимой игрушки. К несчастью, если на работе он мог свести общение с коллегами к необходимому минимуму, то отвязаться дома от навязчивой матери было куда сложнее. Почему-то та твёрдо решила, что её сыночку нужна помощь психолога, у него какая-то игровая зависимость и прочий бред.

«Насмотрятся своего телевизора, потом к нормальным людям со всякой ерундой пристают», — бурчал Виталик, всеми правдами и неправдами избегая встреч с мамой.

Глубокой ночью с пятницы на субботу он перенёс в свою комнату изрядный запас чипсов, сухариков и бутилированной воды. Чтобы его не поймали по пути в туалет, несколько пустых бутылок он приспособил в качестве мочеприёмников… Казалось, ничто не предвещало беды.

Увы, невозможно предусмотреть всё. В субботу он не вылезал из убежища, но в воскресенье, ещё не осознавая спросонья что делает, Виталик вышел из комнаты, беспечно направившись в ванную. Сумасшедшая мамаша выпрыгнула из засады, перегородив ему пути к бегству:

— Сыночек, нам надо серьёзно поговорить.

Виталик застыл словно вкопанный, чувствуя себя загнанным в угол. Серьёзный разговор, как правило, означал попытки познакомить его с какой-нибудь девушкой или повесить ему на шею иную обузу. Серьёзный разговор — Виталик очень не любил это словосочетание. Сейчас он снова окажется что-то должен.

— Сыночек, ты должен понять, нельзя так издеваться над своим организмом. Ты же угробишь себя этими играми! Не спишь, не ешь, не гуляешь — только сидишь за компьютером, словно больше ничего в мире нет! Когда в последний раз ты ходил куда-нибудь, кроме работы? Месяц назад? Два? Три? Витюша, жизнь проходит мимо, пока ты играешь в своих этих баранов!

— Не в баранов, а во Врата Барана, — поправил маму Виталик.

Та лишь махнула рукой в расстроенных чувствах:

— Неважно. Важно то, что тебе пора менять свою жизнь. Начать нормально питаться, высыпаться, ходить гулять в парк. Тогда у тебя и силы появятся, желание жить, работать, девушку завести…

— Мама…

— Да, я хочу, чтобы ты был нормальным! Нормальным человеком, понимаешь? А не сидел безвылазно в своей комнате, словно этот, как его, троглодит!

«Троглодит?» — не понял Виталик. — «Какой на фиг ещё троглодит? Что за чушь несёт эта женщина?!»

— Мама, я гном! — гордо ответил на совершенно незаслуженные оскорбления геймер. — Гном двадцатого уровня.

Руки мамы Виталика опустились:

— Сыночек, тебе тридцать пять лет…

Но Виталик уже обрёл уверенность и контроль над ситуацией:

— Послушай меня, тёмные силы пытаются под видом спасения мира этот самый мир захватить. Они уже контролируют правительство, все, кто мог им перечить, устранены. Я один из горстки избранных, кто знает правду. Я не могу сидеть сложа руки, мама! Не могу позволить себе праздно шататься по улице, когда само существование мира находится под угрозой! Мама, я никогда ещё не был силён, как сейчас, но ведь вместе с силой приходит ответственность, правильно? Поверь, я точно знаю, что делаю, и моё дело — правое. Пожалуйста, потерпи ещё немного, и я обещаю, с тёмными силами будет покончено. Добро победит!

Мама Виталика молча развернулась и ушла в свою комнату. Очень странная реакция! Но что поделать, людям тяжело принять факты, противоречащие их картине мира. Она считала, что спасает сына, но на самом деле, это её сынок спасает весь мир. А уж реальный этот мир или виртуальный, особого значения не имеет.

— В конце концов, что есть реальность? — задал Виталик риторический вопрос в пустоту. — И как её определить? Я, конечно, не Морфеус из Матрицы, но. Что-то с этим миром неладно. Вдруг весь наш мир — это тоже симуляция, как Врата Барана? Это бы действительно многое объясняло, — забыв, куда собирался, геймер вернулся в свою комнату. — Например, почему вокруг столько тупых баранов, только внешне похожих на нормальных людей! Да, мы точно живём в симуляции. Буду называть её Планетой Баранов. Только подождите, тогда получается, что я тоже баран?

* * *

— Да ты не ссы, не убьют тебя манекены! Если всё сделаешь правильно, выйдешь из зала без единой царапинки, — успокаивал Виталиясана Фуфуций, готовя ученика к финальному экзамену. — Подумаешь, каждый механизм по-своему двигается и вооружён настоящим оружием. А в реальном бою противники будут тупо стоять и ждать, пока ты свои навыки вспомнишь? Надо действовать не раздумывая: где-то увернуться, где-то удар заблокировать, где-то самому врезать. И двигаться, Виталийсан, в бою всегда нужно двигаться: застыл на месте — стал удобной мишенью. Давай, я верю в тебя, ты сумеешь повергнуть эти бездушные машины. Да, кстати, время испытания ограничено, так что советую не хитрить, а сражаться с полной самоотдачей с максимальным числом противников за раз. Ну что, ты готов? Вижу по глазам, что готов, тогда начали!

Виталик себя готовым не чувствовал. В небольшом зале, спрятанном в пещере неподалёку от монастыря Шакалинь, с бешеной скоростью и, на первый взгляд, совершенно хаотично двигалось около сотни боевых манекенов. Виталиюсану уже не раз доводилось отрабатывать на них Вротмненогидо, но манекенов никогда не было больше четырёх — максимальное количество оппонентов, с которыми при более или менее равном уровне воин имел шансы справиться. Но главное — на тренировках манекены двигались предсказуемым образом, что позволяло быстро подстроиться и довести до автоматизма приём, здесь же направление движения и угол атаки у всех манекенов постоянно менялся. Какая-то сплошная мешанина режущих, колющих и дробящих кости механических конечностей.

— Пошёл! Пошёл! — наставник толкнул Виталиясана в спину. — Время утекает.

И действительно Фуфуций каким-то образом перевернул большие песочные часы, висевшие под потолком зала — песчинки стремительно посыпались, отмеряя отведённое на испытание время. Сглотнув и вытерев вспотевшие ладони о засаленную футболку, Виталик отрёкся от всех бренных мыслей и начал отбивать пальцами танец по клавишам.

«У геймера нет цели, только путь», — повторял он про себя любимую мантру, позволявшую сосредоточится на текущем мгновении и не переживать понапрасну о результате. — «У геймера нет…»

Кто-то мог бы сказать, что у геймера нет мозгов, сердца или даже души. Что нет денег, нет семьи, будущего. Нет гражданской позиции, нет социальной ответственности, нет совести, в конце-то концов. Кто-то мог бы сказать эти неприятные вещи. И возможно, этот кто-то даже частично был прав, но в субъективном восприятии геймера пиксели и циферки были самой настоящей реальностью, которая стоила любых жертв. Потому что в воображаемом мире геймер был важен, от его решений зависело решительно всё. Именно здесь он являлся подлинным творцом своей судьбы, кузнецом своего счастья, властным боссом… Так стоп, властные боссы — это уже из другой оперы. А у геймеров нет потребности быть социально одобряемыми какими-то жалкими морализаторами, лучше всех знающими, кому что и как следует делать! У геймеров нет амбиций, заставляющих людей тратить деньги на понты и ненужные вещи! У геймеров нет зависимости от животных инстинктов: они едят ровно столько, чтобы не помереть с голоду, спят не больше необходимого, трахаются… Эм, ну, чисто в теории, иногда они с кем-то трахаются. Одним словом, геймеры — это люди будущего, промежуточное звено между человеком и сверхчеловеком.

И сейчас это «промежуточное звено» демонстрировало настоящие чудеса реакции, расправляясь с искусственными врагами в искусственном мире. И делало оно это по-настоящему хорошо.

Виталийсан шагнул в сторону, уворачиваясь от выпада копьём, ударил манекен в условную подмышку. Рука механического воина отлетела, но монах и не думал на этом останавливаться — один из уроков Фуфуция состоял в том, что противника нужно обязательно добивать. Поэтому, воспользовавшись удобной позицией, Виталийсан вложил всю массу своего немаленького гномьего тела в лоу-кик, переломив жерди, заменявшие манекену ноги. Вот теперь с этим противником всё: как бы ни были продвинуты технологии Шакалиня, но после таких повреждений ни один манекен больше не встанет.

Однако на празднование победы у Виталика не было ни секунды, с двух сторон на него обрушили удары два новых противника. Один размахивал палицей, второй настоящим боевым топором. На обоих сверху одели толстые куртки и кольчуги. Голыми руками такую броню хрен пробьёшь. Но Виталийсан и не собирался противопоставлять кулак дубине и уж тем более топору. Он познал Хрен, а потому умел использовать силу противника против него самого. Сейчас его врагов было двое, так пусть они друг дружку немного и подубасят. Уйдя с линии атаки вооружённого топором манекена, Виталийсан схватил место сочленения руки и оружия. Используя инерцию удара, крутанул деревянного воина и уже чужой рукой расколол второго противника почти надвое. Дальше дело оставалось за малым: резким рывком сломать руку с топором, а затем ещё одним рывком опрокинуть манекен на пол. Можно было бы, конечно, поверженного врага чисто для эффекта как следует пнуть, но терять на это даже доли секунды казалось непозволительной роскошью: песочные часики «тикали», а на монаха надвигались сразу три боевых манекена.

На сей раз противники были запрограммированы вести себя осторожно. Два механических воина теснили Виталиясана большими щитами, а третий колол копьём из-за спин тяжеловооружённых товарищей. Довольно безнадёжная ситуация. Вот здесь уже без монашеской акробатики было не обойтись. Поэтому, схватившись за щит правого воина, Виталийсан ловко перемахнул через преграду, очутившись позади троицы. Короткими ударами под колено и в условную шею монах быстро расправился с щитоносцем и манекеном с копьём, одолеть оставшегося бойца помогло уже обычно Хваткидо.

Виталийсан кружился по залу, круша одного противника за другим, когда внезапно пол пещеры вздрогнул. С потолка посыпалась пыль, но сосредоточенный на бое монах не уделил этому большого внимания. А вот Фуфуций сразу обеспокоился, похоже, встряска не была частью финального испытания. Крикнув ученику какие-то указания, наставник выбежал из пещеры. Снаружи явно что-то происходило: слышался рёв, грохот и вопли. Но какое Виталику было до этого дело, если за каждого поверженного манекена давали кучу опыта? Апокалипсис апокалипсисом, а упускать крутую прокачку было нельзя. Он уже три уровня поднял на механических воинах, а за оставшиеся пару минут имелись все шансы апнуть четвёртый.

«Не, ребят, вы там сами как-нибудь разберитесь, у меня здесь своя война», — хмыкнул Виталик, проводя серию ударов по особо крепкому манекену. — «Тем более навряд ли там нечто оригинальное. Драконы, наверное, опять прилетели. Разработчикам же надо как-то сюжетно связать прохождение за разных героев, а, кроме драконов и тёмных сил, мозгов ни на что не хватает. Вот если бы концепт игры писал я, то… Да хрен его знает что. Наше дело — критиковать, а не решения предлагать, правильно?»

Действительно, заниматься творчеством может каждый, вы попробуйте чужой труд обесценить. Сразу на вас накинется злобный автор, разработчик, художник или ещё какая зацикленная на созидании личность. А уж если у такой личности много почитателей, то держись, придётся самому от несправедливых нападок отбиваться. Не каждому дано критиковать, ох, не каждому.

Выдающийся критик добил-таки последний манекен почти в аккурат с пересыпанием песчинок из верхнего сосуда часов в нижний. Финальный экзамен был пройден! Возможно, не совсем уж блестяще, две трети здоровья Виталийсан потерял, но задание он полностью и вовремя выполнил. Пришла пора заслуженной награды. Виталик неспешно распределял полученные за новые уровни очки между характеристиками и умениями своего персонажа. Внимательно читая описания всех возможностей, думая, анализируя и планируя — в таких делах спешить точно не следует. Это вам не разорение монастыря тупыми драконами, понимать надо.

Когда Виталийсан вышел с видом триумфатора из пещеры, то всё уже завершилось. Монастырь Шакалинь сгорел дотла, по рисовым террасам и в горной долине были разбросаны трупы. По большей части тела принадлежали монахам, но две туши драконов подтвердили предположение Виталика о причине постигшего монастырь бедствия. Он даже запоздало пожалел, что пропустил битву: не потому, что оплакивал судьбу своих братьев, а потому что ему было интересно, каким образом монахи вообще сумели одолеть двух драконов? Уж что-что, а бой с этими монстрами они на тренировках не отрабатывали.

«Кстати, да, реально, как я должен голыми руками таких чудищ мочить?» — бродя по руинам Шакалиня, Виталик обдумывал внезапно ставшую актуальной проблему. — «Им мои удары, что комариные укусы слону. Не поборешься при такой разнице в массе. Разве что, используя акробатику, допрыгнуть до каких-нибудь болевых точек. Но где они у дракона? Кроме глаз, ничего на ум не приходит».

Фуфуция он нашёл практически на самом краю плато, на котором стоял монастырь. Наставник сидел со скрещёнными ногами прямо на скалах и задумчиво смотрел на закат. Подойдя ближе, Виталик увидел, что одежды наставника были изодраны, в нескольких местах на теле виднелись глубокие раны.

— Виталийсан, твою наискось! — постарался произнести бодрым голосом мастер. Однако усталости в его тоне было куда больше гонора. — Я уж думал, так и помру, не успев сказать прощального слова.

«Ну да, предсмертная болтовня — шаблон, который нельзя не использовать», — хмыкнул скептически настроенный геймер. — «Ну давай, расскажи мне про предательство, мою великую миссию, бла-бла-бла».

— Виталийсан, ты хороший боец, но, уж прости за мою прямоту, идиот. Тебя не волнует ничего, кроме этой, как там её, прокачки ради прокачки. Ты слишком зациклен на силе, и это может тебя в конце концов погубить, — Фуфуций кисло улыбнулся ученику. — Живи текущим мгновением, не думай всё время, как бы ещё улучшить свои навыки боя. Наслаждайся путём, он важнее конечной цели твоего путешествия.

— У монаха нет цели, только путь, — чуть-чуть перефразировал свою любимую мантру геймер, — это я и так знаю. Мастер, лучше скажи…

Фуфуций резким жестом прервал вопрос прошедшего финальный экзамен, но так и не постигшего по-настоящему Хрен гнома.

— Нет, Виталийсан, я не буду больше ничего тебе объяснять. Не стану ограничивать твою свободу выбора необходимостью отмщения. Нашего дома больше не существует, монастыря Шакалинь теперь нет. Мне больше земной приют не понадобится, — старый наставник снова одарил его грустной ухмылкой, — а твой дом теперь целый мир. Иди же, познай через него свой дух воина. Ибо только забив на всё хрен, ты обретёшь покой в Хрене. Прощай, мой ученик. До свидания.

Виталийсан некоторое время постоял, ожидая смерти или новых речей от наставника, но Фуфуций просто молча сидел, наслаждаясь закатом.

«Н-да, настолько глубокий старец, что ему даже не нужно идти к реке», — Виталик немного завидовал умиротворённости мастера. — «Но мне идти нужно. Караваны сами себя не ограбят, а мосты не подожгут».

Поклонившись наставнику, не самый благодарный ученик развернулся и направился к тропинке, спускавшейся с гор.

«Не будем стоять над душой на самом деле лишённого души персонажа», — оправдал Виталик свой поспешный уход с места событий.

Ну не хоронить же ему неигровых персонажей, в самом-то деле? Трупы в играх через какое-то время сами всегда исчезают для экономии ресурсов компьютера.

И всё-таки что-то его совесть грызло.

Глава 36. Бывший магистр

Чак Норрис может убить два камня одной птицей.

Интернет-мудрость

Спуск с гор занял всю ночь, благо что свет двух лун позволял разглядеть тропу, вившуюся среди скал. Однако достижение предгорий ещё не означало выхода к цивилизации: судя по видам, на которые Виталик насмотрелся с плато, местность здесь была довольно безлюдная.

Монастырь Шакалинь, точнее, теперь уже руины монастыря располагались на самом севере Срединных Земель, гранича с племенами орков в тайге и горными кряжами, которые застолбили за собой гномы. Исследовать те края было бы интересно, но ловить там, в плане наживы, было решительно нечего. У бомжей-орков не имелось за душой ничего ценного, кроме шкур, о богатствах гномов ходили легенды, но об охране их сокровищ мифов было ещё в сто крат больше. Орки с гномами сами у кого хочешь бабки отнимут, особенно у одинокого путника.

Вот если бы с Виталиемсаном путешествовали Сутенёры Конца… Впрочем, теперь они, должно быть, снова стали Братством, ведь Шлюмаша сгинула в подземелье. В любом случае судьба прежних товарищей оставалась под большим вопросом: если барон Мангор покопался в воспоминаниях Шлюмаши, то наверняка уже схватил всех ребят. Захват мира любит тишину и отсутствие лишних глаз, а его прежние товарищи видели и слышали слишком многое.

Чуть более перспективным выглядел вариант присоединиться к банде Дурошлёпа, но как отыскать их в столь большом мире? Бродить по просёлочным дорогам, пока те сами на него не наткнутся? Проще уж сколотить новую команду из каких-нибудь отморозков.

На первую деревню, вернее сказать, деревушку Виталийсан наткнулся ближе к полудню следующего дня — монастырь Шакалинь располагался действительно на отшибе. Его встретили весьма радушно: жители видели огни в горах и, расспросив Виталиясана о случившимся, постарались всячески поддержать последнего монаха. В основном морально, поскольку дать им было нечего. Что ж, один из главных плюсов игры за монаха как раз и состоял в том, что ему особо ничего было не нужно. От золотишка, волшебных амулетов и колечек Виталик, конечно, не отказался бы, но такие вещи у простых селян встречаются только в совсем уж наивных фэнтези. Ему дали какую-то рваную одёжку, чуток провианта, и на том спасибо. Вообще говоря, он мог бы обойтись и без этих жалких подачек, но Виталик жил по принципу: дают — бери. Потом разберёмся, надо нам что-нибудь или нет. Узнав у местных жителей направление, он отправился в дальний путь к Вратам Барана.

Не то чтобы ему не терпелось вернуться в столицу. Несмотря на возвышенную речь о спасении мира, после которой мама перестала с ним разговаривать, все эти заговоры тёмных сил тревожили его постольку-поскольку. Но в разорённой драконами столице сейчас будет куча возможностей, где, если не там, можно быстро сколотить состояние?

Да, может монаху и не нужны броня и оружие, но деньги и верные компаньоны ему точно понадобятся. Вот тогда и подумаем о спасении мира от очередного медного таза, мести за Шлюмашу или об освобождении Сутенёров Конца. Тогда и подумаем.

Хотя местность на севере Срединных Земель была дикая, с серьёзными трудностями во время путешествия Виталийсан не сталкивался. Несколько раз на него нападали дикие животные: волки, кабан и медведь. Однако натренированные ноги и кулаки оказались куда страшнее клыков и когтей бедных зверюшек. Вожаку стаи волков Виталийсан в буквальном смысле порвал пасть, от лобовых атак кабана легко увернулся, обманом вынудив того врезаться в здоровенный булыжник. Грозный мишка оказался на деле довольно неповоротливым и, получив пару раз по носу, трусливо ретировался. Естественная эволюция явно проигрывала искусственному развитию разумных созданий. Ум и дисциплина в долгосрочной перспективе оказывались самым грозным оружием.

Впрочем, вскоре выяснилось, что те же принципы применимы и к людям. Принадлежность к человеческой расе сама по себе не свидетельствует о наличии дисциплины, а дисциплина без ума идёт скорее во вред.

Пятеро разбойников, решивших напасть на монаха, сильно пожалели о своей глупой затее. Они не сумели застать Виталиясана врасплох, не использовали с умом численное преимущество, а их стиль боя и стилем-то назвать было сложно. Руки, ноги — всё это движется в разные стороны… В действиях зверей согласованности и то больше. Нет, такие партнёры в ограблении караванов ему точно не нужно. Надо искать толковых товарищей.

Чтобы можно было с помощью жёсткой дисциплины сделать из них сильных воинов.

Чем ближе Виталийсан подходил к Вратам Барана, тем больше слухов до него доходило. Древнюю магию — теперь чёрное колдовство следовало называть именно так — ожидаемо разрешили, после чего драконов стали бодро гнать прочь из Срединных Земель. Но не в направлении Восточной гряды, а куда уж получится. По крайней мере, звучало это объяснение именно так. Вот только по совершенно случайному стечению обстоятельств «куда получится» точно совпадало со всеми соседними королевствами, осудившими снятие запрета на тёмное колдовство. Как говорится, есть четыре вида лжи: ложь, наглая ложь, статистика и политика. Да, во Вратах Барана во многом действовали те же неписаные законы, что и в обычной жизни.

Эльфы на юге и гномы на севере выражали наибольшую тревогу по поводу возрождения чёрной магии, из-за чего ощутили на себе всю прелесть налётов огнедышащих ящеров. А вот на востоке, после уничтожения Тысячи Пещер, никто из недоросликов особо не вякал, поэтому про их коварство, якобы натравившее на остальные королевства драконов, все сразу как-то забыли. Западные королевства людей были заняты извечной борьбой с морскими чудовищами, поэтому встретили вести о возрождении «древней магии» с энтузиазмом, надеясь, что та поможет им в войнах. Оркам всё было по фигу.

Простые жители Срединных Земель по поводу разрешений или запретов не заморачивались. Чёрная магия, древняя или современная, да хоть какая — была им абсолютно безразлична. Драконы улетели, значит, всё правильно, а почему и куда они улетели уже забота правителей соседних королевств. Народу бы восстановить разорённые земли, отстроить столицу, зажить припеваючи, тогда и подумаем о глобальных этических проблемах. Как выразил общее мнение один трактирщик:

— Нам до чёрной магии фиолетово.

Что ж, то было типичное отношение любого обнищавшего населения к причудам начальства. Если здесь и сейчас стало чуточку лучше, можно не думать о возможных последствиях. Ведь до потенциальных проблем ещё дожить надо, правильно?

* * *

Вскоре Виталиюсану подвернулась работёнка, причём такая, какую он точно не ожидал. Ему предложили… охранять караван.

«Охранять караван! Не грабить, а охранять, Карл!» — это был полный срыв шаблонов для геймера. — «Жесть, до чего же я докатился…»

Тем не менее он взял этот квест. Торговцы направлялись к Вратам Барана, так что ему было по пути, скорость передвижения благодаря поездке в телеге увеличилась, оплату по прибытии на место обещали достойную. Грабить же торгашей самому не было смысла: они везли во Врата Барана специфические строительные инструменты, которые весили много, а для жителей обычных деревушек большой ценности не имели. Чем рисковать жизнью в бою с уже имеющейся охраной и портить карму, проще было присоединиться к компании. Даже если это означало наступить на горло собственным принципам.

«Ладно, я же следую путём Хрена, значит, мне должно быть на всё по хрену, включая свои принципы. Даже на принципы, согласно которым мне всё по хрену, мне тоже по хрен. Диалектика», — в конце концов совладал он с сомнениями. — «Диалектика, правильно же? Обычно, когда что-то заумное говорят, это слово вставляют — надо будет погуглить как-нибудь, что оно значит».

Так Виталийсан превратился из бомжа, то есть оборванного путешественника, в важного охранника, к мнению которого все прислушивались. Ещё бы они не прислушивались, когда в тренировочных поединках он голыми руками одолел двух бугаев, взятых в охрану исключительно за их пугающий внешний вид. Громилы, конечно, после этого сразу заявили, что на самом деле они профессиональные лучники, но Виталик-то за лука играл, поэтому видел, что стреляют они столь же скверно, как борются. Трое торговцев-заказчиков и то лучше стреляли, правда, из арбалетов.

Впрочем, все надеялись, что обойдётся без происшествий. Если бы не слухи о банде некоего Дуралея, орудующей в окрестностях Врат Барана, обошлись бы и без охраны. Виталик догадывался, чьё именно имя несколько исказила молва. Возможно, если они всё же наткнутся на Дурошлёпа с компанией, он переметнётся к знакомым ребятам. Шлюмашу же те не обидели, значит, и гнома признают. Хотелось бы, правда, чтобы обошлось без повторения «подвигов» женского персонажа с говорящим именем…

Большая часть пути прошла совершенно спокойно. Приставать с претензиями к шестерым здоровым мужикам никто не решался. Виталийсан сидел рядом с торговцем на козлах впередиидущего фургона, бугаи сидели на втором и третьем фургончиках соответственно. В случае нападения договорились образовать из фургонов треугольник и даже пару раз отработали для тренировки подобный манёвр. Всем казалось, что ничего плохого случиться не может, пускай у Виталиясана и торговцев были разные причины для подобной самоуверенности. Но в игре, как и в жизни, именно в моменты расслабленности от судьбы прилетает конкретная оплеуха. Как будто специально, чтобы мы всегда держались настороже.

— Ну что там? — крикнул ожидавший на дороге торговец.

— Что-что, какой-то идиот мост, видимо, поджигал! — ответил Виталийсан, спешившийся, чтобы оценить серьёзность неожиданно возникшей преграды. — Чёрт, ну каким кретином надо быть, чтобы поджигать мост? Какой смысл этого вандализма? Дегенераты…

Посередине моста виднелась огромная дыра, вся правая сторона оказалась обуглена. У пешего путника ещё имелись шансы пройти через реку, держась за целые перила с левой стороны, но вот фургоны точно здесь не проедут. Придётся делать внушительный крюк, чтобы попасть на тот берег.

«Дебилы, вредители, твари!» — ругался Виталик, досадуя на потерю времени. — «Вот кому этот мост помешал? Что за манера всё портить!»

Нет, когда он жаждал сжечь все мосты, это было другое. Просто безобидные шалости, понимать надо. А вот перегораживать путь ему — чистое свинство!

— Как таких тварей ещё земля носит?! — монах развернулся к спутникам. — Разворачив…

Из леса вылетел огромный огненный шар, диаметром метра в полтора. С треском и шипением врезался в первый фургон, разнеся одну из его стенок в щепки. Перевозимые внутри инструменты посыпались на землю, колёса и пол повозки загорелись, перепуганные мулы рванули вперёд прямо в реку. Торговец успел спрыгнуть с козел лишь в самый последний момент, позабыв не только о своём арбалете, но и обо всём на свете. Минус один боец.

Виталийсан сразу бросился в лес, к тому месту откуда, как ему показалось, вылетел фаербол. Краем глаза он заметил, как часть второго фургона провалилась под разверзшуюся под задними колёсами землю. Затем, так же неожиданно, как открылись, земные недра сомкнулись, гигантскими «челюстями» переломив фургон надвое. Сидевшие на облучке бугай и торгаш грохнулись на дорогу, лишившись сознания то ли от удара, то ли от шока. Минус ещё два бойца.

На последний фургон мощной магии, судя по всему, не хватило. Охранника и торговца лупили волшебными кулаками — самым базовым магическим заклинанием, которое использовали в основном неофиты. Виталик много времени потратил на изучение списка доступных заклинаний, когда создавал недорослика, поэтому точно знал, что большого урона эти кулаки не наносят. Но зато волшебные оплеухи могли сбивать с толку, особенно неготовых к встрече с боевой магией обывателей, что и произошло на сей раз. Громила и торговец сжались на козлах фургона, прижав колени к груди и обхватив руками головы. Н-да, итого Виталийсан остался против нападающих совершенно один.

