Выживальщики 15. Финал

Глава 1

После отплытия от выжженного материка с Энергоном, Левиафан и корабль валькирий шли параллельным курсом. Срочных дальнейших планов не было, поэтому двигались не спеша. Присутствовала тревога за Лиану со Спасом и Резвой, но Лада всех успокоила, сказав что они выжили и смогли выбраться. Но подробностей не знала даже она. Могла только сказать что они сейчас довольно далеко, и что каким-то странным образом во время взрыва Энергона к ним присоединились Лавр с Юной.

Информации было не густо, но, по крайней мере, все были живы, и то радость. Иногда приходилось довольствоваться и меньшим, подолгу вообще ничего не зная о своих друзьях.

Время от времени делали остановки, если попадался хороший остров. Там собирались все вместе, готовили еду на кострах, спали под открытым небом, купались в море, а на утро отправлялись дальше.

Для начала решили заехать к Валькириям. Это было всё равно по пути. Их Асгард был ближайшей известной точкой в этой части планеты. Все освоение ими территории лежали за ним. По крайней мере, они так думали.

Это была уже третья такая остановка, и до Асгарда оставалось плыть не так уж далеко. Но они всё равно решили насладиться покоем и ничегонеделаньем. Это было своего рода традицией на Левиафане, к которой валькирии с радостью присоединились.

На подводной лодке это было особенно оправданно, ведь сидеть долго в замкнутом пространстве, где они проводили большую часть своей жизни, было тяжело. Так и повелось, при наличии времени и подходящего острова, устраивать там привал.

В этот раз на остров они натолкнулись с самого утра, и всё равно не стали проходить мимо, решив, что это будет последняя такая остановка, а дальше уже начнутся дела, которых наверняка накопилось огромное количество у всех. Стоит только оказаться где-нибудь в зоне досягаемости, и начнётся!

Высаживаясь на берег, они даже помыслить не могли, что этот «отпуск» у них уже закончился, и дела настигнут их прямо здесь.

Началось с того, что Лада ушла одна вдаль по берегу, забралась на большой камень и долго сидела глядя на море. Петру очень хотелось к ней присоединиться, но он знал, что сейчас мешать жене не следует. Скорее всего, она общается со своими.

Так и оказалось. Она вернулась через час, и по ней было не понять, хорошие новости ей сообщили или нет.

Лада подошла, присела рядом с Петром на толстое бревно лежащее не берегу и молча уставилась на океан.

Пётр тоже молчал, предоставив ей возможность высказаться самой. Но через некоторое время понял, что она опять ушла в свои мысли и он так может ничего и не дождаться. Громко вздохнув, чтобы привлечь её внимание, он сказал:

— Хоть намекни, всё в порядке?

— А? — как будто проснулась Лада, и тут же спохватилась, поняв, что держит Петра в неведении слишком долго, — да, да, всё хорошо… только грустно…

— Пояснишь? — спросил Пётр.

— Поясню! — улыбнулась Лада, — у нас родился правнук!

Пётр даже поперхнулся от неожиданности.

— Вот что угодно ожидал услышать, но только не это! — сказал он, — ну-ка, поподробнее!

— Лавр с Юной вернулись не одни. У них родился ребёнок… не только что, некоторое время назад. Просто там, где они были, время идёт по-другому и для них прошли годы. Но сейчас они здесь, в безопасности, вместе с Лирой, которая создаёт что-то вроде детского сада. В общем, детей у наших знакомых скоро прибавится, — сказала Лада, — ещё кое-кто собирается рожать… жизнь идёт своим чередом!

— А почему же тогда грустно? — удивился Пётр.

— Потому, что правнука ещё долго не увижу… а может быть и ты тоже, — сказала Лада.

— Ты могла бы говорить менее туманно? — вздохнул Пётр.

— Прости, — Лада повернулась и взглянула ему в глаза, — просто никак не могу найти подходящих слов. Дело в том, что мне нужно уйти, и очень надолго!

— Опять? — ошарашено спросил Пётр упавшим голосом.

— Но на этот раз, ты можешь пойти со мной, — сказала Лада, — разумеется, если захочешь!

— Когда отправляемся? — спросил Пётр.

— Вот так вот? Даже не спросишь куда? — удивилась Лада.

— Какая разница? — пожал плечами Пётр, — не думаю, что ты задумала что-то плохое или глупое. То, что опасное, не сомневаюсь, но наверняка это что-то очень важное и нужное.

— И ты готов отправиться со мной с закрытыми глазами? Ведь мы долго не увидим наших родных… если вообще увидим когда-нибудь. Гарантий никаких, — сказала Лада.

— Наша дочь сама может о себе позаботиться… да и не только о себе, а о множестве людей, если не обо всей планете. И рядом с ней муж. А с тобой кто будет, а? — спросил Пётр.

— Кроме тебя некому, — ласково сказала Лада и положила руку ему на плечо.

— Как там раньше говорили? Муж и жена, одна сатана! — сказал Пётр, — теперь ты от меня так просто не избавишься.

— Рада это слышать! — искренне сказала Лада.

Они сидели некоторое время молча.

— Но это вовсе не значит, что мне неинтересно, куда мы должны отправиться! — наконец не выдержал Пётр.

— А я всё думала, насколько тебя хватит? — рассмеялась Лада.

— Ненадолго! — кивнул головой Пётр, — так что скажешь?

— Далеко, — мгновенно став серьёзной, сказала Лада, — мы отправимся очень далеко. В другой сектор нашей галактики.

— Даже так? — удивлённо поднял брови Пётр, — такого, честно, не ожидал!

— Это что-то меняет? — спросила Лада.

— Нет, вообще ничего! — сказал Пётр, — так куда мы отправимся?

— Нужно доставить домой нашу принцессу, — сказала Лада, — мы отправляемся в неофициальную дипломатическую миссию к бесам.

— Опасно? — спросил Пётр.

— Очень! — сказала Лада, — мы вообще не знаем как нас там примут. Контакт готовится давно, но больше с нашей стороны. Оттуда тоже, но не через верховную власть. Прямая связь с ними была утрачена давно, и мы никак не может её восстановить, слишком сложно добраться до верховного правителя.

— И как решили действовать? — спросил Пётр.

— В лоб! — усмехнулась Лада, — заявимся прямо к нему в покои, но зато с его дочерью. Надеюсь, что получится как-то наладить диалог. Хотя, тут многое от Момо зависит!

— Она вроде бы девочка хорошая, — сказал Пётр, — можно даже сказать, перспективная. Внушает доверие.

— Это да, — согласилась Лада, — но как всё пойдёт там, у неё дома, мы можем только гадать.

— Получается, что вся надежда только на нас? — спросил Пётр.

— Да нет, многие работают в этом направлении, я же говорила, — улыбнулась Лада, и опять перевела взгляд на океан, — и сейчас ещё одна большая группа из двадцати четырёх человек отправилась с планеты с этой же целью. Но они будут работать с этой стороны. Со стороны бесов нам главное завербовать верховного правителя, чтобы он проникся идеей контакта. Остальное уже будет проще провернуть. Со стороны людей, всё не так легко. Слишком сложная властная вертикаль, множество секторов со своими правительствами и слабым подчинением центру. Гораздо меньше централизация, следовательно, больше тонких мест, которые нужно контролировать. Вот мы везде и расставляем своих людей, чтобы они могли повлиять в нужный момент на принятие решений. Кто-то там уже давно работает, стоит за спинами руководителей. Кто-то сам находится на нужных должностях, чтобы не допустить сбой. Мы к этому долго шли и ошибки допустить нельзя. А то снова может начаться война, как в прошлый раз. Но сложно будет только в начале. Нельзя допустить излишнего испуга от контакта с другой цивилизацией и принятия необдуманных решений на местах. Нужно создать позитивное восприятие контакта людьми. Если это получится, то дальше всё пойдёт как по маслу.

— А мы, получается, окажемся на острие атаки? — сказал Пётр.

— Да, на самом кончике! — сказала Лада задумчиво, — но у нас есть козырь!

— Принцесса? — спросил Пётр.

— Принцесса! — кивнула Лада, продолжая смотреть на океан.

— И, получается, она пока не знает, что ей скоро отправляться домой? — спросил Пётр.

— Не знает, — согласилась Лада, — но она только этого и ждёт, просто возможности не видит.

— А как, кстати, мы туда отправимся? Я так понимаю, не традиционным методом? — спросил Пётр.

— Да, не традиционным… пока не традиционным. Через портал. Наши научились немного взаимодействовать с Артуром… ну или он позволил им с собой взаимодействовать. Контролировать его невозможно, остаётся только надеяться, что задачи и методы их решения у него гуманные. По крайней мере, до сих пор всё было так. Если он действительно является тем, что декларирует, то мы находимся на пороге новой эры. И эта эра стучится к нам в дверь с такой силой, что того и гляди её выбьет. Всё свалилось в одну кучу… впрочем, так оно обычно и бывает. Мы на перепутье, и этот сложный клубок из разных путей и дорог нужно очень аккуратно и правильно распутать. В противном случае, мы будем ещё долго разгребать последствия, — сказала Лада.

— А тут ещё контакт двух цивилизаций, — покачал головой Пётр.

— Это одна из главных нитей в этом клубке, самая толстая. Кроме неё ещё есть технологический скачок, предвестником которого является Артур. Он приоткрыл дверцу к новым технологиям, и тут очень важно не напортачить. Поэтому он и сам часто медлит. Мог бы проявлять гораздо более активное участие, но осторожничает… а может и нет! — вдруг неожиданно закончила Лада.

— В смысле? — удивился такой внезапной перемене Пётр.

— В том смысле, что Артур ведёт свою игру, и мы не всегда понимаем сценарий, который он реализует. Например, с Энергоном, это ведь была его заслуга, то что его получилось уничтожить. Правда, это стоило нескольких лет жизни нашим внукам. Но всю эту схему спланировал и разыграл он. И не факт что мы видим её целиком. Есть подозрение, что он запустил очень много процессов и сценариев, в которых мы просто марионетки, — сказала Лада.

— Неприятно, да? — поддел её Пётр.

— Намекаешь на то, что мы и сами себя так ведём? — взглянула на него Лада.

— Изначальная раса только так и действует. А вот теперь нашёлся режиссёр повыше уровнем, — сказал Пётр.

— Да мы не против, если кто-то может взять на себя часть работы, особенно, если он может сделать её хорошо, — сказала Лада, — вопрос в его истинных планах и намерениях.

— В ваших намерениях тоже многие могут сомневаться, — сказал Пётр, — чего далеко ходить, если исключить из уравнения тебя, то действия вашей расы далеко не всегда были мне понятны и не всегда казались правильными.

— Ты просто многого не знаешь, поэтому так думаешь, — сказала Лада.

— Как и вы сейчас, — взглянул на неё Пётр.

— Пожалуй, ты прав, — вздохнула Лада, — остаётся только надеяться, что Артур именно то, чем пытается казаться.

— Мы говорим о больших целях, совершенно забыв про то, что есть более насущные проблемы. Мы ещё так и не избавили планету от внешней оккупации, — сказал Пётр.

— Процесс идёт, — сказала Лада, — Лиана со своими людьми сейчас как раз на станции, работают в этом направлении.

— Что? — Пётр чуть не захлебнулся от возмущения, — и ты говоришь мне об этом вот так, между делом?

— Прости! — вздохнула Лада, — ты меня стал воспринимать совсем как обычного человека. Но я вошла в информационное поле, и даже не смотря на шторм, восприняла довольно много информации. Мне всё это кажется уже общеизвестным и понятным. Я забываю, что ты этого не знаешь. Ты же помнишь, что чем больше я общаюсь со своими и чем чаще бываю в информационном поле, тем сильнее «отлетаю»! Так что, отнесись с пониманием. Я стараюсь быть с тобой на одной волне, но не всегда получается.

— Это ты меня прости! — Пётр обнял Ладу, — я и правда забываю. Буду более сдержан. Так что там с Лианой?

— Они отравились уничтожать руководство станции. Пока у тех энергетический кризис, вызванный уничтожением Энергона, для этого очень подходящий момент. Группа подобралась сильная, должны справиться, — сказала Лада.

— А кто там ещё? — спросил Пётр, — Спас с ней?

— Да, Спас с ней. А так же Руди с новыми руками, Игорь и Ваня. Это главная ударная сила. Есть и ещё кое-кто, но это уже не так важно, — сказала Лада.

— Да уж, один Руди чего стоит! — сказал Пётр, — но, всё равно тревожно!

— Как и всегда! — вздохнула Лада, — как и всегда! Такая наша родительская работа, тревожиться за детей. От этого никуда не деться, какими бы взрослыми и самостоятельными дети не были.

— Да уж, — покивал головой Пётр, — а мы пока что, получается, займёмся воссоединением другой семьи. Когда, кстати, это произойдёт?

— Понятия не имею, — пожала плечами Лада, — Артур сам решает, какой момент подходящий. Но, судя по всему, это произойдёт очень скоро. Возможно, даже сегодня.

— Как думаешь, не стоит Момо подготовить к этому? Ну, чтобы даже хорошая новость не была слишком уж неожиданной? Чтобы она успела попрощаться с друзьями. Мина и Вик особенно с ней близки, а они расстанутся, скорее всего, навсегда. Ведь каковы шансы, что они хоть когда-нибудь в будущем встретятся?

— Практически нулевые, в сегодняшней системе координат, — сказала Лада.

— Поясни? — сказал Пётр.

— Технологический скачок, порталы и всё такое. Мир может измениться очень сильно и тогда они могут видеться хоть каждый день, если будет такое желание. Но этого может и не случиться, а может случиться не при их жизни. Будущее в тумане. Мы можем его прогнозировать, планировать, выстраивать, но жизнь всегда вносит свои коррективы. Тем более, в такие поворотные моменты истории как сейчас! В такие периоды особенно трудно видеть будущее, — сказала Лада.

— А вон, кстати, и Момо! — сказал Пётр, указывая на идущих по берегу Мину Вика и принцессу, — позвать её?

— Я сама, — сказала Лада, положив руку Петру на колено, чтобы он не успел встать.

Момо, говорившая что-то в этот момент Мине, вдруг замерла и оглянулась. Потом как будто прислушалась, потом порыскала взглядом по сторонам и, наконец, наткнулась на Ладу. Та помахала ей рукой, Момо махнула в ответ и решительно зашагала в сторону бревна, на котором сидели Пётр и Лада. Но, через несколько шагов остановилась и повернулась к удивлённым Мине и Вику, поняв, что нужно пояснить им, почему она так резко ушла.

Лада и Пётр сидели и смотрели, как к ним приближается эта кажущаяся хрупкой девочка, от которой, вполне возможно, зависела судьба двух цивилизаций. И чем больше они на неё смотрели, тем больше внутри них зрела уверенность, что всё будет хорошо. Чувствовалась в ней какая-то необъяснимая сила… и зрелость. Это неуловимо читалось во всём, даже в походке. А Лада, которая могла видеть гораздо глубже, видела и информационный след, который тянется за молодой принцессой, которой в её возрасте уже довелось испытать столь многое. И этот опыт, вне всяких сомнений, пойдёт ей на пользу.

— Ты меня звала? — спросила Момо у Лады, когда приблизилась.

— Да, — кивнула Лада, — я специально тебе это продемонстрировала. Ты должна знать, что я умею общаться и так.

— Зачем продемонстрировала? — удивилась Момо.

— Затем, что мы с Петром хотим отвести тебя домой, — сказала Лада, — и ты должна знать что мы можем, чтобы между нами было абсолютное доверие. Ведь тебе придётся познакомить нас с твоим отцом.

— Придётся? — слегка напряглась Момо.

— Да, — сказала Лада, — мы отправляемся туда, хочешь ты этого или нет. А от тебя зависит, как нас там примут. Тепло, или сразу прикажут казнить.

— А зачем всё это нужно? — спросила Момо.

— Контакт цивилизаций должен состояться в ближайшее время. Маховик уже запущен и его не остановить. То, что встреча цивилизаций будет, факт уже решённый. От нас зависит, как именно он пройдёт. Не только от нас, конечно. Но мы должны поговорить с твоим отцом и объяснить ему ситуацию, — сказала Лада.

— Неожиданно, — разочарованно покачала головой Момо, — я и сама собиралась этим всем заняться, когда смогу вернуться домой. Но план был несколько другой.

— Дело в том, что жизнь не любит следовать нашим планам, а постоянно преподносит сюрпризы. Нужно уметь быстро приспосабливаться к внезапно меняющимся условиям. Главное, помнить курс и продолжать его держаться. А способы достижения цели могут меняться. Причём, не всегда в худшую сторону. Вдруг, мы сможем облегчить твою задачу? — сказал Пётр и подмигнул Момо.

— Артур, ну неужели нельзя хоть немного заранее предупреждать? Дай нам хотя бы попрощаться! — воскликнула, всплеснув руками, Лада, потому что за спиной у Момо начал формироваться голубой искрящийся диск портала.

Поймав взгляд Лады Момо обернулась и увидела набирающий плотность портал, через который пока ещё было видно Мину и Вика на той стороне, но картинка стремительно размывалась.

— Пора? — спросила принцесса.

— Сейчас очень удачный момент, не советую его упускать, — прозвучал у них в головах голос Артура, — я объясню остальным, куда вы ушли.

— Надо, значит надо, — решительно сказала Момо и первая шагнула в портал.

— Будет толк из девки! — одобрительно сказал Пётр, и они с Ладой, держась за руки, шагнули следом.

Глава 2

С первого взгляда было понятно, что они оказались во дворце. Шагая в портал, они просто не успели подумать о том, что их ждёт на другой стороне непосредственно в момент перехода. Но ведь отважная принцесса уже шагнула туда первой, так что медлить было нельзя. Не могли же они дать слабину и задержаться на этой стороне, обдумывая последствия!

Зал в котором они оказались был большим, но в то же время уютным и каким-то обжитым, несмотря на присутствующую вычурность. Многие мелкие детали, в виде оставленных личных вещей в разных местах говорили о том, что это всё-таки личное помещение, а не общественное. Например, небрежно брошенный на спинку кресла халат.

Момо стояла прямо перед ними, они видели только её спину, но даже по спине было видно, что она счастлива.

Момо стояла молча и медленно ощупывала взглядом знакомые ей покои, наслаждаясь каждым предметом, каждой мелочью, каждой деталью, знакомой ей с детства. Ведь именно здесь она выросла. Это были покои их семьи. Посторонних здесь не бывало. Только прислуга, и то, по определённому расписанию. Просто так их обычно никто не тревожил.

И ещё поражала царящая здесь тишина! На побережье, откуда они прибыли, тоже было не шумно. Но оказавшись здесь, они почувствовали разницу. Здешняя тишина оглушала!

Послышались приближающиеся шаги и в дверях, прямо напротив них, появился высокий крепкий бес, в свободных штанах и рубахе бежевого цвета. Рога отливали золотом с чёрными прожилками, видимо были покрашены каким-то специальным лаком.

Бес замер и, полностью игнорируя присутствие здесь Лады и Петра, уставился на Момо.

Пауза длилась считанные секунды, после чего в глазах беса блеснули слёзы, но буквально на мгновенье. Он их тут же сморгнул и сказал слегка дрогнувшим голосом, очевидно с трудом держа себя в руках.

— Момоналиктани?

— Папа! — хрипло сказала Момо.

Ей голос тоже отказался повиноваться. Стараясь не побежать, она приблизилась к отцу, и они крепко обнялись.

— Мы упустили один момент, — шепнул Пётр Ладе, — мы же не понимаем их язык! Момо придётся работать переводчиком.

— Я понимаю, — тихонько шепнула Лада и прижала палец к губам, призывая его к тишине.

Не стоило мешать встрече отца с дочерью, которую он, возможно, уже не надеялся увидеть живой.

— Я не вижу того, с кем ты сбежала, — после продолжительных объятий сказал правитель, продолжая игнорировать присутствие Лады с Петром, так что им даже начало казаться, что он их не видит.

— Он погиб, — сказала Момо, — погиб, спасая меня. Закрыл своим телом от выстрелов!

— Достойная смерть, — проговорил правитель, и в голосе его почувствовалось некоторое облегчение. Одной проблемой меньше! А то пришлось бы думать что с ним делать, чтобы не испортить отношения с дочерью, но чтобы он таки понёс возмездие за свой поступок.

— Неужели ему не интересно кто мы такие и как тут оказались? — шепнул Пётр.

— Шшшшшш, — ответила ему Лада, в очередной раз призвав к молчанию.

— Очень многое хотелось бы сказать и многое бы хотелось спросить у тебя, — сказал правитель, — но мы успеем поговорить. Думаю, тебе следует представить своих спутников. Это же люди, верно?

— Да, папа, — Момо кивнула, — это Лада, а это Пётр. Они муж и жена. Я их хорошо знаю и уверяю тебя, что они пожаловали к нам с добрыми намерениями.

— В этом я не сомневаюсь, — кивнул правитель, — иначе бы ты вела себя по-другому. Боюсь, служба безопасности будет не в восторге, когда узнает о столь неожиданном визите. Придётся кого-нибудь уволить, чтобы не расслаблялись.

— Они не виноваты, — сказала Лада, — мы попали сюда с помощью совершенно уникальных технологий, которые они просто не в состоянии были предвидеть.

— Это я понял, — сказал правитель, — в моих покоях нельзя оказаться вот так просто, из ниоткуда. Раз вы здесь, значит, можете что-то, что не можем мы. И это меня очень тревожит. Это очень сильное преимущество.

— Но мы не будем им пользоваться, — сказала Лада, — и сейчас бы не воспользовались, если бы с нами не было Момо. Скажу больше, мы не можем прямо сейчас вернуться к себе. Это от нас не зависит и технология довольно нестабильна. Так что, я надеюсь на ваше гостеприимство. Нам есть что обсудить. Я рада, что вы сохранили в своём роду память о большой войне с людьми. Нам нужно не повторить прошлых ошибок и наладить нормальное взаимоотношение между расами.

— Другими словами, вы, это посольская миссия? — спросил правитель.

— И да, и нет, — сказала Лада, — дело в том, что с точки зрения политических процедур, мы никто. Мы не принадлежим ни к какой официальной власти людей. Но по сути, да, мы посольство, которое порой решает больше чем официальная власть.

— Звучит очень амбициозно… и не убедительно, — слегка склонил голову на бок правитель.

— Да, это трудно понять. Но я не человек! — сказала Лада.

— А кто же ты? — удивился правитель.

— Я представитель изначальной расы. Мы древнее бесов и людей, и обе ваши расы произошли от нас. Мы всегда старались оставаться в тени, не держа в руках явных рычагов управления. Но, тем не менее, всегда старались влиять на процесс. И стирание войны из памяти обеих цивилизаций это наша работа. Мои соплеменники приложили неимоверные усилия, чтобы добиться этого и у бесов и у людей. Обе цивилизации вычеркнули эту войну из памяти и широкая общественность о ней не знает. Это было сделано для того, чтобы перезапустить отношения с чистого листа. Слишком много крови было пролито, слишком большие противоречия накопились тогда и мы не видели возможности их преодолеть. Сейчас у нас есть шанс сделать всё лучше, — сказала Лада.

— Очень откровенно! — сказал правитель, — но опять же, вопрос доверия. Момоналиктани, — повернулся он к дочери, — ты можешь за них поручиться? Доверяешь ли ты им, как самой себе? Подумай хорошенько, прежде чем ответить! От этого будет зависеть очень многое!

— Я полностью им доверяю, папа, — сказала Момо, — и мне не нужно думать, потому что у меня было для этого достаточно времени. Его сестра с мужем, — она указала на Петра, который в ответ на это удивлённо приподнял брови, потому что вообще не понимал о чём они говорят, но не стал акцентировать на этом внимание, — они спасли нам с Зузу жизнь!

— Зузу? — удивился правитель.

— Да, среди людей мы пользовались сокращёнными именами, и даже немного к этому привыкли. Наши имена для них слишком сложные чтобы ими пользоваться. Меня все называли Момо.

— Момо? — усмехнулся отец.

— Да! Так вот, они спасли нам с Зузу жизнь и потом, мы все вместе через многое прошли. Много раз сражались рука об руку и рисковали своими жизнями друг за друга. Это было и на планете единорогов…

— Да, твоя тень мне всё рассказала…

— Она жива? — радостно воскликнула Момо, — я хочу её увидеть!

— Увидишь, — сказал отец, — тем более, что она пока что продолжит играть твою роль. Мы и так поменяли всё ближайшее окружение, чтобы никто не заметил подмены. Всю охрану и обслугу. А приближённым мы её просто близко не показываем, чтобы кто-нибудь не догадался о подмене. Так что, выводить тебя будем постепенно!

— Я не возражаю, — не переставая улыбаться, сказала Момо, — я так рада что Ляля жива! Она доказала свою верность и преданность, и я хочу чтобы она всегда была рядом со мной, как сестра!

— Так не принято… — задумался отец, — но, может быть, мы что-то придумаем. Кто нам запретит, да? Но всё это позже. Единорог Фавир, который был с ней, тоже поправился и живёт во дворце. Мы сейчас разрабатываем план, как восстановить отношения с их планетой. Они не очень охотно идут на контакт, после всего произошедшего. Но, думаю, что шанс помириться есть. Правда, нам придётся пойти на большие уступки, чтобы загладить свою вину. А то, что вина лежит на нас, я ничуть не сомневаюсь. Виновные в произошедшем уже наказаны. Не все, конечно, но процесс идёт. Так что, у нас тут неспокойно! И даже хорошо, что сейчас твоё место занимает тень. Мало ли на что решатся загнанные в угол главы уважаемых родов, до которых наши руки ещё не дотянулись.

— Хорошо, папа, я сама могу быть тенью сколько угодно! — сказала Момо.

— Да? — удивился отец, — ладно. Занять место наследницы ты всегда успеешь, торопиться ни к чему. Нужно ещё решить вопрос с нашими неожиданными гостями. Как это объяснить охране и окружению?

— Никак, — сказала Лада, — мы не стремимся к публичности. Нам главное установить доверительные отношения с вами и поделиться той информацией, которую мы считаем важной или которую вы пожелаете узнать. Нас не интересует общественный резонанс от нашего появления, скорее наоборот, мы бы хотели его избежать. Ведь контакт двух цивилизаций ещё не состоялся. Наша задача его обсудить, обо всём договориться, и если придём к соглашению то срежиссировать наилучшим образом, чтобы его положительно восприняли все представители обеих цивилизаций. Так что, показываться на глаза нам крайне нежелательно.

— Вы ставите меня в затруднительное положение, — сказал правитель, задумчиво, — если я буду вас прятать, то это может стоить мне трона. Ведь как это воспримут окружающие, если всё вскроется? Могут подумать, что мной манипулируют представитель другой расы, тайно живущие в моих покоях!

— Нужно сделать так, чтобы это не вскрылось, — сказала Лада, — мы готовы носить рога, на всякий случай. И если всё так сложно, то можно придумать упреждающую легенду, кто мы такие и что здесь делаем. Но это в том случае, если нам придётся тут задержаться.

— Что ты думаешь о людях? — правитель резко повернулся к Момо.

— Они разные, — ответила та, почти не раздумывая над ответом, — разные, так же как и мы. Бывает, что они воюют друг с другом. Среди них есть и хорошие и плохие. Мне повезло, я попала в компанию к хорошим. Это я могу утверждать со всей ответственностью, потому что, как уже говорила, прошла с ними через многое. Но и плохих хватает. И между ними идёт борьба. Хотя, всё не так уж и просто. В общем, посмотри на нас, и увидишь людей. Многие вещи отличаются, но если присмотреться, то это всё внешнее, наносное. А суть у всех одна и та же. Когда я привыкла видеть вокруг себя безрогих, то перестала делать различия между мной и ими. Мне казалось, что я среди своих. Я не чувствовала себя представителем другой расы или другого мира. Я была там таким же членом команды, как и все остальные.

— Не таким же, — сказала Лада, — не каждый может в яростной атаке уничтожить десятки врагов! На такое способны только истинные воительницы! Королевская кровь даёт о себе знать. И это не лесть и не пустые слова, я знаю о чём говорю!

— Допустим, — правитель повернулся к Момо и внимательно её некоторое время разглядывал, — ты сражалась и убивала?

— Я мстила за смерть Зузу, — потупив взгляд, сказала Момо, — пришлось убить многих. Я вышла из себя и потеряла контроль!

— Возможно, это всех и спасло, потому что врагов было слишком много, — сказала Лада.

— Я смотрю на тебя, — медленно начал правитель, обращаясь к Момо, — я вижу что это ты. Но в то же самое время, я тебя не узнаю! Ты изменилась, ты стала совершенно другой!

— Хуже? — подняла на него взгляд Момо.

— Нет! Ты стала взрослой… это не правильное слово. Ты стала мудрой! Я чувствую в тебе силу, которой раньше не было. Честно говоря, я очень переживал что у меня нет сына и власть придётся оставить дочери, которой это всё не очень и нужно. Особенно это стало понятно, когда ты сбежала. Это был сильный удар для нас…

— Прости… — искренне сказала Момо.

— Нет, не извиняйся! — сказал отец, — в побеге не было ничего хорошего. Но вся эта история позволила тебе пройти через испытания и закалить свой характер. Теперь я вижу в тебе будущую правительницу. Да, после того как сюда доставили Лялю, как ты её называешь, и Фавира, я уже был готов к нашей встрече. Я уже знал, что ты не та что прежде, но не думал, что ты изменилась настолько сильно! Хотя, полной уверенности что ты жива, не было до этой самой минуты! — правитель задумался.

— Папа… — начала было Момо, но он поднял руку останавливая её и стало понятно, что речь ещё не закончена.

— Мы многое утратили, — сказал правитель, — наши предки, огнём создавали нашу цивилизацию, рогами прокладывали себе путь к власти! Мы оказались на вершине не случайно! Те, кто был до нас, были самими сильными, самыми умными бесами, которые и смогли всё это создать! Могли заставить остальных идти за собой и слушать себя. Время шло, и многое в нашей жизни становилось декоративным. Я никогда не воевал по-настоящему и никогда никого не убил. Ведь это же слишком рискованно посылать наследника престола на настоящую войну. И ни один отец в здравом уме так не поступит. А ты, в отличие от меня, получила этот бесценный опыт! Мы будем много говорить, и ты расскажешь мне всё, что с тобой произошло за это время. И мне кажется, что я буду всё время удивляться тому, что всё это случилось не с кем-то, а с моей родной дочерью!

— Да, я и сама всё время удивляюсь, когда оглядываюсь назад, — сказала Момо.

— Ты получила бесценный опыт, который уже давно не получали члены правящей династии. Ты жила в чужой цивилизации среди другой расы! Такого опыты ни у кого до тебя и не было! Это просто уму непостижимо! Твоё образование, твой природный ум, твои сильные гены, дополненные этим потрясающим жизненным опытом, могут сделать тебя просто выдающейся правительницей! — сказал отец.

— Я расскажу тебе всё, папа! — сказала Момо.

— А когда мы с тобой наговоримся, то придёт очередь наших разговоров, — обратился правитель к Ладе и Петру, — но только после дочери. Я хочу составить более подробное мнение о вас из её рассказов. Хочу больше узнать о вас через её восприятие. Пока что у меня нет к вам вопросов, кроме того, как именно вы здесь очутились. Но всё равно, обсуждать ваши планы по контакту наших цивилизаций мы будем позже!

— Технология, при помощи которой мы здесь очутились, совсем новая и плохо изученная. Мы пока что не даём над ней контроль и правительству людей тоже. У них нет этого преимущества перед вами, — сказала Лада, — не забывайте, что я не человек. Для меня и люди и бесы одинаковы, как и для всех моих соплеменников, хотя с людьми мы больше похожи… но дело только в рогах и хвосте.

— Вы можете пока что остаться здесь. Я склоняюсь к тому, что выделю вам одну дальнюю комнату, из которой вы не будете выходить. А еду мы сами будем вам приносить, — сказал правитель.

— Вы очень добры, — склонила голову Лада, — именно на это мы и рассчитывали. Обсудите всё с дочерью, обдумайте как следует, а если у вас будут какие-то вопросы, мы готовы на них ответить. Именно для этого мы здесь.

— Ситуация очень нестандартная и рискованная для нас, как я уже говорил. Давайте без сюрпризов. Живите тихо, пока мы не решим, как быть дальше. Я оказываю вам такое доверие только благодаря своей дочери, которая за вас поручилась. Но не вздумайте что-нибудь выкинуть, а то мы и без охраны умеем за себя постоять!

На последнем слове правитель молниеносно взмахнул своим хвостом, который до этого видно не было, и острие стилета зависло прямо перед лбом Лады.

Пётр чертыхнулся про себя. Он ожидал чего-то подобного, но правитель оказался очень быстрым и он просто не успел среагировать на такое стремительное движение. Но Лада не могла это пропустить. Она могла и перехватить хвост, и увернуться и отскочить… однако, даже не шелохнулась. Ни один мускул не дрогнул на её лице, ни одна лишняя мышца в теле не напряглась, пытаясь послушаться инстинкта самосохранения и отодвинуться подальше от опасного предмета. Полный самоконтроль!

Пётр в отличие от неё слегка вздрогнул, но надеялся что никто этого не заметил, потому что внимание было приковано к Ладе. А когда стилет занял своё опасное место, дёргаться и суетиться было уже поздно. И он решил не лезть, давая Ладе довести свою игру до конца.

— Мы в этом нисколько не сомневаемся! — спокойно сказала Лада.

— А почему разговор ведёшь ты, а твой муж молчит и ничего не говорит? — вдруг заинтересовался правитель, и стилет плавно отодвинулся ото лба Лады и повернулся в сторону Петра.

— К сожалению, он не знает вашего языка, — сказала Лада, — но, мы это исправим!

Глава 3

Когда портал исчез, Мина и Вик ещё некоторое время стояли молча, переваривая произошедшее. Не то чтобы они сильно удивились, чего-то подобного следовало ожидать, и в их беспокойной жизни случались и более внезапные вещи, но было всё равно немного не по себе.

— Даже не попрощались, — вздохнула Мина.

— Ничего, — обнял её за плечи Вик, — это формальность, которая не влияет на истинное отношение между нами. Это же не значит, что мы стали хуже друг к другу относиться?

— Нет, но всё равно грустно, — сказала Мина, — получается, что мы даже разговор закончить не успели, и раз, её тут больше нет… как ты думаешь, Артур её отправил домой?

— Думаю, что да! — сказал Вик.

— А Лада с Петром, получается, отправились вместе с ней? — спросила Мина.

— Выходит так, — кивнул Вик.

— Но почему они, а не мы? Мы же с Момо ближе! Это мы её нашли и со всеми познакомили, разве нет? — слегка возмущённо сказала Мина.

— Мы не знаем точно куда они отправились, но если домой к Момо, то неужели бы ты хотела отправиться туда? В другую цивилизацию, в которой нас неизвестно что ждёт? — спросил Вик.

— Не то чтобы я хотела, — смутилась Мина, — но обидно, что нам даже не предложили…

— Ты иногда ведёшь себя как ребёнок, — с нежностью сказал Вик, — если отправились именно они, значит, так было нужно. Как знать, может быть, мы ещё и увидимся с ней. Будущего никто не знает.

— Не знает… — как эхо повторила Мина, — но мне почему-то кажется, что мы расстались навсегда!

— Да, это возможно, — вздохнул Вик, — но значит такова судьба. У Момо своё предназначение, у нас своё. Нам тоже рано или поздно придётся вернуться домой, где нас ждут. И вернуться не на время, а навсегда! Там очень много дел, и мы могли бы очень сильно помочь нашим родителям, если бы вернулись. Учитывая тот опыт, который у нас теперь есть, мы многое можем сделать для своих народов. Я периодически об этом думаю, и в голове бродят разные мысли, как можно было бы улучшить жизнь наших людей. Как всё организовать, чтобы люди жили спокойно, без страха, без войны… да, быстро это сделать не получится, но главное начать!

— Думаешь, они там без нас не знают что делать? — серьёзно на него глядя, спросила Мина.

— Знают, конечно! — сказал Вик, — но и мы могли бы предложить что-нибудь дельное. Да и лишние руки не помешают. Работы непочатый край! Нужно ведь со временем будет весь остров под свой контроль взять, чтобы там царил порядок, а не власть банд и беспредельщиков.

— Рад что вы созрели! — раздался у них в головах голос Артура.

Мина и Вик вздрогнули от неожиданности.

— В каком смысле? — спросил Вик.

— Я хочу предложить вам отправиться домой, причём не в гости, — сказал Артур, — там действительно может понадобиться ваша помощь!

— Что-то случилось? — с волнением спросила Мина.

— Нет, всё в порядке… по большому счёту, — ответил Артур, — но так-то всё время что-то происходит. У меня будет к вам предложение. Я хочу наладить связь между женской половиной тюрьмы и мужской. Постоянную связь. Пока что я этого ещё не делал ни разу, но, похоже, что время пришло. Планирую открыть постоянный портал. Но поскольку переход будет постоянным, нужно чтобы кто-то его контролировал, и лучше, если это будут делать люди, знакомые с этим явлением не понаслышке.

— А почему такая честь именно нам? Ну, первый постоянный портал? — спросил Вик.

— Честно говоря, не только вам, — ответил Артур, — их будет сразу несколько. Например, ещё один я планирую между мужской половиной тюрьмы и островом Валькирий. Тот даже более важен и будет пользоваться большим вниманием. Но вашу изоляцию тоже пора заканчивать. Только вот, делать это лучше аккуратно, чтобы не навредить. Поэтому трафик людей и грузов нужно будет хорошо контролировать. Вот эту работу вы и должны будете организовать на своей стороне. На противоположном входе в портал это будет делать Папаша. Не сам, естественно. Да и вы не обязательно должны сами всё время быть рядом. Ваша задача всё устроить и контролировать потом.

— А мы можем отказаться? — спросила Мина.

— Естественно! — ответил Артур, — я же не могу вас заставить! Но мне кажется, что это именно то, что вам нужно. Вы вернётесь домой, и у вас сразу будет дело, которое требует непосредственного внимания и участия. Возвращаться обычно тоже нелегко, особенно после долгого отсутствия. Трудно найти себе место и занятие. Это поможет вам влиться в жизнь ваших народов. И эта миссия не навсегда. Потом процесс будет отлажен, все к этому привыкнут и ваше внимание уже будет не нужно. Тогда вы сможете заняться чем-то другим, что вам ближе или чем больше захочется заниматься.

— А где будет находиться портал? — спросил Вик.

— Портал будет в женской общине, где выросла Мина, — сказал Артур, — в подземных катакомбах. Доступ туда будет простым, но такое место будет проще контролировать на случай непредвиденных ситуаций.

— Каких таких ситуаций? — удивилась Мина.

— Например, если злоумышленники захотят проникнуть к вам и застать вас врасплох, — сказал Артур.

— А откуда они там возьмутся? На той же стороне порядок вроде? У Папаши-то? — не переставала удивляться Мина.

— Сейчас да, но портал будет постоянным, кто знает, что случится в будущем? — сказал Артур, — это просто мера предосторожности.

— А может быть, ты его тогда отключишь? Ну, если возникнет опасность, — сказал Вик, — ты же у нас всевидящий, или нет?

— Нет, — сказал Артура, — и потом, стоит задача создать инфраструктуру, которая не требует моего контроля и вмешательства. Со временем порталов будет становиться всё больше и больше. Это будет привычная часть жизни. Я просто предлагаю вам на эту дверь, сразу установить замок, даже если вы сегодня ждёте только друзей. Просто, на всякий случай!

— А может быть тогда нам этот портал и не нужен, если он такой опасный? — пожала плечами Мина.

— Он не опасный, это просто предосторожность, — возразил Артур, — и ты ошибаешься, портал вам просто жизненно необходим. Вы живёте как в древние времена, пользуетесь доисторическим оружием. Да, холодное оружие вечно и его никогда не перестанут использовать, но оно не даёт вам преимуществ. Если появится кто-то хорошо вооружённый, кто захочет на вас напасть, что вы ему сможете противопоставить? Луки и стрелы?

— Раньше это срабатывало, — не очень уверенно сказала Мина.

— Против тех, у кого даже такого оружия не было, — сказал Артур, — да и помимо оружия есть многое, чем не мешало бы вас снабдить. Да, на планете с высокотехнологичным оборудованием есть проблема, но вы пока что самые необеспеченные и это нужно исправить. А отправлять транспортные караваны по земле пока что слишком рискованно. И подземная сеть тоннелей оказалась разрушена гораздо больше, чем я предполагал. Так что, портал это самый надёжный и быстрый способ доставки!

— Одного портала мало, — сказал Вик, — нужно ещё чтобы кто-то захотел с нами делиться чем-то ценным.

— Да, это второй вопрос. Вам придётся придумать, что вы сможете предложить взамен. Скорее всего, в начале обмен будет неравноценным и вы будете получать больше, чем отдавать. Но это пока экономика на планете не наладится. Процесс это не быстрый, но в нашем случае неизбежный, — сказал Артур.

— Почему это неизбежный? — удивился Вик.

— Потому что иначе нам всем тут не выжить, — сказал Артур, — население должно объединиться, наладить постоянные связи, торговлю, начать восстанавливать технологии… иначе все проблемы так и будет решать горстка энтузиастов, в которую вы, кстати, и входите. Но эта система ненадёжна и недолговечна. Если выбить из вашего общества несколько ключевых фигур, то процесс сильно замедлится, а то и вовсе остановится. Так что, развитие транспортной коммуникации на планете это вопрос выживания для людей её населяющих. Иначе, последние ваши победы могут легко превратиться в поражения. Вам может казаться что вы одержали верх, но это только потому, что толком не представляете какие силы вам противостоят, и сколько сильных игроков готовы включиться в борьбу за планету. Мы должны успеть забрать её себе, когда с текущими хозяевами будет покончено. Открою секрет, окно возможностей будет не очень большое. В любом развитии событий, есть поворотная точка, которая предопределяет будущее. Люди часто не придают этому значения и думают, что смогут всё исправить потом. Но далеко не всегда это возможно.

— Ты всё время говоришь мы, мы, мы, — удивился Вик, — но ты же вроде, больше не человек!

— Но это не мешает мне быть частью этой планеты и жителей её населяющих. Мы все в одной лодке и я, хоть и не человек, но и не машина. Я очень сложная сущность, интегрированная и с планетой и с человеческим обществом на ней, — сказал Артур, — если хотите, я часть биосферы. Разумная часть, у которой есть свои задачи и стремления. И они продиктованы высшими материями. Я считываю их колебания, они как камертон для всего сущего. Я умею эти сигналы расшифровывать. Люди тоже отчасти могут, правда, не все. Но те, кто подвластен этим колебаниям, кто их чувствует на глубоком, подсознательном уровне, тот стремиться жить по справедливости и принести в этот мир порядок. Именно поэтому глобальное человечество развивается и эволюционирует, несмотря ни на что. Несмотря на постоянные войны, преступность и прочие неприятности, которые создают люди не умеющие чувствовать эти колебания, — сказал Артур.

— Это всё очень сложно, — потрясённо сказала Мина, немного шокированная монологом Артура, — если ты всё это говоришь для того, чтобы убедить нас отправиться домой и следить за порталом, то думаю, мы и так согласились бы! Верно ведь, Вик?

— Я говорю это, чтобы у вас просто было понимание. Я сказал, вы услышали, и теперь всегда будете знать. Вы вправе знать истину, потому что вы находитесь в том самом ядре энтузиастов. И ваша роль во всём этом неоценима! — сказал Артур.

— Так уж и неоценима! — усмехнулась Мина.

— Конечно! — воскликнул у них в головах Артур, — вы просто не представляете сами, что вы сделали! Одно то, что вы спасли Момо, подружились с ней и сформировали у неё положительное отношение к человечеству, играет ключевую роль в будущем контакте двух цивилизаций. Вы обрели сторонника дружеского контакта на самом верху у бесов! И цена этого может выражаться в миллиардах сохранённых жизней! Это не пустые слова. Если начнётся война между цивилизациями, жертвы будут исчисляться именно в миллиардах. Но сейчас вероятность войны снизилась в сотни раз. В сотни! И это не фигура речи, а математические модели и вычисления. И в большей степени это именно ваша заслуга.

— Момо общалась не только с нами, — возразила Мина, чувствуя себя неловко от слов Артура, ведь никакой особой заслуги она за собой не видела.

— Но доверие к людям у неё сформировали именно вы, — сказал Артур, — я не буду вас ни в чём убеждать, но поверьте, что это на самом деле так.

— Правда, что-то мне подсказывает, что всё это было не случайно. Не случайно мы встретились на той планете! Ой, не случайно! — сказал Вик.

— Естественно! — согласился Артур, — я создал условия. Но работу сделали именно вы! Не каждый бы с этим справился. Честно говоря, скорее всего, никто бы больше не справился. Да и у вас процент успеха был небольшой.

— Какой? — ухватился за его слова Вик, — мне просто интересно, какой? Мы же там чудом выжили! Мы же, в самом деле, могли погибнуть, разве нет?

— Могли, — не стал спорить Артур, — но не погибли же.

— Так какой процент успеха? — не унимался Вик.

— У нас нет больше времени на разговоры, сейчас сюда прибудет Папаша, советую вам присоединиться ко всем остальным. Не только вам сегодня суждено отправиться домой. Я начинаю формирование портала! — сказал Артур.

— Так какой процент? — настойчиво спросил Вик, но ответа, ожидаемо, не получил.

— Да, если он не хочет чего-то говорить, то никогда не скажет, — покачала головой Мина, — впрочем, всё ведь хорошо закончилось? И, если верить его словам, то у нас всё получилось… если мы правда спасли миллиарды жизней, то, может быть, риск того стоил и не важно сколько там было процентов на успех?

— Тебе легко говорить, — слегка раздражённо сказал Вик, — я бы тоже не сильно переживал, если бы он только меня туда отравил. Но то, что он рисковал моей женой, я ему этого никогда не забуду!

— Я его прощаю! — улыбнулась Мина, — и призываю тебя просить его тоже, хотя мне и приятно твоё возмущение… но поверь, мне приходилось рисковать и сильнее, и пережила я в жизни гораздо более страшные моменты. А риск… риск нас всегда преследует. Риск это часть нашей жизни. Если бы не риск, возможно, мы ничего бы и не добились. Но в таком случае, нам просто нужно было бы сидеть дома, сажать огород, разводить скот и рожать детей…

— Я помню, что тебе довелось пережить, — сказал Вик, — именно поэтому и не хочу, чтобы что-то подобное повторилось. А что касается огорода и детей… то, может быть, портал не будет отнимать у нас так много времени, и мы сможем заняться и этим тоже?

— А может быть, это тоже план Артура? — хитро прищурилась Мина.

— Что именно? — удивился Вик.

— После того как мы выполнили сложную задачу, я имею ввиду дружбу с Момо, и после того как нужда в нас отпала, он просто хочет дать нам заслуженный отдых и спокойную жизнь? — предположила Мина, — ведь Момо отправилась домой, мы больше не сможем ничем помочь в этой ситуации. Вот он и придумал нам тихую спокойную работёнку, чтобы мы могли пожить обычной семейной жизнью?

— Не пытайся его оправдать, — сказал Вик, — я всё равно на него сержусь! Но если подумать, может быть, ты и права. Впрочем, если он даже делает это не специально, воспользоваться этой ситуацией мы можем именно так!

— Да, только вот меня беспокоит Лиана, — задумчиво проговорила Мина, — вдруг ей понадобится наша помощь?

— Её здесь нет, — сказал Вик, — а если мы вдруг ей понадобимся, не сомневайся, Артур будут тут как тут и мгновенно организует портал туда куда нужно. Но мы ещё подумаем, прыгать туда или нет!

— Если Лиане нежна будет помощь, то мы не будем думать! — решительно сказала Мина.

— Как скажешь, — улыбнулся Вик, — как скажешь! Ну что, пойдём к остальным?

— Да, пойдём, посмотрим, что там Артур ещё задумал! — сказала Мина, и они зашагали по берегу в обратном направлении.

Приближаясь к их временному импровизированному лагерю, они издалека заметили необычное оживление.

— Похоже, Артур уже всех оповестил о том, что сейчас что-то будет, — сказала Мина.

— О, смотри, похоже, что начинается! — воскликнул Вик, указывая рукой.

И в самом деле, они увидели на берегу пока ещё прозрачный и едва заметный, но постепенно набирающий плотность диск портала.

— У меня к порталам какое-то двоякое чувство, — сказала Мина, — я понимаю, что это удобно и очень нам помогает, но в тоже время после всех наших путешествий, остался какой-то осадок… в общем, напрягают они меня, если честно!

— Да уж! — рассмеялся Вик, — а мы ведь собираемся связать своё ближайшее будущее как раз с такой напрягающей тебя штукой!

— Что поделать, — развела руками Мина, — надо, значит надо! Тем более что, честно говоря, доводы Артура звучат вполне разумно. И для этой работы трудно найти кого-то лучше нас, по крайней мере, в данный момент.

— А мне нравится твоя версия, что это отпускная должность, — сказал Вик, — нас таким образом отправляют отдыхать… но я не против! Я только за!

Они как раз успели дойти до портала, когда тот полностью сформировался. Все остальные тоже были уже здесь.

Ждать пришлось недолго, вскоре из голубого искрящегося вихря вышел Папаша, с таким невозмутимым видом, как будто просто вошёл в дверь!

— Эти порталы просто замечательная штука! — радостно сказал он, — иначе, разве бы смогли видеться столь часто? Ну что, сорвиголовы, скучали по мне?

Глава 4

Руди был единственным из всех, кому удалось выбраться из ловушки, в которой они оказались. Выход был только один, его блокировали и держали под прицелом постоянно. Руди выскочил оттуда за счёт своей невероятной скорости. Он разогнался и промчался сквозь контролируемое пространство как пуля. Если кто что и заметил, то решили ничего не говорить, потому что подумал что ему, наверное, показалось.

Остальные оставались пока что внутри. Они предполагали, что по ним готовится удар, но поделать ничего не могли. Вся надежда была на Руди. А он торопился как мог, но понимал что не успевает. И тут, неожиданная помощь!

— Я шёл как раз на ту точку, когда вы по ней жахнули, — весело и без капли упрёка сказал Руди, — еле ноги унёс, когда там всё начало взрываться. Я засёк откуда стреляли и сразу понял что это вы. По пути обезвредил ещё парочку опасных орудийных расчётов, и вот я здесь!

— Все живы? — спросила первым делом Женя.

— Да, — кивнул Руди, — надо их оттуда вытащить. Давайте перебьём все прожектора, тогда они сами сумеют выбраться. Не стоит затягивать, а то эти очухаются и таки жахнут чем-нибудь из заначки. Наверняка у них что-нибудь в кустах припрятано. Я бегу к дальним прожекторам, туда, а вы начинайте с той стороны, — Руди махнул рукой и мгновенно растворился в зарослях.

— Хорошо, что все живы, — сказала Женя, бегом направляясь в противоположную сторону.

Игорь решил не отпускать её одну, и побежал следом, махнув Ване в сторону мелькнувшей среди кустов Резвой, которая по обыкновению держалась не вместе со всеми, но поблизости.Игорь имел ввиду, чтобы Ваня действовал с ней в паре. От Резвой этот жест не укрылся, и она хмыкнула, но спорить не стала, как и убегать.

Женя бежала быстро… слишком быстро. У Игоря даже появилось подозрение, что это не совсем нормально. Он не должен был от неё отставать, но с каждой секундой отставал всё больше и больше.

— Стой! — крикнул он ей, но она то ли не услышала, то ли проигнорировала его приказ и наоборот прибавила ходу, хотя до этого казалось, что уже бежит на пределе.

— С этими девчонками одни проблему, — недовольно пробурчал себе под нос Игорь, стараясь не отстать, — видно заразилась от Резвой непослушанием.

Женя, когда бежала к прожектору, думала, что возле него дежурит пара человек, не больше. Каково же было её удивление, когда выскочив из кустов, она увидела перед собой не двух бойцов, а два десятка. Причём они были во всеоружии, ведь недавно неподалёку всё взрывалось и полыхало.

Да, это была не просто охрана прожектора, а небольшой отряд оцепления, который располагался рядом с машиной, на которой стоял этот большой осветительный прибор. Когда Женя выскочила на поляну, находившиеся там бойцы дружно повернулись к ней, привлечённые шумом ломаемых веток.

Если бы она остановилась, то возникла бы крайне неловкая ситуация, и всё внимание было бы обращено на неё. Но ей хватило ума не просто не останавливаться, а наоборот ещё прибавить и стремительно пересечь поляну, практически растолкав солдат. При этом она всё время прикрикивала:

— Быстрее! Быстрее! Быстрее!

Непонятно что это значило и кому было адресовано, скорее всего ей самой, но происходящее совершенно сбило военных с толку.

Выскочивший следом за ней Игорь не был удостоен таким вниманием. На него смотрели только затылки удивлённых бойцов, которые повернулись вслед Жене. Их замешательство было неудивительно, ведь Женя была в платье, и в ночных сумерках разглядеть под ним другую одежду было нелегко. В глаза бросались только яркие кружева и шляпка.

Как ни странно, Игоря эта неожиданная ситуация выбила из колеи гораздо сильнее, и он в отличие от Жени остановился. Это его и спасло!

Пробегая через толпу солдат, Женя сорвала с груди и уронила под ноги пару гранат. Чтобы это сделать, она надорвала платье заранее, предвидя что гранаты ей понадобятся.

Всё происходило очень быстро и скорее всего Женю приняли за отдыхающую в парке представительницу местной элиты, которая попала в гущу событий и запаниковала.

Игорь тоже по-прежнему был в платье, но его на таком близком расстоянии они бы за женщину вряд ли приняли, даже несмотря на темноту. И только оказавшись перед толпой солдат, Игорь вдруг осознал, как именно он одет. Это совершенно вылетело у него из головы за время стремительного бега по лесу. Никто так и не увидел, как он появился на поляне. А потом начали рваться гранаты.

После первого взрыва Игоря на поляне уже не было.

После второго на ногах уже никто из солдат не стоял, хотя погибли далеко не все. Укрывшись за деревьями, Игорь стал выцеливать тех кто двигался стараясь отползти в сторону от места взрыва и добивал их точными выстрелами.

С глухим звуком лопнуло стекло прожектора, но сам он ещё некоторое время продолжал светить, пока внутри него не взорвалась заброшенная туда Женей граната.

— Молодец, всё правильно сделала, — бормотал Игорь, продолжая отстреливать выживших солдат, — но с дисциплиной, конечно, нужно что-то решать! Так нельзя! Впрочем, победителей не судят. Сработала хорошо!

Ване с Резвой повезло немного больше, возле прожектора не оказалось группы солдат. Только два человека, водитель и ещё один бедолага, по всей видимости, отвечавший за прожектор.

По пути Резвая затерялась где-то в лесу, Деревяшка немного отстал и Ваня в своём розовом платье выскочил к работающему прожектору один. Снеся по пути обоих солдат, он почти врезался в машину, ухватился за неё и, натужно зарычав, рывком перевернул.

Машина стояла на небольшом пригорке, поэтому, когда упала на бок, не остановилась, а покатилась дальше, с хрустом смяв своим весом прожектор. Кувыркнувшись пару раз, она упёрлась в большое дерево и замерла.

Ваня услышал за спиной лёгкий свист и последовавший за ним глухой удар. Обернувшись, он увидел одного из солдат, который поднимал оружие, но был сражён точным броском Резвой точно в висок. После секундной паузы он рухнул на землю замертво.

Второй, видя это, даже вставать не стал пытаться, а на четвереньках быстро-быстро засеменил в сторону ближайших кустов, но и его настиг камень, прилетевший в затылок.

— Очень недурно, — хмыкнул Ваня, — я бы даже сказал восхитительно! Так виртуозно пользоваться таким примитивным оружием, это выше всяких похвал, — и Ваня изобразил аплодисменты.

Причём Резвую он всё это время не видел, только предполагал место где она находится.

— Вопрос выживания, — сказала она, появляясь из зарослей, — когда доступного оружия нет, а защищаться как-то нужно, приходится осваивать старинные методы. Я очень много тренировалась, и ты даже не представляешь, что скрывается за словом «очень»! Никто не представляет! Я, конечно, не сама научилась этому. Добрые люди показали, как праща работает. Но тренировалась потом уже самостоятельно. И теперь это как часть меня. С этим оружием я чувствую себя увереннее, чем с каким бы то ни было другим.

— Не должны девочки этим заниматься, — вздохнул Ваня, — Риммой клянусь, не должны!

— Не от хорошей жизни! — пожала плечами Резвая, — сама не хочу, но приходится. Твою жену разве Римма зовут? Мне казалось, что как-то по-другому?

— Зоя её зовут, — сказал Ваня, — и ей я бы не стал клясться.

— А кто же тогда такая эта Римма? — удивилась Резвая.

— Девочка, которую мы с Деревяшкой убили. Не хотели, но пришлось! И я хочу, чтобы девочки не воевали и не умирали. Я знаю, что это невозможно в принципе, но пусть это будет исключением, а не правилом. А то, как не посмотришь вокруг, одни воительницы! Не в этом женское предназначение, ох не в этом. Не выживать и не убивать. Поэтому я и здесь! Хочу чтобы мир изменился и делаю для этого всё что в моих силах, как бы наивно и высокопарно это ни звучало! — сказал Ваня.

Резвая некоторое время смотрела на него молча и очень внимательно, а потом вдруг сказала:

— Здорово все-таки, что я вас всех встретила! — после чего она повернулась и стремительно исчезла в кустах.

— Здорово, что мы все друг друга встретили, — сказал Ваня, одёрнул платье и пошёл следом.

Лиана со спасом ждали, когда начнут гаснуть прожектора. После того как снаружи раздались мощные взрывы, стало немного спокойнее, но выходить всё равно они не решились. На ярко освещённом месте перед въездом в ангар они бы были отличной мишенью. Скоростью Руди никто из них не обладал, поэтому выскочить так же как он они не могли.

И даже если Лиана со Спасом в принципе, могли рискнуть, то бросать здесь Серафима и Ари они всё равно бы не стали. Так что, оставалось надеяться на то, что Руди сработает эффективно и сумеет их всех отсюда вытащить.

Ожидание было томительным, и когда интенсивность света стала снижаться, Лиана скомандовала:

— Приготовьтесь, бежать придётся быстро! Не забывайте пригибаться! Бежим отдельно друг от друга, чтобы мы были множественными целями, а не одной большой. Я с Ари ухожу налево, а Спас с Серафимом направо. Но, ещё раз повторяю, не вместе!

— А почему именно так? — удивился Серафим.

— Наиболее подготовленный из нас поведёт наименее подготовленного, — сказал Спас, — не переживай, самые большие шансы выжить у Арины будут если рядом с ней окажется именно Лиана.

— А, ну так понятнее стало, — сказал Серафим, который всё больше и больше привязывался к Ари.

— Странно, — сказал Спас, — мне показалось, что два прожектора погасли практически одновременно! Каким бы быстрым Руди не был, он же не может оказаться в двух местах разом!

— Не высовывайся! — укоризненно сказала ему Лиана, — ты прав, — через некоторое время добавила она, — вон там были два ярких пятна и они исчезли синхронно! Это, действительно, странно! Да и гаснут прожектора слишком быстро…

— Кто-то нам помогает? — спросил Серафим.

— Скоро узнаем, — сказал Спас, — через пару минут можно будет выходить!

Уничтожение оставшихся прожекторов заняло, конечно, не две минуты, а несколько больше. Но они не дождались финала. Когда основная масса погасла, и свет стал не таким интенсивным, Лиана дала команду на старт, и они побежали.

Бежали по одному, пригибаясь и петляя. Было страшно, потому что всё равно казалось, что их все видят. Но, судя по тому, что в их сторону не прозвучало ни одного выстрела, стрелять было либо некому, либо света уже было слишком мало, чтобы их увидеть.

Ари делала всё в точности как ей сказали. Достигнув нужных кустов, она петляла между ними ещё некоторое время, а потом нашла укромное место и затаилась там, под прикрытием нескольких толстых стволов деревьев.

Она сомневалась, что Лиана сможет её тут быстро найти, ведь даже несмотря на не очень тёмную ночь, здесь, в тени деревьев, царил полный мрак. Да и направление она меняла несколько раз. Ари считала что хорошо запутала следы, и опасалась что Лиана её тут не найдёт. Была даже мысль выйти на более открытое место, но она побоялась это делать. Каково же было её удивление, когда буквально через несколько минут кто-то тронул её сзади за плечо.

Она с трудом сдержалась чтобы не крикнуть, но услышала голос Лианы и тут же успокоилась.

— Это я, — сказала Лиана, почувствовав, как Ари напряглась, — пойдём искать остальных.

На поиск Спаса с Серафимом тоже не ушло много времени. Ари следила за тем что делает Лиана, и никак не могла понять как та ориентируется в незнакомом тёмном лесу. Лиана всегда уверенно шла именно туда, куда нужно, как будто заранее знала, кто и где оказался.

За это время погасли все прожектора без исключения. Периодически, то там, то тут, возникали короткие перестрелки и стало уже очевидно, что работает несколько человек или даже несколько групп. Руди просто физически не мог вести такую бурную деятельность.

— Может наши? — с надеждой спросил Спас, когда они собрались вчетвером, все те, кто выбрался только что из ангара.

— Наши, — раздался поблизости знакомый скрипучий голос.

— Деревяшка! — воскликнула негромко Лиана, — я тебя не заметила! Не стоит так тихо подкрадываться, можно и пулю схлопотать!

— Тихо! — довольно сказал Деревяшка, появляясь из-за кустов.

— Вот это да! — хохотнула Ари, — кто это тебя нарядил в платье?

— Сам! — гордо сказал Деревяшка.

— Странный выбор одежды, — покачала головой Лиана, — ну да ладно! А где остальные? Все живы?

— Живы! — сказал серьёзно Деревяшка.

— Он же не просто повторяет, а отвечает на вопросы, верно? — спросил Серафим.

— Думаю, что да, — сказала Лиана, — и не все слова которые он сказал, мы произносили.

— Отвечает! — сказал Деревяшка.

— Видишь? — улыбнулась Лиана, — он уже вполне осмысленно с нами общается!

— Если наши здесь, как думаете, они всех военных перебили? — с надеждой спросил Серафим.

— Это вряд ли, — ответила Лиана, — слишком уж сюда много народу нагнали. Но проредили изрядно. Одни эти взрывы чего стоят!

— Будем тут ждать, или пойдём их искать? — спросил Спас у Лианы.

— Искать, — ответил вместо неё Деревяшка и повернулся к ним спиной, как бы предлагая следовать за ним.

Они думали, что Деревяшка приведёт их первым делом к Ване, возможно, он так и собирался сделать, но Руди их нашёл первым.

— Выбрались? — спросил он, появляясь из темноты.

— Да, без проблем! — сказал Спас, — без тебя бы не получилось.

— Должен вас расстроить, — развёл руками Руди, — я мог не успеть! Слишком много было задач и слишком мало времени. Если бы вовремя не подоспели наши друзья, то вполне возможно мы бы с вами сейчас не разговаривали. Но, я так понимаю, вы уже в курсе что они здесь, — добавил он, кивнув на Деревяшку.

— Его почему-то одели как девочку! — сказал Серафим.

Руди хотел что-то ответить, даже открыл рот, но передумал и просто широко улыбнулся.

Всех остальных они встретили сразу. Игорь, Ваня, Резвая и Женя уже успели найти друг друга. И их внешний вид произвёл на всех неизгладимое впечатление!

— Ну ладно Деревяшка, ну ладно девочки… но Игорь! Ваня! Вы то что? — сказал Серафим, указывая на их платья.

— Думаю, что это они для маскировки, — сказала Лиана, — меня интересует другое. Что стало с теми женщинами, которые носили эти платья до вас?

— Они живы, хотя, скорее всего, этого и не заслуживают, — сказала Резвая, — мерзкие бабы!

— Ты права, это маскировка, и должен сказать, что очень удачная! Мы в этих нарядах пересекли весь этот парк среди бела дня, под присмотром летающих камер наблюдения! — сказал Игорь.

— Так, ладно! — сказала Лиана, — сейчас не время делиться впечатлениями! Все живы и это главное! Нужно двигаться дальше. Осталось только выбрать направление.

— Погоди! — сказал Руди, — я тут таскаю с собой одну штуку, но пришёл к выводу, что от неё лучше избавиться. Вдруг в ней есть маячок?

И он вытащил из кармана небольшое переговорное устройство, которое прихватил из беседки, где застал любовников.

— И ты всё время таскал с собой устройство, которое может быть маяком? — удивлённо сказала Лиана.

— Нет, совсем недолго. Я всё думал, что может быть оно пригодится, но теперь считаю, что риски перевешивают и нам лучше исчезнуть наверняка! — сказал Руди и щёлкнул кнопкой на устройстве, после чего поднёс его к самым губам, — слышишь меня? — сказал он хриплым и таинственным голосом в передатчик.

— Да, — послышался оттуда осторожный голос.

— Мы убьём вас всех, — сказала Руди всё тем же голосом, — и мы уже близко!

После чего он бросил передатчик на землю и что есть силы ударил по нему каблуком.

Коробочка жалобно хрустнула, раздавленная в лепёшку.

— Так куда направимся? — спросил Игорь, — насчёт исчезнуть, идея хорошая. Только вот как?

— Хотелось немного отдохнуть, — сказала Женя, — я понимаю, что это сейчас невозможно, но было бы здорово отправиться в тот красивый замок, который мы видели по пути сюда. Что-то мне подсказывает, что там есть горячая вода, кухня с едой и чистая постель. От всего этого я бы сейчас не отказалась!

— Жень, ну сейчас не время для пустых разговоров, — с упрёком сказал ей Игорь.

— Погоди, а как выглядел этот самый замок? — заинтересовался Спас.

— Ну, такой… красивый… с башенками, покрытыми красными крышами и сверху на них золотые фигурки зверей, — ответила Женя, пытаясь вспомнить ещё что-нибудь примечательное.

— Нам туда! — сказал Спас.

— Уверен? — внимательно посмотрела на него Лиана.

— Абсолютно! –сказал Спас.

— Ну, тогда идём в замок, — удовлетворилась его ответом Лиана.

— Маскарад не пора заканчивать? — спросил Руди, намекая на платья.

Ваня даже потянулся чтобы сорвать с себя надоевшие розовые тряпки, но Игорь его остановил:

— Погоди! Платья себя хорошо показали. Пока не будем снимать, вдруг ещё понадобятся? Издалека мы не будем казаться вооружённым отрядом, особенно при слабом освещении.

— Ну да, конечно! — вздохнул Руди, — как же идти в замок и без платьев!

— Я не очень понимаю что происходит, — озадаченно сказала Арина, — но, может быть, оно и к лучшему!

Глава 5

Удаляясь от места где произошла заварушка, они не оглядывались назад. У военных сейчас хватало и своих проблем, после того что произошло. На некоторое время можно было успокоиться и не думать о погоне.

Они вышли к реке и пошли вдоль неё, чтобы было проще ориентироваться.

— Надо будет переправиться на другой берег, — сказал Игорь.

— И как же мы это сделаем? — спросил Руди.

— У нас есть плавсредство, надеюсь, за это время с ним ничего не случилось! — ответил Игорь.

— Странно, — сказал Спас задумчиво.

— Что именно? — спросила Лиана, которая шла рядом.

— Зачем им были нужны прожектора? — сказал Спас, по-прежнему погружённый в свои мысли.

— Ну как зачем? — удивился Серафим, который тоже услышал его вопрос, — чтобы нас видеть. В темноте-то сложнее ловить диверсантов, пусть она тут и не полная.

— Именно это я и имею ввиду, — сказал Спас.

— А, ты про то, что ночь здесь не настоящая, и они могли её просто отменить? — поняла Лиана.

— Вот именно, — сказал Спас, — а не тащить сюда машины с прожекторами. Это наверняка было сделать нелегко, ведь, скорее всего, они для каких-нибудь операций на планете их держат, а не для световых представлений в своём элитном парке.

— Действительно странно, — сказал Серафим и тоже задумался.

— Вы слишком много думаете, — встрял в разговор Руди, — в жизни бывает всё гораздо проще.

— Например? — заинтересовался Серафим.

— Они могли в спешке до этого просто не додуматься, — пожал плечами Руди.

— Звучит не убедительно, — отрицательно покачал головой Серафим.

— Ну, нам это тоже в голову не пришло, Спас только сейчас на это обратил внимание. Потом, как вариант, может быть слабое взаимодействие между ведомствами. Не нужно недооценивать бюрократию и страх за своё место. Они могли попросить кого-то включить тут «день», но этот кто-то мог отказать, потому что постоянно имеет дело с капризной богатой публикой и ему было проще отказать военными, чем подставляться перед начальством. А вдруг тут какие-то шишки в этот момент отдыхают и будут недовольны тем, что ночь не наступила? — предположил Руди.

— Они притащили сюда ракеты и собирались их использовать, — скептически сказал Серафим, — а свет включить побоялись?

— Не они побоялись, а человек, который сидит возле этого условного рубильника побоялся. Ему эти военные не указ, у него своё начальство и без прямого распоряжения он менять ход дня и ночи ни под каким предлогом не будет. А его начальника, например, не успели найти, потому что он тоже куда-то умотал… может быть сам здесь отдыхает и связь отключил… а может это я его грохнул, пока тут бегал своих искал, в общем, всякое может быть! Дело не в конкретных деталях, а в том, что в больших системах бывает сложно сделать простую вещь, из-за затруднённого прохода информации между ведомствами, — сказал Руди.

— И вот прям никак они не смогли договориться! Всегда найдётся кто-то, кто кому-то позвонит, на кого-то надавит и всё произойдёт так как надо, — сказал Серафим, — я тоже тут много времени провёл. Они всегда умудряются протащить свои решения.

— С этим я и не спорю, — сказал Руди, — но на это нужно время. Всегда есть уже отлаженные взаимодействия, в рамках которых всё и решается. Но тут речь идёт о форс-мажоре и ограниченном времени. Они просто не успели договориться по какой-нибудь пустяковой причине. Я думаю, что всё дело в этом, других причин я не вижу.

— Пришли! — сказал Ваня.

Но они и сами это увидели. Плавучая платформа с креслами стояла именно там, где они её и оставили.

— Если этот замок находится на берегу, то может быть прямо на ней до него и поплывём? — предложил Серафим.

— Думаю, не стоит, — возразила Лиана, — на реке мы будем как на ладони, в лесу нас труднее заметить, — она сделала паузу и, улыбнувшись, добавила, — а платья есть не у всех!

— Могу поделиться! — буркнул Ваня.

— Нет, спасибо, тебе оно больше идёт, — хохотнув, сказала Лиана, — прости Вань, не удержалась!

— Да вы все тут не удерживаетесь периодически. И всё время на мой счёт! — слегка надулся Ваня.

— Не обижайся, Вань, — сказала Женя, — просто ты среди нас самый нарядный!

— Вот именно об этом я и говорю! — вздохнул Ваня.

Они погрузились на платформу и пересекли реку. На другом берегу быстро соскочили на берег и некоторое время сидели на месте тихо, наблюдая и прислушиваясь, не заметил ли кто-нибудь их переправу. Но всё было тихо.

Выждав паузу, они двинулись дальше, стараясь держаться в тени деревьев и даже если на пути попадались поляны, обходили их чтобы не маячить на открытом месте.

Вскоре, в просветы между деревьями начали мелькать башенки замка. Точнее даже не башенки, а венчающие их фигурки зверей, которые поблёскивали слегка даже ночью.

Как только Спас увидел башенки, так сразу узнал это место. Замок был именно тот, который нужен. Да, он и до этого в этом не сомневался, но теперь окончательно убедился в правильности решения идти именно сюда.

Помимо того, что он узнал место, он вдруг резко начал себя плохо чувствовать. Лоб покрылся испариной, спина сильно вспотела и одежда неприятно к ней прилипла. Дыхание участилось, и сердце начало биться часто-часто. И чем ближе они подходили к замку, тем сильнее оно колотилось.

— Что-то не так? — негромко спросила Лиана, заметив его состояние.

— Плохое место, — нехотя ответил Спас, — но нам всё равно туда нужно!

— Хорошо! — сказала Лиана, но в одиночестве его не оставила, а всё время держалась рядом, периодически на него поглядывая, проверяя всё ли в порядке.

Спасу становилось всё хуже и хуже, но он старался держаться. Так потихоньку и доковылял до замка.

Никакой ограды вокруг не было. Лес постепенно перешёл в облагороженные тропинки и дорожки, которые опутывали весь замок замысловатой паутиной. Видимо в этом парке все были свои, преступности не было, и никто ничего не боялся.

Но такая доступность была только вокруг замка. Попасть внутрь оказалось значительно сложнее. Окна, которые находились более-менее низко, были забраны декоративными и ажурными, но очень прочными решётками. Возможно, Ваня смог бы выломать одну из них, но они решили не использовать сразу экстремальные методы, а сначала поискать более цивилизованный способ пробраться внутрь.

Дверей тоже было мало. Большие окованные железом двери центрального входа, перед которым был фонтан и несколько небольших автомобилей для того чтобы ездить по территории парка. Большие боковые двери с подъездной дорожкой, через которые видимо шло снабжение. И небольшая дверь на задней стене, тоже прочная и обитая железом. В общем, попасть внутрь без шума было проблематично.

Они как тени скользили вокруг замка исследуя его и, в конце концов, собрались недалеко от бокового служебного входа.

Спас в этом не участвовал, он сразу сел на скамеечку и сидел там низко свесив голову. Жизнь девушки Лики, которую убили в этом замке, проносилась у него перед глазами, и он не мог остановить этот поток. Несмотря на то, что он научился убирать чужие личности в архив своего сознания, ставить их на полку в библиотеку, в этот раз это почему-то не сработало. Точнее сработало, но лишь частично. Он не отключился от себя, прекрасно осознавая кто он такой и где находится. Но и остановить поток чужой жизни был не в силах. И особенно сильно накатило на него как раз в непосредственной близости от замка.

Картинки прошлого пролетели очень быстро, и чем ближе воспоминания приближались к моменту её смерти, тем больше замедлялись.

Спас подумал, что возможно именно место где человек умер, усиливает проекцию его личности в сознании. Может быть, в этом было всё дело. Но это была пока только гипотеза.

Спас не хотел смотреть на то, что ему приходилось вспоминать. Последние дни её жизни были просто ужасными. Он и так всё это знал и помнил, но теперь ещё практически пережил заново. Всё, вплоть до финала истории в винном погребе.

Когда Лику убили, его немного отпустило, но не полностью. Слабость и невероятное потоотделение остались. Вся его одежда была просто насквозь мокрой, как будто он побывал под дождём.

Но весь этот просмотр чужой жизни и смерти оказался не совсем бесполезным. Он узнал кое-что новое, то, что до этого ускользнуло от его внимания. Видимо потому, что эти знания раньше не требовались, а теперь пришлись в самый раз.

Спас встал и, пошатываясь, побрёл к главному входу.

Остальные стояли и обсуждали вопрос, есть ли в замке кто-нибудь или нет. Все окна были темными, и понять это снаружи было невозможно. А это было важно, потому что если они попробуют вломиться внутрь грубой силой, вдруг находящиеся внутри люди смогут поднять тревогу и сообщить кому-то о попытке проникновения?

В свете последних происходящих в парке событий, сразу станет понятно кто именно тут хулиганит и всё внимание будет обращено на этот замок. А этого они как раз хотели избежать, потому что воевать с местными военными и службами безопасности было абсолютно бессмысленно, и никоим образом не приближало их к цели.

Лиана увидела прошедшего по соседней дорожке Спаса и быстро пошла за ним. Все остальные последовали за ней, даже Деревяшка.

Спас подошёл к главному входу, поднялся по ступенькам и подошёл вплотную к двери. Потом отступил чуть вправо, прошёлся кончиками пальцев по камням, из которых состояла стена, пока не нащупал один, поверхность которого отличалась от остальных.

У него перед глазами стояла картинка, как это происходило в прошлый раз. Воспоминания девушки об этом моменте были туманными, потому что она была не очень трезвой. И, скорее всего, дело было не только в алкоголе. У неё было стойкое чувство, что ей что-то подмешали, потому что она не должна была чувствовать себя настолько плохо. Она всячески отгоняла от себя эти мысли, потому что разве в этом прекрасном месте, с этими прекрасными людьми ей может что-то угрожать?

Оказалось, что очень даже может, но тогда она ещё об этом не знала, а просто старалась удержаться на ногах и не упасть, хотя коленки предательски подгибались.

Как давно она здесь? В голове всё перемешалось. Они постоянно куда-то ехали. Был пляж, были какие-то бары. Была ещё куча мест, которые начали смешиваться в один сплошной калейдоскоп. И она вроде старалась себя ограничивать в напитках… Эта прогулка на машинках по парку её добила. Они приехали на берег реки, где уже их ждал пикник заботливо организованный прислугой. И вот после этого пикника её совершенно развезло. Интересно, можно тут будет где-нибудь вздремнуть, хотя бы полчасика?

Её поддерживали две пары сильных рук, перед ней стоял ещё один мужчина, который зачем-то надавил на камень сбоку от двери, и он открылся. Она хмыкнула, это было странно! Камень с крышечкой! А под крышечкой оказалось небольшое сенсорное табло с цифрами. Тот, кто открыл крышечку, протянул руку и замер что-то бормоча. Видимо не мог вспомнить нужную последовательность. И это было не удивительно, потому что он тоже покачивался.

Её это успокоило! Значит, не одна она перебрала, следовательно, это не так стыдно!

Потом стоящий перед ней мужчина всё-таки вспомнил нужные цифры, потянулся вперёд и нажал в нужной последовательности. Она смотрела на это затуманенным взглядом, и никогда в жизни не запомнила бы этих цифр, если бы они случайно не совпали с её датой рождения. Один, семь, ноль, пять! Семнадцать ноль пять! Ей показалось, что это просто удивительное совпадение! Она икнула и улыбнулась. Видимо, это был хороший знак!

В двери что-то негромко щёлкнуло, и створки мягко разъехались в стороны. Набиравший код аккуратно закрыл крышечку «камня» и нетвёрдой походкой прошёл в дверь.

— Лика, держись, немного осталось! — послышался над ухом влажный шёпот одного из тех, кто держал её под руки.

Она кивнула и неуверенно начала переставлять ноги.

Оставалось действительно немного до того момента, как ситуация совершенно выйдет из под контроля. Но в этот момент Лика этого ещё не знала.

Спас надавил на этот отличающийся от других камень точно так же, как это было в воспоминаниях Лики. Крышечка отщёлкнулась и открыла мягко светящееся табло.

Все остальные уже успели его догнать и стояли сзади полукругом, удивлённо наблюдая за тем, что он делает.

Спас медленно набрал код: один, семь, ноль, пять… повисла пауза, показалось что ничего уже не произойдёт, но вдруг внутри двери что-то щёлкнуло и створки разъехались в сторону. Спас не стал закрывать «камень», ему было на это наплевать. Он направился внутрь замка. Все остальные пошли молча следом.

Не успели они пройти и двух десятков метров, как в холе неожиданно вспыхнул мягкий свет и прямо им навстречу вырулил сонный человек в халате.

Спас его сразу узнал, это был местный смотритель. Он периодически мелькал в воспоминаниях Лики, но не очень часто. Этот человек очень точно знал, когда нужно исчезнуть и не отсвечивать, чтобы не стать свидетелем того, чего не надо. Так что, видела его Лика только в самом начале, пока всё было более-менее прилично. Но не было никаких сомнений, что этот человек всё равно в курсе очень многого из того что тут происходит.

— Что за…– опешил смотритель, чуть не столкнувшись со Спасом лбом.

— Ах ты сука! — рявкнул Спас и ударил смотрителя кулаком в переносицу.

Голова у того смешно дёрнулась назад, на ногах он устоял, но с трудом, и чтобы не упасть сделал несколько шагов назад. Там он споткнулся об неудачно стоящий невысокий пуфик, нелепо взмахнув руками, всё-таки опрокинулся назад и приложился основанием черепа прямо об угол антикварного столика. В момент удара там что-то хрустнуло, и он уже бесчувственным мешком брякнулся на пол где и затих.

Повисла пауза, которую через некоторое время нарушил Руди.

— Спас, скажи, так ведь и было запланировано? Ты ведь этого и хотел? Ну пожалуйста, скажи что это был такой план? — с надеждой затараторил Руди, сложив руки на груди.

— Случайно получилось, — растерянно сказал Спас, вернувшись к реальности из смеси собственных мыслей и чужих воспоминаний.

— Жаль! — Разочарованно протянул Руди, — классная была комбинация! Если бы это было специально, то это был бы верх мастерства! Отличная многоходовочка!

— Отличная, только вот мы его даже не допросили, — покачала головой Лиана.

— Говорю же, нечаянно! — сказал Спас, — но я и так знаю всё, что нам нужно. Единственное что можно было бы узнать, есть ли тут кто-то ещё… но думаю, что нет. Если рядом идёт военная операция, не думаю что местные хозяева стали бы тут сидеть и ждать, пока всё закончится. Они где-нибудь в безопасном месте, далеко отсюда.

— И как же мы туда попадём, в это безопасное место где они прячутся? Отсюда есть выход? — спросил Ваня.

Но Спас ему не ответил, он смотрел в конец коридора, который находился сразу за холлом. Убедившись что это именно то место которое нужно, он решительно направился туда.

— Я понимаю, что это нужно просто перетерпеть, а потом он сделает для нас ещё что-нибудь полезное, — философски проговорил Руди.

Лиана укоризненно на него глянула, и пошла вслед за Спасом.

— Закройте дверь и проверьте, нет ли тут кого-нибудь ещё. Свет старайтесь не зажигать в комнатах, чтобы не привлекать внимания, — бросила она через плечо и ускорила шаг.

Спас дошёл до двери, открыл её и по каменной лестнице зашагал вниз. Здесь свет включался автоматически, срабатывали датчики. Лиана догнала его и шла сзади.

Они оказались в подвале, заставленном бочками и стеллажами с бутылками. Прямо вдоль стены начинался ряд довольно больших деревянных бочек. Спас медленно пошёл вдоль них, касаясь каждой рукой.

— Что здесь? — тихонько спросила идущая следом Лиана, понимая, что эти прикосновения что-то означают.

— Могилы, — глухо ответил Спас, — тут похоронены молодые девушки.

Он дошёл до десятой бочки и остановился возле неё.

— А здесь? — спросила Лиана.

— А здесь похоронена я, — так же глухо ответил Спас.

— Спас? — с тревогой медленно проговорила Лиана.

Но он её не услышал, а упал на колени и его вырвало, с глухим утробны звуком. Стоя на четвереньках и свесив голову он некоторое время тяжело дышал, а потом начал медленно вставать.

— Отпустило, вроде, — сказал он Лиане, увидев её обеспокоенный взгляд.

— Ты точно в порядке? — на всякий случай спросила она.

— Теперь да, мне видимо нужно было сюда прийти, чтобы закрыть тему. Но этих семерых подонков я должен обязательно убить лично! Я отрублю им руки и ноги, и они будут умирать истекая кровью! — сказал Спас.

— Ты уверен, что это обязательно? — спросила осторожно Лиана, — давай убьём, но без садизма.

— Нет, эти должны помучиться и понять, кто именно их убивает, — проговорил Спас.

— Ну, раз надо, значит надо, — вздохнул Лиана.

Глава 6

В отличие от подвала с захоронениями, нужную комнату удалось найти не сразу. Но не найти они её тоже не могли, потому что обшарили весь замок. Спас понял, почему это оказалось так сложно, хотя он вроде бы помнил где находится вход, хоть и смутно. Дело было в том, что вход туда был закрыт большим книжным шкафом, который если на него надавить, легко откатывался в сторону.

Просто когда Лика была в замке, шкаф был сдвинут всё время. И сейчас, Спас, вроде бы найдя нужное место, никак не мог понять в чём дело. Разобралась Лиана, заметив, что под шкаф ведёт слегка натоптанная дорожка. Да, невооружённым взглядом эту чуть большую затёртость каменного пола было почти не видно, но опытный взгляд охотника сразу заметил этот след.

После этого осталось только слегка пошатать шкаф, чтобы понять, куда и как он отодвигается. За ним открылась достаточно пологая и широкая лестница, ведущая вниз.

При обследовании замка они убедились, что здесь никого больше нет. Поэтому заперев все входные двери и для верности заблокировав их изнутри механическим способом, чтобы попасть внутрь было максимально сложно, они все вместе направились по обнаруженной лестнице вниз.

