Мятежный князь. Том 2

Глава 1

Лабиринт, что стоял в самом центре долины, разнесло на куски. Вернее, всю его северную часть. Взрыв оказался такой силы, что земля содрогнулась даже под нашими ногами, что уж было говорить о тех, кто оказался намного ближе к эпицентру.

Вслед за поднявшимся в непроглядном небе черным грибовидным облаком последовала страшная дрожь. Стены, ограждавшие лабиринт от внешнего мира, стали рушиться, каменной лавиной опадая на землю.

Ублюдок не соврал по части своих намерений, а это значит, что угроза гибели вновь нависла над всеми студентами «Куба», и оставшимися на базе магами-разведчиками. Даже не факт, что и сама крепость в безопасности. Не в ее нынешнем состоянии уж точно.

В Лабиринте могли остаться десятки монстров промежуточного ранга, может даже сотни, я не мог сказать сколько у «Куба» было припасено подобной живности в их казематах. И тем более неизвестно, сколько существ притащили сами маги противника.

О существах базового ранга я и вовсе не заикался. И не стоило забывать о самой большой проблеме...

Монстр продвинутого ранга. И тот, кто стал виновником моей смерти в прошлом мире. Был ли это тот же самый монстр или просто так всё совпало, что первый продвинутый ранг, что мне повстречался, оказался того же вида, что и мой убийца.

Но до сих пор эти темно-синие глаза бросают меня в необузданную дрожь и ступор.

Нет, я просто не могу позволить умереть всем тем, кто мне стал хоть сколько-нибудь близок за столь короткое время.

Просто не могу!

И вся эта ситуация произошла по вине одного безымянного психопата. С яростью в глубине глаз я посмотрел на обезглавленный труп «Совы». И, что поразило меня, он начал таять на глазах, подобно огромному куску льда под палящим солнцем.

Я ошалело рассматривал маску совы и комплект одежды, которые сейчас являлись единственными напоминаниями о том, что здесь нашел свою смерть сражавшийся с нами маг.

— Так, техника подмены. Вот скользкий уродец, — устало пнул робу Курт, после чего перевел всё внимание на подходившее к концу сражение с террористами.

Если раньше стражники еще пытались по возможности захватить несколько языков, то после взрыва лабиринта о таком никто более не задумывался. С фанатиками нельзя договориться, как и выбить из них хоть какую-то ценную информацию.

— Значит... Он не сдох? — озадаченно спросил я, схватившись за раненый бок.

Подобных фокусов в прошлой жизни я не встречал. Стоит человеку уничтожить сердце, как ток маны просто будет заблокирован, а значит, здесь было что-то неладное.

Пока я думал, то можно было и своему восстановлению уделить немного времени, иначе я так и не доберусь до донжона вовремя.

— Скажешь тоже. Очередная уловка магов из Сегуната. Не существуй у тех подобных техник целые библиотеки, то их страну бы уже давно завоевали, — сплюнул на землю Курт, хмуро осматривая округу, — Видимо, после моего удара он оставил своего клона, а сам всё это время наблюдал издали. Теперь уже и не поймаешь.

Выходит, он жив... Это хорошо, потому что теперь у меня появилась возможность самолично открутить голову этой «Сове». Проверим, крутится ли она у него также на сто восемьдесят градусов, а лучше, попробовать на все триста шестьдесят.

— Что теперь делать? — поинтересовался я у него. Стражник какое-то время молчал, наблюдая, как его товарищи добивают остатки магов противника.

А после выдал:

— Возвращаемся к донжону. Кроме координат выхода из портальной арки мы ничего сейчас не сможем добыть. Следовать за ушедшими силами противника слишком рискованно, особенно в нашей ситуации. Далеко не факт, что они не устроили на точке выхода ловушки, как и не имеют на той стороне укрепрайон. К тому же, с горящими тылам переться в атаку — затея явно не из лучших, — мне было горько слышать правду. Нет, я не мог не согласиться и даже расписался бы под каждым словом мужчины, но на душе стало так погано, что я не знал, что делать.

Сжав ладонью едва державшийся на мне комбинезон, я только и мог, что продвигать горящим взглядом треснувшую маску совы и обещать, что непременно нанесу ответный визит. С крайне неблагоприятным концом для моего врага.

Пора было возвращаться к нашим силам в донжоне, чтобы укрепить единственный рубеж обороны...

* * *

Добрались мы, к моей радости, раньше монстров. Однако и то, что мы видели по пути до базы, не давало поводов расслабляться. Белоряженные устроили себе точку переброски на востоке от лабиринта, как раз по противоположную сторону от крепости. Оттуда они совершали переброску своих солдат как под лабиринт, так и на юго-восточную сторону от лабиринта, где и были недавно расположены тяжелые осадные боты.

Что стало для меня откровением. Кто бы мог подумать, что эти парни приведут такую технику с собой, на, казалось бы, плевое задание — порубить студентов, да нанести урон репутации «Куба». А нет, чуется мне, что не всё так просто в этой атаке было. Курт, как раз пока мы двигались, рассказал цепочку событий со своей стороны. И выходило, что во всем происходящем не было ключевой детали, что позволила бы соединить все известные моменты воедино.

Если террористы хотели как можно больше порубить студентиков, то почему отпустили тех, из лабиринта, и тем более позволили закрепиться в донжоне. Приближавшаяся орда не обладала такой мощью, чтобы ее не сумели смять опытные маги, которые, к тому же, находятся на пике своей силы или около того. Нет же, противник словно совершенно забыл о нас, сосредоточившись на зачистке крепости. Снова вопрос — а зачем? Они не знали, что скоро прибудет подкрепление из академии во главе с Громовой? Не могли не знать.

Тогда нахрена было тратить столько ресурсов на все эти бои в коридорах самой крепости? Если целью бы стояла блокировка стражников под крепостью, то хватило бы и просто небольших сил на поверхности. Но тогда, остается, их мишенью являлась директриса? Слаженный выстрел из двух осадных ботов был страшен даже для магов 7-ой звезды. Хоть и не смертелен, только если...

Если бы ему не пришлось прикрывать своих союзников. А вот это уже могло быть ближе к правде. Пожертвовать парой сотен боевиков, чтобы те связали ее подчиненных боем и, тем самым, не позволив им обеспечить себе защиту. И тут выходит, что Громовой пришлось взять весь урон на себя, чтобы не дать своим людям погибнуть в охапку с террористами, чьи жизни уже были брошены на жертвенный алтарь. Что директриса и сделала, получив довольно серьезную травму, хоть и не грозящую ее жизни.

Если всё так, то я был просто поражен расточительности и вместе с тем коварности неизвестного организатора этого нападения. И всё это, чтобы убить или ранить Громову? Интересно узнать, для чего... Но эти мысли можно было пока отложить на потом, а сейчас следовало тщательно наблюдать за происходящим вокруг. Так, пока мы двигались по дуге с севера от лабиринта, то имели удачу понаблюдать за тем, что стало с огромными стенами древних архитекторов из Плеяды.

Теперь от всей северной стороны ограждающей стены не осталось и камня. Просторные руины, покрошенные каменные блоки и непроглядные столбы дыма и каменной крошки.

И через проем двигались силуэты монстров, сотни и тысячи базовых монстров, казавшихся черными точками издали, а также десятки тварей покрупнее, явно уже принадлежавших к собратьям помощнее. Но где же самый-самый — продвинутого ранга? Как и вечно следовавшей за ним дымки пока обнаружено не было, что давало небольшую надежду на то, что мы, всё же, успеем эвакуироваться с этого чертового подземелья.

* * *

Стоило мне покинуть лазарет, где меня немного подлатали, отчего я уже не выглядел как качественно отбитый шматок мяса, и получить новый комбинезон взамен того, что осталось от моего старого, как меня окликнул знакомый голосок.

— Марк! — первой, кто меня встретил, оказалась Ксюша, чему я был несказанно рад. Было ли это влияние прежнего владельца тела или просто сам я понял, как привязался к этой непоседе. И хотя прошло совсем немного времени от моего появления в этом мире, но пережитые опасности сплочают и похлеще.

Я заграбастал девушку в крепкие объятия, не намереваясь отпускать ни на миг.

Девушка что-то невнятно пискнула, не ожидая от меня подобного. Через несколько мгновений я отстранился от Ксюши и вгляделся в ее едва пылающие в полутьме глаза.

Она также не отводила от меня взгляда, не в силах сказать и слова.

А ведь я уже успел ее похоронить несколько раз, как и остальных. Что во время осады, что сейчас при новом прорыве монстров.

Я не хотел себе признаваться, что... я боялся. Боялся вновь испытать чувство потери близкого мне человека. Даже не хотел думать, как я поступлю, стоит мне увидеть очередной труп неравнодушного мне человека.

Эта липкая, будто смола, мысль, терзала меня, не желая покидать закоулков души, как бы я не думал о подобном.

Мне было больно даже представлять такое. Как я отреагирую, как я поступлю, когда пойму, что вновь потерял дорогое мне существо.

Но что еще больше меня пугало, так это то... что я мог бы и не среагировать вовсе.

Необходимая жертва, неизбежные потери, приемлемая погрешность. Я не хотел стать собой из прошлого мира вновь. Просто не желал опять погружаться в эту бездну сухих чисел и абсолютного безразличия. Нет, сейчас я не потерял свою семью, друзей и товарищей.

Я защищу их, чего бы мне это ни стоило...

Сердце в груди сдавили стальные тиски, я хотел что-то сказать, хоть как-то передать ту ноющую боль, что все корила меня глубоко внутри, но наружу ничего не выходило.

— Марк? — ладошка Райзе опустилась мне на щеку, но я так и не мог оторвать от нее глаз. Я словно впервые увидел ее в ином свете.

— Рад, что ты в порядке, — всё же, совладав с неожиданным порывом меланхолии или самокопания, я убрал ее ладонь со своего лица, не преминув погладить большим пальцем полную мелких порезов ладонь девушки.

Ксения также заметила, что происходит, отойдя от своего импульсивного порыва, покрылась пунцовой краской, и рывком выхватила свою руку.

— Да что такого могло со мной произойти? Это не я, сломя голову, сунулась не пойми куда в самую гущу орды, а после этого, выясняется, что еще и была похищена теми вооружёнными придурками в масках! Я всего-то сидела здесь на своей пятой точке и, вздыхая, скучала у каменной стены! — повысила она голос.

— Прости, — не стесняясь, произнес я. Смог бы я сам находиться всё это время в таком же состоянии, что и она, не понимая, что происходит с ней и в каком она положении?

Как показала практика, не особо.

— Д-да ничего такого, — запнувшись, она больше даже не пыталась смотреть в мою сторону, что вызвало у меня легкую улыбку. Уж в следующий раз ты от меня так легко не уйдешь, дорогуша.

Справа от нее молчком замерла Рика, не шевелясь и просто наблюдая за нами. Эх, и это горе луковое всё не знает, как быть.

— Спасибо, что жива, — искренне произнёс я, погладив кошко-девушку по ее непослушным волосам. Если судить по опущенным ушкам, то девушке этот жест явно доставлял удовольствие.

Так я пытался хоть как-то загладить ту толику вины, что меня сжирала. Как-никак, именно я попросил ее возглавить отвлекающий маневр, пока сражался с рыцарем-смерти. И хоть я и понимал, что иначе было никак, потому как в противном случае я не сумел бы даже подобраться к командиру орды, но лицемерие — наше всё.

— А ты времени зря не терял, парень, — хохотнул за моей спиной Курт, на что я закатил глаза. Ну, вот даже нельзя насладиться редким мигом тишины.

— Вижу у тебя дела, Марк. М-мы вернёмся к раненным! — скороговоркой высказала Ксения, взяв подмышку кошко-девушку и дала задний ход.

Стоило двум девушкам с легким румянцем на щеках исчезнуть с моего поля зрения, как я издал вздох.

Хотя, стоп? Двум? А нет, это просто Рика пыталась сопротивляться ядерному ледоколу имени «Райзе» и напротив не желала никуда уходить, но безуспешно.

Вот только златоглазка могла дать любому форы в плане напористости, что и подтвердилось после короткого замешательства, когда Рика просто сдалась и позволила себя утащить.

Уверен, она даже не понимает, почему её вообще сейчас куда-либо утаскивали, когда она даже не перебросилась со мной и парой слов.

Хотя, в ее случае, этих слов могло и не потребоваться.

— Чего тебе? — откинул я голову назад, смотря на появившегося за спиной стражника.

— Директриса хотела тебя видеть, — хмыкнул он, а я вновь вздохнул что есть сил.

* * *

Дверь кабинета скрипнула, а внутрь вошёл одетый в костюм худощавый мужчина.

— Господин.

Хозяин комнаты встретил вошедшего и тут же пригласил присесть.

— Присаживайся. Есть новости? — спросил он с налетом любопытства.

— О, еще какие. В том числе мне только что переслали последние данные по операции в «Кубе», — довольно ощерился гость и, заметив миску с фруктами, все же решил в этот раз не дергать льва за усы.

Не до этого сейчас, ой не до этого.

— Слушаю.

— Оборудование показало себя лучше наших самых смелых ожиданий. Никаких промашек обнаружено не было, хоть и потребуется еще некоторое время, чтобы исправить обнаруженные техниками недочеты, но, можно уже заявлять, что тест прошел успешно, — произнес мужчина, на что хозяин довольно кивнул.

— Что касательно второго проекта?

— Нужно больше информации. Образец, к сожалению, был уничтожен в ходе операции, так что мы не можем заявлять об успешности или провале всего проекта. Но уже тот факт, что образец появился возле лабиринта, уже говорит о том, что потенциал есть и очень немалый, — сверившись с принесенным, сообщил докладчик.

— Это хорошо. Полагаю, теперь сделаем экспериментальную партию и посмотрим, как она покажет себя на следующем этапе.

Гость вскинул бровь.

— Теперь целью станет...

— Санкт-Петербург. Город-крепость, созданный для отражения северной орды в петровские времена. Не находишь это символичным? — погладил свою бороду хозяин кабинета.

Символичным? Это повторение бойни трехсотлетней давности-то? А что... звучит, как план!

— Понял вас. Я передам указания своим людям...

— И да. Проволочек с «Кубом» ведь не возникло? — прервал его бородач.

— Касательно них... Один мой подчинённый несколько перестарался, из-за чего сейчас из недр лабиринта пошла новая волна монстров. Это может серьезно проредить ряды защитников академии, а также только что поступивших студентов, — замялся мужчина.

— Этого не следовало допускать с самого начала. Это может пагубно отразиться на нашем плане. Императорский Клан не дремлет и одно дело, когда происходит атака террористов, и у нас на руках появятся множество раненных детей дворян. И совсем другое, если они все полягут с персоналом в подземелье. Не стоит забывать и о тех, с кем мы работаем, — хмуро заявил бородач.

На что мужчина тут же заверил того:

— Я вас понял. На этот случай я уже связался с нужным лицом, чтобы не допустить наихудшего для нас исхода. Уверяю вас, «Куб» даже не успеет понять, как окажется в наших руках...

Глава 2

— Вызывали, Виктория Константиновна? — тихо постучал я в дверь кабинета, где еще недавно заседал сам с другими студентами.

— Еще один на голову, — фыркнула девушка, явно пребывая не в лучшем настроении. Но и ее можно, в принципе, понять. Не каждый день в тебя шмаляют из орудия, рассчитанного на уничтожение особо укрепленных опорных пунктов.

Одета она была во все тот же виденный мною комбинезон, как у многих других магов. Правда верхняя его половина была стянута вниз, открывая вид на плоский и подтянутый животик директрисы.

На плечи был накинут свободный пиджак, в котором она появлялась на вступительной речи. Грудь же и ключица туго были замотаны бинтами, сквозь которые можно было заметить кровавые пятна.

Заметил также и Рубцову, что с наскоро собранными, если судить по нескольким выбившимся локонам, волосами в тугой конский хвост укладывала какие-то склянки в толстенную аптечку.

— Что-то не так, Виктория Константиновна? — всё же спросил я для проформы, хоть и не надеялся на какой-то ответ. Кристина стрельнула глазками с тонкой усмешкой в сторону директрисы, на что та неопределённо нахмурила бровь, покрутила головой, скрестив руки на груди, после чего обреченно вздохнула.

— Нет, ничего, прошу прощения за мои слова... Я хотела с тобой побеседовать лично по нескольким вопросам, потому как, полагаю, у тебя из всех первогодок имеется больше всего интересующей меня информации, — произнесла женщина, приглашая меня жестом присесть напротив нее.

Восседала директриса во главе всё того же масштабного стола, только теперь я располагался не напротив нее, а по правую руку.

Слева от Виктории присела Рубцова, продолжая копаться в нескончаемой куче медикаментов.

— Я весь во внимании, — произнёс я, стоило директрисе обозначить тему встречи. Этакий допрос по итогу, да?

— Даже сейчас, после нападения неизвестных мы можем только догадываться о причинах, что сподвигли их на столь открытое нападение на «Куб», — начала объяснять, зачем меня вызвали сюда, Громова, — По этой же причине мы просим студентов описать все, что с ними произошло во время нахождения в лабиринте. С самого начала. Надеюсь на твое содействие.

Мне оставалось только прикрыть веки и обдумать то, как следовало поступить. Рассказать всё, как есть? Слишком велик риск возникновения ненужных вопросов.

Откуда такие боевые навыки, знания, умение ориентироваться в кризисных ситуациях. Я всё равно оставался подростком и, быть может, одну-две странности мне могли простить, но не когда их хватит на собственный промышленный склад для скелетов.

В «Кубе» сидели не дураки, хоть и недавнее нападение застало врасплох вообще всех.

Соврать и начать юлить? Могут раскрыть обман и тем самым привлеку еще больше ненужного внимания. Так и до возможного обвинения в шпионаже всё может дойти. Вариант подобного, конечно, крайне мал и больше смахивает на очередное следствие паранойи, но, а если я ошибаюсь в своих доводах?

Нет, ложь сильно очернит мой образ и может выйти боком в недалеком будущем, что заметно нанесет моей и так неважной репутации серьёзный ущерб.

Хоть и презренный аристократ, но хотя бы придерживайся свода невысказанных правил дворянства... Честь, достоинство, все дела и прочий сюр. Повезло, что в «гапсе» мельком пробежался по статье касательно поведения в Имперском обществе.

Остается третий вариант. Умолчать в деталях. Не солгать, но обойти острые моменты, избежав наводящих вопросов по максимуму.

Что же, тогда начнём...

— Конечно. Тогда мне начать с момента попадания в лабиринт? — спросил я.

Директриса приободряюще кивнула, позволяя мне продолжить. Впрочем, как будет вам угодно.

— Первые несколько часов не происходило ничего необычного. Всё, как и сообщила Кристина Сергеевна нашей группе, — мотнул головой в сторону блондинки. Она молча поправила оправу очков, — затем обнаружил ключ-карту, и в ходе побега от большой группы базовых монстров столкнулся с железным быком...

Далее я вкратце рассказал о тех событиях, что мне пришлось пережить. Конечно, я не избежал вопросов как со стороны Громовой, так и, к моему удивлению, от лица Рубцовой. Они задавали одни и те же вопросы под разными углами, явно ища в моих словах подсказку или хоть какой-то изъян. Количество встреченных монстров, их подвид, мои поступки и действия тех, с кем я находился в лабиринте. К чему пришли по итогу нашего «совета» в донжоне перед осадой орды, как победил рыцаря смерти и как выжил в яме для ритуала призыва.

Даже пришлось передать серый кристалл, что остался от рыцаря смерти и сказать, что, мол, именно он меня восстановил. Что, кстати, являлось правдой.

А после мне задали вопрос, который, как я после понял, и стал причиной моего вызова:

— Как мне известно, — начала Виктория Константиновна, — ты, Марк, с рождения не мог владеть магией. Это подтвердили многочисленные медицинские осмотры, пока ты был абитуриентом, как и твой род высылал нам на анализ результаты некоторых исследований, проведенных в твоём детстве. Твоё тело не позволяет проходить току маны. А теперь выясняется, что ты способен устраивать взрывы, как продвинутый пиромант, контролировать тела, что доступно только некромантам, да еще и владеешь стихией земли. Может, ты просветишь нас — как такое возможно, прости за резкость, недавнему инвалиду?

И что я мог сказать ей? На самом деле ваш Марк сдох и теперь его место захватил дух из иного мира, что так похож на ваш и магия там действует несколько иначе? И что я оказался настолько безумен, чтобы плюнуть на всевозможные запреты и постулаты и напрямую направил ману в тело, надеясь на хоть какой-то благоприятный результат?

Мне просто повезло. Слепая удача и какой-никакой опыт прошлой жизни. Не будь у меня моих знаний, то с вероятностью в 99,9% пущенная внутрь организма мана привела бы к скоротечной и крайне мучительной смерти. Лишь концентрация и умение обращаться с такой тонкой материей, как мана, дало мне возможность совершить хоть что-то!

Этому нельзя научить, только самому понять и натренировать после многолетней практики. Потому мой сценарий по всем законам логики и физики был просто нереален сам по себе. Не может быть так, чтобы недавний пятиклассник научился за сутки решать тригонометрические уравнения на базе университета.

Только если он не... гений? Так, а если... Да не, бред. Хотя, может и проканать. Но за неимением иных вариантов остаётся только это.

— Ну что тут можно сказать? Я и мой отец намеревались скрыть эту тайну до более подходящего случая, но, раз уж вам и так всё известно, то... Мне ничего не остаётся, как признаться, — с довольным видом наглеца я откинулся на стуле, закинув на его спинку правую руку.

Сейчас пришлось несколько приврать, но мне просто не оставили выхода. Ответил бы «не знаю», то тут бы поймали на горячем и стали бы выбивать информацию с двойным усердием.

А с моим ответом еще нельзя было сказать точно, где я увильнул от ответа. Начиная от привлечения моего отца, который, я смею надеяться, не станет меня топить, если за деталями уже обратятся к нему. А даже если и спросят, то не факт, что поверят.

Так и представил себе диалог директрисы и моего здешнего родителя.

— Ваш сын — не инвалид.

— Да что вы говорите? Быть такого не может!

— Он применяет магию.

— Никогда такого не было и вот опять...

— Он уничтожил несколько монстров промежуточного ранга!

— Они от смеха над ним умерли, так полагаю?

И так далее в таком же духе...

Что бы не сказал мой отец, его слова вряд ли сможет проверить персонал «Куба». Да и мне оставалось надеяться, что если этот звонок и произойдёт, то патриарху рода Ливен хватит мозгов и смекалки, чтобы ограничиться максимально расплывчатыми ответами. Правда, это уже гарантировало мне вынос мозга от папаши, но пока эту проблему можно было переложить на плечи меня будущего.

Прости, будущий я. Я знаю, что ты меня наверняка проклянешь и не один раз, но имеем, что имеем.

— Что вы имеете в виду под признанием? — меж тем с любопытством спросила директриса, прищурив глазки.

— Я — гений, — хмыкнул я столь пафосно, что самому себе захотелось врезать по лицу.

— И при этом ты не можешь пользоваться магией, — заметила хмурая Кристина, которой мои выкрутасы явно были не по душе. Не хотелось в ней будить фурию, конечно, но, что поделать? Тяжелые решения требуют некоторых жертв.

— Я владею особой магией. С самого детства я экспериментировал и тренировался под тщательным надзором. Что и вылилось теперь в то, что я способен применять внутреннюю магию, — напыщенно заявил я. И стоило видеть, как распахнулись глаза двух терзающих мой мозг молодых дам.

— Внутренняя магия? Она же почти что полностью утеряна. Ты восстановил её путем экспериментов над собственным телом? — пораженно спросила Кристина, Громова же продолжила пожирать меня глазами.

Так и видел, как в ее мозгу моя ценность, как и характеристика стирается едва ли не напрочь, пока вносятся новые данные. Опасная женщина. Расчетливая и очень прагматичная. И ее тонкая улыбка на губах мне не принесла ничего, кроме испарины на спине.

— Извините, больше сказать по этому поводу не могу. Секрет рода Ливен, — в притворной жалости пожал я плечами. Как же хорошо, что в своде правил дворянина имелось и такое понятие, как «семейные тайны», к которым причислялось почти все, что касалось методик обучения, внутренней кухни и многим прочим мелочам из кланов и родов.

Так что я фактически имел законное основание хранить рот на замке и не отвечать на слишком щекотливые вопросы. И подобный мой выбор не должен был навлечь на меня подозрения. Ведь никто в здравом уме не станет раскрывать тайны своих семей сверх необходимого.

Не в том я положении и не в той роли на данный момент. Поняла это и директриса, не став терзать меня более вопросами:

— Пожалуй, на этом закончим. Спасибо, Марк, ты нам сильно помог своим вкладом. Будь уверен, «Куб» этого не забудет. Академия всегда платит свои долги, — Виктория положила голову с пышным скопом огненно-рыжих волос на соединенные ладошки.

— Рад быть вам полезен. Полагаю, я свободен? Я хотел еще узнать о состоянии моих друзей, если это возможно, — склонил голову.

— Конечно-конечно. Мы тебя более не задерживаем, — помахала ладошкой Громова. После чего я направился на выход. И только у самой двери она добавила, — Надеюсь, что ты и впредь будешь показывать столь впечатляющие результаты.

— Всенепременно, Виктория Константиновна, — ее кислое лицо, словно она съела целый лимон с кожурой за раз стало последним, что я увидел перед тем, как покинуть кабинет.

* * *

Стоило двери за молодым человеком закрыться, как кабинет погрузился в обволакивающую тишину.

Первой нарушила ее Кристина, сняв с переносицы очки и потерев уставшие веки.

— Не нравится мне он.

Рыжая окончательно развалилась на своем месте, сумев закинуть обе свои ножки в местами порванных чулках на край стола.

— Ты это говоришь не в первый раз, — усмехнулась она, задумчиво прожигая дырку в деревянном потолке.

— И буду повторять сколько потребуется, чтобы ты вняла моим словам, — покачала головой Кристина, смотря на столь претенциозное поведение подруги.

— Твоя личная неприязнь должна оставаться за рамками профессиональной деятельности, — строго напомнила той Виктория.

— Тут не в этом дело, — смутилась женщина, чем привлекла вопрошающий взгляд от рыжеволосой, — Как бы я не относилась к роду Ливен... Сам рассказ парня вызывает вопросы.

— О, и что же?

— Неточности. Весь свой рассказ он явно спланировал. Речь была поставлена, факты шли в закономерном порядке, детали не взаимоисключали друг друга. Всё четко, кратко и содержательно. Подобная манера больше подходит...

— Магу-стражнику? — позволила себе оскал Громова.

— Именно. Никаких приукрас, а если судить по информации от тех, кто был с Ливен в лабиринте, и кто с ним хоть как-то пересекался, то он даже слегка занижает свои достижения. Самолично спас группу в лабиринте, прикрыл ее отход, самолично вызвался на бой с командиром орды, даже в схватке с террористами не побоялся вступить в бой, будучи в окружении, — продолжила блондинка.

— Что было крайне глупо, сумасбродно и импульсивно, это едва не стоило ему жизни, — дополнила ее директриса.

— Именно так. И, следуя озвученным фактам, не сходится его недавняя вспышка. «Вы все никто, а я — Д’Артаньян»? Серьёзно? Он намеренно ушел от ответа о причине своей силы, — заключила наконец Кристина, вернув очки на законное место.

Виктория ограничилась парой тихих хлопков.

— Браво, мой прелестный Ватсон. А теперь скажи мне то, чего не знаю я сама, — хихикнула женщина, на что последовал усталый вздох от Кристины.

— Что позволило ему обрести способность колдовать? Не как все, да и еще из раздела утерянной магии? Да, не исключаю, что его версия правдива, но что, если...

— Он — шпион? — закончила за нее директриса. Полуулыбка пропала с ее губ, черты лица заострились, глаза сверкнули потусторонним огнем.

— Нельзя исключать подобного исхода, — кивнула Кристина.

— Думать в данном ключе опасно, Кристи. Исключать подобной вероятности нельзя. Потому как у каждого дворянина интересы рода и своего клана чаще всего стоят на первом месте. Но это опасная дорожка. Оступишься и всё пропало. Предатель среди «Куба» есть. Это и так очевидно. Посылать студента, на котором и так сосредоточено всё внимание академии, как персонала, так и студентов, не есть здравая идея, — блондинка попробовала вставить слово, но была вновь прервана поднятой ладонью, — Вариант «скрыть на видном месте» также может иметь место быть. Но я не уверена по данному поводу. Парень множество раз мог предать своих товарищей и «Куб», но он этого не совершил. Из этого я делаю вывод: либо он непричастен ко всему происходящему, либо его роль должна сыграть сильно позже. И в обоих случаях он не станет для нас проблемой в ближайшее время. Меня больше беспокоит принесённый парнем кристалл.

— А что с ним не так? — тяжело вздохнув, Кристина приняла доводы своей собеседницы и решила не заострять внимание на данном вопросе.

Она и так планировала наблюдать за мальчишкой во избежание каких-либо инцидентов, как в день поступления с Воронцовым, а продолжать настаивать на своей точке зрения без доказательств — себе дороже. Да и глупо, что ни говори.

— Сама посмотри, — директриса передала подруге кристалл, и та, приняв оный, стала внимательно тот изучать. В глаза бросились руны на узкой грани ядра монстра.

— Германские руны?

— Они самые. Прямо из Герцогств, — кивнула Виктория.

— Но как? В Европе сейчас же война между Герцогствами и их цепочки на экспорт серьезно нарушены по причине боевых действий. Товары немецких артефакторов сейчас днем с огнем не сыщешь, — задумчиво покрутила кристалл в руке Кристина.

— О том и речь. Наш противник, похоже, имеет точку выхода на тамошних мастеров или сам связан с одним из Герцогств. Всё это принимает крайне скверный оборот, — хмуро постучала пальцами по кромке стола рыжеволосая.

— Как бы это не оказалось провокацией...

— Уж лучше так, чем полноценной работой Герцогств. Ведь в таком случае нас ждет война. А учитывая, какой в Европе сейчас хаос, еще неизвестно, как всё обернётся, — заключила Громова.

— Час от часу не легче, — вздохнула Кристина.

В тот же миг в дверь негромко, но настойчиво постучались.

— Входите.

Вторженцем оказался Курт. Его собранный и мрачный вид уже говорил все сам за себя.

— Монстры у стен базы, госпожа...

Глава 3

Первая волна монстров состояла сплошняком из самых слабых мобов и была совсем неорганизованной, а потому уничтожить ее не нашими силами не составило никакого труда.

Просто перестреляли заклинаниями и огнем из огнестрела, что нам вручили маги-стражники.

Делов-то. Самое веселье еще было впереди, а потому нам дали время на проверку снаряжения и небольшой отдых до момента, как мы понадобимся на стенах.

— Значит, нам ничего не остается, как пережить еще одну осаду? — заключил я из слов Менделеева.

— Именно так. Дела наши обстоят так себе, — вздохнул парень, на голове которого появилась стильная повязка из бинтов. В ходе недавней атаки вурдалаков ему оставили неглубокий шрам на правой стороне лица, а также задели левый глаз. Повезло, что глазное яблоко не было задето, лишь небольшой шрам останется, но как сам факт.

— Стражники перевезли из крепости всё, что смогли из сохранившегося оборудования и вооружения, в том числе генератор защитного купола. Но он дышит на ладан после атаки террористов, так что долго не протянет, лишь как крайнее средство для передышки, — хмуро поддакнул Воронцов, что стоял с нами в небольшом кругу из меня, химика и психа.

Между прочим, парень почти не пострадал, разве что выглядел слегка помятым.

По приказу Громовой всё оборудование было перевезено на базу магов-разведчиков. По причине невозможности обеспечить защитный периметр на руинах главного опорного пункта в подземелье на ближайшие десятки километров.

Просто взять и отступить мы также не могли. Работа портальной арки требовала приличного запаса энергии, а потому телепортация такого количества студентов и сотрудников «Куба» потребует достаточно много времени. Но это всё мелочи.

Ведь наверняка можно было врубить форсаж на энергоустановке портальной арки и тем самым значительно быстрее переправить наших людей. Вот только раненные сводили эту картину на нет...

Даже с приходом Громовой, что притащила за собой целителей из медкорпуса академии — ситуация так и не выправилась. Раненных было с несколько сотен. За время моего отсутствия прибыло еще студентов, что бродили по равнинам подземелья вне лабиринта и были ни слухом, ни духом, что происходит.

Были и те, кого спасли в последний момент маги-стражники на границе с лабиринтом.

По итогу получаем, что вся база стала огромным лагерем для раненных, которых еще предстояло поставить на ноги, а потому об эвакуации не могло идти и речи. Попробуй тут протащить через портал столько раненных, отражая атаки монстров, да еще и без каких-то нормальных укреплений.

Поэтому задержаться за стенами базы являлось единственным действенным способом, хоть мы и были вынуждены сражаться за собственные жизни.

Но понять Громову и начальство академии можно. Бросить столько детей важных для Империи дворян, политиков, а также потомков влиятельных личностей из-за границы...

Это станет скандалом такого масштаба, что голов одной лишь директрисы и всего педсовета «Куба» окажется недостаточно. Пройдутся с толком и с расстановкой вообще по всем причастным и нет.

Вот и выходило, что либо сражайся до победного и умри достойно, либо вернись с поражением и можно сразу заказывать для себя гроб из дуба.

Пока мы вели беседу ни о чем, я проверил магазин выданной мне винтовки. Штурмовая винтовка «Каракатица», или как все ее привыкли здесь называть «Карака».

Она практически ничем не отличалась внешне от ar-15 из моего прошлого мира, разве что была по ощущениям значительно легче своего аналога, что мне довелось держать в руках.

— О, смотрю тебе «Караку» выдали. Повезло, — печально покачал головой Егор Балацкий, чей недавно счастливый донельзя вид тут же скис.

Видать, полагал, что только ему выдали крутую игрушку, вот и радовался, как ребенок, которому всучили сладкий леденец.

А теперь он увидел, что леденец едва ли не в два раза дороже всучили другому ребенку. Вот же завистливая су...

— «Карака» довольно привередливая винтовка. На ней нанесены руны бельгийского производства для облегчения веса и снижения отдачи. Методика нанесения сложная и качество соответствующего уровня. Правда, чтобы показать ее полный потенциал, требуется немалый опыт обращения с огнестрелом, а потому крошку выдают по большей части только магам-стражникам. Ну и паре студентов досталось, которых посчитали в должной мере квалифицированными, — вновь показал свою осведомлённость Менделеев.

— Эй, Марк, а ты где так стрелять научился? Ты так ни разу и не ответил, — тут же повернулся ко мне Балацкий, которому явно не нравился тот факт, что ему не хватило «Караки».

Вот же заноза гадкая... Опять не в бровь, да в глаз! И что мне на это отвечать? Почему внезапно все начали так заметно интересоваться мною и моими навыками? Разве я не должен оставаться презираемым всеми князем из рода Ливен и сыном бунтовщиков.

— Отец научил, — сошел я с темы, но, вроде бы, этот ответ вполне удовлетворил Балацкого.

— Логично, — задумчиво кивнул он, а я выгнул бровь. Что тебе логично, друг любезный? Я тебе даже ничего толком не сказал!

— А я не понял, — незатейливо почесал затылок Менделеев, чем вызвал у Егора фырк, полный превосходства.

— Если бы ты больше читал истории, то слышал бы о том, что одним из лидеров восстания был Леонид Багратион по прозвищу «Смерч». Заслужил он свою репутацию из-за своей особой магии, что позволяла корректировать заклинания и обращать их в форму пуль для огнестрела. Не каждый маг высокого уровня способен на такого рода манипуляцию, а он, будучи магом 6-ти звезд и метким стрелком, был способен нанести серьезный ущерб магу 8-ми и остаться в живых, — на его речь, полную восхищения, химик пожал плечами.

— И какое это дело имеет к моему вопросу? — спросил он.

— А такое, что он был лучшим другом нынешнего патриарха рода Ливен, — раскрыл глаза синеволосому Балацкий, после чего посмотрел на меня, — Так что я теперь даже не удивлен, как твой отец смог тебя так натаскать. Ведь у него был прекрасный пример в своем окружении...

Видать, Багратион являлся для него этаким примером для подражания или же идолом. Иначе я никак не мог объяснить этого фанатического блеска в глазах. Чертов пухляш с заточкой.

Удивительно, как она пережила осаду и до сих пор мелькала в руках у Егора.

Говорить о моей семье больше никто не стал. Только Егор, по сути, мог в открытую о таком рассуждать. Больная для многих тема, считай, едва ли не табу, да и... невежливо это в моём присутствии затрагивать ее. Но кому что, а Балацкому было срать на всех с высокой колокольни.

Даже поражаюсь его беззаботности и тому пофигизму, что он излучает ко всему вокруг.

И в этот момент, когда мы дружно затихли, погрузившись в собственные мысли и продолжая проверять полученное снаряжение, к нам подошла... Черная.

В обтягивающем комбинезоне, подчёркивающим ее изящные формы, лилово-фиолетовыми волосами, а также блестящими глазами цвета стали.

Что удивительно, подошла она конкретно ко мне, ограничившись кивком головы для других.

— Марк, — поприветствовала она меня ровным тоном. И когда мы успели стать друзьями?

— Госпожа Черная, — осадил я её, назвав по имени. Как-никак требовалось добавить некоторые рамки между нами. Наше общение ограничилось «деловым подходом». И я не желал так просто впускать в свой круг кого попало, — Что вас привело сюда?

Особенно, когда понимаешь, что ещё совсем недавно я был отправлен с ее женской ладошки чуть ли не на убой.

Когда мы еще возвращались со стражниками на базу, я успел обдумать ситуацию, что вообще привела меня к тому, как я оказался на дне ямы с трупами, весь в крови.

И так уж выходило, что если оставить голые факты, то... Черная буквально толкнула меня в петлю вместо себя. Похвала от сестры, приглашение на совет, мягкое осаждение Нарышкина, чье отношение к моему роду явно не являлось секретом, как и позиция Громова.

Игра на двух контрастах и том факте, что лидеры двух группировок среди студентов не могли пойти во главе своих людей и бросить базу. А тут появляюсь я, весь из себя разрекламированный Элизой и, как вишенка на торте, с фамилией Ливен. Просто идеальный вариант для отвлекающего маневра против командира орды. Которого если и не убьют, то он возьмет на себя часть сил или хотя бы по возможности нанесёт хоть какой-то ущерб орде.

Хитро, тонко, незаметно. И даже не поймёшь, если не знать самого замысла изначально. Чертова семейка дипломатов, ну а как иначе?

— Господин Ливен, хотела принести свои глубочайшие извинения. Мои действия, хоть и диктовались логикой и нашим бедственным положением, но я всё равно подвергла вас огромному риску, согласившись с вашим предложением об отправке за стены, — склонила она голову с таким выражением лица, что Егор, сидевший возле меня, тихо всхлипнул.

Я перевел на него взгляд. Ты сейчас надо мной смеешься?

Но нет, Балацкий выражай такую искреннюю жалость к девушке, что хоть стой, хоть падай. Никак не отреагировав на это, я почесал кончик носа. И что теперь мне делать? Черная ведь не идиотка. Тоже поняла, раз я выжил, что слова ее сестры были не так уж и далеко от истины касательно моих возможностей и навыков.

Поняв же, какой актив она едва не послала на убой, она решила сделать первый шаг, чтобы разрушить между нами любые недомолвки? Вполне себе может статься и так. Как-никак, ни ей, ни мне, не нужны лишние враги и недруги. Вот только вопрос — а можно ли ей верить?

Не допущу ли я таким образом крупной ошибки, позволив ей перейти из разряда врагов явных во врагов неопределённых?

Я уже успел убедиться, что репутация моего рода слишком говорящая. И не стоит ожидать от дворян Империи к себе благодушного отношения. От большей их части так точно...

И в то же время, Черные — могут серьезно поспособствовать обелению моей фамилии. Все же, известные дипломаты. А это означало, что заполучив их поддержку или, по крайней мере, благожелательность, можно было бы достичь много большего, чем если действовать самому.

Закрыть дверь перед сыном бунтовщиков — это одно, и совсем другое — если к тебе обратится одна из семьи дипломатов, вхожих во многие круги общения и обладающих несравненной в обществе репутацией.

Да, это может очень мне пригодиться в недалёком будущем. Но и расслабляться в ее присутствии я пока не мог.

Что же, как говорится, друзей держи близко, а врагов — еще ближе...

— Ваши извинения приняты, госпожа Черная. Надеюсь, впредь наши отношения не будут омрачены подобными неувязками, — ответил я, мысленно усмехнувшись над своими словами. «Неувязками», ага, конечно.

— Спасибо. В качестве извинения я хотела бы пригласить вас, господин Ливен, на чашечку кофе в нашем родовом поместье. Наш род имеет некоторые связи с Колумбийской диктатурой, и вам наверняка придется по вкусу напиток с их государственных плантаций, — вот и закинула девушка удочку в мое озеро.

Осталось понять, на кой тебе это, дражайшая? Вербовка? Не исключаю. Убийство или пленение? Слишком топорно и уже на грани паранойи. Возможно, я слишком много думаю по этому поводу.

Скорее всего... В открытую Черные навряд ли станут действовать, так что угроз для меня там быть не должно. В теории. А на деле же, кто знает, какой они кульбит могут выкрутить и не попробует та же Полина добить меня на своей домашней арене.

Не смогла сейчас, топорно подставив себя и свой род, только за счет того, что я оказался сильнее ожиданий, так теперь ищет возможность затащить меня к себе в логово?

Эх, была не была... Ведь это приглашение может оказаться и тем самым шансом для меня выйти в свет и не оказаться тут же оплеванным со всех сторон.

— С удовольствием посещу вас, как только представится такая возможность. А пока вынужден просить вас — нам еще следует подготовиться к предстоящей битве, — подбородком указал я на ящик с патронами и некоторыми мелкими артефактами.

— Конечно, я не в обиде. Мой род отправит вам письмо с приглашением, — обезоруживающе улыбнулась девушка и покинула нашу компанию походкой от бедра.

Так что неудивительно, что ее провожали три «голодных» взгляда. Я же прикрыл глаза от греха подальше. Жалкая манипуляция, которая и вовсе казалась какой-то издевкой на фоне происходящего.

— Пацаны, кажется, я влюбился, — прошептал Балацкий, на что мне захотелось влепить ладонью себе по лицу.

И ты туда же?

Создавалось впечатление, что подростки даже не задумывались о тяжести предстоящего сражения, уже успев уверовав в то, что мы благополучно вернемся целыми и невредимыми. И только я знал, что не могло всё быть так просто... Продвинутый ранг.

Нет, думать об интригах дворян сейчас точно не время. Сначала следовало выжить. Опять.

Соскочив с ящика, я ощутил, как подкашиваются ноги, а сам я начал падать лицом вперед, но неожиданно оказался подхвачен пухляшом.

— Оп, поймал. Ты чего пугаешь, Марк? После встречи с Черной уже ноги не держат? Хе-хе... Я всё, конечно, понимаю — сам взгляд не могу отвести, но... — парень всё продолжал нести околесицу, но я уже его не слушал.

В ушах стучали глухие удары, эхом отражаясь в висках. Сердце ускоренно билось в груди, а мне самому только и оставалось, что жадно глотать воздух.

Магический откат. Только не сейчас. Только не здесь. Перенапряжение энергоканалов, раз за разом перенапряжение всего организма, а также частое опустошение резерва...

Я, конечно, знал, что расплата за такой беспредел скоро наступит, но не так же рано!

Даже магия целительства не способна избавить пациента от фантомных болей и отката, разве что его на какое-то время отложить и ослабить. Но не более того.

Страдать придется, что так, что этак. По той же причине отката, маги в моем мире неделями отлеживались после той или иной миссии, восстанавливаясь и позволяя фону маны в организме упасть до нормальных значений.

Ведь мана, как и эфир, подобна радиации. Она рушит организм. Не так сильно и резко, как эфир, но всё же. А потому никому строго не рекомендуется перенапрягать свой источник, сливать резерв в ноль за раз, а также без передышки напрягать энергоканалы.

Любое заклинание и движение маны повышает фон маны в теле человека или любого иного живого существа. В небольших дозах он неопасен, при определённой отметке позволяет преодолеть предел организма, что и выражается в повышенной выносливости, скорости работы мозга и отклика нервных окончаний. Но стоит тот превысить посредством издевательства над своим телом и энергетической системой, то будь добр —слови откат.

Вследствие чего ты либо берешь вынужденный перерыв, либо напрягаешь себя до такой степени, что сам себя разрушишь изнутри.

И теперь у меня стали проявляться симптомы этого явления, что мягко намекало на необходимость в коротком отдыхе. Вот только...

— Всем магам на стены! Повторяю — всем магам на стены! Вторая волна в пределах видимости. Замечены десятки тварей промежуточного ранга...

Глава 4

Стены вновь охватил огонь. Десятки студентов выкашивали мелких монстров очередями из огнестрельного оружия.

В ушах стоял сплошной звон от непрерывного стрекота винтовок. Над головой свистели пули, под стеной разносились жалобные крики, болезненные визги, полные ярости вопли.

Монстры, подгоняемые своими сородичами покрупнее, не имели никакого выбора, кроме как бессмысленно наседать на защитников базы.

Однако, установившийся баланс не мог поддерживаться слишком долго. И, когда подоспели к серой равнине действительно первые опасные противники, многие из магов уже были изрядно истощены.

Несколько часов непрерывных боев сказывались на магах-стражниках и студентах. Патронов к огнестрелу становилось всё меньше и меньше, а вместе с тем терялась и его эффективность с ростом ранга монстров. Так и сейчас пришлось проводить очередную ротацию магов, чтобы позволить небольшой части имеющихся у нас сил восстановить ману в резерве, и вновь подняться на стену на смену следующей партии.

— Осторожно! Бронзовый носорог! — выкрикнул кто-то справа от меня, когда на горизонте появилась колоссальная фигура чудовища. Мощные рога, непроницаемая шкура и черные глаза.

Бронзовый носорог размером под 4 метра нерасторопно приближался к стенам, уже находясь на расстоянии нескольких сотен метров. Причём сразу за ним следовали еще тройка его собратьев. Итого четыре монстра промежуточного ранга, которые почти ничем не отличаются от встреченного мною железного быка, разве что больше и поспокойнее.

Пока его не спровоцируешь, тот не пойдёт на штурм базы. Однако, носорог всё равно представлял из себя угрозу для людей, а потому последовавший приказ никого не удивил:

— Готовьте бронебойные заклинания! — рявкнул стражник позади меня. Мне же ничего не оставалось, кроме как перезарядить «Караку» и продолжить методично выцеливать гоблинов и прочую мелочь возле стен.

Всё равно подобных заклинаний у меня в арсенале на данный момент не находилось, а взрыв маны имеет крайне небольшой радиус действия.

Потому как сомневаюсь, что я смогу докинуть кинжал или копье на такую дистанцию и притом попасть в движущуюся мишень. Разве что если не попробовать выстрелить носорогу по глазам...

Погодите-ка, «Карака», взрыв маны, Багратион. Да ну нет же... Всё не может быть настолько просто.

Пока я размышлял над интересной комбинацией, кто-то из подростков не выдержал и спустил очередь в смотрящего в нашу сторону носорога.

Чем бы он ни руководствовался, но идиот тут же спровоцировал монстра и тот, разъяренно покрутив головой, издал оглушительный боевой клич.

Собратья поддержали его стройным воем и тут же понеслись вслед за пошедшим на таран наших стен предводителем.

А теперь это уже совсем не радужно! Четыре прущих на тебя рогатых танка, за которыми так и взметались в воздух клочья земли и серой травы.

— Состояние заклинаний! — скомандовал десятник на нашем участке стены.

— Шестьдесят процентов!

— П-пятьдесят два!

— Семьдесят!

— Сорок три!

— Восемьдесят два!

Стражники отозвались слаженно, студенты напротив неуверенно подали голос. Да и скорость формирования у многих была в полтора-два раза медленнее таковой у опытных магов. Что же, в этом не было ничего удивительного, но перспективы наши становились всё мрачнее.

Имевшегося количества даже на мой взгляд не должно было хватить, чтобы накрыть всех монстров. Максимум троих, оставляя последнего без должной степени урона. Понимали это и командиры, а потому тут же послышались новые указания:

— Огонь по готовности по ближайшему носорогу!

Тут же полетели первые вспышки, подобно кометам разрывая со свистом воздух и оставляя после себя ослепительные хвосты.

— Балацкий! — выкрикнул я, вынимая пустой магазин из штурмовой винтовки.

— Здеся! — придурковато вскинул он руку к своей голове. Сейчас ну точно не время придуриваться!

— Манопоглощающие патроны! — сделал я запрос, на что в следующую секунду перехватил кинутый мне магазин. Кто бы мог подумать, что набранная куча всевозможных типов патронов Балацким может сейчас пригодиться.

Название этого особого патрона говорило само за себя. Они использовались против магов по причине большой эффективности в разрушении покрова маны, как и прочих защитных техник. Стоили они, правда, как десять обыкновенных патронов, а порой и сильно больше, в зависимости от качества покрытия сплавом из мановой руды.

Мановая руда поглощала ману из любого источника, с которым контактировала, а это означало... Что и я мог напитать снаряд своей маной, так же, как и с кровью!

Небольшой нож привычно резанул ладонь, а затем я, вынув первый патрон окровавленной рукой, начал накачку маны.

Поначалу было непривычно, но, ощутив источник маны, покрытие из мановой руды тут же стало вбирать в себя энергию из моей крови, что мне и требовалось.

Бах!

За стеной уже прогремела череда взрывов, заглушившего вой носорога. Огненный столб меж тем оставил после себя неглубокий кратер, а также обожжённую тушу монстра, на шкуре которого виднелись многочисленные опаленные сквозные дыры.

Вот только еще три таких же уже оказалось на дистанции в двести метров. Стоит им прорвать ворота, и тогда снующая под стенами толпа мелочи станет не такой уж и беспомощной.

Я ощущал, как мана из резерва утекает, подобно воде сквозь пальцы. Восстановленные по большей части энергоканалы вновь заныли, в голове набатом зазвучали глухие удары.

Тут же горло словно сжала невидимая рука, перекрывая доступ к кислороду. Я попытался вздохнуть, но изо рта вышел лишь тихий хрип.

Черт, все равно нельзя сейчас останавливаться! Без результата весь испытанный мною спектр ощущений пройдет зазря.