Однако уроки Фуфуция не прошли даром, монах чётко знал, что делать при встрече с волшебниками. В первую очередь, ни на секунду нельзя было оставаться на одном месте. Во вторую, следовало сократить дистанцию, войдя в ближний бой, или хотя бы найти укрытие, где можно спрятаться. Перемещаясь зигзагами, Виталийсан быстро достиг опушки леса и прыгнул в кусты, стараясь во время своих акробатических кульбитов обнаружить месторасположение противников. Как он и предполагал, нападавшие засели в кронах деревьев.

Один сидел на ветке молодого дерева, росшего буквально в паре метров от Виталиясана, но гнёздышко находилось слишком высоко, чтобы засевшего там недорослика можно было достать с земли. Лезть на дерево означало подставиться под атаку, поэтому Виталик принял решение… сломать на хрен деревце ударом ноги! Подскочив к дереву, монах нанёс пару мощных лоу-киков по ещё довольно тонкому стволу, чего оказалось достаточно, чтобы переломить древо. Недорослик наверху взвизгнул, будучи застигнутым врасплох, и плюхнулся прямо в терновник. Виталийсан, не задумываясь, устремился за ним.

Многочисленные колючки кустарника доставляли толстокожему гному не больше неудобств, чем укусы надоедливых мошек — неприятно, но, когда чем-то занят, даже не обращаешь внимания. А вот изнеженный маг-недорослик уделял колючкам всё своё внимание безраздельно. Поэтому, когда набросившийся на него монах выкрутил ему руки и взял в захват горло, чародей не успел произнести ни единого заклинания.

На пару минут наступило затишье.

— Начхун, с тобой всё в порядке? — раздался обеспокоенный голос компаньона волшебника. — Начхун?

«Блин, ну и имена у этих недоросликов», — хмыкнул Виталик, припоминая Сруль, Сосисия, Калкаша и прочих. — «Только у Картера нормальное имя было. А! Ещё, помнится, был смешной один…»

— Отпусти его, гад! — знакомый Виталику недорослик завис в воздухе, левитируя прямо над гномом с заложником. — Отпусти, а то хуже будет!

— Кому, ему? — усмехнулся Виталийсан, лишь крепче сжимая тоненькую шейку недорослика. — Спускайся давай, Хомка, нам надо серьёзно поговорить.

Если бывший магистр Крысиного Лаза и испытал удивление, что его имя известно странному гному, то ничем это не выдал. Описывая широкие круги, он неспешно опустился в десятке метров перед монахом и его жертвой.

— И вы там, неофиты, тоже из кустов выходите! — Виталийсан кивком головы показал в сторону примеченных во время левитации Хомки недоучившихся магов. — Сколько вас там? Трое? Горе-волшебники.

Четверо колдунов, из которых только один представлял для него серьёзную угрозу, обступили Виталиясана.

— Чего ты хочешь, гном? — потеряв терпение, спросил Хомка.

— Нет, сначала вы мне скажите, чего вам здесь нужно! — парировал Виталик. — Какого чёрта недобитков из Тысячи Пещер занесло так далеко от Предгорий? Зачем вы жжёте мосты и грабите караваны, а? Вы что, ополоумели после разгрома вашей гильдии? Отвечайте!

Бывший магистр упёр в бока свои маленькие кулачки, гневно взирая на слишком хорошо осведомлённого незнакомца. Виталик уже пожалел, что выдал слишком много сведений, которые его персонажу не должны быть известны. Теперь придётся придумывать очередную легенду…

— Я не знаю, насколько хорошо ты осведомлён, гном, но, судя по всему, ты знаешь много больше положенного. Поэтому отвечу как есть, а дальше задавай уточняющие вопросы, если что-то тебе непонятно. Мы боремся с чернокнижниками, захватившими власть в Срединных Землях. Именно они выгнали из Восточной гряды всех драконов, а затем свалили вину на нашу гильдию магов. Тысяча Пещер ни за что не допустила бы снятие запрета на чёрное колдовство, и именно поэтому была практически полностью уничтожена. Я, магистр Хомка, а также несколько моих учеников и выживших товарищей поклялись отомстить за вероломство злодеев, спасти мир и всё в том же духе, как бы напыщенно это ни прозвучало. Мы знаем, что главное логово чёрных магов находится в замке графа Блевонского, возможно, там также до сих пор удерживаются недорослики-драконоборцы. Нам нужно уничтожить вражеских колдунов и освободить своих братьев, вот и весь сказ.

Что ж, звучало вполне логично и правдоподобно, правда не объясняло две вещи:

— А зачем было жечь мост и грабить караван?

Все недорослики стыдливо потупили взоры.

— Ну как это, все герои так делают… — неуверенно ответил один из неофитов.

Магистр Хомка кивнул:

— Ничего личного, гном, ребятам просто нужно было потренироваться.

И тут Виталика осенило: самообучающаяся нейросеть подстроилась под его запросы! Он столько рассуждал о необходимости сжигания всех мостов и грезил ограблением караванов, что нейросеть решила: так и надо. Н-да, правильно говорят, бойся своих желаний, они могут свершиться самым неожиданным образом.

— Не, ну, всё нормально в принципе, — решил сбавить накал страстей геймер. — Я бы тоже на самом деле что-нибудь поджёг или кого-то ограбил, только работать охранником в этот раз было выгоднее, — махнуть рукой возможности не было, поэтому он кивнул. — Ладно, проехали.

Все облегчённо вздохнули.

— Эй, гном, может отпустишь меня тогда, а? — подал сдавленный голосок Начхун. — Я так скоро задохнусь в твоей хватке.

— Конечно, конечно, — с готовностью отозвался Виталийсан. — Только обещайте, что больше не нападёте. Похоже, у нас имеется общий враг.

Бывший магистр торжественно произнёс клятву:

— Враг нашего врага — наш друг. Мы не причиним тебе вреда, гном. Зуб даю!

Да, нейросеть действительно училась у Виталика очень быстро. Всё, что он говорил, было использовано… Просто было использовано, не обязательно против него самого.

— Всё, отпускаю. Меня зовут Виталийсан и не удивляйтесь, что я столь многое знаю. У меня брат работал старшим наставником в лагере охотников на драконов, пока его в нежить не превратили. Может, слышали его имя: Картер.

Отпущенный на волю Начхун потирал ушибленную шею:

— Так Картер же недорослик, как он мог быть твоим братом, гном?

«Н-да, опять нестыковочка вышла», — запоздало подумал величайший стратег современности. — «Ладно, раз начал врать, нельзя идти на попятную».

— Да понимаете, тут дело какое, — теперь взор стыдливо потупил монах, — приёмный я. Поэтому так и вышло.

Недорослики одобряюще улыбнулись:

— Бывает.

Глава 37. Познавшие Хрен

Если вы спросите у Чака Норриса: «Который час?», он всегда отвечает: «Две секунды до». После того как вы спросите: «Две секунды до чего?», вы получите по лицу знаменитый удар ногой с разворота.

Интернет-мудрость

— Каков наш план, шеф? — поинтересовался Виталийсан у Хомки, когда группа остановилась на ночлег в ничем не примечательной роще.

— План? Шеф? — не понял его недорослик.

Виталик лениво печатал текст одной рукой, вторая была занята поднесением ко рту чипсов.

— Угу, нельзя же просто так взять и устроить шухер в замке графа Блевонского. Во-первых, там гарнизон из как минимум полусотни бойцов, во-вторых, чёрные маги — ребята суровые. Вы с Начхуном вдвоём не факт, что и одного чернокнижника одолеете, а если их там штук десять? Трое твоих неофитов в лучшем случае одного нормального воина отвлекут. Я, конечно, могу взять на себя пару-тройку бойцов или одного мага, но не более. Не понимаю, как при таком соотношении сил мы можем на что-то рассчитывать?

Внимательно слушавший его магистр широко улыбнулся. Смешные они всё-таки, эти недорослики. Если бы только не были такими вредными…

— А, ты про это. Я просто ещё не все твои словечки выучил. Не, гном, мы хоть и жаждем восстановления справедливости, но мы не самоубийцы. Таким составом к замку графа лучше даже близко не приближаться, — Хомка откусил большой кусок хлеба, который хомячил при каждой удобной возможности. — Чернокнижники здорово напугали традиционных волшебников Врат Барана, но у страха есть и обратная сторона. Пусть никто не вякает супротив нового порядка, зато искренне новую власть никто не поддерживает. В предместьях столицы сформировалось мощное подполье, с которым мы вскоре воссоединимся. Около тридцати магов от среднего до самого высокого ранга, несколько сотен наёмников — этого должно хватить, чтобы взять штурмом логово зла. Сейчас, когда силы чернокнижников разделены между замком графа и столицей Срединных Земель, лучшее время для внезапного нападения. Столица нам не по зубам, но если мы раздобудем в замке графа неоспоримые доказательства о подмене властителей, то вся знать встанет на нашу сторону. Никому из герцогов и князей не захочется стать марионеточной нежитью, так ведь?

Звучало логично, поэтому Виталийсан кивнул собеседнику:

— Вот это мне нравится уже куда больше. Люблю, знаешь ли, на врагов целой толпой нападать. Все эти: «честный бой», «сразимся один на один» — для глупцов, которые не умеют планировать. Манёвры, дезинформация, фактор внезапности — вот что отличает успешного профи от дилетанта. Скопили силы, внезапно ударили, а когда враг соберёт свои силы, сразу же отступили. Навязать противнику бой, когда выгодно нам, и избегать вступать в битву, если расклад сил против нас. Да, это путь Хрена. Настоящего крутого хрена, — сумбурно изложил Виталийсан военную мудрость, подчерпнутую им во время обучения у Фуфуция. — Всё равно что грабить караван, только в куда большем масштабе. Вы молодцы, что потренировались немного, хоть и жаль тех торгашей. Кстати, у меня появилась идея! Надо будет сделать собственный караван, чтобы незаметно провести часть наших бойцов в замок графа.

Бывший магистр Хомка сощурился:

— Прости, немного не догоняю ход твоих мыслей. Каким образом караван позволит нам проникнуть во внутренний двор цитадели?

Пришлось вновь показать куда больше осведомлённости, чем того требовал отыгрыш персонажа:

— Слушай, Картер не раскрывал мне своих источников, но он точно знал, что в замок регулярно въезжают фургоны, набитые трупами. Чернокнижники используют чужие тела в качестве расходного материала для поддержания противоестественной жизни в посмертии. Нам нужно будет подкараулить пару таких фургонов, закопать где-то трупы, а вместо них забить фургоны нашими бойцами и магами. Если как следует поработать над маскировкой, должно прокатить. Оказавшись внутри замка, мы откроем проход основной части нашего скромного воинства — это будет гораздо эффективнее, чем пытаться взять цитадель штурмом.

Хомка долго смотрел на нового спутника, не прекращая поедать буханку хлеба, казавшуюся громадной в его маленьких ручках. Наконец, вытерев тыльной стороной ладони губы, недорослик принял решение:

— Проведём разведку. Если в замок действительно свозят трупы, то твой план кажется идеальным решением. Так и назовём эту операцию: Караван.

— Только это, Хомка, — решил на всякий случай уточнить детали плана Виталик. — Жечь мосты на сей раз не надо. Понимаешь, какое дело… Если сжечь ведущие к замку мосты, то попасть туда станет сложно. Мосты надо захватить и контролировать, а не жечь, сечёшь?

Сидящий по другую сторону костра Начхун громко фыркнул:

— Конечно, мы всё понимаем, гном. Мы же волшебники, а не идиоты.

Но Виталик, вспоминая собственную игру за недорослика-мага, не считал подобное уточнение лишним.

— Я просто на всякий случай сказал, а то мало ли.

Хорошо, что его новые компаньоны оказались персонажами необидчивыми.

— Ладно, проговорим в том числе и этот момент, когда будем обсуждать твой план на собрании, — поставил точку в недопонимании Хомка. — Мы-то, волшебники, может и не совсем идиоты, а вот насчёт наёмников уверенности у меня нет. Василдуй писал, что для участия в штурме нанял драконоборцев из «легендарного Братства Конца», а у меня был опыт общения с этими «живыми легендами»… — бывший магистр ошарашенно покачал головой. — Увы, если что в них и есть легендарного, то это непробиваемая тупость участников банды. Такие не то что мост, они всё в округе выжгут на десятки километров, если дать им такую возможность! Ты прав, Виталийсан, лучше проговорить каждую мелочь. Тогда есть хоть мизерный шанс, что всё не пойдёт через ж…

Виталик шумно смял доеденную пачку чипсов, бросив её в выдвижной ящик тумбочки под столом — потом как-нибудь донесёт до помойки. Из-за этого он отчасти прослушал эпитеты, данные Хомкой его любимому Братству.

Но раз ребята стали наёмникам, значит, они как минимум выжили, правильно? Хорошие новости, будет из кого составить костяк прикинувшихся трупами диверсантов. А насчёт тупости Хомка, конечно, преувеличивает. Не такое уж Братство Конца и тупое.

Так, бывает, через одно место что-нибудь делает иногда…

«Ладно, кого я обманываю?» — перекусив, Виталик пребывал в довольном расположении духа. — «Если что-то можно сделать через жопу, Братство Конца обязательно именно через задницу всё и сделает. Но это не баг, это фича. Ребята познали Хрен, даже ничего о Хрене не зная. Надёжные товарищи, на них точно знаешь, что ни в чём нельзя полагаться. А предсказуемость, это ведь и есть надёжность, правильно?»

Он не стал задавать этот риторический вопрос Хомке.

Не всем дано познать Хрен.

* * *

В условленном заранее месте их встретил уже знакомый Виталику маг, скорбевший по убитой в детстве корове. Геймера так и подмывало сделать какое-нибудь замечание насчёт Му-у-ухи Бляхи, но пока он держал себя в руках и не выдавал лишних сведений. Ему и так предстояло вновь заслужить доверие Братства Конца, ещё не хватало, чтобы его начал подозревать в двойной игре лидер отряда подпольщиков. Путь Хрена отчасти подразумевал умение плыть по течению: не в плане инфантильной пассивности, а в сдержанности по части излишеств. Незачем создавать себе на ровном месте проблемы из-за слишком болтливого языка. Иногда лучше просто жевать…

— Слушай, а дельная мысль! — одобрил Василдуй план, пересказанный ему Хомкой. — Надо только толковых ребят отобрать для диверсии. Я тебе рассказывал про легендарное Братство Конца? Пацаны вообще ребята, им только задачу поставь, в натуре чётко всё сделают.

Мордочка недорослика криво сморщилась, поэтому Виталийсан поспешил встрять в разговор, пока Хомка не привёл возражения:

— Мой сводный братец, инструктор Картер, упоминал эту команду. Говорил, что мужики хоть и не очень большого ума, но отчаянные. Хороший выбор для столь рискованной операции. Дёру точно не дадут.

— Да ладно, я их… — попытался было вставить свои пять грошей Хомка, но Виталик успел написать новое сообщение.

— Я тоже хочу поучаствовать в дерзкой вылазке. Считаю, что это будет справедливо: раз я план предложил, кому как не мне рисковать своей жизнью? Хомка, ты с нами?

Готовый разразиться гневной тирадой недорослик буквально в последний момент проглотил свои обвинения, покачав головой:

— Не, я этими с дуралеями в одном поле…

— Жаль, а ты, Василдуй, не желаешь поучаствовать в приключении?

Любитель коровок заколебался.

«Эх, сейчас бы вставить что-нибудь про месть за Му-у-уну Лизу и Му-у-уху Бляху, но нет же, нельзя. Давай, решайся, волшебник».

Василдуй вопросительно посмотрел на Хомку и тяжко вздохнул:

— Пожалуй, я всё-таки не настолько рисковый. Ты прав, гном, для этой миссии нужен отряд настоящих искателей приключений.

«Ну что ж, по крайней мере, моё участие совместно с Братством Конца больше не обсуждается, вот и отлично», — решил довольствоваться итогом короткой беседы Виталик.

За время пути к главному лагерю традиционных волшебников Виталику удалось выяснить детали спасения Братства Конца из лап барона Мангора. Оказалось, что следовавший за Шлюмашей Бомжак прекрасно видел похищение лучницы и хотел было броситься ей на помощь, но его самого остановил присматривавший, в свою очередь, за троицей гостей Василдуй. Любитель коровок трезво оценивал шансы друида противостоять чёрным магам как нулевые, поэтому счёл лучшим решением немедленно вывести его и Тошнило из королевской цитадели, а затем убедил Братство Конца повременить с местью — о спасении Шлюмаши речи даже не шло — вместо этого сделав ребят первыми наёмниками формирующегося подполья.

По словам Василдуя, вывести Братство из города удалось в самый последний момент: буквально на следующее утро «легендарных драконоборцев» объявили в розыск за мародёрство. Нет, обвинение не было совсем уж надуманным — в отсутствии руководства ушлые искатели приключений успели поживиться на сгоревших руинах — но в сравнении с другими бесчинствующими в столице бандами, нанесённый ими ущерб был весьма незначительным. Тем не менее официальная пропаганда успела окрестить их Мародёрами Конца, чем внесла, впрочем, ещё большую путаницу: многие стали думать, что Братство Конца, Сутенёры Конца и Мародёры Конца — это три разные группировки.

Так или иначе, ареста удалось избежать, и теперь Братство Конца активно муштровало наёмников, набранных, как выяснилось, из лишившихся в грандиозном пожаре всего имущества граждан. Да уж, на фоне такого контингента члены Братства действительно могли показаться вполне себе легендарными. Когда отряд Хомки вошёл в укрытый в лесу лагерь мятежников, они стали свидетелями одной такой «тренировки».

Инструктор Криворучкин объяснял новобранцем их место в иерархии лагеря:

— Вы вообще не люди! Вы всего лишь неорганизованное стадо тупорылых баранов, ясно?

— Так точно, хозяин!

— Херня! Ничего вам не ясно! Я вас насквозь вижу, вы решили по лёгкому срубить денег. Думаете, быстренько поправить своё положение после пожара, да? Хренушки! Я обещаю, что по лёгкому вы не заработаете даже ломанный грош! Пожар Врат Барана покажется вам детской шалостью по сравнению с тем, как ярко будут пылать ваши драные пердаки! Поняли? Вы у меня попляшите, жадные мрази, за каждый медяк будете платить литром пота! У-у-у, как же вы меня бесите. Стадо тупых баранов из Врат Барана!

Криворучкин обходил шеренгу доморощенных новобранцев, ещё совсем недавно бывших простыми ремесленниками, слугами и торговцами.

— Что, ты со мной не согласен, рядовой Принеси-Подай? Считаешь, что ты не баран?

— Никак нет, хозяин!

— Что нет, тварь ты безмозглая? Нет, ты не согласен, или ты не баран?

— Да, хозяин!

— Что да, кретин недоделанный?! — развопился разозлённый инструктор.

— Да… то есть нет… хозяин… — окончательно смутился юноша с едва проклёвывающимися усиками.

— Чего ты там мямлишь, рядовой Принеси-Подай? Не можешь ответить на элементарный вопрос? Ты тупой баран?

— Так точно, хозяин!

— Так вот, рядовой Принеси-Подай, нам тупые бараны тут не нужны, ясно? Либо прекращаешь хныкать и ведёшь себя как мужчина, либо идёшь домой без гроша к своей мамочке! Ах, я забыл, у тебя же больше нет дома, какая жалость… — передразнил жалобный тон бойца Криворучкин. — Я здесь тупых баранов не потерплю! Понял?

— Так точно, хозяин!

— Ни хера ты не понял, потому что тупой как баран! Тьфу, — Криворучкин сплюнул новобранцу под ноги. — А теперь все вместе кричите: мы не бараны!

— Мы не бараны!

— Громче! Мы не бараны!

— Мы не бараны!!!

— Херня! Потому что бараны никогда не признаются, что они тупые бараны! Так вы бараны?

— Так точно… Никак нет… Мы не бараны… хозяин! — в разнобой проголосили несчастные парни.

— О чём я и говорю, бараны будут невнятно блеять или до последнего отрицать свою принадлежность к баранам. Вот ты, рядовой Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му, баран?

— Так точно, хозяин, я баран! — пробасил здоровенный детина.

— Ну, по твоей роже это и видно. А вы все, бараны?

— Так точно, мы бараны, хозяин!

— Вот тупое стадо, я же сказал, бараны нам здесь не нужны! Эй ты, бородатый, — Криворучкин принял подошедшего слишком близко к шеренге Виталиясана за ещё одного новобранца. Учитывая скромную робу и отсутствие оружия, монах действительно не производил впечатления элитного воина. — Ты баран?

Удивлённый тому, с какой неожиданной стороны раскрылся его прежней компаньон Криворучкин, геймер пару секунд помедлил. А затем дал чуть более развёрнутый ответ, чем да или нет:

— Я такой же, как ты, инструктор Руки-из-Задницы!

Криворучкин ошарашенно уставился на Виталиясана:

— Э-э-э… Так это что же у нас получается? Ладно, проехали, приняли упор лёжа! Делаем сто отжиманий подряд! Шустрее, шустрее! У нас тут курс молодого бойца, а не гимнастика для пожилых дамочек! — пока все отжимались, Криворучкин усиленно тёр подбородок. — Н-да, какой-то бараний парадокс получается.

Легко пройдя настоящую часть тренировки под руководством инструктора Руки-из-Задницы, Виталийсан со скептицизмом посмотрел на выдохшихся подчистую новобранцев. Рядовой Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му был весь мокрым от пота, а Принеси-Подай так и вовсе лежал без чувств, распластавшись под развесистым дубом.

— Надеюсь, у остальных наёмников физическая форма хоть чуточку лучше? — решил уточнить у Криворучкина монах, прошедший суровую подготовку Шакалиня.

— Куда там, — устало махнул рукой Криворучкин. — Наберут кого попало по объявлению, потом мучайся, обучай идиотов и доходяг.

Геймер хотел было подробнее расспросить его про странный способ набора наёмников, но решил, что нейросеть, как обычно, просто стырила фигуральное выражение из просторов великого интернета.

— Мой братишка, инструктор Картер, любил повторять то же самое, — вместо расспросов, решил подколоть бывшего драконоборца Виталик.

— Угу, теперь я хорошо его понимаю, — не стал возражать Криворучкин.

Когда горе-инструктор представил Виталиясана остальным товарищам по команде, их тоже совершенно не смутили родственные узы между недоросликом и гномом. Ну брат и брат, с кем не бывает? Как говорится, у каждого свои недостатки.

Естественно, больше всех интерес к монаху проявил Рыжебород. Он был из другого монастыря, но хорошо знал и про Шакалинь, и про мастера Фуфуция:

— Попасть в Шакалинь — мечта каждого, изучающего боевые искусства. Хваткидо и Вротмненогидо считаются сильнейшими стилями, сравниться с которыми может разве что Противломанетприёмадо. Эх, попади я, вместо своего, в ваш монастырь…

— Увы, от него остались одни головешки, — Виталийсан похлопал приунывшего гнома по могучим плечам. — А вы тоже, помимо боевых искусств, занимались постижением Хрена и учились управлять энергией Ссы?

Рыжебород какое-то время молча смотрел на Виталиясана:

— Ну, они у нас по-другому несколько назывались, но я понял, о чём идёт речь. Безмятежность и внутренний источник силы…

— Почувствуй Ссы и не ссы! — продекламировал Виталийсан один из любимейших лозунгов Фуфуция. — Познай Хрен и ну всё его на хрен!

Рыжебород уважительно кивнул коллеге:

— Молодец, ты далеко продвинулся на пути самосовершенствования.

«А то», — довольный геймер принял заслуженную похвалу. — «В пору хоть собственный тренинг замутить: ″Как стать охреневшим и не париться о проблемах″. Сейчас же модно мутить тренинги по любому поводу и без повода, чем я хуже остальных гуру, правильно?»

— Ладно, самосовершенствование самосовершенствованием, а мир сам себя не спасёт, — решил перейти ближе к делу Виталик. — Вы про мой план слышали? Троянский караван называется. Ограбим пару повозок с трупами и сами притворимся безжизненным мясом, чтобы попасть внутрь замка. Только на этот раз мосты жечь не надо.

Увидев, что члены Братства Конца взирают на него с полным недоумением, геймер вздохнул и принялся излагать всё сначала и со всеми подробностями. В том числе такими, что участие Братства в этой операции было делом решённым. Гнидодаву сей факт, конечно же, не понравился, но когда Гнидодаву вообще что-то нравилось? Остальные ребята перестали упираться после того, как Виталийсан озвучил взятое с потолка вознаграждение за успешную миссию. Должно было хватить до конца жизни даже с учётом ежемесячной покупки свежей крови дракона.

И какая разница, что никто выплачивать таких денег не собирался, ведь штурм замка надо ещё пережить…

Глава 38. Возвращение в замок графа

Чак Норрис — единственный, кто сумел выиграть в теннис у стенки.

Интернет-мудрость

Ограбление труповозок проблем не составило. Трупы — так себе ценность, поэтому никакой специальной охраны к повозкам приставлено не было.

Маскировка заняла куда больше времени. На участников вылазки накинули лохмотья, открытые участки тела измазали в грязи и навозе. Виталик в очередной раз порадовался, что при всём развитии технологий, компьютер был совершенно не способен передавать запахи, иначе геймеру вряд ли удалось спокойно перекусить бутербродом.

Вместе с его монахом и Братством Конца в две повозки набили ещё десяток наёмников, в том числе туповатого, но сильного Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му, лучше всех проявившего себя на тренировках. Даикина, напротив, пришлось из компании исключить, поскольку кобольд привлекал к себе слишком много внимания, а скрывать его под другими телами было опасно: могли раздавить. Кучером сделали Гнидодава — странная манера речи бывшего стражника в кои-то веки могла сыграть на руку. Из волшебников прикидываться трупом никто не хотел, поэтому на передок второй повозки посадили двух магов. Их всё равно пришлось переодеть в нечто более подходящее вознице и грузчику, но, по сравнению с «трупами», они выглядели довольно опрятно.

Дождавшись сумерек, чтобы получить бонус к маскировке, две повозки двинулись к замку графа. Теперь Виталик мог полагаться только на слух, поскольку, будучи гномом, ему и Рыжебороду пришлось прятаться под другими телами. Оставалось только трястись в повозке и ждать. Надеясь, что всё пойдёт по плану и дальше.

— Чего сегодня так поздно? — Виталийсан услышал приглушённый разговор замковой стражи с возницей. — Мы уже закрыли ворота. Давай, завтра с утра своих мертвяков привози.

Послышалась грубая ругань Гнидодава. После непередаваемой игры слов, описывающей на каком месте и как он всех вертел, бывший стражник взял себя в руки и начал добиваться своего, используя куда более рациональные доводы:

— Слышь, братан, мертвяки — это тебе не капуста или репа, они разлагаются, причём очень быстро. Знаешь, какая туча мух завтра с утра за повозкой последует? Они и сейчас слетаются отовсюду, как… хотя почему как? Как мухи на говно и слетаются.

Гнидодав сказал чистую правду: до слуха Виталиясана постоянно доносилось жужжание, грязь и навоз привлекали мух не хуже падали. Хорошо, что стражники у ворот не восприняли его слова буквально.

