MARHUZ

Развоплощённый 2

Глава 1

Кажется более-менее устаканиваемся, а сколько нервных подёргиваний было с начала суматохи… Хорошо что заранее распределили роли и людей, да и наши главначпупсы не подвели. Теперь начинаем пожинать плоды, как старательные пожинальщики. А куда обстоятельствам деваться, когда вроде всё предусмотрели? Единственное, чему рад сверх меры, так это судьбе, сведшей с квакерами. Если бы обычных работников набрали, то проблем отхватили выше самой высокой крыши.

Разгрузка заняла три дня, когда все пахали как умалишённые, а я в первую очередь. Тут уж не до общего руководства — сильный крепкий «обезьян» должен вкалывать больше всех. Вот и таскал всё то, что перетаскивается с корабля на бал… тьфу, блин… на берег.

Правда, ещё заранее предусмотрели две надобности. Отправлена группа охотников за мясом, благо край не особо пуганый и далеко идти пока не требуется. И, ясен пень, началась гонка за золотом. Тут не до кукрыниксов каких-нибудь, это смысл нашего дела.

— Мистер Олбани, забирайте своих подельников и помощников и двигайтесь вверх по Клондайку, как мы договаривались. Две контрольные дистанции: с шестой по седьмую милю двумя группками и, базово, всё в районе девятой мили обшарьте.

— Мистер Изборски, то есть вы предполагаете, что самый богатый ручей именно там находится? — до сих пор сомневается седовласый.

— Да, впрочем земля неизведанная так почему бы не создать самим себе приоритеты, чтобы не тратить время на раздумывания. Главное, не заболейте лихорадкой добычи, если вдруг золото найдётся. В первую очередь нужна информация, а не сам металл.

Процесс первичного обследования прост. Стоит лето и всё хорошо видно, так что нужно пока просто бегать по берегам ручьёв, которые имеются в обоих заданных на первое время «зонах действия». Мелкие самородки где-нибудь да попадутся на расстоянии 3–4 миль вверх по очередному ручью. Тогда можно в том месте и первые пробы сделать. Дополнительный признак нашей предполагаемой «бонанзы» выразится тем, что где-то вверх по ручью найдётся ручей, который в него впадает.

— Олбани, этот будет не просто богат, а сверхбогат. Аж целое Эльдорадо, а не ручей. Если и такой обнаружите, значит первая основная цель достигнута и базовая Бонанза найдена.

Мой друг и партнёр даже не пытается поинтересоваться в каком информационном поле Земли я сии откровения надыбал. Давным-давно оговорено, что это неважно. И хоть стой, хоть падай от моего упрямства, переходящего в дебилизм.

Вместе с людьми Олбани в первичку отправились ещё и два инженера-амальгаматора от Ричардсона. Им нужно определиться с насыщенностью золотоносных песков, коли такие попадутся, и определить, где следует поставить обогатительную станцию (или как это заведение-предприятие называется). Естественно, что в случае сверхбыстрого везения следует тут же сообщить на базу, благо мы относительно недалеко находимся.

Охотники начали доставлять мясо уже на третий день, так как оно бродит (или курлычет) действительно неподалёку. Дольше таскать, чем добывать, но это пока. Ничего-ничего, скоро мы всю дичь с ближайших миль выбьем и придётся таскать вдаль, зато по снегу на санках.

Ещё одна важная деталь — лесорубство с распиловкой. На это дело тоже бригада выделена, так как тянуть нельзя. Поставить и заставить работать лесопилку — голубая мечта и её нельзя перенести «на потом». Это золото может подождать, мы его рано или поздно найдём, а вот пилорама с паровой машиной просто обязаны приступить к работе. Не хрен другим сачковать, когда я лично ящики таскаю!

По вопросу с местными индейцами нас проконсультировали спецы: двое из Калифорнии, которых наняли на год, и ещё двое, которых прихватили по пути, поднимаясь по Юкону.

— Мистер Изборски, русские в своё время до племени хэнцев не добрались. И мы тоже пока далеки, лишь в Игле и в Релайенсе с ними торгуют, но их не обижают.

— А как с их вождями правильный уважительный контакт лучше наладить?

— Естественно, нужны дары. Однако следует выждать, а не пытаться их искать своими силами. Наверняка хэнцы уже знают о вашей высадке и ведут наблюдение. И сами пришлют представителей, когда присмотрятся к вам.

Заодно, прояснили нюансы торговли. Если с представителями Американской Коммерческой Компании они торгуют, значит сложился определённый порядок цен, устраивающий обе стороны. Отсюда вывод: мы можем перехватывать выгодные меха или демпингом на свои товары, привезённые для меновой торговли, или какими-нибудь особыми услугами. На нашей стороне то, что америкосы-торгаши на своё задирают цены, а на меха индейцев сбивают. Поэтому и курс ошарашивающий. Хэнцы просто не имеют другой возможности заполучить в свой быт то, чего у них просто нет. Поэтому и ведутся на ценовую политику белых. Иначе придётся возить меха далеко вниз по Юкону, а это слишком рискованно вообще-то. И белые могут ограбить по пути, и дружественные племена тоже.

Можно, конечно, жить по старинке, но качественный жевательный табак, ткани и те же стальные иголки ох как нужны современным краснокожим. Ну и прочая разнообразная всячина. Ладно, дождёмся их прихода, надеюсь что не с гиканьем и потрясанием топорами войны.

Наш «мир Клондайка» 1875 года резко отличается от мира 80-х и 90-х. Ко времени золотой лихорадки в реальной истории по Юкону было множество поселений, включая крупные, типа Сороковой Мили. Там, например, уже было найдено золото (как и в ряде других мест), существовало регулярное снабжение товарами. Мало того, выше Клондайка, по течению Юкона, тоже были форты и посёлки. А на нашу речку заглядывали старатели ещё в конце восьмидесятых, но особо ничего не нашли, хотя ручей Рэббит-Крик был по сути рядом. Все действовали навскидку, тяп-ляп, не заморачиваясь надолго. Если у впадения в Юкон ничего нет на милю-другую, значит и вообще нет смысла чего-нибудь искать.

Сейчас даже на Форти-Майл людей не имеется, кроме изредка забредающих трапперов, которым золото по барабану. Их бизнес более выгоден, так как прост, как ситцевые трусы. Или выменивай меха на свои товары, или лично занимайся охотой (желательно в зимнее время). Поиск презренного металла напрямую зависит от количества запасов еды, привезённых с такую даль, если действовать вслепую. Ручьёв до едреней фени и их сложно все обойти, не то что вскопать и перемыть с толком.

Кроме того, даже когда во второй половине девяностых наткнулись-таки на золото, то не всё было столь лихо, как выглядит в книгах и фильмах. В первый сезон не так уж много людей понабежало в наш «нерезиновый самарканд». Ничего нет, даже причал следует обустроить хотя бы для лодок. Плюс, имелись сомнения в достоверности информации, а это много времени отнимает на проверку. В итоге в первый летний сезон намыли то ли полтонны золота, то ли тонну (пресловутые тридцать тысяч унций). Два десятка человек после этого вернулось в Калифорнию богатыми людьми. И это всё.

Героический путь через Чилкутский перевал ещё только предстоял тем, кто сошёл с ума от жадности и вожделения, и рванул за Синей Птицей удачи. Кстати, только треть смогла добраться в итоге до цели, а время тикало. Зато третий сезон уже принёс настолько до хрена, что людской девятый вал героических пешкодралов и доморощенных лодочников захлестнул Доусон. Пришлось на пинках (на лодках) отправлять вниз по Юкону всех тех, кто не имел 400 фунтов еды на год на человека.

Так что наш подход (ну, хорошо, мой) даёт огромные преимущества по сравнению с будущим, которое наступит лет через двадцать. Нет, не так, наступило бы. Мы можем до зимы не только толком обустроиться, но и намыть пару тонн золотого песка, заодно понабрав самородков. Главное, чёртову Бонанзу вычислить методом научного тыка, как самое богатое место Клондайкской лихорадки. А когда вычислим (опять же, тыкаясь) ручей, впадающий в саму Бонанзу (тот, который назвали Эльдорадо), то на нём ещё тонну-другую можно хапнуть и это не весь осётр. Отдельные участки на Эльдорадо-крик стоили от полумиллиона долларов до ляма. Сколько же можно с такого добыть переработав его полностью?

— Братцы, расчёт прост, — в очередной раз довожу до Джорджа с Джимми цифирь, — десять тысяч унций стоит сорок тысяч британских фунтов стерлингов. А в переводе на доллары это будет двести тысяч долларов.

Мне, по условиям контрактов с участниками эпопеи, достанется половина доходов с пушнины и с золота, естественно. Остальное справедливо распределяется между всеми остальными. Те, кого условия не устраивали, с нами не поехали. В конце концов, это я подставился, собрав инвестмент и залезши в долги по самое «не могу». Кстати, с братьями-ганфайтерами особый договор заключён, который их тоже вполне устроил.

Это только кажется, что пролетарии опять пролетели. Попробуй найди доброго дядю, который возьмёт на работу и обеспечит всем необходимым за свой счёт. И ни цента не затребует за всё то, что было предоставлено (включая продовольствие). Ни в случае проигрыша в столь серьёзной игре, ни в случае победы.

Причём, когда наладится обогащение за счёт амальгамирования, выхлоп с того же самого объёма увеличится втрое. А если две планируемые тонны станут шестью, то любые мимокрокодилы и заклёпочники сразу потребуют урезать осетра. Им же пофиг достижения науки и техники, когда в киношках они только лотки видели, как и тяжёлый процесс вымывания вручную. А коли в книгах и фильмах ничего подобного нет, значит «вывсёврёте». Жаль, что пока своей драги нет, но Ричардсон и её найдёт, если она изобретена. Во, «придирочные» возмутятся, если её в разобранном виде привезут и смонтируют. У Джека Лондона нет, у Васи нет, значит и у «развоплощённого» тоже не должно быть.

А что делать, если даже рояли, которые иногда находят в кустах, нужно заблаговременно купить и, наняв грузчиков, закатить в положенное место. Ещё и капризную будущую подругу сердца придётся убедить в нужную сторону пойти. Иначе, роялями придётся все кусты в округе заставить. А если вдруг дождь пойдёт и идея с роялями накроется из-за непогоды?

Помню знаменитую фразу, которая бессмысленна и непрактична, хотя и красиво выглядит.

— Если я дам человеку рыбу, то он будет сыт один раз. Если я научу эту рыбу ловить, то накормлю его навсегда!

Ага-ага, щаз! Помрёт человек с голоду, даже научившись. Удочки нет, крыши над головой на период утрясания нового умения нет, крючка и лески тоже нет, лодки нет, жрачки хотя бы на первую неделю нет, ни хрена нет. Ох, оспорят и эту мою сентенцию, проверенную жизнью. Оно же так сладко верить в лёгкость свершений без сопровождающих деталей и нюансов. Чего же тогда люди по жизни не прыгают от счастья, когда вокруг полным-полно учителей и гуру и совсем-совсем мало тех, кто готов тащить на себе тяготы учительствования достаточное время?

Индейцы появились на четвёртый день, когда пароход, полностью разгруженный, собирался отплыть за новой грудой запасов. До Сент-Майкла путь длинный и долгий, надеюсь что в конце июля наш трудяга вернётся, чтобы превратить поселение в очередное громадьё куч всякоразного полезного и нужного барахла.

— Бледнолицый, с какими целями прибыл ты и твои люди? — вполне дежурный и резонный вопрос местных таможенников.

— Мы хотим торговать с вами, кроме того собираемся искать горючий чёрный камень и добывать его из земли. Ещё нас интересует жёлтый металл, который попадается в песке местных ручьёв и рек.

Видимо лучше честно признаться, чтобы не врать. По крайней мере переводчики именно это посоветовали сделать на первых же переговорах. Индейцы племени хэн готовы поверить сразу, но до первого прокола.

— Торговать мы будем если твои цены нам понравятся. Горючий камень тоже есть, но тебе придётся платить за право его добывать, — это не инглиш у них литературный более-менее, это переводчик пашет как положено, — жёлтый металл мы видели в песке разных рек, иногда большие куски попадаются. Можем помочь их собирать по ручьям, но за это тоже придётся платить.

— Вы сами видели корабль, который привезёт ещё грузов. У нас уже есть товары для вас и ещё прибудут, коли вам понадобится. А цены мы можем согласовать по всем позициям. Некоторые уже сегодня вам назовём. Но у меня есть очень важный вопрос.

— Спрашивай бледнолицый вождь, мы ответим.

— Мне не хочется нарушать ваши правила и традиции. Но для этого их нужно знать. Например, у вас, как и у многих народов, есть табуированные места. Не хотелось бы туда заходить не зная, что их нарушаем.

Ответ сразу низринул меня в явные чугундуры и тупари. Оказывается святые места хэнцев расположены в укрытых местах в глубине лесов, а не по рекам и ручьям, где их могут посетить всякие разные проходимцы. Индейцы их не будут показывать, но мы навряд ли до них доберёмся. Если что, то на подходе имеются караульные, которые сразу укажут заблудшим, где появляться не след.

Приятно иметь дело со столь благожелательными «дикарями», главное, не быть «бледнолицыми» в самом дрянном и пакостном смысле этого слова. Когда перешли к расценкам по товарообмену, оказалось что мы молодцы по сравнению с торгашами АКК. Здесь пока в достатке тех же бобров, так как территория покрыта речками, речушками и даже озерцами. В общем воды полным-полно, а зимы холодные, вот бобры и имеют замечательные «шубы». А наши коэффициенты именно на данный вид пушнины лучше, чем у конкурентов. Надо же, как удачно угадали с ними (узнав заранее у других, гы-гы). Все разновидности мехов нет смысла сметать, так как цели у экспедиции другие, а шкурки пушистиков лишь вспомогательный приварок и возможность своеобразно помочь местному населению в выгодной торговле. Поэтому и соболя тоже оказались в списке демпинговых, всё равно до хрена наварим в итоге. Пусть и чуть меньше, чем другие торговцы.

Ещё кое-какие индейские товары мы готовы приобретать в виде унт и меховых накидок. У хэнцев они действительно высокого качества оказались, а всякой дешёвой хрени, являющейся здесь дефицитом, у нас хватает и ещё подвезём.

Переговоры длились долго, так как все детали обговаривались, вплоть до размена золота (фактически самородков), которое индейцы будут добывать на «своих» ручьях. Дело в том, что двенадцать миль вверх по Клондайку я выкупил на три года, очень дёшево кстати. Включая, естественно, и ближние к поселению места. Уж лучше оплатить, чем завоёвывать или пытаться схитрить. Месторождение каменного угля (видимо, небольшое, хотя кто его знает?) находится близко к берегу Клондайка. Вполне удобно чисто в логистическом плане.

Ещё индейцев порадовали тем, что в дар поднесли три рыболовные сети, качественно изготовленные во Фриско. Ещё двенадцать они обрадованно купили за бобров. Видимо их собственные сети уступают в качестве материалов намного, если ухватились с такой радостью. Здесь, на Клондайке, у них имеются столбы в разных местах, на которые они сети натягивают в нерест. Рыба в рационе превалирует, что ни говори. Тем более, что лососины солидных размеров, часто в метр длиной.

Глава 2

Вместе с индейцами ушла одна из лодок с тремя квакерами, которым надлежит осмотреть угольное месторождение, каким бы маленьким оно ни было. Ещё одна лодка составила всем компанию, дабы отвезти тех, кто разберётся с мехами и на чём их привезёт в наш, пока ещё мехосранск. Название опасаемся давать по причине лёгкого суеверия. Всё-таки, как назовёмся, так и поплывём в итоге.

А события наворачиваются в пошаговом режиме — на следующий день была до конца собрана паровая машина, работающая на любой байде, способной гореть. А так как лесопильное оборудование тоже собрано, то вот-вот начнём получать пиломатериалы. Стены «зданий и сооружений» можно и из брёвен поставить, но всё остальное лучше из досок и брусьев мастрячить. А то достало уже в шалашах ночевать, хочется в бараки перебраться, чтобы существовать, как белые люди.

— Мистер Изборски, так хорошо бы дерево сначала высушить, а потом сразу из качественного строить.

— Друзья, зима не за горами, здесь всё-таки Север. Лучше потом займёмся более качественным строительством, а пока нужно заранее обезопаситься от климатических условий.

Сам не люблю, когда по сто раз переделывают, но многие из работников родились и выросли в благословенной солнечной Калифорнии. Им действительно кажется, что зимой лишь немного холоднее, чем летом. Многие не понимают зачем на зиму нужны именно меховые шубы и полушубки, когда можно лишь что-нибудь надеть под суконные или кожаные куртки и достаточно. А рассказы других людей о лютых северных холодах сопровождают комментом класса «неженки просто».

В общем пятый день новой жизни прошёл в рабочей суете и подгонке всех составляющих лесопильного производства, а на шестой день пошла и продукция. Пока сортамент накапливаем, но скоро ввезённые гвозди пойдут под молотки и им мало не покажется, отвечаю. Мясо уже поступает, тем паче, что под слоем земли вечная мерзлота, по-научному, пермафрост. Есть вполне природные условия для хранения скоропорта, хотя наши рыбаки также уже наладили свой промысел. Даже времянки для вяления и копчения организовали, а скоро и засаливать навострятся.

— Хорошо, что вы много людей в экспедицию взяли, Эндрю, — подхваливает Вермонт, — действительно это гораздо удобнее, чем когда полудюжина пытается всё сразу делать. Даже личный представитель Хопкинса работает, как все, не чураясь, а ведь в начале таким изысканным джентльменом выглядел.

— Он на общих условиях и Хопкинс дал согласие, чтобы его задействовать, когда нам нужно.

Странный человек, потому что никак не могу понять его предназначение. С одной стороны, он всё видит своими глазами, а значит должен будет донести банкиру, когда вернётся в Сан-Франциско с последним рейсом. С другой стороны, я ничего и не скрываю, неужели Хопкинс этого не понимает? Или его истинной функцией является что-то такое до чего сразу и не допетришь? В любом случае, он на киллера не похож, уж я бы это прочувствовал. С десятилетиями выработалось подспудное чутьё на серьёзную опасность и это даже с заменой тела не выветрилось.

Всё-таки странное существо человек — ко всему быстро привыкает, как минимум я. Стоило наладиться трудовому процессу более-менее и уже чувствую что чего-то мне не хватает. Во Фриско было поразнообразнее и поактивнее. Там не только научно-исследовательские авантюры двигались куда-то, но и спекуляции через газетные статьи. Вон, наш газетчик, ваяет каждый раз, когда имеет свободные минутки. Мало того, там даже сбор средств был своеобразным развлечением, как и всякие непредусмотренные «гарфилды» или «риганы-морталы». Здесь же интриги нет и чувствую что зимой я могу взвыть от тоски, особенно, если всё настолько устаканится, что пойдёт своим чередом.

Есть выход — просто бросить всё к чёртовой матери и убыть следующим рейсом в конце июля. Никуда инвесторы не денутся. Вон что Пол Вермонт заявил после того, как индейцы убыли.

— Эндрю, это невероятно. Я знал, что любая торговля с дикарями выгодна, но не ожидал, что настолько! Деньги, которые я вложил без проблем легко удвоятся, теперь и сам это понимаю. Вы поразительно удачно всё организовали и реально заработаете огромные деньги. Уже сейчас видны сверхприбыли от предстоящей торговли пушниной. А уж разменный курс по золоту…

— Вижу вам оно понравилось, как и индейцам?

— Да они просто счастливы были, что столь ловко выгадали. Когда вы положили на весы гирьку весом в фунт, а с другой тюк с десятью фунтами табака, даже я удивился. Столько табака за кусок металла, куски которого просто валяются по берегам ручьёв или на дне.

— Но нам же тоже выгодно, — троллю Вермонта.

— Вы издеваетесь, друг мой? Отдавать гору вкуснейшего ароматного табака за кусочек невзрачного жёлтого металла? Вы идиот, Изборски, совсем простофиля, — или это он надо мной и над ситуацией подтрунивает? — даже фунт табака размером гораздо больше, чем гирька. И ведь её не покуришь или не пожуёшь.

Чего уж говорить об индейцах, которые настолько было ошарашены глупостью бледнолицего, что умоляли ни с какими другими индейцами не вести меновую торговлю на жёлтый металл.

— Мы у них сами поменяем, а сначала сами же и найдём на своих ручьях. И другим бледнолицым не говорите, пусть это будет наша с вами тайна.

Я, конечно, ошалел, но мне предложили обменяться кровью по этой сделке, чтобы закрепить договор. Ничего не попишешь, фактически побратался с их старшим на эту тему, придётся священно соблюдать курс, иначе духи накажут. И где я им найду столько табаку, если они тонну самородков притаранят, например? Оказывается южный табак намного вкуснее и ароматнее северных сортов, которые больше напоминают вкус прелой листвы. Конечно, десять тонн мы завезли по совету спецов, но он и для других разменов нужен.

Так что Хопкинс уже считай выгадал на будущее, тем более, что его представитель всё видел и также офигел почему-то.

Вскоре вернулись наши «угольщики» с полной лодкой вполне добротного угля.

— Мистер Изборски, там хорошее месторождение, можно добывать прямо поверху. По идее угля столько, что на несколько лет хватить может, даже пароходу достанется. Нужны кирки, лопаты, мешки и работники. Впрочем индейцы согласны копать и грузить за приемлемую плату. Вам очень дёшево всё будет выходить, мы уже подсчитали.

— Благодарю, друзья, обязательно этим займёмся вскоре, — приучаю своих не спешить с деяниями, а сначала собирать информацию.

А то не хватало ещё и угольную лихорадку подцепить. Заодно можем внести в план действий и добычу этого ресурса. Чего же отказываться от более эффективного топлива в краю бесконечных деревьев. Жаль, что нефти нет… это я совсем зарвался, виноват, закатываю губу обратно.

«Меховики» тоже в грязь лицом не ударили, привезя не только бобровых и соболиных шкур, но и… песцов.

— Откуда эти-то, Джордж, до Заполярья сотни миль добираться, судя по карте.

— С севера приезжают индейцы, чтобы меняться с нашими. Не все северяне живут на берегу Северного океана, поэтому не всем достаются товары бледнолицых.

Да что же за нищие края, где пушнина есть, а иголок и ниток практически нет. И не лень было тащиться триста миль по тундре и лесам ради сомнительных предпочтений? Напоминает картинку из тех веков, когда португальцы возили в Африку классные железные топоры (почти стальные) и выменивали на всякую фигню. То перья птиц, валяющиеся под деревьями в джунглях, то мускусные орешки сами собой растущие на кустах и деревьях в тех же джунглях. Ну и прочую фиготень, являющуюся мусором для негров. Блин, даже венецианские дорогущие зеркала покупали в дальнюю дорогу и просили разрезать на части поменьше (чтобы в дороге не побились в штормовую погоду) и обрамить в деревянные рамки.

А 8-ого июля нас всех ударили мешком по голове — примчались на лодках чокнутые золотоискатели и размахались мешочками с чем-то тяжёлым внутри.

— Мистер Изборски, сэр, нашли на одном ручье, вот! — Олбани горделиво высыпает из одного мешочка набор самородков разного размера, а из другого высыпает песок.

Ну да, не просто речной и никому особо не нужный, а золотой. «Фига се!» — вскрикнул внутренний голос, когда ковбой действительно нашёл клад.

— Ещё на паре ручьёв тоже имеется золото, но не настолько богатое содержание. Мы потратили один день, чтобы определиться сколько намоем лотками. Вышло сто тридцать унций на четверых за шесть часов после чего решили собираться, чтобы сообщить.

— Где примерно: на шестой миле или на девятой?

— Девять с половиной миль вверх по Клонадайку, где вы и предсказали. Ручей тянется далеко на восток и в него впадают другие ручьи с холмов. А Эльдорадо мы пока не нашли, но кое на каких вполне хорошее содержание также имеется. Два из них стекают с одного холма, не удивлюсь если внутри есть рудное тело, причём с жилой.

Ну, вот, сбылась мечта идиота наконец-то. И двух недель не прошло. Слишком быстро на взгляд тех, кто любит начинать вслепую и не подготовившись. Хотя, когда качественная стрелковая ячейка откопана и оборудована, винтовка пристреляна и патронов вдосталь приготовлено (а сам стрелок прошёл полугодовой курс стрелковой подготовки, потратив несколько тысяч патронов), то почему не попасть в цель? Или это и есть пресловутая мэрисьюшность? Зная, где находится река Клондайк и примерно где в неё впадает очень богатый на золото ручей, прибыть туда и ничего не найти? Или таковы должны быть «истинные реалии жизни», как любили выражаться некоторые читатели в моём прошлом. Где протагонист, почему все прислушиваются, откуда сведения о клондайкской золотой лихорадке?

Я всегда фигел от таких подходов и соответствующей критики. Какой в задницу протагонист, если у меня мощнейший опыт завуалирования? Меня высококлассные американские спецслужбы четверть века не могли раскусить, хотя я действовал у них под носом! Практически в открытую, не скрываясь. Бляха, сидят за компом диванные мальчики и рассуждают о вещах в которых не смыслят. Они же авторитетные знатоки и во всём разбираются, не менее. Вот только даже от армии скосили, а туда же лезут с комментами. Мол, мы других «авторитетов» проштудировали и теперь разбираемся что к чему.

Лана, чего я раздухарился по прошлому, когда вон оно какое славное настоящее. Жаль, что Хопкинса и Ричардсона рядом нет и они не видят всего этого. Наверняка порадовались бы нашим успехам!

Я ошибался: и золотопромышленник, и банкир находились рядом и искренне радовались, что всё идёт в нужную сторону. Просто они об этом ещё не знают, но есть же их личные представители. Причём и банкирский завтра отправится на Бонанзу (или как ручей правильно назвать), чтобы лично в разных местах в песочке покопаться. А довольный-предовольный Олбани счастлив оттого, что лично нашёл богатейший ручей (на его взгляд), а значит по-своему вошёл в Историю. Два амальгамных инженера пока ещё там, на ручье, и делают привязку к местности, чтобы потом спокойно перебазировать свои технические прибамбасы. Придётся у индейцев прочные мешки заказывать, чтобы туда золотоносный песок складывать и таскать его обогатителям.

Всё население радо не меньше, чем когда меха начали поступать. Всё-таки приятно быть соучастниками столь серьёзно подготовленного проекта и разделить радости первых достижений.

— Мистер Изборски, я вас поздравляю от имени всей нашей общины, — Вайден тоже доволен, так как последние сомнения улетучились.

Всё-таки первая добыча составила вместе с самородками почти двести унций, а это четыре тысячи долларов. А если всем скопом накинуться на ручей и всерьёз заняться мытьём? Да от всей души и со всем старанием.

— Мистер Вайден, на днях так и поступим, отрядив значительную часть работников на прииск. Естественно, что поисковики продолжат исследовать ручей и то, что рядом находится. Ну и торговлей кто-то здесь должен заниматься, сами понимаете.

Люди ободрены и слава богу. Даже самые дисциплинированные могли бы взбунтоваться, если бы сплошные обломы происходили.

— Мистер Изборски, дорогой Эндрю, сэр, дайте мне пятьдесят работников и к концу месяца мы намоем даже лотками не менее десяти тысяч унций.

Триста килограмм — это солидно!

— Может всё-таки построить какие-нибудь промывочные ёмкости? — я плохо разбираюсь в процессе, — нужные доски и брусья можем на лесопилке сначала для вас изготовить, лишь потом для других нужд. Воды-то там полно, как я понимаю.

— Можно и так, только простаивать неохота пока летний сезон. Это в земле копаться лучше зимой, когда в ямах вода не образуется, а лето для промывки самое время.

Ему виднее, всё-таки у Олбани солидный опыт старательской работы. Вон, сообразил что из-за вечной мерзлоты в глубоких ямах будет оттаивание стенок из-за поступления внутрь тёплого воздуха. А ведь на Аляске или в Сибири он не работал. Я тоже не работал, но по крайней мере наслышан о таких причудах климата.

— Нужно посоветоваться со специалистами Ричардсона. Может им проще обогащать породу без промывания вообще?

Пошли, коли такое дело, пообщались с теми, кто здесь пока остался.

— Мистер Изборски, пока нам нужно провести пробное амальгамирование. Это займёт время, поэтому пока мойте обычным способом. В крайнем случае потом обработаем ваши отходы. А если там золотоносного песка очень много, то можно действовать параллельно и по-вашему, и по нашему.

Во как, даже спорить не пришлось, всё разъяснилось по-людски мирно. Решили всё-таки перенести толковище на завтра, чтобы за вечер ещё раз всё продумать в нескольких вариантах. Пятно застраивается и здесь тоже люди нужны, как и для лесоповала. Иначе, когда лето кончится, а мы толком не подготовимся, то будет грустно, несмотря на обилие золота.

Заодно всех ещё раз предупредили, чтобы посторонних сразу приводили ко мне и ни о чём с ними не говорили. Даже если они будут врать, что я их сам пригласил и разрешение дал. С бледнолицых станется развести кого-нибудь с самым честным выражением на лице. Особенно опасаюсь компанейцев с Игла или Релайенса. Те, кто из форта Юкон, на лодках не доберутся, ибо слишком далеко, а корабли к ним лишь раз в навигацию ходят. В общем, с Американской Коммерческой дружбу не водим, чистый нейтралитет и морду топором. Все беседы лишь через меня, а будут вопросы задавать, реагировать по схеме «моя твоя не понимай».

И так, наверное, шум-гам по всему Юкону идёт о сверхкрупном поселении в верховьях. Новости могут и через ненаших индейцев распространиться. Это плавание по длинной реке долгое, а сплетни и слухи быстрее интернета разносятся почему-то. А ещё говорят, что самая быстрая — это скорость света. Врут, домыслы порой разлетаются ещё до того, как в чьих-то умах возникли, зуб даю. Да-да, зуб — представителя мистера Хопкинса, с него не убудет…

Глава 3

Разложив всё по сусекам и чуток подискутировав мы приняли соломоново решение — разрубить живого ребятёнка на несколько частей, пока дополнительные исследования продолжаются. Лично Олбани рвался найти ручей Эльдорадо, даже не догадываясь, что ему это так и не удастся сделать. Но оно станет понятно лишь впоследствии, тем более что два заветных ручейка, впадающие в нашу Бонанзу оказались настолько золотоносными, что можно прямо с них начинать. По два человека были выделены на каждый для быстрого сбора самородков без особого копания в песке. Снизу по каждому ручью двигались ещё по восемь человек и уже всерьёз мыли золото, как положено. Освободимся от этих объектов и тогда Олбани определит для них участки на самой Бонанзе, имеющие первоочередной смысл.

Все остальные заняты дальнейшим обустройством посёлка, нам в нём жить предстоит. Угольный склад заполняет бригада челночников, мотающаяся туда-сюда по Клондайку. Я выделил средства (в смысле, товары), чтобы оплатить работу женщин и детей, которые копают уголь. Индейские охотники предпочитают фигнёй не маяться, а добывают еду для стойбищ. Зимой у них сезон охоты на пушистиков, а сейчас затарка мясного для пеммикана. Парочку лосей забить им, что ли, в дар? А то все жилистые, видно калорий не хватает. Не повезло с родовыми землями, бывает. Если бы повезло, то белые их бы отняли и загнали краснокожих в резервацию. Мол, спасаем от истребления и вымирания. Благодетели, бляха-муха.

— Вождь Андрэ, — фига се как по-французски прозвучало, — мы привезли тебе жёлтый металл. Повели проверить тот ли он, который ты собираешь.

Приятно, что не настаивают, а разумно согласуют. Хотя может опасаются, что и табак им неправильный дадут, если сами сжульничают? Специалист у нас есть, пришёл и покапал кислотой, всё верно. Только самородки, золотого песка нет, где же они их столько надыбали?

— Почти десять фунтов принесли, молодцы. Сейчас вам выдадут сто фунтов табака, который вам понравился.

— То есть, это тот самый металл? Мы рады, в следующий раз больше привезём.

— Будьте осторожны, чтобы другие бледнолицые вас не увидели, — предупреждаю на всякий случай.

— Спасибо, что беспокоишься, но там наша река, которая течёт к Юкону по нашей земле, а ручей в неё впадает. Бледнолицым туда хода нет, а с большой реки и место не видно.

Хорошее расположение, если богатый ручей припрятан за лесом и холмами.

— А мелкие песчинки вы не собираете там? — любопытствую на всякий случай, — из такого же жёлтого металла.

— Мы не умеем, да и не желаем возиться. Можешь своих прислать. Позволим женской работой заниматься, если тебе нужно. Цену обсудим.

Быстро соседи учатся, хотя у них явно многолетний опыт торговли класса «баш на баш». Если удастся договориться на условии аренды, то будет неплохо. Вахтовым методом гастарбайтеров отправлю, явно неплохой ручей там имеется, вон какие самородки классные. Заодно, выяснилось что несколько стойбищ хэнцев подключилось к сбору самородков там, где их заметили востроглазые охотники или детвора. Племя живёт дружно и приветствуется любой доход в общий котёл.

Но просто так мы не расстались, обменявшись. Я всё-таки навязал услугу с парой лосей забесплатно для них. Договорились, что через неделю приедут забрать мясо.

— Эндрю, а если наши охотники не успеют или не найдут? — вполне резонно поинтересовался один из кентов.

— Тогда, Джимми, отдадим парочку своих, которые уже заготовлены.

У нас мяса, конечно же, больше имеется и в «морозильнике» несколько лосей заныкано уже, так что бэкап найдётся. Сейчас важнее создать две копилки: одну для мехов, а другую для золота. Конечно квакер-счетовод ведёт учёт как должно, но и мне желательно быть в курсе размера накоплений. Всё-таки наконец-то пошла отдача. 150 унций от индейцев и 200 унций от Олбани, конечно же, совсем крохи, но это лишь начало. Посмотрим что к концу июля наберётся или к приходу корабля. С мехами проще, так как не сезон, индейцы везут остатки, но мои контролёры не все принимают. Покоцанное или старьё не нужно, потом сложно будет их спихнуть куда-нибудь.

Вот тоже задачка трёх тел — кому пушнину продавать. Высокие цены в Калифорнии, а на Аляске, ясен перец, всё гораздо дешевле.

— Мистер Изборски, лучше дождёмся последнего рейса и всё скопом отправим в Сан-Франциско, — советует интендант, — нам же прямо сейчас деньги не нужны, до сих пор свои грузы не привезены полностью.

Всё правильно, придётся ждать и копить, как породистые родовитые хомяки.

Дождались, блин-картошки! То опять тянулось, а то сразу все припёрлись. Практически в два дня в конце июля. Разложу по порядку, а то запутаюсь. Сначала вернулись амальгаматоры, чтобы забрать всё своё и отвезти на ручей, дабы поставить в его низовье мини-предприятие. Отчёт простой получился, да ещё и грустноватый.

— Мистер Изборски, мы, как и мистер Ричардсон, кажется не рассчитали объём химикалиев.

— Так что случилось? — офигеваю, ведь вроде всё согласовано было.

— Понимаете, мистер Ричардсон не верил, что будут настолько богатые россыпи. Он предполагал, да ещё и с запасом, что в случае удачи максимум до конца следующего лета наберётся не более пятидесяти тысяч унций. А тамошнее изобилие таково, что эти цифры будут превышены вдвое уже в этом году. Ну кто же знал…

Ну что за попадос на ровном месте? Почему мне так не везёт? Вроде договаривались, а оно вон как вышло.

— И что теперь делать? Останавливать добычу или найдётся другой вариант?

— Давайте мы амальгамируем столько на сколько составляющих хватит. Можно будет даже разделить участки. С одних золотоносный песок пойдёт к нам без промывания и мы его по-своему обработаем. А на других пусть делают отмывку обычным способом. И это ещё не всё, увы.

— Что ещё случилось? — обречённо вздыхаю, предвидя накрытие ситуации медным тазом.

— С последним рейсом в Сан-Франциско отбудет наш человек, чтобы объяснить мистеру Ричардсону что происходит. Дело в том, что холм, с которого спадают оба богатых ручейка в вашу Бонанзу, следует срочно начать разрабатывать. В нём явно имеется жильное золото по всем показателям. А значит понадобится дополнительная техника и специалисты. Чтобы всё это было отправлено с первым рейсом навигации следующего года.

Зараза, финал всё дальше откладывается, начинаю ощущать себя рабом обстоятельств. Да, богатым рабом, но бесправным. Заветные три тонны золота явно не получаются за лето и я пригвождён к сложившейся ситуации. Впрочем, а чего я ждал? Да, завтра будут зилиарды триллиардов, но они же завтра, а не до конца лета?

Затем прибыли индейцы, которые славно поработали на своём заветном прииске, припахав женщин и мальчишек (вполне возможно, что с девчонками-индианками). То ли потогонная система, то ли табаку захотелось побольше… Или их ручей действительно «эльдорадовый» вместо моего предполагаемого, но не найденного.

/Автор желает кое-что пояснить. Главгер не в курсе, но ручей, названный Эльдорадо, впадал в приток Юкона, который расположен ниже Клондайка на тридцать миль по течению))) Кроме того, по свидетельству некоего Огилви, на Клондайке зимой было добыто золота на $2.5 миллиона/.

В общем они насобирали двадцать фунтов самородков и ещё десять в разных других местах. Теперь сидят и ждут прибытия парохода, так как запасы табака почти исчерпаны. Мы ведь и на другое тоже меняемся. Шкурки бобров из других стойбищ нам тоже привезли, хотя они и чуток устаревшие (зимние). Наверняка расстроили «американских коммерсов» из компании. Как бы те нам пакости не начали устраивать, с них станется. Общеиндейский запас золота достиг 600 унций, пора на систему какого-нибудь ЛитРПГ переходить с подсчётом статы, гы-гы.

Слава богу, что под вечер наш корабль тоже причапал, чем порадовал и расстроил одновременно. Теперь же придётся его разгружать, а силёнок маловато (в количестве человеков). Пришлось даже охотников и лесорубов с лесопильщиками срочно отзывать и строителей отрывать от дел. И в то же время амальгамщикам выделить личных работников, чтобы было кому мешки с песком таскать для них.

Но нет худа без добра и на следующий день до нас добрался сам Олбани с некоторыми помощниками. Во-первых, пополнить запасы жрачки и иных необходимостей, а во-вторых, с серьёзным разговором. Вместе с ним, кстати, возвернулся и личный представитель банкира. Видимо, что надо вынюхал и готов ябеду писать своему высшему начальству. Или лично доставить.

— Мистер Изборски, сэр, надо что-то делать. Ручьи на холме дали уже две тысячи унций, кстати, я их привёз. Хорошо бы ещё и самим холмом заняться, но людей сразу на всё катастрофически не хватает. По Бонанзе найдены достаточно хорошие участки, но мы не в состоянии всё ухватить.

— Спокойнее, мистер Олбани, придётся потерпеть. Во-первых, холм начнут разрабатывать лишь следующим летом. Прибудет дополнительная партия работников с первым же рейсом и всем необходимым оборудованием.

— Ясно, вопрос снимаю, — как-то облегчённо сказал наш главный старатель.

Понятно, что он хочет всё и везде организовать, причём не за деньги, а ради профессионального достоинства. Увы, обстоятельства пока против нас.

— Во-вторых, участки придётся разбить на два вида. Одни пойдут на амальгамирование без первичного намывания, — задолбался с терминами по поводу «мытия», потому что так и не знаю до сих пор, как правильно этот процесс называть.

Всё-таки я разведчик, а не старатель.

— На других следует поставить устройства для постоянного перемывания и лишь с ними работать. У обогатителей просто нет в достатке нужных химикалиев и их пришлют лишь в следующую навигацию.

— Понял, Эндрю, тем более что некоторые мы именно так уже оборудовали.

Седой профессионал, когда-то считавший, что людей слишком много привезли, теперь сетует на создавшийся дефицит кадров.

— Кстати, сэр, почему бы вам самому не отправиться во Фриско с последним рейсом? Там нужен кто-то авторитетный и знающий что у нас происходит, чтобы лично проследить за подготовкой новых поставок. А то опять или напутают, или не додадут.

Вот так ничего себе пельмень. Я получается там нужнее, чем здесь? Или это Олбани так считает?

— Джентльмены, давайте-ка проведём совет ответственных лиц и разложим всё по полочкам, — решаю провести совместный анализ.

Как-никак, действительно никто не предполагал, что вляпаемся в серьёзную лихорадку с горсткой человек по сути.

На совещание я пригласил и представителя банкира, чтобы он не думал, что от него информацию крысят. Ещё навыдумывает потом чёрт знает что и неправильно доложит наверх. А оно мне надо?

— Джентльмены, у нас возник дефицит работников из-за того, что золота оказалось очень много и людей не хватает. Приглашать жителей Аляски опасно, так как сразу начнётся паломничество огромного количества старателей. Что думаете по этому поводу, прошу высказаться, — канцелярит так и прёт, да и причина проблемы каверзная.

Все же знают, что «золота много не бывает» и выходит глупость из разряда «богатые тоже плачут». И смех, и грех, право слово.

— Мистер Изборски, — взял слово Вайден, как представитель почти абсолютного большинства, — но ведь с пароходом прибыло двадцать семь человек из наших. Тех, кто в Сент-Майкле ждал, так как в первый рейс им мест не хватило.

Ну да, те, кого заранее отправили грузчиками, чтобы парусники разгружать в транзитном порту.

— Мистер Вайден, их всё равно на все выявленные участки не хватит. Слишком много оказалось хороших.

— А если заказать из Сан-Франциско? Ведь ещё только конец июля, — предположил квакер.

— По срокам не вписываемся. Пароход будет идти обратно в Сент-Майкл две недели, а это уже середина августа будет. Затем три недели до Фриско, после там понадобится время на подготовку и сборы. А в октябре навигация на Юконе заканчивается, никак не впишемся.

Вот как получилось со сложностями, как ни спешили, а не успеваем в итоге.

— Мистер Изборски, но может продолжим, как идёт, а в Калифорнию пошлём кого-нибудь, чтобы на следующий год подготовить ещё сотню-другую работников. Ну и продовольствие, и другие грузы. Всё-таки перспективы отличные, сами видите. На следующий год столько золота и мехов будет, что и вы, и мы озолотимся, согласитесь.

Это уже интендант подключился — действительно не только умный, но и мудрый квакер. Да и другие заголосили, поддерживая идею. Кого-то нужно послать для контроля и разжёвывания ситуации на месте.

— Кстати, за август намоем гораздо больше золота, — заявил Олбани, — участки подготовлены для массовой добычи. К последнему рейсу парохода его будет достаточно, чтобы мистер Изборски и свои долги перед банком и инвесторами закрыл, и новых запасов закупил, на аренду кораблей и на найм дополнительных работников. А если ещё и меха продать…

Ого, как одобрительно разгуделись! Тогда Пола Вермонта можно отправить, он человек деловой и умелый, если что. Однако, только предложил, как руку поднял представитель Хопкинса, привлекая внимание.

— Джентльмены! У меня есть кое-какие полномочия, предоставленные Хопкинсом и Ричардсоном. Они пока секретны, но думаю что в данной ситуации вопрос можно разрешить достаточно просто. Правда, это будет зависеть лично от мистера Изборски. Мне нужно с ним провести переговоры наедине и тогда все проблемы решатся в общую пользу. Может и сам сэр Изборски будет заинтересован, несколько по-другому взглянув на своё предприятие. Вы позволите нам взять тайм-аут минут на тридцать, от силы час? Потом продолжим с учётом принятых решений.

Все, конечно, удивлены и я в первую очередь. Молчал-молчал это человечек и вдруг на тебе, проклюнулся. Чего же от него ожидать, а точнее от двух боссов, стоящих у него за спиной? Ясно, что все опасаются того, что инфа о золоте Клондайка вскроется и начнётся наплыв, который мы не сможем остановить. Уже в следующем году здесь будут тысячи людей, причём малоподготовленных и с мизерными запасам всего: от продовольствия до инструментов. Неважно, как они доберутся, но этот людской шквал нас сметёт.

Сейчас не конец 90-ых, а лишь середина 70-х и Клондайк не подготовлен к лихорадке никоим образом. Ну нет достаточной инфраструктуры на Аляске целом, как и на Юконе в частности. А лихорадочные найдутся и многие доберутся, используя любые способы.

Мы уединились с мистером Перкинсом, чтобы побеседовать о том, что он собирается мне предложить…

Глава 4

— Мистер Изборски, сэр, позвольте разъяснить кое-что. Дело в том, что ещё в 40-х торговцы «Гудзон-бэй компани» предполагали, а может и знали, что в притоках Юкона имеется золото. Но не хотели делиться информацией, что могло помешать меховому бизнесу. Миссионеры также это знали, но опасались, что местных индейцев погубят массы старателей, которые неизбежно хлынут на Аляску. Я это к тому говорю, что мистер Ричардсон был в курсе золота в тех местах давно. Однако никто не собирался заняться поисками всерьёз, а тыкаться вслепую никто не хотел, слишком затратно.

— Продолжайте, мистер Перкинс, кое-что начинает проясняться.

— Благодарю за понимание, сэр. Теперь представьте удивление мистера Ричардсона, когда он узнаёт, что некий русский согласен вложить пятьдесят тысяч долларов в такую экспедицию. Важным было, что именно русский, так как именно они владели Аляской долгое время. Дальше — больше, вы знали куда конкретно собираетесь отправиться.

Так вот, как оно разворачивалось. Мои потуги слились с задумками больших людей, а я-то думал…

— Мистер Ричардсон сразу объединился с банкиром Хопкинсом, чтобы воспользоваться возможностью. И ваш бизнес-проект пришёлся, как говорится, ко двору. Мало того, вы сразу задумали серьёзную экспедицию, а не обычную небольшую группу для случайных поисков то тут, то там. Сразу стало ясно, что у вас есть верные сведения от… видимо, старших родственников, которые просто не имели возможности распорядиться своей находкой в прежние времена.

— Весьма логично, многое проясняется, благодарю.

— В общем, вам был дан карт-бланш, так как представленный проект вызывал доверие. И в случае, если золото всё-таки не будет найдено, то кредитные средства вы явно покроете доходами от торговли пушниной. Однако, мистеры Хопкинс и Ричардсон допустили другую ошибку.

— Какую же именно? — удивился я.

— Они недооценили возможные запасы золота в вашем случае.

Получается, что боссы рассчитывали на что-нибудь простенькое, а не на то, что выявилось.

— Кто мог предполагать, что на Клондайке столько золота найдётся в первый же месяц-другой! Я лично прошёлся по ручью и сделал пробы, честно скажу, изумлён. Мало того, вам удалось привлечь индейцев к этому. Да и ваша система торговли мехами меня удивила. Вы предложили хэнцам такие выгодные условия обмена по бобровым шкурам, что скоро всех бобров региона будут нести лишь к вам. А это самые выгодные меха, превосходящие любые другие по цене в двадцать раз.

— Приятно слышать, что хоть в чём-то я не ошибся.

— Теперь о деле…

Мои планы намыть за год сто тысяч унций были восприняты, мягко говоря, с улыбкой. Ну не может быть столько ценного металла на одном притоке, все же всё понимают. Поэтому и прелиминарный договор был без цифр, хотя их и озвучили, но не стали вписывать. Мол, потом, когда «мистер Изборски сам убедится в реалиях», тогда и будут вписаны те цифры, которые соответствуют действительности.

— Джентльмены предполагали, что за год вы намоете золота тысяч на двести и за столько же продадите права на свой бизнес. Плюс, за вас будут погашены кредиты и расплатятся с инвесторами. Естественно, что работникам будут выплачено всё по вашим с ними соглашениям. И лишь потом начнётся более серьёзная профессиональная добыча с применением механизации и прочего. Даже химикалии для амальгамирования были предоставлены с приличным запасом.

— Получается, что я разрушил все прогнозы и создал проблемы? — улыбаюсь от всего сердца.

— Вот именно! — Перкинс тоже улыбается, — мне было поручено оценить то, что будет найдено и протянуть руку помощи… чтобы побыстрее снять вас с руководства проектом.

Собеседник посмотрел на моё изумление и продолжил объяснение.

— Если бы вы не могли обеспечить добычей те деньги, которые планировалось вам выплатить, то моё мнение стало бы рещающим. То есть, если я увижу, что авансы для вас будут достаточно быстро покрыты переходом на профессиональное руководство проектом, то вам пошли бы навстречу. Вы получили бы свои четыреста тысяч при соблюдении других условий нашей стороной, но уже в этом году передали бы предприятие нашей компании. Да, компания уже зарегистрирована, но ждёт вашего решения.

Вот эта, вот эта, вот это ничего себе! Меня вычислили, проанализировали, даже матрицу по мне создали и вдруг блямс… Где-то в подсчётах минус (-) сменился на плюс (+) всего лишь в одном месте формулы и возникла крупная нескладёха. Теперь, чтобы меня сменить, в несколько сот тысяч не уложишься. Предприятию тем более важно грамотное опытное руководство, коли размах вырос на порядок.

— Получается, мистер Перкинс, что я теперь не могу покинуть проект, ибо размер откупных измеряется уже миллионами.

— Абсолютно верно, сэр, и я именно поэтому открылся. Вам следует отбыть в последний рейс в Сан-Франциско и решить всё на месте. В конце концов, колония без вас не пропадёт, так как у вас отличные опытные помощники и великолепно подобранные работники. С вами поеду я и один из специалистов по обогащению. Мистер Хопкинс и мистер Ричардсон доверяют нам во всём, зная нашу честность и исполнительность. Кроме того, вам следует взять все меха и всё золото, чтобы было что предъявить там. Думаю, что до конца августа всё это значительно увеличится в количестве.

Вот это верно, тем паче что добавится выхлоп обогатительной фабрики. Мы ещё покумекали о том о сём и вышли к советникам.

— Джентльмены! В связи с создавшейся ситуацией я отправлюсь в Сан-Франциско в конце августа. Думаю, что мехов и золота к тому времени будет достаточно для того, чтобы не только обеспечить необходимым в следующем сезоне, но и закрыть долги, а заодно передать вашим родным определённые суммы.

Ну как же без аплодисментов и одобрительных воплей в американском обществе? Правильно, никак! Тем более, что хоть какие-то обещания будут реализованы, а простые люди это приветствуют от всего сердца. Иначе, действительно, поставки следующего года могут быть урезаны или недоукомплектованы без надлежащего контроля.

Три тысячи унций золота — стартовый капитал на начало августа. Переорганизовали наши бригады, а угольный разрез пока закрыли, чтобы высвободить людей на более важное дело. Лесорубов сократили до разумного минимума, а охотники теперь станут старателями. Если приспичит, то и возле Бонанзы могут поохотиться. Время от времени, естественно.

Дюжину определили на индейский «эльдорадо» на трёхнедельную вахту. Пусть там песок моют, сколько получится, всё-таки там богатый ручей по всей видимости. Так почему бы не интенсифицировать процесс, коли все разведанные участки мы всё равно не в силах охватить? Прибывших вместе с сэкономленными отправили на Бонанзу под руководством Олбани. Теперь, за исключением «обогатителей», на участках будет работать 64 человека. Какая-никакая, но сила. Сам я остался и за чернорабочего на стройке, и за охранника. Придётся совмещать, коли дембельский аккорд начался. Пароход, после разгрузки отправился в Сент-Майкл, чтобы забрать остатки грузов и дюжину последних грузчиков. После чего вернётся, разгрузится, загрузится ценностями и, забрав нас, отправится в порт приписки. Большего ничего сделать не можем, как ни крути.

Нет смысла подстёгивать и подбадривать людей ради «сверхплана», пусть работают, как могут. То же самое и Олбани сказал, чтобы не лютовал, подгоняя других.

— Иначе они бунт поднимут и у всех нас начнутся головные боли по утихомириванию.

— Но мы можем всем скопом и по две тысячи унций в день давать, Эндрю, как ты не понимаешь.

— Дружище, не нужно этого делать. В данной ситуации излишнее количество роли не играет. Сколько будет получаться, столько и будет. Люди не должны нервничать, тогда они сами будут стараться, но в меру сил и умений.

Ага-ага, мои слова да богу в уши. Квакеры, когда услышали что их родным передадут кое-какие деньги, сами решили стать стахановцами. Они бы и по ночам работали, но ни шиша золотые песчинки не видно при свете факелов. Хорошо хоть самые лучшие участки сейчас обрабатываются, всё-таки побольше золота выходит на перемытый объём. Это не лихоманка 90-х, когда любые участки кропотливо ковыряли. Даже те, где золотых крупинок вообще было хрен да маленько.

Обогатители вообще поточный метод ввели в обиход, чтобы побыстрее растранжирить свои запасы. Они бы и вторую фабрику-сарай построили, но кто же им даст. Понятно, что с их темпами я не дождусь сто тысяч унций на пятьдесят тысяч сверху, но любой гросс меня устроит. А вот драги у нас нет, а то продлили бы тёплый сезон на месяц, да и в следующем году добавили ещё месяц на старте.

— Вождь Андре, мы опять жёлтый металл принесли, где наш табак?

— Сейчас взвесим и поручу со склада выдать.

На этот раз видимо ещё стойбища подключились, так как уже тридцать фунтов драгметалла привезли наши друзья. Почти пятьсот унций, считай, в этот раз. Мехов нет, ибо все загашники опустошили. Видимо в весеннюю торговлю очень много торговцам продали.

— Меха зимой будут, хороших бобров тебе привезём, не переживай. Рилану не дадим, Игалу не дадим, тебе дадим, — помню, как же: «У Коля боли, у Никсона боли, у Леонид Ильича не боли!», — мы тогда, когда много меха будет, у тебя всё купим.

— Благодарю, главное чтобы мир был, а по товарам всегда общий язык найдём. Тем более, что мои люди уже твой язык учат.

Есть такое, иногда полезно знать чужой язык, хотя бы для подслушивания. Не все конечно припаханы на это дело, а только те у кого быстро овладевание языком получается.

Вот и первая доставка с Бонанзы прибыла. За двенадцать дней те, кто мыл, дали шесть тысяч унций. Плюс, амальгаматоры столько же привезли.

— Мистер Изборски, — докладывают интендант со счетоводом, — уже пятнадцать с половиной тысяч унций набралось.

— Благодарю, уважаемые, в конце месяца окончательные итоги подведём.

Это ещё наши вахтовики не отчитались, но те сразу по всему сроку доложатся. Это сколько же получается, если в доллариях? Ни фига себе, порядка трёхсот тысяч баксов набубосили, мама дорогая. Или дорогее видали?

Концовку месяца всем скопом праздновали в нашем стойбище! Даже индейцы сказали, что у нас хорошие фигвамы получились, жаль что с места на место не перенесёшь. Сами себе сочувствуем, так и будем жить оседлыми, а не вольными, как перекати-поле какое-нибудь.

Вахтовики оказались самыми передовыми передовиками на человеко-день. Формула оказалась простой и изящной, как у «Шорина»: 12 человек (на сундук мертвеца) × 24 дня (пахоты) Х… 30 унций!!!!!!!!(ну это в среднем вышло). Видимо какой-то эльдорадистый Эльдорадо там оказался. Равно = почти 8 тысяч унций. Ну да, с арифметикой чуток загнулось, но лишь самую малость. Чисто, анай-манай, пирожковоз. Всё равно герои нашего времени, расцелуй их в затылок телятный Макар! Не только я рад, все рады, даже сами герои.

Наши обогатители и промыватели тот же результат показали 6+6=12 тысяч унций (с половинкой вообще-то).

— Друзья, не забывайте, что тех, кто намывает в несколько раз больше. У них просто выход с песка гораздо меньше, а значит нужны передовые технологии, а не закат Солнца вручную.

— Это же сколько золота, мистер Изборски, в отходы уходит? А если и их амальгамировать?

— Тогда уж по методике Аносова лучше в доменных печах в виде чугуна варить, — недоверчивые рожи строят, — я как-раз узнаю у мистера Ричардсона, чем пробные испытания закончились и какой результат дали. Самому любопытно, хотя считаю именно эту методику самой передовой и выгодной.

Ну вот, теперь верят, стоило лишь имя авторитетного золотопромышленника произнести. Даже здесь такое — авторитетен тот, кого таким считают, а собственный пророк, если он из простяков, лишь жопа с ручкой покамест. Ну, ничего, ещё придёте хлебушка просить, когда война придёт.

Уже в узком кругу подбили бабки — золота на семьсот двадцать тысяч долларов набралось.

— Мистер Изборски, но это всего лишь за два месяца, — удивился Вайден, — да ещё и начинали мыть совсем малым количеством людей.

— Да, мистер Вайден, именно так.

— Но тогда получается, что если работать хотя бы сотней, то цифры будут гораздо больше.

Народ радостно переговаривается, пароход привёз оставшихся, а значит у старателей пополнение на сентябрь и возможно октябрь (зависит от погодных условий аляскинской осени). Да и зимой можно золото добывать, если почву послойно размораживать.

— А если вторую паровую машину приспособить, то землю можно паром обдавать, быстрее будет.

Тоже дельная мысль, пусть подкидывают идеи пока разгрузка идёт. Можно и меха закупать, ибо самый сезон, но и о золоте не следует забывать. Впрочем мне ехать в теплынь, да ещё и с богатством. Теперь меня за двести тысяч не купить, как «хопкинсы» предполагали. Придётся торговаться с умом, иначе и грохнуть могут за такое бабло и такие перспективы на будущее. И как меж двух огней пройти?

— За старших останутся мистер Вайден и мистер Олбани, — сразу передаю власть, чтобы потом возражения и споры не последовали.

В принципе все с этим вполне согласны, всё-таки эти люди здесь уже по несколько авторитетов заработали за короткий срок. Со мной отправятся мои побратимы: Джордж и Джимми, ну и Пол Вермонт, он там очень понадобится. Работники в прекрасном настроении и готовы к продолжению трудовых подвигов, тем более что квакеры, как один, радеют за свою большую Семью, которая в этот раз получит сто тысяч долларов с верхом.

Где ещё у них была бы такая возможность достаточно простым трудом столько наколдыбасить? Это сколько же техники можно в комунну закупить, породистых коров, мериносов, да просто нормальных лошадей. Бог им помогает, но деньги-то самим приходится зарабатывать, что ни говори. Причём это лишь часть оговоренной суммы, а значит будут ещё приходы. Князь Изборски подтвердил свои обещания, все согласны с этим.

А с капитаном переговорил мистер Перкинс и пообещал такое-претакое, что весь экипаж будет долго тайну хранить, трындя лишь о выгодной торговле пушниной. Один из плюсов — им построят и подарят новый более современный речной пароход. И зимний простой оплатят и на следующий год зафрахтуют, как доверенных лиц. Только идиоты побегут куда-нибудь хвалиться ради нескольких минут любопытства собеседников.

В общем, худо-бедно, но загрузили наше добро и почапали в длинный путь в Сент-Майкл. Нам две недели воды Юкона баламутить, а может и чуть дольше. Приходится терпеть, приближаясь потихоньку к цели. Да, мои планы перефигачены, но может это и к лучшему? Я же сам бесился не так давно, что зимнее время теряю, когда в мире (и не только) такое творится, что ой-ой-ой. Да и любопытна реакция на информационные вбросы, которые успел сделать. Нашли ли алмазы под Архангельском или до сих пор собак кормят? Мы же любим долго запрягать и очень гордимся этим. Зато быстро мчимся туда, где уже всё разобрано. Ничего, главное что быстро мчались, этого не отнять!

… Вот и Сент-Майкл, где можем малёхо передохнуть, чуток корабль подшаманить и дальше пошлёпать, как бравые ушлёпки. Теперь уже туда, где нас ждут неизвестность и непонятки…

Глава 5

… На подходе к порту нас встречал паровой катер, который по-лоцмански повёл «Ариадну» куда-то в сторону самых дальних причалов. Перкинс позаботился, отправив шифрованную телеграмму Хопкинсу, когда мы по ходу заглянули в порт Виктория, Британская Колумбия. Наверняка сообщил, что «…тётя Сара везёт 1,000 арбузов и нуждается в крытых повозках, чтобы их не хватил солнечный удар…». По-хорошему, надо бы и для своих целей чего-нибудь подобное разработать, а то вдруг понадобится в будущем.

Так что разгрузка ценных «арбузов» (в ящиках по сто фунтов весом) много времени не заняла. По нашей договорённости груз пойдёт в хранилище «Вэллс Фарго», но не банковского, а какого-то вспомогательного. Туда же отправлены и мешки с бобровыми шкурами. Так что особо не засветились, да и зевак возле того причала не ошивалось. После чего разделились: мы двинули к мадам Лежье, а Перкинс к боссам с подробным докладом.

Наши собственные апартаменты, слава богу, пока не заселены из-за дороговизны расценок, поэтому проблем с размещением не возникло. Впрочем, если бы и возникли, то выбор гостиниц достаточно широк во Фриско. Имею в виду фешенебельных, а значит и неудобных многим прижимистым американцам своей ценой. Специально приглашённый бабашоппер качественно привёл нас по очереди в приличный вид, после того, как мы откисли, приняв ванны.

— Ну как, джентльмены, стали богачами? — мадам сразу начала выяснять нашу нынешнюю платёжеспособность.

— Да, безусловно, и ещё будем богатеть, — распевал соловьём Пол Вермонт, — в этом сезоне станем королями бобрового бизнеса. Кстати, мадам, мы и вам с дочерьми привезли подарки.

А что делать, когда нужно показать что шикарные меха отныне наше всё.

— Вот только с сезонностью прогадали. Основные закупки будут зимой, но все товары на обмен имеются на складах в должном количестве. Индейцев племени хэн очень порадовали наши коэффициенты размена, которые для них выгоднее, чем у Аляскинской Коммерческой.

Это в Сент-Майкле разобрались с правильным названием компании, которой стали невольными конкурентами. Заодно выявили, что АКК ещё и морских котиков промышляет на каких-то островах Прибылова. Вроде у русских несколько лет назад получили концессию на пару десятков лет. Но по-любому именно бобры превалируют в ценовой политике, всё остальное мелочь пушистая.

— Дай вам бог хорошего дохода, джентльмены, — искренне пожелала хозяйка пансионата, — чем ещё намерены заниматься?

— У меня и других занятий хватает, мадам Лежье, — честно признаюсь, — просто теперь появились финансы, чтобы тратить на развитие некоторых научных разработок. Кстати, вы не в курсе как ныне обстоят дела с телефонией Александера Белла?

— Ой, последнее время каждый третий житель нашего города только об этом и говорит. Сам изобретатель уже переехал в Сан-Франциско. Ему целую усадьбу выкупили, чтобы было где жить и где разместить лабораторию и мастерские. Компания «Вэллс Фарго» взяла его под своё крыло. Имея такие условия любой дурак телефон изобретёт.

Прекрасная сентенция, её бы в жизни реализовать.

— А ещё какие новости имеются? — давлю на хозяюшку, чтобы поменьше сил у неё оставалось на расспросы о наших делах.

— А с Западной Австралией и смех, и грех, право слово. Даже первые корабли только на подходе к ней, а сами антиподы, вроде, узнали о своём золоте лишь благодаря новостям, доставленным им пакетботами из Азии. Новости долго идут.

Это пока проблема, в Австралию ещё не проложили трансокеанские телеграфные кабели, вот накладки и возникают. Так что первыми могут оказаться на месте сами австралийцы, не дождавшись европейцев и америкосов.

— Ой, самое главное забыла, вы же это предсказывали, Эндрю. В Боснии на Балканах началось восстание! Три месяца назад новости пришли. Наши уже два добровольческих отряда сформировали, вооружили и отправили.

— Ага, всё-таки в этом году началось, — я же точно не знал когда именно, — ну теперь дойдёт и до русско-османской большой войны. А это большие сложности и огромные расходы для родины моих предков, — чётко акцентирую свою позицию.

Так что завтра, если живым выйду из банка, то сразу в редакцию, чтобы утрясти все вопросы. Видимо правильно я свалил с Клондайка, ибо толку от меня там, если по-честному, немного. Что мог — сделал, а для большего нужны всё-таки профессионалы по организации добычи золота. Зато здесь могу многое наворотить, тем более, что бабло попёрло не по-детски. Прекрасный рояль я сам себе смастерил, воспользовавшись удачным периодом и тщательно всё подготовив. Но это только сейчас видно стало, да и то в основном мне самому, ха-ха.

В любом случае, сначала необходимо рамсы развести с Хопкинсом и Ричардсоном, чтобы вообще уцелеть. Ну и свой интерес не потерять, а то опустят ниже городской канализации, если шкуру не спустят. Блин, по идее проще провести ликвидацию обоих, это-то мне гораздо проще, потому что профессионал в таких делах. Но кто тогда на меня пахать будет? Эх, знать бы в чём «золотая середина» заключается…

С утра я позавтракал неторопясь, с чувством, толком и расстановкой. Вдруг это последнее удовольствие в мирных условиях, а потом в бега придётся податься? Затем нанял кэб и расслабился — будь что будет, чего загадывать, если лишь беседа выявит что к чему. В банке меня уже ждали и с уважением проводили наверх, на лобное место нашей «куликовской битвы». В офисе находились трое, включая Перкинса.

— Доброе утро, джентльмены! — сразу пошёл в добродушную атаку.

— Гуд морнинг, мистер Изборски, — поразительное синхронное троедушие.

Мы самую писюльку выдержали паузу и первым начал банкир.

— Сэр, мистер Перкинс обо всём подробно доложил. Теперь нам всем нужно серьёзно подумать о том, как дальше быть с предыдущими планами.

— Понимаю, мистер Хопкинс, сам растерян. Клондайк требует более профессионального руководства, раз уж так случилось, а также технику, оборудование плюс специалистов. Даже обычных старателей и то следует добавить.

Вроде ни о чём, зато передаю мяч в руки оппонентов, пусть у них голова болит.

— Вы это верно отметили, мистер Изборски, — подключился золотопромышленник, — я рад тому, что вы это понимаете. И чертовски приятно, что в первую очередь заботитесь о предприятии, а не о своих интересах.

— Мистер Ричардсон, мои интересы вторичны, когда столь выгодное дело нам всем предстоит. Простые цифры. За август месяц ваши специалисты выдали столько же золота сколько и значительно превосходящие их в количестве старатели. Причём золотоносного песка ваши использовали в три раза меньше. Отсюда вывод — нужны ещё обогатительные мощности.

— Вот именно! — радуется промышленник, пока банкир отмалчивается, — технологии важны и это не должно оспариваться. Иначе ваш Клондайк до конца века придётся перемывать обычным способом.

— Джентльмены, — наконец-то встрял Хопкинс, — но нужно в первую очередь решить вопрос с владением Клондайкским бизнесом. Давайте с этого начнём, плиз.

Тут-то мы и сцепились, в смысле фигурально, а не буквально.

— Сэр, мы предполагали, что откупные не превысят и полумиллиона, а теперь получается значительно больше. Поймите, у нас просто нет таких денег, чёрт подери!

— Мистер Хопкинс, а если нам создать новую схему финансовых перетоков между нами? Причём предусмотреть переход бизнеса из моих рук в ваши в последовательном режиме, по частям. Вот примерный план действий.

Я вытащил из своего брифкейса пачку листков и раздал присутствующим. Народ начал ознакомление, пыхтя, бурча, но иногда и одобрительно «агакая». Сейчас момент истины: или раздавить меня напрочь, как сделали бы многие бизнесмены и нынешнего, и будущего. Или вдуматься и попробовать решить всё полюбовно, а то вдруг у меня ещё какие-нибудь грандиозные прожекты имеются?

— Мистер Изборски, получается что вы передаёте нашей компании оперативное руководство сразу, а права на владение лишь после того, как заработаете нужную вам сумму?

— Да, мистер Хопкинс, о её размере, кстати, я говорил ещё перед отбытием на Аляску. Правда, вам она показалась тогда излишне завышенной и нереальной, как я понимаю.

— Однако вдруг золото на Клондайке закончится, когда вы заработаете свои миллионы?

— Согласитесь, что даже в этом случае вы ничего не потеряете, кроме будущих прибылей.

Хорошо, что сразу среагировал Перкинс, показывая уже свои бумаги, которые до этого, а скорее всего ещё вчера, тщательно изучили большие боссы.

— Они даже не все разведанные участки начали эксплуатиривать…

Очень удачно вмешался Ричардсон, всё-таки он промышленник, а не финансист, и заинтересован долгие годы эксплуатировать ресурсы Клондайка.

— Хопкинс, давайте рассуждать здраво. Изборски за два месяца, судя по докладной Перкинса, намыл золота на 720 тысяч долларов. Причём сделал это даже неполным составом, лишь в августе было более-менее нормальное количество работников. За сентябрь там уже на миллион добудут, как и за октябрь. А это выходит почти три миллиона.

— Билл, ну если с этой стороны посмотреть, то следующим летом все претензии Изборски будут закрыты и Клондайк станет полностью нашим, — видимо банкир понял, что придётся сдать свои изначальные позиции.

Всё-таки на десятикратное понижение своих запросов я не пойду, а просто угробить делового партнёра ему не очень хочется. Тем более, что в случае моей внезапной смерти сразу возникнут вопросы на стороне и информация о золоте моментально станет достоянием публики. Что совершенно нежелательно. Джордж, Джимми и тот же Вермонт через «Фриско Старлайт» выскажут: как подозрения в причастности боссов, так и инфу о золоте на Юконе.

Хорошо, что Хопкинс не решился надавить на меня, угрожая и требуя, иначе мне пришлось бы объяснить суть «домашней заготовки». А это, что ни говори, шантаж, который сразу испортит наше сотрудничество, и подорвёт взаимное доверие.

Достигнув соглашения мне добавили на счёт огромную сумму — банк выкупил у меня всё золото по текущей цене. Уже с завтрашнего дня смогу начать раздачу слонов. Вру, я сегодня её начал, выписав чеки лично Хопкинсу, как договаривались, Ричардсону, как договаривались (его брату завезу потом), на погашение кредита «Вэллс Фарго» и чувствуя облегчение, причём колоссальное. Что ни говори, но быть клиентом сильного банковского учреждения это здорово. Чеки того же оаквудского банка никто нигде не примет, так как его не знают. Вот и пришлось бабло везти налом, а это риск. Зато вэллсфарговские чеки хошь кто примет за чистую монету — авторитет давно нажит и подкреплён деяниями ряда лет. Даже их собственные банконоты, сиречь векселя-ваучеры, катят наравне с официальными деньгами, чем облегчают работу финансовой системы страны.

Пообедать решил рядом с редакцией, где сотрудники русского консульства заправляются белками, жирами и углеводами (если по карману). За тем же столиком сидели те же двое прошлоразовых и вели любопытную беседу. Я слегка рассчитывал на возможную встречу и не промахнулся.

— Мартын Фёдорович, но это же неприемлемо. Американские газетчики лезут наглым образом в наши дела, причём совершенно бесцеремонно.

— Павел Лазаревич, прошу вас. Они в своём праве и никому ничего не указывают, будем справедливы. События в Боснии не являются внутренним делом нашей державы и кто угодно имеет право о них рассуждать. Мало того, именно калифорнийцы уже отправили добровольческие отряды, чтобы помочь нашим балканским братьям. И именно газеты собрали средства и организовали фонд для этих целей.

— Хорошо, соглашусь, — продолжал нудеть более молодой, — однако писать статью о наших алмазах и на нашей территории они никакого права не имели. Тем более, что предсказывали медлительность и нерасторопность наших властей в вопросе поисков.

— Во-первых, мы предупредили газету о нежелательности разжигания страстей, хотя формально даже не имеем на это права. Во-вторых, всё происходит по их сценарию, согласитесь с этим. Сначала власти сделали вид, что их сей вопрос не касается, мол, газетная «утка», да ещё и заморская. Затем заявили, что алмазов там нет и быть не может. И лишь тамошние энтузиасты ведут поиски за свой счёт.

Дипломатов можно понять. Наверняка из МИДа пришёл телеграф о том, чтобы заткнули местный фонтан красноречия. Но законы-то на нашей стороне, калифорнийской. И теперь работники консульства пишут отписки, не имея смелости послать Санкт-Петербург подальше. Да и есть ли смысл излишне извиваться? Не сегодня-завтра всё встанет на свои места, так как чёрта с два кто найдёт хоть крошечный алмазик на поверхности. Стандартные находки о которых я слышал сводились к одной и той же схеме. Некий мальчик (хоть в Южной Африке, хоть на Урале) находил первый алмаз на берегу местной речушки и относил взрослым. Вроде так и где-то в Австралии было найдено «мальчиком на берегу». Если бы под Архангельском имелись мальчик и речка, то они давно бы себя проявили на мой взгляд. Увы, «кони всё скачут и скачут, а избы горят и горят». Или опять аллегория не в тему?

Вот моя редакция, вот мой дом родной.

— Здравствуйте, мистер Харви, как поживаете? — обратился я к первому попавшемуся на глаза главному редактору.

— Ой, мистер Изборски, приветствую вас. А вы уже вернулись из своей поездки? Я думал только через год появитесь, вот сюрприз. А где мой сотрудник?

— Ваш репортёр остался там, пусть продолжает писать свои заметки. А то, что готово, я привёз к вам. Разберём сначала сами, подвергнем разумной цензуре и то что можно поместите в газете.

Без такой вивисекции в отношении свободы слова ни-ни, мало ли что мелькнёт двадцать пятым кадром между строк. Но сначала мы уединились и занялись подробными обсуждениями дел в редакции.

— Кстати, мистер Харви, на недовольство российского консульства можете не обращать никакого внимания. Они только что отметили, что не имеют права проявлять недовольство.

— Ой, как хорошо, а то я переживал, опасаясь международного скандала. Извините, а откуда вы-то это узнали?

— Честно говоря, подслушал за обедом, — рассмеялся от всего сердца, там более, что говорю чистую правду, — некий Мартын Фёдорович обмолвился по ходу беседы со своим сослуживцем.

— Мартин Фьодорович? Так это же вице-консул, возглавляющий отделение здесь, на Западе.

Встреча началась с пользой для дела и продолжилась в том же духе более двух часов…

Глава 6

Вернувшись домой я занялся первичным вознаграждением своих самых близких подельников, досталось орехов и Вермонту.

— Приятно, чёрт подери, — отреагировал довольный Пол, — но если вам, Эндрю, понадобятся деньги, я всегда к вашим услугам, даже если не будет премиума.

— Благодарю за порыв, не премину воспользоваться, но только в крайнем случае. Привык, знаете ли, ограничивать свои аппетиты в рамках возможностей.

Джимми, имеющий спецсоглашение, доволен как удав. Во-первых, появилась возможность отправить кое-что своим и он этим горд, так как деньги не украдены на этот раз, а честно заработаны. Парень сразу возобновил занятия у мадам, а теперь ещё и перестал быть нищебродом в её глазах. Для Джима это очень важно и это заметно, он всё больше начинает выглядеть и вести себя, как истый джентльмен.

Ну, а Джордж наконец-то свершил месть по отношению к своей бесчестной родне. Его родители дали (а точнее, давали) ему воспитание и образование, будучи фермерами средней руки. Увы, произошёл несчастный случай и шестнадцатилетний парень потерял их обоих. Тут-то и навалились опытные родственники, выгнав Джорджа из его собственного дома с помощью продажного стряпчего, да и ферму отжали. Он пошёл бродить по свету пока не докатился до банды Ригана. Я посоветовал ему не мстить прощелыгам стандартным путём, а просто подняться над ними за счёт своих заслуг. Теперь у Джорджа денег гораздо больше, чем у всех сродственников вместе взятых.

Кстати, кенты заключили договор с одной фирмой — «Хорсес энд вэгонс». В английском «wagon» — это «повозка», а «вагон» — это «car». Всё наоборот и не по-людски, но приходится терпеть. Нужен сервис, чтобы куда-нибудь добраться, а ловить «частников» не всегда бывает успешным, особенно когда спешишь по делам. Так лучше переплатить чуток, но иметь возможность заказать то что нужно на завтра. Даже закрытые повозки для «арбузов тёти Сони», коли приспичит.

С утра Вермонт отправился с чеком, который я выдал для квакеров, в общину, чтобы порадовать народ. Те, аж счастливы были, даже удивились. Джордж развёз «слонов» по разным адресам тем, кто не квакер, но право имеет. По штуке баксов на нос — это хорошие деньги и ещё не вечер. Главное, что процесс пошёл, хотя мои финансовые запасы начали съёживаться. Подельникам ещё нужно по мастерам проехать, которые меха готовы купить. Пока немного имеем, но нужно связи установить на будущее.

Сам я с Ричардсоном беседу веду на предмет поставок в начале следующего года.

— Да, мистер Изборски, вы правы. Нужна отдельная бригада для разработки холма, тем более, что она же может и другие работы вести такого же типа.

— Мне любопытно, мистер Ричардсон, а как провели пробные плавки по методике Аносова или подобной ей?

— Русский горный журнал пока до нас не довезли, но примерную технологию мы разработали. Действительно, очень высокий коэффициент полезности получается. Если бы раньше такое знали…

— А на Клондайке будет ли возможность такой метод задействовать?

— Пока не уверен, мистер Изборски, будут сложности со строительством печей. Сами понимаете, что всё, включая специальные кирпичи, придётся завозить.

Понимаю, куда же без этого. Чтобы поставить современное предприятие нужно организовать целую кучу вспомогательных фабрик для изготовления на месте всего, что потребуется даже в строительстве оного. Поэтому максимум для нашего бизнеса это амальгамирование, придётся смириться на первые годы. Хорошо хоть Билл Ричардсон заказал две драги, но комплектующие придётся доставлять отдельными спецрейсами. И всё это, согласно моему плану передачи прав на владение, боссы будут финансировать самостоятельно. Зато им не нужно единовременно выдать мне четыре миллиона, тем более, что семьсот тысяч я уже заработал.

— Есть ещё один нюанс, Эндрю. Сейчас американцы с бритишами ведут спор по границам. Наши считают даже верховья Юкона американской Аляской, а англичане твердят об ограничении Юкона по 141 градусу.

— Надеюсь, что этот спор будет длиться долго, годами. Тогда ни одна, ни другая сторона не вправе сейчас ввести прямое администрирование на спорной территории.

— Верно, сэр, абсолютно согласен, что нам это выгодно. Удачный период вы выбрали для бизнеса в тех краях, ценю.

Не знаю на чём строятся расчёты промышленника, но у него получилось что в июне следующего года мы сможем вывезти золота аж на пять миллионов долларов. Поэтому солидняк уже считает Клондайк своим и достаточно серьёзно готовит экспедицию к следующей навигации. И я безусловно рад, ибо треволнения уходят и потихоньку растворяются вдалеке. Практичность боссов преодолела их же скаредность и возобладал здравый смысл, сдобренный коммон сенсом. Если что, то в английском «common sense» это всего лишь «чувство», а не «смысл». Даже в этом у нас с ними разногласия в ментальности.

Обсудив детали дальнейших действий, мы создали план с которым Хопкинсу придётся смириться. Играть ему в экономию, чтобы потянуть время и добиться уступок с моей стороны не даст его собственный полноправный партнёр. Тем более, что от доли в акциях компании (на будущее) я разумно отказался. Чем порадовал обоих. Иногда следует уступить, тогда легче найти взаимопонимание в остальном. Да, лох, раз не выжимаю всё до капельки, но задрало заниматься тем, что лишь промежуточно. Фактически я продал им Клондайк со всеми потрохами, зато выиграл время для других проектов.

И опять «Фриско Старлайт». Нужно побыстрее запустить процесс смущения умов, устаканить расписание выхода тех или иных статей и ещё одно.

— Мистер Харви, мы с вами удачно переманили изобретателя Белла в Калифорнию и даже убедили крупную компанию финансировать его разработки. Предлагаю ещё одно, целенаправленное, тоже в научной сфере.

— А что же именно?

— Электрическое освещение, друг мой! Подготовим статью, где будет описано, как оно обустроено, чтобы изобретателям имелась пища для ума. Сейчас они больше мудрят над угольными стержнями, но меня такая разновидность не устраивает. Лучше опишем подробно свой вариант и объявим конкурс на лучшее исполнение.

Это же так просто, когда в статье подробно перечисляются все составляющие «правильной» электрической лампочки, включая колбу, вольфрамовую пружинку и вакуум… Я даже приз учредил тому, кто первым наше электроосвещение воплотит в жизнь.

— Ещё добавим, что самому толковому изобратателю создадим все условия для дальнейшего научно-технического творчества. Думаю, что солидные инвесторы захотят вложиться в столь полезный проект, который обеспечит «светлое» будущее не только Америке, но и человечеству.

— То есть, мистер Изборски, к телефонии добавим ещё и освещение?

— Да, именно так. Ну, а лично для меня попробуйте найти изобретателя Хайрема Максима. Деньги на поиск я выдам.

— А чем же он известен?

Пришлось объяснить, что может сейчас он ничем не известен, но мне нужен. А уж сферу его интересов мы выясним при встрече.

— Мистер Харви, вы подготовили статью о дальнейшем развитии кризиса на Балканах?

— Да, сэр, как вчера и договаривались. Желаете взглянуть?

В принципе, всё, что до этого обсудили, упомянуто и разложено по полочкам. Наша задача просто мяукнуть, а уж дальше пусть газета «Алта Калифорния» более полно мутит воду. У них и фонд есть, и нехай все шишки им за шиворот валятся, мне не жалко. Да и нет времени (пока) каждый день заглядывать к «старлайтерам», нужно и других прикормленных посетить. На скорые результаты в их проектах не рассчитываю, но может чем-нибудь смогу помочь.

Имею в виду оружейника и химика до которых пока ещё не добрался. Долги закрыты, проплаты сделаны (по крайней мере, я чеки выписал), но бабла пока хватает, слава богу. Глупо с голой задницей прогрессорством заниматься, особенно в тех делах от которых коммерческой отдачи не будет. Даже приемлемый пароходокорветик пока не заказываю, хотя очень хочется на бивнях мамонта разжиться. Если уж китовый ус идёт по доллар с четвертью за фунт, то сколько капусты можно нарубить за сверхдревнюю слоновую кость? Там каждый бивень, небось, более двух метров длиной.

Блин, где же разжиться информацией о том, как всё сейчас на Колыме обустроено? Или смотаться туда в следующем году на свой страх и риск? Тоже не дело, только время потеряю, наткнувшись на различные русские поселения, а значит и запреты местных начальников. Если обращусь в консульство, то могу привлечь внимание к краю, что тоже нехорошо.

В таком внутреннем раздрае вернулся в пансионат, так и не определившись толком с этим направлением.

— Мистер Изборски, — Вермонт аж сияет, — как мы вовремя и удачно чек передали!

Вообще-то это он его передал, а я другими выкрутасами занимался, но примем за своеобразную правду.

— Квакеры безумно довольны и благодарны вам за столь своевременную и очень важную помощь.

Оказывается общинники собрали денег и ещё взяли кредит, чтобы приобрести нужную им землю. Но кто любит находится в долгу не видя возможности оперативно его погасить? Так что мы теперь герои и благодетели нумеро уно в квакерском понимании. Обещали и сделали, причём досрочно.

— На следующий год, летом, ещё сделаем.

— Я им так и сказал. Они, кстати, предлагают любую помощь, которая им по силам. Я рассказал какие отличные исполнительные и дисциплинированные работники их собратья. Так что, если люди понадобятся для работ, то всегда можем на них рассчитывать.

— А вот это очень хорошо, мистер Вермонт. Вдруг оружейнику или химику понадобятся простые исполнители? Квакерам я полностью доверяю во всём.

Джордж тоже вернулся довольный. Родственники некоторых наших работников тоже довольны, всё-таки так быстро не ожидали отдачи от своих «командированных». Суммы-то солидные по нынешним среднестатическим меркам.

— Эндрю, мне даже самому было приятно, когда они благодарили. Хотя всё это твоя заслуга, но я, как бы, тоже причастен.

— А без тебя, Джордж, не было бы самого старта всей эпопеи. Я бы в одиночку от банды Моралеса не отстрелялся, да и с Риганом и его шестёрками не смог бы расправиться.

Славное бандитское прошлое осталось там, где ему и должно быть и это правильно. Стрельба или избиение — лишь разновидности разрушения, а мы сейчас занимаемся созиданием. Хотя губу не раскатываю на то, что не придётся оружие применять в будущем.

Наконец-то добрался до химика Сандерса. Ему я меньше всех денег выделил, имея дефицит средств в тот момент, но он старается.

— Мистер Сандерс, я вернулся со средствами, поэтому говорите, что вам необходимо для исследований.

— Мистер Изборски, это очень своевременно, а то ряд экспериментов не могу продолжить. Хорошо бы и химпосуду обновить и дополнить, и кое-какое оборудование докупить.

Да уж, помещение класса «бывший склад» не впечатляет, да и тесновато здесь на мой взгляд.

— Может более подходящую лабораторию купим, а то совсем развернуться негде?

— Я бы с радостью, но всё зависит от ваших возможностей.

— Мистер Сандерс, скажите сколько нужно и есть ли у вас на примете более приемлемое помещение?

Учёный аж челюсть отвесил, видимо не догнал, что я действительно располагаю солидными финансами. Или считает, что очистка целлюлозы не настолько важна, чтобы в неё вкладываться.

— Есть одно место. Владелец собирается переехать на Восток, где перспективнее и не может найти покупателя на свой дуплекс: жильё и лаборатория.

Блин, история повторяется. Люди растут, как специалисты, пытаются продать свою собственность, а мы за ними будем донашивать их вещи. Впрочем, если Сандерсу так удобнее, то перечить не буду, но рацпредложение всё-таки внесу.

— Если хотите, то можем всё новое построить…

Заткнули, даже не дав договорить.

— Мистер Изборски, та лаборатория отлично оборудована, её бы выкупить и лучшего не нужно. И здание расположено удобно.

— Хорошо, сколько нужно?

— Очень дорого, за всё хозяин хочет восемь тысяч долларов, но поверьте оно того стоит. Тем более, у него есть склад, где много различных химических реактивов и той же химпосуды. Ну и жильё в этом же доме, в другом крыле. Вы оформите всё на себя, а я буду откупать у вас по мере возможности.

Объяснил, что не нужно идти на жертвы и создавать сложности, а также загонять себя в будущую кубышку.

— Вы, дорогой друг, расплатитесь успехами в своей работе. Мне этого будет достаточно, поверьте. Мало того, я вам ещё и роялти буду выплачивать за использование результатов ваших разработок в своём производстве.

Исследователь явно доволен, особенно возможностью перебраться в новое жильё и работать в дальнейшем в человеческих условиях. А уж когда я выдал ему чек, то он вообще ошалел, увидев сумму «$15,000».

— Это мой вклад, мистер Сандерс, но я надеюсь на долгое сотрудничество и сохранение секретности.

— Без проблем, сэр, можете полностью на меня рассчитывать.

После чего началось ознакомление меня, тупенького, с результатами, которые уже получены за эти месяцы.

— Вы даже не представляете сколько грязи, в химическом смысле, находится во вроде чистом коттоне. Я сам был удивлён, углубившись в исследование. Между нами говоря, я теперь понимаю почему пироксилин настолько взрывоопасен и непредсказуем. Если хотите, мы можем заняться нитрированием очищеной целлюлозы и создадим безопасный пироксилин.

— Дорогой Сандерс, именно это мне и было нужно, когда я поставил вам задачу полной очистки хлопка, — улыбаюсь от радости.

— А, так вот зачем вам эти исследования понадобились. Но получается, что вы знали в чём нестабильность пироксилиновой взрывчатки? — удивлён изобретатель.

— Насколько уже чиста целлюлоза? — ставлю новую задачу, — или нужно ещё проверить?

Сандерс предложил кое-что в очистке выяснить, хотя и нынешний вариант сделает бризантное вещество безопасным.

— Тогда добъёмся более качественного сгорания и дополнительного уменьшения сажи и дыма.

— Отлично! Переезжайте на новое место, заканчивайте первичное исследование, а потом свяжитесь со мной. Прошу вас, не начинайте нитрирование без согласования, есть ещё нюансы, которые следует в дальнейшем предусмотреть.

— Мистер Изборски, я всё понял. Буду действовать по вашему плану, не переживайте. Вполне понимаю вашу обеспокоенность.

Вот и хорошо. Дай бог, Сандерс с цепи не сорвётся и не взорвёт сам себя в спешке хоть чего-нибудь добиться эдакого-преэдакого. Это таких, как я, долго готовили быть выдержанными и сто раз соломку подстилать даже если на первый взгляд она и не нужна. Увы, но многие такому не обучены, вот и наступают на грабли. Ладно, если бы на обычные, в крайнем случае шишкой или синяком отделаются. Но вот пироксилиновые гораздо опаснее…

Глава 7

Сентябрь на Клондайке выдался безмерно удачливым. Индейцы отработали сверх плана так как прекрасно понимали, что этот месяц будет последним в их климате, когда можно нормально собирать самородки. Учитывая, что именно на землях хэнцев текут реки (такие, как Форти-Майл, например), они перевыполнили свои же планы. Эльдорадо-ручей также максимально был выдоен, имея в виду поверхностные пески — более двенадцати тысяч унций. Ну, а основные бригады, воспользовавшись остаками климатических поблажек, также установили личные рекорды.

Общий вал по плану, как и план по валу на всех составил порядка шестидесяти тысяч унций ценного металла (миллион двести тысяч долларов дохода, будущего, ясен перец). Жаль, что октябрь более ненастный, да ещё и в преддверии снегов. Лишь сорок тысяч унций на-гора, хотя и это хлеб. Всё-таки восемьсот тысяч баксов, что ни говори. Правда вывезено будет всё сиё добро лишь в следующем году. Пока разместили на одном из складов.

Посёлок приобрёл наконец-то нормальный вид и даже достроили бараки на несколько десятков человек, чтобы было куда принять подкрепление следующего года. Непуганного мяса и птицы набили столько, что голод не страшен будет. Впрочем припасов и без этого хватало.

А в Сан-Франциско иногда идут дожди, но особо поздней осенью пока не пахнет. Я завтракаю очередным утром в предвкушении встречи с герром Миллером, а народ трындит согласно утренней статье о разворачивающейся на Балканах войне.

— В «Старлайте» упоминают, что Сербия и Черногория тоже включатся. Подобным образом и американская революция начиналась.

— Как там наши добровольцы?

— Мадам так они может ещё и не добрались…

Тема уже развивается и в «Алта Калифорния», а затем перекинется в другие газеты. Всё-таки повстанцы одерживают победы, пользуясь тем, что кадровых турецких войск в Боснии мало. Тем более, что комитеты поддержки организованы и в столицах некоторых европейских держав, даже в Лондоне и Вене. Я сам узнаю многие подробности из газет, куда приходят даже информационные крохи. Смешно сказать, но пока я лишь разворачиваюсь, чтобы создать отряд для боевых действий на Балканах, там уже вовсю полыхает.

Сегодня посещу оружейника и, при возможности, хочу навестить тренировочный лагерь «Вэллс Фарго». Уж очень любопытно, чего они там наворотили. К сожалению, но возникли проблемы в разработке.

— Мистер Изборски, газоотводная трубка это прекрасное усовершенствование, но она быстро покрывается нагаром. Порох чересчур дымный и много выстрелов подряд сложно сделать, практически невозможно. Приходится всё разбирать и чистить её.

Оружейник очень расстроен, так как сам принцип настолько передовой, что представляет собой революцию в оружейном деле. Единственное, что ему удалось сделать (пусть и со сбоями действующее) так это разновидность сложного затвора. Теперь, после выстрела, не нужно снова передёргивать затвор. Но, ясен пень, что сбоев и неполадок при этом, а также заклиниваний, до фигища и даже больше.

— Не переживайте, мистер Миллер, мой химик уже на пути к созданию менее дымного пороха. И это не только гораздо меньше сажи при выстреле, но и увеличение количества газов, а значит и усиление мощности.

— Но это же революция в оружейной науке!

— Пока пусть остаётся в тайне, тем более, что окончательный результат ещё не достигнут. Надеюсь вы помните наше соглашение о секретности разработок?

— Безусловно, сэр, я всё храню в тайне.

Кроме того, мне показали образцы гранат, которые вполне пригодны для использования. Ну и магазин на пять патронов с пружиной внутри. Миллер, чтобы не простаивать, из благодарности за новую мастерскую пробует все мои задумки хоть как-то претворить в действие. Даже мощный патрон под «кпвт» разработал, но теперь не знает что делать с отдачей.

— Может попробуем сделать дульный тормоз? — предлагаю, заодно объясняя принцип действия.

— Я постараюсь, мистер Изборски, очень любопытное устройство. Правда с новым порохом это будет громобой, а не пулемёт.

Мы находимся на заре развития подобной оружейной техники, причём не знаем кто ещё такими рацухами занимается. И как далеко ушли конкуренты в сходных разработках. В любом случае, даже если понаделаем ошибок, то не за государственные средства, а за свой кошт. Не хочу отчитываться перед каким-нибудь начальством, лучше признаю свою неправоту перед самим собой.

Идея пистолета со сменным магазином в рукоятке пока таковой и остаётся. Миллер пока не нашёл конструктивное решение, а я тем более его не знаю. Впрочем я не любитель короткостволов во всех их разновидностях, мне импонируют винтовки и пулемёты. В общем, оставил чек на пять штук баксов и поехал в охранную фирму «Вэллс Фарго». Следует закончить первичный анабасис после возвращения с Аляски.

Приятно, что идея школы для супер-пуперских охранников воплотилась в целый комплекс. Тут тебе и казарма, и тир со стрельбищем, и спортивный городок и даже столовка на сотню человек. Естественно, что и административные пристройки имеются, как и учебные классы, и закрытый от непогоды тренировочный зал. Всё-таки умеют пиндосы организовывать толковые заведения, когда им это нужно. Воистину, по отзывам самих америкосов разных уровней: «Все народы работают, чтобы жить, и лишь американцы живут, чтобы работать!». Ещё бы не лезли в дела других стран, а копались бы лишь на своём огороде и цены бы им не было.

База расположена за пределами города на каменистых неудобьях, поэтому земля обошлась недорого (за ненадобностью). Рядом течёт узкая неглубокая речка по которой лишь лодки пройдут, да и то небольшие плоскодонки. Можно при желании построить бассейн (на него воды хватит, гы-гы).

— Мистер Изборски, мне сказали в «Вэллс Фарго», что вы откупите это заведение, когда вернётесь из экспедиции следующим летом, — говорит комендант школы подготовки, — как сейчас поступим?

— Я не знаю насколько сейчас вам оно необходимо для подготовки сотрудников для своих нужд? Имело ли для компании смысл?

— Честно скажу, что ваша система дороговата и особого смысла для нас в ней нет.

Ну, что же, по крайней мере откровенно. Действительно у них и так всё работало, как часы за счёт обычной подготовки, зачем им высококлассные работники? Чувствую, что этот комплекс им в тягость, хотя содержание не очень дорого обходится. То же питание, например: бочка муки — $5, фунт говядины — 6 центов, ну и прочее на том же дешёвом уровне.

— Тогда подготовьте мне счёт в ближайшую неделю, чтобы я оплатил его. Буду свою службу безопасности создавать. Надеюсь инструкторы уже готовы и набрались должного опыта?

— Да, они готовы, сэр. И многие студенты хорошо воспринимают подготовку.

Вот и хорошо, что хоть в этом вопросе особо заморачиваться не придётся. База явно пришлась не ко двору и если бы не договорённость со мной, то её бы давно закрыли. Теперь будет у меня своя игрушка, которую я со временем разверну в Добровольческий отряд, потом в батальон и в конце концов в Легион. Именно с большой буквы, ибо амбиции пока превалируют. А если с годами модерновую флотилию добавлю размером в эскадру, то…

Ладно, пока закатаю-ка я губёнку, чтобы не порвалась от напряжения мечты. Лучше заочно, через прессу, Романовым люлей отвешу по полной форме. Ох, ненавижу это проклятое богами немецкое семейство, обдирающее Россию, как липку. И другим позволяющее её народ обирать. Пусть их другие боготворят, а мне романовское отродье до фонаря. А точнее до фонарей, где их следует развесить людям на показ и потеху.

Предварительный осмотр моего прогрессорства закончен, поэтому решил испробовать прикольную транспортную технику Сан-Франциско. Считай, тот же трамвай, но какой-то канатный. Впрочем уже через несколько минут мне это надоело — слишком быстро привык к чуду техники семидесятых девятнадцатого века. Видимо не созрел ещё до модерновых удобств цивилизации.

Так что обратно под крышу родимого пансионата добрался в кэбе, не выделываясь. Заодно и призадумался над своим поведением. То же электрическое освещение это не только провода, распределительные щитки, трансформаторные будки и прочие подстанции. Это ещё и утюги электрические, а они принципиально отличаются от нынешних, которые на угле. Забавно, но в самом юном детстве (в начале 60-х) я видел, что такой имела моя бабушка, жившая в деревне. А если ещё и электроплитку сварганить? Или это пожароопасно, как бы не навредить научно-техническим прогрессом. Или керогазы какие-нибудь ещё опаснее?

К светильному газу вроде все привыкли, а как насчёт электродвигателей? У Хопкинса видел печатную машинку «Ремингтон», обычную механическую. Если к ней электродвигатель прилепить, то понадобится… Ох, много чего понадобится, чтобы устройство нормально работало. Вал, покрытый резиной, башмаки, чтобы двигали рычаги. Ну его нафиг, слишком много деталей и деталюшек, пусть другие изобретают. Моё дело — убивалки, шифры и методики шпионажа.

Вечером, вернувшись на ужин, слышу толковище, базирующееся на очередной статье из «Алта Калифорния». Теперь уже Россию склоняют наши соседи.

— Русские только на словах заступаются за балканцев…

— Так они програли войну 56-ого года и теперь боятся с Османской империей связываться…

— У них и тогда армия слабая была, а оружие вообще устарелое. И сегодня такое же…

В «Алта Калифорния» статья на этот раз описала русский позор Восточной войны (которую называли в России Крымской) и даже привели отдельные спекулятивные данные. Никуда не деться, если правду о предпосылках и итогах русско-османской войны 53–56 года даже в России никогда не осмеливались говорить.

— Мистер Изборски, вы же русский, что вы обо всём этом думаете? Вступится ли Россия за балканцев или не рискнёт?

Ну что же, пора мои тезисы проверить на соседях по пансионату, ибо развёрнутая статья о Крымской войне выйдет во «Фриско Старлайт» лишь через неделю. Как раз выявлю общественное мнение на примере небольшой группы лиц. Даже самому любопытно как отреагируют на кое-что.

— Господа, чтобы судить о таком нужно кое-что вспомнить, а то и знать. Например, сколько контрибуции и репараций было заплачено Англии, Франции и Турции по итогу войны 53–56 года. Кто-нибудь знает?

— Русские должны были погасить, как минимум все расходы стран-победительниц, разве не так?

— Вот вам кое-какие цифры, дам в американских долларах, чтобы понятнее было. Русские потратили на ту войну примерно 700 миллионов долларов. Англия, Франция и Османская империя совместно потратили около миллиард семьсот миллионов долларов.

— Это же какие огромные расходы, — ошалела мадам Лежье, — не удивлюсь, если русские до сих пор эту сумму погашают.

Остальные дружно согласно кивают головами, подтверждая вывод.

— Сейчас я вас поражу в самое сердце. Согласно заключённому мирному договору 56-ого года никто никому не должен был платить ни контрибуций, ни репараций.

Всеобщий взбздынь, так как сей нонсенс никак не укладывается в здравый разум практичных америкосов. Всем ясно, что так не должно быть, но почему?

— Этого не может быть! — возмущение всеобщее, — хоть что-то должны были получить всё-таки.

— Да, леди и джентльмены, Россия вернула все провинции в Восточной Турции, которые завоевала в процессе войны.

— Но это же османам вернули, а не Англии и Франции.

— Да, именно так.

Опять коллективный (или когнитивный) диссонанс с разрывом шаблона. Ну совсем тупые пиндосы, если простые вещи не понимают. Евродержавы воевали за бесплатно! Они такие, как бы помягче сказать, добросердечные сюсипусечки, пожалевшие русских. Ничего нам не надо, лишь бы война закончилась.

— Мистер Изборски, а как же те русские земли, которые были завоёваны коалицией в ту войну?

— Их России вернули все. Один небольшой город, один городок поменьше, один рыбацкий городишко и рыбацкий посёлок.

— Ну был же завоёван целый Крым!

Объясняю, что полуостров так и не был завоёван, лишь несколько мелких кусочечков по краям.

— Ничего не понимаю, — уже Вермонт удивляется, — всю русскую армию окружили в Севастополе и она сдалась.

— Мистер Вермонт, в Севастополе была блокирована лишь 45-тысячная группировка. Русскую армию на востоке Турции никто не окружал да и некому было. Даже 105-тысячную русскую армию, контролировавшую весь Крым не смогли ни окружить, ни хоть как-то на неё воздействовать, как и на триста тысяч находящихся внутри России.

Оторопь от откровений явно привела к тому, что шарики зашли за ролики в мозгах здравомыслящих америкосов. Какой-то вселенский маразм от истинных результатов Крымской войны, неподвластный ни здравому смыслу, ни коммон сенсу. А что будет когда в «Старлайте» опубликуют всё то же, но ещё более подробно? Всей Америкой охренеем и начнём проверять достоверность инфы по различным каналам? Так всё равно других фактов не будет, несмотря на изобилие трактовок.

— Дорогие мои соседи, я вам ещё один факт доведу, а вы призадумайтесь над ним, как следует. Англия, Франция и Османская империя гарантировали мир России на двадцать лет, причём за свой счёт. Чтобы Россия спокойно провела за это время реструктуризацию армии, смену оружия на качественно новое и современное, ну и отдохнула от войн. Договор истекает лишь в следующем году.

— Но какое же оружие поступить могло русским, они же отстающие в таких вопросах? — опять скептицизм из-за отсутствия верных сведений.

— Винтовки разработанные американцом Берданом, например. Или может вы слышали о пулемётах Гатлинга, которые массово закуплены у вас русской армией? — это я чуток дразнюсь, зная что о них все слышали ещё в Гражданскую.

Офиндиление и опупение массово отразились на лицах присутствующих, а за ними последовало осознание.

— Так Россия лишь на следующий год сможет вступить в войну с Оттоманской империей, так получается.

— Именно так, но думаю, что сначала дождётся некоторого ослабления турок за счёт восстания, которое вскоре поддержат Черногория и Сербия. Раньше 1877 года активизации русских я не жду.

Развеивать легенды я люблю. Естественно, когда есть чем. Абсолютно уверен, что если бы Николай Первый не умер, то армада интервентов была бы заперта в безводном Крыму, а союзники тратили бы ещё более огромные деньги на её содержание, уткнувшись в иголочное ушко перешейка. Нечто вроде Фермопильского прохода, но сзади не обойти никак. Ибо на всех остальных ТВД интервенты по полной обосрались, даже под Петропавловск-Камчатским. А саму Восточную Турцию так бы медленной сапой завоёвывала русская группировка в пошаговом режиме. Карс-то был захвачен, а больше укрепрайонов не имелось до самой Анкары.

Впрочем теперь, двадцать лет спустя, всё это уже не имеет никакого значения. Нужно готовиться к новой войне, причём не допустить ошибок, которые ещё только предстоит сделать. Но о них пока знаю только я.

Глава 8

Огреби моё полено, мать ихнюю! Пока мы тут Балканы обсуждаем, те же русские себе мальчика нашли. Ну да, того самого, который на берегу какой-то речушки под Архангельском (в тридцати верстах вроде на северо-восток) нашёл на берегу «стекляшку» и притаранил взрослым. Дети-то ныне не крепостные, а очень даже продвинутые. Наслушался пацанчик разговоров об алмазах, вот и решил своим предкам находку показать.

Ему, ясен пень, навтыкали за то, что ходил к старым каменным непонятностям, оставшимся от народов тысячелетней давности. Вроде ещё до ненцев проживали (согласно исследованиям будущего), вот и нахламили свой «стоунхэндж». А там, что ни говори, мало ли какие злые духи водятся. В любом случае, новость быстро разбежалась ко всем кому ни попадя, ибо при проверке камешек действительно оказался алмазом, да ещё и редкой формы. Какой-то октаэдрный, мать его. При этом с «попкой», созданной природой, чтобы в гнездо на ювелирном изделии практически без обработки вставлять. Такие выгодны, так как отходов будет гораздо меньше, чем с обычных в которых «попку» нужно специально обтёсывать-вытёсывать.

Теперь голова болит у всех: от местных крестьян до царя-батюшки на тему того, кто же лапу наложит в итоге, если там целое месторождение найдётся. Европу это тоже коснулось мутным прикосновением жадности. Уже появились идеи помочь русским с их ценностями. В смысле, России — моральные евроценности и глиняные свистульки, а Европе — алмазы, да побольше. Уж если россияне отдали добычу своих морских котиков американцам, то почему бы не сделать такой же дружелюбный шаг по отношению к англичанам, французам или (прости господи) тем же австриякам?

У нас в Сан-Франциско по этому поводу праздник — предсказала-то местная газета «Фриско Старлайт», получив сведения от информационного поля Земли. Количество поклонников астральной осведомлённости растёт, что ни говори. Телефонная программа интенсификации научного прогресса «Александр Белл» развивается и вовсю популяризируется. Тут ещё и электролампочковое освещение добавилось в строй. Пока особой реакции не видно, но уже запросы от будущих потребителей сервиса пошли. Многие готовы покупать новый «свет», если цены укажут и объяснят к кому обратиться за платной услугой.

Зато, возвращаясь к России, активность населения и даже руководства оставляет желать лучшего. Их изобретатели пока на наши программы развития науки и техники не обращают внимания. Мало того, Вермонт как-то привёл капитана Нормана, браконьерствующего на северо-востоке Сибири и я многое узнал о той же Колыме. Всё оказалось достаточно просто.

— Мистер Изборски, те места практически не имеют русского населения. Есть небольшие поселения для сбора дани с местных туземцев и некоторое количество трапперов и торговцев, но гигантская территория практически пуста. Гораздо большая активность наблюдается на побережье Охотского моря. А реку, которой вы интересуетесь, они даже по-разному называют пока: то Колима, то Колива. Даже в этом нет единства.

— Мистер Норман, а бывали ли вы на притоках этой Колымы?

— Никогда, сэр. Лишь один раз поднимался по самой реке, но не увидел смысла. Своё я могу наторговать на самом побережье, так какой же смысл углубляться внутрь континента?

— Вроде там есть золото…

— Никто о колымском золоте не слышал из моих знакомых. Видимо это такая же легенда, как и золото на Аляске, ха-ха-ха! Слухи есть, а самого золота пока нет, — капитан расхохотался собственной шутке.

Получается, что развитие обоим причиндалам Берингова пролива предстоит лишь в 80-х, что ли? Я не стал разубеждать нового знакомого и доказывать обратное на своём примере. Лучше предложу другую авантюру.

— Капитан, а не хотите ли провести исследование одного-двух правых притоков этой самой Колымы на следующий год? Я готов оплатить вам потраченное время в размере того дохода, который вы не получите за этот период. И премировать вас пятой частью найденного для меня. Если же вы по пути всё-таки наторгуете мехов, без ущерба по времени для моих интересов, то это ваш доход.

— Вы меня заинтересовали, сэр. Всё-таки моя жизнь однообразна и небольшое приключение мне не помешает, ха-ха.

Вермонт до этого охарактеризовал Нормана, как человека для которого сдержать обещание является делом чести. Всё равно у меня не будет времени самому смотаться в экспедицию за бивнями, так почему бы не поднанять кого-нибудь? Или пусть на них наживаются русские и китайские бизнесмены в далёком будущем? Если бы СССР сохранился, то я соблюдал бы нормы морали. Но интересы будущих радетелей олигархии и её приспешников от меня, увы, далеки.

— Мистер Норман, меня интересует слоновья кость с берегов притоков реки Колымы. Из-за климатических условий там каждую весну обрушаются высокие берега и вылезают кости древних мамотов, которые хранились тысячелетиями в глубине.

— Хорошо, мистер Изборски, но вы оплатите мне сезон навигации, согласны?

— Да, капитан, безусловно. Кто знает, но может быть в будущем мы с вами станем партнёрами в этом очень выгодном деле?

Судя по самодельной карте Нормана самыми северными крупными притоками являлись две реки с одинаковым названием «Аюн». Их и определили в жертву, чтобы больше не гадать на кофейной гуще.

Мои взаимоотношения с большими боссами практически никакие, так как все точки расставлены над «и», да и какой-нибудь новизны не предвидится. Мистер Ричардсон тщательно готовится к навигации на Юконе, хотя в моих советах или ещё в чём-то больше не нуждается. Единственный раз мы пересеклись, когда он вручил мне обещанный чек за долю от применения методики Аносова на его приисках. Двенадцать тысяч, как-никак, а то я потратился на выкуп базы подготовки охранников, обошедшийся примерно в такую же сумму. Ну, а от Хопкинса я далёк и мы встретимся по-видимому лишь летом, после возвращения представителей с Клондайка с первым грузом золота и мехов. После чего общий договор наверняка будет закрыт в связи с полным исполнением.

Оружейника пока не беспокою, жду чем у химика всё закончится. Последние варианты очистки целлюлозы закончены и Сандерс с божьей помощью и всей осторожностью приступил к нитрированию.

— Мистер Изборски, я понял задачу. Следует создать не только взрывчатку, как таковую, но и соответствующий порох. Кстати, хочу попробовать желатинировать, чтобы легче было формировать его.

Не знаю над чем он пытается мудрить, но обещает что сгорать полученное будет более полноценно.

— Всего лишь лёгкий дымок и столь же лёгкий нагар будут образовываться.

— И как долго продлятся исследования, мистер Сандерс? — мне же Миллера нужно сориентировать.

— Думаю, что до Рождества уже закончу, а то и раньше. Как выяснилось, самыми трудными были исследования по очистке хлопка. Кстати, на всякий случай, наладил очистительную линию и теперь нужны два-три доверенных человека, которые могут хранить тайну процесса.

Рассказал ему, что нахожусь в прекрасных отношениях с квакерами, но не уверен в их технических умениях и способностях.

— Ну что вы, сэр. Я им всё покажу и расскажу, в этом нет ничего научного. Главное аккуратно придерживаться задания. Нужна исполнительность и пунктуальность, не более.

— Тогда на днях привезу несколько людей, а вы с ними побеседуете и возьмёте тех, кого посчитаете более приемлемыми.

Ура-ура, хоть что-то пойдёт уже само по себе без выдумок и рацпредложений. Здесь, в Сан-Франциско, есть вроде два крупных пороховых завода, так почему не организовать мелкоскопический частный цех для личных потребностей? Чисто для экспериментов, а не для массового промышленного производства. Для такого совершенно не нужно брать разрешение в Калифорнии. Всё-таки Дикий Запад и каждый волен вооружать себя чем и как ему заблагорассудится.

В редакции «Фриско Старлайт» тоже всё идёт по расписанию, а не абы как. Мощную статью о предпосылках и итогах Крымской войны, как и том, как она шла, опубликовали с успехом. Особенно публика ржала над британцами, которые расстреляв несколько финских рыбацких деревушек, доложились об уничтожении «крупных промышленных объектов», однако к такому «объекту», как Свеаборг так и не смогли подойти. Ещё читатели зависли над желанием Наполеона Третьего отдать балканскую часть Османской Империи… Австро-Венгрии, которая вообще в войне не участвовала. И конечно же удивило обывателей то, что мощная англо-французская экадра с пятью сотнями вооружённых до зубов опытных десантников не смогла захватить Петропавловск-Камчатский, оторванный огромным расстоянием от остальной России. Ведь город защищали целых 134 бравых солдата и охотника, а это Русская Сила.

Писем от публики приходило столько, что на всё ответить не могли. Зато горожанам нашлось много пищи для зубоскальства по поводу Европы и её вооружённых сил. Повсюду обсуждалась подробная и вызывающая шок статья, как и её отдельные части. Каждому прикольно узнать, что страны-союзники возили из-за моря даже простую питьевую воду, не говоря уж о еде и прочих вещах. Поэтому никто не оспаривал гигантский размер расходов евродержав и Турции на ведение войны. Все же понимают во сколько обходится снабжение, как из Болгарии, так и из самих Англии и Франции. И то, что агрессоры в итоге не получили ни шиша от слова «вообще», только порадовало американцев.

— А, так это Пиррова победа была, ха-ха-ха! — один и тот же лейтмотив насмешки над хвалёной Европой.

В российском консульстве вовсю скрипели зубами, злились, но попытка проверить факты привела к их… подтверждению. Всё в жизни так обстоит — обычно побеждают трактовки, сделанные в угоду кому-то, а не логика. Вывод совершенно один — европейские страны вынуждены были на коленях выпрашивать у русского императора Александра Второго мир. Даже гарантировали двадцать лет неприкосновенности южных русских границ.

По крайней мере у америкосов именно такое мнение сложилось, что добавило авторитета моей газете. Представляю, что начнётся в России, когда её перепечатают в русской прессе. Если, конечно, позволят это сделать. Вице-консул Клинковстрём на этот раз не заявил претензий со своей стороны, а из МИДа нотаций видимо не поступило.

Теперь будем готовиться к следующей сенсации на тему предполагающейся очередной русско-турецкой войны. Но это потом, а может быть потом-потом. Сейчас у нас созрел сюрприз — нашли Хайрема Максима и на днях он приедет во Фриско.

— Это оказалось нелегко, мистер Изборски, мистер Максим владеет собственной компанией «Максим Газ» и кроме того постоянно что-нибудь изобретает, — докладывал один из репортёров, командированный в Нью-Йорк после того, как изобретателя нашли, — он согласился приехать сюда лишь потому, что вы нуждаетесь в его консультациях по усовершенствованию паровой машины.

— И правильно сделали. Надеюсь вы довели до него размер суммы, которую я оплачу за неделю консультаций?

— Да, но мне кажется его просто заинтересовала возможность что-то где-то улучшить. Мало того, всю дорогу мы обсуждали телефоны и их будущее. Я сказал, что благодаря вам они скоро будут везде использоваться.

— Прекрасно, остальное само затянет Максима в наши инновации.

Слава богу, замануха сработала, иначе Хайрем («Hiram») чёрта с два нас бы навестил. Я слишком мало о нём знал в прошлом. Только то, что он изобрёл пулемёт, был фанатом всего парового и не мог остановиться в изобретательстве. Завтра мы встретимся и толком поговорим о многом, вдруг даст идеи по нормальному пистолету и заинтересуется ещё и электрической лампочкой?

Так и вышло! Хайрем, как оказалось, понятия не имел о нашем конкурсе на тему электрического освещения, поэтому сразу же попросил ознакомить его с соответствующей статьёй.

— Мистер Изборски, но ведь везде применяют угольные стержни. Неужели ваш вариант будет работать?

— Да, мистер Максим, причём он гораздо безопаснее угольного, а при отличном вакуумировании ещё и ярче. Как только появится хоть один желающий заняться моим вариантом тут же оборудую ему лабораторию и выделю солидные средства на разработку.

— А может передать это под мою руку в Нью-Йорк? — видно, что изобретатель заинтересован, но хочет сделать как ему удобнее.

Его можно понять потому что там у него и компания своя, и мастерские, семья, дети и вообще всё схвачено. Лишь одна проблема.

— Поймите меня правильно, мой друг, я не собираюсь переезжать на Восток. А ведь я много чего знаю об электротехнике. Очень много, за час и не перескажешь.

— Мистер Изборски, но и у меня на Востоке своя компания. Я ответственен перед компаньоном.

— Прекрасно вас понимаю, но у нас здесь закладывается будущее, а ваше газовое освещение это быстро уходящее прошлое, извините. Я слышал, что кто-то изобрёл газовый прожектор. Но электрический будет многократно сильнее светить. Даже паросиловую установку для кораблей я планирую не обычную, а с турбиной. Это принципиально иные мощности и скорости.

Собеседник аж подпрыгнул от нетерпения (или от изумления).

— Но откуда финансы на всё это?

— На следующий год я рассчитываю на два-три миллиона личных средств, пока имею лишь треть миллиона. Другое дело, что я не зарабатываю деньги на роскошную жизнь. Они мне нужны для разработки и внедрения нескольких изобретений, чтобы приблизить будущее. Вы же знаете, что такое электромагнитная индукция?

Мы забрели в дебри, где Хайрем что-то знает, а о чём-то и не слышал. И чем больше лапши я ему на уши навешиваю, тем более он становится заинтересован.

— Одна проблема, сэр, я неумелый исполнитель своих же задумок. Например ищу способ, как использовать отдачу при стрельбе. А ведь можно было бы сделать самоперезаряжающийся пистолет с магазином патронов в рукоятке. Или беспроводной телеграф.

— С некоторыми техническими решениями я мог бы вам помочь, сэр, но… А как же моя семья и компания?

— В конце концов, мистер Максим, у нас здесь климат как на Средиземном море и вашей семье он пришёлся бы на пользу. Кстати, извините за откровенность, но мне кажется что ваша компания интересует вас лишь как средство для поддержания материального уровня. Но она отнимает время от научно-технического творчества, я прав?

Когда мы расставались, Хайрем был задумчив, причём всерьёз. Слишком увлекательные перспективы здесь и трудно вернуться к своим баранам. В любом случае, он нанят как консультант на неделю, а значит должен хотя бы сделать вид того, что старается помочь. Причём согласился дать слово держать в тайне то, что увидит. Остаётся лишь надеяться на его порядочность. Посмотрим удастся ли такого гения изобретений задействовать в моих программах, так как просто купить такого человека сложно.

Мы, между прочим, практически ровесники — ему двадцать пять лет.

Глава 9

Общение с Максимом реально оказалось полезным. Мы посетили нашего оружейника и Хайрем дал несколько дельных советов, попутно заинтересовавшись идеей газоотводной трубки. Жаль, что новый порох не готов, а то можно было бы похвастаться нашими успехами. О пистолете он обещал подумать, что попробует найти техническое решение перезарядки. Заодно, пообещал прислать чертежи и рисунки своего пулемёта.

— Мне он не нужен, мистер Изборски, а вам моё устройство может пригодиться. Помогать угнетённым народом действительно благородное дело, готов внести в него свой вклад.

Приятно что мы нашли общий язык даже в физо. Сам Максим достаточно сильный мужчина и похвалился тем, что когда-то работал вышибалой. Узнав, что я дважды одолел всемирно известного Гарфилда, он пожал мне руку. Оказывается тот, относительно недавно, провёл успешную серию поединков с сильными представителями Востока в Нью-Йорке, где был горячо поддержан публикой.

— Гарфилд очень сильный и техничный боксер, как вам удалось его победить, да ещё целых два раза?

— Мистер Максим, я просто превосхожу его в силе, ловкости, скорости реакции и той же технике ведения боя, — заскромничал я, — кстати, по своей системе атлетической подготовки тренирую сотрудников службы безопасности и будущих бойцов Добровольческого отряда.

Естественно, что изобретатель заинтересовался и посетил базу за городом. Увидев подготовишек, усиленно гребущих на специально изготовленных лодках, он заинтересовался.

— Но эти лодки совершенно не приспособлены к гребле. На них никакие рекорды невозможно установить. Зачем вам такие?

— Эта специальная конфигурация позволяет развивать силу рук и объём лёгких. И то и другое необходимы, особенно сильные лёгкие.

Пришлось углубиться в подробности анатомии и физиологии человеческого организма, чтобы стало понятно почему я столь «издеваюсь» над теми, кто мне доверился. А увидев как долго длится процесс отжимания от пола (30 секунд вниз и столько же вверх), подтягивания или приседания, Хайрем решил и сам попробовать. После чего сказал.

— Вроде простые упражнения выполнил, а чувствую себя как будто подводу угля только что разгрузил.

— Эта разновидность развивает настоящую силу.

Обычное «упал-отжался» в действительности лишь «упал-оттолкнулся» — быстро, но малоэффективно. Посещение базы подготовки заставило Максима всерьёз задуматься над тем, что я готовлю. Он признал, что боевые действия людей сильных, подготовленных и вооружённых ультрасовременным оружием позволяют противостоять агрессорам и колонизаторам, имеющим преимущество лишь в количестве солдат.

— Кроме того, мистер Изборски, хорошо бы так готовить и простых добропорядочных людей. Тогда они смогут самостоятельно давать отпор плохим людям, часто мешающим нам жить. А то полиция не всегда успевает защищать хороших людей от плохих.

Я рад, что находятся единомышленники, считающие что и Добро должно быть с кулаками, клыками и когтями. А то всё это соплежуйство класса «непротивления злу насилием» лишь помогает моральным уродам иметь определённое превосходство по жизни.

По поводу паровой машины у нас произошёл прекрасный обмен мнениями и Максим помог мне сделать заказ на фабрике в Потреро Пойнт, где компания «Pacific Rolling Mill» изготавливает такое оборудование для своих клиентов. В основном, паровозы для железнодорожных компаний, но принимает заказы и от частников на любые варианты паросиловых установок.

— Мистер Изборски, вы бы свою мастерскую организовали для отдельных машин.

— К сожалению, мой дорогой друг, у меня нет знакомого инженера, чтобы он руководил таким предприятием. Те, кого знаю, порой прекрасные исполнители, но слабые изобретатели. А двигатели в наше время это основа промышленности, причём самой современной. Лошади уходят в прошлое, так как слабы по сравнению с паровиками.

Хайрем лишь сочувственно покивал головой, соглашаясь с моими доводами. Нет чтобы закричать во всё горло:

— Я… я буду вашим ведущим инженером… и заглавным изобретателем!

Он пока никак не проявил желания переехать к нам на Запад, хотя и наотрез не отказался.

/Главгер, как и Максим, не знают, что в 1881 году изобретателя выдавят из Штатов, чтобы он не мешал сверкать таланту Эдисона и не превосходил того в ряде изобретений. Максиму просто предоставят синекуру в Европе, избавившись таким образом от многогранного таланта. Больше Хайрем Максим в страну не вернётся/.

Естественно, что я ознакомил его с достаточно подробной системой по развитию электротехники.

— Я восхищён, сэр! Получается что в будущем, когда всё это реализуется, человечество заполучит невероятный комфорт и удобства. Мало того, вы предусмотрели столько инноваций, что реально удивили меня. Все эти составляющие объединены в логичную и необходимую схему. Как вам это удалось?

Молодой человек, наслышанный об электричестве лишь краем уха (как мне видится), действительно ошарашен. Это в будущем всё выглядит самим собой разумеющимся, а в 1875 году многое не предусмотрено. Да и то, что уже разрабатывется, пока разрознено, даже единых стандартов нет. Каждый кулик царствует лишь на своём болоте, а то и отдельно взятой болотной кочке.

— Мистер Изборски, снимаю шляпу перед вашей гениальностью и окончательно понимаю насколько вам нужны все те, кто смог бы это воплотить в жизнь.

Неделя сотрудничества закончилась, я выписал Максиму чек и мы расстались. Он отправился в Нью-Йорк, хоть и зачарованный перспективами, но уверенности нет, что когда-нибудь вернётся в Сан-Франциско.

12 декабря Сандерс вызвал меня, чтобы похвалиться — он создал пироксилиновый безопасный порох и столь же безопасную взрывчатку. Смешно звучит, конечно же, но бризантные вещества получились реально «усмирёнными» и теперь их можно использовать по назначению без риска взорваться.

— Мистер Изборски, всё получилось! И в очистке тоже многое разработано.

— Поздравляю, мистер Сандерс! Кстати, как там мои протеже, хорошо ли работают?

— Они просто великолепные исполнители. Всё выслушали, даже записи делали. По-честному просили повторить некоторые операции которые сначала не поняли. Не могу нарадоваться на их исполнительность и аккуратность.

Я и сам доволен, что несколько квакеров пристроил в свою военку. Кого-то к химику, кого-то к оружейнику. Они не просто хорошо учатся профессиям, а ещё и желают этого. Очень важная черта характера. Я и в отряд отбираю тех, кто готов осваивать специальность и не пищит, мол, и так всё знаю.

— Ещё раз поздравляю, вот получите чек с премиальными. Это всего лишь аванс, время от времени буду ещё выплаты делать за послушный пироксилин.

— А чем сейчас заниматься в исследованиях, сэр? Или пока не предвидится ничего?

— Вам следует заняться производством пороха. Кроме того, вы говорили, что у вас имеются свои интересы в разработках. Ну и если найдёте время, то повыясняйте пожалуйста что наработано в мире по нитрированию толуола. Просто соберите информацию, но чужие эксперименты не повторяйте.

Совсем не хочется, чтобы толковый химик нечаянно погиб, увлекшись моим очередным исследованием.

— В любом случае, мистер Сандерс, пока отдохните до рождества, праздники же приближаются.

Сейчас мне нужно побольше того, что уже готово, дабы отвезти Миллеру. Пусть он испробует как новый порох, так и взрывчатку. А вдруг получится хорошо? Правда приближается Рождество и на особые успехи не рассчитываю.

— Мистер Изборски, не переживайте, — вошёл в положение оружейник, — мы всё проверим в два-три дня. Если порох таков, как предполагается, то многое придётся переделать, вы уж извините.

— Я всё прекрасно понимаю, мистер Миллер. Делайте то, что считаете нужным. Возможно придётся пойти на уменьшение калибра карабина до трёх линий. Это нормально, хотя и вызовет сложности.

Всё-таки точность обработки стволов от внутреннего диаметра ствола тоже зависит, как я думаю. Поэтому на особых изменениях пока не настаиваю. Чувствую, что сюрпризов будет достаточно от малодымного пороха. Мне сверхдальность не нужна, а вот более высокая скорость явно обеспечит меньшее отклонение от осевой. Значит, в свою очередь и кучность повысится.

Ладно, лишь бы было. Договорились о том, что свидимся через неделю, чтобы определиться с дальнейшими инновациями и конструкторскими метаниями. Надеюсь, что через полгода у Миллера получатся действующие прототипы всех основных стрелялок.

— С ручными гранатами будьте поосторожнее, пока и динамитных хватает для отдельных боевых операций.

Это я имею в виду не количество оных, а их качественное отличие от того, что в мире имеется. Ручные бомбы пока не особо развиваются из-за непропорциональности между силой взрыва, весом самой гранаты и дальностью броска. Мои явно полегче будут. Плюсом является то, что готовлю более сильных бойцов, чем имеющиеся в армиях гренадёры.

Эх, знать бы ещё куда итоговая кривая выведет. Вот чего это я занимаюсь милитаризацией вместо развития сельского хозяйства или той же медицины? Может нужно вообще детские игры развивать? Мать вашу в пердимонокль идиотосинкразии! А ведь это тема, которую можно другим подкинуть за долю от доходов. Срочно-пресрочно следует провести патентный поиск той же игры «пятнадцать». Заодно разработать несколько вариантов игр типа «Монополии». Ну и «Пенту» попробовать на людях — хоть игровой салон открывай в противовес казино.

Можно будет воспользоваться новым материалом, который откопали нанятые мной «охотники за головами». Оказывается, что первичный целлулоид уже изобретён и из него бильярдные шары изготавливают. А раз собственный химик с нитрированием возится, так пусть и выпуск кое-каких пластмассовых изделий наладит. В смысле саму «массу», а уже какой-нибудь термопласт-автомат со сменными пресс-формами изготовим.

Всё-таки мне не хватает опыта попаданства. Развиваюсь так медленно, что аж бесило бы каких-нибудь мимокрокодилов из будущего, если бы они здесь были. Где быстрые движения, где всеохватывающее давление, где приключения на ровном месте? Даже гарема нет, ибо обхожусь одной-единственной любовницей, да и то втихаря. Ни разу не интересны мои деяния профессионалам хайпа, стремительности и повального нагибунства окружающих.

Предрождественские балы проходили в разных вальяжных местах Сан-Франциско и удавалось их избегать, но на один пришлось пойти. Уж не знаю какие связи и знакомства у мадам Лежье, но он получила приглашение в Сити-Холл, а нас с Вермонтом припахала в качестве сопровождающих кавалеров.

— Мадам, может без меня обойдётесь? — сканудю, так как дико стесняюсь выспренности предстоящей ярмарки тщеславия.

— Эндрю, даже не пытайтесь увильнуть. Я понимаю вашу скрытную натуру, но обязана вас представить кое-кому из близких знакомых в качестве «тёмной лошадки».

Чем дольше живу в этом времени — тем больше изумляюсь некоторым закидонам. Оказывается, что иметь свою «тёмную лошадку» это круто, а я подхожу на эту роль. Молодой крупногабаритный «тарзан», который умеет разговаривать, используя научные термины. Да ещё и прекрасно разбирающийся во всех вопросах, освещаемых в самой популярной газете Фриско. Ни у кого такого «бабуна» нет в личной коллекции, только у мадам Лежье. Так почему бы не козырнуть постояльцем? С другой стороны слишком молод, чтобы изображать кавалера, поэтому приглашён и Пол Вермонт.

Народ, прибывший на мероприятие, не простой, а сплошь золотой. И все трындят безостановочно на важнейшие темы года, вплоть до того, что касаются даже предстоящей президентской гонки. Следует учитывать, что Калифорния считает себя особой республикой в составе других штатов. Мол, делаем одолжение, но сами себе на уме. Не республиканцы и не демократы, не янки и не дикси, а калифорнийцы! Тут даже не поймёшь за кого будут голосовать. Республиканцы теряют заработанный за годы Гражданской войны авторитет, демократы поднимают голову и кто знает чем закончатся предстоящие в следующем году выборы? Ясно, что они будут как положено равноправными и свободными, но кто, спрашивается, станет в итоге равнее прочих?

По залу бродят и наши знакомцы: Харви, Хопкинс и Ричардсон, причём главвред «старлайтеров» привёл на раут Александера Белла. Пусть принимают огонь на себя, ибо хочу подольше оставаться в тени. Все же наслышаны о д’Артаньяне, Ришелье, короле Людовике Тринадцатом, но «отец Жозеф» так и остался в тени, хотя его власть почти не уступала власти того же Ришелье.

В одном месте, где соловьём разливался главный редактор «Алта Калифорния» довелось узнать новости с Балкан.

— Вы не представляете с какой радостью приняли повстанцы оба наших отряда добровольцев…

— Очень даже представляю. Ведь они привезли целый трюм оружия и боеприпасов…

Сарказм неистребим, так как всегда найдётся любитель оттенить чей-нибудь мёд своим дёгтем. Влезать в комменты не стал, лучше послушаю.

— Вы даже вообразить не можете насколько устали бедные народы от османского ига. На этот раз они обязательно получат независимость.

Мечтать не вредно, хотя по итогам Берлинского конгресса 1878 года Босния просто перейдёт в австрийское иго.

— А что вы думаете по этому поводу, мистер Клинковстрём? — тут же дружно переключились на подошедшего русского вице-консула.

— Не знаю, господа, чем всё закончится, — пожилой человек обязан соблюдать своеобразный протокол, чтобы не ляпнуть лишнего, — но Россия уже прилагает все усилия для восстановления справедливости.

Чистая дипломатия, вроде заступились, но непонятно в чём конкретно.

— Неужели ваша армия не может придти на помощь? Говорят что Оттоманская империя слаба, а её султан плохо себя чувствует.

— Мы стараемся всё разрешить миром.

Чиновник высокого уровня не имеет права пуститься в откровения, вот и обходится минимумом слов и высказываниями общего плана. Во избежание преждевременного знакомства я свалил к другой группе, где обсуждали провал «лампочкового конкурса». Люди по-своему правы, ажиотажа не получилось в вопросе электрического освещения. Все конкурсанты (не так много, кстати) предлагали изменить условия и позволить выставлять образцы с угольными стержнями. Их, ясен пень, посылали куда подальше, в смысле обратно на Восток, но вполне приличными словами. Из лидеров электротехники прибыл лишь представитель Эдисона, причём деловой человек, а не инженер-изобретатель. Он даже раскудахтался, обвинив организаторов в некомпетентности и требовал имеющиеся финансовые средства предоставить Эдисону.

— Вы хотя бы зря деньги не потратите на ненаучную глупость.

Его тоже послали мягким уважительным тоном и теперь ждём у моря погоды по всей видимости. Так что в этом вопросе я явно облажался, но это не страшно. Зато деньги сэкономил, что тоже хорошо. В конце концов, даже «приручение» пироксилина можно считать величайшим достижением года. Миллер уже испробовал новый порох и остался доволен, о чём и мне поведал.

— Правда, мистер Изборски, теперь придётся всё заготовленное оружие переделывать, — рассмеялся он, — слишком мощный получился и следует это учитывать в каждом случае.

— Это всего лишь время и расходуемые средства, не более. Главное, что сделан большой шаг вперёд, который поволит вам создать ультрасовременное оружие, превосходящее всё, что имеется у человечества на данный день.

— Это приятные перспективы, сэр, благодарю что именно мне доверено совершить столь важный шаг…

Приятно то, что мы друг друга понимаем с полуслова. Такой вид сотрудничества удобен, когда не нужно из-под палки требовать от изобретателя тех или иных действий.

Глава 10

Январь 1876 года всё-таки скучноват из-за того, что народ связан дождливой погодой и больше дурака валяет, чем активничает. А Российская империя чисто астрономически ещё и запаздывает на полмесяца от всеобщего календаря. Даже их алмазная лихорадка застряла — понавалили снегов на своих просторах, понимаешь ли. А ведь как шло! Было ещё два камня найдено: один относительно недалеко от первого, а второй аж в четырёх верстах к северу. И встало из-за зимы, как это у русских заведено, все на птицах-тройках катаются и бубенцами на морозе трезвонят вместо того чтобы делом заниматься.

Вот мы и начали год в «Старлайте» со статьи, надыбанной в сферическом вакууме нашей планеты. Отметили, что алмазных месторождений в Архангельской губернии несколько и они тянутся цепочкой с юга на север. Причём все размером верста в диаметре и все заполнены алмазами октаэдрной формы, что делает их гораздо дороже на массу в каратах. И прячутся эти «зелёные камнееды» (то бишь, месторождения) на глубине 100–150 ярдов. В общем, все «трубки», как в Кимберли, но глубоко и сезон добычи не круглый год. Хотя, должны быть кое-где выходы на поверхность из твёрдой породы серо-голубого цвета.

Название порекомендовали дать в честь великого русского учёного Михайлы Ломоносова. Даже легенду придумал под это дело, якобы молоденький Михайла нашёл парочку и с ними в Москву почапал. Один у него выманили, зато второй он удачно продал за 14 рублей на которые учёбу начал.

— Мистер Изборски, а какой следующий материал готовить? — интересуется главред, — о Балканах или по науке?

— Мистер Харви, нужна будет статья о проблемах со стрелковой подготовкой в армиях сильных держав. Я вам подробно объясню в чём дело.

Объяснялово заняло много времени, так что статья получится широкоформатная. Мы приплели всё: от воришек-интендантов до попыток экономить на боеприпасах. А в результате получилось, что малоподготовленные солдаты той же Русской Армии первые месяцы очередной большой войны будут… учиться пользоваться новым оружием. А их офицеры будут учиться в бою ими командовать. То бишь, использовать по-новому, а не совсем так, как во времена дульнозарядных стрелялок. Поумничали знатно и в подробностях, но толку явно не будет. Не начнут менять строевую подготовку на стрелковую и атлетическую, это никому пока не нужно.

И всё бы хорошо, но неожиданно получил телеграмму от Максима, мол, выезжаю к вам, чтобы обсудить детали… переезда в Сан-Франциско. Созрел, что ли? Приедет пока без семьи, дабы обустроиться и лишь потом, на готовое, своих вызвать. А ведь я уже практически похоронил лампочковую идею, теперь же надежда появилась на Хайрема.

/Главгер понятия не имел, что именно в 1876 году изобретатель «открыл» для себя электричество и был покорён им/.

В это же время мы обзавелись наконец-то собственным толковым юристом. Мистер Моррис из Оаквуда перебрался к нам во Фриско и изъявил желание служить верой и правдой. Узнал про то, как лихо удвоил свои капиталы Ричардсон-младший и решил разумно присоседиться к нашим барышам.

— Мистер Изборски, я готов работать на вас по всем юридическим вопросом. Все мои связи и даже контакты на Востоке будут в вашем распоряжении.

— Благодарю, мистер Моррис, надеюсь на плодотворное сотрудничество. Ну и на понимание целесообразности сохранения полной конфиденциальности по любым нашим делам.

Всё-таки свой человек, понимающий как обойти препятствия, если нужно для дела. Именно он нам с Джорджем сделал не столько паспорта сколько соответствующие документы для их получения. Филькины грамоты стали обоснованием и чёрта с два теперь ко мне придерёшься.

К приезду изобретателя удалось найти аж четыре строения, где можно и жить, и работать. Конечно, если Хайрем захочет заниматься творчеством в одном месте, а обитать в другом, то и такое приглядели на всякий пожарный. Важным оказалось другое — поблизости находились места священнодействия оружейника и химика.

— Если всё сложится по моему хотению, мистер Вермонт, то со временем можно создать эдакий научно-производственный регион. И всё обустроить так, чтобы с годами отселить местных и поселить здесь тех с кем сотрудничаем.

— Мистер Изборски, но жить рядом с фабрикой по производству бризантных веществ вообще-то опасно. Как бы чего не случилось.

— Вы правы, но в любом случае это предприятие переведём на окраину города. А промышленные цеха, как и будущую электростанцию, расположим рядом с заливом, чтобы осуществлять поставки всего, что им необходимо, по воде.

Губа раскатывается даже на то, чтобы наш микрорайон имел не только нужное население и инфраструктуру, но и послушную администрацию. Впрочем, многое зависит от лета, которое жду с нетерпением. Будут деньги — будет и реализация всякоразных планов. А пока готовлю запасную кислородную подушку, потихоньку создавая «игорный бизнес». И если подобие «игры пятнадцать» уже где-то в Бостоне выпускается, то не то что в мире, но даже в самой Америке она неизвестна. А ведь с ней была настоящая «лихорадка» в своё время (согласно моей Истории).

Тем более, что вышли на Хайета и сейчас Моррис готовит соглашение на приобретение патента на целлулоид. Чисто формально, так как Сандерс уже исследует разновидности, используя другие наполнители для базовой нитроклетчатки. Тем более, что сам Хайет пока расширяет ассортимент и уже наладил производство школьных досок. Но всё это пока продаётся лишь в северо-восточных штатах и Америку не касается. Изобретателю не хватает инвестиций и личных средств, чем и хочу воспользоваться.

Прибытие Максима порадовало меня, ибо он, оказывается, даже по ночам плохо спал. Вроде у него какие-то проблемы с женой, ну и в голове вертится образ электрически освещённого будущего.

— Мистер Изборски, я сначала предложил своему компаньону заняться электротехникой, но он наотрез отказался. Говорит что это неопределённо, а газовый бизнес постоянно расширяется. И нет смысла менять гарантированный доход на непонятные расходы.

— И чем же всё закончилось? — проявляю естественное в таких случаях любопытство.

— Мы миром поладили и я продал свою долю его новому партнёру. Деньги оставил семье, а сам поехал к вам. Поймите, ну не могу устоять перед искушением внести свою лепту в ваше прогрессивное начинание. Заодно, изучил всё, что нашёл по этой теме. Увы, ничего даже близко стоящего к вашему уровню понимания будущего электротехники.

— Ну, что же, мой друг, welcome aboard! У нас есть и финансы, и жильё, и сооружения под лаборатории можно приобрести. Кое-что мы с мистером Вермонтом приглядели и вскоре вам покажем. Выберете то, что вам понравится.

В результате целую неделю столь важный для меня человек мотался то со мной, то с Полом по разным местам, определяя для себя то, что ему будет удобнее и комфортнее в пользовании. Кроме того, он по два-три раза навестил Миллера и Сандерса, а заодно наведался по нашей рекомендации в общину квакеров, где подобрал себе несколько работников. Видимо прошли те времена, когда Максим рвался лично всё реализовать, дабы других не отвлекать от дел. Ну и пришёл к некоторым выводам о чём поведал мне в конце концов.

— Мистер Изборски, я передал мистеру Миллеру образец и рисунки деталей устройства, использующего силу отдачи выстрелов. Пусть он теперь сам займётся применением их для того машин-гана, который вы с ним разрабатываете. Думаю, что благодаря новому пороху всё будет работать превосходно.

— Благодарю вас, а что по другим делам?

— Вот в этом я хотел согласовать кое-что с вами. Хорошо бы организовать опытную мастерскую по разработке паросиловых установок и их изготовлению своими силами. Мне не очень нравится то, как ведётся исполнение вашего заказа компанией «Пасифик Роллинг Миллс». Проблема в том, что их специалисты даже не желают слушать мои предложения по усовершенствованию.

— Я вас понял, подготовьте список того, что вам понадобится, включая здание. Или лучше новое построить?

Обрадованный «мистер Самоделкин», как истый «винтикошпунтик от бога» сразу решил воспользоваться предоставленной возможностью. Бедолага Вермонт был полностью к нему прикомандирован вместе с Джимми. Теперь этот бегающий супер-бедлам-на-ножках носится повсюду, как угорелый. Видимо опасается, что его закуют в рамки, как это нередко бывало допрежь.

Пусть вольничает, лишь бы не забывал руководить тем, что создает. Жильё себе он подобрал так, чтобы было рукой подать и до мастерских на тему пара, и до лаборатории электротехники. Главное, чтобы за границы моего микрорайона не вылез. Джордж с Моррисом пока несут дополнительную урбанистическую нагрузку, так как доверенных начпупсов явно не хватает. Надеюсь, что летом хотя бы Олбани возвернётся, хватит с него золотых приключений и сновидений о недособранных самородках. Если добычи хватит, чтобы закончить с Хопкинсом и Ричардсоном, то нефиг тратить ценнейшие сталинские кадры на будущих посторонних. Я бы и Вайдена выдернул, но квакер сам определяет как ему быть и у кого служить.

За хлопотами даже не заметил как февраль вступил в свои права. Статья о проблемах подготовки у сильных армий всего мира наделала шума. «Алта Калифорния» тут же поддержала тему своей статьёй, нахваливающей действия американских добровольцев в Боснии. Мол, османские подразделения плохо подготовлены, хотя и имеют современное зарубежное оружие. Мало того, кто-то в народе (некие крикуны и шептуны) заговорили в разных местах Сан-Франциско об идее создания своей калифорнийской армии.

Получается, что раз федеральные части расположены лишь на юге штата (вру, все говорят о Калифорнии не как об одном из «штатов», а всегда поминают «республику»), то северу пора бы свой воинский контингент иметь. Федералов тоже можно понять — на югах граница с Мексикой, эдаким «потенциальным противником». А мы граничим лишь с Орегоном, Невадой и чуток с Аризуной, которая вообще не «штат» по статусу, а всего лишь «территория» и значит даже права голоса не имеет. Да, население территорий не будет голосовать на выборах, фиг им коли самостоятельные рожи корчат и дули в карманах крутят. Без сопливых обойдёмся!

Прикол всей дуристики в том, что в Штатах армия малюсенькая, 25–30 тысяч всего лишь, а в случае большой войны понабегут добровольцы (тыщ сто, а то и больше). Вон, в Гражданскую аж под два миллиона по своей доброй воле пришло, чтобы южные штаты освободить от засилья демократов, разорить и поиметь во все дыры. А нефиг отделяться и пытаться жить своей жизнью, здесь вам не демократия, а… Ну да, вообще-то на словах «самая продвинутая и единственно верная».

Всё-таки хуже нет, когда ждёшь чего-то важного и глобального. С трудом занимаюсь всеми теми мелочами, которые необходимы, иначе, если запустить, то придётся всё подряд на стороне искать. Тот же камуфляж, как и броники просто-напросто нигде не купить. Пришлось свои фабричонки организовать, а к ним в дополнение предприятия по обработке кож и хлопка. Сразу надумал затеять и цех по марле и вате, что повлекло за собой идею персональной солдатской аптечки. В конце концов, у Проктера можно вёдрами и бочками его «лекарства» заказывать, а уже здесь перефигачивать их, расфасовывая в приемлемую мелкую тару.

Таким образом и февраль пролетел в мелких, но нужных хлопотах, а вот в марте опять глобали попёрли.

— Мистер Изборски, карабин с магазином довели до удобного варианта, действующего практически без сбоев.

Хорошее оружие получилось, да ещё и на грани фантастики. Затвор сложный, но удобство офигенное.

— Да, сэр, его достаточно передёрнуть вот за этот рычаг, который вы порекомендовали, и карабин готов к стрельбе. Пять выстрелов один за другим, затем сменный магазин можно будет вставить.

«Рычаг, который я посоветовал» выглядит один в один, как на калашах. Вот и весь мой вклад в прогрессорство, гы-гы. Остальное разработали Миллер с сыном и немного им помог Максим, подкинув пару технических решений.

— Правда калибр пока сороковой. Трёхлинейный тоже можно было бы, но внутреннюю часть маззла сложно обрабатывать пока. Нет столь точного оборудования, нужно заказывать, если где-нибудь за это возьмутся.

— Согласен, понимаю сложность. Ничего страшного, мистер Миллер, пока такими будем пользоваться, а стрелкам подушечки на плечо изготовим, чтобы смягчали отдачу. Зато ствол внутри качественно обработан, а это очень важно для длительного применения.

Ружбайка готова и сразу целый воз морального груза с плеч упал. Всё остальное пока в разных стадиях: от завершения до «в процессе». Миномёт собираемся финально испытывать лишь в середине марта, да и то нет уверенности в том, что он тоже будет доведён до ума. Крупнокалиберная дальнобойная винтовка с мощным патроном пока в разработке. Тоже пятизарядку планируем, хотя она лишь в отдельных случаях нужна. Пока общественное мнение против того, чтобы офицеров убивали, мол, для этого простых солдат вполне хватает.

А в нашей учебке я ввёл ещё одну воинскую специальность — наблюдатели. Без них, честно говоря, как без рук, только это пока в зачаточном состоянии. В смысле, ныне лишь общий обзор осуществляют, а профессия наблюдателя уж очень многогранна по сути. Приходится вспоминать всё, чему меня самого в учебке дрочили. И соответствующий отбор приходится вести, учитывая персональные характеристики кандидатов, а это дело занудное.

Кстати, сержантов и офицеров тоже приходится пестовать, так как готовые не подходят. Их придётся переучивать новой тактике, проще из «нулевичков» выращивать необходимые кадры. Хорошо, что дело не в России происходит, иначе навтыкали бы по самые помидоры за набор неправильностей, которые я проповедую.

— Эндрю, всё выглядит, как будто ты зародыш Калифорнийской армии готовишь, — насмехается Джордж, — столько денег тратишь. Думаю, что никто не оценит.

— Дружище, когда поедем куда-нибудь воевать, то сами и оценим, и себе же огромный «thanks» скажем. Русский полководец Потёмкин когда-то сказал: «Тяжело в учении — легко в бою!». А знаменитый русский полководец Суворов это всегда и везде повторял, как единственную истину.

Кто знает может наши наработки вполне подойдут калифорнийским вооружённым силам, если их когда-нибудь начнут создавать. Пока лишь шумок прошёл, не больше. Наша газета на этом не зацикливалась, пусть конкуренты из прессы хайпом занимаются. Мы другим важным делом заняты, разрабатывая сценарий общебалканской войны на ближайшие три года. Чувствую, что воплей и криков даже в зарубежных газетах не оберёмся, особенно в турецких масс-медиа.

Глава 11

Основной мартовской глобалью стала подготовка целой малой эскадры к самому заглавному вояжу года.

— Мистер Изборски, надеюсь что вы не откажетесь в последний момент от наших договорённостей, — в очередной раз переживал Ричардсон, — я готовлю четыре парусника и один пароход.

— Я верен слову, сэр, просто сам пойду на пароходе со своей службой безопасности на всякий случай. Мы же не знаем, что там на Юконе и не придётся ли пресечь действия других, если кто-нибудь ещё узнал о золоте Клондайка.

— Вполне разделяю ваши опасения. Мистер Хопкинс тоже готовит отряд охранников «Вэллс Фарго», чтобы на следующий год они защищали наши интересы.

Мои компаньоны отправляют целую сотню старателей, кроме того ещё и группы по разработке холмов и для работы на двух драгах. Сами чудовищные агрегаты пока разобраны, но на месте их соберут спецы. Всё это, включая многие тонны химикалиев для амальгамации, товары для индейцев и продовольствие будет загружено к началу апреля.

Расчёт показывает, что к маю (а значит и к началу навигации на Юконе) мы будем уже в Сент-Майкле. И если люди Ричардсона и Хопкинса останутся на год, то я, забрав своё золото и меха, вернусь во Фриско к концу июня или в начале июля. Тут уж не до балканоидов с их бедами и не до прогрессорства. Миллер изготовит мне дюжину новых карабинов и по три сотни патронов к ним, а на вспомогательных предприятиях будут сделаны броники из седельной кожи обитые стальными пластинами. Для усиления выпендривания с мощью моей СБ, на каждого придётся по дюжине гранат (динамитные шашки, обклееные свинцовыми шариками и железными обрезками).

— Наш старый пароход заполнили дарами для хэнцев, — докладывает Вермонт, — а новый, кстати, тоже готовится в своё плавание на Колыму. Продовольствие и снаряжение, как и инструменты и оружие, которые могут понадобиться, полностью закуплены. Дай бог, если русские никоим образом не будут препятствовать. А то вдруг у них что-нибудь изменилось на северо-востоке Сибири.

— Там нечему меняться, друг, так как ещё ничего нет. Сначала им нужно организовать Колымскую губернию или хотя бы городки с населением поставить, что ли. Капитан Норман обстоятельно рассказал что к чему в тех краях. Видимо руки у моих соотечественников ещё долго до Колымы не дойдут. А когда дойдут, то построят там лагеря для содержания каторжников.

Ну что я за недемократ и непатриот какой-то? Почему такие гадости говорю о хороших, мягких, белых и пушистых руководителях своей страны? Они сейчас сами краснеют от стыда, помогая Романовым расхищать Россию, но по-другому не могут жить. И это не они такие — это жизнь такая, когда их детки есть-пить просят и родственники чиновников на шее сидят у своих кормильцев. Тут, блин, и Австрии нужно помогать, и перед Британией и Францией попрогинаться, а где на всех слюны найти, чтобы правильно их задницы целовать? Да ещё и ужас столетий: «а вдруг в европейскую семью не возьмут?».

Впрочем всё это пока от меня далеко.

— Эндрю, вы слышали, — мадам Лежье поразила очередным утром свежей телеграммой всех нас, — первые старатели нашли золото в Западной Австралии! Там, где мы указали во «Фриско Старлайт».

— Надо же, сбылось, — первым отреагировал Вермонт, причём с удивлением, как будто сомневался до сих пор.

— Да, информационное поле Земли не ошибается, — торжествует наша хозяйка.

А может просто подыгрывает нам, якобы ничего не догоняет? И над нами, пупер-конспираторами, подхихикивает сама себе. Другое дело, что стопудово австралийский девятый вал захлестнёт умы и все вокруг не заметят отбытие целой эскадры на север, а не на юг. По договорённостям с большими боссами разные наши суда отбудут в разные дни, чтобы не привлекать излишнего внимания в порту. А я, относительно налегке, пойду первым, ибо жаба давит.

И ведь действительно масса народу зашевелилась в юго-западном направлении. По крайней мере языками чесали везде и всюду, а пресса была переполнена комментами. Главред ходил гоголем, всё-таки первый предсказал очередную золотую лихорадку. Что говорить, если даже вполне разумные адекватные и учёные люди напрашивались к нему на приём, чтобы обсудить перспективы использования инфополя нашей планеты.

— Вы не представляете, мистер Изборски, как люди доверчивы. А я не могу им сказать правду, что это вы контактируете со всепланетным полем, а не кто-то из нас.

— Мистер Харви, держите фасон. На этом базируется популярность вашей газеты, а значит и её продажи. Как только откроете тайну, так сразу обыватели потеряют к вам интерес, да и к газете тоже. Определённая таинственность идёт на пользу.

— Я всё понял, сэр, пришёл по другому поводу. Завтра пойдёт статья о пошаговом развитии балканского военного противостояния. Нужно ли опасаться возмущений со стороны русского консульства?

— Нет, они не вправе запретить в Америке кому бы то ни было пользоваться конституционной статьёй о свободе слова. Могут лишь дать опровергающее интервью в другой газете. Но ничего логичного не смогут противопоставить.

Главред успокоился, вспомнив о Конституции и о своих правах. А работники консульства сами не знают, как будут развиваться события на Балканах. Вроде за кулисами договариваются с великим визирем о мирном разрешении конфликта, но чёрт его знает, как оно дальше будет. Сейчас наши калифорнийские благотворители поставляют оружие не только боснякам, но и черногорцам. И третий отряд уже подготовили, вооружили и отправили на помощь восставшим.

Прикольно, но когда мой отряд садился на пароход, то зеваки посчитали, что мы собрались в Европу.

— Друзья, ни в коем случае не нужно никого в этом разубеждать.

— Поддержим, босс, не беспокойтесь. Вон, репортёр из «Алта Калифорния» уже что-то себе записывает, расспрашивая окружающих.

Щелкопёр смог от наших лишь одного добиться, мол, миссия секретная и они не вправе разглашать тайну. Так что «объективную информацию» сам себе высосет из пальца.

Три недели добирались до устья Юкона, аж задолбались из-за погоды. Наконец-то прибыли, порадовавшись тому, что ледоход закончился на большой реке. Вермонт отправился местные слухи и сплетни собирать, чтобы иметь представление о том, что здесь известно о нашей бригаде-ух.

— Эндрю, пока они в курсе лишь того, что трапперы большим количеством ушли в верховья Юкона, где основали огромную факторию. Якобы не только меха скупают, но и сами занялись их добычей.

— Вот это хорошо, что пока до истины не добрались. А чем мотивируют столь большое количество охотников?

— Ну с этим у них просто. Все же понимают, что идёт борьба между Америкой и Канадой за власть над всем Юконом. Вот, мол, американцы и решили большой городок поставить, а потом от него другие поселения и форты будут строить. Всё логично.

— Ясно, а Англия пока занята развитием Бротанской Колумбии и будет своих селить к северу от неё до истоков Юкона.

Да уж, свезло, что местные сами нашли вменяемые объяснения и «истинные причины». Не знаю надолго ли этой легенды хватит, но сам-то я настроен хапнуть своё и свалить к едреней фене обратно. Более глубокие корни можно в будущем в Витватерсранде отрастить, когда своих людей будет не десятки или пара сотен, а гораздо больше.

— А где этот Витватерс… чёрт и не выговоришь, — поинтересовался Пол.

— Это, дружище, сорок процентов мировых запасов золота. И всё оно расположено в Трансваале на площади в сто на сто пятьдесят миль. Причём толстым слоем примерно в сотню ярдов глубиной.

У кентов аж челюсти отвисли. Мои закидоны постоянно выглядят и звучат невероятно, но раз за разом оправдываются делом.

— Так может туда нужно было экспедицию отправлять? — сообразил Джордж.

— Нет, брат, мы по-другому на тех запасах сыграем. Можем учредить компанию, выпустить акции, послать изыскателей, а потом, когда акции подскочат в цене, их выгодно продать. Это даст гораздо больше дохода, чем заморачиваться с самой добычей золота.

Друзьям-ганфайтерам такие схемы не совсем понятны, зато Вермонт сразу руки начал потирать.

— Сэр, я готов заняться всем, что необходимо для регистрации и выпуска акций. Но сначала нужно определиться какие биды будут предпочительнее, на каких уровнях. Иначе поспешим, а потом будем локти кусать от того, что поторопились.

— Мистер Вермонт, я скажу больше. Можно будет примерно рассчитать игру на своих акциях по ходу дела. До того как золото будет найдено. У нас в руках мощнейшее оружие человечества и это газеты. Что-нибудь положительное будет поднимать цены, значит продаем. Потом запустим негативную новость и цены упадут, значит обратно купим. Главное, что я знаю что золото там есть.

— Тогда нужно будет и земли взять в аренду у буров, а то и выкупить в тех краях.

Всё верно, любая афера или махинация должна базироваться на твёрдом основании. Чего уж говорить о том, что реально, а значит гарантировано. Блин, я бы России предложил купить там земель, но это самой стране и народу ничего не даст. Клика Романовых со своим прихвостьем сначала будут долго раздумывать, а потом всё это подарят австриякам или франкопузам с англичанами. За какой-нибудь копеечный откат или вообще за политическое обещание, которое всё равно не будет исполнено впоследствии.

С каким бы удовольствием покрошил всю правящую клику, но, увы, руки коротки. Только и остаётся что самому становиться сильнее, дабы иметь очень веские доводы-козыри в руках. Или ну их всех нафиг? Жить вторую жизнь в своё удовольствие и не лезть в чужие дела, пусть этим народовольцы какие-нибудь занимаются. А пока вперёд за своим добром на Клондайк!

Добрались за две недели, чему безумно рад так как извертелся, соблюдая безразличный вид, но горя нетерпением внутри. Встречающие, а точнее случайные люди, оказавшиеся возле причала (уже построен) узнали нашу «Ариадну», а заодно и гонца отправили на прииски.

— Мистер Изборски, добро пожаловать! — радостные человеки явно соскучились по новостям с «большой земли» и по свежим лицам, уже позабытым за год. А тут ещё такая возможность не только поспрашивать, но и своим поделиться выдалась.

— Мы отель построили за это время, прошу вас и других приезжих, располагайтесь.

Ну, допустим в отеле столько свободных мест нет, зато имеется нечто вроде двухэтажного общежития и даже вспомогательные бараки на всякий пожарный. Вопросами, ясен перец, забросали, поэтому пришлось отвечать в соответствии с приоритетами.

— Дорогие друзья, хотелось бы сначала баню принять, если есть где, а потом и покушать, если позволите.

Бани, как ни странно, всякие имеются: и общественные, и частные. Но начали всё-таки с разгрузки парохода, тем более, что свободные местные подключились. Дело в том, что основной контингент клондайкеров «в полях», а здесь лишь временно ошивающиеся и дежурные охранники. Поэтому и мы, и сотрудники службы безопасности, и немногочисленный экипаж «Ариадны» разгрузили лишь часть добра, привезённого издалека. Всё остальное потом передадим, когда прибудет более солидное количество рабочих рук. А потом и банное время подошло, сменившееся своеобразным раутом деревенского уровня.

— Джентльмены, сюда идёт пять кораблей. Везут и товары для индейцев, и продовольствие на целый год, и различное имещество для вас и даже два больших механизма, которые придётся собирать на Клондайке или на самой Бонанзе. Кроме того, прибудет более сотни новых старателей и четыре десятка разных специалистов. Ну и охранники из «Вэллс Фарго» с ними, чтобы защищать эти места, если понадобится.

— Вот это хорошо. Другие белые изредка появляются, но мы их отправляем обратно. Всё время предлагают помощь Аляскинской Коммерческой Компании почему-то. Наверное считают, что мы сами не справимся.

Кладовщик-квакер рассказал о том, что запасы продовольствия подходят к концу, только мяса, рыбы и птицы полным-полно.

— Мы привезли несколько десятков хороших куриц и несколько петухов в клетках. Может придутся вам ко двору?

Местные собирают птичьи яйца, но это дело не частое, кроме того сезонное. Всякие куропатки всё же не регулярные несушки, поэтому нужны свои курятники. Пытались диких уток и гусей одомашнить, но пока не получилось.

— Мистер Изборски, сэр, золота и мехов полно, но полную отчётность вам предоставит мистер Олбани. Думаю, что или сегодня вечером или завтра он прибудет сюда. Людей за ним и за мистером Вайденом уже отправили. А они уже сами снимут с участков старателей, чтобы помочь с разгрузкой корабля.

— Как у вас отношения с индейцами, кто кого обижает?

— У нас, слава богу, мир и дружба. Мало того, наши хэнцы в начале зимы наладили торговлю с северными кучинами и теперь даже белых мехов очень много. Да ещё меха каланов и котиков те привезли. Пришлось тот же табак закупать в Релайансе и Игле. Так что их торговцы на нас тоже заработали.

— А как с углем обстоят дела?

Вот тут-то и выяснилось приятное. Оказывается по соседству обитает племя северных тутчонов, а те у себя в землях хорошее месторождение угля имеют на одном из притоков Юкона. Теперь регулярно поставляют его в обмен на товары. И вообще уголь помогал всю зиму золото добывать, прекрасно размораживая почву. Дрова в этом плане явно уступают горючему чёрному камню.

— Здесь очень своеобразный подход к добыче получается, сэр. В летний период лучше всего намывать. А вот зимой, как раз-таки, правильнее добывать то, что под землёй. Летом подземная добыча становится сложной и опасной.

— Интересно, — заинтересовался Пол, — а почему так?

— Тут пермафрост, мистер Вермонт, и если летом выкопать яму, то она сразу начинает подтекать и стенки могут обвалиться в любой момент. Зимой же всё держится отлично, так как лёд в земле не тает от поступающего тёплого воздуха.

Век живи, век учись, всё равно помрёшь неучёным! Надо же какие игрища с климатом, это нам не Калифорния, где зимой и летом одним цветом.

— Так что всякого добра, мистер Изборски, вы увезёте полный пароход!

Это он конечно заливает для красного словца, но всё равно приятно. Надеюсь, что парочку миллионов долларов заработаем на золоте и мехах в этот раз, а дальше хоть трава не расти. Впрочем подробности будут не раньше завтрева, так как кладовщик по совести исполняет свои обязанности. Ну, а мы ответным словом порадовали, что передали в их общину чек более чем на сто тысяч долларов.

— И ещё передадим, когда добытое реализуем в Сан-Франциско.

— Спасибо, мистер Изборски, вы человек слова, а это для квакеров очень важно.

Глава 12

Вайден и Олбани прибыли утром, а ещё четыре десятка старателей постепенно подтягивались аж до обеда. В любом случае, разгрузка шла своим чередом и лишь несколько человек уединились, чтобы разложить всё по полочкам. Они — главперцы, им можно дурака валять, когда другие пашут. Плохо, что из-за разгрузочных работ народ оторван от добычи презренного металла.

— Сразу начну с главного, мистер Изборски. С ноября месяца мы перешли на добывание золота из земли, так как снега не позволяли вести обычный процесс отмывки. Хорошо что в летнее время определили самые богатые участки для этого, ими и занялись.

— Вы имеете в виду, мистер Олбани, что имеются и не самые богатые участки? — естественным образом интересуется Перкинс, прибывший с нами для определения того, что останется его боссам.

— Да, причём много. Мы лишь по верхам пока прошлись, да и то не везде. Другие ручьи, впадающие в Клондайк даже не исследовали толком.

Ну, ладно, про Бонанзу я знал, но ведь и другие места возле Клондайка тоже богаты золотом. Вроде 20–30 миллионов унций было добыто за десяток лет по всему притоку Юкона или я с чем-то путаю? Впрочем, фиг с ним, с послезнанием, главное определиться что имею на сейчас, на момент передачи бизнеса своим партнёрам.

— В результате, с ноября до середины марта из земли достали лишь восемьдесят тысяч унций.

Перкинс аж зубами скрипнул — всё пока мне идёт, а значит запасов для Хопкинса и Ричардсона меньше останется. Конфликт интересов, бляха-муха, но кто же ожидал наличие столь богатых залежей? Треклятому русскому безумно повезло с предками. Хотя, если бы они сообщили русской компании, то сейчас вообще ничего не осталось для самих американцев.

— Мистер Олбани, а сколько получилось в сентябре и октябре? — докапывается верный цепной пёс калифорнийских капиталистов-эксплуататоров.

По-своему он прав, так как мы в этот период уже драпали в Сан-Франциско.

— Сентябрь был удачным, всё-таки и химикалиев хватало и людей побольше на приисках использовали. И всё равно лишь сливки снимали из-за дефицита рабочих рук. Удалось намыть сто двадцать тысяч унций, если к ним добавить то, что с индейских земель принесли. А вот в октябре уже похуже стало, так как амальгамация прекратилась из-за того что ртутные составляющие закончились. Ну и переход на холодный период шёл, что также сказалось.

— И что в итоге, не томите, мистер Олбани, — торопыжит Перкинс, даже не замечая, как он смешон.

— Всего лишь восемьдесят тысяч унций, увы. А сколько ещё осталось на участках, которые мы обрабатывали. И много совершенно нетронутых! Такое впечатление, что всё золото мира здесь зарыто и разбросано.

У меня в мозгу уже включился калькулятор: 120 + 80 + 80 = 280 тысяч унций, о-ля-ля! Пять миллионов шестьсот тысяч долларов! Отдав половину всем, кто участвует в экспедиции, мне всё равно останется офигенская сумма. На всё запланированное прогрессорство хватит с лихвой и ещё останется на чёрный день. Вот свезло так свезло! Безумно выгодный рояль удалось скоммуниздить, воспользовавшись, как послезнанием, так и историческим периодом. Я же до сих пор из КПСС не вышел и партбилет не сжёг, как было принято в перестройку. Так что имею полное право на долю в мифическом «золоте партии», пусть даже из карманов Запада.

— Ну, хорошо, а с середины марта по сейчас вы разве ничего не добыли? — прицепился, как пиявка, представитель буржуев.

— Добыли, мистер Перкинс, тем более к этому времени обнаружили по течению Бонанзы ручей, который мистер Изборски называл «Эльдорадо». Мало того, там ещё один нашёлся, назвали «Офир». Жаль, что амальгамации нет, но всё равно удалось собрать порядка ста двадцати тысяч унций. В любом случае, такое впечатление, что запасы практически не распечатаны.

Мама дорогая, общий доход достиг восьми лямов баксов, а меня не грохнут по закону жанра? Или польстятся на остатки, которых вроде раз в сто больше? Или и то, и другое? Или Англия начнёт войну с Америкой за сраную речку? Вопросов больше, чем готовых ответов и придётся лавировать между опасными силами со всей ловкостью.

— Хорошо, что в мире об этом пока не знают, мистер Олбани, — наконец-то выхожу из радостного ступора, — будем хранить тайну дальше. Как вы считаете, мистер Перкинс?

— Сэр, это настолько невообразимые суммы, что ни в коем случае ни грана информации не должно просочиться наружу.

— Хорошо, полностью согласен, тем более что мир отвлечён на австралийскую золотую лихорадку, которая только началась.

Теперь обсуждаем дальнейшие действия самого представителя верхов, чтобы согласовать возвращение домой, да побыстрее.

— Надеюсь, что мистер Олбани ознакомит меня с результатами проб с тех участков, которые ещё не вскрыты.

— Да и желательно побыстрее.

Моим компаньонам важна любая информация, чтобы успеть в навигацию отправить ещё что-нибудь или кого-нибудь, если потребуется. Так что Перкинсу не удастся затянуть процесс в надежде, что я вдруг включу слабака и поделюсь уже добытым лишь бы быстрее карманы набить. А если он рассчитывает на прибытие на днях подразделения охранников «Вэллс Фарго», чтобы уконтрапупить меня в этих далях, то пусть подумает ещё несколько раз. Со мной два десятка моих и самое передовое оружие нашего времени, плюс подготовка бойцов. Да и где гарантия, что простые работники предпочтут остаться в стороне? Так это я их родным и близким чеки выдаю, а не Хопкинс с Ричардсоном. Хотя может зря перестраховываюсь, подстилая соломку там, где не следует? И никто не собирается меня кинуть или кокнуть, используя силовой вариант в сверхдальних от Калифорнии землях.

Обсуждение других вопросов прошло уже без Перкинса, так как меха пока никоим образом больших боссов не интересуют. Они их рассматривают, как вспомогательный придаток золотодобычи, не более. Никто не будет снимать рабочих с приисков ради охоты на пушных зверей или даже для торговли с индейцами.

— Мистер Изборски, на сегодняшний день (то есть, за зиму) индейцы привезли нам около… (барабанная дробь от офигенской цифры)… трёх тысяч меховых шкур. Такое впечатление, что они всех бобров извели на своей территории, а также у соседних племён.

— Так вроде и северные меха привозили?

— Да, из этого количества несколько сотен белых пушистых шкурок. И полторы сотни каланов с севера. Большие, футов по четыре-пять в длину.

Не знаю сколько это денег принесёт, ибо пока нет особого опыта. Мы своих бобров продавали по 350 долларов за шкурку, но самим меховщикам, а не перекупщикам. Сейчас количество гигантское какое-то и распродавать отдельными экземплярами явно не получится. Значит и отпускные цены придётся снизить.

Олбани повёз Перкинса показывать участки и в первую очередь Эльдорадо. Ручей нашёлся далековато от Клондайка на несколько миль вверх по течению Бонанзы. Случайная находка, но её не обойти, когда движешься вдаль от Клондайк-ривер. О, сколько, блямс, открытий чудных…

Вайдену передали письмо от лидеров общины и теперь ему предстоит принять решение о дальнейшем пребывании на Клондайке.

— Мистер Изборски, мы здесь зарабатываем хорошие деньги и имеет смысл ещё год-другой поработать. Там, в Калифорнии, такой возможности просто не будет.

— Понимаю вас, мой друг, однако не забывайте, что я передаю это дело другим владельцам. Их контракты с вами могут отличаться от тех, которые вы заключили со мной. То есть, я не могу гарантировать сохранение прежних оплат для вас.

— Думаю, что в любом случае оплата будет достаточно высока, — витает в эмпиреях пожилой квакер, избалованный моим вариантом капитализма, — по крайней мере, попробуем что к чему.

Мне его по-своему жаль, но каждый сам должен вкусить что такое эксплуатация без рамок и ограничений. В конце концов, под Сан-Франциско до сих пор прибывают новые квакерские семейства. Наши уже имеют передовое сельское хозяйство и развивают агропромышленность, вот люди и рвутся в более передовые условия работы и жизни. Так что у меня есть откуда брать трудовые резервы для своей микропромышленности. Даже не уверен, что русские старообрядцы такие же по сути. Всё время кажется, что они против новшеств, облегчающих трудовой процесс.

Через три дня прибыл один из парусников. Остальные, оказывается, идут позади, а сопровождающий их пароход помогает судам в трудных местах. Слава богу, что мы успели погрузить своё баснословное добро в трюмы «Ариадны» и никакие зоркие глаза вновь прибывших не разглядят сквозь борта чего у нас есть такого-претакого. Тем, кто прибыл, я инстинктивно не очень доверяю. Они не квакеры или иные сектанты, а обычные люди и могут сломаться, когда сообразят что имеют под ногами. Тогда новым владельцам не позавидуешь, так что вовремя я сваливаю из бизнеса.

Опять массовая разгрузка, правда мы освободили причал, да и понаехавшие тут подключились к процессу освобождения трюмов от всякой всячины. Через день ещё два парусника подошли и добавили суматохи и временного бардака. Хорошо, что клондайкцы понастроили за год разных полезностей, иначе многое пришлось бы в грязь бросать, которая моментально образовалась под ногами. Лето для вечной мерзлоты это очень грустно, гы-гы. Хорошо, что нашлись люди, которые всё-таки упорядочили муравейник, иначе всё растянулось бы до конца лета.

Впрочем, вскоре прибыли Перкинс с Олбани и мы готовы к отъезду. Парочка знакомцев нашего друга решили остаться ещё на сезон и дело не в деньгах. Тут, что ни говори, но мир своеобразных приключений, когда ищешь что-нибудь. А на Большой Земле им придётся опять скучать и жить лишь прошлыми воспоминаниями. Два других помощника Олбани имеют резоны, чтобы вернуться. Один, как оказалось, бывший молоденький офицер времён мексиканско-американской войны. После её окончания, когда нашли золото в горах, он вышел в отставку и включился в лихорадку. Теперь, узнав от нас о том, что возможно создание калифорнийских вооружённых сил, решил внести свой вклад в это дело. Человек состоятельный и имеет полное право на другие капризы.

А другой просто заинтересовался нашим оружием и имел со мной тет-а-тетный разговор. Побожился хранить всё в секрете лишь бы быть допущенным к новым вооружениям. Хоть, как пользователь, хоть, если необходимо, как помощник оружейных мастеров. Тоже, кстати, состоятельный человек.

— Мистер Изборски, это настолько невероятно, что даже не уверен поверят ли мне боссы. Вы уж подтвердите, что не подкупали меня ради удобного для вас отчёта.

Прокольное откровение, если у меня же защиту просят. Видимо Перкинс действительно слишком высоко оценил прииски и их потенциальные возможности, коли настолько удивлён увиденным. Как по мне, так всё это лишь цифры, которые особо ничего не значат, кроме большой стоимости. Что Африка, что Австралия, что Аляска, что Сибирь — по идее одно и то же: крупинки в песке, причём редкие. Я сродни индейцам, которые вообще золото за человека пока не считали. Мягкий металл из которого ни наконечник не сделаешь, ни тем более нож. Теперь окончательно допёр насколько они были удивлены (да, что там, изумлены!), когда бледнолицый им за эту фигню упаковки с табаком начал давать просто так.

— Не волнуйтесь, Перкинс, ваши руководители увидят своими глазами то количество, которое я привезу и поймут, что это сделано лишь руками сотни человек за несколько месяцев. Причём учтут, что ни особого обогащения не было и специальная добывающая техника не применялась. Да что там, те же холмы не разрабатывались до сих пор, а ведь именно в них должны быть основные рудные тела и жилы.

Ага, уже подхватил набор терминов и козыряю ими, как будто родился старателем и всю жизнь проработал горным инженером. А я кроме полевой разведки (не геологической) и ведения шпионажа больше ни в чём особо не разбираюсь. Киношки и книжки не в счёт. Тем более, что и книги о действиях спецуры тоже читал и ржал над авторами. Особенно над теми, чьи главгеры после «крутой стычки» алкашку жрут немерено. Мол, настоящие мужики! Ну да, может и «мужики», но никак не специалисты нашего дела.

Раздав последние указюки и пожелав удачи мы отчалили и медленной, но верной сапой направились в Сент-Майкл. По дороге даже врать не приходилось, когда редкие бледнолицые интересовались что везём.

— Меха, джентльмены, меха. И сами добываем, и у краснокожих скупаем.

Вторым вопросом стратегического уровня звучало:

— Много ли фортов построили за год? Как далеко раскинулась сеть вашей компании?

— Не очень, друзья, сначала нужно базово было обосноваться и наладить дружественные отношения с местным населением. Но прибыли дополнительные люди и наверняка организуют торговые форпосты.

Большего спрашивать никто не догадывался, так как само собой всё разумеется. Ну не за золотом или алмазами мы же приехали, право слово. Так две недели и вели себя, как партизаны, пока пароход нёс нас извивами грандиозной реки. Это в Западной Австралии как бы гораздо ближе от побережья добираться, но пешкодралом. Поэтому у нас логистический приоритет. Будущим лихорадочным придётся своими ногами топать через Чилкут и дальше до цепи озёр и рек.

Уже в Сент-Майкле мы немного расслабились, но не настолько, чтобы хвалиться всеми достижениями. Просто передохнули перед океанским рейсом, а затем махнули хвостиком и ушли в сторону пучин морских. Точнее в Викторию, дабы телеграфом воспользоваться. Перкинс, ясен пень запросил транспорт и охрану для четырёх тысяч «тётьСариных арбузов». Я тоже, но уже своим шифром, вызвал взвод охраны с базы на заветный причал. Естественно, что золотишко пойдёт в «Вэллс Фарго», но дополнительная охрана не помешает. Ну и партнёрам нужно показать, что и мы не лыком шиты и шилом бриты.

Так что прибытие во Фриско выглядело военизированным, хотя и дружественным. Хопкинс и Ричардсон, как и в прошлый раз, чисто формально поздоровались, пригласили на завтра с утра встретиться, забрали Перкинса и умотали. Наши сотрудники СБ сопроводили караван тяжёлогруженых повозок, а мы с несколькими бойцами повезли меха на свой секретный склад, который давным-давно построен в «моём» микрорайоне.

Да у нас в Сан-Франциско покусочно происходит захват территории одним попаданцем. В чём-то похоже на схему одного главгера по прозвищу «Время-Не-Ждёт», но ограничено разумными границами возможностей и целесообразности.

Глава 13

Как денди лондонский одет… Это я так выглядел, когда подъехал к зданию «Вэллс Фарго» на стрелку, которая должна решить ряд вопросов. Выгляжу, в принципе, как все выглядят летом, только сюртук имеет укороченные фалды. Ещё одно капитальное отличие от деловых людей Фриско — на голове не цилиндр или котелок, а стэтсон. По сути ковбойская шляпа, а в связи с летней жарой, ещё и изготовленная из соломы. Увы, но эту привычку никак не могу (да и не хочу) преодолеть.

Всё по расписанию и протоколу деловых встреч — приняли и проводили наверх, но сначала попросили снять пояс с револьвером. Это естественно, ибо забота о безопасности. Ну и трость забрали по той же причине. В стране, а может и во всём мире, ни один мужчина не выходит на улицу без крепкой палки с твёрдым набалдашником. Дураков нет. А в Калифорнии, да и вообще на Диком Западе лучше иметь револьвер, но это избирательно. Дело в том, что убивать в спину или безоружного не принято на людях. Моя проблема в том, что если обнаружу киллера на расстоянии, то не успею его догнать. Так что лучше всё-таки не рассчитывать на «вежливость и соблюдение принятых норм», а быть всегда вооружённым.

Другое дело, что в кабинете у Хопкинса я и без пистолета завалю всех, кто рискнёт меня попытаться осилить. Да и на улице, если что, имеются мои бойцы во главе с Джорджем. Хотя надеюсь, что до беспредела не дойдёт. Моё золото всё равно в руках у «партнёров». Опять дую на куст и опасаюсь воду, ай-яй-яй, как не стыдно.

— Мистер Изборски, нам подробно сообщили о невероятных запасах золота на Клондайке. Вы не могли бы подтвердить то же самое, а то сомнения гложут.

— Мистер Ричардсон, я на прииски даже не выезжал, так как всё равно в таких вещах не разбираюсь. Зато оцениваю потенциальные запасы по другим признакам. На Клондайке находилось лишь чуть больше сотни человек. Тем не менее, меньше чем за год они умудрились собрать 400 тысяч унций. Отсюда делаю вывод, что реальные запасы нужно разрабатывать, имея тысячи работников и всё равно это растянется на долгие годы.

Золотопромышленник согласно покивал, подтверждая столь необычный вывод. Не удивлюсь, если именно ему пофиг сколько бабла я срубил. Он о перспективах думает.

— Мистер Изборски, — впрягается Хопкинс, — уж очень много золота вы привезли. Предлагаю оставить три четверти его в качестве депозита в нашем банке. И мы его оплатим, когда сами добудем адекватное количество. А то вдруг вы всё выгребли и там лишь немного осталось?

Великолепный поворот, тем паче, что банкир в этом случае ещё денег наживёт, прокрутив не раз мой «депозит». Вроде выглядит близко к справедливому?

— Мистер Хопкинс, почему бы вам просто не убить меня в надежде решить все проблемы?

Ричардсон напрягся, сообразив что его главный партнёр не рассчитал реакцию молодого предпринимателя. Как бы не дошло до скандала, когда он столь близко подобрался к желанному месторождению с колоссальными запасами. Уж он-то внимательно ознакомился с отчётом Перкинса и понимает насколько богат Клондайк.

— Я этого не имел в виду, сэр, я просто хочу подстраховаться. Всё-таки мы слишком много вкладываем в дело.

— Во-первых, если вы опасаетесь обмана, то мы можем вернуться к исходному. Я остаюсь владельцем бизнеса, а ваши «расходы» покрою деньгами, оплатив их. В крайнем случае, могу пригласить в компаньоны мистера Ричардсона, а ваши личные траты мы закроем. Тогда вы ничем не рискуете, — добродушно и простодырно предлагаю «выход из положения», чуток стесняясь и смущаясь.

Ага, такой подляны банкир явно не предвидел. Теперь, если вдруг промышленник согласится с новым вариантом, то банкиру с двумя уже не совладать. А ведь Ричардсон может и согласиться с предложением и как тогда быть?

— Во-вторых, сэр, согласно нашего последнего договора я передаю вам свой бизнес, а не продаю его. Можете внимательно перечитать наш эгримент, вдруг в первый раз вы не совсем так его поняли, с кем не бывает?

Я сама благожелательность и Хопкинс начинает верить в мою искренность. По крайней мере, ему сложно наставить меня на путь истиный в соответствии со своей домашней заготовкой.

— Джентльмены, не забывайте о нашем возможном сотрудничестве по месторождениям Южной Африки о которых пока неизвестно. И обязательно определитесь по поводу оплаты старателей-квакеров. Я им плачу почти половину своего дохода, но, как понимаю, у вас будут другие расценки. А значит, если они не согласятся на ваши условия, то этот сезон они не будут на вас работать.

— Мистер Изборски, — тут же разволновался Ричардсон, — но тогда уже сейчас необходимо туда отправить ещё сотню работников.

— Поэтому я и поспешил побыстрее вернуться, чтобы вы успели подстраховаться. Всё-таки сто человек в столь богатом месте это совсем мало. Там действительно нужны хотя бы тысяча-другая и это чтобы быстро собрать то, что совсем легко добывается. Иначе, если не дай бог, начнётся лихорадка, то будет сложно контролировать добычу. И прибыть смогут десятки тысяч, поверьте. Я прикрыл тайну насколько смог и отвлёк всех золотом Западной Австралии, согласитесь что это было необходимо.

Вал пустословия должен отвлечь моих противников от их же скаредности и направить на «путь истинный». То есть, вцепиться в мой Клондайк всеми руками, зубами и когтями и больше не заморачиваться возможностью притормозить золото, которое я привёз.

Выйдя из здания я сел в кэб. Олбани со своими друзьями, увидев меня целым и невредимым, снялись с поста и отправились домой.

— Ну что, Эндрю, как всё прошло? — сразу обратились с одним и тем же вопросом Джордж и Джимми, сидевшие в кэбе.

— Можешь отправить бойцов на базу, всё обошлось.

После условного сигнала целая дюжина разнообразных граждан в длинных летних плащах заспешила в разных направлениях, якобы они обычные зеваки. Наивно, конечно, но мы пока всего лишь учимся проводить «covert operations». Нет навыков, опыта и даже разумной одежды для более-менее приемлемой маскировки. Пока ни разу не джентльмены плаща и кинжала.

Уже дома наконец-то я подробно пересказал содержание беседы и результаты, которых достигли. Хопкинс перестал ерепениться, осознав что я упёрся и не понимаю намёков. Заодно, до него дошло, что Ричардсон слабое звено в его построениях. Ну и то, что у меня уже полно соратников, которые сразу обломают ему тайную добычу золота, раскрыв через прессу и иными путями тайну Клондайка. Естественно, что за миллионы долларов следует бороться, но что делать, если его собственное руководство получит известие от доброжелателей? Мол, ваш ответственный сотрудник ограбил вашего клиента-миллионера, причём в свою личную пользу, а не в карман банка.

— Теперь мне на счёт зачислили восемь миллионов долларов и половину придётся всем вам раздать. Мало того, чем быстрее тем лучше.

— Эндрю, — сразу среагировал Вермонт, — так вот зачем ты просил меня выяснить, как организовать свой банк?

— Да, сэр, причём инвестиционный, а не обычный кредитный. Вкладчики и соинвесторы не нужны, кредиты выдавать не будем. То есть, лишаемся доходов с капитала, зато не придётся дёргаться из-за невозвратов или общих финансовых кризисов, сопровождающихся паникой. Хочу вкладывать свои же деньги в собственные проекты.

— Понял, подготовим с Моррисом все документы, необходимые для этого, — услышав это юрист согласно покивал, сообразив с какими супербогачами он теперь сотрудничает.

Олбани вроде знал стоимость добытого золота, но как-то не осознавал этого. То есть, того что огромнейший капитал в руках близкого человека и друга, а не где-то витает. Зная меня он понимал что драгоценностями не буду обвешиваться и ежедневные дорогостоящие балы также не буду устраивать. Это в России и в Европе любят пыль в глаза пускать, разжившись баблом. В крайнем случае, некоторые нувориши на Востоке, но не в Калифорнии пока.

С мехами, как и предполагалось, возникла частичная накладка. Придётся отдавать за полцены, да и то на коносайнмент большей частью. В лучшем случае получу к середине осени 400–500 тысяч долларов, да и то потому что в основном у меня бобры, а не какие-нибудь соболя и лисы. Но уж лучше так, чем совсем никак. Жаба перебьётся со своими закидонами скопидомства.

Самое главное, что подписали все бумаги по передаче клондайкского бизнеса компании, организованной Хопкинсом и Ричардсоном. Они очень разумно отнеслись к проблеме с квакерами и начали готовить корабли с новыми старателями, ибо за жалованье в 5 % от добытого золота наши друзья не будут работать. Когда с Вайденом обсуждали, то выяснилось что они пойдут на снижение до четверти от дохода, но никак не ниже. Я обещал сразу отправить корабль за ними, если размер зарплаты предполагается меньше желаемого.

В ближайшую неделю нужно развезти чеки по разным адресам, чтобы закрыть вопросы с родственниками старателей. Прочих мелочей также достаточно набралось и с ними следует разобраться. А если учесть, что в мире тоже серьёзные события произошли за время нашего отсутствия, то в ряде случаев нужно отреагировать.

— Эндрю, а ты-то тут при чём, — со смехом спросил Джордж, — как ты сможешь повлиять на ту или иную ситуацию?

— Приятель, я другое имею в виду. Вон, в Турции то ли сместили, то ли убили султана. Значит нужно в очередной статье во «Фриско Старлайтер» как-то отреагировать на это. Причём сейчас, а не через два-три месяца.

— Теперь понятно, а то я думал, что ты лично хочешь в эти дела вмешаться.

Ага-ага, так я и подпрыгнул и, собрав отряд, помчался выручать великого визиря хотя бы. Он, кстати, оказывается был прорусской ориентации (судя по статье в «Алта Калифорнии»), но его тоже сняли с должности. Ещё одно — Сербия и Черногория официально объявили войну Османской Империи. Новость свежая, поэтому «старлайтеры» пока ничего не прокомментировали. Зато «алткалифорнийцы» уже раскудахтались на эту тему. Отмолчаться, конечно же, можно, но следует разумно и взвешенно чего-нибудь намудрить от имени астрала.

Ну и разобраться с горой слухов и сплетен по поводу русских алмазов. Все трындят в разные дуды и непонятно что правдиво, а что лишь выдумки. Придётся анализировать с учётом нынешней российской ментальности и может выдать на-гора набор рекомендаций. Пусть Романовым наши экзерсисы по фигу, но в глазах собственных читателей мы должны выглядеть авторитетными мудрейшинами. Noblesse oblige!

На этот раз Вермонту сложнее быть Дедом Морозом класса «Санта Клаус». Представителей общины квакеров пришлось везти в банк, так как слишком громадные суммы им передавались. Поэтому было открыто несколько счетов, плюс дополнительный на имя мадам Вайден. Предварительные договорённости, на которых я настоял ещё год назад, предусматривали для этого семейства отдельного приза. Чисто на всякий случай, хотя когда он вернётся, то всё равно передаст все деньги своим сподвижникам.

Из половины общего дохода, который я отдал в соответствии с соглашением, небольшая часть в несколько процентов идёт Джорджу, Джимми и Вермонту. Хопкинс доволен хотя бы тем, что миллионы по крайней мере лежат на счетах «Вэллс Фарго», а не где-нибудь ещё. В конце концов, это и для отчётности перед собственной штаб-квартирой на Востоке очень высокий показатель.

Визит в редакцию «Фриско Старлайт» окончательно расставил приоритеты наших взаимоотношений с главредом.

— Теперь мы совладельцы, мистер Изборски, но я нисколько не жалею. Сотрудничество с вами обеспечило наконец-то финансовую независимость издания. А то вечно были проблемы из-за нехватки порой нескольких десятков долларов.

— Это хорошо, мистер Харви, тем более, что мне много места в газете не нужно для своих дел. Лишь иногда высказать мнение по некоторым вопросам или поддержать какую-нибудь программу действий.

Определились два основных кандидата в президенты: республиканец Хейс и демократ Тилден. Прикольно, но Хейс стал единым кандидатом от республиканцев лишь потому что три основных оказались замешаны в мощных коррупционных скандалах. Из-за которых, кстати, сама партия потеряла достаточную часть своего авторитета и электората.

Впрочем Калифорния по-своему абстрагирована, будучи даже географически отделена от остальной части страны. Вот и следует поддерживать в читателях (а через них и в других калифорнийцах) своеобразную иллюзию об избранности и самобытности «хомо калифорниус».

— Неужели Япония и Британская Колубия действительно нам угрожают?

— Мистер Харви, когда нужно объединить нацию, то необходим образ врага. Согласитесь, что мы лишь легонько намекаем на необходимость быть защищёнными. А что может быть лучше, чем Республиканская Гвардия, которую сами и создадим. Иначе Вашингтон будет постоянно нам указывать в каких богов верить, пользуясь своим мелким, но вооружённым присутствием в нашей республике.

Вот спрашивается, чего я в это-то дело лезу? Так и до очередной Гражданской войны может дойти. Только сейчас Запад уже не так слаб экономически, как когда-то. Блин, ещё расколю Штаты на три части, вот будет потеха. Целый трёхголовый змей горыныч будет указывать миру, как правильно жить в 21 веке. А Северная Калифорния наполнится американскими квакерами и русскими старообрядцами, где их никто не будет притеснять в вопросах веры. А если ещё и индейцев подтянем, а чернокожих нагоним, то никакие либерасты демократического гуманизма нас не поймут.

— Тогда может и партию свою создадим, сэр? — хорошая идея у главвреда возникла.

— Нужно обдумать, а потом посоветоваться с людьми прямо через газету. Нечто вроде Партии Реализма.

Странная идея, но почему бы не поиграться в свободы согласно американской Конституции? А в пример приводить отсталую Россию, где никаких партий нет: сплошные казнокрады и бомбисты. Но всё это потом, в процессе, а сейчас надо бы повякать насчёт алмазной лихорадки, которая начала уже тлеть и дымиться, развившись из искорки.

Это лето выдалось урожайным, пусть даже относительно. Несколько сотен, а то и тысяча разнообразных людей шарятся в указанном нами регионе и, как следствие, иногда находят «стекляшки» то там, то здесь. Несколько десятков алмазиков создали образ, который всполошил даже европейцев. «Понаехали тут» уже не только из российских «самаркандов» класса Петербург и Москва, но и из-за бугра. Даже из Швеции целая группа прибыла о чём упомянули центральные русские газеты. Правда до сих пор непонятно где слухи, а где факты.

Глава 14

Впервые Всемирная выставка всякой полезной и интересной всячины проводилась за пределами Европы. Её доверили Штатам (видимо приурочили к столетию Декларации Независимости). Наши люди (в смысле, из Сан-Франциско) устроили великолепный пиар будущей массовой телефонии. Александер Белл, сияющий как чайник, расхаживал по залу и рассказывал о том какое «повсюду будет одно сплошное телевидение». То, что уже действовало, разрешалось попользовать, а то, что планировалось, было воплощено в стенды и макеты. И фиг быстрым взглядом разберёшься, где правда, а где пока ещё мечта.

Естественно, что нашлись недовольные.

— А почему это у вас лишь Калифорния заполнена телефонными линиями на карте? А в других местах их совсем немного.

— Так это от заказов на будущее зависит, — упоённо врали нашенские, — за бесплатно, согласно анатомии и физиологии человека, даже чирей на заднице не вскочит.

— Ага-ага, так уж и не вскочит? — не верили зеваки, имеющие свой жизненный опыт.

Может другие слова применялись, но посетители выставки понимали, что сервис в итоге будут получать лишь оплатившие его заранее или хотя бы спонсировавшие разработку. Тем более, что мы подсобили фонду опеки Белла достаточно подробным разъяснением и схемами того, как в итоге всё будет выглядеть. Дело в том, что совсем уж на пальцах многое останется непонятным. Зато когда всё можно пощупать и потрогать, то совсем иной пердимонокль получается. Так что не удивительно, когда к представителям фонда подходили люди, дабы помочь с финансированием разработки светлого будущего.

Зато наше внутреннее лампочковое освещение на выставке не было представлено. Показывать нечего, ибо Максим пока создаёт базу для производства всего вспомогательного. И попутно курирует создание для меня предприятия по изготовлению паровиков. Чувствую, что придётся в итоге и свою мини-верфь создавать, а то чёрта с два удастся заказать правильный пароходокорвет о каком мне мечтается. Хоть с купцами Рафаловичами связывайся у которых передовой опыт в этом деле имеется. Я бы и в Николаеве заказ разместил, где у них мощности имеются, но чувствую слишком много времени займёт на транспортировку.

Поэтому в данный период основные усилия вообще на оружие направлены, где тот же неуёмный Максим также подвизается.

— Мистер Изборски, мы смогли создать безрычажный пистолет. Максим нашёл вариант при котором используется сила отдачи для перезарядки, но магазин пока ограничен всего лишь пятью патронами.

— Это тоже хорошо, герр Миллер, главное что вы избавились от рычага. И то, что мы отошли от револьвера, который долго перезаряжать. Как обстоят дела с «кпвт»? — термин уже вошёл в обиход, хотя никто не знает, что он означает.

— Пока выбрали калибр в шесть линий. Тогда тяжёлые пули пробивают деревянные стенки, перекрытия и прекрасно поражают кавалерию. Убойная сила сохраняется на дистанции в тысячу ярдов.

Тут же подключился и Хайрем, присутствующий при разговоре.

— Никак не можем подобрать прочную материю для патронной ленты, сэр. Рвётся часто, а это создаёт проблемы при стрельбе.

— Джентльмены, давайте пойдём на удорожание. Продумайте, пожалуйста, металлическую наборную ленту. Её по крайней мере можно будет перезаряжать по необходимости. Лишние расходы меня больше не беспокоят, так что даю на это карт-бланш.

Не так уж часто будем применять пулемёты, лишь по необходимости. Поэтому нефиг экономить на цене составляющих. Я выдал два чека оружейнику: на десять тысяч лично ему и на пятьдесят тысяч на производство. Всё равно этих денег столько, что девать некуда стало. И ещё пятьдесят тысяч дал Максиму, чтобы довёл до ума мастерскую по изготовлению паровиков для внутреннего потребления. Всё-таки приводы на станки лучше иметь от паросиловой установки, коли электродвигателей пока не имеем, а от энергии воды уже отказываемся.

Химик тоже своё получил после моего возвращения с Клондайка. С калибрами патронов уже определились на ближайшие годы и теперь начинается их массовое изготовление, а оно невозможно без регулярных поставок пороха. Кстати, упорядоченное производство заметно снижает себестоимость, что явно нелишне во внутренних финансовых потоках-перетоках.

— Мистер Изборски, по вашему толуолу удалось выянить лишь то, что его нитрированный вариант существует. Один немецкий химик описал тринитротолуол ешё в шестидесятых. Правда у него это вещество имеет вид мази, а не твёрдого мыла, как вы говорили.

— А вы можете заняться преобразованием и некоторым сгущением? Только будьте предельно осторожны и не спешите с результатами. Нам вполне и пироксилиновой взрывчатки пока хватает.

— Хорошо, сэр, я займусь экспериментами и учту ваше предупреждение, — Сандерсу нет смысла отнекиваться, так как лично у него всё складывается хорошо.

Приручённый пироксилин он доработал до ума, производство взрывчатки и пороха наладил и имеет время, чтобы своими исследованиями заниматься. Главное, что деньги перестали быть проблемой, тем паче, ещё и кое-какое подсобное хозяйство организует. А именно производство стекла для стеклянных изделий. Ему — химпосуда, включая колбы. Да-да, колбы нужны не только для наливания в них жидкой химической хрени, но и для лампочек тоже годятся. Только горлышко укорочено, а в принципе одно и то же.

Идею нихрома я ему указюкнул чуть ли не до полной формулы и технологических нюансов изготовления. Я же величайший химик всех времён и народов, вот и поставил ТЗ должным образом.

— Мистер Сандерс, если сделать сплав никеля и хрома, то получим высокопрочное вещество. Так что по мере возможности пробуйте разные пропорции составляющих.

Теперь химик имеет полное право колдовать над тем, что даже непонятно чему должно соответствовать. Главное, чтобы пропуская через тонкую проволоку ток, она нагревалась посильнее и не портилась от этого. Уж очень мне хочется правильный утюг и электроплитку сварганить в итоге. А если ещё и нагревательные элементы для печей с высокой температурой создадим… Лана, начнём с простого, а то и тут будет «одно сплошное телевидение».

— Сэр Эндрю, — впервые такое обращение слышу и даже не знаю, как правильно отреагировать, — мы с Моррисом подготовили всю необходимую документацию на открытие вашего банка. Соучредителями ввели Джорджа и Джима, как вы просили. Можно начать процесс регистрации.

— Благодарю, мистер Вермонт, это своевременно. Какие разрешения требуются для открытия филиала за границей?

— Нет проблем, там будет зависеть даже не от нас, а от законов той страны, где бранч организуется.

Идея о заграничном отделении особо и не важна, но лучше заранее всё выяснить, чтобы потом не ковыряться в чужих правилах и уложениях. Свой банк нужен лишь для хранения средств и инвестирования моих собственных предприятий. Кредиты не собираюсь выдавать, чтобы потом не дёргаться по поводу их возврата. И кассового зала как такового не будет, а значит бандосам и грабить нечего. Наличка в больших объёмах не нужна, а для мелкой хватит и того, что в «Вэллс Фарго» оставим.

Под офис выделил помещение в здании, которое заканчивают ремонтировать и приводить в должный вид. По странному совпадению, которое я хитро спланировал, он находится в моём микрорайоне. Мало того, двухэтажный особняк напротив (через улицу) занимают кое-какие мои службы, включая отделение Службы Безопасности. А со временем там же расположим и полицейской участок, если мэрия Сан-Франциско позволит.

Дальше по улице ещё один трёхэтажный дом выкуплен. В нём расположу новую редакцию «Фриско Старлайт» и может быть штаб-квартиру Партии Прогрессорства, которую всё-таки надумал замутить. Мы не претендуем на политические посты и не собираемся прогинаться перед электоратом. Пусть в нас не видят врагов-конкурентов другие партократы, мы мягкие, белые и пушистые кролики, собирающиеся заниматься всякой фигнёй.

Даже создание сил калифорнийской самообороны, на наш взгляд, всего лишь желание помочь федеральному правительству и Конгрессу. Зачем им тратить деньги на вооружённые силы в штате, когда мы и сами готовы потратиться? Глядишь и береговую оборону создадим за свой счёт, чтобы британоколумбийские агрессоры даже не думали нас завоевать, используя мощь Великобритании. Подробная статья с советами и рекомендациями подготовлена, а информация готова повиснуть лапшой на ушах обывателей. Калифорния форева, мать нашу!

Регистрация своего банка заняла лишь несколько дней, тем более что я не затевал широкую рекламную компанию по этому поводу с привлечением масс желающих нести свои денежки к нам. Чисто формально (мелким шрифтом, в уголочке) была дана информация в «Алта Калифорния» и всё. Для соблюдения формальностей этого достаточно. Прикольно, но это происходило в тот период (совпало, видимо, случайно?), когда Хопкинс отправился на Восток с отчётом о своих действиях. Палки нам в колёса он физически не может ставить, а по телеграфу не очень-то и накомандуешься. Ричардсону все мои фишки по барабану, человек витает в своих эмпиреях и занят более разумными делами.

Кстати, лидеры квакеров попросили один из своих мильончиков забрать в наш банк, чтобы положить на спецсчёт. Никакой ренты им не будет, но они просто решили разложить свои яйца по разным штанинам на всякий случай. У людей не только разрыв шаблона от шального бабла, но и полный раскордаш в головах. Не знают куда тратить обилие финансов, вот и решили их положить там-сям на сохранение.

Пользуясь огромными финансовыми возможностями ввожу на своих предприятиях единый режим рабочего дня. Всё равно гнать вал по плану не собираюсь так почему бы не опробовать советскую социалистическую систему, столь родную сердцу? Пятидневка с восьмичасовым рабочим днём — чем не коммунизм в нынешние времена? Всё оборудование закупается лишь самое современное, а не с рук за полцены. Рабочая форма и обеды за счёт эксплуататора, а со временем и бесплатный медицинский сервис для передовых рабочих.

Даже небольшой агропром затеваем, прикупив земельку поблизости. Жрачка не только для работяг, но и для населения микрорайона, поэтому и свои лавки с булочными открываем на коронных землях. Пусть будет свой «изборск» внутри Сан-Франциско.

— Джентльмены, как вы смотрите на наши перспективы на Юконе?

— Сэр Эндрю, — сразу удивился Джордж, — так только что оттуда убрались. Зачем, спрашивается, или снова собираешься вернуться?

— Джордж, не всё так просто. Друзья, давайте проанализируем ситуацию. Ричардсон и Хопкинс отправили туда много обычных старателей, поэтому уже на следующий год сюда вернутся известия о богатствах края. И тогда начнётся та самая пресловутая золотая лихорадка.

Компаньоны-подельники дружно призадумались.

— Изборски, а что вы предлагаете, — заинтересовался Олбани, — ведь на золото наложили лапу другие, вы сами им это право передали.

— Мистер Олбани, это несколько не так. Я передал права на самую богатую реку и земли возле неё. Другие притоки Юкона, как и ручьи будут разрабатываться даже дикими старателями. Но я не об этом.

Всегда на таких массовых действиях наживались в первую очередь снабженцы, а не старатели. И если построить свой форт, а при нём и факторию со складами, то можно года три-четыре иметь колоссальную прибыль, не заморачиваясь с поисками злата-серебра. И поселение поставить не рядом с Клондайком, а где-нибудь на другом притоке, желательно свободном от подземных богатств. В то же время хранить дружбу с индейцами, благо мы остались в их памяти хорошими добрыми бледнолицыми.

— Тогда откроем у себя контору по скупке мехов и золота от индейцев, которых знаем. Кроме того, когда лихорадка начнётся, то часть диких старателей разбогатеет быстро. И им понадобятся дорогие качественные вещи, чтобы выделяться среди себе подобных. Да и вообще цены, как вы знаете, на Аляске гораздо выше, чем у нас во Фриско. Если большими партиями здесь закупать и доставлять в наш форт по Юкону, то это будет выгодный бизнес.

— Тогда и охрана понадобится, да и где гарантия что наши собственные работники не убегут искать золото.

— Мистер Вермонт, у нас есть прекрасные трудовые ресурсы, квакеры. На них мы можем рассчитывать, так как они работают не себе в карман, а для общины. И охранников вполне хватает, даже с излишком. Жаль, что нового оружия пока мало, но если разумно разбавить винчестерами то всё равно самыми сильными в тех краях будем.

Канадской полиции пока нет и не предвидится, а шерифов и их депьюти на всех не напасёшься. Должность выборная и добровольная, а кому нужно такое ярмо на себе нести? Уж лучше тоже в старатели сбежать. Так чего моей Базе простаивать, если каждый квартал набираем желающих (которых просеиваем как следует в дальнейшем). Уже даже курсы повышения грамотности организовал, чтобы у подготовишек дополнительный стимул за нас держаться появился. Те, кто удержался, кроме бесплатного питания, обмундирования и крыши над головой, получает небольшую, но регулярную стипендию. «Scholarship» называется.

Всё лучше, чем в батраки к ранчерам и фермерам наниматься. А потом батрачить за центы из недели в неделю, из месяца в месяц, из года в год. Имея в качестве личного пространства лишь койку, тумбочку (а то и половину таковой) и никаких перспектив. Это согласно лозунгам «Америка — страна возможностей», вот только реалии часто другими оказываются.

В фильмах двадцатого века у тех же ковбоев жизнь интересна и полна развлечений, а на самом деле занудное дело и тяжёлый ежедневный труд. Порой, в свой выходной им приходится добираться с ранчо в городок, чтобы хоть чуть-чуть вздохнуть свежего воздуха свободы. Но много ли удовольствия получишь, когда на руки имеешь лишь гроши, оставшиеся после расчётов с хозяином? Та же кредитная лавка получает из твоего жалованья в первую очередь. А ещё штрафы за нарушения… Правда в фильмах и книгах сей элемент жизни почему-то всегда скромно опускается, как бы мелочь, не более.

Наше совещание закончилось поголовным одобрямсом. Особенно дополнительный проект разработать домну для обжига золотоносного песка. В конце концов, если заготовить кирпичи и всё, что для неё нужно, то в разобранном виде можно следующей весной отправить в наш посёлок. А там на месте можно определиться, где её собрать и запустить в дело. Индейцам останется лишь мешки с песком приносить и нам обменивать на то, что их сердцу дорого. В этом году никак не успеваем.

Блин, надо бы на будущее свои склады в Сент-Майкле организовать. Чует сердце, что в будущем, что ни завези, всё втридорога востребовано будет.

Глава 15

Возглавить экспедицию для строительства поселения вызвался мистер Олбани, хотя и понимал, что раньше следующего лета не успеет вернуться. Место выбрали на Юконе километров за сто до Клондайка, чтобы не бегали к нам их старатели за мелочами, как «за солью». Там и речка какая-то впадает, вот на углу и будем строиться. Причём это земли хэнцев, а значит дружелюбные по идее. И где-то там ручей, где наша вахтовая группа кучу золота намыла.

Пароход удалось нанять, как раз две недели назад из плавания вернулись, а новым фрахтом так и не обзавелись. За работниками отправились к квакерам, гарантировав достойное жалованье, чтобы они не зависели от того будет доходным вояж или нет. Тем более скоро их собственные командированные вернутся с Аляски, а значит сменят на посту убывших. Ну и капитально затарились всем, что понадобится по самую маковку. От продовольствия (без мяса) до табака, коли он столь востребован.

Новый российский вице-консул, сменивший в этом году Клинковстрёма, сделал ту же ошибку, что и его предшественник.

— Представляете, мистер Изборски, прислал курьера с запиской явиться к нему с объяснениями. Честное слово, совершенно не уважают наши конституционные права и свободы.

— И что вы ему ответили, мистер Харви?

— Передал с тем же курьером ответ, чтобы сами пришли, если имеют вопросы.

В общем, присланному сотруднику навставляли по самые помидоры и дали ознакомиться со статьями в Конституции. Это вам не Россия, которая не имеет основополагающих законов, поэтому пусть в Санкт-Петербурге запрещает всё, что считает нужным. Заодно, наш главред наябедничал губернатору штата, который всерьёз принял заявление и начал разборки с вице-консульством. В стране предвыборная вакханалия, поэтому каждый политикан старается себя проявить, защищая американские ценности.

— В итоге, опубликовали статью, где привели примеры Великобритании и России, как стран не имеющих конституции и не уважающих страны конституционного толка. Всё, как вы и просили, если повод подвернётся.

А кто сказал, что у наглов конституционная монархия? Самый явный беспредел и бардак, да ещё и поддерживаемый парламентом. К сведению, у них в палате лордов больше людей, чем в палате представителей народа. Так что обыватели Сан-Франциско славно обсосали косточки двум державам, находясь от них на достаточно огромном расстоянии. Надеюсь, что российский МИД заткнётся и угомонит своих консулят, если я на это намекаю.

На всякий случай пару раз посетил заветный ресторанчик, где славно обедается. Вот и нарвался на одного знакомца. Того, который молодой. Столик явно зарезервирован за консульскими, оне обедали и один возмущался.

— Павел Лазаревич, вот не пойму я американцев. У нас каждый сверчок знает свой шесток, всё упорядоченно, — чувак крупных размеров и апоплексического вида, вот-вот лопнет от своей амбициозности.

— Ну, что вы хотите, у них все равны и имеют свободу слова.

— Но это же дикость и варварство, когда любая козявка смеет высказывать своё мнение в газете. Никакой цензуры, возмутительно.

Да, братец, ты истый нищеброд по сравнению со мной, а туда же лезешь со своей свиной харей в наш ряд калашниковых. Мяукнутся тебе словечки поганые, всей Калифорнией на хрен пошлём в завтрашней же статье.

— Я в Лондоне служил…

Ах ты, сука зажравшаяся, так ты ещё и на лимонников пашешь? Сегодня же зайду после обеда в редакцию и устрою тебе вырванные годы, мало не покажется. Недаром всякие народовольцы охотятся на таких жиртрестов. Будет вам семнадцатый год: и февральская, и октябрьская революции. Когда два горячих симбирских парня друг у друга Россию станут отбирать.

Поразительно, но публика поверила что её обозвали дикарской и варварской. Уже с утра разгневанные обыватели не просто собрались перед консульством, но ещё и камнями по окнам начали кидаться. Копы и шерифские депьюти не очень охотно пресекали гражданское недовольство, так как сами попали в разряд «быдла». Небось вице-консул надеялся на то, что американский царь-батюшка пришлёт войска и разгонит плебс. Хрен там, не дождался, здесь вам не тут. Его самого тайными тропами вывезли куда-то подальше от расправы.

Америкосы англичанам хребет сломали в своё время, поэтому пока никого не боятся. Их время люлей получать ещё не пришло, сами собираются Испанию без колоний оставить. Ну и до сих пор мечтают «освободить» Канаду от английского владычества, если случай представится. Так что нехрен навязывать нам свои царские порядки и подобострастие. Странность ситуации в том, что я чувствую себя каким-то неправильным. Ведь это дико, когда идёшь против лидеров России, да ещё и под ручку с пиндосами. Скажи кому — не поверят или обвинят во всех грехах. И как мне быть после этого?

Впрочем сейчас лучше заниматься делами, а не мерехлюндиями. Новый посёлок на Юконе сам себя не построит, да и с паровиком нужно что-то решать. Как-то собрал вместе и Максима и Сандерса и поставил задачу, причём реально важную. Воду кипятить в котлах можно не только дровами или углем, но и нефтью, а точнее мазутом.

— Джентльмены, вам следует заняться двумя вопросами. Вы, мистер Сандерс, на сегодняшний день самый знающий и опытный специалист по очистке материалов. Займитесь очисткой мазута, пожалуйста. А вы, мистер Максим, попробуйте разработать форсунку по принципу пульверизатора, чтобы этот самый мазут впрыскивать куда бы то ни было.

Это я ухватился за цифры, которые недавно узнал. При изготовлении керосина, как оказалось, из сорока вёдер нефти получается двадцать вёдер мазута, который просто выбрасывается за ненадобностью. Значит можно за центы покупать необходимое для нас топливо.

И всё бы хорошо, но пришедший август разогнал руководство различных стран в летние отпуска. Поэтому российский МИД затянул несколько с реакцией на скандал в Сан-Франциско. Апоплексический удар хватил-таки вице-консула, хотя он и остался жив, но больше работать уже не был способен. Нового откопали в Японии среди опытных сотрудников, но он прибудет лишь к началу октября. Не может же он прервать свои каникулы ради края географии. А вот мы, жители северной Калифорнии, счастливы что добились мелочи, которую возвели в статус величайшей дипломатической победы всех времён и народов. Обе ведущие газеты, как истинные рупоры демократии и гласа народного, разразились мощными хвалебными статьями.

Ясен пень, что одна из них напомнила о необходимости создания Республиканской Гвардии Калифорнии, добавив, что для создания береговой обороны нужны будут ультрасовременные пушки, а для республиканской Береговой Охраны понадобятся самые лучшие корабли. Дело в том, что из-за удалённости Америки от держав мира военно-морской флот САСШ какой-то неполноценный.

— Так зачем он нужен, мистер Изборски. Корабли стоят дорого, а потребности в них после Гражданской войны нет никакой.

— Хорошо, но тогда вы позволите частный флот создать, чтобы обеспечить безопасность в наших водах, хотя бы от пиратов?

— Я могу согласовать этот вопрос на Востоке, — это мы беседуем с губернатором штата, — но особого разрешения вам пока не нужно. Частные лица вправе строить любые суда, какие посчитают нужными.

Странность американского законодательства в том, что можно сколько угодно вооружаться, если не используются государственные средства. В принципе, благодаря этому и развиваются регионы, очень далёкие от восточных штатов.

— Мало того, если вы за счёт благотворительных средств создадите республиканскую гвардию, то это будет оценено, как патриотический шаг.

Зашибись, бляха-муха, попробуй провести такой фортель в России и сразу объявят мятежником. Нет, конечно же, там есть купцы, которые строят военные корабли за свой счёт, но для адмиралтейства, а не для личного пользования.

— Кстати, мистер Изборски, если у вас есть средства, то могу порекомендовать место для шип-ярда в Потреро Пойнт. Там очень удобные места и рядом находится завод Пасифик Роллинг Миллз. Если построите свою верфь, то можете заказывать у них всю необходимую металлопродукцию для своих кораблей.

Губернатор себе на уме, ему даже взятки не нужны, а вот дополнительные рабочие места на подведомственной территории очень даже в жилу. Знаю я эти места, тем паче они не так далеко расположены от моего микрорайона. Если стапели поставить, то выход с них прямо на глубоководье имеется. Может действительно своё организовать, а то заказывать корабли с моими новшествами как-то стрёмно у других.

— А где вы собираетесь заказывать пушки для береговой обороны, сэр?

— Хочу связаться с прусским оружейником Круппом и договориться, чтобы он организовал здесь в Калифорнии своё металлургическое предприятие в качестве совместного. У него прекрасные технологии выплавки стали и столь же передовые орудия.

— Ну, что же, поддерживаю и желаю удачи! Обращайтесь, если понадобится организационная помощь.

Политик одобряет всё что пойдёт на пользу штату. Для него главное, чтобы этим занимались серьёзные бизнесмены, а не какие-нибудь махинаторы-однодневки. И мне удобно иметь такую «крышу» первое время.

— Одно не совсем понимаю, мистер Изборски, а почему ваша партия называется прогрессорской, а не, допустим, прогрессивной.

— Всё очень просто, мистер губернатор. Прогресс — это, чисто семантически, развитие чего бы то ни было. А вот прогрессорство подразумевает внедрение тех или иных достижений прогресса. Я сам был поражён тому, сколько открытий и изобретений до сих пор не осуществлены в бытовой жизни. Мы скорее практики, чем теоретики. Та же телефонизация так бы и топталась на одном месте, если бы не наша помощь и поддержка.

Губернатор пока несколько далёк от этой инновации, но согласно кивает, зная сколько положительного шума вокруг создаётся на эту тему. А он, как бы крёстный отец, хотя сам и не рожал дитё. Важно, что в период его правления оно появилось на свет, а значит и он при делах.

Дальнейшая беседа свелась к дежурным фразам, но главное я заполучил. Это — колоссальный вотум доверия, потому что столько специфических терминов применил, что выглядел не хуже того же Анатолия Вассермана (о котором здесь никто не слышал, ха-ха).

Вот так в пошаговом режиме и шла наша эпопея постепенно заполняя микрорайон нужным населением, предприятиями быта, магазинами и прочими ширпотребностями. В конце августа вернулись квакеры-старатели во главе с Вайденом и… с очередным золотом и меховыми шкурками. Их, ясен пень, не устроили новые расценки за тяжёлую работу, вот и прихватили с собой то, что заработали к моменту отъезда. Неожиданно, конечно, но вполне справедливо, так как до середины июля они всё-таки пахали не на новую компанию, а на себя и получается на меня. И хотя химии уже не было, а драги и дополнительное оборудование ещё не привезли на тот момент, всё равно вышло выше крыши. Более ста тысяч унций драгметалла принесли мне дополнительный миллион с хвостиком, да и столько же примерно дружественной общине.

Хопкинс с Ричардсоном тоже получили своё, уже наработанное к моменту отъезда квакеров, группой, которую отправили первыми рейсами этого года. Причём с учётом амальгамации, разработки холмов и работы драг умудрились нафигачить под сотню тысяч унций. А ведь ещё и время потратилось на введение в строй всей этой производственной крутоты!

В общем они больше не ерепенились, убедившись в охрененности «остатков» клондайкских богатств. А сколько им ещё предстоит там нахапать? То-то и оно-то!

А я вцепился в прошедших «крым и рым» ветеранов северной эпопеи, приглашая их на работу на своих предприятиях.

— Мистер Изборски, — удивлялся Вайден, посещая наши промзоны, — помню как вы рассказывали тогда о столь необычном режиме труда и условиях для рабочих. Не поверил, сорри, думал что это лишь мечты или вообще заблуждения, а теперь вижу сам. Поговорил с нашими, которые у вас работают и поражён, честное слово. Значит может быть справедливость в жизни.

— Мистер Вайден, это мне также выгодно, поймите. Существует разумная пропорция анатомического и физиологического уровня для человека, — опять умничаю, пытаясь объяснить зачем выёживаюсь с режимом работы, — наш организм оптимально действует при сорокачасовой деятельности в неделю. Если он больше времени занят, то утомляется и производительность, как и качество труда, падают. Если меньше, то нарушается функциональность занятости. И коэффициент полезного действия тоже падает.

Буровлю от сердца, так как научно объяснить не могу, пусть будет хотя бы псевдонаучное засирание мозгов. Я же не профессор по НОТ (научной организации труда), вот и приходится пользоваться статьями советского КЗОТа. А там уж каждый сам своё решение примет, никто настаивать не будет. В итоге даже сам герр Вайден с семейством поселился у нас, где его супруга заблаговременно дом купила и приусадебное хозяйство обустроила, но по-честному дождалась окончательного решения мужа. Если бы он отказался, то это добро было бы продано, так как желающие сразу нашлись бы.

Часть прибывших поселилась в нашем «совхозе», предпочтя занятие сельским хозяйством. На удивление, полторы дюжины миролюбивых квакеров решили стать охранниками, хотя воевать (а значит и убивать других) не собираются. А вот по мозгам нехорошим парням надавать или по репе настучать за непотребства, то всегда пожалуйста почему-то. Будет задел для «рабочей полиции-милиции», разве плохо? Порядок поддерживать тоже кому-то нужно, а заморский гей-гей-турумбей есть кому воплощать.

В связи с тем, что меха привезли самые разнообразные, включая те, что от северных соседей, согласовали создать вместе с квакерами совместное меховое предприятие на моей территории.

— У нас есть мастера по изготовлению хороших изделий, мистер Изборски, а вы обеспечите качественными станками и оборудованием. Согласитесь, что это разумнее, чем просто шкурки продавать.

Речь у наших партнёров своеобразная, благодаря несколько иным взглядам на жизнь. Поэтому, коли они Маммону избегают, то и произносят «разумнее» вместо «выгоднее». И это в некоторых других сферах тоже проявляется, так что я привык переводить в уме на общечеловеческий язык, каким бы циничным он не был.

— Согласен, мистер Вайден, когда получу бивни мамотов, хочу мастерскую открыть по их обработке и использованию взамен слоновой кости.

Вот только сначала их дождаться нужно, а то заарестуют капитана Нормана со всем экипажем и кораблём и на этом закончится моё освоение северо-восточной Сибири.

Глава 16

Сентябрь с самого начала распогодил мою личную жизнь. Не в смысле возможности трахтибидоха или кирялова с дураковалянием, а в том что выросли ассистенты и ответлица, которым можно уже доверять самостоятельные действия. Слишком большое хозяйство разрослось, а мне оно нужно лишь как вспомогательное. Задалбывает каждую фиговину на стороне покупать, так как это не просто так в нынешние времена. Где брать те же сраные кнопки, скрепки, скоросшиватели и дыроколы? Или готовые бинты для аптечек? Слышал в прошлом, что Марк Твен изобрёл блокноты, но нет такой позиции в магазах Сан-Франциско. Мало того, то что имеется тоже какое-то сверхпримитивное и проще самим усовершенствовать и начать производство собственными руками.

Целлулоидный бизнес того же Хайета обслуживает штаты Нью-Йорк, Нью-Джерси и кое-кого по соседству. И всё пока! А нам пластмасса сейчас нужна для всяческого использования от отделочных материалов до тех же игрушек. Вон как народ начал покупать головоломку «Пятнадцать» в только что открытом нами салон-магазине. Причём та фигня, которую в 1874 году какой-то почтмейстер из штата Нью-Йорк изобрёл, недостаточно интересна. Нам привезли образец. В деревянной коробочке имеется 16 деревянных квадратиков с номерами от 1 до 16. Их нужно расставлять в ряды, чтобы в них в сумме получалось 34. Вот и вся недолга. Такие даже перемещать нет возможности, как в будущем будет, ибо нет свободной дырки. И почему я должен ждать, когда чья-нибудь умная голова изобретёт…

Да ну их в баню, скоммуниздил идею из будущего в сейчас. Оставили пятнадцать квадратиков из целлулоида — вон как их гладко можно перемещать, меняя местами. Целый день можно этой хернёй маяться, хрен отлепишься! Да, дорого комплект стоит пока, по три доллара впендюриваем. Так у нас и себестоимость высокая — двадцать центов набор обходится. Кроме того, в самом салоне можно реально голову сломать за свои же двадцать долларов (в надежде заработать за 20 минут $1,000). Платишь крутое бабло, а тебе в головоломке меняют местами 14 и 15. Целых двадцать минут (специальные часы рядом стоят) можно туда-сюдакать фишки, чтобы поставить всё в правильном порядке.

— Эндрю, ну кому это нужно? — сомневался Джордж вначале.

Теперь не сомневается, потому что идиоты-жадюги со всего Фриско приезжают на халяву разжиться крутым баблом. Уже давно бы всё с психу переломали и всех, кто под руку попался, перестреляли, но у нас не забалуешь. В микрорайоне моя служба безопасности дружинит днём и ночью. «Милиция» (в тёмно-синих сюртуках и брюках, синих рубахах, чёрных полусапожках и голубых стэтсонах на голове) патрулирует улицы. Вооружение: дубинки-демократизаторы, винчестеры, револьверы, мощная атлетическая подготовка и… вежливая улыбка. Уже всю блатоту, гопоту и хреноту с улиц выдавили в соседние районы. А воры и их лидеры сами предпочли сбежать в более либерастические места работы. Никто не хочет стать калекой или трупом без суда и следствия, да ещё и тайком от городских властей. Знали бы радетели прав и свобод бандосов (из будущего) — точно меня и мою шоблу приговорили бы к позорному столбу.

Секьюрити гарды имеют тёмно-коричневые расцветки полусапог, брюк и сюртуков, бежевые рубахи и ковбойские шляпы. Униформу сами и производим, чтобы не заказывать на стороне. И не в деньгах дело, а в том что левым чайникам приходится долго объяснять чего нам нужно. Секьюрити обслуживают магазины, салоны и всякоразные предприятия и тоже носят доброжелательные рожи, таков нынешний порядок отношений с публикой. Нарушителя калечить будут со всем уважением и проявлением доброжелательности и сочувствия. И кому это надобно, спрашивается? Правильно, никому, поэтому и криминальных проявлений стало многократно меньше, и ругань (под эгидой свободы слова) уходит из нашей простенькой жизни. Странно, но населению всё это нравится почему-то. И отцы города закрывают глаза на наш вариант беспредела.

Естественно что База подготовки расширилась за счёт новых казарм и иных построек. Даже спец. арсенал для нового оружия пополняется «миллеровками», в смысле пятизарядными карабинами и боеприпасами для них. Повсюду наблюдаются начинашки, подготовишки и даже «деды» имеются. Считай пять сотен проходят отборы и обучение. Кроме английской грамматики и правильного словопроизношения введены курсы русского языка. Нашёл учителей по разным умным предметам, чтобы легионеры имели более-менее сносное образование. Расходы окупятся, как лояльностью, так и повышением грамотности. Строевой подготовки практически нет, кроме самой необходимой, всё больше на атлетику упираю. А также на ловкость и быстроту движений, баланс и координацию, ритмику и скорость реакции.

Ну, а сам микрорайон ныне занимает площадь четыре блока (квартала) на два с половиной (в процессе). Одноэтажная Америка отживает своё и личные дома в основном особнякового типа, бывшие замухрышки откупаем и перестраиваем. Слава богу, что добротный кирпичный завод запустили за городом, рядом с цементным, а «Пасифик Роллинг Милл» освоил для нас производство арматуры разного сортамента. Теперь даже свой железобетон гваськаем по мере необходимости. И застройку ведём трёхэтажную многоквартирную. Кому овощи-фрукты и мясо с рыбой нужны — нехай в магазы ходят, нефиг личное выращивать, когда среднестатическое жалованье заметно выше, чем у окружающей среды.

В общем я теперь сконцентрировался на своём Добровольческом Отряде и разработке вооружений. Ну и со стороны курирую (подсказывая и помогая немного финансами) создание Республиканской Гвардии и Береговой охраны. Основными укрепрайонами определили Крэсент, Юрику, Санта-Круз и Монтерей, ну и собственно залив Святого Франциска Ассизского. Народ собирает деньги на строительство современных железобетонных фортрессов с принудительной вентиляцией.

— Мистер Изборски, просим вас наладить контакт с мистером Круппом и создать совместный завод по производству пушек, — мне оказывают доверие, даже не зная, что запускают козла в огород с капустой.

Так я не против нарубить её, используя общественные финансы. В качестве прибыли возьму самим заводом и долей производимых орудий, мне не трудно это организовать. К Круппу отправил ещё в августе своего представителя, а то стальной магнат опять близок к банкротству и ищет любые пути, чтобы заработать. Надеюсь, пойдёт навстречу, а заодно и кое-какие корабли для меня построит.

— Леди и джентльмены, нет смысла строить калифорнийский флот дальнего радиуса действия, — это уже я советую на заседании, — нам нужны патрульные суда, а основной защитой побережья будут орудия береговой обороны. Ну и сухопутные подразделения, конечно же. Порой само наличие качественной и хорошо вооружённой гвардии может предотвратить попытку агрессии.

Участие в курултае чисто формально, но обязательно. Даже губернатор присутствует, хотя он по определению абсолютно гражданское лицо. Так что обсудили глобали и назначили ответственных за те или иные части плана, вот такая игрушка у нас появилась. Каким-то странным образом инициатива ограничивается Северной Калифорнией, а то южане больше в рот Вашингтону заглядывают. Не удивлюсь, если рано или поздно отделимся от той части штата, которая начинается к югу от Монтерея. Пусть Лос-Анджелес с Сантой Барбарой и Сан-Диего свой штат создадут. А то у них мексоты больше, чем имеет смысл, да ещё и чернокожих полным-полно. И все каких-то прав для себя требуют. Только велфер ещё даже в страшном сне не чудится и дай бог его достаточно долго не будет.

— Мистер Изборски, я надеюсь что ваши сохраняют тайну Клондайка? — это золотопромышленник предложил тайком от Хопкинса встретиться, — а то очень по этому поводу переживаю.

— Ну, что вы, мистер Ричардсон, мне самому это не выгодно. Я там торговое поселение затеял ниже по Юкону от вас. Мне лишние лихорадочные ни к чему, поверьте. Зарабатывание денег требует тишины и скрытности, сами понимаете. А то, если начнётся шумиха, или англичане, или наши захотят ввести в тех краях администрирование и обложат нас с вами налогами и пошлинами.

— Верно говорите, я тоже так думаю. Но неужели лишь о торговле с краснокожими думаете?

Собеседнику трудно поверить, что кто-то, находясь рядом с золотом, может интересоваться лишь пушниной. Хотя та же Аляскинская Коммерческая именно этим и живёт.

— Вспомогательный бизнес никогда лишним не будет, тем более, что добрососедские отношения с хэнцами налажены. Русский алмазный, как и золотой австралийский также меня не привлекают. А вот торговля с северо-востоком Сибири мне очень интересна, например.

— Вот как, любопытно. И что там есть?

— Скоро вернётся один капитан и расскажет мне подробно обо всём. Кстати, имею мысль попробовать откупить у Японии самый северный остров Курильской гряды. Хочется организовать на нём свою коммерческую базу, — вовсю изображаю из себя тихоокеанского торговца.

Дурацкая привычка наводить тень на плетень до сих пор превалирует, хотя об островке Шумшу я действительно подумываю. Пусть у меня будет своё микроскопическое государство, там и Камчатка под боком, и Охотское море и то же устье Амура относительно недалеко. Да и с Китаем есть смысл торговать. Но нужна торговая база и чтобы мозги никакое начальство не колупало.

— А если японские макаки будут притеснять?

— Мистер Ричардсон, поверьте, у них притеснялки отрастут лишь лет через двадцать, а пока они даже Хоккайдо не могут толком освоить, чего уж говорить о Курилах.

Для меня уже справки навели. Курильские острова, переданные в прошлом году Японии русскими пока лишь торговцы осваивают. Причём те самые браконьеры, которые и раньше там действовали. Теперь именно они официальные хозяева архипелага. Пока идёт процесс организации префектур, поэтому больше административных сил тратится на соседний (к югу) остров Парамушир, который намного больше.

— Во сколько же вам обойдётся эта покупка, сэр?

— Смотря с чем сравнивать. Если судить по ценам, как русские Аляску продали Америке, так весь Шумшу обойдётся в две тысячи долларов, — смеюсь от расценок, — но ради дела и пятнадцать-двадцать тысяч заплачу, лишь бы независимость получить.

Ричардсон похмыкал, понимая что для меня эта сумма не принципиальна, а смехотворна. Дело в том, что он не миллионщик пока и по личному состоянию рядом со мной даже близко не стоит. Или уже миллион срубил с учётом доставленного им с Хопкинсом золота? Ох уж мне эти нищеброды, право слово. Хотя один проект мы с ним на пару замутили всё-таки. Золотопромышленник согласился отправить своих специалистов, чтобы взять в аренду у буров кусок плато Витватерсранд, лет на двадцать-тридцать. Без Хопкинса и других, сами справимся, тем более, что идея акционирования предприятия ему понравилась. А уж мой подробный проект вообще заинтересовал Билла, который кажется другими глазами на меня начал смотреть. Видимо доходит за кого нужно держаться сегодня и на чьи проекты ориентироваться.

— Мистер Изборски, а что вы думаете по поводу алмазов в Кимберли?

— Насколько мои люди выяснили, там начинается конкуренция по скупке участков, причём молодые активничают, 23–25 лет. Некие братья Родс, некий Бейт и какой-то Барни Барнато. И вроде Ротшильды начинают проявлять интерес.

Я сам удивился, когда получил от своих «охотников за головами и инфой» сведения об алмазной лихорадке в Южной Африке. Сесил Родс пока не великий-превеликий, а всего лишь «один из удачливых». Тысяч тридцать ковыряются в земле, но многие вообще ничего не находят. Массовый силикоз (недавно введённое название болезни) доводит часть старателей не просто до пневмоний и туберкулёза, но и до смерти. Плюс, многочисленные несчастные случаи, а нередко и с летальным исходом. Что же будет в Архангельской губернии, где к тому же и холодно, и жратвы явно не хватит на всех лихорадочных?

— Мистер Ричардсон, южноафриканское золото не нуждается в удачных поисках. Оно имеется в породе, которая лежит пластами и равномерно насыщена золотым содержанием. Как раз-таки там нужны будут постоянно действующая амальгамация или вообще доменная обработка. Но, повторяю, больше денег нам принесёт игра с ценой на наши акции.

— Согласен, сэр, я ещё раз внимательно проштудирую ваш проект, но повторю, что свободных средств у меня пока нет.

— От вас, сэр, пока нужны лишь толковые специалисты, сумеющие сохранить наши тайны в Южной Африке. Денег свободных у меня более, чем достаточно, поэтому финансирование на мне. Нам с вами незачем привлекать инвесторов, обойдёмся своими силами.

Промышленнику такой подход безусловно нравится и он готов помочь мне всем, чем может. Нам, кстати, банкир Хопкинс уже не нужен, так как в нашем распоряжении мой банк имеется. Да, никому толком не известный, но битком набитый миллионами баксов.

— То есть, в русские алмазы тоже лучше не вкладываться?

— Не нужно. Я предпочитаю не лезть повсюду, где деньгами пахнет. Вон, даже целый Клондайк вам отдал ради оперативности и стартового капитала.

— Это было великолепно, сэр Эндрю, я воистину поражён. Вы прибыли из неизвестности, быстро организовали предприятие, за год заработали четыре с лишним миллиона, да ещё столько же дали своим партнёрам и работникам. И ещё нам с Хопкинсом осталось вдосталь. Невероятно!

Ну, что же, лояльность опытного авторитетного предпринимателя заработана. Через год он сам станет мультимиллионером. В аглицком американском пока такие понятия: у кого есть миллион — тот «миллионер», у кого несколько мульёнов — тот «мультимиллионер», ибо миллиардами, как и миллиардерами, даже близко не пахнет пока.

В России министры приняли соломоново решение, причём тика в тику с рекомендациями нашей «Фриско Старлайт». Это, конечно же, совпадение, но презабавное. Правительство вошло в соглашение с рядом европейских банкиров и крупных предпринимателей по типу того, какое когда-то создали для строительства Николевской железной дороги. Тогда евробогачи за всё забашляли, однако обломались в конце, никакого «пользования во веки веков на кучу лет» им не досталось, а само общество самоликвидировалось почему-то. Спасибо Европе за подарок!

Теперь создаётся акционерная компания «Архангельские алмазы» акции которой будут распространяться в Европе. И специалисты оттуда же приедут весной следующего года, чтобы заняться серьёзной геологоразведкой. И не дай бог найдут хотя бы одну кимберлитовую трубку диаметром в версту — сразу столкнутся с проблемами по её разработке. Десятков тысяч свободных пар рабочих рук не найти, еду для них не найти, а оборудование, включая шаровые мельницы для дробления алмазоносной руды, придётся в самой Европе заказывать и покупать.

После чего, если через все тернии пройти, русские завалят алмазами весь ювелирный бизнес, а он в той же Европе. Так им и надо: европеянам и Романовым.

Глава 17

«Фриско старлайт» разразилась очередной серией статей про Балканы. Во-первых, было отмечено, что там действует уже несколько отрядов добровольцев из Калифорнии и ещё парочка из других штатов. Мало того, туда же занесло кучу таких же подразделений из Европы, так что османам приходится несладко. Видимо помощь извне перебарщивает по сравнению с РеИ, на мой взгляд, конечно.

Понятно, что турки бесятся, взывая к поддержке со стороны евродержав, так как боятся что Россия и Австро-Венгрия тоже против них выступят. Мы на всякий случай расписали этот нюанс, ибо ошибки не будет, да и весь мир понимает, что русско-турецкой войны уже не избежать. А чтобы нигде ни у кого сомнений не оставалось, то наша газета привела примерные цифры расходов, которые понесут Англия и Франция, если пошлют экспедиционные корпуса на помощь Оттоманской империи. Врали, конечно, как сивые мерины, но вдруг поверят?

Заодно пояснили, как австрияки и русские поступят. Мол, Вена просто заберёт себе Боснию, отдав Герцеговину Черногории, а Россия отправит 300 тысяч, дабы дойти до Константинополя с запада и забрав себе восточные вилайеты почти до Анкары.

Самую жуть нагнали в третьей статье, напророчив что под Константинополем Русская Армия остановится, перепугавшись одной-единственной английской эскадры с дюжиной корабликов не первой свежести и невеликой силы. Объяснять сами себе и другим будут, якобы опасались вступления Британии в войну. А это повлечёт за собой и организацию Конгресса на следующий год, где все завоевания России будут сведены к нулю. Кроме того, ущемят даже интересы и завоевания черногорцев ради уступок Европе. Ну и хрен когда получат оговоренную контрибуцию от Османской Империи!

Между делом главред поделился тем, что у него просят материальной помощи все, кому не лень взяться за перо.

— Мистер Изборски, я уже замучался выбрасывать в корзину просьбы помочь со всем подряд. Вы не поверите, но даже из-за границы, из какого-то Граца в Австрии пришло письмо от студента. Дайте, пишет, денег, чтобы к вам приехать и заниматься электротехникой. Вы представляете такую наглость?

Чего-то у меня в памяти щёлкнуло, поэтому уточнил хохмы ради.

— Случайно не Никола Тесла пишет? — хотя тот вроде ещё и не родился.

Главред снял очки и в волнении задал дурацкий вопрос из разряда тех, которые я ненавижу.

— Извините, сэр, а откуда вы его имя знаете? Я ведь никому из сотрудников не давал письмо почитать и сам вам его имя не называл.

Теперь взбздынь случился в моей башке, о Тесле я знаю лишь то, что он гений и родился где-то в Хорватии, то бишь, на территории нынешней Австрийской империи. Неужели это не однофамилец, а тот, за которого я любое бабло отдам ради привлечения в наши палестины?

— Где письмо, мистер Харви, или вы его выбросили?

— Нет, сэр, оно из-за границы, поэтому я его сохранил на всякий случай, чтобы вам в пример показать, — главред покопался в одном из ящиков своего письменного стола, достал конверт и дал ещё какой-то исписанный лист, — это перевод с немецкого, если нужно.

Именно перевод я и хапнул в первую очередь…

— Мистер Харви, у вас есть знакомые, которые вывезут этого студента из Австрии и привезут к нам? Все расходы я оплачу, ещё и премирую за это.

— Я не уверен, что имеются именно такого уровня знакомые, а репортёры навряд ли разберутся на месте с выездными документами для юноши, извините.

Вообще-то юноше, судя по году рождения, который он упомянул, уже двадцать лет и он скорее «молодой человек». И как он умудрился дожить до середины двадцатого века? Почти столетие прожил, получается!

— Хорошо, я со своими переговорю, а вы пока другими статьями занимайтесь. И следите за ходом предвыборной компании, но не спешите с комментариями. Сами понимаете, что если кого-нибудь покритикуем, а он станет президентом, то потом четыре года нам будет это припоминать.

— Вы правы, мистер Изборски, лучше нейтрально описывать, чем лезть с оценками. Это из Лондона или Петербурга до нас далеко, ха-ха-ха…

С нужными людьми подсобили Вермонт и Моррис. У них есть человек с помощниками, который и в Европу смотается, и оформит всё должным образом, и даже на лапу даст кому надо, чтобы ускорить процесс.

— Тогда нужно ещё предусмотреть родственников Теслы. Если они захотят перебраться всем семейством, обязательно обеспечьте это. Если не захотят, то нужно им денег оставить, хотя бы десять тысяч долларов.

— Видимо вам, сэр, этот студент реально нужен, если столько в него вкладываете со старта, — отметил Моррис, — полагаю, что инфополе Земли обеспечило вас более подробной информацией о нём.

Юрист не прикалывается, а реально верит в существование информационного поля. Иначе мои прогнозы и эскапады просто необъяснимы, а кого такое устроит? Людям нужно что-то материально объяснимое, даже если выглядит виртуальным. Вот и приходится выдумывать базу под свои «прозрения». Причём в данный исторический период следует прибегать к научным фразам, а не ссылаться на поколения предков-гадателей на кофейной гуще. И лишь личное богатство отмораживает излишне недоверчивых. Если бы я бабло заработал на махинациях, то мимокрокодилам было бы легче меня заклевать, но пушной промысел слишком надёжен, чтобы в нём сомневаться.

Руководство партии прогрессоров конкретно определило задачи на ближайшее время, чтобы люди, её поддерживающие, не забывали о чём конкретно их головы должны думать. А именно: создание гвардии и внедрение научно-технических инноваций. Но не для всех подряд, а в первую очередь для калифорнийцев, причём конкретных. В Штатах в партии не вступают огромными стадами, а всего лишь одобряют голосом и, порой, долларом те или иные программы действий.

Так уж сложилось, что нынешний губернатор — демократ, но это уже не означает близость с американским Югом. Гражданская война позади, что ни говори, сейчас другие понятия приходят на смену прежним. У нас в Калифорнии есть определённое разделение во взглядах и соответственно в приоритетах развития, как и в выборе инструментов для их реализации. В принципе, с 50-х годов существует две Калифорнии и их судьба оказалась связана с историей штата. Север, благодаря золотой лихорадке, оказался более богат финансами и промышленным развитием. А вот Юг ближе к сельскохозяйственной действительности и, как результат, к завуалированному рабству. У нас тех же китайцев с их дешёвой рабочей силой гоняют в хвост и гриву и даже соответствующие акты издавались. На юге нужны работники, а не рабочие, поэтому там даже негров хватает, как и мексов, порой работающих за центы.

И если в 1850-х именно северяне отказались от разделения Калифорнии на два штата, то сейчас возникла волна, а «прогрессоры» её поддержали.

— Джентльмены, если мы разделимся, то наш Север только выиграет от этого, — я как почётный председатель без полномочий и официального поста, разъясняю экономическую подоплёку, — поймите, производство товаров всегда приносит больший доход, чем сельскохозяйственная продукция. Та же Англия богата именно потому что шесть человек из десяти заняты в промышленности.

— Мистер Изборски, но им приходится покупать продовольствие за границей, ведь так же?

— Да именно так. Зато, после оплаты недостающих продуктов, они зарабатывают намного больше продажей товаров. Плюс, в наших условиях огромной равнинной территории и прекрасного климата, у нас вообще не возникнет дефицита продуктов питания.

Это совершенная истина, ибо долины рек Сакраменто и Сан-Хоакин находятся в своеобразном обрамлении гор со всех сторон, защищающих их от различных климатических перепадов. И этой природной уникальностью следует воспользоваться.

— Южане, как выяснилось из определённых источников, по-прежнему хотят жить своей жизнью. Так давайте предложим другим северянам, включая политических лидеров нашей Республики, пойти им навстречу.

Подход базируется на том, что жителям Сан-Франциско, Сакраменто и Монтерея в принципе по барабану под кем ходить в текущий исторический период. А тем же республиканским и демократическим политиканам и их помощникам вообще без разницы сколько Калифорний будет. Для них важна лишь одна цифра — количество голосов выборщиков. В данный момент их всего лишь шесть на полмиллиона населения.

— Джентльмены, а ведь мистер Изборски прав, — неожиданно поддержал меня шериф Мэтью Нунан, заглянувший на огонёк, — если мы отделимся, то сможем минимизировать проблемы с «кули», даже когда они мексиканцы или чернокожие.

Это, кстати, присутствующие прекрасно понимают. Тем более, что буквально на днях мои парни разгромили две нелегальные опиумные курильни. В операции было задействовано несколько десятков безопасников, а у той же полиции просто нет такого количества сотрудников, чтобы переловить и блокировать сразу всех «тараканов». Они могут лишь выпереть китайский персонал, но не в состоянии всех подряд арестовать за богопротивную деятельность, им просто физически рук не хватает. Правда, была ещё одна деталь о которой мы никого не информировали. Мой представитель согласовал эти действия с двумя авторитетами китайской общины. В результате их третий конкурент был убит вместе с сыновьями и родственниками. Не, мы громили сами курильни, а неправильных китайцев в это же время ликвидировали их «земляки». И незачем беспокоить отцов города такими невзрачными мелочами.

Расизм в этой стране пока никто не отменял, так как в гражданскую лишь негров освободили, но таблички класса «негры и собаки не приветствуются» (или со сходными текстами) по-прежнему висят на своих местах. Это в вестернах все люди равны, как и в фильмах двадцать первого века о веке девятнадцатом, а на деле всё обстоит по-другому. Те, кто в будущем читал рассказы О. Генри, могут найти описание «пирамиды национальностей», действующую сейчас в Америке. Хотя в будущем даже само упоминание о ныне действующих «нормах» будет моментально подвергнуто остракизму. Ни-ни, не было такого в странах демократии и быть не могло. Все вы дураки с промытыми мозгами и лишь поколение молодых, чей год рождения начинается с цифры «2…» всю правду о прошлом знают. Там же поколение ЕГЭ уже сменяется поколением двухтысячников, которые родились с гаджетами в руках и с чипом в голове!

Для меня явилось откровением, что в ряде городов и городков Дикого Запада существует эдакое «чартерное» право. То есть, местные акты и порядки превалируют над федеральными законами, а также над законами штатов и это вполне нормально воспринимается всеми. Даже в Вашингтоне мирятся с тем, что «люди на местах лучше знают, как им жить». Город получает ярлык «чартер-сити» и никто им не трындит о несоответствии.

Последним вопросом, потребовавшим некоторое согласование, была моя идея.

— Джентльмены, я хочу построить обсерваторию неподалёку для популяризации астрономии. Пусть жители получат возможность наблюдать за планетами и звёздами. Все расходы по строительству и заказу самого современного телескопа беру на себя. Подскажите, пожалуйста, где это лучше расположить, чтобы любой мог без особых проблем туда добраться.

Должны же быть пряники для народа, сам это понимаю и не жоплюсь. Тем более, что уже выяснил где находятся потенциальные изготовители телескопа. Они мне нужны ещё и для кое-каких заказов на другие оптические приборы, вот и совмещу полезное с приятным.

Сентябрь — это месяц когда подводятся финансовые итоги года и все стараются закрыть побольше сделок ради этого. Так что к концу месяца закончились и наши меховые договорённости. Торговцы мехами и просто меховщики не подвели и всё нажитое благодаря мне, проплатили сполна. Доход составил 470 тысяч долларов (близко к расчётным цифрам). А вот меха, привезённые Вайденом и его квакерами, пока в работе, и платежи за них придут лишь в марте-апреле. Можно считать, что год успешно закончился в финансовом плане, жду лишь возвращения капитана Нормана.

В первые дни октября было объявлено в газетах, что новым российским вице-консулом назначен прибывший из Нагасаки некий Александр Эпиктетович Оларовский, тридцати одного года от роду. Обыватели встретили сию новость с ликованием, как будто одержали важную победу над целой Российской империей. Газеты, ясен перец, тоже самое провозгласили, правда культурно-выдержанным и слегка благодарным тоном, пожелав новому вице-консулу учесть ошибки предыдущего и не повторять их впредь. Ну, а я повадился иногда ходить на обед в заветный ресторан, чтобы подслушивать и подглядывать, коли предоставится возможность.

Ричардсон нашёл парочку специалистов, которые отправились в Японию для того, чтобы провентилировать вопрос о продаже мне (частному лицу) островка Шумшу для персональных надобностей. Ясно, что вопрос надолго затянется, если вообще будет решён, поэтому особо губу не раскатываю. Да и не уверен, что мне это действительно нужно для дела, а не для понтов.

А на Балканах выяснилась любопытная подробность. Сербскую армию возглавил русский генерал Черняев (сообщалось в газетах), который когда-то был «уволен от службы в русской армии» за то, что взял Ташкент без разрешения начальства (тоже газетчики откопали). Я постоянно удивляюсь и восхищаюсь умением щелкопёров находить такие факты, что хоть стой, хоть падай. Этот Черняев, как потом выяснилось, удрал за границу против воли руководства в чём ему помог русский богач Михаил Хлудов. Оба-двое когда-то храбро и достойно сражались в Средней Азии, а теперь отправились помогать сербам.

Теперь балканцам не помогает лишь ленивый и только я, стремившийся создать по-бырому отряд и разработать для него супероружие, сижу ровно на заднице почему-то. Неужели тоже стал рабом собственных капиталов? Так мне это нафиг не нужно, хочу посвоевольничать и жду лишь у моря соответствующей погоды. Ради эксперимента выпросил у Ричардсона несколько тонн золотоносного песка, чтобы проверить домну по методике Аносова. «Горный журнал» давно прибыл, а в нём нашлись подробные описания процесса.

— Мистер Изборски, мне не нужна оплата за песок. Просто отдайте мне то, что получится, тогда вам не придётся оплачивать даже транспортные издержки, — его тоже интересует результат.

Может быть считает, что моя домна лучше, чем его? Так по одним технологиям делаем. Впрочем условия меня устраивают, так как если плавка с последующим травлением серной кислотой даст желательный результат, то такую же сделаю на Юконе. Кстати, расход угля при этом составляет «48 коробов на 2818 пудов песка». Ещё бы узнать сколько в сём коробе веса, гы-гы.

Глава 18

Вот и завершающий штрих с освоением Колымы и её притоков.

— Мистер Изборски, я ошибался, — рассказывает вернувшийся из экспедиции капитан, — русские там есть, но уж очень своеобразно живут.

Его пароход поднялся достаточно далеко вверх по реке, найдя по пути некоторые «крупные» поселения. Он и не представлял, что Колыма настолько длинная. Добрался аж до какой-то Ярмонки, где удачно обменял кое-какие американские товары на меха, после чего спустился к тому городку, где оба Аюна (или Анюя, можно и так называть) впадают в Колыму.

— Странный таун совсем. Русские, которых я нанял в Сент-Майкле поговорили с местными и озадачили меня.

Капитан Норман, пользуясь выданными мной деньгами, нанял по случаю бывшего русского штурмана (46 лет), находящегося в отставке. Тот проживал вместе со своим бывшим матросом, а скорее прозябал, брошенный русскими при продаже Аляски. Так что штурман очень даже обрадовался случайно предоставившейся возможности подзаработать там, где он когда-то плавал. Ну и рассказал о странностях самой Колымы, а точнее закидонах её поселений. Уже на месте это подтвердилось.

— Этот Нижни Колимск оказывается имеет население которого нет на месте, — ни хрена себе закидон, — там четыре десятка кабин всего лишь. В прошлый раз я думал, что там живут местные эскимосы, а не русские.

«Кэбин» по-нашему «хижина» или «лачуга», но даже не «изба». И как люди в таких существуют?

— Туда все жители приходят один раз в начале весны и торгуют с прибывшими трейдерами тем, что за весь год в тайге набрали. Потом уходят почти на год обратно в лес, вот я и не понял, когда был в первый раз, а людей почти нет.

— Неужели русских совсем нет? Хоть кто-то должен быть!

— Мистер Изборски, там странно. Есть чёрч (церковь) и есть священник, но нет прихожан. Есть шериф, но нет депьютис, есть скул (школа) но нет ни учеников, ни учителя. И ещё есть старая женщина-трейдер, но нет ни товара, ни денег. И ещё какой-то старик ходит по виллэджу и сказал нам, что он охранник.

Я, конечно же, фигею от такого пердимонокля. Ну как может быть обидно за державу, если она ни хрена не заботится о своих людях на окраинах. Приходи и делай что хошь — у царя много. А как же англичанка, спрашивается, или она всё под контролем держит и поэтому у неё тоже много? Ах, своих критиковать это столь непатритично, нужно на зеркало пенять. Понял, не дурак, свергну к едреней фене царскую власть и тогда у меня тоже всего будет много. Как же я Владимира Ильича понимаю, просто отобравшего у клана раздолбаев страну. И у Романовых и у тех, кто к ним в оппозиции был.

— Мистер капитан, а что на притоках?

— Там, сэр, очень далеко по Смолл Аюн есть поселение, где каждый год маркет-плэйс проходит. Очень далеко, более ста миль вверх по течению. Люди нормально живут в простых, но тёплых домах. Мы очень удачно разменяли наши товары на меха, выгодно. А на обратном пути почти никого нет, поэтому искали бивни мамотов.

— Ну и как? — это же самое главное и сладкое.

— Как вы сказали, искали места, где свежие оползни на берегах. Немного земли убрать и разные кости имеются, некоторые приходится вытаскивать из глубины.

Бивни кривые, поэтому цепляются, но разобрались, как ловчее это делать. Мало того, выяснили ещё одну странность — их здесь практически никто не собирает.

— Сложно возить к побережью, много не увезёшь. А корабли здесь совсем редко появляются, только когда маркет-плэйс организуют раз в год. Один бивень в среднем весит сто фунтов, но нужно выбирать особые, которые свежие.

— Как это «свежие», мистер Норман, — удивляюсь, ибо мамонты давно вымерли.

— Я имею в виду, сэр, те, которые лишь недавно из земли наружу вылезли или те, которые до сих пор под землёй имеются. У них кость белая и не крошится по краям. И если бивни пролежали на воздухе или в воде долго, то кость желтеет, а края трескаются и кусочками обламываются.

Во как и тут есть сорта «не первой свежести». Значит надо выбирать самые высококачественные. Раз уж выбор есть.

— И много ли удалось набрать?

— Сам не поверил, но за месяц насобирали самых лучших более тысячи штук. Видимо их много лишь потому, что никто не собирает пока. Сами русские такую добывают на островах возле устья Колимы и продают по 25 рублей за сорок фунтов по весу. А плохую кость могут и по пять рублей отдать за то же количество. У них проблемы с вывозом и там, на островах. Купцы предпочитают меха скупать, которые на месте тоже дешевле стоят. А с костью никто возиться не хочет.

— Надеюсь, капитан, вы себе нужное количество мехов закупили?

— Да, мистер Изборски, времени на всё хватило. Если хотите, то на этих же условиях можно повторить трип на следующий год.

Капитан Нортон честен и это радует. Благодаря моим деньгам, а точнее товарам, на них приобретённым, он гораздо больше мехов смог выгодно выменять. Да и на саму добычу слоновой кости не слишком много времени потратил. Заодно удалось разобраться с ценами на международном рынке. 25 рублей за пуд — это цена если сам на месте берёшь и вывозишь своими силами. Сколько же кость будет стоить где-нибудь в Лондоне? Хотя доверия цифрам нет, наверняка в такой дали перекупщики в отчётах занижают цифры, чтобы себе в карман побольше положить.

Так что меня интересуют лишь два варианта. Если доставить в Китай или сюда, в Сан-Франциско. За дальний китайский вариант пока неизвестно, там своих торгашей хватает. А здесь мы, вступив с местными китаёзами в контакт, сразу почуяли кое-что заманчивое.

— Мы за ваши бивни готовы заплатить не торгуясь, аж по доллару за фунт.

А это $35-$40 за пуд выходит, но с нашими рисками и доставкой сюда, под нос. Самое странное — услышать от китайцев слово «не торгуясь», такое огромная редкость вообще-то, гы-гы. Как бы не продешевить. Или они малый объём имеют в виду? Ладно, по ходу дела разберёмся, надо бы выяснить за сколько можно продавать бивни на Востоке. Пока они не пожелтеют, лёжа на складе.

Переговоры с прибывшими Кларками (семейство производителей телескопов) выявили их заинтересованность в щедром платеже за заказ. Ну и за помощь в организации обсерватории с нуля. На Бэй-стрит нашёлся достаточно большой (в ширину) холм, который вполне подходит для этой цели. Власти позволили его забрать для блага города и его населения. Заодно мы и сопутствующие вопросы обсудили.

— Ваши заказы на вспомогательную оптику интересны и мы готовы создать здесь свой филиал. И над новым бинокуляром можем поработать, — люди довольны размером денег, которые я вкладываю в их (вообще-то наше) дело.

И если старшему Элвэну Кларку за семьдесят, то молодому пока 45 и он заинтересован заработать средства своим трудом и знаниями, даже если придётся пожить во Фриско 3–5 лет. Тем более, что исследования востребованы, так как театральные бинокли не очень удобны в других сферах, а подзорные трубы уже морально устарели. И пока никто в мире не разработал нормальный бинокль для военных и моряков. Так чего не поинтересоваться всерьёз научными исследованиями на эту тему, если все расходы добрый дядя оплачивает без колебаний и сомнений. Так что и договор подписали, и дали время Элвэну Кларку-младшему на переезд в наши палестины.

Чувствую что чего-то не то я творю. Вместо того, чтобы с баблом перебраться в Санкт-Петербург, развиваю Сан-Франциско. А ведь там, на Руси, можно то же самое делать и даже свой микрорайон создавать. Или трения с администрацией и другими промышленниками начнутся? В Калифорнии, что ни говори, пока не успели создать семейные кланы, повязанные родством между собой, а в России такого добра выше крыши.

Правда здесь начали набирать силу железнодорожные магнаты, уже запускающие лапы повсюду, где деньгами пахнет. Ходят слухи о Большой Тройке (или Четвёрке), но пока толком ничего не ясно. Свою базовую «империю» они уже создали в 1876 году, закончив основные магистрали, и все прилегающие вплотную к железным дорогам земли в их власти. Как технические зоны, так и те же телеграфные линии, например. Пусть не напрямую, но практически под их влиянием. И города, нанизанные по ходу, тоже переходят в их руки со всей своей инфраструктурой, а значит и административная власть. Хорошо, что золотопромышленники имеют свою мафию и противоборствуют закидонам железнодорожников. Всё-таки противовес какой-никакой имеется.

Переговоры с Югом о потенциальном разделении штата вступили в начальную стадию — юга поддерживают идею. Глядишь и лет через пять обе улиты доползут до нужного мне решения. Пока же моя собственная промышленная инфраструктура заканчивает строительство и оснащение оборудованием. Ох и развернусь на следующий год — никому мало не покажется.

— Эндрю, а если другие магнаты заинтересуются нашими фабриками и заводами? — разумно пытается возразить Джордж, — как отбиваться будем? У них, говорят, даже свои банды ганфайтеров есть, ни перед чем не остановятся.

— Так у нас свои имеются, — тут же отреагировал Джимми, — причём гораздо профессиональнее и лучше вооружены, чем их гэнги.

— Всё время забываю об этом, виноват. Никто против наших уже не рискует выступать.

Сине-коричневое воинство уже известно своим подходом не только в нашей части города, но и в других районах. Иногда помогаем полиции громить «малины» различных криминальных элементов. Мы ЮДМ (юные друзья милиции), вот как. Нехорошие дяди ждут не дождутся, когда эта гвардия всем скопом отправится на Балканы (для чего изначально и предназначалась). А пока терпят полицейский беспредел, усилившийся благодаря нашей помощи.

Кстати, наши давние знакомые Мортал и Табак были убиты во время налёта на фургон с деньгами. В газетах их упомянули не так давно — «убиты при попытке». В «Алта Калифорния» была подробная статья на эту тему. Интересный пример привели о том, что самое крупное ограбление случилось в 1856 году. Бандосы перебили всю охрану и возчиков, которые перевозили золотые слитки (булионы) на сумму в $100,000. Так что $40,000 банды Ригана не так уж велики по сравнению с этим примером. Джордж рассказывал, что в налёте, кроме нас, участвовали ещё несколько человек, но их перебили охранники. Лишь мы шестеро спаслись, да ещё и с солидной добычей. Моральный вопрос в том, как сам Риган распорядился бы этими финансами? Тоже ввёл бы пятидневку с восьмичасовым рабочим днём? Или закопал бы в тайном месте, заодно закопав оставшихся в живых подельников, как тот же Флинт сделал когда-то?

Производство карабинов «миллер» действует в хорошем режиме, так как достигло разумного максимума. Сотня в месяц — это хорошее число, вполне меня устраивающее. Первые два роты вооружены, поэтому занялись стрелковой подготовкой, а также дрочиловом под названием «разборка-чистка-смазка-сборка». Парни разных белых национальностей стараются изо всех сил, чтобы не вылететь из состава Добровольческого Батальона. Дураки до этого кончились, не добравшись до финальной полугодовой стадии.

Мощную снайперку осваивают лишь те, кто прошёл дополнительный отбор и уже чувствует винтовку, как часть своего тела. Ну или тело, как придаток к оружию, меня оба варианта устраивают. Обе разновидности патронов производит наша фабрика, а чтобы иметь дополнительное количество, четырёхлинейные дополнительные гильзы и капсюли к ним заказываем на стороне.

Шариковые гранаты с динамитными шашками изготавливаем разумным количеством, чтобы в арсенале оставалось место под «лимонки» с пироксилином. Совсем простенький вариант нам Миллер с Максимом сварганили, зато с четырёхсекундной задержкой. Да, Хайрем подвизался сразу в трёх ипостасях, пока не доведёт до ума простой ручной четырёхлинейный пулемёт с металлической патронной лентой. Станковый «максим» пока не трогаем, ибо боеприпасов на него хрен напасёшься.

Броники из седельной ложи со стальными пластинами, набитыми на них, стали нормой повседневной жизни. Наш вариант кача доводит силу и выносливость до ума и «отягощение» не особо и чувствуется. Регулярные марш-броски по пересечённой местности (для наиболее подготовленных) уже достигли пяти миль и тоже стали нормой жизни, пусть и не частой (раз в десять-двенадцать дней).

63-миллиметровый лёгкий миномёт пришёлся ко двору, так как мы скорее диверсанты, чем регулярное пушечное мясо. Нам и полмили дальности (вообще-то поболе) хватает для хулиганских боевых действий, тем паче, что боеголовка пироксилиновая и всё что нам нужно приведёт в негодность. А крепости мы брать не собираемся, пусть их другие осаждают.

С пистолетом морока, так как рычажный уже отработан и сбоев не имеет даже когда в рукоятке восемь патронов. А вот безрычажный пока время от времени сбоит и Максим схватился с ним в смертельной схватке. Посмотрим, кто победит, потерпим.

Сейчас важнее кое-что для Калифорнийской Гвардии сделать. Решение окончательно принято на всех уровнях — получен статус милицейских войск с кучей разрешений на те или иные действия «чартерного» плана. Ну и по вооружениям полный одобрямс на всё что угодно. Тут же назначенное командование начало создавать базу к югу от Окленда (население чуть больше 30 тысяч человек). Бойцов гвардии потом наберут, когда для них казармы построят, а то зимой в тентах неприятно обитать.

Зато под нужды гвардии Миллер разработал карабин под 4-линейный патрон с нормальным затвором, а я построил завод по его производству (деньги начали компенсировать) и патронную фабрику (тоже бабло за неё вернут). Свои пороховые заводы Фриско имеет, так что сами будут гильзы набивать порохом после того, как капсюли в них вставят. Сейчас нас всех больше интересует производство по изготовлению пушек, а также орудий для береговой обороны.

По обмундированию приняли мои предложения сразу не выёживаться, а делать форму (типа советских хэбешек) цвета хаки. Нам парадные расцветки не нужны, мы не собираемся другие страны завоёвывать. А вот для целей обороны ни в какие атаки ходить не придётся.

— Джентльмены, наш подход прост. Незачем сходиться врукопашную, когда можно просто отстреливать наступающих. Пусть вопрос победы в бою решает оружие, а не героизм солдат.

— Но, мистер Изборски, так не принято воевать. Да и боеприпасов будет больше тратиться.

— Патроны можно новые изготовить, а вот солдат новых вы нигде сразу не получите. Женщины могут родить лишь бэбиков, которых много лет нужно будет кормить, поить, одевать и обувать. И ещё учить их.

Какая-то часть из бывших офицеров протестует против «неправильностей», но в данном случае я не уступлю ни дюйма. Проще понастроить ДОТов и ДЗОТов вдоль границ и перевалов, тогда вообще никаких атак не будет. Ни наших, ни их против наших гатлингов и пушек.

— Джентльмены, кто не согласен, пусть создаёт свою гвардию.

Дебаты длились бы бесконечно, но было проведено голосование. Слава богу, но именно моя позиция была принята как верная. Кураторы-промышленники поддержали всё-таки меня, а не «героических» офицеров.

Глава 19

Высокомногоуважаемые гости из Эссена даже засмущались, увидев с какой разумной помпой их встречают. Впрочем быстро пришли в себя, осознав что не весь Сан-Франциско этим занимается, а лишь представители какой-то одной компании. Дружной и набитой деньгами. А как должны себя чувствовать представители Альфреда Круппа, если их собственный вождь и работадатель находится в сложном финансовом положении? Который раскрутил предпрятие настолько (да ещё и строил для своих рабочих дешёвое жильё и ввёл медицинское страхование за счёт предприятия), что в итоге влез в финансовые проблемы. Теперь вынужден вести дела, будучи под контролем банков пока не погасит все задолженности.

И вдруг откуда ни возьмись в Эссен прибыли добры молодцы с данайскими дарами, решив вступить в длительное деловое сотрудничество. То есть, безмерно широкие заказчики чуть ли не на все виды услуг. Суммарный прелиминарный договор, обсуждённый и подписанный ещё в Эссене с представителями некого Эндрю Изборски, предусматривал секретность сотрудничества и весил 2.5 миллиона долларов. А это по курсу равно 10 миллионам марок (то есть, размеру задолженности, которая пока ещё подвисала на Круппе). Теперь, после предвариловки, гости из Пруссии прибыли, чтобы окончательно всё сверить и подписать сам контракт. Ибо моментально получат аванс в полляма баксов (два ляма марок), перебравшись в другое рабство, которое предусматривает выход из него через несколько лет. Да и не собираются «люди Изборски» поучать сталелитейного магната, как варить сталь и делать из неё изделия.

— Господа, — окончательно расставляю точки над «i» (и перечёркиваю «t»), — в дальнейшем мы рады будем просто сотрудничать с вами, несмотря на то, что живём на другой стороне глобуса.

— Герр Изборски, мы с радостью построим вам здесь комбинат, но где вы будете брать руду и уголь?

— В прошлом году закончилось строительство трёх мощных магистралей в Калифорнию и мы теперь можем ввозить всё то, что у нас в дефиците.

Это раньше было капитальной проблемой, а сейчас можем заказывать чугунные чушки, а уже здесь переваривать их в сталь. Благо, что нынешний американский чугун очень высокого качества, а сталелитейку нам эссенцы построят. Ну и всё поставят, что нашей душеньке угодно. Я даже пару кораблей заказал с их паросиловыми установками. Когда сюда прибудут, то их паровики снимем и продадим калифорнийцам, а свои, покруче, впендюрим.

— Кроме того, нам нужны казнозарядные пушки, а значит потребуется соответствующий завод.

Общий булкохруст конечно же занял время. Понаехавшие тут инженеры посетили наши «земли» и положительно оценили их расположение.

— Как хорошо у вас всё обустроено, герр Крупп тоже заботится о своих работниках.

В общем, подписали месиво из разных видов сотрудничества. Что-то будет производится в Германии, что-то у нас на предприятиях, которые нам немцы построят. А жизнь покажет насколько я ошибался. Главное, вовремя поддержать солидного полезного партнёра, а там уж сторицей что-нибудь прилетит.

Ещё кусочек Европы прибыл в самые первые дни ноября. Молодой человек привёз себя, но не смог уговорить своё семейство на переезд в Штаты. Его отцу открыли счёт, куда положили 15 тысяч долларов, а сам Никола обещался помогать семье по мере возможности.

— Не спрашивайте, молодой человек, откуда я знаю о ваших возможностях. Просто разумно распорядитесь предоставленными мною условиями, которые позволят вам учиться и участвовать в разработках и изобретениях.

— Действительно странно, герр Изборски, — говорим пока через переводчика, — но я рад буду оправдать ваше доверие. А то в Граце мне сложно было изучать электротехнику из-за консерватизма преподавателей.

— Любопытно и в чём это проявлялось?

Тут-то парень и решил проверить «денежного мешка» на знание физики.

— Я заявил учителю о несовершенстве электрических машин постоянного тока, а он…

— Понимаю, даже слышать не хочет о переменном токе, — улыбаюсь.

— Но откуда вы знаете о таких деталях? — как будто богатый человек должен быть глуп и невежественен.

— Никола, я перетащил сюда, в Сан-Франциско, изобретателя телефона Александера Белла. Зато Эдисон нам не нужен, так как электрическое освещение будет развиваться под эгидой прекрасного изобретателя Хайрема Максима.

Тесле явно неведомо это имя, поэтому он поёжился не зная что ответить.

— Не переживайте вы так, я подбираю персонал разработчиков, чтобы реализовать свою мечту. И пока, поверьте, получается достаточно хорошо. Позвольте я вам расскажу как всё это вижу.

Почти час мы беседовали о будущем электротехники и, как мне кажется, Никола уже меня начал считать самым заглавным учёным.

— Но сколько же всего следует изобрести и, самое главное, где вы возьмёте деньги на реализацию, герр Изборски?

— Последний год мы строили кое-какие лаборатории и даже создали инфраструктуру производства составляющих. Самым трудным является подбор людей, которые готовы учиться и не замыкаются в рамках, когда-то поставленных якобы авторитетами.

Молодой человек рад на мой взгляд тому, что его не будут ограничивать в полёте мысли, поэтому даже не возражает пока. Впрочем, нечему возражать, если предусмотрены учителя по разным предметам и он будет получать со старта определённое жалованье. Плюс, крыша над головой и питание также за мой счёт. И это он ещё не видел чего мы понасоздавали и оборудовали за последний год. Посмотрим, что в итоге получится, а то вдруг разбалую его и гений не состоится?

Максим действительно основательно обзавёлся вспомогательной инфраструктурой, чтобы не искать по каждой мелочи субподрядчиков. Ну и много времени проводил в мастерской по производству паровых машин, где постоянно доизобретал всё, что под руку попадалось. Чего уж говорить об оружейной мастерской уже достаточно раздувшейся до нескольких цехов. И это не считая небольшого оружейного завода и патронной фабрики.

Теперь, когда с первичным новым оружием мы определились, Максим вплотную занялся электротехникой. А насчёт «определились» — это мой произвол, конечно. Наш миномёт пока неточен и даёт разброс. Поэтому для балканского отряда решили изготовить 3–4 штуки всего лишь. Массово пока нет смысла производить, значит будем использовать для устрашения турок по ночам.

— Несколько выстрелов, с учётом того, что не всегда летающие мины взрываются, по-любому перепугают спящих солдат противника. Представьте роту или батальон на переходе, которые заночевали. Они что подумают?

— Я понял, — отозвался Джордж, — решат, что по ним пушки стреляют, пусть даже ночью. Но они же тогда начнут разбегаться.

— Вот именно! Если по ним стрельбу открыть из винтовок, то они залягут и с коней их не достанешь. А если побегут, то наши друзья, четники, сразу догонят и покрошат. Нельзя давать врагу спокойно спать по ночам.

Какое-то мракобесие получается. Потенциально высококлассное в перспективе оружие использовать лишь для того, чтобы жути нагнать. И какой дуремар им такую идею подбрасывает? А, это я дуремар, так тем более нечего меня слушать. Сам понимаю, что слишком рано изобретено, но неохота ждать у моря погоды. Такой бабун, как я, вполне способен настучать миномётным стволом по чайникам туркам, чтобы хоть как-то использовать разработку. А потом минами кидаться, как камнями, гы-гы.

А с пистолетами пока подождём, вроде Миллер с Максимом чего-то надумали с использованием отдачи какого-то «свободного» затвора. Хрен знает что это такое (я лишь пользователь и в этой механике не тяну), но пусть колдуют на здоровье. Мы пока новыми самопальными револьверами обойдёмся. Оружейники разработали и уже делают свой вариант под патроны с малодымным порохом. Я их ограничил в дальности, чтобы просто иметь всем нам оружие ближнего боя. Всё равно из короткоствола хрен куда попадёшь вдали, так чего заморачиваться с удлинённым стволом. Кстати, наши пукалки по-детски выглядят, хотя шарашат не хуже того же «кольта».

Вполне возможно, что в марте отправимся в Черногорию, чтобы попробовать на что способны. Не знаю, когда русские начнут войну, но под началом их офицеров ни разу не хочется быть. Иначе какой-нибудь подпоручик, ради «проявления героизма», отправит нас в рукопашную, вместо того чтобы использовать для диверсий в тылу врага. Мол, исподтишка воевать бесчестно, нужно тупо идти на пулемёты и не кланяться пулям. Бабы, если что, новых нарожают… Нарожальщики хреновы, сколько народу в войнах положили бессмысленно. Зато наградами увешаны те, кто сам в живых остался.

Впрочем, сейчас нас нынешнее больше интересует. С китайцами мы заключили договор и не думаю, что они захотят кинуть. Слишком слабые позиции у их диаспоры во Фриско, должны держаться за хорошие отношения. Восемь сотен бивней продал по $35 за пуд, чем окупил все расходы на экспедицию Нормана. А две сотни передали им на своеобразную консигнацию (коносайнмент). Пусть вырезают, что им там заблагорассудится, им виднее, и продают уже в изделиях. Нам пойдёт платёж в те же $35 (по весу), плюс четверть прибыли, которую они заработают сверх расходов. По-любасу это чистая прибыль выходит, но интересно сколько она в итоге составит?

Скоро зима и меха, которые привёз Вайден, пойдут в дело. Значит и мастера-меховщики после продаж смогут погасить задолженность по сделке. Добавим сюда доходы от продаж «пятнашек» (постоянно покупают до сих пор, порой из других мест, а то и штатов) и работы самого салона. Потекли денежки в буржуйский карман, пусть и не как в казино.

— Мистер Изборски, финансовый год закончили с большой прибылью, теперь и начало финансового года начинает покрывать издержки, — докладывает Вермонт, — боялся что отдачи не будет, слишком много вкладывалось, а оно вон как выходит.

Пол доволен, так как действительно в начале дёргался из-за капвложений. Но по-прежнему переживает, что сверхвыгодный золотой бизнес отдан другим.

— Мистер Вермонт, это только так кажется, что мы сильны и смогли бы удержать Клондайк в своих руках. На самом деле нас бы съели более сильные в обществе магнаты. Зато сейчас мы с боку припёка и будем зарабатывать, никому не мешая. Пусть Хопкинс и Ричардсон отбиваются от давления Большой Тройки, когда те узнают о Золотом Севере.

Опасность того, что кто-то где-то проговорится отодвинулась до весны, но на следующий год обязательно новости примчатся. Уж слишком ненадёжны те, кого понабрали для золотодобычи. Это не квакеры, которые ради «семейного» дела и душу отдадут, а если понадобится, то и жизнь.

Ноябрь каждые четыре года — это битва гигантов. Выборы на носу и достаточно усилившиеся демократы готовы дать бой ослабевшим из-за коррупционных скандалов республиканцам. Тем не менее, наш Север вроде собирается поддержать именно республиканского кандидата. Мы, прогрессоры, не вякаем, решили поступить как все. Правда в штате Север почему-то имеет лишь двоих выборщиков, а вот южане целых четырёх. И весь Юг Калифорнии дружно впрягся на стороне демократов, рассчитывая поближе приблизиться к власти. И наконец-то отделиться от северян, пользуясь моментом. Дело в том, что в стране имеется система тарифов и из-за неё цены на товары (особенно сельскохозяйственные), как внутри страны, так и за рубежом выше. А это сказывается на конкуренции. Демократы обещают изменить систему, вот южные калифорнийцы за них и ратуют.

От Республиканской партии кандидат Рутерфорд Хейс, который тёмной лошадкой обошёл основных конкурентов на конвенте. В поддержку его собрано более $900 тысяч. Демократы примерно столько же собрали, но солидную долю внёс их кандидат Сэмюэль Тилден (личное состояние — 10 млн. долларов). Прикольно, но в связи с тем, что никто из претендентов пока не ездит по стране, рекламируя себя и пожимая всем руки, демократы сделали ход конём. Поддерживающий их А. Хьюитт создал литературное бюро из 40 писателей, которые опубликовали 27 млн памфлетов, агитирующих за демократическую партию.

7 ноября выборы состоялись, а по их результатам Тилден получил большинство голосов избирателей, а именно 4 284 тыс. голосов (51 %) против 4 037 тыс. голосов (48 %) Хейса. И по выборщикам за Тилдена было подано 184 голоса, тогда как у Хейса — 165. Демократы были настолько уверены в своей победе, что устроили повсюду грандиозные банкеты. Ага-ага, щазззз! Это же страна самой продвинутой демократии, где каждый голос считается.

Прикол в том, что бывший президент Улисс Грант пока ещё не передал полномочия. А он не просто свадебный генерал, а герой гражданской войны! И армия в его руках. В принципе, ему не дали в третий раз выставить свою кандидатуру, чтобы люди не стали говорить о военной диктатуре. Армия-то пока в его руках, как Верховного Главнокомандующего.

Тут-то одна интрига и вылезла на первые полосы газет, а значит и присела на ушах избирателей. 20 голосов выборщиков в трех южных штатах (Южная Каролина, Флорида и Луизиана) начали оспариваться. Хейсу для победы были необходимы все 20 голосов, тогда как Тилдену нужен был лишь один. Поразительно, но это были единственные оставшиеся под контролем федеральных войск южные штаты, а значит, подконтрольные республиканской партии. Так, в Луизиане счетные комиссии, состоявшие из республиканцев, объявили недействительными 13 500 голосов, поданных за демократов, в результате чего Хейсу было обеспечено большинство в 4 тыс. избирателей и естественно поддержка всех выборщиков.

Из-за неопределённого исхода начались волнения, вплоть до того, чтобы провести Тилдена на президентское кресло, используя силу. Юга начали призывать к этому и митинговать. Грант тут же отдал приказ генералу Шерману (будущий танк) ввести четыре артиллерийские роты в столицу для «предотвращения беспорядков».

«…президентские выборы 1876 г. вылились в один из наиболее причудливых политических кризисов в американской истории…» — написали самые смелые газеты страны.

Чтобы разобраться в нарушениях избирательной процедуры, была создана федеральная комиссия в Конгрессе, состоявшая из 15 человек (по пять от Сената, Палаты представителей и Верховного суда). Но и в ней всё оказалось не слава богу. Голоса разделились поровну и всё зависело от некоего судьи Дэвиса. Демократы предложили ему пост и избрали от штата Иллионойс в Сенат. Но «это же Америка» и Дэвис, вильнув хвостиком, тут же подал в отставку, ха-ха-ха, став сенатором. Он был заменен в комиссии судьей Джозефом П. Брэдли, республиканцем, который отдал свой голос за Хейса.

Жаль, что в столь критической ситуации стороны сделали перерыв и начали закулисные переговоры, втайне от широких масс. Теперь будем ждать кого назначат президентом самой демократичной страны мира…

Глава 20

Своеобразный перерыв лишь чуть-чуть притушил страсти, зато дал повод калифорнийцам определиться со своим будущим. Законодательное собрание штата, собравшись в Сакраменто, особыми разногласиями и базар-вокзалом не отличалось. Тот случайный и единственный момент, когда обе стороны уже были «за» и предстояло лишь решить некоторые технические моменты.

Слишком разные, демографически, территории. Население Северной Калифорнии формировалось за счёт многочисленных приезжих, порой со всего земного шара. А вот южане в этом плане более традиционны, что ли. Ну и тот момент, что на юге преобладают «деревенские», в то время как северяне в большинстве «пролетарии».

Ещё один нюанс сыграл роль — тесные связи Южной Калифорнии с территорией Аризуны и южной частью Невады (наиболее богатыми на серебро). Где-то у них витает задумка об объединении в единое целое со временем на базе сельскохозяйственной действительности. Поэтому, кстати, границу определили по 36-ому градусу северной широты.

Остаётся надеяться, что в Вашингтоне нормально отнесутся к нашей самодеятельности и по-быстрому дадут одобрямс ради того, чтобы не заполучить ещё одну горячую точку в столь неопределённый момент. Потом, если что, и к нам введут войска, чтобы определить каков «истинный глас народа». Ну, а пока был подписан Меморандум О Разделении и одобрен практически всеми членами Собрания. Его и отправили в Вашингтон вместе с очень солидными представителями обеих сторон.

Неожиданно мне прилетело по жбану, правда на Балканах.

— Мистер Изборски, все пресказания вылетели в трубу, — переживал главред «Фриско Старлайт», — сербы потерпели сокрушительное поражение под каким-то Джунисом.

Он показал мне карту с обозначениями расположений войск противоборствующих сторон. Действительно, сербы проиграли битву, да в конце сражения ещё и побежали. Их прикрывали русские добровольцы многие из которых погибли. Генерал Черняев обвинил и армию, и правителей Сербии, которые в свою очередь перевели стрелки на основателя Сербской военной академии. Князь Милан Первый тут же запросил помощь от Александра Второго.

— Нам известно, что русский посол потребовал от осман заключить мирное соглашение в течении двух суток и те согласились на двухмесячное перемирие.

— Мистер Харви, это всего лишь перерыв в боевых действиях на Балканах.

— Может быть, сэр, ведь Черногория продолжает воевать, а наши добровольцы хорошо себя показывают. Однако, раз Сербия выходит из войны, то и Черногория может быть заключит мирное соглашение?

Американцы помогают черногорцам и герцеговинцам, а это совершенно другой театр воеббых действий. Теперь они вынуждены будут вернуться, если восстание в Боснии заглохнет, тем более что турки собирают у себя в Константинополе конгресс из представителей евродержав, чтобы окончательно решить балканский вопрос. Получается, что и я буду отморожен. Может попал в какую-то другую реальность или действительно это всё временное явление? Ну не может Россия не начать войну с Оттоманской империей.

— Успокойтесь, мистер Харви, — кто бы меня самого успокоил, — и не спешите с выводами. Просто осветите ситуацию, как она есть, но не делайте прогнозов. Подождём весны следующего года.

— Хорошо, сэр, но как-то неприятно всё это. Вроде никогда не ошибались.

Блин, откуда мне знать что именно произошло? Если больше войны на Балканах не будет в этот период, то и моим некуда впрячься, чтобы проверить свои возможности и новое оружие. Не буду же вести боевые действия один на один с султаном. Придётся продолжать то, что до этого делал и ждать случая. Кроме того, может вернуться почти тысяча калифорнийцев, прошедших через бои и набравшихся опыта. Надеюсь, что многие из них захотят вступить в республиканскую гвардию, а значит создать костяк вооружённых сил на будущее.

Султан Абдул-Хамид Второй, как выясняется, залез в очередные долги, но хорошо перевооружил свою армию. Европа с удовольствием ему помогла, оплатив крупповские стальные пушки и винтовки Мартини-Генри. Впрочем наши тоже подсобили черногорцам, привезя до фига нормального оружия и даже дюжину гатлингов с боеприпасами для них. Вот же загвоздка, как хотя бы Герцеговину оттяпать у турок, чтобы в конце концов она не перешла в руки австрийцев. По-хорошему, нужно ещё и южную Далмацию присовокупить к Черногории. А если ещё и албанских христиан, массово проживающих на севере Албании, вместе с землями скоммуниздить, то вообще моя мечта идиота сбудется.

Ладно, потерпим покамест, глядишь всё не так уж и плохо обстоит. Если князь Никола Первый продержится до следующей весны, то я не только со своими прибуду, но ещё и крупповских пушек привезу. Есть у меня такой пункт в договоре с германским промышленником. Тем паче, что мне уже целый батальон (три роты) нужно обкатать в полевых условиях. Во как, так я получаюсь батяня-комбат, гы-гы-гы!

Пока мы с Ричардсоном и Хопкинсом персональные мечты лелеяли, на Клондайке всякое разное творилось. Олбани со своими построили посёлок и вступили в мирные торговые отношения с хэнцами. Те кое-какое золотишко успели насобирать и нашим принести до конца октября. Мало того, и на нашем притоке песок с блёстками нашёлся, правда не такой богатый, как на Бонанзе. В итоге, у моих мир-дружба-жвачка и планы на зиму в сфере мехов. А на следующий год и домну поставим, и цех амальгамации. По крайней мере, попробуем на зуб что это такое (без старших братьев, мать их).

А вот люди с Клондайка уже успели накосячить. Причём хренью занимаются единицы, а отношение ко всем подряд негативное из-за этого. Естественно, что некоторые прибывшие, как только увидели насколько богаты участки, тут же задумали свой микро-бизнес замутить. Охранников из «Вэллс Фарго» тупо не хватило, чтобы всех держать в узде. Вот и покатилось дело немного не туда. Самопальных старателей повылавливали в итоге, но трое умудрились сбежать в Форт-Релайенс. Теперь наверняка новости о богатом золоте разнеслись по всему Юкону до Сент-Майкла, а значит весной дойдут и в Британскую Колумбию, и к нам в Калифорнию.

Мало того, часть работников, несмотря на предупреждения, вступили в конфликты с местными краснокожими. И если в Калифорнии это сходит с рук, то здесь белых лишь пара сотен, а индейцев тысячи. И руководителям «Клондайкцветмет» уже приходится ценными вещами отдариваться, чтобы угомонить вождей племени хэн. И как долго это будет продолжаться?

Третья проблема в том, что не только из Релайенса, но и из Игла уже посетили Клондайк-Сити представители Аляскинской Коммерческой Компании. Причём по вопросу добычи презренного металла и даже помощь предлагают, если что. Но это сейчас они по-доброму, ибо их самих мало, а что будет, когда начнётся повальное паломничество с Большой Земли? А если бритоколумбийцы через свой север ломанутся к истокам Юкона? Там, кстати, хватает тех, кто совсем недавно в своей мини-лихорадке участвовал. Несколько десятков застрявших после неё найдётся. И столько же лесорубов (строителей, бэбиситтеров, автомехаников, программистов — нужное подчеркнуть) к ним добавится.

Жаль, что мы всего этого пока не знали, а то могли бы внести коррекцию в подготовку к следующему сезону освоения верховьев великой северной реки. Впрочем у нас с Ричардсоном своя программа имеется. Пришла телеграмма, сообщившая о том, что буры дают добро на сдачу в аренду земель на заветном плато. Вермонт занялся подготовкой документов (с последующей регистрацией) компании для нас.

Ещё одно сообщение по-своему порадовало. Японцы в принципе не против рассмотреть вопрос о продаже Шумшу, но будут долго изучать нюансы и выставлять условия. Дело в том, что остров должен оставаться независимым, чтобы обратно России не достался в итоге. И ещё прикольный выпендрёж по поводу цены, мол, почему бы мистеру Изборски не купить сразу трио островов, коли он такой богатый? И заплатить за них $150 тысяч, слабо?

Япошки наглеют, конечно, но их можно понять. На шармачка срубить бабло, а потом устроить маленькое завоевание и вернуть всё обратно под свою эгиду. Кто такой Изборски, никто и не заступится за частника, небось. А своих сил самообороны у него нет и быть не может, как и флота хоть какого-нибудь. Впрочем я тоже не спешу, ибо не совсем понимаю чего хочу. Отдать двадцать штук баксов, чтобы назвать Шумшу графством или княжеством, а там хоть трава не гори — это одно. И совсем другое — гору бабосов за то же самое, но покрупнее и с непонятным исходом. Так что отсрочка мне на руку, вдруг русские согласятся что-нибудь продать для тех же целей.

Как вариант я всё-таки рассматриваю переезд в Санкт-Петербург на ПМЖ. Здесь, во Фриско, всё развивается само собой, по крайней мере так выглядит. Пусть будет добротное производство и коммерция, коли страна для этого подходящая. Подальше от царя-батюшки и его подельников. Можно, конечно, и в Европу перебраться, но что там делать? Кому помогать (или мешать) прямо на месте?

Эдакий затык в планах на собственное будущее возник. Внедрение прошло нормуль, первичное устаканивание тоже состоялось без кризисов и конфликтов интересов. А что дальше делать пока непонятно, потому что зависит от ряда не зависящих от меня факторов…

Конец второй книги

Content

MARHUZ
Развоплощённый 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20