Глупо просто поворачивать назад. С этими мыслями я ускорил подачу маны в магазин с патронами. Его поверхность с каждой секундой обретала всё более отчетливый блеск. Казалось, будто внутри снаряда начинал разжигаться маленький ядерный реактор, отчего могло показаться, что металлические стенки даже раскалились.

Вторая волна заклинаний пронеслась над головой и обрушилась на следующую жертву. Затем и третья. Окружающее базу пространство горело адским пламенем, ввысь поднимались яростные торнадо, слышался плеск и шипение воды, треск пламени, треск земли.

И во всей этой какофонии звуков и отголосков различался рёв монстров.

— Последний! Остался последний! — воскликнула невзрачная студентка.

Я поднял голову. И вправду. Сквозь дым, пыль и пепел несся боинг под номером четыре, а точнее бронзовый носорог. На его шкуре красовались подпалины, целые куски мяса были оторваны, рог был покрыт трещинами, а один из глаз уже ничего не видел. Но он продолжал нестись, что есть сил, чтобы отомстить за своих собратьев и показать своё возмездие наглым людишкам.

Ловко вставив патрон в патронник, уперев винтовку в плечо, я навел прицел на монстра, что несся по кривой в сторону ворот.

До заветной цели оставались смешные пятьдесят метров. Сверху на носорога посылали новые заклинания, но те только раззадорили существо, не нанося тому особого ущерба.

Думали, промежуточный ранг можно так легко подкоптить фаерболами? Ага, разве что в сладких грезах!

Металл оружия ощутимо нагрелся. Полагаю, после выстрела из него уже не получится пострелять.

Мысленный посыл вызвал дрожь ствола в моих руках, а затем я плавно нажал на курок. «Караку» передёрнуло, из дула расцвел цветок взрыва, а меня откинуло в парапет на противоположной стороне стены. Плечо отдало ноющей болью, руку будто отняло, а затем еще и по ушам ударило.

БУХ!

Прямо над вратами поднялся столб дыма, последовавший за краткосрочной белоснежной вспышкой. Носорог достиг своей цели.

Туша монстра под воздействием остаточного импульса врезалась в ворота, но там она и осталась. Монстр затих, привалившись к входу и более не двигался.

Последний бронзовый носорог погиб...

— Сукин ты сын! Только не говори, что тебя реально учили приемам Багратиона? — схватил меня тут же за плечи Егор, тряся, как тряпичную куклу. Я даже не успевал понять, что вообще происходит вокруг, пока в голове стоял настойчивый шум.

— Это же был его «пронзающий выстрел», да? Или «алая вспышка»? — пухляш вцепился в меня намертво, отчего пришлось тому хорошенько вмазать в скулу. И только тогда он отцепился.

— Эй, ты чего? — обиженно посмотрел он на меня с таким лицом, что мне захотелось всучить ему еще разочек. Уж больно наигранно тот выражал сейчас свою оскорбленную до глубины души натуру.

Или в Империи очень плохо обучают магов-разведчиков, которые, по сути, должны являться диверсантами, или парень слишком хорош и так мастерски скрывает свои настоящие мысли за подобной гипертрофированностью эмоций, что хоть стой, хоть падай.

— Во-первых, это собственная разработка, — выгнул я большой палец перед его лицом. После чего позволил себе слабую улыбку, — А во-вторых...

Затем настала очередь среднего пальца.

— Так я тебе и расскажу, да покажу.

Балацкий нацепил на лицо кривоватый оскал и нервно облизнул губы. Если я окажусь прав, то профессиональная чуйка разведчика сподвигнет того на изучение данного вопроса. А уже это можно будет использовать во благо.

Не зря же я встал на наиболее близком к нему участку стены. Если с Черной что-то пойдёт не так, то мне потребуется прикрытие. Воронцову хоть и веры больше, но он показал себя, как чистый боевик с неплохим умом. Но пока не более того.

Был еще Джеки Чан, но он сейчас на другой стороне базы, так что не вариант. Да и я про него так ничего толком узнать и не смог.

Даже студенты ничего не сказали. Студент по обмену и только. Такой же тихий и спокойный. Тёмная лошадка, как не погляди. Нарышкин и Громовы сразу отпадают. Эти двое мои враги, хоть и в перспективе.

Громов, конечно, под вопросом, потому как на его мнение больше влияет история наших родов, нежели наши личные недомолвки. Но я, почему-то, уверен, что если будет предоставлен рыжему выбор между мной и Полиной, то тот выберет последнюю без сомнений.

Нарышкин... Этого прыща ещё настигнет моя кара, но не сейчас. А потому лучшим решением стало бы временное дистанцирование от него. Хорошо, что наши мысли оказались схожи и парень не стремился ко мне подходить.

Вот и методом исключения оставались химик с пухляшом. Из которых я сделал выбор в сторону Балацкого. Мне нужен был этот кадр с его навыками. Да, псих, да, всегда может вонзить тебе заточку. А если он еще и обучался в Имперском заведении по типу интерната или еще чего, то поди и накачен пропагандой Империи по самую маковку.

Но даже с этим можно было работать, если искать точки воздействия.

Что делало мою задачу по вербовке или хотя бы по сближению чуть ближе к действительности. Ошибусь или сболтну чего лишнего, что может быть воспринято парнем, как мятеж против Империи или еще чего, и меня тут же на следующее утро найдут с заточкой в горле.

Хоть я и такого затевать не собирался, но кто знает, с каким огнем я игрался сейчас...

— Ч-что это? Всем — внимание! Новый противник на подходе! — а вот теперь в голосе прожжённого стражника появились нотки паники.

И я даже предчувствовал причину подобного. С некоторым трудом подойдя к краю стены, я, как и думал, узрел те самые тёмно-синие пронзительные глазища, что сейчас с явным интересом оглядывали собравшихся на стенах магов.

Сейчас поднялись вообще все. Сотни магов, опытные стражники и молодые подростки, все с трепетом глядели на пару глаз, скрытых в расползавшейся по равнине дымке.

Казалось, монстр двигался медленно, плавно, но это только так казалось на первый взгляд. Дымка двигалась так быстро, что походила на полноценную волну цунами, что вот-вот готовилась обрушиться на замеревший в ужасе перед ней берег.

— Чего встали, мальчики? Особое приглашение требуется? Всем начать наполнение защитного купола! — как нельзя вовремя на стене появилась наша единственная сейчас надежда. Виктория Громова в сопровождении с Рубцовой и Куртом.

Директриса сноровисто стала раздавать приказы, направляя группы магов на подзарядку последнего эшелона обороны.

Часть магов начали пальбу по двигавшейся на них дымке. Пули исчезали в дыму, не нанося никакого урона, кто-то целился в пару глаз, но все заклинания также растворялись в клубах дыма.

Словно их и не было вовсе. Словно монстру они были совсем нипочем. И так это, по сути, и являлось. Продвинутый ранг нельзя было пробить ничем слабее магии уровня 5-ой звезды.

А таковых сейчас на базе едва ли с десяток наберется, ну, плюс Громова.

Стоило монстру приблизиться к нашим стенам, как того встретил магический купол, пленкой отгородив нас от первого наплыва дымки.

Струи дыма врезались в энергетический барьер и вместо того, чтобы просто разойтись в стороны, стали обволакивать купол, намереваясь охватить тот полностью.

— Госпожа Виктория, дым поглощает энергию купола! — доложил стражник.

— Всем продолжать вливать ману! — приказала женщина, а вместе с тем прикрыв веки, стала формировать высокоуровневое заклинание. Меж ее ладоней засверкали искры, застрекотали молнии, взвизгнул ветер, точно сжатый со всех сторон.

Дым же в то же время полностью захватил купол с внешней стороны, погрузив всю базу в непроглядную черноту. Только купол сверкал голубым успокаивающим светом.

А после раздался громогласный треск...

Все без исключения подняли голову к небу. Купол... начал трескаться. Дымка обратилась мириадами копий, что начали бездумно вонзаться в кромку купола, разрушая ту и кромсая на куски.

И снова я почувствовал себя таким маленьким, таким беспомощным. Ногти впились в кожу ладоней до крови. Зубы готовы были раскрошить друг друга от напряжения, а по всему телу ощущался не желавший никуда уходить нешуточный холод.

Я снова был недостаточно силен, чтобы хоть что-то сделать, чтобы хоть как-то повлиять на ситуацию.

Промежуточный ранг казался недостаточным. Моя сила всё еще была до смешного мала на фоне настоящих угроз для этого мира.

Сейчас я никак не смогу помешать Плеяде Чудовищ начать своё вторжение, как бы мне того не хотелось. Ведь я знал... Знал, что монстр, с которым мы сейчас столкнулись, был не самым страшным из того, что этот проклятый мир мог исторгнуть на наши головы.

В ту же секунду купол рухнул крупными осколками, став падать на державшихся из последних сил магов, что вложили последние крупицы маны в купол.

Дымка двигалась следом, обратившись в сотни крупных кольев, что начали падать на головы защитников, не давая и шанса на спасение.

А после в небо выстрелил белоснежный луч, от которого дымка разлетелась во все стороны с потусторонним шипением, уходя как можно дальше.

— Не на того напал, сучёныш! — прозвучал потусторонним эхом голос Громовой. Директриса «Куба» с горящими глазами направила свои ладони на пару глаз скрытого во тьме существа.

Даже понимая, что спасения не будет, она и не думала сдаваться.

Кружившая вокруг нас дымка снова стала набирать силу. Похоже, монстр впервые ощутил некоторую тень злобы на происходящее.

Колья вновь атаковали защитников на стенах. Те, у кого осталась мана, на пределе своих возможностей пытались отбиться от смертоносной атаки монстра.

Мало у кого получилось хотя бы отклонить траекторию кольев. Пролилась кровь. Десятки жизней тут же оказались оборваны

Еще больше оказались ранены.

Только очередная вспышка серебра от Громовой позволила спастись людям.

Одна из таких струй дыма едва не оторвала мне голову, но использованный взрыв маны перед собой позволил уйти с траектории атаки и выиграть немного времени.

Егор же ограничился глубокой раной в боку, но то, как он сноровисто делал себе перевязку куском комбинезона давало понять, что парень еще продержится какое-то время.

В следующую секунду я выругался сквозь сжатые зубы, когда пролетевшее мимо черное копье отбросило меня, как манекен, в стену.

Тут же столкнувшись затылком с холодным камнем, я почувствовал, как из моих глаз стрельнули искры.

Чернота стремительно начала захватывать сознание. Я едва успевал понимать, что творится вокруг.

Казалось, второго удара нам не пережить, как с неба упал золотистый луч, подобно настоящему метеору.

Бах!

И приземлился он непосредственно перед вратами на базу, точно напротив монстра продвинутого ранга.

Лишь проморгавшись после слепящего света я смог различить человеческую фигуру во всех этих лучах цвета золота.

А после, перед тем как утратить сознание, раздался старческий голос незнакомца, что тут же ударил по сознанию молоточком, словно эхо под толщей воды.

— Негоже обижать тех, кто слабее тебя. Впрочем, чего ожидать от монстра. Надеюсь, с противником твоего уровня у тебя не возникнет проблем?

Глава 5

Сознание возвращалось в этот раз по моим субъективным ощущениям очень долго. Я несколько раз просыпался на очень короткие промежутки времени и снова впадал в забытье.

В первые разы я видел над собой непроглядное небо подземелья, озаренное золотыми вспышками такой силы, что они казались маленькими солнцами, что покрывали собой всё небо.

Исчезали они столь же быстро, как и объявлялись, но за одними следовали другие, превращая всё небо в калейдоскоп мрачной черноты и благородного золота.

Когда же вспышки исчезли, то я осознал себя на носилках, во дворе разрушенной крепости. Здесь стоял отчетливый запах смерти: запекшейся крови, начинающих гнить тел и гари.

Но я даже не сумел сориентироваться, как меня ощутимо качнуло. Портал, открытый с той стороны, словно перекрутил меня за краткий миг через мясорубку, а мое сознание вновь погрузилось во мрак.

***

— Живой? — теперь меня встречало не черное небо подземелья, как и не белый потолок, а суровое лицо медсестры в медицинской маске.

— Вроде, — прокряхтел я, ощущая ноющую боль по всему телу, будто меня использовали в качестве боксерской груши на протяжении нескольких часов. Что не так уж и далеко от правды, если вспомнить всё пережитое во время испытания в лабиринте.

На мне была какая-то белая рубашка и свободные спортивные штаны. У кровати же виднелся комплект из носков и пары ботинок.

Вот это сервис. Поставил бы пять звезд, если бы еще и завтрак в постель организовали.

— Значит, повезло. Твой организм перенёс сильнейшую нагрузку. Серьезно истощилась проводящая структура маны, источник пляшет в припадке, работая в холостую. Ты большой везунчик, раз твоё сердце выдержало нагрузки и не разорвалось во время отката. А он грозился обернуться катарсисом, если бы ты не отрубился в подземелье, — вещала женщина, отстранившись от меня и внося какие-то данные себе в «гапс».

Так, я снова в «Кубе». Солнечные лучи из окна об этом явно говорили, да и крепость я вроде как видел, хотя и последнее, что помню, так это бой неизвестного нашего спасителя с тварью.

Хотя даже здесь воспоминания словно закинули в мясорубку и знатно прокрутили.

Я неторопливо согнулся и сел на край постели. Сделать это оказалось не так-то и просто.

— Так... Сколько мне примерно еще в таком состоянии находиться? — задал я самый животрепещущий вопрос. Хоть боль и была терпимой, но каждое движение отражалось тихим матом в голове.

— Я уже провела несколько сеансов лечения, так что остальное зависит от твоего собственного организма и его естественной скорости регенерации. Но, полагаю, с неделю другую магией ты пользоваться не сможешь. Иначе любая нагрузка на источник может обернуться новым откатом, только сильно разрушительнее, — произнесла она, а я попробовал неторопливо натянуть носки на ноги. Приходилось действовать крайне медленно и аккуратно, точно я пенсионер за шестьдесят. Странное ощущение.

— Может, мне зелье дадите какое-нибудь или мазь регенерирующую используете? — вздохнул я, а женщина недоуменно на меня посмотрела.

После чего она подошла ко мне, пройдясь ладонью с зелёным свечением над головой, а следом задумчиво постучала «гапсом» себе по подбородку.

— Травмы головы нет, а дурость несусветную всё равно несешь. Или это врожденное? — выгнула женщина бровь и щелкнула меня по носу, вынуждая тихо рассмеяться. Смешок болью отозвался в груди, вынуждая меня тут же успокоиться и зашипеть сквозь сжатые зубы.

— Это вот так вы с пациентами обходитесь? — спросил я.

— Как «так»? — продолжила медсестра.

— Негуманно.

— О, еще как. После отката возможны припадки и лихорадка, а потому я пропишу тебе жаропонижающее. Заберёшь на выходе из кабинета. Вопросы? — произнесла медсестра, пробежавшись по «гапсу» пальчиками с ухоженным маникюром.

Я заметил, как на прикроватной тумбе пиликнул мой собственный «гапс». Удивительно, что он не сломался или не вывалился из внутреннего кармана комбинезона во время моих злоключений.

Лишь несколько крупных царапин на корпусе появилось. Но я не гордый, пока работает, я, в принципе, доволен.

— Если позволите... вопрос не по теме? — поинтересовался я, приподнимаясь с постели.

— Парень у меня уже есть, — хохотнула женщина, но взмахом руки предоставила своё разрешение.

— Спасибо, но такого счастья не осилю. Так, о чем я? А! В Российской Империи ведь существует специальность алхимика, не так ли? — произнесённые слова медсестры вскрыли некоторые вопросы, ответы на которые могли серьёзно отразиться на моем развитии.

— Конечно же! Правда, в нашей стране алхимики не особо в почете. Большую часть рынка магических трав и металлов захватила Поднебесная и ее Дворец десяти тысяч секретов, — вздохнула она, на что я задумчиво кивнул, — Ладно, поговорили и хватит. Дуй уже отсюда. У меня и так пациентов навалом.

— Конечно. И последнее. Сколько я провалялся? — спросил я, убирая «гапс» в карман штанов.

— Пять дней. И предупреждая твой следующий вопрос — вся дальнейшая информация занесена в «гапс». А теперь прошу меня простить, — мотнув головой, женщина удалилась в другой угол комнаты, к шкафу с лекарствами и микстурами.

Мне же не оставалось ничего иного, как поковылять на выход. Пару полупустых коридоров, одну лестницу и три двойных двери спустя я сумел выбраться на свежий воздух.

Птицы поют, солнце печет, одним словом — лепота. И всё равно до сих пор поверить не могу, что это Санкт-Петербург, славящийся вечной сыростью и серостью, а не какой-то курорт в Сочи или Анапе.

Выцепив глазами неприметную лавку в тени размашистого дерева, я уже через пару минут вовсю копался в «гапсе».

Так-так, трагедия в «Кубе», несколько сотен погибших студентов, еще больше раненных и увечных. Объявленный траур и начало официального расследования. Также начальство «Куба» объявило о прекращении занятий сроком в две недели.

В это время студентам разрешалось покинуть академию для встречи с родными и восстановления в застенках своих родовых поместий. Но и гнать никто никого не намеревался, так что желающие могли спокойно остаться в своих комнатах.

Кстати, о комнатах...

Вместе с тем, «Куб» провел обещанное разделение на команды. С интересом заглянул в длиннющий список, в котором найти свою фамилию оказалось не таким и плевым-то делом. Команды состояли из четырех человек, каждой присваивался свой номер.

— Команда 13: Рика Хайзантен, Исао Рен, Ксения Райзен, Марк Ливен. Лидер команды... Марк Ливен, — пробормотал я себя под нос, охреневая от такого выверта судьбы.

Нет, то, что меня назначили лидером своей команды — это чудесно. Даже замечательно! Но разве я не должен быть там ходячей чумой для окружающих или что-то успело поменяться?

Разве директриса и ее педсовет не понимали этого? На нас будут смотреть, как на прокаженных! И не то чтобы это меня хоть сколько-нибудь задевало или волновало, но это сразу ставит крест на многих возможностях.

Если начнётся какое-то групповое соревнование на выбывание, то со стопроцентной вероятностью выберут поначалу именно нас, из-за мишени на моей спине. И будь я рядовым членом команды, то еще ничего, вряд ли бы аристократы опустились до такого уровня мелочности, хотя и здесь я не утверждал бы с такой уверенностью.

Но ведь я теперь лидер — лицо команды и ее официальный представитель!

Блеск, просто блеск. И кто этот Исао Рен? То, что мне попались девчонки — это несомненно приятная новость, но вот наличие левого человека слегка омрачало эту новость.

Ладно. Один незнакомец — это не три. Попади я вообще в левую команду, там бы проблем возникло всяко больше. Сейчас же всего-то потребуется переговорить по душам с будущим сокомандником, а с позиции лидера это не должно стать хоть какой-то проблемой.

Отметил и то, что меня назначили в напарники Рике, а вот Ксюшу закинули этому новичку. Занятное распределение, не иначе. В сводке по командам можно было увидеть и данные по выделенной нам комнате под номером 229.

Открыв карту, я понял, что нахожусь совсем близко. Что же, полагаю, можно шагать и к себе на новые хоромы.

Занятий еще не предполагалось чуть больше недели, а значит, я мог заняться чем угодно. И, пожалуй, в список задач следовало поставить изучение местных школ магии, артефакторики и восстановление своего источника.

Будь у меня сейчас высшее зелье восстановления, то процесс восстановления энергетической системы занял бы пару часов, ну, или пару дней. Но никак не несколько недель. Не нравилось мне то искреннее недоумение, выказанное медсестрой.

Существуй в этом мире подобные средства для восстановления, то хотя бы самое базовое да использовали на раненном студенте. Или, по крайней мере, проинформировали о невозможности его применения.

Да и, если вспомнить, никто из магов-стражников не использовал тоники или иные расходники, что применялись магами из моего прошлого мира.

Студентам такое явно было не по карману, да и шли мы на испытание академии, так что отсутствие подобных средств я списал на ограничения самого «Куба».

Но теперь, анализируя происходящее, я ощущал некоторые несостыковки. Словно никто и не знал о существовании зелий, тоников, мазей и других расходников, что могли восстановить боеспособность за крайне короткий срок.

Даже спросив медсестру о наличии алхимиков, я не мог понять причину отсутствия подобных товаров. Ведь все эти необходимые предметы для магов создавали именно знатоки алхимии.

Из настоек и трав, кореньев и других ингредиентов, что впитали в себя чистую ману — создавались зелья, тоники и мази. При использовании редких металлических порошков и комбинаций с растениями, напитанных элементальной магией, насыщали особые масла, что использовались для нанесения дополнительного урона тем или иным видам монстров.

Да даже эликсиры, что дают ночное зрение, расхватывались, как горячие пирожки...

Стоило же мне зайти в сеть, как по запросу «алхимия» мне выдало стопку статей по новой привезенной партии пилюль из Поднебесной и очередной новинки, что изобрел Дворец десяти тысяч секретов. И ни слова о том, что я, собственно, и искал.

Но серьёзно... пилюли? Нечто подобное было и в моем мире, но, проведя исследования, выяснилось, что через пилюли полезные свойства телом поглощаются заметно хуже, чем при качественно сделанном зелье

Не говоря уже о том, что из-за высокого содержания примесей поглощение пилюли представляло из себя настоящее испытание.

Все эти клише, которыми изобиловали азиатские новеллы, касательно мистической силы волшебных пилюль, оказались никакими не сказками.

Помню, попробовал в прошлом мире я как-то слабенькую пилюлю по раскачке магического резерва. Принималась она товарищами с Востока на регулярной основе.

Так я потом несколько часов отходил в холодном поту... Ощущение было такое, будто бутылку острого соуса выпил и закусил жгучим перцем в придачу.

Зато понятно, почему в прошлой жизни подобный тип расходников на нашем рынке не взлетел и не раскрылся. Потому что только азиаты, культивирующие свой даньтян и полирующие нефритовый жезл могли позволить себе столь извращённое удовольствие.

Так почему же здесь не существовало зелий и прочих товаров? Не должны ли они по логике были поменяться с не выстрелившими пилюлями местами, как в моем мире?

Но чтобы прям не знать об их существовании?..

Пока поднимался на второй этаж корпуса для первогодок, набрел на частично объясняющую разность наших миров в ключе алхимии информацию.

Всё оказалось довольно просто и сложно одновременно...

Опять виной всему оказалась Смута и резня друг дружки среди магов древности.

По чистой или нет случайности, именно в этот период вспыхнула неизвестная даже сейчас эпидемия — Белая Чума, что прокатилась волной по всей Европе и Ближнему Востоку. Болезнь выкашивала целыми городами за пару дней и, скорее всего, являлась каким-то извращенным химическим оружием средневековья.

Тела больных просто замерзали насмерть. Сначала Чуму можно было сравнить с какой-то простудой. Чихание, кашель, сопли. Но чем дальше, тем хуже. Вместо повышения температуры она неустанно понижалась и ничто не могло на этот процесс повлиять.

В какой-то момент кровь просто застывала в венах, начиналось обморожение, а вслед за ним и гангрена всех кожных покровов. И всё. Хана котенку...

Между прочим, только из-за вспышки Белой Чумы среди Царства Литовского и Шведского Королевства Русские Княжества устояли и не распались окончательно из-за угрожавшей им интервенции.

Нет, выжившие маги после резни всех со всеми сумели консолидироваться и, пока Европа отходила от ужасов эпидемии, сумели хоть как-то подготовиться к предстоящим войнам.

Что еще больше убеждало меня в том, что Белая Чума была выведена искусственно, нежели являлась чем-то природным. Больно удачный момент был для нее подобран. Не удивлюсь, что это очередное забытое наследие магов древности.

Белая Чума спровоцировала в Европе гонения за ведьмами и любыми магами, по вине которых якобы и появилась эта болезнь, но те не были дураками и успели скрыться среди Альп и на Британских островах. Тяжелее всего пришлось магам Французского Королевства, где тех тут же приняли на вилы, не дав полноценно избежать гнева народа.

Народ Франции так постарался в своей резне магов, что на ближайшие триста лет и вовсе спровадил тех со своих земель, что привело позже к проигрышу в Столетней войне и последующему расколу.

Так к чему это я?

А к тому, что именно алхимиков начали резать все кому не лень. В том числе и маги, которые были убеждены, что только из стен лабораторий этих умельцев вышла Белая Чума. И ведь они даже не учитывали такого варианта, что Чума могла стать итогом какого-то языческого ритуала или порчи. Но нет, во всем виноваты исключительно богомерзкие алхимики.

Запретить им варить свои медовухи и прочее, разрушить лаборатории и сжечь все талмуды и учебники, чтобы никто и не мог мечтать о становлении на путь зельевара!

Инцидент, который был один в один со сжиганием книг в Древнем Китае, здесь произошел в Европе и обрёл столь массовый характер, что буквально стер из истории такие товары, как: зелья, эликсиры, микстуры и многое-многое другое.

Но ведь всё могло и вернуться? Внутренняя магия же не исчезла полностью, отрывочные знания остались.

Но нет, тут же подсуетилась извечная Поднебесная и этот ее Дворец десяти тысяч секретов. Гребанные чин-чоны вторглись на опустошенный рынок и представили свой товар — волшебные пилюли и рафинированные травы.

Восточники мигом заняли пустое место и даже более того — они предприняли все меры, чтобы так всё и осталось. Все попытки восстановить западное направление алхимии было задушено тщедушными азиатами и их жаждой наживы. А как иначе?

Пока ты монополист, то ты и диктуешь правила игры. Так и Поднебесная вовсю выкачивает деньги из Европы и РИ, и никто не может с этим ничего поделать.

Шагая по широкому коридору и отмечая отсутствие людей, я нашел выделенную нам комнату.

И даже услышал голос Райзе с той стороны.

— Исао, сколько раз тебе говорить?! Суп едят ложкой, а не палочками! Что за извращенство такое? А! Ну! Куда намылился? Ты не сбежишь с тарелкой в окно!

Судя по слышимому топоту, будто стадо слонов, веселье внутри идет вовсю.

Что же, поглядим на нашего нового сокомандника.

Дернув дверную ручку на себя, я с довольной лыбой зашел в комнату.

— Всем утречка.

Три пары глаз удивленно обратились в мою сторону, а мне же открылся вид на моего нового соседа...

Глава 6

Я не мог поверить тому, что видел. Нет, ну не могло произойти такого совпадения!

— Джеки Чан? — произнёс я. Беловолосый азиат замер с палочками у рта и продолжил неторопливо поглощать лапшу, стоя на одной ноге, пока второй пытался отстранить Райзе, грозящуюся влепить тому по лбу половником.

Рика, что сидела чинно и благородно за небольшим столиком в стороне от них, коротко мне кивнула и продолжила есть суп.

— Марк! — я даже уже не удивился броску златоглазки мне в объятия. Успев перехватить ту и закружить вокруг себя, я опустил довольную девушку на землю.

Она тут же принялись с поджатой губой осматривать меня со всех сторон, не забыв взять за щеки и потянуть те в стороны.

— Ты сего делаеф? — не сумел сдержать я любопытства. Ксения же продолжила вертеть моё лицо и так и сяк, ставя то в анфас, то в профиль, то в положение три четверти.

Будто товар какой оценивала, а не встречала старого друга из больничного корпуса.

— Проверяю твое состояние. Вдруг опять откинешь копыта, — не забыла сострить девушка, вынуждая меня отмахнуться от ее дальнейших поползновений.

А то ведь еще и под рубашку залезет, ей богу! Нет, я, конечно, совершенно не против, но не сейчас...

— Как видишь, не бит, не крашен, — щелкнув девушку по носу, я прошел внутрь комнаты. Точнее, я бы сказал полноценной студии. Небольшая столешница в углу с холодильником, микроволновкой и мультиваркой. У стены напротив располагался скрипучий, но крепкий стол с четырьмя стульями.

А чуть дальше уже располагались две двухъярусные кровати с парой парт с настольными лампами, которые можно было использовать для работы и выполнения домашки, которая непременно должна быть в академии.

Точнее, я так полагал. Хрен поймешь, как еще может все статься и обернуться. Я вот и в мыслях подумать не мог, что первогодок кинут в полноценное подземелье, но «Куб» с завидной уверенностью организовывал там испытание.

И вот чем всё обернулось...

— Ах да, позволь тебя познакомить — Исао Рен. Наш новый сокомандник, — схватив меня за руку, указала половником в молча поглощающего пищу азиата.

Тот стоял в центре комнаты, никак не реагируя и не выказывая приветствия, только обращённые на меня глаза говорили, что он вообще заметил моё существование.

— Марк Ливен, надеюсь на твоё содействие и впредь, — протянул я тому руку.

— Вы уже знакомы? — выгнула бровь Ксюша, скрестив руки на груди.

— Что-то вроде того, — ответил я, наблюдая как парень ответил на рукопожатие... протянув мне свою босую ногу. Ладно, допустим.

Пожав оную, мы вроде как закончили с формальностями и Райзе провела меня за стол напротив Рики.

— Есть будешь? — деловито поинтересовалась златоглазка, вернувшись к столешнице, заменявшей нам кухню.

— А что в меню? — с легким скепсисом спросил я. Студенческая еда порой вызывает столько же вопросов, как и то, почему студент может выпить двенадцать энергетиков за ночь и не словить инсульт.

— Суп из бич-пакетов! — с гордостью произнесла Ксюша, а я закрыл лицо руками.

Кто бы сомневался... Теперь понятно, откуда азиат нашел в супе лапшу и почему он уже третью минуту к ряду всё не может ее слопать, продолжая ту всасывать, как пылесос.

Спустя мгновение передо мной поставили подозрительно мутную субстанцию в тарелке, которая, казалось, хочет прогрызть дыру в ёмкости, поверхности стола и в плите бетонного перекрытия в довесок.

Какого же было моё удивление, когда я попробовал эту амброзию. На удивление, у Райзе вышел... Нормальный такой куриный суп со скидкой на использованные ингредиенты и специи.

— Спасибо за еду, — отложив тарелку в сторону, я посмотрел на севшего напротив азиата, что также закончил с трапезой.

Теперь он довольствовался кружкой горячего чая, от которого валил столба пара. При этом он всё продолжал наблюдать за мной, а я за ним.

— Итак, Исао, да? — попробовал я начать диалог.

Беловолосый кивнул.

— Я и в подземелье еще это заметил, но ты крайне неразговорчив, не так ли? — почесал я подбородок, раздумывая, как вести себя с этим кадром.

Азиат пожал плечами. Ладно, не хочешь или не можешь, заставлять не станем.

— Так или иначе, но я был назначен лидером нашей тринадцатой команды. Хотите этого или нет, но так нас распределили. И я бы очень хотел, чтобы мы сдружились друг с другом, потому как я не хочу оказаться в ближайшее время в пасти какого-то монстра. Есть у кого-то возражения? — девушки, сидевшие с нами за столом покачали головами. Исао молча пригубил из чашки.

Что же, начало положено. С командой мне явно повезло. И мои волнения касательно третьего участника в массе своей развеялись. Осталось вытянуть из того по максимуму информации, чтобы не словить сюрприза в самый неподходящий момент.

— Хоть мы и так друг друга знаем по большей части, но давайте представимся более детально и расскажем о себе и своей специализации. Так нам будет проще продумать первоначальные стратегии для работы сообща. Ведь не спроста же «Куб» распределяет студентов по командам, — моё предложение все поддержали. Девушки и я рассказали о себе основную информацию, а вот Исао...

Он на удивление расщедрился на целую страницу в карманном блокноте, что появился у того из ниоткуда.

Ну и что тебе мешало это сделать с самого начала, любезный?

Что по итогу я узнал...

Ксения Райзе — владеет копьем и базовой элементальной магией, на фоне которой выделялась стихия молнии по причине ее семейной предрасположенности к этому элементу. Ей еще предстояло пройти обучение наследственной технике их рода «Стремительной молнии», а потому ее настоящий потенциал раскрыт не до конца, но уже очевидно, что златоглазка типичный фронтовик.

В петлю с улыбкой, конечно, не полезет, но и в задних рядах отсиживаться не станет.

Далее шла Хайзантен. Рика, как она сама и говорила, владела собственным искусством «лиа», что выражалось в создании оружия из ее тела. Пока она могла создавать только определённые виды вооружения, но нет предела совершенству.

Рика — классический диверсант-универсал, что ориентируется на внезапность и неподготовленность противника. Владела также несколькими боевыми искусствами безоружного боя. Было бы непросто с ней тренироваться... Моя техника сама по себе оставляет желать лучшего. Врезать тому же Воронцову вполне себе, но вот против полноценного солдата может и не хватить, как показал горький опыт.

Ну и наш славный Ренни, он же чин-чон, он же белоснежка... Нет, ну а что, волосы же белые? Белые! Так что я не виноват в собственных ассоциативных цепочках.

Владеет своей тяжелой косой и магией огня... На этом всё. Не густо, но, если прикинуть показанный им уровень и тот факт, что его не прикончил железный бык до нашей с ним встречи, то парень вполне себе хорош в тех немногих дисциплинах, что при себе имеет.

— Кстати, не желаете сходить за покупками? — хлопнула Райзе в ладоши, пока я качался на стуле и обрабатывал собранную информацию.

— Зачем? — изрекла Рика, не открывая глаз, то ли медитируя, то ли посапывая на своем стуле, скрестив ноги. И чего ей не понравилась кровать для такого занятия?

— Как зачем... Ты и дальше собираешься питаться дошиками? — выгнула бровь Ксения, окинув кошко-девушку скептическим взглядом с верху до низу. Та даже и ухом не повела... То есть, ушами.

— Не вижу тут никаких проблем, — серьезно ответила та, вынуждая Ксюшу издать недорык, недостон.

— Но это вредно! — попробовала достучаться до нее златоглазка.

— Разве?

— Да!

— Хм, — собственно, на этой ноте их диалог сам по себе и заглох.

Порой я забываю, что для Рики, кажется, вообще не имеет значения, что происходит вокруг нее и чем она сама занимается. Девушка вкачала настолько высокий уровень пофигизма, что даже разрыв ядерной боеголовки в поле ее зрения не вызовет ничего, кроме характерного «Хм».

С другой стороны, теперь становилось понятно, что я попал в команду с двумя теми еще отшельниками и одной занозой в жо... В общем и целом, понятно.

— И всё же, пойти посмотреть по ассортименту товаров, что мы можем купить, не помешает. К тому же, насколько я помню, если верить «гапсу», то внутренний рынок «Куба» предоставляет немало эксклюзивных товаров для своих учащихся, — мои доводы оказалось услышаны и даже равнодушная кошко-девушка согласилась последовать с нами в торговый район.

На этой ноте мы дружно пришли к выводу, что почему бы и не прошвырнуться по магазинам...

* * *

«Куб» — это не только академия, сколько сосредоточение очень многих точек интереса, в том числе он выступает удобной платформой для формирования связей между предпринимателями и крупными фирмами и студентами, что в будущем будут влиять на жизнь всей Российской Империи.

Но в то же время, кроме вопроса связей, академия являлась знаковым местом для любых рекрутеров и желавших найти новых инвесторов для стартапов. Ведь кто, как не юные дарования, у которых карманы едва ли не ломились от денег, могли позволить себе такое удовольствие, как вложение в мутную бизнес-идею, лишь одна из сотни которых способна вернуть потраченное и, более того, принести хоть какой-то доход.

Дурачков, конечно, таковых имелось всё же немного, но и денег у местных аристо водилось всяко больше, что непроизвольно развязывало тем руки в вопросе расходов.

Следуя из всего вышесказанного, «Куб» создал специальный район, который я бы назвал просто торговой площадкой на внешней стороне защитного купола.

Здесь же проходили многие логистические цепочки самой академии, так что безопасность была на высоте, насколько это возможно. Да и какой-никакой проверке личности и финансовой истории приезжающие дельцы подвергались, а потому совсем уж на мошенников нарваться требовало определенной удачи.

И кто же знал, что наша кошко-девушка окажется просто магнитом для всяких лопухов, что несли полную околесицу.

— Легендарный артефакт из Афинской Конгломерации! Сам палец Мидаса! Конечно, это не вся ладонь, что могла обращать любую материю в золото, но, если вам повезет, и вы соберете все пять... — вовсю надрывался сомнительного вида торгаш.

Находились мы вдвоем с Хайзантен в укромном магазинчике, что уж больно интригующе выглядел снаружи. Этакая точка сбыта редкостей всевозможных артефактов, как из прошлого, так и товары из самой Поднебесной и некоторых наших умельцев.

Создавалось ощущение, что ты попал в местный Косой Переулок из одной очень известной серии книг. Всё вокруг также издавало свои звуки, щелкало, хлопало, гудело и трещало.

— Но разве он не был проклят? — спросила того Рика.

— Ч-чего? — передернул плечами мужичок, стоило красным, как кровь, глазам, начать прожигать в нем сквозную дыру.

Моя ты прелесть! Так его, так!

Я же стоял по правую руку Рики и едва заметно ухмылялся. Сейчас пойдёт самое веселье...

— Мидас разве не был проклят Дионисом за свою жадность? Так не перепадёт ли его проклятие на того, кто соберёт все части артефакта воедино? — подобная история уже не раз случалась с невезучими магами, что находили в руинах тот или иной проклятый артефакт древности. Любая порча или проклятие, вызванные ритуалом и закрепленные в материальном плане, могли целыми тысячелетиями не подвергаться магическому выветриванию, лишь потихоньку ослабевая, да и то незначительно.

Так что горе тому, кто найдёт подобную безделушку и не будет готов к последствиям. Ведь очистка от древних порч и проклятий ой какое энергозатратное удовольствие, которое вылетит в ту еще копеечку.

А потому, вот так пытаться втюхать частичку проклятого артефакта из прошлого... Звучало, как выдать просроченное вино за свежевыжатый виноградный сок. Смутная затея, попахивающая точно не сладким виноградом...

— Н-нет, то есть д-да, но как бы... — а вот теперь торгаш вовсю «поплыл», не зная, как бы спровадить столь неудобную клиентку. Вот только у происходящего диалога были уже свои зрители и отбрыкаться так просто не выйдет.

— Так значит это не подпадает под статью о «сбыте проклятых артефактов в обход правительства» или же этот металлический обрубок и не является пальцем легендарного артефакта Длани Мидаса, и выходит, что у нас теперь просто «акт о мошенничестве и обмане покупателя»? — не моргая изрекла алоглазка, а мне захотелось той похлопать, что было сил.

Жаль, Райзе утащила Исао помогать ей с покупками в продуктовом. Такое шоу пропускают!

— Ч-чего ты хочешь? — злобно прошипел хозяин магазина всякого ширпотреба, стоило тому осознать в какую задницу он себя загнал.

Ну а что ты хотел?

Здесь, в «Кубе», с любыми нарушениями строго. Как никак, надурить молодого аристократа или аристократку любой мошенник грезит в своих снах. Но, только многие из них не учитывали, что маги следят за своим задним двором и очень внимательно.

Ведь одно дело, когда тебя надурили на тысячу другую рублей, продав китайские часы, что сядут через пару дней. Неприятно, но терпимо, никто ведь и не ожидал иного результата за такую цену.

И совсем иное, когда какой-то приобретённый у подобного кадра артефакт не сработает посреди боя с монстрами. То всё, никакие деньги не вернут к жизни, только если в заднем кармане брюк не обнаружится Имперский целитель.

Так что за подобное надувательство могли как в каталажку упечь, так и отправить в какой-либо заградотряд для очередной экспедиции.

Кстати, подобная новость стала для меня открытием. Криминал в Российской Империи особо долго не засиживался в колониях строгого режима и тюрьмах. Или на рудниках редких металлов, или на разведке в аномальных зонах.

Как никак, послужат полезному и архиважному делу, а то, что смертность там запредельная... Ну так с кем не приходится?

Главное самому не попасть туда по дурости или невнимательности...

— Три товара на выбор, — поставила свою цену Рика.

— Один, — скривился мужик.

— Два, — не поддалась она.

— Идёт. Только чтобы больше я вас здесь не видел на ближайшие сто метров...

Хм, никогда не замечал у Рики торговой жилки.

Показав мне двумя пальчиками знак мира, кошко-девушка с важным видом стала шарахаться по магазину с особым усердием ища нечто, представляющее хоть какую-то цену.

И, уже вознамерившись последовать за ней, я ощутил, как мне по плечу похлопали ладонью.

Хм?

Обернувшись, застал перед собой Алексея Шматкова. Знакомые люди.

— Привет, Марк, — поздоровался он, протянув руку.

— И тебе не хворать, — ответил я тому крепким рукопожатием, — Чем обязан?

И он, не говоря мне ни слова, с кривой усмешкой протянул конверт...

Глава 7

Всё интереснее и интереснее. Сломав сургучную печать, я раскрыл конверт и вчитался в строки вложенного в него письма.

Написано оно было от руки каллиграфическим почерком, из-за чего действительно создавалось ощущение, что на дворе сейчас век 18-19, а никакой не 21-ый.

Пройдясь внимательно глазами по содержанию послания, я невольно выгнул бровь и спросил Алексея.

— Бал? Серьёзно?

Нет, к самому характеру мероприятия у меня вопросов особо не имелось. Однако, после гражданской войны для всех семей бунтовщиков общество с легкой руки всучило статус персон нон грата.

Только Императорский клан, высказав своё мнение по данному поводу и личное неодобрение Императора, сумел поостудить самых ярых сторонников отчуждения всех восставших и тех, что был с ними в той или иной степени повязан.

Но даже так, мало кто высылает приглашения проигравшей стороне в недавней войне, а сами пострадавшие предпочитают устраивать скромные светские встречи.

Так уж вышло уже спустя десять с чем-то лет, что даже само дворянство оказалось расколото в своём образе жизни, еще сильнее обрекая попытки забыть прошлое на провал.

А теперь мне, как наследнику рода Ливен, приходит приглашение на званый ужин у Императорской семьи. Хотя самого Императора там не будет по причине дипломатической миссии в Шведской Гегемонии.

Уж больно двум странам не нравилась разгоравшаяся война в Герцогствах, что вот-вот грозилась втянуть в себя как Литовское Царство, так и Туманный Альбион с Ватиканом. Разве что Каталонская республика пока казалась тихой на фоне творившегося хаоса.

Самое занятное, что с каждым днем становилось всё труднее определить, кто воюет против кого в Европе. Герцогств здесь существовало сразу с десяток на территории Центральной Европы и все они обладали мощной экономикой и каждая своими отличными, от конкурентов, технологиями.

Казалось, словно свора собак вцепилась друг дружке в горло, постепенно ввязываясь в схватку всех свидетелей конфликта.

Вот и северным соседям Герцогств не нравилось то, что творилось в Европе. И, если Царству Литовскому уже не избежать тлетворного касания приближающейся войны, то у Гегемонии и Российской Империи вполне себе еще были шансы пережить грядущие беспорядки.

Империя буквально была не готова к новой войне. Уже только самих внутренних проблем хватало, так нет, еще и ввязываться в чужую драку? Звучит смешно, даже со стороны...

Теперь же, на фоне столь неясной мировой обстановки кто-то пытается снова устроить пожар на заднем дворе Империи, пригласив меня, или автор письма преследует иные цели?

— Благотворительный вечер. Как никак, в недавней трагедии погибло много как дворян, так и простолюдинов. А потому Императорский род решил организовать бал-аукцион, где часть вырученных денег будет направлена на компенсации близким жертвам нападения, — спокойно пояснил мне Шматков.

То, что бал-аукцион это-то понятно, но кто ж тебя послал за мной?

Этот вопрос я ему и высказал вслух.

— Одна наша общая знакомая о тебе хорошо отзывалась и была бы счастлива, если бы ты появился на этом вечере, считая это отличной возможностью для рода Ливен, — усмехнулся Шматков, вынуждая меня подозрительно сощуриться.

Общая знакомая, да? Почему-то в голове всплыл только один отчётливый образ.

— Черная?

— Она самая, — подтвердил парень, закинув руки за голову, — Не знаю, что ей вдруг от тебя понадобилось, но ее просьбу по доставке я исполнил, а потому пойду я — наслажусь дожидающимся меня в холодильнике пудингом...

— Если встретишь ее, то передавай привет, — произнёс я.

— Ещё успеешь. Думаешь, она не появится на подобном мероприятии? Черная-то? Ни в жизнь! Так что советую приберечь слова благодарности лично для нее, — посоветовал мне наследник целой корпорации.

— А ты разве не будешь там? — спросил я напоследок знакомого.

— Не, мне эти вечера не по душе. Мне и деловых встреч с отцом и партнёрами хватает по горло. Так что я лучше отсижусь в комнате в «Кубе», сославшись на болезнь. Бывай, — пожал плечами парень, вызывая у меня тихий смешок, — Ой, бедный я, бедный. Только пудинг способен исцелить мою израненную душу и тело...

И под явное переигрывание больного Алексей покинул магазинчик, тихо скрипнув входной дверью.

— Что-то стряслось? — со спины тут как тут появилась Рика, заметив мою задумчивость.

Я же ей только улыбнулся и, протянув письмо, спросил:

— Не желаешь вместе сходить и поесть за чужой счёт?

* * *

— Значит, бал состоится завтра вечером? — качнула головой Ксения, принимая очередную сумку с продуктами от Исао. Азиат же следом всучил мне огромный стебель сельдерея, довольно кивнул и полез к себе на кровать, да так ловко, что только его смазанная тень и мелькнула, как беловолосый пропал под одеялом.

Это он так скинул на мои плечи задачу по сортировке покупок? Мол, я тащил их сюда, а разгребать — так это уже без меня? Вот же чин-чон доморощенный...

— Да, либо двор Императора особо не мелочится с подготовкой к мероприятию, или это мне вырвали приглашение в самую последнюю минуту, — проворчал я, заменив азиата и став вместо оного помогать девушке наполнять наш общий запас провизии.

— Полагаю, что всё же последнее, — улыбнулась краешком губ Райзе, принимая от меня пакет с фруктами.

Вот набрали же они себе запасов... Мы же всё это и за месяц не съедим!

— Я тоже так думаю. Снова вмешалась Черная...

Вообще, я даже удивился тому, что в «Кубе» комнаты смешаны между парнями и девушками. Никаких тебе корпусов исключительно для девушек и парней, всё общее, для всех. И это можно было понять. Империя растила боевых и не только магов, по сути военных специалистов, которые должны были встать на защиту гражданских против орд монстров.

Да, многие студенты являлись еще несовершеннолетними, но всё равно уже воспринимались, как взрослые люди, имеющие свою точку зрения и мнение.

Империи нужны были сплоченные команды, что готовы были действовать, как единое целое и могли работать сообща. И потому для подобной цели команды жили вместе в независимости от пола ее членов.

«Куб» почти что не волновало всё, что происходило внутри команды, пока она способна существовать как базовая ячейка для будущих защитников Империи.

Любые скандалы по большей части уже решали сами семьи магов, а поскольку большинство в «Кубе» — это аристократы, то и вопросы решались на уровне родов. А это вполне себе такой удерживающий от опрометчивых поступков фактор.

Попробуй тут разинь рот на въедливую напарницу и тут же прилетит «ата-та» со стороны ее родственников. И это «ата-та» тебе явно не понравится.

В общем, всё оказалось не так уж и просто, как я полагал изначально. «Куб» не раз сталкивался лбами с аристократами из-за подобной политики, да и не раз случался тот или иной казус или скандал между очередными парочками, что пытались спародировать «Ромео и Джульетту».

Но статистика показывала, что подобный метод являлся вполне себе рабочим и позволял наполнить границы аномальных зон и глубины подземелий опытными и сплоченными группами магов, уже которых в дальнейшем также продолжали тренировать, но уже персональные кураторы, позволяя с головой окунуться в реальную жизнь.

— Разве это плохо, что младшая дочь известного рода тебе импонирует? — наклонила голову Райзе, покончив с сортировкой продуктов и возвращаясь за стол, где уже дымились три кружки с чаем. Рика расстаралась.

— Может и так, но лишнее внимание ко мне — всегда к проблемам, — заявил я, присаживаясь меж девушек.

— Это уж точно. На кого не нарвешься, везде потом бедлам, — хихикнула златоглазка и вернулась к поглощению чая.

— Ты точно не хочешь пойти на бал? — спросила молчавшая всё это время Рика. Ответ меня также интересовал, поскольку еще утром Райзе обмолвилась о поездке домой.

— К сожалению, никак. Завтра за мной прибудет транспорт. У нас, можно сказать, есть такая... традиция. Собираться в эти дни в родовом поместье всей семьей. Так что увы, но не смогу, — отрицательно мотнула она головой.

— Исао, а ты не хочешь поглазеть на Зимний дворец? Говорят, сейчас он прошёл очередную реставрацию и выглядит лучше некуда, — закинул я удочку в сторону азиата. Всё же я мог, если судить по письму, провести с собой двоих гостей, так что почему бы не использовать предоставленное по максимуму?

Но нет, сразу после мне на стол прилетел бумажный самолетик, в котором я узнал очередной лист блокнота беловолосого.

«Чего я там не видел?»

Ну, нет так нет. Мы никого не принуждаем, собственно.

Я молча пригубил из чашки, обдумывая дальнейшие планы.

Выйти в свет рано или поздно, но мне придётся. Если я хотел получить доступ ко многим преимуществам аристократии, то должен быть вхож в их круг. Достичь этого будет не так уж и просто. По крайней мере самостоятельно.

А вот союзник или дружественно настроенный род очень даже не повредит моей семье, что сейчас дышит на ладан и держится исключительно на моём отце, что не позволил окончательно нас утопить.

Не сохрани Император тому жизнь, то послали бы меня с моей далекой сестрой в детские дома и всё. Могли бы и не дожить до сегодняшнего дня толком. Передушили бы в детских кроватках, пока никто не видит.

Будто охрана какого-то детдома могла остановить десяток родов и кланов-недоброжелателей, которым мы изрядно попили кровь за время Гражданской.

В то же время следовало действовать вдумчиво и неспешно. Вся эта ситуация появилась из-за действий Черной.

Требовалось сначала понять, поступила она так из личных мотивов или же по указке кого-то из своего рода? Потому как одно и то же действие будет иметь разный вес и подтекст.

Если первое, то девушка явно пыталась настроить со мной деловой разговор и встать на хороший счет, тем самым сумев поиметь выгоду в дальнейшем. Полагаю, это как-то связано с ее просьбой посетить их родовое поместье.

Значит, дело заключается в каком-то одолжении, для положительного ответа на который она и пытается добиться моего расположения.

Вот только если имеет место быть второй вариант. То тут перспективы как сильно лучше, так и опасней в разы. Что могло понадобиться от меня целому роду дипломатов?

В какую паутину те пытались меня загнать этой приманкой?