— Не брат ты мне, возница грязножопая, — откликнулся страж. — Мы элитные воины, а не перевозчики падали, понял? Ещё раз меня братаном назовёшь, присоединишься к грузу в повозке. Давай, уматывай отсюда, в селе среди таких же свиней переночуете, им к мухам не привыкать.

К счастью, Гнидодав оказался не робкого десятка, а потому не собирался никуда уезжать.

— Кому ты там сказки рассказываешь, элитный воин он, ё… — лежащий на Виталиесане Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му принялся дико чесаться, так что пришлось ткнуть его под рёбра, чтобы не дёргался раньше времени. — Я в молодости сам стражником был, не ставят элиту охранять ворота замка в мирное время. Так что кончай строить из себя важного рыцаря, оставь эти жалкое пижонство для дамочек. Ворота открыл, мы заехали, разгрузились, выехали, все довольны.

Вот только страж ворот тоже оказался упёртым:

— Повозку развернул, уехал, с утра вернулся и извинился.

— Извинился? Это ещё за что? — возмутился Гнидодав.

— За то, что ты, падаль, мне, славному воину, смеешь раздавать указания! Знаешь, сколько я такого вот быдла переломал, задушил, искалеч…

— Мы таких душили-душили, душили-душили, — услышав слово-триггер, зарычал Гнидодав. — Душили-душили…

Виталик сжал губы. Похоже, операция провалилась.

— Гнидодав, ты, что ли? — вопреки его ожиданиям, послышался спустя мгновение голос стражника. — Братюня, что же ты сразу не сказал! Эк тебя в такую даль занесло. Погоди, сейчас открою ворота. Посидим, выпьем, расскажешь, как тебя угораздило труповозом стать.

— Душили-душили… — упорно бубнил Гнидодав, пока стражи опускали мост и открывали ворота.

Гнидодав и его кореш отправились пить брагу в надвратной коморке, в то время как повозки спокойно въехали во внутренний двор. Впрочем, остальные стражники полностью бдительность не утратили и, морща носы, тем не менее внимательно осмотрели прибывший груз. Пару тел ткнули древками копий, но ребята были к этому морально готовы, а потому никто не издал даже звука. Удовлетворившись досмотром, стражники сразу утратили к мертвецам интерес, оставив всего одного юнца присматривать за разгрузкой. Большинство мужиков, узнав про встречу товарищей и распитие браги, поспешили присоединиться к празднику жизни. Пока всё шло на удивление хорошо.

Услышав условный сигнал одного из волшебников, «трупы» быстро выскочили из тесноты повозки на свежий воздух. Оглушённый магическим лещом юнец уже лежал связанный и с кляпом во рту, поэтому, едва сориентировавшись, бойцы бросились к намеченным целям.

Отряд, возглавляемый Рыжебородом, должен был взять под контроль внешние ворота, что, учитывая начавшуюся пьянку, не представлялось особенно сложным. А вот задача второй части наёмников была скорее факультативной: хотя бы попытаться захватить и удержать вход в донжон. К единственной двери в главной замковой башне вела узкая деревянная лестница, не так давно подожжённая недоросликом-пиромантом — если врага не удастся застать врасплох, штурм донжона может занять недели, которых у атакующих, конечно же, не было. Именно поэтому Виталийсан нёсся к заветной двери, оставив далеко позади своих товарищей. Зная, что только у него есть шанс прорваться внутрь до того, как в замке начнут бить тревогу.

Монах буквально летел, едва касаясь земли носками своих лёгких сандалий. Без доспехов и оружия, в идеальной физической форме, он мог бы дать фору даже профессиональному спринтеру, не то что одетым в кольчуги бойцам или дряхленьким магам. Стоявший у подножия лестницы стражник ещё не успел повернуть голову, как в неё с разбега врезалась нога Виталиясана — мастера Вротмненогидо. Не сбавляя темпа, монах порхнул на шаткую деревянную конструкцию, перепрыгивая сразу по пять-шесть ступеней за раз. Скорость, скорость, сейчас, как никогда, важна была именно скорость.

Заметивший его второй стражник рванул было внутрь цитадели, чтобы запереть дверь, но монах в последний момент успел просунуть в проём ступню, а затем навалился на закрываемую дверь плечом, отталкивая упирающегося с другой стороны воина. Перекувырнувшись под опускающейся сверху решёткой, Виталийсан одним коротким ударом в челюсть нокаутировал стражника, оказавшись таким образом единственным членом подполья, прорвавшимся в главную башню замка. Теперь дело оставалось за малым, найти механизм, поднимающий решётку, и удерживать вход до прибытия основных сил.

По крайней мере, Виталику казалось, что всё самое трудное действительно позади. Вот только он не учёл один факт. Что вторглись они не в обычный, пускай и хорошо укреплённый замок, а в штаб-квартиру чёрных волшебников. И один такой маг, равнодушно сложив на груди тощие руки, стоял сейчас на другом конце комнаты, рассматривая гостя из темноты. Из-за его нечеловеческой неподвижности, Виталик даже не сразу понял, что по сути, сейчас будет первая битва с боссом.

— Панос, внезапный, как всегда… — пробормотал монах, медленно принимая боевую стойку. Это была отнюдь не первая встреча геймера с адептом тёмных искусств, но Виталик чувствовал, что она станет последней. Мёртвое должно умереть окончательно. Нежить — не кошка, у неё нет девяти жизней. Их всего две, одну из которых уже отнял Калкаш.

— Очередной искатель приключений. Самонадеянный, как и все, — ответил любезностью на любезность злой чернокнижник, распрямляя бледные руки. В его глазах медленно разгорался синий огонёк.

«Эх, сейчас бы музычку из Mortal Kombat, ну да ладно. Справимся и так», — пальцы Виталика в напряжении застыли над клавишами, готовясь начать дикую пляску. — «Round one. Fight!»

Битва монаха и волшебника началась.

Виталийсан играючи уклонился от двух сосулек, выпущенных в него из рук мага. Рванул к Паносу, сокращая дистанцию, но почти сразу упёрся в преграду. Призрачные фигуры замельтешили вокруг чернокнижника, атакуя монаха и не давая ему добраться до цели. Первой реакцией Виталика было атаковать в ответ призраков, но каждое соприкосновение — неважно, удар или блок — наносило его персонажу существенный урон холодом. Призраков при этом меньше не становилось, так что пришлось, сделав сальто назад, отступить. Панос рассмеялся:

— Жалкий смертный! Твоё примитивное кунг-фу не способно одолеть силу разума! Мраз научил меня, как властвовать над материей и пространством! Тебе конец, гномик!

Но Виталик был другого мнения. Оказавшись неспособным преодолеть отделяющее его от противника расстояния, монах начал швырять в чернокнижника все предметы, которые попадались ему под руку. Увы, защищающие Паноса призраки отбивали и такие атаки.

— Пф-ф-ф! Ничтожество! Облажался, хотя я ещё даже не начинал!

Из ладоней Паноса снова вырвалось несколько длинных сосулек, вдребезги разбившись за спиной едва увернувшегося на сей раз Виталиясана.

«Жесть!» — подумал Виталик, продолжая тем не менее швырять в чернокнижника всё подряд. И всё с тем же успехом, вернее, с его полным отсутствием.

— Чёрная магия — это сила! Это могущество, это власть! — произносил пафосную речь враг Виталика, бросая в монаха всё больше и больше ледышек. — Я проморожу тебя до самых костей, смертный. А потом сброшу с вершины башни, любуясь, как ты разбиваешься на тысячи мелких осколков! Ха-ха-ха!

Скоро Виталиюсану стало не до бросания в мага предметов, сосульки вылетали из рук Паноса, словно из пулемёта. Теперь монах просто бегал и кувыркался по небольшой комнате, избегая столкновения со льдом.

«Что ж, по крайней мере, если меня заморозят и разобьют», — попытался найти хоть что-то хорошее в текущей ситуации геймер, — «то моего персонажа точно не превратят в нежить, правильно?»

Из-за огромного числа брошенных в него сосулек помещение всё больше начинало напоминать сплошной морозильник. Стены покрылись инеем, изо рта монаха вырывались облачка пара.

— Что, замёрз, гномик? — злорадствовал чёрный маг. — А ты попробуй попрыгать ещё быстрее, тогда точно согреешься, ха-ха-ха!

Вот чего Виталик не любил, так это когда гномов называли гномиками. Зубы геймера сжались от ярости, но что он мог сейчас сделать?

Даже просто убежать, и то не представлялось возможным. Выход во двор замка был заблокирован решёткой, а проход внутрь донжона перегородил чернокнижник.

— Спасите, помогите! — крикнул Виталийсан, надеясь, что его спутники, добравшись до двери, помогут ему если не делом, то хотя бы дельным советом. Им бы уже пора добежать до решётки.

Словно желая разрушить и эту надежду, Панос швырнул в опущенную решётку с десяток сосулек.

— Твои друзья, — прошипел чёрный маг, — не придут.

«Ну где же ты, энергия Ссы?» — вопрошал геймер компьютер. — «Сейчас меня спасёт только… Минуточку!»

Воспользовавшись переключением внимания Паноса на надвратную решётку, Виталийсан достал из широких штанин… Да-да, именно то, что вы и подумали. Схватив с пола первый попавшийся предмет, напоминающий ёмкость, монах принялся справлять в него малую нужду. Даже чёрный маг застыл в удивлении.

— Ты чего творишь, гномик? — спросил чернокнижник.

— Как чего? — пробормотал монах, убирая свой прибор обратно в штаны. — Использую энергию Ссы!

С этими словами он резко крутанулся вокруг своей оси и выплеснул ссаку на мага. Призрачные силуэты моментально возникли на пути жёлтой жидкости, но вместо того, чтобы отбить её, заморозили. Ледышка характерного цвета ударила чернокнижника прямо в лоб.

— Почувствуй Ссы! — завопил монах, бросаясь в атаку.

Из-за дезориентации Паноса призрачные обереги ослабли. Виталийсан проскочил мимо нескольких силуэтов, обрушив на чернокнижника град ударов.

— Что, не нравится, падла? Не нравится?! То-то же. Гномик я у него, б… — со смачным хрустом монах сломал магу шею. Нежить ты или нет, а со сломанными позвонками особенно не подёргаешься.

На всякий случай нанеся ещё дюжину смертельных ударов и убедившись, что точно отнял у нежити жизнь, Виталийсан поднялся с замёрзшего пола.

— Чистая победа! — непонятно кому сказал не гномик, а гном.

* * *

Виталийсан успел спокойно распределить очки за полученный уровень и разобраться в механизме, открывающим решётку, когда его товарищи наконец-то добрались до донжона.

— Чего так долго? — удивился Виталик. — Я уже начал переживать, что стража вас всех перебила.

— Не-е-е, уф, — отозвался запыхавшийся после подъёма Многокашиел. — Криворучкин ту лестницу…

— Всё ясно, можешь дальше не объяснять, — понял причину задержки Виталик. — Что там у остальных?

В комнату один за другим входили бравые члены Братства, с удивлением взирая на устроенный Виталиемсаном и Паносом разгром.

— Пока всё отлично, — доложил бард Тошнило. — Внешние ворота удалось захватить без проблем. Гнидодав только бесится, что ему с корешом не дали спокойно посидеть выпить. В замок вошли почти все отряды наёмников, сейчас они берут под контроль внешние стены и башни. Магистр Хомка и Начхун ринулись освобождать недоросликов, Василдуй и волшебники пытаются проникнуть в башню, в которую свозят трупы: похоже, большая часть чернокнижников находятся именно там. Нам поручено дождаться подкрепления и исследовать донжон. В первую очередь подземелья…

— Отставить! — покачал головой Виталийсан. — Там одни темницы, а значит, ловить особенно нечего. Пойдём наверх, в апартаменты графа Блевонского. Вот там наверняка будет что-нибудь ценное, правильно?

Более убедительного довода для меркантильных искателей приключений было, наверное, не найти, а потому возражений от Братства Конца не последовало.

— Рыжебород, чего ты там застрял? Давай сюда дуй! Не хочу с левыми чуваками делиться добычей. Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му, ты остаёшься сторожить вход.

Здоровенный детина насупился:

— А чего сразу я?

— Потому что видишь этого типчика? — Виталийсан указал на стремительно разлагающийся труп чернокнижника. — Ещё недавно он был жив и едва не отправил на тот свет меня. А уж я дюжину таких как ты стою. Здесь опасно, Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му, мне нужны бывалые спутники. Рыжебород, клёп твою медь, ты там уснул, что ли?!

— Да сейчас, — послышался глухой удар и чьё-то громкое шипение. — Гнидодав упёрся как баран! Вот…

В дверной проход одновременно ввалились переплетённые тела гнома и бывшего стражника. Рыжебород поднялся на ноги первым и пнул Гнидодава под рёбра.

— Не договорил он со своим корешом, видишь ли, — выругался гном.

— Душили-душили… — с присвистом прошипел бывший стражник, но, заметив труп Паноса со свёрнутой шеей, сразу же успокоился. — Душили? — с куда большим благодушием спросил он у Виталиясана.

— Угумс, — подтвердил монах Шакалиня. — И ещё задушим, если ты будешь активней шевелить булками. Давайте, оружие взяли на изготовку и за мной! Сдаётся мне, нас ждёт много ещё чего интересного.

Глава 39. Всесжигающий демон 2.0

Молния не может ударить Чака Норриса. Но Чак Норрис может ударить молнию.

Интернет-мудрость

Нет ничего приятнее грабежа.

По крайней мере, именно так раньше думал Виталик, грезя о разграбленных караванах, захваченных артефактах и золоте. Смысл любой ролевой компьютерной игры состоял в прокачке своего персонажа, одевании его в эпический шмот и последующем хвастовстве перед другими задротами. Только теперь, играя за монаха, геймер приблизился к пониманию, что главное — не уровни и волшебные вещи, главное — погружение в текущий момент. Ты должен стать единым со своим персонажем, думать, как твой персонаж, смотреть на мир глазами героя и чувствовать…

— Виталийсан, а можно я вот эти подсвечники заберу? — прервал размышления Виталика Онанистус.

Беглый взгляд подсказал геймеру, что подобной утвари грош цена, поэтому он грубо запретил Онанистусу захламлять инвентарь.

— Ну пожалуйста! — захныкал мужчина, но Виталийсан был непреклонен.

— Нет, Онанистус, брось бяку! — рявкнул монах.

Остальные члены Братства Конца вели себя не лучше. Косоглаз положил глаз на охотничьи трофеи, украшавшие стены. Присоединившийся к команде после захвата ворот Даикин на гобелены — кобольд мечтал сделать из них целую гору трусов. Криворучкину понравились какие-то убогие вазы, впрочем, он сразу же разбил несколько штук, после чего успокоился. Бомжак позарился на душистые травки, которыми были устланы полы в нескольких коридорах. В общем, «легендарные драконоборцы» избалованы роскошью не были, а потому хватали практически всё подряд.

И это при том, что они даже не дошли до большого зала, где когда-то граф Блевонский собрал всех охотников на драконов. Так, прошли через парочку коридоров и подсобных помещений. Герои — такие герои, что тут сказать…

Виталийсан ударом ноги открыл двери в главный зал замка. Хрен его знает зачем, ну а почему бы и не с ноги распахнуть проклятые двери? Даже не меркантильность, а самый настоящий инфантилизм товарищей, дорвавшихся до «сокровищ», погасил в нём все возвышенные порывы осознанного отыгрыша своего персонажа.

— Блевонский, подлый трус, выходи! — крикнул Виталийсан, тоже без особой нужды, поскольку граф и так спокойно восседал на троне в дальнем конце помещения.

Больше в огромном зале никого видно не было. Это Виталика не столько обрадовало, сколько, наоборот, насторожило.

— Моя пятая точка чует, — повернулся Виталийсан к товарищам, — что это ловушка. Рассредоточиться по залу! Оружие наготове! Онанистус, да выброси ты свой чёртов подсвечник!

— Нет! — крикнул воин, держащий вместо боевого посоха два бесполезных предмета. — Не-е-ет! — Онанистус рванул вперёд, стремясь оказаться подальше от Виталиясана. — Моя пре-е-елесть…

Виталик выругался, но не стал гнаться за спятившим идиотом. Если для них приготовлена здесь засада, то пусть Онанистус примет урон на себя. Сам виноват.

Любитель продолговатых предметов пересёк большую часть зала, когда опасения бывалого геймера подтвердились. Откуда-то с потолка вылетел огненный шар, только не оранжевого, а ярко-синего цвета.

— Фаербо-о-о-о-ол! — услышал Виталик знакомый тоненький голосок. — Чтобы спасти Врата Барана, все мосты нужно сжечь!

Странный огненный шар угодил Онанистусу прямо в грудь, сбив того с ног и заставив валяться по полу в тщетных попытках сбить синее пламя. Остальные члены Братства Конца бросились врассыпную, стараясь спрятаться за поддерживавшими своды колоннами. Виталийсан единственный не сдвинулся с места. Ему было нужно понять, откуда исходит угроза.

Внимательно присмотревшись, Виталик заметил на потолочной балке своего прежнего персонажа. Витюха, исхудавший и бледный, помахал монаху тоненькой ручкой и широко улыбнулся:

— Сже-е-ечь! — из его ладоней вновь вырвался шар синего пламени, но Виталийсан легко увернулся от фаербола.

— Витюха, что эти сволочи с тобой сделали? — крикнул он бывшему альтер-эго. — Ты ведь был нормальным пацаном! Витюха…

Недорослик спрыгнул с балки, но, вместо того чтобы упасть на пол, завис в воздухе.

— Я есмь альфа-недорослик! Я твой грядущий конец! — ставший нежитью маг, левитируя, двинулся через зал. — Витюха остался в прошлом, гном. Теперь я Всесжигающий демон! Фаербо-о-ол!!!

Колонны больше не могли служить надёжным укрытием: плывущий по воздуху недорослик-нежить швырял огненные шары во всех членов Братства Конца, попадавших в его поле зрения.

— Не стойте на месте, двигайтесь! — скомандовал Виталийсан товарищам по команде. — Косоглаз, подстрели этого гада! Долбодор, осторожно! Не подходи близко к графу!!!

Увы, он заметил опасность слишком поздно. Долбодор, оказавшийся ближе всех к трону, не придумал ничего лучшего, как броситься на графа Блевонского, желая поразить хоть какого-то неприятеля. Его молот нацелился марионеточной нежити прямо в голову. Вот только, несмотря на изнеженный вид, нежить была наделена недюжинной силой. Граф без видимых усилий перехватил занесённую руку Долбодора и, привстав с трона, швырнул здоровенного бойца в ближайшую стену.

— Хваткидо… — монах узнал знакомый приём под названием котэ-гаеси. — Хотя не, слишком грубая техника.

Увы, техника графа, возможно, действительно была далека от канонов монастыря Шакалинь, но Долбодору досталось знатно. Здоровенный мужик распластался на полу, будучи полностью выведенным из строя всего одним броском.

— Не приближайтесь к графу, он мой! — Виталийсан понял, что наконец-то встретился с достойным противником. — Займитесь недоросликом: стреляйте, кидайте в него предметы, чтобы сбить на пол! Делайте что хотите, но граф, — монах нехорошо улыбнулся, — граф мой.

Виталийсан сделал кувырок через плечо, уворачиваясь от пущенного в него фаербола, и устремился к графу Блевонскому. За время короткой пробежки ему пришлось перепрыгнуть через несколько очагов неугасающего колдовского огня, разминуться с мельтешащими по залу товарищами и в последний момент отскочить от упавшего с потолка куска штукатурки — ничего сложного, на веку Виталика случались пробежки и потруднее. Не сбавляя скорости, монах в прыжке ударил ногой, желая впечатать неподвижно застывшего графа в стену.

Блевонский слегка сдвинулся в сторону, пропуская летящую в него тушу гнома. Вместо графа Виталийсан врезался в трон, опрокинув седалище хозяина замка.

«Ах ты ж волк позорный!» — выругался про себя геймер, в то время как его персонаж отправился в новый полёт, на сей раз не без помощи оппонента.

Хорошо, что монах умел группироваться при падении. Погасив инерцию кувырком, Виталийсан сразу же вскочил на ноги, развернувшись к графу Блевонскому:

— Неплохой бросок, дядя. Но это была только разминка. Сейчас посмотрим, чьё кунг-фу лучше.

Боковым зрением Виталик отслеживал общую ситуацию в зале. Пока что недорослик свободно левитировал под потолком, оставаясь недосягаемым для бойцов ближнего боя. Огненные шары поджигали всё больше и больше участков — если колдовской огонь не угаснет, или Братство Конца не успокоит разбушевавшуюся нежить, то скоро весь зал превратится в Пекло.

Косоглаз активно стрелял в недорослика, но, как обычно, все стрелы вонзались очень далеко от цели. Камни, выпущенные из пращи Криворучкина, вообще в лучшем случае летели в нужную сторону. От остальных бойцов толку было не больше: они либо беспорядочно бегали, либо столь же бестолково пытались достать Витюху импровизированными снарядами из награбленных ранее «сокровищ».

Граф Блевонский первым ринулся в бой на монаха. Его кулаки замельтешили перед глазами Виталиясана, отвлекаться больше было нельзя.

За время обучения в монастыре Шакалинь Виталику прошлось пройти через множество поединков, как учебных, так и приближенных к реальному бою. Фуфуций никогда не жалел ученика, проявлявшего излишнее, по мнению мастера, рвение к обучению боевым искусствам, но недостаточно стремившегося познать Хрен. А уж Фуфуций, несмотря на преклонный возраст, был хорош. Но даже основатель Хваткидо не двигался столь быстро, как аристократичная нежить.

О бросках с использованием энергии противника пришлось позабыть, сейчас Виталик едва успевал стучать по клавишам, отражая удары. Его монаху постоянно приходилось отступать, хотя благодаря подготовке Виталийсан отступал не прямо назад, а двигался по кругу, чтобы не оказаться прижатым к стене. Тем не менее он ясно осознавал, что не может пассивно отступать вечно: навряд ли нежить устанет, а вот свободная от огня площадь зала всё уменьшалась.

Виталик судорожно пытался вспомнить какое-нибудь мудрое наставление, ведь так оно работало во всех фильмах про кунг-фу: в кажущейся безвыходной ситуации начиналась интерлюдия, в которой показывалась отработка нужного именно для такой ситуации суперприёма. Виталик усердно напрягал свою память, но на ум приходила только всякая чепуха.

«Да что же такое?!» — восклицал расстроенный геймер. — «Получается, фильмы про боевые искусства всё врут? Да ну, бред какой-то…»

Однако перехватить инициативу пока что не удавалось.

Боковым зрением Виталик отметил, что ситуация с недоросликом-нежитью тоже никак не меняется в лучшую сторону. Оставалось одно: переступить через свою гордость.

— Спасите, помогите! — подал Виталийсан знак о помощи. — Косоглаз и Тошнило, отвлекайте недорослика, остальные ко мне!

За время набора текста монах успел получить пару раз по носу, поэтому теперь, с учётом потерянных очков здоровья, ему оставалось лишь защищаться и надеяться на своих товарищей. Хвала богам, ребята его зов услышали.

Первым на помощь ринулся Рыжебород. Хотя он числился в Братстве целителем, гном проходил обучение боевым искусствам в монастыре и не мог упустить прекрасной возможности продемонстрировать свои навыки. Подбежав сбоку, Рыжебород ударил графу Блевонскому в место, где у нормального человека находилась печень. Вот только если обычного человека от такого удара скрутило бы, для нежити то было всего лишь поглаживанием. Слегка развернувшись, граф ударил Рыжебородом локтем в солнечное сплетение, и вот гном скрутился уже как положено.

Следующим подоспел Гнидодав. Размахнувшись своей алебардой, он попытался укоротить графа надвое, но у нежити, похоже, имелись глаза не только спереди, но и сзади. Блевонский сделал небольшой отшаг в сторону, а затем, используя энергию удара Гнидодава, впечатал бывшего стражника лицом в пол. Будь Гнидодав монахом, он сумел бы погасить инерцию падения кувырком через плечо, но Гнидодав таким акробатическим трюкам не обучался, а потому остался лежать, распластанным на полу.

Бомжак не успел даже замахнуться дубиной — прямым ударом ноги прямо в челюсть граф нокаутировал несчастного мужика, на чём участие друида в битве закончилось. Даикина вообще пнули, словно собаку.

Видя беду, постигшую остальных товарищей, Многокашиел не стал пытаться атаковать графа, вместо этого встав рядом с Виталиемсаном в качестве того самого «танка». Теперь вдвоём они принимали на себя основной урон, надеясь, что оставшиеся бойцы, сумеют воспользоваться отвлечением внимания графа.

Вот только Клизмазар позиционировал себя не бойцом, а целителем. И потому не придумал ничего лучше, как попытаться излечить нежить единственным известным ему способом. То есть прочистив графу кишечник. Как говорится, что могло пойти так…

Надежда Виталика иссякла, когда он осознал, что последний оставшийся боец — Криворучкин.

Криворучкин… Человек в любой ситуации умудрявшийся сделать всё через задницу. Человек-катастрофа.

Человек, позиционирующий себя как стрелок из пращи, впрочем, ещё более «меткий», чем Косоглаз, подбежал к графу почти что плотную, видимо, полагая, что хоть так сумеет попасть. Граф даже не стал поворачиваться к этому чуду природы, справедливо ожидая, что горе-стрелок скорее попадёт в Виталиясана или Многокашиела, чем в цель. Виталик и сам внутренне сжался, приготовившись, помимо кулаков Блевонского, уворачиваться ещё и от брошенного в его сторону камня. Но Криворучкин превзошёл сам себя. Увлёкшись раскручиванием оружия, он начал крутиться и сам, в результате чего потерял равновесие и грохнулся графу под ноги. Его праща оплела Блевонскому ноги.

Такого поворота нежить не ожидала. Да и кто мог предвидеть подобный суперприём? Праща предназначена для метания снарядов, а не для связывания противника, путём самоотверженного бросания пращника врагу под ноги… Граф резко дёрнулся, высвобождаясь из петли, но Виталийсан и Многокашиел воспользовались секундной неразберихой, навалившись на мастера рукопашного боя. К этому моменту стало очевидно, что соревноваться с графом в обмене ударами бесполезно, так что Многокашиел тупо обхватил нежить за руки, а монах пытался уже проверенным способом сломать нежити шею. Упав на пол, они принялись активно бороться на фоне пылающего зала. Виталик с остервенением стучал по клавиатуре.

Им повезло, в борьбе граф Блевонский оказался не столь силён, как в ударке. Он царапался, брыкался, кусался, но сбросить с себя массивного Многокашиела не мог. Как не мог он вырваться из захвата Виталиясана, мало-помалу в буквальном смысле выкручивающего ему голову. В конце концов шейные позвонки графа хрустнули. Нежить умерла своей второй смертью, на сей раз успокоившись навсегда. Многокашиел, Виталийсан и даже очухавшийся Криворучкин устало поднялись на ноги.

— Я мелкий, всему миру назло! Я мелкий, с ростом не повезло! — только сейчас все обратили внимание на Тошнило, провоцирующего недорослика. — Я мелкий, я реву без конца! Я мелкий, у меня нет яйца…

Да уж, неудивительно, что Витюха забыл обо всё на свете, ярясь и пытаясь сжечь барда. Услышь Виталик такую песню про себя любимого, он бы тоже впал в ярость.