Через некоторое время они пришли в роскошную комнату, увешанную коврами. Даже неспециалисту было понятно, что ковры эти очень дорогие, и, вполне возможно, ручной работы. Так же в комнате была очень низкая мебель с множеством подушек на ней. Видимо это был какой-то экзотический стиль, который был им незнаком. Но то, что здесь было очень уютно и красиво, никто спорить не стал бы. Подушки так и манили прилечь и отдохнуть, но все понимали что нужно двигаться, если не хотят в очередной раз оказаться обложенными со всех сторон превосходящими силами противника.

Другого выхода из комнаты, как и входа спрятанного за шкафом, видно не было. Этот путь тщательно маскировали от случайных глаз, которые могли оказаться в замке. Но, в то же время, пользоваться им было элементарно. Эти спрятанные входы были ничуть не сложнее обычных дверей, только вот оставались неприметными для тех, кому про них знать не следовало.

Здесь Спас нашёл проход гораздо быстрее, потому что пространство было ограниченным, да и он помнил, в какой стене тот располагался. И если наверху вход был спрятан за шкафом, то тут просто за ковром, который нужно было сдвинуть в сторону. Он был закреплен на подвижной штанге под потолком и катался по ней без усилий, нужно было только потянуть его в нужную сторону.

Пройдя по небольшому коридору, они оказались на совсем небольшой станции. Как только они вошли, Спас издал раздражённый рык.

— Что такое? — спросила Лиана.

— Я ошибся! — с досадой сказал Спас.

— В чём? — удивилась Лиана.

— Не знаю почему, но я был уверен, что когда мы сюда придём, то здесь будет стоять капсула, а её нет! И почему я думал, что она обязательно должна быть здесь? — Спас заметно расстроился.

— Погоди, — влез в разговор Руди, — я так понял, что этим замком пользуются несколько человек. И вот представь, собрались они тут отдохнуть, хорошо провести время, но одному неожиданно понадобилось уехать. И что, остальные будут сидеть тут до тех пор, пока он не вернётся? Не думаю! Наверняка тут есть разные варианты, причём, они не должны быть сложными.

— Ты думаешь что капсулу сюда можно вызвать? — спросил с надеждой Спас, ему было страшновато от того, что получалось, будто бы он завёл всех в тупик.

— Я в этом уверен! — усмехнулся Руди, — нужно только понять как!

— Скорее всего, при помощи вот этой штуки, — указал Ваня на небольшое, неприметное, табло на стене. Собственно, других вариантов тут и не было. Остальные стены были ровными и гладкими.

Ваня подошёл к табло первым и несколько раз в него ткнул. Потом, радостно обернулся к остальным.

— Всё! — улыбаясь, сказал он.

— Что всё? — спросила Женя.

— Вызвал транспорт! — продолжая улыбаться, сказал Ваня.

— Вот так просто? — удивилась Лиана.

— Ага, — кивнул Ваня, — тут ни кодов, ни паролей. Просто, пользовательский интерфейс. У них, наверное, вся надежда на закрытость самой этой системы, поэтому внутренних ограничений никаких нет. Скорее всего потому, что им лень что-то там вводить и запоминать. Просто, подошёл и воспользовался нужным инструментом.

— Странно, — сказала Лиана, — может быть, есть какая-то скрытая сигнализация? Не может быть всё так просто!

— Может! — сказал Ваня, — я ничего не утверждаю, но у меня ощущение, что они просто чувствуют здесь себя как дома. Дома же мы не ставим замки на межкомнатные двери… да и не закрываем их обычно. Так и здесь. Этим всем пользуется ограниченный круг лиц, вот они и не усложняют себе жизнь разными кодами. Вот в замок войти, да, нужно было набрать комбинацию. Но потому что снаружи много людей, и не во всех они, наверное, уверены. Хотя это и закрытый парк. А здесь уже внутренняя территория для узкого круга лиц, для избранных. Я могу ошибаться, конечно, но думаю, что всё именно так как я сказал!

Послышалось лёгкое шелестение и из тоннеля вынырнула чёрная сверкающая капсула. Остановившись у платформы, она приветливо сдвинула дверь в сторону.

— Маленькая, но вместительная, — заметил Серафим, сюда войдёт человек пятнадцать, не меньше, если плотно усесться! Мы точно уместимся.

Внутри были очень комфортные сиденья, которые были больше похожи на мягкие диваны. Настолько удобные, что как только сядешь в такое, сразу понимаешь, что вставать потом не захочется.

Внутри Ваня тоже сразу подошёл к пульту управления. Серафим сразу же к нему присоединился, и они некоторое время изучали табло.

— Думаю, что я был прав, — наконец, повернулся к остальным Ваня, — здесь точно такая же пользовательская история без всякой защиты. Выбор нескольких пунктов назначения и всё. Есть варианты: «клуб», «офис», «дирекция», «зал заседаний», «панорама», «апартаменты», «спорт зона», «пляж», «развлекательный центр», «бары и казино», «хорошее место». Это в горячем доступе. Есть ещё пункты назначения второго уровня, но думаю, нам и первого хватит.

— Интересно, что скрывается под названием «хорошее место»? — задумчиво сказал Серафим.

— А мне кажется, что это очевидно, — весело сказал Руди, — там публичный дом, да Арина?

Ари вздрогнула от неожиданности, потому что к ней не часто обращались напрямую.

— Я не знаю, — смутилась она, — но мой вряд ли, потому что у нас нет станции, куда прибывают такие вот чёрные капсулы. Я про такие слышала, ещё в молодости, но сама никогда не ездила, не удостоилась чести… — в слове «честь» послышался сарказм.

— И хорошо что не удостоилась, — серьёзно сказал Спас, — не все из тех кто удостоился выжили, далеко не все. Просто так они тут никого не катают.

— Ладно, я согласен с такой формулировкой, но не думаю что нам туда нужно, — сказал Игорь, — какие там ещё варианты?

Они все сгрудились возле табло, где отображался весь список, потому что запомнить такое большое количество мест сразу было трудно.

— Я догадываюсь, что такое панорама, — сказал Серафим, — точнее даже наверняка знаю. Это место, типа зимнего сада с фонтанами на полюсе станции. Там сверху прозрачный купол и когда по этому саду гуляешь, то, как будто, под звездным небом. Сам я там никогда, естественно, не был. Но про это место многие говорят, и оно не такое уж секретное. И этот самый сад тоже очень большой. Но там совершенно другая атмосфера по рассказам, и людей всегда много. Это как общественное место для элиты, куда все ходят гулять. Так что, не думаю, что нам нужно туда.

— Мне кажется, что мы идём по не очень верному пути, — сказал Руди, — зачем мы обсуждаем куда нам не надо, если нужно искать куда нам надо. Мне кажется, что нужно выбирать между дирекцией и залом заседаний. Там должны собираться главные шишки. Ну, можно ещё офис рассмотреть как вариант.

— Они могут там собираться, но мы можем их там не застать, — сказала Лиана, — а нам желательно ударить наверняка, потому что второй попытки у нас уже может и не быть! Мы близко к цели, но чем мы ближе, тем сильнее возрастает сопротивление врагов. И дальше будет хуже. Остаётся надеяться только на то, что такого проникновения и такой угрозы у них никогда не было, и они не очень хорошо понимают, что в этой ситуации нужно делать. Но они обязательно придумают как от нас защититься, если мы дадим им время на размышления, на анализ ситуации и на подготовку.

— И какие предложения? — спросил Игорь у Лианы.

— Не замахиваться сразу на главный удар, а для начала собрать информацию. Нам нужен «язык», тот, кто сможет рассказать что-нибудь о планах местного начальства, — сказала Лиана, — так что, нам нужно сначала заехать в какое-нибудь не самое важное место, но где можно найти представителя верхушки.

— Какие будут мысли? — спросил Руди, — думаю, что апартаменты это место где они все живут. Может быть, там возьмём пленника? Но я не настаиваю, готов выслушать встречные предложения.

Повисла пауза, все обдумывали куда им лучше поехать в первую очередь.

— Клуб! — раздался в тишине голос Спаса.

— Почему? — тут же ухватился за его предложение Руди, — можешь пояснить?

— Могу, — сказал Спас, — это место принадлежит тем же людям, что и дворец. Клуб закрытый, они там собираются небольшим кругом, большого скопления людей там не бывает в принципе. Если они сейчас где-то сидят и думают что делать, то велика вероятность что именно там. Это не точно, но, по крайней мере, я это место немного знаю, и мы не встретим там большое количество людей. Даже если тех кто нам нужен там не будет, мы не сильно рискуем засветиться. Но это шанс!

— Звучит неплохо, — покачал головой Руди, — у кого-нибудь есть возражения?

Возражений не нашлось, и Ваня ткнул в надпись «клуб» на табло. Дверь мягко закрылась и капсула тронулась в путь так нежно, что они этого даже почти не заметили.

Путь оказался недолгим, и всем было даже жалко, что они так быстро приехали. Никто был не против ещё посидеть на этих восхитительно удобных сиденьях, а при возможности и вздремнуть. Но такой возможности у них не было, нужно было действовать.

Пока они ехали, Спас прокручивал в голове воспоминания Лики, касающиеся этого клуба. Да, не всё можно было там выяснить, многое было в тумане, а чего-то она просто не видела. Но приблизительный план этого места ему составить удалось. И на этом мысленном плане красной точкой мигал вход в комнату, где Лику держали перед смертью.

Капсула приехала на точно такую же станцию, как и та, с которой они отправлялись. Через коридор они пришли в обычную комнату, с непонятным назначением. Несколько столов, несколько стульев, небольшой шкаф с книгами, бар в нише стены… вот, собственно и вся обстановка. К станции вела сдвижная панель на стене, но поскольку они шли с обратной стороны, то искать её не пришлось. Изнутри на ней была удобная ручка, за которую они её отодвинули в сторону и вошли в комнату. На противоположной стороне были створки лифта. Странная маскировка, лифт ведущий в ненужную комнату. Видимо с фантазией у тех кто это придумал было туго… ну или они не очень сильно старались. Как есть, так есть.

Лифт был весь в зеркалах, даже пол. Створки были тоже зеркальными, так что когда в нём едешь, возникало странное чувство открытого пространства и полёта в нём.

Больше всего это произвело впечатление на Деревяшку. Он сначала не хотел заходить, а когда его убедили, то всё время пути издавал один и тот же звук, как будто он летит:

— Уууууууу…

Если путешествие в капсуле им показалось быстрым, то поездка в лифте долгой. Естественно в лифте они ехали многократно меньше времени, просто она оказалась долгой вопреки их ожиданиям. Казалось, что нужно будет подняться совсем чуть-чуть, но, видимо, станция находилась на приличном удалении от того места, с которым была связана.

После лифта они попали в коридор, в котором было мягкое освещение, множество лепнины, позолоты и бархата на стенах. Ноги утопали в ковре с высоким ворсом.

— Сначала мне это всё казалось признаками роскоши, — сказал вдруг Ваня, — но сейчас уже начинает раздражать и, на мой взгляд, смотрится даже жалко, не зависимо от того, сколько всё это стоит. Даже если всё это натуральное и очень дорогое, смотрится всё равно фальшиво.

— Да, как будто они хотят этой обстановкой доказать сами себе, будто бы что-то из себя представляют, — неожиданно сказала Арина, — я и раньше не раз испытывала подобное чувство, когда оказывалась в шикарных апартаментах у клиентов. Всё это ничего не стоит, сколько бы они за это ни заплатили. Сплошная фальшь и лицемерие. Что поделать, такой уж это мир!

— Нет! — возразила Лиана, — мир такой, каким мы его делаем. И он не весь такой как тут. Мы живём по-другому. И если всё благополучно закончится, то ты сама сможешь в этом убедиться и построить себе новую жизнь. Настоящую, а не фальшивую. Скорее всего, небогатую, на зато честную. Место мы тебе найдём. У нас много общин в которых можно поселиться, и где будут рады принять хорошего человека.

— Хорошего? — удивилась Ари, — люди моей профессии хорошими, обычно, не считаются. Не думаю, что кто-то будет рад принять меня в своё общество. Я знаю, как к нам относятся окружающие, не вчера родилась.

— В чём-то ты может быть и права, но не обязательно всем рассказывать о своём прошлом. И это же был не твой выбор, ты была вынуждена этим заниматься, чтобы выжить, — сказала Лиана.

— Нет, начинать с вранья я жизнь на новом месте точно не буду, — сказала Ари.

— Тогда можно поселиться уединённо… впрочем, думаю, что найдётся место, где никто не будет обращать внимания на твоё прошлое. У меня даже сейчас в голове есть несколько идей, — сказала Лиана, — а вообще, я рада, что ты пошла с нами. Я тебе искренне симпатизирую. Ты с нами на одной волне!

— Я же говорил, — усмехнулся Руди, — но вы не вовремя этот разговор завели. Для начала нужно отсюда выбраться.

— Это ты верно заметил! — сказала Лиана, — но лучше думать о хорошем. Не стоит предаваться пессимизму.

— Ты это мне говоришь? — всплеснул руками Руди, — да оптимистичнее меня вообще трудно кого-нибудь найти. Но такие разговоры, всё-таки, лучше немного придержать! Так и сглазить недолго!

— Сглазить? — воскликнул Игорь, — Руди, неужели я это слышу от тебя?

— Профессиональный убийца без суеверий, не настоящий профессиональный убийца! — серьёзно сказал Руди, — но на этом мы тему закрываем, и обсуждать её больше не будем.

За это время они дошли до двери, возле которой Спас в нерешительности остановился. Дверь была в общем стиле, но в тоже время было видно, что она ведёт в техническое помещение. И на ней инородным телом смотрелась большая задвижка, прикрученная сверху. По всей видимости, эта дверь раньше была без замка, но кому-то понадобилось её запереть снаружи.

Спас сдвинул шпингалет и медленно открыл дверь. Внутри было пусто и неприятно пахло. Как-то сразу стало понятно, что с того момента как тут держали Лику, больше никто сюда не заглядывал. Спас постоял некоторое время в дверном проёме, о чём-то думая. Те, кто подошёл сзади, думая что им нужно будет туда войти, почувствовав запах, отошли подальше. Наконец он закрыл дверь, аккуратно задвинул запор и пошёл дальше по коридору.

— Ну конечно! Нам ничего говорить не обязательно! — проворчал Руди и получил от Лианы очередной укоризненный взгляд.

Спас шёл медленно, но достаточно уверенно, как будто знал, куда ему нужно. Свернув пару раз, они оказались в более широком коридоре, в самом конце которого находились большие, деревянные, резные, двустворчатые двери.

Мягко ступая по ковру, они всей толпой подошли к ним, Спас взялся за медные ручки и рывком распахнул створки, которые, несмотря на очень массивный вид, открылись легко и практически беззвучно.

В большой комнате, заставленной старинной деревянной мебелью и массой всякого антиквариата, находилось семь человек. Спас хищно улыбнулся и шагнул внутрь.

— Как я рад, что мы смогли вас всех застать именно здесь! — сказал он.

— Кто вы такие и что вам нужно? — сказал один из находящихся там мужчин и двинулся ему навстречу.

Это было его ошибкой, потому что приблизившись он получил от Спаса сильный удар ногой в живот, от которого полетел назад, и, врезавшись в стул, перекувыркнулся и упал на пол. Но тут же вскочил. Видимо, ковры смягчили его падение.

Спас обвёл взглядом стены увешанные старинным холодным оружием разных эпох и разных народов. Особенно его внимание привлекли боевые топоры с большими лезвиями.

— Молодцы, что выбрали для нашей встречи именно это место, мне не придётся думать, чем вас кромсать, — медленно проговорил Спас.

— Да кто вы такие? — воскликнул тот же, который получил удар ногой от Спаса.

— Я пришёл сюда по поручению Лики, помните такую девушку? По глазам вижу, что помните! — сказал Спас и снова хищно улыбнулся.

Глава 7

— Что за бред? — промямлил тот, который получил от Спаса ногой в живот.

— Это не бред, — сказал Спас, — было бы хорошо закопать вас под теми же бочками, чтобы даже ваших трупов никто не нашёл. Но на это нет времени. Зря вы не поверили Лике, когда она предупреждала, чем всё это кончится. Помните, что она говорила?

— Вы хоть знаете, кто мы такие? — сказал один из тех, кто держались подальше, за спинами товарищей, — вам это с рук не сойдёт!

Он только успел договорить, как тут же дико заорал, и рухнул на колени. Рядом на пол упала его рука, отрубленная Руди прямо около плеча. Руди удовлетворённо подкинул в своей руке окровавленный меч, заточка ему понравилась.

— Извини, — сказал он Спасу, стараясь говорить громче, чем кричал покалеченный, — но иначе они ещё долго не примут ситуацию всерьёз.

Все остальные присутствующие в комнате тоже заголосили, возмущаясь произошедшим, но довольно осторожно, чтобы не вызвать фокус внимания на себя. Двое даже кинулись помогать раненому, попытались как-то заткнуть рану или перевязать обрубок, но получалось у них плохо.

— Так что вам говорила Лика? — крикнул Спас.

Руди уже был рядом с ним и обратился к остальной группе, которая стояла у Спаса за спиной:

— Вам лучше выйти, — сказал он, — Спас хочет всё сделать сам, дадим ему такую возможность. А я его подстрахую, на всякий случай. Мало ли что, их же всё-таки семеро.

— Нам нужна информация! — напомнила Лиана.

— Не волнуйся, я лично займусь этим. Не думаю, что будет сложно их разговорить. Посмотри, они же уже обделались! Ваня напугал их своим розовым платьем! — сказал Руди.

— Чёрт! — воскликнул Ваня, — я даже забыл уже что на мне одето, настолько привык! — и он принялся сдирать с себя розовые тряпки.

— Давай ты будешь обнажаться не здесь, — затараторил Руди, подталкивая всех к выходу из комнаты, — а то мы никого допросить не успеем, они передохнут от ужаса.

Вытолкав за дверь всех кроме Спаса, Руди закрыл массивные створки и повернулся к ошалевшим «элитариям». Те уже успели притихнуть и только нервно перешёптывались. Самый отчаянный подобрался поближе к стене, думая, что его никто не видит, и снял оттуда палку с шипастым шариком на конце. Но поймав недоумённый взгляд Руди, тут же бросил её на пол.

— Так что вам сказала Лика перед смертью? — повторил Спас свой вопрос.

— Мы не понимаем, о ком ты говоришь! — играя возмущение, сказал один из насильников.

Спас с пониманием кивнул, подошёл к стене и снял большой топор с изогнутыми лезвиями смотрящими в обе стороны.

— Знаете, как эта штука называется? — спросил он присутствующих, — я вот не знаю, но мне и не интересно. Я только надеюсь, что она окажется тупой, чтобы, когда я вас буду рубить, вы испытывали больше боли.

Никто ему не ответил, поэтому после паузы отозвался Руди.

— Хороший выбор, одобряю! — сказал он, — вот только боюсь что эта штука острая. За чем, за чем, а за оружием они тут следят. Смотри, как оно блестит, на нём нет пыли и заточено по всем правилам. Конечно, они не сами это делают, но всё равно, вызывает уважение. Ты прав, нам просто повезло, что мы застали их именно здесь. Не иначе как сама судьба всё устроила таким чудесным образом! У меня тоже чешутся руки попробовать разные экзотические штуки в деле.

— Так что вам сказала Лика? — повторил Спас свой вопрос.

— Она умоляла о пощаде, — поняв, что отпираться бессмысленно, крикнул один из насильников.

— Так почему же вы её не пощадили? — всплеснул руками Руди, — раз она вас умоляла?

Никто не ответил на этот вопрос.

— Я вам напомню, — сказал Спас, — она сказала: «За меня отомстят! Вы все сдохнете! Вам отрубят руки и ноги, и вы будете лежать, истекая кровью, пока не умрёте, но никому не будет дела до ваших поганых трупов! Вы обречены!». Ну что, вспомнили?

И ему тоже никто не ответил. Присутствующие чувствовали, что дело принимает скверный оборот и не знали что делать. Каждый боялся открыть рот, опасаясь привлекать к себе внимания и надеясь, что вдруг накажут кого-нибудь другого из их компании, а его это обойдёт стороной.

— Вот ты! — Спас ткнул пальцем в одного из насильников, — ты возмущался, что она не копает яму, в которой вы собирались её зарыть. Говорил, что это ей больше надо, пусть она и копает. Вот с тебя урода я, пожалуй, и начну.

— Правильно! — радостно сказал Руди, — хватит сопли жевать!

Когда двери перед ними закрылись, все немного растерянно попереглядывались, пребывая в лёгкой растерянности. Лиана поняла, что людей нужно чем-то срочно занять.

— Давайте обследуем это место, — сказала она, — разбейтесь на две группы. Ваня, ты возьми Резвую и Деревяшку, а ты, Игорь, Женю и Серафима. Осмотрите тут всё. Прислугу если встретите не убивайте без необходимости. Мы с Ари останемся здесь, на подстраховке. Возражения есть?

Возражений не было и две небольшие группы быстро исчезли в коридорах. Лиана устало вздохнула и села на пол, привалившись к стене. Из-за двери доносились приглушённые голоса, но слов разобрать было нельзя, звукоизоляция была неплохой.

— Ты считаешь что это правильно? — спросила Ари, после того как они посидели некоторое время прислушиваясь.

— Не знаю, — пожала плечами Лиана, — трудно сказать. Не всегда всё делится на чёрное и белое.

— Мне кажется, что это лишнее, — с лёгким осуждением в голосе сказала Ари, — я понимаю, наказать. Даже убить! Но зачем издеваться? Мне кажется, что это перебор!

— А что, если смерть слишком лёгкий выход для некоторых? Это как уход от ответственности. Ну убили мы этих упырей, и что? Они даже ничего не поняли. Думаешь, это справедливое возмездие для них? — спросила Лиана.

— Даже если нет, то разве делая с ними всякие ужасные вещи, мы не разрушаем себя? Не становимся с ними в один ряд? — спросила Ари.

— Нет, — уверенно сказала Лиана, — даже мысли такой не допускай! Одно и то же действие можно по-разному оценивать, в зависимости от задачи, которую оно решает. Спас рассказал что они натворили… даже нет, не так, они это постоянно творили. Но они это делали для удовольствия, для наслаждения собственной властью и безнаказанностью. Делали, потому что могли и знали что им за это ничего не будет. А мы несём им возмездие за их поступки. Мы не получаем от этого удовольствие, не наслаждаемся… для нас это неприятная, но необходимая работа. Но эти твари должны испытать перед смертью сверхъестественный ужас! Их должно пробрать до глубины души!

— И ты думаешь, что у них получится его испытать? Ну, что-то кроме банального страха смерти и боли? А что если они настолько мёртвые внутри, что не смогут этого даже осознать? — сказала Ари.

— Не смотря на сложную жизнь, которая тебе досталась, — сказала Лиана, — у тебя не сбился моральный компас. Ты понимаешь, где добро, а где зло. Это хорошо. Но твоя ошибка в том, что ты и их судишь по этой же, нормальной человеческой морали. А знаешь, как они это воспринимают?

— Как? — удивлённо спросила Ари.

— Как слабость! — сказала Лиана, — они считают, что человеческая мораль это удел слабых людей, над которыми они вознеслись в своём величии. И если ты будешь судить их с этих позиций, они только посмеются над тобой. Нет, к ним нужно применять их, искажённую мораль! Они должны сами оказаться на месте своих жертв, чтобы осознать что тем довелось пережить. Иначе, они ничего не прочувствуют! Но сами мы эту их мораль не разделяем, а просто применяем как возмездие. В этом всё дело!

Из-за двери раздался истошный вопль и Арина вздрогнула.

— Ты не всё знаешь, — сказала Лиана, — или не совсем всё… видишь ли, у Спаса есть определённый дар… ну или проклятье, это с какой стороны посмотреть. Он иногда получает инсайты и видит умерших людей. Видит их смерть и даже переживает её. Он видел, что они сделали с одной из девочек, но не единственной в их послужном списке. Находясь в отчаянии, девушка сыпала на них угрозы. Довольно резкие и невыполнимые. Она сказала, что за неё отомстят и им всем поотрубают конечности, и они умрут от потери крови. Это было наивно, глупо и очень беспомощно. Но это единственное что она могла делать в тот момент, бросаться словами, за которыми ничего не стояло. Поверили они ей, как думаешь?

— Разумеется, нет! — сказала Арина.

— А теперь представь их ужас, когда приходит человек, и не один, и говорит что пришёл реализовать её угрозу! Не просто отомстить за неё, а сделать то, что она им обещала! И этот человек не просто это им говорит, а ещё и делает. Молить его о пощаде бессмысленно! Он непреклонен! Испытают они сверхъестественный ужас, от этой необъяснимой и невозможной по их соображению мести? — спросила Лиана.

— Ну, в таком ключе, вполне возможно, — сказала Ари.

— Именно поэтому ребята не будут торопиться. Спас с Руди будут делать это медленно, чтобы те жили как можно дольше и умирали в муках. Но главное, что они должны умирать с чувством ужаса, от настигшего их с того света возмездия! — сказала Лиана.

— А не лучше ли их оставить жить в этом ужасе? — предположила Ари.

— Нет, — просто сказала Лиана, — такие жить не должны, их нужно вычёркивать из числа живых без права на помилование. Ужас со временем притупится, и они опять возьмутся за старое. В первый же раз удалось выскочить, значит можно и дальше этим заниматься. Это только ухудшит ситуацию. Ну и генофонд человечества засорять всякими отбросами не нужно.

— А если у них уже есть дети? — осторожно спросила Ари.

— Если есть, пусть живут, — сказала Лиана, — с детьми мы не воюем и не мстим им за грехи родителей. Но если пойдут по стопам отцов, то мы и за ними придём. А если не мы, то другие, такие же как мы. И тогда им несдобровать!

— Получается, что вы взяли на себя роль судей? — сказала Арина, — а что если вы ошибаетесь?

— В чём? В том, что убийцы и насильники заслужили возмездие? — удивилась Лиана.

— Просто, если брать на себя роль судьи, если начинать решать, кому жить, а кому умереть, то ведь можно и заиграться! И получится, что и вас нужно будет наказывать, разве нет? — сказала Арина и смело взглянула в глаза Лиане.

— Рассуждаешь правильно, но только в теории. На практике же всё несколько по-другому. Вот смотри, вся наша жизнь, это борьба за существование. Это конкуренция. И если ты отказываешься от борьбы, то побеждают они. И в мире царит насилие, несправедливость и беззаконие. Точнее законы есть, но только для всех тех, кто внизу. Здесь, наверху, законы не работают, они тут только придумываются. И эти уроды захватили целую планету, сотни лет угнетают местное население, которого там очень много. По их вине погибли миллионы человек, миллионы не родились, а те кто родился, были обречены на постоянную борьбу за выживание. Это нормально? — спросила Лиана.

— Нет, конечно! — вытаращила на неё глаза Арина.

— Но они решили, что вправе это делать. Кто дал им право судить и решать? — спросила Лиана.

— Не знаю, — неуверенно сказала Арина, — такой порядок вещей, видимо, сложился…

— Да, сложился. Но мы не хотим это терпеть. И да, если ты ставишь вопрос именно так, то мы взяли на себя право их судить! А не ждать каких-то абстрактных судей, которые должны появиться и всё решить. Никто не придёт, не появится и не решит! Только мы, своими собственными руками, можем всё исправить! — сказала Лиана.

— Но где рамки? Где грань, чтобы не стать такими же как они? — спросила Ари.

— Совесть, это единственная грань, — сказала Лиана, — это кажется очень простым, но это самое сложное: жить по совести.

— И как, получается? — спросила Ари.

— Нет! — просто ответила Лиана, — но мы стараемся. Без ошибок не обходится. И если ты думаешь, что мы хотим всем этим заниматься, то нет, ты ошибаешься. Мы бы хотели жить спокойно где-нибудь на отшибе, в горах, и ни о чём не думать. И у нас со Спасом даже есть где! Мы просто мечтаем туда вернуться, залезть в свою нору и никуда не выходить пару лет… но не можем себе это позволить. Потому что, если мы не будем делать то что делаем, вполне возможно, что сделать это будет некому. Мы многое можем, и грех это не использовать. К тому же, мы собрали вокруг себя много людей, которые поверили в нашу борьбу и присоединились. Как мы можем всё бросить и подвести их? Мы так далеко зашли, что бросать всё сейчас было бы очень обидно.

— Я тебе верю, — сказала Ари, — у меня никогда не было чувства, что вы делаете что-то не то. Ну, кроме вот этого момента, — она кивнула на большие двери, — но мне было интересно, как ты всё это объяснишь мне словами. Ты меня успокоила. Хотя, конечно, находясь рядом с вами, я иногда ловлю себя на мысли, что не верю в происходящее. Я как будто во сне и вот-вот проснусь. Потом поморгаю, ущипну себя и вдруг осознаю, что всё это на самом деле… и вот тогда меня прошибает пот и накатывает волна ужаса… но не надолго. Потом быстро отпускает. Периодически такие приступы случаются.

— Как тебе Серафим? — неожиданно спросила Лиана.

— Нормально, — пожала плечами Ари, — видимо я ему нравлюсь, и он пытается обо мне заботиться… я ему благодарна.

— Но страстью не пылаешь, да? — улыбнулась Лиана.

— Пока нет, но и обижать его не хочу, — сказала Ари.

— Правильно. Вот вернёмся на планету, там будете разбираться. Тут, может быть, экстремальная ситуация накладывает свой отпечаток. Но ты главное лишнего ему не обещай и сверх меры не обнадёживай, чтобы потом не оказаться в сложной ситуации, — сказала Лиана.

— Лиана, — улыбнулась Ари, — спасибо за совет, но ты, видимо, забыла кем я всю жизнь работала. Общение с мужчинами, это моя специализация. И это не значит, что я должна дурить голову и обманывать. Просто я их хорошо чувствую и умею быть деликатной.

— Действительно, кого я учу! — рассмеялась Лиана.

Они некоторое время сидели молча, слушая истошные крики из-за дверей, которые то немного стихали, то начинались с новой силой.

— Только бы не забыли их там допросить, — задумчиво сказала Лиана, — если забудут, я сама их на куски порублю… — и, увидев испуганный взгляд Ари, добавила, — морально! Только морально! Спас мне слишком дорог, а с Руди я банально не справлюсь, так что не переживай!

— Да нет, но ты это так сказала, что я на секунду даже поверила, — выдохнула Ари и улыбнулась. Но тут же спохватилась и сделала серьёзное лицо, — так странно сидеть и улыбаться, когда в нескольких метрах люди умирают в муках! — сказала она.

— Нет, всё нормально, — Лиана специально ей улыбнулась в ответ, — твоя ошибка в том, что ты считаешь их людьми. А это не так. Это даже не звери. Это просто выродки, от которых нужно очистить нашу цивилизацию. Это как выбросить мусор, который лежит и пахнет. Воздух становится после этого чище и свежее, так почему бы не улыбнуться?

Ари попробовала улыбнуться, но улыбка вышла кислой и она перестала пытаться.

Через некоторое время начали возвращаться группы, посланные на разведку. Первыми пришли Ваня, Резвая и Деревяшка.

— Что интересного скажете? — спросила Лиана.

— Мы нашли кухню и столовую, — сказал Ваня, — я Деревяшку оттуда еле утащил! Но ведь лучше мы все вместе поедим, верно?

— Да, но мог бы и не утаскивать малыша, — сказала Лиана, — мы знаем какой у него зверский аппетит. Людей не встречали?

— Нет, — ответил Ваня, — пусто как в бочке. Хотя, недавнее присутствие тут ощущается. Как будто недавно всех отсюда собрали и отправили в отпуск. Персонал тут был немногочисленный, но был. А сейчас никого.

— Наверное, у них тут всё-таки объявили тревогу и какое-нибудь чрезвычайное положение. Надеюсь, что Руди выяснит там у этих что-нибудь, прежде чем убить, — сказала Лиана.

Вскоре пришла группа Игоря. Они тоже никого не встретили. Из интересного они нашли спальни, и бассейн с сауной.

— Будет где отдохнуть немного, если время позволит, — сказал Игорь.

— Есть у нас время или нет, мы узнаем, только когда они там закончат, — вздохнула Лиана, — впрочем, можете не ждать. Идите на кухню, поешьте. Я одна тут посижу, покараулю. Ни к чему себя голодом морить и время терять. Ваня покажет где.

Все очень обрадовались этому предложению и быстро ушли, оставив Лиану в одиночестве. На крики из-за двери внимания никто не обращал, были дела и поважнее.

Лиана сидела, думала, слушала крики и постепенно начала проваливаться в сон. И во сне ей снилось, что она спит. Но спит не на полу где-то в недрах орбитальной станции, а у себя в пещере, в своей родной кровати, в которой она провела не один десяток лет. Технически это была, естественно, не одна и та же кровать. Время от времени в ней что-то приходилось менять. Но, тем не менее, место было… намоленное что ли… или лучше сказать наспатое! И об этом она размышляла, находясь в двойном сне, как в матрёшке. Потом ей стало сниться, как она в первый раз привела туда Спаса… ну как привела, точнее сказать это он её принёс туда на себе после укуса змеи… как же давно это было, как будто в другой жизни…

Как бы крепко она ни спала, как бы беззвучно ни открывалась дверь, но Лиана открыла глаза, как только та стронулась с места. За дверью обнаружились две фигуры. Это были именно фигуры, потому что они были настолько обильно облиты красным, что только белки глаз блестели, а всё остальное было покрыто толстым слоем чужой крови.

Из комнаты, откуда вышли эти фигуры, раздавались вялые приглушённые стоны. Тем кто их издавал, осталось уже недолго.

— Выяснили что-нибудь? — первым делом спросила Лиана.

Одна из фигур, которая была Руди, подняла в своей руке отрубленную кисть чужой руки и посмотрела на одетые на неё часы.

— У нас четыре с лишним часа в запасе, — сказал Руди, — а потом нам желательно поучаствовать в сходке, где все шишки соберутся, чтобы решить, что с нами делать. Думаю, стоит упросить им задачу и посетить это мероприятие лично!

— Руди, ну неужели часы нельзя было снять с руки? — поморщилась Лиана.

— Ничего ты не понимаешьв юморе расчленителей, да Спас? — обратился он к своему напарнику.

Но тот видимо тоже этого юмора не понимал и не разделял, потому что никак на это не отреагировал, а сделал шаг вперёд и сказал Лиане:

— Нам бы помыться!

— Где-то тут есть бассейн, — сказала Лиана, — пойдём, поищем!

Глава 8

Спас и Руди сидели на краю бассейна, обернувшись по пояс полотенцами, и болтали ногами в красной от крови воде. В сауне сушилась их одежда, которую они прополоскали, но полностью отстирать от крови, естественно, не смогли.

Остальные валялись на стоящих вокруг шезлонгах, под сенью пальм и других тропических растений, которые окружали бассейн.

Все уже давно собрались здесь, еду тоже притащили сюда, чтобы не бегать. Кто-то дремал, кто-то тихонько переговаривался… в общем, все отдыхали.

Прошло уже полтора часа из четырёх, которые оставались до большого собрания дирекции. Туда, конечно, ещё нужно было добраться, но учитывая чёрную капсулу стоящую внизу, сделать это можно будет очень быстро.

Для руководства станции, в самом деле, была объявлена тревога. Правда, на их жизни это почти никак не отразилось, кроме того что им пришлось отправить прислугу по домам и сидеть придумывать предложения по устранению неожиданно возникшей угрозы.

Они ещё от энергетического кризиса не отошли, а тут неожиданная атака группы диверсантов, о которых крайне мало известно, но которым удаётся выпутаться из самых сложных ситуаций. И каждое следующее их появление происходит во всё более и более чувствительном месте.

Да, руководство не зря всполошилось, они сумели сложить два и два, и понять, что эти люди идут именно по их душу!

— Хорошие руки, — сказал Спас, поглядывая на протезы Руди.

— Да! — тот поднял их на уровень глаз и повращал кистями, — отличная работа, ребята своё дело знают! Лучше чем настоящие! Я серьёзно говорю, отклик на приказ мозга быстрее чем у родных, я ещё не успеваю подумать, а они уже делают!

— Руди, ты неисправимый оптимист! — с грустной улыбкой сказал Спас, — мы только что изрубили на куски семь человек, а ты радуешься жизни, как ни в чём не бывало!

— Это уже в прошлом! Открою тебе маленький секрет, один из главных в ремесле убийц. Рефлексия ведёт к смерти. Либо не нужно делать что-то, если это нарушает твою тонкую душевную организацию. Либо если уж делаешь, то переживать об этом запрещено! Это будет разрушать тебя изнутри и в самый неподходящий момент ты дрогнешь, дашь слабину и погибнешь! Поверь, это правило написано кровью и жизнями тысяч прошедших через эту школу человек, — сказал Руди.

— Это вещь очевидная, но не всегда легко выполнимая, — вздохнул Спас.

— Жалеешь о том что сделал? — внимательно взглянул на него Руди.

— Ни в коем случае! — быстро сказал Спас, — это было необходимо! Пусть даже, ни для кого это ничего не меняет, но сделать это нужно было обязательно!

— Кстати, Ли, — Руди повернулся к лежащей на одном из шезлонгов с закрытыми глазами Лиане, — забыл сказать. Эти мёртвые представители местной власти успели сообщить нам кое-что ещё.

Лиана нехотя открыла глаза и повернула голову к Руди.

— Говори! — сказала она.

— Например, что охрана вокруг зала заседаний всегда присутствует, но из оружия у них только парализаторы. Видимо власть имущие боятся, что оружие может быть повёрнуто против них, но и совсем безоружными их оставлять тоже глупо. Вот и нашли такой компромисс. Вообще, такие сходки у них проходят крайне редко. Практически никогда! Обычно собираются частями, вызывают разных профильных руководителей, чтобы решить определённые вопросы. А тут такая удача для нас, большая сходка! Не нужно будет их отлавливать по всей станции! — сказал Руди.

— Это частичная удача, — сказала Лиана, — потому что во многом мы сами спровоцировали это собрание. Они же из-за нас это мероприятие организовывают. Но удача в том, что у нас есть шанс на это самое собрание попасть. Мы легко могли его пропустить, и потом да, пришлось бы их вылавливать. Но мы вряд ли стали бы этим заниматься. Нашли бы только самых главных и прикончили их, а остальным бы тогда повезло.

— Но им не повезло! — радостно сказал Руди, — ещё они описали зал, где эти собрания проходят. Это круглая аудитория, с повышающимися рядами сидений. Как воронка. Четыре входа с разных сторон и всё. Нужно их блокировать и тогда они окажутся там заперты. У нас ещё осталось несколько гранат трофейных, могут сгодиться, потому что там будет под три сотни человек. Вручную их мочить все руки отмахаешь!

— Три сотни? — Ваня даже привстал, — это много! Они даже безоружные могут нас массой задавить!

— Могут, если одновременно на нас бросятся и мы дадим им такую возможность. Но они наверняка будут трусить, как и те, которые здесь были. И надеяться, что всё само собой завершится хорошо. Да и мы не будем подставляться. Я бы их просто взорвал там, если бы было чем! Но, увы! Несколько гранат полностью проблему не решат, но могут проредить ряды. Всё меньше работы останется! — сказал Руди.

— Я думал, ты такую работу любишь! — удивился Ваня.

— Люблю, но когда её слишком много она становится монотонной и пропадает вкус! Всё хорошо в меру. Убивать сотни человек вручную никакого удовольствия. Тем более, что сегодня я свою жажду крови уже удовлетворил, и хотелось бы всё сделать по-быстрому, без рассусоливания, — сказал Руди.

— Как интересно вы рассуждаете о массовом убийстве людей! — вздохнула Ари.

— Они не люди, — не открывая глаз, проговорила Лиана, которая опять пыталась задремать, но они ей мешали, — не забывай об этом!

— Верно! — подхватил Руди, — врага нужно расчеловечивать, тогда легче будет. Тем более, что есть за что. Повторю ещё раз то, что только что говорил Спасу: боритесь с рефлексией, она ваш главный враг! Мы уже здесь и должны сделать то, за чем пришли. Всё остальное ненужная лирика.

— Давайте помолчим, — сонно сказала Лиана и повернулась на бок, — Руди, если ты такой бодрый, ты дежуришь. Остальные поспите кто сможет, кто знает когда у нас в следующий раз будет такая возможность!

— Слушаюсь, командир! — сказал Руди без всякой иронии.

И в помещении бассейна, в самом деле, наступила тишина. Они смело могли проспать полтора часа, и только потом начать собираться на бойню.

Разбудил всех, как ни странно, Деревяшка, который начал оживлённо ходить вокруг бассейна и что-то бормотать. Что он говорил разобрать никто не смог, но вполне возможно, что его чувство времени подсказало что уже пора.

Им и в самом деле, уже было пора собираться. Одежда в сауне высохла, так что Руди и Спас напялили на себя тёплые вещи не без удовольствия.

— Последний шанс отказаться идти с нами, — сказала Лиана Ари, — предприятие опасное!

— И что я буду делать? — удивилась Ари её словам, — останусь здесь, в компании расчленённых хозяев? Или буду бродить по станции, без дома, без дела, без средств к существованию? Тогда бы я лучше у себя осталась! Не для того сорвалась с привычного места, чтобы сойти на полпути!

— Ну, как знаешь! — улыбнулась Лиана, — это я так, на всякий случай, если ты вдруг передумала, но не знаешь как об этом сказать.

Услышав их разговор Серафим подошёл поближе, с желанием поддержать предложение Лианы, но услышав что ответила Ари, промолчал и не стал вмешиваться.

— Я вот что думаю, — сказал Руди, — хорошо бы нам немного опоздать на это мероприятие!

— Почему? — удивился Игорь, — что нам это даст?

— Это даст им возможность всем забиться в зал заседаний, оставив охрану снаружи. Если мы начнём заварушку раньше, то часть может успеть разбежаться. Быстро мы их там всех не упокоим, время понадобится! — сказал Руди.

— Как бы нас самих там не упокоили! — покачала головой Женя.

— Думаю, что ты прав. Но опаздывать будем не сильно, мы же не знаем какие у них там правила по поводу опоздавших и что в таких случаях делает охрана. Нужно будет приехать чуть позже, чем впритык, — сказала Лиана.

Уже перед тем как выходить, Руди куда-то пропал, но вскоре вернулся. Оказалось, что он наведывался в ту комнату, где они со Спасом учинили расправу. За спиной у него крест накрест были закреплены два коротких меча. Рукояти торчали над плечами, чтобы удобно было вытаскивать их из ножен.

На вопросительный взгляд Лианы он ответил:

— Не отпускала меня та комната с восхитительной коллекцией. Так и манила взять какой-нибудь трофей себе на память. Вот этих малышек выбрал! Кто знает, как дело пойдёт, вдруг опять ручная работа понадобится?

— Как там? — спросил его Спас.

— Если ты имеешь ввиду, все ли сдохли, то могу тебя успокоить. Все мертвы мервёхоньки, лежат там же, где мы их и оставили. Никто никуда не уполз… ну они и не могли так-то. И никто туда не наведывался. Всё тихо и спокойно.

— Может нам поискать тут одежду? — вдруг пришла Спасу мысль, — чтобы не выделяться из толпы. Может быть, на первое время за своих сойдём?

— Я платье больше не надену! — серьёзно сказал Ваня.

— Ну почему платье? — удивился Спас, — хотя… на тебя, конечно, подобрать одежду будет трудно.

— Сомневаюсь, что это понадобится, — сказал Руди, — сегодня наша тактика это стремительный натиск, маскировка в таких случаях не нужна. Лучше остаться в своём, привычном.

— Разумно, — согласился с ним Спас.

— Подойдите все ко мне, — сказала Лиана, — перед тем как мы отправимся в путь, я бы хотела сказать вам несколько слов.

Все собрались в кучу и встали перед ней полукругом.

— Излагай, — кивнул Руди, — мы внемлем!

— Если всё пройдёт как запланировано, то нам сейчас, буквально через считанные минуты, предстоит решающая битва. Нам нужно будет сделать то, зачем мы сюда прибыли. Мы не знаем, легко это будет или сложно. Но, как бы оно ни было, после этого нужно будет отсюда убираться, — сказала Лиана.

— Какой план отступления? — поинтересовался Руди.

— Плана никакого нет, — сказала Лиана, — план это вернуться к Призраку, но как это сделать мы даже не представляем. Так что, как всегда, придётся импровизировать. Поэтому, каждый должен быть готов к тому, что мы можем рассеяться, и выбираться ему придётся самостоятельно.

— Можно предложение? — спросила Резвая.

— Давай, только быстро, — кивнула Лиана.

— Когда мы разделились на две группы, то наша познакомилась тут с парой человек, и я тех кто не был с нами, прошу запомнить одно имя: Жирдяй. Он один из представителей местной подпольной группы, действующей нелегально, — сказала Резвая.

— Точнее, представитель одной из групп, потому что их тут несколько, и они конкурируют, — вставил Игорь.

— Ну да, — кивнул Резвая, — так вот, если кто потеряется и совершенно отобьётся от коллектива, постарайтесь его найти. Понимаю, что это соломинка, но хоть что-то. С ним вполне возможно договориться о помощи, если будет что предложить взамен.

— Я даже знаю, что он попросит у женщин, — передёрнула плечами Женя.

— Не самый плохой вариант, — поняла её намёк Арина.

— Ты просто не представляешь, о чём говоришь, — скептически покачала головой Женя.

— Нет, представляю, — усмехнулась Ари, — поверь, кто бы там ни был, меня этим вряд ли удивишь.

— Это не понадобится, — влез в разговор Серафим, — и всегда можно придумать, что ещё предложить, даже если такая ситуация сложится.

— Поверь, если мы будем в сложной ситуации, для меня не будет проблемой расплатиться. Хоть какую-то пользу принесу. И не нужно думать обо мне слишком хорошо и идеализировать. Я та кто я есть, и много лет занималась тем, чем занималась. И если вопрос будет в выживании кого-то из нас, то это будет невеликая плата, — холодно сказала Ари.

— Стоп! — остановила их спор Лиана, — это, скорее всего, не понадобится, но мы запомнили имя: Жирдяй. Больше это не обсуждаем. Вопрос в другом, я хотела сказать что всем вместе уйти, возможно, будет проблематично. Своих не бросаем, но малыми группами действовать мы вполне можем. Держитесь друг друга. Надеюсь, что все выживут и сумеют выбраться.

— Ты слишком сгустила краски, — сказал Руди, — всё будет хорошо. Мы придём туда, разнесём всё в пух и прах и на комфортабельной капсуле умчимся в сторону экватора, где нас ждёт Призрак.

— Хорошо, если так, — вздохнула Лиана, — если все готовы, тогда в путь!

Сон и еда позволили восстановить силы, так что к капсуле они пошли в приподнятом настроении, постепенно возбуждаясь от предстоящей битвы. А то, что битва будет, никто не сомневался. Версия предстоящих событий в изложении Руди представлялась маловероятной, однако в конечном успехе миссии никто не сомневался.

Капсула стояла на месте, там, где они её оставили, с приветливо распахнутой дверью. Они зашли внутрь и расселись по местам.

— Ну что, за «зал заседаний»? — спросил Ваня, подходя к панели управления.

— Туда, туда, — сказал Руди, — ох повеселимся!

— Не навеселился? — повернулась к нему Женя.

— Неа! — бодро сказал Руди, — я же до этой весёлой поездки на орбиту без рук был, поэтому веселье часто проходило мимо меня!

— Да, особенно на заводе сибаритов, — поддела его Лиана, — вот где всё мимо-то прошло!

— Так это когда было-то? — вытаращил глаза Руди, — я уже про это и забыл совсем!

Дверь капсулы плавно задвинулась, и они мягко тронулись с места.

Поездка заняла всего минут пять. Капсула прибыла на очередную маленькую индивидуальную станцию. Только на этой станции, в отличие от предыдущих, было большое зеркало. Наверное, чтобы можно было привести себя в порядок, перед выходом в свет. А может быть просто элемент дизайна, кто знает?

Выходя из капсулы они отразились в зеркале все разом, и невольно остановились, глядя на свою очень разношёрстную команду. Особо выделялся Деревяшка, но не только. Ваня притягивал взгляд своими размерами. Ари своей аккуратностью и некоторой утончённостью. Она тоже смотрелась в этой группе инородно. Остальные выглядели просто помятыми и потрёпанными. Но в целом их группа выглядела опасной. Это было трудно объяснить, но чувствовалась в них какая-то отчаянность. Было понятно, что они на многое способны, и мало что может их остановить. Спокойная уверенность сочеталась с готовностью пойти на крайние меры.

— Красавцы! — сказал Руди, — сфотографироваться бы на память, да нечем!

— Ладно, пора за дело, — сказал Игорь, — я пойду первый, разведаю обстановку.

— Почему ты? — удивилась Лиана, — я сама собиралась.

— В дирекции есть женщины? — спросил Игорь.

— Понятия не имею! — сказал Лиана.

— А вдруг нет? — спросил Игорь.

— Мысль твою поняла, иди! — кивнула Лиана.

Игорь пошёл к единственному выходу со станции, двери которого приветственно раздвинулись при его приближении. Он осторожно заглянул в дверной проём и обернулся к остальным.

— Тут ещё одна комната, думаю можно ждать здесь!

Комната была специально оборудована для ожидания. Мягкая удобная мебель, низкие столики рядом, письменный стол с компьютерным терминалом в углу. Но садиться они не стали, не время было расслабляться. Наоборот, нужно было держать себя в тонусе.

Следующая дверь, ведущая из этой комнаты дальше, была заперта. На ней находился чёрный квадратик сенсора и больше ничего.

— Что-то мне подсказывает, что дверь открывается при помощи отпечатка пальца, — сказал Игорь.

— Лиана, это всё из-за тебя! — воскликнул Руди.

— Что из-за меня? — удивилась она.

— Я хотел прихватить с собой часы вместе с отрубленной кистью, но ты отнеслась к этому негативно. Пришлось её выбросить. А взял бы, сейчас без проблем открыли бы дверь! — сказал Руди.

— А ты точно не взял? — внимательно посмотрел на него Игорь, ожидая, что тот сейчас достанет кисть из своего рюкзака.

— Нет! — всплеснул руками Руди.

— Ну что, тогда придётся действовать при помощи грубой силы? — спросил Ваня, и, получив молчаливое согласие от остальных, встал напротив двери, повращал плечом, разминая его, разбежался немного и высади дверь.

Несмотря на хитрый замок, сама дверь оказалась не такой уж и прочной. Место с запорным механизмом от мощного удара вырвало из полотна двери, и она распахнулась настежь.

В дверном проёме они увидели множество удивленных лиц, повернувшихся на звук удара. Все эти люди были в военной форме и вооружены.

— Поехали! — воскликнул Руди, молниеносно выхватил оба меча и бросился вперёд.

Глава 9

Никто не стал ждать пока Руди там один всё закончит. Все бросились следом за ним, слегка потолкавшись в дверном проёме.

Солдат оказалось не так много как показалось сначала, они просто стояли группой как раз в этом месте, напротив входа. Просто совпадение.

Короткая перестрелка и скоростная работа Руди мечами быстро выкосили основную массу находящихся поблизости, но, как оказалось, не это главная проблема.

Да, группы солдат стояли и дальше вдоль изгибающейся стены коридора, которая в то же время представляла собой стену круглого зала заседаний. Но, как только началась схватка, кто-то врубил сигнал тревоги, весь коридор замигал красным светом и наполнился оглушающим рёвом серены.

Примечательно было то, что остальные военные, находящиеся поодаль, не бросились на помощь своим сослуживцам, а стали нырять в дверные проемы, шедшие по внешней стене коридора. В такие же как тот, через который Руди с остальными сюда ворвались. Все как будто торопились отсюда убраться побыстрее.

— Все назад! — крикнула Лиана, первой почувствовав неладное.

— Отходим! — проорал Игорь, который тоже видел нелогичность происходящего.

В такой ситуации было лучше отступить, чем лезть дальше напролом.

В дискуссии никто вступать не стал, как и уточнять, что именно происходит. Добивая оставшихся пока в живых солдат, они быстро стали перетекать обратно в комнату. Всё произошло так стремительно, что сопротивления они практически никакого не встретили.

Все кроме Руди забежали внутрь, в комнату ожидания, а он вдруг остановился в дверях и, повернувшись к полю боя, злобно выругался.

— Что такое? — подбежала к нему Лиана.

— Смотри! — Руди ткнул окровавленным мечом в сторону противоположной стены коридора.

Это было заметно не сразу, но если сфокусировать на этом внимание, становилось понятно что стена ползёт вверх.

— Что происходит? — спросил Игорь, который тоже уже был рядом с ними.

— Готов поставить свои новые руки на то, что это эвакуация! — с досадой в голосе сказал Руди, — они отваливают вместе со своим грёбанным залом заседаний!

— Куда отваливают? — удивился показавшийся в дверях Ваня.

— Если б я знал! — сказал Руди и плюнул на пол, — если б я знал!

— Думаю, нам лучше отсюда уйти, — сказала Лиана, — не зря же охрана разбежалась, как только завыла сирена.

— Идите, я хочу посмотреть чем всё закончится, — сказал Руди.

Это было совершенно неразумно, но никто не сдвинулся с места. Напротив, те кто был внутри, стали выходить и вставать рядом, хотя они слышали разговор.

Стена продолжала ползти вверх.

Где-то у них под ногами раздался стон, один из охранников оказался жив и перекатился на спину, тяжело дыша. Руди присел рядом с ним.

— Что происходит? Почему стена ползёт вверх? Почему ревёт сирена? Почему все разбежались? — спросил Руди.

— Я не знаю, — прохрипел охранник.

— Не знаешь что? — Руди склонил голову на бок.

— Ничего не знаю, — всё так же хрипло и тяжело дыша ответил охранник.

— А остальные, похоже, что-то знали, раз бросились наутёк, едва завыла сирена! — сказал Руди.

— Про сирену нас проинструктировали, что если она включится, то в коридоре оставаться смертельно опасно и нужно срочно отсюда уходить. Но почему не объяснили, — сказал охранник.

— Ты совершенно бесполезен, — вздохнул Руди и встал, оставив раненого умирать естественным путём.

Наконец ползущая вверх стена закончилась. Показался её нижний край, который поднялся до потолка и пошёл дальше. Перед ними открылась очень большая круглая пропасть, окружённая коридором. Цилиндр зала заседания уполз вверх.

Они все вместе не спеша подошли к краю и посмотрели сначала вниз, где образовалась цилиндрическая яма с железными стенами. Потом посмотрели вверх, на «дно» зала заседаний. В нем были технологические отверстия, закрытые в этот момент. Но структура и расположение у них была сложной, что намекало на какую-то хитрую систему непонятного назначения.

«Дно» уезжало всё выше и выше, пока под ним, совершенно неожиданно, не закрылась огромная диафрагма из больших стальных лепестков.

— Всё! — сказал Руди, — уехали! — и он смачно плюнул в оставшуюся от зала заседаний яму.

— И нам пора! — сказала Лиана, — тут ждать нам нечего, кроме смерти. Быстрее в капсулу! — и она бегом бросилась назад. Все последовали за ней.

Тут оставаться было бессмысленно и очень опасно. Теперь местные знали что они здесь. Раз уж они упустили дирекцию, нужно было и самим срочно поменять место положения.

Лиана опасалась что капсула окажется заблокированной, или линия обесточенной, но всё, к счастью, работало.

— Куда? — крикнул Ваня, подбегая к панели управления.

— Без разницы, — ответила Лиана, — лишь бы убраться отсюда. Думать и строить планы будем потом.

Ваня ткнул пальцем в экран, дверь закрылась и капсула поехала.

— Куда ты везёшь нас, рулевой? — спросил Руди через минуту пути.

— На станцию «панорама», — сказал Ваня.

— Почему туда? — удивился Руди.

— Интуитивный выбор, — пожал плечами Ваня, — можем переиграть, если есть другие идеи.

— Мне всё равно, — поднял руки Руди, — панорама, так панорама!

— А остальные что думают? — спросил Ваня, обведя всех взглядом.

— Вариант не лучше и не хуже остальных, — сказала Лиана, — у меня тоже нет пока других идей. Но навскидку, мне кажется, что в публичное место нам сейчас попасть лучше. Они по капсуле наверняка смогут отследить наш путь, так что забиться в нору на какой-нибудь тихой станции вряд ли получится. Странно, что они ещё ничего по этому поводу не предприняли. Но в данном случае я за скопление людей. Оно может послужить нам щитом.

— В толпе у нас вряд ли получится затеряться, — усмехнулся Руди, — и есть сомнения, что жертвы среди гражданского населения их остановят от решительных действий, пусть даже это население является местной элитой. Но в целом это шанс, да. Это ведь там звёздное небо?

— Лиана, у меня важный вопрос, — сказал Игорь.

— Задавай! — кивнула Лиана.

— Нам нужно решить, мы продолжаем охотиться на дирекцию, или пытаемся выбраться со станции. Это определит тактику наших дальнейших действий. Если мы этого не решим, а будем просто бегать по станции, уворачиваясь от учащающихся опасностей, то рано или поздно с нами покончат. Нужна конкретная цель. Или-или. Или активно охотимся, или делаем ноги. Сейчас я не вижу цели, — сказал Игорь.

— Потому что её нет, — вздохнула Лиана, — ты совершенно прав! — она на секунду задумалась, — я решила! — сказала она после паузы, — мы отступаем! Свой шанс мы, к сожалению, упустили. Они нас переиграли и, судя по всему, заперлись в стальном бункере, который мы не знаем где находится. А кольцо вокруг нас продолжит сжиматься и когда нас накроют это вопрос времени. Возможно, мы об этом даже не узнаем, а просто в какой-то момент произойдёт взрыв и всё! Странно, что они не выжгли коридор, когда зал заседаний пополз вверх!

— Это, наверное, просто не предусмотрено, — сказал Игорь, — нет такой начинки там. А то бы сожгли, можно не сомневаться.

— Скорее всего, — согласилась Лиана, — значит, ищем путь к отступлению. Добираемся до панорамы, там высаживаемся и постараемся пересесть в другую капсулу, чтобы запутать следы. Потом, будем искать способ пробраться к Призраку.

— Обидно! — печально сказал Руди, — мы так далеко зашли… не время сейчас отступать! Нужно сделать неожиданный ход, чтобы спутать все карты!

— Какой? — заинтересовался Игорь.

— Пока не знаю, — ничуть не смутился Руди, — нужно ловить моменты. Как только что-нибудь подвернётся, мы это увидим.

— Но пока ничего нет, реализуем план отступления, — сказала Лиана.

— А может мне остаться? — задумчиво сказал Руди, — вы будете удирать, они за вами гнаться, а я затеряюсь в толпе и потом что-нибудь обязательно придумаю…

— А что я Маше скажу? Как буду смотреть ей в глаза? — сказала Лиана, — я против!

— С Машей я сам буду разбираться, — сказал Руди, — в общем так, если я решу соскочить, то дам вам знать и тогда уже вы меня не ждите, не зовите, не ищите. Это будет без толку. Но я пока ещё ничего не решил. Буду ждать момента, чтобы определиться.

— Ты один не справишься, — сказал Игорь, — видишь, что происходит? Теперь дирекция будет под усиленной охраной, в этом железном резервуаре. Не думаю, что они его быстро покинут и начнут разгуливать по станции. Возможно, они не случайно собрались именно там.

— Но не будут же они сидеть там вечно! — удивился его словам Руди, — всё равно вылезут наружу.

— Но когда? — сказал Игорь, — наверное, только тогда, когда посчитают что угроза миновала. Да и потом, не думаю, что сразу отменят все меры безопасности. А если учесть что их сотни человек… получится убить одного, остальные попрячутся и опять всё с начала! Лиана права, мы упустили шанс, и теперь, если не хотим умереть, разумнее всего отступить!

— Если действовать рационально, то да! Но к успеху редко ведут рациональные действия, потому что их легко просчитывает противник, — сказал Руди, — впрочем, я вас ни в чём не убеждаю. Вы действуйте как решили. А я ещё подумаю. Может быть пойду с вами, а может быть задержусь на станции.

— Решать тебе, — сказала Лиана, — но не советую. Вернись к Маше, тем более, что у тебя есть очень серьёзный повод. Мы тут навели немного шороху. Если не сделали то, что от нас хотели, значит, нужно было нам помочь. Хотя… может быть Артур ещё и проявится, как знать!

— Прибыли! — сказал Ваня.

Дверь капсулы отъехала в сторону, и они увидели за ней почти такую же маленькую станцию.

— У них тут индивидуальные станции в этой секретной транспортной системе? — удивился Ваня, — ну ладно там дома или ещё где. Но неужели везде? Даже в местах общего пользования?

— Нам это на руку, — сказала Лиана, — нужно найти ещё одну такую же станцию, но только не соседнюю, а чуть подальше. Оттуда будем строить маршрут к экватору. Должна же у них быть какая-то простая и удобная логистика до космопорта? Они же тоже улетают и прилетают иногда. Значит, и простой путь есть, только нужно его найти.

— На простом пути нас будет проще вычислить, — сказал Спас.

— Зато он быстрее, — возразила Лиана, — если действовать пока они не успели опомниться, то на это есть неплохие шансы!

Дверь и здесь пришлось вышибать Ване. Видимо, простой доступ был на станциях относящихся к своим, к домашней зоне. А в общественных местах входы на персональные станции запирались. Руди опять пожалел, что не прихватил с собой отрубленную руку, но эта шутка и раньше не пользовалась успехом, а в этот раз так и вообще, на неё внимания никто не обратил.

В этот раз за выбитой дверью никого не оказалось, хотя они уже были готовы к тому, что там опять будет вооружённая толпа военных.

Сначала им показалось, что они попали в засаженную растениями комнату, но вскоре выяснилось, что это просто ниша в стене огромного помещения с прозрачным куполом наверху. Такие ниши шли одна за другой, являясь своего рода тамбурами перед станциями. В них стояли лавочки и были небольшие фонтанчики рядом с ними. Судя по табличкам, из фонтанчиков можно было пить, что они и сделали.

Пока они пили по очереди, прошла пара минут. Пришла Резвая, которая неизвестно в какой момент исчезла, впрочем, как и всегда.

— Мне не нравится обстановка, — сказала сразу она.

— В чём дело? — напряглась Лиана.

— Людей почти нет, а те, кого я издалека заметила, все очень торопились. Как будто им всем дали команду покинуть это место, и они спешат это сделать, — сказала Резвая.

— Капсула уехала! — крикнула Женя, вбегая через выбитую дверь, — я там нож на сиденье рядом с собой положила и забыла забрать. Сейчас вспомнила, пошла за ним, и увидела, как капсула исчезает в тоннеле!

— Ну, может её кто-то вызвал? — предположил Ваня, — вряд ли они тут личные и именные. Личных станций хватает, а капсулы приезжают по вызову!

— Это ловушка! — спокойно сказал Руди, и, насвистывая, зашагал в сторону большого сада.

— Они не могли знать куда именно мы отправимся, — сказал Ваня, — и не могли организовать ловушки во всех местах! Я в это не верю!

— Нет, они видимо увидели куда мы едем и тут же стали готовить это место к схватке. Они будут нас брать именно здесь, — сказала Лиана, — и убегающие из парка люди тому подтверждение. Сейчас они блокируют все выходы и наверняка войска уже в пути.

— Не самое плохое место для последней битвы! — крикнул издалека Руди, который слышал о чём они говорят, потому что вокруг было очень тихо.

— Хоть на звёзды посмотреть перед смертью! — печально сказала Ари, глядя вверх, — я уже даже не помню, когда их в последний раз видела. Столько лет просидела в этой консервной банке, в имитации живой природы! Уже не зря сюда шла!

— Отставить пессимизм, — сказал Игорь, — ситуация сложная, но хоронить нас пока ещё рано. И не из таких передряг выбирались!

— Точно? — усмехнулся Серафим.

— Точно! — сказал Игорь, — один раз ты сам нас вытащил! Помнишь, как в скале проход прожигал?

— Но в этот раз я не приду, я уже здесь, — скептически сказал Серафим.

— Может быть кто-то другой придёт, — улыбнулся ему Игорь, — а может быть мы сами что-то придумаем. Надежда должна быть всегда! Верно Лиана?

— Верно! — уверенно подтвердила она, — ну-ка, не киснуть! Ещё ничего не закончилось!

Деревяшка внимательно их всех слушал, потом отошёл от дорожки, присел и стал выбирать камни такого размера, чтобы они удобно лежали в его ручонке.

Все проследили за ним взглядом.

— Учитесь! — сказал Спас, — малыш готовится к битве! И нам не мешает заняться тем же самым?

— Набрать камней? — усмехнулся Серафим.

— Да хоть и камней набрать, если других идей нет, — серьёзно сказал Спас.

Метрах в двухстах от них, за деревьями, взорвалась граната, после чего послышались крики людей… предсмертные крики.

— Руди, похоже, кого-то нашёл, — философски заметил Игорь, — а мы всё стоим и треплемся! За работу!

Но сделать они ничего не успели, потому что только двинулись вперёд, как натолкнулись на спешащего в их сторону Руди.

— Что там? — спросила Лиана.

— Небольшая раздведгруппа… была, — сказал Руди, — похоже, искали нас, хотели убедиться что мы здесь. Наверняка есть и другие, которые сейчас шарятся где-то по кустам.

— Не нравится мне всё это, — пробормотал Ваня, — ощущение, что мы на чужом поле собираемся играть в чужую игру…

— А когда было иначе? — удивилась Лиана, — прилетев сюда, мы сознательно ступили на чужое поле.

Где-то вдалеке завыла сирена. Потом её подхватила другая, находящаяся ближе. Потом ещё одна… или это была одна и та же сирена, но постепенно подключались всё новые и новые динамики, которые транслировали её звук. И это звук всё приближался и приближался.

Вскоре заорало где-то совсем рядом с ними, и продолжило усиливаться, подключая всё новые и новые динамики дальше по стене парка. Вскоре ревело уже со всех сторон.

— И почему они так любят эти сирены? — возмутился Руди, — звук же мерзкий! А у них они везде!

— Возможно, они раньше никогда и не включались, пока мы сюда не прибыли, — сказал Ваня, — сирены не везде, но там где есть, они просто срабатывают когда мы поблизости.

— Может и так, — пожал плечами Руди, — но звук всё равно мерзкий.

— В этом и смысл, — сказал Игорь, — в этом и смысл!

Внезапно сирены смолкли, и воцарилась оглушающая тишина. Но продолжалась она не долго, вскоре из тех же динамиков раздался голос:

— Это финал! — сказал басистый мужской голос с лёгкой хрипотцой, — вы хорошо развлеклись и привели нас в тонус, но теперь всё, это конечная станция. Должен сказать вам спасибо, потому что вы хорошо встряхнули нашу систему безопасности и ваши действия привели к её перезагрузке. Нам придётся многое поменять, потому что старые протоколы показали свою неэффективность. Но это не значит, что вы не будете наказаны. Нам бы хотелось взять вас живыми и посмотреть с кем именно мы имеем дело. Но сразу предупреждаю, это не приоритетная цель. Мы не хотим больше терять людей, любопытство того не стоит. Выбор простой, вы идёте в середину парка на центральную площадь, где вас будет хорошо видно, и там складываете оружие в кучу. После этого появляются наши люди и арестовывают вас. Это единственный шанс для некоторых из вас остаться в живых. Если вы этого не сделаете, то мы вас уничтожим. Возможно, вместе со всем этим прекрасным парком. В данном случае это не важно, решение уже принято и будет исполнено. На раздумья я даю вам целых пять минут! Видите, какой я щедрый! Время пошло. Рекомендую выбрать жизнь, это для всех будет лучше.

— Давайте сделаем вид что сдаёмся, а когда за нами придут, начнём действовать, — быстро заговорил Руди, — иначе они могут нас тут просто сжечь. Не думаю что он блефовал, когда обещал нас уничтожить. Что-то такое у них тут есть. Единственный шанс это взять заложников и надеяться, что они ими не пожертвуют.

— Согласна, — быстро кивнула Лиана, — Резвая я вижу уже потерялась, Деревяшка тоже. Было бы хорошо, если бы и ты растворился в зарослях, — сказала она Руди.

— Понял! — сказал Руди и тут же это реализовал.

Но не успели они сделать и пары шагов к центру панорамы, как купол над ними лопнул, с ослепительной голубой вспышкой.

Глава 10

После того как купол лопнул, звук сирены резко сменился. Теперь он был совершенно оглушающим и гораздо более пронзительным. Как будто теперь в него добавились какие-то частоты не слышимые человеческим ухом, но которые пробуждали непреодолимое желание всё бросить и в панике бежать куда глаза глядят.

Голос тоже сменился, теперь воспроизводилась запись.

— ВНИМАНИЕ! РАЗГЕРМЕТИЗАЦИЯ! ВСЕМ СРОЧНО ПОКИНУТЬ ТЕРРИТОРИЮ ПАНОРАМЫ! ВНИМАНИЕ! РАЗГЕРМЕТИЗАЦИЯ! ВСЕМ СРОЧНО ПОКИНУТЬ ТЕРРИТОРИЮ ПАНОРАМЫ…

И так раз за разом.

Не все это увидели, но когда купол лопнул с ослепительной вспышкой, в этом сияющем хаосе образовалось как будто пустое место. Мало кто туда смотрел, а те кто смотрел, не поняли что бы это могло значить. Но вскоре это выяснилось.

Купол не был сплошным, его разделяли на части тонкие прожилки, образовывая что-то наподобие сот, которые в местах пересечения имели шарообразные утолщения. Когда в куполе образовалась дыра, через несколько секунда после взрыва из этих утолщений начали выстреливать тонкие нити… по крайней мере снизу они казались нитями. Эти «нити», достигнув прожилки на противоположной стороне от пробоины, прилипали к ней, постепенно образовывая паутину. А пространство между этими «паутинками» стремительно начинало затягиваться мутной плёнкой, как будто просто зарастало по живому.

Эта система аварийного латания дыр была временной, но срабатывала очень быстро и, надо сказать, эффективно. Они здесь, внизу, разгерметизацию даже почувствовать толком не успели. В какой-то момент поднялся сильный ветер, почти ураганный, но потом, по мере «зарастания» дыры, он начал стихать.

— Что происходит? — затыкая уши, прокричала Ари.

— Не знаю! — прокричала ей в ответ Лиана, стараясь перекрыть сирену и механическое объявление, — но не думаю что это направлено против нас. Не этим они нам угрожали!

— Надеюсь, я не нарушил ваши планы, вторгнувшись сюда? — раздался где-то совсем рядом голос.

— Призрак, это ты? — воскликнул Руди, — обещаю, когда окажемся на борту, мы все тебя расцелуем!

— Я не очень представляю этот процесс, — сказал задумчиво Призрак, — но против ничего не имею, потому что расцениваю это как крайнюю степень признательности.

— Сначала вывези нас отсюда, потом уже целоваться будем! — прокричал Ваня.

— Добро пожаловать на борт! — мягко сказал Призрак и они увидели откидывающийся трап и висящий в пустоте вход в корабль.

— Никогда к этому не привыкну! — сказал Спас.

— Бегом, все внутрь! — крикнула Лиана.

— Что происходит? Кто это? С кем вы разговариваете? — потрясённо крикнула Ари, которая совершенно растерялась и в очередной раз перестала понимать что происходит.

— Потом всё расскажем, — крикнул ей Серафим, схватил за руку и потащил к Призраку.

Они все буквально ввалились внутрь, и вход за ними быстро закрылся, оставив сирену и тревожное, не перестающее повторяться объявление, снаружи.

Призрак взмыл вверх к пробоине в куполе, и, разорвав только набирающую плотность плёнку, вырвался за пределы станции. В одно мгновение всё осталось позади. Ситуация, казавшаяся критической, внезапно разрешилась меньше чем за минуту.

Оказавшись внутри, они, естественно, не видели что происходит, но никто не сомневался, что Призрак их вытащит без проблем и теперь всё точно будет в порядке. Они попадали на пол в коридоре и лежали там вповалку, тяжело дыша.

Никому не верилось, что всё, в самом деле, закончилось.

Пауза затягивалась, и через пару минут Призрак решил, что они отдохнули достаточно для того, чтобы можно было начать разговор. Он кашлянул… точнее изобразил кашель и сказал:

— Мне неудобно вам напоминать, но не пора ли перейти к процедуре целования? Меня очень заинтересовало это эмоциональное обещание и теперь хочется выяснить, какое впечатление это произведёт на меня.

— Ты, всё-таки, странный! — сказала Лиана.

— Это следует понимать как отказ от вашего обещания? — с лёгкой ноткой разочарования в голосе сказал Призрак.

— Ни в коем случае! — тут же вмешался Руди, — я это сказал, я это сделаю! И все остальные тоже сделают! А кто откажется, будет объяснять мне лично, по какой причине он не хочет выразить благодарность нашему спасителю. А ведь у меня шансов выжить было больше, чем у всех остальных и, тем не менее, понимая реальное положение дел, я очень благодарен тебе за своевременное появление. Я умею это ценить! Появляться тогда, когда ты нужен, это самый важный навык, которым владеют, к сожалению, не многие!

И сказав это Руди встал, подошёл к стене и сочно приложился к ней губами, слегка причмокивая.

— Никто не знает, но Левиафан я не раз целовала, хоть он об этом и не просил, — сказала Женя, — так что для меня это не в новинку, целовать технику, которая спасла тебе жизнь!

И Женя приложилась к стене рядом с Руди. Может быть её поцелуй был бы коротким, но скосив глаза на Руди, который всё никак не останавливался, она тоже продлила своё целование.

Резвая не стала ничего говорить, а быстро приняв правила игры, встала рядом с Женей, повторив всё за ней и Руди.

За ней последовал Ваня, рядом с которым туту же ткнулся лицом в стену Деревяшка и, не очень понимая что они делают, принялся её облизывать.

Потом к ним присоединился Игорь.

Лиана со Спасом переглянулись, синхронно пожали плечами и встали у противоположной стены. Рядом с ними пристроился Серафим.

— А мне тоже надо этим заниматься? — растерянно сказала Ари, — это всё как-то странно…

— Ты здесь? — сказал ей, оторвавшись от стены, Руди, — ты жива? Так в чём проблема, благодари спасителя!

Ари обвела всех растерянным взглядом, подошла к стене и начала её тоже целовать. Но делала это так чувственно, что все остальные невольно замерли, а потом удивлённо повернулись к ней.

— Сразу видно, профессионал! — констатировал Руди.

Ари вздрогнула и, повернувшись, поняла, что все на неё смотрят.

— Что-то не так? — спросила она.

— Всё так! — сказал серьёзно Руди, и после секундной паузы все вдруг прыснули со смеху и начали сползать по стенам коридора, не в силах остановить внезапный приступ смеха, вызванный абсурдностью ситуации.

Когда этот, похожий на истерику, массовый приступ смеха стал сходить на нет, и остались только негромкие всхлипывания, вновь раздался голос Призрака.

— Я не очень понял, что именно произошло, — с задумчивостью в сгенерированном голосе сказал он, — момент поцелуев я понял, а вот смех потом не очень. Это, как будто, обесценило всё что было до этого.

— Ты слишком глубоко копаешь, — сказал Руди вставая, — это просто нервное. Мы слишком через многое прошли, и нужна была психологическая разрядка. Но целовали мы тебя на полном серьёзе и с чувством искренней благодарности, — значительно закончил Руди.

— Я чувствую иронию в том, что ты говоришь, но не буду на этом слишком фокусироваться. Мне нужно осмыслить произошедшее! — сказал Призрак.

— Ладно, осмысливай, — сказал Руди, — но не слишком глубоко. Главное не переусложнять. Иногда всё гораздо проще чем кажется. Просто, прими это как есть. Мы тебе благодарны, но это не значит, что мы не можем где-то пошутить, а где-то и сорваться на истерику. Мы люди, и у нас целый веер эмоций может раскрываться одновременно, тем более, после большого стресса.

— Какой стресс? — удивилась Лиана, — Руди, ты же у нас должен быть самый стрессоустойчивый!

— Ли, я думал, что ты понимаешь! Моё отличие от остальных не в том, что я не подвержен стрессу, а в том, что я могу его очень хорошо контролировать! Но могу и не контролировать, если не хочу… — сказал Руди, лёг на пол и вытянулся во весь рост.

— Да, теперь можно себе это позволить, — улыбнулась Лиана и пошла в рубку управления. Спас последовал за ней.

Войдя они уселись в кресла и Лиана сказала:

— Призрак, скажи где людям можно расположиться чтобы отдохнуть.

— Хорошо, — ответил Призрак, — я так понимаю, что мой заказ по плазменным зарядам вы не выполнили?

— Ну, ты же видел как мы оттуда уходили? — развёл возмущённо руками Спас, — ты уж прости, но не до зарядов было!

— Я знал, что вы не справитесь, — сказал Призрак, — поэтому позаботился об этом сам!

— Звучит немного обидно, — сказала Лиана, — но поясни, что значит, позаботился об этом сам?

— Я аккуратненько поковырялся в системе снабжения, и выписал себе кое-что, — сказал Призрак.

— То есть украл? — удивилась Лиана.

— Сюда больше подходит выражение «мошенническая схема», — поправил её Призрак.

— А в чём разница? — усмехнулся Спас.

— Не понимаю, что вызывает у вас такое недоумение, — сказал Призрак, — разве вы прибыли сюда с дипломатической миссией? Мне кажется, что ваши цели были гораздо жёстче чем мои.И если бы вы добыли для меня плазменные заряды, то тоже вряд ли легальным путём.

— Дело не в том, что мы осуждаем способ получения тобой оружия, с этим всё в порядке, — сказала Лиана, — нас удивляет то, что ты сам задумал, спланировал и осуществил воровскую, по сути, схему. Ты же, пусть и умная, но машина! А машины обычно не воруют, если им этого не приказать… по крайней мере, мне так кажется…

— Я очень много общаюсь с людьми, и постоянно учусь, — с некоторой скромностью в голосе сказал Призрак, — спасибо, что так высоко оценили мои успехи.

— Я даже не знаю, развиваешься ты или деградируешь, — вздохнула Лиана, — вопрос это сложный, и тут есть о чём подумать. Но не стремись перенимать у людей в первую очередь отрицательные качества. А воровство это, без сомнения, отрицательное качество. Хотя иногда без этого невозможно обойтись.

— Да, нам всем есть о чём подумать, — сказал Призрак и изобразил вздох.

— А как ты нас нашёл? — спросил вдруг Спас, — как ты понял где мы и что нам нужна помощь?

— Как я уже сказал, я влез в компьютерную систему станции. Я делал это очень аккуратно, чтобы меня не вычислили, и чтобы мне не пришлось убираться раньше времени, не дождавшись вас. Вместе с доступом к заказам по снабжению я получил доступ и к некоторым информационным потокам. Не самым секретным, но, тем не менее, мог получать довольно много любопытной информации. И если её творчески проанализировать, то можно было сделать определённые выводы! — сказал Призрак.

— Творчески? — переспросил Спас.

— Именно так, творчески! — сказал Призрак, — я по косвенным признакам мог отслеживать ваш путь. Не точно, без координат. Но по некоторым событиям и по возрастающей частоте сообщений, можно было делать определённые выводы. Вы очень сильно тут всех перебаламутили.

— Перебаламутили? — переспросил Спас.

— Да, перебаламутили, — повторил Призрак, — я ждал от вас сигнала в открытом эфире, как мы договаривались, но постепенно стал понимать, что вы не сможете мне его подать. Да и такой сигнал из недр станции, мало чем бы смог вам помочь. Поэтому я стал гораздо больше ресурсов тратить на точное установление вашего местоположения.

— Установил? — спросил Лиана.

— Приблизительно, — сказал Призрак, — но потом кто-то заинтересовался куда были загружены плазменные заряды, если у причала нет корабля. Туда направили проверку и мне пришлось улететь.

— То есть, если бы мы вернулись, то тебя бы там не застали? — удивился Спас.

— В тот момент да, но тогда вы и не могли вернуться, потому что находились очень далеко. А потом я рассчитывал пришвартоваться обратно. Но это не понадобилось, потому что события стали развиваться более стремительно, — сказал Призрак.

— А как ты узнал, что события стали развиваться более стремительно, если отключился от системы? Или ты сохранил удалённое подключение? — спросила Лиана.

— Нет, мне пришлось отключиться. И дистанционную связь я держать не стал, чтобы меня нельзя было засечь по сигналу, — сказал Призрак, — но случилось кое-что странное, а всё что здесь происходило странного до этого момента, всегда было связано с вами.

— Что именно странное произошло? — заинтересовался Спас, — что так привлекло твоё внимание?

— Старт некоего объекта из неожиданного места, — сказал Призрак.

— А мы-то здесь причём? — удивилась Лиана, — мы ничего не запускали и свидетелями такого процесса тоже не были.

— Не знаю, — ответил Призрак, — но он отделился от станции приблизительно в том же секторе, в котором находились вы. Я решил занять позицию в том районе, и держался неподалёку от полюса. Я очень внимательно отслеживал все изменения, какие только можно было зарегистрировать. Поэтому когда под куполом включились сирены и громкоговорители я тут же уловил эти колебания. Расшифровать звуковой сигнал по вибрации купола дело нехитрое. Так я практически точно узнал, что именно происходит. Какой-то человек рассказал всё открытым текстом. Я понял, что вам требуется срочная эвакуация, выстрелил по куполу плазменным зарядом, благо их запас пополнился, — не без гордости в голосе сказал Призрак, — ну а дальше вы знаете.

— Да, им не нужно было с нами разговаривать, нужно было сразу стрелять, тогда, возможно, у них бы всё получилось, — сказал Спас, — они сами себе всё испортили, — он широко улыбнулся.

— Если собираешься кого-то убить, не нужно с этим тянуть, я вам это как профессионал говорю, — раздался от входа в рубку голос Руди.

— Их погубило любопытство, очень уж им было важно узнать, кто мы такие, как туда попали и зачем всё это делаем, — сказала Лиана.

— Но, как я понял, своим спасением мы обязаны, по большому счёту, какой-то случайности? — сказал Спас.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила Лиана.

— Я имею ввиду, что Призрак оказался в нужном месте благодаря совпадению. Ведь он же занял свою позицию, среагировав на запуск какого-то объекта, к которому мы не имеем никакого отношения. Если бы они этот объект не запустили, то всё сложилось бы иначе. Призрак не оказался бы там где оказался и мы бы бегали сейчас под этим куполом и воевали с местными. И кто знает, чем бы всё это для нас закончилось, — сказал Спас.

— Должен сказать, что доля истины в этом есть, — согласился Призрак, — возможно, я бы всё равно что-то заметил и мог прийти вам на помощь, даже если бы находился в другом месте, но это не точно и узнать мы это теперь никогда не сможем. Хотя, я мог бы построить модель с вероятностями развития разных вариантов событий…

— Нет! — вскинула руки Лиана, — какая теперь разница? Всё закончилось, мы вырвались из ловушки, пора ставить точку. И пусть даже миссия не выполнена, возвращаться мы туда уже не будем. Не всегда же нам должна сопутствовать удача. В этот раз будет достаточно того, что все выжили, это уже большой успех!

— А мы могли бы взглянуть на этот самый объект, который сыграл нам на руку? — спросил Спас, — куда он потом делся? Ты знаешь, как его найти?

— Естественно, — сказал Призрак, — он никуда не девался. Он при помощи маневровых двигателей встал на орбиту вокруг станции и не спеша по ней вращается, периодически корректируя курс. Я потому и посчитал это странным. Это не корабль, место для старта странное, там нет никаких причальных зон. Но, в то же время, это не какой-то случайный обломок. Это нечто вполне осознанно управляемое, летающее по определённой траектории. У меня недостаточно данных, чтобы как-то интерпретировать его назначение.

— А как эта штука выглядит? — не унимался Спас, — на что она похожа?

— Это цилиндр, — ответил Призрак.

— Цилиндр? — хором воскликнули Лиана, Спас и Руди.

— Что-то мне подсказывает, что моя теория оказалась верна, — сказал Призрак, — старт этого объекта всё равно с вами как-то связан.

— Давай взглянем на него, и потом уже будем делать выводы! — сказала Лиана.

— И позови сюда всех остальных, — сказал Руди, — думаю, что им тоже будет интересно увидеть, что сейчас произойдёт.

— А что сейчас произойдёт? — удивлённо спросил Призрак.

— Покажи нам этот цилиндр, тогда и узнаешь, — сказала Лиана.

— Мы уже на месте, — сказал Призрак, — вот он, любуйтесь на здоровье!

Включился большой экран над пультом, который до этого не работал. На нём они увидели уже знакомый им объект. Да, полностью они его никогда раньше не видели, но узнать всё равно было можно.

В коридоре послышались шаги и в рубку стали вваливаться остальные члены их группы, так что вскоре там стало очень тесно.

— Что случилось? — спросил Ваня, — я думал, что мы летим домой!