Гадать я мог долго, но ответ смогу получить только встретившись лицом к лицу с виновницей всего этого беспредела.

— Выходит, только мы с тобой, Рика, будем присутствовать на вечеринке, — вздохнул я, а ушки кошко-девушки дернулись по непонятной мне причине.

— Уже придумал, что наденешь? — спросила Ксения.

— Костюм в чемодане нашел. Даже два. Как-нибудь справлюсь, — отмахнулся я от помощи главной модницы в нашей команде. Как-то нет желания убить несколько часов на прихорашивание, хоть внешнему виду и придется уделить внимание.

— Ну и славно. Как раз хватит времени, чтобы подготовить Рику к балу! — обрадовалась Райзе, вынудив меня и кошко-девушку распахнуть в ужасе глаза.

— Но ведь до бала больше суток...

— Вот именно! Успеваем впритык! — оскалилась златоглазка, а я ощутил едва уловимую испарину на спине.

Чур меня, чур!

— Пойду тогда озабочусь вопросом транспорта, — вскочил я из-за стола и под жалосливый взгляд кошко-девушки покинул компанию девушек.

К сожалению, Хайзантен сбежать уже никуда не могла. Ее уже вовсю взяла в полный оборот Ксения, так что побег для алоглазки уже стал недостижимой мечтой.

Мне же предстояла подготовка к первому светскому приему...

* * *

— Значит, ты воспользовалась моим доверием и пригласила Марка из семьи Ливен на предстоящий бал без моего на то ведома?

Полина Черная с трудом уняла слабую дрожь в ладонях от этого вкрадчивого и бархатистого голоса собеседницы.

Девушка напротив нее поражала своей красотой и манерами, и вместе с тем источала столь мощную ауру хищника, что вот-вот, и она сожмет трахею Полины в труху и та ничего не сможет сделать, кроме как вскрикнуть от страха.

Однако, переборов первоначальный тремор, сероглазая упрямо посмотрела на ту, с кем у нее сейчас состоялась беседа.

— Я всё еще убеждена, что именно он может стать тем самым ключом, что позволит вам выиграть в гонке у братьев, — почти прошептала она, отмечая, как по ее виску скатилась капелька пота.

— О? Даже так? Тогда давай послушаем твои доводы, — позволительно подняла бледную ладошку девушка напротив, пока сама отцепила чайной ложечкой кусочек лимонного пирожного на столике подле себя.

— Ливен — знамя. Символ, если хотите понимать. Возможно, он сам ещё этого не осознает, но он является очень значимым кирпичиком в рядах оппортунистов и тех, кого наши аристократы намеренно вытеснили с публичной сцены. Если мы дадим ему возможность поднять голову, то это покажет и всем остальным бывшим соратникам рода Ливен, что с нами можно иметь дело. Что с ВАМИ можно вести диалог, — заключила Черная, поправляя невидимые складки на юбке и продолжая осторожно следить за реакцией собеседницы.

И той будто не было. Девушка оставалась бесстрастной, наслаждаясь кислым вкусом свежего и утонченного десерта.

— Знаешь, почему к нефритовому чаю я подбираю одно и то же пирожное из раза в раз? — неожиданно сменила тему незнакомка, поправив платиновый локон за ухо и сделав небольшой глоток из фарфоровой чашки.

— Потому что лимонное пирожное ваше любимое? — догадалась Черная.

— В том числе. Каждая мелочь должна быть на своём законном месте. К терпкому сорту чая, полному горьких ноток, прямиком из нашего юго-восточного соседа просто чудесно подходит именно лимонное пирожное. И никак иначе. Они дополняют друг друга. Возьми я, допустим, что-то иное из своего буфета, и сам вкус напитка будет перебит сладостью или приторностью. Так же и с людьми. Ты всё еще уверена, что Ливен скорее окажет мне поддержку, чем встанет поперек горла? — чайная ложечка указывала Полине точно в центр груди.

Один миг, лишь один единственный миг и ее сердце тут же перестанет биться.

Фиолетоволосая упрямо выдержала взор синих, как небо, глаз, после чего заявила:

— Он наша последняя надежда. Придворные аристократы предпочитают вам ваших братьев, они верят их пространным заявлениям, радуются всевозможным обещаниям, даже не подозревая, что исполни они их и Империи придёт крах. Если так всё продолжится еще год-два, и мы окончательно утратим конкурентоспособность на фоне прочих фракций. Нам нужен некто, кто приведет к нам совершенно незатронутую группу аристократов. Оппортунистов, тех, что, мы собственноручно оттолкнули. Сейчас они могут сыграть решающую роль. Это понимают и ваши враги. Они определённо попробуют прибрать Ливена к рукам, чтобы не дать нам и шанса на победу. Так почему бы не опередить, и не удивить их? Выиграть себе время, пока противник начнет переоценку наших возможностей?

— Ты всё продумала... — дрогнули уголки губ платиновой блондинки.

— Всё, чтобы ваши цели воплотились в жизнь, — согнулась в поясе Черная.

— Хорошо. Раз ты так в этом уверена, дадим этому Марку шанс. Если он встанет подле меня, то мы приложим все силы, чтобы он оставался предан нам до конца, если же вздумает предать или не оправдает надежд... То я втопчу его в грязь раньше, чем он успеет переметнуться к моим глупым братьям, — столик, на котором стояла фарфоровая чашка ощутимо вздрогнул, а по его поверхности разошлась сетка едва уловимых трещин.

Сама же чашка, как и блюдце с пирожным, остались целыми.

— Да будет на то ваша воля, Ваше высочество...

Глава 8

Впервые я выбрался в «мир». Санкт-Петербург поражал своей красотой и величием. Но в первую очередь своим масштабом. Я даже и успел забыть, какой это огромный город, полный всевозможных точек интереса.

Я был в прошлой жизни в Питере, и тогда он оставил после себя совершенно иное ощущение. Чувство Северной столицы России, города, что воздвигнут за счет работы бесчисленных талантливых людей на протяжении столетий. Каждый дом, каждая улица, каждый канал, проспект или переулок несли свою особую и сакральную историю.

На каждом углу можно было чуть ли не «увидеть» следы прошедших эпох, сначала Российской Империи, а после и СССР.

Санкт-Петербург восхищал и поражал каждого, кто впервые видел его, вставал на берегу Невы, посещал Петропавловскую крепость, обходил бесчисленные дворцы и музеи.

Этот налет восемнадцатого века не покидал город даже в двадцать первом. Пока не случилось вторжение Плеяды Чудовищ...

Чудесный город-памятник был смят в горы руин, как когда-то под бомбами Германии в годы блокады. Только теперь ни у жителей, ни у их защитников не было и шанса на победу.

Второй самый крупный город в России был смят за несколько недель. Весь город утонул в крови, чёрные воды Невы приобрели бордовый оттенок, и даже вечный моросящий дождик был не в силах смыть реки крови с улиц и переулков.

Таким я запомнил этот город...

И теперь он снова был для меня открыт с другой стороны. В этом мире не состоялось блокады Ленинграда, Петр I строил город сразу с применением магии, как город-крепость и город-защитник Севера России.

По этой же причине фундамент, на котором стоял город, оказался сильно крепче того, что был в моем мире. Это позволяло полноценно возводить многоэтажные строения выше 5-7 этажей.

Хоть центр города так и остался данью памяти и истории предков, являясь одним большим культурным наследием, но периферия...

Уже дальше центра возвышались сотни, тысячи многоэтажек, что пронзали собой ночное небо, полное звезд.

Помню, был такой еще Лахта-центр, самое высокое здание в Европе и России высотой под девяносто этажей...

Так даже сейчас, летя на воздушном судне, я уже мог поймать взглядом с полтора десятка подобных строений. И это только из моего небольшого окошка.

Санкт-Петербург сумел сплести в себе как гордость прошлого, так и величие настоящего. Постройки, выполненные в стиле барокко, которым уже было под три-четыре столетия, реставрированные ни раз и не два, на удивление, гармонично сочетались с современной застройкой.

Но что-то я отвлёкся...

Арендованное воздушное судно дрогнуло, сигнализируя о скором конце полета. Вот, в окошке появились очертания Зимнего дворца и не успел я сделать и вздоха, как ножки транспорта коснулись Дворцовой площади.

Как говорится, ваш убер прибыл...

Дверцы плавно отъехали в стороны.

— Хорошего вам вечера, — попрощался пилот.

Я же, выйдя первым, протянул ладошку моей сегодняшней спутнице. Рика сегодня и вправду была неподражаема. Я даже мысленно воздал почести Райзе за проделанную работу, по итогу которой и так прекрасная кошко-девушка окончательно превратилась в красавицу, способную подчинять толпы поклонников одним движением глаз.

Сотворённый макияж особенно подчеркивал алые, как два рубина, глаза девушки, которые, казалось, могли стрелять молниями.

Столь обезоруживающе восхитительна сегодня была моя спутница. Носила она вечернее черное платье, я же довольствовался строгим костюмом-тройкой, что достался мне по наследству из чемодана.

При выходе Рика подозрительно покосилась на мою протянутую руку, но спустя пару секунд замешательства положила поверх нее свою и мы в таком виде проследовали ко входу.

Здесь уже вовсю толпились люди. Папарацци, журналисты, операторы, телеведущие и репортеры, так и толпы простых зевак. Народу хватало выше крыши. Благо, периметр окружала Имперская гвардия, ровными рядами создавая живой коридор для гостей Зимнего Дворца.

— Ваше приглашение, — спросил нас встречающий на входе в костюме дворецкого. Проверив выданное письмо, он низко поклонился и указал нам на необходимую залу, где будет проходить мероприятие.

Также нам выдали брошюрки с временной сеткой мероприятий. Сначала пройдёт бал, где будет организован и банкет. Там же гости смогут пообщаться друг с другом и завести знакомства с кем следует.

И уже только два-три часа спустя будет проведен благотворительный аукцион, главным лотом которого является фрагмент Тунгусского метеорита, что якобы, по легендам, мог полностью заблокировать магию в сотне метров от себя.

Будь это так, то у Российской Империи уже было бы ультимативное оружие против своих скалящих клыки соседей.

Скорее всего, метеорит создает вокруг себя зону непостоянного магического фона, что как раз и искажает заклинания, а слабые и вовсе развеивает.

Не такая уже и мощная штука в таком случае. Все равно подобные умозаключения требовали экспериментальной проверки, но кто же меня подпустит к столь драгоценному камню?

— Что скажешь? — пока мы шли по залу и осматривались, я обратился к Рике.

Та повела ушками, сощурила глазки и чуть ухмыльнулась.

— Болтун — находка для шпиона. А целый зал болтунов — это просто сокровище, — так и знал, что она уже что-то успела выцепить из сотен кружков по интересам, — Хотя, понять что-то конкретное довольно сложно, по сути, всё тот же фоновой шум, что слышишь и ты, но несколько громче.

Моя спутница пожала плечами, но я ничего с этим не мог поделать. Одна из причин, почему я привел именно Рику — это то, что она оставалась «лиа», к которым относились в Империи, да и в большей части мира, мягко говоря, не очень.

Но, как я уже говорил, она — «лиа», а потому и органы слуха её сильно острее, что может помочь обнаружить нечто полезное среди всего произносимого трепа.

— Большая часть разговоров так или иначе затрагивает тему серии недавних терактов в шахтах по мановой руде в ЮАР, — доложила кошко-девушка, дернув ушками.

Я принял к сведению. Мы как раз подошли к буфету, где на многочисленных столах были выложены всевозможные закуски и деликатесы.

Креветки и другие морепродукты, разнообразные холодные и горячие закуски, фрукты, напитки, как алкогольные, так и нет, и, конечно же, целый стол для десертов.

На котором я даже заметил шоколадный фонтан. А я думал он только в сказках и комиксах существует...

— Господин Ливен, рада, что вы всё же приняли моё приглашение, — сбоку неслышной тенью подступила Черная. В пышном серебристом платье, с неброским макияжем на лице, она производила благопристойное впечатление.

— Как я только мог отказать себе в шансе лично посетить Зимний Дворец и остаться с головой на плечах, — пошутил я, вызвав у собеседницы полуулыбку, — Позвольте также представить вам мою спутницу на этот вечер. Рика Хайзантен.

Затем уже я представил Полину моей алоглазке.

Девушки синхронно осмотрели друг дружку, после чего в той же слаженности кивнули друг другу.

— Наслышана о вашем отце. Говорят, только благодаря его способностям Бельгийское Герцогство еще не пало в лапы Вильгельма, — уважительно произнесла фиолетоволосая, на что Рика скупо поджала губы.

— Его поддерживают столь же квалифицированные помощники. В противовном случае даже сила одного человека не будет иметь значения на фоне всего государства, — изрекла Хайзантен, заполучив более пристальный взгляд от Полины.

Какие интересные политические подробности, однако, а?

— Госпожа Черная, вы пришли ведь с какой-то целью? — спросил прямо, не желая сильно долго ходить вокруг да около.

— Разве я не могу просто поприветствовать своего спасителя и его сопровождающих? — очаровательно улыбнулась девушка.

Но кто сказал, что на мне такое прокатит?

— Вы уже это сделали, — напомнил я ей.

— Как грубо, — наморщила носик Черная, услышав невысказанный смысл. Говори, чего хочешь, или дуй отсюда.

Шоколадный фонтан сам себя не съест...

— Кое-кто хотел с вами встретиться, — произнесла заговорчески Полина. Теперь интрига стала еще более различимой. Что же, делать сейчас все равно нечего. Я полагал, что получится хоть где-то и с кем-то наладить какой-то контакт, но, судя по бросаемым в нашу сторону взглядам, никто к нам добровольно не подойдет.

Опять-таки, репутация идет впереди меня на несколько шагов. Да и, будем честны, я особых надежд и так не теплил, надеясь хотя бы поглазеть на это «высшее общество».

Не впечатлило. Все ходят от одной группки к другой, заключая договора и контракты, помолвки и союзы, и куда уж без споров.

Но чтобы влезть в тот иди иной круг, нужен свой проводник, этакий «общий знакомый», что позволит хоть и неумело, но влиться в ту или иную группу.

И так уж вышло, что этим «общим знакомым», что был согласен со мной работать, являлась Полина Черная.

Что же... Давайте уж тогда посмотрим, кто этот «кое-кто», и что ему нужно от меня.

Попросив Черную довести нас до ее знакомого, что искал с нами встречи, мы, к моему удивлению, покинули общий зал, проследовав в следующий для VIP-персон. Или, иными словами, для высших сливок Империи.

Да кто там со мной так хочет повидаться? Неужто сам Визирь Императора?

Но нет. Ожидания оказались не просто занижены, я даже не знал, как среагировать...

— Позвольте представить вам первую принцессу Российской Империи — Алису Романову, — Полина с поклоном указала ладошкой на сидевшую за кофейным столиком девушку.

Прямые локоны цвета платины, доходящие до спины. Синие большие глаза и чувственная фигура, чьи изгибы особенно подчёркивало белоснежное платье на ней с хрустальными туфлями.

Сразу видна была «порода»...

Уверенный взгляд, давящая на плечи аура человека, привыкшего повелевать, и утончённые манеры вкупе с плавностью каждого движения.

Этому нельзя было научиться. Практически нереально. Это поведение впитывалось с молоком матери с самого рождения. Даже одень Алису в самые дешевые лохмотья, она одним своим поведением бы подавляла любого собравшегося в зале разодетого придворного.

— Ваше высочество, — склонили я и Рика наши головы в церемониальном поклоне. Как же я был счастлив сейчас, что не поленился прочесть от корки до корки «этикет и правила общения среди дворян для чайников».

Святая книга, честное слово!

— Господин Ливен и... — произнесла принцесса, а я с трудом подавил волну мурашек по спине. Ну ведь надо же еще обладать и певучим голосом! Хотя куда уж больше...

— Рика Хайзантен, — хмуро произнесла кошко-девушка, но взгляд не отвела.

Последовала очередная дуэль взглядов, после чего принцесса поднялась с места и подошла ко мне вплотную.

— Я ожидала, что наследник Ливен окажется более... внушительным. Ведь столько слухов ходят о вашей персоне, господин Ливен, — вкрадчиво произнесла она, обойдя меня стороной.

— Не стоит доверять всему, что слышите, ваше высочество. Порой, это может сыграть злую шутку, — ответил я, заложив руки за спину.

Черная и Рика же решили просто наблюдать за нашим разговором, не пытаясь вмешаться.

— Как в вашем случае? — ухмыльнулась платиновая блондинка.

— Именно, — не вёлся я на ее поддевку.

— Пожалуй, я приму ваш совет к сведению.

— Рад, что оказался вам полезен, — очередной кивок с моей стороны. Веду себя, как болванчик, честное слово. Впрочем, а что мне еще оставалось? Шаг влево — расстрел, шаг вправо — повешение. Выбирай, не хочу!

Это заметила и Алиса.

— Вы меня боитесь? — спросила она, поднявшись с места.

— Никак нет, ваше высочество.

— Тогда почему вы так себя ведёте, как на параде у главнокомандующего? — уже приблизилась Алиса вплотную, дыша мне в шею. Она была на полголовы ниже меня и это с учетом каблуков на туфлях.

— Просто вы столь красивы, что мысли сами путаются по себе.

— Даже так. И скольким девушкам ты говорил эти слова... Марк?

А вот резкого перехода на «ты» я точно не ожидал. Вот только тут уже так просто не откажешь.

— В прошлой жизни или в этой?

— Пусть прошлое останется нетронутым. Оно уже случилось и как-то повлиять на то мы не в силах. Лишь настоящее и будущее находится в наших руках... Так скольким, Марк?

— Двум, — честно ответил я.

— Значит, третья. Хм, почётная бронза, конечно, не золото, но все равно приятно. Премного благодарна за комплимент, — слегка вздохнула принцесса.

— Я лишь констатировал то, что вижу, — ответил я.

— Вот только не надо этих попыток в лизоблюдство. Мне и в дворце этого хватает, — на что Алиса заметно нахмурила бровки.

— Пусть будет так. Но я останусь при своем мнении, — присел я напротив нее.

— Ты упрямый. Этого у тебя не отнять, — заявила она.

— Спасибо за комплимент.

— Я лишь констатировала то, что вижу.

— Это мои слова, — не сдержал я вновь усмешки.

Принцесса отзеркалила мою улыбку.

— Если захватить бумажку, я тебе принесу письменное извинение.

— С удовольствием на это бы посмотрел...

Так мы и прощупывали друг друга в ходе, вроде бы, ничего не значащей беседы, но постепенно определяли почву для работы и взаимодействия между собой.

Алиса явно желала понять, что я за человек, а мне же было любопытно узнать, что из себя представляла первая принцесса Империи.

Однако, нашу интересную беседу прервали самым неожиданным образом.

— Сестрёнка! Я тебя уже разыскался! — тут же возле столика образовалась высокая фигура голубоглазого блондина. Всем своим видом он так и просил дать тому поводья от породистого коня и тут же на месте запечатлеть на картину.

Одет он был в синюю жилетку поверх белоснежной рубашки, черные брюки и отполированные до блеска туфли.

Бесята в глубине глаз ни на миг не исчезли даже после обнаружения нашей компании возле Алисы.

— Что случилось, Дмитрий? — постным тоном спросила принцесса.

— О, всего небольшая мелочь. Я же знаю, как тебе безразличны публичные выступления, все эти подготовленные речи... — начал было плести словесные кружева блондин, но того остановила принцесса.

— Попрошу сразу к сути.

— Конечно-конечно, так, о чем это я? Ах, так вот. Надеюсь, тебя не затруднит передать мне обязанность произнести приветственную речь? — тут же ошарашил свою сестру подобным запросом.

Ведь тот, кто произносит приветственную речь, считается хозяином мероприятия, его организатором. Это пусть и маленький, но плюс к репутации, так можно обсудить немало тем с гостями на правах хозяина.

Романовы продолжали обсуждать этот вопрос, но я не слушал их. Ведь я сосредоточился на фигуре позади принца, что следовала всё то время за ним хвостиком.

Он тоже меня заметил и явно не обрадовался увиденному.

Евгений Нарышкин...

Как тебя занесло под крыло к претенденту на престол?

Мой потенциальный враг теперь, кажется, обзавелся крышей. А это могло означать, что наш конфликт, который, я полагал, закончится достаточно легко и быстро, стоит мне обратить на этот вопрос своё внимание, уже не будет окончен столь же быстро и безболезненно...

Похоже, я влез в игру за власть, даже сам не осознав, когда моя голова по собственному же желанию полезла в петлю.

Что может быть хуже этого?

Как оказалось, может...

БАХ!

В следующий миг общий зал, откуда мы пришли, поглотил взрыв поразительной мощи. Всё вокруг затянул едкий черный дым, а сразу после мне под ноги упал небольшой пакет, глухо ударившись о землю.

Я скосил взгляд на пакет. Он оказался из «Десяточки»... А еще оказался начинен взрывчаткой под завязку, о чем мне сообщил приделанный циферблат сбоку и отметка на 0 секунд.

Тут же раздался новый взрыв...

Глава 9

Сердце глухо ухнуло в груди, из глаз чуть не хлынули слезы. Похоже, медсестра в лазарете нисколько не преувеличивала касательно аккуратного использования маны.

Взрывная волна отнесла меня в ближайшую резную колонну, а уже только после я сумел сделать первый вздох.

— Ха-а-а, — грудь сковали тиски, перед глазами всё потемнело. Мой костюм теперь украшали десятки подпалин и порезов от осколков разрушенной под бомбой мраморной плитки.

От пиджака и вовсе уже ничего не осталось — сплошные лохмотья. Но что меня обрадовало, так это то, что на мне самом виднелись только ожоги средней тяжести.

Неприятно, но жизни не угрожало. Всё же, после атаки на «Куб» скорость тока маны в моем теле возросла в несколько раз. До такой степени, что уже нельзя было назвать меня ничего не умеющим новичком.

Если еще свой арсенал сумею расширить, то вообще смогу наконец-то назвать себя настоящим магом, а не какой-то пародией на него.

И всё равно, мне опять повезло, что нагрузка на энергоструктуру оказалась не столь велика, как могла бы. Благо я провёл напитку всего тела маной с элементом земли, тем самым сумев распределить потоки энергии по всем каналам, а не сосредотачивая их на какой-то части тела.

Сделай я так, то очень маловероятно, что и дальше бы рассуждал о подобных глупостях.

Покачав головой, чтобы сосредоточиться на происходящем и прервать пространные мысли, я осмотрелся.

Зала была охвачена огнем со всех сторон, непроглядный дым непрерывно валил в высокие окна с выбитыми стеклами, задерживался под самым потолком, снижая видимость.

Но мне и этого хватило, чтобы разглядеть среди многочисленных тел и кровавых пятен фигуры атаковавших.

Одетые кто во что горазд, и с черным огнем вместо голов. Нет, я не шучу и это не галлюцинации!

Лица нападавших перегораживало черное пламя, скрывая получше всякой маскировки. Их голоса, доносившиеся сквозь треск пламени, слышались как отдаленный низкий гул.

Взглядом выцепил и Рику, ногу которой сейчас придавил кусок колонны к полу и не позволял сдвинуться с места.

В ее сторону неторопливо, крутя кинжал в руке, шел один из зачинщиков произошедшего нападения.

Его серая толстовка и мешковатые штаны заметно контрастировали с образом белоряженных, что атаковали нас в подземелье.

Значит ли, что это уже другой противник?

Оставив лишние думы на потом, я сорвался со своего места, отметив резкую боль в пояснице после удара.

С плеч сорвался порванный пиджак, который я тут же перехватил перед собой.

Вот, противник замахнулся кинжалом, что также источал неизвестное свечение. Миг, и я скручиваю его руку пиджаком, отводя на себя и в сторону.

Неизвестный, не ожидав атаки хоть кого-то, попробовал отмахнуться свободной рукой, но я сумел поднырнуть под замах, и, уперевшись спиной к противнику, перекинул его через плечо.

Бух.

Тело с воплем плюхнулось о треснувшую плитку, кинжал отлетел в сторону, но я и не думал давать шанс оппоненту, чтобы прийти в себя.

Занесенный кулак ударил в точку, где должна была быть скула у мужчины. И она там оказалась, правда, мою руку тут же охватило яростное пламя, что всё не желало гаснуть, причиняя мне всё больше ущерба.

— С-стой! П-постой! Остано... — донесся гул из-под стены огня.

Но я не останавливался даже на миг.

Удар. Удар. Еще удар. Я вдалбливал голову, посмевшего напасть на то, что было мне дорого.

Никакой пощады. Цена ошибки слишком велика.

В какой-то момент попытки сопротивляться или защититься прекратились и тело неизвестного замерло подо мной.

Как погасло и само пламя, открывая вид на избитое в кровь лицо неприметного мужчины среднего возраста.

Становилось понятно, что он не был ни солдатом, ни даже магом. Мои удары сразу же прошли по его лицу, и даже огонь, что пытался сжечь мою руку, как такового ущерба не сумел нанести.

Я посмотрел на обожженный кулак со сбитыми костяшками. Пытавшие прогрызть плоть угольно-черные языки пламени также развеялись, не оставляя после себя ничего.

Магия? Нет, не похоже. Тогда почему у этого типа не имелось даже покрова маны? Это ведь самая фундаментальная защита.

Мой взгляд зацепился за небольшой кулон на шее у мужчины. Подняв его поближе к лицу, я заметил несколько цепочек рун. Опять руны, причем схожего происхождения...

Что вообще здесь творится?

— Марк! Осторожно! — голос Рики, как и взвывшая чуйка позволили мне в последний момент пригнуть голову, чтобы не лишиться скальпеля.

Очередной кинжал, чье острие было охвачено черным огнем, как и лицо моего нового противника, прошло в сторону.

Артефакт...

Враг также не являлся бойцом, но он был снаряжен крайне дорогими артефактами. Если мои подозрения верны, то кинжал должен прожечь насквозь покров маны противника. Это очень дорогое удовольствие и никто не стал бы разбрасываться подобными вещичками налево и направо...

Ведь не стал бы?

Подсечка в моем исполнении опрокинула мужчину в офисной рубашке и спортивках. Перекатившись, он попытался рассечь меня своим оружием, но шаг в сторону и выбитый локтевой сустав отбили у того всё желание махать артефактом и дальше.

— Су-у-ка! — выругался очередной неудавшийся атакующий и мой круговой удар ногой в голову вынудил того окончательно умолкнуть.

Всё же, укреплённая стихией земли конечность, да еще и попавшая в височную область, сравнима с железной битой.

Ничего удивительного в потере сознания.

Бах! Бах!

За спиной снова раздались взрывы и крики гостей празднества, обернувшегося очередной рубкой. Что не день, то резня бензопилой и праздник на улице Вязов.

Убедившись, что в непосредственной близости никто не намеревался меня нашинковать, я подоспел к Рике, помогая той поднять тяжелый кусок колонны.

Даже мое укреплённое тело взвыло от напряжения, а лицо покраснело от натуги. Но дело было сделано. Сумев поднять осколок величественного дворца, я освободил ногу кошко-девушки, что тут же ту под себя подтянула.

— Ай-ай-ай, — когда же Хайзантен попробовала подняться, то была вынуждена опереться на мое плечо, чтобы снова не упасть. Это нехорошо.

— Идти сможешь? — решил удостовериться я.

— Не думаю, — покачала она головой.

Вашу ж мать! Как всё не вовремя-то! Сбоку раздался тихий кашель. Повернув голову, я увидел, как из клубов дыма появилась... Алиса?

— Ваше высочество? — я удивленно вскинул бровь. Девушка выглядела и впрямь... неоднозначно. Платье оказалось порвано вдоль линии ног для удобства перемещения. Сама принцесса шагала босой по острой крошке, потеряв или выкинув во всей круговерти свои элегантные туфли.

Но всё это являлось ничем на фоне кровавых пятен как на платье, так и на руках платиновой блондинки. Причем, судя по всему, кровь принадлежала точно не ей.

— Рада, что вы живы. Кха-кха. Полину не видели? — как ни в чем не бывало стерла она следы крови со своей щеки.

Мы дружно с Рикой покачали головами.

— Полагаю, спрашивать про моего глупого братца и его приятеля смысла нету, не так ли? — криво усмехнулась девушка, сладко потянувшись. Она не выражала ни капли беспокойства или волнения по поводу нападения, точно это входило в ее еженедельную программу, как нечто тривиальное и рутинное.

Значит ли это, что Российская Империя не так спокойна, как о том говорят?

Получив от нас молчаливое подтверждение, Алиса сосредоточила своё внимание на валявшемся возле меня кинжале.

— Позволишь? — указала она на артефакт.

Я всё также молча подцепил кинжал носком ботинка и перекинул принцессе. Та ловко оный поймала и внимательно осматривала какое-то время.

Затем столь же отточенным движением метнула мне обратно, задумчиво надкусив губу.

— Шведская пентаграмма. Нужно будет попросить папу прошерстить пограничников. А то те явно зажрались на своих местах, раз такая гадость к нам поступает в огромных количествах.

Не успел я той ответить, как новый грохот откуда-то сверху привлек наше внимание.

Плита перекрытия дрогнула, а сразу после рухнула нам на головы многочисленными кусками, каждый из которых был способен разбить в лепешку.

Бах!

— Здесь еще кровопийцы! Прикончите их! — не успело даже осесть поднятое облако пыли и дыма, как на нас вновь установили мишени. Тройка рецидивистов была явно поумнее, потому как в их руках заметил пистолеты-пулемёты, до боли схожие с узи из прошлого мира.

— В сторону! — рявкнул я, укрывая Рику собой и отпрыгивая в сторону от места, где я стоял. Тут же пули стали высекать скопы искр от поверхности плитки.

Укрывшись за несколькими опрокинутыми столами, мы смогли перевести дух. Повезло, что сделаны они были из хорошей стали, а не оказались выполнены из пластмассы или еще чего.

— Ливен! Я беру тех, что сверху, а ты прикончи тех, что снизу! — услышал я голос принцессы. Как говорится, воля монаршей особы — закон, так и я решил не спорить с Алисой.

— Побудь здесь пока, — шепнул я собранно кивнувшей кошко-девушке, после чего выскочил из-за укрытия, обращая на себя внимание всех рецидивистов.

Восемь «покемонов» прямо передо мной, вооружённые, в основном, всё теми же кинжалами.

Тройкой автоматчиков уже занималась Алиса, что каким-то образом уже оказалась на втором этаже, где вовсю гремели хлопки выстрелов.

Перехватив кинжал обратным хватом, я ворвался в толпу противников.

— Сдохни! Сучий сын! — взревел бугай с метр восемьдесят. Артефакт в его руках казался какой-то зубочисткой, а не полноценным оружием. Но жалость не повод проявлять милосердие к врагу.

Лязг стали, удар уводится в сторону, удар ногой в живот отталкивает здоровяка назад.

Черное пламя всё также скрывало лица моих оппонентов, отчего в глазах мерещилось, что я сражаюсь против одного и того же противника, но с разными аватарами.

Двое справа и слева, уворот, удар кинжалом в горло левому, и взмах ногой в промежность правому. Оба падают на землю в следующий же миг, один из которых мертв, второй временно выведен из боя.

Третий выскочил из-за спины бугая, ударив наискось. Поставленный под острым углом кинжал позволяет мне уйти от неожиданной атаки, за что я сразу после оставляю кровавый порез на шее у парня.

Я не видел брызнувшей крови сквозь стену огня заместо лица, но вот охватившую оппонента судорогу было трудно не заметить.

К тому времени здоровяк уже пришел в себя, не придумав ничего интереснее, как метнуть мне в голову кинжал.

Атака четвёртого не позволила мне полноценно уйти с траектории броска, отчего я был вынужден наклонить голову в сторону, из-за чего кинжал оставил у меня неглубокий порез на виске, не забыв напоследок опалить чёрным огнем. Стоп. Порез?!

Отбив атаку четвёртого, я коснулся горящей стороны лица и посмотрел на руку.

Но да, там всё также была моя кровь. И укреплённая кожа вообще не сыграла никакой роли. Словно я и не вкладывал приличный кусок резерва на свою защиту. Нет, серьёзно?!

Я выдержал подрыв взрыв-пакета, а какой-то бросок по касательной мог оборвать мою жизнь?

Это даже не смешно! Впрочем, зато понятно, как враги намеревались перебить здесь всех присутствующих, когда как в самом здании, так и возле него ютились десятки магов-охранников.

Стоило мне о них подумать, как над головой показались десятки вспышек от элементальных заклинаний, что планомерно стали выкашивать рецидивистов надо мной.

А мне же требовалось покончить со своими...

Четвертый, пятый и шестой попробовали совершить слаженную атаку с трех сторон, но они больше мешали друг дружке, чем помогали.

Удар под дых пятому, взмах кинжала шестому, стоявшему за спиной, и, напоследок, удар ногой по голени седьмому.

Пока шестой захлёбывался в крови, я блокировал ответный выпад пятого, седьмой попробовал взять меня на удушающий.

У него это даже получилось, только я не забыл воспользоваться случаем. Оттолкнувшись от земли, я ударил с двух ног пятого, отчего тот упал затылком точно на осколок мрамора и затих.

А вот седьмого вывести удалось тычком кинжала в бок, даже непонятно, почему тот сам не додумался подобрать оружие, которых валялось вокруг предостаточно.

Не прошло и минуты, как восемь мобов уже лежали на земле, мертвые или в состоянии, близком к смерти.

Грудь моя вздымалась и опускалась, пот скатывался со лба, в глазах все больше всплывали пятна, вместо четкой картинки.

Кажется, я не заметил, как сам надышался углекислым газом...

Припав на одно колено, я попробовал отдышаться. Дым от огня еще не успел полностью захватить помещение, да и выбитые окна создавали хоть какую-то вентиляцию, так что мне дышать стало действительно чуть лучше.

— Отличная работа, — похвалила меня выпрыгнувшая из ниоткуда Алиса. На руках ее появилось чуть больше крови, чем я запомнил не так давно. Похоже, не у меня одного охота прошла успешно. Но кто бы посмел в подобном усомниться?

Всё же, у Императорского клана имеется собственная небольшая академия в самом центре столицы. Так что неудивительно, что там собрали все секретные знания и техники за всю историю Русских Княжеств и Российской Империи.

Нужно как-нибудь выбить себе допуск в их библиотеку, если представится такой шанс.

— Ничего сложного. Какая-то уличная гопота, разве что с прибамбасами, каждый стоимостью с особняк в черте города, — вздохнул я, указывая принцессе на кулоны на телах, как и на однотипные кинжалы.

— Нет. Это не просто гопота. Я узнала их, — вздохнула Алиса, присев над одним из трупов и вглядевшись в кулон.

— Да, и кто это, черт возьми, такие? — мне действительно следовало хотя бы узнать хозяина этих гадов, которому мне также потребуется нанести визит.

Долги-то всё ширятся, а отдавать их рано или поздно придётся.

— Черное пламя. Это символ старообрядцев-фанатиков, что хотят свергнуть Романовых и вернуть Россию к устройству Княжеств. Когда каждый якобы был сам себе хозяин и имел власть над своей мини-страной, как в Герцогствах. Наивные и жадные придурки, не более того, — фыркнула девушка, а я безрадостно покачал головой.

— Раз у них такие зубочистки у каждого под рукой, то не такие уж они и придурки, — указал я на кинжалы.

Нет, здесь явно было что-то большее, чем атака каких-то фанатиков. Или я что-то путаю?

Может ли так статься, что враг вложил столько средств чтобы что... убить принцессу и ее брата? Или устроить рубку среди дворян?

Пока я думал над сложившейся ситуацией, по всему Зимнему дворцу раздался уверенный и насмешливый баритон, точно из динамиков:

— Ваши высочества, вы меня слышите? Я знаю, что вы слышите. Вы и вправду заслуживаете свои титулы, как членов Императорской семьи. Однако, мне не пристало слать на ваши поиски по всему дворцу своих людей и тратить драгоценное время. Ведь никто же не проигнорирует такой праздник в самом сердце Санкт-Петербурга, ведь так? У меня тут в главном зале набралось заложников на пару десятков высших чинов Российской Империи. Предлагаю обмен. Ваши две головы на всех остальных. По мне, так это выгодный обмен, если учитывать, что обязанность каждого члена монаршей семьи — заботиться о своих подданых. Времени у вас на всё про все десять минут, и я моментально устрою вторую волну нашего бала!

Алиса мигом посмурнела. Но, а как иначе? Ей выставили такие условия, что какой бы выбор она не сделала — Романовым будет нанесен серьёзный урон. Вопрос лишь, какого характера он окажется. Потеряет ли ее фамилия двух своих представителей, или получат Романовы серьёзный репутационный урон.

И именно этот момент выбрал я, чтобы вмешаться в ход явно невеселых мыслей принцессы.

— Ваше высочество, может, вас заинтересует третий вариант, — позволил я себе слабую улыбку.

Погруженная в явно невесёлые думы, Алиса перевела на меня подозрительный взгляд. И, после недолгой борьбы, всё же сдалась.

— Ладно, Марк, выкладывай, что у тебя на уме, — сдалась принцесса.

— О, ничего сложного. Напомните — сколько у вас за актёрскую игру? — перебирая варианты, произнёс я.

— Четыре с минусом, а что? — ответила вопросом на вопрос девушка.

— Большего мне и не нужно. Значит, я предлагаю вот что...

Глава 10

Заложники из дворян и других важных лиц были собраны в главном холле, что соединял второй и первый этажи просторной лестницей.

Именно в центре него и стоял главный фанатик, чье лицо скрывало точно такое же жгучее черное пламя. Надет на нем был деловой костюм, что, собственно, позволяло подозревать, что виновник являлся одним из приглашенных на бал.

Вопрос в том, как он сумел протащить столько пособников через охрану дворца.

Ответ оказался прост и понятен, сколь и коварен. Очередной барьер. Прямо как в обороне базы магов-разведчиков. Тогда генератор защитного поля использовался для противодействия атакам монстров, а сейчас же он был применен для задержки подкрепления властей.

Кто бы что ни говорил, но Империя не могла везде и всюду использовать магов 7-ми и выше звезд, когда они по сути своей являлись стратегическим ресурсом страны и имели свою отдельный список обязанностей, как зачистка и охрана аномальных зон и самых защищенных объектов.

Даже наследники Императора не удостоились такой чести, как личный телохранитель подобного уровня квалификации.

Всё же, любой маг гордая птица, а потому охрана даже отпрысков Императора хоть и звучало благородно, но большая часть предпочтет лучше уж посвятить себя повышению собственных навыков, чем трате времени впустую, таскаясь хвостиком за своей целью охранения.

Вот и вышло, что из тех, кто остался за периметром барьера, ни у кого не хватало достаточно сил, чтобы слету пробить купол. Оставалось только планомерно поливать поверхность барьера заклинаниями, как из рога изобилия, и постепенно снижать его заряд.

Но на это уйдет достаточно много времени. Полчаса, не меньше, а за это время ещё многое может измениться.

Даже если кто-то из Императорского клана вызовет мага выше 7-ми звезд, что также маловероятно, то прибудет он еще совсем не скоро...

Значит, снова подтвердилась мысль, что со всем придется справляться нам самим.

— Эй, ты что здесь забыл? Кержак приказал собраться на первом этаже, — меня дернул за плечо один из фанатиков, пока я преспокойно бродил по второму этажу.

Мое лицо скрывало черное пламя, как и у противника, а поверх рубашки и жилетки была накинута толстовка одного из нападавших, чтобы скрыть мою причастность к дворянам хоть отчасти.

— Вроде же было получено обеспечить контроль и второго этажа? — почесал я затылок, вместе с тем поднося руку с кинжалом к подбородку.

— Идиот! Это поручено первой группе, остальным было поручено охранять заложников. Или ты хочешь, чтобы кто-то из них начал раскидываться магией налево и направо? — возмущённо изрек собеседник, на что я покачал головой.

— Н-нет! Виноват! Я сейчас же вернусь на своё место! — чуть склонился я, вызвав у фанатика раздражённый вздох.

— Понабирают же по объявлению. Дуй давай, пока Кержак не заметил и голову тебе не оторвал, — произнёс он напоследок и прошёл мимо.

Я же шустро спустился по лестнице, пропуская мимо себя еще четверку противников. На меня они уже перестали обращать внимание, увидев, как тем кивнул их коллега.

Всё же, отличная штука — этот маскировочный огонь. По сути своей, он представлял из себя артефакт, что питался маной от пользователя и из нее создавал непроницаемую защиту вокруг головы.

Точнее, так должно было быть в теории. На деле же рунные цепочки приводят к тому, что вокруг головы обладателя создается заклинание «воздушного шара», что обычно применяется водолазами и при работе в космосе, вторым шла защитная пленка, а следом и стена огня.

По итогу выходило так, что «воздушный шар» позволял дышать, будучи окруженным настоящим огнем, а пленка не давала тому нанести хоть какой-то ущерб.

Пламя же отлично скрывало носителя артефакта, а отдельный рунный символ позволял отлично видеть вокруг самому носящему. Этакое одностороннее зеркало.

Вот я и решил сыграть на том же самом, что и мой враг — неожиданности и внедрении.

Я как раз спустился по ступенькам, после чего свернул в сторону гардероба, у которого и были схвачены заложники. Высшие чины, люди, что повелевали тысячами разумных, сейчас сидели с поникшими головами в плотной кучке, не в силах поднять головы.

Да и что они могли поделать? Не каждый дворянин обладал достаточной силой, чтобы противостоять толпе фанатиков с антимагическими кинжалами, что уж говорить о чиновниках, среди которых дворян имелось не так уж и много. К тому же, многие привели с собой членов своих семей или близких в качестве сопровождения.

И тут то и скрывалась причина, как фанатики без магии сумели захватить столько магов и прочих, вроде бы, неслабых боевиков.

Чертов шантаж...

Протиснувшись в нужный момент и зная загодя, кто для кого кем является, они сумели взять в заложники дорогих магам людей, а уже тех вынудили сдаться. Кто не согласился и попытался оказать сопротивление — вскоре подорвался на взрывпакете или оказался убит толпами фанатиков.

Всё же, думается мне, что этот самый «Кержак», который, как я узнал от Алисы во время составления плана, является важной шишкой среди старообрядцев, провел сообщников, как обслугу для бала.

Или как работников для подготовки аукциона. Поводов могло быть полно, а если скрывающийся за маской еще и знатная персона, то, тем более, провернуть подробное не составило большого труда.

Но это сейчас не имело значения. Вопрос лишь состоял в том, смогу ли я достичь желаемого или нет.

Уже подойдя к заложникам вплотную, я поймал на себе пару подозрительных взглядов. Но это неважно.

Обнаружив искомую фигуру среди сидевших на коленях дворян, я подошел к ней, а после... просто пнул в живот.

Уже немолодой мужчина скривился от боли и схватился за живот.

— Что вы себе позволяете!

— Остановитесь!

— Мы и так сдались, чего вы еще хотите!

Кто-то из толпы начал кричать, кто-то волноваться, но их тут же угомонили несколько окриков фанатиков, приправленных парой ударов с их стороны.

Всё же, пока я какое-то время наблюдал, идя по первому этажу, то сумел заметить, как некоторые террористы вымещали злость или личное презрение на заложниках.

Любители, оно и видно. И даже теперь понятно, как их ввязали в это дело. Личная неприязнь к тем или иным личностям...

Как легко и как просто.

— Уже не такой высокомерный, а, граф?! — расхохотался я, схватив седые волосы мужчины, потянув на себя и влепив тому пощечину.

— Угкх... — граф застонал, но рта не раскрыл. Не издал почти ни звука. Хорошо. Значит, Алиса не ошиблась в нём.

Он продолжал пронзать меня взглядом, ни произнося ни слова.

— Вздумал смеяться надо мной?! — фыркнул я и тут же вдавил лицо графа в грязный от следов уличной обуви пол, — А что теперь скажешь, а?!

Мужчина смотрел на мое лицо, точнее, на полыхающую стену пламени и не выражал ничего. Ни гнева, ни страха, ни заискивания. Просто наблюдал, как охотник следит за играющей дичью...

— Ба! Да вы поглядите. Не смей глазеть на меня своими зенками в такой манере! — очередная пощёчина оставила на лице графа небольшой след.

А моё небольшое выступление окончательно перестало привлекать к себе лишнее внимание. Фанатикам уже подобное наскучило. Успели оторваться на самых рьяных, даже прибив парочку, пронзив кинжалами.

Так что моя игра на фоне предыдущих была так, на троечку с плюсом максимум.

Но я и не хотел, чтобы всё внимание врага было сосредоточено на мне.

— Буду краток. Я от принцессы Алисы. Моргните два раза, если поняли, — прошептал я, но граф после короткой паузы выполнил указание, — Отлично. Вокруг дворца стоит барьер. Никто не вытащит нас кроме нас самих. А эти, получив в лапы Романовых, явно не станут мельтешить с заложниками. Передайте остальным магам, чтобы были готовы к атаке. Как только услышите взрыв, то действуйте и обезопасьте себя сами, — на мою речь он едва заметно кивнул и очень вовремя.

— Ты! Чего ты там шепчешься? Из какой ты группы? — со спины подошел фанатик, что, похоже, являлся командиром этой группы.

Ничего не ответив, я нанес удар по носу мужчине, и тот всё же замычал от боли. Из носа потекла кровь, но я следом нанес дополнительный удар.

Лишь когда у графа оказалась разбита губа, меня подхватили под руку и оттащили от мужчины.

— Я что тебя просил?! Ты из какой группы?

Его не интересовала даже причина моего избиение драгоценного заложника, лишь легкое непослушание. Эх, откуда вас таких понабирают.

— Из первой, — пробормотал я, на что получил хмык от фанатика.

— Так хотел дать по орехам дворянишкам, что покинул свой пост? — я не видел его лица, но вот тон его мне точно не понравился.

Простое любопытство или проверка на вшивость?

— Периметр на втором этаже уже взят под контроль, да и разрешили мне отлучиться «по делу», — ответил я, а собеседник задумчиво скрестил руки.

И только он хотел что-то мне сказать, как раздалось эхо хлопков по всему залу.

— Какие люди! Её высочество Алиса Романова. Рад вас видеть среди нас, — голос кержака отражался от стен помещения, и, казалось, даже стена огня не могла скрыть фальши в поведении мужчины.

Внимание всех тут же сосредоточилось на одинокой фигуре, что выходила из тени раскуроченных двойных дверей, ведущих в соседнюю комнату.

— Хотела бы я сказать то же самое, но, увы, врать я еще с детства не любила, — девушка босой шагала по залу, обходя мужчину по дуге.

За ее спиной и вообще в помещении собиралось всё больше фанатиков. Кажется, кержак уже успел известить своих подельников, чтобы те были готовы к сюрпризам.

— Это просто замечательная черта. И не будь вы Романовой, я бы вас обнял, но, опять же, к великому вашу несчастью, ваши предки совершили слишком много грехов и этого уже не исправить никакой добродетелью, — покачал головой мужчина.

Я же поднял голову к потолку. Нет... Всё ещё недостаточно.

— Смотря с какой стороны посмотреть, — не согласилась девушка, шагнув мужчине навстречу. Тот также сделал первый шаг в ее сторону, крутанув кинжал в руке.

— Вот именно. Смотря, с какой стороны глянуть, моя дражайшая принцесса. Даже этот город был построен на десятках тысяч трупов наших людей, хотя вы каждый год продолжаете восхвалять память своего предка Петра I. Иронично, не находите?

— Я так не думаю. В их гибели была виновна северная орда, для защиты от которой и был возведен город. И вы знаете это не хуже меня. Не построй мой предок Санкт-Петербург и мы бы потеряли весь северо-запад России, — возразила принцесса, шагнув в сторону. Мужчина двинулся следом и вновь совершил шаг в сторону Алисы.

— Вы столь же наивны, как и прелестны, ваше высочество...

Еще немного.

— А вы не находите, что мы достаточно вели пустых разговоров? — произнесла Алиса.

Всего пару метров.

— Отчасти, — кивнул той кержак.

Ещё чуть-чуть...

— Так что будет дальше? Вы меня убьете? Или будете угрожать мне жизнями моих верноподданных и требовать вылизать вам туфли? — принцесса даже и не думала показывать волнение или страх, упрямо прожигая глазками фанатика.

Который сделал еще шаг ей навстречу.

Оставался всего один жалкий шажок...

Только один.

— Вы все вскоре узнаете, — хохотнул мужчина, — Осталось лишь дождаться вашего брата и тогда...

— Сестра! — с другой стороны зала объявился тот самый блондин. Второй принц Российской Империи, Константин Романов.

А вместе с тем кержак остановился, повернув голову в сторону нового лица.

Сука! Всего шаг ведь оставался до задуманного!

— Теперь, смотрю, все в сборе...

— Даже не думай, что я так просто сдамся! У, сука! — взревел парень и... побежал на главного фанатика.

Он что, совсем идиот, или притворяется? Кержак не дрогнул и мускулом, наблюдая, как на него бежит второй принц. Он просто... вытащил из-за пазухи револьвер и выстрелил.

Бах. Пуля прошила насквозь ногу принца и тот с ором повалился на землю.

Во дебил! Он еще и без покрова маны! Нет, ну что за чудик.

— Аха-ха-ха! И это нынешние Романовы? Смех, да и только, — озвучил мои нынешние мысли мужчина и пошел в сторону блондинчика.

Черт. Только не туда. Ну куда ты...

Вот только стоило тому подойти ко второму принцу, как тот вспыхнул мощной вспышкой маны. Кержак тут же попытался нанести удар кинжалом и прикончить Константина, но тот оказался быстрее, метнув в грудь мужчине сферу воздуха.

Бух.

Тело кержака с глухим хлопком отлетело назад, снова оказавшись в нужной мне зоне.

— Романовы не бегут и не сдаются! — воскликнул принц, уже заготавливая новую атаку. А меж тем фанатики вовсю хлынули из всевозможных углов, намереваясь оборвать жизни обоих высочеств.

Кто-то двинулся в сторону заложников, чтобы наверняка использовать их в качестве щитов.

Но Алиса внесла последний штрих, сделав их усилия бессмысленными.

Она пустила струю огня по дорогому ковру по кривой, вынуждая кержака отшагнуть назад. Чего я и добивался...

Артефакт, уже орошенный моей кровью, взметнулся под потолок и тут же вспыхнул огненным цветком.

Бах!

А вместе с тем дрогнула и тяжелая хрустальная люстра диаметром с десяток метров или даже больше. Ее несущая цепь лопнула, и вся эта груда металла и хрусталя с грохотом обрушилась на землю.

Прямо на не ожидавшего такого кержака...