— А ну иди сюда, говно собачье! — ревел недорослик. — Ты засранец вонючий, мать твою! Ну, иди сюда, попробуй меня трахнуть — я тебя сам трахну, ублюдок, онанист чёртов, будь ты проклят! — где-то Виталик эту речь уже слышал.

— Криворучкин, быстро залезай на плечи Многокашиелу! — скомандовал геймер, решив воспользоваться ситуацией. — Быстрее! Быстрее! Нет времени объяснять, просто сядь ему на плечи!

Увлёкшись преследованием барда, Витюха опустился довольно низко над полом. Если несколько мужчин залезут друг другу на плечи…

— Косоглаз, теперь ты! Залезай на плечи Криворучкина. Да брось ты свой лук, всё равно скорее рак на горе свистнет, чем ты в недорослика попадёшь! Давай, шевелись!

С горем пополам Косоглаз вскарабкался на Криворучкина, сидящего в свою очередь на Многокашиеле. В несколько прыжков Виталийсан взобрался на вершину этой живой человеческой лестницы.

— А теперь вперёд, покажем этому шибзику, кто здесь царь горы! — крикнул монах.

Многокашиел сделал неуверенный шаг, шаткая конструкция закачалась.

— Держитесь крепче, ребята! В атаку! — подбодрил товарищей геймер.

Второй шаг был уже поувереннее, а после четвёртого или пятого Многокашиел побежал, поскольку так было проще поддерживать равновесие.

— Я мелкий, получу щас в табло! — подхватил песню барда Виталик, когда своеобразная колонна из людей и гнома сблизилась со слишком поздно заметившим их приближение недоросликом. — Я мелкий, я тупое фуфло!

Виталийсан не стал мудрствовать, а просто прыгнул, схватив мага за ноги и вместе с ним упав на пол. Дальше дело оставалось за малым. Пара ударов в то самое табло, свёрнутая шея, перелом позвоночника…

— Виталийсан, хватит! — отдёрнул увлёкшегося монаха Тошнило. — Скоро здесь всё сгорит! Надо выносить наших из башни.

Похоже, геймер действительно немного перестарался. Но тело недорослика оказалось таким податливым… И уж теперь эту кучу костей точно не воскресят.

Пятеро оставшихся на ногах бойцов принялись вытаскивать раненых товарищей из всё сильнее полыхавшего зала. Пускай огонь теперь был не синего, а обычного цвета, но бороться с пламенем стало уже слишком поздно. Оставалось лишь уносить ноги и надеяться найти сокровища в другом месте.

Глава 40. Недорослики

Чак Норрис досчитал до бесконечности. Дважды.

Интернет-мудрость

Увы, не обошлось без потерь. Онанистус, который принял на себя первый удар, скончался во время схватки Братства с графом и недоросликом-пиромантом. Остальные тоже получили ожоги и повреждения разной степени тяжести, так что полной шкалы очков здоровья ни у кого из членов Братства не было даже близко. А ведь сражение за замок ещё не закончилось.

Быстро выяснилось, что Хомка и Начхун успешно освободили запертых в заточении недоросликов, наёмники взяли под контроль внешние стены замка, но с башней, в которую свозились трупы, возникли проблемы. Несмотря на численное превосходство, традиционные волшебники никак не могли сломить сопротивление чернокнижников. Погибло уже около десятка магов, в то время как чёрные колдуны не потеряли ни одного заклинателя, бросая в бой нежить. Часть из которой, по всей видимости, тут же поспешно творили из складированных в башне трупов. Требовалось срочно что-то предпринимать, иначе, несмотря на первоначальных успех, штурм замка обещал закончиться для атакующих катастрофой. Все взоры обратились к Виталиюсану.

— А я что, я ничего, — развёл он руками. — У меня самого только треть очков здоровья осталась.

Нейросеть не стала строить из себя средневековое быдло, непонимающее игровую терминологию, вместо этого Василдуй преподнёс монаху целый ящик лечебных зелий:

— Вот, попейте зачарованный экстракт подорожника, всё пройдёт.

Сочетание главного средства народной медицины и волшебства получилось весьма эффективным. Через пять минут Братство Конца снова было свежо и здорово, всегда бы так.

— Берите ещё сколько влезет, — указал Василдуй на ящик. — Можете взять кого-то из магов и воинов, но прорвитесь в эту проклятую башню! Я точно знаю, что там засел Мраз. Если нам удастся убить эту тварь, то война будет выиграна! Он главный чернокнижник, без него вся эта системы лжи рухнет. Вперёд, легендарное Братство Конца! Мы верим вас, герои! Могучие драконоборцы…

Виталик обожал выслушивать дифирамбы в свой адрес, но только не тогда, когда общественное одобрение подталкивало его рисковать жизнью. Да, у геройства есть свои явные минусы, а мечтать и быть героем — совершенно разные вещи. К счастью для окружающих, Виталиемсаном управлял опытный геймер — промежуточное звено между человеком и сверхчеловеком — поэтому, скрепив зубы, монах принял вызов.

— Хомка, Начхун, — тем не менее он предусмотрительно решил увеличить команду, — мне понадобится помощь опытных чародеев. Сруль, твои навыки тоже придутся кстати. Я-Знаю-Всего…

— Ты кто такой? — удивилась «девочка-войн», каким-то образом умудрившаяся пережить подавление бунта недоросликов. — Я тебя не знаю, я с тобой не пойду!

Следовало бы, конечно, придумать какую-нибудь правдоподобную легенду, но Виталик был настолько занят обдумыванием предстоящей миссии, что не нашёл ничего более умного, чем написать:

— Я чей-то там брат, нет времени объяснять! Короче, если пойдёшь с нами, Хомка на тебе женится, договорились?

Магистр Хомка открыл было рот, но Виталийсан не дал возразить ни ему, ни «девочки-войну»:

— Твоего прошлого жениха, Витюху, убили, причём два раза, так что соглашайся, а то так и будешь в девках ходить, как лохушка. Я бы и сам на тебе женился, но я монах, мне нельзя, сразу суперспособности потеряю, — на ходу выдумал он отмазку. — Или хочешь, вот, за Криворучкина выходи, тоже нормальный парень, ты не смотри, что у него руки из задницы…

Криворучкин глупо улыбнулся и хотел помахать потенциальной невесте рукой, но случайно опрокинул ящик с лечебными зельями. Сруль сделала выбор:

— Нет уж, спасибо, я выйду замуж за Хомку. Но если вы меня обманете, обоим в глаз дам!

Виталийсан и Хомка переглянулись.

— Я не… — замямлил было магистр, но геймер снова его опередил.

— Мы согласны! — уверенно сказал гном. — А теперь прекратили флуд и быстро придумали, как нам справиться там, где потерпели неудачу десятки волшебников. У кого-нибудь есть идеи?

* * *

Донжон вовсю полыхал, поэтому вначале Виталик решил: «сгорел сарай, гори и хата», приказав поджечь башню с трупами. Однако предоставивший было ему все полномочия Василдуй вдруг взбрыкнул и в свою очередь приказал наёмникам не выполнять указание. Мол, в таком случае они, возможно, локально победят, но Мраз точно ускользнёт, улики будут уничтожены, и всё придётся начинать сызнова.

«Н-да, вот тебе и полная свобода действий», — расстроился геймер. — «Врут! Опять всё врут, проклятые демократы! Свобода у них, видишь ли».

Пришлось искать другой выход, точнее, вход в башню. Ломиться через основные двери было чревато слишком большими потерями, что наглядно прочувствовали на себе горе-волшебники.

— Короче, чего вы как бараны ломитесь в пустые ворота? Вы ж маги! Взяли, взлетели и через люк на вершине башни вошли. Ну, или раз сами боитесь, то нас туда левитацией поднимите, а мы уж на месте как-нибудь разберёмся, лады?

На сей раз Василдуй с планом Виталика согласился. Несколько владеющих левитацией чародеев один за другим подняли на вершину башни членов Братства Конца.

«Непродуманный момент, кстати», — пока его персонаж болтался в воздухе, решил поумничать геймер. — «Если у вас есть такая магия, то надо было сделать крыши над всеми башнями и стенами, а не тупо копировать первый попавшийся макет замка. Ленивые разработчики, как будто не знали, что игроки сразу найдут кучу лазеек! Эх, жаль, что я сам не программист, а то бы такую игру забабахал», — но Виталику было некогда изучать программирование, поэтому приходилось довольствоваться созданным кем-то другим суррогатом.

Как только Братство Конца и примкнувшие к ним Хомка, Начхун, Сруль и Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му оказались на верхней площадке, Виталийсан подал Василдую сигнал. Традиционные волшебники принялись кидать в башню все возможные заклинания, подняв страшный шум. Именно грохот Виталику был и нужен. Ибо люк наверху требовалось не просто открыть, а открыть, не привлекая к себе внимание засевших внутри чернокнижников. Криворучкин для этой задачи категорически не годился.

Хомка и Начхун по очереди, а потом вместе попытались взломать люк с помощью волшебства, но оказалось, что тот защищён куда более могучими чарами. Это отчасти уняло возникший у Виталика зуд насчёт нелогичности конструкции замка, то только отчасти. Разработчики всё равно козлы, ясное дело. В итоге в дело вступила алебарда Гнидодава и топор Многокашиела, которые хоть и не особенно тихо, но открыли проход.

Будучи настоящим смельчаком и героем, Виталик… отправил вперёд Клизмазара. А то мало ли что, спутников, в конце концов, много, но главный герой-то один! Это не трусость и малодушие, это здравый смысл и осторожность, правильно? Вторым выставили другого бесполезного бойца: Косоглаза. Можно было бы, конечно, отправить вперёд Криворучкина, но зная невероятные способности этого человека… Третьим пошёл Виталийсан, чтобы уж совсем не демотивировать коллектив. Они начали медленно и осторожно спускаться по длинной лестнице.

Традиционные маги продолжали бомбардировать стены башни атакующими заклинаниями, так что внутри строения разносилось гулкое эхо. Благодаря этому первого упыря им удалось застать врасплох, тот неподвижно стоял на лестнице, уставившись в сотрясающуюся стену. Каким-то непостижимым образом Клизмазару удалось воплотить в жизнь свою давнюю мечту и «исцелить» нежить клизмой. Ужасающая процедура оказалась фатальной даже для уже мёртвого.

Второй мертвяк успел среагировать на появление незваных гостей, но огненный шар магистра Хомки утихомирил беднягу. Третьему оторвал голову лично Виталийсан, убедившись, что какой-то специальной засады для них не устроено. А потом нежить повалила как из рога изобилия.

Происходящее напоминало какой-то дешёвый ужастик про зомби. Заметившие Братство Конца мертвяки выстроились на узкой лестнице в очередь и тупо шли под удары искателей приключений. Ни один из монстров не проявлял и сотой доли способностей графа Блевонского, Паноса или Витюхи — так, обычная неорганизованная толпа, только абсолютно бесстрашная. Похоже, состояние нежити усиливало уже имевшиеся при жизни навыки, а если тех не было, то и нежить мало чего собой представляла.

Сохранность оживлённых магией трупов была крайне неоднородной. С одних шматами свисала разлагающаяся плоть, другие отличались от нормальных людей только бледностью. На некоторых телах виднелись ожоги: видимо, эти бедолаги были жителями Врат Барана, погибшими от пожара. Доспехов ни на ком из нежити не было, в качестве оружия использовались бытовые предметы: ножки стульев, столов, прутья решётки, какие-то пыточные и хирургические инструменты — в общем, всё то, что удалось раздобыть на скорую руку. Лишь несколько мертвецов держали мечи, вероятно, принадлежавшие ранее стражникам. Нет, Братству Конца определённо противостояла не армия мертвецов, а беспорядочно воскрешённые и наспех вооружённые крестьяне. Как традиционные волшебники умудрялись потерять при штурме башни десяток своих людей, пока что оставалось загадкой.

Выдвинувшийся вперёд Многокашиел уверенно сдерживал напор бестолковой нежити, в то время как примостившийся сбоку Виталийсан лупил их ногами. Хомка и Начхун, взобравшись на плечи Долбодора и Гнидодава, обрушивали на толпу грозные заклинания. Даже Косоглаз — о великое чудо! — иногда попадал из лука по кому-то из нежити. А вот Криворучкину не удалось повторить подвиг товарища: попытавшись раскрутить пращу в ограниченном пространстве, он треснул по лбу Бомжака, затем выбил зуб барду, чуть не укокошил Рыжеборода со Срулью… Последние два доходчиво объяснили «пращнику», где они видели его пращу — Клизмазар такой подход всецело одобрил.

Искатели приключений медленно, но верно продвигались вперёд, устилая лестницу грудами «мёртвых трупов». Да, именно мёртвых трупов, как бы странно это ни звучало вне контекста. И только когда Виталику стало казаться, что это самая лёгкая битва за время игры, появились они. Старые знакомцы. Калкаш и Сосисий. Вернее, их оживлённые магией оболочки, стоящие на плечах нежити.

— Ты не пройдёшь! — крикнул Сосисий, обращаясь, по всей видимости, к рослому Многокашиелу.

В следующий миг теснимые драконоборцами зомби буквально вросли в пол, образовав тем самым «живую стену из нежити». И на сей раз каламбур Виталику смешным не казался. Братство Конца застряло на узкой лестнице, не в силах продвинуться ни на шаг дальше.

— Отведайте кислые щи, — усмехнулся Калкаш, начав бросать в искателей приключений кислотные стрелы.

Щиты Многокашиела и Долбодора спасли от верной смерти товарищей, но на глазах превратились в разъеденное кислотой решето. Специализирующийся на магии земли Начхун возвёл несколько барьеров из сталагмитов, выросших из ступеней лестницы, но и эти наросты оказались уязвимы для снарядов Калкаша. Нужно было срочно переходить в контратаку.

Магистр Хомка на сей раз оказался бессилен: его огненные шары поглощались волшебными щитами Сосисия, который, как помнил Виталик, и при жизни играючи сдерживал фаерболы пироманта Витюхи. Летящие куда попало стрелы Косоглаза также увязали в призрачных щитах недорослика, застывая на несколько секунд в воздухе, а затем медленно опускаясь в толпу нежити. Каковая толпа хоть и застыла на месте, но продолжала тянуть свои руки и атаковать плоть живую. Надежда оставалась только на геймера.

Не придумав ничего лучшего, Виталийсан переломал загребущие руки ближайшего мертвяка, а затем ловко взобрался тому прямо на голову. Перед ним колыхалось целое море, вернее, река живых мертвецов, плавно уходящая вниз по лестнице. Зрелище жутковатое, но монаха интересовали только головы безмозглых созданий, по которым он принялся прыгать, словно те были вбитыми в дно реки сваями. Зомбяки взревели от такой наглости, всячески пытаясь сбросить, укусить или схватить гнома за ноги, поэтому Виталийсан не мог остановиться ни на секунду, постоянно перескакивая с одной башки на другую. Игра в «пол — это лава» никогда ещё не была столь захватывающей, ведь «лава» всячески пыталась достать игрока, а падение сулило болезненное разрывание на кусочки. Ещё и выпущенные с малой дистанции кислотные стрелы, соприкосновение с которыми закончились бы не менее жуткой смертью. Один раз совсем рядом пронеслась стрела Косоглаза. В общем, хотя Виталиюсану пришлось преодолеть довольно короткое расстояние, по кнопкам геймер настучался от души. В суровом мире Врат Барана трудности персонажа всегда были также и трудностью игрока.

Волшебные щиты Сосисия ударам монаха не поддались: при прохождении кулаков через призрачное препятствие движения замедлялись, так что Виталик едва успел вырвать из щита руки и перепрыгнуть с одной головы на соседнюю. На сей раз пришлось передвинуться не вперёд, а в сторону: попытка сигануть через щит наверняка сделала бы его лёгкой добычей для зомби.

Зато вблизи удалось разглядеть призрачные щиты получше — это не была сплошная преграда, магическая защита напоминала скорее стену щитов в плотном строю воинов. В центре условного щита воздух был сгущен заметно сильнее, чем по краям. Рядом со стенами имелся крохотный, но зазор. Виталику ничего больше не оставалось, как попытаться провернуть сумасшедший акробатический трюк.

Монах подпрыгнул, совершая своего рода сальто вперёд и вбок: перебирая ногами по стене, а руками «упираясь» в замедляющий движения центр щита. В результате ноги успели совершить по стенке шаги, необходимые для переноса центра тяжести на другую сторону волшебной преграды. Виталийсан как раз опустился на голову очередной нежити, когда течение времени вернулось к своему нормальному ходу. И сразу пригнулся, потому что находившийся рядом Калкаш практически в упор прыснул в него кислотой.

Мертвяк больно укусил Виталиясана за лодыжку, но сейчас было не до переживаний о количестве очков здоровья, ближайшая пара секунд должна была решить исход боя. Используя согнутые ноги и скрученный корпус в качестве стартовой позиции для рывка, монах прыгнул вперёд, перелетев сразу через нескольких мертвяков, и по широкой дуге врезал ногой по лицу недорослика. Голова Калкаша буквально впечаталась в стену. Хлипкое тельце безвольно сползло под ноги столпившейся нежити.

Виталийсан и сам с трудом удержал равновесие, едва не последовав за Калкашем на «дно». Потребовалось сделать несколько быстрых прыжков вперёд, чтобы вновь обрести динамическую устойчивость. Сосисий таким образом оказался позади и ступеней на пять выше монаха. При этом сзади на Виталиясана напирал только что сотворённый призрачный щит, поэтому пришлось прыгать ещё дальше вниз, удаляясь, вместо того чтобы приближаться к волшебнику. Река нежити при этом всё никак не заканчивалась.

Виталик успел было отчаяться, когда напиравшие сзади призрачные щиты внезапно исчезли, вернувшись в ту же пустоту, из которой ранее появились. Вмурованные в пол зомби снова задвигались. Уже догадываясь, что происходит, Виталийсан развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как скачущая по головам мертвяков юркая Сруль колет Сосисия маленьким, но очень острым кинжалом.

— Я говорила, что в глаз тебе дам? Получай, Сосиписий! — на месте глаз Сосисия теперь виднелись две дырки. — На! На! Больше крови!

По всей видимости, чародей сосредоточил всё своё внимание на оттеснение Виталиясана, переместив волшебные щиты вниз по лестнице и открывшись таким образом для нападения сверху.

Финальным ударом Сруль вонзила нож Сосисию в шею ровно под подбородком, по всей видимости, перебив какие-то важные даже для нежити позвонки. Тело недорослика упало на колышущуюся волну рук вконец одуревших от происходящего зомби.

«Девочка-войн» хотела была возликовать, но вместо победоносного крика, с её губ сорвался вопль ужаса: она слишком долго простояла на одном месте, а потому попалась в лапы сразу нескольких мертвяков. Виталийсан рванул ей на помощь, но нежити хватило нескольких секунд, покуда он прыгал, чтобы утянуть Сруль на «дно». На девушку навалилось два десятка озверевших мертвецов — монах перескакивал теперь не по головам, а по спинам. Виталик предвидел самое худшее…

— Руки прочь от моей невесты! — взревел Хомка, обрушив на живых мертвецов настоящий огненный дождь. — Убью гадов!

Монаху вновь пришлось спуститься по головам вниз по лестнице: разъярённый магистр Тысячи Пещер разил мертвяков без разбора. На короткое время ступени на месте исчезновения Сруль превратились в то самое Пекло.

Взрывы, тянущиеся к нему руки, яркий огонь — и всё это в крайне ограниченном пространстве. Не самое приятное ощущение. Чувствуешь себя загнанной в угол крысой, куда не дёрнешься — везде смерть. Поэтому, как только на лестнице образовался свободный пятачок, Виталийсан не задумываясь сиганул на ступеньку, сразу начав крутиться и колошматить руками и ногами всё, что двигалось. Лучше отбиваться от толпы врагов, стоя на твёрдой поверхности, чем ежесекундно перескакивать по головам, уворачиваясь от жаждущих схватить тебя рук.

Он бил, бил и бил, пока рядом вдруг не возник Многокашиел, отталкивая остатками своего щита нежить.

— Начальника, вы там как? — подмигнул гному воин.

— Я? Э-э-э…

Только сейчас Виталик осознал, что мутузит нежить уже минут пять. За это время его товарищи расправились со всеми мертвяками, стоявшими выше. Братство Конца вновь начало уверенно теснить оживлённых чародейством простолюдинов, уменьшая их огромную, но вовсе не бесконечную численность.

— Что со Срулью? — получив секундную передышку, Виталик задал главный вопрос.

— Жива, хотя волос и пары пальцев у неё теперь не хватает, — перекрикивая вой нежити, крикнул Многокашиел. — Хомка аж прослезился от счастья. Говорит, что теперь точно женится.

— Ну вот и хорошо, — облегчённо выдохнул геймер. — А теперь давайте добьём эту мерзость!

Возражений, естественно, не последовало. Очков опыта за мертвяков давали прилично, а большого труда их убийство не составляло. Идеальная ситуация для прокачки.

У Виталика открылось второе дыхание. Оставшуюся часть лестницы они преодолели без особых проблем.

Глава 41. Старший инструктор

Чак Норрис использует дублеров только для съемки сцен, где его герой плачет.

Интернет-мудрость

К моменту, когда Братство Конца достигло первого этажа, поток нежити наконец-то иссяк. Виталик смог спокойно повысить себе и товарищам пару уровней. Ещё бы починить щиты «танков», и хоть на дракона иди! Впрочем, Виталик быстро пожалел, что ему в голову пришла подобная мысль. Что называется, сглазил. Ведь на первом этаже их ожидал, нет не дракон, но инструктор драконоборцев. А это было гораздо хуже любого чудовища.

— Вы только гляньте, кто к нам пожаловал! — ехидно усмехнулся мертвяк-недорослик. — Братство Конца! Худшие из худших охотников на драконов! Хотя какие вы охотники, если за всё время своих приключений не смогли убить даже детёныша огненных змеев. Сборище недоумков. Блевотина, низшая форма жизни! Но ничего, сегодня из вас сделают нежить, тогда вы будете хоть что-то из себя представлять. Нравится подобная перспектива?

— Да, хозяин… — по привычке крикнули было вытянувшиеся по струнке Косоглаз и Криворучкин.

Остальные члены Братства, проходившие обучение в лагере, тоже напряглись, разрываясь между инстинктом раболепия перед инструктором и смутным пониманием, что они давно не являются новобранцами.

— Хозяин, он что, ваш хозяин? — более всех смутился Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му, привыкший обращаться к инструктору Руки-из-Задницы тем же образом. — Получается, для меня он хозяин хозяина?

Первым из членов Братства Конца опомнился Рыжебород:

— Никакой он больше никому не хозяин! Всего лишь очередной мертвяк, вставший на нашем пути. И, как все предыдущие мертвецы, скоро упокоится во второй раз. Уже окончательно.

Виталик сознательно не стал вступать в перепалку, перемещая своего монаха на более выгодную позицию чуть спереди и сбоку от товарищей. После долгого спуска по узкой лестнице зал на первом этаже башни казался огромным, здесь будет, где развернуться при битве. А то, что диалог с Картером закончится дракой, не подлежало сомнению. Это же очередной босс, причём не мини, как Сосисий или Калкаш, а полноценный. Хомка, Начхун, Сруль и Даикин тоже всё поняли, медленно окружая старшего инструктора охотников на драконов.

— У-у-у, какие мы стали важные! — увы, на ребят, проходивших обучение в лагере драконоборцев, подначки Картера вполне себе действовали. — Лобок — рыжий и совершенно бесстыжий! Фу, надо же таким быть терпилой, давно бы уже свой уродский ирокез сбрил.

— Да пошёл ты, хозяин мух, — огрызнулся Рыжебород. — Даже подохнуть нормально не можешь. Дал превратить себя в нежить, тьфу!

Было не очень понятно, зачем Картер тянет время, и это настораживало Виталика куда больше любых оскорблений. Он стал внимательно рассматривать помещение.

— Нежить, хи-хи, — осклабился старший инструктор. — Никто из вас ведь и правда не понимает, в чём преимущества этого состояния? Хотя вы уже могли догадаться, что не все ожившие мертвяки одинаковые. Быть неживым, но в то же время и не совсем мёртвым — это первый шаг к бессмертию! В подобном состоянии можно поддерживать существование веками, нет, даже тысячелетиями! Заменяя сгнившую плоть плотью свежей, как меняют одежды, — ухмылка Картера стала ещё шире. — Нежить. То, что кажется вам падением вниз, на самом деле есть путь к возвышению! И чем более великим ты был при жизни, тем могучее станешь в посмертии. Так что я счастлив, что достиг состояния нежити на пике своей силы! А вот вы расстанетесь с жизнью дохляками, способными справиться разве что с толпой черни. Каковая толпа была не более, чем она была и при жизни — расходным материалом сильных мира сего.

Только сейчас Виталик заметил странное мельтешение маленьких пальчиков Картера. Инструктор тянул время не потому, что где-то в зале Братство поджидала засада, нет. Недорослик незаметно творил некое сложное заклинание, и, судя по ускорившейся моторике рук, оно должно было вот-вот сорваться с кончиков пальцев. Виталийсан ринулся в бой.

— Да, я нежить, но и вам больше не жить! — взревел Картер.

На сей раз атака монаха оказалась провальной. Как только нога гнома соприкоснулась с защитным барьером, окружившим недорослика буквально двумя секундами ранее, какая-то неведомая сила отбросила Виталиясана на другой конец зала. Фаербол Хомки тоже отскочил от инструктора, врезавшись в противоположную стену, и едва не пришиб Сруль. Остальным сразу стало не до нападения. Каждый старался спасти свою жизнь.

Ещё во время игры за орка-варвара Виталик приметил странность с иллюзией дракона, на котором новобранцы отрабатывали навыки боя. Сотканная из заклинаний тварь не просто казалась, она была отчасти материальной и могла наносить вполне неиллюзорный урон. Теперь же из ниоткуда возникла целая дюжина драконьих голов, каждая из которых устремилась к ближайшему драконоборцу, желая перекусить пополам или испепелить свою жертву.

Зал сразу перестал казаться огромным: повсюду метались драконоборцы и преследующие их драконьи головы, вспыхивало синее пламя — хвала Создателю, на сей раз через некоторое время гаснущее. Стоящий в самом центре этого хаоса Картер громко смеялся.

«Смешно ему, гаду», — ругался Виталик, стуча по клавишам и резко двигая мышкой. — «Сотворил кучу монстров, теперь просто стой и жди, покуда те всех порешают. Читер».

Впрочем, его монах чувствовал себя гораздо лучше товарищей: прокачанная акробатика, а также отсутствие брони и оружия, позволяли легко ускользать от гонящейся за ним пасти. Юркие Даикин и Сруль тоже особых проблем не испытывали. Начхун успешно отбивал атаки «дракона» вырванными из пола плитами, превратив те во вращающиеся вокруг него и Хомки щиты. Последний даже пытался атаковать не вполне иллюзорные головы, но, похоже, огненные шары наносили «драконам» весьма скромные повреждения.

У остальных дела шли существенно хуже.

Криворучкин носился по помещению с горящим задом, на сей раз в буквальном смысле слова. За ним одновременно гнались зубастая голова и Клизмазар, осознавший, что настал идеальный момент для использования его странных методов исцеления. Несчастный Криворучкин боялся обоих преследователей.

Рыжебороду «дракон» упорно пытался подпалить ирокез, по всей видимости, испытывая к причёске гнома не меньше презрения, чем создатель иллюзии.