— Пока что нет, — ответила Лиана, — ведь свою задачу мы ещё не выполнили!

— Ты хочешь вернуться? — удивился Игорь.

— Что вы видите? — ткнул Спас пальцем в экран.

Повисла небольшая пауза.

— Это что, зал заседаний? — наконец проговорил Игорь.

— Он, родимый! — радостно сказал Руди.

— И у нас есть плазменная пушка, под завязку набитая зарядами! — сказала Лиана.

— Я попросил бы не расшвыриваться зарядами, которые я с таким трудом добыл, — сказал ворчливо Призрак, — но если вам нужно, то один я выделю, так и быть!

Глава 11

Они не стали делать резких движений, а некоторое время наблюдали за ползущим по орбите станции цилиндром, на котором периодически вспыхивали огоньки маневровых двигателей, видимо, удержать его на нужной траектории было нелегко и требовало постоянных усилий.

— И всё-таки это странно, — сказала Лиана, — неужели мы их так напугали, что вынудили покинуть станцию?

— Возможно, дело не только в нас, а в протоколах безопасности. Если большая часть руководящего состава находится в зале заседаний, который, вполне возможно, одновременно является и убежищем и спасательной капсулой, то при возникновении угрозы определённого уровня, происходит автоматическая эвакуация, — сказал Игорь.

— Меня волнует только одно, — сказал Руди, — не сошли ли они где-нибудь по дороге и мы видим пустой железный ящик, который преследует цель отвлечь на себя внимание. Иначе, собирать всё начальство вместе в таком уязвимом контейнере идея не самая умная.

— Вполне возможно, — сказал Спас, — что эта система предназначена для эвакуации руководства не в случае внешней угрозы, а при внутренних проблемах. Можно предположить, что даже не человеческих, а техногенных. Например, большая авария на станции, отказ большинства систем жизнеобеспечения… вот для таких случаев и нужна была эта штука. Мы, в той конфигурации событий, тоже были внутренней угрозой и они считали, что выйти за пределы станции намного безопаснее, чем оставаться там.

— Ага, особенно если они успели найти мясорубку, которую мы там устроили, — усмехнулся Руди.

— Это вряд ли, они бы просто не успели. Но теперь, вполне возможно, что нашли, — сказала Лиана.

— И напугались ещё больше! — улыбнулся Руди.

— Руководство станции, безусловно, знает о существовании Призраков, — сказал Ваня, — нет ли у них возможности засечь твоё местоположение? — обратился он к кораблю.

— Нет, это одно из основных моих преимуществ, — с ноткой гордости в голосе ответил Призрак, — я, конечно, могу себя выдать, если буду проявлять активность. Например, меня можно засечь во время выстрела, или во время сеанса связи. Но потом я тут же снова теряюсь. Так что, когда я разрушил купол, они наверняка меня засекли. Но они не знают где мы сейчас. Скорее всего, думают что уже далеко, ведь глупо же болтаться у них на орбите, после того как чудом удалось вырваться из ловушки!

— Логично! — сказал Ваня, — хорошо если это так. А то я, всё равно, чувствую себя не очень уютно рядом с этой громадиной, — он указал рукой на гигантский шар станции, который возвышался над ними и закрывал половину всего обзора.

— Мы уже скоро отправимся на планету, — успокоила его Лиана, — но Руди задал очень верный вопрос: там ли сейчас находятся те, кто нам нужен, или это просто отвлекающий манёвр?

— Если вас интересует моё мнение, то руководство станции находится в этом цилиндре, — сказал Призрак.

— Почему ты так думаешь? — заинтересовался Игорь.

— По невероятно интенсивному и многоканальному обмену данными со станцией, — сказал Призрак, — я даже не пытаюсь туда влезть, к тому же шифрование у них на высоком уровне, не по моим возможностям. Но сам масштаб потоков данных и количество каналов, по которым они передаются, говорят о том, что там много людей, которые решают важные вопросы.

— Признак косвенный, но очень убедительный, — сказал Игорь, — не будут они проявлять такую активность, если в цилиндре только какой-нибудь дежурный экипаж. Да и разговоры они ведут вряд ли бытовые, раз используют защищённые каналы. Я ставлю на то, что дирекция в цилиндре!

— Вся? — посмотрел на него с любопытством Руди.

— Естественно нет, — ответила за Игоря Лиана, — так не бывает, когда задействовано большое количество народа. Кто-то мог заболеть, кто-то опоздать, кто-то не получил сообщение о собрании по каким-то техническим причинам. Но это уже не важно. Главное, что основная масса руководства здесь. И уничтожив их мы выполним свою миссию.

— Получается, для этого было необязательно лезть внутрь и устраивать там все эти гонки, — сказала Резвая.

— Обязательно, — возразила ей Лиана, — именно наша активность на станции заставила их покинуть её. Без нас, они бы никогда не эвакуировались. Я вообще не уверена, что эта капсула хоть когда-то использовалась! Скорее всего, это произошло впервые.

— Да, я про такое не слышал, как и про саму эту капсулу, как и про многое другое, хотя много лет пожил на станции. Оказывается, я очень мало о ней знаю. О планете я осведомлён куда больше! — грустно сказал Серафим.

— Работа у тебя была такая, за планетой наблюдать, а не за станцией, — сказал Игорь, — так что чего расстраиваться то?

— Да я и не расстраиваюсь, — по-прежнему грустно сказал Серафим.

— Ну что, не пора ли жахнуть? — сказал Руди и, хлопнув в ладоши, потёр одну о другую.

— Думаю что уже можно, — согласилась Лиана, — нам нужны были эти несколько минут, чтобы осмыслить происходящее и насладиться победой. Теперь можно стрелять. Призрак, если одного заряда не хватит, ты же не пожадничаешь и выделишь ещё?

— Полагаю, что для поражения этой цели рациональнее будет использовать ракетное вооружение. Мы не знаем ничего про корпус этого цилиндра и как на него подействует плазма. Тем более, что мы в космосе, а тут эффективность этих зарядом несколько иная. Другая среда и несколько другие характеристики взрыва. А имеющаяся у меня на борту ракетное вооружение, такую цель поразит без проблем. Для этого они и предназначены.

— Ну, если тебе не жалко… — лукаво сказала Лиана.

— Жалко это не правильная интерпретация моих действий. При необходимости я без ограничений использую весь имеющийся на борту арсенал. Но учитывая сложность пополнения боезапаса, я стараюсь делать это максимально рационально. Поскольку уничтожение пассажиров этого цилиндра является основной задачей нашей миссии, то израсходовать на это одну ракету я считаю вполне приемлемым вариантом. Тем более, что эффект от плазменных зарядом не гарантирован! — сказал Призрак.

— А кто будет жать кнопку? — спросил Руди, — кто именно запустит ракету?

— Это не требуется, — удивился его вопросу Призрак, — я знаю цель и смогу всё сделать сам. Никакую кнопку нажимать не нужно!

— Дело вот в чём, — задумчиво сказал Руди, — мы притащили сюда Ари и обещали ей участие в расправе над людьми, которые испортили ей жизнь. Буквально своё обещание мы выполнить не смогли, так пусть она хоть ракетой по ним жахнет.

— Нет, нет, — торопливо заговорила Ари и отрицательно замотала головой, — это совсем не обязательно! Я без этого обойдусь! Я даже этого, не хочу! Не хочу никакой расправы! Не хочу никого убивать!

— Как так? — опешил Руди, — нет, я не согласен! Это сделать просто обязательно! Ты же за этим и шла!

— Я передумала! — твёрдо сказала Ари.

— Вариант-то мягкий, бескровный! Не нужно никого резать, расстреливать в упор. Просто, запустить ракету, — сказал Руди.

— Я сам запускаю ракеты, — опять напомнил Призрак.

— Да погоди, ты! — отмахнулся Руди, — ну так что, пальнём? Можем вместе. Нажмём на кнопку вдвоём, чтобы разделить ответственность.

— Может, всё-таки, не надо? — потихоньку сдаваясь, сказала Ари.

— Руди, ну зачем ты заставляешь человека совершить массовое убийство? — удивилась Лиана.

— Потому что ей это необходимо, как акт отмщения за прошлую жизнь, и точка, для того чтобы начать с чистого листа! — сказал Руди.

— А вдруг её потом по ночам убитые ей люди будут преследовать? — предположила Лиана.

— Не будут, она даже никого не увидит. Просто нажмёт на кнопку! — сказал Руди и, повернувшись к пульту, обратился к Призраку, — так какую кнопку ты нам выделишь, чтобы замкнуть контакт и запустить ракету? — сказал Руди и крупно подмигнул одним глазом, надеясь, что Призрак его видит, а Ари нет.

Призрак его понял, и сказал официальным тоном:

— Я перевёл управление ракетой на чёрную кнопку в левом нижнем углу пульта. Координаты я введу сам, вам останется только совершить сам запуск.

— Вот ведь упрямец! — устало вздохнула Лиана.

— Руди, может быть, в самом деле, не надо? — с надеждой сказал Серафим, — хочешь, могу я запустить ракету!

— Не хочу, — удивился его предложению Руди, — ты вроде бы уничтожил кучу баз данных, или что-то вроде того, верно? Ты своё отмщение исполнил, а она нет.

— Но я уничтожил железки, а её ты заставляешь убить людей, — сказал Серафим.

— Они не люди, — негромко сказала Лиана, но все её услышали.

Эта фраза странным образом подействовала на Ари, и она вдруг решительно сказала:

— А давай! Была не была! Взорвём эту штуку к чёртовой матери!

— Вот! Вот! Вот! Молодец! — и Руди обвёл всех присутствующих торжествующим взглядом.

— Можно жать? — спросила Ари подходя к пульту.

— Да, давай нажмём, — сказал Руди и встал рядом.

— Нет, я сама! — твёрдо сказала Ари и слегка отпихнула Руди в сторону.

— Уважаю! — широко улыбнулся тот, — разнеси этих говнюков на атомы!

Не долго думая, Ари ткнула пальцем в кнопку и уставилась на экран. Они все уставились на экран.

Откуда-то снизу, из под транслирующей изображение камеры появилась ракета, показавшаяся всем без исключения удивительно большой. Потому что невидимость Призрака создавала у всех непреодолимую иллюзию, что он маленький. Но корабль был довольно внушительных размеров, и вооружением обладал соответствующим.

Хотя, в космосе сравнивать размер объектов было не с чем, и возможно ракета только показалась им большой.

Казалось, что она целую вечность летела в сторону цилиндра, хотя на деле полёт занял меньше десяти секунд. А потом они встретились, цилиндр превратился в яркую вспышку, и хотя Призрак сильно затемнил экран, все всё равно зажмурились. А когда открыли глаза и проморгались от пойманных зайчиков, то на месте цилиндра увидели только облако какой-то серой пыли.

— Хм, — задумчиво сказал Руди, с очевидным разочарованием.

— Что-то не так? — удивилась Лиана.

— В общем, да! — кивнул Руди, — мы не всё предусмотрели!

— Что ты имеешь ввиду? — удивился Спас.

— Они умерли слишком легко, даже не успев испугаться перед смертью. Всё-таки нужно было расстреливать цилиндр из плазменной пушки, чтобы они умирали медленно, понимая, что их убивают и что им уже не спастись, — сказал Руди.

— При всём уважении, — сказал Призрак, — но медленно мы делать этого не могли. И несколько выстрелов тоже желательно не производить из одного сектора. Нас ведь тоже могут подбить, хоть и не видят! Выпустив ракету, я сразу сильно изменил своё положение в пространстве. А картинку для вас просто скорректировал, чтобы вы могли насладиться просмотром. Ведь они могли засечь старт ракеты и ударить по месту пуска. И выпускать несколько зарядов это тоже неоправданный риск. Главное, что наша задача выполнена!

— Я тоже так считаю, — поддержала Призрака Лиана.

— И я! — сказала Ари, — медленно я, возможно, не смогла бы!

— Как ты, кстати? — спросил у Ари Лиана, пристально на неё глядя.

— Хорошо! — просто улыбнулась та, — уж не знаю, прав Руди или нет, и что я буду думать и чувствовать потом, но сейчас мне очень легко и спокойно.

— Мне кажется, или мы обсуждаем какую-то ерунду? — спросила вдруг Женя, — это всё немного странно. Может ситуация вокруг слишком быстро меняется и я не успеваю перестроиться, но это всё как-то абсурдно. Мне кажется, что мы должны говорить о чём-то другом, а не обсуждать то, что кто-то умер слишком лёгкой смертью!… Извините! — добавила она, повернулась и ушла.

— Да, нервы не железные, — вздохнул Руди, — я думал, что она маленько покрепче.

— Она крепкая, — сказала Лиана, — ты даже не представляешь насколько! Но, возможно, просто очень устала. Не сегодня и не в этой миссии, а вообще. Она с детства тащила очень большой груз ответственности. Забрав её с собой, я этот груз хотела с неё снять, но она тут же нашла себе новый. Хотя, может быть как раз по этому грузу она и скучает. Нужно вернуть её на Левиафан, он тоже скучает по своему капитану.

— Она капитан? — удивилась Ари, — а так и не скажешь, такая скромная милая девушка… впрочем, чему я удивляюсь?

— Вас вернуть на то место, откуда я вас забрал для полёта на станцию? — спросил Призрак.

— Было бы хорошо, — сказала Лиана, — а то некоторых там ждут беременные жёны, не стоит их заставлять нервничать лишние часы и дни. Летим туда!

— Ой, — сказал Призрак, и свет внутри корабля погас.

Вместе с этим наступила гробовая тишина, и стало понятно, что до этого корабль был наполнен пусть и не громкими, но разнообразными звуками работающих систем. Даже тогда, когда казалось, что они находятся в полной тишине. Сейчас тишина была, поистине, оглушающей.

— Ну, мы пока живы, уже хорошо! — раздался в этой тишине оптимистичный голос Руди, — но всё-таки интересно, что это был за «Ой»?

Ему никто не ответил.

— Да, хотелось бы всё-таки знать что происходит, — сказал Игорь, — не похоже на рядовой сбой со светом.

— На такой технике вообще сбоев быть не должно! — сказал Ваня, — признаюсь, у меня очень плохие предчувствия!

Вдалеке что-то зашипело, все начали прислушиваться к этому звуку, пытаясь понять, это хороший знак или наоборот, плохой.

— Прошу прощения, — раздался металлический, лишённый всякой тембральной окраски и эмоциональности голос, — возникли проблемы!

— Призрак, это ты? — спросила Лиана, — тебя не узнать.

— Это я, — ответил Призрак, — почти все системы отключились, я подсоединил питание от резервных аккумуляторов, которые для этого не предназначены. Все мои источники питания повышибало, и у меня тревожные предчувствия, что они вообще умерли. Речевой модуль, не самая важная система, чтобы тратить на неё лишнюю энергию.

— Что случилось? — спросила Лиана, — всё плохо?

— Очень плохо, — сказал Призрак, — если говорить по-простому, то нас подбили.

— Но не до конца, потому что мы всё ещё живы, — заметил Руди.

— Или нет? — раздался испуганный голос Ари.

— Живы! — ответил непривычный металлический голос Призрака, — нас накрыло электромагнитным импульсом. Многие системы очень сильно пострадали.

— Но как они узнали где мы? Я думала, что тебя невозможно отследить? — сказала Лиана.

— Они и не отследили. Я не ожидал такого, но они использовали оружие последнего шанса. Импульс пошёл во все стороны от станции. Ударили по площадям. Если поблизости были какие-либо ещё корабли, а они были, то им выжгли всю начинку. Да и в верхних ярусах станции без повреждений не обошлось.

— Но у тебя кое-что осталось, да? — спросил Ваня.

— Кое-что осталось, — согласился Призрак, — я же передовая разработка, и защищён лучше остальных. И если бы мы встретили импульс не кормой, а носом, то повреждений было бы меньше. Всё равно бы были, но не такие. Если бы я предвидел, что они могут использовать такое оружие, то пятился бы задом до плотных слоёв атмосферы. Но получилось, что получилось!

Весь этот разговор продолжался в полной темноте.

— У нас есть шансы выжить? — спросил Серафим.

— Есть, — ответил Призрак, — но не стопроцентные.

— А какие? — спросил Серафим.

— Варианта дальнейших действий всего два, — начал Призрак.

— Так какие шансы? — опять спросил Серафим, поняв, что Призрак меняет тему.

— Остаться на орбите, или попытаться приземлиться на планету, — сказал Призрак, продолжая игнорировать вопрос Серафима.

— Серафим, зря стараешься, если он не хочет говорить, то не скажет, — сказал Спас.

— А ведь это я его освободил, — грустно сказал Серафим, — и вот она благодарность.

— Благодарность не всегда выражается в исполнении сиюминутных желаний. Ответ на твой вопрос будет носить деструктивный характер для сложившейся ситуации, — сказал Призрак.

— В смысле? — не понял Серафим.

— Он имеет ввиду, что шансы маленькие и если он их озвучит, то мы можем пасть духом. А это никому и ничем не поможет, — сказал Спас.

— Верно, — сказал Призрак, — касательно вариантов. Остаться на орбите более безопасно в ближайшей перспективе, но почти верная гибель в среднесрочной. Когда закончатся и так скудные ресурсы, которые нечем будет восполнить, все на борту умрут. И тогда уже опуститься на планету будет невозможно. Но если попробовать приземлиться сейчас, риск разбиться очень велик, но если это получится, то выживание практически гарантированно… по крайней мере для вас.

— Мне кажется, что тут думать особо не о чем, нужно садиться, — сказал Руди.

— Предвидя такой выбор, я не стал ждать, пока вы всё обдумаете и начал снижаться. Опускаться будем по нисходящей траектории, поэтому медленно и долго. И только в конце я использую все имеющиеся ресурсы, чтобы суметь приземлиться, — сказал Призрак.

— И куда мы рухнем, надеюсь не в воду? — спросил Руди, — а то в таком случае все усилия будут напрасны.

— Нет, — ответил Призрак, — но в той части планеты, куда мы должны попасть, есть только одно обитаемое место. Я целюсь в него, потому что только там возможно будет раздобыть блоки для восстановления моих систем, хотя бы частичного.

— И что же это за место? — спросила Лиана, заранее чувствуя неладное.

— Это большой остров, контролируемый хозяевами планеты. Фактически, это единственное место на планете, где они осуществляют своё физическое присутствие, — сказал Призрак, — называется это место по их терминологии: «АВАНПОСТ».

Глава 12

Тишина и темнота очень тяготили. Призрак перестал общаться, чтобы не расходовать даже минимум энергии без необходимости. Все разместились либо в рубке, либо рядом с ней, чтобы всегда быть в курсе событий. Большинство сидели на полу, негромко общаясь.

Напряжение всё возрастало и казалось, что воздух уже скоро начнёт искриться от того, что нервы у всех натянуты как струна. Не зря ведь говорят, что лучше ужасный конец, чем ужас без конца. А тут ожидание катастрофы довлело над ними, и усиливалось с каждой минутой.

Время тянулось крайне медленно и через час им уже казалось, что прошло не меньше суток, а через два, что они сидят в этой темноте уже несколько дней.

Они внутри совершенно не знали что в это время происходит снаружи. Как они долго опускались по нисходящей орбите, как вошли в плотные слои атмосферы, как Призрак очень экономно и бережно оттормаживался, пытаясь замедлить падение.

Да, он всё просчитал своими компьютерными мозгами. Но эти же самые мозги дали ему вероятность благоприятного исхода всего в семнадцать процентов. Именно эту цифру он и не захотел называть. Потому что шансы выжить один к шести вряд ли можно считать хорошими.

Любой незначительный неучтённый фактор мог перечеркнуть надежду на благоприятный исход. Даже ошибка в скорости ветра на небольшую величину могла их всех угробить.

Но люди, в тревожном ожидании лежащие на полу в рубке, обо всём этом не знали, а Призрак не собирался их в это посвящать, потому что практического смысла в этом никакого не видел.

От начала снижения до кульминации событий прошло больше трёх часов. Когда внизу показался огромный остров с большим горным массивом в центре, они уже летели в его сторону как камень, пущенный Резвой из пращи.

Если сравнить то, что «чувствовал» в этот момент Призрак, с человеческими ощущениями, то можно сказать что он находился в состоянии засыпания. Энергия закончилась практически полностью, всё больше и больше систем отрубалось окончательно, всё меньше и меньше сенсоров и датчиков передавали ему информацию и он как будто погружался в туман, в котором цель их полёта становилась просто тёмным пятном.

Но что-то всё ещё работало, и Призрак берёг остатки энергии для момента столкновения с землёй.

И в очередной раз пересчитывая траекторию, он понял что они идут слишком низко и зацепят торчащий вверх кусок скалы. Что произойдёт после столкновения, он просчитывать не стал, потому что последствия будут фатальными. Это было понятно без всяких расчётов.

На подлёте Призрак выпустил вперёд один за другим три плазменных заряда. Поскольку скорость их полёта по определению не очень высокая, то они опередили Призрак совсем не на много.

Скала окуталась голубым пламенем, которое распухало от каждого нового снаряда, потом взорвалась, разлетевшись на миллиарды осколков. Более крупные куски, отломившись, рухнули вниз, в воду, над которой эта скала возвышалась.

Призрак встретил своим корпусом осколки скалы и влетел прямо во вспышку, которая ещё не рассеялась и не погасла, хотя и потеряла уже свой разрушительный потенциал.

Взрывы помогли, разрушив стоящий у них на пути кусок скалы. Но этого оказалось недостаточно, и Призрак всё равно задел по касательной «брюхом» о камень.

Этот удар, это было первое, что почувствовали люди на борту.

Слегка изменив траекторию из-за удара влево, Призрак понёсся дальше, выстрелив перед собой ракетой. Она взорвалась в том месте, куда через несколько секунд грохнулся он сам, но взрывная волна от неё идущая ему навстречу, пусть и не сильно, пусть на считанные проценты, но смягчила удар.

То, что они задели скалу, сыграло им на руку. Траектория изменилась так, что они упали в воду, недалеко от берега. Это тоже оказало смягчающий эффект, но поскольку там было не глубоко, корабль затонул не полностью.

Между столкновением со скалой и падением в воду недалеко от берега, прошли считанные секунды, так что они внутри даже толком испугаться не успели. Но зато успели сгруппироваться. Удар о скалу послужил подготовкой к финальному падению. И тут они все разом пожалели, что не разошлись по каютам и не пристегнулись в них к кроватям, как того требует подготовка к жёсткому приземлению.

Швырнуло их сильно, и шишек и синяков они набили множество, но все выжили.

Истратив на финальное торможение всю энергию без остатка, Призрак впал в анабиоз, вызванный отсутствием питания. Единственное что он сделал перед этим, это вывел на чёрный экран зелёный текст.

Поскольку Лиана со Спасом сидели в креслах, их которых их правда выбросило, всё равно они побились меньше остальных, поэтому у них у первых получилось сосредоточить своё внимание это этих зелёных буквах.

Это были две технических инструкции, одна из них о том, как выбраться из корабля через аварийный люк в верхней его части, а втораяо том, как подключить солнечные батареи, чтобы хоть чуть-чуть подзарядить корабль.

Спас с Лианой сразу поделили их между собой. Спас изучал ту, что про аварийный выход, а Лиана ту, что про солнечные батареи.

Случаи подобные этому были предусмотрены инженерами, и у Призрака был запас солнечных батарей, которые нужно было вручную вытаскивать и подключать кабелями к его системам. Это была страховка на самый крайний случай, который как раз с ними и приключился.

Текст на экране и так был не ярким, но постепенно тускнел и начинал слегка мерцать. А через минуту и вовсе погас. Они вновь оказались в полной темноте.

— Ты понял что нужно делать? — спросила Лиана.

— Думаю, что да, — ответил Спас, — скоро мы это выясним точно!

— У меня то же самое, — сказала Лиана.

Остальные копошились вокруг, ощупывая себя на предмет повреждений.

— Поздравляю, — сказала Лиана, — похоже, что мы приземлились!

— Да, мы по-прежнему живы! — раздался из темноты оптимистичный голос Руди, — не то чтобы целы, но живы!

— Ладно, ждите пока что здесь, мы пойдём со Спасом, поищем выход, про который нам успел сообщить Призрак. Парадным входом, судя по всему, мы воспользоваться не сумеем, — сказала Лиана, — фонари лучше погасите, — добавила она, увидев что люди начали их включать, вспомнив что они у них есть, — мы не знаем как скоро у нас получится выбраться, поэтому лучше поберечь их заряды. Всё может оказаться сложнее, чем мы думаем.

Все тут же послушно погасили фонари. Только Спас оставил свой на минимальном ресурсе.

Они вдвоём с Лианой вышли в коридор и, восстанавливая в памяти то, что было в инструкции, отправились искать аварийный выход.

Как они и предполагали, это оказалось нелегко. На поиски ушло больше часа. Несколько раз они ошибались и залезали не туда. Но, в конце концов, им таки удалось попасть с небольшую комнатку с низким потолком, где и располагался этот люк.

Все замки на нём были механические, наверное, именно поэтому Призрак и привёл их именно к нему. Его можно было открыть и закрыть при полном отсутствии энергии. Замков было несколько, и каждый отвечал за что-то своё. Корабль ведь, как-никак выходил в космос, поэтому герметичность была не самым последним делом. И снималась она постепенно, в несколько шагов. Да и люк, как потом выяснилось, был не один, а три, друг над другом.

Так или иначе, провозившись возле них много времени, они сумели преодолеть последнюю преграду и сдвинуть верхнюю крышку в сторону.

Сразу пахнуло свежим морским воздухом. Он был слегка прохладным, но и Спас, и Лиана одновременно подумали о том, что он символизирует собой жизнь. До этого момента было слишком много неизвестности, а тут они вдруг точно узнали, что приземлились и могут выйти из корабля.

Над ними было звёздное ночное небо.

— Похоже, что с солнечными батареями придётся повременить, — усмехнулся Спас.

— Нет, — возразила Лиана, — пока мы их найдём и сможет подключить, как бы весь день не прошёл и опять ночь не наступила. Без помощи Призрака всё делать становится очень трудно и долго.

Они огляделись по сторонам. Под ними была большая тёмная пропасть, если смотреть не в люк, а рядом. Призрак оставался невидимым.

— Вот тебе раз! — удивилась Лиана, — а я думала, что его невидимость тоже требует энергии… а это похоже какие-то физические свойства использованных в его корпусе материалов.

— Или источник этой энергии отделён от остального корабля. Или эта энергия какого-то другого характера и не зависит от заряда его батарей, — сказал Спас.

— А может быть и так, — согласилась Лиана.

Вокруг этой пропасти под ними плескалась вода, метра на четыре ниже того места, где они находились.

— Нам повезло, — сказал Спас, — ещё бы немного и мы могли бы оказаться под водой полностью, и тогда даже если сумели бы выбраться, то Призрак бы затопило через этот люк. А так пока ещё есть шанс его спасти.

— Призрак очень большой, — сказала, посмотрев ещё раз вниз, Лиана, — и со стороны это место будет видно очень хорошо.

— А может и нет! — возразил Спас, — он же весь внизу, под водой. Наверху только круг пустоты диаметром метров сорок. Основная часть его невидимого корпуса скрыта водой. Так что, если пристально не вглядываться, сразу и не заметишь.

— Но мы сейчас загромоздим его солнечными панелями, а это уже будет видно очень хорошо, — сказала Лиана, — впрочем, гадать нечего, выбора всё равно нет.

— Да, — согласился Спас, — хотя место в целом неплохое. Посмотри, на побережье, за не очень широкой линией пляжа высятся отвесные скалы, слева и справа тоже горные отроги, которые выдаются в море. Мы оказались в достаточно закрытой бухте, и если само наше падение никто не увидел, то теперь-то нас точно не найдут.

— Может быть ты и прав, — сказала Лиана, задумчиво оглядывая окружающий ландшафт, который был погружён в ночную тьму, но видимости хватало, чтобы оценить их местоположение. Потом она посмотрела наверх, на звёзды и сказала, — Артур?

Они некоторое время слушали тишину и плеск волн.

— Молчит? — спросил Спас, хотя этот вопрос был риторическим.

— Молчит, как всегда, когда он нужен! — вздохнул Лиана.

— Он молчит когда он нужен, но всегда появляется когда жизненно необходим, — философски заметил Спас.

— Да, он частенько появляется только в самый критический момент. Если следовать этой логике, то его молчание сейчас это хороший знак. Значит, момент пока ещё не критический! — улыбнулась Лиана.

— Успокоившись этой мыслью, мы теперь можем заняться подготовкой солнечных батарей, чтобы к рассвету успеть их подключить. Очень хочется оживить Призрака, — сказал Спас, — как-то мы к нему уже привязались.

— Конечно! — согласилась Лиана, — очень полезная и умная машина. Если подумать, то он очень сильно нам помог, и не только нам, и не только в этот раз. Нужно будет выразить ему нашу сердечную благодарность, когда он очухается. Ему будет приятно.

— Приятно! — ухмыльнулся Спас, — мы думаем о том, чтобы сделать машине приятно! Как удивительна жизнь!

— Ну что, за дело? — сказала Лиана, и они полезли внутрь, готовить оборудование к рассвету.

Солнечные панели они нашли не сразу, хотя и натыкались на них несколько раз. Оказалось что они мягкие и свёрнутые в рулоны. Там же были сложены раздвижные конструкции, на которые эти панели нужно было натягивать. При хорошем свете они бы разобрались быстрее, но в потёмках, при экономичном использовании ресурсов фонарей, они провозились достаточно долго.

За это время все успели побывать наверху, подышать свежим воздухом и убедиться лично, что они всё-таки приземлились на планету.

Серафим за это время нашёл склад с надувными десантными лодками. Чего только не было у Призрака в закромах. Одну они перетащили наверх, в комнату с люком, но надувать пока не стали.

До рассвета они не управились, к тому же в процессе подготовки столкнулись с некоторыми сложностями. Хотя место где они оказались, было защищено скалами с трёх сторон, однако здесь всё равно было ветрено. По этой причине, разложить конструкции с натянутыми на них тканями солнечных панелей, было невозможно. Они слишком парусили.

Повозившись некоторое время и поняв бесперспективность этой затеи, они пошли другим путём: разложили панели прямо на торчащей из воды части Призрака и расселись на углах, чтобы их не унесло ветром.

Кабели от солнечных панелей они подключили куда надо, с этим разобрался Ваня, который чинил свой корабль, и теперь оказалось, что разбирается в устройстве такой техники лучше всех. Да, это были корабли совершенно разного класса и назначения, однако некоторые принципы внутреннего устройства были идентичны.

Из-за окружавших их гор солнце дошло до них далеко не сразу, а когда день уже был в разгаре. Но и до того момента когда оно показалось над гребнем скалы, панели начали работать. Даже рассеянный дневной свет давал им энергию, но когда солнце показалось в прямой видимости, дело пошло быстрее.

Лиана сидел внизу, в рубке, и ждала пока Призрак очнётся. Когда именно это произошло она так и не поняла, потому что заговорил он с ней так, как будто уже давно пришёл в себя.

— Да, повреждения очень большие, — сказал Призрак, по-прежнему без эмоций, — сам я с ними не смогу разобраться!

— Призрак, ты очнулся? — обрадовано воскликнула Лиана.

— Очнулся не совсем то слово, в общем-то я полностью и не отключался. Но да, активность моих процессов была около нуля, — сказал Призрак.

— Призрак, спасибо тебе большое, ты просто молодец! — сказала Лиана, как можно проникновеннее, — все выжили при приземлении, хотя и побились. Но обошлось без серьёзных травм.

— Я рад, — сказал Призрак, — а вот у меня без травм не обошлось. Очень печальная ситуация. Вся надежда только на вас. Если вы не добудете мне необходимые запчасти, то я буду обречён остаться здесь навечно!

— А вода тебе не вредит? — спросила Лиана, — а то ты почти полностью в ней находишься.

— Пока нет, но чем дольше, тем больше шанс каких-то негативных воздействий. К тому же я ударился о скалу, и последствия этого удара я сейчас оценить не могу. У меня об этом слишком мало данных и возможно понадобится внешний осмотр, который я сам произвести не смогу. Мне нужен серьёзный ремонт! — сказал Призрак.

— Жаль это слышать. Мы сделаем что сможем, чтобы помочь тебе, но пока не очень понимаем что именно нужно делать и как. Ты сказал что здесь находится Аванпост хозяев планеты, и что там можно раздобыть запчасти для тебя. Скажи куда идти, что принести и мы постараемся это сделать, — сказала Лиана.

— Я сказал не совсем это, — возразил Призрак, — я говорил, что это единственное место в этом регионе, где есть такая теоретическая возможность. Но я не говорил, что тут точно есть то, что мне нужно. Я этого не знаю.

— Хорошо, — кивнула Лиана, — допустим. Но тогда скажи, что нам нужно добыть, и куда идти, чтобы попасть на Аванпост. Будем разбираться по ходу. А тебя, наверное, лучше будет герметично закрыть, чтобы непогода тебе не навредила.

— Я смогу перебраться на берег, когда накоплю энергию. Возможно, это будет не сегодня, но завтра уже наверняка. Если вы уйдёте, мне нужен кто-то, кто будет обслуживать солнечные панели. Сам я этого сделать не смогу, тут нужны человеческие руки.

— Тут могут остаться Серафим и Ари, — сказала Лиана, — они первые пришли мне в голову. С Серафимом тебя связывают давние отношения, а тащить Ари в логово к врагам не стоит… опять. Она не очень приспособлена к войне, у неё была совсем другая жизнь до встречи с нами.

— Меня устроит любой вариант, — сказал Призрак, — я всем вам доверяю.

— Отлично! — сказала Лиана, — тогда с тебя список оборудования и маршрут к цели.

— Про оборудование мне лучше поговорить с Ваней, он из вас лучше всех разбирается в этих вещах, — сказал призрак.

— Тогда маршрут! — сказала Лиана.

— Маршрут простой, — сказал Призрак, — Аванпост расположен в центральной, самой высокой скале на этом острове. Они как муравьи изрыли её своими ходами и засели там. Снаружи скала окружена оборонительным периметром, который где-то имеет природное происхождение, а где-то искусственное. И этот периметр очень хорошо охраняется, потому что Аванпост постоянно атакуют.

— Кто? — спросила Лиана.

— Планета, насколько я знаю. Но у меня об этом только самая общая информация.

— Ну, сама планета вряд ли может это делать, для этого нужны какие-то инструменты, при помощи которых она будет воздействовать на Аванпост. Пока что кроме климата ничего в голову не приходит, — сказала Лиана.

— Правильная догадка, — сказал Призрак, — вокруг Аванпоста постоянно происходят климатические аномалии. Но не думаю что это основная проблема для вас.

— А какая основная? — спросила Лиана.

— Основная проблема в том, что вам нужно снаружи проникнуть внутрь через защитный периметр. То есть, пройти через линию фронта. Я даже не представляю, как вы это сделаете! — сказал Призрак.

— Я тоже не представляю, — сказала Лиана, — но не сомневайся, сделаем!

Глава 13

Ваня сказал, а все кто был в курсе согласились, что Призраку хорошо бы попасть к патрулю. У них хорошая технологическая база, много понимающих техников, да и флот космических кораблей, доставленный через портал с другой планеты, сейчас базировался в той зоне. Если что, наверняка можно было найти необходимые запчасти, пусть даже их придётся снять с какого-нибудь другого корабля. Призрак один стоил чуть ли не целой флотилии. Главное было дать ему возможность туда добраться. А для этого нужно было заменить хотя бы несколько блоков в энергетической системе.

Ваня долго общался с Призраком на этот предмет. Они обсуждали возможные варианты оборудования, которое можно было бы использовать, потому что найти именно то что погорело, шансов было немного, нужны были хотя бы какие-нибудь аналоги.

Пока Ваня с Призраком обсуждали технические детали, остальные занимались очень важным, но очень нудным делом. Сидели и не давали ветру сорвать ткани солнечных батарей с корпуса Призрака.

Оказалось, что это дело очень нелёгкое, потому что приходилось сидеть и ничего не делать. А они от такого отвыкли.

Спас сидел в месте, где соединялись два полотнища возле самой воды. На ткани было сидеть психологически проще, чем на самом Призраке, потому что сидеть на невидимой поверхности над пропастью привыкнуть было невозможно. И умом он понимал что под ним твёрдый корпус космического корабля, через который провалиться невозможно. Но мозг не соглашался принять такую реальность и всё время пребывало в состоянии тревоги.

Спас сидел, смотрел на не такой уж далёкий берег и думал. Думал о разном, в основном о том, что происходило в последнее время. Относительный порядок в своей голове он навёл, но только относительный. Всё равно, воспоминания о его прошлом, которые вернулись совсем недавно, требовали осмысления. А ещё воспоминания нескольких других людей, которые поселились в его голове, добавляли сумбура. Да, ему удалось задвинуть их в дальний угол, но в нём всё больше росло осознание, что полного контроля у него над ними нет. И это не просто файлы с чужой памятью, это некие проекции чужих личностей, которые иногда хотят сказать своё слово.

Он бы с радостью от них совсем избавился, но не представлял как это сделать. Вообще не видел такой возможности. Приходилось искать механизм взаимодействия. Да, эти воспоминания появились в нём не случайно. Их ему как будто подкинули в самый удачный момент, когда они могли помочь им всем выбраться из сложной ситуации. Все эти живущие в нём личности сыграли свою роль. А клон так и вообще сумел вмешаться в опасный момент, когда Спас оказался в комнате странного незнакомца, и сумел вырваться из его железной хватки.

Вспомнив про это, Спас вновь начал размышлять о том, кто же это такой был, и какую роль он во всём это играет. Или никакой? А может быть, всё это было просто сном, галлюцинацией? Такое тоже было возможно, но он в это не верил. Он твёрдо знал, что был там на самом деле в тот самый момент. И этот человек его обнаружил и сумел схватить.

Спас думал об этом и не заметил сам, как постепенно начал заваливаться на бок. Сознание взмывало всё выше и выше, пока не вырвалось в космос и не понеслось между звёзд. А тело в это время повалилось на солнечные батареи, а одна нога даже съехала в воду и погрузилась до колена. С каждым новым ударом небольшой волны, мокрая линия на штанине поднималась всё выше и выше. Спас потихоньку сползал в воду. Но он этого не понимал, он летел сквозь космос.

Полёт и в этот раз длился очень долго по его ощущениям, а он всё это время наслаждался безграничной свободой. Но потом, как это бывало и раньше, пространство вокруг пошло волнами, схлопнулось, и он очутился в уже знакомой пещере.

Он стоял на том же самом месте, где и в прошлый раз. Вокруг всё было точно так же. И стол с глиняным кувшином и кружкой, и грубый лежак с аккуратно сложенными шкурами в углу, и стоящее по центру кресло.

Единственное отличие было в том, что в этот раз кресло стояло к нему не спинкой, а лицом. Обитатель этой пещеры был на месте, он сидел в своём кресле и подпирал одной рукой, стоящей на подлокотнике, подбородок. Взгляд его был направлен в то место, где оказался Спас. И было совершенно понятно, что хозяин знает о его присутствии. Более того, он его ждал!

Спас, как и в прошлый раз, предпочёл помолчать. Помня насколько опасен этот человек и какими способностями обладает, Спас решил уйти отсюда побыстрее, но никак не мог этого сделать. Его как будто примагнитило к месту.

Пауза длилась и длилась, они смотрели друг на друга, хотя в обычном понимании этого слова Спаса видно не было. Но человек его всё равно ощущал, видел каким-то другим зрением, понимал, что он здесь.

— Я ждал тебя, — наконец сказал человек.

Спас ничего ему не ответил.

— Я знал, что ты вернёшься! — сказал человек, — наше прошлое знакомство вышло не очень. Я поторопился. Но это было от неожиданности. Ещё никто и никогда не приходил ко мне так! Предлагаю начать с чистого листа.

— Это извинения? — спросил неожиданно для себя Спас. Он не собирался вступать в разговор, но слова вырвались как-то сами собой.

— Нет, конечно! — сказал человек, — мне не за что извиняться. Ты вторгся в мой дом! Так что извиняться должен был бы ты. Но я прощаю тебя и предлагаю просто поговорить.

— Кто ты? — спросил Спас.

— Ты приходишь в мой дом без приглашения, так может быть, сначала сам представишься? — сказал человек.

— Я прихожу сюда не по своей воле, — честно сказал Спас, — сам не понимаю, как это получается. Так что, я не знаю где я и почему. Следовательно, и представляться не горю желанием. Я бы с радостью ушёл.

— Нет, дружок, так дело не пойдёт, — сказал человек вроде бы по-прежнему спокойно, но в голосе почувствовалась какая-то глухая и неотвратимая угроза. Всё вежливое общение этого человека было просто маской, которая была ему нужна только для того, чтобы получить нужную ему информацию как можно быстрее. Если так не получится, что он без раздумий перейдёт к насилию. А силы у него немерено, Спас это по прошлому визиту очень хорошо помнил, — я подготовился к твоему приходу и так быстро тебя теперь не отпущу.

Спас понимал, что он говорит правду. Уйти без разрешения не представлялось возможным. Незнакомец каким-то образом сумел его заблокировать здесь.

— А вообще отпустишь? — задал Спас резонный вопрос.

— Это зависит от того, как пройдёт наш разговор, — сказал человек.

— Получается, что я твой пленник? — спросил Спас.

— Ну, получается, что так, — едва заметно улыбнулся человек.

— Тогда, если ты узнаешь всё что тебе нужно, зачем тебе меня отпускать? — спросил Спас.

— Ты прав, незачем, — человек наконец-то убрал подбородок с подпиравшего его кулака и откинулся в кресле, — тебе остаётся только надеяться на мою добрую волю.

— А добрая ли она у тебя? — спросил Спас.

— Нет, — честно и без тени иронии сказал человек, — она у меня рациональная. Я делаю только то, что считаю полезным для меня. И это приносит свои плоды.

— Надо сказать, что плоды довольно скромные, — сказал Спас, имея ввиду жилище этого человека, и тот его прекрасно понял.

— Ты судишь о достижениях человека по комфорту его жилища? — человек не смог сдержать улыбку, — ну тогда ты просто дурак!

— Это не лучший показатель, — согласился Спас, — но если человек намекает на какие-то свои достижения и при этом живёт в пещере, то это вызывает диссонанс с традиционными представлениями.

— А зачем нам традиционные представления? Плевать на традиции и представления. Нужно отталкиваться только от собственных желаний и потребностей. У меня есть сосуд с водой, чтобы утолить жажду. Есть второй сосуд, из которого я непосредственно пью, потому что из большого пить неудобно. Какая разница из чего они сделаны? Главное, чтобы вода была чистая. Эти сосуды стоят тут не одну сотню лет и свою функцию выполняют. Как и лежак, как и шкуры на нём. Шкуры иногда приходится менять. Но не часто. Место для сна тоже выполняет свою функцию.

— А кресло? — спросил Спас.

— Да, кресло слегка выпадает из общей картины. Но всё дело в том, что простые вещи это не закон. Я просто захотел кресло, и всё. У меня были на то свои причины. Для меня кожаная мебель просо кое с чем связана и имеет определённое значение. Но и это кресло очень старое, возможно придётся со временем заменить. Суть не в том, какие именно вещи, а в том, что они ничего не значат в большинстве случаев. Их задача выполнять свою функцию. А с этим часто лучше всего справляются самые примитивные варианты. Люди тысячами лет ценят золото. Я мог бы жить в золотой пещере, есть с золота и спать на золоте, но зачем? Чтобы мне все завидовали? Но мне это не интересно. О моём существовании вообще не очень многие знают. Мне не нужна чужая зависть, потому что я обладаю действительно огромной властью. Я управляю такими процессами, которые тебе и не снились. От моей воли зависит жизнь миллионов людей. От моей воли зависит существование этой планеты, если уж на то пошло! — сказал человек. И не смотря на всю пафосность этой речи, говорил он это совершенно спокойно, как само собой разумеющееся.

— Так ты и есть Директор? — спросил Спас, ничуть не сомневаясь, что угадал.

— Директор? — усмехнулся человек, — ну да, для некоторых я директор. Но мне больше нравится слово «Хозяин».

— Ну уж нет, — усмехнулся Спас, — хозяином я тебя называть точно не буду. Директором, ещё куда ни шло.

— На самом деле, это всё тоже не имеет значения, — сказал Директор.

— Но если ты такой могучий и всесильный, — спросил Спас, — зачем я тебе нужен? Зачем ты вообще тратишь время на разговор со мной?

— Потому что мне интересно! — слегка развёл руки в стороны Директор, — я хозяин и самому себе в том числе. Я могу себе позволить делать то, что мне интересно и хочется. Никогда себя в этом не сдерживаю. Видишь ли, во времени я, как и во всём остальном, не ограничен. Общаюсь с другими людьми я не часто. Я управляю большими процессами, мне не нужно отдавать никому распоряжения. Текучкой я не занимаюсь. Я контролирую стратегию, а не тактику. Так что, сам по себе разговор с кем либо, для меня явление исключительное. Обычно мне это не нужно. О чём мне говорить с рабочими тараканами?

— Откровенно, — сказал Спас, — остальных ты за людей не считаешь, получается, да?

— Это вопрос терминологии, какая разница за кого я их считаю? Ну, пусть они люди, тогда я существо более высокого порядка. Одно ясно, мы не равны. Так лучше? — спросил Директор.

— Но мне почему-то кажется, что ты человек, — медленно сказал Спас, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Да, я был рождён обычным человеком, но я прошёл большой путь и многого сумел достичь. Именно поэтому я выше. Я выиграл глобальную конкуренцию в масштабах человечества. Нет никого могущественнее меня! — сказал Директор.

— Это гордыня, — сказал Спас, — и не может быть, чтобы ты был самым-самым могущественным среди людей. Я в это просто не верю!

— Это не гордыня, это констатация факта, — сказал Директор, — в мире, конечно, есть силы, которые мне неподвластны. Силы, которые мне противостоят. Силы, с которыми я воюю! Но все эти силы это большие объединения людей. Человека же равного мне по могуществу не существует! Но и подчинение мне этих групп, а впоследствии всего человечества, это только вопрос времени. А оно у меня не ограничено.

— Ну, в таком случае, должен поставить тебя в известность, что у твоей корпорации большие проблемы, — сказал Спас, — уничтожен Энергон, на станции перебои с энергией. Да и всё руководство станции вроде как уничтожено!

— Это всё мелочи, — сказал Директор, — а вот совсем не мелочи другое. Откуда тебе всё это известно, тем более, что руководство станции погибло совсем недавно? И если про Энергон знают довольно много людей, то про второй инцидент совсем немногие. Так кто ты?

— А может быть ты не такой уж и могущественный, — сказал Спас, — и ситуация выходит у тебя из-под контроля?

— Кто ты? — повторил Директор, пристально глядя на то место, где стоит Спас. А Спас чувствовал, что он его видит. Может быть не физический образ, но как-то он его всё равно визуализирует и даже при ментальном общении считывает все эмоции и мимику, которых в реальности нет.

— И всё-таки я не понимаю, как человек, который собирается править человечеством, вдруг снизошёл до меня. Я-то ничем особо не выделяюсь. Я самый обычный, — сказал Спас.

— Обычные люди не попадают ко мне сюда эфирным телом без физической оболочки. Обычные люди не имеют внутри себя несколько разных личностей. Обычные люди не осведомлены о секретных событиях, которые произошли только что. Так кто же ты? — человек вдруг вцепился в подлокотники, подался вперёд и процедил сквозь зубы, — тебя Яков прислал?

— Кто? — удивился Спас.

Директор некоторое время пристально в него вглядывался, решая искренне он удивился или нет, и, в конце концов, пришёл к выводу что искренне. Тогда он расслабленно откинулся на спинку кресла и сказал:

— Неважно!

— Я понятия не имею, о ком ты говоришь, — пожал плечами Спас.

— Я многое тебе рассказал, — после небольшой паузы заговорил Директор, — теперь ты знаешь кто я такой. Я бы хотел ответной любезности. Кто ты, и как сумел поместить в себя другие личности? Причём они тебя не размывают, не конкурируют за сознание, но они есть! И могут проявляться при необходимости, как в прошлый раз. Один из твоих жильцов меня сильно ударил!

— Извиняться я не буду, — усмехнулся Спас, — я могу тебе кое-что сказать, если ты пообещаешь меня отпустить.

— Пообещаю? — удивился Директор, — ты серьёзно?

— А что? — не понял Спас.

— Обещание, это обязательства, — сказал Директор, — а я не беру на себя обязательства никогда! Я делаю только то, что в моих интересах.

— Я, кстати, тоже на себя никаких обязательств не брал. Ты откровенничал только из желания похвастаться, — сказал Спас.

— Ну, ты себя со мной не ровняй, — сказал Директор, — мои принципы это мои принципы, тебя они не касаются. И у тебя всё равно нет выбора. Можешь оказать мне любезность, но если откажешься, то я всё равно найду способ вытащить из тебя то, что мне нужно.

— А что тебе нужно, личности которые во мне? — спросил Спас.

— Нет, зачем мне этот мусор? Мне нужен способ, технология. Мне нужно освоить этот процесс, и с твоей помощью я этого добьюсь. Всегда добиваюсь. Пока что я пытаюсь тебя убедить сотрудничать. Но если не получится, то придётся перейти к насилию. Я всегда получаю то, что мне нужно, — сказал Директор.

— А зачем тебе это? Честно скажу, другие люди в голове это не подарок. Это не упрощает жизнь, а усложняет, — сказал Спас.

— Это потому что ты дурак, — сказал Директор, — ты обладаешь уникальным даром, и используешь его чтобы колоть дрова… или вообще не используешь. Конечно, не нужно собирать в себя всех подряд. Нужно тщательно отбирать кандидатов. Одарённых людей, обладающих уникальными знаниями и способностями. Учёных гениев. Вариантов масса! Я и так себя очень сильно развил, так, как никто и никогда. Так, что превзошёл даже представителей изначальной расы, — на этих словах Спас дёрнулся, — а, про них ты получается знаешь, — удовлетворённо сказал Директор, — поговорим ещё и я выясню о тебе всё. Я не очень хочу переходить к принудительному извлечению информации, потому что боюсь повредить что-нибудь в твоём сознании. Я же пока не знаю, как это работает. А вот когда узнаю, тогда у меня сдерживающих факторов станет значительно меньше.

— Я так понимаю, что живым ты меня отпускать не собираешься ни при каком развитии событий, — сказал Спас.

— Ты слишком многое узнал. И в процессе нашего общения узнаешь ещё больше. Тебя нельзя отпускать. Это исключено! — сказал Директор.

— Ты же сказал, что отпустишь меня или нет, будет зависеть от того, как пройдёт наш разговор, — сказал Спас.

— И в процессе стало понятно, что отпускать тебя нельзя. Что тебя удивляет? — сказал Директор.

— Я одного не понимаю, — сказал Спас, — а почему ты меня не обманул? Мог бы сказать что обещаешь отпустить, глядишь, я и разоткровенничался бы. А так, если у меня не будет надежды, я могу и упереться.

— Обман это глупость, не имеющая смысла. Я не буду унижать себя ложью! Я допускаю манипуляцию, но прямая ложь это особенность низших существ. Это позиция слабого. Я и так получу все, что мне нужно, — сказал Директор.

Спас вдруг почувствовал, что ему нехорошо. Ноги, которых у него сейчас как бы и не было, стали подкашиваться, и он стал оседать вниз. Возможно, это было просто на уровне ощущений, но очень уж явственно у убедительно.

— Эй, — воскликнул не сумевший скрыть своего удивления Директор, — что ты делаешь? Прекрати!

Но Спас ничего не делал, он просто проваливался в небытие.

Директор уже стоял прямо перед ним и пытался, как в прошлый раз, схватить Спаса за саму сущность. Но у него это плохо получалось, Спас ускользал.

В то же время он почувствовал что сила, удерживающая его в этой пещере, отступает. Но уйти он всё равно не может, по одной простой причине… он умирает!

Эта мысль резанула сознание Спаса так ярко, что её увидел даже Директор.

— Не смей умирать! — воскликнул он, и Спас услышал в его голосе отчаяние. Директор и сам его услышал и удивился этому. Впервые за очень долгое время у него что-то не получилось! Он не смог взять то, что ему было нужно! Это было поражение! Пусть даже оппоненту оно и стоило жизни, это было неважно. А важно было то, что этот так нужный ему человек ускользнул!

Когда ему в прошлый раз удалось вырваться, Директор не сильно переживал, потому что был уверен, что они ещё встретятся, что он сможет его найти. Но если объект умрёт, то всё будет кончено и он не получит столь желанную способность, на которую уже так рассчитывал.

— Стой! — сквозь зубы процедил Директор, удерживая Спаса из последних сил.

— Это ты главный у тех, кто меня убил? — услышал он женский голос, — я отомщу тебе! — и Директор увидел мелькнувшую пере лицом руку, после чего щёку обожгло резкой болью.

Директор вдруг осознал, что в пещере он остался один. Он поднёс палец к щеке и провёл по ней. Палец испачкался кровью. Ему нанесли физическую травму! Какая-то невидимая стерва, непостижимым образом расцарапала ему лицо!

Он подошёл к креслу и сел в него, держа палец перед глазами. Потом высунул язык и коснулся окровавленного пальца кончиком языка. Да, это была кровь! Его кровь!

— Очень интересно! — сказал Директор и погрузился в размышления.

Спас пришёл в себя от обжигающей боли, которой просто взорвалась его щека. Он попытался вздохнуть, но что-то мешало и, резко дернувшись, он перекатился на бок, давая вытечь остаткам воды из лёгких, после чего судорожно и глубоко втянул воздух, который ожёг лёгкие как кислота…

— Спас, ты совсем что ли обалдел? Ты же чуть не умер! — услышал он надорванный голос Лианы, — точнее даже ты уже умер! Я вообще не понимаю, как ты сумел очнуться!

Спас повернул голову и от того что его глаза были мокрыми то ли от воды, то ли от слёз, увидел расплывающееся лицо Лианы.

— Возможно, только это меня и спасло, — прохрипел Спас, не в силах взять полностью голос под контроль, горло было как будто ободранным.

— Что ты несёшь? — стараясь взять себя в руки, сказала Лиана.

— Если бы я чуть не умер здесь, то я бы совсем умер там! — сказал Спас и закрыл глаза, потому что сил что-то ещё говорить у него больше не было.

— Похоже, что он бредит, — раздался где-то рядом голос Игоря.

— А мне кажется, что нет! — возразил ему немного испуганный голос Лианы.

Спас подумал, что обязательно ей всё расскажет, но только не сейчас. Сейчас у него совершенно нет на это сил!

Глава 14

Призрак точно посчитал, сколько при такой погоде и таком его местоположении понадобится времени, чтобы подзарядить его системы настолько, чтобы он смог подняться из воды и переместиться на берег. Для такого небольшого перелёта он мог накопить энергию, для этого ёмкости выживших энергетических систем хватало. Но на дальний перелёт он уже был не способен, для этого нужен был ремонт, хотя бы частичный.

Все решили дождаться момента «переезда» Призрака на побережье, и только потом отправляться на Аванпост. Хотели проконтролировать процесс, вдруг возникнут какие-нибудь непредвиденные сложности.

На восполнение ресурса ушло два полных световых дня. На закате второго Призрак медленно поднялся из воды, которая струями стекала с его невидимого корпуса, что было завораживающим зрелищем. И так же медленно и осторожно на небольшой высоте долетев до берега, аккуратно на него опустился. Из-за остатков воды очертания его корпуса угадывались ещё некоторое время, и было совершенно очевидно, что встал он криво. Это же было понятно и по открывшемуся входу, который теперь был под углом. Впрочем, как и всё внутри. Призрак стоял слегка накренившись на один бок.

Во время его полёта они заметили, что и функция невидимости на его нижней части, там, где он ударился о скалу, была нарушена. Она продолжала работать, но не полностью. Виднелись какие-то линии, пятна и артефакты.

Незадолго до того, как отравиться в путь, перед самым рассветом, Женя подошла к Призраку и, положив ладонь на невидимый корпус, слегка его погладила и о чём-то задумалась.

— Признаюсь, я немного завидую Левиафану, — раздался вдруг голос Призрака, — ему очень повезло с капитаном. Наверное, каждый корабль мечтает о таком взаимопонимании с человеком!

Женя вздрогнула, когда он начал говорить. Где-то поблизости тяжело вздохнул Серафим и, покачав головой, пошёл куда-то в сторону.

— К сожалению, он не может этого оценить так же как ты, — ответила Женя, — у него нет сознания, и нет возможности говорить… но мне постоянно кажется, что он всё очень хорошо чувствует и понимает. И говорит со мной, но только по-своему. Не словами, а знаками, которые остальные понять не могут.

— Но ты их понимаешь? — спросил Призрак.

— Я понимаю, — кивнула Женя, — тут два варианта, то ли я сумасшедшая, которая общается с машиной, то ли я действительно его понимаю. Как на самом деле, я понятия не имею!

— Поверь машине умеющей говорить, он с тобой общается. Есть что-то за пределами вычислительных мощностей и программного обеспечения. В любой технике есть своя душа. Может быть, она не такая как у людей, но она есть.

— Ты очень странный корабль, — сказала подходя к Жене слышавшая их разговор Лиана, — и слово «странный», не передаёт всего того изумления, которое ты вызываешь. Ты рассуждаешь об очень сложных материях. Это уже философия. Машина способная к философии? Это, действительно, похоже на новый виток в эволюции техники.

— Только этот новый виток сейчас лежит на берегу, беспомощный и беззащитный, — сказал Призрак.

— Ну, пушки то у тебя работают? — спросила Лиана.

— Пушки работают, — согласился Призрак.

— Значит, не такой уж и беззащитный. Да и не одинокий, если большая группа людей сейчас собирается идти и рисковать своей жизнью, чтобы тебя починить, — сказала Лиана.

— Я мог бы сказать, что починить меня, это их единственный способ выбраться с этого острова, но не буду портить момент, — сказал Призрак.

— Однако испортил, — укоризненно из темноты сказал Серафим.

— И это тоже совершенно человеческое свой свойство характера, — сказала Лиана, — что делает его только ещё более удивительным!

Оставив Серафима и Ари присматривать за Призраком, остальные отправились в путь. Для этого они взяли альпинистское снаряжение, которое тоже было в запасниках Призрака. Этот корабль должен было обеспечивать работу десанта в самых разных условиях. Ещё они взяли с собой «Леприкона». Тот аппарат, при помощи которого Серафим проделала проход в скале, и вызволил из заточения Ладу, Игоря и Барсика.

За последний день они успели произвести разведку и поняли, что путь к Аванпосту лёгким не будет. Местность, через которую им предстояло пройти, была очень скалистой. Были опасения, что они могут оказаться в такой ситуации, когда дальше идти просто не смогут. Леприкон был тут как один из вариантов преодолеть непроходимое место.

Это Игорь вспомнил про него и предложил взять с собой, когда забравшись на скалу, пытался определить место, где им лучше будет проложить свой маршрут. Во все стороны всё было одинаково плохо.

Призрак сказал, что не весь остров имеет такую сложную скалистую поверхность, это просто им повезло оказаться со стороны, где старая и осевшая горная гряда опускается к морю.

А их путь лежал в самый центр, к устремлённой ввысь горной вершине, над которой постоянно находились тучи. Сначала они подумали что это совпадение, но этот природный эффект не менялся со временем, как будто над горным пиком была какая-то воронка, где клубился тёмный туман, иногда разрезаемый вспышками молний.

В сложенном виде Леприкон занимал довольно много места, там ведь был и скафандр для оператора, и запас реактива, и сама «пушка». Этот ящик взял на себя Ваня, иначе его пришлось бы тащить двоим. Но он соорудил на него две лямки и повесил себе на спину как рюкзак. А Ванины вещи поделили между всеми остальными. Как всегда, вещей оказалось немало. Хотелось бы пойти налегке, но без необходимого снаряжения был шанс просто не добраться до места назначения.

Как только небо начало светлеть, они тронулись в путь. Хотелось за световой день пройти как можно больше, потому что ночью они идти точно не будут. В такой сложной местности, это может быть просто самоубийственно.

Для начала нужно было взобраться на прибрежную скалу, идущую вдоль воды крутым обрывом. Но они уже на неё поднимались с целью разведки, и при кажущейся неприступности, там были места, где можно было забраться наверх без особых проблем. Но основные сложности должны будут начаться дальше.

Когда они оказались наверху, солнце ещё даже не встало. Они выстроились на относительно плоской площадке глядя вперёд. Стояли молча, каждый думал о своём, даже Деревяшка.

И только Спас не мог думать. Он смотрел на эту скалу и видел внутри неё какую-то странную пульсацию.

— Скажите, а только у меня чувство, что всё это не может быть случайностью? — сказал вдруг Игорь.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил у него Ваня.

— То, что мы только что со станции еле унесли ноги, и единственное место где мы могли оказаться на всей планете, это как раз остров где базируются хозяева планеты, — сказал Игорь, — слишком уж очевидное совпадение.

— Ну так Призрак же нас заранее об этом предупредил, — сказал Ваня, — это единственное место в этой части планеты, где есть цивилизация и где можно достать запчасти…

— В теории, — вставила Лиана.

— В теории, — согласился Ваня, — но тем не менее.

— Это если смотреть на ситуацию горизонтально, — сказал Игорь, — а ты немного приподнимись мысленно и посмотри на неё сверху. Тогда всё выглядит несколько иначе!

— Мне кажется, что ты выдумываешь! — покачал головой Ваня.

— Должна открыть вам один секрет, — вздохнула Лиана, — мы просто пешки в большой игре. Хотя нет, вру! Мы гораздо более значимые фигуры. Может быть даже ферзи!

— А кто может быть выше ферзя? Король? — спросил Ваня.

— Игрок! — просто сказала Лиана, — какими бы сильными фигурами мы не были, но мы только инструмент, который двигают по доске. А играют в эту игру силы гораздо более высокого порядка.

— Звучит печально, — сказал Ваня.

— Но обнадёживает то, что мы сражаемся на стороне хорошего игрока, — сказала Лиана, — мы боремся за правое дело.

— Наши враги могут думать так же, — задумчиво сказал Игорь, — на войне у каждого своя правда.

— Но истина-то одна, — возразила ему Лиана, — и если подумать, посмотреть на происходящее как ты только что говорил, вознесясь мысленно над ним повыше, тогда многое становится более понятным. Возможно, просто нужно взлететь ещё выше, чтобы видеть ещё меньше деталей и суметь обозреть общую картину.

— Я и не сомневался что мы на правильной стороне, — сказал Игорь, — я только говорил о том, что противник может думать так же и отстаивать свою правду с завидным упорством, не хуже нашего.

— Не всегда! — улыбнулась Лиана, — иногда они очень даже хорошо понимают, что находятся не на той стороне. И да, это помогает нам с ними справиться. Если оглянуться назад, то мы найдём тому много примеров.

— А какая правда у хозяев планеты? — спросил Ваня, — власть и деньги?

— Наверное, — пожала плечами Лиана, — обычно это основная мотивация, причём можно оставить только власть, потому что деньги это просто ресурс, инструмент. И при наличии власти, деньги тоже появляются. Так что это, как всегда, стремление к власти. Вся история человечества на этом построена.

— А мы разве не уничтожили хозяев планеты? — удивилась Женя.

— Нет, — ответила ей Лиана, — мы уничтожили чиновников, управляющую администрацию, тех, кто руководит всеми процессами. Но мы не уничтожили владельцев. По крайней мере, я так думаю. Возможно, что в дирекции и был кто-то из владельцев, но точно не все. Это просто люди разного уровня. Да, эти считали что они тут главные, но правда в том, что они и сами на кого-то работали. Вопрос в том, на кого именно. А этого мы, возможно, никогда не узнаем.

— Значит всё зря? — удивилась Женя.

— Не зря, — возразила Лиана, — если им будет вести свою деятельность здесь тяжело, или даже невозможно, то всё может измениться в лучшую для нас сторону. И мы как раз занимаемся тем, что всячески портим им жизнь. Делаем что можем. И, надо сказать, мы многого достигли. Ещё несколько лет назад я и представить себе не могла, что такое вообще возможно. Об этом мечтали мой дед и отец, но всё это было похоже на бесплодные фантазии и возню тараканов в траве. А посмотри что сейчас! Мы уже давно не тараканы, а самые настоящие хищники.

— Ферзи! — напомнил ей её недавнюю аналогию Игорь.

— Название не так важно, важно то, что мы играем большую роль во всей этой истории, хотим мы того или нет, — сказала Лиана, — я, например, не очень хочу, но не могу уже сойти с этого пути…

— Плохое место! — вдруг громко выдохнул Спас, который ушёл в себя и пропустил их разговор.

— Кстати, ты так и не рассказал про свой последний приступ, — сказала Лиана, — всё время отнекиваешься и откладываешь на потом.

— Рыжего старика звали Яков? — вдруг огорошил её вопросом Спас.

— Да, а что? Ты его видел? — схватила она его рукой за грудь и пристально уставилась в глаза.

— Нет, но похоже видел того, кто тоже с ним знаком, — сказал Спас.

— Я что-то теряю нить разговора, — почесал затылок Ваня.

— Да, расскажи более понятно, нам всем тоже интересно, — сказал Руди, который до этого не принимал участия в беседе, обдумывая что-то своё, а тут заинтересовался.

— Думаю, что не стоит, — сказал Спас, — вы и так принимаете меня за тронутого, что я, не вижу что ли? Зачем мне усугублять положение? Но и утаивать от вас ничего не буду. Просто, пока что это не несёт никакой ценности. Если станет понятно как использовать ту информацию, которой я владею, то я сразу же ей поделюсь.

— Но мне-то расскажешь? — требовательно спросила Лиана.

— Тебе, конечно! — сказал Спас, — но я и сам пока ещё не очень понимаю, что это значит. А остальным скажу просто что, похоже, я видел Директора. Главного во всём этом. И это очень опасный человек. Он на многое способен. Но никаких подробностей пока не скажу, потому как толком и сам не понимаю, ни где он, ни как до него добраться, ни как с ним справиться. Он может быть вообще на другой планете.

— Ладно, — пожал плечами Руди, — подождём новых твоих приступов. Только вот, надеюсь, они не случатся на отвесной скале. Я с тобой в одной связке идти отказываюсь!

— И я не в обиде за это, я и сам бы отказался идти с собой в одной связке, — сказал Спас.

— Я пойду, — улыбнулась Лиана, — я не боюсь!

— Слушай, — сменил тему Руди, — только один вопрос про Директора. Охарактеризуй его одним словом. Не нужно никаких подробностей и описаний. Одно слово, которое приходит тебе на ум, когда ты его вспоминаешь.

Спас ненадолго задумался, а потом сказал:

— Аскет!

— Аскет? — повторил Руди и тоже задумался, а потом вдруг уверенно кивнул, — верю! Теперь верю, что ты видел Директора!

— Почему? — удивился Спас.

— Потому что человек, ворочающий такими большими делами должен отличаться ото всех. И если бы ты выбрал слово связанное с силой, опасностью, властью, могуществом… я бы тебе не поверил. Это всё банально и подразумевается само собой. Но вот аскетичность, это уже кое-что. Человек, для которого материальные блага не важны, который живёт интересами более высокого порядка… — сказал Руди.

— Я бы не назвала это «высоким порядком», — сказала Лиана.

— Я не о моральной составляющей, а о том, что он мыслит более существенными категориями. И да, такой человек, вне всяких сомнений, опасен, — сказал Руди.

— Потому что аскет? — удивилась Женя.

— Нет, просто какой-нибудь аскет не опасен. Аскетичность это не признак опасности, — сказал Руди, — но если человек возглавляет огромную корпорацию владеющую в том числе и планетой, и при этом аскет, то да! Такой наверняка опасен вдвойне. Потому что он всё это делает ради какой-то идеи, а не ради банальной власти, о которой вы тут говорили. Для него уже и власть тоже просто инструмент, как и деньги и всё остальное.

— И такой вывод ты сделал из одного только слова «аскет»? — удивилась Женя.

— Да, — пожал плечами Руди, — по-моему, это вещь довольно очевидная.

— И что нам делать? — спросила Женя, — если наш противник такой, как ты его описал, что это меняет для нас?

— Что делать? — усмехнулся Руди, — как всегда, найти и убить. Ликвидировать, вычеркнуть из списка живых, обнулить, ну и так далее…

— У тебя для всех проблем одно решение, — сказала Лиана.

— Каждый должен занимать тем, что он умеет делать лучше всего. Меня очень хорошо научили убивать, грех не использовать эти навыки для благого дела. Я же не направо и налево всех крошу, а очень выборочно, по строгой необходимости, — сказал Руди.

— А что ты будешь делать, когда враги закончатся? — спросила Женя, — кого тогда будешь убивать?

— Тут я тебе могу ответить вместо Руди, — сказала Лиана.

— Ну-ка, ну-ка, очень интересно, — оживился Руди.

— Враги никогда не кончатся! — сказала Лиана, — если мы справимся с этими и победим, со временем появятся новые. Они и сейчас где-то есть, даже если мы не знаем об их существовании пока что. Так что, нужно будет их просто найти…

— И покарать! — вставил Руди, — Лиана права! Кто-кто, а уж убийца без работы никогда не останется. Всегда будет кто-то, кого нужно вычеркнуть.

— Да, — вздохнула Женя, — хорошо, что ты на нашей стороне!

Руди положил руку ей на плечо, посмотрел в глаза и очень серьёзно сказал:

— Ты даже не представляешь, насколько это хорошо! И не столько для вас, сколько для меня. Я вполне мог быть и на противоположной стороне… да что уж там, я на ней и был! Но мне повезло встретить Лиану и это изменило мою жизнь. Даже моим не самым уважаемым способностям нашлось применение. И теперь, убивая во имя торжества справедливости, я чувствую себя гораздо лучше! Моя жизнь стала очень осмысленной… про семью я уже молчу. Раньше я про такое и подумать не мог. Вообще себя в роли мужа и отца не видел.

— Так может дело не во мне? — взглянула на него Лиана, — может быть, тебе повезло встретить не меня, а Машу?

— Вас обоих! — ничуть не смутился Руди, — если бы мы с ней встретились где-нибудь в другом месте, а не на Левиафане, среди вашей команды, возможно, ничего бы и не произошло. Тут всё в совокупности! И если даже это всё не случайно, как говорил Игорь, если всё это было подстроено… ну что ж! Так тому и быть, и я лично, как фигура на доске, испытываю глубокую признательность к игроку, который так круто изменил мою жизнь!

— Но ведь это же могло быть и просто совпадением? — спросил Игорь.

— Могло, — охотно согласился Руди, — и мне, честно говоря, плевать! Главное, что это случилось, а почему, это дело десятое.

— Солнце! — раздался вдруг голос Деревяшки.

— Ух ты! — обрадовался Ваня, — какое длинное слово ты осилил! Молодец!

Деревяшка заулыбался, но слегка смущённо.

— Да, солнце уже встало, — сказала Лиана, глядя на край показавшегося над горизонтом диска, — а мы ещё толком никуда не продвинулись!

— Действительно, хватит трепаться! — возмутился Руди, как будто это не он только что пускался в пространные рассуждения о своей судьбе.

Они не успели сделать и шага, как вдруг Лиана сказала:

— Стойте!

— Что такое? — спросил Спас, который был рядом с ней.

— Пока не знаю, — сказала она, и показала на одну из скал, которая была не совсем на их пути, а чуть в стороне, — не могу этого точно объяснить пока, но мне кажется, что там есть следы человеческого присутствия.

— И в чём они выражаются? — спросил Руди.

— Говорю же, пока не поняла сама, — сказала Лиана, — мозг заметил что-то необычное, но пока не может понять что именно.

— Предлагаешь туда наведаться? — спросил Спас.

— Конечно! — сказала Лиана, — если там враги, то не стоит их оставлять у себя за спиной. Если же там друзья, они смогут нам чем-нибудь помочь. Может, укажут наиболее простой путь к Аванпосту.

— Думаешь, тут можно встретить друзей? — скептически спросил Руди.

— Возле самого Энергона, когда нас загнали в угол, мы и то встретили друга! Правда, Резвая? — спросила Лиана у Резвой, которая как всегда была неизвестно где, и тут вдруг вышла из-за большого валуна.

— Да, — тут же включилась в разговор та, — это было невероятно, но было!

Глава 15

Путь был не лёгким. Альпинистское снаряжение им пригождалось постоянно. Они не карабкались по отвесным скалам, но в некоторых местах идти было лучше со страховкой.

Никогда не страховались только Деревяшка, который это делать оказывался по непонятным причинам, видимо просто не понимал за чем это нужно. Но несмотря на внешнюю неуклюжесть и хромоту, он был довольно ловким и цепким. А ещё категорически отказывалась страховаться Резвая. Она по своему обыкновению время от времени исчезала, то обгоняя всех, то, наоборот, отставая.

Справедливости ради надо сказать, что именно Резвая частенько подсказывала, где лучше пройти. Сначала они всё время перепроверяли её предложения, но потом стали больше прислушиваться и доверять ей. Почувствовав это, она стала ещё больше стараться.

Отчасти именно это и привело к тому, что они оказались на краю непроходимой пропасти.

— Мы бы всё равно в неё упёрлись, здесь или в каком-либо другом месте, — слегка виновато сказала Резвая, почувствовав на себе косые взгляды.

Преградившее им путь ущелье казалось бездонным. И не таким уж старым, по меркам геологии. Было ощущение, что эта горная гряда просто треснула, вследствие какого-то природного катаклизма.

— Что будем делать? — спросил Игорь, — перебраться через неё мы не сможем… в теории шанс, конечно, есть… но слишком велики риски. Очень отвесные края, не за что зацепиться.

— Разумнее будет идти по краю, в сторону центра острова, — сказал Руди, — расщелина, конечно, уведёт нас немного в сторону, но учитывая что это всё-таки ограниченный кусок суши, где-то перебраться будет можно. Пусть даже она дойдёт до моря, там-то уж точно можно будет переплыть её. Как вам такой план?

— План хороший, но мы пойдём вон туда, — сказала Лиана, — которая всё это время поглядывала в противоположную, доминирующей на острове вершине, сторону.

— Почему? — заинтересовался Руди.

— Там что-то есть, — сказала Лиана, — чувствую, что мы сможем перебраться. Я не могу разглядеть отсюда, но почти уверена, что это переправа на другую сторону.

— Мост? — удивился Ваня, — что-то я там ничего такого не вижу.

— Ну, мост это слишком сильно сказано, — улыбнулась Лиана, — пойдёмте и посмотрим. Туда, кажется, можно добраться без проблем, дорога у нас займёт всего пару часов.

— Всего, — проворчал Руди, — так мы до ночи никуда не доберёмся.

— Или, как раз, доберёмся, — сказала Лиана.

— Ты всё про местных обитателей? — спросил Игорь, — я, сколько ни приглядываюсь, ничего не могу интересного увидеть.

— Я уверена, что тут кто-то живёт. Не много людей, но они есть. И они эти места хорошо знают. Знают все проходы и лучше нам с ними встретиться и поговорить, — сказала Лиана.

— А они могут на нас напасть? — заинтересовалась Женя.

— Понятия не имею, но лучше не давать им такую возможность и самим владеть инициативой, — сказала Лиана.

— Вот тут я совершенно согласен, — Руди расплылся в улыбке, — инициатива наше всё!

До переправы они дошли часа через полтора. В этом месте ущелье сильно сужалось, и от одного края до другого было не больше двадцати метров. Здесь между краями была натянута толстая верёвка. Верёвка была самодельная, но судя по всему очень прочная. Её сплели из множества других верёвок, выглядящих как части армейского снаряжения. Соответственно это были синтетические и износостойкие волокна, которые превратили в одну длинную верёвку. Из-за того что верёвка была сплетена из множества других, вид она имела не очень аккуратный. Во многих местах в стороны торчали кончики других верёвок и размахрившиеся концы. Толщина тоже была не очень постоянной, и местами попадались толстые шишки. Но натянута она была хорошо, закреплена надёжно и вес выдерживала не маленький.

Верёвка была натянута выше края ущелья, метра на два. Это было обусловлено местами её крепления к скале. В том месте, где к ней можно было подойти, они попробовали на ней повиснуть, постепенно повышая нагрузку. Начали с Деревяшки, но потом дошли и до Вани. Финальным испытанием было, когда на ней одновременно повисли Ваня, Игорь и Руди.

Верёвка легко справилась с их весом. Но это был стресс-тест и нагружать её так во время переправы они не планировали. Перебираться решили по одному. Проблема была только в Деревяшке. Но пока они обсуждали что с ним делать и кто его понесёт на себе через пропасть, он взобрался на место крепления верёвки и оттуда побежал по ней, балансируя руками.

Все в ужасе замерли, не сомневаясь что он сорвётся вниз. Но через считанные секунды Деревяшка оказался на другой стороне, осторожно спрыгнул с верёвки, и гордо встал напротив них. Даже с этого края ущелья было видно, что он очень доволен собой и гордится тем, что он так ловко перебрался на другую сторону.

— Он, наверное, понял, что мы про него говорим и решил упростить нам жизнь, — сказал Ваня, с нежностью в голосе.

В этот момент из-за камня выскочил человек, треснул не успевшего ничего понять Деревяшку по голове камнем и замахнулся на верёвку чем-то вроде мачете.

Грохнул выстрел и мачете, звякнув, вылетело из руки человека и упало куда-то в между камнями. Невнятно ругнувшись, незнакомец подхватил Деревяшку на плечо и тут же исчез между валунами.

— Убью! — прорычал Ваня, и двинулся к верёвке, собираясь перебраться на другую сторону, но Лиана схватила его за руку.

— Без суеты и поспешных решений, — сказала она ему, стараясь успокоить своим тоном, — мы его спасём, но для этого сами должны не погибнуть!

Ваня с трудом сдерживая себя кивнул.

— Это был плохой или хороший выстрел? — спросил Игорь у стрелявшего Руди.

— А ты как думаешь? — прищурился тот.

— Если ты хотел его застрелить то плохой, если хотел не дать перерубить верёвку, то хороший. Я не знаю, какой у тебя был план, — сказал Игорь.

— Это было хороший выстрел, — улыбнулся Руди.

— Конечно, теперь-то что угодно можно сказать, — скептически заметила Резвая, — проверить-то уже это нельзя!

— Думаешь, я вру? — с любопытством посмотрел на неё Руди.

— Ни в коем случае, — пожала плечами Резвая, — просто размышляю вслух.

— Мы сюда шли для того, чтобы найти местного, — сказал Руди, — глупо было бы его убивать.

— Конечно, глупо, — сказала Резвая, — поэтому ты и не убил.

— Мне кажется, или она издевается надо мной? — спросил Руди у Игоря.

— Может хватит трепаться? — резко сказал Ваня, — наш друг в плену! Его нужно спасать!

— Действительно! — сказал Руди и, ухватившись за верёвку, забросил на неё ноги и повиснув вниз рюкзаком, быстро полез на противоположную сторону.

— А меня ты не пустила, — с лёгким упрёком сказал Ваня Лиане.

— Нужно было понаблюдать хоть немного за обстановкой, — ответила она, — вроде бы не видно больше никого. И если уж и идти кому первым, то именно Руди. Он быстрый. Не переживай, всё будет хорошо. Если бы он хотел просто убить Деревяшку, то было бы проще столкнуть его в пропасть. Он его зачем-то забрал с собой, а значит, у нас есть неплохие шансы его вытащить. Все перебираемся на другую сторону! Быстро, но страховаться не забываем.

Все цепляли на верёвку страховочную петлю, которая не дала бы им улететь в пропасть, даже если сорваться. Два конца страховки крепились к альпинистским поясам, которые они носили не снимая, потому что пользоваться ими приходилось постоянно.

Ваня настойчиво раздвинул всех и перебрался на другую сторону вторым, вслед за Руди. А сам Руди, только оказавшись на другой стороне, скинул снаряжение и исчез среди скал.

Пока все форсировали ущелье, Лиана стояла на самом краю и внимательно смотрела то на другую сторону, то назад. Она пыталась уловить движение в скалах, потому что невозможно прятаться, всё время оставаясь незамеченным. Если здесь есть ещё кто-то кроме них, он обязательно должен выглянуть, чтобы оценить обстановку.

Но всё было тихо и спокойно, кроме шума от их группы, переправляющейся на другой берег.

Лиана перебралась последней. Спас хотел сам замыкать, но в некоторых вопросах с ней спорить было бессмысленно.

Когда все оказались на противоположном краю, вернулся Ваня, который как и Руди сразу бросился куда-то, только коснувшись ногами земли.

— Ну что там? — спросила Лиана.

— Понятия не имею, — сердито сказал Ваня, — никого не нашёл. Ни Деревяшку, ни хотя бы Руди. Как сквозь землю провалились!

— Найдём, не волнуйся, — сказала Лиана, внимательно осматривая место, где они оказались.

По её наблюдениям этой переправой пользовались не часто, но регулярно. Тропа сюда была хорошо набита, но ходили по ней далеко не каждый день. Зато, судя по всему, уже много лет.

— Что думаешь? — спросил её Спас, заметив, что она закончила осмотр.

— Я склоняюсь к мнению, что здесь обитает один человек. А если их даже несколько, то группа крайне маленькая. Человека три или четыре максимум, — ответила Лиана.

— Это может быть удалённый пост охраны? Или база разведки? — спросил Игорь.

— Сомневаюсь! — сказала Лиана, — слишком пустынная и непроходимая местность, чтобы тут что-то устраивать. Да и на переправу посмотри, если бы это была инфраструктура военных, они бы не плели сами верёвку. Да и вообще придумали бы что-то более надёжное для перехода на другую сторону.

— Да, об этом я что-то не подумал, — сказал Игорь, — это главный аргумент!

— Ну и ещё кое-что… — сказала Лиана и немного помолчала формулируя мысль, — не обратили внимание как двигался напавший на Деревяшку?

— Быстро всё произошло, он выскочил… ну может, немного по-звериному, — сказал Игорь.

— Да, вёл себя несколько диковато, — кивнула Лиана, — как будто человек, но несколько одичавший. Хотя одет был нормально, в военную форму. Слегка потёртую, но не очень старую.

— Да и дикарь не соорудил бы такую переправу на другую сторону. Я даже сейчас не понимаю, как ему это удалось, — сказал Ваня.

— На самом деле, тут ничего хитрого нет, — сказала Лиана, — вариантов масса, при наличии необходимых материалов и свободного времени.

— Например? Как он мог это сделать? — спросил Ваня.

— Приготовил на этой стороне этот самодельный трос и закрепил один его конец. Потом взял тонкую но прочную верёвку, привязал к ней камень и перебросил на ту сторону. Второй конец верёвки привязал к тросу. Потом самое сложное, нужно было как-то дойти на ту сторону. Но мы уже пришли к выводу, что это возможно, хотя может быть и долго. Ну и оказавшись там, тонкой верёвкой перетянул туда уже конец основной и тоже закрепил.

— Звучит логично, — сказал Ваня, — и вполне реализуемо!

— Но это только гипотеза. Возможно, он сделал это иначе. Но, какая нам разница? — сказала Лиана.

— Разница в том, что нам ещё обратно идти, и возможно с очень тяжёлым грузом. А если кто-то разрушит эту переправу, то будет очень сложно найти другое место, — сказал Ваня.

— Честно говоря, — сказала Лиана, — я сомневаюсь, что мы будем возвращаться этим самым путём. Скорее всего, придумаем что-нибудь другое.

— Лучше? — с надеждой спросил Ваня.

— Конечно! — улыбнулась Лиана.

— Так что с Деревяшкой? — вдруг спохватился Ваня.

— Я хотела дождаться возвращения Руди, но мы можем пойти по его следу, — сказала Лиана, — наверное, так даже лучше будет. Берите снаряжение, мы выдвигаемся!

— Дождаться! — пробурчала Резвая, — это если с ним всё в порядке.

Они прошли метров двести, по петляющей среди скал тропинке, когда им навстречу вышел Руди.

— Где Деревяшка? — сразу же спросил Ваня.

— Не нашёл, — сказал Руди.

— Вообще ничего? — удивилась его словам Лиана.

— Нет, я нашёл куда он убежал, конечно. Но там пещерный лабиринт, и довольно запутанный. Я туда сунулся, и потом еле выбрался. Вернулся бы раньше, если бы не заплутал слегка, — сказал Руди.

— Хорошо, что слегка, — усмехнулась Резвая.

Руди взглянул на неё, но ничего говорить не стал.

— Ладно, идём, покажешь этот лабиринт, — сказала Лиана, — может быть придумаем как его там найти.

Входом в эту сеть пещер служила трещина в скале, которая как бы тоже намекала на бурные тектонические процессы, произошедшие здесь не так давно.