БАМ!

Поднялось облако пыли. Я тут же дернул стоявшего рядом фанатика за руку, мигом выбил его оружие, а следом вонзил то ему же в глаз.

Труп глухо ударился о плитку, а за моей спиной вспыхнули десятки заклинаний.

Граф не подвел со своей стороны и смог донести новость до своих соратников, пока кержак с Алисой держали на себе всеобщее внимание. Снова раздались выстрелы, крики, взрывы, разгорелось новое сражение. Вот только теперь имперские маги не были застигнуты врасплох, они держались друг друга и формировали собою щит для тех, кто не обладали магией.

И только сейчас, наконец, проявилась неопытность фанатиков. Они не могли адекватно атаковать построение, не могли слаженно провести атаку, как и не могли защититься от шквала техник...

Уж больно резко столы оказались перевернуты в нашу сторону. Это вообще нормально?

* * *

Всё действо кончилось — даже глазом не успел моргнуть. Нет, серьезно. Я успел только прикончить еще парочку старообрядцев, как всё затихло. Вскоре купол был пробит магами извне и Зимний дворец снова оказался под контролем властей.

— Разочарован? — пока я лицезрел отблески мигалок полиции и прочих спецслужб, поинтересовалась подошедшая Алиса.

После такой выходки мы уже как-то и не заметили, как перешли на «ты». Хоть инициатором и являлась сама принцесса.

— Нет, ну не могли же они оказаться идиотами до такой степени! — прикрыл я веки, на секунду посмотрев в сторону Рики, которой сейчас исцеляли стопу целители скорой помощи.

Ощутив мой взгляд, она посмотрела на меня и кивнула.

Я кивнул в ответ. Хорошо, что хоть с ней ничего страшного не случилось.

— Может и могли, а может, и нет, — не сдержала вздоха принцесса.

— Что ты имеешь в виду? — глянул я в ее сторону, на что она просто указала мне в сторону толпы журналистов и репортёров.

Я даже вслушался в речь одной из них.

— За моей спиной Зимниц дворец. Именно здесь несколько минут назад произошло очередное нападение террористической ячейки старообрядцев. По нашим данным, уже подтверждены смерти нескольких десятков чиновников Ленинградского округа. Это большая потеря для нашей страны. Впрочем, как заверяют очевидцы, если бы не своевременные действия второго принца, Константина Романова, то жертв могло стать намного больше...

Серьёзно? Второй принц? И тут до меня дошло.

— Ты же не думаешь? — спросил я.

— Думаю. И потому не говорю. Последствия произношения подобного могут быть хуже, чем я могу сейчас выдержать. Как и то, что я могу ошибаться, — обняла себя принцесса.

И я полностью ее понимал. Мысль о том, что всё произошедшее — это сплошной цирк и во всем замешан второй принц, что водит связи с фанатиками ради своего воцарения. Это опасно... Крайне опасно.

— Как и то, что Кержак мог оказаться просто дегенератом, — попробовал выправить я мрачную атмосферу.

— Или может так, — хихикнула принцесса.

Я хотел сказать что-то еще, но в кармане брюк раздалась трель «гапса».

Достав оный, я увидел, что номер неизвестный. Странно, у кого вообще мог быть мой номер «гапса»?

— Ало? — приняв вызов, я поднес аппарат к уху.

— Давно не виделись, сын...

Глава 11

Тихий рев двигателя был единственным звуком, что я сейчас слышал. Ни шума взбудораженных улиц, ни оглушительного визга воздушных аппаратов, что носились в ночном небе, ни гомона имперских оперативников и гвардейцев различных родов Санкт-Петербурга — весь этот шум и хаос остался за дверцей автомобиля.

Кто бы мог подумать, что отечественный автопром способен создать такую качественную машинку.

Я прошелся кончиками пальцев по внутренней отделке седана, который я поначалу спутал с БМВ или ещё какой дорогой иномаркой. Но нет, это оказалась старейшая марка «Сайгак», чья продукция поставлялась самому Императорскому клану.

А теперь один из таких автомобилей с личным водителем вез меня уже на встречу.

На встречу с собственным отцом, которого я и не знал толком. Пожалуй, это может статься самым сложным лично для меня испытанием, даже похлеще бойни в подземелье.

Как следовало себя вести перед отцом? Что следовало говорить? Заметит ли он изменения в собственном сыне и еще ворох проблем, которые мне еще не пришли на ум.

Что я вообще знаю о своей семье? Да толком ничего. Лишь то, что у меня есть старшая сестра, Александра, что участвует в подавлении сепаратистов и союза племен изоляционистов, а также отец, Сергей Ливен, который по совместительству оказался единственным выжившим совершеннолетним во время чистки Императора после гражданской войны.

В открытых источниках достоверной информации по моему роду было совсем немного, только общеизвестные данные, да гора слухов, один бредовее другого, мол, мы семья вампиров, сутенеров, содержим за свой счет всех староверов-фанатиков, спонсируем нынешние войны в Европе и планируем свергнуть Императора в Поднебесной.

И ведь будь это так, то долго бы еще стояли во главе Империи Романовы?

Пока я размышлял, машина проехала центр шумевшего от нападения в Зимнем Питера и выехала на мост, что вел в восточную часть города.

Здесь было заметно тише, меньше мелькало туристов, а также движение было не столь плотным.

Спальные микрорайоны сменялись парками и аллеями. Проехали небольшую церквушку, а затем водитель вывез нас на шоссе, ведущее за пределы города.

Но и тут мы ехали не так чтобы долго — всего-навсего каких-то двадцать минут и вот, мы заезжали через автоматические ворота.

Моему взору предстал трехэтажный особняк в стиле барокко. Снова могло показаться, что ты вернулся в прошлое, в эпоху дуэлей на шпагах, войн Наполеона и нескончаемых балов.

Хотя что по сути своей поменялось? Дуэли всё также велись на холодном оружии, ставилось бы только такое условие, балы и банкеты точно так же были в моде, войны Наполеона сменились резней Герцогств, что всё равно могло стать прелюдией для очередной крупной войны на полсвета.

Я не сдержал полуулыбки при мысли о цикличности истории. Всё что творится — уже было до нас, не так ли?

— Мы прибыли, молодой господин, — произнёс водитель, остановив автомобиль у двойной лестницы, ведущей на крыльцо особняка.

— Я вижу. Спасибо, — ответил я и уже намеревался дернуть за ручку дверцы, как та сама отъехала в сторону, а передо мной появился старик в костюме. Нет, во фраке дворецкого.

— Молодой господин, глава уже ждет вас, — поклонился он с аккуратно постриженной бородкой и пенсне на правом глазу.

— Ведите... — кивнул я, не зная имени своего сопровождающего. Колюсь на мелочах, как пить дать.

— Меня зовут Захар. Я новый дворецкий вашего отца, — заметил мою заминку старик.

— А... — я не успел и задать вопроса, как уже получил исчерпывающий ответ.

— Виктор ушел на покой еще полгода назад из-за сердечного приступа, — произнес словоохотливый дворецкий.

Это хорошо, точнее, плохо, конечно, но хорошо, что меня тут же не вычислили. Ощущаю себя, как в каком-то шпионском триллере.

Внутренне похлопав самого себя по плечу для поддержания духа, я покинул автомобиль и последовал за Захаром внутрь особняка.

Внутри он выглядел столь же богато, как и снаружи. И это мы-то захудалый род с одним городком в каком-то захолустье?

Страшно подумать, сколько ресурсов у приближенных к Императорскому клану семей.

Пять минут блужданий по коридорам и залам окончились перед тяжёлыми двойными дверьми.

— Глава? Молодой господин прибыл, — Захар постучал о косяк дверей. И спустя несколько секунд тягучей тишины раздался низкий бас изнутри помещения.

— Впускай.

— Как будет угодно, — он открыл дверь и пригласил меня войти. Стоило же мне пройти дверной косяк, как двери закрылись, оставив после себя только вкрадчивый голос дворецкого, — А я пока приготовлю чай со сладостями.

Мысль о сладком как влетела в одно ухо, так и вылетела из другого.

Я оказался в изысканно обставленном кабинете. Стены сплошь были обставлены шкафами с документами и книгами. В стене, что вела на главный двор, виднелось панорамное французское окно, которое от меня отгораживал дубовый рабочий стол с покрытием из зеленого сукна.

В центре комнаты же имелось четыре небольших кресла со стеклянным хрустальным столиком между ними.

И как раз за одним из таких сидел безмолвной тенью хозяин кабинета.

Он носил серую жилетку поверх свободной черной рубашки с длинными рукавами и аналогичного тона брюки с острыми стрелками.

Острые скулы, волевой подбородок, брови навылет, тонкий нос и черные, как смола, глаза.

Так похожие на мои, но заметно темнее, точно мертвые.

Если в моем отражении еще можно было что-то разглядеть, увидеть отблеск, словно смотришь на поверхность обсидиана под углом, то глаза отца...

Они словно пожирали весь свет, не позволяя и лучику солнца промелькнуть в его взгляде. Таком тяжелом, подавляющем и гнетущем, что я и не заметил, как мое сердце пропустило удар, а ладони покрылись липким потом.

— Рад, что ты так скоро приехал, сын, — сказал он, а я механически кивнул, как ягненок перед диким зверем, — Присаживайся, в ногах правды нет.

И только он отвел от меня свой взгляд, как я ощутил, что с моих плеч скинули груз размером с небольшую гору.

— Конечно, — нервно облизнув сухие губы, я занял место напротив отца.

Снова повисло неловкое и гнетущее молчание. Никто из нас не знал, о чем говорить. Видать, не так близки были последние представители Ливен, как мне бы того хотелось.

Это могло заметно подпортить мне некоторые планы.

— Как тебе первые дни в «Кубе»? — спросил отец, достав из внутреннего отдела пиджака карманные часы образца этак века восемнадцатого-девятнадцатого с откидной крышкой.

— О, всё просто восхитительно. Я завёл несколько хороших друзей и произвел прекрасное впечатление на преподавателей. Уроки ещё официально не начались, но я уверен в своих академических способностях и способности усваивать материал, — безбожно начал я нести околесицу, но ведь по сути своей, я не сказал и слова лжи.

— А входит ли в этот список небольшая война с террористами, резня в Зимнем Дворце и едва не случившаяся дуэль с Воронцовыми? — прищурился он.

— В общем и целом, да. Но, стоит отметить, что с Воронцовым вопрос был улажен, — поправил я, усевшись поудобнее в кресле.

— Зато обострился конфликт с Нарышкиными, а те стойко поддерживают второго принца Российской Империи, тем самым мы едва ли не открыто бросили его фракции вызов и вошли с ноги на политическую сцену после десятилетней изоляции, — мрачно подметил отец, и мне нечем было это крыть. Дела, по сути, так и обстояли, как он сказал.

Выходка Евгения уже поставила нас на путь вражды. Быть может, он и не планировал вступать именно со мной в конфликт, но прошлого не вернешь.

Если я обнародую то, как поступил Нарышкин в лабиринте, это может обрушить тень на их честь и славу рода, что просто непозволительно для них, как рода, стоявшего прямо за спиной одного из претендентов на престол Империи.

Ведь если твои слуги и придворные будут обладать отвратительной репутацией, или не иметь ее вовсе, то легче от тех отмахнуться и поскорее избавиться, чтобы не очернить уже самого себя.

Второй принц никогда не славился миролюбием и всепрощением, так что случись с его вассалом подобный скандал, то рациональней всего будет откреститься от Нарышкиных.

Или рискнуть и оказать тем поддержку, но тем самым попасть под удар уже от самой общественности и стать жертвой слухов, пересудов и сплетен.

А кому это надо? Это понимали и Нарышкины, отлично представляя свои шансы.

Отчего-то я уверен, что Евгению хватило мозгов рассказать о произошедшем своим старшим в роде и те сумели отговорить придурка от импульсивных действий. Иначе он бы уже давно подгадил мне, так или иначе.

Но нет, Нарышкин будто исчез из поля зрения, забыв о нашем не случившемся конфликте. А так не бывает. Что я и уяснил за короткое время пребывания в этом мире, так это то, что дворяне обладали крайне злопамятным характером.

Это могло проявляться как в мелочах, так и в общих чертах, но то, что каждый дворянин был обязан отплатить добру — десятикратно, и злу — стократ, очевидно.

У Евгения после своего фиаско у лабиринта имелось всего два выхода, когда он узнал, что я вполне себе выжил. Первое — признать вину и попросить прощения, что, конечно, не спишет ему все грехи, но хоть отчасти подправить свою репутацию, и второе — прибить меня в тихую или после объявления с моей стороны, чтобы обвинить в клевете и покончить с вопросом радикально.

И что-то чуется мне, что Нарышкины выбрали второй вариант, что был ресурсозатратнее, но мог в перспективе принести не только потери, но и какую-никакую выгоду.

Ведь устранение рода, что клеветал на вассала второго принца, заметно сыграет в его пользу, как решительного кандидата в монархи.

А если и учесть вариант, что я из рода Ливен, сын бунтовщиков, то картина и вовсе маслом вырисовывается. Моя казнь по тому или иному предлогу станет просто шикарным пиар-ходом для второго принца.

И он явно не будет против подобного. Но что самое веселое...

Я объявился на благотворительном вечере рядом с его сестрой, Алисой, а также первой принцессой Империи. Старшой дочерью нынешнего Императора и основного претендента на престол.

Хотя с последним еще можно поспорить, так как многие шовинисты просто не горели желанием признавать девушку на троне, желая поставить вместо нее братьев, по понятным причинам.

И ведь вроде бы сам Император души не чаял в своей дочери, она по официальным данным являлась гением, как в науках, так и в магии, уже достигнув в возрасте 19 лет титула мага 5-ти звезд.

Меж тем ее братья ей во всем уступали, как в учёбе, так и в магии, предпочитая лавированию меж аристократов и наслаждением своей безбедной жизнью, в легкую просаживая целые состояния на праздники, оргии и прочие крайне занятные мероприятия.

Но... Как бы это странно и грубо не звучало... У них был хер меж ног, а потому их поддерживали многие старые и влиятельные рода и кланы.

Кто ж знал, что повесточка даст о себе знать и в новой жизни, а я так надеялся о ней забыть, как о страшном сне...

Вернёмся же к нашим баранам, то есть к принцам...

Константин, вызнав через своих сообщников или ещё как, что я иду на явное и открытое сближение с Алисой, предпринял... А что он предпринял? Он просто появился на мероприятии, намереваясь меня как-то спровоцировать?

Или, как подозревает Алиса, сама атака фанатиков была заговором второго принца? Если так подумать, то ведь мне одному из первых кинули под ноги целый взрывпакет...

А по официальным данным я получил травму в подземелье и не могу использовать магию насколько недель...

И будь она из разряда внешней, а не внутренней, то так бы и было. Я ведь мог в легкую подорваться или погибнуть при дальнейшей атаке антимагическим артефактом.

Да и фанатики могли бы в таком количестве пройти без обыска и задержек, только если кто-нибудь уровня принца Империи посодействовал данному вопросу.

Как все удачно складывается...

Раз не успели спровоцировать меня или вызвать на дуэль, то решили просто и тихо прихлопнуть, чтобы закрыть мне варежку и лишить Алису потенциального союзника.

Понять бы только, спланирована была вся атака на Зимний только ради меня и Алисы, или я просто попал под руку и основной целью стояла сама принцесса.

Хотя была ли она вообще целью?

Фанатики даже для меня были слабоваты, что уж говорить об Алисе с ее 5-ю звездами. А значит, второй принц преследовал иные цели...

Повышение своей славы на фоне главного оппонента путем прикармливания СМИ и журналистов? А почему бы и нет? Нужно будет отдельно изучить этот вопрос, быть может я еще смогу найти скрытые от меня детали.

— Конфликт с Нарышкиными был неизбежен. Ливен настойчиво желают ввести в политическую игру за престол Империи. В подобном намерении уже высказался не один человек, прямо или косвенно. И как бы я не старался отмалчиваться, этот выбор нам придётся сделать. Нам не дадут спокойно теперь отсидеться, начав подозревать в новом зреющем бунте или восстании. На нас сосредоточилось слишком много косых взглядов на фоне всё распаляющейся войны в Европе и борьбы за престол. Аристократы не верят, что мы и дальше будем вести себя тихо, — закинув одну ногу на другую и сложив пальцы в замок поверх колена, заявил я.

Отец медленно откинулся на спинку кресла, прикрыл веки, постучал по подлокотнику.

— В этом ты прав. Бездомная собака пугает сильно больше прохожих чем та, на которой имеется ошейник. Слишком долго мы оставались в тени. И слишком долго мы вели себя как можно незаметнее. Полагаю, я даже забыл, как столица и общественность полна воспоминаний об ужасах Гражданской войны. Значит, и тихий фасад нам держать уже не выйдет, — вздохнул отец, вперив взор в потолок.

— Были на то причины? — полюбопытствовал я.

— Их несколько. Во-первых, твоя сестра уже скоро должна вернуться с Дальневосточного фронта. И с этого момента влияние Ливен в Империи серьёзно возрастет. Как никак, она за несколько лет дослужилась до высшего офицерского состава за счет своих талантов и выдающегося выступления в Амурской операции, хоть и под протекторатом генерала Орлова. А он, если ты помнишь, вхож во многое круга, как и любит лоббировать своих протеже и учеников. Тем самым вырисовывается определенная нить между Ливен и действующей армией Империи. Такая связь может нехило взволновать столицу, как и всё дворянское общество. Ливен среди руководства 40-ой армии, которая, как всегда, себе на уме... — мужчина покачал головой от безысходности, — Люди имеют тенденцию пугаться того, на чем они уже обожглись однажды. Слухи о восстании непременно начнут расти, как грибы после дождя. А вслед за тем и давление уже на нас самих. Нас либо зачистят от греха подальше, или натянут поводок без нашей на то воли, да такой, что он сам задушит тебя за пару лет, став более медлительной и мучительной альтернативой простой эвтаназии. Так что выбирать сторону придется все равно.

— Хорошо, а какая вторая причина? — помассировал я переносицу. Новости и впрямь были не столь радужны, как я думал, уже заранее предполагая мне и моему роду гору проблем в будущем.

Хотя, если так посмотреть, то что может вызвать у наших врагов еще большую панику? Вряд ли еще более серьезный повод найдётся.

— А, во-вторых, я вот-вот совершу прорыв на уровень 9-ти звезд...

Глава 12

Секунда. Вторая. Тишина вновь затянулась. Я моргнул один раз, второй, третий. Прикрыл лицо ладонью. Покачал головой. Усмехнулся про себя.

Разве маги выше 7-ой звезды встречаются не супер редко, по одному на тысячу или даже большее количество магов?

Так какого ху...

— Не впечатлен? — хохотнул отец, наблюдая за моей реакцией.

— Нет, не в этом дело, — произнес с кривой улыбкой я.

— Значит, теперь ты понимаешь, почему мы больше не можем оставаться на втором плане? — спросил он, сосредоточив всё своё внимание на карманных часах.

— Нас же сожрут... — выдохнул я, уже представляя какая бойня нас ожидает.

Маг 9-ти звезд в роду бунтовщиков? Звучит, как очень несмешной анекдот. На нас тут же ополчатся все недоброжелатели и старые враги чисто из страха, что мы можем припомнить все неоплаченные долги с каждого рода, что требовал нашего поголовного уничтожения, подобно гнойнику, что требовалось вырезать.

А если к нам еще и возжелают вновь примкнуть все обделенные, что так и грезят о реванше с Императорским кланом и лоялистами...

Нас ждала новая гражданская война, что способна захлестнуть всю Российскую Империю, если к ней будет приплетен вопрос наследования трона.

— Не обязательно так, — загадочно улыбнулся отец.

— Есть неучтенный фактор, о котором мне неизвестно? — выгнул я бровь.

— Если собственная частная армия подходит под «неучтенный фактор», то да, — вновь ошарашил меня отец, а мне захотелось окунуться с головой в чан с чем-то высокоградусным.

— Может, ее сил хватит как раз, чтобы Императора свергнуть и захватить Империю? — закатил я глаза, на что мужчина напротив задумчиво почесал подбородок.

Нет, ты сейчас серьезно?! Ради всего святого, только не говори...

— Этот уровень всё же несколько недостижим даже для нас, — сказал отец, а я позволил себе мысленное похлопывание по плечу.

Значит, всё еще может не обернуться кровавой зарубой всех со всеми.

— И где же эта армия спрятана? Не оставил же ты подобное в пределах страны. Иначе сомневаюсь, что о подобном бы не знали придворные аристократы, а следовательно, мы не носили бы голов, — то, что мы не так беспомощны, это чудесно. Нет, это просто замечательно, потому как у каждого вшивого рода и клана есть своя гвардия или небольшая армия.

А многих бунтовщиков, как и Ливен, серьезно урезали в силах, которыми они были способны управлять. По сути, мы жестко проехались по запрету Императора, уже получив повод для крестового похода со стороны столичных дворян.

Как всё запутанно, однако...

— Зачем же разбрасываться тем, что и так было нашим? ЧВК «Рев» была основана еще твоим прадедом и получила заметное развитие при моем отце. Отряд хоть и небольшой, всего с три сотни солдат, но это обученные убивать маги, способные штурмовать позиции заведомо превосходящего противника. Он может помочь нам перевернуть стол в трудную минуту. А касательно расположения... ЮАР тебе о чём-то говорит? — закинул очередную наживку отец.

Вот нравится же ему испытывать меня, наблюдать за ходом моих мыслей. Изучает? Вполне возможно. Подозревает в чем-либо?

Без понятия. Все слишком неопределенно. Я так и не выбрал какую-то модель поведения, решив поступать так, как считаю нужным. Фальшь была бы слишком очевидна, а это могло вызвать лишние вопросы и подозрения со стороны отца.

— Бедная африканская страна. Местные диктаторы постоянно ведут свои карманные завоевательные походы, сжирая друг друга, как Уроборос. Отчего власть буквально не успевает перейти от одного кровавого маньяка к другому, а страдает население ЮАР, — выдал я сводку, которую смог прочесть, заинтересовавшись мановой рудой.

В ЮАР были крупнейшие залежи этого минерала, что был мне просто необходим для собственного усиления. И какого же было мое удивление, когда выяснилось, что не теракты являются причиной дороговизны этого ресурса.

А постоянные войны местных политиканов и древних племен вуду, которые изначально любили пустить кровушку кому попало.

— Всё так, но в то же время это идеальное место, чтобы спрятать у всех на виду небольшую элитную ЧВК. Так делали и продолжают делать многие рода и кланы, правда, с разной степенью успеха, — пояснил отец.

— Значит, мы можем рассчитывать на то, что нас не сомнут в первые же дни новой войны?

— Я бы так не сказал. Вывезти несколько десятков бойцов не представляет большого труда. Имперские службы не станут обращать на подобное внимание. Иной вопрос — несколько сотен профессиональных магов-убийц и диверсантов. Нас хлопнет имперская гвардия, даже глазом моргнуть не успеешь. Нет, «Рев» мы сможем использовать только в случае огнива настоящей войны, — покачал головой отец, а я постучал указательным пальцем по занимаемому мной креслу.

— Значит, у нас есть страховка, но применять ее мы не можем. Как если бы в машине установили ремень безопасности, но ты им всё равно не пристегнулся, — улыбнулся я.

— Всё так. Потому я и вызвал тебя. Следует быть особенно осторожным сейчас и не позволить врагам втянуть нас в конфликт раньше времени. Империю ждут тяжелые испытания. Война в Европе не остановится на Литовском Царстве. Мы можем жить спокойно на данный момент только потому, что они исполняют буфер между нами и Герцогствами. Вот только Король Леопольд стар и к него нет прямых наследников. Один удачный выстрел и хаос в Европе разрастется до таких масштабов, что нашей армии придётся вмешаться только бы нас обошло это безумие, — разложил мне более подробную информацию отец.

Да, это теперь имело смысл. Как и то, почему Российская Империя не ввязывается в конфликт, что не выгоден абсолютно никому, кроме некоторых личностей, устроивших эту мясорубку.

Называется, тоже мне, война за объединение осколков прежнего величия. Решили как-то одни идиоты возродить Великую Германию, а другие их тут же поддержали. А теперь имеем целые сотни километров земли близ Рейна и настоящую зону отчуждения, где каждый сам за себя и против каждого встречного.

Так что смысл нам лезть на рожон, пока стоит Царство Литовское и контролирует нашу восточную границу? Да и не известно, как само Царство может отреагировать на нашу обеспокоенность происходящим. Может ведь дойти и до войны, всё же соседи из нас не сказать, чтобы прям добрые, если судить по долгой истории обоюдных завоеваний и вторжений.

Нет, лучше заниматься пока задним двором, чем рисковать своей задницей в поисках приключений.

Подобная ситуация понятна и даже логична. Да и мне неясен весь расклад еще. Так ли нам неугодна резня в Герцогствах?

Нужно будет пометить себе в «гапсе» очередной вопрос для изучения.

— Я тебя понял, отец. Приложу все усилия, чтобы не втянуть род в трясину, из которой не выбраться. Но ты сам понимаешь... — пожал я плечами.

— Угу, когда ты уже по пояс в болоте, сложновато не запачкаться, — ухмыльнулся он.

Это же время выбрал дворецкий Захар, чтобы ввести в кабинет небольшую тачку, на которой располагался чайничек с источающим пар напитком, двумя фарфоровыми чашками и подносом с небольшими пирожными.

Легким движением разлив чай по емкостям, он смиренно поклонился и, получив дозволение хозяина, исчез в дверном косяке.

— А ловко это он, — прокомментировал я сноровку уже немолодого дворецкого.

— Опыт и хороший заложенный фундамент в нашем университете для простолюдинов, — пояснил отец.

— Удивительно, что Император и их не отобрал или не запретил, — отхлебнул я чая, отметив нотку ягод или каких-то фруктов.

Пока проводил своё исследование, сумел выяснить, что у Ливен, оказывается, был и свой небольшой университет, нацеленный на повышение квалификации своих работников и подчинённых.

Не каждый род и даже клан так делает, только те, кто действительно заботятся о населении, которое находится в их юрисдикции или те, кто обладает достаточной степенью дальнозоркости.

— Император не пойдёт на подобный шаг. После окончания Гражданской войны его положение и так было шатким. Реваншисты, что прошлись по рядам бунтовщиков, изрядно прошлись и по простолюдинам. Что могло спровоцировать полноценное восстание. По итогу имеем, что имеем, — подвел итог отец, пока я молча допивал чай.

— Ясно.

— Кстати, я приехал с подарками в честь поступления. Твоя сестра также не осталась без награды, когда сумела пройти отбор в экспедиционный корпус 40-ой армии, — с этими словами отец поднялся из кресла и прошел к своему рабочему столу. Я поднялся следом.

Открыв нижний ящик, мужчина достал оттуда небольшую коробочку, украшенную выжжеными по дереву иероглифами.

— Это пилюля семи огней. Она качественно очищает энергоканалы, а также способствует их заживлению. Мне «Куб» переслал твое медзаключение. После ее приема время твоего восстановления должно заметно сократиться, — с этими словами он протянул мне коробку, которую я безукоризненно принял.

Всё же, негоже отказываться от таких подарков.

— Спасибо... отец.

— Всегда пожалуйста. Наверное, ты устал. Так что продолжим нашу беседу утром. Время ведь терпит? — уточнил он у меня данный момент, хотя и сам знал, что занятий в «Кубе» на ближайшую неделю не представится, а следовательно, у меня и не было повода отказывать.

— Конечно. И я намеревался кое-что спросить, — замялся я, но высказал свою задумку, которая может в перспективе заметно облегчить жизнь всему роду.

— Слушаю, — заинтересованно посмотрел на меня отец.

— Не мог бы ты поднять справки об алхимиках, что не связаны с аристократами и являются выходцами из простолюдинов? Способности не имеют значения, мне главное — составить их список и разузнать об их ситуации и проблемах, с которыми они сталкиваются, — улыбнулся я.

В голове еще с момента моего пробуждения в лазарете начал формироваться план по тому, как можно относительно быстро и без особых трудностей поднять неплохую такую сумму и тем самым подправить финансовые трудности рода.

Да и заодно заиметь ресурсы уже для своих собственных проектов. Ведь ближайшая цель касательно формирования экспедиции в аномальную зону не изменилась.

Мне нужны деньги, соратники и связи. Со связями в перспективе способны подсобить Черная и Романова. Ведь мне так или иначе влипать во всю эту политику, так почему и не выбрать сторону симпатичной платиновой блондинки, которая к тому же и с головой на плечах?

Взамен же я обрету хоть какой-то рычаг давления на чиновничий аппарат, тем самым отрубив недругам Ливен возможность подгадить на официальном уровне.

С соратниками еще следовало определиться, но тут как раз удобно появилась ЧВК «Рев». Несколько опытных магов для ядра экспедиции никогда не повредит, а особенно преданных лично моему роду и мне в частности, чтобы избежать угрозы предательства.

Остаются только деньги, которые следует потратить на припасы, снаряжение и вообще многие формальности, о которых следует иметь понимание и знать наверняка, дабы избежать катастрофы во время нахождения в аномальной зоне.

Ведь лезть в пасть ко льву, зная, что она вот-вот захлопнется — не самая лучшая идея.

Мужчина подозрительно сощурился, но сразу отказа не дал, а значит не так уж всё и плохо.

— Зачем тебе это?

— Планирую устроить небольшую революцию в бизнесе, — скрестил я руки на груди, вызвав тем самым смешок у родителя.

— Будет он тебе через три дня. Зря я плачу торговцам информации, что ли? А теперь дуй из кабинета. Комнату покажет тебе Захар, — отмахнулся он от меня своей ладонью и уселся в офисном кресле за столом, спинкой повернувшись ко мне.

— Спокойной ночи, отец, — совершил я формальный поклон и в безмолвии вышел в коридор.

Сергей Ливен же остался задумчиво созерцать мрак за оконным стеклом, безучастно поглаживая карманные часы у груди.

* * *

Когда дворецкий отвёл молодого господина в выделенную ему комнату на втором этаже и убедился в том, что юноша не стал тратить время, а сразу же решил принять пилюлю, он вернулся к своему мастеру.

— Как он? — спросил хозяин кабинета.

— Молодой господин очень усерден и сразу же приступил к поглощению пилюли, — склонил голову Захар.

— Раньше за ним я подобной прыти не замечал, как и упрямства с осторожностью, — задумчиво крутанулся в своем кресле мужчина.

— Люди меняются, мастер, — лаконично ответил дворецкий.

— Но не за несколько месяцев обособленной жизни в Санкт-Петербурге, — не согласился патриарх рода Ливен.

— На войне многие вчерашние мальчишки становятся мужчинами, — не согласился Захар.

— Может и так. И всё же...

— Вам не нравятся метаморфозы в господине Марке? — прямо спросил слуга.

— Нет, вовсе нет. Я рад новым качествам сына. Стоит признать, я до недавнего времени был стойко убежден, что он не потянет бразды правления родом и уже планировал передать всё его сестре. Но теперь...

Мужчина не закончил, но смысл непроизнесенного и так был очевиден.

— Лишь время способно рассудить их, мой господин.

— Я лишь надеюсь дожить до этого момента, — мрачно огрызнулся Сергей. Его всегда раздражали суеверия о том, что время способно излечить от ран прошлого.

Сущий вздор. Сколько бы лет не прошло, сколько бы бессонных ночей он не провел за работой, только бы не ложиться спать и не видеть лиц потерянной семьи, не слышать голоса почившей супруги, не знать о секретах, переданных его отцом прямо перед штурмом их главного поместья.

— Уверен, всё образуется, — заверил того Захар.

— Я уже и не знаю, во что верить, Захар. Отец наворотил слишком много дел. Да, некоторые из них принесли нам выгоду, какие-то обратились приличной статьёй расходов. Но то, что он сделал с Марком... — неожиданно за окном сверкнула вспышка молнии, а следом послышался и тихий грохот.

На Санкт-Петербург надвигался штормовой фронт с Балтики. Целая неделя проливных ливней под аккомпанемент из гроз и ослепительных молний.

— Как показали наши отчёты, мальчик таки сумел применить магию. Хоть с рождения он и родился без этого дара, — кивнул дворецкий.

Новость и впрямь была хорошей, ведь когда наследник рода даже не может использовать заклинания, то и на репутации рода это соответственно отразится.

Но Сергей Ливен остался так же мрачен, поглаживая свои карманные часы. Ведь зная его отца, опытного и заядлого археолога, а также его частые поездки в аномальные зоны в поисках раскопок прошлого...

— Вот только магия ли это, а не что-то более страшное и древнее?..

Глава 13

Лучи рассветного солнца ударили по глазам, стоило мне прийти в себя. Поглощение пилюли семи огней прошло хоть и не без накладок, но плавно и обыденно.

И всё же не люблю я азиатскую медицину. Чин-чоны действительно извращенцы, раз подобные страдания для них являются нормой.

Весь остаток ночи я просидел на кровати в назначенной мне комнате, поглощая сконцентрированную энергию в пилюле и постепенно, раз за разом прогоняя ее по собственной энергоструктуре, позволяя той насыщаться целебной маной и ускорять процесс восстановления.

Конечно, не было худа без добра, а потому весь этот процесс сопровождался сущей агонией и жжением, будто тебя поместили в парилку под сотню градусов на несколько часов.

Состояние после подобного, очевидно, у меня было не очень, а вся одежда пропиталась зловонным потом. Да так, что я сам не сумел сдержаться и поморщился.

Приятным бонусом пилюль можно было назвать легендарное «прочищение пор». Хотя я в этом не находил ничего уникального. Посиди в парилке несколько часов — не только поры откроются, но и сам можешь откинуться, даже не заметив подобного.

В этот же момент в дверь постучали.

— Молодой господин, вы закончили поглощение? Я подготовил вам горячую ванну, — голос Захара заставил меня радостно улыбнуться.

Вот так сервис. Дворецкий явно знал, чем окончится мой сеанс поедания пилюли. Чем заработал в моих глазах несколько баллов.

Всё же, приятно находиться с умными людьми.

— Спасибо, сейчас спущусь, — я слез с постели, на простынях которых образовалось целое пятно от скатившихся с меня семи потов.

Далее последовали водные процедуры в огромной бадье, которую я назвал бы элитным джакузи 3 на 3 метра, но никак не ванной.

Впрочем, у аристократов были свои плюсы. Жизнь мага уже заранее предполагает аскетизм и лишение комфорта. Ведь как можно ожидать подобного уровня комфорта на вражеской территории в подземелье, или в пределах Плеяды?

Именно. Так что спальный мешок, палатка и, дай бог, какой-то источник воды поблизости, если повезет, станут твоими спутниками на долгие недели, а то и месяцы.

Расслабив тело и откинувшись затылком на бортик джакузи, я задумчиво зажмурился.

Что мне по итогу теперь делать?

Первая ассимиляция прошла успешно. Так или иначе. Отец может что-то и заподозрил в моем поведении, но виду не показал, что можно было принять как хороший знак, раз меня еще не вели в казематы или в подвал на допрос с пристрастием, куда я дел наследника Ливен.

Теперь я — Марк Ливен.

Наследник бунтовщиков и ключевая фигура в предстоящей игре за власть во всей Империи. Забавно, что я, как член рода, чьи предки начали Гражданскую войну, снова окажусь на первых ролях политической сцены.

Сейчас — всё тихо, но лиха беда начало. Война в Европе грозит охватить весь мир, Поднебесная мутит воду, как я прочел из недавних новостей, у них там очередная революции вот-вот случится.

Император и так придал к ногам попытку революции десять лет назад, просто-напросто вырезав самых упорных и идейных. А теперь новое поколение подросло на смену старому и готовится взять реванш, но на этот раз действуя аккуратно, тайно и незаметно.

Очевидно, что все эти слухи про новую революцию могли статься и желтушными статьями дешевых газетенок и пабликов, которые хотели таким образом навариться на этом инфополе.

Но не бывает дыма без огня...

Я же был всё еще слишком слаб, чтобы действительно иметь возможность не обращать внимания на то, что происходит вокруг.

Именно сейчас мне требовалось быть предельно осторожным в своих действиях. Я выжил в бойне в «Кубе», сумел своими действиями опровергнуть слухи о том, что я инвалид и не способен пользоваться магией, но тем самым я лишь привлек к себе ненужное внимание.

О чем подтвердила встреча в Зимнем Дворце с принцессой. Если до этого момента у меня еще имелся шанс отсидеться в тени, то теперь он исчез, как данность.

А это означало, что если я не хочу оказаться очередной ступенькой для других, мне нужно быстро и срочно набраться сил. Как личных, так и в обществе.

С ростом моих сил у меня идей пока не имелось. Да, в голове я сохранил пару задумок, как еще найти применение моей странной силе, но этим я и был ограничен. Пара трюков не сравнится с полноценной системой элементальной магии и не только.

Тот же «Сова» вытер мною пол, как грязной тряпкой. И я, по сути, и не смог нанести тому какого-то ущерба. Да и парочка трупов, накаченных маной по самую маковку у меня не всегда будет в наличии.

Нужны артефакты, необходимые знания о внутренней магии, а также полноценные расходники, что позволили бы мне продержаться в схватке дольше, чем один мой резерв.

И всё это решается экспедицией в глубины аномальной зоны...

Рискованное путешествие, которое может окончиться совсем не так, как мне бы того хотелось.

Но что мне было делать? Ходя по торговым рядам в «Кубе», я спрашивал о внутренней магии. Если раньше надежды и были на то, что подобные знания есть в открытом доступе, то теперь им пришлось кануть в лету.

Старинные талмуды сохранились, да. Вот только они находились в распоряжении Императорского клана или в цепких лапах коллекционеров или могучих магов, которые вряд ли бы так просто поделились этими знаниями.

Ага, это же лишь второстепенное направление магии...

С тяжелым вздохом я поднялся из ванной, ощутив себя так, будто заново родился. Восточники хоть и те еще извращенцы, но своё дело делают на «отлично».

Размяв суставы и потянувшись во все стороны, совершая небольшую разминку, я направился в раздевалку, готовясь принять завтрак с отцом.

Уже подходя к своим сложенным вещам и заготовленному новому комплекту одежды, я услышал звонок моего «гапса».

Раскрыв дисплей, обнаружил номер неизвестного мне абонента.

— На проводе, — без задней мысли сказал я. Хотя, может и здесь есть телефонные мошенники? Всучат мне робот-пылесос еще какой-нибудь...

— Ало, Марк? — донесся до меня знакомый голос. Не ожидал.

— Да, это я, — подтвердил я.

— Привет, нужна твоя помощь...

* * *

— Гио, чего застыл? — обратился к нему напарник.

— Созерцаю природу, — закатив глаза, ответил он.

Мужчина, а также маг 4-ых звезд поправил рукава своей белоснежной рубашки, а затем проделал тоже самое уже с пальто. Хоть форма Имперской контрразведки подгонялась под каждого оперативника персонально, но он всё еще не мог привыкнуть к своей новой одежде.

Еще с два месяца назад он заканчивал особый интернат разведки и контрразведки под Ярославлем, который среди ее выпускников полюбовно звался «ОРК-ой». Потому что, либо ты будешь орать по ее выпуску от психических травм или на тех, кого тебе укажет Ведомство внутренней безопасности или «ВЭБ».

Впрочем, это и не удивительно, когда в процесс обучения входит методика пыток, дознавания, допроса и многих других специфических сфер.

А вот то, что его назначили в состав оперативников на столь крупное дело, как нападение на «Куб», действительно дело неординарное.

Наверняка, дядя в «ВЭБе» расстарался, намереваясь застолбить за своего племянника столь громкое происшествие.

Был ли Георгий против? Да не сказать, чтобы сильно. Разве что чувство личного достоинства оказалось несколько уязвлено подобной махинацией от родственника, но трезвый рассудок твердил, что а как иначе?

Подобная возможность выпадает очень нечасто, так почему бы не воспользоваться ей по максимуму и не показать себя как квалифицированного сотрудника?

Так и до повышения будет недалеко, а там был шанс продвинуться в тайных агентов Императора и, чего уж там, получить задание в Туманном Альбионе или ССАР (Союз Свободных Американских Республик).

Хотя, лично Георгий больше бы предпочёл отправиться в Сасанидский Халифат на Ближнем Востоке или, если получится, в Сегунат.

Говорят, там на месте бывшей горы Фукусимы теперь красуется невероятной красоты озеро, заполнившее кратер, что остался от магии тогдашнего Императора Поднебесной 500 с лишним лет назад.

А потому что не следует лезть со своих островов с намерением надрать зад всем своим соседям. Вот и получили островитяне ответочку в первые же несколько месяцев войны за Корейский полуостров.

Причем, в самое сердце своего государства. Зато теперь те знают меру в своих действиях и более никогда не лезут на рожон, отдавая предпочтение интригам и скрытным махинациям.

На чем те и сумели преуспеть впоследствии, устраивая целые охоты на магов в Поднебесной по всевозможным закоулкам при помощи своих магов, обученных по специальным методикам, и отрядов-смертников из «лиа».

Страшный народец, как ни посмотри. И ведь вроде легко тех определить по звериным чертам, но островитяне так далеко готовы были пойти ради своей мести, что даже отрезали уши и хвосты своим подчиненным или пленным «лиа», чтобы те могли выдать их себя человека. Хотя, решение спорное, ведь человек весь в бинтах способен привлечь не меньше внимания, нежели ушастый или хвостатый «лиа». А особенно на условно враждебной территории.

Но что-то он больно глубоко ушел в отдаленные рассуждения, не относящиеся к их делу.

— Ты давай прекращай опять витать в облаках. А то доложат куда надо, и попадёшь снова на промывочную лекцию от нашего Саныча, — хохотнул Николай, напомнив товарищу про их старого преподавателя в «ОРКе», что мог за пять минут ввести тебя в состояние транса.

Или, говоря по-человечески, вогнать в сон своими душными речами о прошедшей молодости и опыте работы тайным агентом. Нет, информации полезной он давал немерено, но то, как он это подавал...

Уж лучше пойти смотреть, как кому-то голову отрывают и пришивают обратно в попытке расколоть допрашиваемого, чем это. Не так мозг твой отымеют хоть...

— Понял я, понял. Не дурак. Что там говорят наши эксперты? — помассировав переносицу, спросил Георгий.

— А что они могут сказать? Трупов и нету толком. Все гады утащили, не считая тех, что прихлопнули на перевалочной базе. Тщательно работали, гады, сокращая список улик по максимуму. По факту, у нас есть только остовы осадных ботов с закоптившимися в них пилотами, еще несколько сотен тел явных отбросов в крепости и еще несколько десятков неопознанных среди тех, что взяли последними, — раскрыл свой «гапс» Николай и протянул оный коллеге.

Георгий, приняв планшет, пробежался взглядом по кадрам, отмечая то, что особо информации из порубленных в фарш тел узнать и не получится.

Проводить анализ крови каждого и искать сопоставления в базе? Времени уйдет на это прилично, и мало поможет расследованию. Потому, что те, кого они сумели опознать или те, кто не состояли в базах Империи значились в них, как свободные маги и агенты гильдии авантюристов.

Ведь не только маги среди аристократов рождались...

Вот и шел народ, кто куда. Кто в свободные наемники, кто в ЧВК или спецслужбы Империи, а кто и в роли наемников, тех же героев, но не привязанных к государству напрямую.

Если героям выдавало задание Бюро Магов и устраивало организованные экспедиции под контролем и надзором Империи, то вот авантюристы работали, как частная структура, принимая заказы от жителей Империи и регулярно выполняя заказы уже и от Империи.

Не станет же государство ради очередной партии редких растений формировать полноценную экспедицию.

Нет, государство занимается крупномасштабными операциями, оставляя мелочевку на плечи разнообразных Гильдий.

И, все факты указывали на то, что именно в этой структуре появилась злокачественная опухоль.

Потому как протащить подобное количество магов — свободных агентов мог или достаточно могущественный клан или род, или же кто-то из верхушки гильдий.

Вариант с аристократами отбрасывать не стоило, но такая процедура непременно привлекла бы внимание и потребовала изрядного количества сил, что не осталось бы незамеченным, ведь большая часть дворян всё еще обязана регулярно зачищать и охранять выделенные им подземелья и территории.

И отвлечение стольких сил, соответственно, отразилось на популяции и активности монстров в том или ином регионе или подземелье.

Но нет, Бюро Магов подобного не обнаружило, а, следовательно, или причастных среди аристо не имелось, что очень вряд ли, или те работали в связке с крысой из гильдии.

Вручив «гапс» своему хозяину, Георгий задумчиво уставился на редкие гуляющие группки студентов «Куба». Казалось, он выпустился всего как пару лет назад, а уже создавалась ощущение, что прошла целая жизнь с поры «ОРКи»...

— Значит, всё совсем пусто? — идти на встречу с директрисой без каких-то данных не хотелось. Как выуживать из нее интересующие факты и детали, если ты не можешь заинтересовать ничем в ответ?

Ясное дело, можно было врубить старый, но не менее рабочий режим «доброго и злого полицейского», но Георгий уже убедился, что чем заинтересованней человек в ответах, что мог дать тому сам оперативник, тем охотнее тот идет на контакт. Ведь кто не слышал о такой вещи, как бартер?

Особенно это работало с такими важными шишками, которых и открыто обвинить и поугрожать им ты не способен. Не то положение, да и доказательств никаких в причастности директрисы Виктории Громовой не имелось.

Разве что халатность впаять, но это даже не смешно...

— Ну почему же... Удалось по номерному знаку ботов отследить их маршрут, — хмыкнул коллега.

— Даже так? Я думал Громова их спалила к херам, — нахмурился Георгий.

— Всё так. Но обшивка на одном боте выдержала удар, так что нам очень повезло.

Они вдвоем начали движение по освещенному коридору, неторопливо шагая по ковру.

— Так и каков результат? — спросил Георгий.

— Боты доставили контрабандой через границу с Поднебесной. Мы уже выслали несколько групп магов и оперативников на границу, а также осведомили тамошних аристо и пограничников, чтобы прикрыли лавочку, пока мы идем по горячим. Что же по Питеру... Здесь незаконным оружием промышляют сразу несколько группировок еще со времен разгара Гражданской. Визирь Императора, конечно, обезглавил их после окончания бунта, но ты сам должен понимать, — вздохнул Николай.

— Гидру так просто не убить, — кивнул Георгий.

Преступность в Питере стояла отдельным пунктом, и как ты с ней не борись, она всё равно вылезет. Всё же город стоял едва ли не на границе сразу с двумя соседями и являлся магнитом для нелегалов и прочих нелицеприятных личностей.

И хотя Империя подмяла тех под себя, держа в узде, но как показала практика, банды нашли метод обойти запреты и ограничения, наверняка найдя себе парочку покровителей среди аристо или сотрудников Гильдий.

Что ни новость, то больше и больше работы для него...

Может, зря дядя его турнул на это задание? Сейчас бы куковал себе где-то под Екатеринбургом и расследовал вопрос активности какой-либо небольшой секты, да в ус не дул, а тут...

А тут жопа!

Но это всё лирика.

— В общем, пошли доклад наверх к нашему куратору. Уверен, у него больше опыта на какие точки надавить, чтобы выведать побольше грязи на местные банды контрабандистов. Если и выдергивать тех, то с корнем. А для такого нам потребуется конкретная такая подготовка. Также оформи нам встречу с послом Поднебесной. Как никак, а это утечка и с их стороны. Попробуем надавить на них и потребовать усилить надзор за своим задним двором, — заявил Георгий, на что Николай что-то шустро набросал в «гапс» и довольно кивнул.

— Уже сделано. Ну что, пойдём побеседуем с местной богиней? — оскалился Николай, известный казанова и бабник с их выпуска.

— Ты даже к принцессе под юбку залезешь, только дай тебе дозволение, — вздохнул Георгий, чем вызвал довольный прищур от товарища.

— О, я и не только своими руками ей под юбку залезу, будь у меня такой шанс. Хотя, слышал, Громова не уступает той в красоте... — задумчиво заметил Николай.

Из-за чего Георгий не смог сдержать жеста рука-лицо. И ведь вроде напарник и считался старым другом, но такой он был временами козлиной, что хоть стой, хоть падай.

Оставалось надеяться, что Громова или Романова не могли услышать того, о чем говорил Николай. Потому как Георгий ну никак не желал попасть под трибунал за личное оскорбление дворянской чести и чести самих девушек.

— И всё же, Екатеринбург не такой уж и плохой вариант...

— Ты о чём?

— Да так. О наболевшем...

Глава 14

Машина остановилась у главного входа региональной больницы Санкт-Петербурга. Поблагодарив водителя, который, как оказалось, был тем же самым, что и привез меня в особняк Ливен, я вышел наружу, отметив холодный, пробирающий до костей ветер.

Всё же, ночной грозовой фронт принес вслед за собой не столько свежесть после столь долгого периода погожей погоды, а сколько промерзлость и сырость.

Хотелось укутаться в теплый плед и не вылазить на улицу в принципе. Особенно на фоне нескончаемого моросящего дождя, что порой усиливался до кратковременного ливня.

— Добрый день, чем могу помочь? — поприветствовала меня молодая девушка с подтянутой фигурой в окошке регистратуры.

Прямо-таки разрыв шаблона о том, что все, кто работает в государственных департаментах — те еще стервозные суки. Но всё это лирика.

— Я посетитель в палату номер 16, — ответил я, дожидаясь, пока девушка пробежится в базе данных и сверится с расписанием.

— Так, подождите минуточку... Да, вижу, о вашем визите уже предупредили. Вам на третий этаж, палата будет по правую руку, прямо по коридору, — с улыбкой произнесла девушка, получив от меня ответную ухмылку.

Поблагодарив оную, я поднялся по невзрачной лестнице, минуя других людей на лестнице.

Выйти же после на нужную мне палату не составило каких-либо проблем. Не считать же за них редких пациентов, что сновали от одного конца коридора в другой, не зная, чем себя занять.

Миры меняются, а унылая действительность больниц остаётся. Передернув плечами от подобных мыслей, я постучал в дверцу палаты, после чего дернул дверную ручку от себя.

Внутри меня встретила классическая обстановка небогатой палаты. Несколько коек, огороженных друг от друга тонкими стенками, пара шкафов у стены по левую руку, заполненные лекарствами, а также непонятная аппаратура у изголовья каждой койки.

Все койки оказались пусты, кроме самой дальней у окна. На ней лежал высушенный годами старик, с впалыми щеками, бледным выражением лица и густой седой бородой, что, казалось, могла сравниться своим тоном с болезненным оттенком кожи мужчины.