Хуже всех приходилось Многокашиелу. Массивный и неповоротливый воин не мог ни убежать, ни перекувырнуться, ни толком защититься, прячась за своим дырявым, а теперь ещё и подожжённым щитом. Очки его здоровья стремительно уменьшались.

Тошнило и Бомжак пытались умиротворить головы монстров, каждый своим способом. Бард пел какую-то ужасно слезливую песню, друид надеялся установить контакт с монстром, погладив его за щёчку или под челюстью, словно котика. Естественно, ни в первом, ни во втором случае методы успокоения не работали.

А вот Гнидодав довольно успешно лупил преследующую его голову алебардой. Длинная рукоять оружия позволяла ему держать «дракона» на расстоянии, лишь иногда отпрыгивая в сторону от струи пламени. На призрачной голове были отчётливо видны вмятины. Это означало, что «иллюзии» могут не только наносить физический урон своим жертвам, но и вполне уязвимы для подобных повреждений сами. Виталик сразу перешёл в контратаку.

Ударом ноги с разворота Виталиюсану удалось выбить из пасти «дракона» один зуб, но это не столько ослабило, сколько разозлило чудовище. Башка зашипела и исторгла из себя какое-то неимоверное количество синего пламени — монах только и успевал делать сальто, уворачиваясь от нацеленной в него струи огня. Следующие удары кулаками в глаза и ноздри чудовища тоже не нанесли «дракону» серьёзный урон, здесь требовалось нечто увесистое, алебарда или двуручный меч, например. Монах был явно не самым лучшим классом для борьбы с огромными змеями.

Экспериментируя с ударами в разные части огромной башки, Виталийсан случайно оказался совсем рядом с Картером. Недорослик издевательски помахал ему ручкой. Виталик едва удержался, чтобы не врезать по наглой морде, но отлетать от невидимой защиты в произвольном направлении сейчас было крайне опасно. В последний момент монах ушёл с линии огня преследующей его головы, сделав кувырок через плечо в сторону.

Синее пламя дракона-иллюзии беспрепятственно прошло через защитный барьер недорослика, стерев с лица Картера ухмылку и заставив того плясать на месте в попытке сбить с одежды огонь.

«Клин клином вышибают!» — озарило Виталика.

Его персонаж принялся дразнить драконью голову с удвоенной силой. Особенно раздражали тварь удары по ноздрям, поэтому монах лупил по ним всеми частями тела, сразу отпрыгивая назад и стараясь спровоцировать «дракона» обдать струёй холодного огня Картера. Тот тоже дураком не был и теперь активно перемещался по залу, убегая от возникшей угрозы. Игра в догонялки на фоне царившего в зале хаоса получалась весьма напряжённой.

— Картер уязвим для драконьего огня! — крикнул по ходу погони Виталийсан. — Старайтесь направить на него пламя монстров!

Его услышали далеко не все охотники на… — да, в этом плане Картер был прав, называть беспорядочно бегающих по залу мужчин охотниками на драконов не повернулся бы язык даже у Виталика — скажем так, караваноборцы. Большинство были слишком заняты спасением собственной шкуры, чтобы подгадывать атаки драконов-иллюзий на мелкого недорослика. Хорошо, что на зов откликнулся хотя бы Даикин.

— Тру-у-у-сы! — непонятно к чему завопил кобольд, проскакивая между Картером и Виталиемсаном. — Тру-у-у-у-ус…

Две полосы драконьего пламени пересеклись под прямым углом, отрезая старшему инструктору два из четырёх направлений для отступления. Ещё одно направление преграждала стена, а последний путь к бегству отрезал Начхун, шустро сотворив преграду из выросших из пола шипов. Картер застыл на небольшом пятачке, повернувшись к Виталиюсану.

— Ха, думаешь, я попался? — хмыкнул бывший инструктор. — Я в любой момент могу развеять иллюзию. Вот так!

Недорослик-нежить громко хлопнул в ладоши, и преследовавшая монаха драконья башка в одночасье исчезла. Хорошо хоть полоса пламени на полу не поддавалась контролю волшебника.

— Что скажешь теперь, гном? — скорчил мерзкую рожицу недорослик. — Не получилось убить меня моим же оружием?

Виталийсан показал Картеру грубый жест. На сей раз не потому, что был раздосадован, а для того, чтобы хотя бы ещё на пару секунд отвлечь недорослика. Который не видел, что сзади, со стороны шипов, к нему из последних сил приближается большой воин — Многокашиел, чьи доспехи и одежда представляли теперь сгоревшую рухлядь.

— Эй, хозяин, — окликнул Картера умирающий воин. — Поцелуй меня в зад.

Многокашиел повернулся, наклонился и действительно показал недорослику задницу — та оказалась в десятке сантиметров как раз напротив лица вредного карлика. То, что произошло в следующий миг, навсегда запечатлелось в памяти геймера. Многокашиел пукнул, в то время как преследовавшая его голова вылила на него струю пламени. Пердёж, как ему и полагается, загорелся…

«Да ну на фиг», — Виталик отказывался верить происходящему. — «Это ж на чём надо было обучать нейросетку, чтобы она додумалась до подобного?!»

«Огнемёт» из зада Многокашиела буквально расплавил голову Картера. Воин и его бывший инструктор рухнули на пол почти что одновременно. Все драконьи головы испарились.

Виталийсан застыл с отвисшей от удивления челюстью.

— Н-да, — остальные члены Братства Конца, ставшие свидетелями «прощального пука», пребывали примерно в таком же шоковом состоянии. — Не зря мы Многокашиела так много кормили, — выразил общее мнение Рыжебород.

— Бобы-бобы, нет музыкальнее еды… — поддержал гнома Тошнило.

Остатки синего пламени наконец-то погасли. Виталийсан подошёл поближе и на всякий случай переломал Картеру несколько позвонков. Хотя, глядя на обожжённое до костей лицо недорослика, понимал, что эта перестраховка излишняя.

— Многокашиел? — с надеждой взглянул он на Клизмазара, но тот лишь развёл руками. Такое, мол, даже клизмой не вылечишь.

— Пал смертью храбрых, — прослезился Даикин. — Не то что вы, бегали от драконьих головастиков, словно трусы!

Виталийсан прикрыл лицо Многокашиела платком:

— Покойся с миром, герой.

Они почтили воина минутой молчания. После чего Виталик принялся повышать всем выжившим уровни.

Глава 42. Мраз

Чак Норрис может ударить циклопа между глаз.

Интернет-мудрость

Виталик, безусловно, был настоящим героем, но он же был и весьма благоразумным геймером, поэтому, прежде чем спускаться в подвал проклятой башни, Братство Конца изнутри открыло все двери, дожидаясь подмоги. Василдуй и два десятка уцелевших волшебников не заставили себя долго ждать.

— Как хорошо, что вам удалось сначала расправиться с толпой мертвяков и только потом встретиться с Картером, — выслушав пересказ произошедших событий, прокомментировал выпавшие на долю Братства приключения Василдуй. — На нас недорослики и куча нежити напали одновременно. Мраз не показывался?

Виталийсан покачал головой.

— Значит, всё самое трудное впереди, — «обнадёжил» остальных традиционный волшебник. — Вы правильно сделали, что позвали на помощь. Правда, надеюсь, вы и дальше пойдёте впереди. Вы ведь настоящие герои, верно?

«Ох уж эти примитивные манипуляции на слабо», — скептически отнёсся к предложению мага Виталик. — «Интересно, что будет, если я возьму и откажусь, а?»

— Мне всё-таки кажется, что с колдунами лучше всех справятся колдуны, — дипломатично ответил геймер. — Давайте отправим вперёд десятка два наёмников, потом десяток ваших волшебников, потом, как основная ударная сила, спустимся мы. Козыри нужно приберегать, правильно? А после нас последуйте вы и самые опытные маги. Так будет намного разумнее, согласись.

Нейросетевые мозги Василдуя некоторое время подумали:

— Да, пожалуй, ты прав. Будем действовать осторожно.

«Во, то-то же», — удовлетворённо хмыкнул Виталик. — «А то привыкли всё на героев валить, умники хреновы! Как свою шкуру надо поставить на кон, так сразу вспомнили про осторожность. Потом ещё удивляются, почему народ их не любит», — закончил геймер свою глубокую, хотя и не очень связную мысль.

Построившись согласно «осторожному плану», отряды один за другим стали спускаться в подземелья под башней. Вопреки ожиданиям Виталика, ни воплей, ни звуков сражения не послышалось.

«А, ну понятно. Пока я со своими ребятами не спущусь, сюжетное событие не запустится. Ну ладно, хотя бы более выгодную позицию выгадал», — слегка расстроился подобному повороту геймер. В глубине души он надеялся, что первые отряды хотя бы немного ослабят очередного босса, коим, вне всяких сомнений, был Мраз.

— Пошли, ребята. Настал наш черёд, — как-то сам собой став лидером Братства Конца, скомандовал Виталийсан. — Криворучкин, ты идёшь первым. Клизмазар, ты за ним…

— Не-е-е, я к Клизмазару спиной больше не повернусь! — сразу запротестовал Криворучкин. — Что угодно, но только не это!

— Начинается… — вздохнул Виталийсан. — Ладно, тогда Клизмазар первый, ты второй. Так устраивает?

На этот раз серьёзных возражений ни у кого не последовало.

— А знаешь, почему Криворучкин всегда второй? — спросил, ни к кому конкретно не обращаясь, в очередной раз шедший впереди всех Клизмазар. — Потому что я всегда первый! Самый крутой!

Рука Виталика невольно потянулась к лицу. Ну а как не сделать фейспалм, когда почти все твои товарищи — идиоты? Хорошо хоть он умный, а то Братство Конца давно померло бы без толкового лидера. Да, что говорить, без геймера ни одна игра сама по себе не пройдётся.

Тревожная музыка отвлекла Виталика от очередных рассуждений про важную роль геймеров в современной цивилизации. Братство Конца начало спуск по лестнице.

Если первый этаж башни представлял собой большой зал, то первый этаж подземелий напоминал скорее вход в лабиринт: из средних размеров помещения в разные стороны вели восемь лестниц. Немного подумав, Виталик приказал наёмникам разделиться, направив группы в два наиболее заляпанных кровью туннеля. Часть магов оставили на распутье — сторожить пути отступления и быстро координировать отряды посредством чародейских вспышек. Остальные волшебники пошли по правому пути, тогда как Братство Конца выбрало лестницу слева — настоящие герои всегда идут налево, правильно? После продолжительного спуска они вновь оказались на развилке.

— Да ё-моё, — выругался Виталийсан. — Всё численное преимущество коту под хвост! Так, давайте пара человек сначала сходит на разведку, когда вернётся, тогда и выберем направление. Чтобы всей толпой на врагов навалиться, а не поодиночке подохнуть. Ты, ты и ты…

— А можно я? — вдруг вызвался Косоглаз.

— Ну, думаю, тебе можно, — толку от «лучника» всё равно было мало, не страшно пожертвовать. — Двое туды, двое сюды. Если увидите что-нибудь подозрительное, сразу же возвращайтесь.

Сделав десяток шагов вниз, Косоглаз примчался обратно.

— Твою мать, — выругался Виталийсан. — И что же такого подозрительного ты там увидел?

— Кровь! — с вылупленными, словно блюдца, глазами сообщил горе-разведчик.

— Да неужели! — с такими же вылупленным глазами передразнил его гном. — А до этого крови на лестнице не было?

Косоглаз ошарашенно уставился на Виталиясана:

— Да, была.

— Тогда что тебя так смутило?

— Вы же сами сказали, сразу возвращаться, если увидишь что-нибудь подозрительное!

— Косоглаз, подозрительное — значит нечто необычное и опасное. А кровь здесь повсюду. Вот монстра или чернокнижника увидишь, тогда бегом назад, понял?

Косоглаз с умным видом кивнул и вновь отправился на разведку. Впрочем, через минуту он прибежал с ещё более испуганным видом.

— Ну и?

— Там, там… — Косоглаз аж весь трясся от страха. — Там паук!

— Косоглаз, я тебе сейчас в глаз дам, — Виталик начал терять терпение.

— Но там действительно огромный такой паучище! — Косоглаз сделал широкий жест, словно паук был метра полтора-два в диаметре.

Геймер поскрёб подбородок. Он помнил гигантскую паучиху в третьей части Властелина Колец, поэтому на сей раз не стал отмахиваться от данных разведки.

— Ладно, пойдём посмотрим на твоего паука. Всем приготовиться к бою!

Братство Конца медленно двинулось вниз по лестнице. Идущий впереди всех Клизмазар и шагающий рядом с Виталиемсаном Долбодор несли факелы. Криворучкин, как и положено, шёл вторым, но, по понятным соображениям, огонь ему не доверили. Крови действительно было много, похоже, именно отсюда наверх поднялся основной поток воскрешённых простолюдинов.

— Вот! Вот он! — внезапно завопил Косоглаз, указывая на стык одной из стен и потолка. — Огроменный!

Присмотревшись, Виталик разглядел паука размером примерно сантиметров пять-шесть. Нет, увидь он такого в реальном мире, он тоже, скорее всего, испугался бы. Но блин…

— Ты не оставил мне выбора, — тяжело вздохнув, монах поставил Косоглазу фингал. — Разведчик хренов. Ладно, идём дальше, раз всё равно почти достигли третьего этажа.

Третий уровень подземелий оказался обширным залом, заставленным столами, стеллажами и какими-то ящиками. Повсюду валялись окровавленные ошмётки, иногда встречались оторванные конечности или выпотрошенные внутренности, в углах виднелись целые груды лохмотьев. Естественно, всё это безобразие привлекло кучу мух, а следом и пауков, обвивших своими сетями абсолютно все своды зала. Виталик понял, что они пришли куда следует, поэтому пора делать ноги. По сюжету их явно ожидали здесь неприятности.

— А вот и гости пожаловали… — Виталийсан уже стремглав мчался обратно по лестнице, так что дальнейшие слова чернокнижника не расслышал.

Добравшись до верхней площадки, он уставился на Василдуя примерно такими же распахнутыми глазами, как пятью минутами ранее Косоглаз.

— Тама, там… — Виталик собрался с мыслями. — Там Мраз!

Остальные члены Братства Конца выбегали следом за монахом с ничего не понимающим видом.

— Не-не-не, — покачал головой Виталийсан. — Следуем осторожному плану. Василдуй, зови всех волшебников!

— Я ж говорил, там пауки огроменные! — потирая ушибленный глаз, одним из последних поднялся по лестнице Косоглаз. — Надо все войска собирать. Кстати, где разведчик, который вместе со мной спускался?

Виталик как-то уже успел позабыть о безымянном неигровом персонаже.

— На столе лежит, — буркнул Даикин. — Мраз в его кишках ковыряется.

— Ладно, фиг с ним, — отмахнулся монах. — И с пауками фиг, надо думать, как с Мразом справиться.

— Как-то не гуманно, — упрекнул его кобольд за отсутствие эмпатии к разведчику.

— От собаки сутулой слышу! — огрызнулся Виталик. — Сейчас всё равно куча народа в драке подохнет, одним больше, одним меньше, не страшно.

Моральный дух стягивавшихся к спуску наёмников подобное утверждение не подняло.

— Я на такое не подписывался, — сказал один воин.

— Я тоже, — закивали другие.

— Да ладно, не ссыте, — осознав свою ошибку, попытался успокоить бедолаг геймер. — Я раз пять в этой игре помирал, и ничего, ещё живой вроде.

Все уставились на Виталиясана в полном недоумении.

— Какие вы нудные! — Виталику приходилось на ходу выдумывать всё новые и новые объяснения. — Про реинкарнацию не слышали, что ли? Если прожил достойную жизнь, то перерождаешься человеком, недоросликом, а если совсем молодец — будешь гномом. Но если струсил, родишься баобабом и будешь баобабом тыщу лет, покуда не помрёшь. Правильно?

Возразить что-либо на столь железобетонные аргументы было, само собой, нечего. Спустя долгие пятнадцать минут все наконец-то собрались.

— Во, другое дело, теперь можно и мир спасать. Так, наёмники идут первыми…

* * *

— А вот и гости пожаловали, — Мраз вновь начал заготовленную скриптом речь, когда целая толпа воинов и волшебников ввалилась в «операционную» чернокнижника. — Ого, да вас тут целая армия! — быстро отреагировала на новые вводные данные нейросеть. — Впрочем, чем больше, тем лучше. Будет много материала для дальнейших исследований…

— Твоим мерзким изысканиям пришёл конец, чернокнижник! — пафосно выпалил Василдуй. — Все твои ожившие мертвецы вновь мертвы! Сдавайся, или тебя постигнет та же участь!

Мраз неохотно вытащил руки из кишок растянутого перед ним на столе разведчика, резким движением отряхнул кровь с длинных ногтей.

— Не кричи так, недоучка-волшебник. Успеешь ещё повопить, когда придёт время, — чернокнижник с презрением обвёл взглядом приближающихся к нему воинов. — А оно придёт весьма скоро, учитывая, что ты привёл с собой одних слабаков. Неужели ты и твои коллеги правда считаете, что можете противостоять Древней Науке? Глупцы! У вас был шанс присоединиться к нам и освоить величайшее знание, а вы выбрали смерть и служение в качестве нежити. Весьма посредственной нежити, на уровне встреченных вами ранее недоколдунов-недоросликов. Мощь…

— Пс-с-с, — вдруг дёрнул Виталиясана за рукав Даикин. — Я не хочу в следующей жизни быть козлом бородатым, как ты. Можно я кобольдом останусь?

— Ты что, совсем ку-ку? — раздражённо ответил монах. — Гномы — самая крутая раса, а ты хочешь собакой сутулой остаться?

— Я…

— Да тихо вы оба! — шикнул на спорщиков Василдуй. — Дайте послушать, что он говорит.

Но Виталику было не очень интересно слушать якобы эпичные диалоги. Что за тупая манера у всех злодеев по полчаса распинаться, прежде чем начать бой? Такой лютый штамп, аж противно! От нейросети он ожидал куда большего.

— …теперь, когда Мангор стал герцогом, до наступления новой эры остаются считаные дни! Уже совсем скоро Срединные Земли, вместе с союзниками, вступят в самую масштабную войну за всю историю человечества! Лик планеты будет перекроен, нежити станет в разы больше живых! Мы завершим великий замысел Древних и станем бессмертными! Станем не просто равным богам, мы поднимемся даже выше!

Даикин снова затеребил одёжку Виталиясана:

— Надо ему трусы вернуть.

— Да отстань ты!

Василдуй снова зашипел на двух болтунов, но, к счастью, Мраз уже заканчивал свою речь:

— Вы глубоко ошибались, считая меня главным магом. Герцог Мангор — вот кто истинный повелитель! Вот кто гений, могучий герой! А я, я лишь его верный слуга. И я преподнесу ему подарок в виде ещё большего количества слуг! Слуг, которыми станете вы, недоучки-волшебники, в форме нежити!

Кобольд в последний раз дёрнул гнома:

— Когда уже нападать можно будет?

Виталийсан взглянул на застывшего в ужасе Василдуя:

— Да пожалуй, сейчас самое время, — монах указал пальцем на Мраза. — Бей его, за него дают кучу опыта!

Первые наёмники ринулись в драку. Сражение началось.

Вокруг Мраза мгновенно возникла ледяная сфера, заморозившая как оружие, так и руки ближайших бойцов. Послышался треск льда и вопли.

— Огонь! — взревел очнувшийся Василдуй. — Против магии льда нужен огонь!

Магистр Хомка, а вслед за ним десяток традиционных волшебников, запустили в Мраза настоящий град фаерболов. Огненные шары с шипением врезались в ледяную преграду, поднимая к сводам зала клубы пара, но не нанося заметных повреждений чернокнижнику. Разве что оттаявшие воины бросились назад, подальше от Мраза.

Виталик сразу вспомнил свою битву с Паносом, когда призрачную защиту пробила заморозившаяся в полёте вода. Ну не вода, ладно, давайте без этих подробностей.

— Кидайте в него не огонь, а воду! — крикнул он Василдую. — Она заморозится при столкновении со сферой и поразит Мраза!

К чести волшебника, тот быстро смекнул, что от него требуется:

— Вода! Залить водой гада!

Пар под сводами зала сгустился и излился на чернокнижника водопадом чистейшей воды.

— Да! Почувствуй энергию Ссы! — радостно крикнул монах, предвкушая лёгкую победу благодаря силе своего интеллекта.

Однако, вместо того чтобы заморозиться после прохождения сферы, вода превратилась в огромную глыбу льда, застывшую над защитным барьером Мраза. Злой колдун усмехнулся:

— Хотите немного охладиться? — с издёвкой в голосе спросил чернокнижник.

Глыба льда раскололась на сотни осколков, брызнувших во все стороны. Особо крупные куски льда прошивали тела и даже доспехи оказавшихся рядом бедняг не хуже каких-нибудь пуль.

— Н-да, моча всё-таки эффективнее, — расстроился неудаче Виталик. — Кислотой тогда в него! Порчей! Какие там ещё заклинания есть? Начхун, разверзни под ним пол!

Но волшебники и так атаковали Мраза всеми доступными заклинаниями, включая как упомянутые Виталиком, так и теми, которые он прежде не видывал. Впрочем, за мага Виталик играл совсем мало, поэтому не удивительно, что в волшебной свистопляске он разбирался крайне поверхностно.

— Виталийсан, сделай что-нибудь! — умоляюще всхлипнул Василдуй, убедившись в тщетности всех попыток хоть как-то повредить чернокнижнику.

— Что? — огрызнулся монах. — С голыми руками я на него, что ли, полезу? Давайте сами как-нибудь. Соберитесь, тряпки! — внезапно его осенило: — Главное — поверить в себя!

Ну а что, ведь именно так говорят все коучи успешного успеха, правильно?

— Поверить в себя? — на лице Василдуя отразилось отчаяние. — Чего, б…

— Я верю, верю! — напрягся стоявший рядышком кобольд. — Я верю в себя! — спустя полминуты неимоверного напряжения гордо провозгласил самый странный член Братства Конца.

Вера Даикина на ситуацию в зале никоим образом не повлияла.

«Это что же получается, коучи тоже всё врут? Да не», — это уже было слишком. — «Нельзя же так грубо нарушать законы Вселенной! Нереалистичная игра, стопудово».

Вот у кого точно не было проблем с высокой самооценкой и верой в себя, так это у чернокнижника. Выстояв под натиском атакующих заклинаний традиционных волшебников, Мраз перешёл в контратаку. Во все стороны полетели ледяные шарики размером кулак, зависнув в воздухе над разинувшими рты людьми.

— На пол! — взревел Виталийсан, сразу догадавшись, что будет дальше.

Ледяные шары разорвались на части, словно гранаты. Тысячи, если не десятки тысяч осколков разлетелись по всему залу. Те, кто промедлил хотя бы секунду, оказались иссечены множеством мелких лезвий. Хвала Создателю, сам монах успел не только упасть на пол, но и перекатиться под стол.

— Прячьтесь под столы! — крикнул Виталийсан. — Прикрывайтесь любыми предметами! Эти мелкие осколки не так страшны, как куски от той большой глыбы!

Мраз выпускал всё новые и новые «ледяные гранаты» — от разлетающихся осколков зал стал казаться эпицентром какого-то страшного ледяного ливня, но внявшие совету монаха бойцы в целом пострадали не сильно. Под некоторыми столами укрылось сразу несколько волшебников, а сбившиеся в кучу воины успешно прятались за щитами. Какое-то время количество «гранат» лишь увеличивалось, но затем град осколков резко иссяк. Виталийсан осторожно выглянул из-под укрытия.

— Мы победили? — спросил его прячущийся под каким-то стулом Даикин.

— Да вроде бы ещё нет, — ответил оценивающий обстановку Виталийсан.

— Но ведь я же поверил в себя! — удивился кобольд.

— Плохо, значит, поверил, — отмахнулся монах. — Сильнее верить надо!

— Ладно, сейчас попробую, — согласился Даикин, начав тужиться с такой силой, будто прямо сейчас собирался родить.

Виталик перестал отвлекаться на потуги кобольда, как только увидел, что Мраз начал принимать птичью форму. Руки чернокнижника превратились в большие чёрные крылья, затем изменилась голова мага.

— Надеюсь, вы достаточно охладились, — прокаркала огромная воронья башка. — Потому что я немного проголодался!

Полуптица-получеловек набросилась на ближайших наёмников.

Ледяная сфера вокруг Мраза исчезла, но воинам от этого было не легче — взмахом крыла монстр отшвырнул в сторону щит ближайшего человека и откусил тому голову.

— Прожорливая, однако же, птаха, — прокомментировал благоразумно держащийся на расстоянии от Мраза монах. — У него пропала ледяная защита, атакуйте его всеми возможными заклинаниями! Стреляйте по нему из луков, бейте оружием! Вперёд, ребята, я верю в вас!

— Главное — верить в себя! — поддержал призыв гнома кобольд.

Виталийсан даже взобрался на стол, за которым только что прятался, чтобы лучше видеть всю ситуацию. Он ощущал себя настоящим генералом, руководящим сражением. А генералы, как известно, должны оценивать ситуацию с некоторого отдаления, правильно?

— Да, дай ему в глаз! — запрыгнув на соседний столик, поддакнула Сруль.

Как и их лидер, Братство Конца упорно уклонялось от драки. Только Хомка и Начхун били издали заклинаниями. Ну и Косоглаз с Криворучкиным строили из себя бойцов дальнего боя, но от них было даже меньше толку, чем от уверовавшего в себя Даикина. Кобольд хотя бы повышал окружающим боевой дух, а эти двое только тратили зря снаряды.

Мраз играючи отражал все атаки своими огромными крыльями, но на сей раз усилия традиционных волшебников и наёмников имели хоть какой-то эффект. Нет-нет, да какое-нибудь чёрное пёрышко выпадало из странной брони чернокнижника, увлечённо откусывавшего бойцам головы. Голодная птичка этого, похоже, не замечала, но намётанный глаз генерала Виталиясана всё видел, а потому не жалел наёмников, бросая их в бой.

Пусть отрабатывают свой хлеб, правильно?

— Начальник, а нам не пора вмешиваться? — спросил Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му. — Я, конечно, умею считать только до двух, но сдаётся мне, что именно два воина там и осталось.

Виталик задумчиво почесал подбородок. Его выдающиеся стратегические способности подсказывали ему, что Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му прав, но как же ему хотелось и дальше оттягивать вступление в бой…

— Всем приготовиться! — наконец отдал приказ лидер храбрейших драконоборцев. — Как только он откусывает последнему голову, атакуем.

— Я на такое не подписывался! — истошно завопил теперь уже единственный оставшийся в живых воин. — Я…

— Да слышали мы тебя, слышали, — буркнул Виталийсан. — Долбодор, не пытайся танчить эту тварь. Бегаем вокруг неё, дразним и уворачиваемся, бьём только сзади. Когда маги потихонечку все перья из этой курицы выщупают, тогда всерьёз и набросимся. Все всё поняли?

Бывалые члены Братства Конца закивали.

— Я на тако… — Мраз откусил-таки последнему наёмнику голову.

— Вперёд! — на сей раз генерал Виталийсан сам повёл своих бойцов в бой. — За Родину! За Врата Баранов!

— Да! За баранов! — с громкими криками бросились вслед за монахом остальные драконоборцы.