— Ты это видел? — спросила Лиана у Руди, указывая на тонкий стальной тросик, идущий поперёк входа на небольшом расстоянии от него.

— Вот те раз! — опешил Руди, — совсем плохой стал! И как это я его не заметил?

— Вопрос в другом, — покачала головой Лиана, — как ты прошёл туда и обратно, не задев его?

— Да, этот вопрос куда интереснее! — улыбнулся Руди, — на рефлексах, наверное. То есть я его заметил, но из-за того что торопился, просто перешагнул. Мозг сложная штука. Он уберёг меня от опасности, но забыл сообщить о ней, чтобы я запомнил где она находится.

— Я так понимаю, эта штука вызывает небольшой обвал над входом, — сказала Лиана, указывая на кучу больших валунов лежащих на уклоне скалы прямо над трещиной, — не похоже, что эти камушки оказались там естественным образом.

— Если есть одна ловушка, могут быть и другие, — заметил Спас.

— Скорее всего, — согласилась Лиана, — но это зависит от того, чего именно боится тот, кто прячется в этих пещерах.

— Ты так говоришь, как будто бояться здесь особо нечего, — сказал Игорь, — или мне показалось?

— Нет, не показалось, — сказала Лиана, — тут действительно нечего бояться. Люди сюда не забредают. Не думаю что кроме нас тут хоть кто-то был, кроме местных обитателей. Следов животных я тоже не заметила. По крайней мере, постоянно они здесь не водятся. Может быть есть кто-то, кто забредает время от времени. Но постоянно тут не живут. Скорее всего, эта ловушка как раз на такой случай.

— Получается, что это не от людей устроено? — спросил Спас.

— Думаю, что нет, — сказала Лиана, — слишком очевидно и слишком на виду.

— Однако, кроме тебя её никто не заметил, — сказала Женя.

— С одной стороны да, с другой, я бы постаралась такую ловушку получше замаскировать, если бы сама её делала. Слишком уж велик риск что её заметят.

Дабы обойтись без ненужных случайностей, они устроили искусственное обрушение, дёрнув за этот тросик верёвкой. Наверху что-то взорвалось, и камни обрушились вниз.

— Не кажется, что устраивать взрыв, это слишком для дикаря? — спросил Игорь.

— Я не говорила что он дикарь, я предположила, что он одичал, — ответила Лиана, — а это не одно и то же.

Решили идти все вместе, не оставлять никого снаружи.

Оказавшись внутри, Лиана сразу сориентировалась. Для её опытного охотничьего взгляда и навыка читать следы, это задача была не очень сложной. Она определила направление, где ходили чаще всего, следовательно, там и следовало искать Деревяшку.

Руди не ошибся. Это был самый настоящий лабиринт. Природного происхождения, но тем не менее. Но Лиана очень хорошо видела набитую тропку, даже на камнях. И чем дальше они шли и чем больше перекрёстков проходили, тем тропа становилась всё более хоженой.

Постепенно Лиана всё больше и больше начинала думать, что они идут не к какому-то временному убежищу или одному из множества убежищ местных обитателей, а к их основному месту жительства.

Вскоре они наткнулись на дыру в полу пещеры. Внизу бурлила река, текущая внутри скал. Место было бы труднопроходимым, если бы через эту дыру не был перекинут мостик, из двух связанных между собой брёвен.

Они обследовали этот мост на предмет ловушки, но ничего подозрительного не найдя перебрались на противоположную сторону.

— Интересно, почему он не сбросил мост? — сказал Игорь, — это бы нас могло задержать, или даже остановить.

— Возможно, не думал, что мы найдём это место, — сказала Лиана.

Минут через пять они пришли в жилую зону. Увидев её, Лиана с ностальгией вспомнила и свою базу, где готовилась к вылазкам и хранила добычу. И где её потом сумел выследить Игорь, перед тем как они «познакомились».

Они опасались, что здешние обитатели на них могут напасть. Ведь даже если местные не ожидали что их тут найдут, услышав что пожаловали гости, могли оказать неожиданное сопротивление. А если они умеют обращаться с взрывчаткой, то кто знает что ещё есть у них в запасе?

Опасения оказались напрасными. Когда они нашли основную жилую пещеру, то сначала увидели сидящего на большом ящике Деревяшку, который был связан, но уже почти смог освободиться. А потом увидели лежащего рядом на полу похитителя. Он был без сознания, а на откинутой в сторону руке виднелся след от укуса с множеством кровоточащих ранок от зубов.

— Похоже, Деревяшка его куснул, — усмехнулся Ваня.

— И что? — удивилась Женя, — он от боли сознание потерял?

— Да нет, у Деревяшки укус ядовитый. От него жертву парализует надолго. Я знаю, он меня кусал… я разве вам не говорил об этом? — удивился Ваня.

— Спасибо что вовремя предупредил! — с сарказмом в голосе сказала Резвая.

Глава 16

Хотя Деревяшка укусил похитителя не так уж и сильно, однако тот очень долго не приходил в себя. Видимо слюны в кровь попало не так уж и мало. Пока все остальные обследовали близлежащие пещеры в ожидании, когда их хозяин очнётся, малыш сидел на ящике над своей жертвой с гордым видом, однозначно ощущая себя победителем и гордясь тем, что сам сумел справиться с ситуацией.

При более пристальном осмотре обстановки и хранящихся здесь вещей, они заметили интересный нюанс. Самым большим предметом здесь был ящик, на котором сидел Деревяшка. Этот самый ящик выполнял для здешнего жителя роль стола. И ящик этот многое повидал. Он был сильно повреждён, но потом восстановлен из обломков, с добавлением частей каких-то других ящиков.

Да и все находящиеся здесь вещи, производили подобное впечатление. Как будто побывали в жёсткой передряге.

Отдельно была сложена одежда. Под неё был отведён целый рукав тупиковой пещеры. В основном это была военная форма, по большей части даже однотипная. Отличалась только размерами. И зачастую она была перепачкана кровью. Да, кровь была застирана, но всё равно пятна были видны, и их было ни с чем не перепутать.

Оружия тоже было много и под него тоже было отведено специальное место. Но большая его часть была повреждена или деформирована. Не многие образцы производили впечатления рабочих.

Так же было очень много разнообразного хлама, назначение которого не всегда можно было сразу понять. Какие-то куски, обломки, верёвки, сетки, арматура, пластиковые панели и плёнки. В общем, остатки и обломки от чего-то.

— На что всё это похоже? — спросила Лиана, когда они закончили осмотр.

— На жилище мародёра? — предположил Игорь.

— Именно, — согласилась Лиана, — лучше и не скажешь.

— Я не согласен, — сказал Спас.

— Почему? — удивилась Лиана.

— Этот человек тащит сюда всё, что имеет искусственное происхождение. Всё, к чему так или иначе имели отношение люди. А то, что всё это зачастую в сломанном или даже уничтоженном виде, так видно он просто имеет доступ только к такому, — сказал Спас.

— Если бы это был только строительный мусор, я бы согласилась. Но большое количество одежды, вне всяких сомнений снятой с покойников, говорит о том, что он не гнушался и трупы обирать. А вот от чего эти люди умерли, это большой вопрос, — сказала Лиана.

— Обирать трупы, в этом нет ничего предосудительного, — сказал Спас, — если это единственный источник ресурсов для человека, живущего в изоляции.

— Интересно, а что стало с бывшими хозяевами этой одежды? — сказала Резвая, — если они это единственный источник ресурсов, то можно ли еду тоже считать ресурсом?

— Думаешь, он их съел? — удивился Спас.

— Я очень долго жила там, где с как раз такими ресурсами очень большая проблема. Да, те кто хотел сохранить человеческий облик, себе этого не позволяли. Но были и такие кто не брезговал. А были такие, кто брезговал, но всё равно ел. Тут очень сложный моральный выбор, который в некоторых ситуациях бывает оправдан, — сказала Резвая.

— А ты ела людей? — спросил Игорь.

— Нет, конечно! — ответила Резвая, — хотя у нас все так говорили. А между тем, некоторые, я точно знаю, ели.

— Это следует понимать как то, что ты тоже ела, но никогда не сознаешься? — спросил Игорь.

— Нет, это следует понимать как то, что несмотря на всю сложность нашего положения там, многие иногда оказавшись в тяжёлой ситуации это делали. Но не все, и я в числе этих не всех, — твёрдо сказала Резвая.

— Хорошо, — кивнул Игорь, но в его взгляде осталось лёгкое недоверие к её словам.

— Если подумать, то я не представляю чем здесь можно питаться, — сказал Ваня, — тут же ничего нет! По крайней мере, нам не попадалось.

— Игорь, а что с формой? Что скажешь? Кому она могла принадлежать? — спросила Лиана.

— Форма довольно нейтральная. Я бы даже сказал чересчур. Как будто специально сделана так, чтобы принадлежность к какой-либо организации определить было нельзя. Я такой раньше никогда не видел. И не то чтобы она была какой-то уникальной, просто другая. Не такая как у военных, хотя и у них очень много разных образцов. Эклектика сплошная. Всё вроде отдалённо знакомо, но вместе ни о чём не говорит, — ответил Игорь.

— Предположим, что гарнизон Аванпоста одет в такую форму, — сказала Лиана, — но до них ещё далеко. Этот человек живёт один в горах на отшибе, и периодически находит трупы служащих в гарнизоне. Вопрос в том, где? И как они там оказываются?

— А почему находит трупы? — спросил Руди, — может это он их трупами и делает? Может, находит живчиков и умерщвляет?

— Может быть и такое, но во всю эту картину не вписываются кучи обломков, собранные им, — сказала Лиана.

— Предлагаю заночевать здесь, а утром отправиться дальше. Скорее всего, к этому времени он уже придёт в себя, — предложил Спас, — вот тогда его обо всём этом и расспросим.

Одной из немногих хорошо сохранившихся здесь вещей, был энергоблок с атомной батареей. От него был запитан переносной и искорёженный светильник, который давал свет в главной пещере со столом. Блок был рабочий, но снаружи сильно помятый. Но у таких приборов корпуса делают особо прочные и ударостойкие, так что он пережил тот катаклизм, который с ним случился.

Индикатор на корпусе показывал, что батарея израсходована уже на девяносто восемь процентов. Этого тоже хватит очень надолго, но всё же не на столько, чтобы не думать о том, что делать потом, когда энергия кончится.

Этот блок они осмотрели в первую очередь.

— Нам сгодится? — спросила Лиана у Вани.

— Нет, — твёрдо ответил тот, — вообще штука маломощная и Призраку она ничего не даст. К тому же это одноразовый прибор, его нельзя зарядить. А в этом основная проблема. Нужны ёмкости, которые можно накачать энергией. Солнце светит, панели есть, но негде сохранять энергию в достаточном количестве. Призрак сейчас использует батареи от морозилок для продуктов, от систем очистки воздуха и тому подобные. В общем, от системы жизнеобеспечения. Они почему-то в основном уцелели. Возможно потому, что имеют более примитивную начинку.

Поскольку делать было больше нечего, они последовали совету Спаса и расположились на ночлег прямо здесь, в большой освещённой пещере. Хозяина этой пещеры они предварительно связали, во избежание сюрпризов.

Ночью они проснулись от звуков возни и невнятного бормотания. Хозяин пещеры пришёл в себя и пытался освободиться, но безуспешно. Деревяшка в отличие от остальных не спал, а караулил свою добычу, и едва тот начал активно шевелиться, как слез с ящика чтобы укусить его ещё разок, чтобы он не мешал спать остальным. Лиана еле-еле успела его остановить.

— Деревяшка, нет! — крикнула она.

Тот удивлённо на неё обернулся, и увидев строгий взгляд спокойно развернулся и полез обратно на ящик. Мол, нет, так нет!

Лиана встала и подошла к пленнику, вслед за ней потянулись и все остальные, зевая на ходу. Но любопытство всё же пересиливало желание поспать ещё. Да и не дадут всё равно, ведь сейчас начнут допрашивать пленника, в пещере будет шумно.

Лиана подошла и посмотрела сверху вниз на копошащегося на полу хозяина пещеры.

— Ну, здравствуй! — сказала она ему.

Он замер, резко повернул к ней голову и после небольшой паузы ответил ясным голосом:

— Здравствуй!

— О, говорить умеешь, уже хорошо! — сказала Лиана, — значит, не совсем одичал!

— Не совсем, — таким же чётким и ясным голосом ответил пленник.

Отвечал он хорошо, но вот глаза выдавали. Они периодически начинали бегать по сторонам, и не всегда синхронно. Иногда закатывались наверх, так что зрачки вообще исчезали под веками. Да и всё тело немного подёргивалось. Однако, говорил он очень ровно и внятно.

— Как тебя зовут? — спросила Лиана и присела перед ним на корточки.

— Лёня, — ответил хозяин пещеры.

— Хорошо, Лёня, — улыбнулась ему Лиана, — а меня Лиана. Будем знакомы!

— Развяжете меня? — поинтересовался Лёня.

— Пока что нет, — сказала Лиана, — если бы ты вступил с нами в контакт по-хорошему, то тебя бы никто и не связывал. Но ты ударил малыша. Мы пока ещё не знаем, можно ли тебе доверять.

— А когда узнаете? — спросил Лёня.

— Вот поговорим, тогда будет видно, — улыбнулась Лиана.

— Ну, так мы уже говорим, пока не видно? — спросил Лёня.

— Мне кажется, что он пудрит нам мозги, — усмехнулся Руди, — можно я ему пару пальцев отрежу?

— Не надо пальцы отрезать! — оживился Леня, и глаза у него забегали ещё быстрее, — они мне нужны!

— Всем нужны, — сказал Руди, доставая нож, — в этом и смысл наказания. Лишить тебя того, что тебе очень нужно. Если не перестанешь придуриваться, то я перестану себя сдерживать и покалечу тебя.

— Я готов к сотрудничеству, — бодро отрапортовал Лёня.

— Но нож я пока, на всякий случай, убирать не буду, — сказал Руди, и подкинув нож высоко вверх, после нескольких оборотов ловко его поймал.

— Кто ты такой? — спросила Лиана.

— А можно уточнить вопрос? — спросил Лёня, — что значит «кто такой»?

Лиана вздохнула, тоже начиная потихоньку раздражаться.

— Как ты тут оказался? — спросила она.

— Меня принёс ветер! — ответил Лёня.

— Нет, пальцев мало, — сказал Руди, — лучше сразу ногу отнять! Но тут не ножом нужно, а чем-нибудь посерьёзнее!

— Почему? — возмутился Лёня, — я же правду говорю!

Лиана взглянула на Руди и сделала лёгкий жест рукой, чтобы он пока не слишком сильно пугал пленника.

— Поясни, но так чтобы тебя поняли люди, которые не знают что здесь вообще происходит, — сказала Лиана.

— А вы не знаете что тут происходит? — удивился Лёня.

— Представь себе! — сказала Лиана, — наш корабль потерпел крушение возле этого острова, и мы ищем тут людей, чтобы нам помогли отсюда выбраться.

Лиана сказала ему почти правду, утаив несколько существенных деталей. И из её слов можно было сделать вывод что корабль морской, а не космический. Но она сделала это умышленно, чтобы не раскрывать все карты.

— Серьёзно? — усмехнулся Лёня, — должен вам сказать, что вы выбрали плохое место. Помощь здесь вы вряд ли получите.

— Почему? — заинтересовалась Лиана.

— Потому что здесь располагается Аванпост. Это база владельцев планеты. И место это поганое. Тут долго не живут. Будь проклят тот день, когда я решил напиться на службе! — сказал Лёня и грустно опустил голову.

— Прости, но я потеряла мысль, — сказала Лиана, — причём тут твоё пьянство?

— Притом, что я попался и меня в наказание отправили служить на Аванпост. Отсюда следует всё остальное, — сказал Лёня.

— Слушай, Лёня, а ты не мог бы перестать вращать глазами? — сказала Лиана, — а то мне очень трудно с тобой разговаривать…

— А разве я вращаю глазами? — уставился на неё Лёня и в этот момент его глаза перестали бегать, но ненадолго. Через несколько секунда они опять начали своё стремительное движение.

— Ладно, не бери в голову, — махнула рукой Лиана, — так что случилось дальше? Тебя прислали на Аванпост, и?

— Через две недели службы, я оказался на стене в момент урагана и меня унесло. Протащило по ущелью и бросило на скалу. Но когда я был на стене, я крепил оборудование, чтобы его не срывало ветром. У меня в руках была верёвка… длинная верёвка. Пока меня несло ураганом, я весь опутался верёвкой… ну, она сама на меня намоталась. Когда меня швырнуло на скалу, верёвка зацепилась за острый выступ, и я повис. Это меня и спасло в отличие от всех остальных. С трудом распутавшись, я спустился вниз. Так началась моя жизнь здесь… поганая жизнь, честно говоря, — сказал Лёня.

— А почему ты не вернулся обратно? — удивилась Лиана.

— Сначала не мог. Я поранился, возможно, даже сломал пару рёбер. Долго потом отлёживался и восстанавливался. Да и не знал как туда добраться. А потом, всё взвесив, решил не возвращаться. Поганая жизнь, это всё-таки жизнь. Если бы вернулся, то меня бы уже давно в живых не было. На Аванпосте обычные солдаты долго не живут. Тяжело там и опасно. Я хоть и не долго там успел пробыть, но и сам кое-что видел, да и остальные рассказывали… в общем, кто туда попал, это считай уже смертник… ну если не внутри горы всё время сидит. Но там только учёные и начальство. Обычные солдаты только ночуют в казармах по самому краешку. Вот такие дела. Со временем я здесь потихоньку обустроился, и сижу тут, скучаю, от урагана до урагана. А потом иду собирать трофеи, которые ветром принесло. Так и живу… — закончил свой рассказ Лёня.

— И что же приносит ураган? — спросила Лиана.

— Всё что тут есть, это он, кормилец, принёс! — сказал Лёня.

— Кормилец? — удивилась Лиана.

— Ну да! С едой тут тяжело, только ураганы и спасают, — сказал Лёня.

— И что же такого съедобного они приносят? — спросила Лиана.

— Солдат, — пожал плечами Лёня, потом обвёл всех взглядом и вдруг понял, что то, что для него давно стало естественным, у гостей вызывает осуждение, — а что мне ещё делать? — начал оправдываться он, — на тех тварей которые сюда иногда забредают я охотиться не могу! Они слишком большие и опасные!

— А ловушка на входе в пещеру для кого была приготовлена? — спросила Лиана.

— Ну, так для них! Людей-то тут не бывает! Один я тут! — сказал Лёня.

— А те солдаты, которых ветром приносит, они всегда мёртвые? Никто не выжил так же как ты? — спросил Руди.

— Как я нет, — неохотно ответил Лёня, — но живые бывают. Живые, но не жильцы. Я же говорю, я на верёвках повис, уникальное стечение обстоятельств. Остальным так ни разу не везло. Бывает, что кто-то ещё дышит, но шансов уже ни у кого нет, после такого падения.

— И что же происходит с теми, кто выжил? Сами умирают? — спросил Руди.

— Нет, — ещё более неохотно ответил Лёня, — я их освобождаю!

— Ясно! — сказал Руди.

— И что же, ты всегда после урагана так вот легко находишь унесённых со стены солдат? Какую территорию ты для этого обходишь? Их что, тысячами уносит? — спросила Лиана.

— Да нет, — удивился такой постановке вопроса Лёня, — всё время в одном месте трофеи собираю. Ветер, после того как налетит на Аванпост, ныряет в ущелье и мчит по нему до крутого поворота, где всё что он смог унести врезается в скалу и осыпается вниз, а он уходит дальше уже пустой. Вот там-то я и собираю свой урожай.

— Не похоже на явление природы, — сказала Лиана, — разве ветер так себя ведёт? Да ещё и регулярно!

— А это и не явление природы ни какое, — усмехнулся Лёня, — это оружие!

— Оружие? — удивилась Лиана.

— Конечно оружие, — кивнул Лёня.

— И чьё же это оружие? — спросил Руди.

— Как чьё? Планеты! Она воюет с нами как может. И, надо сказать, не безуспешно… хотя, если подумать, то и успехов то особых нет. Всё одно и то же повторяется бесконечно, и никто не отступает… да, я понимаю как это звучит. Но на Аванпосте все про это знают. Достаточно туда попасть, чтобы в это сразу поверить. Там всё против человека: и климат, и флора, и фауна. И землетрясения там периодически случаются. Иногда очень сильные. Тот каньон, где мы… встретились, — дипломатично сказал Лёня, — говорят, образовался несколько десятилетий назад, когда особенно мощно тряхнуло и ландшафт гор тут тогда вообще сильно изменился. Тогда много народу полегло. Но ничего, новых нагнали… всегда нагоняют. Поток людей сюда идёт непрерывно.

— А зачем ты переправу соорудил? — спросила Лиана, — куда ты по ней лазишь?

— Постепенно осваиваю территорию, — сказал Лёня, — туда за травой хожу и за мхом. Есть там места, где они более-менее хорошо растут. А здесь не растут, хоть тресни. Я пытался посадить. Витамины ведь тоже нужны. Приходится траву жрать, за неимением лучшего. Я тут без дела не сижу, всё время что-то предпринимаю. Я работящий! — с гордостью сказал Лёня, — может быть со временем и на местных монстров начал бы охотиться. Уже присматриваю места для ловушек и западни. Но пока ещё побаиваюсь. Не созрел.

— Объясни-ка нам, работящий, зачем вы сдались планете? — спросил Спас, — ты знаешь, почему она на вас такой зуб имеет? Зачем вас уничтожать?

— Уже не нас. Я давно к Аванпосту не отношусь. А вопрос этот не простой. Точно я этого не знаю, но несколько слухов слышал. Правда, все они не конкретные, расплывчатые и иногда даже противоречивые, — сказал Лёня.

— Так что за слухи-то? — спросил Спас, — за что Аванпост так прессуют?

— Говорят, что основанная цель находится внутри самой высокой горы. Что планете нужно что-то, что находится там. Ну, или наоборот, не нужно и она хочет это уничтожить. А вот что именно там находится, это никто определённо сказать не может. По крайней мере, пока я там был, ничего убедительного не слышал. Но есть версия, что это просто человек, до которого планете необходимо добраться. Он сидит там и не выходит столетиями. Но мне это кажется не очень убедительным. Не может один человек так разозлить целую планету!

— Может! — прохрипел Спас, у которого лоб вдруг покрылся крупными каплями пота, и резко закололо в области сердца. Чтобы не упасть, он упёрся рукой в стену и начал медленно сгибаться пополам, — может! — прохрипел он ещё раз и отключился.

Глава 17

В этот раз не было никакого полёта, никакого перемещения. Спас просто потерял сознание и упал. Он и сам не понял что произошло. Вроде бы было какое-то внешнее воздействие или даже попытка контакта, а может, это ему просто показалось.

Лёня притих после этого, потому что внимание с него переключилось на Спаса, а сам он не горел желанием что-то говорить и рассказывать.

Когда Спас пришёл в себя, они все посовещались и решили с рассветом двигаться дальше. Лёню обрадовали тем, что он пойдёт вместе с ними. Он пытался отказаться от этой чести, но его мнение, как выяснилось, никого особо не интересует.

— Ты пойми, Лёнь, — сказал Руди, — нам нужен проводник. А никого, кто бы здесь с этим справился лучше тебя, на горизонте не видно. Так что, не обессудь, но тебе придётся идти с нами.

— Да я же могу объяснить как лучше идти, и всё! — пытался отвертеться Лёня, — тем более я тут, поблизости, всё хорошо знаю. А там, дальше, уже не очень. Я вам буду бесполезен!

— Ничего, всё одно лучше чем самим плутать, — сказал Руди, — веди себя хорошо, делай то, о чём тебя просят, и останешься жив. Мы, когда поймём что ты больше не нужен, то отпустим на все четыре стороны. Убивать тебя никто не собирается, если ты сам нас не спровоцируешь. Так что, будь хорошим мальчиком и проживёшь ещё долго, хотя и плохо, — Руди на этих словах оглянулся по сторонам и покачал с сожалением головой, — да, жизнь тут у тебя, конечно, не очень…

— Конечно, не очень! — охотно согласился Лёня, — и я очень хотел бы отсюда выбраться. Сам бы с вами просился, если бы вы шли в другую сторону. Но к Аванпосту идти это же самоубийство! Чем ближе к нему, тем хуже и опаснее. Я бы поискал себе место для жизни подальше, если бы не ветер кормилец, который меня обеспечивает всем необходимым. Если бы не это, давно бы ушёл. Когда-нибудь и уйду, когда буду готов.

— Не, — усмехнулся Руди, — не уйдёшь! Ты и на крупных животных тоже собираешься охотиться, когда будешь готов. В твоём случае это никогда. Тебе надо было сразу бежать какможно дальше, но ты уже пустил тут корни, наладил быт. Никуда ты отсюда не денешься, потому что слишком обжился на этом месте. На новом придётся начинать с нуля.

— Как скажешь, — упрямо сказал Лёня, — но к Аванпосту всё равно идти глупо. Не получите вы там никакой помощи, а наоборот, погибнете все. Это самое плохое решение из всех возможных. Вы даже до стены вряд ли дойдете!

— Вот поэтому ты нам и нужен, чтобы увеличить наши шансы, — сказал Руди, — не боись, прорвёмся!

То, что они взяли Лёню с собой, оказалось хорошей идеей. Он их вёл такими неочевидными тропами, которые они сами бы вряд ли сразу нашли. Не зря человек тут уже много лет по горам лазит, разведал окрестности более-менее хорошо.

Лёня и правда был диковат, первое впечатление было правильным. Как только его развязали, он стал очень много двигаться, причём зачастую так же непредсказуемо, как и его зрачки. Часто резко перескакивал с места на место, постоянно оглядывался и вертел головой без остановки. Жизнь в горах надломила его психику основательно.

В некоторых местах у него были небольшие норы, которые служили укрытиями на случай непредвиденной опасности. Когда они приближались к такой норе или пещерке, он всегда забегал вперёд, прятался там, потом ждал пока они пройдут мимо и после этого нагонял. Так ему удавалось меньше времени проводить на открытом пространстве. Сначала всех напрягали эти забеги, боялись что он удерёт от них. Но постепенно привыкли.

Впрочем, постепенно эта проблема начала решаться сама собой. Чем дальше они уходили от его пещеры, тем меньше таких убежищ встречалось у них на пути. Это приводило к тому, что Лёня начинал заметно нервничать. Он и так всё время был на взводе, когда находился не в укрытии. Но теперь, когда укрытия кончались, он стал совершенно дёрганным.

— Сколько ещё таких убежищ осталось у нас на пути? — спросила его Лиана.

— Одно, всего одно! — истерично ответил Лёня, — и я в нём очень давно не был. Точнее даже ни разу не был, с тех пор как обустроил. Это слишком далеко от дома… слишком далеко! — почти взвизгнул Лёня.

— Не переживай, — сказал Руди, который всё время за ним приглядывал особенно тщательно, и Лёня это чувствовал. Возможно, именно поэтому и не пытался сбежать, слишком боялся Руди, — если что, мы тебя защитим!

— Вы не сможете! — чуть не плача простонал Лёня, — от чего вы меня защитите? От тучи жалящих насекомых? От огромных кровожадных пауков?

— Пауков? — заинтересовалась тут же Лиана, — мы имели дело с большими пауками!

— Да тут всяких тварей пруд пруди, и чем ближе к Аванпосту, тем они чаще попадаются! — сказал Лёня нервно.

— И чем же они тут питаются? — спросил его Спас, — ты же сам говорил, что еды тут мало.

— Да откуда я знаю? Если атакуют стену, то бывает солдат утаскивают. В некоторых местах и растительность есть. В основном, с другой стороны острова. Может там пасутся… ну те, которых трава устраивает. Да откуда я знаю? Мне вообще всё равно. Дураками вроде нас питаются, которые сами лезут к ним в лапы! — тараторил Лёня.

— Так таких как мы не бывает же тут, — удивился Спас, — значит, мы не можем являться кормовой базой!

Лёня тяжело вздохнул, и не стал больше продолжать этот бессмысленный, по его мнению, диалог. Но через пять минут в очередной раз ускорился и рванул к своему убежищу, которое было уже не далеко.

— Выглядит и правда зловеще, — сказала Женя, глядя на чёрные тучи над центральной горой, которые периодически прорезали разряды молний.

— Зловеще и совершенно не стихийно! — согласился Ваня, — я верю в то, что это не явление природы. Не может это быть просто случайностью. Эти тучи оттуда никуда не уходят! Не рассеиваются и ветер их не уносит!

Сейчас они двигались по ложбине между двух не очень высоких скал. Всё пространство было завалено огромными валунами, так что это место было похоже на лабиринт. Но Лиана хорошо видела следы Лёни и уверенно шла по ним.

Его убежище оказалось на самом краю этого нагромождения камней, почти на обрыве. Отсюда открывался очень широкий вид, и теперь они могли хорошо рассмотреть и главную гору, и идущую по предгорью стену, и ландшафт, который всё это окружает.

Хотя прямо это объяснить было трудно, но всё это пространство перед ними походило на поле исполинской битвы. Многие скалы здесь были разрушены, всё усеяно их обломками, как будто бы тут бились гигантские исполины.

— Бомбардировка, — сказал Лёня, будто бы прочитав их мысли. Он вылез из своего укрытия и, озираясь каждую секунду, стоял теперь рядом с ними.

— Бомбардировка? — переспросил Игорь.

— Да, бомбардировка, — сказал Лёня, — но это было давно, очень давно. Эта высокая гора почему-то очень важна. Её защищают всеми силами. И в какой-то момент, чтобы делать это было проще, очень мощными бомбами разбомбили всё вокруг, чтобы территория лучше просматривалась, и легче было держать оборону. Уж не знаю, лучше от этого стало или хуже, но перемолоть часть горной гряды, это нужно было постараться. Непонятно как сама гора то при этом уцелела!

— Да, в самом деле, интересное место! — сказал Игорь.

— Вон, похоже, очередной штурм! — ткнул пальцем в сторону стены Лёня.

Было очень далеко и видно плохо даже в оптику. В одном из мест стена была сильно разрушена. Её пытались починить, об этом свидетельствовали торчащие краны, которыми устанавливали новые блоки. Вот в этот-то пролом и устремилась волна. Из чего эта волна состояла разглядеть отсюда не получалось, единственное что было понятно, что из каких-то живых существ движущихся сплошной массой.

Начали сверкать вспышки взрывов, стреляли из плазменной пушки. Так же использовалось лазерное оружие, причём большой мощности. Короткие световые импульсы постоянно резали воздух. Так же не жалели и другого вооружения, видимо использовали всё, что было под рукой. Волну атакующих постепенно заволакивало дымом и пылью от множественных взрывов. Не нужно было знать подробностей, чтобы понимать, что у атакующих потери просто колоссальные.

— Сейчас перебьют большинство, — сказал Лёня, — а те кто выживет, разбредутся по окрестностям, некоторые уйдут в горы и будут тут бродить, борясь за выживание.

— Как и ты? — спросил Игорь.

— Как и я! — не стал спорить Лёня.

Пока они наблюдали за ходом далёкой битвы, совершенно не заметили опасность, которая была рядом. Надо сказать, что зверь двигался очень бесшумно, так, что даже Лиана и Руди его не услышали.

Первым его заметил дёрганный Лёня, который в очередной раз обернулся назад, увидел зверя и хотел заорать от ужаса, но вместо этого крякнул и захрипел мгновенно утратив контроль над голосом.

Но этого вполне хватило, чтобы обернулись все.

Огромный зверь стоял, перегородив собой единственный выход с этой площадки на краю обрыва. Они были в ловушке.

Зверь был метра четыре в холке. Огромный увалень, отдалённо напоминающий бира, разновидность медведей, которые водились преимущественно в холодных широтах.

Зверь внушал ужас. Но если присмотреться к нему повнимательнее, то становилось его даже немного жалко. Было видно, что жизнь у него не очень сладкая. Серая шкура была грязной и облезлой. На многих участках мех вылез и зияли огромные залысины, все покрытые шрамами и язвами. Глаза воспалились и сочились гноем, изо рта стекала зеленоватая слюна. В общем, выглядел зверь болезненным, и если бы не его размеры, то даже жалким. Но титанические габариты перечёркивали всё. Он был наверняка голоден, и если он на них бросится, то они просто не успеют быстро убить такую большую тушу. Ситуация была сложной.

Но бир не нападал. Он поднялся на задних лапах, оглушительно заревел, задрав вверх голову, и вновь опустился на все четыре конечности. После чего уставился воспалёнными глазами на застывших перед ним людей, и стал шумно втягивать воздух своим огромным носом, как будто принюхиваясь.

— Не двигайтесь! — тихонько сказала Лиана.

— Абррррхауммм…. — пробормотал Лёня.

Никто не понял что он имеет ввиду, но переспрашивать не стали. То ли он как-то назвал этого зверя, то ли просто от страха выдал что-то нечленораздельное.

Зверь склонил голову на бок, и постепенно агрессия в нём начинала чувствоваться всё меньше и меньше. Он ещё несколько раз шумно втянул воздух и, качнувшись, стал разворачиваться, с намерением уйти. Но неожиданно замер, обернулся на людей и вдруг совершил прыжок с такой прытью, которой от него никто не ожидал.

Лёня был к нему ближе всех, и именно его туловище в следующую секунду оказалось по пояс во рту у бира. Схватив человека, бир отступил назад, закинул голову вверх и приоткрыл рот. Как только зубы разжались, Лёня провалился внутрь пасти целиком. Всё это время бедняга орал, и когда оказался полностью во рту звук стал глуше, но не прекратился.

Бир захлопнул пасть, хрустнув костями, и крик стих. Похрустывая Лёней, продолжая неспешно пережёвывать этого бедолагу, бир, покачиваясь, медленно направился прочь, потеряв к опешившим людям всякий интерес.

— Я чуть не обделалась, — проговорила Резвая, когда огромная туша скрылась из виду.

— Не ты одна! — очень серьёзно сказал Руди и провёл рукой по штанам, проверяя, в самом ли деле он удержал все жидкости внутри организма.

Лиана укоризненно на него посмотрела и покачала головой, не оценив шутку.

— Что это было? — спросил Игорь.

— Похоже, что нам очень повезло! — сказал Ваня, — давненько я не испытывал такого страха. А мы ведь постоянно во что-то вляпываемся!

— Да, мы попались, тут ничего не скажешь, — сказала Лиана, — и мне не верится что то, что мы до сих пор живы, это просто везение.

— Но ведь Лёня оказался к нему ближе всех, вот он его и съел, разве не так? — спросила Женя.

— Животные так обычно себя не ведут. Да и не похоже, чтобы он наелся одним Лёней, — сказал Спас, — мне тоже его поведение показалось странным. Как будто бы он не хотел нас трогать, но потом понял что тут есть один чужой и его вполне можно было съесть… что он и сделал. Про то, что он наелся, тут речь, естественно, не идёт. Как будто ему кто-то приказал нас не трогать.

— В это трудно поверить, но выглядит это именно так, — сказала Лиана, — в любом случае, с этого места лучше уйти. Мы не знаем наверняка что произошло, и вполне может случиться, что голод победит, и он вернётся сюда завершить трапезу. И тогда, даже если мы его одолеем, выживут точно не все. Слишком большая туша в ограниченном пространстве.

— Большая и очень быстрая, — заметил Руди, — скорость на моём уровне. Очень стремительное животное, просто очень! Он вызвал моё безмерное уважение!

— Лёня просто растерялся, — сказала Женя, — надо было ему лезть в свою нору, глядишь бы и не тронули его. Но на него напал паралич…

— Всё случилось так, как случилось, — сказала Лиана, — если бы он бросился прятаться, возможно, всё вышло бы иначе, хуже для нас.

— Ему всё равно не нравилась жизнь, которую он тут вёл, — сказал Руди, — хоть не бесполезно погиб, а успел показать нам дорогу.

— Но в одном Лёня, всё-таки, оказался прав, — сказала Женя.

— В чём же? — заинтересовался Руди.

— В том, что мы не сможем его защитить, — ответила Женя.

Повисла пауза, все переваривали эту мысль.

— Давайте искать где будем спускаться вниз, — сказал Игорь, чтобы разрядить обстановку, и все охотно загалдели, что именно этим и нужно заняться. Никто не хотел думать о том, что они не уберегли проводника. А ведь в этот момент, он был одним из них, пусть и временно.

Тропу ведущую вниз по крутому склону они нашли через полчаса. Это было единственное место, где можно было спуститься. Кругом были обрывы и осыпающиеся крутые склоны непригодные для спуска.

Причём, это была именно тропа. Кто-то ей регулярно пользовался, и Лиана сказала, что это не люди. Множество разнообразных живых существ ходило по ней туда-сюда. Это добавляло риска идти именно здесь, но вариантов не было. А учитывая то, что спуститься вниз сложно, то если бы они и нашли ещё один спуск, то и он тоже, наверняка, был бы натоптан местными обитателями.

В конце спуска тропа привела их к нагромождению огромных кусков скал и нырнула внутрь, в расщелину между ними. Там они через некоторое время дошли до небольшого озера, находящегося как будто бы в пещере. Вокруг этого озера валялось очень много округлых больших валунов.

В сумраке слегка поблёскивала поверхность воды. Света сюда попадало очень немного. И в этой тишине и темноте раздался грустный громкий вздох. Ему ответил ещё один. Ему отозвался другой, с противоположного края озера.

— Стоп! — скомандовала Лиана, — а вот с этими ребятами я знакома! К ним лучше близко не подходить.

— Какие ребята? Я никого тут не вижу, — сказала Резвая, — кто-то вздыхает, но непонятно кто. Я сначала думала, что это кто-то из наших.

— Нет, это вон те парни, которые расположились вокруг озера, — сказала Лиана.

— Какие парни? — удивился Ваня, — там всё завалено камнями. Они среди них, что ли, прячутся?

— Эти камни и есть эти парни. И должна вам сказать, что ротики у них такие, что могут заглотить практически любого из нас… ну, может быть, кроме Вани, — сказала Лиана.

— Вот тебе раз! — удивилась Женя, — а они быстрые?

— К счастью нет, — улыбнулась Лиана, — но лучше всё равно держаться подальше. Мало ли что? Вдруг это какой-то другой вид, который быстрее того, с которым я сталкивалась?

— Но они заполняют здесь всё пространство, — сказал Руди, — как мы между ними пройдём?

— Между ними не получится, — сказала Лиана, — придётся искать обход. Или как-то напугать их, чтобы они ушли.

Пока они разговаривали, вздохи возле озера становились всё чаще и чаще. Все эти похожие на камни существа постепенно приходили в движение и начинали перемещаться. Но они не двигались в сторону нежданных гостей, а с левой стороны от озера расползались в стороны, освобождая часть занимаемого ими до этого пространства.

— Что происходит? — спросил Игорь, глядя на колышущуюся поверхность этих похожих на большие камни существ, — что они делают?

— Дорогу! — сказал Спас.

— Дорогу? — переспросил Игорь.

— Да, разве вы не видите, они же освобождают нам проход. Пропускают нас, — сказал Спас.

— Обалдеть! — выдохнула Резвая.

Глава 18

Идти было страшно. Хотя эти животные были и медленные, но их было очень много, а проход между ними получился относительно узкий. Пока они шли, эти странные существа пару раз то ли зевнули, то ли продемонстрировали что-то другое, но размер пасти все увидели воочию и прониклись словами Лианы о том, что они могу сожрать почти любого за один заход.

— Я тут поймал себя на мысли, — сказал негромко Руди, пока они аккуратно продвигались по узкому проходу, — что животных опасаюсь значительно больше чем людей. Меня готовили драться с людьми, от них я всегда знаю что ожидать, могу их просчитать. А как просчитать эти мешки с мясом? Что у них на уме? К такому меня не готовили! А своего личного опыта слишком мало. Я уже начинаю скучать по временам, когда мы бегали по станции и все противники у нас были двуногие. Да, они превосходили нас числом, но они были понятные и предсказуемые, в отличие от этих.

— Ты так говоришь, как будто это было очень давно, — усмехнулся Игорь, — а это было всего-то пару дней назад. Я вот пока ещё по тем временам не скучаю!

— Всё познаётся в сравнении! — философски заметил Руди, — загляни в рот одному из этих пупсиков и сразу заскучаешь!

Они как-то сразу прониклись мыслью о том, что эти существа их пропускают, так что без особых сомнений двинулись по предложенному им проходу. Сомнения появились уже в процессе. У всех без исключения стали появляться шальные мысли о том, что вдруг они ошиблись? Вдруг что-то сами себе напридумывали? Вдруг что-то не так поняли? А может эти существа всегда так заманивают своих жертв, чтобы потом окружить и разом напасть?

Но они преодолели уже половину пути, а никто на них так и не напал. Даже Деревяшка, который больше остальных опасался сюда идти, постепенно осмелел и начало бодро вышагивать совсем рядом с этими странными существами.

А существа, чем дальше они шли, тем всё больше и больше вздыхали, как будто переговариваясь этими вздохами.

— А когда мы пойдём обратно, они тоже нас пропустят, или эта странная защита уже не будет действовать? — спросила Резвая.

— Эк ты куда заглянула! — усмехнулся Руди, — сначала до этого нужно дожить. Но даже если они и не захотят нас пропускать, то это место ведь можно обойти. Мы бы и в этот раз могли найти другой путь, если бы местные ребята не проявили такую любезность, да парни? — крикнул он существам.

Как бы в ответ на его слова, самый ближний к нему «камень» очень громко и очень грустно вздохнул.

— Они как будто переживают, что не могут нас съесть, — сказала Женя.

— Скорее всего, так и есть, — сказала Лиана, — но вздыхают они не поэтому. Это вообще не выражение эмоций, насколько я понимаю. Просто эти существа издают такой звук. Кто-то ржёт, кто-то блеет, кто-то рычит, а они вздыхают. А что касается возращения назад, — повернулась она к Резвой, — то за время нашего знакомства ты должна была заметить, что мы обычно не возвращаемся обратно тем же путём, которым пришли. Почти всегда так получается. Думаю, что и этот случай не исключение.

— Спас, ты же у нас тут вроде медиума, — сказал Руди, — какие у тебя предчувствия по поводу этой нашей вылазки? Что ты обо всём этом думаешь?

— Это не так работает, — пожал плечами Спас, — совсем не так! Но если тебя интересует что я думаю, то предчувствия у меня очень тревожные. Мне здесь не нравится и идти дальше не хочется. Но, судя по всему, у нас нет выбора… впрочем, как обычно!

— Спасибо, друг, утешил! — усмехнулся Руди, — ладно, с нашим образом жизни о будущем лучше не думать, а проблемы решать по мере их поступления. Планирование тут работает из рук вон плохо!

Когда они достигли конца лежбища «вздыхальщиков», те уже дружным хором, почти без остановки, вздыхали им вслед. То ли таким образом прощались, то ли предостерегали от чего-то, а может быть и возмущались тем, что их покой был потревожен. Кто их разберёт?

Оставшиеся после бомбардировки нагромождения скал, не являлись природным ландшафтом. Огромные глыбы были свалены хаотично, но не очень плотно. Между ними было много дыр, проходов, трещин, просветов. Всё это представляло из себя большой многоуровневый лабиринт, в который через множественные щели попадало достаточно солнечного света, чтобы даже на нижних уровнях можно было обходиться без дополнительных источников освещения.

После озера с грустными существами, они стали прокладывать свой маршрут так, чтобы при выборе из разных вариантов пути, всегда двигаться вверх. Не хотелось опускаться на самое дно. Там можно было зайти в тупик, или встретить ещё каких-нибудь существ, которых могли забыть «предупредить» об их приходе.

Эту мысль они стали развивать очень активно, пробираясь по труднопроходимым нагромождениям камней. Ведь такое лояльное отношение к ним разнообразных опасных существ может притупить их бдительность и, встретив очередных тварей, они могут оказаться просто не готовы к нападению. Ведь никто никаких гарантий им не давал и все выводы они сделали только анализируя происходящее с ними. А если они ошиблись? А если это работает не со всеми существами? Что тогда?

Отчасти и поэтому тоже они стремились наверх. Казалось, что там будет безопаснее, чем в недрах скал.

Наконец они выбрались на белый свет по одной гигантской каменной плите, лежащей наклонно и выдающейся далеко вперёд узким языком. Стоя на этом, похожем на трамплин, скальном выступе, они осматривали окружающую их обстановку.

К этому моменту они преодолели хорошо если четверть пути до стены от места встречи с огромным биром. Впереди ещё было множество препятствий, которые нужно будет преодолеть. До сих пор им относительно везло, потому что они ни разу не зашли в тупик или в непроходимое место. Но рано или поздно такое должно будет случиться. Это огромное пространство усеянное обломками скал было труднопроходимым. И если сверху оно казалось более-менее ровным, то теперь, когда они находились здесь, становилось понятно, насколько обманчиво было это чувство. Теперь они чувствовали себя муравьями на большой свалке строительного мусора.

К тому же эти места были обильно заселены. Жизнь здесь кипела. Они старались обходить живых существ, только заподозрив их присутствие. Но те, даже если и чуяли людей, не проявляли к ним интереса. Однако искушать судьбу не стоило, и они всё равно старались держаться подальше.

— Красота! — сказал Руди, потягиваясь, — предлагаю устроить привал на этом тёплом камушке.

— Ты устал? — скептически спросила Лиана.

— Нет, но больно уж место хорошее, — сказал Руди, — обзор что надо. Солнышко пригревает. Где, если не здесь?

— Ладно, — сказала Лиана, — только не долго! Отдыхаем двадцать минут, и двигаемся дальше.

— Мы сегодня до стены вряд ли дойдём, — сказал Ваня, — думаю, что место для ночлега всё равно потом придётся искать. Не ночью же пытаться форсировать эту стену.

— Какая разница, ночью или днём? — спросил, улыбаясь, Руди, — если мы всё равно перебраться через неё не сможем?

— Что за пессимистические настроения от нашего лучшего бойца? — удивилась Лиана.

— Никакого пессимизма, — покачал головой Руди, — сплошной реализм. Мы не сможем перебраться через эту стену, даже в месте пролома, и не важно, будет ночь или день. Скорее всего, она вся под постоянным и очень внимательным наблюдением. Нужна будет какая-нибудь идея, чтобы проникнуть внутрь. Про «троянского коня» слышали древнюю легенду? Знаете, что означает это выражение? Пока что это единственное что приходит мне в голову.

Про «троянского коня» знали только Лиана, Спас и Ваня. Остальным пришлось объяснять. Но когда Руди рассказал легенду, то не встретил понимания.

— И как же это реализовать? — удивилась Женя, — что мы можем им такого предложить, чтобы они купились и переправили это через стену, а не уничтожили? Да и нет у нас ничего, что бы можно было использовать подобным образом!

— Не нужно всё воспринимать буквально! — сказал Руди, — это базовая идея. К её реализации нужно подойти творчески. Это может быть вообще по-другому обставлено! Я просто предложил направление, в котором можно начать думать. Это лучше чем ничего!

— Да, идеи нам нужны, но сейчас я тоже не вижу, как именно её можно применить в нашей ситуации, — сказала Лиана.

— Смотрите! — воскликнула Резвая, указывая рукой назад, в ту сторону, откуда они пришли.

Все резко обернулись и увидели, что в их сторону движется большая туча. Она летела прямо над каменным лабиринтом, обтекая отдельные, торчащие вверх куски скал.

Тучи не собираются так низко и не движутся так быстро. Даже та, которая неотрывно висела над центральной горой, больше была похожа на настоящую чем эта.

— Я так понимаю, бежать уже поздно! — заметил Ваня.

— Да, теперь только ждать чем всё это закончится, — сказал Игорь.

Туча стремительно приближалась к ним. Она была всё ближе и ближе, а они никак не могли понять, что же это такое. И поняли это, только когда она накатила на них.

Это был огромный рой насекомых. Какие-то крупные мохнатые полосатые существа. И всё бы ничего, но вот только размером они были почти с кулак. И летели они по направлению к стене, туда, где совсем недавно возле пролома неудачно завершилась атака каких-то существ.

— Ложись! — крикнула Лиана, когда эти насекомые оказались уже совсем близко и летели так, как будто не собирались никуда сворачивать.

Все бросились на скалу и распластались на ней. С оглушительным гулом насекомые проносились над ними, едва не касаясь, и обдавая ветром от взмахов множества крыльев. Эта масса протекала над ними, казалось, целую вечность! Наконец туча закончилась и стала удаляться по направлению к стене.

— Этих тоже предупредили! — радостно сказал Руди.

— Да, даже насекомые на нашей стороне! — сказал Игорь.

— Или мы на их, — заметил Спас, — это с какой стороны посмотреть.

— А может быть не мы на их и не они на нашей, а может быть мы все просто инструменты планеты, которые она использует, чтобы справиться с проблемой. И естественно, что разные инструменты не должны вредить друг другу, это просто напросто снизит их эффективность, — сказала Лиана.

— А некоторые инструменты, вообще, могут перестать существовать! — сказала Женя, — мы бы не пережили эту встречу, если бы насекомые на нас напали. Если с теми существами возле озера ещё были какие-то варианты, то здесь нет. Мы были обречены перед такой мощью и таким количеством.

— Меня удивляет другое, — сказал Ваня, — если это всё делает планета, чтобы справиться с тем, что находится внутри этой горы, то почему она до сих пор с этим не справилась? Я так понимаю, у неё огромные возможности, такие, которые мы даже предположить не могли…

— А что мы могли предположить? — перебил его Руди, — у меня вот до сих пор в голове не укладывается, как планета может бороться с кем-то находящимся на её поверхности. Все мои знания полученные в школе, говорят о том, что у планеты не может быть разума. А тут она посылает животных и насекомых на борьбу с людьми, которые засели внутри горы. Это же за гранью нашего понимания мироустройства… точнее, ещё недавно было за гранью. Теперь-то уже внутри этой самой грани. Теперь мы уже во всё не то что верим, а можно сказать, с этим работаем!

— Я так понимаю тут и корабли летают туда сюда, со станции и обратно, — продолжил свою мысль Ваня, — почему она с этим ничего не может сделать? С одной стороны такая мощь, а с другой стороны какие-то людишки, которые что-то там делают внутри горы. Да можно просто опустить эту гору на дно океана, и делов-то!

— А можно ли? — скептически сказала Лиана, — мы не знаем точно, что планета может, а чего нет… да и планета ли всё это делает…

— А кто же? — удивился Ваня.

— Я не знаю, но давайте для простоты будем считать что планета, хотя я в этом не уверена, — сказала Лиана, — даже в этом случае, мы не знаем наверняка, что она может, а чего нет. Какие у неё есть возможности, и какие инструменты.

— Для простоты! — усмехнулся Руди.

— Ну, мы уже выяснили, что мы, это один из её инструментов, — сказала Женя.

— Причём, довольно сомнительный, — хохотнул Руди, — инструмент из мяса и костей, это так себе. Много таким не наделаешь.

— Помимо мяса и костей, у нас ещё есть мозги! — возразил Ваня, — и всё равно я не понимаю, почему планета так долго не может решить эту проблему.

— Ну, давай порассуждаем, — сказала Лиана, — вот представь себе человека, у которого возникла злокачественная опухоль. Скорее всего, её не сразу обнаружил, хотя она уже отрицательно воздействовала на его организм. А когда обнаружил, то что он может сделать? Вряд ли сможет усилием воли себя излечить, верно?

— Верно, — кивнул Ваня.

— Опухоль пусть и не очень глубоко, но где-то под кожей. Пальцем её тоже не выковыряешь, потому что это и больно, и опасно, да и просто вряд ли получится, — сказала Лиана, — тогда человек начинает лечиться. Скорее всего, для начала медикаментозно, если не может обратиться за квалифицированной помощью. А в нашем примере не может. Вот и пьёт всякие настойки и прикладывает к опухоли всякие травки. Это не помогает. Возможно, он даже попытался её как-то расковырять, но без необходимых инструментов и знаний, ничего не вышло. А опухоль всё больше и больше отравляет ему жизнь, и он понимает, что с этим нужно что-то делать. И решение только одно, эту опухоль нужно вырезать. Для этого нужен хирург, со специальным инструментом, который может эту опухоль удалить.

— Получается, что мы этот самый хирург? — спросила Женя.

— Не думаю, — покачала головой Лиана, — мы скорее инструмент этого хирурга. Мы скальпель, который должен вскрыть эту опухоль, проникнуть внутрь и вырезать её к чёртовой матери.

— А кто же тогда хирург? — удивилась Женя.

— Хирург, это тот, кто приказал насекомым нас не трогать, — сказала Лиана.

— А разве это не сама планета? — теперь уже удивился Ваня.

— Думаю, что нет, — сказала Лиана, — планета не может мыслить такими категориями. Это совершенно другой масштаб сознания. Она не видит ни нас, ни насекомых, ни вздыхальщиков. Мы для неё как клетки в организме. Мы же свои клетки не чувствуем и не управляем ими напрямую. Про их существование мы вспоминаем только тогда, когда что-то заболело. Но даже в этом случае, мы не занимаемся каждой отдельной клеткой или группой клеток, а пытаемся контролировать общие процессы организма… в общем, я могу, конечно, ошибаться, но мне ситуация видится именно так.

— Мне нравится эта теория, — сказал Спас, — интуитивно я чувствую, что ты очень недалеко от истины.

— Это же не так работает? — поддел его Руди.

— Почему? — удивился Спас, — интуитивно чувствовать может любой, даже ты! Это не связано ни с какими инсайтами.

— А, ну да! — согласился Руди, — и как раз сейчас я интуитивно чувствую, что наши летающие друзья достигли стены… хотя нет, интуиция тут ни при чём, я это просто вижу.

Все посмотрели туда, куда смотрел Руди. Туча насекомых, в самом деле, достигла стены в месте пролома. И как только они оказались совсем рядом, со стены ударили струи огня, которые начали резать массу насекомых вдоль и поперёк.

— Да, на стене похоже сидят опытные ребята, которые уже не в первый раз сталкиваются с такой опасностью, — сказала Игорь, — не думаю, что это шоу устраивается специально для нас. Похоже, что тут, в самом деле, идёт постоянная война, в которой гибнут живые существа в невероятных количествах.

— Готов поспорить, что у защитников потери тоже колоссальные. Да что тут спорить, Лёня об этом прямо говорил, — сказал Руди, — но видимо оказывать постоянное давление на сидящих внутри горы необходимо, иначе они начнут масштабировать свою деятельность. А это их сдерживает.

В туче насекомых стали вспыхивать огненные шары. Видимо пошли в дело разрывные боеприпасы. А туча тем временем облепила стену и теперь клубилась над ней неровными наростами.

— Просто не представляю, как можно справиться с такой массой насекомых, — сказал Ваня, — неужели у них получится?

Над горой засверкали молнии, загрохотал гром, и висящая там чёрная туча пролилась вниз огромной массой воды, накрывая битву между людьми и насекомыми. Видимо планета пыталась помочь атакующим и снизить эффективность огня, которым в основном боролись с насекомыми.

Но защитники стены, как будто, только этого и ждали. Когда на них обрушилась масса воды, весь пролом окутался яркими голубыми разрядами. Как будто огромное электрическое замыкание произошло в месте, где атаковали насекомые. Масса льющейся с неба воды была настолько плотной, что могла свободно передать через себя электрический импульс.

Некоторое время там всё очень интенсивно искрило, но потом постепенно стало сходить на нет. Ливень тоже стал затихать. Что любопытно, дождь пролился очень локально, именно в том месте, где шла схватка. Все эти события были совершенно не случайны. Совпадением это быть просто не могло.

— Да, сидящие там ребята готовы ко всему и у них есть план на любое развитие событий, — с уважением в голосе сказал Руди, — думаю, что у них получилось отразить атаку насекомых. В связи с этим у меня родилась одна неожиданная мысль.

— Поделись-ка с нами, — сказала Лиана.

— Если нам попытаются помочь проникнуть внутрь, лучше будет от этой помощи отказаться и придумать что-то своё, — сказал Руди.

— Почему? — удивилась Резвая.

— Потому что те две атаки, которые мы наблюдали, были отражены. Защитники были к ним готовы. Почему вы решили, что они будут не готовы к нашему приходу? — спросил Руди.

— Действительно! — сказал Ваня и обвёл всех взглядом.

По лицам было видно, что эта мысль показалась здравой всем присутствующим.

Глава 19

Для того чтобы двигаться дальше, им нужно было спуститься с этого каменного «языка», выдающегося вперёд, в сторону главной горы. Но как только они пошли вниз, то дорогу им преградили огромные пауки.

Они были очень похожи на тех, с которыми имела дело Лиана. Единственное отличие заключалось в том, что эти были ещё больше по размерам чем те.

Пауки стояли у них на пути и ничего не делали. Агрессии по отношению к людям они не проявляли, а просто как будто чего-то ждали.

Размер у пауков тоже был разный. Основная масса была приблизительно одинаковая, с небольшими отличиями. Но один паук выделялся из всех и был значительно мощнее своих сородичей. А ещё один был относительно маленьким, опять же в сравнении с остальными.

Люди некоторое время стояли в нерешительности, размышляя, можно ли безопасно пройти мимо этих пауков, или не стоит так рисковать и лучше подождать, пока ситуация как-нибудь разрешится.

— Их восемь! — повернулся вдруг к остальным Спас, — их ровно восемь!

— Ровно? — хохотнул Руди, — а если бы было не ровно, то это как бы выглядело?

— Ты имеешь ввиду, что их столько же, сколько и нас? — поняла его мысль Лиана.

— Нормальная тема, честная, — кивнул Руди, — восемь на восемь! Это я одобряю!

— Думаешь, они пришли драться? — спросила его Лиана.

— Я ничего не думаю, — пожал плечами Руди, — из предыдущих контактов с местной фауной можно сделать вывод, что вроде как недолжны. Но если кто-то стоит на пути и мешает пройти, невольно в голову приходит мысль, что без драки тут не обойтись.

— Посмотри на них, — сказал Спас, — как и в нашей группе, у них один больше всех остальных, а один меньше! Не наводит на размышления?

— Ну, я и сказал, что всё честно. Противники подобраны аккурат под нас! — сказал Руди.

— А может быть это не противники? — улыбнулась ему Лиана.

— А что же тогда? — спросил Руди, искренне не понимая, к чему она клонит.

— Транспорт! — сказала Лиана.

— Транспорт? — удивилась Женя, — они ждут нас тут, чтобы подвезти? Ты это хочешь сказать?

— Да, в зоне реактора меня уже так подвозили. Не пауки, правда, но по большому счёту, какая разница? — сказала Лиана.

— И кто же организовал для нас эту доставку? — спросил Руди.

— Если говорить в терминологии нашего недавнего разговора, то «игрок». Мы фигуры и нас нужно передвинуть по доске поближе к центру событий, — сказала Лиана.

— Вот именно после этих слов, мне резко расхотелось куда бы то ни было передвигаться по этой вашей доске, — слегка возмущённо сказал Руди, — я не люблю, когда мной манипулируют.

— На это можно посмотреть и с другой стороны, — сказала Лиана, — представь, что это не манипуляция, а помощь. Представь, что наши интересы и интересы игрока совпадают. Представь, что мы действуем заодно. И в таком случае манипулятор превращается в союзника, который добивается ровно того же, чего и мы.

— Звучит… тоже как манипуляция! — сказал Руди.

— Ты не хочешь идти дальше? — удивился Игорь.

— Нет! — возмутился его предположением Руди, — но я хочу идти по собственному выбору, а не потому, что меня кто-то, куда-то, решил передвинуть!

— Понимаю тебя, — кивнула Лиана, — я сама очень много об этом думала, с тех пор как узнала, что не всё происходит естественным образом, а имеются разные уровни воздействия на происходящее. Думая об этом, я поняла, что у меня два варианта: либо вообще всё бросить, либо начать взаимодействовать с «игроком». Но тут главное, не впасть в слепое подчинение, а продолжать действовать очень осознанно. Я всегда анализирую, хочу ли я добиться того, к чему меня подталкивают, или это исключительно чужая воля? И если наши цели и намерения совпадают, то я расцениваю внешнее вмешательство как помощь старшего товарища. Если задуматься, то, что мы делаем сейчас, мои отец и дед хотели сделать всегда. Я разделяю их устремления. Но без этого самого «игрока», или «игроков», мы вряд ли смогли бы зайти так далеко. Так что, наше сотрудничество оправдано. Минус в том, что иногда чувствуешь себя как будто ребёнком, которого ведут за ручку… но ведь никто не мешает идти самостоятельно, если на это есть силы. Как только родительская рука перестаёт быть нужна, она исчезает, предоставляя нам возможность действовать самостоятельно.

— А этот внешний пригляд, не обесценивает наши усилия? Так можно вообще перестать напрягаться, ведь если будет трудно, то таинственный помощник всё равно протянет свою руку и вытащит из неприятностей, — сказал Руди.

— Да, это самый большой мой страх! — не стала спорить Лиана, — я всегда боюсь, что мы возьмём на себя слишком много. Столько, что одни, при любом раскладе, не справимся. А потом, в решающий момент, помощь не придёт. Ведь никакого точного договора или контракта нет!

— Мне кажется, что мы всё время стоим на этой грани. Мы всегда лезем в то, с чем справиться не в состоянии, — сказал Спас, — взять хоть Энергон.

— Да, там мы просто сыграли свою роль, — сказала Лиана, — возможно, сейчас происходит то же самое. Но главное, это результат. А результат наших действий в том, что мы очень сильно усложнили жизнь хозяевам планеты. Да и здесь, внизу, удалось взять многое под контроль. Мы объединили множество людей, создали большую армию и флот. Я не говорю о флоте космических кораблей, который пока что находится в засаде, да? — она подмигнула Ване, — так что наши силы растут, а силы противника постепенно тают. Получается, судя по результату, мы на верном пути. И я собираюсь двигаться по нему дальше. Я для себя решение уже приняла.

— Хорошо, командир, веди нас! — улыбаясь, склонил голову Руди.

— Но как мы узнаем, что эти пауки точно наш транспорт? — спросила Женя, — они же сами нам об этом не скажут, верно? Я, например, опасаюсь к ним подходить, не зная наверняка, что это наши друзья!

Лиана не стала ничего говорить, а просто уверенно зашагала в сторону этих грозных существ, от которых она в своё время тоже много натерпелась… хотя, возможно, что во многом благодаря им она тогда и выжила в этих катакомбах под морем.

Она вплотную приблизилась к тому, который стоял ближе всего, слегка отделяясь от основной группы. Как только она оказалась рядом, он вдруг согнул ноги, опустив своё туловище почти до земли.

Лиана повернулась к своим друзьям, не в силах сдержать улыбку, и, перекинув ногу, уселась на пауке. Было жёстко и не очень удобно, но вполне терпимо.

— Ну, а вам что, особое приглашение требуется? — Лиана взмахнула рукой, — по паукам!

Все нерешительно переглянулись. Несмотря на то, что Лиана своим примером показала что это безопасно, подходить к этим большим чудовищам было страшновато.

К всеобщему удивлению первым решился на этот шаг Деревяшка. Он заковылял по направлению к самому маленькому пауку, безошибочно определив, что для него предназначается именно он.

При приближении Деревяшки, паук присел точно так же как и тот, на котором уже сидела Лиана. Деревяшка вскарабкался ему на спину, и паук поднялся обратно.

— Ого! — хрипловато воскликнул Деревяшка, придя в восторг от резкого подъёма вверх и от ощущения большого и послушного существа под ним.

— Дрессированные зверушки, — хмыкнул Руди и тоже направился к паукам.

А за ним последовали и все остальные. Через минуту вся группа уже сидела верхом.

— А как ими управлять? — спросила Женя, — или они сами будут решать, куда нас везти?

— Да, кстати, вопрос интересный! — поддержал её Игорь, — маршрут будем мы выбирать, или они уже заранее знают, куда нас нужно доставить?

— Сейчас разберёмся с этим, — сказала Лиана, — как и с управлением. Всё должно получиться само собой.

Так и вышло. Пауки очень чутко слушались команд, хотя сами наездники толком не понимали, как их отдают. То ли эти существа реагировали на малейший перенос центра тяжести тела, и даже лёгкий наклон корпуса наездника воспринимался как команда. То ли каким-то образом считывали мысленную активность и управлялись, чуть ли не телепатически. А может и то и другое сразу. Но факт был налицо, управлять ими было проще простого, и происходило это на каком-то интуитивном уровне. Причём, это взаимодействие в полной мере распространялось и на Деревяшку, несмотря на то, что он был другого вида. Совместимость была точно такой же, как и у всех остальных.

Несмотря на кажущуюся покорность и управляемость, пауки обладали собственной волей. Вскоре всем это стало очевидно.

— Мне кажется, — обернулась к остальным Лиана, — или они увозят нас заметно левее, чем нам бы хотелось?

— Если ты хотела доставить нас к пролому в стене, то да, тебе не кажется, — отозвался Игорь, — я давно уже это заметил.

— Конечно, я хотела прийти к пролому, — сказала Лиана, — это единственное место, где сейчас можно проникнуть внутрь, по крайней мере, если оценивать ситуацию издалека.

— А ты помнишь, о чём я недавно говорил? — спросил Руди.

— Ты про то, что нужно отказаться от помощи в проникновении? — спросила Лиана, — ну так тут нам никто и не помогает! Скорее даже наоборот, пауки увозят нас в сторону! Так что, следуя твоей логике, нам как раз и нужно к пролому.

— Не нужно воспринимать всё очень буквально, и постарайся проявлять гибкость. Не стоит ни на чём зацикливаться, стоит просто иметь ввиду разные сценарии. А что касается пролома, то исходя из наших наблюдений, все живые существа как раз в него и ломятся. Следовательно, считая это место своей уязвимостью, защитники стянули туда большие силы и держат всё под повышенным контролем. Мы не сможем там пройти! Так что, в этой ситуации я бы доверился паукам. Сейчас они ведут себя очень правильно, унося нас в сторону от пролома, — сказал Руди.

— Такие рассуждения не лишены смысла, — кивнула Лиана, — но тогда мы доверяемся чужой воле, разве не так?

— Может и нет, — сказал Руди, — мы всегда можем изменить план. Просто сейчас мне кажется, наши приоритеты совпадают с паучьими. Лучше поискать другое место. В проломе сейчас очень оживлённо, он в фокусе внимания.

— А что если вся эта активность в уязвимом месте как раз и служит для отвлечения внимания, для того, чтобы нам было проще проникнуть внутрь, а? — предположил Спас.

— Вполне возможно! — согласился с ним Игорь, — если подумать, то это очень похоже на правду, иначе трудно объяснить эти обречённые на неудачу атаки.

— Эти атаки, по словам Лёни, происходят тут беспрерывно, — сказала Лиана, — но тогда получается, что Руди ошибся и у «игрока» вполне себе рабочий план, по доставке нас внутрь. Он оттягивает силы и внимание защитников на другой фланг, а нас попытается провести в каком-нибудь неожиданном месте.

— Я мог ошибиться, — спокойно сказал Руди, — и ты можешь сейчас ошибаться. Всё это только теории и гипотезы. Но если исходить из того что нам известно на данный момент, то можно довериться паукам и посмотреть, куда они нас доставят. Главное, всегда помнить о том, что мы в любой момент можем начать действовать по-своему. Так что, продолжаем держать руку на пульсе!

— И тебя не расстраивает то, что ты был неправ? — спросила Женя.

— Нет, — пожал плечами Руди, — говорю же, я очень гибкий. Это залог выживания!

— Гибкость? — уточнила Женя.

— Приспособляемость! Это основное качество людей, позволяющее им выиграть глобальную конкуренцию среди всех живых существ. Мы хорошо умеем адаптироваться к разным и зачастую быстро меняющимся условиям среды. А, в свою очередь, внутри нашей популяции, больше всех шансов выжить у того, кто овладел этим навыком лучше остальных, — сказал Руди.

— Получается, что ты просто беспринципный, так что ли? — влезла в разговор Резвая, которая не могла сейчас действовать в привычной для себя манере, постоянно исчезая и появляясь. Паук вынуждал её держаться в группе.

— Ты ничего не поняла! — вздохнул Руди, — принципы у меня есть. И от них я не собираюсь отступать. Но гибкость это совершенно другое. Предать принципы, это сломаться. Быть верным своим принципам, но подстраиваться под ситуацию, это проявлять гибкость. У любой гибкости есть предел, который переступать нельзя. Но запомни, твердолобые, которые не умеют адаптироваться, умирают первыми. Обрадую тебя, среди нас таких нет, потому что мы до сих пор живы.

— Да нет, я не спорю. Я и сама такая. Всю жизнь только и делаю, что гибкость проявляю, но это не значит, что у меня нет своих принципов! — сказала Резвая.

— Похоже, приехали! — сказал Ваня, чей паук шёл первым, видимо потому что по законам животного мира, благодаря своим размером, был главным среди сородичей.

Перед ними находился скальный разлом, глубиной метров семь. Они могли бы его легко преодолеть, если бы он был пустым. Но он был полон! По дну разлома, сплошным потоком ползли огромные змеи. И не надо было долго думать, чтобы понять направление их движения. Они ползли в сторону пролома в стене.

— Да уж, — сказала Лиана, глядя вниз, — с этими представителями животного мира мы тоже сталкивались. Спас, ты помнишь? Или нет? Потому что ты потом без сознания долго провалялся, после этой знаменательной встречи.

— Помню, — сказал Спас, — я же не сразу сознание потерял. То что до этого было хорошо помню. Дети были в опасности!

— И я хорошо помню! — с досадой сказал Ваня, — потому что меня не оказалось рядом, хотя должен был. Я тогда сбежать от вас хотел, никогда себе этого не прощу!

— Дело прошлое, — сказала Лиана, — к тому же, цели у тебя были благородные.

— Только отчасти, — покачал головой Ваня, — только отчасти!

— Да, очередная порция пушечного мяса, которое будет уничтожено в бессмысленном штурме стены, — сказал Руди, — мне их даже немного жаль, хотя я не хотел бы встречаться ни с одной из них в приватной обстановке.

— Я заметила, — сказала Резвая, — что все живые существа здесь очень больших размеров, больше обычного. Или мне только так кажется? Я ведь жила там, где с живностью вообще было плохо. Но все кого мы встречали здесь, кажутся мне больше, чем они должны были бы быть!

— Тебе не кажется, — сказала Лиана.

— Что будем делать? — спросил Игорь, — ждать пока этот поток кончится или поищем место, где через него можно перебраться?

— Пауки не проявляют беспокойства и настроены переждать, — сказала Лиана.

— Вы упускаете из внимания ещё один вариант, — сказал Руди.

— Какой же? — заинтересовался Игорь.

— Можно просто перейти через этот поток, надеясь, что змеи нас пропустят, — сказал Руди, — ведь у нас, вроде как, есть защита от местных, верно?

— Верно-то верно, — ответил ему Спас, — но есть ли такая защита у пауков и в каких они отношениях со змеями мы не знаем. Так что я бы предпочёл туда не лезть!

— Убедил! — тут же согласился Руди, — с таким аргументом не поспоришь! Тогда либо ждать, либо в обход.

Решили подождать, раз уж пауки не проявляли никакой инициативы.

Прямо за разломом полным змей, перед ними открывалось относительно ровное плато, которое тянулось вперёд не несколько километров без видимых сложных препятствий. По крайней мере, с их местоположения их разглядеть было нельзя.

Это было и хорошо и плохо. С одной стороны, идти по ровной поверхности, а не пробираться среди обломков скал. С другой, на этой самой поверхности их было хорошо видно со всех сторон, а укрыться там, в случае чего, особо было негде.

И хотя стена окружавшая гору была ещё далеко, в хорошую оптику их оттуда вполне можно было разглядеть. Так что Лиана думала о том, что пожалуй стоило бы поискать путь более скрытый от чужих глаз.

— Смотрите! — вдруг вскрикнула Резвая.

Вслед за её криком их всех ослепила невероятно яркая вспышка, и единственное что они успели разглядеть, так это как небо прорезала огненная линия и ударила точно в стену напротив того места где они стояли.

Взрыв был невероятной силы. Их всех подбросило высоко в воздух, и потом они попадали на землю как переспевшие фрукты. Воздух наполнили крики, стоны и проклятья. Паукам тоже досталось, и гораздо больше чем людям. Их длинные конечности оказались более уязвимы к таким сотрясениям, и после взрыва на ноги смогли подняться только трое из восьми. Из разлома где были змеи слышалось громкое многоголосое шипение, видимо им там тоже досталось.

Всю гору заволокло дымом и поднявшейся в небо пылью от взрыва. И это облако начало стремительно расползаться, накрывая собой окрестности.

На людей через некоторое время обрушился град из мелких осколков камней, так, что им срочно пришлось искать себе хоть какое-нибудь укрытие.

— Все живы? — прокричала Лиана, пытаясь перекрыть этот хаос.

— Кажется да, — ответил ей Спас, который как раз пытался всех пересчитать.

— Что это было? — прокричала Женя.

Несмотря на продолжающийся град из камней, её услышали.

— Похоже, что наш «игрок» зашёл с козырей! — крикнул ей в ответ Руди.

— В каком смысле? — не поняла Женя.

— В том смысле, что он швырнул метеоритом прямо в стену у нас на пути! — прокричал Руди.

— Он открыл нам дверь внутрь защитного периметра, — пояснил Игорь более простым языком.

— Открыл? — захохотал Ваня, — да он просто вынес её с ноги!

Глава 20

Папаша был очень воодушевлён. Дела шли хорошо, и всё развивалось очень стремительно. Он сам удивлялся, как ещё умудряется что-то успевать. Появившись из портала перед командой Левиафана и Валькириями, отдыхающими на острове, он сразу перешёл к делу.

— Вы должны понимать, что я сюда прибыл не просто так, — сказал он, — у меня есть задания для некоторых из вас.

— Начинается! — сказала Вася.

— Давно уже началось! — подмигнул ей Папаша, — но не волнуйтесь сильно. Задания есть не для всех. А для тех кому достанется работа, есть хорошая новость. Это будет связано с дорогими для вас местами… ну, по крайней мере, я так думаю.

— Пока что ничего не понятно, — сказал Сан Саныч.

— А я пока что ничего и не сказал толком, — улыбнулся ему Папаша, — мы будем развивать транспортную систему на планете. Небезызвестный для вас Артур, хочет упростить нам жизнь и создать систему постоянных порталов. Многие из вас знают, что у нас теперь есть столица, которую мы отобрали у сибаритов. Я бы, конечно, предпочёл устроить главную базу в своей любимой «Тюрьме», но объективно, место там не очень удобное. А новая столица находится на пересечении всех маршрутов в этом регионе планеты. Так что, логистически она намного удобнее. Да и с причалами в Тюрьме есть проблема. С одной стороны это хорошо, так как обеспечивает дополнительную защиту. Но с другой стороны, для столицы, где должен быть большой поток людей, это минус. Я человек рациональный, поэтому не цепляюсь за собственные сантименты. Новая столица, так новая столица. Тем более, что мы её уже давно осваиваем.

— Только вот, наше дорогое место, это Левиафан, — скептически заметил Сан Саныч, — на этой планете других якорей у многих присутствующих нет.

— А команды Левиафана, то что я говорю, касается в меньшей степени, — сказал Папаша, — вы продолжите жить на своей лодке, если хотите. Но вам всё равно нужен порт приписки, так что, в столице вам всегда будут рады. Вы можете, когда есть нужда или желание, приплывать туда и пополнять запасы. Тем более, что столица рискует превратиться и в торговый центр региона. Предпосылки к этому уже есть. Хотя и для вас у меня тоже будет одно предложение. Но к нему мы вернёмся позже, в последнюю очередь.

— А что в первую тогда? — спросил Сан Саныч.

— Сразу скажу, — начал Папаша, — что приказывать и заставлять я не в праве. Мы все тут свободные люди и сами принимаем решения. Но, поскольку, уже давно делаем одно общее дело, не думаю, что кто-то откажется от того, что я предложу. Насколько я знаю, некоторых из вас уже предупредили о том, что предстоит сделать, верно?

— Да, с нами Артур выходил на связь, — сказал Вик.

— Тогда и начнём с вас, — сказал Папаша, — вам нужно вернуться домой. Там работы тоже хватает. Конечно, Мать и остальные справляются как всегда, но нужно переходить на новый уровень. Артур держит меня в курсе по поводу многих событий, так что не удивляйтесь, что я очень осведомлён.

— Что-то случилось? — напряглась Мина.

— Всё время что-то случается, — сказал Папаша, — но не волнуйся, ничего плохого не происходит. Запущенные процессы идут, связь между болотниками и вашей общиной крепнет и развивается. Но банды никуда не делись. И хотя новых заключённых завозить перестали, старых беспредельщиков пока что бегает там ого-го сколько. Устраивать геноцид на всей этой территории очень затратно, и долго, да и не наш это метод. Нужно их как-то цивилизовывать. Процесс это не быстрый, но что-то мне подсказывает, что многие без сожаления променяют свою убогую голодную жизнь на какое-нибудь ремесло. Да, не все, некоторые неисправимы. Но большинство уже натерпелось и если дать им шанс, показать что есть возможность начать всё с нуля, может быть что-то и получится. Предпосылки ко всему этому есть и кое-какая работа уже началась. Но делать это нужно будет крайне осторожно, иначе, если упустить ситуацию из под контроля, могут быть большие жертвы. Поэтому вам там понадобится помощь. В общем, план такой. Постоянный портал будет соединять общину Матери и мужскую половину тюрьмы, которой я руковожу. Через него будем перебрасывать подкрепления для защиты, если понадобится. Да и снабжение тоже улучшим. Можно будет организовать торговлю, или обмен. Найдём что предложить друг другу. Если понадобится, то потом организуем портал и в столицу, но пока думаю и одного хватит.

— А от нас что требуется? Чем мы непосредственно должны заниматься? — спросил Вик.

— Поскольку вы оба там люди по своему рождению не последние, то имеете определённый статус. Вас будут слушать. Ваша задача контролировать портал, наладить его охрану, чтобы туда не лезли все кому не лень. Да и много других попутных задач придётся решать. Так как вы больше всех в теме, что происходит во внешнем мире за пределами «Тюрьмы», то связь и переговоры тоже в основном будут идти через вас. Не волнуйтесь, без работы не останетесь! — сказал Папаша.

— Уж за что, за что, а за это мы точно не волнуемся, — усмехнулась Мина.

— Зато окажетесь ближе к дому и родным людям. Не устали ещё скитаться-то? — подмигнул им Папаша.

— Устали! — честно сказала Мина, — есть желание пожить оседлой жизнью. Ведь раньше мы долго жили на одном месте, а потом такая карусель завертелась… в общем, наверное, мы согласны, да Вик?

— Ещё бы! — ответил тот и обнял Мину, — очень согласны! Конечно, немного грустно расставаться со всеми, но мы ведь будем видеться?

— Думаю, что с развитием системы порталов проблем с этим не будет, — сказал Папаша, — ну что, мы можем особо не тянуть. Если хотите, то можно вас прямо сейчас туда отправить… или вам нужно собрать вещи?

— Да у нас нет ничего такого, без чего бы мы не могли обойтись, — сказала Мина.

— Золотая женщина, — уважительно сказал Папаша, посмотрев на Вика, — береги её! Не все умеют так легко расставаться с вещами, пусть и не очень ценными, зато привычными.

— Берегу как могу! — сказал Вик.

И тут же они увидели, как на берегу начал формироваться диск портала, сначала едва заметно, но постепенно набирая яркость.

— Я заброшу вас в женскую общину, в каком-нибудь неприметном месте, чтобы не пугать народ, — сказал Артур у них в головах.

— То есть, когда хочешь, ты можешь открыть портал когда угодно и где угодно, да? — поддела его Мина.

— Да, — спокойно ответил Артур, не вступая в препирательства и не пытаясь выкрутиться и что-то объяснить, — когда окажетесь там, можете немного отдохнуть. Я вам сообщу, когда начну формировать постоянный портал.

— Спасибо, — сказал Вик.

— Ну что? — Мина повернулась ко всем остальным, кто собрался на берегу, — будем прощаться?

— Думаю, что мы скоро увидимся, — сказала Эсмеральда, — жизнь так бурлит на планете, что это просто неизбежно.

Мина и Вик обошли всех, с каждым обнялись и перекинулись несколькими тёплыми словами. Потом повернулись и пошли к ждущему их прямо возле кромки воды порталу. Возле самого диска они повернулись, помахали всем и уже привычно шагнули в искрящийся голубой вихрь.

— Ну что, кто следующий? — спросил Сан Саныч.

— Никитка! — Папаша обернулся к парнишке, — я предлагаю тебе и Барсику отправиться на свалку. Там ты будешь нашим доверенным лицом, если конечно не против этой миссии.

Никитка не ожидал, что и ему тоже достанется какое-то задание, поэтому немного растерялся.

— А что нужно будет делать? — спросил он.

— Там Инженер полным ходом занимается расконсервацией роботов. Да, они там не особо продвинутые, но для многих задач будут очень даже полезны. Сейчас Фёдор с нашим флотом берёт под контроль практически последний оплот Сибаритов. Это рудники, где расположены шахты по добыче полезных ископаемых. Роботы там очень пригодятся. Да и не только там. В общем, на свалке тоже будет постоянный портал. Где-нибудь в заводской зоне. Но это Артур уже будет решать, где именно. В общем, будем налаживать связь и обмен товарами. И на свалку нужно доставлять много чего. С продуктами там, например, не очень хорошо. Вон, может быть, из тюрьмы наладим завоз продуктов. А обратно что-нибудь технологичное. Я сейчас формирую группу, которая будет заниматься планированием и направлением товарных потоков. Но им на местах нужны представители. Вот мы сейчас их, как раз, и назначаем. Ну что, возьмёшься за эту работу? — сказал Папаша.

— Да, — слегка поколебавшись, сказал Никитка, — по ребятам соскучился. Только вот как же Женя? Она сюда ведь вернётся, да?

— Не переживай, — сказал Папаша, — тебя там цепью никто приковывать не будет. Когда всё наладится и войдёт в рабочий ритм, если захочешь, сможешь отправиться куда угодно.

— Тогда я тем более не возражаю! — радостно сказал Никитка, — если это всё не навсегда!

— От тебя зависит! — сказал Папаша, — но если уж ты берёшься, то сразу не бросай. Отнесись к этой работе серьёзно и доведи дело до конца. А когда почувствуешь, что ты там больше не нужен, тогда можешь делать что захочешь.

— Ну, это понятно, — даже слегка обиделся Никитка, — я же не маленький. Если возьмусь, то не брошу. А мы с Барсиком берёмся, да ведь? — он потрепал своего друга по голове.

Барсик после ранения на Энергоне уже успел восстановиться, впрочем, как и все остальные. Регенератор оказался в состоянии лечить и его. Были опасения, что он настроен только на людей, но Барсика он тоже принял и помог ему.

— Тебе тоже не нужно собираться? Готов отправиться прямо сейчас? — спросил Папаша.

Никитка слегка задумался, и сказал:

— Да! Если что, я ведь потом могу вернуться на Левиафан. Сан Саныч, сложите там куда-нибудь мои вещи. А каютой пока что можно пользоваться.

— А можно про это узнать поподробнее? — заинтересовался Стас, парнишка которого они забрали с захваченного завода сибаритов и который занимался сейчас системами связи.

— Что именно? — поднял одну бровь Папаша.

— Там, куда собирается Никитка, какие-то заводы? Я сам много времени провёл на заводе. Честно говоря, подводная лодка не моя стихия. Я бы, если есть такая возможность, предпочёл бы где-нибудь работать с техникой, — сказал Стас.

— Не хотелось бы тебя терять, — покачал головой Сан Саныч, — мы уже привыкли к тебе, да и польза от тебя для Левиафана очень даже не маленькая. Но я понимаю, каждый сам выбирает свою судьбу.

— Толковый парнишка? — спросил у Сан Саныча Папаша.

— Да, увлечённый технарь, — сказал Сан Саныч.

— Ну, тогда для тебя работа обязательно найдётся. И мест где твои знания и умения можно применить, тоже полно. Хочешь отправиться с Никиткой? — спросил Папаша.

— Когда рядом есть кто-то знакомый, на новом месте проще устроиться, — сказал Стас, — когда все незнакомые мне сложно привыкнуть.

— Ну, к нам-то привык, — усмехнулась Вася.

— Привык, но я и говорю, что мне это не очень легко даётся, — сказал Стас, — а если там есть заводы, значит, есть и оборудование. Можно найти себе применение.

— Ты же у нас себе целую лабораторию обустроил, — сказал Сан Саныч, — что, вот так вот всё и бросишь?

— Ну почему брошу? — пожал руками Стас, — оставлю. Там всё просто и понятно. Да, есть незаконченные приборы, которые без меня будут просто хламом. Но их не так уж и много. В основном я всё доделал, над чем работал. Просто запас материалов оказался не так уж велик. И это тоже проблема работы на подводной лодке. Если тебе чего-то не хватает, то взять это в обозримой перспективе негде. Либо бросай проект, либо жди неизвестно сколько, когда появится возможность пополнить запасы.

— Если все всё решили, и ни у кого больше нет вопросов, тогда я думаю что ребят тоже можно отправлять, — сказал Папаша куда-то вверх, и в ответ на его слова на берегу вновь стал формироваться портал, на том же самом месте, что и раньше.

— Признаюсь, что немного страшновато, — сказал Стас, — явление это новое, плохо изученное… вы уверены, что это безопасно?

— Не переживай, — усмехнулся Папаша, — мы пользуемся, некоторые по несколько раз уже совершали переходы. Вот первым было страшно. А теперь это уже почти обыденность!

— Хорошо! — выдохнул Стас, — я голов.

— Будешь по мне скучать? — спросила Вася, подходя к нему вплотную.

— Честно говоря, очень! — признался Стас, — но, поскольку всё равно ничего не вышло, то так будет даже лучше…

— От меня сбегаешь? — хитро прищурилась Василиса, — а то всё завод, оборудование…

— И от тебя тоже, — не стал юлить Стас, — но не только. Тяжеловато мне всё время под водой находиться. Простора хочется!

— Ладно, бывай, может ещё и встретимся, — и Вася чмокнула его в щёку, после чего отошла в сторону, предоставив остальным возможность попрощаться.

Сложнее всего расставаться было всё-таки с Никиткой. Стас хоть и влился в коллектив, но был в нём недавно, да и сидел всё больше в своей мастерской. А Никитка с Барсиком были в команде очень давно, хотя и не с самого начала, но всё же. За время жизни на Левиафане, он успел из ребёнка превратиться в зрелого юношу. Можно сказать что вырос на глазах!

Попрощавшись, они втроём направились к порталу. Возле него обернулись, точно так же как Мина и Вик, и помахали остающимся на берегу. Потом шагнули внутрь, и портал стал исчезать.

— А где Лада и Пётр? — спросила вдруг Оля, девушка, которая раньше была немой.

— Они ушли через портал первыми, вместе с Момо, — ответил Папаша, — это было ещё до того как я сюда прибыл.

— Как ушли? — опешила Оля, — я плыла с ними на подводной лодке втроём. Я одна не смогу! Нет, они научили меня управлять, конечно, и я в основном понимаю что делать… но как же я одна? Да и куда мне теперь плыть? Я не ориентируюсь!

Оля выглядела совершенно растерянной.

— С лодкой мы вопрос решим, — сказал Папаша, — а куда бы ты сама хотела попасть?

— Я теперь уже даже не знаю, — сказала Оля, — все куда-то разбежались, разъехались… а у меня нет ни дома, ни чего… лодка только теперь эта… наверное, нужно за ней присмотреть, да?

— Сдаётся мне, что это та самая лодка, которая в Тюрьме, возле пирса много лет простояла, пока я её Спасу не отдал. Ну, тогда это лодка Петра и он её полноправный хозяин. Нужно её куда-нибудь пристроить, пока хозяин не вернётся. Валькирии, возьмёте лодку на хранение? — обратился Папаша к стоящей напротив него в окружении девочек Эсмеральде.

— Я думала, что ты про нас и не вспомнишь, — улыбнулась Эсмеральда.

— Я про вас и не забывал, просто оставил напоследок, — сказал Папаша, — чтобы побольше пообщаться. Ну так что? Дадите девушке кого-нибудь в экипаж, чтобы отогнать лодку в Асгард?

— Дадим, — сказала Руфь, — а пока лодка будет у нас, ей можно будет пользоваться?

— Думаю, что можно при необходимости. Но без фанатизма, чтобы она дожила до возвращения хозяина, — сказал Папаша, — а ты, — обратился он к Оле, — можешь попробовать у Валькирий устроиться. У них там хорошо, тебе должно понравиться. А если не приживёшься, поговори и тебе помогут отправиться в другое место. Сейчас с этим будет проще. Думаю, что это лучший вариант из всех возможных.

— Наверное… — Оля грустно вздохнула.

Она чувствовала, что всё вокруг неё постоянно меняется и рано или поздно нужно будет искать себе место. Можно было попробовать вернуться на окраину Леса, где остались её подруги. Но там ли они ещё? Времени ведь прошло не мало. А если не там, то где она их будет искать и найдёт ли вообще? Вариант с Валькириями был неплохим. Этих девочек она пусть и совсем немного, но успела узнать и они ей нравились. Может и все остальные кто там живёт тоже хорошие люди. Тем более, что с общительностью у Оли всё было в порядке, особенно с тех пор, как она обрела речь!

— Ну что, теперь-то наша очередь? — спросила Эсмеральда.

— Говорю же, хотел оставить вас напоследок, но раз так не терпится, то давайте решим с вами, — сказал Папаша.

— И что же ты для нас приготовил? — спросила Эсмеральда, слегка прищурившись.

— С вами совсем просто! — сказал Папаша, — вам я предлагаю отправиться домой. Но не всем вместе. Девочки пусть перегонят ваш корабль и подводную лодку. А тебя с Боной я бы забрал и отправился вместе с вами в Асгард прямо сейчас. Тоже будем налаживать постоянный портал между Асгардом и столицей. А для этого присутствие предводительницы очень желательно. А ждать пока вы доберётесь туда своим ходом времени нет.

Эсмеральда пожала плечами, мол, не возражает.

— Справитесь, девочки? — спросила она у своих пташек.

— А чего бы нам не справиться? — удивилась Руфь, — уж до дома-то как-нибудь доберёмся!

— А я куда? — неожиданно спросил клон Морик, который так и прижился к Валькириям.

— Ты с нами, конечно, — сказала Руфь, — мы теперь без тебя никак! Ты же наш главный помощник!

Морик расплылся в улыбке от её слов.

— Возражений нет, — сказала Эсмеральда Папаше, — когда отправляемся, прямо сейчас?

— Почти, — кивнул Папаша, — осталось решить только одно дело, с Левиафаном.

— Нас тоже куда-то через портал хочешь закинуть? Вместе с лодкой? — удивился Сан Саныч.

— Нет, вам я предложу отправиться своим ходом, — улыбнулся Папаша, — ваш Левиафан ни в один портал не пройдёт!

— И куда же мы должны держать путь? — спросил Сан Саныч.

— Не должны, а я вас попрошу, — сказал Папаша, — я попрошу вас навестить Лодочника.

— Зачем? — удивился Папаша.

— Грех зарывать такой талант в землю, — сказал Папаша, — нужно поднять производство, если он ещё этого не сделал. Разместим у него крупный заказ, поможем с людьми и материалами, а там уже будем думать дальше. Может быть, найдём ему новое место для верфи, где-нибудь на бывших базах сибаритов. Места подходящие есть. Будет развивать производство… но это только если он будет готов переехать ради большой цели. Впрочем, не будем загадывать. Вы его уже знаете, поговорите с ним, посоветуетесь, рассмотрите разные варианты. Узнаете, чего бы ему хотелось и на что он готов пойти. А там уже будем принимать решение. Все свободные лодки, которые у него есть сейчас, мы готовы выкупить по хорошей цене. Пока насчёт прямого портала к нему не думаем, но если понадобится доставлять много материалов, то рассмотрим и этот вопрос. В общем, Артур если что с вами свяжется и уточнит детали. Так что, если берётесь за эту работу, то как будете готовы можете отправляться.

— Работёнка-то не пыльная, — сказал Сан Саныч, оглядываясь на свою команду, — да и техобслуживание Левиафана провести было бы не плохо. Думаю, что можно взяться за это дело. Всё равно ведь нужна какая-то цель, не просто же так по океану болтаться!

— И то верно, — улыбнулся Папаша, — а пыльной работёнки вам пока уже хватит. Заслужили спокойную жизнь. Но сильно не обнадёживайтесь, думаю, что долго вам отдыхать не придётся. Такие люди как вы везде нужны и без дела вы никогда не останетесь!

— За что, за что, а вот за это мы вообще не переживаем, — усмехнулся Сан Саныч, а остальные дружно выразили своё согласие.

Глава 21

Мина и Вик вышли из портала за городом, так, что их никто не увидел. Они некоторое время стояли и просто дышали. Когда они были где-то далеко, то не чувствовали что дышат каким-то другим воздухом, но попав домой, сразу ощутили эти знакомые ароматы, которые жили именно здесь, на их континенте. Из чего складывалась эта атмосфера, из каких именно запахов было не понять, но воздух был здесь каким-то другим, и от этого накатывала такая волна эмоций, что хотелось плакать от счастья. Даже просто вдохнув полной грудью местный воздух, сразу можно было почувствовать, что они дома.

Мина даже немного прослезилась.

До дома Матери они шли долго, потому что все кто встречался на пути, буквально висли на них с объятиями и расспросами. В основном приходилось отделываться общими фразами, потому что рассказывать всем по очереди о своих похождениях было просто невозможно. Но зато и сами они успели кое-что выяснить. Дела шли в целом неплохо. Отношения с болотниками развивались очень стремительно. Инциденты с бандами блуждающими вокруг случались, но не очень часто. Теперь воинственных женщин очень боялись после прошедшей войны. А про болотников и говорить нечего. От них бандиты бежали как от огня.

Слух об их возвращении разлетелся по общине очень быстро, и когда они дошли до дома Матери, там их уже ждали.

По стечению обстоятельств, отец Вика, Булат, тоже был здесь. Так что, радость от встречи была двойной.

Помощницы уже накрывали на стол, и они все уселись обедать, не прекращая обмен новостями.

— Подумать только, — сказала Мина, — меньше часа назад мы были чёрте где, на острове посреди океана и даже предположить не могли, что вот так быстро окажемся дома и будем сидеть за столом с родителями! Даже голова кружится от таких стремительных перемен!

— Бывали перемены и постремительнее, когда нас мотало по порталам, — подмигнул ей Вик.

— Да, но оказаться так внезапно дома, это, конечно, очень будоражит! — сказала Мина.

— Надолго вы вернулись? — спросила Мать.

— Возможно, что да, — улыбнулась Мина, — какое-то время точно поживём здесь, а там как знать… может быть и навсегда останемся.

— Если не понадобимся для какого-нибудь важного дела, — на всякий случай добавил Вик, чтобы родители не строили слишком оптимистичных планов.

— Ишь, деловые какие! — хмыкнул Булат, — а здесь кто дела делать за вас будет? Думаете, тут всё само собой происходит? Думаете, делать здесь нечего?

— Да, расскажите что здесь происходит? — спросила Мина с азартом, — очень хочется всё знать!

— А может быть вы нам расскажете? — осадила её Мать.

— Обязательно! — кивнула Мина, — мы ведь никуда не торопимся, так что наговориться успеем. Так что новенького?

— Есть интересные вещи, — начало говорить Булат, решив удовлетворить любопытство молодых, — мы всё думали, как быть с бандами, которые бродят по нашей земле. Да, многих истребили во время войны, но и осталось достаточно. И всех их как магнитом тянет сюда, к обжитым местам, потому что только тут можно чем-то поживиться. И решение нашлось неожиданно! Поэтому я сейчас и здесь.

— И что же вы придумали? — спросил Вик.

— Да мы и не придумывали ничего, — сказал Булат, — вернее придумывали, но всё это работало только отчасти. Торговать с ними пытались, привлекать к работе. Но всё это имело успех только временный. Когда кто-то из банды приходил к нам на заработки или для обмена, то по возвращении обратно мог натолкнуться на непонимание своих товарищей. Так что как мы ни пытались их вовлечь в цивилизованную жизнь, успех был очень относительным. Но недавно, мы решили построить несколько фортов на пути от нашего болота сюда. Движение по этой дороге сейчас постоянное, и чем дальше, тем больше. Торговля и личные связи между общинами процветают. Но дорога эта очень опасная. Так и пытаются особо отчаянные выследить небольшую группу и напасть. Поэтому караваны приходится отправлять большие и с хорошей охраной. А так как путь не близкий, то и отдых в пути не помешает, чтобы коней напоить и накормить. Вот и решили организовать три опорных пункта у дороги. Выбрали места, обнесли их частоколом, начали возводить дома, конюшни и сараи… и тут вдруг стали туда приходить люди из банд. Готовы были работать даже за еду. Не всем дикая жизнь по нраву приходится. Их стали принимать, но селить за оградой, на всякий случай. Но разрешили строить себе жилища возле форта, чтобы не под открытым небом куковать. Если что, в форте вооружённый гарнизон всегда готов отогнать банду, если вдруг наберутся наглости и попытаются напасть. Люди, почувствовав защиту, стали собираться вокруг фортов ещё активнее. Значит, есть потребность в спокойной жизни у многих, только они не могли её удовлетворить. И очень быстро эти форты превратились в небольшие города, которые стремительно разрастаются. У бывших бандитов навыки разные есть, так что стали появляться ремесленники. Кто-то в ополчение нанимается, чтобы охранять новый город. Поля постепенно вокруг стали осваивать. И всё это происходит с такой скоростью, что уму непостижимо. Вот только вроде там был, еду через неделю и уже ничего не узнаю, настолько всё изменилось. Публика, конечно, в большинстве своём, не простая. Но там везде строгий сухой закон, что сильно влияет на порядок.

— Да, истосковались люди по нормальной спокойной жизни, — поддержала Булата Мать, — и как только увидели возможность осесть и заниматься мирным делом, так многие захотели пустить корни в одном из таких мест. Не все, конечно. Но чувствуется, что банд становится всё меньше и меньше. И если приходит в новое поселение кто-то, кто на самом деле не хочет нормально жить, а думает чем бы поживиться да сбежать, то другие бывшие бандиты тоже народ тёртый и таких быстро выявляют и прогоняют…

— Хорошо если прогоняют, — покачал головой Булат, — обычно порешат на месте и концы в воду. Это одна из проблем в новых поселениях. Пытаемся искоренить самосуды и провинившихся наказывать по закону. По справедливости.

— Здорово! — уважительно покачал головой Вик, — а проблемы есть?

— Проблема в нехватке людей, как всегда! — сказал Булат, — в этих поселениях количество пришлых становится намного больше, чем наш гарнизон. Есть опасения бунтов и беспорядков. Стараемся следить за настроениями и не допустить этого.

— Время на нашей стороне, — добавила Мать, — они постепенно обживутся, и будут считать это своим домом. Пока ещё прошло мало времени, и они ещё не усвоили правила как следует. Тревожные звоночки бывают. Но Булат очень внимательно за этим следит, и как только где-то начинает чувствоваться напряжение, так туда, как бы случайно, прибывает усиленный вооружённый отряд и остаётся там на некоторое время. Постепенно конфликтные настроения сходят на нет, и жизнь возвращается в привычное русло.

— Есть задумка построить ещё несколько фортов, — сказал Булат, — теперь уже специально, с целью собрать вокруг них поселение. Но нужна дорога ведущая куда-то, чтобы по ней нужно было ездить. Да и людей пока на это нет лишних. Но планы есть, и мы их всё время обдумываем.

— Да что говорить, мы можем прокатиться и посмотреть всё своими глазами, — сказала Мать, — в седле-то сидеть ещё не разучились?

— А этому можно разучиться? — удивилась Мина.

— Только вот вы совсем без оружия, а за ворота выходить можно только вооружёнными, — сказал Булат, — то, что я рассказывал, вовсе не означает, что теперь можно спокойно разгуливать по нашей земле. К сожалению, вокруг пока ещё очень опасно. Надеюсь, что со временем это изменится, но боюсь что не скоро.

— Оружие мы найдём, — улыбнулась Мать, — с этим проблем нет. Но верховая прогулка в окрестностях нашей общины, это как раз то, что нам нужно!

Вооружившись, они сели верхом и поехали к перевалу, чтобы выехать за ворота и совершить объезд близлежащих территорий, сделать то, чем обычно занимались патрули.

Чувствуя приятную тяжесть висящего на поясе меча и послушную мощь лошади под собой, Мина никак не могла сдержать счастливую улыбку, которая просто не сходила с её лица. Вик это видел, и тоже улыбался от того, видя как счастлива его жена. А родители улыбались от того, что они видели как хорошо их детям. Так что, прогулка выходила очень радостной и приятной.

От сопровождения, которое ей пытались навязать, Мать отказалась. Да, это было некоторым нарушением правил, но какой смысл быть самым главным, если ты совсем ничего не можешь нарушить?

Тем более, они не собирались уезжать далеко. Сейчас был день, да и все члены их маленькой группы были отличными воинами, одними из лучших. Так они вчетвером и скакали не спеша по хорошо набитой теперь дороге. Видимо движение здесь было очень активным.

Основная дорога уходила в сторону, в направлении территории болотников. Они же решили проехаться прямо. Когда они преодолевали холмы, на Мину накатывали всё новые и новые воспоминания, и не все они были приятными. Вот где-то здесь на них с девочками напали, вот здесь она приняла неравный бой, в котором её пленили, где-то там был раньше шатёр Короля, в котором её держали…

Но даже эти грустные воспоминания не могли испортить ей настроения, потому что на смену им постепенно приходили другие. Как она выбралась, как потом с Лианой тайно пробиралась через вражеский лагерь, как они сражались, как потом встретили Вика с его людьми и как они начали бить врагов бок о бок… тогда всё и началось!

Мина посмотрела на Вика и улыбнулась. Он ответил ей тем же, и по лицу было видно, что он сейчас тоже придаётся воспоминаниям.

Погода была хорошая, и птицы пели как сумасшедшие в небольших зарослях, которые только-только стали тут появляться после того как орда Короля всё здесь выкосила под корень.

Они уезжали всё дальше и дальше от поселения и от наезженной дороги. Этого делать, конечно, не стоило, но родители не хотели мешать своим детям, видя, что они наслаждаются этой поездкой и пребывают в эйфории от возвращения в родные места.

Тропа, ведущая между двух очень близко стоящих холмов, густо заросших кустарником и небольшими деревцами, по всем приметам была плохим место для прогулки, и очень хорошим местом для засады. Но какая засада, если тут никто не ездит? Кто и кого может здесь караулить?

Ко всему прочему, общая атмосфера прогулки навевала умиротворение и притупляла бдительность, даже у таких опытных бойцов.

Поэтому, когда едущие рядом лошади Вика и Мины споткнулись одновременно, реальность вдруг обрушилась на всех со всей своей неумолимой жестокостью. Они расслабились и тут же нашли неприятности.

Пока ещё было непонятно что происходит, есть ли на самом деле тут враги и если есть то сколько их. Однако ждать развития ситуации никто не стал. Буквально через секунду, едущих слегка позади молодёжи, Матери и Булата в сёдлах не оказалось. Они молниеносно соскочили на землю и бросились в заросли, один направо, другая налево. Возможно, разумнее было бы держаться вместе, но они просто не успели согласовать свои действия.

Лошади споткнулись об натянутую поперёк тропы верёвку. Если бы она всё время там была, они бы её, естественно, заметили. Нет, кто-то вздёрнул её прямо перед ними, чтобы они не успели среагировать.

Пока лошади падали, их сёдла уже были пусты. Мина и Вик среагировали ничуть не хуже чем их родители. И когда они приземлились на ноги, мечи уже были у них в руках. Лошади оказались между ними, и обегать их не было времени, потому что они скорее почувствовал, чем увидели, что в них полетели камни… целый град камней. Поэтому каждый бросился в заросли со своей стороны.

В итоге Мать и Мина оказались на одном склоне холма, а Вик с Булатом на другом, по разные стороны от тропы. Но они все были немного в разных местах и начали действовать по одному.

И Мина, и Вик, сразу подумали об одном и том же. Раз верёвку кто-то натянул, значит, этот кто-то должен сидеть прямо здесь, рядом, в кустах. И они не ошиблись. За нагромождением веток по обе стороны от тропы сидело по пять человек. Оно и не удивительно, остановить лошадь одному, скорее всего, не получится, она тебя самого просто сдёрнет с места и пойдёт дальше. Поэтому они тянули толпой, тем более, что две лошади шли рядом, бок о бок.

Сидящие в засаде не думали что ситуация будет развиваться именно так. Они полагали, что всадники упадут на землю, их закидают камнями, а потом уже они налетят и либо добьют, либо возьмут в плен. Учитывая, что в группе было две бабы, плен был, конечно, предпочтительнее. А мужиков можно было и кончить на месте, чего возиться то?

Но когда одна из эти самых «баб» появилась прямо перед ними, и через секунду голова одного из бандитов с глухим звуком шлёпнулась на землю, а её меч застрял в черепе у второго, остальные поняли что их планам на вечер не суждено сбыться. Двое с воплем кинулись наутёк, а последний оставшийся, который в таком ни разу ещё не участвовал, да и вообще крови побаивался, впал в ступор и обделался в прямом смысле этого слова.

Тошнотворный запах тут же стал распространяться вокруг.

— Фууууу… — сказала Мина, брезгливо поморщившись, и хотела проигнорировать засерю, бросившись в погоню за удирающими, но пробегая мимо него передумала и, походя, зарубила своим мечом.

С противоположной стороны тропы тоже слышались крики, Вик нашёл вторую группу дёргающих за верёвку.

И это были далеко не все, потому что кто-то ведь ещё и камни кидал, и много. А это значит, что на склонах затаилась довольно большая банда. А их было всего четверо и они рассеялись.

Камни летели недолго, потому что бандиты увидели, что на тропе остались только лошади. Бедным животным успело достаться, и они жалобно ржали, получая незаслуженные удары камнями.

Споткнувшиеся об верёвку лошади Мины и Вика особо не пострадали и тут же поднялись на ноги.

Ни одна из лошадей не убежала, зная, что наездники где-то рядом. Они только продолжали ржать, как бы говоря своим хозяевам, мол «Если что, мы здесь, ждём вас!».

Лошади для бандитов представляли едва ли не большую ценность, чем люди. Это было и мясо и транспорт, а с людей-то что можно взять? Оружие если только? Ну и бабы это отдельной строкой, это тоже дорогого стоит!

Те, на которых наткнулся Вик, оказались немного более организованными чем те, на которых наскочила Мина. Они успели схватить свои дубины и постарались даже дать отпор. Но и дубина против меча, и одичавшие преступники против опытного воина, явно проигрывали по всем параметрам. Да, один из противников умудрился достать дубиной Вику до плеча, которое от удара онемело. Но это было левое плечо и на эффективности владения мечом это почти не отразилось. Отразилось только на настроении Вика, который испытал лёгкое чувство досады, и решил, что не будет говорить Мине о пропущенном ударе.

Мать, в отличие от всех остальных, орудовала своим любимым двуручным мечом. Однако в зарослях это был очень большой минус. Убивая одного бандита, она этим же ударом срубала ещё три-четыре молоденьких деревца.

Сами деревья было не жалко, вырастут новые, но вот сил на каждый удар уходило гораздо больше чем нужно, и Мать вскоре начала выдыхаться.

Но звук драки на этом склоне было слышно очень хорошо, и вскоре Мина, которая уже догнала своих беглецов, бросилась на шум схватки и оказалась в тылу у большой группы бандитов атакующих Мать. Той могло бы прийтись туго, так как она натолкнулась на самую большую часть банды, и они уже начали обходить её с разных сторон, но Мина, врубившись в их ряды сзади, залихватски покрикивая, чтобы отвлечь на себя внимание, сразу изменила баланс сил в этой схватке.

На другом склоне тоже дело постепенно продвигалось. Судя по крикам раздающимся то там, то сям, бандиты уже не пытались победить, а разбегались кто куда. Но далеко не у всех это получилось.

Через несколько минут всё было кончено.

— Все живы? — громко крикнула Мать, зарубив последнего бандита и оглядевшись по сторонам.

— Живы! — хором ответили с противоположного склона Вик и Булат.

— Мина? — через несколько секунд крикнул Вик, потому что её голос единственный не прозвучал.

— Я с мамой! — спохватилась та, поняв свою оплошность.

Они спустились к тропе, где лошади по-прежнему ждали их.

— Никогда нельзя расслабляться, — укоризненно покачал головой Булат, но эта укоризна была адресована им себе самому.

— Да, мы немного оторвались от реальности, воодушевлённые встречей с детьми, — согласилась с ним Мать.

— А мне всё понравилось! — неожиданно радостно заявила Мина, — давненько мы вот так, с мамой, не убивали врагов! Всё как в старые добрые времена! Ностальгия!

Глава 22

Несмотря на то, что ситуация была опасной, и всё могло закончиться гораздо хуже, домой они вернулись в приподнятом расположении духа. Мина озвучила то, что в той или иной степени почувствовали все. Родители и дети должны делать что-то вместе, это очень сближает. А если и родители и дети воины, то это что-то вполне может быть и убийством врагов, почему нет?

На въезде в их общину, сразу за воротами, Мать сообщила охране о случившемся и распорядилась послать на место боя большую вооружённую группу вместе с рабочими. Нужно было похоронить убитых и осмотреть окрестности, на предмет поиска лагеря бандитов. И если такой обнаружится, уничтожить его и взять место на заметку.

Воины Булата тоже были рядом и, услышав о случившемся, не на шутку всполошились. Ведь их предводитель с сыном попали в заварушку, а охраны рядом не было. Если бы всё закончилось плохо, то и их головы бы пострадали.

Не успели они утрясти все формальности на въезде, как в головах Мины и Вика зазвучал голос Артура:

— Если вы закончили развлекаться, то я бы хотел уже установить портал. Он будет находиться в катакомбах, но не очень далеко. Совсем рядом с озером в пещере, где вы обычно оставляете лошадей.

Пришлось тут же объяснять Булату и Матери суть происходящего и тащить их с собой в подземелье. Туда же направили группу из восьми вооружённых воительниц и главного мастера общины Куми с помощниками. Они должны были оценить место и возможно построить ворота, физически преграждающие путь к порталу. На всякий случай.

Место Артур выбрал довольно удобное, в тупиковом тоннеле, так что к порталу от озера была одна прямая дорога без всяких ответвлений и поворотов. И что было хорошо, этот тоннель был достаточно высоким и широким. Даже две гружёные повозки вполне могли бы тут разойтись. Вот только в том, что можно будет переправлять через портал повозки запряжённые лошадьми, Мина с Виком сомневались, потому что переход так или иначе был связан с полётом, и лошади вряд ли смогут так же к этому привыкнуть как люди. Скорее всего, переломают себе все ноги на выходе из портала. Так что, если они планируют перебрасывать грузы через эту систему, нужно ещё отрабатывать технологию, как именно это делать. Пока что вопросов было больше чем ответов.

Но, видимо, как раз в этом часть их работы и заключалась. Поскольку они были одними из самых опытных путешественников через порталы, им и предстояло оттачивать эту технологию.

Самого портала пока ещё не было. Артур просто привёл их к нужному месту. Когда охрана и рабочие заняли свои позиции на въезде в этот тоннель и все занялись своим делом, Мина, Вик, Мать и Булат дошли пешком до тупика и стали ждать, что же будет дальше.

Долго ждать не пришлось, пространство начало искриться в тусклом свете растущего на сводах грибка, и диск портала стал проступать из ниоткуда всё чётче и чётче.

— Стыдно признаться, — сказал Булат, — но мне сейчас намного больше страшно, чем когда на нас напали бандиты. Там всё было понятно, сражайся или умри. А это мне понять и осознать трудно, чтобы вы ни объясняли. Страшная штука!

— Ты не одинок в своих чувствах, — поддержала его Мать.

— Наверное, это дело привычки, — сказал Вик, — вы просто видите что-то необъяснимое, фантастическое и пока что ещё к этому не готовы. Да, этот вихрь кажется опасным, потому что непонятно как его контролировать. Он и в самом деле может быть опасен, но не так, как вам кажется. И я очень надеюсь, что Артур провёл работу над ошибками и теперь уже сбоев быть не должно! — последнюю фразу Вик сказал громко, обращаясь непосредственно к создателю портала.

— Всё в порядке, — ответил Артур, и в этот раз его услышали так же Мать и Булат, — на другой стороне всё приблизительно так же. Я вывел оба конца портала в подземелья, чтобы они не маячили на виду и их проще было контролировать. Особо об этих переходах распространяться не стоит. Всё равно все об этом узнают, но излишне популяризировать порталы не нужно, чтобы информация как можно дольше не попала к вашим недругам.

— А кто там, на противоположном конце? Там же есть кто-то? — спросила Мина.

— Есть, — ответил Артур, — но вы не знаете этих людей лично. Это доверенный человек Папаши со своей командой. Не только здесь, но и там есть те, кто отвечает за безопасность портала. И там тоже выставлена охрана, и тоже работают мастера, которые будут строить ворота. Всё то же самое.

— А этот самый человек, он сейчас прямо там? Прямо перед порталом? — спросил Вик.

— Я же так и сказал, — удивился его вопросу Артур.

— Ну, мало ли, может быть отошёл куда-нибудь, — пожал Вик плечами, — тогда с ним не мешало бы познакомиться. Можем мы сходить на ту сторону?

— Думаю, что это хорошая идея, поддерживать коммуникацию, в том числе и лично, — сказал Артур, — я не возражаю. Вообще-то, портал готов и я его оставляю в ваше распоряжение. Он не будет исчезать и схлопываться, не волнуйтесь. Технически я могу его закрыть, но делать этого не буду, без крайней на то необходимости.

— А какая может быть для этого необходимость? — подала голос Мать, которая как руководитель хотела знать все тонкие места. И если уж оговорка прозвучала, нужно было развить эту тем и выяснить все возможные варианты.

— Сейчас никаких предпосылок к подобной ситуации нет, так что можно не волноваться. Но чисто теоретически, если один из выходов портала будет захвачен какой-нибудь агрессивной воинственной группой, будет вполне логично отключить переход, чтобы не допустить их проникновение на мирную территорию, находящуюся на другой стороне, — сказал Артур, — ну или когда в портале отпадёт необходимость. Я не вижу причин, по которым это может случиться, но, опять же, чисто теоретически, если на одной из сторон перехода не останется живых людей и территория станет непригодной для жизни. Тогда, конечно, поддерживать работу портала в такой ситуации будет совершенно бессмысленно.

— Артур, не нагнетай! — оборвал его Вик, — мы всё поняли. Это всё только рассуждения на всякий случай!

— Именно так, — согласился Артур, — и если вопросов больше нет, то я, пожалуй, вас оставлю.

— Да, мы узнали всё что хотели, — сказал Вик.

— Мам, мы сходим на ту сторону, посмотрим кто там, познакомимся лично. Для нас это дело привычное, мы уже много раз такое проделывали, так что не волнуйтесь, — сказала Мина.

— Задерживаться мы не будем, поздороваемся, немного пообщаемся и минут через десять вернёмся обратно, — сказал Вик.

— Ну уж нет! — сказала Мать, — не могу сказать что горю желанием лезть в эту штуку, но я должна на себе понять как всё это работает, иначе что я за предводитель!

— Согласен, — кивнул Булат, — пойдём все вместе! Когда вы путешествовали, вы были самостоятельными и сами принимали решения. Но когда родители рядом, кем мы должны быть, чтобы посылать детей вперёд что-то проверять на себе? Пусть вы это делали уже много раз, но не здесь. А здесь, мы пойдём все вместе.

— Да мы и не спорим, — улыбнулась Мина, — тем более, что впоследствии многим придётся через это проходить, так что понимать о чём идёт речь никому не помешает. Ничего особо страшного в этом нет. После первого раза, будете уже опытными прыгунами через портал.

— Понравится, потом за уши не оттащишь! — кивнул Вик. Мать и Булат недоумённо посмотрели на него, он слегка смутился и махнул рукой, — ладно, раз решили, то ждать нечего.

— Мам, давай я возьму тебя за руку, а Вик Булата, — сказала Мина, — чтобы спокойнее было.

Так они и сделали, но первыми в портал шагнули мужчины. Булат не пустил женщин вперёд, даже немного обиделся, что те первыми направились к искрящемуся диску. Женщины спорить не стали, и пропустили мужчин.

Мина и Вик уже привычно вышли из портала, практически сразу шагнув на твёрдую землю и лишь слегка качнувшись, обретая равновесие. Но родители, которых они держали за руки, ели устояли на ногах и без поддержки детей обязательно бы упали.

— Фух! — выдохнул Булат, — я думал, будет страшнее.

— Несколько переходов, и это станет привычным и обыденным делом, — кивнул Вик.

— Рады видеть вас здесь, на нашей земле, — сказал мужчина, который стоял на некотором удалении и не мешал им приходить в себя после перехода. Но когда они немного оправились, решил поздороваться, — меня зовут Кир, я доверенное лицо Папаши и меня он поставил с этой стороны присматривать за порталом. Я так понимаю, вы смотрители с другой стороны, да?

— Я Вик, это Мина и да, нас поставили смотрителями на том конце. Это Мать и Булат, руководители двух крупнейших общин. Они захотели сами проверить на себе что такое портал.

— Разумно! Я, если вы не возражаете, когда вы отправитесь обратно, присоединился бы к вам, чтобы тоже получить личный опыт в осуществлении переходов. Нужно же знать, что за явление находится под нашим контролем, иначе, что мы за смотрители, верно? — сказал Кир.

— Верно, — сказал Булат, — но раз уж мы здесь, не будет ли сильным нарушением правил, устроить нам небольшую экскурсию? Я был бы не против посмотреть что здесь и как устроено.

— Это не только не будет нарушением правил, я бы даже сказал, что это очень желательно. Одна из моих задач всячески развивать отношения с вашей половиной Тюрьмы. Что может этому лучше способствовать, чем прямой и открытый контакт с руководством? Я даже думаю, что эти встречи можно будет сделать регулярными, для решения текущих вопросов. Мы можем принять у вас излишки продуктов питания, если они есть. А взамен предоставить какие-нибудь технологичные товары. Курс будет не рыночный, это не совсем торговля. Мы будем поставлять больше, чем брать взамен. Такое распоряжение оставил Папаша. У вас сильное технологическое отставание, и его нужно сократить. Со временем, мы можем прислать оборудование и специалистов, чтобы они обучили ваших людей, для того чтобы вы могли производить самостоятельно больше товаров первой необходимости. Мне говорили, что вам приходится во многом использовать самые архаичные технологии. Это позволяет закрывать потребности, но обеспечивает слишком низкую производительность труда, — сказал Кир.

— Я не всё понял, но основную мысль кажется уловил, — сказал Булат, — Папаша хороший человек, но подарки мы не хотели бы принимать. Всё таки постараемся производить равноценный обмен.

— Папаша предвидел возможность отказа, и просил передать, что это всё будут не совсем подарки. Он склонен рассматривать нас не как разные и независимые образования, а как части одного целого, пусть и со своим руководством. Мы все жители одной планеты и чем больше будет возможностей у каждого из нас, тем больше будет возможностей у всех вместе взятых. Но насилие во всех этих вопросах, конечно же, не допустимо. Навязывать вам тоже никто ничего не будет. Я озвучил далеко идущие планы. В ближайшей перспективе нам нужно отладить саму технологию переправки товаров через портал. Будем меняться тем, что есть под рукой, — закончил с улыбкой Кир.

— Это звучит гораздо лучше, — сказала Мать, — а то ещё ничего не получив, я уже начинала себя чувствовать, как будто что-то должна.

— Ну что, тогда экскурсия? — сказал Кир.

— Тогда экскурсия, — кивнула Мать.

* * *

Никитка Барсик и Стас перешли через портал не так гладко. Нет, все остались живы и здоровы, но стресс испытали гораздо более сильный. Никитка справился лучше всех. Барсик, которого он держал за лапу, очень сильно дезориентировался и, судя по всему, испытал острый приступ тошноты.

Но хуже всех переход перенёс Стас. Он вывалился из портала кубарем, ударился головой об пол и, попытавшись вскочить после этого, треснулся об идущую низко трубу. Чудом не выбив себе окончательно мозги, он сел на пол и застонал держась за затылок.

Портал открылся в каком-то пустующем цеху, в самом углу, где было свалено множество всякого хлама. Как только они вышли, портал исчез, ведь это был не постоянный переход, а просто тот, который их доставил на свалку.

А в том, что это была именно свалка, Никитка ни на секунду не усомнился. Как Мина с Виком наслаждались родным воздухом в тюрьме, так и Никитка тут же стал жадно втягивать носом знакомый с детства запах свалки. Когда он здесь жил, он и не догадывался, что этот запах есть. Когда попал сюда после отъезда и они сидели заблокированные в Левиафане под горой железного мусора, ситуация была слишком стрессовой и он не ощутил этого ностальгического чувства в полной мере. Но сейчас вдруг на него накатило.

И ведь он об этом совершенно не думал, просто не успел. Это произошло само собой, подсознание узнало знакомые запахи миллионов тон железа гниющего на свалке и проассоциировало это со всей его жизнью до отъезда отсюда. Какой бы тяжёлой не была эта жизнь, другой он тогда не знал, и в ней тоже были свои радости и светлые моменты. И вот сейчас, узнав знакомую атмосферу родного острова, на него нахлынули чувства с такой силой, что на глаза навернулись слёзы.

— Тоже ударился? — сочувственно спросил Стас, — увидев сбегающую по щеке Никитки слезу.

— Нет, радуюсь, что оказался дома! — сказал Никитка, ничуть не смутившись.

— Странный у тебя дом, — усмехнулся Стас, оглядевшись вокруг, — хотя о чём это я? Я жил в приблизительно похожем месте.

— Тут есть и более обжитые места… хотя, конечно, и мусора здесь хватает… в прямом смысле этого слова. Это же гигантская свалка! — сказал Никитка.

— Здорово! — усмехнулся Стас, и попытался поднятья, ухватившись за трубу. Она оторвалась, и он шлёпнулся обратно на задницу.

Никитка не удержался и прыснул со смеху. Стас ничуть не обиделся и тоже рассмеялся.

— Кто это здесь смеётся? — раздался вдруг женский голос.

Резко перестав хохотать, ребята вскочили и уставились на женщину в военной форме.

— Людмила? — неуверенно сказал Никитка.

— Она самая! — кивнула Людмила, — а ты же Никита, верно?

— Да, — сказал тот, — как вы нас нашли? Услышали смех?

— Да нет, — покачала головой Людмила, — произошло нечто странное. Даже не знаю, рассказывать или нет… но поскольку всё сбылось…

— Артур? — попытался угадать Никитка.

— Верно, Артур! — удивлённо уставилась на него Людмила, — некоторое время назад, у меня в голове прозвучал голос. Его обладатель сказал, что его зовут Артур и что мне надо прийти сюда, чтобы встретить кое-кого. Я не поверила… ну не то чтобы не поверила голосу, скорее не поверила в то, что он вообще был. Посчитала это галлюцинацией. Но потом всё же решила проверить… выходит не зря!

— Не зря, — согласился Никитка, — а то бы нам сейчас самим пришлось искать людей и объяснять, откуда мы тут взялись.

— Ну, у тебя бы с этим проблем не возникло, — уверила его Людмила, — уж не думаешь ли ты, что твои друзья успели тебя забыть до такой степени, что даже не узнают? Вас тут хорошо помнят, и всегда ждут. И тебя, и Женю. Она не с вами? Жаль!

— Да, мне тоже жаль, — резко загрустил Никитка.

— Ну так что, расскажешь про Артура? — спросила Людмила.

— Естественно, и не только про него. Новостей очень много. И мы сюда прибыли не просто так, а по очень важному делу, — сказал Никитка.

— Надеюсь по хорошему делу? — на всякий случай уточнила Людмила.

— Очень, — расплылся в улыбке Никитка, — на планете очень большие изменения происходят. Идёт большая война, и такое чувство, что мы её выигрываем потихоньку. Но это всё очень долгий разговор. Кстати, это Стас, — Никитка указал рукой на своего спутника, — он очень хороший техник, и было бы неплохо подыскать ему интересную работу на заводах.

— По этому вопросу лучше будет пообщаться с инженером, — сказала Людмила, — я вас познакомлю, и он обязательно найдёт тебе дело. Руки нам тут нужны, их катастрофически не хватает.

— И эту проблему тоже, возможно, получится решить. Есть люди, которые хотят развивать планету, налаживать связи между регионами, торговать. Скоро всё очень сильно изменится.

— Вы голодные? — вдруг спросила Людмила, — предлагаю продолжить разговор за обедом!

Барсик неожиданно что-то рявкнул.

— Барсик точно проголодался! — улыбнулся Никитка.

Глава 23

Портал на заводе Артур решил расположить в одном из цехов, недалеко от того места, где происходила основная расконсервация роботов. В отдельном полностью бетонном зале, ранее служившим складом, без окон и только с одними широкими воротами. Возле дальней стены этого тёмного помещения теперь переливался и искрился голубой вихрь, через который можно было в одно мгновение оказаться на острове, который теперь стал практически столицей всей планеты.

Небольшая группа посвящённых в эти события стояла и заворожено смотрела на этот диск. Тут были Инженер, Людмила, Сергей, Юра и Юля, ещё несколько человек кто занимал наиболее высокое положение в местной иерархии, ну и естественно Никитка, Стас и Барсик.

— И что, вот прям точно можно попасть через эту штуку в другое место? — спросил Инженер.

— Да, — кивнул ему Никитка, — мы сюда попали сегодня через точно такую же.

— Как-то это всё сомнительно и ненаучно, — покачало головой Инженер, — очень трудно в это поверить. Весь мой опыт противится этому факту. Это больше на магию похоже.

— Насколько я могу судить, это просто новейшие научные достижения, — сказал Никитка, — но всё-таки именно научные. Я и сам далеко не всё понимаю. Но это есть, и многие наши этим уже пользовались, причём неоднократно. Теперь вот решили использовать это не от случая к случаю, а на постоянной основе. Сейчас соединяют наиболее важные точки на планете такими переходами.

— Значит мы тут, наиболее важная точка? Вот бы никогда не подумал! — усмехнулся Инженер.

— Роботы, — сказал Никитка, — они нужны для тяжёлой работы. В обмен сюда будут поставляться другие ресурсы. Торговля. А мы как представители сюда заброшены. Чтобы обо всём договариваться.

— Обмен и торговля это просто замечательно, — вздохнул Инженер, — нам тут очень многое нужно, что мы сами можем добыть с очень большим трудом. Да и роботы тоже пригодятся для утилизации миллионов тон этого железного хлама, который тут лежит.

— А куда его утилизировать? — подал голос один из руководителей завода, — нам нужно что-то производить и куда-то отправлять. Транспортная система как раз эту утилизацию может и подстегнуть.

— Через это отверстие в мироздании много не протолкнёшь, тут же невероятное количество металлолома! — возразил Инженер.

— А ни кто и не говорит, что это должно произойти завтра. У нас есть один неограниченный ресурс, который работает безотказно и поможет справиться с объёмом работы любой величины, — сказал руководитель.

— И что же это за ресурс? — удивился Инженер.

— Время! — сказал руководитель, — мы не ограничены во времени. Всё остальное дело наживное. И лучше иметь дополнительные возможности, чем их не иметь. В общем, я всё это очень поддерживаю. Какой следующий шаг?

— Я хотел сходить на другую сторону, посмотреть куда он выходит и познакомиться с теми кто обслуживает портал с противоположного конца. Ну, точнее, не то чтобы я этого очень хотел, но Артур ненавязчиво предложил это сделать. Артур, это тот, кто эти порталы создаёт и поддерживает, — сказал Никитка.

— И когда ты собираешься на другую сторону? — спросил руководитель.

— Не знаю, наверное, прямо сейчас. Смысла тянуть никакого нет. Никто не хочет присоединиться? — спросил Никитка.

— Я пойду обязательно, — сказала Людмила, — я здесь отвечаю за безопасность и должна лично увидеть, куда именно ведёт эта «дверь». И это не вопрос желания, это моя обязанность.

— Я с тобой, — тут же сказал Сергей.

— Я тоже пойду, нужно же понимать как это работает, если мы собираемся этим пользоваться. Тем более, если ребята уже совершали переходы, значит бояться особо нечего, — сказал руководитель.

— Ну и без меня тоже не обойдётся, — хитро взглянул на них Инженер, — я хоть и скептически к этому отношусь, но это не значит, что не попробую взглянуть на это изнутри… в прямом смысле этого слова.

— А мне можно не ходить? Я же уже всё это попробовал, — с надеждой спросил Стас.

— Конечно, — сказал Никитка, — это же дело добровольное. Присмотри пока тут за Барсиком, я его брать с собой не хочу. И так большая делегация получается.

— И что нужно делать? Как всё это происходит? — спросила Людмила, — какая последовательность действий?

— Всё очень просто, заходишь в этот диск, а остальное произойдёт само. Главное, постараться сохранить координацию и равновесие, чтобы на выходе не упасть. Но говорят что это дело привычки. Я видел как Папаша выходил из портала, как будто просто в дверь прошёл. Наверное, уже набрался опыта. Я пока не так хорошо справляюсь, но, думаю, если будет необходимость время от времени это повторять, то натренируюсь получше, — сказал Никитка.

— Ну, тогда давай, показывай, а мы сразу за тобой, — сказал Инженер.

Никитке приходилось держать марку, и хотя не особо хотелось снова проходить через портал, но фактически он был тут самый опытный и должен был познакомить с процессом всех остальных. Да и связи налаживать тоже ему поручили. Так что, хотел он того или нет, сами обстоятельства поставили его в центр этих событий и заставили проявлять инициативу… а может быть это были не обстоятельства, а Артур… хотя, по большому счёту, какая разница? Значит, ему уже пора принимать на себя ответственность и включаться в сложные процессы, где многое будет зависеть именно от него. Хватит уже быть ребёнком!

Поэтому Никитка, как бывалый «портальщик», уверенным шагом направился к голубому диску и смело шагнул в него.

За ним не менее решительно отправилась Людмила, потом Сергей, а следом за ними и Инженер с руководителем. Оставшиеся в помещении несколько человек переглянулись, пребывая в нерешительности, что им теперь делать. Ждать здесь, или уже можно уйти.

И как-то без слов все поняли, что лучше подождать. А то вернутся те кто ушёл, а здесь пусто. Это будет странно.

— Я в последнее время занимался системами связи, — после продолжительной паузы сказал Стас, которого тяготило молчание, — есть у вас тут отдел, который этим занимается? Я бы присоединился, опыт у меня есть.

Местные удивлённо переглянулись, и один из них ответил:

— Такого у нас пока нет, но может появиться, если ты создашь. А мы поможем. Связь дело хорошее! Толковые и инициативные ребята нам нужны!

— Вот и хорошо! — улыбнувшись, сказал Стас, и вновь повисла неловкая пауза.

* * *

Папаша с Эсмеральдой и Боной вышли из портала прямо в кабинете Эсмеральды, чем оказались немало удивлены. А ещё больше были удивлены все остальные, кто увидел как Эсмеральда, которая давно находилась в отъезде, вдруг вышла из своего кабинета.

Надо сказать, что охрана там дежурила исправно, несмотря на отсутствие предводительницы. Оно и понятно, её кабинет это же центр управления всем хозяйством, вдруг злоумышленники захотят туда проникнуть и, воспользовавшись её отсутствием, учинить какую-нибудь диверсию?

— Как хорошо вернуться, после долгого отсутствия, — сказала Бона, втягивая носом воздух, — тут даже пахнет как-то по-особенному!

— Чем? — заинтересовался Папаша.

— Домом! — дыша полной грудью, сказала Бона.

Эсмеральда в это время тихонько переговорила с охраной, и вернулась к своим спутникам.

— Тут всё без происшествий, — сообщила она, — жизнь идёт своим чередом.

— Обошлось без переворотов? — усмехнулась Бона.

— Перевороты, — мечтательно сказал Папаша, — одна из неотъемлемых частей власти. Всё время кто-то хочет занять твоё место! И ведь не то чтобы я за него как-то особенно держался. Было бы кому передать, я бы сделал это с радостью! Но ведь рвутся тебя скинуть обычно те, кто не справится. Кто разрушит всё то, что создавалось титаническими усилиями и долгими годами круглосуточного каторжного труда! А на это я пойти никак не могу! Не для того я всё это строил, чтобы какие-то глупцы, желающие просто хорошо устроиться и получить лично для себя некоторые преференции, превратили дело всей жизни в пыль!

— Ну, вы тут пообщайтесь пока, — сказала Бона, — а я пойду, посмотрю, действительно ли тут всё в порядке. Полагаться только на слова охраны мне не хочется. Я скоро вернусь, только свяжусь с нужными людьми и получу отчёт о происшествиях за последнее время.

Папаша и Эсмеральда проводили эту могучую женщину взглядами.

— Рано или поздно всё равно придётся кому-то отдать власть, — вздохнула Эсмеральда, продолжая начатую тему.

— Да, — согласился Папаша, — но благодаря особенностям этой планеты, возможно, это придётся делать не скоро… и не могу сказать, что я этому рад. С удовольствием бы ушёл на пенсию!

— Рановато тебе ещё! — улыбнулась Эсмеральда.

— Вовсе нет! — сказал Папаша, — слишком давно я везу этот воз. Ты пока еще, наверное, не наелась. Ты тут всё только строишь и создаёшь. А я уже этим занимаюсь столько времени, что начинает казаться, будто целую вечность!

— Да, хороших приемников найти это проблема. Верных людей ещё можно, но тех, кто готов не только идти за тобой, а сменить тебя на этом посту, гораздо сложнее. Я пока себе замену не ищу, но если оглядеться, то вариантов не вижу. Вот Бона та же! Я в ней уверена даже больше чем в себе, но она не лидер, не руководитель. Для этого дела нужны совсем другие качества, — сказала Эсмеральда, — и надо сказать, она и сама не рвётся вперёд.

— Потому что умная и понимает, что руководить, это не привилегия, а бремя. И гораздо лучше стоять за плечом у лидера, чем самому быть лидером. В таком случае ты можешь реализовать весь свой потенциал, но избавлен от принятия судьбоносных решений. А эти решения выжигают нервную систему напрочь… — сказал Папаша и задумался.

— Даже твою? — подняла брови Эсмеральда, — я думала, что ты скала!

— Нет, — улыбнулся Папаша, — очень часто приходится прилагать огромные усилия, чтобы этой скалой выглядеть. А на деле, хочется залезть в раковину и не высовываться оттуда долго-долго. Но я не могу себе этого позволить, на меня ведь люди рассчитывают! Я их очень далеко завёл, и если брошу сейчас, то боюсь, они этого просто не поймут… да я и сам не пойму! Честно говоря, я подумываю о тебе. Может быть, из тебя сделать своего приемника? Не сейчас, когда жизнь войдёт в более-менее спокойное русло.

— Ну уж нет! — рассмеялась Эсмеральда, — мне бы со своим хозяйством управиться! Да и не будут меня твои мужики слушаться, кто я для них?

— Сразу не будут, ты права. Авторитет нужно завоёвывать. Но я и не завтра тебе предлагаю начать. Тут нужно будет постепенно твою кандидатуру обкатывать, чтобы они постепенно привыкали и потом восприняли переход как нечто само собой разумеющееся, — сказал Папаша.

— Нет, не мой масштаб, — сказала Эсмеральда, — возможно, нужно вообще выбрать другой путь. Строить на планете что-то вроде конфедерации. Центральная власть конечно нужна, но может быть не тотальная. В общем, это всё нужно хорошенько обмозговать!

— Нет, нужна централизация, — сказал Папаша, — иначе мы не выберемся из ямы технологического отставания, в которую нас загнали. Если каждый будет сидеть в своём огороде, многого мы не добьёмся.

— Что-то мы незаметно съехали на очень серьёзные темы, — улыбнулась Эсмеральда.

— Да не съехали, я ведь всё время об этом думаю, — сказал Папаша.

— А вот я думаю, что у нас есть немного времени, и мы можем пойти ко мне. Там есть душ… и всё остальное, — с некоторой небрежностью сказала Эсмеральда.

— А я всё ждал, когда ты покажешь мне своё жилище! — Папаша обнял её, — ведь место где человек живёт, очень многое о нём говорит.

— Как будто ты обо мне что-то не знаешь! — усмехнулась Эсмеральда.

— Если подумать, то конечно, многого не знаю, — заметил Папаша, — а хочу знать как можно больше!

— Ну, пойдём, проанализируешь меня! — весело сказала Эмеральда и они в обнимку, никого не стесняясь, зашагали по коридору.

Пока Папаша «анализировал» обстановку Эсмеральды, Бона успела развить бурную деятельность. Она всё таки нашла что идёт не так как должно было, и кому устроить за это выволочку. Когда они через два часа встретились у Эсмеральды в кабинете, Бона была очень возмущена.

— Нет, это уму непостижимо! — басила она, — без постоянного контроля всё начинает рассыпаться. На первый взгляд всё кажется нормальным, но если копнуть, то окажется что здесь недоделали, здесь сократили, здесь упростили… нас нет, ещё недоделали, ещё сократили и ещё упростили… а потом им начинает казаться что так всегда и было, что это норма!

— Поздравляю! — усмехнулся Папаша, — ты становишься настоящим управленцем и постигаешь всю суть и все тонкости процесса! Именно так это и работает. Исключения бывают, когда какое-то направление курируют люди вроде тебя. Те, кому можно на сто процентов доверять, и которые без всяких подталкиваний стараются делать всё хорошо. Это определённый склад характера. Но таких людей всегда не хватает, с этим ничего не поделать. Поэтому я вам дам совет, если видите кого-то с подходящими качествами, сразу берите его на заметку, и потихоньку продвигайте наверх. Пусть он даже сам не знает, что его двигают, пусть ему кажется, что обстоятельства так складываются.

— А сразу нельзя? — удивилась Бона, — если человек перспективный-то!

— Можно, но если есть такая возможность, то лучше дать ему вырасти. Чтобы он постепенно набирался опыта, решая всё более и более сложные задачи. А то человек может быть перспективный, но неопытный, и вы наоборот можете его испортить, если сразу перегрузите. Ну вот представьте, вы даёте ему задачу к которой он не готов, он её заваливает, теряет веру в себя и дальше уже живёт с этим комплексом. Да, исправить можно, но уже сложнее… хотя, это тонкости. В жизни, конечно, по-разному бывает. Что-то я всё о своём, о наболевшем! С ростом масштаба нашей деятельности, проблема кадров становиться критической. Ненадёжные люди могут завалить всё дело и уничтожить все результаты труда. Так что, я об этом всё время сейчас думаю! — сказал Папаша.

— Для нас это тоже проблема насущная, — сказала Эсмеральда, — люди это главное. Верные, надёжные, понимающие, инициативные… да, вся жизнь это поиск таких людей.

— Лиана в этом плане мастер, — сказал Папаша, — вокруг неё все сами собираются. Заметили? Она всегда в центре, как точка притяжения, к которой все стремятся. Дар у неё такой.

— А у тебя разве нет? — удивилась Эсмеральда, — вокруг тебя тоже жизнь постоянно бурлит!

— Я для этого прилагаю много усилий, — пояснил Папаша, — а у неё это выходит само собой. Я же говорю, дар!

— Если вы сейчас не очень заняты, можем открыть портал в столицу, — раздался у них в головах голос Артура.

— О, теперь моя очередь приглашать в гости и показывать как живу! — обрадовался Папаша.

— Где будет портал? — спросила Эсмеральда.

— В одном из грузовых трюмов, — сказал Артур, очень удобное место. И доступность хорошая, и вход только один, контролировать легко.

Артур имел ввиду трюм корабля, который служил крышей всему их миру и где жило большинство людей. Старый, приземлённый на группу островов, большой космический корабль.

Папаша и Эсмеральда некоторое время стояли и любовались искрящимся диском, пока Бона отдавала распоряжения насчёт охраны этого места. Тут следовало теперь выставить постоянный усиленный пост, следовательно, нужно было отдать соответствующие распоряжения, чтобы в их отсутствие дело не пустили на самотёк.

Никто, правда, не понял когда и куда они собираются отбыть, а про работу портала объяснять времени не было, да и не поверят люди в это сразу, подумают, что их просто разыгрывают.

Когда все дела были закончены, они подошли к порталу.

— Ну что, добро пожаловать в столицу! — сказал Папаша, и шагнул в него первым, увлекая за собой Эсмеральду, которую держал за руку.

— Романтика! — хмыкнула Бона, и последовала за ними.

Глава 24

Через некоторое время, в большом подземном хранилище, расположенном на острове, в новой столице планеты, встретились большинство из тех, кого Папаша разослал по порталам.

После экскурсии по Тюрьме, Кир показал своим гостям: Матери, Булату, Мине и Вику ещё один портал, который вёл в столицу и предложил переместиться туда, ведь именно там сейчас находился центр управления новой, только формирующейся администрации, которая должна была наладить коммуникацию между разными регионами планеты. Немного поколебавшись, гости согласились, не в силах побороть собственное любопытство. Ведь шагнув за пределы своей территории, они почувствовали масштаб и то, что они не законсервированы на своей земле, а вполне себе смогут теперь взаимодействовать с другими регионами. И хотелось эти связи начать развивать как можно быстрее. Так что, они все в сопровождении Кира вошли в портал.

Делегация со свалки, в которую входили Никитка с Людмилой, Сергеем, Инженером и одним из руководителей прибыла ещё раньше. А потом подоспели и Папаша с Эсмеральдой и Боной.

Длинный, вырубленный в скале склад, принадлежавший раньше сибаритам, теперь был приспособлен под «транспортную развязку», состоящую из порталов. Вдоль одной из стен было разделение на секции, и в нескольких таких отсеках искрились голубые диски. Но большинство отделений были пустыми, видимо до них ещё не дошло дело, но со временем и там должны будут появиться переходы в другие регионы планеты.

Всех прибывающих встречали с радостью, видимо дежурившие тут люди были на этот счёт проинструктированы специально.

Когда все неожиданно собрались в этом хранилище, после радостной встречи тех, кто давно не виделся, но был очень дорог друг другу, Папаша сказал:

— Мы не договаривались об этой встрече, но я очень рад, что она состоялась. Моё упущение, что мы не запланировали этого с самого начала. Но раз у нас здесь сразу несколько делегаций, то я хочу кое-что показать и рассказать. Здесь будет основной на данный момент узел по перемещению людей и грузов. Думаю, что вы понимаете, что в масштабах планеты, это капля в море. Но пока что эти переходы будут соединять наиболее важные и чувствительные точки, между которыми нам нужно будет перемещаться… и перемещать то, что необходимо. Следующий портал мы будем открывать к Патрулю, и скорее всего уже сегодня. Во всех точках входа-выхода, мы постарались спрятаться от посторонних глаз. По возможности делаем так, чтобы переходы находились под землёй, или, по крайней мере, хорошо укрыты. Война продолжается, а порталы дают нам огромные возможности, которых раньше не было. И если раньше, чтобы попасть из одного места в другое, у нас могли уйти не то что дни, а недели, то теперь это занимает считанные секунды. Пойдёмте, я покажу вам что соорудили мои ребята для приёмки и отправки грузов.

Они направились в дальнюю часть хранилища, где несколько рабочих собирали что-то типа транспортёра с вращающимися цилиндрами на месте ленты.

— Мне кажется, что я уловил мысль, — ещё издалека поняв что это за устройство, сказал Инженер, — но если это финальный вариант, то он не очень удачный. Его нужно доработать. Я только один раз переходил через портал, возможно, этого опыта слишком мало чтобы разобраться в процессе, но даже его хватает, чтобы понять, что этой штукой вы контейнер не поймаете. Ведь вы собираетесь перебрасывать вот такие контейнеры? — и инженер указал на стоящий рядом большой железный ящик.

— Именно, — заинтересованно сказал Папаша, — но, как говорится, отвергаешь — предлагай! Есть что предложить?

— Да, мысли есть, — задумчиво сказал Инженер, — основу можно оставить, но нужно подумать насчёт уловителей, которые не дадут контейнеру улететь в сторону. Пока что всё это выглядит довольно опасным и при тестировании может даже кого-то убить. Нужно серьёзно подумать о технике безопасности…

— Берётесь за эту работу? — перебил его Папаша.

— Можно, — задумчиво теребя подбородок, сказал Инженер.

— В общем так, портал есть, наши ребята готовы к сотрудничеству, можете приступать. Перемещаться туда и обратно можно без ограничений, но на вашей стороне кто-то должен это всё контролировать. Ну, то есть эта инфраструктура не прогулочная, а жизненно необходимая и секретная. Так что, пользуйтесь смело, но рассчитываю на ваш здравый смысл, — сказал Папаша.

— За это не переживайте, — успокоила его Людмила, — мы понимаем всю важность порталов и естественно баловства не допустим. Всё будет под контролем.

— Отлично! — сказал Папаша, — как только доработаем технологию, то сразу же можно будет начать тестовые обмены товарами. На свалку пойдут продукты из тюрьмы, а обратно что-нибудь нужное там. Оружие, оборудование… в общем, надо подумать и составить список.

— Если ты помнишь, — сказала Папаше Мать, — на стену мы истратили прорву железа, которое собрали со всей общины. Мы до сих пор не восполнили этот дефицит и очень остро продолжаем в нём нуждаться. Вот с этого можно начать.

— Железо? — рассмеялся Инженер, — чего-чего, а уж этого добра у нас навалом! Миллионы тонн… если не миллиарды! И мы будем рады избавиться хотя бы от небольшой его части, пока оно всё окончательно не сгнило!

— Вот, именно об этом я и говорю! — радостно потёр ладони Папаша, — вот именно для этого мы всё это и затеяли! В общем, дорабатывайте систему, договаривайтесь о том, кому и что нужно, и я надеюсь, что эти порталы будут работать как безостановочный конвейер. Здесь у меня тоже будет сидеть группа товарищей, которые это всё будут регулировать, чтобы не возникало хаоса, затаваривания и скопления контейнеров… которых у нас тоже пока что очень мало… можете наладить производство? — обратился он к Инженеру.

— Уж что-что, а ящики клепать не проблема… хотя и нужно время на то, чтобы наладить сборку. Это же всё-таки надо оборудовать цех, найти подходящее оборудование и наладить процесс… это не сложно, но время нужно на всё… и руки!

— Вот это тоже нужно будет проработать, — сказал Папаша, — переток рабочей силы. Где-то людям заняться нечем, а где-то рабочих рук не хватает. В общем, сейчас я вас всех познакомлю с людьми, про которых уже упоминал, и которые здесь будут всем этим заниматься. Все запросы адресуйте им, а уж они будут стараться по мере возможности их удовлетворить. И главное, нас никто не торопит, мы сами себе хозяева, но тянуть и ждать, смысла никакого нет. Чем быстрее всё это заработает в полную силу, тем быстрее мы сможем перейти к решению других вопросов. А они ведь, эти вопросы, никогда не кончаются! Так что, за работу! Кому что непонятно, спрашивайте.

— Да в целом всё ясно! — пожал плечами Инженер и направился к рабочим, возящимся возле приёмного устройства для контейнеров.

— Да, кому интересно, могу показать столицу! Ничего сверхъестественного там нет, но хоть увидите своими глазами это место, а то вроде бы и были здесь, но видели только подземный ангар!

— Нас дома совсем потеряют! — покачала головой Мать, — мы и так долго отсутствуем! Как бы тревогу бить не начали. Давно уже в груди тревожное чувство сидит. Мы же не предупреждали, что надолго уходим. Хоть и интересно взглянуть на всё, но нам пора обратно.

— Порталы открыты, вас тут уже знают и всегда будут рады видеть. Меня, правда, нелегко тут застать. Но найдётся кому провести экскурсию… рад был тебя увидеть и узнать что у вас там всё в порядке, — сказал Папаша.

— Я тоже, была рада! Бурную деятельность ты тут развил, ничего не скажешь. Но мощь в тебе всегда чувствовалась, — сказала Мать.

Эсмеральда задумчиво перевела взгляд с Матери на Папашу и вздохнула.

Открытие портала к Патрулю было чуть ли не самым важным из всех, но процесс немного затянулся. Всё дело было в том, что никак не могли выбрать место, где разместить переход. Точнее, Артур его выбрал и указал, но в Патруле его не одобрили, и начали предлагать свои варианты. В результате всё равно вернулись к предложению Артура, но с ним было не всё так просто. Нужно было освободить помещение и ведущие к нему подходы.

У патруля тоже под землёй было расположено немало интересного, но они ничего не строили просто так, и всё это подземное хозяйство было очень нужно и очень важно. А теперь вдруг пришлось переводить защищённую секретную лабораторию в другое место… которого пока и не было. Его только нужно было либо построить, либо отобрать у кого-то. А никто добровольно съезжать из своих помещений не хотел.

Так или иначе, но главе администрации патруля Оливеру пришлось действовать очень решительно и бескомпромиссно, потому что добровольно нужное помещение отдавать его обитатели наотрез отказались.

В итоге, не выдержав давления, обиженные учёные всё же начали паковать своё оборудование, но делали это нарочито медленно.

А Оливер теперь ломал голову, как потом придётся их умасливать и восстанавливать испорченные отношения.

Но портал был нужен, и нужен срочно. Руководство Патруля уже прониклось происходящими на планете переменами. Тем более, базирующийся в зоне реактора флот, как бы подчёркивал масштаб идущих событий.

Оливер, кстати, предложил Артуру разместить портал в зоне реактора, но тот отказался и по его словам стало понятно, что портал будет и там, но чуть позже. Ещё бы связать город патруля с реактором таким же переходом, ведь путь туда не близкий… но это были пока только мечты, о которых Оливер даже не заикался. Было предчувствие, что возможно это и произойдёт в будущем, но пока что задача не приоритетная.

А вот наладить связи с внешним миром хотелось с тех самых пор, как только они о существовании этого самого мира узнали, благодаря приходу Лианы и её людей. И после долгой жизни в изоляции, хотелось выйти на простор.

Учёные были очень инертны, они занимались своими делами и были очень в это погружены. Но ведь с развитием внешних связей, они окажутся в большем выигрыше, чем все остальные. Ведь они смогут получить доступ к недостающему оборудованию или материалам… хотя, сейчас они об этом вообще не думали. Все их мысли занимала зона Реактора, которая теперь стала доступна для спокойных исследований. А вместе с ней и все подземные лаборатории, очень многие из которых хорошо сохранились, и там тоже можно было хорошо поживиться.

Патруль теперь жил на два города. Старый, находящийся в котловане, и новый, возле научного центра в Реакторе, где так же расположился и космический флот, доставленный сюда через портал.

И зона Реактора постоянно оттягивала к себе людей, чем дальше, тем больше. Так что, старый город заметно опустел. Людей на улицах стало заметно меньше. Пришлось уменьшить состав патрулей, дежурящих в окрестностях.

Но вот некоторые учёные как сидели в своих лабораториях, так и сидят!

Вспомнив про это в очередной раз, Оливер выругался.

Но, так или иначе, дело шло и вскоре портал можно будет запустить. В Патруле грядущее появление порталов восприняли как нечто само собой разумеющееся. Ведь они много лет имели дело с аномалиями, и это по сути была одна из них, только взятая под контроль и поставленная на службу людям. Так что вопрос был только в безопасности. Само же существование порталов никто сомнению не подвергал и воспринимал их как нечто уже знакомое. В отличие почти от любого другого места на планете, где эта информация вызывала шок и недоверие.

Оливер сидел на пустых ящиках в выбранном Артуром помещении и ждал, задумчиво глядя, как учёные при помощи рабочих неспешно пакуют оборудование. Они не знали, что у того кто создаёт порталы свой план и он намерен его придерживаться. А на копошащихся учёных ему, по большому счёту, плевать!

Поэтому, когда возле дальней стены начал формироваться голубой диск портала, работающие здесь учёные вдруг перепугались и забегали гораздо более оживлённо.

Оливер усмехнулся.

Вскоре из портала вышел Папаша.

— Мы ещё не закончили! — подбежал к Оливеру один из встревоженных учёных, — а здесь всё строго секретно и не предназначено для посторонних глаз!

— Ваши проблемы, — отмахнулся от него Оливер, — я вас предупреждал!

И он направился навстречу своему гостю, широко раскинув руки.

— Оливер! — тоже растопырил руки Папаша, — вроде бы и недавно виделись, но моя жизнь так насыщена событиями, что кажется, будто целую вечность назад!

Они обнялись.

— Всё? — Оливер указал рукой на портал, — вот так вот буднично и просто? Без торжественного разрезания ленточки и музыкального сопровождения?

— Да, вот так просто! — усмехнулся Папаша, — теперь у вас есть портал! Можете наведываться к нам в гости, когда вздумается. Но лучше подумать о том, как наладить взаимовыгодный обмен. Вы можете составлять списки того что вам нужно, передавать моим ребятам, а они уже будут сводить информацию от всех общин и смотреть что могут достать, а что нет.

— За этим дело не станет. Нашим только скажи, сразу начнут списки выкатывать на много страниц, — улыбнулся Оливер.

— Ну, перебарщивать тоже не нужно, — серьёзно сказал Папаша, — если запросы будут очень специфичные или сложные, мы вряд ли сможем их удовлетворить. А ребят моих вы работой загрузите. Так что, постарайтесь использовать здравый смысл.

— Обязательно! — так же серьёзно ответил Оливер, — я сам буду это контролировать!

— Сегодня мы открыли ещё несколько порталов, люди, которые за них отвечают на местах, побывали в столице. Только что распроводил всех по домам. Жаль что ваш портал немного задержался, а то могли бы все перезнакомиться. Ведь не исключено, что торговля будет идти именно с теми общинами, представители которых были у нас сегодня. Ну да ладно, чего уж теперь! — сказал Папаша.

— Да, мы не успели подготовить помещение, — кивнул на суетящихся вокруг учёных Оливер.

— Я смотрю, Артура это не остановило, значит, дело, скорее всего, не в этом. У него часто бывают свои соображения, которые мы не всегда можем понять. Лавр с Юной, дети Лианы, вообще провели по милости Артура несколько лет на другой планете, чтобы появиться в нужный момент и взорвать Энергон. Это же такой потрясающе дальний и точный расчёт, на который обычный человек не способен. Так что, наверняка у нашего друга есть свои резоны, так ведь? — последние слова Папаша сказал гораздо громче, как бы обращаясь к Артуру. Но тот не ответил, зато вздрогнули и забегали ещё быстрее находящиеся в помещении люди.

— И какие же? — спросил Оливер.

— Возможно, Артур хотел, чтобы мы поговорили наедине о том, что вы прячете тут под землёй. Кажется, для этого уже пришло время, — сказал Папаша.

Оливер пристально на него посмотрел.

— На раз ты спрашиваешь о том, о чём якобы не знаешь, значит, ты об этом всё-таки знаешь! — сделал очевидный вывод Оливер.

— Заметь, я это почти даже не скрываю, — улыбнулся Папаша.

— Но откуда? — спросил Оливер.

— А ты как думаешь? — пожал плечами Папаша.

— Артур? — понял Оливер.

— Он самый, — кивнул Папаша.

— И что же ты знаешь? Чтобы мне зря не рассказывать. Или ты знаешь всё? — спросил Оливер.

— Нет, — покачал головой Папаша, — я же не Артур. Я знаю только то, что вы строите под землёй космический корабль. Собственно, это вся информация, которой я владею.

— Ну, это главное, — сказал Оливер, — остальное это технические детали.

— Зачем вам корабль? — спросил Папаша.

— Это же очевидно! — сказал Оливер, — мы думали, что остались на планете одни. У нас была цель, выбраться отсюда. Да, можно было продолжать жить и здесь, но делать это приходилось в отрыве от цивилизации. И как бы мы ни пытались сохранить научную мысль и технологии, со временем бы всё равно произошёл откат к более примитивным. Да собственно, это и так потихоньку происходило, в основном в сельском хозяйстве… да и во многих других аспектах жизни, если подумать. Ведь производить большинство вещей совершенно не выгодно в маленьких количествах. Это просто нецелесообразно. Цена многократно превышает удобство. Поэтому всё начинает постепенно упрощаться. Быт в том числе. Да, мы строим космический корабль, да протезирование у нас на высоком уровне. Но зато не хватает сил и средств, чтобы делать машины, бытовую технику. Это всё возможно, но слишком затратно. Поэтому мы сосредоточили все усилия на самых важных вещах.

— На способе покинуть планету, — сказал Папаша.

— Именно! — согласился Оливер, — правда, в свете последних событий приоритеты сменились, мы уже не собираемся никуда лететь. Будем жить здесь, тем более что мы, вроде как, местный центр высоких технологий. Мы и здесь будем очень востребованы. И поскольку появляются рынки сбыта, то и производить многие вещи станет возможно.

— Но корабль по-прежнему строите, — сказал Папаша.

— Ну, конечно! — сказал Оливер, — не бросать же его! А что, он вам нужен?

— Вполне возможно, — сказал Папаша, — да, у нас теперь вроде как есть флот… но это всё равно мало для целой планеты. А нам в ближайшем будущем придётся высаживать большой десант на станцию, — и Папаша поднял глаза вверх, как бы указывая на неё.

— Не слишком ли высоко ты замахнулся, — с недоверием покачал головой Оливер.

— Это не я, это Артур, — вздохнул Папаша, — но я, почему-то, склонен ему верить!

Глава 25

Когда метеорит разрушил стену, превратив огромное пространство в воронку, сразу же ливанул дождь, остужая место взрыва и прибивая поднявшуюся в воздух пыль. Лило как из ведра. Падая на раскалённые и оплавившиеся камни, вода начинала испаряться, и всё место падения заволокло паром.

— Потрясающее зрелище, — сказал Ваня, стоя под тёплыми струями воды.

Их дождь тоже накрыл, но не такой сильный как над воронкой. Во всём это чувствовалась чья-то воля, потому что совпадением, по определению, быть не могло. Слишком уж всё точно и гладко совпадало.

— Заботливо готовят нам проход, — хохотнул Руди, — сначала сломали стену, теперь остужают и моют камушки, по которым нам нужно идти… надо сказать, это очень напрягает!

— Почему? — удивилась Резвая.

— Потому, что если такие ресурсы тратятся на то, чтобы провести небольшую группу людей к горе, то что же ждёт этих людей там? Что-то мне подсказывает, что там всё будет не то что сложно, а просто невыполнимо. Иначе, задачка давно была бы решена! — сказал Руди.

— Ты просто излучаешь оптимизм! — покачала головой Лиана, — а может быть всё проще чем кажется?

— Я излучаю реализм! — возразил Руди, — и с точки зрения реальности, я пока даже представить не могу, с чем мы можем там столкнуться, если на то чтобы доставить нас туда, тратится столько сил и средств!

— А может быть всё несколько по-другому? — сказала Лиана.

— Это как? — прищурился Руди.

— А что если мы просто тонкий инструмент, которым нужно залезть очень глубоко? — сказала Лиана, — у планеты много возможностей, но все эти возможности слишком большие, чтобы решить тонкую и деликатную задачу. А небольшая группа людей, как раз, может пробраться туда, куда даже метеорит достать не может, и разобраться с проблемой на месте!

— Звучит разумно, — Руди задумался, — хорошо, если это так. В таком случае у нас есть шанс.

— Конечно, есть, — сказала Лиана, — иначе бы мы туда не шли!

— Но не стоит всё упрощать, — сказал Спас, — да, думаю что Лиана права, но это вовсе не значит, что всё будет легко и просто. Вряд ли всё ограничится тем, что мы туда придём. Это не решит проблему само собой.

— Это понятно, — кивнул Руди, — но с этим уже можно работать! Ну что, не будем ждать пока к месту пролома начнут стягиваться силы противника, постараемся проскочить по-тихому, да?

— Да, надо двигаться, — согласилась Лиана, — промокнуть теперь можно не бояться, потому что мы уже насквозь!

Вся их небольшая группа дружно двинулась к внезапно возникшей на пути воронке, которая продолжала парить под струями проливного дождя. На дне её начинала скапливаться вода, образуя небольшое озеро. Мощь стихии была настолько сильной, что это самое озеро начинало расти прямо на глазах.

Постепенно дождь пошёл на убыль, но воронка успела наполниться водой на две трети. Дальше пода подниматься не стала, видимо находила себе пути в раздробленной скальной породе, где можно было просочиться поглубже вниз.

Отряд двигался по самому краю воронки, стараясь держаться под прикрытием больших обломков скал, которых наворотило тут предостаточно. Идти было тяжело, потому что под ногами поверхность была очень неровная, состоящая в основном из острых камней.

Дождь не смог до конца остудить раскалённую взрывом породу. Они чувствовали идущий от камня жар всё время пути. Да и поднимающийся от камней пар, который хоть и был не таким интенсивным как вначале, всё равно создавал туманную завесу, висящую над землёй.

Им это было на руку, видимость в этом тумане была не такая хорошая, следовательно, они смогут дольше оставаться незамеченными. Но дышать в этом насыщенном влагой тёплом воздухе тоже было тяжело.

Начавшая слегка подсыхать было одежда, тут же начала напитываться влагой от этого тумана, плюс они ещё обильно потели в этой парике. Так что, сухими им в ближайшее время побыть вряд ли удастся. В итоге, они просто махнули на это рукой и перестали обращать внимание. Хотя куртки почти все сняли и повязали себе на пояс.

— Нас может быть и не видно в этом проклятом тумане, но и мы тоже ничего не видим, — озабоченно сказал Игорь, — видимость, чем дальше, тем хуже!

— Не думаю, что они вот так сразу бросятся в воронку, проверять что тут и как, — сказал Ваня, — наверняка сейчас раны зализывают.

— Как знать, — сказал Руди, — мы не понимаем, какой у них в этом деле опыт. Если такое уже происходило, и вслед за этим в пролом начинали ломиться какие-нибудь существа, которых они внутри не очень рады видеть, то думаю как раз сейчас, бросив всё, они бегут сюда чтобы остановить вторжение. И где-то мы с ними со всеми точно встретимся!

— Спасибо, обнадёжил! — бросила ему откуда-то из тумана Резвая, которая вернулась к своей практике неожиданно исчезать и появляться.

Трое оставшихся «на ходу» пауков, теперь выполняли роль вьючных лошадей. На них навесили все рюкзаки, себе оставив только оружие. Верхом хотели усадить только Деревяшку, но он категорически отказался от такой привилегии и топал своими ногами, как и все остальные.

Остальным, травмированным паукам, приказ помогать людям судя по всему ни кто не отменил, и они пытались следовать за ними на своих переломанных конечностях, но вскоре отстали. Их было очень жалко, но как им сказать чтобы они не шли дальше и оставались на месте никто не знал. Наверное, они и сейчас где-то ползли по их следу, растянувшись по одному.

Отряд продолжал медленно продвигаться по краю воронки, когда Женя вдруг негромко воскликнула. Все резко обернулись к ней, и увидели, что она смотрит куда-то наверх. Остальные проследили за её взглядом и увидели уходящую ввысь громаду стены. Как раз в этом месте они пересекали ту линию, где она раньше проходила, и уцелевший её кусок возвышался над ними огромной скалой.

— Какая же она огромная, я даже не думал, — сказал задумчиво Спас, — нет, даже издалека было понятно что она очень большая. Но её реальные масштабы просто поражают воображение.

— Да, интересно было бы посмотреть, как бы мы лезли по ней, если бы не возник этот услужливый пролом, — усмехнулся Руди, — да, громадина знатная!

— Давайте потише и поосторожнее, — сказала Лиана, — получается, что мы уже на вражеской территории.

— Тут это, — вдруг сказала появившаяся из ниоткуда Резвая, — есть предложение.

— Озвучивай? — шёпотом сказала Лиана.

Поняв намёк, Резвая продолжила говорить тоже шёпотом.

— Тут такое дело… там дальше из-за взрыва земля просела, образовалась трещина. Не очень приметная, но достаточно большая. Я туда залезла…

— Кто бы сомневался, — весело шепнул Руди.

Резвая на него укоризненно посмотрела и продолжила:

— Так вот, тут под землёй похоже множество пещер и тоннелей. И благодаря этому пролому туда можно попасть. Наверняка взрыв разрушил часть их подземного обиталища, но и сохранилось многое. Я всего чуть-чуть пробежалась, а увидела много интересного. Это место очень обжитое, именно там они все и обитают, — сказала Резвая.

— Так может быть и не стоит туда лезть? — сказала Женя, — если они все там, то может быть поискать другой путь, по поверхности? А то мы рискуем забраться в самую гущу!

— Да, звучит разумно, — сказала Лиана, — только вот наша цель находится где-то внизу, под землёй. Именно поэтому планета до неё не может добраться. И именно поэтому понадобились именно мы, чтобы проникнуть внутрь и разобраться с проблемой. Так что, хотим мы того или нет, но наш путь лежит вниз!

— Я, честно говоря, так и не поняла, с чем мы должны разобраться, — сказала Женя.

— Не волнуйся, мимо не пройдём. Увидим, сразу узнаем! — сказал Руди.

— А если не узнаем? — спросила Женя.

— Ну тогда нам подскажут. Но обычно главную цель всегда легко опознать. Вокруг неё много суеты и внимания, — сказал Руди.

Спас задумчиво на него посмотрел, но говорить ничего не стал. Он и сам ещё толком не разобрался что к чему.

Разлом оказался совсем рядом. Его было легко не заметить в этом тумане, который становился всё гуще и гуще. Ну, по крайней мере, никто не увидит куда они залезли, если даже знают что они где-то тут.

В пролом можно было спуститься по осыпающемуся пологому склону. Особенно тяжело это далось паукам, но они справились.

Спустившись, они оказались в пещере, верхний свод которой просто треснул и обрушился. Это обрушение полностью блокировало путь в одну сторону, и можно было двигаться только в противоположном направлении. Резвая сказала, что вскоре этот коридор начнёт ветвиться. Так и произошло.

В этих пещерах было светло от того, что на сводах рос уже хорошо знакомый большинству грибок. В его сумрачном свете можно было неплохо различать окружающую обстановку, если дать глазам немного привыкнуть.

И как только они присмотрелись, то увидели подтверждение словам Резвой. Эти пещеры были очень обжитыми. Во-первых, середина коридора была практически отполирована множеством ног. А во-вторых, возле боковых стен валялось много мусора появившегося там вследствие жизнедеятельности человека. От безобидных упаковок от еды, до вполне себе явных куч дерьма. Причём второго было значительно больше чем обычного мусора, Этот коридор помимо прочего служил ещё и туалетом.

— Бурная, похоже, у них тут жизнь, раз приходится гадить прямо на ходу, — сказал Игорь.

— Возможно, ты попал в точку, — согласился с ним Руди, — возможно, что всё именно так и обстоит. Постоянные атаки заставляют плевать на второстепенные вещи. Тут бы живым остаться как можно дольше, а не то чтобы отхожее место искать.

— Но дисциплина-то, какая-никакая, должна быть! — с осуждением сказал Ваня.

— Рано делать выводы, — сказала Лиана, — может быть с дисциплиной у них всё в порядке, а просто мы оказались в таком месте, которое именно для этого и предназначено. Поживём увидим.

Вскоре они увидели, что с дисциплиной тут и в самом деле не очень хорошо. Точнее был явный перекос в сторону боевой дисциплины, где всё работало как часы, и совершенно всем было плевать на бытовую дисциплину. Возможно, отчасти этому способствовало то, что долго тут ни кто не задерживался и о таких простых вещах как туалет, вообще не думали. Ходили там, где приспичило. И здесь это было нормой!

Они выбрались на небольшую естественную галерею в гигантской пещере и смогли сверху понаблюдать за местными обитателями и их жизнью. Если судить по этому месту, то казалось, что гора просто кишела внутри людьми. И все эти люди были солдатами, которые постоянно сражались. Одни колоннами уходили по широким коридорам пещер вместе с техникой куда-то, но тут же на их место приходили другие, которые только вернулись снаружи и смотреть на них было больно. Большинство было ранено. Специальные команды медиков бегали между ними, стараясь оказать помощь, но делали это на скорую руку, наспех. Выживет, так выживет. Нет, так нет! Хотя, особо тяжёлых раненых тут видно не было, их сюда, похоже, даже не тащили.

Везде возвышались горы мусора, дерьма и окровавленных тряпок. Если их отсюда когда и вывозили, то не часто. А сейчас у местных вояк вообще, похоже, была горячая пора.

Но если присмотреться, то во всём этом кажущемся хаосе была чёткая система. Это было что-то вроде опорного пункта, где тасовались и перераспределялись резервы. Где уставших бойцов меняли на условно отдохнувших, хотя те себя таковыми вряд ли считали, судя по их заморенному виду. И жили военные тоже не здесь. Это был перевалочный пункт, точка сборки.

— Я же правильно понимаю, что мы не будем лезть напролом, да? — спросил Руди.

— Естественно! — даже удивилась его вопросу Лиана, — мы же не самоубийством покончить сюда пришли.

— Просто уточнил! — вскинул руку перед собой Руди и тут же засмотрелся на неё, слегка вращая кисть туда и обратно, — нет, ну какая же всё-таки красота! Лучше чем были, и я совершенно не шучу.

— Никогда не соглашусь, что искусственное может быть лучше родного, — сказал Ваня.

— Я бы тоже никогда не согласилась, — сказала Женя, — если бы не была обладательницей точно такого же чуда техники. Они воспринимаются как родные, только ещё и усовершенствованные.

— В чём они усовершенствованные? — прищурился Ваня.

— Например в том, что они не такие хрупкие, как родные конечности, — ничуть не смутилась Женя, — я чувствую в них гораздо большую надёжность… и силу, чего уж там. Они гораздо сильнее родных ног.

— Или рук, — поддакнул Руди, — сильнее и быстрее! Они быстрее реагируют на сигналы мозга. А они получают именно их, как и родные руки и ноги. А уж в чём-чём, а в скоростях я кое-что понимаю. И то, что для обычного человека будет одинаково, для меня будет две большие разницы. И вот что я тебе скажу, эти руки очень быстрые! Очень!

— Ну, как скажете, — пожал плечами Ваня, — но мне свои как-то дороже.

— Никто не менял свои конечности на искусственные, если ты забыл, — сказала Женя, — мы утратили свои, в этом всё дело. Если бы они были, мы бы, конечно, вряд ли променяли их на искусственные, даже зная об их преимуществах.

— Ну, не знаю, не знаю, — задумчиво сказал Руди, — я вот об этом как раз серьёзно подумываю!

— Ноги себе хочешь тоже поставить искусственные? — поразился Ваня.

— Почему ноги? Всё тело! — серьёзно сказал Руди, и вдруг рассмеялся и пихнул Ваню кулаком в плечо, — да шучу я, шучу! Я же не сумасшедший! Киборгом становиться пока не собираюсь. Это ведь уже давно возможно во внешнем мире, но никто не торопится это делать, знаешь почему?

— Почему? — серьёзно спросил Ваня.

— Потому что во все времена всё натуральное ценится больше чем искусственное! Вот такой простой ответ, — сказал Руди.

— Я иногда вообще не понимаю, серьезно ты говоришь или шутишь, — покачало головой Ваня.

— Вань, ты пойми главное, — вздохнул Руди, — даже когда я шучу, к моим слова нужно относиться максимально серьёзно.

— Да ну тебя! — махнул рукой Ваня.

— Зря отмахиваешься! — сказал Руди, — так оно и есть. Подумай об этом.

Они говорили совершенно спокойно, не боясь что их услышат. На то было две причины. Во-первых, они были очень высоко от копошащихся внизу солдат, а во-вторых, внизу стоял дикий шум, так что даже если захотеть до кого-нибудь там докричаться, это вряд ли получится.

— Вообще-то, паучки очень полезные ребята, — сказала появляясь на галерее Резвая, — я даже не ожидала что настолько!

— Ты что здесь делаешь? — удивилась Лиана, — тебя же оставили на посту, следить за входом.

— Поэтому я и здесь, — равнодушно пожала плечами Резвая, — нас обнаружили. Видимо у них тут по коридорам ходят-таки патрули. Один на нас и наткнулся.

— И что? — теряя терпение от такого неспешного повествования, спросила Лиана.

— Пауки учуяли их первыми и атаковали. Говорю же, очень полезные ребята. Пятерых покромсали за считанные секунды. Покромсали и сожрали! Но и у пауков есть один минус, — грустно закончила Резвая.

— То, что они едят людей? — спросил Спас.

— Да это ладно… этих пусть едят, — махнула рукой Резвая, — проблема в другом. Они очень большие и их тут никуда не спрячешь. Если мы ещё можем как-то затаиться и куда-то просочиться, то они очень заметны. Если их кто видит, сразу понимает, что внутрь проник тот, кто здесь быть не должен. Следовательно, нужно объявлять тревогу!

— И что, они объявили? — спросила Лиана.

— Да вроде бы нет, не успели, — пожала плечами Резвая, — но кто-нибудь рано или поздно объявит. Незаметными мы с ними оставаться вряд ли сможем.

— Проблема в том, что и отказаться от их помощи тоже не получится, — улыбнулся Руди, — помните же, как их товарищи с переломанными ногами за нами ползли? А эти-то, на здоровеньких, уж и подавно от нас не отвяжутся. Остаётся только один выход, — и Руди тяжело вздохнул.

— Нет, убивать своих союзников мы не будем, — жёстко сказала Лиана, — даже если они действуют по принуждению. Есть черта, через которую мы не будем переступать.

— Зря, — спокойно сказал Руди.

— Руди, — Лиана посмотрела ему прямо в глаза, — это касается любого из нас. Если, к примеру, выживание нашей группы будет зависеть от того, убьём мы тебя или нет, то знай, мы не убьём.

— Зря, — всё так же спокойно сказал Руди.

Глава 26

Внутри горы жизнь бурлили ничуть не меньше чем снаружи. А может быть даже и больше. Основная инфраструктура была закопана глубоко внизу, об этом можно было судить по тому, что большинство тоннелей, по которым шёл самый мощный трафик людей и техники, имели понижение уровня.

Посовещавшись, отряд тоже решил пробираться вниз, только постараться найти для этого не такие очевидные пути. Им нужны были тайные тропы и проходы. Они тут обязательно должны были быть, только надо было их найти. Ну, или хотя бы не тайные, а не такие популярные среди местных защитников.

Двигаясь по коридору, они подошли к двойной развилке. Один рукав тоннеля уходил заметно вниз, а второй вверх. Они, не сговариваясь, двинулись к тому, который шёл вниз. Двинулись все, кроме Спаса. Она застыл на этой развилке, задумчиво переводя взгляд с одного коридора на другой.

Почувствовав что Спаса нет рядом, Лиана обернулась. Увидев, что он застыл на развилке, она решила не кричать, а подойти и спросить в чём дело.

— Что-то не так? — сказала она, вставая рядом и стараясь понять на что именно он смотрит.

— Ты видишь что-нибудь необычное? — спросил Спас.

Лиана некоторое время так же как и они переводила взгляд с одного коридора на другой, и наконец сказала:

— Нет! А что именно я должна была увидеть?

— Второй коридор, как будто немного светится, — сказал Спас.

— Разве? — удивилась Лиана и ещё некоторое время пыталась увидеть это самое свечение, — ты знаешь, я ничего не вижу! — сдалась она.

— Что случилось? — подошёл к ним Игорь.

Вся группа остановилась и ждала их.

— Мне кажется, что нам туда, — указал Спас на коридор, который уходил слегка вверх, — я вижу, как он немного светится. Возможно, нам подсказывают правильный путь.

— Спас, пойми меня правильно, я очень уважаю твои инсайты, но хотелось бы больше конкретики, — сказал, приближаясь к ним, Руди, — я верю что ты что-то видишь, скажу даже больше, твои видения нас не раз выручали. Но ты уверен в том что говоришь? Может быть, тебе это просто кажется? Пойми, ведь от этого может зависеть успех всей нашей миссии. Мы сейчас свернём не туда, и всё! Пиши пропало!

— Положа руку на сердце, мы не знаем куда нам на самом деле надо, — сказал Игорь, — и если есть подсказка, то лучше ей воспользоваться. Идя вниз, мы тоже можем ошибаться. А туда мы идём основываясь только на логических умозаключениях. Но для них у нас слишком мало данных, и они могут быть ошибочными.

— Бла, бла, бла, — проворчал Руди, — честно говоря, мне всё равно куда идти. Хотите в якобы светящийся коридор, пойдёмте туда. Но лучше двигаться, чем стоять.

Они махнули рукой тем, кто остался немного впереди и те направились обратно к перекрёстку. Пауки послушно двинулись за ними.

В суете никто не заметил, что Резвой нет с ними.

Она как обычно убежала вперёд, на разведку. Шило в одном месте никак не позволяло ей идти вместе со всеми. И вот теперь, про неё просто забыли.

Этот коридор ничем не отличался от того, в который они сунулись сначала. Единственная разница между ними была в том, что пол здесь шёл под углом вверх, а там под углом вниз.

— С горки идти было приятнее, — сказал Руди.

— Зато обратно пришлось бы карабкаться вверх, а мы будем уже уставшие, — улыбнувшись, сказал ему Женя.

— Ты очень оптимистично настроена, — улыбнулся ей в ответ Руди, — я так далеко не загадываю.

— А насколько далеко ты загадываешь? — спросила Женя, — как думаешь, мы найдём подходящие батареи для Призрака?

— Забудь, — махнул рукой Руди, — это был просто повод, чтобы заманить нас в эту гору. Ты разве ещё не поняла? Мы же уже давно об этом говорим!

— Но я всё не теряла надежду, что вдруг у этой истории будет хороший финал? — вздохнул Женя.

— Не думай об этом, это опасно! — сказал Руди, — сосредоточься на происходящем. Будешь думать про финал, никогда до него не доберёшься. А будешь решать текущие проблемы, сама не заметишь, как окажешься там где хотела!

— Хорошо бы! — снова вздохнула Женя.

Резвая убежала достаточно далеко, никого так и не встретив на пути. Ей попалась очередная развилка, и она, чтобы не потерять своих, решила дальше не ходить, а вернуться обратно и заодно узнать как дела в группе. Обычно она именно так и действовала. Нужно было постоянно возвращаться и не исчезать надолго, чтобы не пропустить важные события.

Добежав до предыдущей развилки, она так никого и не встретила на пути. Это было странно. Ведь вперёд она оторвалась именно на этом месте, когда они эту самую развилку миновали. Значит, что-то помешало группе идти дальше и они либо направились в другой коридор, либо вернулись обратно.

Резвая некоторое время постояла в нерешительности, и вдруг до её ушей донёсся какой-то невнятный отдалённый звук. То ли крик, то ли нет… она не разобрала что это, но звук шёл из коридора, по которому они все сюда пришли. Она сразу решила, что их отряд почему-то развернулся и двинулся в обратном направлении. Ни секунды больше не раздумывая, она побежала туда. Находиться тут одной ей совершенно не хотелось.

Она постепенно добралась до места, где пауки расправились с группой местных вояк, вышла на галерею, откуда они наблюдали за происходящим внизу, но нигде и следа своих товарищей не увидела. По спине начали бегать неприятные мурашки.

Она не знала, куда делась её группа. Логичнее всего было предположить, что они свернули в другой коридор, а не вернулись назад. Но уверенности в этом у неё не было. Понаблюдав немного сверху за происходящем внизу, она всё же решила вернуться, а не идти дальше. Скорее всего, именно на развилке она приняла неверное решение.

Разумнее всего было вернуться туда и попытаться догнать своих. Она прикинула, сколько прошло времени с тех пор, как она оторвалась от группы, и мурашки забегали по спине с новой силой. Времени прошло много, и пока она вернется к развилке, пройдёт ещё больше. А когда она окажется возле развилки, как далеко уже успеют уйти её друзья?

И почему они её не искали? Не заметили отсутствия, или наплевали? Хотя, чему тут удивляться? Она сама постепенно приучила всех к своим постоянным отлучкам, так что обратить внимание на то, что её нет с ними очень долго, они могут нескоро. Что за это время может с ней произойти? Впрочем, чего тут гадать, она сама виновата и нужно теперь выкручиваться из сложившейся ситуации. С собой у неё был только лёгкий автомат, нож и любимая праща, с несколькими камнями в запасе. Все остальные вещи благополучно продолжали ехать на пауке в неизвестном направлении.

Подгоняемая накатывающими на неё волнами страха, она бросилась бегом к развилке. Какой бы отчаянной она сама себя не считала, ничто человеческое ей было не чуждо. Находиться одной, в пещерах полных врагов, ей совершенно не хотелось. Да, именно эти коридоры сейчас были пусты, и причиной тому, скорее всего, было обрушение, через которое они и проникли внутрь. Но сути это не меняло.

Резвая так торопилась найти своих, что потеряла бдительность. Она совершенно не заметила троих вояк, которые сидели возле стены и разворачивали свёртки с чем-то съедобным.

Резвая уже почти пробежала мимо них, когда один из усевшихся на «привал» подавился от неожиданности, видя пробегающую мимо девочку-подростка. Резвая с разворота дала по ним очередь и жала на спусковой крючок, пока магазин не опустел. Сидели бы они молча, посчитав её за галлюцинацию, скорее всего, были бы живы. Но теперь возле стены лежало три трупа в неестественных позах.

Это было странно, ведь совсем недавно их тут не было. Она же пробегала тут совсем недавно! Видимо это очередной патруль шёл по коридорам, и, пользуясь тем, что их никто не видит и на какое-то время они могут быть предоставлены сами себе, решили перекусить. Похоже, она развернулась едва-едва с ними не встретившись, и всё время потом они шли следом за ней, правда, даже об этом не подозревая.

Стрелять так много было совсем не обязательно. Но нервы сдали, и она уже не совсем понимала что делает. Теперь она осталась совсем без патронов, потому что запасные магазины были в рюкзаке, висящем на пауке. Оставалась только праща. Она подошла к трупам и осмотрела их. Они были вооружены только холодным оружием. У каждого было что-то вроде мачете. И что это за охрана такая? Что они тут могут наохранять с таким вооружением?

Закинув автомат за спину, она достала пращу и камень, после чего побежала дальше. Теперь она была более внимательной.

До перекрёстка она больше никого не встретила, и на развилке не останавливаясь побежала во второй коридор, куда, как она надеялась, ушли её товарищи.

Коридор шёл вверх, всё более и более увеличивая уклон. Помимо увеличения уклона, он довольно сильно заворачивал влево ровным полукругом.

— Мне кажется, или мы уже описали полный круг? — спросил Ваня, оглядываясь назад, чтобы лучше представить себе радиус изгиба коридора.

— Кажется, — сказала Лиана, — изгиб не такой крутой. Круг мы пока что не описали.

— Я пытался представить наше местоположение, от самой точки нашего входа, — сказал Руди, — мы сейчас ещё только под самым подножием горы. Одно время мы уходили в сторону, но теперь изгиб этого коридора ведёт нас почти в центр. Но это если я правильно пространственно сориентировался… а, скорее всего, я сделал это правильно.

— Цент горы? Звучит разумно, — кивнула Лиана и взглянула на Спаса, — думаю, мы сделали правильный выбор, когда свернули именно сюда.

— А где Резвая? — вдруг спросила Женя, — что-то я давно её не видела!

— Не знаю, — озадачился Игорь, — мне она тоже давно на глаза не попадалась. Я, правда, только сейчас это понял. Вот почему нельзя так себя вести как она! Нельзя втихаря то появляться, то исчезать. Мы просто перестали обращать внимание на её исчезновения, а теперь даже не понимаем, как давно её с нами нет. Выпороть бы чертовку!

— Пороть! — поддакнул Деревяшка.

— Что будем делать? — спросила Женя.

— Вы ничего, — сказал Игорь, — я один немного вернусь назад и посмотрю. Но если её не встречу, то искать не буду. Как бы нам не было её жаль, искать мы по всем подземельям её не будем. Сама виновата.

— Давай я с тобой! — сказала Женя.

— Нет, — покачал головой Игорь, — сильно разделяться не будем. Да и я тоже ненадолго. А вы держитесь все вместе. Так надёжнее.

— Игорь прав, — сказала Лиана, — даже ему уходить не стоит, но пусть глянет на ближних подступах. Заодно проверит, не идёт ли кто за нами. Вроде бы всё тихо, но не хочется получить пулю в спину.

Игорь в отличие от Резвой не стал оставлять рюкзак на пауке, а закинул его на себя и стремительным шагом направился в обратном направлении. Вскоре он скрылся за изгибом коридора.

— Ладно, а мы потихоньку продолжим идти вперёд, — сказала Лиана, — надо сказать, что нам везёт. Судя по тому скоплению людей, которое мы наблюдали внизу, казалось, что передвигаться тут будет очень трудно. Но мы практически никого не встречаем. Честно говоря, я даже не знаю, хорошо это или плохо.

— Пошли бы вниз, давно бы уже повстречались с местными, — усмехнулся Ваня, — но ведь мы к этому не стремимся, верно?

— Верно, — сказала Лиана, — я ещё заметила, что этот коридор значительно чище чем предыдущие. Да, мусор всё ещё встречается, но гораздо меньше. И чем дальше мы идём, тем его количество уменьшается всё больше и больше. Но коридор этот не заброшенный, даже наоборот, очень нахоженный.

Через полчаса Игорь их так и не догнал, что начинало вызывать беспокойство. Тем временем, они достигли ещё одной развилки. Точнее, это был вполне традиционный перекрёсток. Два коридора пересекались под прямым углом.

Как только они достигли этого места, Руди повернулся к Спасу и слегка иронично спросил:

— Куда нам?

Спас ничуть не смутился и указал прямо. По его мнению, им следовало продолжать идти по этому же самому коридору, проигнорировав боковые ответвления.

— Почему? — серьёзно спросила Лиана.

— Он, как и в прошлый раз, слегка светится, — сказал Спас, — неужели вы не видите? Мне кажется, что это должно быть заметно всем!

— Нет, — покачала головой Лиана, — мы ничего не видим. Наверное, это только твой дар.

— Если это дар, — сказал Руди.

— Дар! — вякнул Деревяшка.

— Деревяшка говорит что дар, — сказал Ваня, — не вижу причин сомневаться.

— Неплохо бы дождаться остальных, — сказала Женя, — а то мы так все можем растеряться.

— Согласна, — сказала Лиана, — будем ждать здесь. Мы могли бы оставить метку, куда именно пошли, но ты права. Не стоит сильно растягиваться. И, чтобы не терять времени, нужно заглянуть во все коридоры, но только очень осторожно и очень недалеко. Только чтобы избежать неожиданностей. Я пойду в левый.

— Я с тобой, — сказал Спас.

— Нет, — покачала головой Лиана, — по одному. Нас слишком мало. Нужно остаться возле пауков кому-нибудь.

— Тогда, чур я в правый! — тут же поднял руку Руди.

— Вперёд надо? Я могу сходить! — сказал Ваня.

— Давай, — согласилась Лиана, — только недалеко и ненадолго. Метро двести максимум. Уйдёте туда, посмотрите, послушайте что и как, и возвращайтесь. Нужно находиться в пределах слышимости, на всякий случай.

— Обижаешь, командир! — сказал Руди, — мы только одним глазком глянем и назад!

Все разведчики разошлись в разные стороны, на перекрёстке остался только Спас, Женя и Деревяшка.

Через несколько минут все вернулись обратно.

— Рассказывайте, что видели и слышали? — спросила Лиана.

— Тишина, — сказал Руди, — на том небольшом расстоянии, на которое я удалился, всё тихо и спокойно.

— Впереди тоже тишина, — сказал Ваня.

— И у меня всё спокойно, — сказала Лиана, — однако на душе всё равно тревожно. Очень неуютно стоять на перекрёстке. На нас могут напасть с любой из четырёх сторон.

— Или отовсюду сразу, — усмехнулся Руди, — ты права, место для обороны не самое лучшее. Я бы даже сказал, одно из худших.

— Я очень надеюсь, что мы тут не сильно задержимся, — сказала Лиана.

— Возможно, мне это только кажется, но тоннель прямо перед нами, в который нам нужно идти, стал светиться ярче. Как будто нетерпение проявляет, — сказал Спас.

— Нет, мы всё же дождёмся хотя бы Игоря, — сказала Лиана.

— Если он жив, — тихо сказал Руди, но все его услышали.

Время тянулось очень медленно в томительном ожидании. Они старались не разговаривать и не шуметь, прислушиваясь к происходящему в тоннелях. Тишина стояла мёртвая, но это было и к лучшему. Любой необычный звук они сразу заметят.

Неожиданно Руди подскочил и побежал в свой тоннель, в тот, куда он ходил на разведку. Тут уже и Лиана услышала посторонний звук, но из своего тоннеля. Она тоже нырнула в него, чтобы послушать более внимательно.

Ваня повертел головой, и хотя ничего не слышал, пошёл в передний тоннель, чтобы тоже послушать.

— Кто-то идёт, — шёпотом сказал Руди вернувшись, — и не один… я бы даже сказал много народу сюда топает.

— Та же самая история, — встревожено сказала Лиана, которая тоже вернулась из своего тоннеля.

— А у меня вроде бы всё тихо, — пожал плечами Ваня.

— Нас упорно подталкивают в этот тоннель, вам не кажется? — почему-то весело сказал Руди.

— Не нравится мне всё это, — покачала головой Лиана.

— Ну, это же очевидно, — сказал Руди, — кому-то кажется, что мы двигаема слишком медленно. Что мы застряли. Поэтому, нас хотят подтолкнуть!

— Это вряд ли, — сказал Спас, — одно дело подсказывать куда идти, и другое дело прислать людей, чтобы мы от них начали убегать. Те, кто нам помогает, вряд ли смогли бы это организовать.

— Ты всё ещё думаешь, что нам кто-то помогает? — усмехнулся Руди.

— А разве нет? — удивилась Женя, — вроде бы мы все так думаем!

— Будем надеяться, что вы правы! — сказал Руди.

В этот раз Резвая была готова! Как только она поняла, что навстречу ей кто-то движется, то затаилась, вложив камень в пращу. Не успел противник оказался на расстоянии выстрела, она метнула свой булыжник. Несмотря на сумрачное неверное освещение от грибка, бросок получился очень хорошим. Камень попал в цель и человек вскрикнув упал. Странно что он был только один, это слегка насторожило Резвую. Но, с другой стороны, что в этом плохого? Радоваться надо! К тому же, есть шанс разжиться оружием. Вдруг этот вооружён получше, чем предыдущие?

Соблюдая осторожность и держа пращу наготове, Резвая двинулась вперёд. Вряд ли она убила этого одинокого патрульного, придётся добивать. Благо, нож у неё был.

Глава 27

Теперь уже звук приближения тех, кто двигался с двух сторон в сторону перекрёстка, слышали все.

— Надо решать, что будем делать, — сказал Руди, — вперёд или назад?

— Вперёд! — шепнул Спас.

— Вперёд, — эхом ответила Лиана, — только вперёд!

— Молодцы, приняли решение без излишней рефлексии, — сказал Руди и первый устремился в коридор, который был перед ними.

Ближайший к нему паук тоже сорвался с места и потопал следом. Руди, забежав в коридор, выхватил нож и, взмахнув им два раза, оставил на стене большую крестообразную царапину, хорошо заметную со всех сторон.

— Не очень одобряю решение, но подчинюсь! — проворчал Ваня.

Они бегом бросились вперёд по коридору, догоняя мелькающую перед ними спину Руди, который в этот раз сам решил задавать темп. Враги были близко, и нужно было уйти от перекрёстка подальше, пока они его не достигли. Никто не знал наверняка, почему вдруг с двух сторон кто-то стал приближаться к перекрёстку. Вполне могло случиться так, что это просто совпадение, и тогда на глаза своим противникам попадаться точно не стоило. Был шанс просто разминуться с ними, если их путь лежит не в этот коридор, а куда-то ещё.

Но оказалось, что их путь лежал именно сюда. Вскоре они услышали топот за своей спиной.

— Похоже на целенаправленную погоню, — сказал Ваня, подхватывая Деревяшку и закидывая на паука. Малыш к этому времени заметно подустал. Ему ведь приходилось делать больше шагов, чем всем остальным, а ещё и хромота… в общем, ему нужно было помочь, не зависимо от того, хочет он этого или нет.

Сначала они ещё старались экономить силы, рассчитывая на долгий забег. Но слыша не стихающий шум за спиной, они всё ускорялись и ускорялись, и через некоторое время уже бежали что есть сил. Пауки не отставали, для них эта скорость была не большой. При желании, они могли двигаться и значительно быстрее.

— Чёрт! — выругалась Резвая и спрятала поспешно нож, — вот я дура!

Она подбежала к лежащему Игорю и склонилась над ним. Он дышал, и она облегчённо выдохнула. Но облегчение было мимолётным. То, что он пока ещё жив, ни о чём не говорило. Лоб был разбит, и из него на пол пещеры стегала кровь. Резвая слегка попыталась перевернуть Игоря, чтобы добраться до его рюкзака. Там должна была быть походная аптечка. Сама она с собой ничего не имела. Как только она перекатила его слегка вперёд, как его рука взлетела в воздух и ударила ей в подбородок. Резвая рухнула на Игоря сверху и затихла. Он тоже больше не подавал признаков жизнь. Вспышка сознания была мимолётной и рефлекторной. Так они и лежали, Игорь внизу, Резвая сверху. Лежали долго, сколько времени неизвестно, и им очень повезло, что в этом месте никто так и не появился.

Наконец Резвая как будто проснулась и произошло это от какого-то внутреннего испуга. Как будто увидела что-то страшное во сне, или вспомнила о чём-то важном. Она попыталась вскочить, но не смогла и упала обратно на Игоря. Он в ответ на это застонал и попытался перевернуться на спину. Но ему мешал рюкзак и лежащая сверху девушка.

— Что случилось? — пробормотала Резвая, пока ещё не понимая, где она находится и что случилось. Ударом ей вышибло все последние события.

— Ты кто? — прокряхтел снизу Игорь.

Резвая ещё раз попыталась встать, на этот раз более успешно. Она сползла с Игоря и уселась на полу, мерно раскачиваясь и держась за подбородок, который просто пылал болью.

— Кто ты? — повторил Игорь.

Услышав голос Игоря, она тут же всё вспомнила.

— Игорь, это я, Резвая, — с трудом проговорила она, морщась от боли и продолжая держаться за подбородок.

— Какая такая резвая? — Игорь повернул к ней голову и уставился мутным взглядом.

Как только она оказалась в поле зрения, в его глазах мелькнуло узнавание, но тут же исчезло.

— Мы тут все вместе, — попыталась что-то объяснить Резвая, но поняв, что выходит путано и начала она не с того, замолчала.

— Кто мы, и где тут? — Игорь опять взглянул на неё, вновь во взгляде мелькнуло узнавание и он застонал, — ааааа… Резвая? Да, кажись, припоминаю… а что случилось?

— Я тебя не узнала и камнем в лоб зарядила, — не стала юлить Резвая, — прости!

— Прощаю, — неожиданно легко согласился Игорь, — сам виноват. Получить от девочки камнем в лоб, это позор. Был бы на твоём месте кто-то другой, мог бы и пулю схлопотать. Так что камень, это ещё нормально…

— Ты всё вспомнил? — с надеждой спросила Резвая.

— Более-менее, — сказал Игорь, — сколько времени прошло?

— Я не знаю, — честно призналась Резвая, — я полезла к тебе в рюкзак за аптечкой, хотела тебе рану перевязать, но ты мне кулаком в челюсть двинул и я отключилась. Сколько времени мы тут вдвоём без сознания валялись, понятия не имею.

— Прости, я этого даже не помню, — сказал Игорь.

— Сама виновата, — ответила Резвая, так же как и он, — можно сказать, в расчёте!

— Это никуда не годится, — Игорь с трудом привалился к стене, — повезло, что нас пока что не нашли. Но долго так везти не может. Надо своих догонять. Мы такими выкрутасами можем всю группу подставить. А знаешь, кто в этом виноват?

— Я! — тут же сказала Резвая, — слишком далеко убежала вперёд, потом неправильно выбрала направление на развилке и потеряла много времени.

— Не в этом дело, — сказал Игорь, — нужно просто предупреждать о своих отлучках.

— Давай, я тебе рану всё-таки обработаю, — сказала Резвая.

— Валяй, — Игорь махнул рукой в сторону своего рюкзака, — как челюсть? Не сломал?

— Кажется, нет, — ответила Резвая, — хотя и побаливает. Но ничего, это пройдёт.

— Конечно, пройдёт, — сказал Игорь, — главное дожить до этого момента.

Резвая хмыкнула и полезла в рюкзак.

Она сшила края раны, чем немало удивила Игоря, потом наложила на рассечение специальную накладку, и примотала её бинтом, пустив его вокруг головы. Теперь Игорь был как будто в белом шлеме.

Когда она закончила, он тут же начал вставать, держась за стену.

— Хорошо ты меня всё-таки приложила, — сказал Игорь, пытаясь сохранить равновесие, что удалось ему не с первого раза. Наконец, он всё-таки отпустил стену и потянулся за рюкзаком.

— Не надо! — остановила его Резвая, — давай я понесу, тебя вон шатает из стороны в сторону.

Игорь спорить не стал, а только кивнул и сделал пару шагов вперёд. На третьем шаге он опасно покачнулся, Резвая подскочила к нему и закинула его руку себе на плечи.

— Так надёжнее будет, — сказала она, — можешь не опираться, но равновесие держать поможет.

Игорь опять кивнул, и они неуверенно двинулись вперёд, слегка покачиваясь как пьяные.

— Да, так мы их долго будем догонять, — пробормотал Игорь.

— Главное, что мы пока живы! — решила подбодрить его Резвая.

— Пока… — эхом повторил Игорь и сосредоточился на ходьбе. Через некоторое время он начал судорожно вздрагивать. Резвая сначала испугалась, но потом поняла что он смеётся.

— Что такое? — осторожно спросила она.

— С такими друзьями и враги не нужны, да? — не переставая смеяться, проговорил Игорь, — мы и сами друг друга переубивать сможем!

— Да, — нехотя согласилась Резвая.

Погоня как будто не отставала, но и не догоняла их. Через некоторое время это даже стало казаться немного странным. Внезапно Спас остановился и повернулся назад.

— Что случилось? — спросила его Лиана, тоже останавливаясь.

— Что-то тут не так, — сказал Спас, — это всё как-то неправильно… не по-настоящему!

— Поясни? — подскочил к ним Руди.

— За нами никого нет! — вдруг выдал Спас.

— Но мы же слышим топот множества ног и голоса! — сказала Лиана.

— Послушайте получше! — сказал Спас.

Все замолчали и начали очень внимательно прислушиваться к звукам погони.

— Что слышите? — спросил Ваня, не выдержав долгой паузы, хотя и у него уже были свои соображения по поводу услышанного.

— Как-то искусственно звучит, — сказал, наконец, Руди, — как белый шум. Набор характерных звуков, но какой-то безжизненный. Как будто эти звуки собрали, слепили вместе и запустили по кругу.

— Здорово мы опростоволосились, — сказала Лиана, соглашаясь с Руди, — это просто провал! И я этого не увидела, и ты Руди тоже, хотя уж мы-то сразу должны были бы это заметить.

— Ну, провал, это может громко сказано, — усмехнулся Руди, — но да, такая невнимательность нас не красит!

— А вы уверены, что погони нет? — с тревогой спросила Женя, — не боитесь что ошиблись? Вдруг в первый раз вы поняли всё правильно, а теперь заблуждаетесь?

— Нет, — покачала головой Лиана, — да ты сама послушай!

— Я слушаю и я с вами согласна. Но, всё равно, страшно! А вдруг погоня есть? — сказала Женя.

— Расслабься, теперь уже можно не лететь так, сломя голову, вперёд, — сказал Руди.

— Да, можно выдохнуть и успокоиться, — согласилась Лиана.

Они замолчали и, в самом деле, некоторое время просто стояли, восстанавливая силы после длительного забега. Но при этом не забывали прислушиваться к звукам мнимой погони.

— А я так и не поняла, — задумчиво сказала Женя, после продолжительной паузы.

— Что именно? — спросила Лиана.

— Что это такое и кто это всё делает? — Женя махнула рукой в коридор, по которому они только что сюда прибежали.

— Может быть, это какие-то особенности местной акустики? — предположил Ваня.

— Да нет, — Руди скрестил руки на груди, — это же очевидно! Нас просто решили ускорить. Дали небольшого пинка, чтобы мы шевелились быстрее, да Спас?

— Я не знаю, — ответил тот.

— Очень жаль, — укоризненно сказал Руди, — сейчас какой-нибудь хороший инсайт не помешал. Если меня кто-то гонит вперёд, то сразу хочется узнать, что будет в конце маршрута! Куда именно меня пытаются привести и кто это делает. Я чувствую себя крысой в лабиринте! А сверху на нас кто-то смотрит и ждёт, когда же мы, наконец, достигнем цели, чтобы дать нам сахарок… или наоборот, яд. Но на это я не подписывался! Я предпочитаю сам вести игру. Да, задачу мне поставить можно, и даже нужно. Но не нужно водить меня за ручку… тем более, я не очень уверен в том, чья именно рука нами управляет.

— Эк тебя прорвало! — удивлённо сказал Ваня.

— Не прорвало, — возразил Руди, — я об этом уже в той или иной форме давно говорю. И мне не очень нравится то, что происходит. Только я подумаю что всё идёт своим естественным путём, как происходит что-то подобное этим звукам погони. Но это же очевидное вмешательство в наши действия! Это же грубейшая манипуляция! А мы продолжаем послушно делать всё, что от нас хотят. А когда мы вдруг сбиваемся с маршрута, то наблюдатель берёт соломинку и подталкивает нас обратно, чтобы мы продолжали идти туда, куда ему нужно.

— Мы знали это с самого начала, — сказала Лиана, — и вмешательство было всегда. Просто нас раньше вели как-то… более тонко, что ли… а сейчас, согласна, это происходит как-то грубовато. Но, видимо, нет времени на деликатность. Поэтому и используются более грубые средства.

— Да, массовая слуховая галлюцинация это очень грубое средство, — сказал Руди, — чересчур грубое!

— А почему ты думаешь, что это галлюцинация? — удивился Спас, — может быть, звук на самом деле существует?

— Ну, если он существует, значит, его кто-то должен производить! — сказал Руди, — не может же он сам возникнуть из ниоткуда?

Они все переглянулись, и вдруг со всех ног бросились обратно по коридору.

В принципе, им можно было никуда и не бегать, достаточно чтобы Руди один туда смотался. Он взял такой бодрый старт, что они сразу же отстали и через некоторое время перестали бежать, перейдя на шаг, а потом и вовсе остановились.

Всё дело было в том, что звук погони, который долгое время находился на одном уровне громкости, вдруг стал удаляться, а потом и вовсе исчез. Как будто они спугнули того, кто создавал эту иллюзию.

Решив сэкономить силы и не бегать дальше, они стали ждать, когда вернётся Руди и расскажет им, сумел ли что-нибудь выяснить.

Ждать пришлось долго. Видимо, Руди не желал сдаваться и очень хотел догнать этих неизвестных.

Наконец, он показался из-за изгиба коридора. Он бежал, но не быстро, лёгкой трусцой.

— Ну что? — с нетерпением спросила Лиана, когда он приблизился.

— Не догнал! — с досадой сказал Руди.

— Но ты их хоть видел? — спросил Ваня.

— Мельком, — сказал Руди, — два человека на двух небольших электрических багги со звуковой аппаратурой. Ездят тихо. Если бы удалось застать их врасплох, то им было бы не уйти. Но их, как будто, кто-то предупредил. Они начали удирать раньше, чем меня увидели. Я ещё некоторое время бежал следом, надеясь, что они на такой скорости врежутся в стену. Но не врезались. Наверное, привыкли тут ездить.

— Жаль, — сказал Ваня, — было бы интересно узнать, зачем они на самом деле этим занимались, да?

— Ну что, двигаемся дальше? — спросил Спас.

— Дальше? — удивился Руди его словам.

— Да, а разве что-то изменилось? — удивилась в свою очередь Лиана.

— Вы что, не поняли самого главного? — Руди всплеснул руками, поражаясь их тупости.

— Нет! — хором ответили все остальные и переглянулись.

— Ладно, — Руди вздохнул, — объясняю на пальцах! Если вы до сих пор думали, что вас ведут к цели ваши тайные помощники, то теперь эта теория рухнула! Ваши помощники могли подействовать на пауков, заставив их помогать нам, могли внушить Спасу, что он видит как светится вход в тоннель…

— Эй! — возмутился Спас, — я, в самом деле, видел!

— Конечно, конечно, — кивнул Руди, — пусть даже ты это видел. Это я всё могу понять. Но не могу понять, как ваши помощники могли доставить сюда двух человек на багги, которые должны были изображать погоню, чтобы мы двигались быстрее в нужном направлении! А вывод из этого очень простой. По этому пути нас гонят не наши друзья, а наши враги. И идти дальше будет чистым самоубийством.

— И что ты предлагаешь? — озадаченно спросил Спас.

— Нельзя играть в чужую игру! — сказал Руди, — нужно сломать сценарий! Нужно переписать правила! Иначе, финал будет очень печальным. Мы все просто умрём!

— Если бы стояла задача нас убить, то вне всяких сомнений, это бы произошло уже давно. Не думаю что те, кто находится здесь, могли бы организовать метеорит в стену, чтобы проложить нам проход. Возможно, просто цели разных игроков совпадают на определённом этапе. И пока что понятно только одно. Мы слишком мало знаем, чтобы делать выводы, — сказала Лиана.

— Иииии? — вопросительно склонил голову Руди, — дальше-то что делать?

— Продолжаем идти куда шли, — сказала Лиана, — только так мы сможем всё выяснить. Да и нет у нас других вариантов. Мы слишком далеко забрались и вряд ли сможем просто уйти обратно так же как пришли. А если с нас снимут защиту от животных, то даже если мы выберемся из-под этой горы, жизнь наша будет недолгой. Так что, это наш единственный шанс. Дойти до конца маршрута и посмотреть, что нас там ждёт.

— Ну что ж, ребята, был счастлив сражаться с вами плечом к плечу всё это время. Было весело! Жаль, что всё это закончилось, — сказал Руди.

— Ты что, уходишь? — удивилась Женя.

— Нет, за кого ты меня принимаешь? Я останусь с вами до конца! Просто прощаюсь на всякий случай, потому что потом такой возможности уже может и не быть. Не сомневаюсь, что мы все умрём, возможно, даже внезапно. Так что, прощайте друзья! — сказал Руди.

— А вообще идея неплохая, — сказал неожиданно Ваня, — я согласен с Руди. У меня тоже есть какое-то предчувствие, что всё это может закончиться не так как хотелось бы. Но я тоже ни о чём не жалею. Встреча с вами была лучшим, что случилось со мной в жизни, потому что с того момента как Папаша определил меня помогать Спасу, жизнь пошла совсем по-другому. Мы много важного и полезного успели сделать. И если выжить уже не судьба… да, не всё же время нам должно везти, верно? Так что, если выжить не судьба, то, прощайте друзья! Для меня это было честью!

— Про меня и говорить нечего! — сказала Женя, — Лиана, ты подарила мне жизнь! Спасла всё наше племя на свалке и спасла меня, когда я уже потеряла интерес к жизни. Хотя я и сопротивлялась этому как могла. Было много всего хорошего. Я нашла своё призвание в управлении подводной лодкой. Кто бы мог подумать, да? Но, если это конец пути, то я ни о чём не жалею!

— И я! — вякнул сидящий на пауке Деревяшка.

— Ну, раз пошло такое дело… скажу, что я как раз жалею кое о чём, — медленно проговорила Лиана, — жалею, что не смогла сделать всё сама, а мне постоянно приходилось втягивать людей которые мне очень дороги в опасные предприятия. И если это, последнее предприятие, как вы думаете, закончится плохо, то я хотела бы сделать как-нибудь так, чтобы вы спаслись. Но, к сожалению, не вижу такой возможности. И это разрывает мне сердце! — закончила Лиана и склонила голову, чтобы никто не увидел, как предательски навернулись слёзы ей на глаза.

Все повернулись к Спасу, ожидая, что он скажет.

— А я не буду прощаться, — вдруг заявил Спас, — поживём ещё!

И, повернувшись на каблуках, уверенно зашагал по тоннелю.

Глава 28

Через некоторое время Игорь почувствовал себя лучше и смог идти самостоятельно, не придерживаясь за Резвую. А та вдруг начала страдать от чувства вины и грызть себя за то, что покалечила своего товарища. Она периодически искоса поглядывала на Игоря и тяжело вздыхала.

Так они шли некоторое время, когда вдруг до слуха Резвой донёсся странный звук.

— Игорь! — вскрикнула она шёпотом, легонько дёрнула его за рукав и подняла палец вверх, призывая к вниманию.

Игорь всё понял и стал прислушиваться. Странный, обеспокоивший Резвую звук, он различил почти сразу, и жестом скомандовал ей лечь возле стены. Они залегли по бокам прохода, почти неразличимые в свете грибка, и направили оружие в направлении приближающегося звука.

По пути Игорь поделился с Резвой патронами, ещё раз прочитав лекцию о поведении. Та выслушала молча и покорно. А что тут скажешь, ведь он был прав.

По мере приближения звука, Резвая всё больше и больше начинала нервничать. Наконец, она положила автомат перед собой, встала на одно калено и, достав пращу, вложила в неё камень.

Игорь покачал головой, но ничего не сказал. С одной стороны это было неправильно, и у огнестрельного оружия была гораздо большая огневая мощь. Но с другой стороны, Резвая увереннее чувствовала себя с пращой, к тому же владела ей отменно. Если ей так спокойнее, что ж, пусть действует. В крайнем случае, всегда успеет схватить автомат.

Едущие друг за другом багги показались неожиданно. Из-за того что звук их работы был достаточно тихим, казалось что они находятся дальше. А они появились из-за изгиба, как только Резвая и Игорь заняли свои позиции.

Багги ехали не очень быстро, в рабочем темпе. На каждом сидело по одному человеку в военной форме. Игорь и Резвая выждали момент, когда они окажутся близко, чтобы стрелять наверняка. Резвая не выдержала первой и камень, беззвучно преодолев разделявшее их расстояние, врезался точно в лоб водителю первого багги. Голова у того дёрнулась назад и он начала заваливаться набок. Увидев это, Игорь поморщился и вдруг почувствовал пульсирующую боль в шраме на лбу. Он пережил точно такой же удар, и теперь увидел его как бы со стороны. Приятного было мало, и праща в руках Резвой была, действительно, грозным оружием.

Потеряв водителя, первое багги сбавило скорость и начало забирать в сторону. Едущий следом не успел среагировать на это, потому что не увидел и не услышал ничего подозрительного. Поэтому он ткнулся передним колесом в едущую перед ним машину. Резко затормозив, он чуть не опрокинулся, но сумел остановиться, вывернув руль вправо. Как только он замер, грохнул выстрел и его просто вышвырнуло из седла.

Игорь и Резвая ещё некоторое время оставались на своих местах, выжидая, не появится ли кто-нибудь ещё. Но было тихо и пустынно. Багги стояли неподвижно, их водители тоже не подавали признаков жизни.

Машина, ехавшая первой, потеряв управление, ткнулась в стену и стояла теперь уперевшись в неё колесом. Вторая застыла поперёк тоннеля. Управлявшие ими солдаты валялись на полу, производя впечатление мёртвых. Впрочем, такими они и оказались.

Поняв, что никто больше не едет следом, Игорь и Резвая поднялись и подошли к своим жертвам. У второго водителя была аккуратная дырка во лбу. Он лежал навзничь, лицом вверх, и под головой успела растечься большая лужа крови.

— Хороший выстрел, — сказала Резвая Игорю.

— От хорошего выстрела слышу! — парировал тот.

— Да, удачно попала, — согласилась она, разглядывая свою жертву.

— Почти так же удачно, как в меня, — кивнул Игорь.

Резвая укоризненно на него посмотрела.

— Ну я же извинилась! — слегка обиженно сказала она.

— Не удержался, — улыбнулся Игорь, — но да, лучше под твои броски не подставляться. Это бесспорно!

— Как удачно сюда приехали эти ребята! — сказала Резвая.

— Да, они как будто специально подогнали нам транспорт. Надеюсь, он не пострадал, и мы сможем им воспользоваться, — сказал Игорь, — сможешь управлять такой штукой?

— Справлюсь, — самоуверенно махнула рукой Резвая.

Как они и предполагали, оба багги оказались на ходу. То незначительное столкновение, которое произошло, ничуть их не повредило.

Они развернули багги для того чтобы ехать туда, куда нужно им.

— А что это на них такое установлено? — спросила Резвая.

— Это звуковая аппаратура. Чтобы можно было усиливать звук, — ответил Игорь.

— А зачем она тут? — удивилась Резвая.

— Понятия не имею, — пожал плечами Игорь, — может быть, чтобы произносить речь при скоплении народа… или командовать солдатами на поле боя, если нет возможности обеспечить нормальную связь… да много может быть разных вариантов. Но что они делали здесь и сейчас, не знаю.

— Ну да, звучит убедительно, — сказала Резвая, — и местоположение на колёсах можно быстро менять. Да, скорее всего это для того чтобы командовать людьми на большой территории.

Определившись для себя с назначением этих передвижных громкоговорителей, они уселись на багги и поехали догонять своих. Благо, теперь на это у них были хорошие шансы.

— Так и умрём не попрощавшись, — сказала Лиана, лукаво поглядывая на Спаса.

Они уже некоторое время шли молча, после того как Спас обрубил трогательный момент.

— Не будем мы умирать, что за пессимизм, — сказал Спас, — я вообще удивляюсь, что это на вас такое нашло? Не надо падать духом. Возле Энергона мне ситуация казалась гораздо более тупиковой. Однако, всё разрешилось.

— Да, только не разрешилось, а её разрешили. Что будет, когда в нас отпадёт необходимость? Когда мы выполним то, зачем нас сюда якобы случайно забросили? Не факт что чудеса продолжатся, и всё опять закончится хорошо.

— Может и нет, — сказал Спас, — но у нас уже есть очень многое. Есть сын, у него есть жена и ребёнок, наш внук, между прочим. Так что, мы уже прожили жизнь не зря и род не прервётся. Не знаю как тебя, но меня эта мысль успокаивает. Надеюсь, что они ещё детей нарожают. И особенно мне ценно, что женой Лавра стала именно Юна. Я за неё очень беспокоился, сможет ли она найти себя в этой жизни. Ведь до встречи со мной, она жила почти всю жизнь под землёй, в изоляции. Правда, мама у неё тогда была жива… а учитывая что я косвенно стал причиной её гибели… в общем, я всегда чувствовал за Юну ответственность.

— Юна хорошая, — согласилась Лиана, — чистая душа. Лавру с ней повезло.

— Лавру с ней, мне с тобой, нам всем постоянно везёт. Не думаю, что это вдруг должно закончиться. Не только в наших кукловодах дело, — сказал Спас, — может быть, мы просто счастливчики? — и он подмигнул Лиане.

— Счастливчики, — она улыбнулась ему, — знаешь, а ты прав. Зная, что дети вернулись и находятся в безопасности, как-то легче идти на риск.

Они шли ещё с полчаса, пока не упёрлись в железные ворота, которые перегораживали тоннель. Ворота были заперты. Правда, это был не единственный выход из тоннеля. Это был не тупик, так как в боковой стене была большая и тоже железная дверь, и вот она была открыта.

Поскольку проход прямо был блокирован, ничего не оставалось, как обратить своё внимание на эту самую дверь. За ней оказалась очень большая пещера, вся заставленная кубическими контейнерами с гранью приблизительно метра четыре. Они стояли друг на друге, висели на стенах, были подвешены к потолку. В общем, были везде и при этом расположены без видимого порядка. В некоторых из них виднелись круглые отверстия на одной из стен. Возможно, эти отверстия были на всех, просто некоторые были повёрнуты другой стороной.

В пещере кроме этих нагромождений контейнеров больше не было ничего и никого.

Они вошли и остановились, внимательно оглядываясь.

— Что-то знакомое, — пробормотал Руди, внимательно разглядывая контейнеры, — только вот никак не могу вспомнить, где я их уже видел.

— А что, в них есть что-то уникальное? Просто железные ящики, — сказал Ваня.

— А ты видел когда-нибудь именно такие ящики? — спросил Руди.

— Именно таки нет, — пожал плечами Ваня, — но они не производят впечатления особенных.

— А я где-то видел, — сказал Руди, — но не могу вспомнить где. И мне это не нравится!

— Что именно? — спросила Женя, — то что видел, или то, что не можешь вспомнить?

— Что не могу вспомнить, — сказал Руди.

От большой и широкой двери, в которую они вошли, вела дорожка через всю пещеру. Она выделялась на всём остальном фоне и очевидно была сделана специально. Где пол уходил вниз, там было подсыпано, где вверх, немного срезано. В общем, кто-то тут выравнивал эту широкую тропу между контейнерами.

Они не стали мудрить, и пошли прямо по ней, хотя и была мысль не вышагивать так открыто, а попробовать перемещаться скрытно, прячась за контейнерами. Но ощущение царящей здесь пустоты, вселило чувство ложной безопасности. Во всех, кроме Руди, который продолжал морщить лоб, пытаясь вспомнить, где он уже мог видеть эти ящики.

Дорожка извивалась между нагромождениями ящиков и вела их в противоположный конец пещеры. После нескольких поворотов они увидели, что там тоже есть выход, и он тоже открыт. Когда до него оставалось идти уже не очень много, Руди вдруг остановился и поднял вверх руку, призывая всех к вниманию.

Они тут же услышали то, что так заинтересовало Руди. Это были какие-то щелчки… как будто какого-то насекомого… или дробное цоканье… как будто кто-то быстро-быстро перебирал множеством мелких ножек.

— Чёрт! — воскликнул Руди, — я вспомнил! Это Рогумки! Бежим! — и он первый рванул к выходу из пещеры.

— Кто? — крикнула ему вслед Лиана, но ответа не получила. Судя по всему, на это не было сейчас времени.

Руди обладал феноменальной скоростью, поэтому он намного быстрее остальных достиг выхода из пещеры и скрылся там. Но через считанные секунды вернулся обратно.

— Быстрее! — проорал он остальным, уже ничуть не пытаясь соблюдать тишину, — за воротами всё чисто!

А мелкое цоканье нарастало с каждой секундой. Оно доносилось со всех сторон.

Внезапно они увидели, что из круглого отверстия одного из контейнеров стоящего совсем рядом с дорожкой, показалась голова какого-то существа. Не успев высунуться, голова схлопотала пулю от Руди и от прямого попадания лопнула как большой сочный фрукт, упавший на бетон. Во все стороны полетела какая-то синяя жижа.

— Быстрее! — вновь проорал Руди.

Но они и так бежали как могли. Никто толком не успел разглядеть, что это за существо вылезало из ящика, но раз Руди считал их опасными, то следовало этому поверить. На бегу краем глаза они начинали замечать движение со всех сторон. Из ящиков по всей пещере полезли подобные существа. Внешне они были похожи на людей… точнее только общей формой. Две ноги, две руки, туловище, голова. Но это были не люди. Очень тонкие фигуры, при обычном человеческом росте. Тонкие руки и ноги, довольно узкая грудная клетка. И на всём этом худом теле, немного великоватой смотрелась голова. Она казалась непропорционально большой. Череп был похож на металлический, а вот лицо было вполне себе человеческим, правда, каким-то упрощённым. Без бровей и ресниц, да и все остальные черты выглядели какими-то сглаженными. Мертвенно бледные губы, вытянутые в тонкую нить.

Но самое главное глаза. Они были белыми. На них отсутствовали зрачки, или были такого цвета, что просто сливались с глазным яблоком.

И эти Рогумки, как их назвал Руди, очень быстро двигались. Правда, не сразу. Видимо в ящиках они находились в состоянии либо сна, либо анабиоза, и когда вылезали, им требовалось некоторое время чтобы «размяться» и начать быстро двигаться. Сначала они были как будто сонными. Но это время, исчислялась секундами. Вот Рогумка вылезла, вот как слепая ткнулась в соседний контейнер, вот присела, и начала вставать уже значительно быстрее… потом резкий поворот в одну сторону, потом в другую, потом пригнулась и побежала куда-то с одной ей ведомой целью.

Надо сказать, что они не бросались сразу атаковать незваных гостей, а обкладывали их постепенно со всех сторон. И главной их задачей было отрезать незнакомцев от выхода. Но там был Руди, который прекрасно это видел и препятствовал уже «включившимся» Рогумкам в этих их планах.

События развивались очень стремительно. Всё это произошло за считанные секунды, пока они бежали к выходу.

Спасибо Руди, они успели добежать, пока он не давал этим существам отрезать путь к отступлению.

— Уходим! — крикнула Лиана, пробегая мимо Руди.

— Я остаюсь, — быстро ответил ей Руди, — иначе они будут нас преследовать. А драться с ними могу только я. У вас нет шансов, они слишком быстрые.

— Ну уж нет! — Лиана тут же вернулась, — один ты тут не справишься.

— Не важно, один или не один, вы тут вообще не котируетесь. Я знаю что это за противник, а вы нет! — сказал Руди.

— Мы не уйдём! — резко сказала Лиана.

— Чёрт с тобой! — огрызнулся Руди, — ладно, примем бой в тоннеле, может быть и получиться отбиться в узком пространстве. Заходите, я прикрою и иду следом. Заводите пауков!

Но это можно уже было и не говорить, потому что последний паук проходил через ворота.

Руди точными выстрелами выбивал тех Рогумок, которые оказывались ближе всего, чем сдерживал их натиск. Они видимо не были готовы к схватке и пока только собирались в кучу и перегруппировывались. Когда они решат напасть, их натиск будет не сдержать. Сейчас они даже толком не проявляли своих возможностей, а они у них, судя по всему, были. И одним из главных их козырей была скорость. Это можно было увидеть по отдельным рывкам и молниеносным перемещениям этих особей.

Смерть некоторых из них от выстрелов Руди, не производила на остальных никакого впечатления. Они не испытывали ни сострадания, ни страха за собственную жизнь. Они просто сжимали кольцо, готовясь к молниеносной атаке.

В руках у них поблёскивали узкие и длинные кинжалы. У каждой особи таких было два, по одному в каждой руке. Иногда они начинали взмахивать руками и тогда кинжалы мелькали как адская мясорубка. Но эти всплески были непродолжительными, как будто Рогумки разминались и проверяли работоспособность систем.

Продолжая стрелять через равные промежутки времени, Руди пятился за Лианой к воротам. Там Ваня уже почти закрыл створку, оставив только узкий проход.

Когда они были совсем рядом, Руди молниеносно повернулся, выпустил свой автомат, ладонями двух рук сильно толкнул Лиану в грудь, так что она пролетела несколько метров и упала уже внутри тоннеля. Ваню Руди ударил ногой в живот, так что тот согнулся пополам и в такой позе упал назад. А Руди схватил незакрытую створку ворот, и захлопнул её, сам при этом оставшись в пещере с Рогумками. При этом он успел крикнуть:

— Проваливайте! Не уйдёте, я сам вас убью, если выживу!

Когда створка захлопнулась, Руди рывком задвинул большой металлический засов, который к счастью оказался в рабочем состоянии. Впрочем, в этом он не сомневался. Тут всё было в рабочем состоянии, ведь здесь жили Рогумки.

— Ну что, девочки, вот мы снова и встретились! Интересно, тут есть старые знакомые? Думаю, вряд ли, не многим удавалось пережить наши прошлые встречи. Хотя, вас тогда не бывало сразу так много. Это будет славный бой, жаль что последний! — прокричал Руди.

Он тремя точными выстрелами уменьшил количество противников на три особи. Стрелял бы ещё, но патроны кончились. Были запасные магазины, в рюкзаке. Но вряд ли Рогумки будут ждать, пока он их достанет. И кто вообще носит запасные магазины в рюкзаке? Руди выругался про себя, проклиная свою беспечность.

Как будто почувствовав подходящий момент, эти худосочные бестии побежали к Руди, постепенно разгоняясь и хаотично взмахивая кинжалами в тонких руках.

Руди знал что они побегут, поэтому заранее присмотрел себе несколько возможных вариантов отступления, чтобы разорвать дистанцию, вырваться из окружения и по возможности ещё немного сократить количество нападающих.

Чтобы держать одному оборону против большого количества противников, нужно было занять господствующую высоту. То есть, забраться на какой-нибудь висящий повыше контейнер и стараться оборонять его. И делать это как можно дольше, ведь пока Рогумки заняты им, они не будут преследовать его друзей.

Руди был далёк от мысли, что сможет победить. Он их слишком хорошо знал, слишком часто с ними сражался, чтобы питать такие иллюзии. Да, он мог выстоять один против пары десятков, даже больше, если хорошо маневрировать и выбирать позицию. Но их тут были сотни, и сейчас, когда они все перейдут в боевой режим, начнётся сущий ад. Ему придётся работать на очень высоких скоростях, и как долго он выдержит такой темп до того как они его сомнут, он просчитать не мог.

Сейчас он просто нёсся, перепрыгивая с контейнера на контейнер, перебираясь с пирамиды на пирамиду, забираясь всё выше и, не хуже Рогумок, включая боевой режим. Его уже с головой захватил азарт битвы.

— Готовьтесь умирать, бездушные твари! — орал Руди, — готовьтесь умирать!

Глава 29

— Как ты? — Спас бросился к упавшей Лиане, после того как ворота захлопнулись.

— Нормально, — схватившись за его руку, Лиана быстро вскочила на ноги, — Руди был практически нежен.

— Вот ведь сволочь! — Спас сжал кулаки.

— Потому что решил умереть за нас? — удивлённо взглянула на него Лиана, — ударить меня, это был для него единственный шанс запереть за нами дверь, так что не осуждай сильно.

— Вот вроде щуплый, а удар что надо, — сказал Ваня, поднимаясь на ноги вслед за Лианой, хорошо приложил.

— Единственное что мы можем сделать, чтобы жертва Руди не была напрасной, это убраться отсюда как можно дальше, — сказала Лиана, — так что не будем рефлексировать, а бежим отсюда так быстро, насколько это возможно. Едем на пауках по очереди. Нас осталось всего пятеро, включая Деревяшку, но его можно не считать. Кто-то один бежит рядом, каждые пятнадцать минут меняемся. Вперёд! — скомандовала Лиана, и первая рванула по коридору, оставив остальным пауков.

— Может всё-таки вскрыть ворота? Или хотя бы подождать? — с сомнением сказал Ваня.

— Надо ехать, — сказала Женя, забираясь на паука, где уже сидел Деревяшка, — Лиана права, не нужно обесценивать жертву Руди, иначе получится, что он сделал это зря!

Как только она оказалась верхом, паук быстро перебирая ногами устремился за Лианой.

Ваня со Спасом переглянулись и тоже полезли на пауков.

Они долго и быстро двигались по изгибающемуся и постепенно возвышающемся тоннелю, так что теперь уже никто не сомневался, что этот коридор идёт по спирали, и они уже сделали не меньше пары витков. Всё это время ничего на пути не попадалось, кроме небольших тупиковых ответвлений, которые они каждый раз проверяли. Но деться из этой длинной кишки им пока что было некуда.

Наконец, они оказались в большой пещере. Тоннель вышел в середине стены, и они оказались на краю обрыва. На противоположной стене виднелось продолжение тоннеля. Но как преодолеть лежащую перед ними пропасть, пока что было непонятно.

Пещера была не пустой. Хотя она была и природного происхождения, но выглядела очень индустриально. Тут было много разнообразного оборудования, которое располагалось на множестве уровней, на огромных металлических платформах. Это было похоже на какой-то большой, многоэтажный сборочный цех.

Многие линии работали, автоматические манипуляторы двигались, где-то искрила сварка, где-то что-то пилилось. Было много металлического лязга и скрежета, но очень организованного и системного. Всё это многообразие звуков сливалось в определённый ритм. Ритм производства сложных механизмов.

Ваня как раз в это время был не на пауке, поэтому первым заметил панель на одной из стен пещеры. Те, кто был на пауках, находились выше, и не заметили её.

Ваня начал её тут же изучать, и поколдовав немного, нажал на необходимые, по его мнению, кнопки.

К всеобщему шуму добавился ещё один. Что-то загудело совсем рядом с ними. Лиана выглянула и посмотрела наверх. Звук шёл оттуда.

— Мост! Сверху опускается мост! — обернулась она к остальным.

— Ага! — удовлетворённо сказал Ваня, — отходя от панели управления, — все кнопки делаются для того, чтобы их нажимали. И не всегда это делают одни и те же люди. Так что, хороший тон подписывать какая кнопка за что отвечает. Тут, к счастью, они подписаны.

Широкий, длинный металлический мост опускался прямо сверху. Он состоял из множества отдельных секций, которые, по всей видимости, могли формировать мост не только через эту пещеру на противоположную сторону, а и переходы между разными зонами завода на разных уровнях. Это было понятно из того, что секции опускались не синхронно, но каждая, достигнув своего места, замирала на нём, ожидая остальных. И постепенно конструкция собиралась. Но если поднять голову наверх, можно было увидеть множество неиспользуемых в этот момент секций. Значит, можно было сделать ещё много других переходов.

— Выглядит надёжно, — сказал Спас, — несмотря на то, что он очень длинный.

— Должен выдержать, даже пауков, — согласился Ваня, — ведь тут, наверняка, что-то тяжёлое по этим мостам перевозят.

Пока они говорили, мост собрался полностью, и последняя секция заняла своё место в середине. У них не было выбора, необходимо было пройти по этому мосту, которому они подсознательно, всё равно, не доверяли. На всякий случай все спешились.

Возникла небольшая пауза, которую нарушил Ваня:

— Ладно, я первый пойду! Если уж меня выдержит, то остальных и подавно!

И не дожидаясь ответа на свои слова, он бодро загрохотал ботинками по железной конструкции. Но, сделав несколько шагов, всё же сбавил темп начал ступать более осторожно.

Дождавшись пока он перейдёт на вторую секцию, за ним двинулся Спас. Не сговариваясь они все начинали идти так, чтобы не находиться вдвоём на одной секции моста. Пауки пытались нарушить это правило, приближаясь слишком сильно, то к одному, то к другому, но люди тут же выравнивали дистанцию.

Идея не перегружать подвесные секции моста была вполне здравой, и оставалась таковой до тех пор, пока мост вдруг не вздрогнул, и все эти секции одновременно не рассоединились. А рассоединившись они поехали в разные стороны. Какие-то вверх, какие-то вниз, какие-то в сторону.

Как только это произошло, Лиана вскочила на перила, ухватившись за идущую вверх металлическую штангу, одну из тех, на которых висели пролёты моста. Буквально через несколько секунд секция, на которой находился Спас, оказалась ниже и чуть в стороне от её куска моста, но вполне в зоне досягаемости. Не теряя времени на раздумья, Лиана прыгнула.

По её расчетам она должна была приземлиться прямо в середину этого пролёта, но секции продолжали быстро двигаться и она чуть не промахнулась. Лиана налетела на перила с внешней стороны и повисла на них.

Спас мгновенно оказался рядом, и втащил её на платформу.

— Ты как? — спросил он у неё.

— Плохо! — кисло улыбнулась Лиана, — второй раз сегодня удар на грудь принимаю. Приятного мало! Хорошо хоть что не промахнулась!

— Зачем ты вообще ко мне прыгнула? Что на тебя нашло? — спросил Спас.

— А ты что, не видишь, что нас специально разделили? Мы, правда, сами этому поспособствовали, из страха перед высотой, растянувшись по мосту, — ответила Лиана, — и ты меня, конечно, прости, но прыгала я не к тебе. Я прыгала туда, куда могла допрыгнуть. Если бы здесь был один паук, то я бы всё равно прыгнула. Потому что на них висит большая часть нашего снаряжения.

— Да, умно! Всегда поражаюсь, как быстро ты оцениваешь ситуацию и принимаешь решения, — сказал Спас, — двое, это уже совсем не то, что один. Если драться с небольшими группами противника, то это может решить исход боя.

— Об этом и речь, — сказала Лиана, со стоном вставая и внимательно оглядываясь по сторонам, чтобы составить картину происходящего.

Их разбросало по всему этому странному подземному заводу, как специально, как можно дальше друг от друга. Хотя, почему как? Умысел в этом явно чувствовался, не похоже это было на случайность. Ничего случайного тут вообще быть не могло.

Секция Лианы и Спаса пристыковалась к громадной платформе, заставленной оборудованием. Если чуть-чуть присмотреться, становилось понятно, что тут расположена конвейерная линия, которая, извиваясь змейкой, заполняла всё пространство. И по этому конвейеру двигались, постепенно обретая форму, слегка похожие на пауков роботы.

Не то чтобы это были металлические пауки, но концепция была в целом та же самая. Стальной шар, правда, всего на четырёх ножках. А вот сами эти ноги были точь-в-точь похожи на паучьи. Высотой такая машина была человеку всего до пояса, но вопрос заключался в предназначении этих «игрушек».

— Надо вытащить Женю первым делом, — крикнула Лиана, перекрывая звук работы агрегатов, — Ваня сам сможет о себе позаботиться.

— Она над нами, двумя ярусами выше, — крикнул ей в ответ Спас.

— Да, я видела! — ответила Лиана.

Они бежали вдоль конвейерной линии, ища выход с этой платформы. Вскоре они его нашли, но он был перекрыт. Полтора десятка таких шариков на ножках стояли поперёк, с явным намерением их не выпустить. Рядом был продолговатый постамент, где лежало без движения ещё несколько десятков пауков. Но эти были, видимо, ещё не активированы, потому что иначе и их бы послали остановить незваных гостей. Хотя гости и сами не имели никакого желания здесь находиться. Это был не их выбор.

Шарик, стоявший первым, вдруг раскрылся сверху, оттуда выдвинулось что-то вроде пушки и раздались сухие щелчки. Лиана со Спасом ещё до щелчков успели броситься в разные стороны, но потом, тут же, удивлённо выглянули из-за своих укрытий.

— Похоже, что у него нет патронов, — сказал Спас.

— Похоже на то, — кивнула Лиана.

Все остальные шарики тоже раскрылись, но у них не было даже незаряженных пушек, только пустые консоли для их крепления. Но, судя по их виду, они сейчас тоже стреляли по людям, только происходило это исключительно в их электронных мозгах, без всяческой физической реализации. Когда Лиана со Спасом вышли из своих укрытий и направились прямиком к ним, они так и продолжали целиться в людей своими пустыми консолями.

Проходя мимо постамента с неактивными «пауками», Спас ухватил одного за ногу и широко размахнувшись, ударил по вооружённому предводителю недоделанных пауков. Тот от удара пролетел несколько метров, рухнул на бок и судорожно засучило лапами, пытаясь встать, но никак не мог, потому что две лапы от удара деформировались и теперь были не работоспособны.

Лиана последовала примеру мужа, и, орудуя пауками как палицами, они разметали всех тех, кто преграждал им дорогу.

— Это было не очень сложно, — хмыкнула Лиана.

— Потому что эти недоделанные. А что, если как раз сейчас где-то просыпаются доделанные? Если они будут вооружены, вряд ли мы с ними так просто справимся, — сказал Спас.

— Скорее всего, вообще не справимся, — согласилась Лиана.

Во время этого разговора, они бежали уже вверх по лестнице, оказавшейся сразу возле выхода с платформы. Лестница шла наверх расположенными квадратом пролётами. Когда они добежали до следующего яруса, навстречу им вышел робот антропоморфного вида, с выставленными вперёд руками.

— Людям сюда нельзя, — заговорил робот приятным, но звучащим искусственно баритоном, — здесь расположено секретное производство, любой, проникший сюда без допуска, подлежит задержанию!

— Эх, как заговорил, — усмехнулся Спас, — приятель, мы оказались тут случайно, нам нужно выбраться отсюда как можно скорее. Помоги нам это сделать, и мы исчезнем, как будто нас тут и не было.

— Это против инструкций, — проговорил робот, — я должен препроводить вас в изолятор для нарушителей. Прошу следовать за мной.

— Ну, как хочешь, — пожала плечами Лиана, — выхватила пистолет и выстрелила роботу в глаз.

Не успел робот грохнуться на пол, потому что выстрел уничтожил ему мозги, которые находились там же где и у людей, как взвыла оглушительная сирена.

— НАПАДЕНИЕ НА СОТРУДНИКА ПРЕДПРИЯТИЯ! ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! ЗАДЕЙСТВОВАН ПРОТОКОЛ БЕЗОПАСНОСТИ ПЕРВОГО УРОВНЯ! — раздалось оглушительное объявление, которое своим звуком перекрывало даже сирену.

— Эк, как они о железяках своих пекутся! — удивлённо подняла брови Лиана.

— Поздравляю, ты подняла тревогу! — почему-то радостно сказал Спас, — скоро сюда пожалует охрана!

— Да ладно тебе, — махнула рукой Лиана, — не драматизируй! Они и так знали что мы здесь. Иначе, зачем бы они раскидывали всех в разные стороны? Только не говори мне, что это случайность!

— Я и не говорю, — сказал Спас, — я и сам не верю что это совпадение!

Из-за агрегатов показалось ещё два точно таких же робота, которые шли к ним с выставленными вперед ладонями, как будто пытались успокоить.

— Оставайтесь на местах, — заговорил один из них, — скоро прибудет служба безопасности и препроводит вас в безопасное место.

Лиана вопросительно взглянула на Спаса.

— Хуже не будет, — философски заметил тот.

После чего Лиана всадила по пуле в глаз каждому из роботов. Она специально стреляла в глаза, как в наиболее уязвимое место, потому что не знала, из чего сделана у них черепная коробка. Если она из какого-нибудь хорошего сплава, то пуля вполне может и срикошетить. А тут, сразу и наверняка.

Сверху раздалось три выстрела один за другим.

— Женя! — воскликнула Лиана, и они со Спасом бросились к лестнице, которая вела дальше наверх.

Влетев на следующий ярус за считанные секунды и чудом не переломав себе ноги на лестнице, они увидели, что подоспели как раз вовремя. Женя находилась на секции моста, которая её сюда и привезла. Сзади неё был обрыв, а впереди, на платформе, собралась толпа разного рода механических существ. Были и несколько пауков, и пара антропоморфных роботов, таких же, как те, которых Лиана уложила внизу. Но были и другие. И эти не выглядели новенькими. Похоже, что на этой платформе находился ремонтный цех, который восстанавливал механизмы уже побывавшие в передрягах.

Женя держала в руках пистолет, и стреляла здесь, похоже, только она. Остальные роботы были безоружны, хотя пауки и обнажили угрожающе свои пустые консоли, как и те, внизу.

— Проследуйте в изолятор! — мягко уговаривал Женю один из роботов, — там вы будете в безопасности!

— Жень, бей в глаз! — крикнула ей Лиана, — они этого не переживут.

Женя выстрелила, но от волнения в глаз не попала и пуля, срикошетив от черепа, ушла куда-то в пространство цеха.

— Железноголовые! — констатировала Лиана.

Женя прицелилась получше, и следующая пуля попала в цель. Один из антропоморфов рухнул. Она начала целиться в следующего.

— Человек, не делай этого! За такое тебя ждёт очень суровое наказание, — заговорил робот, понявший, что именно она собирается сделать.

— Плевать! — спокойно сказала Женя и отправила в вечный сон и этого робота тоже.

Из-за того что это был ремонтный цех, тут не было такого строгого порядка как в предыдущих. Большое количество разнообразных запчастей лежало тут и там. Спас выбрал себе большую и тяжёлую железную палку, и принялся её молотить беспомощных роботов. Лиана последовала его примеру, только вот палку выбрала чуть поменьше.

Поняв откуда теперь исходит угроза, роботы даже попытались контратаковать, но безуспешно. Видимо, сказывалось отсутствие единого руководства. Да и оружия им явно не хватало. Опаснее всего себя показали железные твари похожие на сороконожек. Их оказалось не так-то и просто забить палкой. И «дикобразы», с торчащими во все стороны острыми шипами тоже были крепким орешком.

Но когда Женя по бортику выбралась с платформы, они все вместе оттеснили туда оставшихся роботов и постепенно скинули всех вниз с обрыва.

— Где остальные? — спросила Женя, когда они закончили.

— Кто где, — ответила Лиана, — думаю, что нужно искать Ваню, потому что он, скорее всего, ищет Деревяшку. Найдя одного, мы найдём обоих. Потом подумаем что делать дальше. На пауков и снаряжение, вполне возможно, придётся плюнуть.

Где Ваня они вскоре узнали совершенно точно, по летящим с одной из платформ роботам. Падали они оттуда в товарном количестве. Добраться туда возможности не было, между ними была пропасть, но можно было подойти поближе, и уже оттуда строить планы.

Когда они оказались на платформе напротив Ваниной, то увидели что он уже нашёл к этому времени Деревяшку, и они продолжали сбрасывать прущих на них из тоннеля мелких роботов непонятного назначения. Одно было во всём этом хорошо, что весь этот разнообразный металлический хлам не был вооружён, хотя конструкция у многих это и предусматривала.

На этой платформе они застали только одного антропоморфа, который, по обыкновению, выставил в их сторону ладони и принялся увещевать о том, что нужно сдаться и проследовать в изолятор. Лиана вскинула пистолет, на что этот робот среагировал несколько иначе, чем предыдущие.

— У вас оружие, оно запрещено в этой зоне! Если вы сейчас же не разоружитесь, будет вызвана группа зачистки, — сказал он и получил пулю в глаз.

— Этот по-другому говорит, оружие наше ему не нравится, — сказала Женя.

— Наверное, начальник цеха, а те просто сотрудники, — пожала плечами Лиана.

Но этот начальник, судя по всему, перед смертью, успел передать какую-то информацию куда надо. Потому что характер сирены сменился. Теперь она стала выть на несколько тонов выше, и текст звучал так:

— ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ОБНАРУЖЕНО ПРОНИКНОВЕНИЕ ВООРУЖЁННОЙ ГРУППЫ! ПРИСТУПИТЬ К ЛИКВИДАЦИИ!

И сразу же после того как начал звучать этот новый текст, на периферии цеха, в дальних его уголках, возникло движение. Вскоре они разглядели, что по стенам, платформам, тросам, трубам, в общем, по всему, по чему только можно, прыгают какие-то существа. Когда они начали приближаться, то стало видно, что и это тоже роботы. Только очень ловкие и цепкие, которые хорошо прыгали и ловко цеплялись к любой поверхности. Чем-то отдалённо они напоминали обезьян, но только очень отдалённо.

И эти «прыгуны» пёрли со всех сторон.

— Похоже, теперь у нас настоящие проблемы! — проорал Ваня со своей платформы.

— Скажи, когда проблем у нас не было? — крикнула ему в ответ Лиана, — мы ещё живы, и это сейчас главное!

Глава 30

Руди удалось забраться на самый верх, оттуда он видел, что Рогумки как тараканы сбегаются со всех сторон и их количество вокруг него стремительно увеличивается. Оказавшись на крыше контейнера под самым потолком, он вывалил там содержимое рюкзака и, быстро найдя обоймы, распихал их по карманам.

Дела он это быстро, но самые близкие преследователи успели за это время заскочить к нему на контейнер, и пришлось потратить лишние патроны, стреляя очередями.

Волну атаки удалось сбить, но выиграл он на этом всего несколько секунд. Прикинув общее положение вещей, Руди решил что лучше места не найдёт, и именно этот металлический пятачок четыре на четыре метра станет полем его последней битвы. Вырваться из этой массы атакующих, шансов не было. Даже если он ещё несколько раз сменит позицию, перепрыгнув куда-нибудь, сильно это ни на что не повлияет. Он, конечно, постарается использовать каждый, даже самый маленький шанс, но всё это выиграет его друзьям в лучшем случае минуты.

Но, скорее всего, он до конца останется здесь, на этом самом месте.

Рогумки уже заняли все соседние поверхности, но ждали, пока остальные особи подберутся поближе. Они готовили стремительный натиск. Такой у них был инстинкт нападения. Когда решат что собралось достаточно, то полезут все разом. Только небольшая часть продолжала атаковать, не давая жертве расслабиться и перевести дух. Но с этими Руди справлялся легко, ожидая последней волны. Если получится её сбить, то они слегка отступят на перегруппировку, чтобы собраться перед новым броском. Только на это сейчас можно было рассчитывать.

Руди был крайне собран и сосредоточен. Его мозг работал на высокой скорости, воспринимая и анализируя значительно больше информации в секунду, чем способен обычный человек. И поэтому он сразу, ещё до того как увидел, понял что в этот сценарий вмешивается кто-то ещё.

В первую секунду было непонятно к добру это или к худу… хотя он тут же решил что к добру, потому что хуже быть уже не может, следовательно, любое изменение ситуации можно расценивать как благо и новый шанс.

Вскоре из-за контейнеров показались несущиеся довольно быстро багги. Те самые, которые он так и не смог догнать. Только вот управляли ими уже совершенно другие люди. Руди мгновенно узнал Игоря и Резвую, несмотря на то, что у Игоря была перебинтована голова.

— Ааааа, — в отчаянии заорал Руди, понимая, что они обречены на гибель, как и он сам, и он вообще не в состоянии никак им помочь, — аааааааааааа! — продолжал орать Руди, но вдруг осёкся.

Внезапно пазл в его голове сложился. Идея была мимолётной и вполне возможно ошибочной, но она давала хоть какой-то, пусть и самый минимальный шанс всем выжить. В противном случае, надеяться вообще не на что. Противник слишком силён.

Вновь издав душераздирающий крик, Руди побежал и, запрыгнув на голову появившейся над краем контейнера очередной Рогумки, оттолкнулся от неё и полетел, размахивая руками к одному из дальних контейнеров, находящемуся намного ниже. Зато так он мог преодолеть гораздо большее расстояние, и там почти не было Рогумок. Всего две особи на крыше этого контейнера можно было в расчёт не брать.

Игорь и Резвая тоже увидели отчаянный полёт Руди и орды странных существ, лезущих отовсюду наверх, туда, где только что была позиция их друга. Стало понятно, что они ворвались в самую гущу боя и ничего не остаётся, как вступить в него.

И у Игоря и у Резвой одновременно возникла одна и та же мысль: они видели только Руди и очень много нападающих на него существ! Руди был самый живучий из всех, и из этого можно было сделать неутешительный вывод, что все остальные уже погибли, и они подоспели к финалу схватки.

Но анализировать это времени не было, и Игорь с Резвой сразу вступили в бой.

Увидев группу этих странных существ перед собой, Игорь привстал в седле, и, стреляя, направил багги прямо на них. Кто-то успел отпрыгнуть, часть удалось переехать, часть застрелить.

Резвая тоже решила использовать багги как оружие, тем более, что учитывая количество врагов, никаких патронов им всё равно не хватит. Она протаранила другую группу, и, в последний момент выпрыгнув из багги, молниеносно вскарабкалась на один ближайших контейнеров, откуда уже через секунду запустила камень из пращи.

Камень попал прямо в лицо одной из этих худосочных тварей и слегка утонул в нём. Это было хорошо, значит, эти существа вполне себе смертные и убивать их можно даже так. Проблема в том, что их слишком много… а камней слишком мало!

Рогумки тоже видели полёт Руди и готовились принять его на кинжалы, но опытный боец не дал им такой возможности, расстреляв ещё находясь в воздухе. Приземлился он уже на трупы, которые немного смягчили его падение. Хотя одна нога всё равно отозвалась резкой болью. Но Руди отодвинул эту боль в дальний угол сознания. Организм пока что продолжал функционировать, а остальное мелочи, которыми можно будет заняться позже.

Не успел Руди приземлиться на крышу контейнера, как масса Рогумог, которая до этого лезла вверх, сменила своё направление движение и стала стремительно стекать вниз. Множество особей сейчас походили на большую волну, которая готова была накрыть своих врагов с головой.

Руди не стал задерживаться на этом контейнере и сразу прыгнул дальше. Толчок вышел слабее чем он ожидала, видимо боль в ноге была не просто так и на её функциональности всё же отразилась. Он не долетел до нужного контейнера, а провалившись ниже, упал на крышу другого. Высота оказалась приличной, и боль в ноге вспыхнула с новой силой. Руди опять отодвинул её в дальний угол сознания, но, тем не менее, эту ногу решил беречь, иначе он просто не доберётся до нужного места. А до Игоря и Резвой ему нужно было сделать ещё пару прыжков как минимум.

Двумя первыми прыжками, он сумел оторваться от основной массы Рогумок, но это был выигрыш всего лишь нескольких десятков секунд, даже не минуты. Так что, нужно было распорядиться этим временем грамотно, не растрачивая его впустую.

Руди снова прыгнул, в этот раз выбрав цель поближе, и толкался здоровой ногой. Приземлиться он тоже постарался на здоровую. Это сработало, и больная нога почти о себе не напомнила. Руди прыгнул ещё раз, и в результате оказался уже совсем близко от Игоря и Резвой.

Они пока ещё держались, хотя и с трудом. У Резвой быстро закончились камни, и она перешла на стрельбу из автомата. Но и там патроны были уже на исходе.

Игорь расходовал боезапас более экономно, потому что был гораздо более опытным в этом деле. Но и ему долго продержаться вряд ли бы получилось. Рогумки, обнаружив ещё одну цель, стали скапливаться и здесь тоже. Так что жить ребятам оставалось если и больше минуты, то ненамного.

Но Руди спешил не к ним, ему был срочно нужен багги. Любой из двух, на которых приехали его друзья.

Резвая держала позицию на контейнере, Игорь стоял спиной возле стены ещё одного, рядом с багги. Его теснили и ситуация у него была самая сложная из всех.

Руди разбежался, прыгнул и, уже наплевав на ноги, отправился в последний полёт. В этот раз он всё рассчитал верно, и врезался в стену контейнера прямо над стоящим внизу багги Игоря. Погасить энергию удара почти не удалось, и всё тело вспыхнуло болью. Тут без серьёзных травм точно не обошлось, но времени думать об этом не было. Были дела поважнее.

Руди рухнул вниз, прямо на багги.

— Прикрывайте меня даже ценой собственной жизни, не дайте им до меня добраться! — проорал Руди и практически нырнул головой в грузовой отсек.

Его заявление озадачило и Игоря и Резвую. Они-то думали, что Руди спешит им на помощь, а он вообще, оказавшись за спиной Игоря, вышел из боя. Поскольку выбора всё равно никакого не было, они сосредоточились на том, чтобы не дать Рогумкам подобраться к багги.

Сунувшись в грузовой отсек, Руди мгновенно оценил то, что увидел. Да, конструктивно эта аппаратура слегка отличалась от той, что он видел раньше, но принцип был тот же самый.

Вот чёрная продолговатая ручка, если дёрнуть за неё, выдвинется пульт. Руди сделал это и перед ним оказался прямоугольник тридцать на сорок сантиметров с множеством кнопок, рычажков, ползунков и тумблеров. Сходу в этом разобраться было невозможно, но ему это было и не нужно. Зелёная кнопка включения была в верхнем левом углу, и он ткнул в неё первым делом. Пульт ожил множеством огоньков. Большой красный тумблер был под прозрачным колпачком, Руди откинул его в сторону.

В этот момент правое плечо пронзила острая боль. Одна из Рогумок сумела удачно прыгнуть, добралась до него и вонзила свой кинжал. Тут же раздался надсадный крик Игоря, который стаскивал Рогумку с Руди.

Кинжал вышел из раны, и он перестал ощущать вес висящей на нём Рогумки. Похоже, Игорь перешёл в рукопашную, и счёт времени его жизни пошёл на секунды.

Руди щёлкнул красным тумблером. Раздался какой-то неприятный звук, идущий из динамиков. Руди положил палец на ползунок громкости, и в этот момент его по голове что-то ударило. Теряя сознание, он рывком двинул ползунок вперёд.

Мир вокруг как будто взорвался. Но услышали это только Игорь и Резвая.

Игоря спасло то, что сдёрнув с Руди Рогумку, он упал, и она оказалась сверху. Так что её сородичи, исполосовали своими кинжалами её, пытаясь добраться до лежащей внизу цели.

Резвая тоже была на грани. У неё закончились патроны и худосочные твари начали одна за другой запрыгивать на её контейнер. Защищаться ей было больше нечем, кроме ножа, и, держа его в руках, она разбежалась и прыгнула вниз, в сторону багги, Игоря и Руди.

В полёте она врезалась в одну их Рогумок, тоже находящихся в прыжке, умудрившись вогнать нож ей в череп, и они вдвоём рухнули на Руди, приложив его головой об одну из ограничительных труб грузового отсека багги. И именно в этот момент мир взорвался и всё закончилось.

Рогумки начали сыпаться отовсюду, как переспевшие плоды с дерева, на которое налетел резкий порыв ветра. Рты у них были открыты в беззвучном крике, глаза выпучены, и все они без исключения были мертвы.

Когда трупопад закончился, повисла мёртвая тишина, которая через некоторое время была нарушена стоном Игоря из-под груды тел Рогумок.

— Есть кто живой? — прокряхтел он оттуда.

— Кажется, — с трудом ответила Резвая, которая после падения провалилась в щель между багги и стеной контейнера вниз головой и теперь пыталась оттуда выбраться, но это у неё пока не очень получалось.

— Помоги выбраться, — прохрипел Игорь.

— Лучше ты мне! — в тон ему ответила Резвая.

Игорь невнятно выругался и гора трупов зашевелилась.

— Что с Руди? Почему он молчит? — проговорил Игорь, постепенно выползая из под трупов, — чёрт, порезался! — воскликнул он, насадившись рукой на один из кинжалов Рогумок.

— Сочувствую! — язвительно сказала Резвая, — я, похоже, шею себе вывихнула, но порез это, конечно, серьёзно!

— Нам всем досталось, — сказал Игорь, который выбрался уже по пояс, и ему оставалось сделать последнее усилие, чтобы оказаться на свободе.

Резвая, поняв что ногами вверх вылезти не сможет, сменила тактику, смогла немного изменить положение и умудрилась развернуться горизонтально в этой щели. Ещё чуть-чуть и можно будет перевернуться головой вверх. Так выбираться будет гораздо проще.

Голова Резвой появилась над багги одновременно с тем, как Игорь поднялся на ноги.

— Чёрт! Руди! — воскликнул Игорь и бросился к нему.

Он схватил его за плечо и приподнял над пультом, после чего в одно мгновенье рука Руди оказалась на его горле и пальцы сжали его стальной хваткой. Игорь захрипел, но хватка тут же ослабла.

— А, это ты? — Руди совсем отпустил Игоря и, развернувшись, выбрался из грузового отсека и плюхнулся на сиденье, после чего осторожно ощупал свою голову, — не понял что случилось, — озадаченно сказал он.

— Тебя ударило Резвой по голове, — выдавила из себя Резвая, вылезая из щели между стеной и багги, и тут же усаживаясь к Руди на колени, — не знаю что ты сделал, но это что-то спасло нам жизнь, спасибо! — и она чмокнула его в щёку, после чего полезла дальше, чтобы выбраться из машины.

— Это не я, это вы спасли мне жизнь, приехав сюда на этих штуках, — сказал Руди, задумчиво продолжая себя ощупывать, потому что болело много где, и он хотел установить степень повреждений своего организма, — если бы не приехали, то вот сейчас, в этот самый момент, не было бы уже на свете никакого Руди. Я проигрывал этот бой. Так что, в расчёте!

— Где остальные? — встревожено, спросил Игорь, — почему больше никого не видно?

— Не волнуйся, — слегка кисло улыбнулся Руди, потому что как раз в этот момент надавил на свою ногу в районе голеностопного сустава, и она отозвалась резкой болью, — я выставил их за дверь и остался с этими милыми дамами тет-а-тет.

— И они ушли? — с сомнением спросил Игорь.

— Очень на это надеюсь, — сказал Руди, — если нет, то это непростительная глупость.

— Сомневаюсь, — сказал Игорь, — они должны были попытаться помочь.

— Ну, вам-то мы не попытались помочь, — сказал Руди, — просто оставили позади.

— Это другое, — упрямо помотал головой Игорь, — я ушёл искать Резвую, мы просто отстали и должны были вас догнать. А ты утверждаешь, что они бросили тебя в опасности!

— Мне пришлось ударить кое-кого для убедительности, — сказал Руди.

— Кого? — заинтересовалась Резвая, вертя в руках подобранный кинжал одной из Рогумок.

— Лиану и Ваню, — сказал Руди, и шумно выдохнул, — понимаю, что нужно двигаться дальше, но пара часов на восстановление не помешает. Меня сильно помяло. Я, конечно, могу двигаться на морально-волевых, но боец буду никудышный!

— А что ты всё таки сделал? — спросила Резвая, — как ты убил всех этих шустрых тварей и главное, как ты понял, что именно надо сделать, а? Ведь ты использовал аппаратуру установленную на багги. Мы, если бы знали что так возможно, сразу бы это сделали. Но мы не знали! А ты откуда мог знать?

— Рогумки, это мои старые знакомые, — сказал Руди, — и когда вы приехали, я вдруг понял, откуда тут взялись эти багги со звуковой аппаратурой и для чего они нужны. Могу рассказать, если вам интересно, но, честно говоря, немного лень!

— Рогумки? — переспросил Игорь, — так называются эти существа? Кто это, вообще, такие?

— Рогумки, это сокращение от «роботизированные гуманоиды», — сказал Руди, — в теории, они бывают обоих полов, но я ни разу не видел мужских особей, поэтому мы всегда именовали их в женском роде. А так, их называют Рогумы.

— Кто называет? — спросила Резвая, пытаясь снять с одной из Рогумок пояс с ножнами для кинжалов.

— Те, кто их создал, — сказал Руди, — правда, там от человека очень мало что осталось, слишком сильно всё «перепаяли» и модифицировали. Видали, у них даже кровь синяя… ну не кровь, а жидкость, которая её заменяет.

— Так что там со звуковой аппаратурой? — спросил Игорь, — что произошло?

— Эти твари очень восприимчивы к звуку, — сказал Игорь, — на обычные команды они тоже могут реагировать, но плохо. Поэтому управляют ими при помощи звуковых сигналов и шумов. Своего рода дрессировка. Мы на Рогумках тренировались драться в рукопашном бою с применением холодного оружия. Но это уже на продвинутом уровне, для специалистов высокого ранга.

— А ты, значит, высокого, да? — спросила Резвая, вешая снятый с Рогумки пояс с ножнами себе на пояс.

— Максимального! — спокойно и без всякого пафоса ответил Руди, — я один из лучших, если не лучший в своём деле.

— Ну и? — спросил Игорь, — дрессируют их звуками, что дальше?

— Когда нас тут стращали звуками приближающихся людей, после того как обман вскрылся, я ещё подумал: зачем тут установленная на багги звуковая аппаратура? И когда вы сюда влетели, то до меня дошло, что её тут держат для управления Рогумками, а для нас использовали, потому что она просто под руку подвернулась, чтобы ускорить наше продвижение в ловушку… ну вот сюда, в их казарму, откуда мы при всех раскладах живыми выбраться были не должны, — сказал Руди.

— Но у них что-то пошло не так, — усмехнулась Резвая.

— То, что мы разделились, — сказал Руди, — и то, что вы пригнали сюда багги, а так же то, что я оказался знаком с этим явлением и знал что нужно сделать… ну как знал, предполагал.

— То есть, ты, когда просил тебя прикрыть, не был уверен что всё получится? — спросил Игорь.

— Конечно, нет! — сказал Руди, — но это был единственный шанс. При любом другом течении событий мы бы погибли. Дело в том, что Рогумки могут выйти из-под контроля. Или войти в раж и слишком рьяно атаковать бойцов на тренировке… потому что для нас это была тренировка, а для них битва насмерть. В общем, существовал резервный способ их остановки, когда все другие перестают действовать. Определённый акустический удар, который «плавит» им мозги… ну не правит, конечно. Но они этот удар не переживают. А люди переживают, просто испытывают при этом острый дискомфорт. При мне это использовали всего пару раз. А сам я так и вообще никогда. Этим занимались обычно операторы, а я боец. Но пульты вроде этого я раньше видел, и красную кнопку тоже. Так что, всё сложилось очень хорошо!

— Но не для них, — Игорь обвёл взглядом окружающее пространство, заваленное кучами трупов.

— Если их использовали для тренировки там где ты учился, — сказала Резвая, наигравшись с кинжалами и отправляя их в ножны, — то, как и почему они оказались здесь?

— А вот это очень интересный вопрос, — задумчиво сказал Руди, — очень!

Глава 31

Руди всё же уговорил Резвую и Игоря отдохнуть и восстановиться после боя. Они рвались догонять своих, но он настоял… сделал это, просто отказавшись идти дальше, пока слегка не придёт в себя. Они были вынуждены подчиниться, впрочем, отдых им и самим был необходим.

Пока отдыхали, Руди рассказал, почему они оказались в такой сложной ситуации:

— Мы когда сюда зашли, я эти контейнеры с дырками почти узнал. Проблема в том, что почти. Иначе бы я сразу понял, что сюда соваться не следует. Или, если уж и соваться, то идти нужно было на мягких лапках, соблюдая полную тишину. Просто, я никогда не был в казарме у Рогумок, и живьём никогда эти их жилища не видел. Но видел на картинке как-то раз. Поэтому обстановка показалась мне знакомой, но я никак не мог вспомнить, где я такое видел. А когда полезли Рогумки вспомнил, но было уже поздно. С другой стороны, может быть всё и к лучшему вышло, — неожиданно закончил Руди.

— Как это? — удивилась Резвая, которая попробовала метать кинжалы Рогумок, и оказалось, что они очень хорошо сбалансированы и отлично летают. Теперь она брала несколько штук, отходила на некоторое расстояние и метала их в труп Рогумки, усаженный специально для этого возле стены контейнера. Причём, с каждым новым заходом она отходила всё дальше и дальше. Игорь и Руди наблюдали за ней, продолжая разговаривать.

— А так, что если бы мы прошли тут незамеченными, то вы бы вкрячились по полной программе. Всё веселье досталось бы вам, но на этом ваша бурная жизнь бы и закончилась.

— Да, об этом я как-то не подумала! — сказала Резвая, продолжая метать ножи.

— Странно, что про этих Рогумок я никогда раньше не слышал, — сказал Игорь, — в армии про них не говорили.

— Конечно, не слышал, — усмехнулся Игорь, — это же не законно! Все эти игры с геномом, с клонированием, запрещены! Но кому и когда это мешало, да? Чего только не происходит в секретных лабораториях на малоосвоенных планетах. Эти Рогумки, ещё относительно массовый продукт. Им нашлось какое-никакое применение.

— Для тренировок? — удивился Игорь, — стоит ли нарушать закон и тратить столько ресурсов, чтобы сделать тренажёр?

— Да нет, это побочка, — сказал Руди, — это только один из вариантов использования, но важный. Ты зря его недооцениваешь. Как ещё подготовить элитных, хорошо натренированных бойцов? Эти Рогумки очень быстрые и в рукопашном бою молотят своими кинжалами как вентилятор. Когда бойца выпускают первый раз против них, то кинжалы выдают им только резиновые. Потом деревянные или пластиковые, и только потом железные… но тупые. Реальные бои уже только на продвинутом уровне. Но после постоянных схваток с ними, любой вооружённый человек кажется медленным и вялым противником. Так что, в моих навыках есть и их немалый вклад.

— А какое ещё у них есть применение? — спросил Игорь, — где их ещё используют?

— На охране объектов, где нельзя использовать любое оружие, начиная с огнестрельного. Вот там они на своём месте. Не имеющему специальной подготовки, вроде моей, пройти мимо них практически невозможно, — сказал Руди.

— Но если они не будут стрелять, а по ним будут, что тогда? — спросил Игорь.

— Тогда есть большая вероятность повредить этот самый объект, вследствие чего он потеряет свою ценность. Но такой шанс есть, не без этого. Однако, они всё равно с этой работой справляются очень хорошо. Я что-то слышал, что стрелять их тоже пытались научить, но не очень вышло. То есть, научить можно, но они делают это на таком уровне, что не имеют совершенно никакого преимущества перед обычным человеком, так в чём смысл? — сказал Руди, — так что два применения, которые я знаю, охрана и тренировки.

Резвая к этому моменту уже очень прилично нарастила дистанцию для бросков, и пока ещё ни разу не промахнулась. Игорь и Руди некоторое время наблюдали молча.

— Это же она тебе по голове зарядила камнем? — вдруг спросил Руди.

— Да, — спокойно ответил Игорь, который и не собирался этого скрывать, — дружественный огонь. Что-что, а метает она отменно!

— Как выяснилось и ножи тоже! — с лёгким удивлением сказал Руди, продолжая наблюдать как Резвая метает, — где научилась? — крикнул он ей.

— Мне объясняли технологию, тот же человек, что и с пращой научил обращаться. Но у нас там с ножами проблема была. Нормальных не достанешь, тем более, если нужно несколько. Праща и в изготовлении несравненно проще, и снаряды для неё под ногами валяются. Более универсальное оружие, — ответила Резвая, — но эти ножи очень хорошие, их и уметь метать не нужно, как будто сами в цель летят!

— Так не бывает! — с улыбкой покачало головой Руди, — просто ты знакома с технологией, а меткость у тебя натренирована на праще. Нужно просто немного перестроиться на новое оружие, и всё. Если бы ты пращу не метала, то и ножи бы у тебя сами не летели, уж поверь мне!

— Может и так, — пожала плечами Резвая и пошла вытаскивать кинжалы из трупа.

Руди нагнулся, подобрал валяющийся неподалёку кинжал и между делом швырнул его туда же, куда до этого метала Резвая. Он пролетел совсем рядом с ней, и воткнулся Рогумке точно в глаз. Резвая вздрогнула и повернулась к Руди.

— Обязательно было так близко ко мне? — с укоризной спросила она.

— Это было не близко. Точнее близко, для того кто не умеет метать. А я умею! Ты была вне опасности. Кстати, ты права, очень хорошие ножи! — сказал Руди, — и я, пожалуй, последую твоему примеру и возьму себе несколько. Игорь, тебе тоже рекомендую не пренебрегать этими трофеями. Очень хорошие штуки! Серьёзно говорю!

— Хорошо, — сказал Игорь, — надо проверить багги. С ними всё должно быть в порядке, я не вижу повреждений, но мало ли?

— Обожди, — сказал Руди, — мы пока никуда не едем. А если ты начнёшь заниматься транспортом, то получится что уже собираемся. Не торопись, всё успеется.

— Ты думаешь, что сможешь за час затянуть свои раны? — с сомнением сказал Игорь.

— За два! — поправил его Руди, — и да, смогу. У меня организм работает по-другому. И регенерация, и восстановление сил происходит быстрее, чем у обычных людей. Нас тоже слегка подправляли, но так, чтобы этого было невозможно заметить ни на детекторах, ни в анализах. Ювелирненько так модифицировали. Это время мне действительно нужно. Если по мне этого не видно, поверь, я сильно пострадал и моя эффективность упала больше чем в два раза. А это может быть проблемой не только для меня, но и для вас. К тому же, на багги мы пешеходов быстро догоним.

Резвая озадачилась советом Руди набрать этих ножей побольше. Она начала снимать ножны с кинжалами с Рогумок и навешивать себе на пояс, который в итоге скоро превратился в подобие юбки. Ножны шли вокруг талии сплошным кругом.

— Тяжело таскать будет, — с сомнением сказал Игорь, когда она закончила.

— Камни тоже тяжело тащить было, но когда они закончились после нескольких бросков, я очень пожалела что поленилась взять больше. Ничего, выкинуть или отдать всегда можно. Поношу пока что.

— Одобряю, — сказал Руди и, встав, лениво отправился собирать кинжалы для себя.

Игорь некоторое время за этим наблюдал, но делать всё равно было нечего, и он решил присоединиться к Руди. Они ведь на колёсах пока что. Можно накидать оружие в грузовой отсек, ведь не на себе же, в самом деле, тащить!

Резвая прошлась туда-сюда, проверяя насколько удобно будет в такой «юбке» ходить. Игорь был прав, было тяжеловато. Но возможно удастся к этому привыкнуть. Выбрасывать кинжалы ей ни в какую не хотелось. Где она потом найдёт такие удобные и качественные, отлично подходящие для метания и в таком количестве? Что-что, а оружие ценить она умела, тем более то, к которому лежала душа. Но не только в душе было дело. Кинжалы были сделаны для Рогумок, обладавших тонкими ладошками и пальцами. Поэтому они и Резвой были как родные с её почти детской ручкой. Детской, но смертоносной.

Пока мужчины собирали трофеи, Резвая уселась на свой багги и сказала:

— Я тут прокачусь рядышком, просто осмотрюсь, никуда уезжать не буду.

— Неймётся, да? — усмехнулся Игорь, — но хорошо хоть что начала предупреждать.

— Я учла замечания, — улыбнулась Резвая, и поскольку возражений не последовало, она поехала аккуратно по дорожке, объезжая труппы Рогумок, там где это было возможно. И не потому, что ей было их жалко, просто не хотелось прыгать всё время на кочках, потому что трупов поперёк дороги валялось предостаточно.

Вскоре Резвая вернулась, и по её виду они сразу поняли, что что-то не так.

— Что случилось? — спросил Игорь, не дожидаясь пока она остановится.

— Эта дорожка упирается в тот выход из пещеры, который нам нужен? — спросила Резвая.

— Да, а что? — напрягся Руди.

— Не знаю как он выглядел раньше, но такое ощущение, что сейчас он заблокирован, — сказала Резвая.

— Это я его запер, но его так же можно и открыть, — сказал Руди, уже понимая, что Резвая имеет ввиду что-то другое. Она же не дура и догадалась бы как открыть дверь.

— Да, но там ещё перед этим выходом опустилась решётка. Толстая такая! Её вообще не пошевелить даже, я пыталась. И нет никаких кнопок, рычагов или чего-то ещё, что бы её открыть. По крайней мере я не нашла, — сказала Резвая.

— Чёрт, — Руди сплюнул на пол, — может быть при акустическом ударе и выходы блокируются, чтобы они не разбежались, если выживут?

— Тебе лучше знать, — сказал Игорь, — ты у нас специалист по Рогумкам.

— Про такое ни разу не слышал, — сказал Руди, — возможно, это особенности именно этого места. Вообще логично… если они не очень уверены что акустический удар сработает. Нужно взглянуть своими глазами.

Когда они посмотрели на эту решётку сами, ничего не изменилось. Резвая всё описала правильно. Выход их этой пещеры был заблокирован. Из-за того ли что Руди нажал красную кнопку, или по какой-то другой причине, они не знали, да теперь это было и не важно. Сейчас главное было найти выход.

— Всё идёт к тому, — сказал Игорь, — что твой процесс восстановления может затянуться.

— Ты хорошо умеешь лазать? — спросил Руди у Резвой, проигнорировав сарказм Игоря.

— Нормально, — пожала та плечами.

— Вон на том контейнере я оставил свой рюкзак со снаряжением. Хотелось бы его получить обратно. Он нам может пригодиться. Не в службу, а в дружбу, достанешь? — попросил Руди, и жалостливо сложил ладошки перед собой.

— Достану, — кивнула Резвая, — но будешь должен!

— Что именно? — с интересом спроси Руди.

— Не знаю, — пожала Резвая плечами, — но очень полезно иметь должником человека вроде тебя.

— Молодец! — уважительно покачал головой Руди, — правильно понимаешь расклады и готовишь возможности на будущее. Рад буду помочь, если это будет в моих силах. Но учти, я не любую просьбу готов выполнить. Рюкзак этого не стоит.

— Разберёмся! — весело сказала Резвая, которая считала, что заключила хорошую сделку. Она тут же пошла искать место, где лучше будет забраться наверх.

— Может быть потыкать в другие кнопки, — сказал Игорь, разглядывая пульт в грузовом отсеке багги.

— Можно, — согласился Руди, — но только когда Резвая вернётся. А то вдруг там какие-то неожиданные эффекты будут, сорвётся девка ещё… а я ей симпатизирую. Не хотелось бы чтобы погибла, тем более вот так, на ровном месте.

— Разумно! — согласился Игорь, и они уселись ждать возвращения Резвой.

Как оказалось, тот вход через который они сюда пришли, тоже заблокирован, точно так же как и выход. Это озадачило и напрягло их гораздо сильнее, чем первая блокировка. Внезапно они почувствовали, что заперты тут, с кучей трупов.

Эксперименты с пультом на багги результата не принесли. Они даже ещё раз испытали на себе акустический удар, но блокирующие вход и выход решётки даже не шелохнулись.

— Какой план, мальчики? — спросила Резвая и вопрос был без тени иронии. Ситуация складывалась серьёзная.

— План простой, — сказал Руди, — хотя то, что оба известных нам выхода заблокированы, и скорее всего в результате наших собственных действий, это вовсе не значит, что другого выхода отсюда нет. Он обязательно должен быть, просто его нужно найти.

— Несколько тревожит то, что в результате сработавшей системы безопасности он тоже может оказаться заблокирован, — вздохнул Игорь, — на не будем опускать руки раньше времени, давайте обследуем эту пещеру вдоль и поперёк.

— Разделимся, или пойдём вместе? — спросил Руди.

— Я думаю, что стоит держаться вместе, — сказал Игорь.

— Но так мы будем гораздо дольше заниматься поисками. Я предлагаю компромисс, — сказал Руди, — я иду один, а вы вдвоём. Это хоть немного уравновесит наш боевой потенциал.

— Так у тебя же только половинка от него осталась! — поддел его Игорь.

— Я это учёл в расчётах,– подмигнул ему Руди.

— Мне не нужна нянька, — сказала Резвая, — я вполне могу и одна работать! Или это Игорю нужен присмотр? — она лукаво взглянула на него.

— Иди, если тебе так хочется, — сказал Игорь, — только, если найдёшь выход, сначала нам скажи, не лезь сама его проверять, договорились?

— Слушаюсь! — бодро сказал Резвая, и не дожидаясь дальнейших разговоров, побежала между контейнерами, — я начту от того выхода и пойду налево!

— Хорошая девчонка, — кивнул Руди, — боевая! Нужно будет научить её каким-нибудь полезным вещам, а то такие боевые и гибнут, бывает, первыми.

— С дисциплиной, правда, проблемы, — сказал Игорь, — а так да, боевая!

— Плохая дисциплина это один из признаков сильной и независимой личности. Ей просто тесно в рамках, она слишком инициативная, — сказал Руди.

— То есть, если у кого-то плохая дисциплина, значит он перспективный? — удивился Игорь.

— Нет, конечно, — сказал Руди, — бывают просто идиоты неуправляемые. Тут важна совокупность факторов.

В поисках выхода повезло Игорю. Причём, нашёл он его достаточно быстро. Пойдя вдоль стены, от ворот через которые они вошли, он наткнулся на узкий и немного странный проход. Судя по его расположению, он вёл в тот тоннель, по которому они добрались до казармы Рогумок. Тоннель ведь был перекрыт, и вход в эту пещеру был на его боковой стене. Судя по всему, этот проход вёл в тоннель с другой стороны перекрытия. То есть, они как бы могли обойти эти запертые железные ворота, которые преградили им путь до посещения этой пещеры.

Игорь хотел посмотреть что за проходом, но вспомнив как они наставляли Резвую, вздохнул и три раза ударил прикладом автомата в контейнер. Это был условный сигнал, говорящий о том, что выход найден.

Через некоторое время явились Руди и Резвая. Пришли с разных сторон, но почти одновременно.

Собравшись возле прохода, они некоторое время его разглядывали. Он, действительно, был очень необычным. Узкий коридор, длинной метра три. Человек там мог пройти еле-еле. Если бы с ними был Ваня, то вполне возможно, возникли бы проблемы. Присутствующие пройти, в принципе, могли, но не решались сделать этого сразу.

Весь проход был металлическим, из какого-то странного сплава, который простоя сиял, не имея ни одного тёмного пятнышка.

— Во-первых, мы не сможем протащить в эту дыру наши багги, — сказал Руди, — а во-вторых, мы останемся без транспорта!

— Это же одно и то же! — хохотнула Резвая.

— Но это так важно, что можно посчитать и два раза, — невозмутимо сказал Руди, — мы рассчитывали на транспорт, а теперь получается, что его придётся бросить тут. Мы его даже трофеями загрузили!

— Ещё точно не известно, выход ли это, — сказал Игорь, — сначала нужно проверить.

— Так чего же мы ждём? — всплеснула руками Резвая и забежала в этот проход.

Забежала и тут же пожалела. Всё вокруг неё загудело и она почувствовала, что её тянет в разные стороны… ощущение было странным, но после секундного шока она стала к нему привыкать, и хотела уже пойти дальше, как её сзади схватили и вытащили обратно наружу.

— Обалдела что ли? — возмущённо сказал Игорь.

— А что такого? — удивилась его реакции Резвая, слегка тряся головой, чтобы прийти в себя, — мы же собирались тут пройти.

— Видно же что место это не простое, — поддержал Игоря Руди, — сначала нужно было туда что-то кинуть, например труп, и посмотреть что будет!

— Ну ладно, кидайте! — пожала плечами Резвая.

— Может уже и не нужно, — сказал Руди, — что ты там почувствовала?

— Какой-то гул и странное ощущение, как будто меня что-то куда-то тянет, — сказала Резвая.

— Гул был, мы тоже его слышали, — сказал Игорь, и у теряя юбка из ножей поднялась… похоже, что там магниты в стенах.

— Да, это объясняет ощущение, что меня куда-то тянет. Притянулись ведь не только ножи, но и другие металлические предметы. Я бы это сама поняла, если бы вы дали мне ещё хоть секунду, — сказала Резвая.

— Думаю, проход безопасен, — сказал Руди.

— Почему ты так решил? — удивился Игорь.

— Этот проход невозможно преодолеть Рогумкам. У них в организме много металла, и они очень чувствительны к звукам. Этот коридор сильно резонирует когда по нему кто-то идёт, плюс магниты добавляют эффекта. Не знаю как на них это точно действует, но наверняка они преодолеть это место не могут просто физически. Это запасной выход именно для людей! Так что, думаю, мы можем смело им воспользоваться, — сказал Руди.

— Ну, раз ты так в этом уверен, то тебе и идти первым, — улыбнулся Игорь.

— Да чего вы препираетесь? — махнула рукой Резвая, и снова шагнула в проход.

В этот раз её никто останавливать не стал.

Глава 32

Ощущения при проходе через этот коридор были не из приятных, с этим согласились все. И легко было представить, что для кого-то это могло быть непреодолимым препятствием. Руди всё сокрушался насчёт багги, на которых ему так и не довелось поездить, хотя он на это очень рассчитывал. Так что, трофейные ножи пришлось тащить на себе, из-за чего они вынуждены были бросить часть трофеев, которые успели набрать.

Дальше идти было не так однообразно как раньше. Тоннель сильно изменился, видимо запертые ворота отгораживали более важную и чувствительную зону внутренней инфраструктуры горы. Появилось много ответвлений, но они были, очевидно, второстепенными. Сначала они везде заглядывали, но потом поняли, что так они идти будут целую вечность, и практически забросили это дело. Решили придерживаться главного, магистрального ствола тоннеля. Тем более, что по ощущениям Руди, тоннель шёл как раз в ту сторону, куда ушли их друзья. Хотя, конечно, под землёй этого точно утверждать было нельзя. Оставалось надеяться на то, что раз эта территория такая обжитая, то значит, все пути-дорожки должны рано или поздно сходиться вместе.

Чем дальше они шли, тем сильнее начинал ветвиться тоннель. Однако, магистральный, главный ход выделить по-прежнему было можно. Он был заметно больше всех остальных.

— Мне кажется, что мы уже идём по какому-то лабиринту, — сказал Игорь, — слишком тут всё запутанно… и пустынно! Почему никого нет? Тебя это не напрягает? — обернулся он к Руди.

— Радуйся, пока всё тихо, — ответил тот, — мне хватило суеты у Рогумок. Для поддержания баланса, сегодня больше такой беготни быть не должно, — улыбнулся Руди.

— Интересно, кто этот баланс тебе собирается поддерживать? — скептически сказал Игорь, — обычно одна проблема совсем не снимает вероятность другой. Они могут сыпаться как из рога изобилия!

— Тем более, радуйся что пока всё тихо, — философски заметил Руди, подняв указательный палец вверх.

— Весь пол в царапинах, — сказала Резвая, которая всё время поглядывала себе под ноги, и никак не могла найти объяснение этим самым царапинам.

— Да, как будто тут постоянно бегает кто-то, с острыми металлическими ножками, да? — улыбнулся ей Руди.

— Если ты думаешь, что твой ответ меня успокоил, вынуждена тебя разочаровать, он меня до чёртиков пугает! — сказала Резвая.

— Я думал ты отчаянная девка, которая ничего не боится! — удивился Руди.

— Я может быть и отчаянная, но не тупая же! — возмутилась Резвая, — чтобы ничего не бояться, нужно быть идиотом! Страх, это же базовый инстинкт выживания! Вот паника, это плохо, это путь к гибели, а страх это наоборот, помощник, только с ним нужно правильно обращаться.

— Очень хорошо! — удовлетворённо сказал Руди, — ты мне всё больше и больше нравишься! Хочешь, я буду твоим наставником? У меня есть чему поучиться.

— А что взамен? — подозрительно сказала Резвая, — я собой не торгую, даже за очень полезные навыке.

— Тьфу на тебя! — беззлобно сказал Руди, — это меня не интересует.

— Почему это? — тут же обиделась Резвая.

— Во-первых, у меня жена беременная. А она у меня такая, что другие женщины меня не интересуют в принципе… без обид, ничего личного,

— А во-вторых? — с любопытством спросила Резвая.

— Ты слишком мала для меня, — сказал Руди, — ребёнок же еще, по сути!

На этих его словах Игорь усмехнулся, что не укрылось от внимания Руди, но тему он развивать не стал. А Резвая на этих его словах отвела взгляд и тоже ничего больше не сказала.

Вскоре они дошли до большой трещины, разделявшей скалу изнутри. Ширина её была около десяти метров, может чуть больше. Видимо, скала действительно, просто треснула, во время одного из катаклизмов. Продолжение тоннеля было на противоположной стене трещины, и туда вёл железный подвесной мост, который слегка раскачивался, но оказался достаточно крепким.

Когда они переходили по этому мосту, Резвая помахала рукой привлекая внимание ребят, и указала вниз. Они кивнули, подошли к перилам, и некоторое время смотрели на развернувшуюся перед ними картину.

Там, внизу, по дну этой трещины была сделана дорога, по которой сейчас двигался сплошной поток металлически существ, чем-то похожих на обезьян, но только отдалённо. Вдалеке, там где трещина соединялась с большой пещерой, и откуда доносился отдалённый гул множества работающих механизмов, эти самые обезьянки начинали лезть по стенам, распространяясь во все стороны, и заполняя всё пространство.

— Кажется, мы выяснили кто именно поцарапал весь пол в тех коридорах, — тихонько сказал Руди Резвой.

— Интересно, куда они все бегут? — задумчиво сказала та.

— Причём, очень целенаправленно, — сказал Игорь, — как будто их подняли по тревоге и направили решать сёрьёзную проблему…

— А проблемы такого масштаба тут создаём только мы! — закончил за него Руди.

— Значит, они бегут к нашим? Надо же им помочь! — оживилась Резвая.

— Да, скорее всего они бегут туда потому, что наши друзья там нашумели, — сказал Руди, — но бросаться сразу в бой, ничего толком не зная, мы не будем. Да и не справимся мы с таким количеством этих «существ».

— Руди прав, — поддержал его Игорь, — наших там, скорее всего, уже нет. Не будут же они стоять на месте и дожидаться, пока их накроют? Если возникла заварушка, и ты не можешь в ней победить, нужно убегать!

— Да, они наверняка уже далеко! — согласился Руди.

— Так нам-то что делать? — ещё раз спросила Резвая.

— Мы только что получили подтверждение того, что находимся на верном пути. Следовательно, продолжаем идти так же как шли. Думаю, что мы скоро найдём наших, у них не очень получается быть незаметными! — и Руди широко улыбнулся.

Они сошли с моста через трещину и снова углубились в тоннель.

Им нужно было объединиться. Пока они думали как это сделать, Ваня нашёл где-то кривую трубу, положил её на трос идущий поперёк пещеры и собрался съехать по нему.

— Думаешь, выдержит? — спросил его Спас.

— Вот и узнаем, — крикнул Ваня и хлопнул себя по шее. Деревяшка как будто этого только и ждал, быстро вскарабкался по Ване и повис у него на загривке.

Ваня оттолкнулся и, под металлический визг троса, поехал вниз.

Трос шёл не на ту платформу, где стояли Лиана Спас и Женя. Увидев, что Ваня уже поехал, они бросились туда, куда он должен был приехать. Это место находилось на один ярус ниже и чуть в стороне.

Скачущие и лезущие металлические обезьяноподобные роботы неуклонно приближались. Нужно было торопиться.

Ваня чуть не врезался в металлическую стену, в которую уходил трос, но чудом успел спрыгнуть. Деревяшка не удержался у него на шее и грохнулся на платформу рядом с ним, с недовольным криком.

Вскочив, Ваня огляделся. Тут было спокойно и пусто, но его взгляд зацепился взглядом за одну из платформ ниже и дальше в стороне, которую до этого ему видно не было. Там стоял один из их пауков, в окружении толпы разномастных роботов. Ситуация была непонятной, все стояли неподвижно и ничего не происходило. Оценив свои силы, Ваня решил, что сможет справиться с этой толпой при наличии хорошей увесистой железной балки, которой можно было бы их разметать. Он подкинул в руке кривую трубу, на которой они съезжали по тросу. Да, она была маловата для этого, но на первое время сойдёт, пока не подвернётся что-нибудь получше.

Не то чтобы Ваню заботила судьба паука, его бы он бросил без зазрения совести, эти большие и опасные существа всегда вызывали у него определённые опасения. Но вот то, что висело на пауке сверху, было им сейчас жизненно необходимо. Тем более, два других паука находились сейчас вообще неизвестно где и их они сейчас точно ни искать, ни вытаскивать не будут, получалось, что они утратили большую часть своих запасов. Нужно было постараться вернуть хоть что-нибудь.

На этом пауке висел в том числе и Ванин большой рюкзак, в котором он нёс «Леприкона».

Видя, что его друзья мелькают на лестницах и переходах спеша к нему, Ваня всё же не стал их дожидаться, чтобы не терять время, которого у них и так не было. Он закинул Деревяшку снова себе на загривок, перемахнул через перила и приземлился на соседнюю платформу, которая находилась совсем близко. Дальше так прыгать было невозможно, нужно было работать ногами, и Ваня бросился к лестнице.

Лиана, Спас и Женя периодически видели платформу, на которую приехал Ваня. Каково же было их удивление, что после прохода очередного витка по лестнице, когда платформа вновь попала в поле зрения, там никого не оказалось!

— Вон он! — крикнула Женя, указывая пальцем, но остальные и так это увидели. Ваня куда-то очень спешил, — куда это он собрался?

— Догоним, спросим, — крикнула Лиана, не снижая скорости.

С пауком было всё в порядке, хотя это и не сразу было понятно. Он стоял совершенно неподвижно, как будто его выключили. Собравшаяся вокруг толпа роботов служила массовкой для одного анропоморфного, который неустанно продолжал убеждать паука:

— Посторонним здесь находиться запрещено! Вы подлежите задержанию! Прошу проследовать за мной в изолятор для нарушителей, — неустанно баритонил робот, — молчание вам не поможет. Если вы откажетесь подчиниться, к вам будет применена сила.

Анропоморф повторял это уже не в первый раз, и неизвестно сколько бы ещё продолжалась это «противостояние», если бы не появился Ваня. Причём, самому пауку всё это было безразлично ровно до тех пор, пока он не увидел в поле своего зрения одного из тех людей, кому он сейчас служит.

Как только паук опознал Ваню, он поднял одну из своих лап и резко выпрямил её вперёд на всю длину. Оказалось, что такой удар может доставать очень далеко.

Паук ткнул прямо в лицо анропоморфу, так что голова у того откинулась назад и повисла на спине. Видимо внутри что-то отломилось, но внешние ткани продолжали её удерживать.

«Отрыв башки» однако не заставил робота замолчать, и он всё продолжал убеждать паука проследовать в изолятор, теперь ещё добавив угроз, что за нападение тот будет наказан.

Паук тем временем, двумя передними лапами, работая ими по-очереди, разметал всю металлическую мелюзгу, которая преграждала ему путь. Он вышибал их короткими точными ударами, так, что они перелетали через борт платформы и беспомощно падали вниз.

Вскоре, на платформе никого из них не осталось. Последним в полёт отправился антропоморф. Ваня, видя такую картину, присвистнул.

— Оказывается, что эти паучки очень хороши в бою! И почему мы так мало их использовали? Интересно, где остальные два? — задумчиво сказал он.

— Стальные! — проговорил сидящий на нём Деревяшка.

— Кстати, о стальных! — спохватился Ваня и подбежал к краю платформы.

Прыгающие и лезущие по стенам «обезьяны» были уже совсем близко. Здесь они могут быть уже через минуту.

— Ваня! — заорал с одной из лестниц Спас, — туда! — начал он тыкать куда-то рукой, поняв, что Ваня его видит, — там выход!

Ваня кивнул и побежал. Времени не было совершенно, и даже думать не хотелось о том, что будет, когда эти «обезьяны» доберутся сюда в таком количестве.

Спас показывал на вход в большой тоннель, перед которым была огромная платформа, на которую из этого тоннеля выходили рельсы. Это был местный транспортный узел, где осуществлялась перевалка грузов для завода. Даже сейчас на праформе стоял низенький и очень широкий поезд с двумя грузовыми открытыми вагонами, нагруженными разнообразными поломанными и побитыми роботами, по всей видимости, привезёнными сюда для ремонта.

Когда Ваня с Деревяшкой и пауком туда добежали, Лиана со Спасом уже сидели в кабине локомотива, а Женя восседала на груде железа в одном из прицепленных вагонов.

Ваня сходу запрыгнул во второй, а паук последовал за ним настолько ловко, что в очередной раз вызвал изумление. Он просто зашёл наверх, как будто преодолел небольшую ступеньку.

Как только они загрузились, состав тронулся. Лиана со Спасом сходу разобрались с управлением, благо оно было максимально простым. Один рычаг, который отвечал за скорость, и всё! Вперёд разгоняемся, назад тормозим. Ну и ещё один рычаг экстренного торможения. Больше никаких органов управления тут не было, но даже эти два были подписаны.

То, что так внезапно нашёлся транспорт, было хорошо, плохо же было то, что он оказался катастрофически медленным. Даже на полной скорости состав полз еле-еле. В принципе, любой человек его мог бы догнать. Что уж тут говорить о шустрых прыгающих роботах. Эти, если будут их преследовать в этом тоннеле, наверняка настигнут и довольно быстро. Но обороняться в тоннеле на уезжающем от противников поезде намного удобнее, чем на заводе. Тут шансы выжить и оторваться были неплохие. Весь вопрос в упорстве преследователей.

Преследователи оказались упорными. Вскоре они показались в конце тоннеля. И если впереди бежало мало особей, это были те, кто добрался сюда первыми, то вот за ними уже следовала всё увеличивающаяся толпа.

— Жень, — сказала Лиана, перебираясь из локомотива на грузовую платформу, — кто-то должен остаться в кабине, на случай непредвиденных осложнений, и лучше, если это будешь ты!

— Почему это? — обиделась Женя.

— Потому что ты у нас самый опытный управляющий. И пусть ты управляла другой штукой, более сложной, но всё равно. У тебя это выйдет лучше чем у любого из нас, — сказала Лиана.

Женя хотела возразить, но увидев взгляд Лианы, поняла, что для споров сейчас не время и тяжело вздохнув, полезла в кабину. Увидев что смена идёт, Спас напротив, выбрался наружу.

— Придётся обороняться! — сказала Лиана, вглядываясь в тоннель, — они нас настигают!

— Отобьёмся! — спокойно сказал Спас.

— Ты в последнее время прямо излучаешь оптимизм, — с интересом взглянула на него Лиана, — как будто что-то знаешь.

— Нет, — с сожалением покачала головой Спас, — к сожалению никакой новой информации пока что нет! Ни знаков, ни сигналов которые вижу только я, ни видений. Тишина!

— Жаль, — вздохнула Лиана, и полезла на вторую платформу, где сидели Ваня, Деревяшка и Паук.

Ваня выбирал из кучи роботов тех, что лучше подходили ля броска. Больше всего на эту роль годились похожие на пауков, но их здесь было довольно мало. Впрочем, если преследователи не отстанут, в дело пойдёт вообще всё что есть.

Спас остался на другой платформе, чтобы страховать Женю, если кому-то удастся проскочить вперёд и атаковать локомотив. На последней пратформе и так было тесно, не развернуться. Больше всего места занимал паук, который встал очень устойчиво, и смотрел туда же, куда и все остальные, на приближающихся преследователей. И ни у кого не было сомнений, что он тоже будет драться.

Так и вышло! Когда первые «обезьяны» догнали состав и одна из них, подпрыгнув, уцепилась за задний борт, и над ним поднялась её железная, безэмоциональная голова, паук поднял одну из своих лап и уже знакомым Ване движением ткнул в железную черепушку.

От сильного удара, та оторвалась от туловища и улетела назад, а тельце так и осталось висеть, держась лапками за борт.

Появилась ещё одна башка, паук ткнул и в неё. Тут оторвать голову не получилось, «обезьяна» улетела назад целиком, посшибав на пути ещё множество скачущих за ними.

Паук даже не стал ставить обратно передние две лапы, а быстро молотил ими по шустрым роботам, пытающимся забраться на их грузовую платформу.

— Мы так без работы останемся! — с наигранным возмущением сказал Ваня, глядя за работой паука.

— Не останемся, — сказала Лиана, — их с каждой секундой становится всё больше и больше! Посмотри в тоннель, это же просто река! Мне даже представить страшно, что случится, если мы вдруг остановимся!

Как бы в ответ на её слова, состав вздрогнул, лязгнул, и начал постепенно замедляться.

Глава 33

— Женя, что происходит? — в окне кабины появилось встревоженное лицо Спаса.

— Я не знаю! — взволнованно ответила Женя, — это от меня не зависит, он сам! Он меня не слушается! Я ничего не делала, но загорелась вот эта красная лампочка, и он стал останавливаться. Я не знаю, как заставить его ехать.

И в самом деле, вариантов это сделать не было. Рычаг, отвечающий за скорость, двигался, но на эту самую скорость не влиял. А кроме тормоза других органов управления здесь не было.

В хвосте состава, паук работал как швейная машинка, сшибая с платформы всё прибывающих и прибывающих обезьязно-роботов. Ваня зря переживал, что он останется без дела, вскоре пришлось и ему подключиться к обороне. Он брал из кучи какого-нибудь сломанного робота и швырял со всей силы туда, где концентрация преследователей была наибольшей. Это работало, активность «обезьян» на некоторое время спадала, но потом следовала новая волна.

Лиана контролировала борта, потому что наиболее шустрые начинали обгонять состав и пытаться залезть на него сбоку.

А поезд ехал всё медленнее и медленнее.

— Чёрт, нужно использовать эту штуку! — прокричал Ваня и бросился стаскивать с паука рюкзак, в котором лежал ящик с «Леприконом», — Ли, прикрой!

— Ты можешь не влезть в костюм, давай лучше я! — Лиана уже была рядом, и одиночными точными выстрелами контролируя борт, другой рукой стала помогать Ване.

Ваня немного заколебался, но потом кивнул и согласился:

— Давай, может быть ты и права, костюм наверняка не рассчитан на мои габариты.

Они открыли ящик, и Ваня вернулся к обороне, а Лиана начала спешно облачаться в защитный комбинезон «Лепрекона», ведь работать с ним без защиты было невозможно. Жизнь оператора в этом случае будет очень недолгой.

Железные обезьяны накатывали сплошной волной, причём в буквальном смысле. Когда у них не было доступной точки опоры, они начинали прыгать по своим сородичам. Скакали, буквально, по головам.

Вдалеке, в тоннеле, среди этой массы прыгучих железяк возвышались холмы. Это были какие-то большие роботы, не исключено что боевые. Оставалось только надеяться, что они тоже не вооружены, ведь как сказал антропоморфный робот, который пытался их арестовать, оружие в этой зоне запрещено. Судя по всему, это распространялось и на охрану тоже, потому что обезьяны тоже были без видимого вооружения. Но вот острые когти на задних и передних конечностях присутствовали, и лучше было не давать им возможности добраться до тела. Ничем хорошим это, скорее всего, не кончится.

Деревяшка тоже не терялся. Взяв за ноги одного из сломанных роботов поменьше, он раскручивал его над головой и бил по оказавшейся рядом «обезьяне». Делать ему это было нелегко, потому что даже маленький робот был для него слишком тяжёлым.

Вскоре Женя и Спас поняли, почему состав замедляет ход. Да, это сработала автоматика, но сработала она не просто так, а потому что путь впереди был перегорожен. На развилке, к которой подкатывался этот коротенький состав, из земли поднялись толстые железные сваи, которые физически преграждали поезду путь. Наверняка, это была какая-то местная система безопасности, которая как раз сейчас пригодилась. Так или иначе, проехать через них они не могли, даже если бы и заставили поезд двигаться.

А он замедлялся так, что как раз должен был остановиться перед этими сваями.

Поняв, что тут они сделать ничего не могут, Спас с Женей поспешили на помощь к остальным.

Как ни сдерживали те натиск, «обезьяны» постепенно обтекали состав и начинали запрыгивать на платформы с боков. Помощь Спаса и Женя оказалась как раз кстати, они не дали зайти роботам в тыл своим товарищам. Но, несмотря на то, что запас патронов у них был, здесь их требовалось столько, что не хватило бы в любом случае. Количество врагов было несметным.

— Женя, одиночными! — прокричал Спас.

— Стараюсь! — ответила та, но не всегда одной пули хватало на одну «обезьяну», слишком уж они были шустрые. Время от времени приходилось стрелять очередями.

— Убери паука, — крикнула Лиана, защёлкивая маску.

— За мной! — крикнул Ваня и шлёпнул паука по боку.

К его удивлению, тот сразу понял что от него хотят и начала аккуратно пятиться назад, выискивая удобное место между сломанными роботами, чтобы поставить ногу. Такая осторожность была вызвана тем, что он продолжал двумя передними ногами молотить роботов, и нужно было сохранять для этого равновесие, опираясь не на все конечности.

Ваня подхватил Деревяшку, который слишком увлёкся битвой, и потащил назад, по пути ногами сбивая с борта цепляющихся к нему «обезьян». Одна из них полоснула его по бедру, и место удара обожгло резкой болью.

— Тварь! — заорал Ваня и с такой силой пнул этого робота, что тот со скоростью пушечного ядра отлетел к стене тоннеля и, врезавшись в неё, расплющился.

Штанина тут же начала напитываться кровью, но перевязывать рану было некогда.

Ваня занял свободное место возле одного из бортов и, орудуя сломанным роботом как палицей, старался не дать «обезьянам» приблизиться, на расстояние где они могли бы достать его или Деревяшку.

Всё это произошло за считанные секунды. Но в эти секунды Лиана осталась без прикрытия, а «обезьяны» напор не убавили, а наоборот увеличили.

Они в горячке боя упустили этот момент, возможно просто Лиана думала что сможет начать распыление раньше, но получилось что Паук отступил назад, Ваня отвлёкся на Деревяшку и получил рану, Спас и Женя были сзади, а Лиана осталась одна на краю платформы.

Она не успела начать, и вне всяких сомнений её бы смяло волной наступающих роботов, но в последний момент, отступавший назад паук, вдруг бросился вперёд, молотя уже не двумя лапами, а всеми, какими мог. Отбросив ближайших наступавших, он буквально перешагнул через Лиану и, оттолкнувшись от платформы, прыгнул вниз, устроив там адскую карусель.

Стремительно мелькали лапы, бьющие наваливающихся на паука волной роботов, которые от мощных ударов разлетались в разные стороны… но только не в сторону платформы. Совпадение это было, или даже умирая паук старался не причинить вреда людям, осталось неизвестным. Но Лиана подумала, что он делал это специально, до конца служа им и выполняя полученный неизвестно от кого приказ.

Паук успел смять и искорёжить многих, но его задавили массой, и вскоре на том месте где он стоял, стала возвышаться всё оседающая вниз куча, иногда вздрагивающая, как будто он из последних сил пытался ударить ещё хоть кого-нибудь…

За это время Лиана успела закончить подготовку, вскинула трубу распылителя, двухметровую палку, как будто слепленную из шариков, и нажала на кнопку. Струя зелёного дыма ударила далеко вперёд, в массу наступающих роботов.

Лиана никогда не сталкивалась с этим оружием, знала только описание его работы со слов Серафима и Игоря. Один инструктировал их ещё на Призраке, а второй делился своими впечатлениями, потому что видел работу «Леприкона» со стороны.

Там, куда попадала струя этого зелёного дыма, противники просто исчезали. Слышалось шипение и лёгкое, как будто металлическое, позвякивание, которое сопровождало процесс аннигиляции. Большинство роботов исчезали в тумане полностью, те, кому повезло не попасть в этот туман целиком, лишались частей тела, которые его коснулись. Но даже те, кто кажется только коснулся тонкой струйки, начинали спотыкаться и вести себя неадекватно. Даже небольшое повреждение нарушало работу их «нервной системы» так, что они уже не могли нормально функционировать.

— Четыре целых, семнадцать сотых секунды, — прокричал восторженно Ваня, — время жизни этого смертоносного тумана четыре целых, семнадцать сотых секунды! Я навсегда это запомню! Это чудо какое-то!

Его очень впечатлило происходящее. Да, из рассказов он знал что должно было произойти, и даже сам собирался это сделать… но раньше своим глазами он никогда этого не видел. И одно дело знать, а совсем другое наблюдать в живую завораживающую силу «Леприкона».

Лиана стояла и поливала дымом всё накатывающие волны роботов, а в голове пульсировала только одна мысль, лишь бы не закончился запас этого вещества в баллоне, ведь они живут ровно до тех пор, пока она может распылять этот зелёный дым из аннигилятора.

Дым тоже отливал металлическим блеском, слегка переливаясь в неверном свете вездесущего грибка, растущего на стенах.

У Лианы в шлеме был индикатор уровня запаса «Леприкона». Она периодически скашивала на него глаза, и смотрела как он убавляется. Благо, происходило это не очень быстро.

Редкие роботы, которым удавалось прорваться через дым, в основном умудрялись проскочить по стенам тоннеля, пока струя была направлена в другую сторону. Но с таким количеством находящиеся сзади Спас, Ваня, Женя и Деревяшка справлялись без проблем.

Постепенно струя из этой странной палки, служащей распылителем, выедала окружающее пространство, всё, до чего смогла дотянуться. Например, тоннель в этом месте стал заметно шире, потому что «Леприкон» растворил часть стен. Рельсы внизу тоже уже давно исчезли, и на их месте образовалась большая впадина. Это было очень удобно, потому что вновь прибывающие роботы вынуждены были преодолевать её, и в этой яме аннигилировать их было особенно удобно.

Тем временем большие роботы, которые едва только не упирались своей верхней частью в потолок тоннеля, неумолимо приближались. Лиана с тревогой поглядывала на индикатор запаса вещества, и уже даже думала, что возможно придётся перестать распылять этот туман, до подхода больших роботов, потому что с ними они не смогут справиться ни при каких условиях, если вещество в баллонах у неё за спиной закончится. Другого оружия против этих больших роботов у них просто нет!

Было совершенно непонятно, что происходит за этими массивными фигурами. Они заслоняли обзор, и что находится за ними, оставалось только гадать. То ли такой же несметный поток «обезьян», то ли другие большие роботы, то ли пустота, и они идут последними.

Лиана насчитала четверых великанов. Это были двуногие роботы, с большими, треугольными корпусами. Они чем-то были похожи на длинноногих птиц, только с очень толстыми ногами. Треугольные верхние части, имели обтекаемую форму и смотрели одним углом вперёд. И из них торчало четыре пары «рук», или точнее сказать манипуляторов. Оружия, к счастью, видно не было. Но и без оружия эти махины представляли собой грозную силу.

Лиана стала замечать, что большие роботы вышагивают уже достаточно свободно. Если раньше они буквально тонули в мелких и шустрых «обезьянах», то теперь те проскакивали у них между ног практически не мешая движению. Из этого можно было сделать косвенный вывод, что эти прыгуны постепенно иссякают и их количество уже пошло на спад. В общем, это было заметно и по накатывающим волнам. Они были уже не такими большими и интенсивными. Судя по всему, пик прошёл.

Но расслабляться было ещё рано и врагов было всё равно много… не говоря ещё о приближающихся громадинах.

— Как же всё-таки хорошо, что в этой зоне у них запрещено оружие! — пробормотала Лиана, — и кто интересно тот молодец, что придумал это?

Но радость её была преждевременной. Похоже, их уже давно не хотели арестовывать, этот вывод можно было сделать уже из атаки этих прыгунов, которые были явно настроены агрессивно и если бы они их не сдержали, то те постарались бы уничтожить людей. Так что и от больших роботов вряд ли можно было ожидать лояльности.

Когда тяжёлая техника оказалась достаточно близко, Лиана только успела облегчённо выдохнуть, что запаса вещества им, судя по всему, хватит на этих монстров, как случилось непредвиденное.

Первый большой робот вдруг слегка присел, подхватил своим манипулятором одного из прыгунов и швырнул в сторону людей. Снаряд в виде робота-прыгуна летел с такой скоростью, что Лиана еле-еле успела вскинуть вверх распылитель, чтобы «обезьяна» влетела в дым. Но за первой уже летела и вторая.

Лиана пальцем сдвинула рычажок, увеличивая напор дыма, который постепенно убавляла в целях экономии. Теперь уже было не до бережливости, потому что снаряды летели практически градом. Все большие роботы, у которых была свободна линия огня, со всех своих манипуляторов метали прыгунов.

Лиана водила распылителем из стороны в сторону, стараясь чтобы ни один «снаряд» не пролетел мимо, но некоторые всё равно прорывались. В основном они уходили выше, никого не задевая. Но вскоре по яростному вскрику Вани, она поняла, что в него попало.

Ваня держал наготове большого сломанного робота, чтобы отбить им «снаряд», если он вдруг полетит в него.

Но очередной прорвавшийся над дымом прыгун летел не в него, а в Женю. Отбить Ваня его не успевал, потому что взмахнуть своим оружием ему было не с руки. И тогда он прыгнул, успев подумать, что от попадания железного предмета у него шансов выжить больше, чем у хрупкой девушки. Всё получилось, и он принял робота грудью. Упав вместе с ним на кучу металлолома, он ещё и порезался об его острые когти. Яростно заорав, Ваня просто сжал робота между ладонями, смяв его в лепёшку.

Лиана не видела что произошло сзади, слышала только эти крики. Она надеялась, что все живы, но волновало её в этом момент совсем другое. Запас вещества таял, а за пеленой зелёного дыма, она совершенно не видела что происходит дальше. Эти большие роботы вообще могли остановиться, и расстреливать их издалека. Если это было так, то это только вопрос времени, когда у неё закончится вещество в аннигиляторе и прыгуны смогут прорваться вперёд. А за ними последуют и большие.

Логичнее всего было бы отступить, но Лиана знала, что не сможет заставить остальных это сделать, если не будет отступать сама. Но выбора не было и, положившись на их благоразумие, она крикнула:

— Все в кабину локомотива, быстро! Обороняйте её!

После чего спрыгнула вниз и, не переставая распылять зелёный дым, бегом бросилась в сторону больших роботов.

— Спас, что делать? — прорычал Ваня, отчасти от боли, отчасти от бессилия, потому что понимал, что Лиане они сейчас помочь ничем не могут.

Спас не смог сказать это сразу, всё внутри сопротивлялось тому, чтобы бросить Лиану без прикрытия. Но он в тоже время понимал, как и Ваня, что от них сейчас ничего не зависит. Поэтому после маленькой паузы, которая длилась меньше секунды, но ему показалось вечностью, он проорал.

— В кабину! Выполняем приказ! — и, стараясь прикрыть от летящих роботов Женю и Деревяшку, начал пятиться назад.

Когда Лиана побежала, через дымовую завесу стало прорываться гораздо больше брошенных большими роботами прыгунов. Из-за того что она бежала, было трудно поддерживать сплошную пелену дыма во всём тоннеле. Тем более, что жил он так недолго. Нужно было всё время заполнять им освободившееся пространство, но на бегу это было сделать сложно.

Лиана, из-за того что распыляла перед собой дым, ничего не видела впереди. Периодически она и сама успевала вбежать в зелёные клубы, пока они ещё не успели раствориться в воздухе. Сначала делать это было страшно, видя разрушительную силу «Леприкона», но постепенно она привыкла, видя, что костюм защищает её хорошо. И мысленно поблагодарила разработчиков, которые так хорошо позаботились об операторе и смогли защитить от его же собственного оружия.

Глазомер у Лианы был натренированный, и она понимала где могут находиться роботы, если продолжают двигаться с прежней скоростью. Но там их не оказалось. Она продолжала бежать, а их всё не было. Эти хитрые засранцы всё-таки остановились и обстреливают их с безопасного расстояния!

Так и вышло. Первый робот проступил над клубами тумана как раз там, где она в последний раз его и видела. Лиана успела увидеть сквозь клочья тающего зелёного вещества поднятую в замахе «руку», и бросок вне всяких сомнений был адресован ей, потому что робот её тоже разглядел.

Лиана резко вдавила рычажок напора и опустила струю вниз, повинуясь скорее инстинкту, чем действуя расчетливо.

Тактика сработала. Достав до ног робота, аннигилятор сделал своё дело, и робот тут же начал заваливаться. Бросить он успел, но из-за того что уже начал падать, бросок вышел не точным, брошенный им прыгун ударился о рельс перед Лианой и отскочил в сторону.

Развивая успех Лиана полоснула по оседающему корпусу струёй, но сильно задерживаться не стала, не без оснований полагая что робот уже выведен из строя и вряд ли представляет серьёзную опасность. Нужно было срочно разделаться с остальными, потому что запас вещества в аннигиляторе был на исходе.

Следующие за первым большие машины не успели среагировать на быстрого, укрытого зелёным туманом человека. Да Лиана особо и не задерживалась возле них. Дав струю по нижним конечностям, она бежала дальше, предоставив им падать. Рассеивающиеся остатки дыма завершали дело, хоть и не успевая растворить корпуса полностью, но проникая внутрь и повреждая механизмы и «нервную систему» машин так, что они становились просто грудой металлолома.

Роботов оказалось не четыре, а пять. Одного, в самом деле, было просто не видно за остальными, но Лиана успела завалить их всех, пока не кончился зелёный дым в баллонах. После падения последнего, она ещё некоторое время стояла и распыляла остатки на подбегающих прыгунов, которых были тут уже считанные единицы. И прыгуны и дым закончились практически одновременно. Последних лишь слегка лизнуло туманом, но этого хватило чтобы вывести их из строя. Когда всё закончилось, напротив Лианы остался только один робот.

Это был анропоморф. Он как ни в чём ни бывало приближался к Лиане, выставив вперёд руки, с обращёнными к ней ладонями, как будто пытался успокоить и говорил:

— Ни к чему продолжать насилие! Так вы делаете только хуже! Проследуйте за мной в изолятор. Ваше дело будет рассмотрено и вынесен приговор. Не волнуйтесь, приговор будет справедливый. Вы получите только то, что заслужили!

— Интересно, что же я такое заслужила? — усмехнулась Лиана и, направив на этого робота распылитель, нажала на кнопку.

Баллоны были уже пусты. Только короткая как плевок струйка вылетела из палки и, рассеиваясь, полетела в сторону робота. Достигло цели уже почти невидимое облачко, и слегка коснулось робота в районе коленных суставов. Этого оказалось достаточно, чтобы что-то там повредить, но не хватило, чтобы полностью вывести робота из строя. Он рухнул на колени, но и на коленях продолжил идти к Лиане, выставив вперёд руки и уговаривая её пойти в изолятор.

Он никакой опасности не представлял, поэтому Лиана тут же потеряла к нему интерес и направилась обратно, внимательно глядя по сторонам, не уцелел ли кто-нибудь. Некоторые роботы ещё были активны, но лишь частично. Даже двое из больших подавали какие-то признаки жизни, слегка двигая манипуляторами, и производя внутренними механизмами какие-то звуки. Как будто они хотели что-то сделать, но почти не имели власти над корпусом. Прыгуны тоже кое-где шевелились, но это были конвульсии повреждённых механизмов.

Антропоморф не отставал и продолжал семенить за Лианой на коленях, соблазняя её походом в изолятор. Хотелось его добить, но было нечем, да и лень возиться.

Когда она подходила к месту где они обороняли состав, на последней платформе, которая тоже была частично съедена «Леприконом», уже стояли Спас, Женя, Ваня и Деревяшка. Стояли и ждали её. Все были живы и почти здоровы. Ване досталось, но он стоял на ногах, а значит, всё было в порядке.

Лиана откинула маску на шлеме, и улыбнулась своим друзьям. Место ней и ими было выедено 'Леприконом почти в форме шара. И снизу, и сверху, и с боков стены тоннеля утратили часть себя. Из-за этого исчез и светящийся грибок, так что именно в этом месте стало заметно сумрачнее. Лиана шагнула в проеденное углубление в полу тоннеля, чтобы дойти до состава.

Анропоморф, в это время, как раз достиг края этой ямы… и неожиданно замолчал, издав какой-то хрустящий звук. Лиана резко обернулась, и увидела торчащую из виска робота рукоятку кинжала. Повернувшись в ту сторону, откуда он прилетел, в проеденной части боковой стены, она увидела дыру, с метр в диаметре. Судя по всему, она вела в соседний тоннель. И в этой дыре можно было различить три физиономии. Это были Руди, Игорь и Резвая.

— Ну как? Мы вам помогли? — серьёзно спросил Руди.

— Очень! — расплылась в улыбке Лиана, — без вас бы мы не справились!

Глава 34

Было очень жаль паука, который так самоотверженно пожертвовал собой, чтобы их спасти. Этот его поступок заставил всех проникнуться к нему особым уважением, пусть даже действовал тот не совсем по своей воле.

— Странное дело, — задумчиво сказала Лиана, — я с этими существами сталкиваюсь не в первый раз. До этого, каждый раз они очень хотели меня убить. Но, парадоксальным образом, выжила я тоже только благодаря им. И, несмотря на то, что они мне глубоко несимпатичны, именно они постоянно спасают мне жизнь… зачастую умерев при этом… странно! Я даже начинаю испытывать к ним симпатию. Хотя, при новой встрече, доверять бы, конечно, не стала.

— На этом панихиду по паукам предлагаю считать законченной! — сказал Руди и хлопнул в ладоши, — куда дальше? По вашему тоннелю или по нашему?

Игорь, Резвая и Руди только что пролезли через дыру в этот тоннель, и радостно со всеми пообнимавшись, ещё не успели сказать даже нескольких слов друг другу и поделиться новостями, а тут про пауков почему-то разговор зашёл!

— Как ты выжил? — повернувшись к нему, спросила Лиана.

— Не сердишься за то, что я тебя ударил? — хитро прищурился Руди.

— Тем самым, не дав мне умереть вместе с тобой? Вот ещё! — хмыкнула Лиана.

— И мне! — поддакнул Ваня.

— Но я не умер! — радостно провозгласил Руди, и его вскрик отразился от стен и пронёсся по тоннелю, — потому что вовремя подоспели наши друзья и мы убили всех этих тварей!

— Вы бы не смогли! — скептически сказала Лиана, — если бы это было возможно, то и мы бы справились!

— Нет, не справились бы! — улыбаясь, сказал Руди, — и поверь, я говорю тебе чистую правду, но, опустив некоторые детали. Мы расскажем всё, зачем нам скрывать нашу победу, да? — повернулся он к Игорю и Резвой, — но давайте сделаем это по пути. Не стоит здесь стоять. Если они преследовали вас до этого места, значит, знают где мы находимся. Нужно срочно сменить местоположение.

— Да, — кивнула Лиана, — я согласна с этим! Больше всех Игорю, я смотрю, досталось! — она задержала взгляд на его забинтованной голове.

— Это я его, — смущённо сказала Резвая, — нечаянно…

— Сам виноват, — не менее смущённо сказал Игорь.

— Хорошо хоть не убили друг друга, — вздохнула Лиана, — что там в вашем тоннеле? Этот мне не очень нравится. Здесь возят роботов на ремонт и обратно, значит, он может вести наружу, а нам наоборот, нужно внутрь. Предлагаю пойти по вашему.

— Согласен, — охотно кивнул Руди, — у нас там хорошо! Каменные стены и пол, светящийся грибок на верхнем своде… красота, в общем!

— Что-то ты больно весёлый, — подозрительно спросила его Лиана.

— Мы все живы и нашли друг друга! Воссоединились, можно сказать! Почему же мне не радоваться? — удивился её непониманию Руди, — всё ведь хорошо… пока что! Так что, не нужно упускать момент для радости!

— Мы потеряли всех пауков и вместе с ними часть снаряжения, — сказал Спас, — жаль!

— Мы сами себе и снаряжение и оружие, — сказал Руди, — раз решили идти по нашему тоннелю, добро пожаловать в отверстие, которую вы, я так понимаю, очень заботливо для нас проделали.

Они перебрались в другой тоннель, но Ваня со Спасом задержались и, выбрав роботов покрупнее из сваленных на платформе, забили ими дыру, постаравшись заклинить их там намертво.

— Думаете поможет? — спросил Игорь.

— Тут много всяких маленьких роботов, от них очень поможет. Они вряд ли сами смогут пробить проход. От тех кто покрупнее не поможет, но они и пролезть в дыру не смогут, — сказал Ваня.

— Но от кого это точно не защитит, так это от людей, — сказал Руди, — эти пронырливые твари пролезут везде. И расковыряют чужой заслон за считанные минуты.

— Но как раз людей мы тут уже давно не встречали, — заметил Спас, — и это даже немного странно. В этой зоне у них запрещено оружие и не видно людей. И увидев что мы тут появились, они не выясняли имеем мы право здесь находиться или нет, а сразу пытались арестовать. Следовательно, им было достаточно того, что мы люди!

— Похоже, тот кто прячется внутри горы, конченный социофоб! — радостно сказал Руди.

— Это хорошо? — удивился его радости Ваня.

— Естественно! Нет людей, нет опасных противников. С роботами проще справиться, они чаще всего туповаты, какими бы продвинутыми не были. Плохо если их очень много, как в истории с Рогумками. Но как знать, может они оберегают основные подходы и мы уже внутри периметра безопасности? Может быть, мы никого достаточно сильного больше и не встретим? — сказал Руди.

— Не очень бы на это полагалась, — скептически сказала Лиана, — не думаю что всё так просто. Хуже всего то, что мы не имеем ни малейшего понятия, что нас там ждёт.

Повисла пауза и постепенно все взгляды сошлись на Спасе.

— Я ничего не знаю! — вскинул тот руки, — как только меня озарит, сразу с вами поделюсь.

— Где твои прозрения, когда они так нужны? — осуждающе сказал Руди, — пора бы уже было научиться ими управлять и вызывать по необходимости.

— Пора бы, — согласился Спас, — и я бы с радостью это сделал, если бы знал как!

— Ты знаешь! — сказал кто-то.

Спас обвёл всех взглядом, не понимая кому принадлежит эта фраза, и только потом понял, что слова прозвучали у него в голове… или не прозвучали? У него тут же возникла мысль, что ему это просто показалось, и на самом деле ничего не произошло. Просто мелькнула мысль, что возможно он, в самом деле, знает как это сделать, просто нужно немного подумать.

Спас потряс головой, сбрасывая наваждение.

— Что такое? — спросила Лиана, которая тут же заметила что с ним что-то не так.

— Не знаю, — сказал Спас, — что-то накатило… может быть Руди и прав, давно уже нужно было разобраться с этими озарениями и взять их под контроль, хотя бы частично.

— Мы же понимаем, что это так не работает, — Лиана положила руку ему на плечо, — если бы это было так же просто, как полезть в карман и достать оттуда что-нибудь, то все бы это делали.

— Мне кажется, что мы на верном пути, — сказал вдруг Спас и посмотрел вдаль тоннеля, — думаю, что выбор идти именно здесь, верный.

— Инсайт? — заинтересованно спросил Руди.

— Не знаю, может быть просто интуиция, — сказал Спас, — и я не могу гарантировать, что я прав. Это просто моё мнение, ничем не подкреплённое в этот раз, даже светом, который вижу только я.

— Вообще ничего не светится? — с сожалением сказал Руди, и получил от Лианы осуждающий взгляд.

Скорее всего, выбор был на самом деле верным. Они не знали точку, в которой хотят оказаться, но именно этот ствол тоннеля продолжал возвышение и закручивался по спирали как и тот, по которому они шли до всех этих боевых столкновений. И было полное ощущение, что радиус этой спирали постепенно уменьшается. Вряд ли они поднялись очень высоко в теле горы, но были уже намного выше уровня земли, и ощущение что они приближаются к пункту назначения, крепло в них с каждым шагом.

Сначала появился запах! Даже не запах, а скорее лёгкий аромат. Первой на это среагировала Лиана:

— Вы ничего не чувствуете? — спросила она.

Все стали сосредоточенно принюхиваться.

— Да, — сказал Руди, — пахнет как будто… свежестью, что ли? Тут в замкнутом пространстве воздух довольно тяжёлый, и из глубины тоннеля тянет как будто чем-то свежим, да?

— Да, что-то такое есть, — согласилась Женя, — что-то едва уловимое, что трудно описать, но это что-то связано с природой и растительностью. Как будто мы приближаемся к цветущему саду.

— Да, это ты точно сформулировала, — сказала Лиана, — а я всё никак не могла подобрать нужных слов, чтобы объяснить что чувствую. Да, как будто впереди сад, и главное, очень много разных ароматов. Они ещё очень слабые, но их действительно много. Цветущий сад, самое точное определение.

Они продолжали идти вперёд, и этот запах всё больше усиливался. Однако, прошло несколько часов, а они всё ещё не дошли до источника. Но теперь эти запахи были уже очень сильными, не нужно было принюхиваться чтобы их различить. Они уже чувствовали себя в саду среди цветов, несмотря на то, что по бокам были всё те же однообразные стены со светящимся грибком.

Наконец, они пришли! Они увидели конец тоннеля заранее. Яркая точка света вдалеке. Почему-то хотелось побежать вперёд, чтобы побыстрее узнать, что же там, и откуда идут эти удивительные ароматы. Но они сдержались, хотя настроение после длительного пути у них у всех поднялось, и они теперь продолжали идти значительно более воодушевлёнными. Можно даже сказать радостными.

Они все шли и улыбались, невольно ускоряя шаг. Спас тоже шёл и улыбался. Он посмотрел на улыбающуюся Лиану, перевёл взгляд на улыбающегося Руди, потом на Ваню и вдруг крикнул:

— Стоп! — и вскинул руки вверх.

— Что случилось? — не переставая улыбаться, спросила его Лиана.

— Эйфория! — сказал Спас, — мы все пребываем в эйфории!

— А разве это плохо? — удивилась Женя.

— Плохо! — сказал Спас, — потому что причин для этого никаких нет!

— Он прав, — вдруг стала серьёзной Лиана и, подняв воротник, закрыла им лицо и начала дышать через него как через фильтр, — мы надышались какой-то дрянью!

Все последовали её примеру, хотя и не очень охотно. Не хотелось расставаться с таким приятным ощущением. Ведь сейчас им казалось, что всё идёт хорошо, что проблем никаких нет, и вот-вот всё закончится. Последнее вполне могло быть правдой, только вот конец мог оказаться не таким, кокой они ожидают.

— Я всегда в тебя верил! — Руди подмигнул Спасу, — всё-таки поймал волну, да?

— А если мы будем дышать через ткань, это поможет? — спросила Резвая.

— Не знаю, — сказала Лиана, — на меня пока что действует по-прежнему, но я усилием воли, не даю себе впасть в прежнее состояние.

— Похоже, мы все делаем то же самое, — сказал Ваня.

Да, эйфория никуда не исчезла, но начав разговаривать и обсуждать это, они смогли взять своё эмоциональное состояние под контроль и уже не плыли по течению, купаясь в волнах хорошего настроения. По крайней мере, они осознали, что это внешнее воздействие, а не их истинные эмоции.

— Самое паршивое, — сказал Руди, — что нам нужно продолжать идти вперёд. А там это воздействие может ещё больше усилиться.

Они потратили некоторое время, чтобы соорудить себе маски на лицо. У некоторых из них нашлась смена одежды и, разорвав её на лоскуты, они намотали их себе на голову, оставив только глаза.

— Ощущение, что мы идём в мир добра и радости! — хохотнул из-под повязки Руди.

— Тебя это забавляет? — спросил Игорь.

— Меня это пугает до чёртиков, — голос Руди вдруг стал максимально серьёзным, — нормально, когда ты видишь того, с кем нужно сразиться и понимаешь что он опасен. Но если тебя вынуждают радоваться, если тебе кажется что всё хорошо, то задача, скорее всего в том, чтобы ты опасность не увидел, или не воспринял всерьёз. А опасность, которую ты не видишь, увеличивается кратно по сравнению с той, которая тебе понятна. Эта эйфория очень плохой знак!

— Если что-то пугает Руди до чёртиков, то нам тут что делать? — пробасил Ваня, — ты своими словами не добавил нам оптимизма.

— Оптимизма нам сейчас добавляет этот «веселящий газ», — сказал Руди, — чтобы не поддаться его влиянию, нам наоборот, нужно срочно впадать в пессимизм, это же очевидно!

— А, ну если посмотреть с этой стороны! — немного успокоился Ваня.

— О! Листик! — сказала вдруг Резвая, показывая на слегка пожелтевший лист дерева под ногами.

— Там что, действительно сад? — удивилась Женя, — а я уже начала думать, что это иллюзия!

Чем дальше они шли, тем больше листиков попадалось им под ногами. Иногда встречались даже лепестки каких-то цветов, что подтверждало их теорию о саде. Но сам этот сад был где-то впереди, за светящейся точкой, и они всё никак не могли до него дойти.

Вскоре стали попадаться не только занесённые сюда остатки растительности, но и вполне живые экземпляры. Сначала по углам, внизу стен, появилась мелкая и худосочная трава, которая с каждым метром пути становилась всё выше, всё сочнее и разрасталась всё больше. Постепенно она стала выползать на дорогу и через некоторое время они уже шли по травяному ковру, что было довольно странно в пещере.

Вслед за травой стали появляться и более крупные растения. Небольшой кустарник, какие-то вьюны, которые ползли по стенам, но разумно держались подальше от светящегося грибка, наверное понимая своим растительным мозгом, что именно от него зависит их возможность здесь жить. Поэтому на его территорию они не претендовали, а занимали только свободное место на стенах.

Эйфория продолжала накатывать волнами, хотя то, что они закрыли себе органы дыхания, судя по всему, приносило свои плоды и снижало воздействие витающего в воздухе вещества. Однако, они всё равно держали руку на пульсе и всё время переговаривались, стараясь по примеру Руди сохранять негативность мышления, чтобы позитивные эмоции не захватили их слишком сильно.

— Ух ё! Птица! — воскликнул Ваня.

И вслед за его словами со стены сорвалась какая-то небольшая птаха, и стремительно улетела дальше по коридору.

— Даже живность тут водится? — удивилась Женя, — к чему же мы приближаемся? К выходу что ли?

— Это предположение было бы самым очевидным, если бы мы не знали где находимся. Но если вспомнить гору и ландшафт вокруг неё, то теория про выход начинает выглядеть сомнительно, — сказал Игорь.

— Да, и насекомых я уже давно заметил, — сказал Руди, — какие-то мошки летают постоянно вокруг.

— Точно! — удивилась Лиана, — я тоже их видела, но не придала значения. А ведь всё это очень странно, если вспомнить где мы!

Они продолжали идти по ставшему давно прямым тоннелю, в сторону яркого пятна света, заметно отличающегося своей интенсивностью от окружающего их освещения.

— Неужели улица? — удивилась Резвая, — не должно же ведь быть! Но откуда столько света?

— Никогда не сталкивалась с искусственным освещением? — спросил Ваня.

И тоннель перед ними был уже совсем другим. Теперь он был затянут зеленью полностью, но тут её разбавляло обильное цветение каких-то растений. И, то здесь, то там, мелькала какая-нибудь живность.

— Что же будет, когда мы дойдём до конца? — вздохнула Женя.

— Скоро узнаем! — серьёзно сказал Руди, — очень скоро узнаем! И не уверен, что нам это понравится!

Руди оставался верен себе и продолжал нагнетать.

Метров через сто, трава уже доходила им до колен, ещё через сто, почти до пояса. Идти из-за этого они стали медленнее, и не только потому, что стало тяжелее переставлять ноги. Теперь следовало проявлять большую осторожность, ведь в высокой траве может прятаться что угодно.

По мере приближения к окончанию тоннеля, они уже понимали, что это не выход наружу. Это и раньше было понятно, но теперь уже можно было различить невооружённым глазом. И свет там, хотя и был значительно ярче чем в остальных тоннелях, однако всё равно не такой как при дневном освещении. От него было совершенно другое ощущение.

Так и продолжая пробираться через траву, они достигли таки конца тоннеля и вышли на большую каменную террасу. Вид перед ними открылся потрясающий!

Во-первых свет! Как оказалось, его здесь давал всё тот же грибок, только какого-то другого вида. И здесь он светился почти белым, с лёгким жёлтым отливом, светом. И его было очень много, так что вся раскинувшаяся перед ними огромная пещера была отлично освещена.

Пещера имела плоское дно и почти правильный купол скального свода сверху. И вот под этим заросшим грибком куполом раскинулся прекрасный сад. В общем, как они и предполагали. Яркий свет, множество зелени и цветов, порхающие туда-сюда птицы… это было прекрасно и как-то… не по-настоящему.

И по всему периметру этого сада, на равном удалении друг от друга, шли каменные террасы, такие же как та, на которой они сейчас стояли. И только одна, находившаяся прямо напротив них, на противоположной стене, очень сильно отличалась от всех остальных. Она была намного больше и, как будто, более обихожена. Если эти были в диком состоянии, то там царил порядок, насколько можно было разглядеть с этой стороны.

— Красиво и странно, — проговорила Лиана, — странно и красиво!

И не успела она этого сказать, как вдруг, на некоторых из террас стало появляться какое-то свечение, и вскоре они увидели, уже знакомые им, формирующиеся диски порталов.

— Ой, не к добру всё это, — проговорил Руди, — ой не к добру!

Глава 35

Вскоре, перед ближайшим порталом, они смогли разглядеть фигуру человека, которая вышла оттуда совершенно спокойно, как будто этот человек проделывает такое регулярно. Расстояние не позволяло рассмотреть кто это, и знают ли они его вообще. Хотя, если подумать кто формирует порталы и кто перебрасывает через них людей, вряд ли это мог бы быть чужак.

Игорь достал монокуляр из кармана рюкзака и приложил его к глазу.

— Вы будете смеяться, но это Папаша! — с удивлением сказал он.

— То есть, не обязательно было делать вот это всё, что мы делали, а можно было сразу попасть сюда, не превозмогая и не рискуя погибнуть? Очень хочется ударить того, кто всё так бездарно организовал, — сказал Руди.

— Погоди, а вдруг во всём этом есть какой-то смысл? — сказал Игорь, наводя монокуляр на другие диски порталов.

Всего сформировалось три портала, из которых вышло всего несколько человек. Из первого один Папаша, а из второго и третьего, появилось по две фигуры.

— Эсмеральда и Бона появились из второго, — сказал Игорь, и перевёл монокуляр на третий портал.

— Химик пожаловал? Полезная барышня, нам она не помешает! — сказал, улыбнувшись, Руди, — ну а из третьего кто появился?

— Хм, — задумчиво сказал Игорь и слегка скосил взгляд на Лиану.

От неё это не укрылось, и она резко произнесла:

— Говори! — хотя предчувствия у неё уже были самые плохие. К тому же она это просто почувствовала, хотя и пыталась убедить себя что ошибается.

Но она не ошибалась.

— Лавр и Юна, — вздохнул Игорь, и стал ещё пристальнее вглядываться, как будто ещё не всё разглядел.

— Что там? — треснувшим голосом сказала Лиана, хотя она уже знала ответ.

— Мне кажется, что они с ребёнком, — нехотя ответил Игорь, — могу, конечно, ошибаться… но вряд ли. Да, Рам с ними.

— Как так? — опешил Спас, — им и самим-то тут делать нечего, а они ещё и ребёнка сюда притащили! Выпорю! Всех выпорю! — и он сжал кулаки.

— Погоди пороть, — постарался успокоить его Ваня, — надо спросить что случилось, вдруг у них выбора другого просто не было?

— Что значит, выбора не было? — ошарашено посмотрел на него Игорь, — они же вместе с Лирой оставались… теперь уже и я волнуюсь!

— Эй, и Маша там же! — спохватился Руди.

— Да и Зоя тоже! — вдруг дошло до Вани, — что случилось? Почему они тут и без них?

— Давайте не будем гадать, а пойдём и спросим в чём дело! — стараясь держать себя в руках, сказала Лиана.

Портал, где появились Лавр Юна и Рам, был самым дальним от них, но именно к нему всем хотелось попасть в первую очередь.

Те, кто появился из порталов, тоже видели другие порталы, понимали что они тут появились не одни, и пытались разглядеть кто вышел оттуда. Но там где стояла Лиана со своим отрядом портала не было, и взгляд ничто не привлекало.

— Мне кажется, что они нас не видят! — сказал Спас.

Лиана вложила два пальца в рот и пронзительно свистнула. Звук отразился от свода и долетел до каждого уголка этого сада. Вновь прибывшие стали крутить головами, пытаясь установить источник звука. Все начали дружно махать руками, чтобы привлечь к себе внимание, и вскоре их заметили все прибывшие.

— Нужно спуститься в сад и встретиться с ними там, — сказала Лиана.

— Спуск есть вот тут, — сказала Женя, — Резвая уже давно ушла по нему, сказав мне перед этим, что место очень похоже на засаду. Слишком уж всё хорошо и спокойно.

— Истину глаголет девочка, — усмехнулся Руди, — нет, она всё-таки молодец! Но ведь это же не повод, чтобы нам в эту самую засаду не вляпаться, верно? Если нас там ждут, давайте просто всех убьём, и делов-то!

— Кажется, этот веселящий газ на тебя всё таки подействовал, — сказал Спас, — где твой пессимизм?

— В самом деле, — серьёзно сказал Руди, — куда он делся?

— Меня волнует то, что прибывшие не знают о том, что атмосфера здесь токсичная и могут начать действовать неадекватно и нелогично под воздействием нахлынувшей эйфории! — сказала Лиана.

— Тем более нужно торопиться! — сказал Спас и первый направился к указанному Женей спуску.

Внизу сад был не менее прекрасен, чем при взгляде на него сверху. И волей-неволей, душа наполнялась ощущением счастья. Они всячески сдерживали нахлынувшие на них эмоции, а тряпки на лице если и помогали, то не абсолютно. Поэтому, настроение у всех было хорошее, не смотря ни на что. Даже на то, что их близкие могут быть в опасности, или того хуже… но о том что хуже, никому даже думать не хотелось. Нужно было найти Лавра с Юной и обо всём расспросить.

Увидев, что они все начали спускаться, люди возле порталов сделали то же самое. На каждой террасе имелся спуск вниз, так что вскоре все оказались в саду.

Сад был относительно ухожен. Да, сохранялось какое-то ощущение дикой природы, потому что весь уход был неочевидным. Высохшие и поломанные растения удалялись, потому что не встречалось ни одной сухой ветки под ногами. Только трава, цветы, и мелкие кустики. А так же растущие аккуратными группами деревья. И всё было усеяно цветами, как будто они попали в самый пик цветения растущих в этом месте растений. И цвели они все одновременно!

В центре этого сада оказалась большая и почти идеально круглая поляна, где они все и встретились. Сошлись одновременно, выйдя из-за деревьев с разных сторон. Вновь прибывшие все без исключения улыбались и выражали радость всем своим видом. Похоже, на них местный воздух уже подействовал.

Только они все вступили на мягкую невысокую траву, устилающую всю поляну, как вдруг откуда-то из леса раздался крик:

— Берегись! — и вслед за этим они увидели летящего прямо на них человека с двумя занесёнными мечами над головой.

Прыгнул он, судя по всему, с одного из деревьев на краю поляны. Но выстрелить никто не успел, потому что человек уже был мёртв. Он рухнул рядом с ними как мешок с дерьмом, потому что из его виска торчал кинжал Рогумок.

— Резвая! — расплылся в улыбке Руди, не забывая внимательно глядеть по сторонам.

Там, где до этого раздался предупреждающий крик Резвой, послышался ещё один, и теперь уже, судя по всему, у неё были неприятности. Руди мгновенно исчез с того места где находился, никто даже не увидел как.

— Все в центр поляны! — закричала Лиана, — смотрите на деревья!

Все разом побежали, но вновь прибывшие делали это, по-прежнему улыбаясь. Однако это не помешало Эсмеральде убить ещё одного прыгуна, который оказался неподалёку от них и тоже прыгнул с дерева, как и предыдущий. Но кто может быть таким же быстрым как Эсмеральда, если она даже Руди превосходит в скорости!

Лиана пока бежала, совершенно не смотрела назад, а целилась в лес за спинами Лавра и Юны

— В круг, лицом к деревьям! — скомандовала Лиана, когда все оказались в центре поляны, — Юна с ребёнком за наши спины!

— Я… — начала было Юна.

— Исполнять! — рявкнула Лиана не своим голосом.

— Что происходит? — подал голос Папаша.

— Следим за лесом! — оборвала его Лиана, — все разговоры потом! И ещё! Тут в воздухе есть что-то, что вызывает эйфорию, так что вы все под кайфом, имейте это ввиду! Если есть чем, замотайте себе лицо, хоть немного убавьте эффект!

Чувствуя тон Лианы, никто больше никаких вопросов задавать не стал, понимая, что ситуация серьёзная и сейчас лучше просто делать то, что говорят.

Руди вернулся так же быстро, как и исчез, но в этот раз его стремительную фигуру успели разглядеть. Он просто ворвался в центр круга и быстро, но бережно, положил Резвую на землю.

— Аптечку, быстро! — крикнул он.

Игорь тут же, практически одним движением, выхватил из кармана своего рюкзака свою аптечку, одну из немногих сохранившихся у них, и бросил Руди.

— Твари! — сквозь зубы процедила Резвая, — нужно вернуться за рукой!

— Жива! — облегчённо выдохнул Ваня, который стоял, как и все, к происходящему в центре круга спиной, потому что следил за лесом.

— Вернёмся, — стараясь говорить легко, и даже весело, бросил Руди, доставая жгут, — а если не найдём, то я знаю таких протезистов, которые делают руки лучше родных! У меня такие, я же тебе говорил?

— Говорил! — сказала Резвая, и по голосу было понятно, что с ней не всё в порядке.

— Ты главное не засыпай, — бормотал Руди, — всё будет хорошо! Если бы не ты, кого-то из нас уже бы наверняка не было. Они смогли застать нас врасплох. Но ты нас спасла, и теперь мы все в долгу! Ты главное не засыпай, — продолжал тараторить Руди, быстро перетягивая жгутом отрубленную кисть руки и начиная её бинтовать.

— Ничего! — вдруг значительно более свежим голосом сказала Резвая, — они только левую руку отрубили, а бросаю я в основном правой! Сейчас перевяжешь, и я ещё покажу на что способна!

— Покажешь, конечно, покажешь, — продолжал бормотать Руди, — ты всем ещё покажешь! А если согласишься учиться у меня, то тебе вообще равных не будет… ну кроме меня и Эсмеральды. Но это потому что мы слегка изменены, а ты без всяких генных модификаций будешь почти такой же. Это я тебе обещаю!

Говоря всё это Руди продолжал обрабатывать раны Резвой, и оказалось, что у неё не обошлось только одной отрубленной рукой.

— Покажу! — сказала Резвая и отключилась.

Руди продолжал возиться, перевязывая раны.

— Ты только не умирай, — говорил он, но увидев, что она его уже не слышит, продолжил уже громко, — двоих! Она уложила ещё двоих, прежде чем они до неё добрались! Не каждый из нас справился бы с ними один на один, а она ещё двоих уложила… ещё двоих… если она умрёт, я убью здесь всех! Вообще всех внутри этой горы! Найду того кто всё это устроил, и только его убивать не буду. Вернее буду, но очень медленно! Много дней! Эта тварь будет страдать! — Руди замолчал.

— Руди, ты знаешь с кем мы имеем дело? — спросила Лиана, поняв, что теперь можно.

— Я говорил, что никогда не видел мужских особей Рогумов, так вот это они! Это Рогумы. И они гораздо опаснее Рогумок, можно даже сказать, на порядок! — сказал Руди вставая.

— И «ножички» у них подлиннее, — сказал Игорь.

— Да, хорошо только одно. Похоже, их тоже вооружают только холодным оружием, — сказал Руди.

— Я тоже думала, что мужских особей не существует, — сказала Эсмеральда, — а почему про них речь? Вы что, встречали здесь Рогумок?

— Да, и в большом количестве, — сказал Игорь.

— Осталось понять, где это здесь? — спросил Папаша, — теперь уже можно спрашивать?

— Какого чёрта вы все тут делаете? — резко спросила Лиана, вместо ответа.

— И это вместо здрасьте! — вздохнул Папаша.

— Мам, ты же сама нас позвала! — возмущённо сказал Лавр.

— Я? — Лиана открыла рот и больше так ничего и не смогла произнести.

— Внимание! — крикнул Руди, прерывая их разговор.

Все в общем-то и так старались не отрывать взгляд от деревьев, но только сейчас заметили множество мелькающих между ними теней.

— Обкладывают! — сказал Ваня, — эх, мне бы трубу какую подлиннее, или деревце выдрать из земли, тогда бы я лучше управился, раз уж они только с холодным оружием.

— Наш с Эсмеральдой сектор вон от того дерева, вон до того, — Руди ткнул рукой, — туда не стрелять, мы там будем резвиться, да химик?

— Как скажешь, — кивнула Эсмеральда, — они быстрее Рогумок?

— Быстрее, сильнее, ловчее, — сказал Руди, — они очень хороши! Гораздо более продвинутый вариант.

Руди бросил под ноги звякнувший рюкзак, присел и достал оттуда куртку, в которой было завёрнуто множество кинжалов Рогумок.

— Угощайся, дорогая, это кинжалы Рогумок, — сказал Руди.

— Ого, — сказала Эсмеральда, — я смотрю, вы действительно встретили не парочку особей.

— Да, пришлось убить несколько сотен, — как бы между делом сказал Руди, на что Эсмеральда подняла удивлённо брови, не поверив в его слова.

— Вы бы не смогли! — сказала она.

— Началось! — крикнул Руди и один за другим метнул несколько ножей.

Рогумы побежали со всех сторон одновременно, держа один меч выставленным вперёд, а второй отведённым назад.

Эсмеральда подхватила пару кинжалов и тоже метнула их в бегущих врагов.

— Мне нужны их сабельки! — выкрикнул Руди и бросился на Рогумов, держа в каждой руке по кинжалу.

Эсмеральда последовала его примеру, а все остальные начали стрелять. Стреляли очень сухо и экономно, стараясь не делать больше одного выстрела по одной цели. Но Рогумы были очень быстры и тут же начали маневрировать, делать разные обманные рывки из стороны в сторону.

За считанные секунды дистанция с ними сократилась до критического уровня везде, кроме того сектора где работали Руди с Эсмеральдой. Там они не давали Рогумам приблизиться к центру поляны. В руках у них уже давно были трофейные мечи, которыми они очень ловко орудовали.

Когда один Рогум был совсем близко, Лавр бросился ему навстречу. Они оказались лицом к лицу, и выставленный вперёд меч прошёл совсем рядом с Лавром. Рогум ударил ещё раз, но его ладонь, сжимающая рукоять меча, оказалась обхвачена сверху ладонью Лавра. Он ударил вторым мечом, но произошло то же самое. Они стояли друг напротив друга, мечи были направлены вверх, и они сжимали их оба.

Лавр поднял ногу и, что есть сил, пнул Рогума в живот, тот улетел назад, а мечи остались в руках у Лавра, потому что гарды не дали им выскочить, а руки Рогума соскользнули.

— Меч! — крикнула пробегающая мимо него Юна, и тут же подхватила брошенное её оружие.

— Куда! — крикнула Лиана, которая еле сдержалась от крика когда Лавр полез вперёд, но теперь дети оба были на первой линии. Она обернулась и увидела, что Рам сидит рядом с Резвой, держа её за руку, и внимательно смотрит по сторонам.

Ребёнок даже в этом возрасте был уже опытный и знал, что когда родители сражаются нужно сидеть спокойно и не мешать им.

Юна и Лавр очень грамотно бились на мечах, работая в паре и прикрывая друг друга.

Ваня, отстрелив последний патрон, бросил автомат и, схватив за ноги валяющийся неподалёку труп Рогума, начал раскручивать его над головой и бросился туда, где врагов было больше. Там он начал избивать Рогумов трупом их сородича. Они защищались мечами, и им приходилось рубить труп, которым их пытались ударить. В итоге зелёная жидкость, выполняющая у них роль крови, летела во все стороны, заляпывая всех.

У Боны патроны тоже быстро закончились, и она последовала примеру Вани, подхватив труп она, так же держа его за ноги, начала орудовать им как палицей. Вреда они так очень много Рогумам причинить не могли, но зато начинали теснить их своим напором, и давали возможность тем, у кого было оружие, точнее находить цель.

Вскоре патроны начали заканчиваться у всех, впрочем, как и враги. Их тут оказалось значительно меньше чем Рогумок в той пещере. Да, их было несколько десятков, может под сотню. Но и противостояло им большая группа очень опытных бойцов.

У тех, кто пошёл в ближний бой, без ссадин, царапин и порезов не обошлось, но серьёзных ранений удалось избежать. Когда бой практически закончился, Руди и Эсмеральда смерчем прошлись по кромке леса, вычищая остатки выживших Рогумов.

Благо те не знали что такое страх и не собирались отступать, поэтому полегли все, по крайней мере из тех, кто вступил в бой. Больше никого в саду видно не было.

— Что вы такое творите? — возмущённо сказала Лиана, когда Лавр и Юна вернулись обратно, держа в каждой руке по мечу, все перемазанные зелёной кровью, и счастливо улыбающиеся.

— Мы сражались, а что? — удивился её словам Лавр.

— За ребёнком надо было следить! — резко сказала Лиана.

— Мам, — ласково сказал Лавр, бросил мечи на землю, подошёл и обнял её, — последние несколько лет, мы жили, практически в бою. Днём и ночью! Мы всегда были в опасности, но вы с папой этого не видели, и вам было если и не спокойно, но по крайней мере вы не переживали по поводу каждой опасности. Эта драка для нас была как лёгкая разминка. Мы привыкли сражаться.

— Я понимаю, — сразу сдалась Лиана, — мы даже не знали точно живы ли вы, но это не значит, что мы за вас не переживали!

Юна подошла и обняла их двоих сразу. Тут же к ним присоединился Спас, подхвативший на руки Рама.

— Что ты имел ввиду, когда сказал, что это я вас позвала? — спросила изнутри этой кучи обнимающихся Лиана.

— Именно это и имел, — ответил Лавр, — Артур сказал, что ты нас звала и что он может прямо сейчас переправить нас к тебе и папе через портал.

Лиана резко дёрнулась, разрывая этот комок объятий, и все, расцепившись, сделали шаг назад. Оставшаяся в центре Лиана подняла глаза вверх и громко сказала:

— Артур, и как же это понимать?

Но ей, вполне ожидаемо, никто не ответил.

Глава 36

— Как она? — Руди присел рядом с Женей, которая проверяла Резвую.

— Дышит, — ответила та, — больше ничего сказать не могу. Но ей нужна профессиональная помощь… в идеале поместить бы её в регенератор, да вот только где же его взять!

— Артур! — вновь прокричала Лиана, но ответом ей опять была тишина.

— Так ты нас не звала? — спросил Лавр, начиная понимать, что происходит что-то не то.

— Конечно, нет! — сказала Лиана, — зачем бы мне вас сюда тащить, тем более с ребёнком? Это всё какая-то провокация, обман, подстава! Артууууууур! — вновь прокричала Лиана вверх, и её крик отразился от сводов.

— Раз уж всё сложилось так, как сложилось, давай не будем впадать в истерику, и постараемся разрешить эту ситуацию. Но для этого нам, тем кто только что здесь появился, нужно понимать что происходит. Мы не знаем даже где мы находимся! Так что, просветите? — рассудительно и хладнокровно обратился к остальным Папаша.

— Если вкратце, то дело обстоит так… — решил взять на себя роль информатора Игорь и стараясь не углубляться в детали, изложил историю того как они тут оказались.

У всех были разные обрывки информации, начиная с произошедшего возле Энергона, но теперь общая картинка начинала складываться.

— В общем, так, — подвёл итог Папаша, — мы внутри горы, в самом её центре, в месте, которое является самым главным раздражителем для планеты… но никто не знает, почему именно это место так не нравится планете, и зачем мы здесь оказались, верно?

— В целом верно, — кивнул Спас.

— Очень интересно! — Папаша задумался.

— А мне интересно, зачем Артур притащил сюда моих детей с малышом, — нервно сказала Лиана, — вот очень интересно!

— Мам, — начал Лавр, но осёкся.

— Что такое? — сразу насторожилась Лиана.

— Видишь ли, я в этом не уверен, и сначала не придал этому значения, но теперь, в свете всего происходящего, у меня появились сомнения, что это был именно Артур.

— Почему? — заинтересовался Папаша.

— Не знаю точно, — медленно начал Лавр, — это на уровне догадок и ощущений… ну, например, он представился. Когда объявился, так и сказал: «Это Артур». Мне это показалось странным. Просто больше нет вариантов, кто бы это ещё мог быть, зачем представляться? Как он с вами общался, называл каждый раз своё имя?

— Это интересно! — сказал Папаша, — со мной он в последнее время часто связывался, и я не помню, чтобы представлялся. Может быть в первый раз, и то я не уверен. Но потом точно этого не делал, а в этот раз представился. Действительно, странно.

— Погодите! — оборвала их Лиана, — вы что, хотите сказать, что есть кто-то ещё, вроде Артура, кто может создавать порталы и кто выдаёт себя за него? Даже существование самого Артура, вещь за пределами понимания большинства людей, да и современной науки. А тут не просто второй такой же, но и притворяющийся первым? Что-то с трудом в это верится.

— Если подумать, то мне он тоже показался странным, — сказала Юна, — как будто во всём этом было что-то фальшивое, ненастоящее, искусственное. Просто мы, как и ты, не допустили даже мысли, что это может быть кто-то другой, поэтому сразу поверили. Но теперь, вспоминая и анализируя, всё не кажется таким уж однозначным!

— А я не знаю, — пожала плечами Эсмеральда, — он нас позвал и мы пошли. Мне ничего странным не показалось. Но у меня и опыта общения с ним практически нет. Так что сам факт обращения к нам напрямую был странным, а вот всё остальное подозрений не вызвало.

— Это был не Артур, — морща лоб, как будто у него начался резкий приступ головной боли, сказал Спас.

— А кто же тогда? — заинтересовалась Лиана.

— Он! — Спас повернулся и указал рукой на самую большую и ухоженную террасу в этой пещере.

Все посмотрели туда же и увидели, что там стоит человек, скрестив руки на груди.

— Кто это? — спросил Папаша.

— Директор, — ответил Спас, — теперь всё ясно! Это его логово!

— То место, про которое ты мне рассказывал? — спросила его Лиана, внимательно глядя на этого стоящего вдалеке человека.

— Да, он тут живёт и это к нему мы шли, — сказал Спас, — будьте осторожны, он очень опасен. Опаснее любого, кого вы когда либо видели в своей жизни.

— Но зато нас много, — сказал Руди, и по его голосу сразу было понятно, что слова Спаса он воспринимает всерьёз и это никакая не ирония и не сарказм, — и если мы навалимся дружно, то ему не поздоровится!

Человек, увидев что все смотрят на него, сделал шаг вперёд, оттолкнулся от края террасы и прыгнул в их сторону.

Летел он медленно, по очень плавной, нисходящей траектории, нарушая все законы физики. Все стояли и молча смотрели как он приближается. Этот неспешный полёт произвёл на всех впечатление. Фокус это какой-то, или какие-то невероятные способности, но обычный человек на такое неспособен. Да, при использовании технологий так можно было перемещаться. Но вот только никаких устройств и приборов на этом человеке видно не было, и складывалось ощущение, что это просто какая-то магия.

Пока он летел, все невольно пятились, освобождая место для приземления, и в итоге встали полукругом. Директор мягко опустился на траву прямо перед ними. Все стояли и внимательно рассматривали этого человека, который, судя по всему, играл очень большую роль во всей этой истории. Он тоже рассматривал их.

Они стояли напряжённо, держа руки на оружии. Только лежащая без сознания Резвая и сидящий возле неё Рам были у них за спинами.

Пауза затянулась.

— Ну и? — сказала Лиана.

— А я всё думал, кто первый не выдержит? — улыбнулся Директор, — но это точно был бы не я! Я могу молчать годами, что частенько и проделываю!

— Ну и? — повторила Лиана.

— Что и? — взглянул на неё Директор, — это вы сюда пришли, в мой дом, вот и скажите, что вам нужно.

— Нам нужны блоки питания для нашего корабля, который потерпел аварию на этом острове, — сказал Ваня.

— Фуууу, — сморщился Директор, — давайте всё-таки будем друг друга уважать и говорить по существу.

— Но нам, правда, нужны эти блоки питания, — удивился его словам Ваня.

— И вы, и я знаем, что это просто повод, для того чтобы вы оказались здесь, — сказал Директор.

— Мне кажется, что ты знаешь больше чем мы о происходящем, вот и просвети нас, раз уж ты хочешь взаимного уважения, — сказала Лиана.

— Впрочем, можно и так. Ты права. Будет лучше если я начну… и сразу хочу развеять все ваши сомнения по поводу Артура, — сказал Директор, — вас сюда звал и он, и не он одновременно.

— Как это? — удивился Лавр.

— Вас звал Артур, но он больше сам себе не принадлежит. Теперь он полностью подчиняется мне. Спасибо тебе Спас, ты подарил мне интересный опыт. Увидев тебя и сидящие внутри тебя другие личности, я очень заинтересовался этим явлением. Да чего уж там, просто загорелся! Я стал распутывать этот клубок, и много интересного понял и узнал. Я чуть было не проспал переломный момент, но теперь, слава Спасу, всё под контролем, — сказал Директор.

Ваня осуждающе взглянул на Спаса и покачало головой. Лиана это заметила и резко сказала:

— Не верьте ему, он специально пытается вбить между нами клин. Он и про остальных сейчас что-нибудь расскажет, что подорвёт наше доверие друг к другу!

Директор рассмеялся.

— Молодец! Ай да молодец! Вот не зря ты у них лидер! — сказал он, — ладно! Это всё шуточки, давайте говорить серьёзно.

— Так что с Артуром? — спросил Игорь.

— Не важно, — сказала Лиана, — что бы они ни говорил, мы не сможем узнать, где правда, а где ложь. Так что, лучше всё превентивно считать ложью.

— Ну, если вы не будете верить ни во что из того, что я говорю, то никакого разговора у нас не получится, — расстроено развёл руки в стороны Директор.

— Ты сам задал такой тон разговору, — сказала Лиана, — начал бы разговор серьёзно, этих проблем сейчас бы не было.

— А у меня нет проблем! — сказал Директор, — эти у вас проблемы, вот вы с ними сами и разбирайтесь, я не должен вам помогать!

— Я никак не могу поймать нить разговора, — сказал Руди, — мы вроде бы встретились не в очень стандартной ситуации и у нас есть друг к другу вопросы, но разговор топчется на месте. Кто ты?

— Спас сказал что я Директор, в принципе это верно, но мне больше нравится слово Хозяин! Можете меня так называть, — сказал Директор.

— Не дождёшься! — сказала Лиана, — и Директора с тебя хватит!

— Очень резко и грубо, — ничуть не обиделся Директор, — но, терминология это вообще дело десятое, к нашим делам не имеющая прямого отношения. Хочется называть меня Директором, называйте. Мне всё равно.

— Кто ты? — спросил Руди.

— Мы же только что выяснили! — удивился его вопросу Директор.

— Нет, не выяснили! Кто ты? — повторил Руди.

— Эх, Руди, Руди! — вздохнул Директор, — нетерпеливый, как всегда! А между тем, для тебя я, как раз, больше хозяин, чем для всех остальных. Для тебя и для Эсмеральды!

— Поясни? — сказала Эсмеральда, которая чуть не поперхнулась, когда так неожиданно прозвучало её имя.

— Контора, которая вас создала и выучила, принадлежит мне… как и многое другое! Как, к примеру, эта планета! — сказал Директор и улыбнулся.

— Я тебе не верю! — сказала Эсмеральда, — ты лжец!

— Да, видимо мало внимания уделяется воспитанию наших питомцев, — вздохнул Директор, — совсем не умеют разговаривать вежливо. А ведь это правда. Контора, как вы её называете, принадлежит мне. И создана была мной. Причём, так давно, когда вас ещё и в проекте не было. И выходили оттуда люди гораздо эффективнее вас, хотя и вы тоже в целом ничего.

— Ну и где же эти люди? — спросил Эсмеральда, и даже посмотрела по сторонам, показывая, что никого тут больше нет.

— Умерли, — спокойно сказал Директор, — людям свойственно умирать. Почти всем! Изначальная раса выделяется из общей схемы… ну и я! Ещё те, кто живут на этой планете, тоже впадают в иллюзию вечной жизни, но это не так. Да, они живут дольше остальных, но с точки зрения вечности, они такие же смертные, как и люди на других планетах.

— Но ты, это другое дело, да? — спросила Лиана.

— Да, я именно так и сказал, — согласился Директор.

— Ты тоже из изначальной расы? — спросил Спас.

— Нет, я был обычным человеком… очень давно. Но в этом и заключено моё величие, я сам сумел преодолеть законы природы и стать тем, кем я сейчас являюсь! — сказал Директор.

— Величие? — не веря своим ушам, уточнила Лиана.

— Именно так, величие! — серьёзно сказал Директор, — только вот не нужно считать меня сумасшедшим. Всё это поддаётся измерению. Вы тоже обладаете определённым величием, по сравнению с основной массой людей. Все в разной степени, но, тем не менее… я понял, вас просто смущает это слово. Давайте его заменим на слово «результаты». Я достиг не величия, а результатов. Таких результатов, которых не достигал ещё ни один человек, так лучше?

— Нет! — сказала Лиана.

— Почему нет? — заинтересовался Директор.

— Потому что это не имеет значения, — сказала Лиана, — зачем весь этот разговор? Мы ведь не друзья, чтобы вот так беседовать, верно? А кто мы? Враги? Но тогда всё происходящее тем более не имеет никакого смысла, кроме одного. Ты тянешь время, ожидая, пока кто-то придёт тебе на помощь?

— Какая чушь! — возмутился Директор, — за кого ты меня принимаешь? Думаешь, что я не смогу справиться с кучкой обнаглевших оборванцев? Ты даже представить себе не можешь, на что я способен!

— Тогда зачем всё это? — спросила медленно Лиана, нажимая на каждое слово.

— Пытаешься смотреть в корень? — сказал Директор, — молодец! Этот разговор нужен для того, чтобы мы узнали друг друга получше.

— Зачем? — спросила Лиана.

— Как зачем? Неужели непонятно? Я хочу вас завербовать! — сказал Директор, — вы достаточно ценный ресурс, и если мы найдём общий язык и придём к определённым договорённостям, это может пойти на пользу всем!

— Это похоже на жест отчаяния, — сказала Лиана, — что, дела так плохи? Всё валится из рук, всё рассыпается? — сказала Лиана.

— С чего ты взяла? — удивился Директор, и удивление было очень похоже на искреннее.

— Энергон уничтожен, руководство станции тоже, это твоё логово под постоянным давлением со стороны планеты. Всё идёт не так как хотелось бы, верно? — сказала Лиана.

Директор расхохотался.

— Ты не понимаешь сути происходящих процессов! Совсем не понимаешь! — продолжал веселиться он, — я думал, что ты умнее!

— Ну, так просвети нас, — сказала Лиана.

— Хорошо, — тут же стал серьёзным Директор, — я обрисую общую картину, чтобы вы понимали, что именно я вам предлагаю.

— Да уж, будь добр! — вставил Руди.

— Эта планета, контора, выращивающая убийц, это всё части моей… корпорации, если хотите. Но только части. На самом деле, я владею огромными ресурсами. И при этом, никто не знает что у этих самых ресурсов один хозяин, — начал свой рассказ Директор, — и за столетия своей жизни, я понял, что построить ничего невозможно. Как бы ты ни старался, развитие всегда сменяется деградацией. Корпорации возвышаются и рушатся, страны, а теперь и планеты проходят через периоды расцвета и потом опять погружаются в хаос. Всё циклично и никогда не может зафиксироваться в верхней точке. А люди, упрямо пытаются этой точки достигнуть, пытаются всё время ползти вверх, не понимая, что нужно просто оседлать эти волны, и качаться на них. Если ты поймал ритм этого движения, вошёл в резонанс с этими колебаниями, усиливая их своим воздействием, то тогда ты можешь их прогнозировать и управлять текущими процессами.

— Очень сумбурно, нельзя ли применительно к нашей ситуации, — сказал Руди.

— Не пытайся казаться глупее, чем ты есть на самом деле, — сказал Директор, — вы думаете, что причинили мне вред, начав разрушать существующую систему, но это не так. Система начала деградировать задолго до вас, когда вы ещё не родились. Ваша деятельность лишь немного ускорила эти процессы, подтолкнув ход маятника в сторону разрушения.

— Немного? — скептически сказала Лиана.

— Ну, хорошо, — улыбнулся Директор, — ваша деятельность оказалась вполне заметной. Но не уникальной. Всё это могло бы приходить в упадок ещё полсотни, а то и сотню лет, а вы сократили этот срок до нескольких лет. Вы ведь понимаете, что система ещё не рухнула, и ещё долго будет пытаться выжить? Но она обречена!

— А что будет, когда всё рухнет? — спросила Лиана.

— Начнёт возникать новая система, — сказал Директор, — или новая корпорация, или назовите это как угодно. Таких циклов было уже много. В разных местах галактики, с разными частями моей корпорации, они периодически происходят. И со стороны может казаться, что былая система рухнула, и на её месте возникло что-то новое, пришли какие-то другие люди, с другими целями. Но на деле оказывается, что это я же на руинах старого воздвигаю что-то новое, и по-прежнему продолжаю владеть этим ресурсом.

— Но живёшь ты именно здесь, — сказала Лиана, — в этой недружественной среде!

— Конечно! — сказал Директор, — это ключевая планета, это родина человечества. Да, она меня не любит. Она воспринимает меня крайне агрессивно. Но это всё мелочи. Это не имеет никакого значения.

— Постоянные атаки на твоё убежище не имеют значения? — недоверчиво сказал Руди.

— Конечно, — пожал плечами Директор, — этот процесс продолжается столетиями. Но это именно процесс. Вся возня, которая происходит снаружи, это сложившееся положение вещей. Эта, на ваш взгляд, бурлящая жизнь, на самом деле статика. Всё это происходит изо дня в день, из года в год, из столетия в столетие. Не стоит обращать на это внимание.

— Но там же гибнут люди, — сказала Лиана.

— Все люди смертны, — развёл руки в стороны Директор, — какая им разница, где умирать?

— Думаю, что им есть разница! — сказал Ваня.

— Эти люди с радостью бы вас убили, — сказал Директор, — а вы сейчас стоите и жалеете их. В чём тут смысл? И ведь там не только люди. В последнее время я стараюсь побольше внедрять тут роботизацию, думаю, что вы заметили. Просто этот ресурс зачастую проще восполнять, чем человеческий. Да и поблизости от себя я людей тоже не держу. Они понятия не имеют, за что сражаются и что находится в центре горы.

— И ты не допускаешь сюда никого с оружием, верно? — спросил Ваня.

— Ну, вы же пришли! — сказал Директор, — но наблюдение верное. Я не люблю всякое стреляющее и взрывающееся оружие. Сталь клинка мне как-то ближе. Поэтому во внутреннем периметре здесь принято обходиться без него. Впрочем, как и без людей.

— Но если всё со временем начинает деградировать, то и твоё величие не вечно! — сказал вдруг Спас.

— Молодец! — оживился Директор, — вот прям молодец! Наблюдение верное, но ошибочное. Всё деградирует, потому что в нём задействовано много людей, с разными интересами, с разными моральными установками, с разной степенью вовлечённости и, что самое главное, разных поколений. И даже когда одни создали что-то хорошее, пришедшие им на смену, не так высоко это ценят и начинают просто использовать, постепенно разрушая то, что было создано. И из такого порядка вещей есть только одно исключение.

— И какое же? — спросила Лиана.

— Личное развитие, — сказал Директор, — на него не может повлиять никто, кроме тебя самого. Даже воздействие внешней среды довольно опосредованно. И если у тебя достаточно ума и воли, чтобы сделать из себя другого человек, то ты можешь превзойти всех остальных. Многие великие люди это понимали, и именно поэтому стали великими. Но никто из них не заходил так далеко, как Я!

Глава 37

— Ну, мы поняли, ты очень развился и очень гордишься этим, — сказала Лиана, — и что дальше?

— Понимаю ваш скептицизм, — улыбнулся Директор, — вам не дано понять всю глубину сотворённого мной. Но это не ваша вина, вы слишком просты, слишком слабо развиты. Честно говоря, я ещё никому это вот так вот откровенно не рассказывал. Да, были люди, которых я вводил в курс дела, но никогда не делал это настолько обстоятельно.

— И чем же мы заслужили такую честь? — спросил Руди.

— Вы мне нужны. Не до такой степени, чтобы я не мог без вас обойтись, но вы полезный ресурс. Вы уже контролируете многие процессы на планете, и ваша деятельность набирает обороты. Мне удобнее использовать вас, чем запускать новый проект переформатирования, — сказал Директор. Именно поэтому, я вас сюда и привёл.

— Ты привёл? — удивился Спас, — серьёзно?

— Не веришь? — внимательно посмотрел на него Директор.

— То-то ты так удивился, когда ощутил моё присутствие в своей комнате, — сказал Спас.

— Да, это был весьма неожиданный визит. Ладно, попробую объяснить этот момент максимально подробно: дело в том, что я не управляю всем напрямую. Я не отдаю распоряжения и не проверяю качество выполнения. Я запускаю процессы, и направляю их, если в этом есть такая необходимость. Это другой, более высокий уровень управления, вам пока непонятный. Детали меня никогда не интересуют. Данный наш разговор, это редкое исключение. Я пошёл на него потому, что наше сотрудничество может сэкономить много времени и перешагнуть сразу через несколько ступеней. Не нужно будет всё разваливать до основания и создавать с нуля, а можно просто перехватить инициативу у предыдущей системы. Про вас я знал, но не интересовался целенаправленно вашей деятельностью. Для меня хватало понимания того, что некая группа объединяет вокруг себя ресурсы и людей. Действует эта группа вполне успешно, но то, что вы делали, было мне на руку, в сценарии перезагрузки системы. Чем большую силу вы набирали, чем больше успехов у вас было, тем больше я о вас знал и тем чаще обращал своё внимание. Но лишь после ментального визита Спаса ко мне, я заинтересовался вами как следует. И был очень удивлён, потому что вы не обычные люди. Очень необычные! И всё это наводит меня на мысль, что вам кто-то помогает. Точнее, раньше наводило, а теперь-то я твёрдо это знаю. В таком контексте мне оставалось только ждать, когда вы придёте ко мне сюда. Это было объективное течение событий, направленное моими… неважно. Вам помогали, и вас направляли, этого достаточно. Но помощь была только до тех пор, пока вы не вошли в мои владения внутри горы. Это место я выбрал не просто так. Тут не действуют чужие силы, тут я полновластный хозяин. И когда вы оказались здесь, я сам уже начал вам подсказывать куда идти.

— Ты же нас чуть не угробил своими подсказками, — возмутился Руди, — хороший подсказчик! А что было бы, если бы мы не прошли через Рогумок?

— Дурацкое слово, — поморщился Директор, — но если отвечать на твой вопрос, то ничего бы не было. Вы бы умерли и всё, что тут такого? Начал бы реализовываться другой сценарий, которых, на самом деле, сотни. То, что я с вами сейчас разговариваю, не должно ввергать вас в иллюзию, что вы представляете какую-то невообразимую ценность. Да, она есть, но только до тех пор, пока вы живы и можете продолжать работать. Умрёте, найдутся другие, кто сделает то что нужно, и возможно даже лучше. Вам понятно?

— Понятно! — кивнула Лиана, — из того что ты сказал, следуют очень простые выводы. Во-первых, ты не на вершине пирамиды и кто-то хочет до тебя добраться. Тот, кто изначально нам помогал. Во-вторых, и это следует из первого, ты не управляешь всем процессом, а только одна из сторон в этой игре. А значит, у нас есть выбор какую сторону принять. И вовсе неочевидно, что твоя сторона правильная. В-третьих, ты тратишь слишком много времени и внимания на такой второстепенный и неважный ресурс как мы, следовательно, может быть мы важнее, чем ты хочешь это показать?

— Нет, не важнее, — устало сказал Директор, — и нет никаких игроков… точнее есть внешние силы, но они в этом процессе не играют роли.

— Однако Якова ты побаиваешься! — сказал Спас.

— Заткнись! — внезапно заорал Директор, и звук его голоса его был громче, чем может издать человек. Оглушительный рёв прокатился над всем садом, многократно отразившись от свода.

— Эк великого как корёжит, — ухмыльнулся Руди, — видно на больную мозоль наступили!

Но Директор тут же взял себя в руки.

— Ты не понимаешь о чём говоришь, — сказал он Спасу, — и Якова ты не знаешь, ты услышал его имя от меня!

— Зато я знаю, — сказала Лиана, — обсудим?

— Что ты хочешь обсудить? — спросил Директор, к которому самообладание вернулось уже полностью.

— То, что тебя списали, — сказала Лиана, — и принимать твою сторону это просто самоубийство! Зачем становиться на сторону аутсайдера?

Глаза Директора полыхнули огнём, но второй раз он контроль не потерял и сдержал свой порыв.

— Эмоции! — мечтательно сказал Директор, — это что-то такое давно забытое и ненужное… однако вам удалось их у меня вызвать. Наверное, именно поэтому я не люблю общаться с людьми. Может быть, и с вами не стоило… как знать! Но тем интереснее будет склонить вас на свою сторону.

— Ты до сих пор пребываешь в убежденности, что это получится? — удивилась Лиана.

— Почему бы и нет? — улыбнулся ей Директор, — мы же ещё даже не начали озвучивать аргументы за и против, ещё не начали торговаться. Гладишь, в процессе приоритеты и поменяются. Ведь у вас есть своё представление о происходящих событиях, и не факт что оно правильное. Если я найду нужные слова, то, вполне возможно, вы измените своё мнение.

— Сомневаюсь! — сказал Спас.

— И хорошо, что сомневаешься, — сказал Директор, — ведь сомнения говорят об анализе, о размышлениях. Сомнение это не отрицание, это более глубокий мыслительный процесс. Сомнение означает, что ты готов выслушивать аргументы.

— Я не это имел ввиду, — покачал головой Спас, — ну да ладно.

— Не важно что ты имел ввиду, важно что разговор продолжается, мы обмениваемся информацией, своими мыслями и кто знает, может быть у кого-то из нас позиция и изменится. Вот, например, ты Лиана, сказала что я не на вершине пирамиды. Ты права, я не на вершине. А знаешь почему? Потому что это не пирамида, и никакой вершины нет. Это сложная многоуровневая структура, и так же как я не обращал на вас внимания до определённого момента, так и на меня не обращали внимания с более высоких уровней, — сказал Директор.

— А как же величие? — удивился Ваня, — выходит, ты не такой уж и великий?

— То, что я говорил, относится к миру людей. Тут я велик! Но во всей этой системе мироздания я занимаю скромное место. Нужно реально оценивать происходящее и свои возможности. Когда я говорил что среди людей мне нет равных, это была просто констатация факта. Дело в том, никто не любит выскочек, каким меня можно считать с более высокой ступени. Но это вовсе не значит, что им необходимо от меня избавиться. Просто их озаботили происходящие процессы. Им кажется, что они идут не так как надо. Но если процессы скорректируются, то они мгновенно потеряют ко мне интерес. Если бы я очень хорошо не понимал систему в которой нахожусь, то не достиг бы того, чего достиг, — сказал Директор.

— А какая у тебя цель? — спросил Спас, — чего ты хочешь? Сиди в своей пещере, медитируй, зачем тебе власть и блага этого мира, раз ты всё понимаешь на таком высоком уровне?

— Цель? Я хочу управлять всем человечеством, — ничуть не смутившись, сказал Директор, — это не просто цель, это моя миссия! Возможно, что для этого я и был рождён, для этого я получил все эти способности. И я знаю, как привести человечество к процветанию!

— Что-то не очень похоже что знаешь, судя по той твоей деятельности, которую мы тут наблюдали. Ты и своей-то жизнью распорядиться толком не можешь, — сказала Лиана.

— Твои попытки вывести меня ещё раз из себя не увенчаются успехом. Одной вспышки эмоций достаточно. Ты даже не представляешь, какая часть человечества уже находится под моим контролем, — сказал Директор, — и что важно понимать, это мне нужно не для удовлетворения гордыни и тщеславия. Меня не интересует власть как таковая. Мне не нужно общественное признание и восхваление, я сам знаю чего стою и что могу. Именно поэтому я всегда нахожусь в тени. Просто я хочу поднять человечество на такую высоту, на какой оно ещё никогда не было, и без меня вряд ли будет! Я хочу вывести его на новый уровень развития.

— Погоди-ка, — Спас поднял руку, — у тебя, по твоим словам, огромные ресурсы, и всё что ты создал, так это контору готовящую наёмных убийц; оккупировал планету, загнав её население в примитивные технологии и заставив выживать; организовал сомнительные туры выживальщиков; построил Энергон, пьющий соки планеты и убивающий её. Ты настолько ей досаждаешь, что она пытается тебя уничтожить непрерывными атаками на твою обитель. А я не думаю, что она часто опускается на уровень внимания к отдельно взятому человеку. И всё прочее в том же духе. Ты не похож на благодетеля для человечества.

— Ты всё неправильно понимаешь, — покачал головой Директор, — планета вообще не может осознать присутствие на ней людей. Мы для неё слишком мелкие… даже я! Она просто чешет там где чешется, вот и всё.

— Но ты у неё постоянно чешешься, получается, — усмехнулся Руди.

— Да, потому что на пути к цели, бывает, что приходится совершать не только благостные деяния, — сказал Директор, — вы не хуже меня об этом знаете. Ведь скольких людей вы убили?

— Ты нас с собой в один ряд не ставь, — резко осекла его Лиана, — мы убиваем только врагов, только тех, кто действует во вред обществу и планете.

— А кто же судьи? Кто решает, кого можно убить, а кого нельзя и достаточно ли значима цель, ради которой убивать всё-таки можно? — спросил Директор, — вы действуете исходя из своей системы координат, и вы считаете её верной. Но что, если она верная только для вас? Реальный баланс интересов гораздо сложнее, и мораль при принятии решений тоже совсем другая, иногда нужно убить миллионы, чтобы выжили миллиарды. И это кажется ужасным, пока не отстранишься и не посмотришь на всё это издалека. И тогда окажется, что между вашей системой координат и моей нет никакой разницы. Точнее она есть, но только одна. И эта разница заключена в масштабе происходящих процессов. Я просто рисую более крупными мазками.

— Мы всегда стараемся поступать по справедливости, — упрямо сказал Ваня.

— Молодцы! — кивнул Директор, — я тоже! Только вот мерило справедливости у всех может отличаться. То, что вы считаете справедливым, может быть совершенно несправедливым для другого. Вот парень, которого вы встретили в горах. Если бы вы не вынудили его вам помогать, он бы и сейчас жил себе своей жизнью. Хорошая она или нет, но это была его жизнь, и она могла продолжаться столетиями, если бы ему продолжало везти. Но теперь его нет! Справедливо это? Да, у вас была важная цель, миссия, которую нужно выполнить, во что бы то ни стало. А человека больше нет, и что ему до вашей миссии? Вы его убили, хоть и не своими руками. Но я вас не осуждаю! Мне приходится делать то же самое, только вот на место этого человека может оказаться целая планета, или народность, или большая корпорация. И мне приходится ими жертвовать, ради достижения большей цели, к которой я иду не ради себя, а ради всего человечества!

Ваня растерянно посмотрел на Лиану, она в ответ отрицательно покачала головой, чтобы он не слишком близко к сердцу принимал слова Директора.

— Ты подменяешь понятия, — сказала Лиана, — единолично решать судьбу народов и планет, ты не имеешь никакого права! Тебя на это никто не уполномочивал!

— Никого из тех, кто принимает судьбоносные решения, на это никто не уполномочивал, — сказал Директор, — по крайней мере в том смысле, который ты в это вкладываешь. Вот, например, молчаливого сегодня как никогда Папашу кто уполномочивал возглавить тюрьму? Открою тебе вам секрет, никто! Он просто выиграл конкуренцию. Эсмеральда проделала большую работу и многие шли именно за ней, но не все её решения нравятся её «подданным», а возразить они ничего не могут. Бунты гасятся жестоко и бескомпромиссно!

Спас рассмеялся.

— Я сказал что-то смешное? — удивился Директор.

— Да, очень! — кивнул Спас, сдерживая смех, — просто в этом примере вскрылись твои манипуляции. Я был при попытке переворота, и то что ты говоришь, не соответствует истине. Ты искажаешь произошедшее… наверное, как и всё остальное что нам тут рассказываешь. И благодаря этим искажениям, твои слова даже кажутся разумными.

— Они и есть разумные, — сказал Директор, — а ты опять рассуждаешь глядя с того ракурса, который тебе доступен. Но на деле многого ты не видишь и не знаешь! Вон, ни Папаша, ни Эсмеральда ничего мне не возразили. Может быть потому, что нечего?

— Есть, — сказал Папаша, — только вот смысла в этом нет. Скажи лучше, почему ты вызвал сюда именно нас?

— Потому что вы возглавляете большие общины, вам подчиняются большие военные силы, по меркам этой планеты. Ну или просто пользуетесь авторитетом среди других людей. Из вас может сформироваться ядро нового порядка на этой планете. Вы тут новая власть, — сказал Директор, — и это не секрет. Дело в том, что вы сами всем этим занимаетесь. Осталось только нам прийти к взаимному пониманию и объединить усилия. Тогда результаты превзойдут все ваши самые смелые ожидания!

— Я может быть чего-то не понимаю, — сказала Женя, и обвела взглядом своих друзей, — получается, что владелец планеты и висящей над ней станции предлагает нам работу? Предлагает нам стать главными здесь?

— Конечно, ведь всех предыдущих главных мы убили! — хохотнул Руди.

— Не всех, — возразил Директор, — и в этом случае их жизнь не имеет никакого значения, потому что они не являются ценностью. Они просто функционировали на определённых позициях. Я даже не знаю кто это. Скажу даже больше, я понятия не имею как они там оказались. Я не занимаюсь такими мелочами.

— Но нами занялся, — сказал Игорь.

— Да, — сказал Директор, — вами занялся. Потому что эта планета очень важна и для меня лично, и для человечества в целом. И я хочу сменить формат устройства жизни на ней. И раз уж я сам тоже здесь живу, я заинтересован, чтобы всё произошло наилучшим образом, и в кратчайшие сроки. А тут вы! Всё сошлось! С вашим потенциалом, с уже набранной вами динамикой, тут всё очень быстро изменится.

— Но за то что тут происходило, кому-то придётся ответить! За геноцид местного населения многие пойдут под суд! — сказал Папаша.

— И это прекрасно! — улыбнулся Директор, — этих плохих людей нужно обязательно наказать! А мы будем строить тут новый мир, новое общество, новый порядок! Всё будет по совести и по справедливости, как вы любите!

— Но управлять всем будешь на деле ты, — задумчиво сказал Папаша.

— Я никогда не вмешиваюсь в процессы, я их только запускаю, сколько можно говорить! — вздохнул Директор.

— Но зачем ты тогда вообще нужен? Получается, что от тебя ничего не зависит, ты ни на что не влияешь, и пользы от тебя нет. Мы всем этим можем заниматься и без тебя, — сказал Папаша.

— Не сможете, — развёл руки в стороны Директор, — ещё некоторое время будет продолжаться поступательное движение, но когда ваше влияние вырастет ещё немного, то вы начнёте утрачивать контроль, всё начнёт шататься, а потом и сыпаться, и в конечном итоге все ваши достижения будут развеяны в прах. Не вы первые, не вы последние. Много было таких энтузиастов, которые думали что они всё смогут, но на деле, просто не понимали всю сложность идущих процессов.

— А с тобой, значит, всё получится? — ухмыльнулся Папаша.

— Конечно! Потому что я буду запускать и другие процессы, которые сработают нам всем на благо. Буду изменять уже существующие, чтобы поддержать вашу деятельность. За всяким успешным начинанием всегда кто-то стоит, это закон жизни. Энтузиасты обычно не заходят очень далеко, — сказал Директор, — я, честно говоря, вообще не понимаю природу ваших сомнений. Вы будете делать ровно то, что и делали. В сложных ситуациях вам будет оказана помощь, и тайный союзник будет всячески настраивать процессы, чтобы у вас в итоге всё получилось. Одни плюсы! Вы же можете построить ровно то общество, какое хотите. Можете создать на планете такой порядок, который сами считаете справедливым. Вам в этом никто не будет мешать! Я, наоборот, это всячески приветствую. Зачастую плохо идущие процессы, это эксцесс исполнителя, проблема реализации, а не замысла. Вы, видимо, ошибочно полагаете, что я олицетворение какой-то злой силы, но это не так! Я вообще не мыслю категориями добра и зла, я мыслю только категориями достижения целей. И эти цели являются благом для человечества! Вопрос в том, как к этому благу нам всем прийти. Вам не нравятся мои методы, так используйте свои! Сделайте этот путь честным и справедливым, таким, каким вы хотите его видеть! И это будет процветание для всех, и для жителей этой планеты в первую очередь! Ну что, берётесь за эту работу?

— Мы, пожалуй, откажемся, — медленно произнесла Лиана.

— Ой, я совсем забыл сказать, — улыбнулся Директор, — опция отказа тут отсутствует! Вернее она есть, но вам не понравится. Варианта всего два, вы либо согласитесь, либо умрёте. Такие дела…

И Директор, изображая сожаление, развёл руки в стороны и грустно покачал головой.

Глава 38

— Ну, это ты так думаешь, — сказал Руди, — не стоит себя переоценивать.

— Скажи это себе, — улыбнулся Директор, — вы тут перечисляли что плохого я создал, но вы даже представить себе не можете, сколько хорошего в этом мире моя заслуга. Какое количество научных институтов и лабораторий я создал и содержу, и вот эти структуры всегда находятся под моим очень пристальным контролем. Да и ты, Руди, со своей скоростью и реакцией, ведь не от природы таким был. Тебя изменили. Но неужели ты думаешь, что имея передовые разработки по модификации человеческого организма, я не применю их к себе?

— Опасно, а вдруг что-то пойдёт не так? — сказал Спас.

— Да, если технология новая и не отработанная, — сказал Директор, — но если она испытана уже на десятках тысяч людей за пару сотен лет, то объём накопленных знаний позволяет вполне уверенно прогнозировать результат. А науку я пихаю везде, где только можно. Только в одном уничтоженном вами Энергоне сидели сотни человек, и, надо сказать, там у них были очень хорошие, можно даже сказать передовые результаты, до которых остальным институтам ещё идти и идти не одну сотню лет. Да и сам Энергон был результатом прорывных технологий, но, знаю что вы сейчас скажете, что он вредил планете, — вскинул руки Директор, — тут надо понимать, что все новые технологии часто очень опасны, пока не отладится процесс их использования. Ну так вот, Руди, я тоже модифицирован. И настолько глубоко, как никто из людей. Никто кроме меня не получал полный спектр позитивных изменений организма, а, как ни крути, наше сознание привязано к физической оболочке. Все остальные получают только необходимую им часть. Вам с Эсмеральдой, по роду вашей деятельности, развили те способности, которые наиболее востребованы в вашей работе. Учёных я тоже модифицировал, но им скорость и реакция ни к чему, им важнее работа мозга. И так далее, каждому своё, и только в себе я собрал весь спектр достижений. Но главное, конечно, не это. Главное, это работа с информационным полем, и возможность доставать из него необходимую информацию. Ведь даже те, кто умеет с ним взаимодействовать, далеко не всегда могут делать это эффективно. Можно даже сказать, почти никогда. Как дети, которых пустили за пульт сложного устройства. Тыкают в разные кнопки, толком не понимая зачем они нужны и какой будет результат. Иногда что-то получается, но чаще, результат не соответствует стоящим перед ними задачам. А с информационным полем я наладил взаимодействие без всяких модификаций. Тут даже изначальная раса до меня не дотягивается. Эти странные аборигены, думающие, что они что-то здесь контролируют, да, Лиана? — и Директор ей подмигнул, — но вы мне, конечно, очень помогли. Может быть, именно поэтому я так к вам благосклонен и трачу столько времени на уговоры. Ведь именно когда я заинтересовался вами, когда увидел Спаса, именно начав распутывать этот клубок, я вышел на Артура. А это был очередной прорыв, каких у меня давно не случалось. Это просто огромный скачок в технологиях. Артур молодец, но он оказался совершенно беззащитен. Видимо, не думал, что может быть кто-то другой, кто сможет взаимодействовать с ним на его уровне. Непростительная глупость! Ему, конечно, нужно было выстроить какую-то систему собственной безопасности. Но он этого не сделал, и был для меня, практически, голеньким. Я подчинил его себе вообще без усилий. Так что, эти технологии теперь тоже под моим контролем, как и всё остальное. А что есть у вас? Без Артура вы лишились своего самого мощного ресурса. Призрак, который тоже вам сильно помогал, теперь лежит на побережье без движения. Получается, что для вас настали тяжёлые времена, ведь ваши самые эффективные инструменты утрачены и значит, экспансия на планете очень сильно снизит темп. А если и вы все исчезнете, то вообще остановится. Так что, выбора у вас никакого нет. Я последний раз предлагаю вам присоединиться ко мне. И не пытайтесь меня обмануть, только сделав вид, что вы согласны. Этого не получится. Я вижу вас насквозь и всегда могу влезть в голову любому. Так что, я обязательно проверю искренность ваших намерений.

— Да нет у нас никаких намерений! — сказала Лиана.

— Ты видимо пропустила ту часть моего монолога, где я говорил про отсутствие хорошего выбора. Очень глупо так упираться, учитывая, что тут находятся твой сын и внук.

— Что же это получается, — медленно сказала Лиана, — ты, самый великий из людей, взял и обманом заманил сюда детей, чтобы иметь возможность шантажировать меня? Да уж, поступок достойный правителя человечества! — и Лиана искренне рассмеялась.

На лицах всех остальных тоже начали играть улыбки, хотя они и старались их сдерживать.

— Цель оправдывает средства, — спокойно сказал Директор, — это всё игры в мораль, которые мне чужды.

— Можешь оправдываться как хочешь, но ты просто жалок, и ничто этого не изменит. То, что ты сделал, это поведение ничтожества. И ты хочешь чтобы мы работали на тебя? Да это просто смешно! Ты никто! — сказала Лиана.

— Ты кого назвала ничтожеством? — сжав губы, проговорил Директор.

— Опять эмоции? — улыбнулась Лиана, — тебя задевают мои слова? Тебя волнует, что я думаю и как тебя называю? Тебе это не чуждо? Что у тебя за система координат, если при всём твоём величии мои слова тебя задевают? Ты прокалывался уже много раз, и всё что ты тут наплёл, даже если что-то из этого частично и является правдой, по сути, полная чушь!

— Ты роешь себе могилу! — проговорил Директор, пытаясь держать себя в руках.

— Ты маленький, закомплексованный и трусливый человечек, — сказала Лиана, — и даже то, что ты тут летал, не делает тебя особенным. От себя не убежишь. Если в душе ты ничтожество, ничто этого не изменит!

— Зачем ты пытаешься меня разозлить? Это ведь не в ваших интересах, — сказал Директор, вдруг осознав, что Лиана специально пытается его вывести из себя.

— Я не пытаюсь тебя разозлить, — сказала Лиана, — я просто рассказываю тебе кто ты на самом деле, если вдруг ты забыл. И ты, как ни пытался убедить себя в течение многих лет, что ты не такой, что ты изменился, но всё впустую. Ты тот же самый что и был. И твои поступки просто кричат о твоём ничтожестве. А на нас ты тратишь время, потому что понимаешь, что уже всех достал и тебя просто списали. Твоё время закончилось, и дело тут не в нас. Даже если бы нас тут не было, тебе всё равно не жить. Ты живой труп. Ты ходячий мертвец. Ты просто пустое место. Ты ноль!

— Не понимаю! — внимательно на неё глядя, сказал Директор, — не понимаю, чего ты хочешь добиться? Вам отсюда не уйти, и ты, как будто специально роешь себе яму, из которой уже не сможешь выбраться. Ты жжёшь все мосты. Ты как будто специально разрушаешь даже теоретическую возможность нашего сотрудничества. Зачем? Тебе не жалко своих людей?

— Опять шантаж? Да, впрочем, чего от тебя ещё ждать и чему удивляться? Мораль это же не твоё. Как и честь! Как и совесть! И ты хочешь управлять человечеством? Не имея даже зачатков этих необходимых любому нормальному человеку качеств? Да ты рехнулся! — сказала Лиана и сделала шаг в сторону Директора.

Он склонил голову на бок, внимательно глядя на неё.

— Ты думал, что этот разговор будет совсем другим, да? А знаешь почему? — спросила Лиана.

— Просвети меня, — медленно сказал Директор.

— Потому что ты понятия не имеешь, что значит общаться с людьми. Поэтому ты сидишь тут в окружении роботов. Ты думаешь, что знаешь людей? Ты думаешь, что понимаешь человечество и задачи которые перед ним стоят? Да ты даже себя понять не в состоянии. Ты примитив! Возможно, очень технологически развитый, но примитив. Ты не знаешь и не понимаешь жизнь, поэтому всё, к чему ты прикасаешься, превращается в дерьмо. Лучшее что ты можешь сделать, это простоя взять и сдохнуть. Прямо здесь, прямо сейчас! — и Лиана сделала ещё один шаг в сторону Директора.

— Я этого делать не буду, — улыбнулся Директор, который уже давно сумел обуздать свои эмоции и теперь наблюдал за происходящим с неподдельным интересом, — но, судя по всему, вас мне придётся ликвидировать. Всех! Жаль терять такой ценный ресурс, но я это переживу и уже завтра забуду. А вас уже не будет! Никого из вас! И спасибо за это, пока вы ещё живы, можете сказать Лиане. Это она только что всех вас похоронила.

— Ещё раз повторяю, возможны варианты, — сказал Руди.

Полёт ножа был стремительным и совершенно беззвучным. Кинжал вошёл Директору куда-то под ключицу, чуть выше сердца. По крайней мере того места, где оно должно было быть.

То ли все увидели полёт кинжала, то ли уже результат попадания, но всё случилось настолько стремительно, что казалось, что в одно и то же время. Все разом бросились к Директору. Как всегда первыми были Руди и Эсмеральда, причём, предводительница Валькирий сильно обошла своего коллегу и не добежала до Директора всего пару метров, когда мир остановился.

Все замерли в разных позах, как будто кто-то нажал стоп-кадр. Подвижными оставались только Директор и глаза у всех остальных. Кроме глаз ещё бились сердца, грудная клетка качала воздух, но пошевелиться никто не мог, хотя и замерли все в совершенно разных позах, некоторые их которых просто были невозможны, с точки зрения обычных физических законов.

Кто-то был в стремительном рывке, кто-то в прыжке, кто-то оказался под углом к земле, но всё равно не упал.

Директор обвёл всю компанию взглядом, в котором читалось даже некоторое снисхождение.

— Очень глупо и бессмысленно! — сказал он, выдёргивая кинжал из своего тела и бросая на траву.

Рубаха сразу начала напитываться кровью, поэтому её он тоже снял. Смяв её в комок, он протёр кровь на месте раны, и все увидели, что она затягивается прямо на глазах. Отшвырнув грязную и ненужную уже рубаху, он тяжело вздохнул.

— Зачем? Ну зачем? — спросил он куда-то вверх! — Резвая, ну ты же лежала без сознания, умирала. Но вот пришла в себя и не придумала ничего лучше, чем бросить в меня ножичек. Что? Ты хочешь что-то мне сказать? — Директор направился в сторону лежащей на траве Резвой, обходя застывшие фигуры, — говори мысленно, я сделаю так, что мы все будем тебя слышать.

— Я целилась в глаз! Интересно, что бы было, если бы попала. Думаю, что ты бы умер! — раздался у всех в головах голос Резвой.

— Да, я упустил тебя из виду, и это была моя ошибка. Но меня убить не так легко. У тебя бы всё равно ничего не получилось, хотя восстанавливать глаз, естественно, гораздо сложнее, чем обычную рану, пусть и глубокую. Так что, это в любом случае был бессмысленный жест! — сказал Директор.

— Врёшь! — злобно бросила Резвая, и её голос очень звонко отозвался у всех в головах.

— Не вру, — сказал Директор, — но этот ваш групповой жест отчаяния подвёл определённую черту. Похоже, что договориться у нас всё-таки не получится. А я на это надеялся до последнего.

— Говорю же, ты совсем не знаешь людей, — прозвучал у всех в головах голос Лианы.

— Никакого спора или дискуссии не будет, — сказал Директор, — я не собираюсь ничего доказывать ни тебе, ни кому бы то ни было. Вы всё ещё живы по одной простой причине. Ты говорила за всех, но, возможно, не все разделяют твою точку зрения и вдруг кто-то одумается и согласится на сотрудничество? Больше всего меня интересуют Папаша и Эсмеральда, как руководители больших человеческих групп на планете. Но и остальным может найтись работа.

Пока он всё это говорил, откуда-то из травы появился Деревяшка, который, в отличие от остальных, не потерял возможность двигаться. Похоже, воздействие силы Директора распространялось только на людей. Неслышно ступая, он подкрался к Директору сзади, и всадил один из кинжалов Рогумок, взятый у Резвой, Директору в спину. Он хотел попасть в основание черепа, но ему это было высоковато, да и Директор в последнее мгновение что-то почувствовал.

Резко развернувшись, Директор пнул Деревяшку ногой, и тот, проделав большую дугу, приземлился в крону дерева и там затих.

— Да что же это такое! — возмущённо сказал Директор, вытаскивая нож из спины, — хватит уже тыкать в меня своими железками! Давно уже пора было понять, что это не поможет! На большее фантазии не хватает? — Директор огляделся по сторонам, — так, больше я никого не забыл? А то такие сюрпризы начинают утомлять!

— Всё-таки ты уязвим, — раздался в головах голос Лианы, — просто нужно тыкать больше, чтобы ты не успевал заращивать раны. А ещё лучше, просто башку отрубить! Интересно, отдельно от тела она будет продолжать нести эту чушь, или всё-таки заткнётся?

— Лиана! — Директор возмущённо всплеснул руками, — ну что это такое? Ты же обездвижена, как и все остальные. Говорить мысленно можешь только потому, что я предоставил такую возможность. У вас нет ни малейшего шанса что-то сделать, что-то предпринять, хоть каким-то образом не то что победить, а хотя бы выйти с наименьшими потерями. И ты всё равно продолжаешь меня задирать! Что с тобой не так? Зачем ты это делаешь?

— Потому что ты червяк! — сказала Лиана, — склизкий мерзкий червяк. У тебя нет будущего. Твоя игра закончена!

— Выключаем Лиану, — вздохнул Директор, — её мы больше слышать не будем, но всем остальным я пока что возможность для ментального диалога сохранил. И только с одной целью, чтобы те, кто всё-таки захочет ко мне присоединиться, имели такую возможность. А то вдруг кто-то хочет, а я его убью и не узнаю об этом. Ну так что?

— А я согласен с Лианой, — раздался в головах голос Спаса, — ты ничтожество. Мараться о договор с тобой никто не будет.

— Так, Спаса тоже выключаем… хотя его я, скорее всего, убью последним. Я ещё не до конца разобрался с тем, как он подселяет к себе в сознание чужие личности. В его мозгах я ещё поковыряюсь, и поверь, быстрая смерть покажется тебе лучшим из возможных благ!

— Ты же понимаешь, что никто не согласится? — сказал Папаша.

— Даже ты? — удивился Директор, — такой опытный и дальновидный руководитель? Ты же понимаешь, что тогда всё закончится и для тебя больше ничего не будет. Только забвение!

— Это могло случиться уже много раз, — сказал Папаша, — ты видимо совсем нас не понимаешь! Никого из нас! И ты не понимаешь, что происходит на планете. Пытаешься показать нам, что всё под контролем, что у тебя всё сыпется, потому что должно сыпаться, но это не так. Ты просто уже ничего не контролируешь. Совсем!

— Ну почему же, — улыбнулся Директор, — сейчас я контролирую вас!

— Ошибаешься, — сказал Папаша, — только наши тела! И то, ты их не контролируешь, а блокируешь!

— Папашу выключаем, — сказал Директор, — но в целом, должен признаться, ты подкинул мне очень интересную мысль! Стоит это обмозговать. Возможно, вас ещё рано убивать. По крайней мере, некоторых из вас. А что если мне подчинить вас себе, как и Артура, а? Будете моими послушными куколками! Неплохая идея, да?

— Плохая! — сказала Женя, — мы ценны только потому, что мы именно те, кто есть. Если заменить нашу внутреннюю суть, изменятся наши поступки и люди перестанут за нами идти.

— А за тобой кто-то идёт? — удивлённо посмотрел на неё Директор, — ты в данной группе балласт. Случайный пассажир!

— За ней шли, и шли бы и сейчас, если бы она сама не устранилась от этого, — сказал Игорь, — и знаешь, она лидер гораздо лучше чем ты. Тебе этого не понять, но настоящим предводителем может стать только тот, кто готов умереть за своих людей и за своё дело. Здесь все такие. А ты нет! Ты на такое не способен! Поэтому, за тобой никто и никогда не пойдёт. Поэтому, ты и окружаешь себя роботами и бездушными Рогумами. Они никогда не увидят, что ты ничего из себя не представляешь, а люди увидят. Рано или поздно увидят.

— Это что, вирус какой-то? Лиана вас заразила? Почему вы все пытаетесь объяснить мне, какой я ничтожный? Посмотрите на ситуацию со стороны, и поймите, что для вас уже всё закончилось. Уже почти все отказались от моего предложения. Осталось спросить только Эсмеральду, а остальные меня и не интересуют.

Директор вопросительно взглянул на Валькирию, ожидая что она скажет. Но она не хотела ничего говорить.

— Молчишь? — поднял брови Директор, — ну это уже хоть что-то новенькое. Хоть не пытаешься смешать меня с грязью!

— А что тут говорить, если мы согласны со всем, что сказали наши друзья, — ответила за Эсмеральду Бона, — и если уж суждено нам сейчас умереть, то мы сделаем это с честью, не моля о пощаде и не пытаясь продаться.

— Ладно, будем считать что вербовка не удалась, — вздохнул Директор, — переходим к подчинению. Да, эта задачка будет посложнее, и тут надо всё хорошенько обдумать, чтобы, как и сказала эта девочка, никто не заметил подмены. Никто не понял, что их предводитель стал другим.

Директор задумчиво обвёл всех взглядом, и остановился снова на Эсмеральде.

— Ты что, борешься? — медленно проговорил он, — ну что же, не буду тебе мешать!

Эсмеральда яростно сверкнула глазами, но в разговор по-прежнему вступать не собиралась. Хотя, по всему её виду было понятно, что она не сдалась и продолжает пытаться преодолеть паралич, наложенный на них Директором.

— Да, — задумчиво сказал Директор, медленно прохаживаясь между замершими фигурами, — пожалуй, возьму под контроль ключевые фигуры. Но все мне для этого дела не нужны. Остальных можно убить, чтобы не мешались… или лучше оставить в заложниках, как гарантию покорности? А то кто знает, вдруг мои марионетки захотят выйти из подчинения? Думать я могу долго, во времени я не ограничен, а вы всё это время будете так стоять.

Взгляд Директора вдруг натолкнулся на сидящего в траве Рама. Он разглядывал его некоторое время, а потом медленно направился к ребёнку.

— Не трогай его, — резко сказал Лавр, — ребёнок ни в чём не виноват. Чем бы тут всё ни кончилось, его ты должен оставить в живых. Никто не воюет с детьми!

Директор, не обращая внимания на слова Лавра, подошёл к Раму и подхватил его на руки.

— Не трогай его! — крикнула Юна, — не трогай ребёнка!

— А то что? — разглядывая малыша, сказал Директор.

— Пожалуйста! — тон Юны сменился, — это же просто ребёнок, он не запомнит что здесь случилось и не будет представлять для тебя опасности.

— То, что не будет представлять опасности, это верно, — сказал Директор, — никто из вас не будет. Для меня вообще никто и никогда не представляет опасности, — Директор продолжал разглядывать Рама, слегка поворачивая его в руках, — такой хрупкий и беззащитный… и как такое существо вообще может жить в этом мире? Его же убить ничего не стоит! Такая тонкая шейка, что её можно переломить двумя пальцами, — и Директор положив пальцы Раму на горло сжал его, проверяя реакцию ребёнка.

— Нееееееет! — закричала Юна и пошла к Директору, как будто преодолевая сильное течение. Каждый шаг давался ей с трудом, но она, продолжая кричать, успела шагнуть три раза.

Но Директор не успел этому даже удивиться. Он вдруг оцепенел, глаза его забегали из стороны в сторону, изо рта потекла слюна…

— Что за… — проговорил он, но это единственное что он успел сделать.

Голова Директора лопнула, как арбуз, упавший с высоты на бетон. Через раскрылся на несколько долек и мозги брызнули во все стороны, заляпывая всех вокруг.

Сковывающая сила, которая всех сдерживала, мгновенно исчезла и они рухнули на землю. Все, кроме Юны, которая рванула вперёд и вырвала Рама из рук Директора раньше, чем его тело успело упасть.

— Что случилось? — потрясённо спросил Ваня.

— Рам очень не любит, когда ему сдавливают горло, — сказал Лавр, — вообще терпеть не может!

— Я это запомню, — улыбаясь, сказал Папаша и, перекатившись на спину, засмеялся.

Глава 39

Сначала смех Папаши звучал странно. Но потом Игорь тоже начал тихонько смеяться. К нему присоединилась Женя. А потом и все остальные тоже стали хохотать. Смех был немного нервный, вызванный сбросом нервного напряжения, которое до этого на них давило, ведь ситуация была безнадёжной.

А теперь, это всеобщее веселье, было даже слегка похоже на лёгкую истерику.

Но длилось это недолго, постепенно смех стал сходить на нет, превращаясь в редкие всхлипывания. Совсем его обрубил Ваня.

— Деревяшка! — вдруг вскрикнул он и бросился искать своего друга.

Все остальные тоже, как будто очнулись, и принялись подниматься с земли, впрочем, довольно неохотно. Лежать было так хорошо, особенно чувствуя себя в безопасности. А в том, что им больше ничего не угрожает, они были почему-то уверены.

— Лавр, ты знаешь что случилось? — спросил Спас, — можешь это объяснить?

— Конечно! — сказал Лавр, — когда я был ребёнком, бабушка попала в беду. Она тогда была в лесу, её окружили опасные твари, их было очень много, и она не справлялась. Мы были далеко, но я, тогда непонятным для меня образом, смог оказаться внутри той ситуации и помочь бабушке. Единственное, что я смог придумать и сделать, так это взрывать головы этим существам. Я много их тогда перебил таким способом. Потом я про это долго не вспоминал, но когда родился Рам, на той планете, где нам постоянно приходилось убегать, этот способ защиты очень пригодился. Там водились змеи. Не очень большие, не ядовитые и для взрослого человека практически не опасные. Но для ребёнка они были большой угрозой, потому что всегда старались забраться к нему и обвиться вокруг шеи. Мы его спасли один раз, второй, и тут поняли, что эти змеи настолько вездесущие, что уследить за ними практически невозможно. Вот тогда-то я и вспомнил про этот способ… убийства, и хотя Рам был ещё совсем несмышленым, я принялся его этому обучать. Естественно, через информационное поле. Я транслировал ему образы и технологию… взрыва мозгов. Получилось не сразу, но получилось. Самое сложное было перейти к практике. Ведь не будешь же ждать, пока змея сама нападёт. А вдруг у Рама ничего не получится? Пришлось специально подбрасывать ему змей, чтобы они начинали его душить, но держа при этом ситуацию под контролем.

— Это был чуть ли не единственный раз, когда мы поругались, — сказала Юна, — я не могла позволить подвергать ребёнка опасности, пусть и для его же блага. Умом я понимала, что так нужно, но ничего не могла с собой поделать. В итоге мне просто пришлось уходить куда-нибудь, когда они тренировались.

— И тренировались мы не зря, — сказал Лавр, — потому что у Рама получилось это далеко не с первого раза, и не со второго. Было много попыток. Но потом он освоил эту технологию. Причём, настолько хорошо, что со временем мы вообще перестали следить за этими змеями. Только иногда просыплись по ночам от звука лопнувшей змеиной головы, выкидывали тушку, вытирали кровь и ложились спать дальше. Это стало просто рутиной. Рам развил этот навык просто до автоматизма. Бывало, что он даже не просыпался, убивая очередную змею. Так что, по сути, ничего неожиданного тут нет.

— Кроме того, что он убил человека, который обладал нечеловеческими способностями, — сказал Руди, — мы все были обездвижены и лишены возможности предпринять хоть что-то, а ребёнок просто взорвал ему голову. История про змей, конечно, очень увлекательная, но думаю, что дело не в этом.

— Навык у него именно оттуда, — возразил Лавр, — а вот то, что у него есть способности и силы, которых нет у других, с этим я не спорю.

— Надо сказать, что папа у него тоже не простой, — сказала Лиана, — уж я-то знаю!

— Как он? — обеспокоенно спросила Женя, у подошедшего Вани.

Тот держал Деревяшку на руках, и он не подавал признаков жизни.

— Жив, — сказал Ваня, — но без сознания. Должен поправиться. Малыш очень живучий.

— А ты-то как, метательница? — спросил Руди, присаживаясь рядом с Резвой.

— Всё никак не могу простить себе, что промахнулась, — слабым голосом сказала та, — а ведь такой шанс был! И лавры победителя достались бы мне!

— Лавры победителя достались сыну Лавра, — усмехнулся Руди, — ты главное не напрягайся. Мы тебя отсюда вытащим, вылечишься, будешь метать ножики и камушки пуще прежнего.

— Утешаешь меня? — с сомнением сказала Резвая, — плохо дело?

— Да с чего ты взяла? — возмутился Руди, — я просто проявил сочувствие, и это вовсе не означает, что ты умираешь! Но ты всё равно, лучше не шевелись, да и не разговаривай. Тогда всё будет в порядке!

— Дай-ка я, — сказал Лавр, присаживаясь рядом.

— Что ты? — не понял Руди.

— Подлечу её немного, — сказал Лавр.

— Как? — удивился Руди.

— Просто не мешай, и всё, — сказал Лавр.

Он сел так, чтобы положить голову Резвой себе на ноги, одну руку положил ей на лоб, вторую на живот и закрыл глаза.

Руди стоял и задумчиво на это смотрел.

— Пойдём, он ей поможет, — сказала Юна, — но мешать, в самом деле, не стоит.

— Ладно, — пожал плечами Руди и отошёл в сторону.

— А Деревяшку он потом подлечить сможет? — шёпотом спросил Ваня, тут же оказавшийся рядом.

— Не знаю, но наверняка попробует, — так же тихо ответила ему Юна.

И после этого на поляне все стали разговаривать шёпотом, чтобы не мешать Лавру.

— Нужно отсюда как-то выбираться, — сказал Спас Лиане, — обратно идти совершенно не хочется. Думаю, стоит поискать другой выход, если он тут есть.

— Я очень извиняюсь, — раздался у них в головах виноватый голос, — не судите меня строго, за то, что я подверг вас всех опасности.

— Артур? — настороженно спросила Лиана.

— Да, это я! Моя излишняя самонадеянность, чуть не стоила всем вам жизни! Обещаю, что такого больше не повторится! — сказал Артур.

— Конечно, не повторится, — сказал Спас, — ведь того, кто мог бы это повторить, убил наш внук!

— Дело не только в этом, — сказал Артур, — теперь я продумываю систему собственной безопасности, которая защитила бы меня от несанкционированных вмешательства. Дело в том, что я первый и единственный в своём роде. Можно сказать, что я опытный образец. Так что, ошибки и недоработки просто обязаны быть. Всегда бывают! Но я проведу работу, над этими самыми ошибками, постараюсь предусмотреть и другие, которые пока не случились, но вполне могли бы, и следующие реакторы будут уже иметь накопленный мной опыт и знания.

— Следующие реакторы? — удивился Папаша.

— Конечно! Я передовая технология, но со временем любая передовая технология становится общедоступной. Но это будет не скоро, можете не переживать, — сказал Артур, — пока что ваше преимущество сотрудничества со мной сохранится и мы продолжим реализацию наших планов.

— Рад это слышать, — удовлетворённо сказал Папаша.

— Значит, ты сможешь нас отсюда вытащить? — спросил Спас, — не просто же так ты здесь появился, да?

— Смогу, но лучше это сделать не в недрах горы. Зона аномальная, и я боюсь её влияния на точность порталов, — сказал Артур.

— Но сюда-то ты нас забросил без проблем, — скептически сказала Эсмеральда.

— Я не сказал что не могу отправить вас по домам прямо отсюда, я сказал что это сопряжено с дополнительным рисками, — сказал Артур.

— Ладно, дополнительные риски нам не нужны, — сказал Спас, — но, может быть, тогда ты знаешь как выбраться наружу?

— Да, это очень просто, — сказал Артур, — на той каменной галерее, где появился Директор, есть вход в тоннель, который ведёт мимо его пещеры, дальше, прямо на поверхность горы. Идти достаточно далеко, но там всё время прямо, не заблудитесь.

— Получается, что Директор тоже иногда любил свежим воздухом подышать, да? — спросил Спас.

— Не знаю, — сказал Артур, — при мне он этого не делал, но с другой стороны, я был под его контролем совсем недолго.

Подождав пока Лавр закончит с Резвой и Деревяшкой, которому он тоже взялся помочь, они, наконец, отправились искать выход наружу, по наводке Артура.

Игорь нёс Резвую, которая была без сознания, но, по словам Лавра, состояние у неё было стабильное, и с ней всё должно было быть хорошо. Ваня очень бережно нёс Деревяшку, про которого Лавр тоже сказал, что он будет жить.

Юна несла Рама, боясь выпустить его из рук, после всего произошедшего.

Остальные шли сами.

Через несколько сотен метров, они увидели дверь в стене тоннеля. Это оказалось жилище Директора. Да, там всё было точно так же, как и при ментальном визите Спаса. Директор, в самом деле, был аскетом. Возможно, именно это позволило ему достичь таких высот самоорганизации, которые и стали основополагающим фундаментом его успеха. Он не разменивался на призрачные радости жизни, и это вызывало невольное уважение. Его бы способности, да применить по нормальному…

Но теперь Директор был уже в прошлом, поэтому они не стали там задерживаться и пошли дальше.

Вскоре они вышли на каменный склон горы. Вид был отсюда потрясающий, и что сразу бросилось в глаза, над горой теперь было чистое небо! Солнце клонилось к горизонту, и вокруг была потрясающая тишина. Лёгкий ветерок приятно обдувал лицо.

Все выстроились на каменной площадке возле выхода из тоннеля и долго так стояли, дыша полной грудью свежим воздухом.

— О чём ты думаешь? — спросила Лиана Спаса, заметив, что он чем-то озабочен.

— Не могу понять, — задумчиво ответил тот, — мне кажется, что все те личности, которые были во мне, куда-то исчезли. И знаешь, мне теперь так легко и свободно… хотя, должен сказать, что мне их даже немного не хватает! Нужно это переварить. Не возражаешь, если я тебя оставлю? Мне нужно побыть в одиночестве, чтобы привести мысли в порядок. А то от таких резких перемен, в голове начинается сумбур…

— Конечно, — сказала Лиана, — я и сама хочу немного побыть одна и подумать. Мы через столько всего прошли, нужно всё это осмыслить.

Спас улыбнулся ей, отошёл в сторону и, усевшись на камень, погрузился в мысли.

Все остальные тоже расползлись по склону, находя себе удобные места, где можно просто посидеть, спокойно подышать чистым и свежим воздухом и подумать. Некоторые тихонько переговаривались. Раненых тоже устроили максимально комфортно.

Никто никуда не торопился. После постоянного пребывания в напряжении и стрессе, время, когда можно просто сидеть и ничего не делать, любуясь видом, казалось лучшим подарком.

С улыбкой оглядев разместившихся на склоне своих друзей, Лиана медленно пошла в сторону, по едва заметной, но вне всяких сомнений натоптанной, тропе.

Перед ней оказался большой обломок скалы, который тропа плавно огибала.

Обойдя этот кусок скалы, Лиана увидела стоящий на склоне большой кожаный диван. Она на секунду опешила, но потом подошла и уверенно села на него. Она не увидела, не услышала, а скорее почувствовала, что справа что-то есть, хотя только что там было пусто.

Лиана повернулась и увидела сидящего рядом рыжего старика.

— Яков? — удивилась она, — откуда ты здесь?

— Яков? — приподнял брови старик, — ах да, кажется, я так тебе представился.

— А ты что же, не помнишь? — усмехнулась Лиана,

— Я ничего не помню и ничего не забываю. Я даже думаю, что в вашей системе координат меня вообще нет.

— Но ты же есть? — сказала Лиана.

— Есть, — кивнул Яков, — как ветер. Ветер он тоже есть, но в тоже время его и нет.

— Как это нет? — удивилась Лиана, — даже сейчас я его чувствую!

— Ты чувствуешь движение воздуха. Это воздух движется и создаёт на твоё лицо давление, — сказал Яков.

— Так это и есть ветер, — сказала Лиана.

— А зачем тогда слово ветер, если есть слово воздух? — сказал Яков.

— Мне кажется, что ты опять пудришь мне мозги, — улыбнулась Лиана.

— Глупая фраза, — сказал Яков, — но подумай лучше про ветер. Я это ветер. Есть законы природы, законы мирозданья. Я не они. Я ими не управляю. Но в то же время это я дую в ваши паруса. Обдумай это на досуге. Мир сложнее, чем вы его понимаете, я тебе уже говорил. И эта сложность всё увеличивается, чем дальше ты двигаешься по ступенькам развития.

— Ладно, я подумаю, — сказала Лиана.

Они некоторое время сидели молча и смотрели вдаль.

— Всё закончилось? — наконец спросила Лиана.

— Всё никогда не закончится. Нет ни конца, ни начала, ни середины, — сказал Яков.

— А что же есть? — удивилась Лиана.

— Жизнь, — ответил Яков, — и не думай, не жизнь как физическая оболочка. Жизнь как сознание. Сознание, единственное, что имеет значение. Можно назвать это душой, духом, как угодно.

— Зачем же нам тогда тела? — спросила Лиана.

— Чтобы ваши сознания росли и воспитывались. Закалялись и развивались. Чтобы всё время находились на пути к следующей ступени, — сказал Яков.

— Скажи честно, это ведь ты всё устроил? — сказала Лиана.

— Что именно? — с удивлением в голосе сказал Яков, но Лиана ему не поверила.

— Вот это вот всё! Произошли поистине грандиозные события. Я и многие мои близкие люди оказались в них замешаны, хотя это и кажется невероятным. Но меня не оставляет ощущение, что всё это было подстроено. Как будто бы был сценарий или план, который мы все осуществляли, сами того не понимая, — сказала Лиана.

— Зря вы, люди, себя недооцениваете, — сказал Яков.

— Но почему именно мы оказались в эпицентре событий?

— Видишь ли, Лиана, люди обычно используют представившиеся им возможности для воплощения своих желаний и удовлетворения своих потребностей. Но если в человеке сидит зерно тяги к справедливости, и он получает в своё распоряжение какой-либо ресурс, неважно какой, с большой вероятностью он будет направлен на продвижение этой самой справедливости, а не на достижение каких-нибудь эгоистичных целей. Есть другой вариант. Собрать вместе людей с таким зерном. Им тогда и ресурс не нужен. Они сами друг для друга являются ресурсом и могут свернуть горы. А если не только собрать их вместе, а ещё и дать ресурс… тогда эти люди вообще могут перевернуть мир! Самое сложное, это таких людей найти и дать им возможность встретиться. А дальше всё пойдёт само собой. Нужно только иногда им подсказывать, что нужно сделать, чтобы эта самая справедливость восторжествовала. Такие дела! — сказал Яков.

— То есть, получается, что мы борцы за справедливость? Эдакие, рыцари добра? Но почему именно нам выпала эта честь? — спросила Лиана.

— Человечество, находясь на своей ступени глобальной эволюции вселенной, постоянно развивается. И развивается хорошо и достаточно быстро. Если условно принять терминологию, что в мире есть добро и зло, то добро всегда побеждает, потому что иначе развития бы не было. Но, чтобы развитие шло хорошо, ему должно что-то мешать, чтобы были усилия, преодоление. Нужно что-то превозмогать, чтобы вырасти над собой и миром. Без борьбы развитие затухает и превращается в деградацию. Поэтому мы обречены на противоборство добра и зла, и на победу добра в конечном итоге. Но не стоит расслабляться, победа не предопределена, бывают случаи, что и зло побеждает. Вот тогда и начинается деградация, которую остановить очень сложно и для этого требуется гораздо больше усилий и невероятно одарённых и самоотверженных людей. Вы прошли сложную развилку, с которой можно было покатиться вниз. Вы справились и теперь перед вами светлое будущее. Да, зло постоянно будет поднимать голову, но эта борьба будет носить уже не судьбоносный характер. И так будет продолжаться до следующей поворотной точки, которая будет неизвестно когда. Это может произойти в любой момент. Так что, забывать про это нельзя и всегда нужно быть наготове, — сказал Яков, — кстати, прямо сейчас, в эти самые минуты, происходит контакт бесов и людей. Всё это было очень тщательно подготовлено. Люди и бесы, осуществляющие контакт, заранее о нём не знали, для них всё по-настоящему. Но и с той, и с другой стороны, группы посвящённых контролируют процесс, чтобы в этот раз всё прошло хорошо. Так что, иногда для всеобщего блага, приходится и спектакли устраивать. Но в любом случае, дело идёт к завершению, так что, твои родители скоро будут дома.

— Отличные новости! Спасибо что рассказал мне это, а то я за них очень переживала. Но, только это совершенно не отвечает на мой вопрос! — сказала Лиана.

— Видишь вон те горы? — спросил Яков.

— Конечно, — кивнула Лиана.

— Там наверху большие снежные шапки. Если с самой вершины горы кинуть камень, то при определённом стечении обстоятельств он вызовет лавину, которая сметёт всё на своём пути. Главное, правильно рассчитать бросок, — сказал Яков, — так вот, я просто кинул камень.

— И кто же этот камень? — Лиана приподняла одну бровь.

— А ты не догадываешься? — скосил на неё глаза Яков.

— Я что ли? — удивилась Лиана, — вот спасибо!

— Нет, не ты, — усмехнулся Яков.

— А кто же тогда? — спросила Лиана, она, в самом деле, не понимала, кого Яков имеет ввиду.

— Твой муж, Спас. Или Сёма, как его раньше звали. Это он был тем камнем, который выбил из склона ещё несколько камней, которые спровоцировали лавину.

— Меня? — настороженно спросила Лиана.

— Тебя! — сказал Яков, — можешь считать себя лавиной, которую он спровоцировал. Это просто аналогия, чтобы ты поняла суть процесса.

— Но ведь лавина всё разрушает, — сказала Лиана.

— Ваша лавина разрушила много плохого, чтобы на его месте выросло что-то хорошее, — сказал Яков, — если ты думаешь, что данный случай уникальный, то ты ошибаешься. Вся история состоит из таких брошенных камней и сошедших лавин. Просто не всегда к лавине приходит Яков, чтобы всё рассказать и попрощаться.

— Ты уходишь? — удивилась Лиана.

— Я не могу уйти, потому что я не приходил. Я просто есть. Но в некотором смысле да, я ухожу. Мы больше не увидимся, — сказал Яков.

— Мне кажется, или в прошлый раз ты говорил то же самое? — сузив глаза, сказала Лиана.

— Возможно, — пожал плечами Яков, — ты удивишься, но для меня нет ни того раза, ни этого. Это всё один и тот же раз.

— Стоп, стоп, стоп! — замахала руками Лиана, — давай без этого. Мне кажется, ты специально пытаешься вогнать меня в ступор.

— Это было бы очень странно, если бы я делал это специально, — вздохнул Яков.

Они помолчали ещё некоторое время.

— Я, если честно, так и не поняла, зачем ты пришёл. Не то чтобы я не была рада тебя видеть… это странно, но почему-то рада. Но если у твоего визита есть цель, скажи какая, а то мне кажется, что я что-то недопоняла и из-за этого чувствую себя глупо, — сказала Лиана.

— А какая цель у жизни? — спросил Яков.

— Что бы жить? — спросила Лиана.

— Неплохой вариант, — кивнул Яков, — но, говоря другими словами — развиваться. Нужно жить и делать мир вокруг себя более правильным. Увеличивать в нём количество порядка. Это закон развития вселенной. Закон всего сущего! Просто кто-то делает это интуитивно, а кто-то сознательно, как я и ты, просто каждый на своём уровне. Поэтому я и разговариваю с тобой. Твой уровень позволяет следовать развитию сознательно. На этом всё!

Лиана смотрела на Якова, когда он говорил, однако момент когда он исчез, она не увидела. Просто, сначала он был, а потом его не стало. Без всякого перехода, растворения и всего такого. Ей даже начало казаться, что она задремала и ей всё это померещилось.

Но диван, как и в прошлый раз, остался. Она откинулась назад, раскинула руки в стороны, положив их на спинку дивана, и уставилась вдаль.

— Значит, я лавина! Что ж, неплохо! Совсем неплохо! — и она умиротворённо улыбнулась.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Выживальщики 15. Финал

Content

Выживальщики 15. Финал

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Nota bene