А возле нее сидел разыскиваемый мною абонент...

— Спасибо, что пришёл, — хрипло произнёс он. Мешки под глазами, не меньшая бледность, чем у старика, а также красные от долгого недосыпа глаза.

Даже синие волосы, которые были для моих глаз столь неординарным проявлением генетики, заметно потускнели.

Словно выгоревшая лампочка, право слово...

Создавалось впечатление, что Михаил Менделеев постарел на пару лет за какую-то неделю, что мы не виделись.

— Да ничего. С меня не заржавеет, — я подтянул дешевый табурет к себе и сел рядом с парнем, что не отводил взгляда с лица старика, — Так что случилось, ты так и не рассказал?

Парень поморщился, повернув ко мне голову, взглянул точно в глаза. Не знаю, что он там пытался найти, но я взгляда не отводил, параллельно отмечая метания химика и его терзания.

Спустя долгую минуту таких гляделок, юноша выдохнул и спрятал лицо в ладонях, дрогнув плечами.

На миг мне почудилось, что сейчас его прорвет, польются слезы, крики, гнев, да что угодно, но... нет.

Михаил глубоко вздохнул, расправил плечи и снова сосредоточился на старике.

— Как я уже сказал, мне нужна помощь, — сухо произнес он.

— Это я уже понял. В чем именно от меня требуется содействие и почему я, позволь узнать? — мы с ним не были друзьями. Даже приятелями я бы нас не назвал. Мы оказались попутчиками в бойне под лабиринтом и просто выбрались наружу. Даже в самой базе магов-разведчиков мы ограничивались кивками и парой разговоров во время второй осады от монстров.

Мы плохо знали друг друга, а также я ощущал некоторое недоверие или осторожность со стороны Менделеева ко мне. Это была не личная неприязнь, но намеренная, вбитая на подкорку мозга юноши отстранённость.

Ничего с этим я поделать не мог, потому как для меня данный вопрос тогда и не горел особо, да и многим ноги Ливен сумели отдавить за свою историю.

Что мне, каждого недруга или недоброжелателя рода пытаться перевести на сторону «добра и бабочек», убеждая тех в том, что мы не вселенские злодеи и моральные уроды? Делать мне больше нечего, чем заниматься столь неблагодарным занятием.

И всё равно. Вот он я, сижу напротив такого вот «недруга» и почему-то пытаюсь тому помочь.

Сделал ли я это из бескорыстных намерений? Отнюдь. Я не дурак, чтобы прыгать в бездонную яму, сломя голову и не загадывая наперед.

По крайней мере, пытаюсь так не делать. Менделеев — умный парень, хоть и из крайне небогатого рода, если судить по выуженной мною информации из мировой сети и отца, с которым я успел переброситься парой слов за завтраком.

И Михаил должен понимать, что ему придётся что-то предложить взамен моей помощи поверх долга с его стороны.

— Мне нужно кое-кого убить. И кроме тебя, наследника Ливен, мне некого о подобном просить, — заявил Менделеев, а я едва не поперхнулся воздухом. Уж явно не такого я ожидал.

Да и что значит «как наследника Ливен»? Я же не мясник на ножках...

Хотя ладно. Тут доля правды есть. Я тут только неделю, а на моих руках уже столь крови. Впрочем, это к делу сейчас не относится.

Вздохнув полной грудью, ответил же я совершенно иное:

— А теперь, пожалуйста, поподробнее.

— На магазин моего деда совершила облаву местная мафия или банда, я сам не особо в курсе. Я сам только перед поступлением в «Куб» приехал в Питер, поэтому не обо всём успел узнать от деда. Он опытный алхимик, каких поискать только можно. Многие дворяне даже брали у него персональные заказы на артефакты. И он отличился на этом поприще, превзойдя многих конкурентов из именитых гильдий и корпораций. Пока... не пересекся с Ермоловым, — парень едва унял подрагивающие ладони. И если я подумал поначалу, что он так боялся этого человека то...

Был вынужден снова пересмотреть характеристику химика. На его лице застыла маска безудержной ярости, ногти с такой силой впились в кожу, что на полу расцвела пара капель крови.

— Я знаю, что это он наслал на деда уродов. За день до облавы он пришел с непонятной целью. Дед мне так и не рассказал, отмахнувшись от моих переживаний. А вчера я пришёл... и увидел его с проломленной головой в разрушенном и ограбленном магазине, — просипел Михаил, а я задумчиво положил подбородок на сцепленные ладони, локтями оперившись на колени.

Что же мне по итогу предлагают? Суть просьбы уже была, по факту, произнесена.

Проломить голову Ермолову в ответ, только теперь с летальным исходом. Сделать это можно, но не просто.

— Что сказали оперативники «ВЭБа»? — спросил я. Удивительно, но, оказывается, в Империи все же имеется министерство внутренней безопасности. А то после «Куба» я было подумал, что все решается только силами самих магов и Императора.

Но нет, к счастью ли, но бюрократия и госаппарат в Империи развит и вполне себе работает, только как и любой иной отдел достаточно неповоротлив по причине непростой обстановки, как международной, так и внутренней.

— А что они скажут? «Ограбление с нанесением физического ущерба». Только в Питере таких же случаев по несколько раз в неделю случается в последнее время. Даже чистку проводил «ВЭБ» в сотрудничестве с северной армией. Кае видишь, вычистить всех не удалось, — продолжил Михаил.

— Подозрения по Ермолову то хоть передал? — нахмурился я.

— А что толку-то? Его род сильно знатнее моего, а по слухам некоторые родственники и вовсе в «ОРКе» учились. Связи тому не дадут утонуть, скорее, собак на нас сбросят, чтобы удавить окончательно, — поник Михаил, на что я положил руку тому на плечо.

— Говорить, что всё образуется, я не стану. Я не пророк и не даю обещаний в том, в чем я не знаю доподлинного ответа, но я могу только сказать, что я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь твоему роду, — сказал я, ощутив, как Менделеев молча схватился за мою руку на своём плече и с силой сжал ту.

— Спасибо. Я и не надеялся, если честно...

— Думал, что я наплюю на твою просьбу? — хмыкнул я.

Только сейчас парень поднял голову и едва заметно улыбнулся.

— Я был в этом уверен. Рад, что ошибся.

Я лишь похлопал того по плечу, уже размышляя как быть, и что мне со всем этим делать. Начинать полноценную войну с родом Ермоловых было не лучшим решением, на пороге противостояния с Нарышкиными и фракцией второго принца.

Нужно было закончить с этим делом как-то незаметно и желательно быстро.

Внезапно до нас с Михаилом донеслась череда женских криков откуда-то из больничного коридора, которые со временем становились всё громче.

— Я же сказала, вам сюда нельзя! Для посещения необходимо договориться о встрече заранее! Стойте!

Тут же дверь палаты отлетела в стену, а внутрь помещения влезла четвёрка мужчин в повседневной одежде.

Все, кроме лидера. Возглавлявший эту группу азиат носил на себе какую-то задрипанную кожанку, явно косплеившую байкерский стиль. А может и нет, в моде, как я уже говорил, я никогда себя знатоком не считал.

Глаза-бусинки глубоко посажены, на лице физиономия презрения и какого-то отторжения. Мужик будто на рынок в 90-ых пришел, а не в больничную палату.

— Ты внук этого черепашьего яйца? — с явным акцентом он ткнул своим морщинистым пальцем в бессознательного старика.

— Что вам здесь нужно? — поднялся Михаил, а я вслед за ним.

— Понятно. А ты, дрянь, которых будешь? — уже спросил он меня.

— Тутошний, — фыркнул я, на что последовал новый кивок от азиата.

— Отлично. Отлично. Отлично. Сломайте этим сосункам колени и покончим на этом, — гоготнул мужчина и дал дорогу тройке парней за своей спиной.

А, как выяснилось, они были не так уж и безоружны. У двух из них в руках оказались железные биты, а третий всё время, пока мы перебрасывались словами, вертел в руках нож-бабочку.

— Я вызову полицию! — пискнула девушка, что заметила беспорядок, находясь у выхода из палаты.

Вот только нужно было сразу бежать, а не кричать. За что она и поплатилась, когда ее за предплечье схватил мертвой хваткой азиат, словно разорвавший воздух между ними, преодолев половину палаты по щелчку пальца.

Маг, значит, причем не такой уж и слабый...

— Э, нет, красотка, сначала мы закончим наш бизнес, а уже только потом можно будет приступить к полировке жезлов, — ухмыльнулся азиат.

Девушка поморщила носик от подобной грубости, даже хотела возразить, но ее тут же заглушил смех самого бандита.

Я точно не попал в какую-то сянься или фильм категории Б?

Трио бандосов меж тем с предвкушающими ухмылками направились в нашу сторону.

— С одним справишься? — спросил я. Конечно, с тремя я бы и сам совладал, но был риск задеть дедка позади, а потому всегда лучше иметь поддержку за своей спиной для какой-никакой страховки.

— Думаю, да, — прошептал мне Менделеев и первым рванул вперёд. В его глазах плескалась неистовая злоба. Парня явно взбесило до белого каления то, как вторженцы бесцеремонно ворвались в палату к его раненному родственнику.

Я рванул следом.

Первый бандос уже замахнулся битой, как мой ботинок прописал тому по голени, вынуждая прерваться в своем ударе.

Химик проскочил справа от него, тут же прописывая двойку в челюсть стоявшему чуть позади.

Третий с заточкой попробовал пырнуть Михаила, определив того, как более опасную цель, но мой выпад мужику в живот сорвал все его планы.

В это же время первый очухался и вновь зарядил своей битой. На что я встретил ту укрепленной маной рукой. В груди отдаленно ухнуло, отчего я скривился от боли, но рука выдержала удар бандита, позволяя мне перейти в контратаку.

Мгновенный апперкот задрал подбородок мужика к потолку, он отшагнул себе за спину, чем я и воспользовался.

Подцепив левую ногу врага пяткой своей правой, я оттянул ту в сторону, вынуждая противника утратить равновесие.

Еще удар в челюсть вынудил того ловить звезды перед глазами. Но добить я уже не успевал, потому как чуйка пиликнула об угрозе со спины. Да и матерный ор стал отличным сигналом для меня.

— Сдохни, мразь! — новый выпад с ножом-бабочкой ушел в молоко, оставив небольшой порез на моем плаще.

Да чтоб тебя!

Шаг назад, в сторону, шаг влево, поворот вправо — бандит разошелся не на шутку, успевая выкручивать пред собой такие реверансы ножом, что просто залюбуешься.

Красиво и эффектно, конечно, но не эффективно.

Прямо под один из таких выпадов я и нырнул, выкручивая руку по локоть и наблюдая, как на пол падает нож-бабочка.

Удар в кадык, а после и в челюсть вырубили мужчину, а я ударом ноги за спину толкнул первого криминального элемента в стену. Закинуть в него второго и дело с концом.

Глянул на Менделеева. Тот как раз заканчивал с третьим, знатно начистив тому лицо, если судить по наливающимся синякам и гематомам.

— Бесполезные яйцеголовые, — прокомментировал азиат своих подельников, а я молча поднял ему большой палец. Надо же было так четко подметить общую черту своих коллег. Бритоголовые бандосы и вправду походили на компашку Шалтай-Болтаев, а не отпетых преступников.

Вот только потом мне стало не до смеха. Метнув девушку в Менделеева, заставляя того ловить медсестру или работницу больницы на лету, азиат устремился в мою сторону.

И так шустро, что я даже не успел как-то отреагировать.

Не успею заблокировать. Позади дед и Менделеев с девушкой. А если судить по влитой мане в кулак, отчего тот окружила отчётливая дымка, то удар может вышибить всю палату на хрен из здания!

Время замедлилось, стало вязким, как когда на меня налетела Царская гадюка. Только сейчас вместо клыков твари перед моими глазами застыл кулак мужчины.

Сердце громогласно стукнуло, да с такой силой, что отдало в ушах. Зрачки глаз опасно сузились, а в горле как-то пересохло.

Что это за состояние снова сработало? Почему в бою с «Совой» его толком и не было? Взглянул по сторонам. Все будто бы замерло во времени. Я также не мог двинуться, точнее мог, но так медленно, что мое тело казалось все столь же статичным.

Но мой разум... Он будто ускорился. Это новое проявление моего тела? Какая-то особая фишка вместо родовой магии?

Тогда откуда? Разве я не должен оставаться парнем без дара?

Все эти мысли проскочили в голове так быстро, что я даже не сумел отдать им отчет. Ведь я уже предпринимал действия, чтобы заблокировать выпад.

Мысленный приказ наполнил маной сосуды, артерии, вены, кожный покров.

И если от гадюки я тогда отделался взрывом...

То сейчас пришла пора поэксперементировать. Помнится, я недавно благодарил бога за то, что мои изыскания увенчались успехом с первой попытки.

Что же, теперь о подобном можно не беспокоиться!

Мана в кровеносных сосудах взбесилась, подчиняясь моей команде, кровь хлынула наружу, разрывая стенки капилляров и венозной системы. Чтобы сразу следом выплеснуться наружу в противоположные стороны.

А в следующую секунду над моей рукой сформировался тонкостенный кровавый щит...

Глава 15

Звон от атаки кулака азиата о мой созданный на скорую руку щит ударил по ушам и тут же был заглушен треском кристаллизованной крови.

Мой щит таки не смог выдержать передаваемого импульса, отчего тот лопнул, как стекло, раскрошившись на кучу мелких осколков.

Впрочем, своей цели я достиг — противник замедлился до такой величины, что уже позволял мне ответить.

Разворот на правой пятке, и я влепил стопой в челюсть противнику, отчего он тут же отлетел в ближайшую больничную койку.

Раздался грохот задетой телом азиата аппаратуры, на него упала подставка для капельницы.

А в следующий миг с окровавленной, словно вспоротой кинжалом рукой, я обрушился на оглушенного мужика, прописывая ему один удар за другим, чтобы тот более не мог проворачивать недавние трюки.

Первый прилетел в челюсть, которая хрустнула с определенным звуком, затем в ухо, чтобы не дать тому прийти в себя.

Молотя азиата, я даже не задумывался, что творю и в каком состоянии тот окажется. В моем представлении он уже стал противником, которого следовало устранить и единственный способ обеспечить себе спокойную жизнь в будущем — это уничтожить врага.

Лишь когда лицо азиата превратилось в булькающее кровавое месиво, я понял, что Менделеев пытался меня от того оттащить.

— Стой, Марк! Он же наверняка из триады! А если они придут за тобой, когда ты одного из них прибьешь? — взволнованно воскликнул синеволосый, на что я посмотрел на него, как на дебила.

— А если и не прикончу, то они меня отпустят и всё забудут? — я реально не понимал, он сейчас ведь пошутил.

— Но как же... — потупив взгляд, осекся Михаил, поняв, что он сам сказал, после чего посмотрел на лежавших в порушенной палате бандитов, а затем и на булькающего, еще живого азиата, — Хотя, наверное, ты прав.

Слова давались ему с трудом, парень явно был не готов принять жестокость бытия. Что удивительно, учитывая то, что он пережил со мной в подземелье.

Хотя, с другой стороны, тогда была совсем иная ситуация. Подземелье, иная сторона реальности, дорога между Землей и Плеядой, где правит исключительно сила и только.

А также полная неразбериха с хаосом, вызванным белоряженными. Как говорится, вот он — враг, наше дело правое, победа будет за нами?

Убей или умри. Ничего сложного. Выбор, который уже сделан за тебя и который вынуждает тебя идти на крайние меры, чтобы выжить.

Теперь же мы вроде как в «цивилизации». Вот только, самое что смешное — правила игры так и не изменились. Либо ты, либо тебя. Вопрос лишь в методах противодействия. Кроме силового вопроса появилось и много больше прочих.

Я подошел к азиату, который неожиданно для нас с химиком и медсестрой начал мерзко хихикать. Выходило это у него из рук вон плохо. Кровь в носу и сломанная челюсть не позволяли тому полноценно разразиться гомерическим хохотом.

И только тогда до меня доперло. Если он из какой-то банды или мафии, то что мешало ему вызвать подмогу или еще каких братков, когда осознал, что избиение Михаила пройдёт не как задумано.

Тогда дело принимало крайне скверный оборот...

Вынув из плаща «гапс», я тут же набрал номер дворецкого отца, который тот мне дал для разрешения каких-то проблем в ближайшем времени.

Как в воду глядел, право слово. Трубку с той стороны подняли после пары коротких гудков.

— Молодой господин, что-то случилось? — поинтересовался Захар.

— Да, тут кое-что стряслось...

Рассказ не занял много времени, по итогу которого дворецкий лаконично произнес:

— Отряд из гвардии Ливен вскоре прибудет к вам. Пожалуйста, продержитесь до их прихода.

После чего наш разговор был окончен. Что же, не так я себе представлял поход в больницу, но это даже навевает определённые воспоминания.

В Плеяде монстры также обожали устраивать засады, заманивая врага небольшими группками существ, после чего атакуя со всех сторон оставшимися.

Чую, триада меня также не разочарует и приведёт к нашим координатам своих молодцов.

Ну почему не может пройти и дня спокойно? Казалось, только вылез из одной задницы, так теперь на горизонте появилась вторая.

— Миш, что успел натворить твой дед, что теперь и по твою душу послали мафию? — выгнул я бровь, обратившись к парню.

— А мне откуда знать? Я только-только в городе, вроде никому дорогу не переходил. В клубе-то всего раз был. Но там ничего за рамки нормального не выходило, — пожал он плечами.

Но что-то меня задело в этих словах, отчего я решил уточнить.

— А под «нормальным» ты что воспринимаешь?

— Ну, как это. Набил кому-то морду по пьяни, еще танцевал с какой-то девчонкой. Вроде ее звали Мин, как там дальше... Не помню, честно. Я был сильно пьян и в раздрае, так что плохо помню тот вечер. Утром проснулся в каком-то отеле с той Мин в обнимку и ещё чемоданом денег в придачу, — беззаботно почесал он затылок, а я с трудом подобрал свою челюсть с пола.

И это интеллигентный и несколько занудный парень, как я о нем думал? Да я сейчас реально не удивлюсь, если он трахнул дочку лидера триады, а еще походя сорвал их сделку по продаже чего угодно в том клубе.

Охренеть не встать...

— Правда, эта Мин потом забрала чемодан с собой. Я особо и против не был — деньги-то были не мои, а значит ее. Ну а дальше у нас был финальный этап вступительного экзамена.

Теперь паззлы сложились, по крайней мере, те, что я мог додумать.

— Чувак, у тебя стальные яйца и очень слабая переносимость алкоголя, — выдохнул я.

— А как это связанно? — спросил он, но я даже не стал отвечать.

— Потом сам узнаешь.

Не говорить же ему, что только из-за того, что возможная дочь главы или важной шишки из триады забрала отжатые Менделеевым деньги, уберегли его самого от гнева мафии и те ограничились лишь сломанными ногами.

Ловлю себя снова на мысли, что меня окружают сплошные психопаты.

За окном внезапно раздался оглушительный визг шин и сигнал автомобилей. Заинтересовавшись, я выглянул наружу, чтобы тут же определить шесть черных автомобилей, что заблокировали вход в больницу, мешая тем самым покинуть ее посетителям.

Даже выезд для служебных машин заблокировали, собаки сутулые.

Спустя мгновение из машин начали показываться бритоголовые азиаты в кожанках, все на одно лицо, и ужасно стрёмные.

Впрочем, веселья это не прибавляло к сложившейся ситуации нисколько. Братки из мафии уже прибыли решать вопрос, а стоит им попасть в палату и увидеть, что стряслось с их дражайшим товарищем, то закидают меня мясом и всё.

Я посмотрел на Менделеева и бледную, как снег, медсестру. Затем глянул на лежавшего всё также без сознания старика. Хотя да, чего это я? Надеялся, что вот сейчас он придёт в себя и окажется магом 9-ти звёзд?

Ах, если бы так было всегда!

Тяжело выдохнув, во второй раз набрал номер на «гапсе», уже предчувствуя, что еще пожалею о сделанном сейчас выборе.

— Слушаю, — я снова услышал роковой голос в аппарате и не сдержал усталого вздоха.

— Доброго дня, ваше высочество, — ровно произнес я, на что последовала пара секунд тишины с той стороны, точно Романова пыталась вспомнить, кто я такой, и откуда у меня ее номер.

Обидно немного, но да ладно.

— Марк, давно не виделись, — тут же потеплел голос принцессы. Значит, меня по всем признакам уже записали в свои ряды или хотя бы в союзники.

Меня же без меня женили! Великолепно, однако!

— Всего-то с день, ваше высочество, — возразил я.

— Время в разлуке особенно невыносимо, — сострила девушка, а я с большим трудом удержался от нового стона негодования.

— Я хотел попросить об одолжении, — перешёл я к деловому тону, который тут же поймала моя собеседница.

— Смотря какого рода и толку, — сразу видно, не впервой подобный разговор ей проводить. Даже любопытно, чего просили у нее до меня?

— Мне нужна будет небольшая зачистка, — ответил я, похрустев шейными позвонками.

— Что ты имеешь ввиду под «зачисткой»? — насторожилась принцесса. И не зря. Ведь то, что сегодня произойдёт в больнице, потребует немалых усилий, чтобы замять и не сделать новостью для первой полосы.

— Под этим я подразумеваю небольшой переполох в больнице на Кантемировской улице, — хмыкнул я, передав вместе с тем адрес предстоящей потасовки.

А после я сбросил «гапс», ведь азиаты уже полным составом ворвались в больницу, оставив несколько человек снаружи для патруля округи.

Не думал, что так опять же все обернется, но, думаю, в коридоре я смогу разойтись на полную.

— Оставайся здесь и защищай деда, — отдал команду Менделееву, после чего вышел в коридор, прикрыв за собой дверь в палату.

Тут всё также мелькали пациенты и некоторые посетители вместе с персоналом заведения.

Что же... Пора немного внести разнообразия в серые больничные будни. Моя рука коснулась пожарной сигнализации на стене, а затем я беззастенчиво дернул за рычажок, провоцируя сирену.

Тут же врубился звонок, люди вздрогнули, начали озираться, позволяя панике начать свой стремительный марш по толпе.

Из помещений для персонала повыпрыгивали, как черти из табакерки, медсестры и доктора, уборщики и техники.

Все они начали сноровисто руководить эвакуацией, провожая больных и тех, кто мог идти к пожарным лестницам.

Если триада заблокировала главный выход, то как они отреагируют на подобное? На время это должно было задержать их, а также отвлечь часть сил на проверку людей снаружи.

Не знаю, как они вообще намеревались нас с химиком определять. Полагаю, у них есть автопортрет Менделеева, но вот мой — очень вряд ли.

Хотя мог ли азиат оставить на мне какую-нибудь метку или еще какой знак врага триады? А что? В магическом мире мы живём или вышли погулять?

К тому же, самое неприятное то, что азиат использовал против меня явно не магию, а, предположительно, боевые китайские искусства.

Я и так их мало любил в своей прошлой жизни, когда пересекался с уроженцами Китая, Японии и Кореи. Уж больно пафосные они для культиваторов оказались, с соответствующим уровнем эго.

Хотя, для горделивых азиатов это в пределах нормы. У них ведь новеллы о культиваторах и прочих волшебниках, полирующих нефритовые жезлы, были в почете еще до нашествия Плеяды. Так что они одни из самых первых очухались и научились применять ману, да и то, несколько не по человечески.

Полагаю, здесь происходило нечто похожее, если судить по встреченному мною бандиту, что скакал, как заяц, а моей реакции не хватало, чтобы отследить его движения при последней атаке.

Люди меж тем в скором темпе покидали коридор, в чем явно прослеживалась определённая подготовка. Не зря бюджет больница пилит, раз ее сотрудники хотя бы могли адекватно провести спасение людей от предполагаемого пожара.

— Молодой человек, вы не слышали сирены? Пожалуйста, пройдёмте скорее со мной, — ко мне подбежал пожилой мужчина в лабораторном халате, на что я тому довольно улыбнулся.

— Не могу, — ответил я.

— Это еще почему? — спросил он, нахмурившись.

В этот же момент в коридор поднялись первые четверо бритоголовых, вооруженных, кто во что горазд. Кастет, кусок стальной трубы, длинная цепь и даже... палка? Один из бандосов даже притащил бамбуковый жезл на стычку, прямо как законопослушный культиватор!

Этот день всё не перестает меня удивлять.

— Эти красавцы не позволят...

* * *

Алиса Романова хмуро посмотрела на свой «гапс», на который только что пришел неожиданный звонок от Марка.

Но что больше ее удивило... Он посмел бросить вызов, разговаривая с наследницей престола?

Это, вообще, как понимать? Какого черта здесь происходит?

— Ваше высочество? — до нее донесся голос Полины, от которого она едва ощутимо вздрогнула и вернулась к реальности.

— Да, извини. Продолжим. Так о чем ты говорила? — приняла прилежный вид принцесса и постаралась отбросить мысли об одном наглом черноглазом парне в сторону.

— Ничего страшного. Итак, на чем я остановилась, пока вы не отвлеклись... Ах да, второй принц начал стремительно набирать сторонников при дворе. Его вчерашняя выходка стала отличным началом для активной фазы противостояния. Если раньше он держался в стороне и вел себя достаточно пассивно, никак не оспаривая наше первенство, то уже сегодня он посетил род Ермоловых и Островских. Константин теперь консолидирует своих сторонников и на волне новостей о его «акте настоящей Имперской доблести» непозволительно быстро укрепляет свою фракцию, — Черная сложила стопку бумаг вместе, постучав теми о край стола, после чего устало откинулась на спинку стула.

Кажется, сегодня она и вовсе не спала, занимаясь добычей информации и отслеживанием хаотичной обстановки в Империи.

— Как общество отреагировало на инцидент в Зимнем дворце? — нахмурилась Алиса, явно не обрадованная такому положению дел. Если все продолжит идти по нынешнему курсу, то скоро и ее немногочисленные сторонники могут перейти во фракцию второго или третьего принца, окончательно утратив веру в победу первой дочери Императора.

— Шокированы, но никаких беспорядков не последовало. Многие скорбят по тем, кто погиб, Визирь Императора объявил трёхдневный траур в дань памяти о погибших при акте терроризма. Также было объявлено формирование нового отряда для зачистки противозаконной деятельности в переделах Санкт-Петербурга и Москвы, как и ряда других крупных городов. Это наш шанс вернуть наше влияние и даже более того, воспользоваться случаем, что нам предоставили фанатики, — пригубила Черная зеленый чай из фарфорового сервиза.

— Предлагаешь возглавить операцию в пределах Санкт-Петербурга? — постучала ноготками по краю столешницы платиновая блондинка.

Почему-то в голове вспыли недавние слова Марка про «небольшую зачистку». Чистое совпадение, или же...

— Именно так. Так это покажется нашим сторонникам, что сколько бы Константин не навещал дворян, но власть всё еще в ваших руках. Конечно, это не станет панацеей, но подобная акция способна нивелировать недавние успехи второго принца, — довела свою мысль дочь дипломатов, показав в очередной раз свой талант к политическим игрищам. А ведь ничем иным, кроме как перекидыванием дворянских родов от одной фракции к другой — назвать это было и нельзя.

Сейчас, когда Император находился в Швецкой Гегемонии на саммите касательно войны в Герцогствах, то их борьба за престол стала особенно острой. Каждый день был на счету, как и каждый жест и слово, произнесённые сейчас.

Стоит отцу вернуться в столицу и их противостояние снова войдет в холодную фазу, а успех, достигнутый за этот короткий миг отсутствия отца, будет окончательно закреплен.

Чем больше она позволяла действовать Константину, тем дальше Алиса толкала себя и свою фракцию к бездне.

Выходило так, что чем дольше она будет ждать и наблюдать, тем больше она потеряет, что было просто непозволительным.

Ей нужна была поддержка нейтралов и бывших оппортунистов. А значит, следовало завладеть Марком Ливен.

И она уже даже знала, как сможет это провернуть.

— Хорошо, я одобряю этот план. Отправь его на проработку. В пока скажи мне, как идет подготовка к нашей экспедиции...

Глава 16

Оттолкнув доктора за спину, я был вынужден уклоняться от броска цепи ближайшим бандитом.

Через лестницу уже появились новые братки из триады, что мягко намекнуло мне на то, что следовало поторопиться с устранением противника, пока не стало слишком поздно и меня просто не задавили числом.

Нельзя было точно сказать, что среди триады не окажется вновь очередного мастера кунг-фу, а потому следовало исходить из наихудших прогнозов.

Укрепив руку маной и ощущая тупую боль в груди, я перехватил стальную цепь, а затем потянул на себя.

Противник попытался оказать сопротивление, но неудачно. Значит, этот точно не маг. Следом во второго кинул захваченную мною цепь, и вместе с тем ворвался в группу противника.

Пропустил кастет слева от головы в опасной близости от скулы, перехватил тело бандита, крутанувшись на месте перекинул того через бедро в соседнего азиата, не забыв пригнуться от кругового удара шестом.

Из положения на корточках вдарил ногой по левой стопе державшего палку бритоголового, тем самым обрекая того на болезненную встречу с полом.

Уже намереваясь добить его очень удобно подставленную голову смачным пинком, я всё же откатился в сторону, избегая встречи с битой.

Оная только и выбила осколки плитки из места, где я сидел мгновение назад.

Некоторые из которых оставили небольшие порезы на моем пальто, а также пару царапин на руке, прикрывавшей лицо. Из дверей, ведущих на эвакуационную лестницу, появлялись всё новые и новые азиаты.

Нет, ну серьёзно?! У меня и в мыслях не было шутить о многочисленности узкоглазых в Поднебесной, так они сами подталкивают меня на этот шаг!

Нетолерантные гандоны!

— Что же... Вы сами выбрали свою судьбу, — прохрипел я, наблюдая, как капли крови скапливаются у меня в ладони.

Собрать ману в капле крови, подготовиться к встряске...

Краем глаза заметил, как среди новых врагов в мою сторону устремились два похожих друг на друга мужика в кожанках и с татуировками на лицах.

Хех, поздно вы, господа.

Не позволяя тем подойти ко мне вплотную, я использовал взрыв маны.

Бах!

Коридор схлопнулся, потолок разнесло к чертям, сверху повисли мертвыми кусками кабели и другие коммуникационные системы, стены обожгло и осталось от краски одно упоминание.

Плитка обратилась шрапнелью, местами задев и меня самого, но преждевременное укрепление всего тела теперь не позволило осколкам как-то мне навредить.

А вот с противоположной стороны... Образовалась картина, как в каком-то кровавом ужастике. Несколько бандитов погибли от взрыва сразу, другим же не повезло, потому как тем оторвало руку, ногу или всё вместе. Третьи оказались лишь оглушены и особо серьезно не пострадали, но вот эффект по их морали взрыв маны оказал нешуточный.

Но, серьёзно, где это видано, чтобы люди перли на боевого мага и еще ведь по хамоватым мордам были уверены в своей победе?

Коридор наполнился криками и стонами, матом, зловонием крови и застоявшимся смрадом гари. Впрочем, долго мне отдыхать не позволили те самые два брата, что сквозь клубы дыма вылетели на меня с двух сторон.

Тут же, недолго думая, в левого послал новый взрыв маны, пока правому прописывал удар пяткой в живот.

Бах!

Левого взрывной волной отнесло в стену, но тот остался внешне целехоньким, что подтвердило мои подозрения о том, что против меня снова сражаются восточники или те, кто явно обучались по их методичкам.

Потому как не покрова маны, ни каких-то элементальных техник те так и не использовали. Это было просто укрепление организма, повышение его способностей. Было бы хорошо почитать их методичку, но не уверен, получится использовать это себе во благо. Империя бы подобного точно не пропустила, чтобы добавить к изучению магии еще и укрепление своего тела до подобных пределов. А значит, была какая-то заморочка, что не позволяла подобное провернуть.

Не успел и заметить, как двойка противников вновь насела на меня, не позволяя и вздохнуть между обрушивающимися на меня ударами.

Заблокировал хук справа, ушёл от апперкота слева, удар локтем пропустил над головой, выпад колена принял на скрещенные руки, от подсечки ушел прыжком, за что был награжден пинком в грудь.

— Кха! — новый удар выбил весь воздух из легких и отправил меня в короткий полет по коридору больницы.

Кувырнувшись несколько раз, я с некоторым трудом возобновил равновесие и моментально использовал серию взрывов маны, чтобы не позволить противникам вновь перейти в клинч.

Бах! Бах! Бах!

Да мать твою, что они жрали такого, чтобы игнорировать взрывы!

Тут я, конечно, утрировал. Два брата из ларца выглядели, всё же, помятыми. На коже подпалины, ожоги, местами от рванья, в которое превратилась их одежда, шел дым, но вот кроме незначительных внешних проявлений — повреждений выявлено не было.

Нужно было придумать что-то более действенное и желательно быстро.

Вновь пришлось испытывать на прочность свою технику по укреплению тела, а также через силу активировать регенерацию на элементе воды, по причине начинавших давать о себе знать микротравмах.

В голове тут же словно проснулся рой, что безостановочно грыз внутреннюю сторону черепной коробки, но оставалось только сжать зубы и продолжить затянувшийся бой.

Между наплывом ударов подчеркнул, что бандиты продолжали накапливаться в коридоре, оттаскивая своих товарищей и пытаясь тем своевременно помочь.

И, что самое неприятное, перед ними стоял еще один восточник, на этот раз с короткострижеными черными волосами и с заложенными перед грудью руками.

Так и излучал пафос вокруг себя, как уран радиацию. Прикрывал подчинённых или просто ждал удобного момента?

Удар по носу не дал мне продолжить думать в этом направлении, и я снова сосредоточился на схватке с парочкой бритоголовых.

Взрыв маны в лицо правому, от атаки левого создал новый щит из крови. После контакта тот пошел трещинами, но еще один удар тяжелого кулака обязан выдержать. Не желая вновь терять инициативу, я прописал кромкой щита в лицо левому, затем второй и третий раз, пока на меня не набросился со спины его подельник.

Да сколько ж можно? Злоба от всё затягивающегося противостояния начинала сжирать меня изнутри, раз за разом заблокированные атаки и синхронные нападки азиатов действительно умело выбивали из колеи.

Снова пропустил выпад под колено, из-за чего я припал к земле и тут же схлопотал удар ногой с разворота в челюсть. В голове тут же всё зашумело, перед глазами коридор поплыл, головокружение мешало стоять и не шататься.

Сплюнув на пол кровь, я волком уставился на возвышающийся надо мной дуэт.

Из разбитой губы потекла кровь, мышцы всего тела ныли, ощущал себя подобием отбивной, чем частью моего собственного тела.

Я не мог выиграть привычной мне стратегией... Кто бы мог подумать, что я так скоро натолкнусь на более сильного противника. И не потому, что их техника была лучше, нет, она не превосходила мою, но численный перевес сыграл свою роль, как и мой собственный ограниченный арсенал вкупе с сопротивляемостью к внешнему воздействию противника.

Уже второй раз мне мягко намекает вселенная, что без прокачки мне делать в большом пруду нечего. Как предсказуемо.

— Какая техника, какое упорство, — ко мне, застывшему на коленях, как раз подошел тот самый третий восточник.

Двойка бритоголовых осталась стоять у него по бокам, защищая того от моего предполагаемого неожиданного удара и параллельно с тем готовясь мне всучить еще пару ударов.

— И потому меня вдруг заинтересовало... — мужчина приблизился и встал на корточки, поравнявшись со мной, — Что заставило вас, уважаемый господин, перейти нам дорогу? Не помню, чтобы у нас с вами были какие-то недомолвки.

— Можно сказать, вы нанесли вред моему другу. Так что я был вынужден порубить парочку ваших сосунков, — прохрипел я, нагло ухмыльнувшись. Клюнет на провокацию или нет?

Даст мне шанс сделать какую-то очередную глупость, которая, впрочем, могла помочь вырвать мне победу из пасти сложившейся ситуации.

— Друг, значит, — задумчиво протянул мужчина, никак не отреагировав на оскорбление своих людей, что невольно меня разочаровало, — Если такие друзья приносят столько проблем, то разве стоит держаться за них, как за нечто важное? Не лучше было бы отречься от них, защищая свой быт и жизнь, чем прыгать с головой в явно плохо пахнущую бездну?

У нас внезапно начался сеанс терапии или мы вдруг устроили вечер дебатов посреди кровопролития и смертей?

Хотя, мне же лучше — регенерация постепенно восстанавливала силы помятого организма, так что почему бы и не поболтать, желательно подольше.

— Только в час нужны познается настоящий друг и товарищ. Помогая оному, ты надеешься, что в момент твоего бедствия он, в свою очередь, протянет руку помощи, — произнес я всем известную истину, — Разве триада и не существует на этих принципах?

На что мужчина покачал головой.

— Только если в представлениях простого обывателя из глубинки. Никакой дружбы нет и не существует и в помине. Есть только личные интересы, — мужчина поднял с пола осколок плитки и начал крутить его в своей руке, — Что толку от «дружбы», если она несет одни убытки? Можно ли назвать человека другом, если он не сможет заплатить тебе соответствующую цену? Выражайся это в каких-то услугах или в ответной поддержке. Мы сближаемся с теми, с кем нам выгодно. А то, как эта выгода проявляется — зависит от человека.

Я молча слушал черноволосого, не сводя глаз с осколка плитки.

— Для вас — это моральное удовлетворение наличием «группы поддержки», для меня же — это вполне себе реальная плата. Триада на том и стоит. Мы — не семья, мы — братство. Пока семьи, роды и кланы заботятся о многих вопросах, что не несут им никакой выгоды, такие, как честь, память и прочие непотребства, мы — защищаем только наши интересы. Не больше и не меньше. Если ты с триадой, то она вносит твои интересы в свой собственный список, если же ты против... то какое нам до них дело? — мужчина улыбнулся добродушной улыбкой, вынуждая меня нахмуриться.

Уж больно разнились его слова и поведение.

— К чему вы клоните? — спросил я.

— К тому же, что и с самого начала. Стоит ли ваш друг пересечения наших интересов? У триады нет к вам никаких претензий, господин Марк. Может, мы всё забудем и более не станем вставать у друг друга на пути, как благоразумные люди? — улыбка мужчины стала донельзя приторной.

Возможно, размышляя логически, всё так и обстояло, как и обозначил стоявший напротив меня главарь бандитов. Вот только...

— Я не говорил вам своего имени, — оскалился я в ответ.

Скорость приезда подкрепления, неожиданно большое количество восточников для противодействия химику и его деду, отсутствие реакции со стороны любого из бандитов.

Они готовились принимать меня. Они ждали меня или уже были извещены о моем появлении в стенах палаты Менделеева. И они намеренно послали сначала небольшую группу, намереваясь проверить итог столкновения, а после потери связи перешли к более серьезным аргументам.

Да, триада защищает свои интересы, а потому даже возможность моего вмешательства, как третьей стороны, уже несет вред их организации.

А следовательно, нам уже не стать друзьями и все речи черноволосого это очередная попытка выиграть, затрачивая минимум ресурсов и бросая на убой как можно меньше жизней.

— М? — мужчина вопросительно выгнул бровь, не поняв к чему я клоню. А дальше уже стало слишком поздно...

Стекавшая по руке кровь кристаллизировалась теперь в форме небольшого кинжала, походившего на скрытый клинок из области запястья.

Миг, и я занес созданное орудие над шеей мужчины.

Брызнула кровь. Главарь сумел в последний момент отклонить голову, а потому я довольствовался только отрезанным ухом и копной черных волос.

Меня тут же послали по коридору пинком в грудь, разрывая дистанцию.

Следом хлынули снова два брата-акробата. Но теперь я решил действовать иначе. Удар кулаком справа принял на воссозданный щит, для укрепления которого я не пожалел как крови, так и маны, порезав клинком правое предплечье.

Оттолкнув бритоголового справа, я тут же взмахнул клинком в область груди левого. Тот отскочил, но на груди осталась неглубокая рваная рана наискосок.

Как я и подозревал, тела восточников обладают невероятным сопротивлением к любым проявлениям магии, но к тому же они остаются уязвимыми к физическому урону.

Взрыв маны за моей спиной выиграл несколько секунд, давая мне какое-то время один на один с выбранным мною азиатом.

Взмах ноги увел при помощи щита в сторону, серию ударов также принял на его кромку, затем попытался подловить на круговом замахе ответным выпадом клинка, но безуспешно.

Зато удар краем щита в лицо прошел успешно, позволяя выбить несколько зубов моему оппоненту. Оглушенный, он уже не успел заблокировать кровавый клинок в живот, который я тут же надломил у основания и оттолкнул тело врага.

Тела восточников крепки против внешнего урона магией, но что касательно внутреннего?

Бах!

Перед моими глазами первый из братьев растворился в хлопке нового взрыва, орошая кровью и внутренностями весь коридор.

За спиной тут же раздался жалобный вой не то зверя, не то человека. Едва успев обернуться, мне тут же пришлось принимать тяжелый замах в область груди. Щит выдержал, но импульс был столь силен, что я улетел в перегородку, пробивая ту насквозь.

Врезавшись спиной в многочисленные шкафы с лекарствами и препаратами, моей спине посчастливилось познакомиться с мириадой осколков и даже какой-то кислотой.

Последний из братьев ворвался в кладовую, не давая мне и шанса вздохнуть. Второй удар пришелся также на щит, но уже не столь успешно. Я только и успел, что подставить перед собой оный, как выпад мужчины вдавил меня в шкаф.

В следующую секунду мне довелось встретиться с третьим и четвёртым ударами, шедшими один за другим в единой связке. Меня буквально вдалбливали в стену, как какую-то стальную балку в основание фундамента.

Древесина за спиной неистово трещала, бетонные стены начали идти трещинами, а кости грудной клетки болезненно трещали.

Мать твою, вот это забойный молоток!

Кровь начинала хлестать из моего рта с каждым ударом. Щит разорвался на крупные осколки.

И когда азиат занес руку для финального удара, поди намереваясь меня вовсе выбросить с этажа, проломив стену за моей спиной, я выплюнул кровь тому в лицо. Очевидно, она была накачена маной до предела, так что я тут же следом съехал спиной на землю.

БАХ!

От последовавшего взрыва содрогнулся весь этаж, а стену за мной выбило, точно хрупкий витраж, а не кусок бетона и арматуры. Что неудивительно, оппонент всё еще был в относительном порядке, хоть и с тяжелыми ожогами на всех открытых участках кожи.

Примечательно то, что мой плевок ослепил его на какое-то время, чем я и воспользовался, метнувшись с пола в новую атаку.

В руке зажал осколок щита, который я тут же вонзил мужчине под подбородок, и всунул как можно глубже, ощущая, как кровь врага хлещет мне на лицо, грудь и руки.

Но вот и в его глазах угасла жизнь, которая до последнего мгновения совмещалась с непередаваемой яростью и бешенством в мою сторону.

Тело с грохотом завалилось за спину и упало в обломки мебели и лужу реагентов.

Бой был окончен, я устало откинул голову к потолку, довольно зажмурившись.

В затем я снова открыл глаза, увидев перед собой еще несколько десятков вооруженных противников, которые окружали хмурящегося главаря с окровавленной тряпкой у своего уха. Похоже, война с триадой только вступила в начальную стадию.

— Ахаха. О вас-то я уже и позабыл. Твою же ж ма...

Глава 17

Я, как и толпа из триады, замер в ожидании первого шага со стороны противника.

Кровь стекала с моих рук, с подбородка, оседая каплями на порушенной белоснежной плитке, оставляя на той разводы.

В груди всё горело, в глазах щипало из-за попавшего в них пота и крови, вместо дыхания раздавался тихий трескучий хрип. Словом, выглядел я не ахти, учитывая то, что от нового плаща и одежды под ней опять остались сплошные ошметки, изрезанные многочисленными порезами и подпалинами.

Еще не стоит забывать, что если я отступлю сейчас, то химик и его дед имели все шансы теперь и не пережить сегодняшний вечер. Гадство, как же все было просто в подземелье, оказывается-то...

К тому же, стоит не забывать, что дальнейшее напряжение источника может привести к разрыву сердца, о чем недвусмысленно намекала резкая боль при каждом ударе оного.

Значит, дальше справляться только своими силами. И это против толпы вооруженной мафии...

Аха-ха-ха, как же я обожаю такие ситуации, просто, блять, не нарадуюсь!

— Что вы встали?! Не видите, он едва стоит на ногах! Избавьтесь от него! — всё же не выдержал черноволосый, с которого спал весь пафос и маска самоуверенного мафиози.

Мне оставалось только хищно оскалиться, когда тройка бандитов всё же послушалась своего главаря и неспешно стала сокращать дистанцию.

Снова этот звон в голове, вновь моя жизнь висит на волоске и в который раз я внутренне ликую от происходящего вокруг меня.

Жажда адреналина, нового испытания, очередного теста для моих возможностей, знаний и опыта.

Как-то не замечал за собой подобного в прошлой жизни, больше предпочитая перестраховываться и действовать крайне аккуратно. С перерождением что-то сломалось во мне, пропал страх смерти, исчезли любые опасения на свой счёт.

Нет, тело не перестало реагировать на потенциальную угрозу, как и сознание не лишилось возможности испытывать ужас перед более сильным противником, просто... изжили себя триггеры, ставящие на мне ограничения в момент угрозы моей жизни.

Возможно, именно эта деталь не позволила мне стать поистине сильным магом. Да, я обладал широким кругозором и арсеналом заклинаний, мог их комбинировать по щелчку пальцев, но не мог полноценно воплотить свой потенциал в реальность.

Что и показала встреча моего отряда с тем монстром продвинутого ранга. Мне не хватило решимости, безумия или какого-то иного качества, чтобы оказать достойное сопротивление.

Но теперь... теперь всё было иначе. Стало ли это последствием уже случившейся смерти, остаточных эмоций от моего предшественника или нечто иное, но сейчас я стал воистину боевым магом.

Выдохнул, сжал-разжал кулаки до хруста костяшек, прищурил глаза, согнул спину и нагрузил колени, готовясь к любому маневру.

Первый бандит занес над моей головой свой кулак с кастетом. Тут же нырнул вплотную к его груди и резко поднял голову, удар головой пришелся на подбородок парня, а следом я прописал обратный удар ногой тому в живот.

Мужик отступил на пару шагов, не в силах вздохнуть, и тут же получил круговой замах кулаком в ухо, после чего упал на пол.

Его дружок уже ловил момент, чтобы атаковать меня, пока я отвлекался на первого, а потому я только в последний момент успел захватить его ногу, зажав между своей рукой и телом.

Азиат попытался выбраться из захвата, но по итогу только тупо прыгал на одной ноге, под которую я, не мудрствуя лукаво, прописал подсечку.

Мужчина завалился на бок и следом получил моей ступней в голову, тут же отрубившись.

Но даже так, в следующую секунду мне заехали кулаком в скулу, а сразу после и вторым в челюсть.

Сжав зубы до хруста, я ответил тем же своему оппоненту. Но третий азиат был явно поопытнее своих коллег, сумев подставить блок перед своим лицом. Но тем самым позволил мне вдарить коленом тому в пах.

Бандит застонал, тут же рефлекторно опустил блок, а после был послан в стену спиной. Врезавшись в оную, он моментально получил добавки в нос и в кадык, и только после обессиленно упал на пол.

Сука, как же тяжело...

Ноги дрожали, костяшки уже были давно разодраны в кровь, во рту всё было залито кровью, а перед глазами уже не было ничего, кроме нечетких образов.

Кровопотеря давала о себе знать, сказываясь на моей выносливости и возможности далее вести бой.

Но неожиданно раздался хлопок выстрела.

Бах! Бах!

Первый выстрел отскочил от моего лба, но вместе с тем полностью снял оставшееся укрепление, из-за чего вторая пули достигла своей цели.

В боку резко прострелила вспышка боли, от которой я припал на одно колено, болезненно сжав раненый участок.

Охренеть, как вовремя спала моя единственная защита, а маны на ее возобновление, считай, и нету толком.

— Ну всё, допрыгался, скользкий жук, — хохотнул главарь, с пафосом нацеливая на меня вынутый пистолет. И ведь гадина всё продумал. Заранее убедившись за счет своих подельников, что на мне имелось укрепление, делавшее кожу крепче, он посылал на меня толпы своих миньонов только бы ослабить бдительность и вымотать меня. А когда уже стало очевидно, что я едва стою на ногах, то он решил использовать свой козырь, и ведь не прогадал...

Как всё неудачно для меня, черт возьми...

Бах!

— Что за?!

Новая пуля ушла в потолок, когда между мной и бандой триады встал мой рыцарь на белом коне.

— Думал, ты и дальше будешь отсиживаться в палате, — хмыкнул я, но всё равно обрадовался появлению товарища.

— Я только-только закончил баррикадировать проход к деду и той медсестре, так что ничего не знаю. И, хэй, неважно выглядишь, — позволил себе ответную полуулыбку Менделеев, сверкая покровом маны вокруг своего тела.

Как же хорошо иметь адекватного мага при себе.

Однако, даже появление химика навряд ли исправляло нашу ситуацию. Бандитов еще с десяток-полтора, а у нас один я уже небоеспособный и только Михаил, который сейчас далеко от меня отойти не может, поскольку оставался риск того, что меня изрешетят пулями.

Казалось всё, теперь уже не попляшешь, как вдруг...

Мой «гапс» разразился трелью, как-то всё еще не сломавшись. Нужно будет поинтересоваться, кто производитель этой чудесной машинки, уж не местный ли аналог Нокиа?

Сил поднять руки, чтобы пронять вызов, у меня не нашлось, зато среди толпы бандитов появилась паника и пересуды, среди которых отчетливо прозвучало:

— Босс, наши парни обнаружили неизвестные машины — едут сюда! Предположительно, имперская гвардия! — паники парню было не занимать, даже я передернул плечами от нахлынувшего пораженческого настроя.

— Чтоб тебя! Уходим! Забирайте всех, кого можем, и уходим, — хмуро произнёс главарь, а затем я ощутил, как он перевел свой взор на меня.

Серые глаза со злобой и негодованием глядели в мою сторону, на что мне нечего было ответить. Продолжать нашу потасовку означало ещё большую задержку, а, следовательно, и ненужное повышение риска оказаться в ловушке властей.

Всё же, после такого перфоманса триаду явно по головке не погладят, а идти на прямой конфликт с Империей и ее спецслужбами никто не станет, если не припрет к стенке, конечно же.

Возможно, имей шанс мой противник прикончить меня в относительно быстрый срок, то, скорее всего, он бы рискнул и попробовал последнюю атаку, но и тут меня спас Менделеев.