Виталийсан промчался в полуметре перед человекоптицей, щёлкнув пальцами совсем рядом с окровавленным клювом твари. Монстру подобное поведение решительно не понравилось. Мраз бросился вслед за гномом, стремительно атакуя монаха своим длинным клювом.

— Куд-куд-кудах! — делая сальто, кувырки и прочую акробатику, издевательски закудахтал монах. — Цып-цып-цып! Кукареку-у-у! — Мразу ещё повезло, что на этом познания Виталика в птицах закончились.

— Я тебе покажу сейчас кукареку! — прокаркал злой колдун. — Будешь, как курица, без башки бегать!

Игра в догонялки набирала обороты. Виталийсан перемещался между, под и над столами, дразня и отвлекая Мраза, пока все остальные наносили тому урон, сопоставимый с комариными укусами. Впрочем, даже минус одно очко здоровья — уже хорошо, учитывая колдовскую природу защиты чёрного мага. За мечущимся по залу Мразом оставалось всё больше перьев.

— Чёрный ворон, что ты вьёшься,

Над моею головой!

Ты добычи не добьёшься,

Чёрный ворон, я не твой... — вспомнив одну из любимейших песен Фуфуция, Виталик решил ещё сильнее разъярить птичку.

Окончательно потеряв контроль над собой, Мраз начал рвать и метать, разнося на щепки всю мебель, которая так помогала дразнящему его гному.

— Держись, Виталийсан, — решил подбодрить товарища Даикин. — Главное…

«Вот же собака сутулая!» — проворчал про себя Виталик, потому что ему стало сейчас не до веры. Пальцы отплясывали по клавиатуре со скоростью, которой мог бы позавидовать профессиональный пианист. Вот она, сила геймеров!

— Я верю! У тебя всё получится! Ты лучший!

— Да заткнись ты, псина сутулая! — всё-таки не выдержали и отвлёкся на секунду Виталик.

Это едва не стоило его персонажу жизни. Клюв щёлкнул над тем самым местом, где всего мгновение назад была голова гнома. Виталийсан вновь закружился по залу.

«Твою ж наискось! Когда эта толпа бездельников добьёт гада?» — волшебных перьев на чернокнижнике оставалось всего ничего.

— За Тысячу Пещер! — здоровенный огненный шар магистра Хомки врезался в спину Мраза, окутав того на несколько секунд пламенем.

— За обиженных недоросликов! — выросшие из пола сталагмиты проткнули ступни чёрного мага. Стоило тому высвободить ноги, как Начхун сотворил новые шипы, снова буквально пригвоздив чернокнижника.

— За Му-у-уху Бляху! — из ладоней Василдуя вылетело около полудюжины молний. Электрические разряды заплясали на общипанных крыльях.

— За всё хорошее против всей херни! — закричали остальные герои, как только последний слой защиты слетел с монстра.

Со всех сторон на Мраза посыпался град ударов. Наконец-то осознав свою ошибку, тот принялся менять облик обратно на человеческий.

— Птичку не жалко! — широко размахнувшись алебардой, Гнидодав снёс магу голову, как раз в тот момент, когда Мраз снова стал человеком. — О, а он больше не птичка. Мы таких душили-душили…

Виталийсан просто стоял, пока управлявший им геймер переводил дух. Кобольд похлопал его по плечу:

— Молодец, я всегда в тебя вер…

Ну как можно было не отвесить этой сволочи пенделя?

Глава 43. Диванный генерал

Чак Норрис выиграет у вас в крестики-нолики за один ход.

Интернет-мудрость

Лут с Мраза оказался так себе, если честно. Какие-то магические колечки, усиливающие силу заклинаний, пришедшая в полную негодность волшебная мантия, увеличивающая продолжительность метаморфоз, шерстяные трусы… Последние Виталик не задумываясь отдал Даикину в качестве компенсации за уж слишком увесистый пендель.

Лохмотья достались Бомжаку, бижутерию разобрали участвовавшие в схватке волшебники. Виталик не был уверен, что кто-то из магов останется вместе с Братством Конца после зачистки замка, поэтому в распределение этой части добычи не вмешивался. Хомка в конце концов какое-то колечко урвал, правда, под предлогом, что преподнесёт его в качестве свадебного для Срули. Не, ну ради усиливающего твои способности предмета можно даже и на такое пойти, здесь Виталик не был готов осуждать недорослика. Эпичный шмот есть эпичный шмот, люди и за куда менее полезный iPhone из шкуры вон лезут. Виталик же за это время успел поднять пару уровней, что тоже было неплохо.

— У вас была какая-то тактика с самого начала, и вы её придерживались? — подошёл к монаху один из волшебников, явно восхищённый мудрым руководством Виталиясана.

— С самого начала у меня была какая-то тактика. И я её придерживался, — кивнул ему самопровозглашённый генерал.

Да, нападать толпой на одного и в самом деле оказалось верным решением. Без поддержки волшебников и наёмников, принявших на себя основной урон, он бы всё ещё бегал по кругу, ожидая, когда с Мраза упадёт хоть парочка перьев. Какой Виталик всё-таки умный.

Теперь следовало как можно дороже продать свою роль в победе над грозным противником:

— Многие полагают, — начал Виталийсан нравоучительным тоном, — что главное в битве — это сила, отвага и навыки. Поэтому они рвутся в бой, желая продемонстрировать окружающим эти качества. Что касается меня, то я стараюсь избегать драки, покуда это возможно. Понимаете, в любом сражении всегда присутствует элемент случайности — нельзя быть полностью уверенным в победе. Повлиять же на удачу или неудачу мы, будучи простыми смертными, не способны. Поэтому разумной стратегией будет вообще не участвовать в драках, но если уж избежать кровопролития невозможно, то вступать в бой следует с максимально выгодной позиции, чтобы получить максимально возможное преимущество.

Вокруг Виталиясана быстро собралось довольно много волшебников, внимательно слушающих его рассуждения.

— Мой наставник в монастыре Шакалинь часто любил повторять: война — херня, главное — манёвры. А что такое манёвры, как не поиск идеального момента и позиции для атаки? Если бы мы все сразу навалились на Мраза, то ничем хорошим это мероприятие не закончилось. Половину бойцов сразу бы заморозили и разбили на льдинки, у второй половины последовательно оторвали головы. Разве что вас, волшебников, убили каким-нибудь тривиальным способом, чтобы воскресить в форме нежити относительно целыми. А так мы потеряли всего пару десятков безымянных наёмников, которым к тому же теперь не придётся платить. Идеальный исход!

Все традиционные волшебники закивали. Похоже, даже сентиментальный Василдуй не особо ценил жизни обычных людишек:

— В конце концов, наёмников недаром зовут солдатами удачи, так что им просто не повезло. А на сэкономленные денежки наймём новых.

Я-Знаю-Всего-Две-Буквы-Му открыл было рот, желая осудить меркантильность и цинизм своих нанимателей, но ему тут же пообещали отдать долю его погибшего товарища Принеси-Подай, на чём все возражения и закончились.

Началось методичное прочёсывание замка графа Блевонского. Помимо сокровищ, нужно было отыскать достаточное количество улик, чтобы предъявить обвинение новоиспечённому герцогу.

— Вы, мастер Виталийсан, нас не покидайте, пожалуйста, — когда большинство волшебников разбрелось в поисках чего-нибудь необычного, к монаху подошёл Василдуй. — Ваша неоценимая помощь будет оценена по достоинству, уж простите за каламбур. Магические артефакты, золото, женщины, слуги — всё, чего пожелаете. Только помогите нам завершить начатое и покончить с герцогом Мангором: лишь под вашим мудрым руководством у нас есть шанс одолеть главаря чернокнижников.

Виталик немного подумал:

— Если Мангор ещё сильней Мраза, то нам понадобится куда больше «мяса». Соберите столько людей, сколько сможете! Поднимайте в Срединных Землях восстание! Договаривайтесь со всеми соседними королевствами, которые могут стать нашими союзниками. Нет больше смысла таиться, барон, то есть теперь уже герцог, Мангор быстро узнает о произошедшем здесь в замке. Нам предстоит уже не просто сражение, но война!

Ошарашенный Василдуй лишь успевал кивать, слушая указания генерала.

— И кстати, сожгите тело Мраза и всех погибших при штурме волшебников. Не стоит предоставлять Мангору материалы для новых слуг, — Виталийсан похлопал любителя коров по плечу. — Выше нос! В одной из прошлых реинкарнаций я уже был генералом, так что перед вами обладатель бесценного опыта!

Виталик скромно умолчал, что единственные войска, которыми он когда-либо руководил, были диванными. Но ведь разве это имеет значение? Баталии на форумах и в социальных сетях стоят по важности лишь на ступень ниже битв в компьютерных играх, поэтому…

Поэтому он хорошо знал, что делает. Ведь главное в сражениях в интернете — это непоколебимая уверенность в себе, даже если ты ничего не знаешь по обсуждаемой теме. Правильно?

* * *

Врата Барана преобразились, превратившись в глобальную пошаговую стратегию. Виталик перемещал по карте мира отряды, брал под контроль поселения, рассылал дипломатов, заключал союзы, распределял разного рода ресурсы, главным из которых, конечно же, было золото. На все хотелки ресурсов всегда не хватало, приходилось расставлять приоритеты, чем-то жертвовать, что-то откладывать до лучших времён, что-то воровать или забирать силой. Также ему пришлось налаживать торговлю с соседними королевствами, заниматься производством, логистикой, в общем, не просто умничать и раздавать указания, а включать мозг.

«Нужно больше золота», — постоянно твердил Василдуй, ставший на это время ассистентом величайшего диванного аналитика. Даже эпизодические ограбления караванов не покрывали расходов казны. Помимо жалованья, постепенно собираемой армии требовалось всё больше еды, доспехов, оружия. Требовались командиры на местах и рабочие руки в тылу, требовалось… да чего только не требовалось. Поначалу разочарованный из-за перехода игры в пошаговый режим, Виталик теперь всё дольше и дольше думал над каждым ходом, пытаясь просчитать все последствия очередного решения. Не будь паузы между ходами, он бы точно совершил куда больше глупостей.

Да, по-иному Виталик представлял себе руководство военной кампанией. Он-то рассчитывал, что всё будет как у менеджеров на его работе: совещания, идиотские указания, на которые все кладут болт, снова совещания, попытки убедить работников пахать за идею, новые совещания по поводу массово увольняющегося персонала… А тут, в игре, какие-то супер навороченные шахматы получаются, бесконечными совещаниями не отделаешься.

Несмотря на разные заморочки, главной целью всех действий на карте мира был сбор и обеспечение армии. Здесь игрок был ограничен только количеством ресурсов, в остальном имелась возможность сформировать из отрядов абсолютно любую конфигурацию. Хочешь, нанимай дорогую, но мобильную кавалерию, хочешь, делай ставку на лучников или, наоборот, на бойцов ближнего боя. Некоторые отряды приобретались уже сразу готовыми к битве, но большинство дешёвых юнитов требовалось предварительно обучить и вооружить. У представителей каждой расы были свои достоинства и недостатки, а также лимиты на количество в принципе доступных солдат. Виталик отчаянно пытался найти во всём этом разнообразии разумный баланс, понимая, что сила кроется в наилучшем сочетании воинов, а не только в их количестве или качестве. Какого-то простого и очевидного решения не просматривалось.

Охотнее всего Виталийсан вербовал орков. Зеленокожие были дешевле юнитов других рас, а при должном вооружении имели лучшие характеристики, нежели люди. Ахиллесовой пятой этих отрядов являлась их крайне низкая дисциплина — стоило оставить орков без присмотра, как варвары тут же начинали грабить всех окружающих, включая своих нанимателей. Рядом всегда должны были находиться гномы или вооружённые люди, чтобы предотвратить безобразие.

Дороже всех Виталику обходились гномы, но они приходили уже полностью экипированными и готовыми к бою, а по характеристикам намного превосходили и людишек, и орков. Благодаря тому, что персонаж Виталика в этой игровой сессии сам был гномом, бородатые крепыши беспрекословно выполняли все приказы диванного генерала, никогда ни на что не жалуясь. Геймер активно использовал гномов в качестве офицеров для отрядов остальных рас.

Люди, хотя и были дороже орков и значительно хуже гномов, стали самой многочисленной частью воинства просто потому, что всегда имелись в наличии. Отряды орков и гномов надо было ещё выторговать у союзников и дождаться их прибытия, тогда как разорённые местные жители под рукой имелись всегда. Правда, в отличие от орков и гномов, их требовалось дополнительно обучать, на что тоже уходило время и деньги, но иначе людишки были совсем небоеспособными.

При посредничестве магистра Хомки удалось переманить на свою сторону одно из царств Предгорий, но в целом недорослики оказались сильно запуганы чернокнижниками и не шли на контакт. Виталик решил использовать немногочисленных малышей в качестве бойцов дальнего боя, вооружив дешёвыми пращами. Впрочем, один отряд сделали арбалетчиками, что оказалось существенно дороже, но и урон те наносили побольше. Сруль такой расклад не одобрила, считая, что недорослики должны стать тяжёлой пехотой. К счастью, «девочка-войн» оказалась слишком занята приготовлением свадьбы с Хомкой, а потому Виталику удалось безболезненно проигнорировать её «ценные указания».

Присоединились к войскам диванного генерала и эльфы. Виталику пришлось нелегко, но он сумел преодолеть свои предубеждения и нанял несколько сотен чернокожих стрелков. Эльфы являлись лучшими бойцами дальнего боя в игре, не считая, конечно, волшебников, так что отказываться от их услуг было бы непростительной глупостью. Чтобы как-то успокоиться, Виталик постоянно повторял мантру: «я, конечно, не толераст, но». После этого самого «но» под настроение придумывалось какое-нибудь новое оправдание. Например, раз в войсках есть зеленокожие, то почему бы, собственно, в них не быть чернокожим? Он и так ни разу не создал персонажа эльфа, поэтому не надо обвинять его в толерантности! В конце концов Виталик настолько запутался в собственных убеждениях, что решил больше не думать об этом. Толерантный ксенофоб или тоталитарный либерал — называйте его, как хотите, только отстаньте! В игре главное — циферки, а они от присоединения эльфов заметно прибавились, значит, он всё сделал правильно. Точка.

Самым неожиданным подкреплением оказались кобольды, которых отважный Даикин привёл из Восточной гряды. Поверивший в себя «пёс не сутулый, но гордый» объявил себя царём всех кобольдов, царём горы, и прочие и прочие титулы. Успешного успеха прям не срослось, и из Восточной гряды его выгнали, но несколько отрядов кобольдов пошли за Даикиным. Виталик не стал заморачиваться, пытаясь сделать из сутулых собак подобие воинов, но решил использовать их сильные стороны для разведки. В этом качестве кобольды намного превосходили даже пронырливых недоросликов.

Василдуй собрал вокруг себя почти всех традиционных волшебников — это были настолько ценные юниты дальнего боя, что каждый маг заменял собою целый отряд. Только нужно было их как следует прикрывать, так как колдуны специализировались в основном на атаке, нежели на защите.

Присоединившиеся к «борцам за традиционную магию» аристократы предоставили в распоряжение Виталика конных воинов — они были дороги в содержании, но взявшая разбег тяжёлая кавалерия сносила на своём пути почти все преграды. Жаль, что рыцарей было мало.

Таким образом под руководством Виталика мало-помалу формировалась полноценная армия, состоявшая из бойцов разных типов. В мелких стычках диванный генерал успел немного опробовать её в действии. Сами сражения проходили в обычном режиме от первого лица Виталиясана, но требовали не скорости клика по клавишам, а стратегического мышления, поскольку битва велась путём отдачи команд. Подобная игровая механика была по-своему интересной.

Герцог Мангор тоже отнюдь не бездействовал. Фактически взяв в заложники короля, «Тёмный Пластилин» — как любил называть чернокнижника геймер — точно так же собирал своё воинство. Только если войска Виталиясана состояли из жителей Срединных Земель и представителей разных рас, то Мангор делал ставку на нежить, западные королевства людей, царства недоросликов и, конечно, драконов. Огнедышащие змеюки навели много шороха в тылах армии диванного генерала, пока тот не догадался устроить тварям засаду. Клюнувших на приманку драконов поджидали пристреленные баллисты, а также большой отряд магов и лучников, добивший раненых монстров. Потеряв разом полдесятка дефицитных юнитов, Мангор отозвал своих тварей, приберегая тех для решающей схватки.

Ходили слухи и о каком-то отбившимся от влияния Мангора драконе, разоряющем, в свою очередь, тылы тёмных сил. Однако туман войны не позволял Виталику разглядеть карту территорий, подвластных Мангору, так что оставалось просто принять, или не принимать, эти сведения на веру. А поскольку у Виталика хватало забот как в игре, так и в дурацкой реальности, он предпочёл не учитывать эти слухи в своих планах. Враг моего врага — мой друг, но, если этот кто-то дракон, поди ещё договорись с ним. Пускай злодеи сами между собой разбираются, а мы потом добьём победителя, правильно?

Зато было очевидно другое: дело близится к решающей схватке. Герцог Мангор стягивал свои войска к Вратам Барана, Виталик делал то же самое чуть поодаль. По негласной договорённости они двинулись навстречу друг другу почти что одновременно. Сражение, от исхода которого зависело будущее всех рас, должно было произойти на ничем не примечательном поле в тридцати километрах от столицы Срединных Земель. И чем меньше времени оставалось до начала эпической битвы, тем меньше у Виталика становилось уверенности, что он всё сделал правильно.

Тяжело всё-таки быть диванным генералом, зря все над ними смеются. Вы попробуйте сами поруководить армией, сидя на жопе ровно за компом дома — это вам не семечки щёлкать.

Ведь ценой ошибки будет необходимость заново проходить всю игру. Чудовищный риск и ответственность!

Глава 44. Генеральное сражение

При прохождении IQ теста отвечайте на все вопросы «Чак Норрис» — и вы заработаете максимальное количество баллов.

Интернет-мудрость

Виталик выстраивал свои войска в соответствии с данными разведки и знаниями о средневековых сражениях, почерпнутыми из всеведущего интернета. Правда, приходилось делать поправку на то, что игра при всей её реалистичности была в жанре фэнтези, а значит, полностью полагаться на проверенные способы ведения войны не следовало. Когда у вас есть магия и волшебные существа, баланс сил неизбежно смещается в пользу последних. Однако всегда нужно от чего-то отталкиваться и иметь хотя бы базовые представления об истории было полезно даже для геймера.

«Мы, геймеры, народ весьма эрудированный», — рассуждал Виталик, в последний раз перемещая войска перед боем. — «Ведь в любой современной игре имеется режим обучения, в описаниях предметов содержатся поучительные истории, а на игровых форумах так вообще кладезь знаний! Чего там только не расскажут умные люди. К тому же самый распространённый ответ на любой вопрос в интернете: ″Учите матчасть″! Так что приходится и фундаментальные знания регулярно приобретать, в основном, конечно же, на Ютубе и Википедии. Ведь это самые достоверные источники информации, правильно?»

В качестве передовых отрядов Виталик использовал орков. С одной стороны, потому что зеленокожие были самыми недисциплинированными, и их следовало контролировать с тыла и флангов. С другой, потому что варвары славились своей храбростью. Последнее обстоятельство было чрезвычайно важно, поскольку герцог Мангор в качестве основной ударной силы использовал толпу нежити.

Ходячие мертвецы имели весьма слабые характеристики, но их было много, действительно очень много, и они были страшными. Орки как раз и должны были продемонстрировать остальным расам, что мертвяки страшны не более, чем толпа кое-как вооружённых и необученных простолюдинов. В общем-то, нежить именно из таких простолюдинов и состояла — у чернокнижников Мангора не было много времени на поиск захоронений обученных воинов. Кого нашли, того и воскресили. Вооружили кольями и дубинами, и вперёд в бой. Чего-чего, а с дисциплиной у нежити проблем не было, что приказали, то в точности и выполнили. Идеальное пушечное мясо.

Вот только пушек во Вратах Барана, увы, не было. Стрелы наносили нежити весьма слабые повреждения, поэтому Виталику пришлось изрядно поломать голову, прикидывая, как расправиться с этой напастью, не вовлекая свои главные силы в бой. Ведь за нежитью следовали люди, причём хорошо вооружённые — западные королевства отправили на войну профессионалов, а не наспех собранное ополчение. Рядом с враждебными людьми стояли недорослики из Предгорий, а ещё дальше ждали своего часа чернокнижники, драконы и сам герцог Мангор. Что толку любой ценой расправиться с толпой нежити, когда твои враги через короткое время воскресят новых воинов? Это лишь первая преграда, но никак не главная угроза, невзирая на многочисленность нежити.

Поэтому на выдающихся вперёд флангах Виталик выставил пращников-недоросликов. В отличие от стрел, выпущенные из пращи пули не просто протыкали, а раскалывали на части головы нежити, моментально выводя ту из строя. При приближении врага юркие недорослики должны были сразу же отступить, проскальзывая между ног орков и таким образом избегая потерь.

За орками Виталик расположил баллисты и пехоту людей. Изначально он хотел использовать метательные машины в качестве главного оружия против драконов, но понял, что в отличие от успеха с засадой, пристрелять баллисты на этот раз не получится. Поле боя было слишком большим, драконы могли прилететь когда и откуда угодно. Нет, лучше уж использовать массивные снаряды для прореживания толпы мертвяков. Естественно, только когда те подойдут на относительно близкое расстояние, ведь стрелять придётся поверх голов орков.

Третий эшелон состоял из самых сильных отрядов: тяжеловооружённая пехота гномов по центру, эльфийские лучники и знатные рыцари людишек на флангах. И уже только за ними стояли волшебники, располагался штаб диванного генерала, обоз и так далее.

Время на приготовления кончилось, пришла пора бросить кости.

* * *

В любом фильме перед решающим сражением полководец всегда произносил воодушевляющую воинов речь, а поскольку фильмы, как известно, никогда не врут, Виталик решил не нарушать священной традиции. Выходить вперёд перед солдатами было некогда, да и незачем, ведь у нас же фэнтези, а значит, есть магия. Два волшебника, владеющих левитацией, взяли Виталиясана под руки и подняли в воздух прямо над центром его славной армии. Оставалось лишь проявить свои ораторские навыки и произнести речь, которую надолго запомнят потомки.

Виталийсан набрал воздух в лёгкие, а управлявшим им игрок размял шею и пальцы.

— Товарищи! Рабочие и крестьяне! Я…

«Так стоп. Куда-то не туда меня понесло».

— Уважаемые люди, орки, гномы, эльфы и недорослики! Я…

— И кобольды! — пропищал далеко внизу знакомый голос Даикина.

— Да, и кобольды, конечно, — исправился геймер. — Я Виталийсан…

— Виталийсан не гном, а великан! — крикнул какой-то орк снизу.

— Да, я слышал, — решил ответить издёвкой на издёвку великий военачальник, вспомнив один небезызвестный фильм про Шотландию. — Виталийсан топчет врагов сотнями, сжигает все мосты и грабит караваны. Будь такой чудо-великан здесь, он бы перебил всю мерзкую нежить, пуская огненные шары из глаз и молнии из задницы! Я и есть Виталийсан, но пусть внешне я гном, в душе я персонаж всего мира. Я одинаково ненавижу, простите, я хотел сказать, я одинаково уважаю все расы.

— Даже эльфов? — удивились орки и гномы.

Виталику пришлось сделать усилие над собой:

— Даже эльфов. Чёрный цвет кожи — не приговор!

«Я, конечно, не толераст, но», — произнёс про себя волшебную мантру Виталик. — «но сейчас явно не лучшее время для междоусобицы».

— Ну спасибо, — пробурчали растроганные такой неслыханной толерантностью эльфы.

— Сегодня нам предстоит сразиться со злом в его чистом виде! — великий оратор чувствовал, что пора переходить к сути дела. — Да, я понимаю, что все всегда сражаются якобы за всё хорошее, против всего плохого, и потому это звучит банально, но, — как же он любил везде многозначительно вставлять слово «но», — но сегодня мы действительно боремся за спасение мира от древнего зла! Воюем за традиционные ценности!

— Чего там традиционные?! — переспросил Виталиясана держащий его в воздухе маг.

— Блин, за традиционную магию сражаемся, то есть. Ведь важно, чтобы магия была правильной. Только тогда…

Геймер задумался. А чего, собственно, тогда будет?

— Тогда всем будет счастье, солнце станет светить ярче, трава станет зеленее, а девки будут давать чаще. Вот. Вы согласны?

Воинство внизу промолчало.

— Ах, какие же вы все меркантильные твари! — раздосадовано крикнул Виталийсан. — Только если традиционные волшебники победят, то вы выживите и вам заплатят! Такое объяснение вас устраивает?

Толпа под военачальником взорвалась одобрительными возгласами:

— За деньги да!

«Вот засранцы. Теперь я понимаю, что чувствуют работодатели, когда сотрудники не хотят пахать за идею», — с прискорбием констатировал реакцию подчинённых диванный генерал всея мира.

— Ладно, тогда готовьтесь отрабатывать своё золото. За всё бабло Врат Барана, к победе!

Виталийсан шепнул волшебникам, чтобы те опустили его обратно на землю.

— За деньги да… — ещё некоторое время орало собранное им войско.

* * *

Ох уж это слово «много». Каждый понимает под ним что-то своё в зависимости от ситуации. Встреченные на пустынной дороге сто человек — это много. Эти же сто человек, но встреченные в большом городе не вызовут и малой доли прежних эмоций. Даже тысяча человек, собранных в одном месте, не станут шоком для горожанина. Десять тысяч житель столицы всё ещё может увидеть, например, на арене. Но вот сто тысяч и более… Такую толпу вояк в чистом поле представить достаточно затруднительно. Попробуй снабди всем необходимым этакую прорву народа.

Вот только у мертвяков проблем со снабжением не было. Поэтому их было много. И в этот раз с характеристикой «много» были согласны все присутствующие на поле брани воители.

Огромная толпа нежити протянулась от одного конца поля до другого. Без разбивки на отдельные отряды и хоть какой-то видимой упорядоченности. Над мертвяками роились целые тучи мух, причём тучи в буквальном смысле слова. Из-за роя насекомых было сложно оценить с земли, насколько далеко простирается толпа нежити, и что творится за спинами монстров. Это никуда не годилось. Виталийсан приказал нескольким волшебникам подняться высоко в воздух и докладывать обо всех перемещениях войск.

Первые сообщения его не обрадовали.

По словам магов, конца края нежити не было видно почти до самого горизонта, лишь в отдалении виднелось войско людей из западных королевств и отряды недоросликов из Предгорий. Ничтожно малое воинство, по сравнению с армией мертвяков, но сопоставимое по численности с главными силами Виталиясана. Плохо дело. Всё-таки геймер до последнего надеялся, что данные разведки преувеличены. У кобольдов же всё всегда много.

Воскрешали, по всей видимости, действительно всех подряд. От разложившихся почти до стадии скелета до упитанных ребят, умерших совсем недавно вследствие несчастного случая. Женщины, старики, даже небольшие тела подростков — для чёрной магии не было разницы. Нежить должна была давить своих противников массой, а не силой или умением. Много. Достаточно, чтобы мертвяков было много.

Виталийсан приказал горнисту протрубить сигнал… Нет, не к атаке. И уж точно не к отступлению. К провокации. Ему нужно было вынудить нежить двинуться вперёд, в зону досягаемости баллист, а мертвяки упорно топтались на месте.

Два небольших отряда орочьих наездников на лосях — да, во Вратах Барана северные варвары если и ездили, то именно на этих животных — объехали стоящих на флангах недоросликов и устремились на толпу нежити. Выглядело это как чистое самоубийство. Пожалуй, оно бы самоубийством и было, если бы зеленокожие удумали атаковать в самом деле. Однако разреженная цепь всадников свернула в тридцати метрах от ближайших мертвяков и помчалась параллельно изогнутой линии «строя» нежити.

Почуявшие живую плоть мертвяки явственно заволновались, но чужая воля удерживала их от погони за свежим мясом. Задиристые крики орков тоже не производили на нежить должного впечатления.

— Вот зараза, — стал нервничать диванный генерал, — не хотят в атаку идти! А если первыми пойдём мы, то можно считать, мы уже проиграли. Но ведь и ждать долго нельзя. Нежити-то всё равно, она не знает усталости, а наши через пару часов ожидания начнут выть.

— Ночью пойдут в атаку, — кивнул в сторону вражеского воинства Василдуй. — По крайней мере, я бы на их месте именно так поступил, чтобы получить максимальное преимущество.

Виталик мысленно согласился с волшебником. Вот только что из этого следовало? А то, что все тщательно продуманные планы сразу пошли по известному месту.

— Так не пойдёт, — покачал головой генерал. — Мы должны вынудить герцога бросить свои силы в атаку сейчас, а не к вечеру, — Виталийсан возвысил голос: — Передвинуть орков и баллисты на двести метров вперёд! — он вновь обратился к Василдую: — Этого должно с лихвой хватить, чтобы начать обстреливать нежить дротиками. Пускай тогда стоят хоть до вечера, пока мы их прореживаем. Давай горнист, протруби что-нибудь, ты же умный…

Однако набор условных сигналов был весьма ограниченным. Объяснить таким образом оркам продвинуться ровно на двести метров вперёд, было сложно. Пришлось посылать гонцов, а тем пришлось объяснять зеленокожим, что метр равен полутора шагам, потом производить сложнейшие арифметические вычисления… только для того, чтобы выяснить, что больше десяти никто из орков всё равно считать не умеет. В итоге гонцам пришлось брать на себя роль знаменосцев, чтобы передвинуть-таки зеленокожую братию вперёд на нужное расстояние. Всё это заняло чудовищное количество времени.

Наконец началось перемещение громоздких баллист.

— Не понял, а чего наездников на лосях сразу не отозвали обратно? — опомнился диванный генерал, уловив в дали мельтешение… Перешедшее в «сход лавины»!

— Дык приказа ведь не было, — отозвался безымянный горнист. — Трубить отступление?

— Поздняк метаться, — констатировал генерал.

Нежить ринулась в атаку в самый неподходящий момент, когда передовые отряды орков уже переместились вперёд, а баллисты одолели едва ли четверть нужного расстояния. Начни они сейчас обстрел нежити, неизбежно заденут своих. Протруби отступление, так тупые варвары непременно сразу же разбегутся. Хоть вешайся.

— Действуем согласно плану! Пращникам приготовиться! — заниматься нытьём было некогда, Виталийсан принялся раздавать новые указания. — Второму эшелону выстроиться перед баллистами, теперь прикрывать машины придётся людям.

— А орки? — вопросительно взглянул на него Василдуй.

— Варварам стоять до последнего! — уверенно провозгласил Виталийсан. — Боюсь, ими придётся пожертвовать, — уже тише добавил гном.

Вот так вот, всего лишь атаковав в нужное время, герцог Мангор сразу переиграл диванного генерала.

Как только удирающие от толпы мертвяков всадники на лосях прошмыгнули за спины пеших сородичей, выдвинувшиеся вперёд недорослики принялись швырять в нежить камни. К несчастью, урон от пращников не мог ни задержать, ни существенно проредить неисчислимое множество живых трупов. Спустя всего пару залпов недорослики были вынуждены отступить, чтобы не оказаться разорванными на части. Отряды варваров приняли первый и самый мощный удар на себя.

— Твою ж… — глядя на отчаянную мясорубку, выругался Виталийсан. Было очевидно, что орки долго не продержатся.

Тем временем отряды людей занимали позиции впереди остановившихся баллист, готовящихся к обстрелу толпы массивными дротиками. Избежавшие резни недорослики выстроились перед пешими воинами второго эшелона, ожидая повторной возможности осыпать врага смертоносными камешками.

— Начать обстрел нежити! — скомандовал генерал, видя, что толпа мертвяков уже почти разорвала орков на части.

— Но мы же заденем своих, — возразил ему Василдуй.

— Они всё равно нежильцы, — остался неумолим главнокомандующий армией.

Возможно, это и правда было не самым благородным решением, но Виталик понимал, что чем раньше они начнут стрелять, тем дольше смогут удерживать вторую линию обороны. Несколько длинных дротиков пропороли самую гущу сражения.

— Активнее, активнее! — крикнул Виталийсан горнисту. — Труби, чтобы стреляли без перерыва!

Снаряды начали выкашивать толпу мертвяков, увлёкшихся поеданием орков. Было видно, что счёт уничтоженной нежити идёт на сотни.

— Ну хоть что-то, — буркнул гном. — Как только недорослики отойдут, пусть лучники людей поджигают стрелы и стреляют навесом через головы впередистоящих бойцов. Стрелы для нежити, может, и не очень страшны, а вот огонь зомби не любят. Будем удерживать вторую линию обороны, покуда возможно. Что там с драконами?

— Пока не видно, — доложил один из зависших над полем боем волшебников.

— Можно подключить к истреблению нежити десятка два магов, но самые сильные пусть будут в резерве. Когда нагрянут драконы, мне понадобится вся колдовская мощь вашей братии. Я уж молчу про столкновение непосредственно с чернокнижниками. Василдуй, отправь на передок кого сочтёшь нужным, — поведав традиционному магу свои соображения, Виталийсан снова обратился к воздушной разведке: — Как там орки?

Висящий высоко над землёй чародей покачал головой.

— Ну что ж, как говорят в таких случаях, они проявили себя лучшим образом, их героический подвиг войдёт в легенды и всё в том же духе.

«Не можем же мы признаться, что всё просрали?» — Виталик быстро перевёл стрелки с себя на некое абстрактное «мы». — «Ведь признание собственных ошибок — это слабость, правильно? И вообще, как насчёт герцога Мангора, у него потери куда больше в численном выражении!»

Хорошая всё-таки штука вотэбаутизм, никогда не подводит. В любой неприятной ситуации говори: «А что насчёт…» и обсуждай не свои, а чужие проблемы. Классная техника!

Выпущенные баллистами дротики действительно неплохо проредили передовые части противника, несколько залпов пращников ещё больше сократили количество живых мертвецов. Наездники на лосях промчались по полосе, отделяющей второй эшелон от погибшего первого, на ходу кромсая выдвинувшихся вперёд мертвяков. Впрочем, месть орочьих всадников продлилась недолго, на армию добра двинулась следующая волна нежити. Но хотя бы к ней все были готовы. Начался планомерный обстрел из пращей, баллист, луков.

Вскоре недоросликам вновь пришлось отступать за шеренги бойцов ближнего боя, а воинам принимать на стену щитов напор нежити. К счастью, к этому времени передние ряды мертвецов оказались изрядно прорежены, что позволило людям удержать строй. Через какое-то время на помощь подоспели волшебники, которые, взобравшись на стремянки, принялись закидывать мертвяков огненными шарами и молниями, выкашивающими нежить не хуже дротиков от баллист. Казалось, что второй рубеж обороны может держаться если не бесконечно, то достаточно долго.

Вот только герцог Мангор тоже не сидел сложа руки. Увидев, что атака нежити захлебнулась, он отправил в бой… Нет, не драконов и даже не чернокнижников-воронов. Он вызвал демонов, про которых Виталик, конечно же, позабыл. А зря, ведь во время «спасения» Врат Барана даже один архидемон продемонстрировал колоссальную мощь.

* * *

Шесть могучих демонов нагрянули внезапно, словно гром посреди ясного неба. А всё потому, что Мангор резонно считал: всё внимание волшебников будет приковано к этому самому небу — тогда как демоны выползли из-под земли.

Трое монстров вылезли из резко образовавшихся трещин в почве и сразу бросились на волшебников. Двое демонов напали на ничего не подозревающих лучников-эльфов, а один, самый мощный, атаковал ставку военачальника. В тылу войска воцарился полный хаос.

Виталику стало не до управления армией, ему надо было спасать жизнь своего персонажа.

— Какой большой… — восхищённо проговорил Даикин, когда над ним и другими членами Братства Конца нависла тень демона. Да, тот действительно был огромен, почти в три раза превышая ростом среднего человека.

Похоже, это был архидемон — начальник всех других демонов. Рога на его голове образовывали нечто похожее на корону, в правой руке монстр держал булаву, у которой вместо наконечника была ещё одна голова, причём тоже демона, но на сей раз помельче. В левой руке монстр держал хлыст, но тоже непростой — это была нереально длинная ярко-красная змея. Она извивалась и шипела, живя собственной жизнью. Виталик обратил внимание, что и голова в навершии булавы была явно живая: она строила гримасы и на что-то ругалась. Фактически Братству Конца предстояло сразиться не с одним, а сразу с тремя противниками, двое из которых были оружием первого… Да, вот здесь разработчики постарались.

— Что мы делаем, оказавшись лицом к лицу с сильным противником? — спросил своих компаньонов Виталийсан.

— Эм, бежим? — неуверенно ответили остальные.

— И я так думаю, — согласился Виталик. — Маги, лучники, стреляйте в демонов! Избегайте ближнего боя! — да, нарезать круги, пока кто-то обстреливает сильного босса, с недавних пор стало его излюбленной тактикой.

Началась уже привычная игра в кошки мышки.

— С самого начала, — по тому месту, где секунду назад стоял гном, прилетел удар хлыста-змеюки, — у меня была какая-то тактика, — Виталийсан пригнулся и сделал кувырок через плечо, избегая удара булавы. — И я, — он резко перекатился в сторону, уворачиваясь от пинка демона, — её, — архидемон плюнул в него струёй огня не хуже дракона, — придержива-а-ался! — только чудом гному удалось сместиться в сторону, спасая шкуру от пламени. — Лучники, маги, ну активнее! Я так долго не продержусь!

Однако стрелы, арбалетные болты и даже массивные дротики отскакивали от чешуи демона, не причиняя тому хоть сколько-нибудь заметный урон. Боевые заклинания магов тоже оказались бессильны. Огненные шары, молнии, кислотные стрелы, ледяные копья — всё разбивалось вдребезги или бессильно стекало с огромного красного тела. Иномировое создание казалось неуязвимым.

«Как же надоели эти головоломки!» — возмущался Виталик. — «Что ни босс, то какая-то хрень, фиг поймёшь, как убивать гадину! То его не берёт, к этому неуязвим — бесит! Даёшь понятную игровую механику! Хочу всех побеждать и чувствовать себя нагибатором, а не вот это вот всё. Геморроя мне и в реальной жизни хватает».

Тем не менее геймер продолжал свои приключения, бегая и уворачиваясь от атак страшного монстра. Но когда он пройдёт всю игру, то точно установит Трахателя 10 для психологической разрядки. Вот там всё понятно. Пришёл, всунул, победил. Никаких заморочек.

В последний миг увернувшись от удара «хлыстом», Виталийсан обратил внимание, что несколько стрел застряло между чешуйками злой змеюки.

— Стреляйте не в демона, а в хлыст! — сразу смекнул, что к чему, геймер. — И в голову на булаве попробуйте! Они уяз… — дальше ему снова стало не до командования.

Помимо угрозы от демона, Виталику приходилось следить, чтобы самому не словить ненароком стрелу или нечто убийственнее. Вращать камеру, смещаться с линии атаки магов и лучников, избегать мест, где только что стоял архидемон. От постоянного напряжения у него начали неметь кончики пальцев.

— Накося выкуси, — крикнул мельтешащий неподалёку Василдуй, запустив прямо в пасть змеи шаровую молнию.

Раздался треск, шипение, «хлопок» — как принято сейчас говорить — и плеть в руке демона бессильно повисла. На месте головы змеюки болтался веер из кожаных ошмётков. Красота, да и только.

Вот только архидемону такая «красота» явно пришлась не по вкусу. Разозлившись, гигантский монстр швырнул своё столь же гигантское оружие в лучников. Длинное туловище мёртвой змеи сшибло как минимум шесть бойцов, но это были ещё лишь цветочки. Демон широко развёл крылья в стороны и начал «порхать» — если это слово применимо к столь чудовищной туше — преодолевая с каждым прыжком десяток метров и круша булавой всё, что оказалось поблизости. Люди, гномы и эльфы разлетались во все стороны, словно семена созревшего одуванчика. Виталик сразу пожалел, что внимание злобной твари переключилось с его персонажа на окружающих: да, у него появилась возможность слегка размять онемевшие пальцы, но последствия для войска были катастрофическими. Элитные отряды, которые он намеревался бросить в бой в самый последний момент, таяли на глазах.

— Беда… — оценив ситуацию, Виталик понял, что ни одного демона ещё не убили.

Остальные пять монстров несли куда меньше разрушений, чем архидемон, и в целом выглядели гораздо медлительнее, но вряд ли их жертвам от этого было легче. В любом случае воинство добра явно проигрывало главную битву.

— Нам нужен прорыв… — грустно вздохнул военачальник, понимая, что спасти ситуацию теперь может лишь чудо.

Но вместо чуда с небес спускался огромный дракон.

Хотя подождите, почему «вместо»?

* * *

Кружась над полем боя, дракон приближался к разгромленной ставке главнокомандующего. По сравнению с размахом его крыльев, даже архидемон казался весьма скромных размеров. Не сказать, что Виталик был таким уж большим спецом по драконам — хотя его первые персонажи якобы были драконоборцами — но этот экземпляр фауны Врат Барана казался куда крупнее среднего по популяции. Одна голова размером с фургон! И бросить против новой напасти было решительно некого.

Волшебники и лучники оказались слишком заняты спасанием своих жизней от демонов, «легендарное» Братство Конца умело только добивать драконоборцев, но не драконов. На баллисты и копьеметательные машины изначально никто не рассчитывал. Полная ж…

— По-о-оберегись! — донеслось откуда-то сверху.

С небес ударил луч, вернее, даже столп ярчайшего света, примерно метров десять в диаметре. Один из демонов, оказавшийся в эпицентре светового удара, буквально расплавился на глазах ошеломлённой толпы. Когда свет исчез, на земле осталась лишь груда обгорелой чешуи и костей.

За первым ударом последовал новый. На сей раз столп света попал не точно в демона, но рассёк его примерно напополам. С избежавшей прямого попадания части тела несколько секунд слезала чешуя, кипела кровь, горело мясо. Когда поток света иссяк, изуродованная часть туши плюхнулась в пепел к полностью сгоревшим останкам второй половинки.

— Осторо-о-ожно! — снова донеслось сверху. Виталику показалось, что на шее дракона сидит человек.

Третий монстр отпрыгнул от направленного на него столпа света, но попал под струю огня спикировавшего рядом дракона. Пламя подожгло демону крылья, но с эффектом «небесного копья» — как успел окрестить световые колонны Виталик — драконий жар сравниться не мог. Демон с визгом бросился на спустившегося с небес змея, но дракон оказался быстрее. Развернувшись, неожиданный союзник Виталика со всей мочи ударил хвостом по потустороннему монстру, переломав тому хребет и отбросив на добрую сотню метров. Похоже, физический урон на демонов всё же действовал, только он должен был быть сопоставим с мощью десятков таранов.

Дракон взял разбег, взмахнул крыльями и, подхватив задними лапами ближайшего демона, устремился высоко к облакам. Теперь Виталик чётко видел сидящего на шее дракона человека, одной рукой держащегося за нечто навроде вожжей, а второй рукой делающего странные жесты. Когда ладонь наездника резко опустилась, с небес ударил очередной столп света, уничтожив пятую жертву, ещё недавно считавшую венцом творения себя.

Рассмотреть человека геймер не смог, поскольку дракон поднимался всё выше и выше, унося трепыхающуюся добычу к самому солнцу. Когда изображение двух монстров уменьшилось до размеров ногтя, дракон извернулся, кусая добычу, которую затем сбросил вниз. Судя по всему, змей сумел повредить демону крылья, потому что последний с чудовищной высоты грохнулся далеко в тылу войска Мангора. Теперь уже не столь важно, выжил монстр или погиб, пусть герцог со своей тварью сам разбирается.

Остался лишь архидемон, который, наконец заметив угрозу, взлетел вверх, устремившись навстречу обидчику. Поскольку владыка демонов заметно превышал размерами своих слуг, Виталик не был уверен в исходе схватки двух чудищ. Но зато точно знал, что болеть надо за плюющегося огнём ящера. Как ни крути, а всё-таки враг моего врага — мой друг, каким бы страшным и странным тот ни был.

Архидемон в полёте угрожающе размахивал булавой-головой, вот только дракон и его наездник не стали вступать в ближний бой. Змей сделал в воздухе петлю, как будто обводя своим гигантским чешуйчатым телом солнце… Из которого вырвался уже не просто столп, а целый веер из лучей света.

Фигуру архидемона оплели сотни ярких лучей, заточив того в сияющую огромную клетку. Клеть начала вращаться, словно юла, ускоряясь всё быстрее, быстрее, быстрее. Через несколько секунд уже невозможно было разглядеть световые прутья, архидемона, да и вообще ничего, кроме ярчайше-белой «юлы». Затем «юла» резко схлопнулась в точку и… Ни малейших следов демона не осталось. Словно того и не было никогда. Потрясающе.

Описывая широкие круги, дракон плавно снижался под ликующие возгласы приветствующих его воинов. Все понимали, кому они обязаны избавлению от потусторонних созданий.

Впрочем, одного взгляда на свою армию хватило Виталику, чтобы понять, реши дракон их сейчас уничтожить, ему бы даже не пришлось напрягаться. В таком случае действительно лучше было приветствовать нежданного помощника как героя, нежели пытаться как-то перестраховываться. Виталийсан и сам принялся радостно махать руками, подавая пример немногочисленным сомневающимся. Теперь уж будь что будет. Спасение или смерть.

— Разойдись! Разойдись! — Виталийсан разогнал едва очухавшихся после схватки с демонами бойцов, чтобы дать дракону достаточно места для приземления.

Он старался не обращать внимания на огромное количество трупов и раненых, поскольку понимал, что с этим уже всё равно ничего нельзя сделать. В их армии нет некромантов, погибших уже не вернёшь. А помощью раненым занимался Рыжебород, и лучшее, что мог сделать военачальник — не мешать руководству куда более сведущего в медицине гнома.

У Виталика мелькнула мысль, что из всех классов он ни разу не поиграл за целителя. Подобная возможность ему даже ни разу не пришла в голову! Ох уж эти стереотипы, все хотят играть за бойцов, наносящих урон, куда реже за «танков». Но чтобы играть в одиночной игре за лекаря… Кто-нибудь знает таких извращенцев?

Что касается поля боя, то ситуация действительно выглядела удручающей, если не сказать, безнадёжной. Сильнее всех пострадали лучники-эльфы и волшебники, гномам тоже изрядно досталось. Как ни странно, гораздо легче пришлось людям, сдерживавшим напор нежити. До них демоны не добрались, а орде мертвецов пока не удалось прорвать строй. Кавалерия из числа знати Срединных Земель тоже не пострадала: решив не строить из себя героев, хитрые аристократы увели свои мобильные отряды подальше от места сражения с демонами. За подобную трусость их следовало бы, конечно, показательно отчитать, но Виталик понимал, что только благодаря этой трусости в его распоряжении всё ещё была конница. Да и заниматься, образно выражаясь, разбором полётов сейчас было некогда, поскольку полёт дракона подходил к своему завершению. Гигантский змей приземлился на расчищенную специально для него площадь.

Дракон грузно опустился на землю, наклонил длиннющую шею. Виталик наконец-то во всех деталях разглядел наездника, управлявшего тварью...

— Маразматис? — он не поверил своим глазам. — Ты?!

Но нет, глаза не обманули Виталика, перед ними был не кто иной, как постоянно забывающий обо всём маг, долгое время путешествовавший вместе с Братством.

— Ты же погиб тогда при пожаре! — хотя, если подумать, колдун ведь не погиб, а просто бесследно исчез во время приснопамятного налёта драконов на столицу срединного королевства.

Неуклюже примостившийся на спине дракона волшебник пожал плечами:

— Да ничего я не умирал, с чего вы решили? Вы вообще кто?

Ну да, Виталийсан же по идее не должен был знать Маразматиса. Долбанные реинкарнации в новых персов!

— Я Виталийсан, новый лидер Братства Конца и чей-то там родственник.

— А, понятно, — кивнул Маразматис, словно представление Виталика действительно всё объясняло. Волшебник ласково похлопал дракона по шее. — Я познакомился с Горынычем, который согласился покатать меня на спине, вот и весь сказ. Пф, умер… Вы там поменьше своих братков слушаете, а то они вам и не такое расскажут.

Виталийсан недоумённо почесал голову:

— Всё равно странно. Вот так запросто взял и приручил самого здоровенного дракона, какого я видел?! А столпы света? Я видел, что их наколдовал ты! Нет, серьёзно, как это всё понимать, Маразматис?

Нежданный спаситель одарил гнома долгим и весьма хмурым взглядом. Наконец он вздохнул:

— Да я просто вспомнил, что на самом деле я маг восьмидесятого уровня. Это в результате неудачного эксперимента у меня с головой проблемы какое-то время были. Так-то я норм.

Виталийсан кивнул:

— Это действительно многое объясняет.

«Это ни фига не объясняет!» — подумал про себя геймер, но решил, что сейчас явно неподходящее время для подробных расспросов.

Маразматис жестом пригласил его взобраться на своё верховое животное:

— Раз уж ты теперь здесь начальник, то давай, полетаем немного. Вдвоём мы точно одолеем всех чернокнижников! А то одному несподручно и драконом управлять, и магией заниматься. Залезай-залезай.

И вот что прикажете делать? Конечно, Виталийсан залез на шею дракона, устроившись рядом с волшебником.

— Василдуй! Теперь ты командуешь! — крикнул он и отправился…

Навстречу финальному боссу игры.

Глава 45. Финальный босс

Долго смотреть можно лишь на три вещи — огонь, воду и удар Чака Норриса ногой с разворота.

Интернет-мудрость

Обучение полёту вышло весьма скоротечным, но, по сравнению с другими мини-играми Врат Барана, управление драконом казалось делом нетрудным. Меняй себе скорость и направление, стараясь учитывать воздушные потоки, да приказывай дракону выпустить струю пламени. Самым сложным во всём этом процессе было не свалиться со спины чудища… Фигур высшего пилотажа следовало по возможности избегать.

С высоты, намного превышающей птичий полёт, сражение смотрелось совсем иначе, нежели с небольшого возвышения ставки главнокомандующего. Если, стоя на земле, ощущалась тревога и ярость, присутствовало чувство сопричастности к грандиозной битве, то здесь, на огромной высоте, всё выглядело каким-то игрушечным. Крошечные отряды перемещались на маленьком поле, даже толпа нежити выглядела не столь уж бескрайней. Так, раз в десять больше войска Виталика, ерунда… За рваной кляксой мертвецов виднелись миниатюрные отряды недоросликов и армия западных королевств, но всё это не казалось чем-то опасным, враждебным. Всего лишь своеобразная партия в фэнтези-шашки.

«Вот как видят мир диванные генералы», — пришла в голову Виталика глубокая философская мысль. — «Потому и требуют крови, победы любой ценой, жертв. Оказались бы сами на передовой, небось сразу поубавили свои требования».

На горизонте возникло несколько тёмных точек, переключив внимание геймера на более насущные проблемы. Точки стремительно увеличивались, и вскоре стало очевидно, что навстречу им летит десяток драконов. Виталик приготовился к битве.

— Постой, — положил ладонь на плечо гнома волшебник. — Горыныч — самый древний дракон. Дадим ему шанс переубедить своих родичей.

Всё внутри Виталика протестовало против подобной пассивности. Практичнее казалось напасть первым, чтобы успеть убить хотя бы пару-тройку драконов до главной схватки. Однако меланхоличное настроение, навеянное недавними размышлениями о мировоззрении диванных генералов, дало плоды, и он приспустил вожжи. Дадим Горынычу шанс вразумить своих родственничков. А уж если не получится… Тогда пустим кровь!

Приблизившись к подконтрольным Мангору драконам, Горыныч издал страшный вопль. Виталику даже пришлось уменьшить звук, чтобы невзначай не оглохнуть. Уже отчётливо видневшиеся змеюки ответили на призыв нестройными криками.

Горыныч резко взмыл к небу и застыл в вертикальном положении, широко расправив свои громадные крылья. Этот манёвр едва не стоил жизни Виталиюсану и Маразматису, те с большим трудом удержались на хребте твари. Виталик отчаянно жал на клавиши, проходя очередную мини-игру под условным названием «Попробуй не разбиться в лепёшку». Слава богам, Горыныч продержался в эпичной, но крайне неудобной для наездников позе недолго — сила тяготения заставила его нырнуть вниз.

Из недр древнего дракона снова вырвался трубный рёв. Честно говоря, для остальных драконов сейчас было идеальное время для нападения, но вместо атаки, те один за другим принимали такую же вертикальную позу, а затем пикировали вниз. Описывали широкую дугу и… на почтительном расстоянии устремлялись вслед за Горынычем. Судя по всему, драконы действительно вняли зову старейшины. Их стая во главе с приручённым змеем Маразматиса постепенно выстроилась в форму клина. Долетев таким образом до покрытых строительными лесами Врат Барана, драконы развернулись и все вместе устремились обратно. Мстить своему обидчику, согнавшего их с тысячелетиями насиженных мест.

Баланс сил самым кардинальным образом изменился.

— Ну, герцог Мангор, — крикнул воодушевлённый Виталик. — Ну, погоди!

* * *

Однако герцог Мангор был не из тех, кто покорно ждёт своей участи. Поняв, что его план стравить друг с другом драконов с треском провалился, он направил навстречу воссоединившейся стаи тех, с кем договориться точно никак не получится. Чернокнижников-воронов. Малюсеньких, по сравнению с телами драконов, но владеющих жуткой магией, способной повелевать жизнью и смертью.

Чёрные вороны никаких показательных поз не принимали, материализовавшись словно из ниоткуда и сразу напав на крайнего в клине змея. Из их клювов вырвались ветвистые тёмно-фиолетовые молнии, стальные когти в два счёта разодрали крылья ничего не успевшего сделать ящера, сбросив того с небес на грешную землю.

Виталик сразу повернул Горыныча навстречу врагу, но вороны сильно выигрывали в манёвренности, мигом разлетевшись в разные стороны. Струя пламени древнего дракона развеялась в воздухе, не причинив чернокнижникам никакого вреда.

Геймер в досаде застрочил на клавиатуре ценные указания:

— Маразматис, хреначь по ним своей магией!

— Но я же могу ранить другого дракона! — заспорил волшебник.

— Неважно, они всё равно в клочья разорвут свою жертву! Пускай та хотя бы не будет напрасной. Кидай в них столп света, веер лучей, да что хочешь! Не тормози только, ладно?

— Лады! — согласился колдун.

Горыныч сделал крутой вираж, в результате оказавшись чуть позади и над оставшимся без вожака «клином». Драконы внизу явно обеспокоились, но трубный рёв Горыныча каким-то образом подсказал им продолжить полёт. Виталик внимательно смотрел по сторонам, ожидая новой атаки воронов.

Которая вскоре последовала. На сей раз чернокнижники-птицы набросились на дракона с противоположной стороны «клина».

— Слева! — крикнул Виталийсан сидящему за его спиной магу.

— Ты имел в виду право, — поправил геймера уже заметивший угрозу волшебник.

— Да, точно, — сообразил Виталик, вечно путавший эти стороны. — Давай, сделай что-нибудь, маг!

Вороны быстро выжгли своими молниями дракону глаза, после чего сосредоточили свои усилия на правом крыле — дальнем, если смотреть от Виталиясана и Маразматиса. Таким образом левое крыло стало для злобных птиц своего рода прикрытием.

— Дракоша всё равно не жилец! Бахни же в них, маг, бахни! — в отчаянии взмолился гном, понимая, что Горыныч не успеет долететь до стервятников.

— Да чтоб вас всех, — выругался Маразматис и бахнул. Если в данном случае можно применить это слово.

Потерявший ориентацию в пространстве дракон, ставший мишенью для чернокнижников, внезапно загорелся изнутри ослепительно ярким светом. Вороны отпрянули было в стороны, но им не хватило буквально мгновения. Потому что ставший чистым светом дракон сразу завертелся вокруг своей горизонтальной оси, словно лезвиями кромсая бывшими крыльями всё, что оказалось в пределах его досягаемости. От большинства чёрных птиц остались лишь отдельные перья. Оставшиеся сгорели во вспышке света, в которой умирающий дракон исчез после непродолжительной схватки.

Горыныч издал скорбный вопль, который сразу подхватили собратья погибшего родича. У Виталика аж глаза заслезились, правда, не столько от жалости, сколько от невыносимого скрипа в наушниках. Пришлось снова уменьшать громкость.

— Нам нужно отпустить драконов домой, — печально вздохнул Маразматис. — Их и так совсем мало осталось…

— Ну нет, — воспротивился Виталик. — Они точно понадобятся нам в схватке с Мангором!

Однако у Маразматиса нашёлся убедительный контрдовод:

— А если Мангор снова возьмёт их под свой контроль? В Горыныче я уверен, а вот за остальных дракош не ручаюсь.

Виталик оказался перед серьёзной дилеммой. С одной стороны, помощь драконов могла оказаться решающим фактором, с другой, переход их обратно на сторону Мангора означал катастрофу. Обычно в подобных ситуациях люди предпочитают не максимизировать выгоду, а минимизировать риск. Виталик не стал исключением.

— Что ж, тогда вели им убираться прочь. Причём поскорее! Кажется, я уже вижу главного босса игры…

Маразматис наколдовал перед взором Горыныча мираж с улетающей к горам стаей. Кажется, тот всё понял. Последовавший рёв вожака направил драконов на восток, тогда как сам Горыныч развернулся навстречу угрозе.

Больше не было ни малейших сомнений, кто и на чём приближается к ним на фоне темнеющего от набежавших грозовых туч неба.

Скромный барон, ставший герцогом, а по сути, владыкой Срединных Земель. Ничем внешне непримечательный человечек. Обладающий мощью, равной которой среди простых смертных не было. Герцог Мангор…

Верхом на убитом и воскрешённом при налёте на Врата Барана драконе.

* * *

— Маразматис, надеюсь, твоя магия света легко одолеет злодея, — направив Горыныча на врага, решил напутствовать компаньона Виталик. — Ведь свет — противоположность тьмы, значит, твоя стихия точно сильнее!

Забывчивый в прошлом волшебник его оптимизма не разделял:

— В том-то и проблема, что наши стихии противоположны. Следовательно, скорее всего, они друг друга нивелируют. Так что вся надежда на тебя и Горыныча.

А вот это уже не внушало оптимизма Виталику:

— Эм, звучит как не самый надёжный план.

— Дык, а что делать? — откликнулся Маразматис. — Мир спасать, это тебе не мелочь по карманам тырить.

— Чего, б… — не понял отсылки Виталик, но времени для дружеского общения больше не было. Начиналась эпичная схватка светлой и тёмной стороны силы.

В отличие от шахмат, первый ход здесь сделали чёрные.

Прямо перед Горынычем в небе возникла гигантская воронка, в центре которой было нечто вроде всасывающей само мироздание бездны. Виталийсан со всех сил натянул вожжи, заставив дракона резко свернуть в сторону. Он не знал точно, что будет, если пролететь через вихрь, но пятой точкой чувствовал: ничем хорошим этот эксперимент не закончится. Всё тёмное и неестественное следовало любой ценой избегать.

Второй ход также остался за силами зла. Герцог Мангор развернул своего дракона и полетел параллельно Горынычу. Одной рукой держась за куда более аккуратные, нежели у Виталиясана, вожжи, он вытянул свободную ладонь в сторону воинов света. Сотканные из тьмы копья распороли воздух, и по их размеру было очевидно, что поражение подобным снарядом сулит Горынычу и двум наездникам серьёзные неприятности.

На пути первого копья тьмы возник щит из света.

— Старайся избегать прямых попаданий! — крикнул Виталиюсану сидящий сзади волшебник. — Магические щиты отнимают у меня много сил. Я не могу одновременно атаковать и защищать нас! Управляй Горынычем, маневрируй!

— Ок, — коротко ответил Виталик, начав вести дракона по рваной и непредсказуемой траектории. — Ты главное атакуй!

«Атакуй, атакуй, а не то получишь…» — ну да, тот самый орган и получишь, ведь одной защитой битву не выиграешь.

Горыныч пикировал и резко взлетал вверх. Делал крутые виражи, иногда сближался, а иногда отдалялся от дракона Мангора. В воздухе свистели пролетающие совсем рядом чёрные копья, шипел исходящий из пальцев Маразматиса свет.

Тёмные грозовые тучи полностью затянули небо, порою из них вырывались молнии, разбиваясь о магическую защиту того или иного наездника. Огромная воронка осталась далеко позади, зато из туч то и дело спускались жуткие смерчи, возникающие то на пути Горыныча, то между ним и драконом-нежитью. Музыкальное сопровождение недвусмысленно намекало на эпичность происходящего.

«Да, это вам не мосты жечь», — отдал должное моменту Виталик. — «И даже не грабить большой караван. Это, это…»

Напряжённая обстановка не позволяла долго заниматься подбором нужного слова. Манёвры и удерживание наездников на Горыныче требовали запредельной концентрации внимания геймера. К счастью, время сейчас играло воинам добра на руку: тонкие световые лучи, вылетавшие с кончиков пальцев Маразматиса, медленно, но верно окутывали сферическую защиту чернокнижника светящейся паутиной.

— Виталийсан, мне почти удалось нивелировать чёрную магию! — перекрикивая шум ветра, прокричал гному в ухо добрый волшебник. — Теперь ты должен сблизиться с ним и вступить в ближний бой!

Действительно, герцог прекратил метать копья тьмы, сосредоточив свои усилия на прорыве паутины из света. С небес перестали спускаться смертоносные смерчи, лишь молнии периодически освещали сражение двух начал, да встречный ветер свистел, мешая обсуждению планов.

Мало-помалу Мангор разрывал паутинки, так что ничего не оставалось, как использовать открывшееся окно возможностей и идти на злодея в атаку. Сомневаться и осторожничать можно и нужно до боя, когда же сражение началось, любое промедление — прямой путь к поражению.

Как только расстояние между противниками сократилось, оба дракона окатили друг друга струями пламени. Сине-фиолетового цвета у нежити и красно-оранжевого у Горыныча. Два потока огня отчасти взаимопогасили друг друга, но даже части пламени хватило, чтобы здорово опалить морды тварей. Виталик понял, что в подобном противостоянии больше шансов всё же у нежити.

— Кусай его в шею, Горыныч! — крикнул наездник, в последний раз дёрнув вожжи и… отпустив их, побежал по шее дракона в направлении головы.

Да, такой акробатический трюк был под силу только монаху. Виталийсан добежал до макушки Горыныча как раз в тот момент, когда дракон, чудом вняв его указаниям, вцепился в боковую часть шеи противника. В несколько отчаянных, буквально самоубийственных прыжков монах перепрыгнул с головы своего дракона на шею чужого.

Виталик отчаянно двигал мышкой, совершал множество щелчков и нажатий на клавиши, чтобы помочь своему персонажу удержать равновесие на извивающемся теле куда менее крупного, нежели Горыныч, змее. Однако он уже видел цель. Короткой пробежкой, растянувшейся в сознании геймера на гораздо большее время, Виталийсан сократил дистанцию с чернокнижником. Увидел его широко раскрывшиеся от страха глаза. И…

Сделал суперприём, ударив герцога Мангора пяткой в висок, да ещё и с разворота.

«Лайк э про», — с гордостью подумал Виталик. — «Почти так же круто, как Чак Норрис!»

Исход кратчайшего поединка был предрешён. Ты можешь быть сколь угодно могущественным чародеем, почти богом, но никто не может противостоять удару ноги Чака Норриса, правильно? Череп герцога проломился, ладонь, удерживавшая вожжи, разжалась, и безвольное тело чёрного мага с огромной высоты рухнуло вниз.

— Побе… — триумфально возопил было гном, но вместе с гибелью последнего чернокнижника воля, призвавшая к противоестественной жизни дракона, покинула мёртвое тело. Змей превратился в обычный кусок прогнившего мяса. Которое устремилось на землю вслед за своим воскресителем.

— А-а-а-а-а! — закричал потерявший управление над персонажем Виталик, но, к счастью, в отличие от противников, падение его альтер-эго быстро закончилось.

Светящаяся паутина, ранее окутывавшая сферическую защиту Мангора, теперь плотным слоем опоясывала Виталиясана. Концы нитей тянулись к Маразматису, летящему на Горыныче над победителем-гномом. Тучи стали рассеиваться, а небо светлеть.

— Ура-а-а-а-а! — теперь уже с облегчением крикнул подвешенный на паутинке монах, поняв, что всё позади. По широкой спирали Горыныч опускался на землю.

Виталик увидел, как огромная толпа нежити превратилась в безобидную кучу тел. Как в панике бегут армии западных королевств и недоросликов. Как ликуют внизу пережившие сражение воины, которых он по крупицам собирал со всего света.

И наконец, он увидел системное сообщение, которого, как ему казалось, не дождётся уже никогда:

ПОЗДРАВЛЯЕМ! ВЫ ПРОШЛИ ОСНОВНУЮ СЮЖЕТНУЮ ЛИНИЮ! УНИКАЛЬНОСТЬ ВАШЕГО ПРОХОЖДЕНИЯ 94%!

Дальше последовало предложение сохранить весь прогресс для последующих дополнений, показан невероятно пафосный ролик про счастье на всём белом свете, напоследок Виталика спросили, желает ли он продолжить игру.

Было очевидно, что дальнейшие приключения будут гораздо скромнее, но почему бы и не побродить по миру в своё удовольствие? В конце концов его персонажу было ещё далеко до восьмидесятого уровня, да и, кроме Срединных Земель, Предгорий и Восточной гряды, он нигде не бывал.

Конечно же, Виталик согласился продолжить. Но уже не сегодня. Сегодня он решил пойти спать пораньше.

То есть не в четыре-пять, а в два часа ночи.

Детское время.

Но даже герои иногда должны отдыхать.

Эпилог

Либо вы счастливы, имея очень мало и не нагружая себя сверх меры, потому что счастье — у вас внутри, либо вы ни к чему не придёте. Это не оправдание бедности. Это оправдание сдержанности. Но мы выдумали общество потребления, которое постоянно ищет роста. Когда роста нет, это трагедия. Мы придумали гору чрезмерных потребностей. Вы должны постоянно покупать, выбрасывать. Это наши жизни, которые мы ломаем. Когда я что-то покупаю или когда вы это покупаете, мы ведь платим не деньгами. Мы платим тем временем нашей жизни, которое мы были вынуждены потратить на то, чтобы заработать эти деньги. Разница лишь в том, что невозможно купить жизнь. Жизнь проходит.

Хосе Мухика

— Чего такой довольный-то? — удивилась мама, караулившая сына на кухне.

Виталик и в самом деле ходил сегодня весь день с гордым видом. Прямая спина, вздёрнутый подбородок — не парень, а загляденье. Ещё бы не мешки под глазами… Но это было неотъемлемой частью образа геймера.

Что ж, у него имелся повод для гордости. Ведь он прошёл Врата Барана, причём уникальность его прохождения была близка к ста процентам!

«Кстати, интересно, кто остальные шесть процентов этих исключительно умных людей, которые прошли игру схожим образом?» — задумался было Виталик, но мама снова начала приставать с тупыми вопросами.

— Сыночек, я, конечно, рада, что ты гном двадцатого уровня, но может всё-таки объяснишь, как ты собираешься жить так дальше?

«Блин, ну как же тяжело общаться с людьми», — вздохнул геймер.

— Мама, ты что меня совсем за идиота держишь?

На лице мамы отразилась искра надежды.

— Какой, на фиг, гном двадцатого уровня? Я был двадцатого уровня полторы недели назад. Полторы недели назад, понимаешь?! Сейчас я уже сорокового уровня, мама! Уф, жесть. И эти люди ещё пытаются учить меня уму-разуму…

Надежда на лице мамы сменилось отчаянием:

— Витюша, тебе действительно пора сходить к психиатру. Ну или к психологу, я в этом не разбираюсь. Сыночек, игровая зависимость лечится! Тебе помогут. Твоя проблема не уникальна…

«Да твою ж наискось!» — закатил глаза геймер. — «Ну вот как объяснить таким людям, что моя уникальность аж девяносто четыре процента? К психологу сходи, блин. Им самим лечиться всем надо от своего телевизора!»

— У сына моей подруги тоже была зависимость, только не игровая, а алкогольная. И ничего, прошёл курс лечения, теперь живёт припеваючи. Женился, взял ипотеку, на трёх работах вкалывает, по дому всё делает — настоящий мужчина! Я хочу, чтобы ты тоже стал нормальным членом общества, а не только в игрульки свои играл, как ребёнок!

Как же Виталик ненавидел этого сына маминой подруги.

— Мама, — он взял долгую паузу. — Я промежуточное звено между человеком и сверхчеловеком. Будущее за такими, как я, а вовсе не за твоими всратыми «настоящими мужиками», которые от переутомления отбросят коньки в сорок лет! Игры — это реальность, а реальность — это игра! Причём очень тупая игра по чужим правилам! — геймер шумно выдохнул, переводя дух, затем продолжил уже немного спокойней. — Общество вменяет нам кучу обязанностей, навешивает неподъёмные кандалы, которые мы влачим всю свою жизнь. А затем перекладываем этот непомерный груз на потомков. И всё это ради того, чтобы соответствовать каким-то долбанным нормам! Вызывать восхищение каких-то ничтожеств, ведомых, словно те самые дети, с которыми ты меня сравниваешь!

Виталик принялся расхаживать по кухне, размашистыми жестами усиливая свою революционную речь:

— Ты должен ишачить на жадного дядю, должен тратить кровью и потом заработанное бабло на понты перед ближними, должен слушаться того, сего, третьего и десятого! Должен, должен, должен, должен! Настоящий мужчина всегда всем всё должен! А у женщин заморочек и того больше. С ума сойдут, если срочно не похвастаются какой-нибудь хернёй в соцсетях или хотя бы подруге по телефону! Тратить столько времени и сил ради ничего не значащей показухи — вот суть «сознательной взрослой жизни»! Не-е-ет, вам не удастся заманить меня на эту дорожку, ибо прогресс не стоит на месте, альтернатива дурацкому реальному миру есть!

Мама Виталика выглядела по-настоящему испуганной:

— Сыночек, если ты так не хочешь пахать на трёх работах, то это не страшно. Достаточно вкалывать на одной высокооплачиваемой…

Геймер устало махнул рукой. Нет, определённо, общаться с «нормальными людьми» столь же перспективно, как пытаться объяснить что-нибудь табуретке.

— Я не хочу быть рабом, мама. В игре я герой и вершитель судеб. А здесь, во всратой реальности, я всего лишь человек-функция — как для страны, так и для работодателя, жены или девушки. Виртуальный мир лучше.

— Но за пределами виртуальной реальности у тебя нету будущего!

Виталик кивнул:

— Я знаю. Но и в случае следования чужим правилам будущего всё равно нет. А так мне хотя бы весело.

Наступило молчание. Виталик прекратил мерить шагами небольшую кухню, морально смирившись с тем, что никогда не сумеет оправдать чужих ожиданий. Которые он внешне, конечно же, всегда отвергал, но подсознательно терзался из-за своей неспособности влиться в общество. Быть изгоем страшно, заложенный в каждого человека инстинкт толкает нас в стадо. Заставляет подстраиваться под чьи-то хотелки.

Чем испокон веком пользовались нечистоплотные личности, руководившие окружающими. Да и не только они, а все люди, решающие свои сиюминутные проблемы за счёт остальных.

Виталик набрал чипсов, шоколадных батончиков и другой нормальной еды, собираясь уединиться в своём уютном виртуальном мирке, где все задачи решаемы и вознаграждаются по достоинству. Где чувство вины не висит на тебе тяжким бременем, как бы ты ни старался и что бы ни делал.

К его немалому удивлению, успокоившаяся мама одарила его грустной улыбкой:

— Кажется, теперь я тебя немножечко понимаю.

* * *

Хорошо хоть в игре никто не изводил Виталика нереалистичными требованиями. Во Вратах Барана, напротив, им все исключительно восхищались.

Виталиясана одарили кучей крутого шмота: от магической бижутерии до монашеской робы из шерсти редчайшего золотого барана — даже без всякого оружия и доспехов его персонаж получил весьма существенную прибавку к характеристикам. Дали много золота, собственное поместье вблизи отстраивающихся Врат Барана и два десятка слуг, в том числе весьма привлекательных представительниц женского пола. В общем, живи и радуйся.

Не забыли отблагодарить и других членов Братства Конца. Над каждым провели ритуал, сняв проклятье, и дали возможность осуществить заветную мечту. Конечно, в пределах разумного.

Так, Долбодор решил открыть в родном селе кузницу, где ковал пускай и простенькие, но необходимые в любом хозяйстве инструменты. Несмотря на внешнюю скромность вознаграждения, мужчина был счастлив и пользовался большим уважением односельчан.

Гнидодав смотрел куда выше, став начальником королевской стражи. Он быстро покончил с расплодившимися после большого пожара мародёрами и разбойниками. Ходили слухи, что он лично душит вожаков банд в подвалах городской цитадели.

Косоглаз тоже поднялся. Его назначили егермейстером — ответственным за подготовку и проведение королевской охоты. Это было очень экологичным решением, хотя экология никого в Срединных Землях не то что не заботила, о таком термине никто вообще там не знал. Зато все были в курсе, что с момента назначения Косоглаза на должность, ни одно животное в лесных угодьях короны не пострадало. Ведь главный охотник никогда не попадал в цель.

Клизмазар открыл лечебницу на горячих источниках. Виталик догадывался об используемых там методах лечения, но, как ни странно, санаторий пользовался популярностью у местной аристократии. Что говорить, элита есть элита — чёртовы извращенцы, мающиеся ерундой от безделья.

Криворучкину доверили ювелирную мастерскую. Увы, всё закончилось предсказуемо. Герой, не герой, но бесконечно переводить на отходы ценные металлы и драгоценности было накладно даже для королевской казны. Горе-мастера выгнали из мастерской и поставили на куда более подходящую его талантам должность: доламывать повреждённые здания. Вот здесь Криворучкин проявил себя просто блестяще!

Тошнило, конечно же, стал… нет, не бардом. Такую важную роль ему не доверили. А вот королевский шут из него вышел отличным. Много кто из посетителей дворца хотел вызвать его на дуэль, ох много. И не только за его манеру переделывать известные песни. Женщин наедине с ним было лучше не оставлять…

Бомжак попросил, чтобы его просто оставили все в покое. Набрал кучу одежды и походных принадлежностей, после чего отправился в лес. Больше о нём никто не слышал, хотя поговаривали, что в отдалённом районе Срединных Земель появился пугающий путников «леший». Которого под страхом смерти запрещалось трогать, даже если тот вздумает почудить. Совпадение? Виталик так не думал.

Рыжебород решил возродить монастырь Шакалинь. Похвальная инициатива. Гному выделили довольно много ресурсов, которые тот пообещал вложить в дело все до единого, не оставив себе ничего. При расставании Виталийсан поклялся, что обязательно посетит монастырь, когда тот будет отстроен, и проведёт мастер-класс. Ведь всякий знал, что теперь он самый крутой боец Вротмненогидо на всём белом свете.

Хомка выполнил своё обещание и женился на Срули. Свадьбу отмечали с воистину королевским размахом, все Врата Барана стояли на ушах пару дней. Затем, вместе с Начхуном, недорослики отправились в Предгорья. Их миссия, восстановление гильдии Тысячи Пещер, казалось делом неподъёмным, но одну-две «пещерки» они точно потянут, а там, глядишь, через несколько поколений счёт увеличится если не до тысячи, то до сотни. Сруль грозилась компенсировать временную нехватку волшебников аж миллионом воинов-недоросликов, правда, откуда она собралась их в таком количестве вербовать, оставалось загадкой. Но женщинам ведь и положено быть загадочными, правильно?

Даикин со своими сородичами вернулся на Восточную гряду, добрососедствовать с поредевшей популяцией драконов. А чтобы между кобольдами и остальными разумными расами больше не возникало недопонимания и разборок, Даикин обещал наладить торговлю. Угадайте с трёх раз какими товарами? Ну конечно, трусами, которые кобольд собирался шить в огромном количестве, при этом недорого и «с душой», то есть качественно. Серьёзный бизнес.

Сложнее всех обстояли дела с Маразматисом. Выяснилось, что до своего помешательства, тот был не просто магом восьмидесятого уровня, Маразматис был верховным архимагом одного из крупных западных королевств! Как именно его угораздило оказаться в Срединных Землях, спалить в приступе ярости небольшой городок и стать охотником на драконов — оставалось тайной, покрытой мраком. Сам волшебник помнил только, что занимался экспериментами с энергией солнца, когда что-то пошло не по плану, в результате чего он получил солнечный удар такой мощи… Да, припекло его головушку знатно.

Возвращаться в родное королевство Маразматис категорически отказался. Мол, раз западные государства встали на сторону Мангора, то лучше с ними никаких дел не иметь. Занять должность архимага в Срединных Землях он тоже не захотел, уступив почётное звание Василдую. Некоторое время Маразматис помогал традиционным волшебникам уничтожить все следы чернокнижников, чтобы больше никто не мог возродить чёрную магию. Когда же с этим было покончено, могучий чародей решил отправиться в путешествие. Учитывая его уникальное средство передвижения в лице, то есть в морде, Горыныча, можно было не сомневаться, что это путешествие станет грандиозным. Виталийсан не мог упустить такой шанс, посему напросился к Маразматису в компаньоны.

А что делать, в отличие от реальности, в игре безделье и роскошь наскучивали ему очень быстро. Постельные сцены во Вратах Барана были реализованы плохо, управление поместьем было поинтересней, но до уровня стратегии при сборе армии недотягивало. Каких-то соревнований в отстраивающемся городе не было, достойных противников пока тоже не намечалось.

Так что Виталик с нетерпением дожидался начала нового приключения, приставая к волшебнику с вопросами об огромном загадочном мире.

— Ну смотри, — объяснял ему Маразматис, — на запад я не хочу. И не только по моральным соображениям. Мои родичи воюют там с морской цивилизацией, а Горыныч существо летающее, а не водоплавающее. Толку от нас будет мало.

— Так, ок, — согласился Виталик, — тогда, может, на север?

— На севере уже интереснее. Орки сражаются с оборотнями, а гномы борются под землёй с низшими демонами. Судя по всему, глубоко под горами есть места, где наш мир соприкасается с преисподними. В теории есть возможность проникнуть оттуда в другие пласты бытия!

— А Горыныч пролезет в пещеры? — с сомнением спросил гном.

— Не во все, хотя, по слухам, некоторые полости под землёй воистину гигантских размеров.

— Так, а что у нас на юге? — прежде, чем принимать решение, следовало разузнать обо всех частях света.

— Эльфы ведут бесконечную войну с ящерами.

«Н-да, эльфы-негры против рептилоидов. Весело», — отметил про себя геймер.

— Звучит, конечно, неплохо, но север пока кажется перспективнее.

— И наконец восток, — ухмыльнулся волшебник. — Восток — дело тонкое. Мало кто знает, но в бескрайних степях за Восточной грядой обитают не одни лишь табуны необъезженных лошадей. Там живёт вполне разумная, хотя и злобная раса кочевников. Ты должен был слышать легенды об этих созданиях. Гномы называют их печенегами.

Сжигание мостов, грабёж караванов — всё это мгновенно вылетело из головы геймера. То был пройденный этап, безобидные детские шалости. Теперь на горизонте маячила действительно великая цель, даже не цель, а важнейшая миссия! Ведь всякий знает, что печенеги — исконные враги сил добра. Никаких сомнений в выборе пути больше не было.

Виталик медленно, акцентировано вдавливая каждую клавишу, напечатал:

— Летим на восток! Побеждать печенегов.

И после этого кто-то смеет утверждать, что геймеры — несознательные люди, застрявшие в детстве?

Геймеры — это эталон доблести.

КОНЕЦ КНИГИ

Content

Жечь мосты и грабить корованы

Пролог

Часть I. Варвар

Глава 1. Внешность бывает обманчива

Глава 2. «Обучение»

Глава 3. Обучение

Глава 4. Лазейка

Глава 5. Простонародье

Глава 6. Печенег

Глава 7. Жечь мосты и грабить караваны

Глава 8. Люди барона

Часть II. Рыцарь

Глава 9. Команда мечты

Глава 10. Братство Конца

Глава 11. Правильно?

Глава 12. Прокачка

Глава 13. «Подвиг»

Глава 14. Граф

Глава 15. Дорога на восток

Глава 16. Предгорья

Глава 17. Восточная гряда

Глава 18. Тысяча Пещер

Часть III. Маг

Глава 19. Заложники графа

Глава 20. Провокация

Глава 21. Время удивительных историй

Глава 22. «Девочка-войн»

Глава 23. Всесжигающий демон

Часть IV. Лучница

Глава 24. Новое направление

Глава 25. Старые знакомцы

Глава 26. Подмоченная репутация

Глава 27. Грабить «корованы»

Глава 28. Предместья

Глава 29. Спасать мир?

Глава 30. Свидетели

Глава 31. Все коровы попадают в Рай

Глава 32. Триумф чёрной воли

Часть V. Монах

Глава 33. Монастырь Шакалинь

Глава 34. 36 ступеней Шакалиня

Глава 35. Финальный экзамен

Глава 36. Бывший магистр

Глава 37. Познавшие Хрен

Глава 38. Возвращение в замок графа

Глава 39. Всесжигающий демон 2.0

Глава 40. Недорослики

Глава 41. Старший инструктор

Глава 42. Мраз

Глава 43. Диванный генерал

Глава 44. Генеральное сражение

Глава 45. Финальный босс

Эпилог