Сражение могло затянуться, а я избежать смерти, а следовательно, игра не стоила свеч. Так что скорое ретирование триады стало закономерным итогом.

— Триада никогда не забывает своих долгов, господин Марк, господин Михаил, — напоследок произнёс черноволосый, с окровавленной шеей.

Я и химик ничего не ответили. Я — потому что не было сил, Михаил — потому как подозревал очередную уловку.

Но нет, триада и вправду двинула обратно в сторону пожарных и главной лестниц, стремительно покидая больницу со своими раненными и бессознательными товарищами. Ну, с теми из них, кто был к ним ближе, чем к нам.

Из дыры в стене, ведущей из подсобки, я услышал визг сирен и рев двигателей, а после, ощутив, что опасность миновала, плюхнулся на пол лицом вниз, уже не ощущая собственного тела.

— Марк! — крикнул Михаил, увидев мое ухудшающееся состояние.

Мне точно нужен небольшой отпуск, желательно в бане или на горячих источниках, обязательно с тайским массажем, или что там сейчас в моде?

Нужно будет озадачить папашу.

Так, думая о всяких глупостях, я и не заметил, как отрубился от кровопотери...

* * *

— И как это понимать? — не смотря на своего собеседника, задал вопрос седой мужчина.

На его уже полной сеток морщин коже виднелись старческие пятна, высокий лоб был нахмурен, делая складки еще более отчетливыми в отблесках бумажной люстры.

— Я сделал лишь то, что следовало. Не более того, — ответили ему из-за спины. Два тонких уса едва отчетливо вздернулись, сухие потрескавшиеся губы сложились в тонкую линию, а костлявые пальцы продолжили поглаживать поверхность глиняной чаши, что передавала тепло чая.

И тут вся комната содрогнулась, словно тяжелая тень нависла над головой и открыла свои потусторонние глаза. Могло показаться, что под потолком, в глубине отбрасываемых теней образовались десятки, сотни глазных яблок, что обратили своё внимание на второго человека в комнате.

От их пригляда становилось не по себе, по спине шел табун мурашек, лоб покрывала испарина. Словно тысячи и тысячи холодных игл впивались в затылок и продолжали погружаться дальше под черепную коробку.

Отвратное ощущение, которое заставляет паниковать, беспокоиться, нервничать и терять самообладание.

— Так ли твои слова отражают твои поступки, сын мой? — просипел старик, обратив свои мутные, уже ничего не видящие глаза на черноволосого азиата, что сидел перед ним на коленях.

Разделявший их небольшой столик был расставлен для чайной церемонии, но даже это не являлось причиной, почему молодой член триады не смел отвести от того взгляда.

Он просто не смел посмотреть своему отцу в глаза, трепетно задержав дыхание и не зная, что и сказать.

Наконец, потустороннее давление пропало, а старец прикрыл свои веки, вновь уделяя внимание только чайнику и чаше в своих руках.

— Я допустил ошибку, — по прошествии нескольких минут тишины признался мужчина.

— Да, именно так. Рад, что ты это осознаешь. Значит, не всё еще потеряно для нашего дома, — кивнул в ответ старец, подув на кромку напитка в наполненной вновь чаше, — Ты осознаешь, в чем допустил оплошность?

— В том, что вознамерился показать парню и его деду их место? — нахмурился мужчина, изображая активную работу мозга.

Старик усмехнулся, покачал головой и неторопливо испил из чаши. Так тянулись минуты ожидания, пока не была опустошена уже вторая порция чая.

— Мои действия были слишком поспешны и импульсивны? — вздохнул азиат, на что получил благодушный кивок от уже своего немолодого отца.

— Всё так. Мне уже доложили, что произошло в больнице. Ты позволил чувствам взять над собой вверх, не произвел полноценное расследование ситуации, не изучил фон нового лица, что был связан с парнем, не соизволил трезво оценить свои силы и своих подчинённых, из-за чего я лишился двух подающих хорошие надежды бойцов, что были преданы нашему делу, — старец вновь открыл глаза, и ощущение потустороннего наблюдателя вернулось с новой силой. Разве что, теперь на плечи будто бы давила невидимая гора, придавливая голову потомка к полу и вынуждая склониться в поклоне, едва ли не касаясь лицом земли.

— Я виноват в произошедшем и готов понести наказание, отец, — прошипел мужчина, ощущая, как кости и мышцы чуть ли не вопят от боли по всему телу, а успевшая покрыться коркой рана на месте отрезанного уха вновь открылась, из-за чего на пол начала капать кровь.

— И ты его понесешь, Микато. Как глава триады Чен Е я обязан обязать тебя заплатить соответствующую цену за те жертвы, что понес наш дом и за те потери, что нам довелось испытать, чтобы на этот раз избавиться от преследования со стороны Империи. Тебе следовало бы отрубить руку за подобные прегрешения, — сухо произнёс старец, будто бы говорил о какой-то обыденной мелочи, как о главном блюде на обед, а не об истязаниях собственного чада, — Но как отец и патриарх нашей семьи, я не могу допустить такого. Поэтому я отправлю тебя на задание, провалить которое тебе уже будет непозволительно ни при каких условиях.

— Я не подведу тебя, отец, — склонился в церемониальном поклоне мужчина, внутренне дрожа от осознания того, как близко он прошелся по краю.

В душе тут же зародился тлетворный огонек ненависти к тем, из-за кого ему сегодня довелось испытать унижение перед отцом и поставить под возможные сомнения свою способность наследования дома после главы.

Ливен и Менделеев, он запомнит эти фамилии, затаившись на время. Но настанет момент, и он покажет себя, отомстив сполна за переживаемый им сейчас позор и стыд.

— Очень на это надеюсь, сын. Тебе предстоит озаботиться поставкой нашего нового товара заказчику. Мои друзья из Поднебесной очень положительно отзывались о новой партии, а потому ее утрата не может быть допущена ни в коем случае, — требовательно заявил патриарх, на что тут же получил заверение сына.

— Всё будет сделано в лучшем виде, на этот раз осечек не случится, — пообещал он.

— Я знаю. Более того, тебе следует связаться с тем русским контрабандистом, из-за которого мы и влезли во всю эту дурнопахнущую ситуацию. Допроси его. Неважно как, но мне нужно знать точно, намеренно ли он ввел нас в заблуждение касательно фона того парнишки и его деда, или это была простая небрежность. В зависимости от итогов расследования, оставляю его судьбу на твое усмотрение. Но, помни о наших принципах при вынесении приговора, — сообщил старец.

— Триада всегда платит свои долги и не забывает нанесённых обид, — прошептал, как мантру, Микато, за что был награждён довольным кивком со стороны патриарха.

— Близится время перемен. Перемены несут беспорядок. Беспорядок скрывает в себе возможность. А уже возможность сулит богатством. Мы не можем упустить этот момент, иначе так и останемся на задворках истории. Твой прадед пытался устоять на гребне хаоса, но заигрался с разными игроками, так и не увидев, что тем самым подвел себя и дом к краху. Не позволяй подобному случиться вновь, Микато, — обратился отец с просьбой к своему потомку, который не смог сдержать волнения в своих глазах.

Его прадед, Ито, руководил триадой во время Февральской революции. Когда власть Романовых была слаба, как никогда прежде, их предок начал активные действия в северной столице, став захватывать ее район за районом, пока большевики и прочие радикалы устраивали бедлам и пытались построить новый режим на еще не остывших углях старого.

К всеобщему удивлению, это привело к совершенно обратной ситуации. Находясь под давлением со всех сторон, в окружении врагов, Император Российской Империи смог всех удивить, совершив прорыв через нетронутую под целое столетие грань — 10-ый ранг.

Николай Второй, первый маг 11-ти звезд в двадцатом веке, прошелся очищающим пламенем по всей стране, выжигая всю нечисть в виде радикалов, сектантов и прочих оппортунистов. Была проведена чистка среди офицерского состава и армейских чинов, вновь полилась кровь среди дворян и чиновников, преступность оказалась вмиг прижата к ногтю, не в силах даже вздохнуть лишний раз.

А орда, что шла с юго-востока Средней Азии, была разбита Имперской гвардией во главе с Императором и рядом крупнейших кланов, кто смог выделить силы сверх тех, что уже участвовали в войне с Германским Пактом и Литовским Царством.

И их прадед стад одной из песчинок, которые обратил в прах Император и его гвардия. Не привлеки он тогда к своей все разрастающейся теневой империи под Санкт-Петербургом и рядом других крупных городов людей, то и триада сейчас выглядела бы совсем иначе.

Но что имеем, то имеем.

— Если ты уже нашел себе врага, то не останавливайся, пока не истребишь его и всех его приспешников. Этот закон стоил многих жизней. И наш дом не должен забывать о нем. Недруга ты уже, судя по глазам, встретил. Значит, не дай тому и шанса на возрождение, точно фениксу. Предугадай его шаги, найди его слабость и раздави, как назойливую блоху, — продекламировал патриарх.

— Да, отец. Наша вторая встреча станет последней...

Глава 18

Только я распахнул глаза, как упёрся взглядом в белоснежный потолок. Больница. Вот теперь всё по канонам жанра, что не могло не радовать. Значит и красивая девушка у постели прилагается, что долго ожидала, пока я приду в себя и спит подле кровати?

Повернув голову, я встретился взглядом с Захаром, уже немолодым дворецким.

— Молодой господин? — он беззаботно приподнял бровь, когда увидел, как скисло моё лицо.

— Ты — не девушка, — прошептал я с непереносимой горечью в груди.

— Что-что? — переспросил он.

— Да уже ничего, — обречённо вздохнул я. Ну, где законы вселенной, когда они так нужны? Вот где?!

— Вам уже лучше, молодой господин? Целители уже провели для вас три сеанса исцеления, чтобы нивелировать ущерб смещенным внутренним органам, треснутым ребрам и сломанной левой руке, — продолжил, как ни в чем не бывало, старый дворецкий.

Поерзав в постели, я вновь воздал хвалу местным мастерам за их квалификацию, и вместе с тем вздохнул, что нельзя их брать на поле битвы постоянно, как карманную аптечку.

Что вновь подчёркивало необходимость лечебных расходников, по типу тех же пилюль или зелий для повышения моей и моих соратников боеспособности.

Повезло, что мафия решила напасть в самой больнице, где уже было нужное оборудование и кадры для скорейшего восстановления. Но что было бы, проходи бой под Санкт-Петербургом или еще в какой глуши, когда скорая помощь и поддержка может банально опоздать?

И я опять же полез сломя голову в какую-то историю. Это уже действительно становится несмешным. Концентрация событий в недавнем времени будто всё возрастает и не думает замедляться.

Сначала экзамен в «Кубе», до возобновления занятий в котором осталась всего неделя, до момента окончания первичного расследования, потом бойня в Зимнем Дворце, а теперь еще и конфликт с триадой.

Число тех, кто был бы не против пощекотать мне бок перочинным ножиком, все растет с каждым новым приключением. И если подобная тенденция будет продолжаться, то до конца месяца весь город захочет увидеть мою голову на плахе и даже возвышение отца не спасет от подобного.

Я бы даже сказал, особенно прорыв на новый уровень отца станет очередным мотивом для моих врагов, чтобы обескровить род Ливен. А что может стать эффективнее, чем смерть наследника рода?

Следовательно, требовалось обеспечить себе соответствующий уровень безопасности. Вот только как это сделать?

Опять же, нужны знания для возможного развития моей магии, деньги и ресурсы на прокачку тела. Пилюля семи огней доказала, что мое тело способно поглотить больше полезных свойств, чем в прошлой жизни. Причина мне пока неясна, молодость ли это самого организма, хорошая генетика и улучшенный метаболизм ввиду прекрасной наследственности или нечто иное.

Но факт остается фактом. Во время битвы я смог совершить нечто новое — создать подобие оружия из крови, что прежде для меня было вне досягаемости.

А значит, моё развитие отражается на списке моих собственных возможностей в плане формирования заклинаний. Мысленно попробовал выпустить ману наружу, отобрав спектр водного элемента.

И... мои ожидания оказались раздавлены. Энергия всё также не возжелала выходить из организма, запротестовав и словно оборвав со мной связь.

Магия всё также осталась ко мне глуха, а значит и внешняя магия так и не вернулась.

— Позвать целителя, молодой господин? — увидев, как я поморщился от последовавшей боли в районе сердца, сжав больничную рубашку, вскочил с больничного табурета Захар.

— Нет, всё в порядке. Как там Михаил с его дедом? — откинулся я обратно на мягкую подушку.

— Менделеевым старшим сейчас занимается наш знакомый целитель, повторно проверяя его состояние. Михаил же отделался парой царапин и легким испугом, так что ему помощь не требуется, — безропотно доложил мне дворецкий.

Полезно всё же иметь при себе помощника, что ни говори. Сразу предоставляет тебе всю интересующую информацию.

— Хорошо. Я хотел бы с ним доехать до одного места и обговорить кое-что, — выдохнул я, наблюдая за окном закат. Видать, после нападения я провалялся еще полдня, что, можно сказать, совершенно незначительный период времени, если учитывать общую кровопотерю, что я пережил.

В теле еще оставалась общая слабость и недомогание, но, надеюсь, это мне не повредит в предстоящих планах.

Нужно было слишком многое сделать, чтобы потом не упустить возможность.

— Вам бы стоило хотя бы до завтрашнего утра переждать в палате, — проворчал старик, на что я отмахнулся, с кряхтением поднимаясь с постели.

— Отдохнуть я смогу и в родовом поместье, так что ничего страшного, — произнес я, подходя к новому комплекту одежды на прикроватной тумбе, — И да, можно тебя кое о чем попросить, Захар?

Дворецкий склонил голову в поклоне.

— Конечно, молодой господин.

— Я видел тут у больницы небольшую точку, что продает шаверму... Я же могу рассчитывать на небольшой перекус, — позволил я себе улыбку предвкушения. Если так подумать, то сколько лет я не ел этой божественной пищи?

* * *

Машина свернула на светофоре в переулок, позволяя увидеть настоящее сердце Санкт-Петербурга. Как и в прошлой жизни в городе везде и всюду имелись свои закрытые дворы, в которые попасть было не так уж и просто, даже если ты знал точный адрес.

Ведь заметить неприметную арку в тени здания не так уж и просто, а если она не выходит на открытую и полную людей улицу, то тем более эта задача усложняется в несколько раз.

— Вот здесь налево, — проинструктировал водителя Михаил, сидевший на переднем пассажирском сиденье. Я же с нескрываемой улыбкой поглощал купленную мне Захаром шаверму.

Миры меняются, а она остается всё той же — до одури вкусной и желанной. Хрустящий поджаренный лаваш, кисловато-солоноватый соус на майонезе, много пикантного мяса и гора свежих овощей. Что нужно еще для счастья?

Как оказалось, еще горячий кофе с тремя пакетиками сахара. Зато снова почувствовал себя живым, как никогда прежде.

Автомобиль остановился как раз в тот момент, когда я уже доедал и допивал свой полноценный перекус.

— Ну что, веди в свою берлогу, — сказал я химику, облизнув пальцы после трапезы и вытерев те салфеткой.

— Это артефактная лавка, а не берлога, — для проформы подправил меня синеволосый, на что я пожал плечами.

— Как будет твоей душе угодно, химик, — парень передернул плечами и не сдержал усталого вздоха. На моих же устах всплыла коварная усмешка. Ну нравится мне людей подначивать, ничего поделать с собой не могу. У всех свои слабости.

Мы покинули салон, пока водитель остался дожидаться нас внутри. Двор выглядел бедно, за ним явно пытались ухаживать, но не так чтобы успешно. Серость бетона и облезлые стены зданий все равно создавали подавленную атмосферу вокруг.

Идя следом за Менделеевым, я уже даже не удивлялся тому, что их лавка подверглась нападению триады. Находись она в центре Питера или хотя бы в более-менее приличном районе, то и казуса бы могло не быть. Мафия изначально контролирует только нижние сферы бизнеса, до каковых способна дотянуться, потому как выше уже идет пригляд самой Империи.

А так, рэкет даже сейчас, как оказалось, никуда не исчез, лишь перекочевал на вот таких вот одиноких торговцев, которые не могут себе позволить адекватное место.

Меж тем мы уже спускались в полуподвал здания и замерли у тяжелой стальной двери.

— Слушай, Миш, — обратился я к ищущему в карманах ключи парню, — А как так вышло, что на твоего деда устроили облаву и вы даже не сообщили в «ВЭБ»? Разве Империя позволяет подобные непотребства в отношении дворян?

— В отношении дворян как раз нет. Но тут всё зависит от случая к случаю. Дела дворян — это дела дворян. Им дается самостоятельное право решать свои проблемы, некая дань уважения с древних времен и привилегия, что сравнима с некоторой независимостью. Если тебе нанесли ущерб, то ты можешь, конечно, доложить об этом в спецслужбы, но разве ты один такой на всю страну? Проблем хватает везде и всюду, а «ВЭБ» никогда не славилась своей оперативностью. Они делают всё нерасторопно, зато так, чтобы после не осталось никаких хвостов. Но до этого момента еще следует дожить... — все же разобрался с дверью парень и с некоторым трудом открыл ее.

Петли протяжно скрипнули, и мы нырнули в темноту лавки.

— Но разве у дворян нет протекции Императора? Все же это не какие-то дрязги между родами или кланами, а полноценная мафиозная организация под Питером, — сказал я, проходя через проем и едва не упав с уходящей вниз лестницы.

Хотя, казалось бы, куда уж ниже-то?!

— Если аристократ просит помощи у Императора и его клана в собственной защите, то это едва ли не прямое признание собственной слабости. Конечно, когда на другой чаше весов находится твоя жизнь и тех, кто тебе дорог, то вроде бы ответ очевиден, но... Что дальше? — прохрипел Михаил.

— Что ты имеешь ввиду? — не понял я.

— Кто будет иметь дело с родом, что официально признал свою слабость? Это серьёзные репутационные потери, считай, пятно на историю своих предков и тех, кто был до тебя. Признавая свою неспособность нести данное нам бремя, ты, по сути, плюешь на всех тех, кто пережил лишения до тебя, кто терпел невзгоды и боролся для того, чтобы их потомки жили лучше. Дворянин — это не сколько право, сколько обязанность. Так что смысл тебе именоваться аристократом, если ты даже не способен защитить себя и своих близких, не говоря уже о других гражданах нашей страны? Это может показаться со стороны дуростью или даже бредом, но таково наследие наших предшественников. Перед тем, как спасать других, ты обязан найти силы, чтобы защитить свою семью, иначе всё происходящее станет простым фарсом, — взволнованно сжал кулаки синеволосый, — Поэтому я и обратился к тебе. Лучше быть обязанным кому-то из аристократов — чем в перспективе стать изгоем для общества. Для кого-то вроде Чёрных или Воронцовых это может и не является такой уж и проблемой, но для моего рода да. Скажем, мы и так обрели статус аристократов относительно недавно, при моем прапрадеде во время правления Александра Третьего. У нас не так много денег, не так много связей, как и самих знаний, чтобы обрести силу, сравнимую с высшими кланами из Москвы.

Тут в подвале включился свет, на секунду ослепив меня своей резкостью. Но, стоило мне проморгаться, как перед моими глазами открылась порушенная и разграбленная мастерская. Когда-то аккуратные и ухоженные ряды полок на стенах и в переходе оказались разломаны на куски древесины и осколки стекла и зеркал, который безабвенно хрустел под подошвой.

От кассового аппарата и прилавка не хватало половины, будто кто-то притащил огромную акулу, что отгрызла целый кусок, что от аппарата, что от столешницы.

— Нехило у вас тут прошлись, однако, — присвистнул я, наблюдая за разрушениями. Их сделали даже не с целью ограбить. Достаточно было бы смести товар с полок и можно было на том остановиться, но нет.

Мастерскую разобрали по винтикам, а то, что не смогли, решили привести в негодность и уничтожить. Словно невысказанное напоминание о том, какое место занимает хозяин этого заведения в иерархии большого и страшного мира.

— Если сдержать десятичасовую лекцию, на процентов восемьдесят состоящую из мата и ругательств, то да. «Нехило» и вправду отлично подходит, — хотел было сплюнуть Михаил, но в последнюю минут сдержался, сообразив, где находится.

— Мне жаль, — бросил я в спину парню, что пошел в следующую комнату.

— Пустое, — ответил он, включая свет уже в самом сердце их артефакторной лавки.

А поглазеть тут было на что...

Множество сломанных аппаратов, механизмов, разбросанных по полу, куски чертежей, расчетов, деталей, запчастей, разломанная на две половинки учебная доска. Мерцающие и отбрасывающие скопы искр производственные лампы над головой.

Я бы сказал, что попал в самый настоящий заводской цех на столярном заводе или сталелитейном. Больно все походило на место работы очередного мастерового, а не артефактора.

С другой стороны, и я в своем мире не уделял данному моменту особого внимания, так что не буду ничего утверждать.

— Повезло, что они спешили и не додумались обыскать более тщательно, — хмуро хмыкнул Михаил и проследовал в центр помещения.

Там, под подпаленным ковром, он приложил ладонь к одному из узоров плитки, а затем слегка надавил на панель в определенном порядке, которая тут же раскрылась в сторону, открывая вид на дверцу сейфа.

Я присвистнул, не сдержав своего удивления. Вот так нычка и ведь поди не обнаружишь ее, не потратив изрядное количество времени на ощупывание всей мастерской.

Это ведь даже не артефакт в своем роде, а небольшой механический механизм, который работает на определенной последовательности нажатий необходимых кусков плиты.

— Помогай, раз пришёл, — заявил синеволосый и я не стал с ним спорить.

Открыв сейф, юноша вынул оттуда несколько спортивных сумок, а также три цилиндра, размером чуть меньше моего кулака.

— Что это? — полюбопытствовал я.

— Деньги на черный день, как сегодня, а также семейный артефакт, — покрутил в руке один из цилиндров Михаил, после чего кинул мне, — Один из них теперь твой.

— И по какой причине я удостоился подобной чести? — осмотрел я черный матовый цилиндр.

Никаких кнопок, поршней или еще каких рычажков. Простой, гладкий, без изъянов цилиндр.

— Считай это благодарностью моего рода за наше с дедом спасение. Эти артефакты принадлежали основателю рода Менделеевых. К сожалению, они оказались повреждены в его последней миссии по зачистке подземелья на границе с Поднебесной. Мой дед, как и я, как ни пытались, но восстановить работу или разгадать принцип работы мы не смогли. Но, возможно, это получится у тебя. А если и нет... То качественная сталь всегда в цене во все времена, — пока я анализировал полученную мной безделушку, юноша сложил остальные два цилиндра внутрь одной из сумок.

Затем он встал, обошел мастерскую по кругу, проверяя, не забыл ли он чего, а затем с нечитаемым выражением лица вернулся к сумкам.

Как раз когда он уже хотел взять их в руку, я спросил:

— Скажи, ты хочешь вернуть себе лавку?

Менделеев дважды моргнул, но после уверенно мотнул головой.

— Больше, чем кто-либо. Но, учитывая возможности моего рода, это произойдёт не на моем веку...

— Тогда что, если я окажу вам свою поддержку в этом бизнесе и, более того, помогу расшириться до невиданных ранее масштабов, как и озабочусь защитой. Вам же останется только заниматься любимым делом и курировать работу будущих сотрудников в своём подчинении, — мы смотрели друг другу в глаза. Михаил искал подвоха, любой намек на то, что я юлю или придуриваюсь. Но он был вынужден в этом разочароваться, ведь я говорил от чистого сердца.

— В чем подвох? — он осторожно сглотнул подступивший ком к горлу.

— Ни в чем. Также, как и твой род, Ливен вынуждены сталкиваться с нескончаемыми проблемами из-за того, кто мы есть. У нас нет союзников, кто открыто встанут на нашу сторону. Даже бывшие бунтовщики будут держаться за нас только потому, что тем самым мы станем их щитом от гнева Императора. Также, как игнорируют и плюют в твой род, Ливен раз за разом слышат оскорбления и потоки ненависти в свой адрес. Не могу сказать, что мы белые и пушистые. Мои предки тоже совершили немало ошибок, но это не значит, что с нами нельзя иметь дел. Мне, как никому другому, нужен тот, кому я могу доверить будущее своего рода. Так почему не выбрать на эту кандидатуру тебя, Миша? — я довольно улыбнулся, когда увидел активную работу мысли на лице парня. Значит, я в нем не ошибся.

С самой нашей первой встречи он показался мне смышленым малым. Недавние события подстегнули мои мысли, а подаренный артефакт дополнял к его портрету еще и способность быть благодарным тому, кто помог ему в трудный час.

Так разве забудет он мою помощь, как своего благодетеля? Я очень хочу верить, что нет, и я не ошибся в нем.

— Привязываешь к судьбе Ливен меня и мою семью, да, Марк? — хекнул синеволосый.

Я безмолвно кивнул головой. Тут и так было всё ясно. Если он согласится, то станет связан со мной и Ливен, тем самым ставя на своей спине неслабый такой крест в глазах прочей светской публики.

Такова цена ведения дел с бунтовщиками.

— Впрочем, какая вообще разница. Я уже доверился тебе, Марк, и ты не бросил меня. Ты мог оставить меня под лабиринтом, ты мог прикончить меня в нашу первую встречу, и никто тебе и слова не сказал. Ты мог прибить меня сейчас и забрать оставшееся наследие моего предка, но ты не стал... Я верю, что в тебе больше от дворян, чем во многих наследниках высших кланов. А потому я, Михаил Менделеев, как наследник и временный глава рода Менделеевых согласен на твое предложение, — он протянул мне свою мозолистую ладонь.

— Рад, что ты принял мое предложение, — на которое я благодушно ответил крепким рукопожатием. Помогая парню, нет, моему новому главе отдела артефакторики, в будущей корпорации, что я построю, подняться на ноги и поравняться со мной.

— Так когда приступать к работе, босс? — оскалился юноша.

— Уже сейчас, — ответил я.

Как в этот же миг пиликнул мой «гапс»....

Глава 19

— Господин Ливен? — стоило мне ответить на звонок «гапса», как меня назвал по фамилии неизвестный мне мужской голос.

— Всё верно, — подтвердил я.

— Говорит оперативник «ВЭБ», Леонид Стрельников, вас ожидают в «Кубе» для дачи показаний касательно недавней атаки в подземелье, — продолжил спокойным, я бы сказал, сухим тоном, мужчина.

— Так понимаю, мне следует прибыть в академию как можно скорее? — закатил я глаза, пока шел на выход из лавки.

— Всё верно. Будем ожидать вас у главного корпуса, — подтвердил собеседник, а затем сбросил вызов.

Никаких лишних телодвижений и расшаркиваний. «Иди сюда, мы тебя бить будем». Как мило. Кажется, я теперь понимаю, почему «ВЭБ» способны вызывать трепет и настороженность в вперемешку с пофигизмом у всех, кто о них говорит. Это как обещанный конец света, что вроде и грозит всем незамедлительной смертью и сбежать у тебя от него не выйдет, но в то же время это дело будущего, так что чего беспокоиться попусту?

Волноваться начнут люди только когда этот самый «конец света» нагрянет уже на порог их домов.

Так и «ВЭБ», пока возьмется за дело, пока разложит все по полочкам, пока проверит все ниточки и подсказки... В общем, стало чуть больше понятно, что из себя они представляют. Но также они вызывают еще больше опасений. Имперская контрразведка...

Не станут ли они под меня копать только по причине моего происхождения? Хотелось бы верить в праведность оперативников и тех, кто над ними, но... чуется мне, что простым разговором не ограничится.

— Срочный вызов? — поинтересовался Менделеев по мою правую руку, идя следом и неся на плечах сумки с наличностью.

Лавка уже была за нами закрыта на ключ, так что можно было более здесь не задерживаться. Да и, если честно, нечего там было брать, даже имей на то вор такое желание.

— Угу. Вызывают в «Куб» по поводу расследования. «ВЭБ», наконец-то, взялись за дело, — пожал я плечами.

— Будь осторожен со своими словами и действиями. Все же, оперативники разные могут попасться, — вздрогнул синеволосый, из-за чего я скосил на него взгляд.

— Личный опыт? — спросил я.

— Вроде того. Не самое лучшее воспоминание, — поморщился он и я не стал настаивать на развитии темы, а вместо этого переключился на более деловой лад.

— Тогда я озабочу тебя парочкой поручений, раз мы согласились сотрудничать впредь. Озаботься продажей вашей старой артефактной лавки. Ты, наверняка, знаешь лучше покупательскую способность на свой магазин, как и все его преимущества и недостатки. Передай свои мысли, выводы и примерную стоимость мне в виде отчета, а я уже передам нужным людям. К нему же приложи требования и критерии отбора для нового места работы тебя и твоего деда, а также то, какой персонал вам понадобится в помощь. У тебя ведь есть пока, где переночевать? — посмотрел я на химика.

Он какое-то время переваривал мои слова, нахмурив брови, потом мотнул головой и ответил:

— Вообще-то есть. У нас есть небольшой загородный домик на северо-востоке от Питера. Но я планировал пока вернуться в академию, раз мой дед еще будет какое-то время восстанавливаться в больнице, — пояснил парень.

— Хорошо. Тогда поехали подвезу до портальной арки, — хмыкнул я, приглашающе открывая багажник для груза Михаила. Тот не стал отпираться, закинул внутрь сумку с наличностью, после чего уместившись снова на переднем пассажирском.

Я же довольствовался задним сиденьем за водителем. Тот мерно завел двигатель и вывернул машину на выезд со двора. Нас ожидала поездка в тридцать-сорок минут до центра города, как раз где располагалась одна из портальных арок, связанных с аналогичной в «Кубе», а потому я, поудобнее расположившись, решил ненадолго покемарить.

Ведь думается мне, что мозг выесть ложечкой мне сегодня еще успеют и не по одному разу...

* * *

— Тогда удачи, — как только мы снова оказались в академии, Менделеев пожал мне руку и попрощался, направившись на торговую улицу, чтобы перевести наличность на электронный банковский счет.

Мне же предстояло впервые столкнуться лицом к лицу с Имперской контрразведкой, из-за чего некоторая нервозность так и не желала покидать меня.

Пройдя к главному корпусу, я сразу заметил небольшие отличия. На посадочной площадке располагались несколько воздушных бортов, как я не так давно выяснил, это были реактивные конвертопланы, в черно-красных цветах и с увесистым вооружением под днищем.

У входа в корпус меня приветствовали две фигуры в серых плащах поверх белоснежных рубашек и жилеток. На руках у тех красовались перчатки без пальцев с пластинами на месте костяшек. Видать, для увеличения эффективности ударов в ближнем бою. Балаклавы, скрывающие нижнюю половину лица, поверх которых находилась обезличенная полумаска, также, поди, являлись артефактом.

Предположу для работы в загазованной или задымленной среде. А хорошо так спецслужбы снаряжают, нечего сказать.

— Марк Ливен? — обратился ко мне мужчина справа, на что я безмолвно кивнул. Голос его звучал несколько отстранённо, поверх которого словно наложили белый шум. Это не позволяло определить настоящий голос говорившего, скрывая его таким нехитрым способом.

Умно, ничего не скажешь.

— Прошу за мной, — меня тут же взяли в примитивный конвой. Один вел путь, второй шел позади. Всё больше в голове складывалось понимание, что ведут меня на допрос ну никак не в качестве свидетеля преступления, а совсем наоборот...

Шедший впереди конвоир пропустил меня перед собой в невзрачную комнату пять на пять метров без окон, в которой оставили только пластмассовый стол и два стула. Один из которых был уже занят.

И почему-то стоило незнакомцу обратить свое внимание в мою сторону, как я не сдержал холодка по позвонку. Особенно странным это ощущалось, учитывая то, что я не видел лица неизвестного, по причине надетой на того маски.

Та же виденная мною нижняя полумаска, выполнявшая и функцию респиратора, балаклава накинутая на всю голову, а также глухой шлем с проектором заместо верхней части лица. И два алых диска на черном матовом проекторе мною в расчет вообще не брались.

— Присаживайтесь, господин Марк. Вы же не будете против, если я буду называть вас так? — указал мне на стул оперативник. Вот что-то мне подсказывало, что передо мной был как раз тот, кто мне звонил.

На этот раз голос звучал из-под респиратора четко и понятно, но почему-то... крайне безжизненно. Словно у лектора, что уже третий час вел лекцию по высшей математике.

Эта деталь еще больше пробудила во мне беспокойство.

— Нет, не против. Так понимаю, оперативник Леонид Стрельников? — я занял стул напротив мужчины, пытаясь заполучить хоть какую-то информацию из мимики и позы собеседника.

— Всё верно. Раз со знакомством закончили, то давайте приступим к даче показаний...

Мы изучали друг друга какое-то время, после чего мужчина кивнул и открыл проектор своего «гапса» в центре стола.

Над ним тут же высветилось изображение монстра и небольшая по нему сводка.

— Узнаете? — обратился он ко мне.

— Да, Царская гадюка. Монстр промежуточного ранга, — послушно ответил я.

— Быстра, умна, опасна и любит атаковать из засады, устраняя самого сильного в группе для нивелирования последующей для себя угрозы. Обычно на устранение твари подобной силы требуется маг 4-ых или 5-ти звезд, — продолжил введение в курс дела оперативник, как ни в чем не бывало.

Занятно, что его два диска, что изображали глаза на шлеме, моргали вслед за своим носителем, или только изображали это действие.

— Мне это известно, — произнес я, стоило собеседнику затихнуть.

— Как и всем. Но мы продолжим, — он смахнул кадр на проекторе и появилось новое существо, — Далее, Алый Дикобраз...

Последующие минут пятнадцать шло перечисление всех монстров, что встретились мною в подземелье. Точнее, тех, когда со мной был тот или иной спутник. В списке, представленном Леонидом, имелись все, но он обращал внимание только на тех, что относилось к промежуточному уровню. Мне же оставалось быть молчаливым зрителем, отвечая на те или иные односложные вопросы о том, что прав Леонид был в своих изысканиях или где напутал.

Но всё было как по учебнику.

Однако, наконец и этот театр одного актера завершился...

— Знаете, что мне во всем этом не дает покоя, господин Ливен? — наклонился над столом мужчина, отчего тот изнывающе заскрипел.

— Понятия не имею, господин Стрельников, — покачал я головой.

— А то, что на устранение каждой из представленных только что тварей требуется маг 4-ых или 5-ти звёзд, в крайнем случае, хорошо обученный и опытный маг на пике 3-ех. Вас же эта информация, стоит полагать, совсем не смущает? — спросил он.

— Всегда имеет место случай, как и удачное стечение обстоятельств, вкупе с серией сторонних факторов, что способны позволить более слабому противнику выиграть у более сильного в заведомо проигрышном положении, — парировал я, на что оперативник обратно облокотился на спинку стула, сцепив руки в перчатках перед собой.

— Допустим. Но вы не станете отрицать тот факт, что когда этот разрыв в силе становится слишком заметен, то и всевозможные уловки уже не могут оказать того же значения на ход сражения, — с этими словами он переключил изображение на моего старого знакомого.

— «Сова»...

— Всё верно. Именно такой позывной «ВЭБ» выдал предполагаемому лидеру террористов. Его сила оценивается пиком 5-ой звезды или квази 6-ой, что ставит его уже в шаге от экспертов Империи. Отчего ситуация становится еще более неоднозначной, — заявил мужчина.

— Вы намекаете на то, что я что-то скрываю от вас? — скрестил я руки на груди.

— Намекаю? Нет, что вы. Я лишь привожу свои доводы, в свете которых очень странным выглядит информация о более чем пяти трупах от ваших рук. Как мне сообщили, вы в одиночку сумели противостоять толпе террористов, находясь, в том числе, в окружении против «Совы» и при этом смогли не погибнуть. Один случай — это везение, как могли бы назвать вашу встречу с Царской гадюкой и другими монстрами промежуточного ранга в лабиринте, два — совпадение, как ваша победа над рыцарем смерти, еще более серьёзным противником. Но три... Здесь прослеживается определенная несостыковка, которую так просто не спишешь на возможную погрешность, — мужчина не договорил, его два глаза превратились в две тонкие линии, что, казалось, сканировали меня, отслеживали сердцебиение и прочие детали.

И, если честно, я не знал, что я мог ответить в этой ситуации. Меня прижали к стенке. Продолжу и дальше уходить от ответов — едва ли не сознаюсь в том, что мне есть, что скрывать. Да даже если открещусь тайнами рода, то имелся риск того, что спецслужбы станут только пуще прежнего копать, осознавая, откуда я родом.

И при том, что мне всё равно говорить?! Я уже имею опыт прошлой жизни, а потому с моими навыками противодействие более сильному противнику — не такое уж и большое дело.

Нет не проканает, но и ложь оперативник способен так или иначе вскрыть...

Так как же быть? В голове мелькнула бредовая затея, но, быть может, она позволит мне выиграть немного времени на размышления или и вовсе прекратить этот допрос.

— Это прямое обвинение моему роду в содействии террористам или исключительно ваши предположения на мой счет в попытке поймать на перекрёстных ответах и оказывании психического давления? — нахмурился я.

Мужчина замолк, прожигая меня алыми светодиодами.

Он понял, что я поднял ставку. Если он сейчас согласится, то либо подтвердит то, что пытается вывести меня на чистую воду, ничего при себе не имея из прямых доказательств, только косвенные.

Их не должно быть достаточно для полноценных действий со стороны «ВЭБ», но я могу и сильно ошибаться.

Если они так славятся своей щепетильностью, то могут ведь пойти и по ведущей ко мне ниточке и снова натолкнуться на странности всей ситуации. Будь я из простого рода, то те бы вряд ли стали бы копать более углубленно, чем обычно, но я, опять же, гребанный Ливен!

У меня чуть ли не на лбу написано «подозреваемый в любых беспорядках и возможных мятежах». Дошло даже до того, что меня сейчас пытаются взять на возможной путанице в показаниях или заставить самого признаться, чтобы использовать мое признание, как возможность нового расследования касательно Ливен.

Погодите... Только не говорите мне, что вся эта ситуация есть просто-напросто открытый фарс, созданный для того, чтобы «ВЭБ» плюсом к своей работе получила доступ к внутренней информации рода Ливен?

Ведь если на мне сейчас поставят клеймо «возможного шпиона или предателя», то отцу уже не получится отвертеться от Имперских оперативников и те перевернут наш род с ног на голову, имея на то полное право со стороны законов Империи.

Никто не хочет повторения второй Гражданской, а Ливен к тому же никто не защитит на официальном уровне, потому как слишком много врагов себе нажили, в то время как редкие союзники и сами занимают сейчас положение не лучше нашего.

И вся эта цепочка нелицеприятных событий может запуститься здесь и сейчас в этом кабинете. Осталось понять является ли данное начинание, инициативой самого оперативника, или кого-то из «ВЭБ», или планомерной операцией, совмещенной с расследованием дела в «Кубе».

— Я лишь указал вам на те странности, что мною обнаружены в ходе расследования. И я был бы вам признателен, если вы поделитесь своими умозаключениям на их счет и поможете мне развеять некоторые пробелы, как очевидец и прямой участник. Или вам есть, что скрывать, раз вы так обеспокоены обсуждением произошедшего? — Леонид ловко ушел от выставленной мною словесной ловушки, выставив в ответ свой капкан.

На который уже мне пришлось пораскинуть своими извилинами.

— У всех из нас есть свои секреты. Подобного нельзя будет избежать до той поры, пока Император не обяжет все кланы и рода выложить на общее обозрение свои семейные техники и методики обучения, а также раскрыть списки всех хранящихся в их хранилищах артефактов. Так что не вижу ничего такого в том, чтобы иметь при себе одну, две или целую колоду козырных карт. В особенности, когда ты выходишь в подземелье, — произнес я, вынуждая мужчину напротив стучать пальцами по краю столешницы.

Ему мой ответ явно не понравился. Если он и дальше продолжит копать в эту сторону, то едва ли не открыто будет нарушать мое право на родовые тайны, как аристократа. И плевать тут, что я Ливен. Я все еще был аристократом, дворянином и учеником Имперской академии «Куб».

Значит, я сумел хоть отчасти, но заблокировать тому направление по обвинению в хранении тайн. А значит, осталось еще как-то отплеваться от террористов, что в моем случае было ой как непросто.

Как бы я, наоборот, не приблизил его к нужным ему доводам и умозаключениям.

Глаза на поверхности шлема моргнули, а оперативник продолжил.

— Значит вы, так или иначе, признае... — но не успел он договорить, как дверь в нашу небольшую комнатку для допроса слетела с петель и влетела на полной скорости в стену, едва не задев самого оперативника.

— Какого дьявола здесь происходит?!

Мы с Леонидом ошарашенно посмотрели на новое лицо. Кажется, мы призвали что-то похуже обсуждаемых ранее монстров...

Глава 20

Кристина Рубцова одновременно и завораживала, и приводила в трепет. Едва растрепанные волосы, сейчас постриженные спереди под каре и с заумной косой, идущей от виска, белоснежная рубашка, которая подчеркивала узкие плечики и объёмную грудь, а также приталенные джинсы.

Если бы не наскоро накинутый на плечи пиджак, то я бы подумал, что молодую женщину едва ли не вырвали с ее похода по модным бутикам, или...

— Почему, стоит мне взять столь желанный и заслуженный мною выходной, как в «Кубе» начинает происходить какой-то дурдом? — прошипела женщина, сосредоточив своё внимание на оперативнике.

Ага, значит, не показалось...

— Будьте любезны конкретизировать причину вашего недовольства, — не дрогнул и мускулом мужчина, продолжая восседать на стуле.

— Кто позволил проводить полноценный допрос одного из моих студентов, без моего на то разрешения? — стрельнула молниями из глаз Рубцова, на что мужчина неожиданно замолк.

Оп-па на? Значит, не так уж моя ситуация и плоха, как я думал?

— У меня приказ свыше, — заявил Стрельников, отчего я невольно нахмурился. Ведь никому не понравится осознание того факта, что под тебя намеренно стали копать не из-за самодеятельности определённого сотрудника, а уже кого-то из «ВЭБ». Значит, мои худшие подозрения про особо ретивых и убежденных в ведомстве внутренней безопасности оправдались.

— Кто отдал приказ? Имя, — сощурила глазки преподавательница.

— Я не могу разглашать подобного уровня информацию... — попробовал уйти от ответа оперативник. Хотя, казалось бы, с чего бы это ему так делать?

— Вы получили разрешение от директрисы? — скрестила женщина руки под грудью.

Мужчина промолчал, чем с головой выдал себя. Видать, интриги, что плетутся между администрацией «Куба» и пешками «ВЭБ» более ожесточённые, чем я мог себе даже представить.

— Значит, мы на этом закончили. Господин Марк, пройдёмте ко мне в кабинет, — указала мне подбородком Кристина на дверь.

— Мы еще не закончили, — возразил оперативник.

— Нет, вы закончили. Не забывайте, что любые процедуры с вашей стороны касательно вмешательства в работу академии необходимо подтверждать у педсовета, а также у Виктории Громовой лично. В противном случае, любой сотрудник «Куба» имеет полное право не подчиниться, — произнесла женщина, когда я уже оказался по ее правое плечо, с интересом рассматривая Стрельникова.

Глаза на его шлеме обратились в две линии, что явно отображало его недовольство и нежелание следовать словам женщины, однако, регламент уже был не на его стороне, а потому дальнейшее сопротивление станет провоцированием конфликта между структурами.

— Что же, пусть так. Начальство будет проинформировано о ваших словах, госпожа Рубцова. Господин Ливен, было приятно иметь с вами дело. Надеюсь, мы еще встретимся, — склонил голову мужчина, поднявшись со стула и попрощавшись с нами.

Значит, он принял свое поражение сегодня, решив таким нехитрым образом ретироваться и переложить нависший надо мной вопрос в верхнюю инстанцию, не желая совершать поспешных поступков, идя поперек планов своего «начальства».

Умно, чего уж тут сказать.

— Не могу сказать того же. Хотелось бы верить, что это наша последняя встреча, — ответил я оперативнику.

— Очень навряд ли, господин Марк, — покачал головой мужчина.

— На этом мы откланяемся. Впредь, прошу, занимайтесь СВОЕЙ работой, оперативник, — напоследок бросила Кристина, позволив мне первым выйти в коридор, через двух моих недавних конвоиров, что удостоили наш дуэт только безразличным взглядом, — Идём.

Последние слова уже были обращены ко мне, и я послушно последовал за преподавательницей, параллельно с тем размышляя над тем, что вообще только что произошло.

А вырисовывалась презабавная картина.

На «Куб» совершено нападение, к делу привлекают «ВЭБ» и его оперативников, что снуют тут и там в поисках зацепок, проводя опросы персонала и студентов, но с личного уведомления директрисы.

И всё бы ничего, но кто-то в этом ведомстве явно теперь видел во мне источник проблем или же вознамерился, воспользовавшись ситуацией, свести старые счеты.

Очередной отголосок Гражданской или что-то иное? Так или иначе, становилось очевидно, что от спецслужб добра можно теперь и не ждать, или ожидать в том или ином поступке двойное дно.

Проколись я сейчас или вызови еще больше подозрений, то на меня действительно могли повесить обвинение в сотрудничестве с террористами. И, сомневаюсь, что даже Громова спасла бы меня в таком случае.

Однако, и сбросить на меня всех собак «ВЭБ» просто так не способен, что говорит о том, что они не так уж и всесильны, как могло показаться со стороны.

Мне только требовалось действовать более аккуратно и не попадаться на мелочах и тогда, в теории, меня нельзя будет вырвать из-под опеки директрисы некоторое время. Другой вопрос, что делать, когда я выпущусь из академии?

Смогу ли я тогда уже сдержать нападки «ВЭБ», которые могут и не прекратиться, а лишь выждать необходимый им момент?

В сознании всплыл образ Алисы Романовой. Хватит ли даже ее влияния, чтобы остановить посягательство кого-то из верхов «ВЭБ» в сторону меня и моего рода.

С такими перспективами хочешь или не хочешь, но задумаешься о новой войне против всего света. Зубы сжались до тихого треска эмали, в груди словно начал работать маленький реактор, что постепенно подпитывался все прорастающей злобой на всех и вся.

Из раза в раз... Снова и снова! Уже который раз меня тычут носом в собственное происхождение и грехи тех, кого уже не осталось!

Хотелось напиться, выместить на чем-нибудь свою ярость, что всё копилась с каждым подобным моментом. Плевать было на то, что окружающие обо мне думали, как относились, но когда от слов переходят к действиям исключительно на своих домыслах...

Это злило, раздражало, заставляло ответить так, как от тебя того ожидали. Но ведь нельзя. Стоит дать слабину, позволить чувствам взять верх над рассудком и здравомыслием, то тогда точно уже спустят всех собак на меня.

Подобное сводило с ума, подтачивало даже меня, побуждая с каждым сражением поступать всё более яростнее, безжалостнее и безумнее, забывая обо всём на свете.

Выходило так, что раз я не мог прекратить нападки своих врагов в свой адрес, то мне лишь оставалось... сделать так, чтобы они боялись тронуть меня и тех последствий, что наступят следом за очередной провокацией в мой адрес.

Мои недруги обязаны омыться кровью с ног до головы, если осмелятся перейти черту. И для подобного требовалась небольшая демонстрация. Достаточная, чтобы хотя бы вынудить противников задуматься о том, с кем им предстоит вступить в конфликт.

Мне нужна была битва, кровавая и жестокая. Полная смертей и горя.

Я жаждал новой войны.

— Если подобное вдруг снова произойдёт, то немедленно сообщай мне или любому другому преподавателю академии, — не оборачиваясь, произнесла Кристина.

Я отвлёкся от своих невеселых мыслей, обратив свой взор на спину молодой женщины, на плечах которой небрежно висел пиджак.

Если честно, после только что произошедшего я не знал, как к ней относиться. В первую нашу встречу она едва ли не завуалированно меня унизила, имея явно какую-то обиду на меня или мой род.

Во время бойни в подземелье мы друг друга и не встречали по сути, исключая разговора с Громовой на базе магов-разведчиков. И даже тогда ее поведение не выказывало и намека на радушие.

Тогда почему... почему она мне сейчас помогла?

— Ты всё понял? — так и не дождавшись от меня ответа, она резко остановилась и обернулась в мою сторону.

Я молча продолжал буравить ее неопределённым взглядом, но всё же соизволил кивнуть.

— Да, ясно и четко, — произнёс я, заполучив в ответ дежурный моток головы уже от Рубцовой.

Мы снова продолжили идти по коридорам, пока так и не дошли до учительской, где я и встретился впервые с Кристиной Сергеевной.

Пройдя в помещение следом за блондинкой, я сразу подметил, что ситуация в кабинете стала еще хуже, чем в прошлый раз.

Теперь повсюду, куда доходил мой взгляд, виднелись стопки книг едва ли не до потолка, некоторые из них были разрушены, образовав просто большие кучи макулатуры.

— Для чего мы здесь? — спросил я, замерев у дверного косяка.

— Чтобы передать тебе необходимые документы, — ответила всё в той же небрежной манере Кристина.

Преподавательница проследовала к самой дальней от входа стопки книг, после чего стала в ней копошиться.

Так продолжалось примерно две с половиной минуты, за время которых я не мог не бросить пару заинтересованных взглядов на нижние формы Рубцовой.

И как за ней не бегает толпа малолетних ухажеров? Хотя, может, просто я их не замечал до сих пор, а они на самом деле существуют и ждут своего коварного шанса.

Наконец, блондинка, скинув на диван пиджак, подошла ко мне и протянула несколько листов бумаги.

— Что это? — принял я документы.

— Измененное расписание на первую неделю занятий. Если ты не забыл, то до них осталось уже меньше недели, а мне же, как преподавателю у вашей группы, регламентируется уведомлять о любых изменениях в учебном процессе. Раз уж ты и так оказался в корпусе, то решила передать тебе сразу, — заявила Кристина, скрестив руки под грудью и возвышаясь надо мной на пару сантиметров.

А я и не замечал до недавнего времени, что она носит высокие каблуки...

— Спасибо. На этом всё? — поинтересовался я, складывая бумаги пополам и убирая во внутренний карман плаща.

— Да, можешь быть свободен, — сказала она и, когда я уже развернулся, добавила, — И будь любезен больше не встревать в подобные неприятности.

Схватившись за дверную ручку, я застыл на месте, не зная, что и сказать. В груди всё сжалось от накопившейся неопределенности и простого изнеможения.

С момента своего попадания в этот мир я так и не смог передохнуть, собраться полноценно с мыслями, взять небольшой перерыв, чтобы спланировать и проанализировать всю ситуацию, в которой я оказался.

Мою голову только занимали мысли о личной силе, росте и действиях моих врагов. Видимых и скрытых.

А когда я не думал о подобном, то сражался за собственное выживание. Что в лабиринте, что против белоряженных и фанатиков, что против триады.

Ментальная усталость имеет свойство накапливаться, как и физическая, но с последним хоть как-то подсобили местные целители и недавний прием пилюли семи огней, что плодотворно подействовал на восстановление утраченной крови в последнее время.

Впрочем, сейчас я снова вернулся к состоянию, близкому к недельному недосыпу из-за очередного сражения уже в больнице.

И вот забивать голову мыслями о причинах и мотивах еще одного человека в моем окружении совершенно не хотелось.

А значит, требовалось решить всё здесь и сейчас.

— Почему... — начал я, ощутив, как к горлу подступил тошнотворный комок. Говорить почему-то было трудно, будто всё тело сопротивлялось моей воле. Но, глубоко вздохнув, я продолжил, — Почему вы мне помогли?

Я обернулся и вперил взгляд в удивленные глаза Рубцовой.

Кто ты мне, враг или же друг и союзник? Как мне следовало к тебе относиться? Ждать удара в момент уязвимости или всё же довериться и заручиться поддержкой?

Ворох вопросов мелькал в моей голове, при этом не давая произнести вслух ни один из них.

— Что ты имеешь под этим ввиду? Как твой классный руководитель, — женщина инстинктивно ушла в оборону, попытавшись свернуть с темы, но я тут же следом ее прервал, так и не получив ответ.

— И всё равно. Как преподаватель «Куба» вы могли не вмешиваться в процесс допроса, лишь известив директрису о происходящем. Но нет... Вы напрямую спровоцировали оперативника «ВЭБ», даже понимая, что ни к чему благоприятному этот инцидент не приведет. Потому я и хочу узнать ответ — зачем?

Кристина поджала губы, отчего те обратились в тонкую линию, ее взгляд метался то к моему лицу, то куда-то в сторону.

Она явно не желала говорить об этой теме, всяко сдерживая себя, но меня не устраивал этот вариант.

Здесь и сейчас я был обязан определить то, кем являлась Кристина Рубцова. Для меня, для моего рода, для моих планов.

Я сделал несколько шагов ей навстречу, остановившись в полуметре, и не сводя глаза с ее словно выточенного в камне лика.

— Давайте будем честны. В первую нашу встречу мы расстались не на дружеской ноте. У вас определенно есть ко мне некая неприязнь, однако, я ни разу не совершил ничего неправомерного в вашу сторону. Но это всё лирика. Из-за этой детали я не понимаю... — я глубоко вздохнул, восполняя кислород в легких, — Чего мне от вас ожидать, Кристина Сергеевна?

Кабинет поглотила липкая до омерзения тишина. Мое сердце громко стучало в груди, пока я, кажется, забыл даже, как дышать и моргать. Я просто продолжал следить за переменами на лице собеседницы.

Вот, ее веки с легкой дрожью устало опустились, словно Рубцова пыталась собраться с мыслями.

Так продолжалось какое-то время, пока она не открыла глаза вновь. Теперь же женщина буквально пожирала меня взглядом. В ее глазах внезапно вспыхнули два холодных огонька, что едва не препарировали меня.

Исчезла какая-либо маска вежливости, приторной формальности, а взамен пришла резкость, суровость и жесткость.

Даже черты лица Кристины неожиданно заострились, вся ее поза выражала готовность наброситься на меня и тут же обезглавить.

— Я... ненавижу тебя, Марк Ливен, — замогильным и трескучим голосом прошептала Рубцова. Она сделал шаг ко мне навстречу, отчего я ощущал на своём лице горячее дыхание женщины, — Ненавижу до глубины души твой род. Презираю сам факт твоего рождения. Ещё до недавнего времени я только и мечтала, как вскрою горло твоему отцу и всему его выводку. А конкретно тебе и твоей ненаглядной сестрёнке.

Я не проронил и слова. Я просто слушал отповедь когда-то сломленной женщины напротив меня и стойко принимал одно ее оскорбление за другим.

— Ваша семья принесла столько боли, столько горя, что невозможно в столице найти и единого человека, у которого не погиб или не пострадал один из его близких. Крови, пролитой вашими вассалами и прихвостнями, хватило бы, чтобы наполнить Балтийское море и еще бы осталось! — она смотрела в мои черные глаза, будто ища в них след вины, сожаления или раскаяния. Но явно была вынуждена разочароваться. Я не ощущал подобных эмоций за поступки моих здешних предков. Что было сделано, то сделано. История никогда не терпит сослагательного наклонения.

Я не мог вернуть всем жертвам их погибших близких. Эту потерю, болезненную до разрыва голосовых связок я не мог компенсировать, как бы того не хотел.

Порой, приходится отпускать прошлое, как бы это не было больно. Даже если кажется, что душу рвет на куски от одной мысли о том, что кого-то родного уже никогда не будет с тобой...

Всё это омерзительно, печально и жизненно. Такова судьба. Смерть — это закономерный финал жизни. И мы не в силах исправить этого, не способны провести вечность в кругу тех, кого мы любим.

Сколько бы не проливали слез по ночам, сколько бы молитв не возносили к небесным сущностям и как бы не проклинали свет и окружающий нас мир. Горе, ярость, отчаяние и горечь — это всё, что остается в конце.

Но со временем и эти чувства сменятся меланхолией. Боль утихнет, ослабнет. Она не пропадет. Эта тупая боль в груди и комок в горле будут преследовать нас до самого конца...

Но придет и что-то хорошее. В памяти останутся только добрые моменты о тех, кого с нами уже нет. Перед глазами будут мелькать только те моменты, которые ты захотел бы снова пережить. Даже прошлые обиды будут казаться такой глупостью...

Терять семью, друзей, да кого угодно — это страшно до дрожи в коленях. Даже мысль о подобном сковывает сердце и перехватывает дыхание. Но мы не всегда властны над нашей собственной жизнью.

Нам остаётся только помнить о тех, кто ушел прежде нас и нести память о них до самого конца. Ведь пока есть те, кто помнит нас, то мы продолжаем жить.

Возможно, Кристина уловила отголосок той боли, что и я пережил в прошлой жизни. Быть может, она увидела отражение самой себя и тех мучений, что ей когда-то пришлось пережить. Иначе на то, почему она резко замолчала, я так и не нашел ответа.

— Ты спрашивал, чего от меня ожидать, не так ли? — отвернулась она, обняв себя за плечи, словно пытаясь унять дрожь.

— Да, — прохрипел я, проморгавшись, чтобы унять грохочущее эхо от стука сердца в ушах.

— Я твой классный руководитель. Им меня и считай. Я буду исполнять свой профессиональный долг до самого конца, как бы я не относилась к тебе и твоему роду. Пока ты студент «Куба» я не наврежу тебе и не совершу ничего неправомерного ни по отношению к тебе, ни к твоим близким. Я вряд ли смогу когда-то простить тебя, как и род Ливен, но я не стану вымещать личную ненависть, пока ты в стенах академии. Я понятно изъясняюсь? — спросила Рубцова, смотря в сторону выходящего на улицу окна.

Я же смотрел на ее одинокую спину, что, казалось, могла вот-вот сломаться под невидимым грузом, но, сжав костяшки до тихого хруста, всё же ответил.

— Предельно.

— А теперь прошу вас покинуть учительскую, господин Марк, — устало прошептала Кристина.

И я подчинился этому не сколько приказу, сколько просьбе.

Нам многое требовалось обдумать после произошедшего разговора.

Закрыв за собой дверь, я тихо выругался, не зная, отчего мне стало так паршиво.

От того, что я не получил в виде Рубцовой возможного союзника, или... от чего-то ещё?

Так и не поняв, что со мной происходит, я направился по ставшему каким-то мрачным коридору главного корпуса в сторону своей комнаты...

Глава 21

Путь до своей комнаты я совершенно не запомнил, пребывал в каких-то пространных размышлениях на около философские темы.

Какой-то налет то ли меланхолии, то ли бурный поток не самых приятных воспоминаний об ушедших товарищах, друзьях и семье не давали мне покоя, раз за разом предоставляя их лица перед собой, вспоминая самые драгоценные моменты, проведённые вместе.

А за ней шел приводящий в ярость калейдоскоп их смертей, сцены, как я потерял их всех.

На плечи вновь словно водрузили несколько гирь с десяток килограмм, каждый шаг по лестнице общежития для первогодок становился всё труднее и невыносимее.

Мое сознание окончательно погрузилось в какую-то черную мглу, не видя ничего перед своими глазами и толком не реагируя на происходящее вокруг.

Пока внезапно меня не вытащили из этой пелены два драгоценных рубина, что просто вырвали меня из всепожирающей дымки злобы и желания прирезать всех и вся.

Проморгавшись, я разглядел перед собой Рику, что глазела на меня снизу вверх, вплотную приблизив своё лицо ко мне.

— Очнулся? — только и произнесла она, убирая руку от моего горящего от случившегося щелбана лба, а я заторможенно мотнул головой.

В ответ она довольно кивнула и отдалила своё лицо, довольно дернув пушистыми ушками. Оказывается, она стояла в этот момент на носочках, чтобы достучаться до меня, полноценно ушедшего в свои думы.

— Спасибо, — почесав лоб, произнес я, оглядывая комнату, в которую я всё же пришел на автомате. Такой бы, однако, скандал вышел, если я, не видя куда иду, ворвался в чужую комнату.

Огреб бы от иной команды — это как минимум, а если там еще и девушки есть...

Парни то просто морду начистят, да забудут, а вот светские дамы подобного могут и не простить. Одно дело, когда вы в одной команде — вы уже повязаны друг на друге и рисковать жизнью ради своих сокомандников это нормальная практика, которая, к несчастью или счастью, встречается нередко во время атаки монстров в подземельях или на границе аномальных зон.

В чём-то эта практика была по-своему правильной. Ведь ради кого тебе рисковать своей шкурой, как не для особо близкого тебе и драгоценного человека?

А вот любовник, друг или просто товарищ — это уже иной вопрос. Поэтому и были введены смешанные комнаты среди команд. Любовь, не любовь, но близость чисто на духовном уровне подобное решение формирует, когда вы делите вместе весь быт, все невзгоды и просто проводите всё своё время вместе.

Нередко в одной команде формируется пары, которые даже впоследствии создают целые новые рода героев или магов, что стоят на страже Империи. Так создавались целые династии магов, что ставят своей самоцелью защиту гражданских.

Но вообще, в вопросе отношений большинство в «Кубе» ведут аккуратную политику. И оно понятно. Конечно, могут по обоюдному согласию замутить небольшую интрижку во время студенчества, но с определённой периодичностью они оканчиваются дуэлью разных кандидатов за сердце девушки или, что случается не так часто, но тоже были случаи, мужчины.

Большая же часть относится к вопросу отношений довольно меркантильно и рационально. Потому как всегда остается фактор их семей, членов, которых может не устроить выбранная кандидатура партнёра студента или студентки. И там, опять же, начинается очередная любовная драма.

Но без этого всё же никуда. Кланы и рода учитывают в первую очередь свои интересы и, когда стоит выбор между счастьем одной девушки или возможной выгодой для всего клана, то, увы, чаша весов очень редко, когда обращена в сторону первой.

Меж тем кошко-девушка отстранилась от меня и направилась в сторону своей постели. Одета она была в миловидную ночнушку с тапочками, на которых красовались пушистые белоснежные помпоны.

Так и не скажешь со стороны, что в ней имелись черты дикой и элегантной хищницы, такой как кошка или лиса.

Перевел взгляд в сторону. За столом сидел Исао и мерно поглощал лапшу из глубокой миски. Делал он это с таким наслаждением, что я невольно ощутил урчание собственного живота. А ведь я так и не ел ничего с сегодняшнего утра. Разве что шавермой перекусил, но при всех ее достоинствах, подобный прием пищи недостаточен, чтобы утолить голод на весь день.

Пройдя к столу, я получил приветственный кивок от азиата, он уже мерно пожевывал куриную ножку, что оказалась в его тарелке.

— Что у нас сегодня на ужин? — в холодильнике я обнаружил купленные недавно фрукты и овощи, хлеб, черный, как и белый, да еще много прочих продуктов. Но самым заметным оказалась большая кастрюля на уровне глаз.

— Райзе сварила нам супа на неделю, перед тем как уехать на тренировку, — позевывая и вызывающе выгнувшись в пояснице пояснила Рика, после чего легла поверх покрывала на своей постели.

— Это просто чудесно... — отведя от нее взгляд, я наложил себе тарелку и запустил всё это дело в микроволновку.

Спустя пару минут я уже наслаждался вкусным и наваристым бульоном вперемешку с аккуратно нарезанными овощами.

Всё же, нам повезло, что одна из нашего состава умела готовить, и очень даже вкусно. Хоть кто-то мог и возразить по причине того, что супы — это такое себе блюдо, но я не знаю, что еще способно кормить ораву людей на протяжении нескольких дней при относительно небольшой затрате, как по продуктам, так и по трудности приготовления.

Хотя да, тут также необходимо обладать какими-никакими навыками, чтобы приготовить блюдо действительно вкусным.

Пока я активно съедал ложку за ложкой, Исао уже покончил со своей едой и сейчас наслаждался кружкой с горячим чаем, заедая это не пойми откуда взявшейся плиткой шоколада.

Эта картина настолько меня удивила, что я едва не подавился. Всё же, беловолосый создавал у меня впечатление полноценного восточника по своим заскокам, отчего наблюдать столь понятный образ было как-то непривычно.

Стоило мне покончить с тарелкой супа, как в мои руки едва ли не силком пропихнули кружку с еще источающим пар чаем. Поблагодарив сокомандника, я откинулся на спинку стула и пригубил напиток.

Стало сразу так спокойно, умиротворенно, все тяжелые мысли будто ушли, как отлив в океане.

И всё же, хорошая мне команда досталась. Да, не без своих тараканов в голове, но, думается, потенциал у нас определённо есть. Нужно будет еще подналечь на командные тренировки после возвращения Ксюши, чтобы полноценно понимать друг друга с полуслова и по-настоящему стать боевой единицей. Все же один в поле не воин, каким бы могущественным магом он ни был.

Орда сомкнет и мага 9-го уровня, а когда их хлынет в этот мир несколько за раз, то станет уже всем не до шуток и дрязг меж собой...

Покачав головой, я встал из-за стола и, прошел в душевую комнату, прихватив с собой сменную одежду с моей полки в шкафу.

Пора, наконец, было вливаться в студенческую жизнь...

* * *

Просыпаться было тяжело. Разлепив глаза, я узрел презабавнейшую картину. Под одеялом у меня виднелась черноволосая макушка одной знакомой кошко-девушки.

Как-то я даже не удивился этому финту, всего лишь добродушно вздохнув и потрепав красавицу по голове.

Та тут же встрепенулась, вынырнула из-под одеяла и водрузила на меня свои алые очи.

— Спрашивать, почему ты уже второй раз лезешь ко мне в койку, учитывая то, что мы до сих пор не женаты, мне, пожалуй, не стоит? — ухмыльнулся я.

Рика наморщила носик, возмущенно отвернулась и заграбастала всё одеяло в своё личное пользование, оставив меня лежать в одних боксерах.

— Ты всю ночь ворочался, спать не давал, — услышал я сонное сопение девушки, отчего я было раскрыл рот, но так и не нашёл, что ответить.

Кошмары всё еще порой преследовали меня, но, вряд ли найдется переживший ни одну битву маг, которого порой бы не преследовали призраки прошлого.

— В таком случае, приношу извинения, — позволил я себе виноватую улыбку, но вместо ожидаемого принятия извинений я был вознагражден пинком в бок белоснежной ножкой.

— Если тебе нужна помощь, то так и скажи. Нечего строить из себя не пойми кого... — последние ее слова уже нельзя было различить по причине того, что она скрылась в одеяле окончательно, создав из него этакий кокон.

Слов для ответа у меня не нашлось. Мне только оставалось быть благодарным тому, что мне встретилась столь неординарная сокомандница.

Утро вечера мудренее, вроде так говорят? Отчего-то вопросов мое пробуждение вызвало еще больше, чем когда я ложился на боковую...

* * *

Одевшись и наскоро умывшись, я уже встречал Исао на тренировочной площадке. Оказывается, этот беловолосый чертяка проснулся еще засветло, чтобы помедитировать перед восходящим солнцем. Прямо как самый настоящий культиватор из Древнего Китая, если не принимать тот факт, что пользовался он маной по европейской схеме.

Но от шуток в свой адрес это всё равно его не спасало.

— Полируешь даньтян? Мог бы и меня разбудить. Всяко дело пошло бы бодрее, — хохотнул я, присаживаясь возле него. Исао же вскинул одну из бровей в мой адрес, да с таким выражением лица, что я ощутил себя каким-то идиотом.

А ведь точно...

Я что-то и не подумал, как сопящая девушка под моим одеялом могла выглядеть со стороны. В таком случае бы любой удивился, если бы Исао еще и в такой ситуации позвал бы меня на медитацию.

— Ладно. Сам понял. Дебил, — отмахнулся я, на что азиат тихо прыснул и вернулся к своему занятию.

Какое-то время ничего не происходило. Я тупо смотрел в проплывающие облака над куполом академии, размышляя о том, какую программу тренировок мне стоит сейчас сформировать для наилучшего результата.

Какое-то время необходимо уделить собственному восстановлению. Хоть отец и расщедрился, выдав мне сразу три кроветворных пилюли, но их эффективность была не столь значительна, как у пилюли семи огней, потому и времени на полное восстановление уйдет где-то с неделю-полторы.

Кости и мышцы заметно ослабли после небольшого ада в подземелье, как и после стычек в последние дни. Хотел, вроде как, развить мускулатуру, а по итогу, напротив, привел ее в более худшую форму, чем предполагал.

Ясное дело, что всё это лечится простым отдыхом, вкупе с правильной диетой и приемом медикаментов, но кто ж мне даст продохнуть?

— Пейзажами красуетесь? — неожиданно, смутно знакомый голос раздался за спиной.

Я наклонил голову, чтобы встретиться с улыбчивой рожей Алексея Шматкова, с которым пересекся еще во второй день в этом мире.

Рядом с ним находился его извечный друг, Василий Шонин, что махнул нам ладонью в знак приветствия.

Мой узкоглазый товарищ лишь одарил их равнодушным прищуром, после чего вернулся к своей дыхательной технике и созерцанию вездесущего.

Реально какой-то герой сянься, ей богу...

— И тебе привет. Пришли на тренировку, как обычно? — встав на ноги, пожал я руку тому и другому.

— Если бы. Еще с неделю с чем-то буду скакать на одной ноге и страдать от скуки. А с развлечениями в «Кубе» для инвалидов не так чтобы уж и густо, — через силу улыбнулся Шматков, показав на свою правую штанину.

Стоило той задраться, как я различил самый настоящий гипс, как, впрочем, и костыль, который до этого момента в упор не замечал.

— Где тебя так угораздило? — спросил я.

Шонин покачал головой совместно с устало вздохнувшим Алексеем.

— Помещение Зимнего Дворца у меня прошло не так радужно, как ты можешь заметить, — ответил парень.

— Так разве целители не в силах заживить подобную травму? — удивился я. А то, как же! Как-то трудно поверить в то, что приемнику огромной корпорации не выделили профессионального целителя, что в самые сжатые сроки поставил бы того на ноги.

— Как оказалось, во время нападения он пытался приударить за какой-то аристократкой, из-за чего смог избежать первой волны взрывов. Так что его распущенность спасла ему жизнь, как бы это странно не звучало, — хлопнул по плечу своего друга-инвалида Шонин, сдерживая при себе рвущийся наружу смешок.

— Вот только отец все равно об этом узнал. Так что хоть всё и обошлось для меня в целом, но с костылём мне передвигаться до начала следующей недели в качестве «урока на будущее», — отбросил с плеча руку Василия Шматков, не забыв язвительно фыркнуть под конец своих слов.

Ему явно подобное «наказание от папеньки» приносило мало радости. Ну да, тут любому не позавидуешь с таким суровым родителем.

— Могу только посочувствовать, — развел я руками, не зная, как и комментировать методику воспитания в их семье.

— Уж поверь, ему это нужно сейчас в последнюю очередь, — вставил свои пять копеек Василий.

Как внезапно меж нами появилась беловолосая макушка, протягивая Алексею... шоколадку.

Что примечательно, золотые глаза Алексея будто заискрились и он с необычайной скоростью для одноногого метнулся к Исао и тут же изъял из его руки сладость.

— Вот спасибо. Ох, и еще моя любимая, молочная... — чуть ли не зубами вскрыл он упаковку и так, не глядя ни на что и ни на кого, начал пожирать вкусняшку чуть ли не давясь слезами счастья.

На невысказанный нами вопрос, Василий, прикрыв рот ладонью, прошептал:

— Ему, вроде как, и сладости запретили есть на срок «исправления», поэтому сами понимаете, — вздохнул несчастно Шонин, на что мы понимающе кивнули.

Да, это как курильщику запретить курить. От хорошего сложно отвыкнуть, а когда ты еще и продуктовый магнат и для тебя, в теории, открыты двери всех кондитерских в Санкт-Петербурге, то обидно вдвойне.

Но, благо, все эти проблемы высших аристократов нас пока никоим образом не касаются.

Пока Шматков совершенно не в аристократической манере пожирал сладость и благодарил всё сущее за такой подарок с небес, а также Колумбийский Диктат за экспорт какао-бобов, Шонин продолжил со мной разговор.

Исао же изображал из себя высокодуховный деревянный столб. Я его, конечно, отчасти мог понять, но парню, похоже, действительно нравилось оставаться верным слушателем и не более того.

Вот просто идеальный задел для моего будущего психотерапевта. Нужно будет подкинуть ему пару книжек по этой теме, авось всё сложится, как я задумал.

— Между делом, вы идете на осенний фестиваль в следующие выходные? — полюбопытствовал Василий.

По моей наклоненной на бок голове парень всё понял и без уточнений.

— Праздник от начала учебного года, но ты чего?

— Так разве он не должен был начаться еще в первый день? — скрестил я руки на груди.

— Всё так, но сначала атака на первогодок, а потом и нападение в Зимнем Дворце, как и последовавший трёхдневный траур несколько сменили планы руководства города. Да и никто против воли Визиря Императора не осмелится пойти в открытую, потому и решила мэрия города провести его на следующей неделе, — пояснил Шонин, а я задумчиво потер подбородок.

— И зачем нам там быть? Разве фестиваль не должен проходить, как очередной повод покутить для народа?

— Все так. Но я слышал, что к этому дню привезут последнюю партию артефактов из Герцогств, ввиду неспокойных границ на западе у Царства Литовского, как и обещается целая делегация из дворца десяти тысяч секретов с их новой разработкой от мира алхимии. Будет интересно, в этом можно не сомневаться! — предвкушающе потер ладони мой собеседник.

Ну да, огромный фестиваль, масса людей, приезд сразу нескольких групп иностранцев и всё это после серии терактов и роста активности триады.

Что может пойти не так?!

Глава 22

Я сидел в тренировочном зале, скрестив ноги. Грудь мерно поднималась и опускалась, веки были сомкнуты, руки сцеплены в изощренном жесте, когда подушечки пальцев касались друг друга.

Наконец, у меня появилось время, чтобы полноценно уделить его собственному развитию, как мага.

Все эти гонки со смертью и сражения, конечно, позволили мне закалить собственное тело, сократив большой промежуток во времени, если бы я просто занимался физической нагрузкой, как изначально планировал.

Нет, я еще не создал из своего тела так необходимый мне инструмент, однако, приобрёл более ценную награду. Рефлексы.

В первые дни с натяжкой удавалось среагировать на ту или иную угрозу, сейчас же я словно приблизился к тому состоянию настороженности, к которому я так привык в прошлой жизни.

Сейчас, покажись очередная для меня угроза, то я смогу достойно на нее ответить, хотя бы в плане того, что мои движения не будут отставать от собственных мыслей.

Ходьба по самой кромке стала просто чудовищным катализатором для интеграции моих же знаний в молодое и неподготовленное тело.

Теперь же дело было за малым. Хотя тут с какой стороны вопроса посмотреть...

Посетив библиотеку «Куба», я так и не сумел раздобыть подсказок касательно разрешения своей неспособности колдовать, как полноценный маг. Любой, кто обладал источником маны, мог создавать заклинания. Но только не я...

Мне же следовало искать обходные пути. Да и вообще, можно сказать, что мне вообще повезло, что я способен использовать хотя бы внутреннюю магию. Да, это не фунт изюма, но и совсем бесполезной стезей не назовешь. Даже когда большая часть необходимых знаний утеряна.

Но была одна техника, которую я хорошо помнил из прошлой жизни. Ее создал один Японский маг, сделав своей основополагающей, и заработав на том себе славу, как «Они». Или, по-человечески, просто демон.

Работала эта техника на вплетении стихии огня в собственное тело, путем повышения его температуры, улучшения эластичности связок, суставов, мышечных волокон, а также ускоряя кровоток.

Раньше я и не думал ее применять, потому как организм бы не справился с ней, как бы я того не желал. Но несколько последовательных стычек, окончившихся моим полным опустошением и серией травм, переменили моё мнение.

Ждать дальше не было никакого смысла, как и то, что мне так или иначе придется потратить какое-то время для тренировки техники.

Мысленный приказ обернулся тем, что источник пришел в движение, став перемещать ману по энергоканалам, с каждой секундой повышая скорость тока и давление, вливая всё больше и больше маны.

Выходил этакий цикл, что со временем ложился всё большим бременем на моё тело. Как трубы, давление в которых не должно превышать определенную отметку, так и энергоканалы могли выдержать только строго отмеченное им количество маны в секунду, правда, с небольшим запасом.

Теперь же, когда напряжение во всей энергоструктуре непременно нарастало, стала расти и температура в теле.

Казалось, что меня закинули в чан с кипящей водой, а жар всё усиливался.

Сердце в груди нещадно стучало, как заведенное. Тупая нарастающая боль мной оказалась проигнорирована, потому как если я сейчас всё откачу назад, то проваляюсь обессиленно полдня и при этом ничто мне толком не поможет.

Износ энергоструктуры практически не лечится, если сравнивать с физической оболочкой.

Вскоре, капилляры в глазах полопались, окрашивая те в красный цвет, изо рта при резком выдохе вылетело едва заметное облачко пара. Могло показаться, что всё тело и одновременно расслабленно и вместе с тем напряжено до своего пика. Одно неловкое движение и суставы, хрящи, связки и мышцы просто разорвутся, лопнут, придут в негодность.

И это являлось большой проблемой, а также, считай, главным недостатком внутренней магии. Она всегда опиралась на вашу физиологию. Даже имей ты 8 звезд, но при этом хилое тело, то и выдать мощь, при использовании внутренней магии, ты можешь крайне ограниченную.

Внешняя же, напротив, применяла только энергоструктуру и проходимость каналов.

Резко поднявшись на ноги, я разрезал воздух ребром ладони. Тело изнывало от нагрузки, но оно послушно следовало моей воле.

Быстрее и ловчее того, как я привык. После очередного мысленного приказа из области запястий объявились два тонких лезвия из обжигающей крови.

Теперь подобные манипуляции становились всё проще день ото дня для меня.

Сомнений не осталась, там, в подземелье, во время сражения с рыцарем смерти — я совершил прорыв на уровень мага 2-ух звезд.

Поразительно, что при этом уровне я вполне себе способен выдать мощь на отметке в 4 звезды, если брать в расчет полностью влитую ману в заклинание взрыва маны.

И всё равно, как-то долго я не обращал внимание на собственную культивацию, позволяя мозгу гулять вокруг всё не тех вопросов.

Каждый маг растёт не только путем пополнения своего арсенала, но и методикой улучшения себя самого.

На первых порах, вплоть до уровня 5-ти звёзд, происходит закалка: костей, кровеносных сосудов, внутренних органов, нервных окончаний и плоти.

На первых 4-ех звездах для поднятия ранга достаточно развития источника и его объёма, как и нескольких закалок из вышеперечисленных.

Каждая закалка является своего рода испытанием, пройти которое не каждый маг способен. Если же маг продолжит развиваться, не уделяя закалке необходимого внимания, то он буквально в труху разрушает свой будущий рост.

Чем прочнее телесная оболочка, тем больше маны она способна в себя принять, а вместе с тем и дальше ты способен зайти.

Поэтому до мага 4-ех звёзд дорасти вполне себе по силам практически любому, но вот уже далее...

Если у тебя не будет в наличии к тому моменту двух-трех закалок из пяти, то и надеяться на последующий прорыв смысла нет.

В подземелье я вошёл на ступень 2-ой звезды, а значит, что для последующего адекватного роста мне необходимо было совершить одну из закалок в своём теле.

И выбор мой пал на кости...

Ведь техника «Они», благодаря которой он сумел прославиться, опиралась в первую очередь на скелет и его прочность. Не пройди эту закалку, я не сумею полноценно применить новое заклинание, основанное на стихии огня.

Изначально оно было безымянным и просто называлось «Секретом Они», но, думаю, «маска демона» подойдет лучше в моем случае.

Ведь стоило только глянуть на зеркальную стену, что находилась по мое правое плечо, то в ответ на меня смотрело собственное озлобленное лицо с совершенно алыми белками и черно-багровыми зрачками.

— Хррр, — изо рта вышел не то вздох, не то рык, пока руки с лезвиями на запястьях продолжали кромсать пустоту в надежде выплеснуть накопившийся внутри жар.

Еще немного и воздух мог начать стонать от раскалённой крови, но нет, этого не происходило.

Движения были смазанными, едва уловимыми, сплетаясь в плавные, но не менее отточенные каты.

Ноги скользили по матрасам тренировочного зала, закружившись в удивительном танце. Переходы с пятки на носок сменялись взмахами рук, выпадами, пинками и ударами.

Лишь шесть минут спустя жар начал спадать, потому как мана уже не могла поддерживать столь высокое давление, как и энергоструктура начала приносить всё более нестерпимую боль в груди.

Кровяные лезвия двумя кляксами опали на пол, как только мана в них утратила контроль.

На первый раз этого было достаточно...

Сквозь сжатые зубы били отчетливые струи воздуха, пока раскрасневшаяся кожа, залитая потом, начинала остывать.

Глубоко вздохнув, я раскрыл глаза и посмотрел на настенные часы в пустом зале. Нужно было поспешить, если я, конечно, не хотел опоздать...

* * *

Студенческая жизнь еще полноценно не началась, но я уже вошел в режим, подобно дню сурка. Первую половину дня я проводил с Исао и Рикой, занимаясь созданием боевых схем для совместной работы в будущем, да и просто общался с ними, тем самым узнавая все больше о них самих и их особенностях.

Хотя с Исао мы больше вели переписку и играли в крокодила на ежедневной основе. Он так и не пояснил причину, почему не может говорить, но погружаться в чужой шкаф со скелетами я не видел целесообразным.

Вторую половину дня я уделял физической подготовке и расширению собственного источника. Дело это небыстрое, а с каждым новым уровнем времени на повышение объёма резерва маны уходит всё больше и больше.

Самый простой и одновременно эффективный метод — это полное опустошение и вновь наполнение резерва, что, кстати, благоприятно работало на мое тело в целом.

Вечер же я проводил в библиотеке академии, изучая раздел с общедоступными техниками для закалки костей. Также искал некоторые следы и подсказки по тем или иным заклинаниям для внутренней магии, но тут пока всё оставалось столь же безуспешно.

Относительно закалки костей, я мог приступить к ней хоть завтра, но для улучшения результативности следовало подобрать наиболее подходящую методику и формулу для проведения ритуала закалки.

В прошлой жизни я на этом моменте успел обжечься из-за чего мне пришлось расти в рангах сильно дольше, чем если бы я подобрал технику более высокого уровня или большей адаптивности.

Но тогда выбирать не приходилось. Большая часть знаний после вторжения передавалась от учителя к ученику, потому как любые хранилища знаний были разрушены или оказались так глубоко спрятаны, что доступ к ним оказался у жалких единиц, что являлось совсем каплей в море.

Собственно, в кои-то веки я вновь погрузился в штудирование теории и расчёт лучшей формулы для будущего ритуала, не забывая уделять внимание и делам моей новой компании.

Менделеев прислал список перспективных мест, где можно было бы расположить лабораторию и артефактную мастерскую. Я поставил тому ряд условий, чтобы парень примерно представлял уровень наших возможностей и мог подобрать под уже заданные требования и личные критерии оценки наиболее подходящее место для нашего первого филиала.

Дед химика уверенно шел на поправку и в течение пары недель также должен был вернуться в строй, что немало ободрило парня и прибавило тому еще больше мотивации в поиске идеального места.

Также, от Захара получил сегодня список кандидатур на будущих работников новой лавки, просмотром которого я сейчас и занимался.

— Аккуратнее, дубина! — шипела на фоне Хайзантен в сторону Исао, пока тот замешивал тесто.

Ведь сегодня возвращалась Ксения со своей тренировки, а потому мы дружно решили устроить ей сюрприз. И какой сюрприз без торта?

Но навыков нашего трио для подобного уровня заметно не хватало, а потому сошлись на печенье. Благо, я сумел отбрыкаться от участия в поджоге кухни, сославшись на украшение комнаты.

Ради такого я даже сбегал в торговый район академии и прикупил пару шаров с гелием, праздничную ленту и хлопушки.

Прилепив ленту под потолком на скотч и поместив рядом с дверью шарики, я... покончил со своей ролью.

Нет, ну а что? На этом наши полномочия, собственно, всё... Я маг, а не декоратор!

Спустя полчаса в комнату ворвалась парочка из азиата и кошко-девушки, на подносе у которых было... черное, сожжённое до состояния угольков — нечто.

— И как это вы так умудрились? — озадаченно почесал я подбородок. Я думал, такое происходит только в анекдотах, а ты ж погляди на этот дуэт из гребанной табакерки.

Даже в таком деле, как кулинария, они умудрились отличиться!

— Исао уснул над духовкой, — фыркнула Рика, косясь на беловолосого, на что тот безмолвно вытащил из заднего кармана джинс свой вездесущий блокнотик и ткнул мне под нос первую же страницу.

На которой большими буквами было написано слово: «МЕДИТАЦИЯ».

— Ты медитировал над печеньем? — ошарашенно посмотрел я на него, в ответ получив короткий кивок, — Боюсь спросить... Нахрена?

Беловолосый посмотрел на меня, как на идиота, а затем начал шустро строчить не пойми откуда взявшимся карандашом по своему блокноту.

Я принял новый листок и пробежался по тому быстрым взглядом. Затем снова посмотрел на азиата, сомневаясь в его адекватности или черном чувстве юмора.

Снова глянул в листок, на Исао, перевел взор на Рику, вздохнул, хлопнул себя по лбу и рассмеялся.

На нескрываемое любопытство кошко-девушки протянул той листок, прочтя который ее ушки вздернулись к верху, будто девушка приготовилась к атаке.

Хотя, прыжок, в процессе которого она повалила бы Исао на пол, если бы тот не ушел перекатом в сторону, и так стал закономерным следствием.

— В смысле ты сравнивал печенье с приготовлением пилюль?! — взбеленилась брюнетка, уже только взглядом намереваясь убить невозмутимого беловолосого.

Которому, кстати, я мысленно хотел похлопать, но не стал, не желая привлекать к себе внимание раззадоренной сокомандницы.

Это же надо намеренно наблюдать за сгорающими печеньками, что постепенно обратились в угольки, изучая этот процесс с научной точки зрения алхимии.

Внезапно дверь в нашу комнату открылась, впуская ожидаемую нами гостью внутрь.

Ксения Райзе внешне нисколько не изменилась. Темные волосы, золотые сверкающие глаза, чуть вздернутый носик и легкая ухмылка на губах.

Одетая в легкое летнее платье, поверх которого была накинута куртка, она выглядела, словно вернулась из короткого отпуска, а не с семейной тренировки.

И только я заметил изменение в ее походке, как и в плавности движений. Райзе стала сильнее. Чему я был искренне рад.

Последовал глухой взрыв хлопушки, ознаменовавший воссоединение 13-ой команды.

— А у вас тут весело, — заметила девушка гонявшихся по комнате Исао и Рику, что, похоже, не обращали внимания ни на что, кроме своих догонялок не на жизнь, а на смерть.

— И не говори. Печенье будешь? — улыбнулся я, проводя Ксению за наш столик.

— Вы и что-то приготовили? — скептически произнесла наш общепризнанный шеф-повар.

Ну а что поделать, если только она овладела столь критически важным навыком, как готовка?!

— Я к этому не притрагивался, — как только Райзе увидела горку угольков на подносе, я тут же открестился от прегрешений своих сокомандников.

— Даже так. И чем же ты занимался? — хохотнула Ксения, взяв наименее подгорелую печеньку.

— Декорациями, — важно скрестил я руки. И, как назло, скотч, удерживавший поздравительную ленту с надписью «С возвращением!», отклеился, из-за чего на моей голове теперь красовалась эта дрянь.

Райзе прыснула в кулачок, пока я с рожей кирпичом избавлялся от ленты, закинув ту с невероятной скоростью в мусорную урну в дальнем углу комнаты.

— А ничего так, — прокомментировала Райзе, съев выбранную ею печеньку. Я удивленно скосил на нее взгляд, на что она ответила едва уловимой улыбкой.

— Правда? — не веря той на слово спросил и также решил рискнуть собственным желудком. Не будет же меня моя старая подруга детства так нагло обманывать. Быть может, медитация Исао таила в себе вселенский секрет успешного приготовления невероятной выпечки.

Закинув в рот второе с подноса кондитерское изделие, я проследил превращение улыбки Райзе в мстительный оскал.

— Ни на йоту, — рассмеялась Ксения, когда я уже вовсю давился ощущением настоящего угля, а не печенья, в своем рту.

Никогда я так не разочаровывался в своей вере в людей...

Глава 23

— Сверху! — предупредил я Рику, когда атака ее оппонента прилетела сверху.

Удар тяжелой алебарды с грохотом обрушился на бронированный пол, высекая искры. Кошко-девушка вовремя уклонилась, произведя контратаку своим мечом, вступая с противником в клинч.

— Как невежливо отводить от дамы взгляд, — усмехнулась Ксения, стоило мне вернуть своё внимание к ней.

Я в ту же секунду был вынужден отклонить корпус назад, чтобы пропустить над головой наконечник копья и не получить дыры в голове.

— Я даже и не думал, — оскалился я в ответ, попытавшись выбить копье из нежных рук златоглазки.

В левой руке образуется крюк, которым я подцепил копье на себя, вынуждая Ксению утратить равновесие.

Однако, она моментально закружилась вокруг своей оси и освободила своё оружие из захвата, совместно с тем замахнувшись над моей шеей.

Вокруг головы сформировалась нижняя половина шлема, что приняла на себя удар, расходясь осколками. Я же, перенеся вес на левую руку, нанес удар правой ногой в затылок сложившейся брюнетки.

Но и на этот раз атака не увенчалась успехом, потому как Ксения ушла обратным сальто назад, чуть не вмазав мне носком сапожка по подбородку.

В стороне всё еще гремела дуэль между азиатом и кошко-девушкой, что давно утратили внимание на окружающий их мир. Кажется, их спор касательно сгоревших печенек всё не мог утихнуть, из-за чего Рика постоянно находила повод, по которому она могла прицепиться к Исао, а беловолосый и не думал отступать, доблестно отвечая той рожей, просящей кирпича.

Что же касалось самой Райзе... То ее боевые навыки и вправду сейчас заслуживали похвалы и это не учитывая того, что она уже достигла 2-ой звезды и не думала на подобном останавливаться.

Девушке, по ее словам, уже передали семейную технику закалки, а потому скорость ее роста будет всё расти и расти. Как бы теперь самому не остаться позади.

Вообще, как оказалось, все в нашей команды достигли уровня в 3 звезды, кроме меня. Причем Исао и Рика вовсю приближались к пику оного уровня, пока Райзе стремительно закрепляла достигнутый недавно ею прорыв и готовились ко второй закалке.

Мне же еще предстояла только первая, не говоря уже о том, что потребуется определенное время для роста резерва, а также укрепления энергоструктуры после прорыва.

Я всё еще ощущал, что серьёзно отстаю от своих сверстников, лишь за счет своего опыта и неординарных уловок вырывая победу из чужих рук.

Нужно будет на днях позвонить отцу и спросить информацию касательно возможного участия в экспедиции. Как выяснилось, нельзя так просто взять и присоединиться к тому или иному походу в аномальные зоны. Для подобного тебе необходима рекомендация одного из ее зачинщиков или одобрение со стороны самого Императорского клана.

С последним, очевидно, я пролетаю, ведь даже некоторая связь с Алисой Романовой не позволит мне обойти все прочие институты проверки и получить одобрение. Этот вариант нельзя было откидывать совсем в сторону, потому как еще имелся шанс на подобное, если я сумею произвести впечатление на Императора или его приближенных теми или иными действиями.

Но все надежды на данный вариант развития событий я не оставлял, ища, как можно заполучить рекомендацию от возможных организаторов экспедиции в глухие дебри Империи.

Кандидатов на подобную роль было не так уж и много, потому как для организации экспедиции необходимо огромное количество средств, людских ресурсов и влияния при дворе, чтобы получить дозволение Императорского клана.

Но и разглашать подобную информацию никто преждевременно не станет, а когда уже станет известно даже гражданским, то станет совсем поздно и состав экспедиции давно будет сформирован.

И что из этого следовало?

Что мне нужен информатор, вхожий во многие общества при дворе. Или, иными словами, дипломат...

Как бы я не желал встревать в гонку за престол, отчасти понимая, что рано или поздно всё равно моя голова залезет в эту трясину, но, кажется, у меня не осталось иного варианта.

Связка из Черной и Романовой мне жизненно необходима для моего собственного будущего, а я нужен им, как возможный ключик к новым союзникам.

Однако, ход моих мыслей прервали очередным выпадом копья.

— Кажется, если из тебя не выбить всю дурь, то в себя ты и не подумаешь прийти, ведь так? — надула обиженно щечки Ксения, из-за чего я позволил оскалу застыть на моем лице.

— Всё именно так. Вот только получится ли у тебя?

— Время покажет, — перекинула поудобнее своё оружие девушка, бросившись на меня в новом рывке.

В левой руке появилось лезвие, уже смахивавшее на полноценный гладиус, а над правым запястьем стал расти округлый щит.

Мне еще было куда расти, но вот стоять на месте я ни за что не собирался!

Грохот сражения вновь огласил тренировочный зал, уже занятый с самого утра командой номер 13.

* * *

— Фух, хорошо потренировались сегодня, — выдохнул я, вытирая пот со лба.

— Гребанный тренировочный маньяк, — простонала Райзе, развалившись на земле рядом со мной в форме звезды, и тяжело задышала.

Ее грудь в спортивном топике выглядела так маняще, что я невольно засмотрелся.

— Эй, — шикнула она мне, — мои глаза здесь.

— Я заметил, — ухмыльнулся в ответ. После недолгих раздумий, продолжил, — Не хочешь сходить на завтрашний фестиваль?

— Это свидание? — оживилась Ксения, прищурив золотые глазки и хищнически облизнула свои губы.

— Можно сказать и так... — не отвел я взгляда, продолжая изучать блеск золота в глубине ее радужек. Спустя секунд двадцать томительного ожидания, Ксения первой отвела взгляд и с легким румянцем на щеках согласно кивнула.

Я же, довольный собой, откинулся на холодный бетонный пол тренировочного зала и глубоко вздохнул.

Интересна ли была мне Райзе? Скорее да, чем нет. Но мысленно я преследовал и более меркантильные цели.

Поставка артефактов из Герцогств. Я должен был посмотреть на них. Мне нужно было больше знаний о местных мастерах и их изысканиях, чтобы определиться, где я смогу получить наибольшую для себя выгоду.

Что продаётся в этом мире, что считается редкостью и диковинкой, что считается гарантом качества?

На все эти вопросы могла ответить выставка, совмещенная с аукционом последних товаров из Герцогств, признанной родиной и сердцем артефакторики в Западном полушарии Земли.

И как бы это не звучало, но и тут мне нужен был посредник — такая аристократка, как Райзе.

Гнусно ли я поступал по отношению к ней? Не знаю... Возможно, я и желал бы ответить в ответ на симпатию со стороны Райзе, если таковая вообще присутствует, а не ее подобие из-за давней привязанности, тянущейся с нашего детства, но...

Я был еще не в состоянии. Я слишком уязвим на данный момент. Для тех, что стояли за попыткой моего убийства на арене, для триады, что определенно найдёт шанс для ответного удара, для половины Империи, что держат руку на пульсе и следят за каждым моим шагом с недавнего времени.

Отец уже сообщил о том, что разведка прочих домов, кланов и родов стала больно активна по отношению к роду Ливен и ко мне частности. Я привлёк достаточно внимания, чтобы стать одной из переменных в политике Российской Империи. Да, пока совсем незначительной и одной из множества, но долго ли это будет оставаться так же? И тогда что будет после?

Что произойдёт, когда я по неосторожности или по дурости перейду путь очередному авторитету? Я тут же поставлю под угрозу всех, кто подле меня. Мою команду, друзей, товарищей, подчиненных, семью.

Мне нужно время. Чтобы понять свои чувства, чтобы обрести силу, чтобы заполучить влияние и тогда... Тогда уже будет видно.

Тут же в лицо мне прилетела бутылка с минералкой, которую я перехватил в последнюю секунду.

— Спасибо, — мотнул головой азиату, что возвышался надо мной на пару с Рикой, что сканировала меня и Райзе, лежавших рядом с друг другом.

Я уж было подумал, что она недовольна подобной близостью, пока следующий ее вопрос не выбил меня из колеи.

— Что такое свидание?

Точно, я уже и успел забыть, что в нашей команде есть «домашний социопат». Мы с Ксенией неосознанно переглянулись, после чего едва слышно рассмеялись. Даже Исао позволил тени улыбки появиться на своем лице.

Как в этот момент редкого умиротворения, мой «гапс» привычно разразился трелью. И вновь это был неизвестный мне номер...

Это даже любопытно. Неужели у всех в Империи есть номер наследника рода Ливен или это так «Куб» незаметно продаёт контактную информацию о своих студентах тем или иным аристократам?

Как бредово и одновременно с тем логично...

— На проводе.

— Доброго дня, с кем имею честь говорить? — донёсся до меня старческий и пробивающий до мурашек своими баритонами тембр.

— Вы звоните на этот номер и не знаете, кому он принадлежит? — съязвил я.

— Знакомая дерзость... Полагаю, ты — Марк? — нисколько не обиделся старик по ту сторону.

— Именно так. И зачем же я вам понадобился, господин...

— Николай Багратион. Отрадно видеть, что шило в заднице твоего деда передалось отчасти и тебе, Марк, — расхохотался собеседник, давая мне время обдумать, что делать дальше.

Багратионы, значит... Что-то мне это не нравится. Вот чую, что не придет ни к чему хорошему то, что со мной связываются теперь бывшие союзники по восстанию.

Неужели это прелюдия к чему-то?

— Господин Багратион, позволите наглость спросить вас? — произнёс я, дождавшись, пока старик отсмеется, — В чем причина вашего звонка?

— Сразу к делу, не так ли? Понимаю, молодости простительна порывистость... Но и я звоню не без причины. Я хотел встретиться с Ливен и кое-что обсудить, — вздохнул Николай, а я же стал судорожно размышлять.

— Так позвонили бы моему отцу. Он еще находится в пределах Санкт-Петербурга и, смею полагать, он точно не будет против компании старого друга... — но не успел я и договорить, как меня прервал каркающий смех.

— О, нет, Марк. Нет-нет, я желаю встретиться именно с тобой. С нынешним наследником рода Ливен. Тем, за кем наше общее будущее. Поверь, мне есть чем тебя удивить, — Николай вводил в ступор своими словами и порождал еще больше вопросов, чем давал ответов. Так что же понадобилось этому старику?

— Так каков будет твой ответ, юный Ливен?

* * *

— Спасибо, что пришел сегодня, — пригласил присесть он своего гостя.

— Я бы хотел обойтись без твоих любезностей. Смотреть противно, во что ты превратился, — категорично заявил собеседник, всё же заняв кожаное кресло напротив.

Материал сиденья глухо заскрипел, когда в дверях показалась горничная с посеребрённым подносом.

— Решил позвать на чаепитие? — хмыкнул гость, закинув одну ногу на другую и наблюдая, как миловидная прислуга ставит на стол между мужчинами граненые стаканы, — Не знал, что и ты взял моду с узкоглазых дуть на воду.

— Ты же знаешь, что я не разбираюсь в этих сортах чая ни на грамм. Скорее уж, пригласил на небольшую пьянку, — не повелся на колкость его собеседник, поглаживая в ожидании свой подбородок.

Золотистая жидкость с бульканьем разлилась по стаканам и была предложена обоим мужчинам. Хозяин, не став ожидать действий гостя, первым взял свой стакан.

— Что опять же, очень на тебя не похоже. Константин Романов, весь такой красавчик и казанова, и чтобы пригласил меня в свою обитель? Несмешная шутка. Я скорее поверю, что в этот коньяк залили целую баночку крысиного яда, — гость принца Империи так и не притронулся к напитку, ожидая ответа своего собеседника.

— Можешь пить, не стесняйся. Как никак, не каждый день коньяк 70-летней выдержки может позволить себе даже принц Империи, ты так не думаешь? — ощерился ухмылкой Константин, переводя взгляд за окно.

В лучах закатного солнца Санкт-Петербург внушал уважение своим величием и красотой. Чёрные воды Невы окрашивались в теплые тона закатных оттенков, совместно с отблесками солнечных лучей.

И всё это было под его ладонью. Только возьми и протяни. Но прежде сокруши своих недалеких врагов и конкурентов, один из которых и сидел напротив него, хмуря брови и пытаясь играть в свою собственную партию.

— И всё же откажусь. Твой пример отбивает всё желание предаваться пьянству и разврату, — фыркнул гость, всем своим лицом показывая, что он думает о человеке напротив.

— Как знаешь, — пожал плечами Константин и залпом опустошил стакан. Затем жестом подозвал горничную, чтобы она снова наполнила емкость.

Девушка шустрым шагом исполнила его приказ, но, когда уже собиралась снова отступить, Романов схватил ее за запястье и, выдохнув, произнёс, — Останься.

Горничная с короткой секундой сопротивления подчинилась, замерев возле кресла молодого мужчины.

— Зачем ты позвал меня? — перешёл к делу гость, запустив руку в свои густые волосы.

— Тебе короткую или длинную версию? — прокручивая алкоголь в своем стакане, поинтересовался Константин.

— Давай обойдемся без твоих шуточек. Хотя бы сейчас, — вздохнул его собеседник.

— Ну, как скажешь. В таком случае буду предельно краток, — опустошив новый стакан, улыбнулся Романов, — Я предлагаю нам объединить наши усилия.

— Ты в своём уме сегодня? А то мне кажется, не ударили ли тебя в Зимнем Дворце по голове, раз у тебя все мозги напрочь отбило, — прыснул гость.

— Ну, не торопись с выводами. Лучше скажи, кто, по-твоему, сейчас лидирует в гонке за место подле отца? — прищурился Константин.

— А ты будто и сам не знаешь? Алиса всегда считалась «папиной девочкой», так что, естественно, что она находится ближе к нему из всех детей. Но это лишь временно, — покачал головой гость.

— А если я скажу, что скоро она приберет в свои руки и власть над «ВЭБом», что тогда ты скажешь? — растерял тут же всё веселье Константин Романов. В его глазах впервые прорезалась сталь, такая же, как у его сестры, что считалась гением, затмевая своим сиянием всех в северной столице. В том числе и своего старшего брата. Но значило ли это, что и он был простым магом?

О, нет, совсем нет. Он своего не упустит, даже если придется пойти по головам. Кровожадно, жестоко и беспринципно.

— С чего такие выводы? — собрался и его собеседник, напрягшись всем телом. Ему эта новость также не пришлась по нраву.

— Не знаю, игра ли это отца и Визиря, или исключительно последнего, но мои люди в Имперской канцелярии сообщили, что он вот-вот предоставит разрешение Алисе в зачистке контрабандистов и прочей швали под Санкт-Петербургом, а это означает временный контроль над всем городом и его силовиками. А нет ничего более постоянного... — прервался Константин.

— Чем временное, — вслед за ним закончил собеседник, сверкая своими голубыми глазами.

— Теперь я тебя убедил. Если мы не соберёмся в единый кулак, то эта «леди» сметет нас по одному, а Визирь и отец ей в этом мешать и не подумают. Мы находимся в той стадии, когда выбор должен быть сделан. А вот сидеть и ждать своего конца, или попробовать что-то предпринять — это уже исключительно за нами с тобой, — продекламировал Константин, взирая на человека перед собой.

Тот был предельно задумчив и мрачен. Пока его веки вновь не поднялись, и он не уставился на хозяина квартиры на самом высоком небоскребе Санкт-Петербурга.

— Что ты от меня хочешь?

— Всего ничего. Меня интересует один твой человечек в «ВЭБ», что мог бы серьезно подсобить нашему делу. Уверен, он будет только рад принять участие в предстоящем шоу, — когда горничная в очередной раз наклонилась, чтобы наполнить стакан Константина, то он не удержался и схватил красавицу за нижние прелести, вместе с тем попутно притянув ее к себе и тихо прошептав той на ушко, — Сегодня я буду ждать тебя в своих покоях.

Получив же от нее едва различимый кивок, он позволил добродушной улыбке замереть на своих губах, шлепнул напоследок задницу девушки и приказал ей оставить их наедине с собеседником.

— Ты омерзителен, — сказал гость, наблюдая весь этот цирк перед собой.

— Тебе ли это не знать, братишка...

Глава 24

— Вы идите вперёд, мне нужно кое с кем встретиться, — махнул я рукой ребятам, когда «гапс» пиликнул сообщением в кармане моих джинс.

— Что-то срочное? — подняла брови Райзе, одетая сегодня в темно-синее летнее платье, открывающее отличный вид на стройные ножки в сандалиях.

— Можно сказать и так. Не волнуйтесь, много времени это не займет, — обезоруживающе улыбнулся я, вызвав тем самым еще больше вопросов у моей команды.

Ну, не могу же я прямо сказать, что иду на встречу с одним из лидеров восстания десятилетней давности! Это поставит крест на любой конфиденциальности, о которой попросил меня Багратион.

— Тогда поторопись. Аукцион вот-вот начнется, — фыркнула Рика, с пренебрежением подняв алые глазки от путеводителя по фестивалю.

Сегодня она носила приталенные джинсы и черную футболку, что на фоне ее длинных волос, собранных в конский хвост, выглядело очень гармонично.

Исао же вновь исчез в окружавшей нас толпе, в очередной раз прошмыгнув к какому-то ларьку с уличной едой.

На улицах города сейчас творился сущий праздник, центр был во многих местах перегорожен патрулями с Имперской гвардией, что открывало для уличных торговцев целые площади и улицы для продажи своих товаров. Чего тут только не было, одинокие художники и артисты, пародисты, танцоры, фургончики с едой и откидные палатки, которые разрешили поставить на несколько дней во время действия фестиваля.

В отделении гремела музыка и гомон толпы, на площади возле Зимнего Дворца сегодня проходила серия концертов, пока в торговых домах возле него можно было обнаружить множество редких товаров из Поднебесной и Герцогств.

Впрочем, самому важному событию сегодняшнего вечера — аукциону редких диковинок из Европы, еще только предстояло начаться.

А потому у меня еще имелось время в запасе.

— Обязательно, — усмехнулся я и тут же исчез в людском потоке по направлению к точке встречи, обозначенной Николаем.

Пятнадцать минут спустя я прибыл на место. Им оказалось небольшое кафе, расположенное в полуподвальном помещении.

Тут же на входе меня встречала низкорослая девушка в платье, что, улыбаясь, спросила:

— Добрый день, у вас забронирован столик?

— Шестой столик, — пояснил я, на что получил понимающий кивок. Далее девушка провела меня меж рядов посетителей в самую дальнюю часть кафе, что являлась огороженным закутком, позволяя отстраниться от шума, раздающегося вокруг.

За столом уже сидел пожилой мужчина с отчетливой залысиной и пышными бакенбардами, переходящими в густые усы. Седина давно тронула его волосы, но взгляд так и не утратил своей остроты, что было особенно заметно, стоило посетителю обратить на меня свое внимание.

Зеленые глаза прожигали насквозь, изучали, анализировали, что делал и я.

Строгий костюм, трость, опирающаяся о край стола, как и небольшой кейс — буквально всё о нем кричало, как об аристократе старой закалки, который предпочитал держать себя в ежовых рукавицах, как и всех вокруг.

Это был побитый жизнью человек, что повидал достаточно дерьма за свой уже немалый срок, но так и не утративший своего внутреннего стержня.

Особенно это становится очевидным, когда узнаешь, что его единственный сын — Леонид Багратион, погиб во время восстания, обрывая на том ветвь Багратионов.

Николай последний из своего рода, и навряд ли родит себе приемника, только если приютит кого-то со стороны или не из прямой ветви Багратионов, а именно бастарда.

Сев напротив мужчины, я быстро пробежался по меню и заказал себе какой-то чай с пирожным.

Молоденькая официантка покинула нас, оставив наедине. И только когда она скрылась за углом нашего уединенного зала, Багратион произнес:

— Я польщен, что ты всё же отозвался на просьбу старика.

— Мне ничего это не стоило. Всё равно, я и так оказался в центре из-за фестиваля, — пояснил я, принимая благодарность мужчины, — Можно теперь поинтересоваться, для чего была назначена эта встреча?

Собеседник откинулся на спинку стула и пригубил уже заказанный для себя кофе, беря паузу.

— Перед тем, как я перейду непосредственно к причине нашей встречи, позволь задать тебе вопрос, — сказал он, и, дождавшись от меня кивка, продолжил, — Что ты думаешь о нынешней Империи?

— Что я о ней думаю? — переспросил я, не понимая, к чему клонит мужчина.

— Именно.

В это же время официантка принесла мой заказ, что дало мне время на обдумывание вопроса Николая. Мужчина меня не торопил, разглядывая узор на расписном потолке.

Что вообще он хотел от меня услышать? Ради чего устроил эту встречу?

Вопросы всё росли, но я постарался быть откровенным с тем, кто сидел напротив меня, потому как ощущал, что любая ложь будет вмиг определена противоположной стороной и тогда о какой-либо искренности не могло идти и речи.

— Колосс на глиняных ногах, — заключил я, отхлебнув чай из своей чашки.

— Поясни, — потребовал мужчина и я не стал тянуть и дальше.

— Империя вот-вот прыгнет в бездну с головой. Уже вовсю разгорается борьба за место наследника престола, что само по себе не приносит стабильности и покоя, так еще и война в Европе, которая грозит охватить всех нас, если никто ее не остановит на зачаточном уровне. И пока я никаких действий в этом направлении и не заметил толком-то. В то же время на юго-востоке находится Поднебесная, что грезит о захвате всего рынка артефактов и алхимии, что также не является приятной новостью. Царство Литовское и Сасанидский Халифат подозрительно затихли на фоне происходящего. Если подводить итог всему этому — то в течение пары лет нас ждут большие перемены, — подвел итог я своим умозаключениям за последнюю неделю.

Российская Империя казалась монолитной что снаружи, что внутри, но это оказалось совсем не так.

В тенях плелись интриги и заговоры, фанатики и террористы пытались достичь своих целей, внося несуразицу и беспорядок в общество, пока соседи голодным взглядом поглядывали на Империю и ее ресурсы.

И самым опасным игроком здесь являлась Поднебесная, что за маской доброжелательного соседа строила свои козни и пыталась подмять под себя всё, до чего дотянутся ее загребущие ладошки с Дальнего Востока.

— Достаточно точная оценка, если брать во внимание твой возраст и ограниченность в информации, — улыбнулся Николай, после чего аккуратно поставил на стол между нами принесенный им кейс.

Получив от мужчины дозволение, я открыл оный и удивленно приподнял бровь, обнаружив внутри... пистолет?

На небольшой подушке лежал отбрасывающий грозные отблески пистолет, так похожий на «Desert Eagle» в моей прошлой жизни. Рядом с ним также лежало два полных магазина, взяв в руки которые, я ощутил отток маны.

Мановая руда... Недешевый подарок, как ни посмотри.

— К чему всё это? — произнёс я, посмотрев на мужчину напротив. Тот лишь оскалился, взяв в руки свою трость.

— Мой сын в своё время сделал выбор, поставив на род Ливен. Даже находясь на грани жизни и смерти, он не разочаровался и не пожалел о своём выборе стороны, за которую он воевал против Императорского клана. Так и я желаю лишь продолжить его волю, вручив этот маленький подарок, как жест с моей стороны и моих вассалов, — тихо произнес мужчина, прикрыв веки и погрузившись в пелену воспоминаний, — Надеюсь, оружие «Смерча» снова познает кровь бывших врагов моего сына в твоих руках, юный Ливен.

Вот же ж сука...

С улыбкой я взял пистолет в руку, ощущая его необычайную тяжесть и массивность. Таким оружием и вправду можно прихлопнуть высокоуровневого мага, если вложить предостаточно маны в снаряд. Поистине достойный подарок.

Если бы не одно но!

Старый пройдоха буквально предлагал мне развязать новую войну, уверяя в своей поддержке и намерениях. Правда, раньше он как-то не спешил с подобным предложением и только подтвердив поди новость о том, что я всё же могу пользоваться маной и более того, даже затесался в гонку за власть в качестве уже небольшой переменной, он соизволил связаться со мной.

Прожженный политикан, как ни погляди. Этот своего не упустит и знает, как следует зайти с нужной стороны.

Откажись сейчас от подарка, я тем самым оскорблю наследие «Смерча» одного из символов восстания, а старикан наверняка найдет повод, как отомстить мне за подобное, да и против бывших союзников Ливен эта карта может быть разыграна, серьёзно подрывая наши остатки влияния на них.

А если же я приму этот пистолет, то и так понятно, к чему всё велось...

Снова к войне. Только на этот раз против самой Империи.

Что же, выбор уже давно был мною сделан, а потому не вижу ничего зазорного в том, чтобы получить столь мощное оружие.

— Можете не беспокоиться, господин Багратион. Уверяю, оно еще сослужит свою службу нам на благо, — рассмеялся я, закрывая кейс.

Этот день был полон сюрпризов...

***

— Я премного благодарен вам за встречу, почтенный Чжоу, — склонился Микато в уважительном поклоне перед толстяком напротив, что пыхтел своей трубкой, как паровоз.

— О, юный Чен Е, а ты возмужал за прошедшие годы, — не изменился в лице немолодой азиат.

— Время не стоит на месте, почтенный Чжоу, — не разгибая спины, ответил наследник триады.

— Что верно, то верно. Ну-с, принимай товар тогда, юный Чен Е. Даже во всей Поднебесной не сыскать более качественного «радона», — хмыкнул толстяк, рукой открывая ящик за своей спиной.

Подойдя к которому, Мисато узрел десятки шприцов со светящейся в темноте розовой жидкостью. Выглядело это столь загадочно, сколь же и пугающе.

Взяв один из них в руку, он повнимательнее пригляделся к содержимому шприца.

Наркотик «радон» и вправду заслуживал своей репутации, как самого разрушительного тоника для магов.

Сыворотка, что могла многократно усилить своего носителя в зависимости от концентрации в растворе, как и на временной основе забыть о каких-либо ограничениях, будь то боль или страх.

Ужасающее оружие, и в то же время ценнейшее сокровище алхимиков из Поднебесной, что славилась не только своим Дворцом десяти тысяч секретов.

— Когда ожидать второй партии? — обратился он к почтенному Чжоу. На что тот выдохнул дымное кольцо и вкрадчиво прищурил веки:

— Смотря о каком количестве идет речь...

— Чем больше — тем лучше. Уже совсем скоро мы найдем применение тому, что вы привезли и вот тогда... Нам понадобится много больше, чем сейчас, — не стал открывать все карты Микато, за что получил довольный кивок почтенного Чжоу.

— Будет тебе, юный Чен Е, товар.

— Вот и замечательно, — закрыл крышку ящика Мисато, взяв один из шприцов с собой.

— Господин Мисато! — неожиданно к нему подлетел один из подчинённых, зависнув в поклоне.

— Что такое, Ван?

— Мы нашли их! — воскликнул парень, на что тут же последовала реакция от самого наследника триады.

— Уже так скоро? Что же, кажется, сегодня — наш день. Собирай ребят, время платить долги, — оскалился Мисато, уже представляя себе лицо того наглого аристократика, когда его друзья окажутся в его руках.

Рука инстинктивно потянулась к полностью здоровому уху, которое уже восстановили целители.

Его унижение не будет забыто, и что бы отец ни думал, но Мисато не оставит за собой долгов. Ведь какой тогда толк в бытие наследником триады, если каждый второй сможет об тебя вытирать свои ноги?

О, нет-нет-нет, он преподаст урок тому наглецу из рода Ливен. А что может быть болезненнее, чем удар по твоим близким?

— Почтенный Чжоу, вынужден откланяться — дела не терпят моего присутствия, — склонился наследник триады перед контрабандистом, после чего покинул неприметный двор в центре Санкт-Петербурга.

Нет ничего проще, чем прятаться на виду...

Уже через мгновение по улицам празднующего города стало появляться всё больше и больше азиатов в кожаных куртках, что медленно и незаметно, но уверенно собирались в группки, явно к чему-то готовясь.

А фестиваль всё разгорался...

* * *

— Эхо-три, как слышно? — в наушнике послышался отдаленный голос командира отряда прикрытия.

— Гамма-шесть, на связи, — ответил оперативник, приказав бойцам за собой замереть.

Черные одежды, штурмовые винтовки, артефакты-бронежилеты, а также визоры с глухими шлемами — всё так и кричало о том, что это не простые солдаты.

— Время прибытия? — донеслось до него в наушнике. По стене здания, возле которого они и собирались, медленно сползли два бойца с гранатометами.

— Две минуты, — доложил он начальству, которое вот-вот должно было начать масштабную операцию по всему Санкт-Петербургу.

— Приняли. Удачной охоты, — передал штаб и отдал дозволение к началу их атаки.

— Так точно. Приступаем к штурму, — произнес уже последнюю фразу оперативник на общей частоте.

В следующую же секунду двери из переулка, ведущие внутрь здания, оказались выбиты огненным заклинанием, а в окна на втором этаже влетели снаряды с слезоточивым газом.

А сразу после внутрь рванули бойцы, прикрывая друг друга и приступив к кровавой жатве всех, кто оказывал сопротивление.

Война с триадой началась столь буднично, что никто даже и не подозревал, чем она впоследствии обернется...

* * *

Уже направляясь к своим сокомандикам, я размышлял о том, как стремительно происходят события в последние дни. Меня буквально поглотил этот водоворот, не позволяя выкарабкаться.

Что же будет дальше?

Успокоится ли он, или станет только всё больше набирать обороты?

Будущее казалось туманным и таким далеким, вынуждая вертеться, как уж на сковородке.

Но это всё, впрочем, лирика.

Сейчас же меня больше всего беспокои...

Неожиданно на мой «гапс» позвонили.

— Алло?

— Марк, ты где?! — голос Райзе мне сразу не понравился. Уж больно он был взволнованным?

— Что случилось? — нахмурил я брови.

— Нас атаковала триада! Прямо посреди улицы! Они схватили Рику! — воскликнула девушка, а я различил на той стороне звуки битвы.

Спрашивается, какого хера?!

Прямо во время фестиваля? Они что, совсем с ума сошли?

— Я сейчас буду! Где вы? — я ускорил шаг, двинувшись в точку, где мы разошлись с командой.

— Мы прямо у аукционного... — как в этот миг связь оборвалась, не позволяя мне более дозвониться до девушки.

— Ксюша? Ксюша! — крикнул я в «гапс» в надежде, что помехи временные, но, увы, звонок прекратился. Повторный набор номера не привел абсолютно ни к чему.

Черт побери!

Нужно спешить.

И только я побежал стремглав сквозь толпу людей, как на соседней улице раздалась серия взрывов, дома дрогнули, поднялся густой столб дыма. Толпа гражданских запаниковала, хаос и волнение начали распространяться, подобно чуме.

Люди побежали, началась давка, стали раздаваться стоны, крики, мат и плач.

Как тут что-то пробило стену одного из домов и влетело в палатку с уличной едой прямо передо мной, снося ее к чертям собачьим.

Я замер, не в силах шевельнуться.

Ведь то, что вылезло из-под шатра, привело меня в ужас.

Деформированное тело, изогнутые, будто переломанные во многих местах конечности, совершенно алые глаза, как у монстра, и кровь, стекающая из пасти ручьями.

Чудище, поднявшись на лапы, тут же уставилось на меня.

А я же вертел в голове одну и ту же мысль.

«Какого дьявола ЭТА тварь оказалась и в этом мире?»

Глава 25

Химера. Монстры, сотворенные Лордами из Плеяды и посланные впоследствии, как основной ударный кулак на мой мир.

Так откуда эта тварь появилась здесь, когда ещё ни о каком вторжении и речи не шло? Неужели что-то пошло не по запланированному сценарию и химеры проникли в этот мир раньше первой волны?

Какого дьявола, мать вашу, здесь творится?!

Чудище взревело, распахнув свою огромную деформированную пасть. С видимых участков тела вовсю начинала слазить кожа, открывая вид на мышечные волокна, что продолжали трансформироваться даже сейчас.

Трепет и омерзение охватили меня, когда источник маны стал активно прокручивать ману по энергоструктуре.

Даже самая слабая химера была на уровне монстра промежуточного монстра, а если дать той время для питания и развития, то она влегкую может вырасти во что-то более зловещее и ужасающее.

Потому-то эти существа и являлись основной ударной мощью Плеяды Чудовищ, поскольку их рост в уровнях бросал вызов здравому смыслу, однако, за подобную черту им пришлось заплатить своим рассудком. Из-за чего даже сильнейшие твари-химеры находились разумом на уровне диких зверей, что порой играло с их хозяевами злую шутку.

Впрочем, сейчас эти знания мне особо не помогут, поскольку химера уже бросилась в мою сторону.

Я уже было хотел отпрыгнуть в сторону, как позади расслышал визги гражданских, и, заскрипев зубами, я всё же остался на месте.

Мана бурным потоком потекла по конечностям, струи крови разорвали рубашку-поло на моем теле, формируя бронепластины, из правого запястья выросло лезвие клинка, когда как левой уже был изъят полученный от Багратиона пистолет.

Бах!

Пуля прошила шею химеры насквозь, оставляя после себя сквозную дыру, но та даже и не подумала остановиться. Прямо на моих глазах жгуты мышц стали переплетаться в дыре, восстанавливая целостность организма твари.

Бах!

Нацеленная теперь в голову пуля отрикошетила в сторону, стоило на лице химеры появиться костяным пластинам. Они стали мощной защитой для единственного слабого места твари — ее мозга.

Значит, следовало сменить тактику, причем, как можно быстрее.

Бах!

Доля секунды, и пасть существа оказалась в непосредственной близости от меня.

Бах! Бах! Бах!

Новые выстрелы также оставили в теле монстра сквозные раны, принося с тем гамму незабываемых ощущений. Монстр завопил, но даже и не подумал отступить, или замедлиться. В его глазах плескалось истинное безумие, лишенное какого-либо зерна рациональности.

Деформированная челюсть попыталась сомкнуться на моей шее, но клинок в правой руке нарушил планы противника, отрезав напрочь нижнюю челюсть твари.

Монстр пораженно уставился на отвалившийся кусок собственного тела, после чего перевел взгляд на меня, с еще большей злобой занеся активно трансформировавшуюся конечность.

Кости вылезли наружу, став подобием когтей, мышцы обвились вокруг них, изменяя некогда человеческую ладонь в уродливую смертоносную лапу.

Бум!

Лезвие приняло на себя основной импульс атаки, когда как укрепление при помощи стихии земли и созданная из кристаллизованной крови броня помогли сдержать первоначальный напор.

Не позволяя монстру развить успех, я тут же использовал взрыв маны.

Бах!

Структура кинжала тут же лопнула, разлетевшись серией осколков под воздействием взрывной волны. Химера завизжала, точно шины автомобиля при резком торможении.

Меня же прикрыл только что сформированный щит из крови, позволяя проигнорировать разрыв маны в непосредственной близости.

Шаг, и пистолет погрузился вглубь разорванной пасти монстра.

Бах! Бах!

Два последовательных выстрела уничтожили мозг существа, отчего трансформация, что всё продолжала видоизменять организм, обращая то в идеальное оружие, замерла, а затем стала обращаться вспять, подобно резине, что после растяжения возобновляла своё прежнее состояние.

Очевидно, многие трансформации были необратимы, как выпирающие костяные пластины вместо лицевых мышц или обращённая рука и челюсть, но в остальном теле вновь стали прослеживаться черты человека.

Точно, человека...

Если бы это была химера из его прошлой жизни, то в качестве оригинала использовался бы какой-то орк или еще какая гадина из Плеяды Чудовищ, чисто ввиду их более могущественной физиологии.

Никто не станет использовать людей в качестве материала из Лордов, только если...

Промелькнувшая мысль вызвала табун мурашек по спине и сухость в горле. Только если этот процесс не был вызван самими людьми...

Взгляд метнулся к поднявшемуся столбу дыма в отдалении, к северо-западу от моего местоположения. После чего я обернулся, проследив, что более моего присутствия этот участок не потребует.

Люди бесновались, потоки масс сталкивались друг с другом. Каждый бежал кто куда, потерянные дети ревели, разделенные родственники и близкие пытались найти друг друга во всем происходящем, но тщетно.

Хаос проникал в толпу, не оставляя после себя ничего, кроме как затоптанных в этой давке трупов.

Ужасающее зрелище, показывающее, что в минуту страха человек заботится в первую очередь о себе самом, а уже потом думает о чем-либо еще.

Но этого я изменить не мог, как и как-то повлиять. Химера была уничтожена, но, наверняка, таковых как эта дрянь, еще не одна, что шастает по улицам города.

К тому же тот звонок Ксении...

Что-то еще произошло на фоне атаки чудовищ. Неизвестный противник сделал свой шаг и, стоит отметить, очень вовремя. Открыв «гапс», я сверился с картой, чтобы удостовериться в примерном направлении, куда мне следовало направиться.

С химерами так или иначе должны были справиться Имперские гвардейцы, а вот проблемы команды я уже не мог скинуть на чужие плечи.

В следующий миг я уже пустился в бег по окровавленной и устланной трупами улице в поисках своих сокомандиников.

* * *

— Что за бред... — выругался я, осознав, что «гапс» более не ловит сигнал. Но ведь это было невозможно! Сейчас-то я был не в подземелье, а в самом центре Санкт-Петербурга!

Тогда какого...

Что вообще происходит вокруг?

Приближаясь к развилке, я пересекся с Имперскими гвардейцами, что сейчас вели полномасштабный бой с группой химер, что прорывались через улицу в сторону эвакуирующихся гражданских.

Над домами пролетали заклинания всевозможных стихий, гремели взрывы, трещал асфальт, рушились стены и фасады домов.

Неоновые и яркие вывески магазинов взрывались мириадами искр, стекла окон и витражей для бутиков и ресторанов обращались мелкими осколками, покрывающими всю улицу.

То тут то там звенели сирены и сигнализации брошенных автомобилей, в воздухе пахло гарью, металлом и метаном.

Рев химер заглушался стрельбой из огнестрела. Город стремительно погружался в столь привычный для меня пейзаж повсеместной бойни и нескончаемого кровопролития.

Это заставляло сжать зубы до стирания эмали и ускориться, что есть сил. Нельзя позволить трагедии возобновиться!

Я просто не мог допустить подобного. Хотя бы не с теми, кто стал мне по-настоящему дорог в этой жизни.

Очередная химера встала на моем пути. Безумие в глазах, оглушительный крик, а следом ее мышцы рук обратились в некоторое подобие щупалец, что попытались меня тут же обвить и раздавить. Прыжок, и я оказался прямо над тварью, прицелившись той точно в затылок.

Бах!

Пуля вновь ушла в молоко после столкновения с нарощенной костью. А монстр сосредоточил на мне свое внимание. Щупальце, выходящее из правого плеча, в самый неудачный момент ухватило меня за лодыжку, а сразу после послало на встречу с асфальтом.

Бух!

Дорожное покрытие пошло сетками глубоких линий, в воздух поднялось непроглядное облако пыли.

Броня выдержала, хоть и местами пошла маленькими трещинками, во рту я снова явственно почувствовал привкус металла.

Сразу после столкновения попытался отрезать отросток, что крепко сжимал мою конечность, угрожая ту сломать, если бы не наскоро сформированная броня и общее укрепление. Но и химера не стояла на месте, стоило той показаться сквозь клубы дыма и поднявшейся пыли. В следующую секунду щупальце дернулось, потащив меня, как мешок с картошкой по асфальту.

Броня, защищавшая спину, стала высекать искры, а мне же не пришло ничего в голову, кроме как сформировать в руке небольшой метательный нож и кинуть оный в сочленение отростка с плечом твари.

Далее прогремел небольшой взрыв от очередного использования взрыва маны. Монстр взревел, метнув в мою сторону второе щупальце, но я сумел заранее взять то на мушку пистолета и совершить меткий выстрел.

Бах!

Подобно засохшему растению, отросток начал стремительно стареть и отмирать, не в силах далее восстанавливаться. А вот это уже было довольно любопытно.

Неужели серьёзные модификации требуют постоянного поддержания в виде напитки маной, а при отсутствии последней начинают деградировать и приходить в негодность?

Означает ли эта деталь, что пули из мановой руды — есть ультимативное средство против новых химер?

— О, похоже, сегодня тебе не повезло, тентакля-переросток, — оскал сам по себе застыл на моих губах, когда я нацелил дуло пистолета на грудь монстра.

Тот недовольно зарычал, но так и не шелохнулся. Какой послушный засранец...

Клац.

Выстрела не последовало, магазин оказался пуст. Я пораженно уставился на пистолет, в котором уже успел опустеть магазин. Всё в точности по закону подлости — в самый серьезный момент.

— Вот же сра... — новый удар в корпус не дал мне договорить и слова. Сразу после меня отнесло в остановившийся посреди дороги автобус, выбивая у того боковое стекло.

Развалившись на двух пассажирских сиденьях, я устало простонал. Нет, ну это какое-то издевательство или очередной пинок от высших сил, что мягко намекали мне о том, что не следовало бы зазнаваться.

Признаю, поторопился. Химера тем временем содрогнулась всем телом, чтобы после из ее спины с оглушительным хрустом вышел позвоночник, вместо которого уже мышцы спины стали формировать чужеродный корсет для удержания формы.

Омерзительно...

Мутация всё продолжалась, пока я дрожащей рукой пытался перезарядить второй и единственный магазин для пистолета. Вроде же, это было орудие «Смерча». Значит, и метод зарядки патронов у того должен иметься, иначе я не представляю, как Леонид Багратион придавал столь точно своим пулям всевозможные характеристики.

Мана отозвалась на мысленный приказ и попробовала перетечь в пистолет. И действительно!

Прежний владелец все продумал, поскольку я ощутил небольшую трубку, что состояла из мановой руды и являлась отличным проводником энергии во внутренний отдел оружия.

Химера к этому моменту взревела, после чего выстрелила в меня... позвонками?

По корпусу автобуса точно прошлась смертоносная картечь, изрешетившая тот от начала до конца.

Лишь упав на землю, я сумел избежать общей волны костяных снарядов и то, несколько из них оставили царапины на кровавых бронепластинах.

Пока я напитывал пистолет по самую маковку, с фланга монстра прогремела пулеметная пальба, что на какое-то время отвлекла уродливую сволочь от меня и выиграло несколько столь нужных секунд.

Стоило твари пройтись кровавой жатвой по стрелявшим, как я выпрыгнул из покрошенного остова автобуса, наведя дуло во второй раз промеж разноцветных глаз химеры.

Она только-только повернула в мою сторону своё уродливое лицо, как вспышка озарила улицу.

Пуля, запитанная чистой маной, со свистом преодолела свой путь до точки назначения, оставив после себя едва различимый след.

Бах!

Укрепленный череп с чавкающим звуком оказался расколот, а наружу полилась мозговая жидкость, пока тело безвольно завалилось на бок и начало спешно обращаться.

Мои легкие горели, руки слегка подрагивали, а ноги уже изнывающе болели. Марафон по хаотичному центру Питера явно обойдётся мне очередным свиданием с подушкой в медпункте, если вообще получится его пережить.

Глубоко вдохнув воздух носом, я устремился дальше, к точке своего назначения. Я уже видел силуэт аукционного дома.

Только бы успеть...

* * *

— Эхо-три, как слышите? Эхо-три! — всё повторял связной из раза в раз, пока его более опытный товарищ не остановил тщетные попытки связаться с отрядом.

— Забудь. Отряды с эхо-один по эхо-шесть больше не выходят на связь. Предположительно, были уничтожены противником, что оказался готов к нашей операции.

— Но как это возможно? — воскликнул еще юный и порывистый парень.

— Есть множество способов, как можно обыграть охотника, притворившись дичью. Вот и нас обвели. Передай мой приказ — использовать группы зачистки в предстоящих сражениях и вплоть до окончания операции, — мрачно произнес старший.

— Н-но, сэр, там же гражданские! Многие погибнут, если ввести туда отряды зачистки! Не говоря уже о десятках аристократов! — попробовал возмутиться или переубедить своё непосредственное начальство парень, но получил лишь твердое похлопывание по плечу.

— В центре города обнаружился неизвестный вирус, или порода монстров — неважно. Имеет значение лишь то, что нам необходимо экранировать зону, в которой наши отряды столкнулись с этими существами, и не позволить тем перебраться в соседние районы вслед за гражданскими. Иначе жертв будет еще больше, — заявил мужчина, начав нажимать клавиши на виртуальной клавиатуре штаба «ВЭБ».

Ради общего блага он, как настоящий оперативник, был готов пожертвовать малым, даже если это в потенциале приведет к массовому скандалу, и его голова полетит с плеч в числе самых первых, но он верил, что тем самым спасет еще больше жизней.

Приказы были розданы, указания переданы, группы поддержки, усиленные командами зачистки, стали стягиваться к «зараженному» району.

Да, возможно, он совершает непоправимый грех, беря ответственность на себя из-за просчетов со стороны отдела планирования, как и тех, кто задумал эту операцию.

Казалось, что их отряды всковырнули полноценный гнойник, что всё это время скрывался у них под самым носом. Вот только, судя по происходящему, и всё растущим потерям им может и не хватить сил в нынешним представлении для того, чтобы выдавить эту гадость с организма государства.

С кем же они столкнулись?! Разве эта операция не предполагала войну против триады, да и только? Так почему их встречала целая армия из монстров, а не скрывающиеся в тенях узкоглазые?

Его уверяли в успешности планируемого мероприятия, но что по итогу?!

Кажется, его, как младенца, обвели вокруг пальца, а он сам этого и не понял до самого последнего момента, пока не стало слишком поздно...

— Сэр?

— Указания переданы в точности и выданы инструкции? — хмуро спросил он у молодого парня.

— Так точно, что нам, собственно, следует теперь дела... — он повернул лицо с многочисленных датчиков на своего начальника, отчего его рот застыл в немом крике.

Но было уже слишком поздно...

Бах!

В центре управления операцией «ВЭБ» раздался одинокий выстрел из пистолета.

Глава 26

Этот день не задался изначально. Сначала их сокомандник, Марк, спохватился на какую-то мутную встречу, а после и новость о том, что выставка артефактов переносится на пару часов ввиду некоторых технических сложностей.

— И что, мы так это и оставим? — спросила Ксения, скрестив руки под грудью, смотря вслед черноглазому наследнику Ливен, — Так и будем здесь ждать его или, может, проследим и узнаем, с кем у Марка встреча?

Ее голос перешел на заговорческий шепот, который, впрочем, остался без ответа.

Рика продолжала рассматривать брошюрку фестиваля, уделяя особое внимание секции с продуктовыми ларьками и всевозможным вкусностям, что можно было найти среди торговых рядов.

А он же не желал нарушать конфиденциальность товарища и, как он хотел верить, своего друга...

— Каждый имеет право на личные секреты, — бросила, словно невзначай, кошко-девушка, получив следом кивок от беловолосого.

— Ой, да ладно вам. Я же пошутила, — надулась от такой серьёзности дуэта Ксения, — Лучше давайте придумаем, что нам делать, пока не начнется выставка. Стоять здесь посреди улицы меня как-то не прельщает.

— Тут как раз есть неплохое кафе в нескольких улицах от нас, — приободрилась Рика, едва ли не впечатав брошюрку в лицо златоглазой.

А далее началась их очередная перепалка, тема которой сменялась столь же быстро, как секундная стрелка делала полный круг вокруг циферблата часов.

Пока девушки обсуждали преимущества и недостатки разных национальных кухонь, Исао, заложив руки за спину, смотрел в ясное голубое небо и думал...

Думал обо всём и ни о чем.

Последние годы его жизнь совершила невероятный поворот. Он поступил в «Куб», пережил атаку террористов, встретил первых друзей, а следом и нашел для себя новый дом.

Да, для него стало такой неожиданностью то, как остро он стал реагировать на любую угрозу жизни его сокомандникам. Если раньше он мог не повести и бровью, увидев чью-то смерть перед собой, то теперь...

Представляя гибель Марка, Ксении или Рики, он ощущал... скорбь?

Это было для него в новинку. Так непривычно и завораживающе. Он мог сутками напролет сидеть на своей кровати и смотреть в одну точку, прокручивая столько мыслей в голове, что просто уму непостижимо!

И даже так он не осознал причины этой метаморфозы. Еще совсем недавно они являлись незнакомцами, но вот теперь они гуляли вместе, смеялись, шутили и просто творили всякую чушь, о которой он и помыслить не мог.

Чего стоит только битва подушками два дня назад, что началась из-за конфликта вкусовых рецепторов девушек, которые не могли определиться со степенью остроты готовящегося ужина.

Райзе настаивала на легкой перчинке, в то время как Рика негодовала по данному поводу по причине своих чутких рецепторов и мнимого риска их сжечь.

Кто бы мог подумать, что предложенная дуэль Марком на подушках станет началом конца, к финалу которого их комната едва ли не оказалась перевернута сверху донизу.

Эти трое были для него малопонятны, их мотивы неизвестны, а переменчивое поведение становилось поводом для медитаций и продолжительного анализа.

Но при всем при этом...

Он действительно начал ощущать, что его жизнь стала ярче?

Доверие крайне трудно приобрести и намного проще потерять. Уж кому, как не ему это знать. А потому всё, что он мог сделать в нынешнем положении — это рискнуть и попробовать поверить в его новых знакомых, что уже давно перестали быть для него чужими людьми.

Тот же Марк уже не раз доказал, что готов отбросить свою жизнь ради друзей. Хотя мог этого и не делать. Одним этим фактом он заполучил уважение Исао.

Да и забота со стороны Ксении и короткие беседы с Рики — тоже являются показателями того, что и им не безразлична их команда под номером 13.

И потому именно в этот момент необычайного спокойствия и умиротворения, Исао решился сохранять этот покой, это равновесие, этот новый мир.

Чего бы это ему ни стоило...

***

Когда я вышел к торговому дому, где должна была пройти выставка, то узрел мрачную картину.

Парк, что прилегал к нему, был полностью разрушен, по всей его площади виднелись кратеры с обожженными краями, тонкие струйки дыма поднимались отовсюду, горели машины, палатки, фасады зданий оказались оплавлены и местами разрушены.

И повсюду земля была устлана трупами химер...

Сколько их тут было — десять, пятнадцать или еще больше? Я точно ответить не смел. Ведь мой взгляд был прикован к человеческой фигуре в самом центре этого филиала ада.

Ее кожа была опалена везде, где только можно, местами запекшись до черной корки, ожогам не было конца и края, казалось, словно человека с головой засунули в печку под температурой в несколько сотен градусов.

Я мог пройти мимо, но одна деталь вынудила меня остановиться и ошеломленно продолжить смотреть на фигуру.

Столь знакомая мне алебарда лежала у ног безмолвного человека.

На ее металлическом древке остались куски кожи, что просто-напросто пригорели к металлу, сама она уже наполовину оплавилась, обратившись в кучу раскалённого металла.

Исао...

— Ты в порядке? — прохрипел голос сбоку от меня. Вздрогнув всем телом, я повернулся в сторону звука и только сейчас заприметил Райзе, чье правое плечо было пригвождено к черному стволу дерева длинной костью.

— Ксюша! — я мигом метнулся к ней, осматривая повреждения. Благо, ранение было некритичным, чего нельзя было сказать об остальном нанесенном девушке ущербе. Синяки, гематомы и несколько ожогов, поверх которых виднелись неглубокие порезы.

Возможно, еще имелось подозрение на внутреннее кровотечение и многочисленные переломы ввиду хрипов на каждом выдохе.

— Ты в порядке... — уже тише произнесла девушка, явно на грани потери сознания. Нет-нет, только не сейчас! Оставлять ее одну было слишком опасно.

— Где Рика? Куда делась триада? — я вынул чужеродный предмет из плеча девушки и тут же замотал рану куском ткани от моей рубашки. Вместе с тем я судорожно размышлял, как помочь израненной девушке и азиату.

— Они говорили про спектакль в соборе... Соборе Святой Троицы.

При мне не было расходников, что могли сейчас помочь, зелий не раздобыть, целителем я не был, да и обладай знанием, просто не смог бы применить!

Имелось четыре пилюли семи огней, что передал мне отец, но они являлись слишком сильными и скорее разрушат тело, что Райзе, что Рена, еще до того, как те смогут усвоить хоть часть целительной энергии пилюль...

Ну почему меня запихало в это слабое тело!

Черт! Вашу ж мать! Мать твою!

Злоба на себя и на триаду вспыхнула, подобно фитилю, и всё продолжала расти, когда мои взгляд сосредотачивался на израненных сокомандниках.

Думай, черт тебя дери, думай!

Одна идея отбрасывалась за другой, пока дыхание Райзе становилось всё слабее и слабее. И не стоило забывать об Исао. Нужно было действовать и срочно. Требовалось сделать хоть что-то!

Прокусив до боли нижнюю губу, я лицезрел, как капля крови упала на оборванное платье девушки, что уже утратило свой шарм, вымазавшись в крови, саже и грязи.

В голове возникла безумная мысль. Отчётливая, но в тоже время единственная, до которой я смог дойти.

Сработает ли?

Если я не попробую, то два близких мне человека тут же распрощаются с жизнью.

Дрожащими руками я прикоснулся к центру груди Ксении, как раз где должны были находиться легкие. Волевое усилие, и, закрыв глаза, я сосредоточил всё свое внимание на собственной крови.

Источник накачивал ее маной, дополняя элементом воды, что мог сойти за слабое заклинание исцеление.

Заряженная кровь с небольшим усилием, но всё же покинула пределы моего тела. А дальше началось самое сложное...

Стоило каплям проникнуть через поры в тело девушки, как я начал игру в гребанного сапера, осторожно продвигая накаченную энергией субстанцию по телу.

Хоть я и знал вдоль и поперек схему человека, но подобное проделывал впервые. Остатки маны Райзе создавали белый шум, из-за которого мне было очень тяжело направлять энергию, собранную в каплях крови, на регенерацию организма девушки.

Но даже так, с горем пополам, но дело хоть немного сдвинулось с мертвой точки. Я не мог воздействовать напрямую на поврежденные участки, но я мог предоставить энергию и ресурсы самому телу Ксении, давая тому шанс вытащить свою хозяйку с того света.

Так, качая капли крови туда и обратно, заряжая и разряжая их, я мог наблюдать, как хоть и немного, но цвет лица Райзе несколько улучшался, а дыхание переставало быть столь слабым.

Сколько это длилось, я не мог сказать, но в какой-то момент я просто выпал из реальности, смотря в пустоту и не понимая, что происходит.

Голова разрывалась от повышенного давления, как после многокилометрового марафона.

Но я не мог сидеть и ждать... Нужно было спасти еще Исао. Черт...

Ноги подкосились, как только я попытался подняться. Нельзя, рано, еще не время терять сознание.

С большим усилием, но я дополз и до Рена. Он всё же еще дышал... Слава всем богам!

Парень находился на самой кромке, но его еще можно было спасти, хотя бы попытаться. Нужно всего-то помочь тому продержаться, всего-то выиграть немного времени!

Понимая, что энергии мне не хватит, я тут же проглотил одну из хранившихся при мне пилюль, ощущая, как по пищеводу прошла волна обжигающего жара.

Теперь все стало еще сложнее. Вместо накачки крови своей маной, я был вынужден собирать неочищенную из пилюли и, тут же пропуская ее через собственную энергоструктуру, передавать наружу.

Стоило ли говорить, что при каждом таком круге мои энергоканалы готовы были свернуться в узел намертво, а сердце с устроенной силой перекачивало кровь от повысившейся температуры.

Второй раз повторять процедуру было заметно сложнее, сказывалось истощение, сердце глухо стучало в ушах, перед глазами появилась кровавая пелена.

Мана уходила, как песок сквозь пальцы, но я всё продолжал вливать всё, что только можно было. Этого было всё еще недостаточно!

Я дал слово! Я не дам ему сдохнуть!

Опоздало ощутил, как из носа потекла кровь обильным ручьём, капая крупными каплями на мои же ладони.

И так бы всё и продолжалось, а я бы не выжал себя досуха, если бы тяжелая ладонь не опустилась на мое плечо.

Очнувшись от транса, я посмотрел на новое лицо. На его чёрной форме красовался герб Российской Империи, а лицо оказалось скрыто глухим шлемом.

Имперский гвардеец...

— Парень, ты меня слышишь? — незнакомец говорил со мной, словно из-под толщи воды, но даже так я сумел тому кивнуть и указать на израненного друга.

Мужчина в шлеме понял меня без слов.

— Срочно медиков сюда, у нас еще два раненных! — крикнул он за спину, после чего обратился к второму солдату над телом Райзе, — Что с девушкой?

— Жива, но состояние критическое! — послышался ответ.

Мне этого было достаточно...

— Эй, постой, у тебя шок. Куда ты направился? — попытался остановить меня гвардеец, но тому помешала ощетинившаяся шипами кровавая броня.

— Вернуть должок, — прохрипел я, посмотрев на мужчину, надеясь, что он не станет и дальше меня останавливать.

— В нынешнем состоянии? — я не видел его лица, но по тону готов был сказать, что тот нахмурился пуще прежнего.

— Именно, — коротко бросил я, продолжив шаг. Инстинкт самосохранения мне явно был неведом...

* * *

Собор Святой Троицы представлял из себя огромное здание с тёмно-синими матовыми куполами, выполненными с позолотой.

Даже во всем творящемся безумии он продолжал давить своим величием и гротескностью.

Впрочем, оккупировавшей его триаде на подобное было совершенно плевать. Я поднимался по ступеням, покрытыми мрамором, совсем не скрываясь. Полагаю, можно было и не сомневаться, зачем этим ребятам понадобилась Рика...

Ловля на живца. Старая, как сам мир, стратегия, которая никогда не утратит своей действенности.

Меня буквально приглашали принять участие в спектакле, заняв в нем одну из главных ролей. Что и подтвердили охраннички, едва меня заприметив.

— Ты — Марк Ливен? — хмуро произнес один из узкоглазых в костюме.

Я кивнул, не проронив ни слова.

— Босс уже ждет. Иди следом. Дернешься, и твоей подружке — конец, — пригрозил мне он, показывая путь. Второй встал у меня за спиной.

Так мы и дошли до главного зала собора, что внутри был еще величественнее, чем снаружи. Многочисленные иконы, расписные стены и потолок, десятки люстр, на которых горели свечи.

А также встреченный мною черноволосый ублюдок, рядом с которым лежала Рика.

От которой уже текли ручейки крови из-за многочисленных порезов и рваных ран, точно от когтей.

— А вот и главный герой нашего представления! — с глазами, полными веселья, объявил мужчина.

Я неторопливо осмотрел помещение. Пять, десять, пятнадцать...

— Ну и много же вы мне нервов сожгли, господин Марк, — все не унимался узкоглазый.

Двадцать, двадцать пять...

— Всего одна. Одна встреча, а мы уже стали с вами непримиримыми врагами, как по мне, это самый настоящий рекорд, как на это не взгляни! Никто еще не удостаивался подобной чести от триады за последние годы, — расхохотался мужчина, вышагивая с пистолетом в руке наперевес.

Тридцать, тридцать пять...

— Но знаете... Раз из-за вас на нас обратили внимание так много лиц, то и разрешить наш небольшой конфликт я решил неординарно, — ухмылялся он, пока я заканчивал подсчет.

Сорок два... Сорок два бойца, из которых четыре или пять — восточники, если судить по их многочисленным татуировкам.

Да и остальные уже не простые бритоголовые... Это были маги. Да, одной-двух звезд, но всё равно.

Это если не учитывать то, что несколько мастеров могут укрываться в толпе среди простых бандитов, ожидая удобного случая.

Сила не на моей стороне, как ни посмотри. Вступать в прямой бой — глупо и опасно. Да и вообще приходить сюда было верхом тупости и импульсивности.

Даже в подземелье не было такого противовеса в сторону противника. Как и то, что теперь подмоги не будет. Ей просто некогда появиться, на фоне происходящего в городе.

Значит, есть только я и толпа напротив.

— Вы растоптали мою честь, а потому мы поступим следующим образом... Падите на колени, склонитесь предо мной в поклоне и вылижете мне ботинки. В таком случае ваша смерть будет легкой и быстрой, даю слово. Я даже позволю вашей подружке уйти относительно безнаказанной, — с этими словами он слегка пнул лежавшую Рику без чувств под ребра, — А в противном случае... Гарантирую, вы будете молить о пощаде, пока ваши жилы будут рвать на кусочки медленно и неторопливо, а эту красотку мои ребята пустят по кругу. Для вас даже вон, уже заготовлен крест для веселого времяпровождения, — он ткнул дулом пистолета в наскоро сделанный крест из досок, которые, видать, оторвали от каких-то скамеек.

Я промолчал, глубоко вздохнув и прикрыв веки.

Прислушиваясь к своему сердцу, я готовился совершить очередную дурость. Впрочем, когда было иначе?

Если делаешь — делай, так хотя бы без сожалений.

— Так каков ваш положительный ответ, господин Марк?

Я открыл черные глаза. И три пилюли семи огней, что всё это время оставались в моем рту, мигом оказались проглочены.

— Пошел на хер, — из моего рта вырвалось густое облако горячего пара.

Тут же все тело окатила волна боли, от которой ломило кости, дрожали суставы, застывала кровь в венах.

Сердце пропустило удар, тело тут же охватил неведомый доселе жар. А вслед за тем мана, что ручьем хлынула из пилюль, стала течь по энергоструктуре, следуя технике «Они».

Техника на стихии огня начала вовсю работать.

Сегодня я снова сыграю в рулетку со смертью.

Мое лицо стало бордового цвета, глаза покраснели, изо рта потекла кровь из-за прокушенной губы. Кровавая броня стала преображаться, охватывая все участки тела, наслаиваясь поверх друг друга, превращаясь во что-то большее, более грозное.

Шипы покрыли большую часть брони, делая даже из нее полноценное оружие.

Вокруг головы стал форматироваться полноценный глухой шлем, как у встреченных мною оперативников и имперских гвардейцев.

— Знай своё место! У меня все еще твоя... — взбесился азиат, моментально наставив пистолет на Рику.

Чем подписал себе смертный приговор. Хотя нет, смерть ему и так была обеспечена, но теперь...

Теперь она будет не такой милосердной.

Время замедлилось, все вокруг замерло, и сразу после вернулось в норму.

Вот только кое-что изменилось...

— Агрх! Моя рука! Сукин сын! Мразь! Убейте его! Убейте... — доля секунды и рука главаря триады, державшая пистолет, оказалась оторвана по локоть, с чавкающим звуком упав на пол собора.

И сразу после приказа в мою сторону рванули все, кто находился в соборе.

Один против небольшой армии триады, среди которой уже были не одни беспомощные простолюдины.

Один против костяка Питерской мафии. Как по мне, так отличный расклад!

В тот же миг вокруг моей головы наконец сформировался шлем, скрыв лицо за безликой маской и спрятав кровожадную улыбку на моих потрескавшихся губах.

Да начнется РЕЗНЯ...

Вот и финал тома! Тюлень благодарит вас за то, что вы дочитали до конца и надеется, что и в дальнейшем история будет приносить вам удовольствие и море разнообразных эмоций. Если понравился том, то не забудьте написать комментарий и подписаться на автора))

Читать следующий том:https://author.today/reader/258676

Nota bene

С вами был Цокольный этаж, на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Мятежный князь. Том 2

Content

Мятежный князь. Том 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene