Уроборос-6. Жемчужинка.

Глава 1

Жемчужинка.

Глава 1.

Лазурная вода тихо шипит, обтекая плавные обводы корпусов тримарана. Ветер еле-еле рябит водную гладь и почти не напрягает полотнища парусов. Вот мы и движимся совсем медленно, чуть быстрее идущего человека. Но мы и не спешим…

Я расслабляюсь в кресле качалке, попивая морсик и ковыряясь в носу. Кстати, это кресло-качалка - мой очередной вариант. Последний, "двуспальный", оказался в цепких лапках моей белоснежной кошечки. На память, так она сказала. И как было отказать в такой мелочи?

И да, в носу ковыряюсь всё же в переносном смысле. Просто ничего не делаю. Штурвал зафиксирован в простейшем "автопилоте", океан чист и спокоен, до ближайшей группы островов километров тридцать, и с нашей скоростью мы дойдём до них как раз к вечеру. А там подыщем подходящее местечко и станем на очередную ночёвку.

Мысли, текущие вяло и хаотично, непроизвольно соскользнули на совсем недавние события.

Когда мы, я и Головастик, после отлёта «Странника» и нашего выхода в океан остановились возле маленького островка на первую свою ночёвку, я знал, что ко мне придут гости. Не просто знал, был уверен. И… очень надеялся, что это будет не Ева. Я хотел её видеть, но не сейчас, надо быть честным. Именно сейчас я пребывал в сильно минорном настроении, мягко говоря. Принцесса Мими уже не рядом… что тут ещё добавить?

Не знаю, почувствовала ли божественная мой настрой, или само собой так получилось, но к уютному костерку, ароматному шашлыку, взварам, фруктам, к низкому столику и легким плетёным креслицам пришли из ночного мрака Рамзес и Люси. Без дурацких зрительно-шумовых эффектов, за что отдельная им благодарность, а просто проявились, взявшись за руки.

- Гость в дом, радость в дом, - улыбнувшись, я показал на столик и кресла, как бы говоря: всё уже готово.

- Здравствуй, Господин Мо, - мило улыбнулась Люси, слегка поклонившись.

- Здорово, брат! – оскалившись, рыкнул Рамзес бухнув лопастью посоха себя по груди, - Как сам? Не дрищешь… - и тут же получил по длинному "жалу" ладошкой от Люси.

- Цы-цы-цы… - осуждающе покачал я головой,- Вот сколько тебя не образовывает Белоснежная, а всё не в коня корм. Учись блохастый, как нужно приветствовать солидного чела.

- Кто блохастый! Я блохастый!? Да ты завидуешь моей великолепной шерсти, лысый обезьян! Свою-то, за время эволюции прос… - Рамзес вовремя заметил слегка сморщенный носик Люси, а также немного дернувшиеся ушки, - Кхе-кхе! Кхе… - совсем не натурально заперхал он, - Простите, закашлялся. - переобулся он в воздухе.

- Я так рад вам ребята! Садитесь уже, - улыбаясь, махнул я рукой.

Потом мы ели и пили, говорили о всяких пустяках, беззлобно шутили. Я и Рамзес подначивали друг друга, Люси улыбалась, иногда осуждающе качала головой и предостерегающе шлёпала Рамзеса хвостом, но всё больше звонко смеялась. Нам было хорошо. Особенно мне. При моём теперешнем состоянии такие посиделки — это было как раз то, что нужно. Но сложных тем, как я и думал, избежать не удалось. При всё том, что Рамзес и Люси были могущественными посланцами, многое умеющими и почти всё знающими, они были, по сути, всего лишь молодыми людьми. Если мерить на человеческий стандарт. Для меня, во многом - дети. Различные тонкости бытия человеков, а скорее всего и остальных разумных, судя по вопросам, до сих пор ускользали от них, всё ещё оставались непонятны. Мотивы, желания, порывы души и тела… Теоретически они знали всё, а практически ощущали и понимали гораздо меньше. Такой вот дуализм Посланцев Системы.

У кого, как не у меня разузнать? Кому как не мне, которому Система позволяет угощать шашлыком и поить взварами существ, которым у других даже пылинку в руки не взять объяснить, в силу своего разумения, опыта и, надеюсь, некоторой мудрости, что движет человеком. Ну, пусть не так глобально, прям любым человеком, но лично мною.

- Почему ты не улетел с ней? - в какой-то момент задала вопрос Люси, внимательно заглядывая мне в глаза, - Ведь она люба тебе.

- Хм… Люба… Какое хорошее, правильное слово ты подобрала, девочка. Тут несколько причин, и ни одна из них не главная, но все вместе они заставляют оставаться тут, бороздить воды возле Великого Архипелага.

- И какие же, брат? - влез Рамзес.

- Тебе правда интересно?

- Очень, - совершенно серьёзно ответил он.

- Хм… Как я и сказал, их несколько. Быть с ней рядом всегда, хоть именно этого мне сейчас и хочется, я не смогу. Да и ей, в первую очередь, это не нужно. У неё свой долгий и трудный путь, который она пройдёт сама. Прийти и помочь в трудную минуту - это одно, но висеть над душой, так я выражусь, совсем другое. Вы можете мне не верить, но чтобы из перспективной, с отличными задатками принцессы выросла Великая Королева, ей нужно остаться одной. Одной - не в смысле безо всех, но без такого наставника, как я - точно. Она влюблена, она полностью доверяет мне, она в тени моих знаний и авторитета, но в данном случае - это словно могучая крона огромного дерева, защищающая юное деревце от бурь и невзгод. До определённого момента это хорошо и полезно, но потом деревцу потребуется свет и жизненное пространство. Встретить всё, что пошлет судьба уже самой, своей кроной, взрасти и возмужать… Я думаю, Мими осознаёт это. Если не разумом, то сердцем точно.

- Но кто-то другой, давно знакомый, авторитетный вполне может заменить тебя, - резонно заметил Рамзес.

- Частично, брат мой, только частично. Бывают у человека такие моменты в жизни, когда он меняется, причём очень сильно и быстро. Настолько, что бывшие знакомые иногда не узнают его. Не внешне, хотя и такое случается, конечно, но внутренне. Тот, кто окажется в этот момент рядом, старший и мудрый, или прохиндей какой, тот может приобрести значимое влияние на этого человека. Причём, на очень долгие годы, а то и на всю жизнь. Таких примеров в истории масса. Принцесса, как я думаю, прошла такое изменение.

Советники, брат, сами по себе для правителя благо. Особенно, если они компетентные, болеющие за свой народ и верные. Невозможно знать всё, уследить за всем, вовремя отреагировать на всё. Пусть Ушедшие пошлют ей таких как можно больше. Но влить патоку ей в ушки, задурить голову, исподволь, тихой сапой вложив туда то, что она не хочет или считает неправильным, уже ни у кого не получится. Она выросла и изменилась. А ещё у неё есть те, с кем она пережила самые тяжелые времена в своей недолгой жизни. Букет невероятных состояний души и тела. Плен, рабство, безнадёжность, надежду, свободу, удовлетворение мести… Брат, Безухий, Бобо и Крук - это те разумные, на которых она будет опираться всю жизнь.

- Первую любовь… - добавила Люси.

- И это тоже, - согласился я.

- И как же быть с этим чувством?

- Любовь, это всегда не просто, девочка моя. Единого рецепта от этой болезни не было, нет и не будет. Иногда, такое бывает, самое правильное расстаться на пике, чтобы навсегда сохранитьблагодарность друг к другу за то тепло, что грело нас обоих, за самые светлые чувства и лучшие воспоминания о каждой минуте, проведённой вместе...

Судьба, рок, фатум, называй как хочешь, сводит и разводит людей всю их жизнь. Особенно, если она долгая. Уж я-то знаю. Мы обязательно ещё не раз пересечёмся с принцессой, но сейчас время расставания.

- Это… грустно… - повесила ушки и шмыгнула пипкой носаЛюси.

- Такова жизнь.

- Но что же держит тебя тут, брат? - прервал молчание Рамзес, - Я уже не раз спрашивал тебя об этом, но ты так и не ответил.

- И снова отвечу, брат: не знаю, - я слегка пожал плечами, - Что-то, кто-то, зачем и для чего-то. Нет ответа. Разум ищет рациональные причины и не находит, но вот оно, - я постучал в область сердца ладонью, - ясно вещует.

- Странно… - после молчаливой паузы задумчиво промолвила Люси, - Сердце вещует. У нас, у Посланцев Великой, всё более определённо. Чувства есть, - она кинула мгновенный взгляд на Рамзеса, - но они чётко ощутимы. Предопределены и прогнозируемы, если можно так сказать.

- Ну, это пока, - слегка улыбнулся я, понимая на что она намекает, - Уж извини, но вы ещё совсем дети и только развиваетесь, - на что Рамзес возмущенно фыркнул, но комментарии вставлять не стал, - Стопятьсот оттенков страсти, и остальных чувств вам только ещё предстоит познать. Не скажу, что ото всего обретённого вы получите большое удовольствие, но это тоже своеобразная плата за собственное взросление и постижение окружающего мира.

Мы снова немного помолчали, слушая ночную тишину, наполненную тихим потрескиванием угольков в костре, успокаивающем стрекотанием букашек в кустах, еле слышимым плеском ленивых волн, сонно наползающих на песчаный пляж…

- Спрошу,брат?- нарушил молчание Рамзес.

- Конечно, брат. Что за преамбула?

Рамзес взял готовый шашлык, вставил в пасть и, с шумом снизав с шампура сразу всю порцию мяса, проглотил смачный комок одним глотком.

- Отчего ты такой безалаберный? - огорошил он меня, - Отчего ты не пользуешься возможностями, что сыплются тебе в руки. Зачем транжиришь богатства налево и направо.

- Что ты имеешь в виду? - удивился я.

- Многие и многие, сотни тысяч игроков маму бы продали, как говорят ваши человеки, чтобы оказаться на твоём месте. Я может и не такой специалист как ты, но тоже нагляделся уже и на этих "разумных", и на тех, которые местные, и на игроков. Разные они, это да, но ты какой-то совсем простодырый.

- В смысле?

- Вот ты не полетел с принцессой. А скажи, какой у тебя авторитет с расой Мио?

- Ну… высокой.

- А точнее - очень высокой. А среди тех же ороос и бубучами? Поменьше, но тоже дай Ушедшие всякому, - сам же ответил Рамзес, - А среди отдельных представителей этих рас - и вовсе под сто процентов. Для хоб ты вообще - полубог!

- Это ты загнул, брат.

- Это ты, брат, не догнул! Сто процентов, вот какой у тебя уровень почитания с народом, что поселился на острове Мо. И почтение со всеми хоб Океании.

- Откуда знаешь?

У меня и правда было такое оповещение от Системы. Стопроцентное доверие с народом Ыки, но это понятно. А вот откуда почтение со всеми хоб, уже непонятно, от слова - совсем. Я ещё тогда подивился, что за такое достижение ничего больше сверху не накинули, ни одной единички в статы, но зато поступило странное предложение: «Возглавьте этот народ. Путь развития на ваш выбор. Система правления на ваш выбор».

Думается, как раз эта награда сильно перекрывает любые дополнительные циферки, куда бы их ни дали. Но я отказался и уплыл.

- От верблюда, брат! - оскалился Рамзес, - Так отвечает один, иногда очень вредный полуобезьян. Не задавай глупых вопросов, говорит он, не получишь глупых ответов.

- И…

- Ты мог бы полететь на Великую Сушу и шоколадно устроится там, даже не пересекаясь с Мими напрямую. У ороос, у бубучей, в Городе-Замке на перешейке вообще для тебя райское место. Тебя бы встретили с распростёртыми объятиями на Ураррате Сияющей Медузы. Поверь, я знаю о чём говорю…

- Ты что-то знаешь? - встрепенулся я.

- Закрытая информация, брат! - с удовольствием рыкнул Рамзес, - Но, я точно знаю.

- Собака цепная! - вырвалось у меня искренне.

- И тем не менее, - совершенно не отреагировал шакалоголовый, - Ты мог бы притащить с собой сундуки с драгоценными камнями и купить скромное, или не совсем скромное королевство. С твоими гибридными технологиями ты бы грёб деньгу лопатой, даже не сильно напрягаясь. Жил бы так, как император не живёт. А с теми связями, что у тебя уже есть - обком, профком все знаком - даже лучше императора.

Рамзес уставился на меня ожидая, что я отвечу. А что ответить, всё так и есть.

- Ты создал «Небесного Странника» и отдал его. Не надо, - остановил он меня вытянутой рукой, - рассказывать о том, что делали вы его всеми вместе. Ничего этого без тебя вовсе не было бы.

- Подарил принцессе невероятное ожерелье, отказался от Таву, раздав бесценные магические умения другим. Раздарил килограммы всяких безделушек, некоторые из которых стоят огромных денег. Музыкальные инструменты просто так… - подключилась Люси.

Да они меня троллят, догадался я, разводят с серьезными мордами. Не то, что их это не интересует. Как раз-то именно относительно меня - даже очень. Видимо, я и правда основательно выпадаю из общей массы игроков. Что и почему движет мной, какова мотивация? Отчего так, а не как у подавляющего большинства?

- Но ладно, - продолжил он, не дождавшись от меня никакой реакции, - допускаю, что у тебя есть особая причина оставаться тут. Верю тебе, брат. Подначить, недосказать, перекрутить правду и подсыпать щепотку безобидного обмана - это ты можешь, но ты мне никогда не лгал. И значит есть что-то, что держит тебя здесь. Но отчего ты не остался с хоб? Ведь они находятся на территории Великого Архипелага? Для них ты уже сейчас полубог. Ты почти ничего не взял, что валилось тебе в руки. Ты просто развёл ладони, и оно упало либо другим, либо вовсе в никуда.

- Ты не прав, брат, - после некоторого молчания ответил я, - я многое взял. Очень многое.

- Сотая доля, - хмыкнул Рамзес, - тысячная?

- Именно такая, которая мне нужна здесь и сейчас. Мня все устраивает и лишнего не нужно. А если что-то потребуется, то сделаю, достану, найду. Но ты, брат, меряешь материальным. И это и есть самая главная ошибка. Я коплю совсем иной капитал. Сам же сказал, доверие народа с некоторыми расами у меня ого-го! И это я про отдельных разумных вообще молчу. Это и есть истинные богатства. И чтобы ты не испытывал иллюзий по поводу отсутствии у меня меркантильности, то позволь тебе напомнить, кто эти разумные. Каков их вес и статус?

- Но так получилось, - возразил Рамзес, - ты ведь не специально выбирал.

- И тем не менее я не постесняюсь воспользоваться всеми своими связями, как ты выразился, по полной и с несомненной выгодой, если будет такая необходимость.

- Ну, пока ты только помогаешь, - проворчал Рамзес.

- Или, пока только коплю капитал, а многие мне уже обязаны. Причём из тех разумных, кто "долг" оплатит даже ценой собственной жизни! - улыбнулся я, - Как думаешь, что со мной станет, окажись я, неведомым и злобным способом, с голой жо… на, к примеру, Ураррате Сияющей Медузы? Или во владениях милой пчёлки Вики? Во степу ороос стоит мне сказать заветное слово - «Бобогых, сын великого вождя - мой друг». Кинутся ли вязать мне руки воины или погодят, чтобы ненароком дров не наломать? А у мио? Про хоб даже упоминать глупо…

- Изворотливая обезьяна. - оскалился Рамзес после секундного раздумья, и тут же схлопотал ладошкой от Люси.

- Ты понял, да! - наставил я на него палец, - А вообще, брат, если совершенно серьёзно, мне подарили вторую жизнь и это, само по себе, такая награда, что выше не бывает. Я ведь, ребята, живу, а не играю. Я всё реже вспоминаю, что я и сам игрок. Даже и не упомню, когда в последний раз заглядывал в статы. Как-то нет такой необходимости. Представляешь, насколько я "донный краб" по понятиям фанатичных мышкодрочеров.

Я, брат, не цифровой герой, бегущий на монстра за опытом с билдами и статами наперевес. Если враг качается, пока я сплю, то и хрен с ним, я буду спать и дальше. Этот мир настолько сложен, что уверен, стать всёнагибатором тут невозможно. А по мне так и вовсе глупо. Столько усилий потратить, рвать пукан, перешагивать через других, убивать для прокачки, отнимать, и делать ещё много всякого далеко не самого полезного и праведного, стать самым-самым, а потом вылезет такой как мой Головастик - и помножит тебя на ноль! И утешаться тому, что ты воскреснешь, а он нет, и ты победишь его рано или поздно, это только для скудоумных. Однажды, со всеми своими наворотами, крутизной с отрицательным уклоном - ты уже проиграл! И если бы сие происходило в реальности, холодный мрамор запечатлел бы даты твоего поражения.

Может для кого-то это условность, а для меня весьма показатель. Но со своим "бесценным" мнением я лезть ни к кому не намерен. Бессмысленно.

Восхититься невероятными закатами Голубого Ока. Впиться зубами в прожаренный кусок мяса. Облиться сладким и ароматным соком, брызнувшим из спелого плода! Насладиться беседой с другом. Провести ладонью по шелковистому бедру возлюбленной. Вступить в схватку с грозным хищником или врагом, когда в этом настанет необходимость, хапнуть адреналина полной мерой! Подняться в небо и опуститься в глубину. Вырастить из малюсенького головастика могучего Бойца. С радостью наблюдать, как он идёт своей нелёгкой дорогой возвышения! Увидеть невиданное, создать удивительное, почувствовать невероятное… А ведь над нами, Рамзес, там, - я указал на мириады светящихся звезд над головой, - Бесконечность всего этого. И много всякого другого… Вот что для меня самое важное, вот чем стоит дышать и жить.

- Цифровой герой, - задумчиво повторила Люси, после молчаливой паузы, - Великая упоминала таких. Не очень одобрительно. Если не сказать больше…

Она плавно поднялась.

- Нам пора.

Рамзес что-то хотел сказать, задергал хвостом и раздул брыли, но…

- Нам пора, - мягко и непреклонно, словно маленькому ребёнку повторила белоснежная, и он сдулся. Да, брат, такова она, сила мягких лапок.

- Ты знаешь, - прянула ушами и улыбнулась Люси, - Великая благоволит тебе, Господин Мо.

И исчезли…

- Очень на то надеюсь, - тихо ответил я в пустоту, - очень.

Пять дней прошло после той ночи. Пять дней мы движемся, толкаемые лёгким бризом меж островов архипелага. Где-то останавливаемся ненадолго, где-то ночуем. Тихое спокойное плавание, наполненное созерцанием и думами о высоком… Самоё то для старика, утомлённого бурей событий предыдущей "эпохи".

Да, мысли о высоком. Система ничего не дала за эпическое деяние по отправке Мими и остальных в далекий путь к дому. Совсем ничего. Ито не жадность её, а логическое продолжение "задачи". Я сам себе создал квест, заявив прямо и однозначно принцессе, что она вернётся домой. Вот Система и следит за строгим выполнением условия. Путь к дому - не считается. И это даже хорошо, ибо как только ножка Мими ступит на земли Великого Леса, я точно об этом узнаю. Ну, а что за то дадут, уже не столь важно. В конце концов, не за циферки корячился, совсем не за циферки.

А впрочем, я не сильно сосредоточен на этих мыслях, всё больше просто смотрю на море, на небо, вдыхаю ветер и впитываю солнце. Старому перцу всё это очень пользительно, да. Релакс…

Головастик тоже расслабляется. По-своему. Растёкся большим блинообразной лепёхой и окрасился в чёрно-зелёный цвет. Это он так халявную энергию солнца впитывает. Что-то как солнечная батарея, что-то словно лист на дереве. Он и так уже может.

Однако, солнцеед не забывает следить чутким глазом, хотя бы одним, за любопытными чайками, бакланами, и всякими другими пернатыми, что пролетают над нами. Вдруг кто зевнёт и слишком приблизится? Законная добыча Головастика, да. Но это так, просто рефлекс, мой головастый никогда голодным не останется. Он и сейчас, время от времени стремительно срывается и, нырнув под тримаран с одной стороны, почти сразу запрыгивает на борт уже с другой стороны. А в липких присосках гибких щупалец одна, а то и две барракуды!

Эта местная рыба, очень на них похожа, большая любительница держатся косяком в десяток-полтора под тримараном. Оттуда, из тени, барракуды атакуют всяческую живность, а сверху от хищных клювов их прикрываем мы. Тут иногда такие "буревестники" парят, что выхватят тяжелую рыбину на раз-два и спасибо не скажут! В общем - симбиоз, итить его. Теперь уже полный. А вот раньше, когда мы плавали на "Виктории", и Головастик был маленьким, соваться к барракудам ему было опасно. Эти зубастые, проворные рыбины, от метра до полутора, и сами могли бы им закусить, тем более, что имели привычку нападать не только в одиночку, но и стаей.

Но теперь Головастик заматерел и законно снимал свою долю, а симбиоз оформился полностью. Гораздо более удобный для нас оттого, что разбежавшись и потеряв очередных членов косяка, барракуды вскоре собирались вновь, и приблизительно в таком же количестве. Как говорится, свято место пусто не бывает. Ну и плюс ко всему, как раз эта рыба была очень вкусна не только для Головастика, он вообще мог жрать всякую дрянь, но и для меня, привередливого.

- Головастик поймал для хозяина рыбу, - обычно сообщал он мне.

- Ешь сам, - также обычно отвечал я.

Иногда я отрубал от тушки кусок пожирней для нескольких стейков, но не часто. Уж чего-чего, а рыбных блюд у меня хватало.

Вот ведь, - размышлял я, глядя на головастого, - какие же жалкие, малофункциональные, узкоспециализированные петы у других игроков, однако. Как они, игроки, жестоко обделены по сравнению со мной. Все эти волки, медведи, тигры, лисы кролики и остальная шерсть. Острый коготь! Ошеломляющий рык! Кровоточащий укус! Протыкающий клюв! Ещё хрень какая… Это разве способности? Крыса-вор, кот-баюн ми-ми-ми, кролик-трах! Это что за ветки развития? Наслушался в своё время от мелкоты. Не, не буду спорить, и с такими петами, при наличии прямых рук, можно интересно придумать, но как основа, стоит только посочувствовать. Да, на выросших волках да медведях можно ездить, но везде ли? На Головастике можно не просто ездить, а двигаться по любой пересечённой местности, по болотам, плавать и нырять, лазать по отвесным скалистым кручам, деревьям, и вообще везде, где только возможно.

Не лучше и летающие. В массе своей. Конечно, всяческие птицы рухи, виверны и драконы, если такие есть, помимо огнедышания, ядоизрыгания и клёкотопотрясения ещё и хозяев возить могут, что уже плюс, да и тугие на ушибить, как говорится, но… Летать я и сам могу, а ты попробуй засунь этих крутых перцев в ядовитую или вовсе безвоздушную среду. Это моему головастому фиолетово, а драконам да змеям, пожалуй, кирдык придёт.

Как шпион и разведчик Головастик вне конкуренции. Пролезет, невидимый и неслышимый, не просто в дырочку, в щелочку. Если надо, затихарится, мимикрирует так, что прямо по нему пройдут и не заметят.

Как боец, если посмотреть только на природные данные, мой пет выше всяческих похвал. А уж про магию и не говорю. Но мой Головастик не только боец. Он "юноша", наделённый многими талантами. Он отличный помощник со многими умениями. Не просто принесёт и поможет, а соберёт-разберёт несложный механизм, и многое другое. Или, например, с теми же парусами управляется прекрасно, штурвал по курсу держит.

Его хозяин, я,то бишь, никогда не останется голодным и холодным. Накормит, обогреет, защитит. Мне всегда интересно поговорить с ним о высоком, у него странное и занимательное мышление.

Или вот такой неожиданный вопрос: а сыграет ли медведь или дракон своему хозяину что-нибудь лирическое на скипице, когда он вкушает за ужином морепродукты. Для лучшего пищеварения, так сказать… Ой вряд ли. А Головастик вполне себе по ресторанам может зузы зашибать, "шурша" смычком по струнам. А за то, как он выглядит и что делает, за разрыв шаблона, ещё и доплачивать станут, хе-хе… Я, имея Головастика, вообще могу ничего не делать, вообще! А жить в полном шоколаде!

Может, вполне допускаю, и будут какие-то петы покруче моего, но только в отдельных позициях. По совокупности всего арсенала свойств и умений Головастик кроет любого конкурента. Ну, так он же уникальный! Другого такого нет! Ах, как я им доволен! Какой я молодец!

- Они идут! - вырвал меня из полусонной дрёмы размышлений булькающий голос Головастика

- А? Что?

- Они идут, Хозяин.

Головастик был собран и напряжен, я это отлично чувствовал. Вытянутым щупальцем он указывал куда-то за корму тримарана.

- Кто идёт? Куда? - я совсем ничего не мог разглядеть в сине-зеленой воде, покрытой искрящейся на солнце рябью, - Ничего не вижу.

- Ещё далеко, но скоро будут.

- Головастый, говори понятней.

- Право на Жизнь! - он повернул ко мне все свои четыре глаза, - Идут древние враги спросить с меня Право на Жизнь.

- Стоп, стоп, стоп! Право на Жизнь… - я схватился за лоб,- Это же… - и тут я всё вспомнил! Пляж, мутные воды бухты, крокодилорыбы, истерзанное тело Татьяны, мамки Головастика.

"Внимание, Господин Мо! Вам, как владельцу боевого питомца Головастик доступна исходная информация, - на глаза упало Системное оповещение, - Ваш питомец Головастик, как представитель уникальной расы Туанн"на, обязан пройти древнее испытание - Право на Жизнь.

Только тот, кто подтвердил в смертельной схватке Право на Жизнь, становится полноценным представителем расы и имеет возможность оставить потомство."

- Не, ну, надо так надо, - я не сильно переживал за Головастика. С его способностями пяток рыбоящеров он пережуёт и не заметит. И даже десяток… или два.

"Внимание, противники для испытания рассчитываются, исходя из усреднённых параметров вашего питомца. Учитываются его физические способности, магические способности… Расчёт произведён. Три вида юнитов по десять особей. В каждой группе по одному юниту с магическими умениями."

- Э-э, уважаемая, как вас там! Что-то вечер перестаёт быть томным, вам не кажется? Не перебор ли? Какие три вида, что так много?!

"Внимание, Господин Мо! Испытание Право на Жизнь длится до полной победы одной из сторон. Если ваш питомец погибнет, то он погибнет окончательной смертью".

- Что?! Что!? – я, наверное, подскочил из кресла минимум на метр - Окончательной смертью! Какого хера? Мой Головастик имеет право пойти на перерождение, как личный питомец. Такова механика этого мира, его законы! - я тыкал пальцем куда-то в небеса, совсем не заботясь о том, что ругаюсь с всемогущей Системой, - Это что за цирк Дюсилей? Что за акробатические номера с переобуванием в воздухе?

"Таковы правила испытания Право на Жизнь."

- В звезду такие правила! Откуда вдруг взялись? Я под такое не подписывался!

"Они существовали всегда для этого вида."

Я некоторое время молча переваривал ситуацию.

- Ладно… Правила так правила, но и мы внесём в них свежую струю! Головастик, где мои бомбы, оружие, костюм? Расчехляй артиллерию, встретим юнитов со всей пролетарской ненавистью! Ишь чего удумали - окончательной смертью…

"Вы не имеете права участвовать в испытании."

- Ещё как имею! - заорал я, озлобляясь окончательно, - Я своего боевого пета не украл, не купил, не силой отнял! Его не в коробочке, перевязанной бантиком, на мой юбилей подарили! Мне его мамка, умирая, в собственные руки передала! Доверила, как самое ценное, что только у неё было. Он часть меня! Можно сказать - плоть от плоти!

"Это нарушение правил."

- Вот как… - я заставил себя успокоится. Правила значит. Ну ничего, законодательной казуистикой и юридическим крючкотворством я тоже неплохо владею.

- Назовите случаи, кроме моего, где зафиксированы случаи обладания человеком представителя расы Туанн”на, как боевым питомцем.

"Не найдено… - через паузу ответила Система. Полное ощущение, что даже буквы выражали недовольство - Ваш случай - единственный прецедент".

- Не найдено! Угу… Так я и подумал. Но тогда и ваши правила не совсем уже корректны? Ситуация нестандартная, и правила должны быть изменены.

"Правила изменению не подлежат."

- Не изменяйте. Внесите поправку! Пусть питомец сражается, но окончательную смерть уберите!

"Правила изменению не подлежат."

- Мне кажется я общаюсь с восьмибитной программой, а не с разумной Системой. Уж извините за прямоту. Тупое следование простейшему алгоритму, в такой неоднозначной ситуации, это точно не то, что я ожидал от совершенной Системы.

"Правила изменению не подлежат." - с задержкой в несколько секунд пришло очередное попугайское сообщение.

- Ну тогда и говорить не о чем… - пробурчал я, натягивая защитный костюм.

"Количество видов юнитов увеличено."

- Ничего страшного.

"Количество юнитов в группе увеличено."

Бесстрастные строчки текста, вроде, а полное ощущение напряженного негодования.

- Да пох…

"Магические юниты в группах увеличены."

- А вы говорите - правила неизменны, а вона как шпарите, - горько усмехнулся я, снаряжая волшебные сумочки полезными девайсами.

"Скорость некоторых юнитов увеличена. Живучесть некоторых юнитов увеличена."

- Хозяин, не надо. Головастик должен защищать себя. Защищать хозяина, - похоже, системные сообщения и ему шли параллельно со мной.

- Молчи Головастый! Молчи! Ты не просто мой пет, ты мне друг. И даже больше. Никому не позволю отнять своё, пока я жив. Счас дадим прикурить кракозябрам, по самые помидоры!

"Вам блокирована магическая способность Повелитель Энергии. (Энергот). Вам блокирована магическая способность Игнорирование Препятствий (Пробой)."

- Ах ты ж…

Сука, тварь, мразь, и всё остальное я добавил уже про себя. Это меня лихо Система подлегчила! На самые сильные боевые "плюшки". Очень неприятно, мягко говоря. Но ничего… Ничего ещё не кончилось, всё только начинается! Отняли магию, а мы влупим технологией.

- Ещё что? Параличом меня расшибёшь? Зрения лишишь!? Изменишь мировые константы?

"У вашего питомца рандомно блокируется одна магическая способность… Ждите… Блокирована боевая трансформация - змеерыба"

- Сука!!! - вот тут я не сдержался, - А Великого Кракена на нас, до кучи не натравишь? Вулкан под задницей не взорвёшь? Метеоритом сверху не манданёшь!? Чтоб наверняка!

Ничего не ответила Система… Не ответила, но сделала.

Я ведь из тех героев, что всегда идут в обход. И лишь при особой безысходности - в лоб. Первым делом я решил врубить водомёты и банально съе… съездить до ближайшей земли. Тут как раз островок километрах в тридцати. Буквально десять минут, на всех парах, и мы там. А уж на суше мы посмотрим, кто кого.

Но не "завелись" мои водомёты. Здравая мысль - просто умчаться на всей доступной скорости от юнитов системы - сорвалась. Надеюсь, эта тварь только временно вывела их из строя, а не убила совсем. Это было бы исключительной низостью, но в данный момент я мог ожидать от неё всего. И хотя я был в бешенстве, извращенную логику поступков Системы где-то даже понимал… Хочешь сражаться вопреки правилам? Хорошо. Мы тебе не только урежем функционал, но и отрежем возможность сбежать. Воюй, родной…

Так что, остались мы телепаться под слабеньким ветерком над мелководной банкой, с глубинами до двадцати метров. Ну хоть не над Тёмной Бездной…

- Головастик, если помчишься изо всех сил к берегу, успеешь?

- Нет. Чую, - нет! Есть кто-то очень быстрый, очень.

- На дне отсидеться, замаскировавшись?

- Хозяин, это Право на Жизнь! Бой будет идти до смерти последнего противника. Никому из нас не удалось спрятаться. Найдут. На берег вылезем, нападут и там…

- Откуда знаешь?

- Знаю, память рода.

Отчего, почему, как, я не стал задавать бессмысленные вопросы. Чует, знает, значит, так и есть. Возможно, это его бонус для прохождения испытания, возможно ещё что, потом разбираться будем.

- Тогда, друг мой, значится делаем так…

На первом же, широком, в пару километров, кругу, что я заложил вокруг «Принцессы Мими», сразу же вскрылись наступающие силы врагов. Может не все, но те из юнитов, что шли ближе к поверхности, отлично просматривались сквозь прозрачную воду. Без мелких деталей, конечно, но в целом довольно понятно. Спасибо модифицированному зрению. И конечно "опознанью". Некоторых существ оно идентифицировало полностью, но и у неизвестных "подсветило" отдельные "органы" довольно внятно.

Со стометровой высоты отлично были видны стремительные торпедообразные тела с длинными костяными зазубренными жалами«а-ля рыба-пила». Из полутораметровой длины всей рыбы, как раз полметра приходилось на костяную пику! И, судя по всему, эти юниты относились к некоему виду летающих рыб. Они мощно вырывались из воды и лихо парили на широких и длинных плавниках, подруливая плоским угреподобным хвостом, усыпанным иголками и увенчанным игольчатым гребнем! Летели долго и умело! То, что они своими пиками будут пытаться с разгону пробить меня и Головастика, это понятно. Но, думаю, и их плавники, похожие на серповидные клинки, будут остры и весьма опасны, а иглы хвоста - ядовиты. Тело летучих торпед покрывала жесткая даже на вид, призматическая крупная чешуя. "Хороший" противник…

Отлично просматривались давние знакомые - рыбокрокодилы. Они, энергично извиваясь серо-желто-зелеными телами, довольно быстро плыли под самой поверхностью воды. То, что они могут, я помнил отлично. Твари, с учётом их когтей и зубов, специально заточенных на нанесение урона представителям расы Туанн"на, довольно опасные.

Вспыхивая желто-алым, чуть глубже шли купола медуз огневиков. Крупных таких, по метру-полтора в диаметре. А их стрекальные щупальца и вовсе тянулись метров по десять. Среди них, расцвеченные неоновыми узорами, колыхались электромедузы. Мы с Головастиком с такими пересекались не раз. Противники, в данный момент, очень опасные. Особенно для Головастика. Если яд медуз-огеневиков для моего пета ни о чём, слава богу, Система ничего больше у головастого не отобрала, то электроудары до сих пор доставляют ему проблемы. С другой стороны, зная свою слабость, Головастик поднаторел избегать прямого противостояния с такими соперниками.

Неплохо просматривались внушительные тела "тяжелой артиллерии". Была в юных океанах молодой Земли такая панцирная рыба - дунклиостей. Весил он побольше тонны и имел размеры до шести-семи метров. Акульих зубов у него не было, но они ему и не нужны. Природа наделила его специальными режущими пластинами так, что пасть напоминала гильотину. А хавальник разевался настолько широко, что Головастика заглотит, не напрягаясь. А уж если дунклиостей рот захлопнет поперёк тела, то легко перекусит моего пета пополам.

Этот панцирный рыб хоть и очень похож, но все же вряд ли был именно дунклиостей, поскольку имелись и отличия. Во-первых, он был полностью покрыт пластами "каменной" кожи, в отличии от того же дунклиостея. Панцирь выглядел грубым, неровным, был усеян шипами и наростами. На носу - внушительное образование в виде тупоугольного костяного тарана. Скорее всего, таран и есть. Таким, если подловить, да на скорости стукнуть, можно ого-го чего натворить. Сокрушить кости, расколоть хитин, отбить внутренности, проломить панцирь… или, не дай бог, борт моей «Принцессы»! Короче, с таким встречаться - себе дороже.

Силуэт огромной черепахи-тортиллы тоже неплохо просматривался. И выглядела она совсем не безобидной. Овальный, метров десять, купол словно оброс мохнатой разноцветной шерстью. Но это только на первый взгляд так показалось. На самом деле, вся площадь панциря обросла колонией разнообразных актиний. Уверен, весьма агрессивных и ядовитых. Крупных, кстати. Их жадные, ищущие щупальца беспокойно мотались из стороны в сторону, норовя ухватить неосторожно зазевавшегося.

А ещё у черепахи была длинная, слишком длинная и изрядно гибкая шея, покрытая толстой чешуёй. Голова хоть и небольшая, но даже отдалённо не напоминает черепашю. Ее голова, а топор какой-то! Тот, что из рода клевцовых! Вся она - костный, гладкий заострённый клюв. Где-то во впадинах, защищенных наростами, прятались маленькие злые глаза. Если такой башкой со всего размаха "клюнуть", то пожалуй, меня располовинит надвое!

Но у черепахи имелись и ещё некие неприятные элементы. Ласты у неё были не только длинными, мощными, но и подвижными, сгибающимися в трех суставах. Покрытые грубой тускло-серой чешуёй, весьма прочной на вид, имели на концах по три больших кривых когтя. Полоснёт, если что - мама не горюй!

И что-то мне подсказывает, на этих лапах-ластах черепаха вполне себе свободно передвигается по суше, а при нужде, ещё и залезет куда-нибудь, где не очень высоко. На мою «Принцессу», к примеру…

Среди крупняка, словно этого мало, мельтешила многочисленная мелочь. Рифовую пиранью опознал уверенно. Агрессивные зубастые твари не великих размеров, но совершенно кровожадные и безбашенные.

Небольших электрических кальмарчиков, в полруки размером, тоже. По отдельности они не сильно опасны, но имеют вредную привычку кучковаться, и, кидаясь на жертву, скопом разряжать в неё совокупно усиленный электропотенциал.

Извивались дёргаными движениями длинные лентовидные рыбы-змеи. Знакомая гадость. Называется - бездонная глотка. У этих существ были свои опасные сюрпризы.Стоило такой ухватить кого-то за что-то своими мелкими острыми зубами, что совершали поступательные движения в челюсти, тут же начинался процесс натягивания змеерыбы на жертву. Неспешно, но неумолимо. Натягиваясь на жертву, рыба сама растягивалась безразмерно, попутно сразу же начиная переваривать ухваченное своим термоядерным желудочным соком, что недалеко ушел от соляной кислоты. И всё это осложнялось исключительной живучестью змеерыбы. Чтобы остановить такую, необходимо было отрезать голову от тела полностью, да и то, она ещё некоторое время бессмысленно жевала свою жертву не осознавая, что уже померла. На более "мелкие" раны бездонная глотка вообще внимания не обращала. Такая вот тварь. Они всегда, слава богу, встречаются по одиночке, но ради нас Система нагнала их во множестве.

Уверен, по дну крадутся ещё какие-нибудь ракокрабыклешнявые и шипастые, ползут злобные голотурии с трепангами, агрессивные улиты с загогулистыми раковинами, что генерируют какую-нибудь хрень лютую, типа ультразвукового удара! Я их не вижу, но что-то такое обязательно есть! Не может не быть! Система конкретно решила проучить меня, строптивого. И пусть она не натравила на нас мегачудищ глубинных, каких-то уж совершенно экзотических мутантов, но и того, что собрала, хватит за глаза.

Итак, короткое резюме… На нас движется целая куча юнитов, которую можно чётко классифицировать на несколько категорий.

Быстрые и шустрые летающие пиканосы и рыбоящеры. Одни нас будут бомбардировать собой с лёту, чтоб нам на катамаране было погагатать. Рыбоящеры будут ждать в воде и, скорее всего, поползут на штурм. Но крайней мере, попробуют.

Более медленные панцирные гиганты начнут таранить Принцессу - сто пудов. Ну и кусать нас, при возможности. Черепахи точно полезут на корабль, что они устроят там своими топороклювами, я даже думать не хочу.

Мелочь, несмотря на свои малые размеры, как бы не опаснее крупняка, будут отвлекать Головастика, постоянно терзать его, дёргать и мешать. С учётом, что в первую очередь надо нейтрализовать тяжеловесов, вся эта шушера отнимет много сил и энергии, доставит много ненужных хлопот. Опасных хлопот, я бы сказал.

Со дна подтянется ещё что-то, уверен. А если вспомнить, что некоторые юниты системы ещё и магией будут обладать, то картинка совсем приобретает мрачные тона… Ну, да посмотрим. Как говорится - делай что должно…

Ко всему этому я во время своего разведывательного полёта разглядел ещё пару неприятных сюрпризов. Во-первых, таких групп было четыре, и они надвигались, соответственно, с четырёх сторон. А значит, про мелочь я вообще не говорю, панцирных таранов стало восемь, черепах клювоголовых четыре, что очень хреново.

Но самое главное, все эти группы двигались примерно с одной скоростью и весьма компактно. Быстрые если и опережали медленных, то совсем чуть-чуть. Так животные не делают. Явное вмешательство Системы. И судя по динамике, все четыре группы начнут нас мочить приблизительно в одинаковое время. Массированный штурм со всех сторон, однако!

Очень надеюсь, что Система имеет хоть какую-то совесть и в момент столкновения отпустит "вожжи", дав юнитам проявить своё естественное поведение. И тогда этот зверинец, по определению, будет гораздо менее эффективен, чем если бы управлялся из единого, "умного" центра. Если нет, то это будет исключительным свинством с её стороны. Запредельным читерством, мать её…

До тримарана каждой группе оставалось уже меньше километра. По времени не больше пятнадцати минут, при нынешней скорости. Так что, я шустро пошёл на второй круг! Всё что смог - высмотрел. Ситуация не айс, да, но не всё так безнадёжно, как кажется на первый взгляд. Пора разбрасывать камни! Камни не простые, а золотые! Не по материалу, нет, по сути своей. Бомбы магические! Их есть у меня! Ребята сделали шикарный подгон при расставании, наклепали их, снарядив своими умениями, целый волшебный сундук самого большого объёма. Но там не только гранаты есть, там и боевая алхимия Мими имеется, и мои скромные разработки имеются. А ещё немного шаманских амулетов от Юччира. Колдунство в них медленное. но зато сильное и злобное. И кое-что, из этого богатства я с собою прихватил сразу. Может, крупняк я бомбардировкой и не убью, но мелочь прорежу уж точно!

- Получи фашист гранату! - проорал я, снижаясь в пологом пике и роняя сразу несколько смертельных подарков в зловещие силуэты, стремящиеся к моей «Принцессе», - Счас вам дядюшка Мо покажет, где раки зимуют!

Глава 2

Два налёта я успел совершить до того момента, когда пришлось вступить в лобовое столкновение. Последнюю бомбардировку произвёл буквально под самым тримараном! Все четыре группы нападающих взбодрил настолько, насколько смог.

В ход пошло всё, что было. Очень хорошо себя показали в водной среде, воздушные гранаты объёмного взрыва. Однако, не хуже работали шрапнельные, и, конечно электрические гранаты.

Вздымающиеся фонтаны воды, пронизанные сетью электроразрядов, основательно проредили мелочёвку. Оглушенные, дергающиеся в электрическом треморе тушки кальмаров, пираний и змеерыб, выкинутых на поверхность в большом количестве, очень радовали глаз. Тем более, что среди этого "винегрета" отсвечивали желто-грязным брюхом нередкие летающие рыбы-пиканосы. А ведь кто-то не всплыл, а, наоборот, ко дну пошел.

Тараны-дунклиостеи и черепахи, как я предполагал, если и пострадали, то на глаз, совсем незаметно. Всё так же уверенно и упёрто плыли в сторону моей Принцессы.

Зато медузам досталось по полной. Банальные гидроудары для их тонкой телесной организации были исключительно гибельны. Раздавило, порвало и разметало до состояния не читаемых фрагментов. Похоже, я если и не помножил их всех по ноль, то как боевую силу нивелировал напрочь.

Крокорыб проредил, но не настолько удачно, как туже мелочь. Десятка три из всех четырех групп всплыли кверху пузом, слабо подёргиваясь в мелкой волне. Думаю, часть из них попозже оклемается.

Но самое главное, во втором заходе я не жалеючи накидал свето-шумовые гранаты. Может, фатального прямого урона от них было не так много, но я преследовал иную цель: разбить, ошеломить, дезориентировать, раздёргать слаженную атаку всех и сразу.

Не знаю, толи бомбардировка помогла, то ли Система отпустила "поводок", а скорее всё сразу, но мне это удалось!

Некоторые юниты, из быстрых, ускорились. Крупняк - замедлился. Кое-кто совсем остановился, ошеломлённый, а некоторые вообще поплыли не в ту сторону! Конечно, рано или поздно эффект спадёт, и они присоединятся ко всеобщему веселью, но мне в данной ситуации и это уже хорошо!

- Головастик - кидай!

Я приземлился на палубу, даже не сбившись на полшага - практика, однако. И тут же поддержал своего пета, зашвыривая с руки алхимические колбочки-бомбочки с ядовитыми жижками, что негромко взрываясь, моментально вступали в бурную реакцию с морской водой, расплываясь объёмными, грязными, разноцветными пятнами. Попадать в эти облака всем, кто хоть как-то "дышит водой" очень не советую. Больно злобные яды там присутствовали, на любой вкус, как говорится. Сама Мими, с моей скромной помощью и по моим хотелкам, варила этот адский "супчик"!

Я, выхватывая из волшебных кошелей колбочки, как можно быстрее обрабатывал акваторию вокруг «Принцессы», но куда мне до Головастика. Тот бомбил с нескольких щупалец сразу во все стороны. Красава! Раз Система устроила нам отключение водомётов и наслала полный штиль, дабы не сбежали, то мы тоже не пальцем деланные, перевернём ситуацию с ног на голову. Пускай юниты вдохнут концентрированной гадости возле тримарана. Повоюют, когда в зобу дыханье спёрло!

А вообще, я планировал оттянуть противостояние на борту "Принцессы Мими" как можно дольше. В идеале - вообще вывести её из-под удара. В общем-то, охота идёт прежде всего на Головастика, ну и на меня отчасти. Поэтому…

- Всё! - крикнул я пету, - Дальше действуем, как договаривались!

Головастик разбежался и длинным пологим прыжком ушел под воду по направлению к одной из групп юнитов. Я тоже поспешил к аквабайку, но немного не успел! Первый летающий пиканос, выстрелив из мутной воды, пролетел мимо, лишь слегка задев меня одним из плавников, а вот второй долбанул прямо в грудь! Конечно, я не пострадал, универсальная магическая защита пыхнула шестигранным узором и отразила удар. Но на жопу меня посадило! Мгновенно появившаяся в руках рапира отрубила голову ошалело пучивший глаза рыбе, что валялась недалеко от меня.

И тут же из воды вылетела ещё одна "пика"! А потом ещё, ещё и ещё… Со всех сторон, трепеща плавниками, над палубой стали пролетать другие пиканосы! Подошла основная стая. Хоть "стреляли" они не прицельно, но от этого менее опасно не становилось. Кто-то из них шмякался об палубу, и, ловко загребая плавниками, отталкиваясь хвостом сползал в воду, чтобы зайти на новую атаку. Кто-то полностью перелетал её, плюхаясь за борт. Некоторые попадали в такелаж и надстройки, звонко тукаясь носами и оставляя глубокие царапины и сечки. Один пиканос пролетел над самой моей головой и врезался в мачту. Но она не я, с ног не собьёшь! Да ещё укреплённая Муром. От столкновения "жало" у рыбы отломилось под корень, да ещё всю башку разворотило!

Но радовался я приятному зрелищу уже на бегу. Точнее шустро передвигаясь на четвереньках. Несколько секунд, и я уже в седле. Кнопка подачи энергии, и, чуть ли не вставая на дыбы, я уже мчусь от катамарана по большому кругу. Пусть-ка теперь погоняются за мной.

Какой же ты молодец, господин Мо! - мелькнуло у меня в голове, - Ведь думал, что может ну её, эту параллельную систему управления аквабайком. Я сам себе батарейка хоть куда. Для такого аппарата - чуть ли не с бесконечным запасом энергии. Зачем ещё какие-то дополнительные провода, аккумуляторы и остальные "шестерёнки". Но словно кто под локоток подтолкнул - делай! А оно вишь как пригодилось! Оказывается, когда Система гневается, то может сыграть краплёными картами… Очередной урок мне. Паранойя моя, респект тебе и уважуха! Магия - это хорошо, а маготехнологии - наше всё!

- Держитесь, б**ди! - восторженно заорал я, перескакивая через вспухший бугор воды, сквозь который просвечивало что-то громоздкое, и закидывая за спину плазменную гранату. Настроение отчего-то вдруг скакнуло вверх, - Сейчас мы с головастым напихаем вам солдатских гостинцев!

Головастик мчался в водной толще, раскручивая спираль от их плавучего дома, и постоянно разбрасывая алхимическую отраву, стараясь "замутить" как можно большую акваторию. Объёмный внутренний пространственный карман, который увеличивался с каждым подросшим уровнем, был полностью забит магическими гранатами и колбочками с ядом. Обычно он хранил там всякие разности, не столь ценные, сколь интересные и красивые, ну и оружие, естественно, но сегодня всё это было выложено недрогнувшим щупальцем в сундук. И только личная бронзулетка, да острые кинжалы остались при нём. Если ему суждено сегодня умереть, только они уйдут вместе с ним в вечное ничто…

В какой-то момент он разглядел юркие тела, догоняющие его сзади, с боков и снизу. Пираньи, электрические кальмары, пиканосы и даже крокорыбы, самый давний и последовательный враг Туанн"на. Крокорыбы, как их звал хозяин, так, конечно же, не назывались. Но произнести имя врага на языке Туанн"на у Хозяина вряд ли когда-нибудь получится. Они были опасны для их расы не только тем, что имели высокую сопротивляемость когтям и зубам Туанн"на, но и сами наносили намного более сильные раны телу Головастика. Крокорыбы были "сделаны" специально, чтобы испытывать их расу на Право на Жизнь. Откуда он это знает? Родовая память.

- Собери паровоз! - наставлял Хозяин перед боем. И в мозгу Головастика быстро мелькали яркие объёмные картинки, наполненные образами и смыслами.

Странная дымящаяся телега с большими колёсами, тянущая за собой целую цепь похожих телег… Быстро бегущий человек, за которым гонится целая толпа людей, но каких-то дёргающихся, оборванных, израненных… Целая растянутая "змея" таких… Многое в этих картинках было внове, но, тем не менее, интуитивно понятно.

- Таскай их через отравленную воду. Пусть пробздятся, как следует. Таскай пока сможешь! А потом…

Головастик собрал за собой хороший "паровоз". Пять раз он выходил на чистую воду, собирал и утягивал увязавшихся за собой противников в ядовитую муть. Несколько раз обращался в боевую форму ската. Прыгая по поверхности "блинчиком", уходил от наседающей и очень быстрой мелочи. Таскал и таскал за собой всех, кого мог, пользуясь своей скоростью, ловкостью и хитростью. Ведь именно он и является основной "добычей" юнитов Системы.

И такая тактика начала приносить свои плоды. Уже давно его не преследовали пираньи и кальмары, все загнулись от яда. Ну, может если только несколько экземпляров осталось. Видимо, у отдельных юнитов имеются магические примочки от системы.

Летающие пиканосы тоже довольно сильно поредели, надышавшись отравой. Часть совсем померла, ещё больше их замедлились, потеряв скорость и оказавшись далеко сзади. Те же, кто всё же смог нагнать Головастика ещё в первые минуты погони, только бессильно потыкались в его прочную шкуру. А вот в обратную получили по полной. Головастик, не снижая скорости, взрезал и протыкал их кинжалами. Можно считать, этих юнитов как бы уже нет.

А вот крокорыбы держались за головастиком плотной и всё ещё многочисленной толпой. Им тоже было нехорошо, движения стали дёрганными, жаберные щели испускали кровавые облачка при каждом вдохе-выдохе, но они стойко продолжали гнаться за своей жертвой. Ну, кто тут жертва, это ещё посмотрим.

- Главная твоя задача, - наставлял Хозяин, - перебить всю мелочь. И обязательно крокорыб, как можно быстрее. Если что, отступай на «Принцессу». Но постарайся водить хоровод по границе отравленной зоны. Мими обещала, что её жижка будет висеть мутным облаком довольно долго. Поэтому на самых крупных внимания не обращай. По идее, они сами за тобой будут гонятся и на катамаран не полезут. «Принцесса» - наш последний оплот. И если серьёзно ранят, погрызут или ещё что, немедленно отступай на палубу. Старайся быть в радиусе ментальной связи, но это уж как получится…

Головастик иногда видел, чаще просто чувствовал, как Хозяин носится вокруг корабля неровными хаотичными кругами, прыгая на волнах и подкидывая врывающиеся подарки. За ним тоже активно гонялись, и как ни удивительно, всё больше самые крупные юниты. И не сказать, чтобы в скорости проигрывали очень сильно. Магия, чтоб её. Как говорит Хозяин!

Головастик несколько раз пересекался с гигантами, но ловко уворачивался и уходил в сторону. Один раз даже очень удачно прошел над панцирем черепахи, обросшим хищными актиниями. Отдельные плети, длинные и липкие, успели даже хлестнуть его, но оторвались от рывка, не причинив вообще никакого вреда. А вот некоторым преследователям так не повезло. Были схвачены, парализованы и притянуты к жадным зубастым глоткам… Похоже, разноцветные, красивые и смертельные симбиоты своим тут никого не считают.

Хорошо, что ещё никто из юнитов не выкинул какого иного, опасного магического фокуса, - продолжая дразнить своей тушкой врагов, подумал Головастик, - Если так и дальше пойдёт, то будет всё, как любит Хозяин - без преодолевания, зубовного скрежета и… Накаркал!

Стремительно выскочившая из мути туша панцирной рыбы для Головастика сюрпризом не стала. Уж в свои четыре глаза, даже при такой видимости, просмотреть гиганта, это надо постараться. Тем более Головастик отлично улавливал колебания воды и сигнатуру электропотенциала испускаемую телом охотника. Или жертвы… это как посмотреть. А с его ловкостью и скоростью уклонится от раззявленной пасти совсем просто!

Костяные гильотины бессильно клацнули далеко от кончиков его щупалец. Если бы Головастик мог, он бы ехидно захихикал, но такое ему пока не удалось изобразить, хотя издавать различные звуки, чтобы освоить речь, он тренировался регулярно.

Когда его глаз, контролирующий заднюю четверть сферы, увидел, как безнадёжно отстающий гигант, которого со всех сторон обгоняли крокорыбы, опять широко разинул и хлопнул пастью, он даже не понял, что произошло дальше.

Словно какая-то дрожь догнала его и прошла насквозь. Она, пронизавшая его нутро, сжала и тут же расслабила каждую клеточку его тела. В глазах, во всех четырёх сразу, чего с ним никогда не бывало раньше, помутнело! Головастик закувыркался бессильной тушкой, катастрофически теряя скорость. Мгновение, другое, а он всё ещё не может овладеть своими щупальцами, глазами и всем остальным. А преследователи уже рядом, вот они, с разинутыми зубастыми пастями, готовы вцепиться в Головастика всем скопом. Но хуже того, медленный ещё несколько секунд назад гигант, резко ускорился и широко открыв пасть, вознамерился заглотить Головастика целиком. И даже с несколькими крокорыбами, что оказались более шустрыми и практически сомкнули челюсти на его щупальцах…

- Самые главные козыри, - внушал Хозяин, - постарайся применить, когда другого выхода не будет. Система ничего тебе не урезала, что хорошо. Но она уже выкинула фортель, и я ей не доверяю. Что если она сочтёт твою "нематериальную форму" слишком крутой имбоплюшкой? Так что, придержи её как можно дольше. Но и не экономь, если что. Не дожидайся непонятного. Ну, а если прокатит раз, другой, то используй на полную…

Наверное, если они могут, конечно, преследователи успели удивиться, когда их челюсти вместо плоти схватили тёмную дымку, что подвижным облачком разлетелась во все стороны. А может не успели… Ведь на том же месте остались несколько крупных камей. Пару таких, со всего маху, поспешая сомкнуть пасть на Головастике, заглотнул дунклиостей, попутно перерубив своими страшными пластинами одну из крокорыб. И в туже секунду камни взорвались!

Огромный пузырь клокочущей воды, пронизанный электрическими разрядами, смял, перекрутил, оглушил всех, кто попал под его удар. Всех, кроме панцирного гиганта. Казалось, ему вовсе не причинило вреда, а лишь дезориентировало. Может, так оно и было, потому что на миг над телом дунклиостея образовалась тонкая дрожащая плёнка, почти не видимая глазу. Но только не глазу Головастика.

Защитное поле, - мгновенно пронеслось у него в голове, - Магия! Но попереживать по этому поводу он не успел. Глотать магические гранаты дунклиостею всё же не следовало. Его голова вспучилась, из пасти и глазных отверстий плеснуло мутным пламенем, и она разлетелась рваными ошмётками!

- Однако! - в восхищение замер Головастик, провожая глазом медленно опускающуюся в глубину, дымящую кровью тушу гиганта, - Однако, вот оно как…

Материализовавшись на спине одной из крокорыб, он обхватил её несколькими щупальцами, а ещё четырьмя, вооруженными кинжалами, нанес точные и резкие удары. Два по глазам, два под жабры! Раз, другой, третий… Древнего врага плохо пробивают его родные когти? Зато отлично справляются бронзовые кинжалы! Перепрыгивая в нематериальной форме к следующему противнику, Головастик лишь мимолетом и с большим удовлетворением отметил, как предыдущий плавно пошёл ко дну неподвижной тушкой.

Головастик, дерзко и практически безнаказанно передвигаясь в нематериальной форме от одной жертвы к другой, уничтожал их точными ударами в мозг, через глазное отверстие, вспарывал живот и полосовал нежные жабры. Добыча вдруг превратилась в безжалостного охотника. А когда он увидел ещё одну панцирную рыбу, в её раскрытую пасть он прыгнул сам…

Не знаю, сколько времени прошло, во время боя время всегда течёт иначе, но мне казалось, что я кручусь вокруг «Принцессы» уже целую вечность. И пусть её! План-то работает, на тримаран пока ещё так никто и не покусился.

Закладывая виражи и петли, скача по волнам, которые сам же создаю, не забывая подкидывать бомбочки в массивные силуэты, догоняющие меня снизу, я заметил, что мелочи становится всё меньше и меньше. А покачивающихся кверху брюхом мёртвых тел - всё больше и больше. Если рифовых пираний, электорокальмаров и медуз я не видел изначально, то пиканосы ещё какое-то время гонялись за мной, норовя проткнуть костяным жалом или резануть острым плавником. Я даже получил несколько скользящих попаданий, одно из которых чуть не выбросило меня из седла. А это было бы совсем некстати.

Но летающие "дротики" быстро кончились. Вслед за ними перестали мелькать гребенчатые тела крокорыб. Они всё равно за мной не успевали, но, выпрыгивая из воды и клацая вдогонку челюстями, изрядно взбадривали.

А больше всего, отчего-то, за мной гонялись гиганты. Причём быстро! Не быстрей меня, конечно, но много шустрее, чем должны бы. Система, мать её, ворожит…

Дунклиостеи норовили поддать снизу, используя костяной "утюг" на своей морде, как таран. Часто хлопали челюстями-гильотинами мне вослед, и тогда моя защита, на секунды, покрывалась шестигранными узорами. Значит, отражала какую-то магию. Я кидал в них гранаты и палил из пистоля. Ни то ни другое, похоже, не наносило никакого ущерба.

Черепахи, в какой-то момент, вообще вынырнули и гнались за мной по поверхности, чуть ли не глиссируя на своих панцирях, мощно работая огромными ластами. Ну так физика - она такая физика. Оно и без магии: чем меньше сопротивление воды телу, тем тело движется быстрее…

Черепахи, я заметил, вообще, были посообразительней тех же панцирных рыб. Те кидались разрозненно, каждая по-своему, иногда даже мешая друг другу. Маленькие, относительно тела, глазки на огромной морде,часто теряли меня из виду. И за счёт моих выкрутасов, и за счёт алхимической мути, продолжавшей висеть стойким огромным облаком вокруг тримарана.

А вот тортиллы, задрав пятиметровые шеи, очень зорко отслеживали все мои перемещения. "Паровозом" за мной не тянулись, старались распределится так, чтобы прищемить меня коробочкой. Пытались подловить и тюкнуть своей головой! Причём, подвижная, гибкая пятиметровая шея отлично работала в любую сторону! И только мои большая скорость и вертлявость позволяли избегать опасных ударов.

По ним я тоже стрелял и кидал в них гранаты. То, что взрывалось рядом, не имело никакого эффекта. Забросы на панцирь только прореживали актиний. Коническая дробь лишь вырывала чешую с шеи, обнажая розовую шкуру. И то не всегда. А от головоклюва вообще рикошетили с искрами и визгом, даже не царапая его.

Не знаю, сколько бы я ещё крутился, но при очередном выстреле из пистоля я очень удачно попал одной из черепах по шее близко к голове, туда, где она имела самый малый диаметр, не более полуметра, и самую мелкую чешую.

Дробь не только сорвала чешую, но и с фонтаном кровавых брызг вырвала кусок плоти. Голова черепахи безвольно мотнулась и шлепнула о воду! И тут уж я не растерялся! Ловко заложив вираж, подскочил к оглушенной черепахе, что пыталась приподнять шею, и разрядил второй пистоль, углубив рану ещё сильнее. Черепаха дёрнулась всей шеей. Голова-топороклюв "раскололась" пополам, и изо открывшийся щели пасти вырвался змеиный шип, перемежающийся индюшиным клокотанием. Звуки препротивные!

Маленький глазик, как она вообще таким что-то видит, злобно вращался в костяной впадине, вылупившись на меня. Из раны толчками выплескивалась тёмная, почти чёрная кровь. И при всём этом, черепаха явно не собиралась помирать. А ещё более удивительно, что черепаха хоть и замерла, но тонуть, явно не собиралась. Не знаю, отчего меня переклинило, но я наехал аквабайком ей на голову и, выхватив глефу, размахнувшись по-богатырски, с двух рук, саданул по шее. Силушки у меня сейчас ого-го, и острооточенное лезвие смачно врубилось в мясо, прорубив до самого позвоночника. Но мне этого показалось мало и, включив помощник "твердая рука", я ещё раз ударил в тоже место. Вот теперь лепо! Голова повисла на нескольких волокнах мышц, да на клоке кожи. Считай, отрубил полностью. Тело черепахи задёргалось, вспенило воду ластами, шея, с мотающейся головой вздёрнулась вверх, но это всего лишь агония!

Я быстро оглянулся и, увидев, как ко мне мчатся её товарки, резко дал по газам, уходя в отрыв! Тут-то меня и подловили!

Всего лишь одна, совсем небольшая пауза в движении, добивал я черепаху на самом деле очень быстро, сыграла свою роковую роль. Дунклиостей умудрился врезать мне тараном снизу. Я только и успел увидеть стремительно приближающийся силуэт сквозь толщу воды, а больше ничего сделать не смог. Ни ускориться, ни вильнуть, ни крылышки расправить. Мощнейший удар подкинул меня в неконтролируемое кувыркание в россыпи брызг и фрагментов обломков аквабайка. Единственное, что я успел - включить магическое умение "дальний прыжок". Не целенаправленно, а по принципу - куда вывезет, надеясь на удачу! И не прогадал, отнесло меня в сторону метров на двадцать и по довольно пологой траектории. Оттого, если панцирный рыб и надеялся подловить меня при падении, то обломался, и явно потерял из виду!

Уходя в мутную толщу воды шустрой рыбкой, я четко осознал, что ситуация аховая. Как-то я так планировал, что при крайней нужде отступлю как раз по воздуху, и такой вот сценарий что-то проулыбал. Косяк, однако!

Я переключил костюм на невидимость. Увы, в воде, если начнёшь активно двигаться, он заметно обрисовывает силуэт на границе двух сред. Но и не двигаться в такой ситуации не вариант. Теперь только и осталось: либо опустится вниз и ползти по чуть-чуть, используя неровности дна, либо грести изо всех сил к катамарану, молясь всем богам, чтобы меня не обнаружили раньше!

И всё же рискнул по второму варианту. В мутной воде шансы добраться не так уж малы, наверное…

Не успел сделать и пару мощных гребков как меня плотно обвили кольца толстых щупалец. Я, как истинный богатырь, ещё только собрался обосраться, но тут в голове радостно пробулькало…

- Хозяин!

- Головастик! Мать… как я рад, ты бы знал!

- Хозяин, Головастик рядом! Головастик защитит!

- Давай, родной, газуй к Принцессе…

Каких-то жалких, для моего пета, сотня метров, которые я бы телепался хрен знает сколько, и вообще не факт, что доплыл бы, мы пролетели махом. Головастик лихо выскочил на палубу, освобождая меня от "оков".

- Хоть одного панцирного убил? - кинул я ментально ему, одновременно разглядывая диспозицию.

- Шесть!

- Как?

И тут же получил катринку-посыл. Головастик подставляется под пасть дунклиостея, чуть ли не ныряя в неё, а потом растворяется нематериальной формой. Сам в сторону, а гиганту голову разносит взрыв. И ещё дополнение: панцирник защищён каким-то магическим полем. Вот почему их не берут ни гранаты, ни дробь. А я было грешил на их особую бронебойность.

- Красава, головастый! - похвалил я его, скоренько проверяя пулемёт, - Постарайся подорвать оставшихся, и давай сюда! Похоже, - наблюдая как черепахи дружно нырнули под воду, - эти нехорошие тортиллы собрались штурмовать катамаран.

- Головастик сделает!

И свечкой ушел в глубину.

Когда топороклювая голова черепахи высунулась из воды метрах в десяти от борта, я уже был готов. Дудук, техномагический пулемёт, это не ДШКа, конечно, тем более не моя «Немезида», но и не пистоль. Его дробь хороша на короткой дистанции, да и перезаряжать не всегда успеваешь, а вот этот "малыш", что упёрся в палубу раскоряченной треногой, сейчас будет в самый раз.

Строчка каменных шариков, отлично видимая в полёте, ударила прямо в шею и… стала разлетаться мелкими осколками и пылью. В местах попадания вспыхивали едва видимые, призрачные зеленоватые разводы. Чёрт меня дери - магическая защита. У той, которую я убил, такого не было!

Но паниковать я не стал. Пусть я не пробивал это защитное поле, но кинетика никуда не делась! Шея содрогалась от постоянных мощных ударов, голова моталась из стороны в сторону, черепаха шипела и клюкотала возмущённо и истерично, и уже не стремилась ко мне на всех парах, а еле-еле подгребала.

Несколько шариков всё же пролетели мимо шеи и воткнулись в панцирь, прошивая и разрывая актиний в клочья. Похоже, магия прикрывала у черепахи только шею, самое уязвимое место, так сказать, а панцирь и так сам себе защита.

- Врёшь! У всего есть предел, - прорычал я сквозь зубы, давя на гашетку и направляя не дрогнувшей рукой ливень шариков, - У всего есть предел…

И всё же она дотянула до борта! И даже уцепилась за него своими острыми когтями, пытаясь затянуть огромное тело на палубу! Может, она и клюнула бы меня, расстояние меж нами осталось не больше пяти метров, но постоянные удары просто не давали голове определится в пространстве. Мотало, откидывало, трясло… А потом поле мигнуло раз, другой, третий… И очередные попадания, измочалив шею, в брызгах крови и ошмётках плоти отстрелили голову напрочь!

Шея, сложившись загогулиной, опала на спину панциря, сам панцирь просел в воду, и только острые когти ласт не дали ему утонуть. Они впились в борта, сдирая стружку, и никак не хотели ослабить хватку, не понимая, что уже всё, смерть пришла…

- Вали! Нахер! От! Моей! Принцессы!

С каждым словом я рубил один из когтей своей рапирой, отсекая его с первого раза. Без защитного поля они отлетали от ласты без проблем. Шесть ударов, и черепаха скользнула в воду, разгружая борт.

Я быстро подскочил к пулемёту. В коробе, на первый взгляд, осталось с полсотни шариков от двухсот. Мало! Перезарядить короб - дело пары десятков секунд, и я уж было хотел этим заняться, предварительно бросив взгляд вокруг и не увидев голов оставшихся черепах, как корабль основательно качнуло! Крен прямо за спиной! Резко повернув пулемёт на станине, я тут же открыл огонь! Хитрая тварь вынырнула возле самого борта с противоположной стороны и немедленно полезла на палубу…

Головастик очень быстро обнаружил одного из двух оставшихся дунклиостеев. Природный эхолот, в дополнение к его другим органам чувств, позволяли ему делать такие вещи легко и непринуждённо. Панцирный гигант крутился в мутной воде недалеко от корабля, но было видно, что ему не совсем хорошо. Движения его были все ещё довольно бодрые, но слишком уж дёрганные, плюс некая потеря в пространстве, найти «Принцессу» он явно не мог.

Головастик почти собрался повторить тот же фокус, каким от подорвал остальных рыб, но тут его эхолот уловил приближение одной из черепах. Лишь на секунду он притормозил своё стремительное скольжение в толще воды, а потом рванул с новой силой. В голове родился план. Нет, не так - ПЛАН! Дунклиостеи были большими, опасными и изрядно туповатыми созданиями. Союзников для них тут не было. Пару раз, стремясь схватить пастью Головастика, они просто перекусывали замешкавшихся или попавших под магию замедления крокорыб пополам, а то и вовсе заглатывали полностью.

Мелькнув буквально перед самым носом панцирной рыбы, Головастик всецело завладел ее вниманием и, держа дистанцию в несколько метров, устремился к черепахе. Чтобы не попасть под замедление, он применил "мигалку", как это он сам назвал, и которую сам же изобрёл во время этого испытания. Меньше, чем на полсекунды Головастик терял материальную форму и тут же снова обретал тело. И так цикл за циклом, непрерывной чередой. Мигал! Если и настигала его, в таком состоянии, магическая атака дунклиостея, то никакого ущерба не наносила. Нематериальная форма моментально сбрасывала все негативные последствия.

Когда на шее черепахи вдруг повис тот, кого она должна была убить, то… неизвестно о чём она успела подумать. Потому что через секунду мощнейшие челюсти дунклиостея сомкнулись в этом самом месте, мгновенно перерубая её пополам. Успел ли порадоваться панцирный рыб, что настиг свою жертву? Кто знает? Ибо в следующее мгновение его голова взбухла и разлетелась рваными кусками в скворчащем и пузырящемся облаке пара. Головастика, естественно, уже там не было даже близко. Материализовавшись в стороне, он с глубоким удовлетворением провожал взглядом двух подергивающихся в последних судорогах гигантов, медленно и неизбежно опускавшихся вниз, к не очень далёкому дну.

Пятна, точки и полосы пастельных тонов прошли по телу Головастика. Гамма удовлетворения и самодовольства. Да, Головастик был доволен…

И тут, словно вспышка - эмоции Хозяина: напряжение, решительность, злость… Хозяин явно попал в затруднительное положение! Но ни паники, ни растерянности. Значит, надо найти последнего панцирника, так сказал Хозяин, и его верный боевой питомец, друг и почти сын, помчался выполнять распоряжение!

Я не думал, молотя в черепаху, хватит ли мне "патронов", не думал сбежать или ещё чего, я просто хотел убить эту тварь, что своими когтями полосовала борта моей прелести. Если первая только исцарапала борт, то эта уже вырвала несколько кусков и продолжала карабкаться дальше. Злость! Злость! Ярость! Холодная и ослепляющая! Я был готов задушить гадскую тортиллу собственными руками.

Увы, этот экземпляр оказался тоже прикрыт защитной магией. Но хуже того, черепаха оказалась какой-то нестандартной. Вместо того, чтобы размахивать шеей как кистенём, она вдруг резко сложила её внутрь себя и выстрелила! Вот такого я, честно, не ожидал! Башка-топороклюв снесла и меня, и пулемёт в одно мгновение. Если последний улетел в воду, то я ударился о борт и отрикошетил обратно! Моя зашита ярко мигнула и основательно поблекла, сам же я пострадал только от болтанки, но не сказать, что поимел сильное удовольствие. Ну, и шмякнулся я прямо под носом у черепахи!

Как я вывернулся от следующего удара, сам не пойму! Сумел, однако. Может, сильно ловкий, и жить охота. А скорее всего, черепаха слишком широко размахнулась головой, стараясь прикончить меня одним мощным ударом. Клюнула бы покороче, глядишь бы и попала. Но я извернулся, а она промахнулась! И со всей дури врубилась в палубу. Мур - красавец, его талант крепителя неоспорим, но даже многослойный настил, обработанный им, не выдержал такого удара! Голова черепахи почти полностью прошла в дыру, которую сама же и пробила, и… Застряла там! Застряла, мать её заногу!

Она судорожно дёргала шеей, скребла ластами, трясла панцирем, злобно клекотала и шипела, тримаран вздрагивал, но голова так и оставалась в плену палубы!

- Пи***ц тебе, мразь такая! - завопил я, подскакивая, и влупил с обоих стволов прямо под основание шеи. Защита мигнула и… ничего! Пока я ловко перезаряжался, в меня прилетел целый рой шипов, с десяток которых отразила моя слабеющая защита, а остальные обильно истыкали палубу и борта.

- Ах вот ты как можешь! - я сразу же сообразил откуда подарки. Актинии, мать их, цветы моря, чтоб им! Похоже, какой-то из видов, что таскала на себе черепаха, имели такие вот особые умения, - На-ка…

Я ловко закинул на панцирь огненную гранату, а следом ещё одну. Два почти одновременных взрыва разметали шевелящийся ковёр хищных симбиотов во все стороны, обуглили панцирь, даже, местами, что-то подожгли на нём! Но черепахе, как таковой, никакого вреда не нанесли. А вот голова, по чуть, по сантиметру, начала выбираться из пролома. Вот уже и глаза над палубой показались. И это было прям очень плохо!

Что меня торкнуло, трудно сказать, но в следующий момент я подскочил к ней и использовал своё коронноё, прокачанное как ничто другое, убойное магическое умение… молекулярное соединение!

Уж не знаю, как там оно взаимодействовало с защитным полем черепахи, из чего состоял её топороклюв, но припаялся он к палубе отлично. Просто намертво! Она только и могла, что издавать противные звуки, да дергать шеей. Ну, ещё царапать палубу когтями, да слегка ерзать панцирем. Но это мы сейчас быстро поправим! Не спеша пройдясь, я отсёк когти на ластах, и тортилле вовсе стало печально. Головой не двинешь, передние ласты только скользят в липких лужах собственной крови, а задние бессильно взбаламучивают воду, не доставая до борта! Шах! Как говорится…

- А сейчас, - я предвкушающе потёр руки, глядя в злобный глазик черепахи, что прятался в глубокой впадине черепа, - будем делать тебе - мат! Есть у меня в загашнике штука одна. Шайтан-труба называется. Тебе понравится!

И тут на палубу выскочил Головастик. Приятно было посмотреть, как три его внимательных глаза в удивлении выпучились на черепаху.

- Хозяин, - в его булькающем голосе сквозило неприкрытое восхищение, - ты поймал черепаху живой!

- Ну дак, - скромно улыбнулся я, - долго ли умеючи! У тебя как?

- Вот, - он указал щупальцем за борт, - Последний.

Я пригляделся и среди мелких волн мутной, разноцветной пены и разнообразных тушек юнитов увидел большого грязно-серого дунклиостея, медленно шевелящего плавниками и содрогающегося всем телом.

- И что это с ним?

- Совсем отравился, - ментально хмыкнул Головастик, - Помирает. Больше не опасен. Принцесса Мими очень хороший маг-алхимик, знатные зелья сварила.

- А что не добил?

- Зачем, так помрёт. Головастик спешил на помощь Хозяину.

- Чтож, это правильно, - улыбнулся я, - Осталось только прикинуть, как будем пользовать черепаху? Живьём на цепь посадим, на ингредиенты разберём, так сожрём, или предварительно зажарим, хе-ех… И тут нас тряхнуло!

На носу, меж центрального и правого поплавка, из воды взметнулись две огромные клешни. Взметнулись и, рухнув вниз, впились в палубу, оставляя глубокие борозды в настиле, и стали втаскивать на корабль тело их хозяина. Здоровенного краба! Красного, словно его уже сварили! Бугрящегося наростами и шишками по всему панцирю, многоногого, явно имевшего ног гораздо больше, чем восемь штук, и с целым рядом утопленных в хитин чёрных глазок по всему панцирю. Получается, эта тварь смотрит сразу во все стороны...

Панцирь диаметром метров пять, не меньше, но довольно низкий. А вот ноги длинные. О трёх суставах, каждый метра под два, и гнулись они совсем не по-крабьи. Вращались, словно в шарнирах, под любым углом. И на концах не крючки какие или слаборазвитые клешенки, а полноценные "ножницы". Они и выглядели, как настоящие ножницы - длинные, ровные, гладкие, заходящие друг за друга, с острыми концами. А вот основные клешни были классические, но очень большие. Здоровые, словно щиты, сегменты. Мощные хваталки, толщиной с меня и длиной в пару метров, покрыты тупыми наростами. Ну так ими не резать, ими дробить.

Краб медленно заползал на палубу, цепляясь за снасти и лебёдки, и просто вонзая клешни в настил. Моя бедная Принцесса Мими качалась, скрипела и вздрагивала, и каждая царапина, каждая оборванная верёвка или отломленная часть декора - словно в сердце острый нож!

- Гадина такая…

Я, спрятавшись за мачту, быстро меняя аккумулятор в своём костюме, перезаряжая пистоли, проверяя запас гранат, прикидывал тактику и стратегию. Знал, знал, сука, чувствовал, что без какого-нибудь, крабоида дело не обойдётся. Надеялся, что пронесёт, что не приползёт по дну какая-нибудь хрень лютая. Ан нет, так просто Система нас отпускать не намерена. И пусть краб особо злобным не выглядит, видали мы "карликов и покрупнее", но что-то мне подсказывает, эта гигантская паловая крабочка за финального босса будет. А значит и магические "фишки" неизбежны. Только вот какие?

- Хозяин? - в голосе Головастика никакой паники растерянности. Только сосредоточенность и готовность к действию. Как мне повезло с петом, однако.

- Спокойно, головастый. Сейчас посмотрим кого нам Система на закуску подкинула! - Я включил маскировку костюма и разрядил в краба оба пистоля дуплетом…

Была новость хорошая! Никакого защитного поля! И новость плохая. Пирамидальная дробь с визгом улетела в рикошет и даже мелких царапок на панцире не оставила.

- Тогда с чесночком! - вытаскивая из "арсенала" магический гранатомёт, я зарядил в него "электоро" и тут же выстрелил! Сеть змеящихся молний облили клешни и морду краба и… стекли с него, не причинив никакого вреда. Похоже, он от этого даже не почесался. Плохо!

Следующий выстрел "бронебойным" отрикошетил с визгом в сторону, только лишь слегка оцарапав широкий щиток передней клешни! Вот это уже совсем плохо!

- Головастик! Заходи сзади и прыгай на спину! - прячась за мачтой, выкрикнул я, -Попробуй лапу отломить или глаз выковырнуть!

Сам же лихорадочно соображал, что с этим крабоидом делать. Идти против него врукопашную не вариант. Кинуть связку гранат под пузо? Там всяко панцирь потоньше должен быть. Но боже мой, как же жалко Принцессу…

Я вынул несколько гранат, и стал их скоренько склеивать меж собой. Получится у головастого что-то сделать, тогда и посмотрим, а эта увесистая склеечка пускай пока в кармашке полежит.

Я успел перезарядить не только гранатомёт, но и пистоли, хотя толку от них пока никакого, и… На спине краба материализовался Головастик. Краб, естественно, засёк головастого моментально! Несколько его ног ловко изогнулись и стали стремительно шинковать тело Головастика. В первые секунды, скорее от неожиданности, Головастик пропустил несколько болезненных уколов, а одна клешня даже умудрилась отхватить часть щупальца! А потом мой пет пустил в ход уже свои "руки". Стал оплетать ноги краба, блокировать их, опутывая щупальцами, сдавливать, выкручивать и выламывать. Но размен пока шел баш на баш!

- Ты какого ху.. там застрял! - заорал я, увидев такую картину, - Вали оттуда!

- Не могу, Хозяин! Прилип!

- Развейся! Уйди в нематериальность! - продолжал я орать в голос, разряжая пистоли в морду краба, чтоб хоть чуть-чуть его отвлечь

- Не могу! - откликнулся Головастик парируя кинжалом очередные раскрытые "ножницы" краба, атакующие его.

- Что за хрень…

А в следующую секунду я понял, что лечу! Волна "силы" оторвала меня и покатила прочь от краба. Руки, ноги, голова… Рядом кувыркались различные предметы, обломки чего-то, мои пистоли, куски такелажа, вырванный из рук гранатомёт, ещё что-то… Всё полетело в разных направлениях! Правда, не долго! Едва я успел шмякнуться об стенку рубки, замерев на мгновение, как меня потащило обратно! Только и успели мелькнуть в глазах мачта да палуба, и в следующий миг я врезался в клешни краба. Точнее, он ими меня поймал! Я оказался подвешенным промеж двух огромных ножниц совсем близко к абсолютно непроницаемым, ничего не выражающим, гладким как бусины, глазам крабоида. Вот тебе и сюрприз, промелькнуло и меня в мозгу. И Головастика блокировал, и меня телекинезом притянул, сука! Хорошо ещё, что поперёк туловища ухватил, и руки оказались свободными, а то вообще кранты!

Не знаю, с какой силой давили клешни краба, думаю весьма нехило, но эта скотина ещё и пыталась меня разорвать, растягивая в стороны. Если бы не моя защита, которая вовсю расцвечивалась тревожными всполохами, тут-то мне и конец!

До меня долетали ментальные эмоции Головастика, что продолжал сражаться на спине краба. Дела у него шли, судя по всему, ещё не совсем плохо, но и не хорошо, а я не мог отвлечься даже на секунду, клешни давили и растягивали, и пора было что-то делать. И я сделал!

Дух и Воля! Раз в сутки за счёт этой имбовой способности я могу усилить любою свою магию! Что там у меня с "рукой огня" последний раз было, когда я ею пользовался? Тысяча восемьсот шестьдесят градусов? А с недавними повышениями уровня - две сто? А умножить на четыре?

Мой кулак вспыхнул словно кусочек солнца, и я с размаху воткнул его в суставное крепление меж двух клешней на лапе краба. Чёрный шмар и запах горелой органики хлынули во все стороны, на палубу стали падать раскалённые капли хитина, но прожечь, с разгона, даже при такой нереальной температуре клешню не удалось. Какой же, сука, тугой этот крабоид, оказался. И стойкий! Или тупой! Или и то, и другое! Я его жег, а он меня рвал и давил, я его плавил, старательно проталкивая кулак сквозь хитин, а он даже положения тела не поменял. Ни писка, ни скрипа не издал. Ни слезинки из глазика не выронил, показать, как ему больно. Настоящий исполнитель воли Системы. Стойкий, мать его, юнит, готовый умереть, но до конца выполнить свой долг!

И всё же я прожег дырку! А как только запредельная температура ворвалась внутрь клешни, она очень быстро стала чернеть и осыпаться дымными хлопьями. Минута, и от огромной хваталки - только жалкий обгоревший обрубок. Жаль только, что температура не пошла дальше в организм, а умение уже закончилось. Но и так получилось неплохо. Давление только от одной клешни и рвать меня в стороны перестали. Крабу, наверное, было больно, обидно или ещё чего, но внешне он этого никак не продемонстрировал. Всё также активно колол и чикал Головастика, держа его своей магией, а меня, упрямого, если не получилось раздавить, решил сожрать!

Прямо под строчкой глаз, на нижней части панциря раскрылся рот, и краб решительно стал меня туда запихивать…

Не рот! Это я неправильное слово подобрал. Пасть! Она раскрылась на четыре сегмента, словно приёмный бункер, а по краям вылезло несколько вспомогательных мандибул, чтоб, значит, добычу проталкивать поскорее. Если по размерам, то она не так чтоб очень, такого, как меня, сразу не запихнёшь, но оно и не надо. Потому что в глотке крутились настоящие роторные валы, усеянные небольшими призматическими зубцами. Такое ощущение, что это скорее какая-то механическая деталь, которую приделали к живому. Если в такие "шестерёнки" попадёт часть тела, то затянет рано или поздно и всё остальное. И краб, чтоб ему вечно встречать новый год в праздничном салате, пихал меня туда настойчиво и упорно! Я, конечно, раскорячился насколько мог, но долго упираться не получится, силы несопоставимы. Тут ещё эти мандибулы суетятся, подталкивают, стараются зацепиться острыми коготками. За защитное поле хрен-то зацепишься, и я, конечно, отломал парочку, но ситуация лучше не стала! Стоит только руке или ноге соскользнуть в роторный зев - всё! Утянет и перемелет остальное. И даже моя защита, уже прилично просевшая, не спасёт. А затем крабоид и Головастика добьёт и схарчит… И времени совсем не осталось…

- Сука! - я вытянул склейку гранат и, заранее скривившись, сунул её, вместе с рукой, прямо в пасть! Для надёжности, а то вдруг, не дай бог, отрикошетит! Зубчатые валки ухватили брусок гранат, цепанули мою защиту, выдали каскад искр и… перед глазами полыхнуло!

Глава 3

Похоже, в отключке я провалялся не очень долго. Очнулся возле мачты. И, судя по ощущениям, она-то и остановила мой полёт. Регенерация и остальные жизненные показатели "тикали" где-то в красной зоне. Но раз до сих пор жив, то сейчас точно не помру. Если же ориентироваться на ощущения, то: ушиб всего тела! Вот так я себя бы охарактеризовал. Но то ладно, вроде все кости целы, а вот левая рука… Считай что и нет её. Изорвана, обожжена по самое плёчо, ну и кисть, практически, отсутствует. Так, какие-то лохмотья… Плюс к тому, на мир я взирал хоть и победителем, но одним глазом. Я осторожно прикоснулся пальцами и ощупал липкое месиво на месте брови и глазницы. Выбило ли, цел ли - непонятно. Больно… И тут, и руке, и везде. Похоже, моя защита схлопнулась вместе с взрывом, и что-то лихо прилетело мне в рожу. И не только. Я ощупал саднящие ссадины на груди и правом боку. Судя по рваным дырам в защитном костюме, который сам по себе весьма прочный, это не краб меня из клешни выпустил, а взрывом из неё вырвало. Печально. Смогу ли починить, это хороший, как говорится, вопрос.

Куски панциря, ошмётки плоти белёсо-розового оттенка, оторванная клешня малая, надломанный и обугленный сустав, ещё какие-то фрагменты валялись повсюду. Некоторые дымились… И всё это изрядно воняло какой-то химией.

Я "прицелился" уцелевшим глазом и с большим удовлетворением разглядел опавшего на палубу краба. Там, где у него был когда-то рот, теперь зияла здоровенная, истекающая сукровицей, воняющая смрадом, вывороченная дыра. Огромная клешня так и застыла в полусжатом состоянии. И хоть глазки-бусинки так и не изменили своего бессмысленного выражения, крабоид был, однозначно, мертв.

- Мля! - я тревожно заозирался вокруг, не видя головастого, - Друг, ты где?

- Хозяин… - слабо откликнулся он откуда-то сзади.

Неловко повернувшись, я узрел забавную картину, если бы было настроение посмеяться. Головастик, обхватив шею черепахи, пытался её душить. Уверен, будь он в порядке, со своими ужасными усилениями щупалец, он бы пережал ей кислород без проблем. И даже её защита не помогла, схлопнулась бы, как миленькая. Но ныне Головастик был совсем не в тонусе. Совсем, да…

Несколько щупалец ему отстригли. Ещё пару изорвали. По телу слегка кровили десяток порезов и колотых ран. В двух местах плоть свисала рваными кусками, и, как вишенка на торте, в боку торчал обломанный кусок от ноги краба. Одного глаза не было совсем, а ещё один сильно повреждён. Одна псевдорука отсутствовала до половины… Досталось головастому по первое число. Даже поболее, чем мне.

Головастик тужился, сжимал кольца щупалец, напрягался… но выходило у него плохо. Закончилась силушка богатырская. А черепаха… черепаха даже не дергалась, лежала индифферентной тушкой и только вращающийся глазик сигнализировал, что она ещё жива. Ну, и оповещение о том, что мы всех побивахом, Система присылать не торопилась.

- Брось её, - устало попросил я своего пета, - Никуда не денется. Нам с тобой, дружок, надо срочно подлечиться. Особенно тебе. А то, не дай бог, откинешь щупальца и всё насмарку. Так что, ползи сюда, будем употреблять чудесные, но отвратительные на вкус снадобья великой Мими.

- Хозяин, Головастик идёт… - отлепляясь от шеи черепахи, тихо пробулькал он и медленно, печально пополз ко мне.

- Ну, что дружок? Не получилось у нас без преодолевания, а? Пришлось зубами поскрипеть?

Я сидел в кресле-качалке и расслабленно покачивался. Удивительно, но, пожалуй, в первый раз, когда моё изделие именно этого направления осталось цело, находясь в эпицентре событий. Когда всё началось, я именно так и сидел, релаксируя - кач-кач, туда-сюда… Правда чувствовал себя по-другому, а окружающий интерьер выглядел иначе.

Мы уже подшаманили себя эликсирами, алхимическими мазями и примочками всякими, ну, и наша собственная регенерация тикает помаленьку. Моя левая рука аккуратно обмотана мягким и тонким куском ткани, что у нас вместо бинта. Такая же накладка поверх тампона на глазу. Пара нашлёпок на теле. В особо пострадавших местах. Видок у меня, наверное, соответственный. Грязный, измазанный лечебными мазями, перемотанный, голый. Не совсем, конечно, трусы одеты, а в остальном… Ну, не обрабатывать же раны через одежду, глупо, не правда ли?

Чуть в стороне, распластавшись на палубе, отдыхает Головастик. Тоже кое-где обмотанный бинтами и обмазанный мазями, впитывает солнце. Мими, как я уже упоминал, специально разработала для него лечебную алхимию. Внутри головастого, как и во мне, плескалось некое количество сложносочинённых жижек, помогающих регенерации, уменьшающих боль, расслабляющих и бодрящих… Время от времени мой не брезгливый и совершенно неразборчивый в еде пет подбирает уцелевшим щупальцем куски краба, что посимпатичнее, и суёт в рот.

Мы отдыхали. Дел-то, конечно, вокруг было полно, но именно сейчас нам было хорошо и хотелось просто посидеть. Мы выжили, мы победили… Вот и расслаблялись, беседуя о высоком.

- Как в плохом боевике, нас почти убили, а мы нажали на кнопку в последнюю секунду, хе-хе…

- Герои должны страдать… - философски откликнулся Головастик.

- Очень правильное и глубокое замечание, друг мой.

- У краба было много магии, Хозяин. Плохой магии, как раз против моей, - слегка обиженно пробулькал Головастик, - Я сразу "прилип" к панцирю и не мог уйти в нематериальную форму.

- Думаю, Система подстраивала его способности под тебя. Слегка нечестно, да, но запомни, дружок, в мире вообще мало справедливости…

- Он был очень прочный. Очень. Головастик ломал ему ноги, жег своей магией, а они плохо горели и еле-еле ломались. Головастик сильно старался, Хозяин.

- Да, жесткого юнита нам подкинула Система, - не мог не согласится я, - Хорошо, что нам удалось растащить их атаку по времени. А ещё, запомни, дружок, ничего не бывает таким же прочным внутри, как и снаружи. Ничего. Я, по крайней мере, с таким не сталкивался. И прочный крабоид, заглотив связку гранат, только подтвердил мой тезис.

- Если бы я мог прыгнуть ему в пасть в нематериальной форме, тогда рука Хозяина осталась бы цела…- вздохнул Головастик.

- Пустое… Это всё ремонтируется. Главное - сработало! А ты и так молодец, - искренне похвалил я своего пета, - ловко сообразил, как угробить панцирников. Они бы тоже наделали беды, начни таранить «Принцессу».

- Головастик старался, - удовлетворённо побулькал он.

Я поднял взгляд и увидел её! Она шла невесомой походкой, и вся грязь, копоть, загустевшие лужи крови не смели оставить ни малейшего пятнышка на её миниатюрных голых ступнях. Свободный кусок легчайшей и, практически, прозрачной серебристой материи изображал платье на её прекрасном теле. Просвечивало гораздо больше, чем скрывало. Вот зачем такие одеяния носить, когда я в таком состоянии?… И подходила божественная всё ближе и ближе.

- Усни… - ладошка Евы нежно скользнула по заострённой макушке Головастика, и мой боевой пет опал на палубу расслабленной тушкой. Крестообразные зрачки затуманились и потухли, щупальца безвольно раскатились по палубе, тело словно подздулось… Наверное, в первый раз за всю свою недолгую, но насыщенную жизнь Головастик спал по-настоящему, как человек. На все свои четыре глаза, с полным отключением мозга.

Ева подошла ко мне вплотную, окинула меня внимательным взглядом и, ничтоже сумнящеся, взгромоздилась мне на колени!

- У тебя такой вид, - через некоторое время, за которое мы не произнесли ни слова, проронила Ева, - что вроде ты мне не рад, м?

- Что ты, божественная, ещё как рад! Согнулся бы в куртуазном вельми понеже, да боюсь, разогнутся не сумею.

- Ну, настолько напрягать себя не надо, - хмыкнула Ева.

- А я и в ладоши готов похлопать, да вот незадача, одной не хватает.

- Вижу…

Опять помолчали, тихонько покачиваясь. Легчайший ветерок шевелил её локоны, которые, в свою очередь, невесомо щекотали мою щеку. От неё пахло лавандой, очень тонко и возбуждающе. Да ещё и сидела, зараза, так, что мой нос чуть ли не нырял в ложбинку промеж её грудей. Идеальную ложбинку, замечу, совершенных грудей.

- Лицо чего такое надутое? - продолжала допытываться Ева, заглядывая мне в глаза… э, в глаз… один, - Не улыбнёшься даже?

- Спазмы мышц, вот и не улыбаюсь. Как увидел пасть у краба, весь напрягся по самое немогу, до сих пор не отпустило. А лицо не надуто, а опухло от удара об мачту.

- Больно… - она провела ладошкой по моей щеке.

И столько в этом движение было нежности, столько в голосе участия и заботы, что я сразу же поплыл. Словно хрупкая льдинка на ярком весеннем солнце во мне стали растворятся раздражение, недовольство, даже злость на Еву. Система она там, или не Система.

- Бывало и похуже, - пробурчал я досадуя, прежде всего на себя, что мой голос уже не звучит сурово и непреклонно! Уже нет в нём стойкости и брутальности, как какие-то две минуты назад!

Вот какие же мы слабаки! Тфу, аж противно! Стоило ей присесть на коленки, огладить ладошкой, спросить участливо, прижаться жарким желанным телом, овеять будоражащим живозапахом и всё… "Я старый солдат, донна Роза! И не знаю слов любви!". Начало - огонь! Настоящие слова, настоящего полковника. Брутал, как есть! А потом - классический слив! "Но когда я увидел вас, донна Роза…" Правда там дядя за деньги старался, но принцип-то никуда не делся. Как только наш нос засунут в ложбинку промеж грудей, вся наша непримиримость и недовольство быстро ослабевают. Тфу…

И да, Ева почувствовала моё изменение эмоционального состояния. И едва уловимо, но торжествующе улыбнулась. Зар-раза…

- Отпустишь её? - скорее предложила, чем спросила она, кивая на тортиллу

- Если нам зачтут прохождение квеста, - кивнул я, прихватывая по-хозяйски упругое бедро Евы здоровой рукой. Ну, а что, раз вот так вот всё повернулось.

- Зачтут. Но в ней, в живой, очень много интересных и редких ингредиентов и интеграционных материалов, - Ева с интересом уставилась на меня.

- Ты же знаешь, я не никогда не гнался за прокачкой, за ценным хабаром и дракой ради драки. Пусть себе плывёт на свободу. Во время боя я бы прибил её и глазом не моргнул, а теперь даже жалко как-то…

- И ведь не врёшь, - задумчиво прикусила губку Ева.

- Я никогда не вру тебе, свет очей моих… пардон, свет оча моего, глаза тоесть… ну ты поняла.

Ах, как же она замечательно смеётся! Как она прекрасна. Разве могу я долго злиться на свою богиню? Могу, конечно, но это требует серьёзных напряжений. А я и так сегодня напрягался - не дай бог каждому.

Ева сделала неуловимое движение, и черепаха, выдернув голову из пролома, грузно сползла за борт.

- Ловко, - восхитился я, - Хорошо быть богиней.

- Хорошо, - согласилась Ева, - но хлопотно.

"Внимание, Господин Мо! Ваш питомец Головастик прошел испытание - Право на Жизнь."

- И всё!? - через некоторую паузу восхитился я,- Это всё?

- А что же ты хочешь ещё? - задрала бровки Ева. Хоть личиком она и выражала удивление, но в глазах плясали чертенята.

- Вот эта эпическая заруба?! Преодолевание! Зубовный скрежет! Страдание героев! Штаны мокрые от горячего пота!? И - прошел испытание!?

- Штаны мокрые от по… - Ева залилась искристым смехом, откидываясь назад, еле удержал.

- Но-но-но! От пота, я сказал! Прекратите инсинуации!

- Какой же ты смешной, - опять погладила меня божественная по щеке.

- И всё-таки… - не позволил я зажевать тему.

- Право на Жизнь- это испытание для Головастика. Цена испытания - жизнь. Не больше, но и не меньше. Как считаешь, достойная награда? - поиграла бровями Ева.

- Согласен, - признался я, принимая очевидное. Жизнь, вообще-то, награда выше некуда.

- Ну, а ты, господин мой, сам вызвался поучаствовать. Не за бонусы, не за циферки, как я понимаю.

- Нет, не за них.

- И чего тогда, м?

- Справедливо, - вздохнул я.

- Во-от, - потыкала меня в грудь пальчиком Ева, - Всё остальное, - она обвела разгром и безобразие, - следствие твоего упрямства. И увеличение юнитов, и усиление их магических способностей. Почему ты иногда такой упрямый, Господин Мо? - она обхватила мою голову ладонями и повернула к своему лицу.

- Потому, дорогая Ева, которая Система, у вас образовался логический ляп! Баг, как говорят мышкодрочеры! Головастик не может умереть окончательной смертью потому, что он часть меня. Боевой питомец, Зверь Призыва, или как ещё, не важно! Умирает и возрождается! Такова механика этого мира, созданная вами же, дорогая Система, которая - Ева. Это ваши просчёты, которые надо исправлять.

- Согласна, - вдруг кивнула Ева не споря, - Это и правда системная ошибка. Думаю, такие или подобные ситуации будут возникать и дальше. Исправим, подкорректируем, приведём к логическому непротиворечию. Больше такого не повторится, обещаю.

- А в нашем случае сразу исправить нельзя было, - пробурчал я недовольно.

- Нельзя, - внимательно глядя на меня, покачала головой Ева.

- Почему?

- Потому… - и видя мою скривившуюся рожу, поспешно добавила, - Просто поверь, не в этом случае. Я обязательно расскажу тебе. Потом. Обязательно.

- Ну-у-у, ладно… - не стал давить я на богиню, - Верю тебе.

- Но, - она улыбнулась, - было бы несправедливо лишать таких героев награды вовсе. Поэтому я объявляю вокруг твоего корабля километровую сферу недоступности на тридцать шесть часов с сего момента.

- Сфера недоступности?

- Да! Никто и ничто не может проникнуть в неё. Можете спокойно лечиться, собирать хабар, отдыхать, ремонтироваться, - она мило улыбнулась, - Если захотите, можете покинуть сферу недоступности раньше. Если нет - сидите, пока она не развеется. Правда здорово?

- Кхм… Здорово, да.

- А что так кисло? Господин мой?

- Требую личной компенсации!

- Личной компенсации? Ух ты! Сие что? Такого блюда мы раньше не едали!

Вместо ответа я смело переместил руку на упругую попку божественной и жмакнул всей пятернёй. Не грубо, нет, но вполне конкретно.

- Ай! - вскрикнула Ева панически, но что интересно, с моих коленок не спрыгнула и даже не дёрнулась, - Надо же, какие вольности! - и она перетащила мою ладонь обратно на бедро.

- Кажется, господин Мо, кто-то недавно совсем побитый и умирающий был?

- Царапины недостойные внимания, - уверенно пополз рукой я вверх по талии.

- Нет левой руки, правого глаза..

- Но я и одним прекрасно вижу, за что можно отлично подержаться единственной рукой.

Добраться до груди я успел, а вот погладить… Хлоп! И смеющаяся Ева уже стоит в паре метров от меня.

- Нет, нет и нет, господин мой, - погрозила она мне пальчиком, - Тебе надо расслабится, а не возбуждаться.

- Жестокая! - театрально воскликнул я, протягивая к ней полторы руки, - Посмотри, что сделали со мной, с моей «Принцессой» твои твари! - думал повеселить, надавить "на жалось", а вышло немного не так.

- Принцесса… - на лицо Евы набежала тень. Она окинула побитый корабль рассеянным взглядом, - Она… красивая. Правда?

- Очень… - я сразу понял, что Ева спрашивала отнюдь не про катамаран.

- Атти, Аккит, Имасс, крошка Лаллий, принцесса Мими… - Ева посмотрела на меня долгим взглядом.

- Все они - часть моего сердца, - честно ответил я.

- А Ева?

- А Ева - моя богиня!

- Не врёшь, - мягкая удовлетворённая улыбка скользнула по её губам, и я понял, что сейчас она снова исчезнет.

- Но хоть трусы системные верни!

- Никак не можно! Ведь ты так и не умер. А системные трусы выдаются только вместе с телом! Умрёшь - получишь.

- Но они и не должны были уничтожится в принципе! Это неуничтожимый предмет! Опять багуешь, божественная!

- Неа, - ехидно улыбнулась Ева, - Не-не-не…

- А что?

- Просто так хочу! Мой маленький каприз! - и исчезла.

- Вот ведь, - возмущённо фыркнул я, погрозя кулаком в пространство, - Попадёшься мне ещё, безобразница!

Откуда-то сверху, из сфер горних, долетел до меня отголосок звонкого смеха. А настроение уверенно поползло вверх.

Никаких нахлестываний себя по попе прутиком устраивать не стал. Никуда не кинулся, быстрее, ещё быстрее, загребая ладошками, куда-то туда, в ту сторону… Я в том смысле, что никуда из сферы недоступности до истечения срока действия не вылезли. Так и просидели под ней с Головастиком. Лечились, собирали хабар, ремонтировались.

Масштаб трагедии оказался не настолько ужасен, как это виделось изначально. «Принцессу Мими» покоцали, местами ободрали и оцарапали. Что-то отломили, частично порвали снасти, но ничего фатального не произошло. Больно крепким оказался тримаран, спасибо отличным материалам, магии, умелым мастерам-сборщикам, крепителям-хоб, и Муру отдельно.

Конечно, некий лоск и сияние «Принцессы» слегка поблекли, но то лишь косметика. Царапины и задиры зашпаклюются и зашлифуются, где надо - поменяются доски, склеятся, прикрутятся необходимые элементы. Поменяются снасти, подгонятся детали, отлакируются и покрасятся поверхности… И полетит моя «Принцесса», рассекая волны и ловя ветер. И да, кстати, водомёты заработали снова!

Клешня краба, вываренный череп топороклювой черепахи, а также несколько пластин из челюсти-гильотины дунклиостея заняли своё достойное место на моей «стене славы». А в целом, если оценить нашу добычу, взятую с кучи юнитов, что на нас натравила Система, то была она, мягко говоря, скромной. Не знаю, сколько всего ценного можно было получить с живой черепахи, но с мёртвой один пшик - несколько органов для алхимии, панцирь крепкий, да, но огромный и, как бы, не особо нужный. Когти и чешуйчатая кожа, интеграционный материал, вот, по сути, и всё. С дунклиостея и того меньше - только некоторые элементы панцирной шкуры, как материал для интеграции. Краб одарил лишь сверхпрочным панцирем, и то, только верхней полусферы. С трудом распилил его на сегменты и запрятал в бездонное нутро пространственного сундука. С остальной шушеры даже не «клок шерсти», клочочек взял. Да такой ценности, что можно было смело проигнорировать. Короче, "кинула" нас Система по полной. Наверное, ещё одно "ая-яй" мне, упёртому, что влез не в своё дело. Ну да, мне на то фиолетово! Как сказала божественная, не за циферки, не за ништячки я вписался за Головастика, совсем не ради них…

Когда сфера недоступности развеялась, мы с Головастиком были вполне в тонусе. Алхимия Мими, собственная регенерация и механика этого мира восстановили нас в полном объёме.

Поставив паруса под лёгкий бриз и чуть добавляя водомётами, мы пошли в сторону ближайшего кластера островов. Подводную часть корпусов катамарана я обследовал очень тщательно и не нашёл особых повреждений. Так, несколько глубоких царапин, парочку задиров с облупившийся краской и одно сомнительное место, что надо было обследовать более тщательно. Найдём подходящую бухту, вытащу тримаран на берег, и займусь. Ну и, кое-что доделаю на самой палубе.

Уже к середине следующего дня я нашёл подходящее местечко. Уютная, небольшая бухточка с резким, но не глубоким понижением дна возле самого прибоя. Плотное песчано-каменное дно и мелкогалечный пляж. Растительность, окружающую бухту, можно условно отнести к субтропической. Головастик смело отправился на разведку, пока я устанавливал лебёдки и собирал раму-пандус, чтобы вытащить корабль на берег.

К вечеру всё было готово, но ещё раньше вернулся Головастик и доложился, что ничего опасного не видел.

- А вкусного?

- Ну-у-у… - протянул головастый, - Хозяин такое не ест. Но если надо, то Головастик найдёт вкусное.

- Успокойся. Это я так, прикалываюсь.

- Ха-ха, - изобразил он булькающим голосом веселье. Типа шутка юмора зашла. Такой вот у меня креативный пет. Похоже, юные и неокрепшие разумы от меня набираются не самого хорошего.

- Скоро ночь и отлив, - продолжил я, - сейчас полезем в воду и подставим раму, а с приливом вытянем корабль на пляж. Так что, с вкусняшками погодим.

- У-у, суки… - я неторопливо и тщательно шпаклюю задиры на центральном корпусе тримарана, - Как есть - гады!

Лежу под днищем и нудю по стариковской привычке. Очень негативно я воспринимаю каждую царапку на моей Принцессе. И хоть умом понимаю, что хууст, сваренный с использованием магических "примочек", вполне сам затянет со временем все мелкие повреждения корпуса, все равно бурчу на Систему. Точнее, на её юнитов - вслух, а на саму - тихонько и про себя.

- Хозяин…

В голосе Головастика слышалось такое удивление пополам с растерянностью, такие эмоции плеснули, что в этом коктейле я сразу потерялся. Вот чего там точно не было, это признаков угрозы или опасности. Пришлось вылезти…

- Охо-хо-о… По заслугам и награда, мой юный друг. Э?

Недалеко от берега среди прозрачных мелких волн высовывались, скользили, зазывно изгибались телами и щупальцами, и игриво переливались мягкими пастельными тонами три красавицы Туанн"на. Три молоденькие красавицы. Уж отличить самца от самки я в состоянии. Они были миниатюрнее, изящнее, и в целом, более женственные, если можно употребить такой термин к таким существам.

- Хозяин… - снова растерянно пробулькал Головастик. Сам он весь напрягся и тоже семафорил цветами по телу словно цветомузыка.

- Так вот какая самая главная награда за испытание - Право на Жизнь! Хе-хе…

- И что делать?

- К ним ныряй, дундук! - ухмыльнулся я.

- И что делать? - Головастик скосил на меня аж три глаза.

- Мда… Как раз этот аспект твоего воспитания мы как-то упустили, - почесал я макушку. - Однако, думаю, мать-природа подскажет. Давай уже иди к ним, видишь девочки как разгорячились от вида твоего брутального! Того и гляди, вода кипеть начнёт, хе-хе…

- Ну тогда - я пошел? - в голосе Головастика прорезались решимость и уверенность.

- Иди веселись. Жду тебя через сутки… Пардон, через трое. Наверное… - добавил я во след умчавшемуся Головастику.

Взвившись по эффектной параболе, он "изящно" рухнул прямо в самый центр красоты, подняв целый каскад радужных брызг! Бывали у головастого прыжки куда удачней, да! Нервничает парень! Но девочки совсем не расстроились, наоборот, закружились вокруг него, завертелись, ещё красочней засияли. Миг, другой и вот вся компания исчезла под водой! И только шелест ленивых волн, солнце, крики чаек и легкая грусть на моей душе…

- Однако, самцам испытание "право на жизнь" приходится проходить раньше, чем самкам, - сделал я очевидный вывод из увиденного, - А мамке уже надо защищать не только себя, но и будущего ребёнка. Одной…

Я поднял голову в бескрайнюю синеву неба.

- Не слишком ли жестоко, божественная?

Молчат небеса…

Они появились на самом закате, когда я тихонько релаксировал, покачиваясь в кресле. Утомленное Око тихо погружалось в смирный океан, даря феерию красок, расцвечивающих горизонт и легчайшую сеть перистых облаков. Изумительно!

Кресло-качалка, "живое" одеяло, изящный столик… Внешне кажущийся хрупким, большой стакан, вырезанный из цельного кристалла аквамарина голубого цвета. Один из многочисленных подарков хоб. Ягодный взвар. Умные мысли о высоком… Что может быть лучше для того, чтобы встретить старость?

- Приветствую тебя, брат! - улыбнулся шакалоголовый.

- Господин Мо! - изящно присела и чуть склонила головку набок милашка Люси.

- Ребята… - губы сами растянулись в теплой улыбке.

По щелчку пальцев посланца возле столика образовалось "двуспальное" кресло-качалка. Рамзес плюхнулся в него, а ему на колени тут же пристроилась белоснежная. Хвосты их переплелись, рука Люси обхватила Рамзеса за шею, а он её за талию.

- Соки, воды? Увы, шашлыка нет. Не знал, придёте, не придёте.

- Вижу, - кивнул Рамзес, сморщив нос, - Не подготовился человечек к встрече высшего существа. Имею в виду тебя, дорогая, - поправился он, заметив приподнятую бровь Люси.

Я только хмыкнул и кивнул, изобразив лицом глубокое понимание прогиба.

- А это как? - кивнул на "слипшуюся" композицию, - Такого раньше за вами не водилось.

- У тебя подсмотрели, попробовали, понравилось, - прокомментировал Рамзес, - Практикуем…

- Только когда одни, - уточнила Люси, - Или среди своих.

- И много своих?

- Не, - ухмыльнулся Рамзес, - только ты. Перед Великой невместно, а с другими всё не просто. Процессы идут сложно.

- Процессы?

- Закрытая информация, - довольно ощерился Рамзес, - Но если ты, человечек …

Люси прихватила его за длинную челюсть изящной, но отнюдь не слабой ладошкой. Что там хотел он сказать, осталось тайной, ибо дальше вырвалось только фырчание и бульканье.

- Мы как раз пришли предупредить, - улыбнулась она мне, - скоро у тебя будут гости. Необычные. Но и не невиданные. «Будь собой!» - так сказала Великая.

- Вот как. Хм. А что она сказала ещё?

- Только это, - пожала плечиками Люси, загадочно подмигнув, - Ты поймёшь…

- Вот я погогочу, - освободив "жало", просиял оскалом Рамзес.

- Гогочут гуси, неуч. Ты, в лучшем случае, гавкаешь или воешь.

- Вот ты! - фыркнул он, совершенно не обидевшись.

- Господин Мо, - опять переключила моё внимание Люси, - у нас не слишком много времени и нас интересует один вопрос.

- Наваливайте…

- Мы внимательно наблюдаем игроков. Разных и всяких. Ситуации, в которые они попадают, как из них выходят. Их жизнь и поступки в целом. В частности, я сейчас о битвах, сражениях, схватках… - она немного задумалась, - Все так или иначе умирают. Некоторые умирают часто, много-много раз. Ты тоже не обделён ситуациями, когда прошел по краю, но… Спрошу тебя прямо, почему ты до сих пор не умер?

- Хм, - даже немного озадачился. И правда, неожиданный вопрос.

- Спрашивать статистику по другим игрокам, думаю, бесполезно?

- Не можем ответить, - качнула головой Люси.

- Закрытая информация, - с удовольствие профырчал Рамзес, - Но она однозначна и показательна.

- А знаете, - я на миг задумался, коварно улыбнувшись, - попробуйте найти ответ сами, - Еще раз понаблюдайте, проанализируйте, сравните. Взвесьте и измерьте, как говорится. Но, - видя несколько разочарованную мордочку Люси, - я дам одну очень существенную подсказку.

- Какую, брат? - видя, что я не тороплюсь, рыкнул Рамзес.

- Не будем искать далеко, а возьмём того, кто рядом. Гавриил Петрович Сотников.*(Мой реальный дед. И его реальна история.)

- Кто? - дружно удивились посланцы.

- Мой дед по материнской линии. Воин и настоящий мужчина. Один из многих и многих сотен тысяч таких же. Совсем ещё молодым парнем участвовал в гражданской войне. Рубил шашкой, колол пикой, стрелял. Его тоже рубили, кололи и стреляли. Потом Финская. Там тоже не пряники раздавали. В Великую Отечественную, в сорок третьем, так однажды случилось, столкнулся нос к носу с разведывательно-деверсионной группой врага и вступил в бой! И победил. Получил тяжелейшее ранение, пуля прошла через грудь, раздробив лопатку. Выжил, но на этом его война закончилась.

Я не стану говорить про награды, ибо были они у него, я скажу, что за все эти лихие годы он обзавёлся двумя сабельными и тремя пулевыми ранениями. Умер в семьдесят четыре года из-за болезни. Увы, медицина тут, это вам не там.

Еще раз повторюсь, он один и многих и многих, имперских, советских, российских мужчин моей Родины, кто прошёл через великие горнила битв и сражений.

Я пристально посмотрел на внимательно слушающих меня Рамзеса и Люси.

- У моего деда не было возможности респауна, у него отсутствовала медицинская магия и алхимия. Он не мог усилить себя перками и качнуть статы. Ему не помогали боевые петы. Он таскал оружие и боеприпасы не в волшебных сундуках, а на себе. Его тело защищало - тело, как бы ни странно это звучало. А ещё Вера, Надежда и думаю - Любовь, в широком смысле этого слова. Эти три нематериальные проявления, а не амулеты, артефакты или какой-нибудь купол отрицания. Дед просто воевал, не щадя себя. И он выжил на трех войнах. На трех войнах, ребята. И ещё раз - мой дед один из многих сотен тысяч таких. Реальный мир, где смерть приходит один раз.

- Вы спрашиваете, почему я до сих пор не умер? - я ухмыльнулся, - Поставьте вопрос по-другому: отчего другие игроки, с такими-то возможностями, что дарит Бесконечная Вселенная, дохнут как мухи?

Перед тем как покинуть меня, Рамзес блеснул желтыми глазами и бросил загадочную фразу:

- Время для нас не линейно, брат.

А Люси кивнула и улыбнулась.

Кажется, я уже слышал от него эту фразу, подумал я, глядя в то место, где растворились посланцы. И что это значило в данном случае… Интересно.

Гости, как и предупреждала Люси, пришли с утреца пораньше. Я как раз неспешно чаёвничал, с удовольствием поглощая вкусняшки типа ягодной пастилы, долек фруктов, засахаренных в меду и небольших плюшек, политых кленовым сиропом. Крайне вкусно, знаете ли.

И да, гости были необычные и, как это ни странно, обычные. Без всяких эффектов, землетрясений, воя и грома с дымом предо мной материализовались четыре Посланницы Системы. И ни одна из них ни разу не Люси! Как говорится - оппа!

Четыре девушки-собачки хоть и были в едином стиле, как по одежде, так и по фенотипу, но сильно отличались одна от другой.

Самая высокая и яркая посланница - огненно-рыжая. Буйная копна рыжих волос, красные, горящие внутренним огнём глаза, широкие бёдра и узкая талия. Ускх, воротник-ожерелье, лежал на её грудях чуть ли не параллельно земле. Пушистый длинный нервный хвост, изящные кисти и лодыжки вкупе с прокаченными мышцами рук и ног. В целом, ощущения от неё - этакий бабец-валькирия! Огонь-баба! Поднеси к ней чего горючее, и оно сразу вспыхнет. Но при том, что посланница выглядела крепкой, мощной, в тоже время была весьма женственной. Одежда, как и у остальных, в египетском стиле, и, естественно, в красных, желтых и оранжевых тонах.

Следующая гостья, которая обратила на себя внимание, очень похожа на Люси, но её полный цветовой антипод. Чёрная изящная статуэтка, вся в чёрном. Волосок к волоску идеальное каре, на маленькой головке с настороженными ушками. Высока шея и покатые женственные плечи. Небольшая грудь, талия, бедра, стройные длинные ноги... Всё создаёт ощущение изящной чёрной амфоры. Даже украшения на руках, на воротнике и поясе из чернённого серебра, из камней определённой гаммы. Если красный, то почти чёрно-красный, если синий, то цвета ночного неба. Агат, оникс, турмалин и жемчуг исключительно чёрные… Очень симпатичная мордашка, выразительные, огромные чёрные умненькие глаза, вся такая аккуратненькая.

Ещё две собачки - серебристые близняшки. Абсолютно одинаковые девочки. Одежда, позы, движения… Иногда синхронные, иногда - словно отражения в зеркале, и очень редко в индивидуальном порядке. Очень интересно и приятно выглядят. Мех не только серебристый, но и переливается мягкими волнами при каждом движении. Глаза анимешно большие, отсвечивают сталисто-неоновым оттенком, очень выразительны и необычно притягательны. И фигуры у девочек не подкачали. Не рыжая валькирия, не тонкая "ночка", а нечто среднее и очень аппетитное. Ну, и одежды, соответственно - белое золото, серебро, брюлики и иные светлые блестяшки.

И уж конечно, все они были разные по характеру. Что сразу же и проявилось!

- Человечек! - рыжая уперла в меня длинный красный ноготь-коготь, - Дай нам имя!

Голос у неё хоть и оказался низковат, но с такой очень приятной хрипотцой. Однако, кое-что начало проясняться. Вот о чём говорил Рамзес, когда несколько раз упоминал про "интересные процессы", идущие среди Посланцев. Оказывается, там не только мужики "завелись", а вполне себе симпатичные дамы. То-то Люси выглядела пару раз несколько нервной, хе-хе…

- Ух ты! - я с интересом уставился на деваху, поднимаясь,- Вот прям так - человечек! Ни «здрасти», ни «пожалуйста», ни «уважаемый Господин Мо», а сразу - дай!

- Господин…

… Мо…

…Кто…

…Это?

А вот такое прикольно! Серебристые повернули симпатичные носики друг к другу и очень мелодичными певучими голосами стали говорить по очереди. Одна начинала, другая продолжала, и так - пока фраза не закончится.

- Господин Мо, это вообще-то я. Странно, что вы этого не знаете.

- Мы..

- Недавно…

- Родились… - ответили серебристые.

- Трансформировались, - прошелестела негромким, приятно-обволакивающим и словно наполненным внутренним эхом чёрная собачка. У-у-у… таким голосом можно творить с мужиками всё что угодно!

- Это объяснить не просто. Мы помним, что было до, - она скользнула по своей талии рукой, - и не помним. Словно сон. Словно зная, но надо опять начать с начала. Такая вот ситуация, Господин Мо.

- Господин! - полыхнула огнём в глазах рыжая, - Как ты можешь называть его - господин?

- Посмотри внимательней, сестра! - спокойно прошелестела чёрная, - неужели не видишь?

- И что!? - хлестнула хвостом валькирия, - Называть его "господин" - много чести. "Человечек" - и достаточно! Так нам подсказал, сама знаешь кто!

Ай да ушлёпок Рамзес! И тут не мог удержаться. Девочек подставил, блохастый коврик.

- А вот Великая меня спокойно называет - Господин Мо. Иногда, мой господин, - мило улыбнулся я рыжей, - Веришь?

И рыжая поверила. Есть у них такой функционал, чувствовать правду. Челюсть её отвалилась, уши, что еле-еле высовывались из копны волос, прижались, а хвост предательски поджался промеж ног. Сообразила, что изрядно накосячила.

- Кажется…

- Нас…

- Разыграли…

- Обманули…

- Подставили… - покивали головками серебристые.

- Давай…

- Его…

- Убьём…

- Больно…

- Не стоит, - улыбнулся я, - Лучше расскажите про его хулиганство Люси. Она точно что-нибудь придумает получше банальной смерти, хе-хе…

- Люси! - хором пропели близняшки.

- Люси, - прошептала чёрная.

- Люси… - выдохнула рыжая.

Зависть, восхищение, жажда обладания, ещё много всякого… И это не к самой белоснежной, а к имени как таковому. Эко вас, девочки, штырит.

- Говори, - указал я на рыжую.

- Имя, Господин Мо, это очень нам нужно. Очень нужно. Оно просто необходимо, - зачастила она, чуть ли не подпрыгивая.

- Так, - поднял я ладонь, - стоп! С тобой всё понятно.

Интересно, они трансформировались из бесполых и обрели характер под воздействием внешности, или внешность подстроилась под характер? Думается мне, последнее.

- Ты, - перевёл взгляд на чёрную.

- Имя собственное, Господин Мо, для нас, для Посланцев Великой, это новые возможности. Приобщение к иным, сакральным пластам реальности. Выход на более тонкие сферы энергий. Индефикация среди безликих, что суть осознание себя. И многое другое, что тебе, со всем уважением, Господин Мо, не понять. - Черная слегка поклонилась, не опуская глаз. Умная собачка.

- Ничего обидного, девочка, ты не сказала. Человечек, - подмигнул я рыжей, - вполне осознаёт своё несовершенство. Мы все, - я выделил ударением это слово, - в чём-то несовершенны. Даже те, кто по своей сути всемогущ и совершенен.

Чёрная опять слегка поклонилась, улыбнувшись. Близняшки переглянулись и кивнули друг другу. И даже рыжая что-то поняла и не стала вскидываться.

- Что нам сделать, чтобы получить имя, Господин Мо? - уже гораздо почтительней произнесла рыжая.

- Ничего особенного. Просто попросить.

Глава 4

- Просто попросить? - она растерянно оглянулась на остальных.

- Когда…

- Мы…

- Захотели себе…

- Имя… - запели близняшки.

- И пришли с просьбой…

- К Великой…

- Она сказала нам…

- Всем…

- Найдите бессмертного…

- Попросите его…

- И он даст имя…

- Если правильного попросите, - закончила чёрная, - А потом Великая улыбнулась.

- А Рамзес - зафырчала рыжая, сжимая немаленькие кулаки и стегая хвостом, - сказал, где найти бессмертного человечка.

Они ненадолго замолчали, переглядываясь меж собой.

- Господин Мо, - первым сообразила чёрная, - если сочтешь меня достойной, дай мне имя, которое, по твоему мнению, мне больше всего подходит.

Я окинул ещё раз её фигурку, посмаковал тембр, оценил ум…

- Ночка! Тебя зовут - Ночка. Мягкая, обволакивающая, убаюкивающая темнота, наполненная эхом таинственных голосов, приятными снами-фантазиями. Манящая и таинственная - как ты. Но бойся отнестись к ночи пренебрежительно, а тем более неуважительно! Ночка, отныне и во веки веков. Я сказал!

Не раз и не десять раз я наблюдал эффект от обретения имени. Но так и не смог понять, уловить, осознать, что же меняется у этих странных существ, которых люди, по незнанию ли или по глупости своей, зовут цыфрами. Волна призрачного света прокатилась по фигуре чёрной посланницы, и она стала… Чётче? Ярче? Живей? Всё вместе и ещё сверху? Не знаю… Но изменилась точно.

- Благодарю тебя, Господин Мо, - сложив руки крестом и припав на одно колено, прошелестела, склонившись, Ночка.

- Не стоит, девочка, падать на колено, - улыбнулся я, - Я хоть и Господин Мо, но по жизни довольно простой человечек.

Ночка с улыбкой встала, а рыжая слегка скукожилась. Грешен, не удержался, ещё раз "куснул" валькирию.

- Господин… - запели близняшки.

- Мо…

- Просим…

- С благодарностью…

- И надеждой…

- В вашей мудрости…

- Одарить…

- Нас…

- Достойными…

- Именами… - и синхронно присели в изящном книксене.

Вот тут я немного задумался. Девчонки симпатичные, "голосистые", а как близнецы -весьма необычные. То, что похожи - ещё ладно, но их синхронность, а иногда зеркальность - это что-то! Это надо бы отметить в их именах. По сути, имя, само по себе, похоже, совсем не влияет на характер и способности посланцев. Так что, можно дать любое, однако достойно ли это старого и мудрого перца, высокого ценителя прекрасного? Однозначно - нет! Что бы такого интересного придумать?

Но как бы я не морщил мозг, единственное, хотя давно известное и, возможно, не слишком оригинальное, от знаменитого поэта Фета, как засело в голове так и не выходит. А серебряные ждут и уже начали слегка беспокоиться.

- Ты, - ткнул я в правую - Ароза. Ты, - это левой - Азора. Да будет так. Я сказал.

Призрачная волна прокатилась по близняшкам, и они словно встрепенулись.

- Спасибо, Господин Мо! - синхронно поклонившись, пропели посланницы.

- Это…

- Необычные имена…

- Но они…

- Нам нравятся…

- Необычные, да. А вы ещё попробуйте прочесть ваши имена задом наперёд, - улыбнулся я им загадочно.

Судя по расширившимся глазам, затрепетавшим ушам и завилявшим хвостам, девочки прочли и очень удивились. Удивились и обрадовались. И не поленились согнуть спинки в почтительном поклоне.

- Ещё раз…

- Благодарим тебя…

- Господин Мо, - опять хором закончили близняшки.

- И кстати, роза, - подмигнул я им,- это такой красивый цветок. Очень почитаемый человечками. Ну, сами найдёте и посмотрите, если раньше не видели.

- Итак, - повернулся я к рыжей, - с тобой как быть?

- Я прошу простить, Господина Мо, за мою несдержанную натуру. Это все один нехороший… - она сощурила глаза и хищно оскалилась, - один… один нехороший, в общем.

- Передай Рамзесу, что шутить правильно и умно ему ещё учиться и учиться.

- Я обязательно передам, - сжала рыжая кулаки и хлестнула хвостом.

- Девочки, если будете его бить, то бейте сильно, но аккуратно. Всё же он не сам по себе, а имущество Люси. Да и мне ещё пригодится. Договорились?

И девочки улыбнулись обещающе и коварно…

- Имя… - рыжая припала на одно колено и сложила руки на груди крест-накрест, - Прошу! Пожалуйста.

- Встань! Честно, не люблю я этого. Особенно от красивых женщин. Это нам, грубым мужикам, престало приклонять колена пред вами. Что же до имени… Вспыльчивая, порывистая, горячая. Нетерпеливая и изменчивая… - Я подмигнул рыжей, которая изобразила смущение, - Ты - огонь! Даже сама по себе похоже на пламя! И значит - Агния!

Не та, которая от "агнец", есть и такое толкование имени твоего, а та, что от древнего бога Агни - прародителя огня. Гори, пылай, но держи себя в руках, хе-хе… Агния, отныне и во веки веков. Я сказал!

- Благодарю тебя, Господин Мо! - воскликнула Агния радостно.

- Не стоит, - вальяжно махнул я рукой, - я сегодня добрый.

- А насколько добрый? - ослепительно улыбнулась Агния.

- Почти безгранично, - хмыкнул я, - Взбодрили вы меня с самого утра своею красотой неземной. Скуку развеяли… Что надо? - вопросил я подобравшихся посланниц.

- Атрибуты! - выдохнула радостно Агни.

- М-м-м… Девочки любят блестящие, красивые штучки? - окинул я их "задумчивым" взглядом,- Это не ново.

- Красиво, это хорошо, да! - прошелестела Ночка, - Но главное - функционально.

Я посмотрел на замерших в ожидании посланниц. Выбрать устраивающую каждую девушку-собачку оригинальную железку или висюльку какую, можно, но очень долго. Ну, оч-чень долго. Уж поверьте старому и опытному человеку. Одной, двум, ещё туда-сюда, но сразу четверым, две из которых близняшки, не-не-не, чур меня от такого геморроя.

- Значит так, красивые! Доброта моя вообще космического масштаба. Разрешаю самим выбрать атрибут, а я потом утвержу! Прошерстите пантеон земных богов, посоветуйтесь друг с другом, проконсультируйтесь с Люси, и милости просим ко мне. Понятно?

- Мы поняли тебя, Господин Мо, - ответила Ночка сразу за всех, - Благодарим и… - она оглянулась на остальных, - нам пора. Не стану лукавить, очень хочется выбрать атрибут. Нам всем…- Остальные энергично закивали головами и завиляли хвостами.

- Так что, мы совсем скоро!

- Жду, - кивнул я им, и они растаяли в воздухе.

- Скоро! Хех! Как же! - я с удовольствием плюхнулся в кресло и активировал магему подогрева в чайнике, - Чтобы четверо красавиц выбрали индивидуальную мульку, да ещё советуясь меж собой, да быстро! Ну-ну… Интересно было бы послушать, потом, про этот цирк.

А Рамзес, дурачок лохматый, попал, хе-хе… Это не со мной, мудрым и всё понимающим, упражняться в подколках. Как он там сказал - вот я погогочу? Погогочешь! До заикания, хе-хе…

Однако, какие интересные дела творятся в хозяйстве Божественной. Девочки такие забавные, но очень надеюсь, что ко мне не завалится целая толпа самцов с требованием дать имя.

Я улыбнулся и отхлебнул горячего взвара. Настроение было просто отличным.

Головастик вернулся, как и договаривались, почти вовремя и с утра пораньше. Весь такой энергичный, бодрый, в игривой раскраске по всему телу.

- Надеюсь всё прошло нормально? - спросил я его неосторожно.

- Удивительно! Волшебно! Сейчас Головастик расскажет Хозяину как всё было! - радостно забулькал он.

- Стоп!!! - заорал я, едва успев поставить защитный блок у себя в мозгу, но всё же немного "словил" эхо ментального посыла. Клубок разноцветных щупалец, тела, переплетённые меж собой и катающиеся в прибойной волне, эмоции… Бр-р-р…

- Хозяин… - слегка виновато и непонимающе посмотрел на меня Головастик.

- Не надо! - я промокнул вспотевший лоб, - Не надо подробностей. Запомни, дружок, настоящий джентльмен никогда, ни при каких обстоятельствах не распространяется о своих близких взаимоотношениях с дамами. Близкие - это именно те, о которых ты хотел рассказать.

Максимум, что может себе позволить благородный мужчина, да и то при очень определённых условиях, сообщить, что он имел честь быть близко знаком с некой мадемуазель Н, или мадам О. Но не более того! Никаких, упаси господь, интимных подробностей. Никакой похвальбы о своих похождениях, тем более - победах.

Судя по тому, что Головастик закатил пару глаз под "лоб" и стал "задумчивого" цвета, загрузил я его основательно.

- Хозяин, но вы с принцессой Мими часто демонстрировали свою близость всем окружающим.

- Сидение в обнимку, держание за ручки и даже легкие, скоротечные поцелуйчики, легкий флирт - это как раз в пределах допустимого для наших видов. Посыл обществу, что мы вместе, что неравнодушны друг к другу. Но никаких разговоров о происходящем между нами в постели никто не слышал, так ведь?

- Не слышал, - подтвердил головастый.

- И уж подавно, чего-то такого не видел…

- Нет. Вы даже меня и Масю выгоняли всегда.

- Потому что так правильно. Это, - я выделил голосом, - касается только нас, и никого больше. Понимаешь?

- Понимаю, - медленно пробулькал Головастик, - Но… так не у всех? Или должно быть у всех?

- У каждой расы, этноса или народа может быть по-своему. Традиции, религия, законы не были и никогда не будут едины и одинаковы для всех. А значит, и чесать всех под одну гребёнку - глупость. Но я рассказываю о том, что для меня является правильным. Что есть мои нормы морали и поведения.

Головастик ненадолго задумался, беспокойно шевеля щупальцами и почесывая клешнявой рукой острую макушку.

- У Хозяина было сразу с двумя самками? - выдал вопросец мой пет.

- Было, - хмыкнул я, - Дальше без комментариев.

- Понимаю… Понимаю… - пробулькал тихо Головастик, - Подробности не уместны для джентльмена. А то, что у меня было с тремя, это нормально? Морально?

Хм, как интересно… Вот какие, серьёзные вопросы тревожат моего питомца. Взрослеет малыш. И это хорошо, это правильно…

- Для твоей расы? Не знаю. Что тебе говорит родовая память?

- Молчит, - мысленно вдохнул головастый.

- А сам как думаешь?

Головастик опять задумался…

- Наверное - да. Я сильный и… красивый. Умный. Очень умный. Они были рады встретиться со мной, - головастый пошел пастельными разводами по всему телу.

- Это тебе они сказали?

- Да?

- Про тебя не спрашиваю, и так видно, а девочкам понравилось то, о чем молчат джентльмены?

- Понравилось. Без комментариев…

- Молодец, принцип понял. И, раз мы выяснили, что всем участникам понравилось, будем считать, что для расы Туанн"на всё случившиеся в рамках обычного. Обликоморале одного излишне головастого - соблюдено!

- Интересно… - пробулькал Головастик, - Все эти удовольствия мне однажды - как награда за испытание или нет? - он вопрошающе сосредоточил на мне сразу три глаза.

- Ну, на счёт - нет, это вряд ли, - оправдал я его ожидания, - Слишком было бы нерационально с точки зрения эволюции вашего вида. У вас и так какой-то излишне напряжный цикл воспроизводства потомства. Мало того, что обоим полам приходится преодолевать испытание Право на Жизнь, так ещё и мамки приносят по одному ребятёнку. Думаю, на твоём пути ещё не раз встретятся красавицы Туанн"на.

- Хорошо бы, - протянул мечтательно Головастик.

- Хотя, - взбодрил я головастого, - кто его знает. Например, самка богомола сразу после "этого самого" самца съедает. У некоторых пауков такое тоже практикуется, да. Есть и иные разные извращения в природе.

- Ужас! - пошел пятнами Головастик.

- Но то всё больше справедливо к неразумным формам.

- Уф-ф-ф… - выдохнул мой пет.

- А не, извини, вспомнил. У человечества женщины практикуют выедание мозга мужчинам. Но стоит отметить, до замужества не так активно, как после него.

- Не может быть! - не поверил Головастик.

- Точно тебе говорю. Хотя я заметил, подобное практикуют и женщины мио, и, судя по всему, ороос. У хобол, соответственно со свойственной в их обществе спецификой взаимоотношений, тем не менее, к моему искреннему удивлению, подобный феномен встречается тоже.

- Как можно выесть мозг, чтобы мужчина не помер? - воскликнул головастый, весь пойдя тревожными разводами.

- Мы за долгую эволюцию приспособились. Кто-то лучше, кто-то хуже.

- Но как они выедают мозг!? Как они это делают?

- Морально… Хе-хе…

- ???!!!

- Эх, дружище головастый, - похлопал я его по упругому щупальцу, - как много чудных откровений тебе предстоит познать, окунувшись в океан половых отношений. Хе-хе…

Мы плыли и плыли… Острова, экзотические и обычные, естественные и с магической составляющей, кишащие жизнью и пустынные, большие и маленькие, малюсенькие и огромные. Проливы, широкие и узкие. Лагуны, заливы, шхеры и бухты. Калейдоскоп прекрасных пейзажей, красок и звуков…

Где-то мы задерживались подольше, где-то поменьше. Нередко, оценив остров на глаз, как обычный, вовсе проходили мимо. Наверное, это неправильно, даже на самом заурядном клочке суши может попасться нечто удивительное и невероятно ценное. Очень может быть. Ну чтож, значит, это удача, добыча и успех кого-то другого. Того, кто рано или поздно придёт на эти земли.

И это я только о тех островах, что лежали на нашем, более менее прямом пути. Рыскать куда-то в стороны, лезть вглубь Великого Архипелага мы даже не пытались. Я давно смирился с мыслью, что объять все острова архипелага просто невозможно. Для бессмертного, такого как я, задача, в принципе, решаемая, но растянутая во времени до бесконечности. Пока вот плывём, а карта потихоньку рисуется, а дальше будем посмотреть.

На островах мы с Головастиком, по мере надобности, охотились, добывали ценный хабар, не гоняясь за ним целенаправленно, находили и подбирали всяческие диковинки, удивительные штучки, и просто нескучно проводили время. Ныряли в бухтах, лагунах и заливах. Спускались в пещеры и поднимались на горки и скальные уступы, постучать, так сказать, кирочкой…

Наконец-то у меня появилось много времени, чтобы уделить его своему пету. Мы много разговаривали на совершенно разные темы. Я рассказывал о людях, их привычках и характерах. О различиях в культуре и обычаях, о религии… О звездах и планетах, о солнечных системах и галактиках. Мы смотрели в телескопы и микроскопы, рассуждали о высоком и мелком.

Я занялся собой, проинспектировав свои способности, умения и статы. Также прошерстил "личное дело" Головастика. Что сказать, подросли и заматерели. Может, не настолько круто, как могли бы, но меня вполне удовлетворяет.

Мы плыли и плыли, расслабленно, неспешно, без какой-либо явной цели. Ну, может только найти подходящее место для зимовки. Но до этого ещё полсезона, успеем, да.

А вообще, честно признаюсь, именно такое, расслабленное и мирное времяпровождение, после энергично-насыщенных событий недавнего прошлого, мне сейчас самое оно. Много было эмоций, много событий, потрачено много нервной энергии. Воспоминания, приятные и грустные … Друзья и товарищи, любимая…

Иногда с нами происходили разные приключения и истории. Какие-то интересные, иногда довольно напряжные, если не употреблять слово - опасные. Бывало, случались весёлые и забавные. Вот как с рыбалкой, например.

- Хозяин, что это?

Головастик навис всем телом, внимательно ощупывая сразу тремя подвижными глазами странный девайс в моих руках.

- О-о-о… Это, дружок, удивительная штука. Широко известная в узких кругах, как - удочка. В данном случае - нечто среднее между спиннингом и фидером. Хотя оба этих термина скорее не название, а способ ловли рыбы, и, в какой-то мере, - устройство оснастки. Но мы, русские мужики, легко кладём болт на такие тонкости. Сказал - спиннинг, и тот, кто в теме, всё понял. А кто не в теме, тому, стало быть, и не надо, хе-хе…

- Хозяин, ты сказал - ловить рыбу? - вычленил главное головастый, - Зачем ловить?! Головастик сейчас нырнёт и принесёт тебе, какую захочешь и сколько нужно.

- Эх… - вздохнул я мечтательно, - сейчас я тебе всю подробно растолкую…

Третий день мы стоим на якоре в маленькой и уютной бухточке довольно большого скалистого острова. Глубины тут от десяти до пятнадцати метров с неровным каменисто-песчаным дном. Рыбы и всяческой остальной живности - тьма. По составу растительности и зверью, а также по обитателям его прибрежной акватории, остров скорее относится к северным. Из тех, что омывает тёплый Гольфстрим. Тут приятно прохладно, сухо и солнечно, самое оно, чтоб слегка отдохнуть от тропических джунглей. Я специально искал такой.

На Архипелаге нередко соседствуют такие вот "аномалии". Рядом с условно северным, всего в нескольких сотнях метров, может быть остров совершенно тропического характера или суровая, промороженная глыба, покрытая льдом и снегом, пятак пустынного камня пополам с песком, или какой-нибудь забористый экзот. Магия Бесконечной Вселенной, она такая магия, что просто слов нет.

Сам я, по жизни, ещё той, земной, можно сказать рыбак был. Да и как иначе, если вырос на реках. Пусть и не самых полноводных и крупных, но Быстрая Сосна и тихоструйный Хопёр своё дело сделали. А точнее, дед Гавриил. Он-то и приучил карапуза к тасканию пескарей возле плотины. Опять же, с друзьями на речке всё лето. Когда подрос, отец, тоже рыбак, стал брать на солидные мероприятия. Вырос - сам уже ездил. Сына и внука приучил.

Служба государева не позволяла уделять много времени увлечению, но иногда умудрялся вырваться на денёк-другой.

А уж когда занимался младшим поколением "утят", то сочинить на коленке простейшую оснастку и наловить из доступного водоёма, хоть на жидкую да ушицу, рыбной мелочи - это вообще один из экзаменов.

И вот, когда я только попал сюда, дал себе зарок: спроворить однажды дельную удочку и просто посидеть на берегу океана. Много с тех пор времени прошло. А мечту свою так и не забыл. Но всё как-то дела-делишки отвлекали. Магия, Урарраты, принцессы, битвы, корабли да дирижабли, то Божественная, то посланцы её, то да сё. И вот, теперь…

Обладая магическими способностями, маготехнологиями, огромной коллекцией не только интеграционных материалов, но и просто материалов с удивительными качествами, "сочинять на коленке" что-то такое я даже не думал. Используя всю доступную мощь моего интеллекта, подкреплённую материально-технической базой, я сделал вещь!

Если не углубляться в подробности, то - фидер. Как у нас, у российских рыбаков это называется. А точнее, сразу два фидера! Каждое трёхметровое удилище, не разборное кстати, по характеристикам ничем не уступало, а то и превосходило брендовые образцы лучших забугорных фирм. Прочное, надёжное, красивое… Колечки пропускные не хухры-мухры, из проволоки какой или даже керамики, а из аквамарина. Держатель из коры одного интересного растения. Бархатистая, упругая, эргономичная ручка ложилась в ладонь настолько приятно, что выпускать не хотелось.

Катушка, обыкновенная инерционка, большого диаметра. Но тоже весьма технологичная как по материалам, так и по изготовлению, и, конечно, прочная.

Шнур мне сплели мастерицы хоб из волокон удивительного кристаллида, повстречавшегося на Теллуре. Волокна сами по себе очень тонкие, крепкие, замечательно гладкие и длиннющие. Некоторые достигали длины до семидесяти и даже восьмидесяти метров. Сплели, покрыли специальным алхимическим лаком, да ещё укрепили. И катушек со шнуром различной толщины и длины у меня много.

Ну и, конечно, блёсна, крючки, воблеры и всяческие спиннеры я уже наделал сам! Целый волшебный сундучок!

Так что, я был полностью готов к релаксу нереальному…

- Головастик не понимает… - мой пет отсвечивал бледно-сиреневым в желтую пятнушку, - Даже нырнуть под воду нельзя, что бы глянуть, есть ли там рыба вообще. Просто кидаешь и ждёшь?!

- В том-то и смысл! Рыбы может и вовсе не быть. Может быть много, но брать не хочет. Аппетиту нет, живот болит, луна в дендуре или вообще, не клюёт потому, что клюва нет.

И даже если попалась, то меж вами лишь тонкая леса! Прочность и острота крючка против жесткой челюсти! Твоего желания вытащить добычу и её жажды жизни. Её хитрость против твоей ловкости. Твоя удача - против её удачи. Условия максимально равны! Не абсолютно, но близко к тому, понимаешь?

- Ну-у-у… - забулькал Головастик в сомнениях.

- А ещё - лотерея! Кто клюнет, какого размера, вкусный, съедобный, хрень какая… Понимаешь?

- Ну-у-у…

- Ладно, - кивнул я ему, - садись рядом, смотри как это делается.

Тяжелая блесна-стукалка с куском свежей рыбы отвесно ушла в воду. Катушка мягко и стремительно раскручивалась пока блесна не ударилась о дно. Метров двенадцать, определил глубину интуит. Неплохо…

Медленно поднимаю удилище и чуть более резко отпускаю, приманка то вверх, то вниз, тук да тук по дну, раздражая и привлекая кого-то жадного или голодного…

Головастик внимательно следит за моими движениями сразу двумя глазами, ещё одним бдит округу, а последним, как обычно, внимательно контролирует моё лицо. И чудится мне, что в его крестообразном зрачке теплится некое сомнение в адекватности своего хозяина. Такой муйнёй заниматься…

Не успел я "дёрнуть" два десятка раз, как по кончику удилища резко вдарило. Энергичная подсечка и… есть! Есть кто-то! Кручу катушку, выкачиваю удилищем, тяну вверх и вверх сопротивляющуюся добычу. И вот уже в прозрачной воде мелькает красноватый силуэт. Еще несколько энергичных движений - и через борт переваливается морской окунь. Одна из его разновидностей. Красно-желто-розовый, шипастый, с выпученными злобными глазками и широко разинутой зубастой пастью, из которой торчит блесна! Хорош экземпляр, килограмма на три!

Одев перчатку, прижал окуня, специальным пинцетом вынул блесну и… окунь плюхнулся за борт!

Головастик задумчиво проводил скрывшуюся в глубине рыбу одним глазом, тогда как сразу двумя стал "ощупывать" меня ещё более тревожно.

- Что? - подмигнул я ему.

- Зачем отпустил?

- У нас что, рыбы не хватает? Окунь, конечно, на вкус неплох, но есть рыбка и повкусней.

- А Головастику отдать?

- А самому поймать?

Головастик вздохнул ментально, и через минуту, повторив за мной все положенные манипуляции, пристроился рядом. И вот, сидим, стучим… Новичкам везёт, так говорят, да так и есть на самом деле. Не успел Головастик стукнуть блесной раз пять, не успел я поделится с ним тонкостями процесса, как кончик фидера резко дёрнулся, а потом и весь фидер загнуло дугой!

- Тяни! - командовал я возбуждённо, - Катушкой выбирай! Да не силой перебарывай, не силой. Мягче, мягче…

Что-то очень увесистое моталось на конце снасти Головастика. Не хотело покидать родные глубины, сопротивлялось, упорствовало!

Хоть Головастик могуч, умён, и вообще частично магический, сразу приноровится к правильным действиям по вываживанию рыбы у него не получалось. Излишне суетился, крутил катушку дёргано, фидером мотал туда-сюда! Да ещё азарт на него накатил, возбуждение, это я хорошо почувствовал!

Наконец, после напряжённой борьбы, под бортом показалось тело желто-серого палтуса. Здоровенного такого! Несколько раз он энергично бился о борт, то уходя в глубину, то всплывая, шлёпал хвостом и "взбрыкивал"! И когда головастый уже стал тащить его вдоль борта, резко крутнулся и соскочил с блесны. Плюх, и… Такого мой пет уже пережить не мог. Мгновенно кинулся в воду и через десяток секунд перелез обратно на палубу, надёжно держа в цепких щупальцах бедного палтуса!

- Вот! - гордо приосанился он, - Головастик поймал! Большую рыбу! Вкусную!

- Нет-нет-нет, - замотал я пальцем, - Не считается. Палтус сорвался и убежал. Ты проиграл, дружок!

- Головастик поймал!?

- Поймал в воде, как ты обычно это делаешь! Но на удочку не поймал. Палтус сорвался и убежал. Он выиграл!

Головастик долго смотрел, тревожно шевеля глазами, на меня, ехидно улыбающегося, на разевающего рот и шевелящего плавниками палтуса у себя в щупальцах, и такое творилось у него в эмоциях, что не передать! Смотрел-смотрел, а потом резким движением выкинул его за борт.

- Продолжим… - решительно бросил он мне, берясь за фидер!

Как становятся настоящим, ортодоксальным православным рыбаком? Да вот так и становятся! Выудил на первой же рыбалке два десятка увесистых рыб, поборолся с ними, хапнув адреналина, высказался на великом и могучем, когда «самая крупная» сошла! вот и подхватил "рыболовную бациллу". А подхватив её однажды, вылечиться уже невозможно. Если только милосердная смерть избавит тебя от этого "недуга".

Головастик бациллу подхватил… Толи плюс мне в карму, толи минус, хе-хе…

А однажды, очень поздним вечером, таким поздним, что почти уже ночь, нас посетила неожиданная гостья. Мы как раз стояли на якорях над совсем мелководной банкой, пять-семь метров глубины, не больше. И не просто собирались заночевать, а и пошарить в темноте возле дна. На таких мелководных пространствах, заросших причудливыми кораллами и морской растительностью, можно встретить интересных и полезных эндемиков. Как флоры, так и фауны. Редкий жемчуг, экзотические раковины, удивительных рыб, существ со странными свойствами, алхимические ингредиенты и интеграционные материалы.

Как по мне, вот такие места - откровенная игровая "кормушка". Глубина даже для простого игрока, без прокачки на ныряние, вполне доступная. Крупных хищников тут, как правило, не бывает. А если и встречаются, то крайне редко. Думаю, чтоб булки в тонусе у игроков были. Ну и шанс прокачаться, если кто в коленках не слаб.

С хабаром, как я отметил, в таких местах - богато. Можно неплохо не только заработать, но и прокачать всяческие навыки. Встречаются такие банки нередко и где угодно. И рядом с островами, и вдали от них, но всё больше возле островков-с-пятачок, а’ля мой "Остров Возрождения". Начальная игровая локация, так сказать. Размеры тоже бывают разные, но "плантация", как правило, довольно обширная. Найдёшь такую, сможешь начать освоение, считай, отличный старт тебе обеспечен. Ну, если руки не из жо… растут и голова - не она же…

Я, попивая взвар и покачиваясь в кресле, вдруг ощутил дуновение сухого воздуха, стрекотание цикад и горьковатые ароматы степных трав. И я полностью был уверен, что все эти запахи и звуки - ночные. Слишком много в них было спокойствия, дремотной неги…

- М-м-м, какой вкусный "букет", - протянул я, закрывая глаза, - Зачёт тебе Ночка, за такое предисловие.

- Господин Мо! - почтительно чуть склонила голову изящная чёрная собачка, проявляясь из сумрака. - Рада, что тебе понравилось.

- Изрядно красавица, изрядно, - покивал я, - Кое-кто, не будем называть его имя, хотя это Рамзес, до сих пор не может обставить своё появление предо мной, скромным, хотя бы удовлетворительно. У тебя же всё просто отлично. Послевкусие степной ночи, мирной, спокойной… Это сильно, да.

Я встал и тоже слегка поклонился.

- Приветствую тебя, Посланница Великой! Что привело тебя сюда, какие тревоги или поручения?

- Всё спокойно, Господин Мо, - улыбнулась она, - Нет тревог, нет поручений, лишь одно, хочу представить тебе свой атрибут.

- Ночка, - я слегка улыбнулся, - Ты, я отчего-то сильно уверен, знаешь, что утверждать атрибуты посланцам Великой нет нужды. Они будут вам служить не с моего разрешения, а от вашего желания.

- Я знаю это, Господин Мо, - вновь едва заметно улыбнулась Ночка, - Не стану утверждать за остальных, но я догадалась.

- Я сразу, как только увидел тебя впервые, понял: это малышка - большая умница. Тогда что?

- Традиция, Господин Мо.

- Хм…

- Уже традиция, - она склонила головку набок и вильнула хвостом, - Первый - Рамзес. Затем - Люси. Их атрибуты красивы, полезны, могущественны, а главное - индивидуальны. Нечто, что есть только у них. И дал атрибуты им ты. Будет атрибут служить лучше или хуже без твоего одобрения, уже не важно. Важно слово твоё.

- Неожиданно, да, но… принимается.

- Мой атрибут, - сверкнула глазами Ночка, и из её тела неожиданно выпрыгнул большой, полупрозрачный чёрный кот.

Пока я, с изумлением смотрел на него, он смело подошёл и потерся об мою ногу.

- М-мррр-акк… М-мрра-акк… - затарахтел он довольным баском.

Я подставил руки и кот тут же прыгнул, не сомневаясь ни секунды. Был он совсем невесомый, и в тоже время, материальный. Мягкий, но наполненный внутренней энергией. Его полупрозрачность постоянно "текла" и менялась. Так же, как и внешний вид. Точнее порода! То он британец. то ангор, то кот "Васька" беспородный дворовый хулиган, то загадочный и страсть какой страшный сфинкс.

- Ищет себя, - с улыбкой прокомментировала Ночка.

- Красавец, красавец, - наглаживал я кота.

Из-под пальцев вылетали малюсенькие искорки сиреневых и зеленоватых цветов.

- Мр-р…М-мррр-акк… М-мрра-акк… - запел он и лизнул шершавым языком в щёку.

- Дай угадаю, - улыбнулся я, поскольку всегда любил кошачьих. - Его зовут - Мрак!

- М-мррр-акк… М-мрра-акк… - согласился кот.

Ночка только сверкнула глазами и развела руками: мол, что тут ещё добавить. Головастик, торчащий за спиной, наблюдающий одним глазом, как всегда, за мной, одним за Ночкой, одним бдя вокруг, последним внимательно рассматривал кота у меня на руках. Типа, это ещё что за халявщик пристроился на погладить! Тонкое щупальце вылезло из-за моего плеча и попыталось ткнуть Мрака, но тот мгновенно вдарил когтистой лапой. Очень быстро, мгновенно! Так, что даже исключительная реакция Головастика не помогла!

- Хозяин! - обиженно пробулькал он.

- Так! Ну-ка не драться!- строго прикрикнул я и расцепил руки, - Иди к хозяйке.

Кот одним плавным движением извернулся и, мелькнув тенью, исчез внутри тела Ночки.

- Очень оригинально и красиво, покивал я, - Очень. Живой атрибут с зачатками собственного сознания. Ведь так?

- Так, Господин Мо! - улыбнулась посланница, - Часть меня, но немножко не я. Как ты и Головастик. Не так явно, но всё же. У вас подсмотрела и подумала - почему нет? Собака и кот, это будет интересно.

- Отлично придумано, Ночка! Я в восторге. И скажу честно, сам бы такого не придумал. Очень рад за тебя. Шикарный атрибут.

- Спасибо, Господин Мо! - она слегка поклонилась, - Слово сказано, а значит - мне пора.

- Приходи ещё, Ночка, мне будет интересно с тобой пообщаться. И, можно вопрос?

- Конечно, - она удивлённо задрала брови.

- Когда ждать остальных?

- О-о, это сложно, - ухмыльнулась Ночка, - Девочки до сих пор перебирают всяческие железки и украшения. К моему выбору они отнеслись скептически. Но теперь, когда слово одобрения произнесено, у них откроется ещё одна линейка "кандидатов". Ну, а я, пожалуй, подкину им ещё какого креатива. Например, - она поводила пипкой носа, - растения? А?

- Мудро, - посмеиваясь, согласился я, - Глядишь, они появятся не раньше, чем через год. Или два. Как раз успею свои дела порешать.

- Или три, - улыбнулась Ночка, и… пропала.

- Умная девочка, хех…

Вот так и плыли, расслабленно, спокойно поспешая медленно. На самом деле всего-то пару месяцев выпало нам с Головастиком такой несуетной жизни. А потом приплыли…

Бывало, да, попадали мы в шторма, и не раз. На "Принцессе Мими" даже разок успели, а уж на "Виктории Лаки" не меньше десятка. Но всё как-то умудрялись, то в бухту какую заскочить, то в лагуне спрятаться. Или просто островом большим прикрыться. Если не удаляться от Большого Архипелага далеко в открытый океан, всегда есть варианты переждать непогоду если не в комфорте, то довольно безопасно.

Но в этот раз природа нас застала со "спущенными штанами". Не в прямом смысле этого выражения, но легче от этого не стало. На Архипелаге бывает, острова понатыканы так плотно, что порой протиснуться на яхте меж некоторыми - проблема. Иногда с одного пляжа можно доплюнуть на пляж другого, в прямом смысле этого слова. Десять метров, пятьдесят, сто! Километр, пятьсот метров, триста, пять или десять километров. Проливы и протоки длины и ширины - какой хочешь. Случается, по пять островов на квадратный километр. И такая толкучка может тянуться на сотни километров.

А бывает, от одного кластера островов до другого - километров тридцать, бывает пятьдесят или сто. Случается - день пути. Или два… Тоже самое касается отдельных островов.

Нас как раз прихватило на таком перегоне. Сто пятьдесят до ближайшего острова впереди, столько же, приблизительно, назад. Есть где волне разгуляться.

Как это часто и бывает, шторм напал на нас стремительно и неожиданно, словно бандит из тёмной подворотни. Ни убежать, ни спрятаться! Ещё пять минут назад светило солнце, поддувал свежий, но довольно комфортный ветер, прозрачные волны кудрявились веселыми белопенными барашками, а ещё через десять минут на нас упала ночь!

Завывая и ревя, ураган бросился на нас голодным тигром! Струи дождя хлестали со всех направлений сразу! Говорят, девятый вал - это такая волна, девятая по счёту. Очень может быть, но похоже тут об этом не слышали. Такое ощущение, что каждая пятая - девятая! А каждая шестая - десятая!

За то недолгое время, что нам было отпущено до наступления армагеддона, мы с Головастиком успели подготовить "Принцессу" настолько, насколько это вообще возможно.

Мачта сложилась внутрь, уменьшая высоту в половину. Паруса убрали полностью. Спрятали под палубу или закрепили всё, что только можно. Одели заглушки на водомёты, толку от них, как я предчувствовал и, как оказалось на самом деле, не было никакого. Вытащили стопора меж корпусами тримарана. Теперь конструкция перестала быть жёсткой, что увеличило её сопротивляемость на излом и уменьшился шанс перевернуться.

Задраили все отверстия, превратив корпуса в герметичные поплавки, я и такое предусмотрел. Выпустили длинный шверт-штангу с антигравами. Огрузив их, мы добавили устойчивости тримарану. Успели много необходимого за короткий промежуток времени. А потом засели внутри, рассовав и закрепив, что успели, и принялись пережидать катаклизм. Как-то осознанно повлиять на управление кораблём - даже думать нечего.

Пять суток нас крутило словно в стиральной машине. Рёв ветра оглушал даже сквозь корпуса. Нас швыряло и кидало среди волн, словно щепку. Иногда, реально, мы перелетали с одной огромной волны на другую по воздуху! Сотни раз нас полностью топило под могучими валами. Несколько раз переворачивало, но мы вновь и вновь выныривали, вставали на киль и продолжали нестись куда-то в беснующуюся мглу! Попадись нам навстречу какая-нибудь скала или риф, мы бы заметили только размазавшись "об стену". Дальше путешествовали бы по дну. Но пронесло! Во всех смыслах этого слова, хе-хе…

Вот так мы и "летели" все эти дни и ночи. "Принцесса" скрипела, охала, жаловалась и плакала, но раз за разом выходила победительницей в хватке со стихией. Слава крепителям! Аллилуйя конструкторам! Да здравствует магия, что позволила создать уникальные материалы и ещё наградила тримаран множеством мелких, но очень полезных процентов в конструкции. Там пять процентов к скольжению по волнам, тут десять к управлению рулями, семь - к валкости корпуса, три - к прочности оснастки… И таких много, очень много!

На шестые сутки стало стихать, на седьмые мы слегка покачивались на еле заметной ряби, почти в полном безветрии. Всё это время мы не ели, почти не пили, спали вполглаза… Да что там, иногда дышали через раз! Но в целом, благодаря укреплённому организму, я пережил всю эту круговерть вполне пристойно. Головастик, так вообще отнёсся к кувырканиям, как к некому бесплатному аттракциону развлечений. Присосался к полу и только погыгыкивал при особо крутых кульбитах тримарана. Уж как я ни пытался настроить его на серьёзный лад, получалось плохо.

Когда мы выбрались на палубу, то увидели бескрайний Отец-Океан. Тихая густая синь под нами и прозрачная синь над нами. И Ослепительное Голубое Око! Я заглянул в карту… Пятачок в пару сотен метров вокруг "Принцессы", а за ним "туман войны"! Ни намёка, что там, вокруг нас. Настолько, что до сих пор безотказный Интуит скромно помалкивает. Даже сторону света не показывает, гадёныш! Где мы, что мы, куда мы… Только одно можно было сказать с уверенностью: под нами многокилометровая Тёмная Бездна. Открытые воды, где наша "Принцесса" - просто мошка, неудачно оказавшаяся на поверхность пруда, в котором плавают голодные "караси".

- Однако…

Глава 5

Удача - мадемуазель капризная, это всем известно. Мои отношения с ней очень доверительные. Как-никак, а параметр аж в 14, который есть превышение предельного значения и расширение расового допуска, что бы это ни значило!

На практике, наверное, это выглядит так. Попали на ровном месте в чудовищный шторм! Но не утонули, и ни об какой остров не расшибло. Тримаран потрепало, пошоркало, но ничего не сломало, не разбило. Закинуло, куда Макар телят не гонял, но стоило мне подняться на крыльях до пяти тысяч метров, как вооруженным глазом разглядел тёмненькое, едва видимое облачное пятнышко над горизонтом. Явный признак острова. Всего каких-то триста-триста пятьдесят километров над Тёмной Бездной. Дыша не громко, но громко попукивая, когда под нами пару раз прошло что-то раз в десять больше "Принцессы Мими", но ведь доплыли…

Да, мадемуазель Удача - девушка странная. Иногда даже не поймёшь, ворожит она тебе или наоборот - подставляет. Вот как нас с Головастиком…

Кластер из семи тропических островов, куда мы благополучно добрались, оказался относительно стандартным. Я имею в виду, флорой и фауной, климатом и вулканической геологией. Конечно, свои интересные особенности у них обязательно должны быть, как и эндемики, но нам, пока, не до того.

Мы "залезли", пробираясь по мелководным протокам, внутрь кластера. Уже достаточно открытого океана и стопитсотметровых глубин под килем. Нашли уютную, спокойную бухточку с отличным пляжем, и занялись "Принцессой"…

Вытащили нашу настрадавшуюся "девочку" на стапеля и приступили к тщательному осмотру и необходимому косметическому ремонту. И таки-да, ремонт потребовался только косметический. Всё важные узлы, корпуса, детали и оснастка отлично пережили страсть господню. Так-то, про себя я этот ураган именовал - Ева. Вполне подойдёт этому катаклизму сие имя. Моя божественная вполне может так гневаться, имею представление, так сказать. Но вслух, естественно, такое крамольное произнести - ни-ни…

Ну, помимо неспешного ремонта, мы с головастым грели пузо на пляже, окунались в прозрачные воды бухты, рыбалили рыбу исключительно спортивным методом. Охотились в прибрежных джунглях, примечали, есть ли где какой полезный хабар. Релаксировали возле вечернего костра, растекались мыслию по древу, рассуждая о высоком, наслаждались покоем… Всего-то дней шесть!

Как-то раз, Головастик, расспрашивая меня в очередной раз о моей встречи с его мамой Таней, спросил…

- А что такое верша, Хозяин?

После того, как я научил Головастика ловить рыбу техническими, так сказать, способами, он стал проявлять изрядный интерес к этому делу.

- Ну, это такая рыболовная штука. Для ленивых рыбаков, не ортодоксов. Сама ловит, если правильно настроить и в нужное место поставить. Так-то, будем справедливы, когда надо накормить много народу, да каждый день, оно, конечно, много эффективней будет, чем любая удочка. Тем более фидер, такой как у нас - это высокотехнологическое творение, продвинутое техническое изделие. Из говна и палок не сделаешь. А вот вершу из многого можно на коленке смастрячить.

- Хозяин, сделаем вершу? - заглядывая двумя глазиками в лицо, пробулькал Головастик, - Очень интересно.

- Ну, а почему бы и не да! Приобщу, так сказать, к технологиям человечества, тянущимся из бездны веков, - подмигнул я ему, - Значит, что нам нужно… Прутья, лианы, растительные волокна или тому подобные штуки. Не толще, но и ненамного тоньше моего указательного пальца. Главное, гибкие и длинные. Вязанку побольше, - я изобразил богатый объём руками, - Понял?

- Да!

- Иди ищи. Как найдёшь, так дальше будем работать.

Головастик уполз в джунгли, а я вернулся к нелегкому занятию - отдыху на тропическом пляже.

Материал Головастик нашёл, что не удивительно. Длинные, прочные, замечательно гибкие прутья тёмно-зелёного цвета. Что-то вроде ротанга. А может это он и был, какая-нибудь разновидность его.

Я даже ни разу не использовал магию. Все только по древним технологиям: прутья, ловкость рук, знание куда и как, и вот вам - верша. Она же - нырёд, поставуха, межа или морда. У разных этнических групп такая снасть называется по-разному, а суть одна.

Головастик проворно повторял за мной, и получалось у него весьма неплохо. Ну так, помимо ловкости, силы, глазомера в четыре окуляра, он ещё механикус двенадцатого ранга. С учётом нескольких "рук", вторую вершу он сплёл быстрей меня в два раза, а третью я даже не стал начинать…

Мы нашли удобное место на выходе из бухты, посреди каменных и коралловых флуктуаций, разбросали верши и… я вернулся обратно на пляж заниматься своими делами, а головастый остался.

Прикинувшись камнем, он с интересом стал наблюдать, как глупая рыба заплывает в верши и не может выбраться оттуда. Как заползают в них жадные до халявной требухи крабы и огромные морские раки. Вот что тут занимательного? По мне, так ничего, а Головастику было интересно.

Впрочем, только пару -тройку первых поставок. Всё пойманное мы потом вытряхивали обратно, оставляя лишь единичные экземпляры добычи. Вскоре Головастик совсем потерял интерес, ловить на удочку куда как веселее и занятней. Все верши вынули и оставили только одну, самую большую, меня засунуть можно. Головастик её регулярно вытряхивал и вновь ставил, не знаю уж для чего, а он и сам внятно объяснить не мог. Ну, да какая разница, развлекается мой пет таким образом, ну и пусть его. С верши-то всё и закрутилось…

Не сказать, чтоб было совсем раннее утро, когда я неспешно повторял боевые комплексы с копьём и рапирой. Надо держать себя в тонусе, да. Ещё работал с тонкими потоками силы, когда на пляж выполз позеленевший Головастик.

- Хозяин, - шевеля щупальцами и тревожно "оглядываясь" по сторонам, удивлённо пробулькал он, - нас ограбили!

- В смысле? Как ограбили?

- Верша пустая.

- Хм… Точно ограбили?

- Головастик Мамой клянётся! - пошёл он разноцветными пятнами.

- А не могло ли такое произойти по естественным причинам? Не зашла рыба, да и всё.

- И крабы не заползли? - скептически уточнил Головастик.

- Почему нет?

- Потому что никогда такого не было, - отмёл он в ответ решительно, - Кто-то да всегда попадётся, а точнее - всегда верша почти полная.

- Ладно, согласен, случай из ряда выходящий. Тогда сразу навевает воспоминания - кто-то из твоих соплеменников. Кто-то из туанн"на?

- Нет, это вряд ли. Головастик своих почувствовал бы сразу.

- Тогда какая кракозябра дюже вумная. Восьминог ловкий с прошаренными мозгами какой-нибудь. Эти парни вполне способны обнести вершу на раз-два, и спасибо не скажут.

- Сожрать всё и не насорить? - усомнился Головастик, - Ни клешенки крабьей, ни чешуйки рыбьей на дно не уронил?

- А что мы знаем? - пожал я плечами, - Может, тут кто полуразумный скрывается. Знаешь ли, некоторые хищники даже без прокаченных мозгов не охотятся там, где живут, и не живут, где охотятся.

- Будем ловить? - оживился Головастик.

- Будешь ловить, - поправил я его, - А я займусь важным: буду пронзать могучим разумом пространство и время.

- Покачиваться в кресле, попивать взвар, читать одну из книг, что мы нашли у хобол, и любоваться на закат?

- Точно. Сидеть под водой, изображая из себя коралл, это тебе прикольно, а мне здоровье не позволяет. Кхе-кхе… - изобразил я кашель для достоверности.

- Тогда Головастик один пойдёт… - он мне совсем не поверил, но, ментально хмыкнув, спорить не стал.

- Иди. И совет: не хватай сразу, понаблюдай, оцени, мне покажи, потом будем посмотреть.

- Да, Хозяин.

Следующим утром Головастик выполз из воды, сияя от возбуждения разноцветными пятнами!

- Хозяин! Головастик видел! Смотри скорей!!!

И на меня "полился" ряд ментальных ярких образов, картинок со звуком и запахом. Сначала отдельные кадры нонстоп! Вот верша совсем пустая. Вот уже в ней мельтешит кое-какая рыбёшка. Здесь в неё лезет пузатенький, пупырчатый краб. А тут, и правда, в вершу наведывается местный осьминог. Но совсем не тех размеров, что может обнести всю вершу. Мелкий воришка ловко проник через входное отверстие, заборол краба и спокойненько свалил обратно. Под водой сгустились сумерки, ушел и пришел прилив, забрезжил рассвет, когда появились те, кого Головастик выпасал.

Надо сказать, что у моего пета есть много разнообразных способностей и умений, как данных природой, так и подаренных Системой. Я имею ввиду даже не все, а только те, что помогают ему самому становится невидимой смертью для невнимательной добычи, и неуловимым для врагов. Там и особое зрение и уникальный слух, мимикрия и полиморфия. Он видит температурные и энергетические сигнатуры. И в то же время, сам ловко скрывается от многого из перечисленного.

Это я всё к тому, что появившиеся существа для прокаченного во многих способностях Головастика явилось полной неожиданностью.

Вот никого возле верши нет, а в следующую секунду рядом с ней… лягушка! Не лягушка, как таковая, конечно, но очень и очень похоже. Длинные, мускулистые трёхсуставчатые ноги-лапы с растопыренными пальцами, меж которых находились перепонки. Тело сильно напоминает ту же лягушку, но более вытянутое, можно сказать - атлетическое. Плеч не было. Руки, а это именно руки, росли прямо из тела. Они были тонковаты и намного короче ног, и также имели три сустава, помимо четырёхпалой кисти. Пальцы длинные, с перепонками.

На короткой тонкой шее крутилась треугольная плоская голова. Полукруглый затылок венчал пучок жестких, не очень длинных дредов. Ну, или очень похожих на них образований. А самое интересное, их цвет. Точно такой же, как и у меня.

На конце вытянутой морды - узкий, очень широкий тонкогубый рот. Две дырочки с клапанами вместо носа. Глаза - два подвижных перископа а’ля хамелеон. Тут, на Океании, такое у многих. У каждого третьего подводного существа - уж точно. Взять моего головастого - точно такие. Только у него четыре глаза, а у этого неизвестного существа - два. Хотя почему неизвестного? Сам я до сих пор представителей подводной разумной расы не встречал, а теперь, похоже - сподобился. Дамы и господа, как говорится, позвольте представить - бацхвари!

Да, это определённо кто-то из этого племени. Видал я их на картинках, и читывал описание.

Одежда на бацхвари отсутствовала. Но широкий пояс из чей-то кожи имелся. На поясе были кармашки, шнурки и ещё что-то. На бедре, в подвязке - нож. Судя по всему, кость или плавник какой-то рыбы. В руках у "лягуша" - короткое кривоватое древко, к которому небрежно прикручен трезубый гарпун.

Всё это промелькнуло перед моим взором быстрыми насыщенными информативными образами. Я ощутил удивление, азарт и радость Головастика.

Удивление оттого, что он не заметил "добычу" до последнего. Но и радость: оттого, что и его обнаружить не смогли. А азарт, тоже понятно от чего! Выследил, а скоро и поймает, да! Вот только хозяину расскажет\покажет…

Дальше события развивались ещё интереснее. Бацхвари застыл над вершей, внимательно "отсканировал" одним глазом её содержание, тогда как вторым всё время ощупывал окружающую обстановку. Башка в этот момент у него и правда крутилась на триста шестьдесят градусов! И не только по кругу, но и в любой плоскости! Полное ощущение, что у него не столб позвоночный, а независимый вращающийся шарнир.

В какой-то момент, убедившись, что всё спокойно, он подал сигнал, сложив "дулю" из пальцев, и возле него материализовалось ещё два «лягушка». По внешнему виду, экипировке и вооружению ничем не отличавшиеся от первого.

Аккуратно подхватив вершу, они ловко утащили её метров за сто, в закрытый отнорок между высоких кораллов. Головастик, используя все свои способности, проследил за ними.

Бацхвари открыли вершу и ловко "перегрузили" её содержимое в хреново связанные большие авоськи. Надо заметить, что основную часть рыбы они ловили руками, а иногда, самую шуструю или большую, накалывали гарпуном. Причём движения их были изрядно стремительны! Можно сказать - мгновенны! От такого уда ещё попробуй увернись. Я примерил к себе, среагировать смог бы, а вот смог бы уклонится, однозначно утверждать не берусь. Резкие ребята, да.

Вытряхнув вершу, оставив одного в "домике" с добычей, бацхвари вдвоём отнесли её на место. И оставили ровно в таком же положении, как она и стояла. Ни на сантиметр не ошиблись. Видно, с глазомером и зрительной памятью у них всё в полном порядке.

Немного ещё постояв возле неё, они вдруг, одновременно пропали с "радаров". Явно какая-то способность. Природная ли, магическая, это будем теперь разбираться…

- Однако, очень интересно, как ты думаешь, дружок? - обратился я к замершему Головастику.

- Очень интересно, Хозяин, - согласился он, - Будем ловить?

- Тебе рыбы жалко?

- Рыбы Головастику не жалко. Головастику интересно, - порозовел мой пет.

- Чтож, похоже релакс с удочкой на берегу тихоструйного океана, созерцание величия Большого Архипелага в тиши и покое, а с этим и минорный период нашего существования без всякого обременения - закончен.

- Хозяин? - Головастик явно ощутил мои не совсем радостные эмоции.

- Чую, друг мой, скоро мы намутим себе очередной квест. Как бэ - сами.

- Может не будем ловить? - выдвинул здравую идею Головастик. Сарказм последней фразы он уловил отлично.

- Увы, мой друг. Думается мне, избежать очередного грандиозного шухера нам не удастся. Так или иначе… Не просто же так нас сюда притащило.

Я поднял голову вверх и изобразив лицом печаль и сожаление, погрозил пальцем.

- Ая-яй… Ая-яй, моя божественная Система. Архипелаг - территория одиночества, - передразнил я системное сообщение, которое мне выдали ещё при первом появлении в этом мире, - Огромные пространства, где не ступала нога разумных. Ага, как же. Да тут проходной двор, похоже. Уж кого я тут только не встретил. Как же так? Э?

Молчат небеса…

Следующим утром Головастик выволок на пляж двух бацхвари. Вывесив их пред моими очами, он гордо переливался цветами удовлетворения и превосходства.

- Вот! - тряхнул он двумя несопротивляющимися тушками, перехваченными поперёк тела цепкими щупальцами, - Поймал!

Бацхвари вблизи уже меньше напоминали лягушек. Росточка, правда, они были невеликого. Как говорят, метр с кепкой в прыжке. Мне хорошо если по грудь будут. А Головастик возвышался над ними вообще гигантом.

Структура кожи бацхвари, я сразу это отметил, скорее, как у морских животных, например, у дельфина. Гладкая, и на глаз - маслянистая. Расцвечена разводами и точечными пятнами желто-серо-зелёного камуфляжа. Не удивлюсь, если "лягухи" могут мимикрировать под окружающую среду. Какого-то специфического запаха, кстати, я от них не уловил. Для моего носа они вообще ничем не пахли.

Груди, подобной человеческой не было, но пласты мышц под кожей имелись. И даже подобие пресса на животе. Пупка, как и сосков, не имелось. Что уже намекало на определенный цикл воспроизводства потомства. И, кстати, никто из разумных на Океании достоверно не знал, как бацхвари размножаются. Возможно, знала пчела Вика, но как-то я забыл её о таком спросить.

Очень заинтересовали кисти рук бацхвари. Четыре коротких трёхсуставчатых пальца с небольшим, но толстым и круто загнутым когтем. Плотная полупрозрачная перепонка меж ними, как и на ногах, но, главное, четвёртый палец, который по идее должен быть противостоящим, таковым не оказался.

Я точно помню, на картинках у бацхвари он был не только противостоящим, но и между ним и указательным перепонка отсутствовала. И когтей не было. Ногти, треугольные, но вполне человеческого профиля, это имелось, да, но не когти.

Глядя на строение такой кисти, невольно думаешь, что у ребят большие проблемы с изготовлением множества полезных и необходимых предметов. С такими пальцами много не наработаешь. Ни мелкого не создашь, ни оружие как следует в кулаке не зажмёшь. Мда…

В подтверждение моего вывода, пояса, что были одеты на бацхвари, при близком рассмотрении оказались сделанными довольно грубо. Тяп-ляп сделанными, что уж тут говорить. Края кожи подвёрнуты неровно, обмётаны для крепости кожаной полосой криво и неравномерно. Кособокие кармашки пришиты вкривь и вкось. Шнурки с привязанными к ним мелкими раковинами, кусочками кораллов и ещё какой-то хренью, не только разной толщины, но и ширины не одинаковой. Короче, от такой культуры изготовления любого хоб удар бы хватил!

Всё это я отметил мельком, в основном разглядывая лица бацхвари. Если их так можно назвать. "Морда", конечно, подошло бы больше, но необзывать же так грубо представителей одной из самых таинственных и довольно могучих разумных рас Океании! Не комильфо, простите меня за мой французский.

Хотя именно эти представители бацхвари особо представительными не выглядели. Какие-то они несуразные, жалкие что ли. Пояс этот бомжовый, оружие - говно, прости господи. Подворовывают… Ну да ладно, разберёмся по ходу пьесы.

Так вот - лицо… Начиная от верхней губы широкого рта через всю морду и уходя на затылок, тянулся невысокий, гребенчатый хрящ. Подбородок отсутствовал, тут как раз всё очень похоже на лягушку, да. Плоская треугольная голова "сидела" на тонкой, не очень длинной шее. Вообще не понятно, зачем природа дала бацхвари такую внушительную пасть с настолько тонким горлом. Туда ж ничего крупного не пролезет…

Вместо ушей у них две выпуклые, ребристые блямбы по краям головы. Нос, как я уже говорил - две вертикальные щели, сейчас открытые.

Судя по лягушачей морде, с мимикой у бацхвари всё сложно. Никаких особых эмоций они не выражали. Слегка кривились тонкогубые рты, оголяя короткие и низкие пластины, да подвижные глаза-отростки тревожно ощупывали пространство вокруг, ни на секунду не сосредотачиваясь в одной точке. Ну точно, как хамелеон. У них и зрачок сжимался в тонкую полоску, когда глаз смотрел на меня. Щурились, так сказать. Может быть, и от страха… На лицо бацхвари если и отличались один от другого, то я пока ничего такого не заметил.

И да, дреды всё же оказались волосами. Жесткими, толстыми, но волосами. Сосисочной бахромой они свисали с затылка, заплетённые довольно неряшливо. И в них, вот уверен, жили сине-зеленые симбиоты, ровно такие же, как и у меня.

В целом, несмотря на довольно странный вид, бацхвари никакого отторжения не вызывали. Не няшки, конечно, но для меня они выглядели, как говорили в годы моей зрелости - прикольно.

Но самое прикольное в бацхвари было не снаружи, а "внутри". Точнее - в их внутренней сути. Во-первых, оба, точно, не маги. Никакого аурного кокона вокруг них не светилось. А во-вторых, я "не видел" ни течение энергии в их организме, ни ядовитых органов или протоков, мой энергот вообще не улавливал даже крупиц "жизненной энергии"! Глухая, закрытая система! Встречал я разных существ, что могли отлично маскировать "внутреннюю суть", но такого, чтоб даже малой "искорки" не засёк, да с такого расстояния - в первый раз. Словно передо мной не живой организм, а искусно сделанный муляж. Очень интригующе! Тем более, что даже моя кривоватая способность "познание сути" вообще молчит. Даже в своей неподражаемой манере - "существо" и "?????"- не выдаёт. Похоже, на бацхвари оно совсем сломалось, или эти ребята и правда весьма непросты. Очень, очень интригующе…

- Попались, ворюги… - удовлетворённо констатировал я совсем без злобы, внимательно рассмотрев бацхвари.

- Ага, - подтвердил Головастик, - Двух поймал, а третий убежал. Ловко загребает ножками, да. Но не для Головастика. Головастик бы догнал легко, но зачем?

- И пусть его, - кивнул я, - Нам и этих хватит. Кстати, где их оружие?

- Головастик отнял! Вот, - он указал кончиком щупальца на своё тело, - так больно ткнул один, ужас!

Даже при самой сильной фантазии принять еле-еле видимую точечку за рану очень сложно. Тем более зная, как Головастик относится к значительно более серьёзным повреждениям. Плюнуть и растереть или вовсе проигнорировать…

- Палки-ковырялки выкинул, - продолжил мой пет, - совсем хрень! Ножи вот, - он выудил из пространственного кармана пару плохо обточенных плоских костяных "клина", - но тоже хрень.

Мда… На ножи эти поделки даже отдалённо не тянут. Проткнуть, ковырнуть можно, а порезаться при максимальном желании не получится.

- Однако… - я перевёл взгляд на покорно висящих и молчащих бацхвари, - Это кто ж такое непотребство делает?

- Отвечайте ворюги, - энергично тряхнул тушки Головастик, - когда вас сам Господин Мо спрашивает.

- Не тряси их, дружок, они тебя не слышат. И вообще, вряд ли они на всеобщей мове могут говорить. А мы точно на бацхвари не поймём. Насколько они воры, надо ещё разобраться.

- Не воры! - с отчётливым квакающем акцентом подал голос один из "парней".

- Мы знаем всеобщий! - квакнул второй.

Так-то я всегда общаюсь с Головастиком голосом, а он со мной ментально. Привычка старого динозавра. Лишь изредка перехожу на стремительное ментальное общение, когда есть такая необходимость. Вот и сейчас, привычно бубню на всеобщем. И тут такой сюрприз…

- О-о-о… А день обещает быть интересным, - я аж потер от возбуждения руки. «Твоя моя непонимай» откладывается. Общаться будем нормально, - Тогда давайте, глагольте, откуда вы такие красивые взялись? Кто вы вообще такие? Что тут делаете?

- Говорите! - опять тряхнул бацхвари Головастик.

- Отпусти их уже, дружок. Ну куда они от тебя убегут…

Два тела синхронно шмякнулись на песок. Немного полежав, они подобрались и сели на "корточки". Длинные ноги сложились, но даже так они торчали почти над плечами. Руки тут же опёрлись о песок. Было заметно, что такая поза для бацхвари привычна. Они повертели головами, пошевелили глазами-перескопами и, сосредоточив на мне каждый по одному глазу, заговорили.

- Мы простые собиратели, - проквакал один из них, - прости если мой вопрос оскорбит тебя, ты человек?

- Человек.

- Человек, имеющий в услужении зрелого Туанн"ан, это высокий разумный. Мы, - лягухи переглянулись глазом меж собой, - имеем большую радость и честь говорит с таким человеком. Но мы простые собиратели, а тебе надо говорить со Старым.

Хм, простые собиратели… А речь-то исключительно правильная. А как строят предложения. Каков словарный запас… Убери квакающий колорит, и сразу понятно, эти бацхвари весьма продвинутые разумные.

- Со Старым?

- Вождь племени. Главный. Начальник. Руководитель…

- Я понял, - тормознул я "простого" собирателя, - Пусть будет, как вам привычно - Старый.

- Старый расскажет, - квакнул до сих пор молчащий второй бацхвари.

- Вас как зовут, парни?

- Я не парень, я девушка! - слегка обиженно проквакал первый.

- О, прости! Не силён в тонкостях вашей анатомии. Первый раз вижу бацхвари так близко. Точнее, вообще вижу первый раз.

- Наши имена тебе ничего не скажут, человек, - откликнулся теперь уже, как я понял, парень, хотя отличий, как не старался, я так и не разглядел, - Язык бацхвари сложен сам по себе, но ещё и половину звуков, что мы издаём, разумные Океании не могут услышать. Особенно человек. Такова наша природа, такова ваша природа.

Это, кстати, было заметно. Нижняя губа, как и вся челюсть бацхвари, была намного подвижней верхней. И когда они говорили, то звуки не всегда совпадала с открыванием рта, а артикуляция губ нередко вообще шла поперёк слов. Смотрелось это весьма занятно.

- Ладно, - не стал спорить я, - нет так нет. Можете передать Старому, что Господин Мо ждёт его. Пусть приходит, пообщаемся.

- Вечером. Мы можем находится под жарким глазом Голубого Ока, но лучше себя чувствуем, когда его лучи падают косо. Утром, вечером, ночью.

- Когда пасмурно или дождь, - подхватила девушка бацхвари - в тени.

- Чтож, тогда до вечера, - согласился я, - нам-то всё равно, а вам пусть будет удобно.

- Мы может быть свободными?

- Конечно…

Они несколько секунд обозревали нас с Головастиком, а потом, прямо из сидячего положения, в пару мощных прыжков достигли кромки воды и по красивой параболе нырнули в мелкую набегающую волну.

- Умеют, однако.

- Головастик может даже лучше, - недовольно пробулькал мой пет.

- Ну, ещё бы, - похлопал я его по упругому боку, - ты однозначно - красава!

Старый даже на внешность был - старый. Кожа подёрнута сеткой морщин, узоры на ней выцвели, глаза-перископы, стоило Старому чуть расслабиться, тут же норовили обвиснуть. Если бы у него были плечи, я бы сказал, что они сгорблены под гнётом времени, но плеч у бацхвари нет. А ощущение - есть…

Длинные дреды Старого были заплетены в пучок и перевязаны шнуром. И в этот пук воткнута шпилька из витой кости. Типа корона или ещё какая мулька.

Старый опирался на слегка изогнутый "посох". Желтоватое ребро какого-то морского существа. Может рыбы какой, а может кого ещё. Посох кроме статуса, похоже, никакой функции больше не несёт. Тонкий, с метр длины, кое-где нечёткая, стёршаяся резьба. Навершие обкручено несколькими скупыми нитками коралловых кривеньких бус. Как здорово, что со мной рядом нет Крука или мастера Ыки, убились б об скалу глядя на такое непотребство! Или убили кого…

В остальном, такой же прикид, как и у молодых собирателей. Плохенький, тяп-ляп, пояс, и на ноге в простенькой двойной подвязке - нож. Ну, если это так можно назвать… И лишь одна-единственная деталь "костюма" сильно отличалась от всего остального. На плоской груди Старого, на плетёном шнурке из радужных волос бацхвари висел металлический голубовато-зелёный медальон. Не очень большой, сантиметров пять, тоненький, плоский, покрытый мельчайшей замысловатой резьбой. Вилюшек было так много, что даже моё изумительное зрение сразу в них потерялось.

Трудно сразу сказать, является ли медальон каким-нибудь амулетом, а того круче -артефактом, но то, что это работа несравнимо более искусных рук, что видел у этих бацхвари, это точно.

Старый некоторое время молча рассматривал меня, Головастика, "Принцессу Мими", пляж, небо… Глаза шарились по окружающему, не останавливаясь на чём-то дольше нескольких секунд. Это непрестанное шевеление выглядело бы бестолково и даже несколько тревожно, если бы не Головастик. Я уже настолько привычный, что перестал замечать вертикально-горизонтальную суету глазных отростков.

- Приветствую тебя, человек, - проквакал Старый, лишь на мгновение задержав на мне взгляд обоих глаз. Голос у него оказался слегка скрипучий и словно надтреснутый, - Моё имя и статус - Старый. Как мне называть тебя?

- Моё имя, Господин Мо, - слегка кивнул я в ответ, - Но можно просто - Мо. Так будет проще, Старый.

- Ва-а-а… - чуть присел в коленях и слегка отпал челюстью Старый, - Какое солидное имя.

- Мне многие говорили об этом, но никто не поспешил разъяснить, в чём именно солидность.

- Никто? - удивился голосом Старый.

- Ни друзья, ни враги.

- Значит, есть в этом какой-то смысл которого я пока не вижу. Тогда и я не стану.

Так, опять облом… Очередной. На секунду меня взяло сильное расстройство. Будь мне лет на тридцать пять поменьше, когда я был горячим и резким семидесятилетним парнем, я бы, наверное, жабана ударил. Но с тех пор я обрёл внутреннее спокойствие, мудрость и всепрощение. Ну, не так что прям - все, но многое.

- Что предложить тебе, Старый? - повёл я рукой. За спиной стоял низкий столик с несколькими бутылками с напитками. Тарелки со свежими морепродуктами. Два кресла-качалки. Одно моё, именное и одно гостевое, так сказать, - Выпить, закусить, присесть?

Бацхвари, не чинясь, проковылял к столику. Ходил он несколько забавно. Чуть-чуть подпрыгивая, подгибая коленки сразу в двух суставах и выкидывая лапу с широко расставленными пальцами. Походка была довольно уверенной, но всё время казалось, что прыгать на четвереньках Старому намного привычней. Быстренько "отсканировав" все предметы и угощенья, он качнул туда-сюда кресло, квакнул, что можно было перевести как - "о-о"… и присел на корточки.

- Пожалуй, я пока посижу так, как мне привычно, - проскрипел Старый, - И за предложение пищи спасибо. Тут наши традиции, как и у всех разумных Океании, не различаются. По крайней мере, с твоими, Мо.

- Ну а я, с твоего позволения, присяду.

Усевшись и пару раз качнувшись под любопытным взглядом Старого, я ещё раз обвёл рукой тарелки, - Устрицы, мидии, гребешки, крабы?

- Спасибо, сыт, слава Ушедшим. Может быть потом, но сейчас я буду говорить о важном, - помотал головой Старый.

- О важном поговорить и я люблю, - согласно кивнул я в ответ, - Была б моя воля, я бы только и делал, что умные разговоры разговаривал. О чём же пришёл говорить ты, Старый?

- Прежде всего, прошу прощения за молодых собирателей. Они видели, как твой квамат, друг-помощник-защитник, - пояснил Старый на мои поднятые брови - выпускал рыбу попавшую в большой дырявый сундук.

- Верша. Это называется - верша, Старый.

- Ва-а… Я запомню. Верша. Так вот, квамат выпускал из верша попавшую туда рыбу. Один раз, второй, третий… Значит, она ему не нужна, решили они. Ничего плохого не будет, если они заберут то, что отпускают. Глупые, молодые, - покачал головой Старый, - Цепочка размышлений длится дальше того, что видят глаза. Но всё же есть и моя вина - плохо учил. Они слышали о Туан"на, но никогда не видели. Редкий, очень редкий квамат, даже для нашей расы. Квамат не может, несмотря на свой развитый ум, создать техническое устройство. Пользоваться - да. А значит, где-то есть тот, кто его научил, кто дал верша. Друг-Хозяин.

- Друг-Хозяин? - переспросил я заинтересовано.

- Да, друг-хозяин. Туан"на никогда не служат хозяину, если он не друг. Просто хозяину, очень недолго, до испытания "Право на жизнь". Слышал о таком?

- Хм… Слышал.

- Да, да… - покивал плоской головой Старый, - Думаю не только слышал, но и видел.

- Ну, можно и так сказать, - улыбнулся я.

- Квамат считается молодой, пока не прошел испытание. После него, если выжил, от хозяина "не друга" уйдёт.

- Интересно…

И правда, очень интересно. Кажется, с помощью этого бацхвари я смогу узнать о Головастике много полезного. Лягушки, сто пудов, о расе Туан"на знают много больше, чем кто-либо. Чтож, кажется, моя удача снова мне ворожит, а?

- Молодые были неправы, Мо, - вернулся к теме Старый, - Я прошу прощения за них. Лишь добавлю, что не от хорошей жизни они так поступили.

- Пустое, Старый. Нам рыбы не жалко.

- Всё равно я им устрою… - пообещал Старый, - Но сейчас буду говорить о более важном. Никогда мы не слышали, чтобы у квамата был хозяин - человек. Только бацхвари. А бацхвари нам опасны.

- Еще интересней.

- Скажи, Мо, - Старый вдруг резко поменял тему, - Ты человек какой расы? На Океании появилась новая раса? Народ, племя?

- Ты об этом? - я дёрнул себя за ухо и потряс косой.

- Да.

- Нет, раса моя обычная, человеческая. Это всё магические изменения. Так получилось…

- Ты можешь дышать под водой? - на секунду оба глаза Старого сошлись на мне.

- Могу. Думаю, что структура наших волос одинакова.

- Удивительно! - проквакал бацхвари,- Ты совсем не похож на человека. Точнее, как бы немного совсем - не человек. Пусть тебя это не обидит.

- Согласен, немного не человек. Какие тут могут быть обиды, - хмыкнул я, - Но и ты, Старый, как и твои собиратели, уж позволь заметить, отличаетесь от тех бацхвари, что мне показывали.

- Показывали?

- Нарисованные изображения, словесные описания, ментальные картинки… Если ты понимаешь о чём я.

- Ва-а… - похоже этот звук у бацхвари по разряду нашего хмыканья проходит,- Ментальные картинки. Понимаю, о чём ты, - покивал головой Старый, - Бацхвари делятся на восемь народов, и в каждом народе от десяти до пятнадцати родов, а в каждом роду до сотни и больше семей. А семья бацхвари - это много. Очень много, Мо. Десятки тысяч. И все эти группы немного да отличаются от остальных. Цветом кожи, гребнем на голове, расцветкой перепонок, незначительным строением тела. И ещё многими, не слишком явными для других рас, но очень заметными деталями для бацхвари.

А мы, Мо, девятый народ. Мы сильно отличаемся от остальных, - он поднял руку и растопырил пальцы, - Сильно. Народ-калека. Народ-изгой. Низвергнутые. Проклятые. И ещё несколько прозвищ, что я не смогу перевести на общий язык.

- Это… - я даже не сразу нашёлся что ответить, - печально.

- Печально, - покивал Старый головой, - печально… и заслуженно. Это искупление, Господин Мо.

- Искупление?

- Да! И в этом сама суть нашего разговора. Готов ли ты, Господин Мо, услышать трагическую историю девятого народа бацхвари?

- Ты так сказал, Старый, будто это твоя обязанность, рассказывать историю девятого народа каждому встречному.

- Ты прозорлив, Мо! - длинный зеленоватый язык выскочил из пасти и облизал не только губы, но и половину "лица", - Обязан рассказать. Это часть Искупления. Но ты можешь отказаться.

Ох… Кажется я сейчас наживу себе проблем! Но и не гнать же старого жабана. Тем более, что мне в самом деле интересно. Видимо организм отдохнул от предыдущих приключений и уже готов к новой движухе. Внутри от слов Старого, прошелся предвкушающий тремор, кровь заструилась по венам быстрее, уши радостно раскрылись внимать…

- Говори.

Глава 6

Когда-то девятый народ, его истинное имя даже с моим модифицированным слухом услышать мне не дано, был велик. Нет, не так. Очень Велик! Величайший среди остальных народов бацхвари. Самый многочисленный, самый могущественный, самый продвинутый по спирали возвышения.

Лучшие исследователи и учёные - они. Лучшие воины и полководцы - они. Самые искусные мастера - тоже они. Самые могучие и умелые маги - опять у них. И там они первые, и тут они впереди всех. Не год, не два - столетия. И пришла - гордыня. И снова не так. Великая Гордыня! Настолько великая, что девятый народ стал творить плохое. Непотребное, ужасное… И не только с остальными народами, но и внутри себя. Иные народы бацхвари тоже не праведники, которые живут за счёт чистых помыслов и непорочного образа жизни, но девятый перепрыгнул их всех. Намного, намного дальше. Так зарвались, что однажды разинули рот на самих Ушедших Богов. Посчитали себя, скудоумные, что они в чём-то даже им равны…

И Ушедшие заметили девятый народ. Обратили на них свой удивлённый, а затем и недоумённый взор. И тут бы бацхвари нырнуть в тину и зажать лапами рот, а они квакнули! Гордыня, скудоумие… И Ушедшие слегка рассердились. Увы, против богов вся могутность народа оказалась не больше малой песчинки на бесконечном пляже. Микроскопической икринкой в миллиардных полях планктона, что колышется на просторах океана.

Боги наказали девятый народ! Не так жестоко, как могли бы, и как, возможно, стоило. Это по мнению остальных восьми народов, но девятые с ними бы не согласились…

Ушедшие не уничтожили дерзких, они низвергли их с "пьедестала". Отняли магию! Забрали благородную внешность. Уменьшились рост, сила, выносливость. Рождаемость снизилась. Исчез на руке мизинец, а большой палец перестал быть противостоящим. Вместо ногтей - когти. Руки девятого народа стали почти непригодными для работы.

Отныне девятые не могли жить, как остальные народы бацхвари, в великой глубине. Их удел - прибрежные зоны. Что по понятиям бацхвари - чуть ли не бомжовая помойка. Странные, однако у них вкусы! С моими точно не совпадают.

Более того, девятым стало необходимо выходить на сушу не менее раза в месяц, а лучше чаще. Мало того, потомство могло родиться только раз в сезон и в определённое время! Не нашли удобное, защищенное место, не приготовили запасы, увы вам.

Короче, Ушедшие Боги порезали возгордившимся жабанам природный функционал весьма жестко.

И даже после всего этого Старый считает, что боги их пожалели. Оставили разум, наследственную память, пусть и не в полном объёме, некоторые способности, а главное - надежду.

После того, как девятые подверглись остракизму, они, естественно, стали платить по счетам. А задолжали они много и многим. Восемь народов охотно принялись взыскивать должок. Не так рьяно, как им бы хотелось бы, пример зарвавшихся родственников как раз и был у них перед глазами, но всё же, всё же…

Когда-то могущественные полной мерой познали горе и унижение, печаль и безнадёгу. Старый не углублялся в детали, но представить, что тогда происходило, фантазии у меня хватает. Великий и многочисленный народ стал быстро таять. И длилось это не год и не десять. Девятые скрывались, сопротивлялись, старались приспособится, но всё напрасно… И однажды девятые, всеми вместе, обратились к Ушедшим Богам с великим раскаяньем и просьбой о прощении. И Боги их услышали.

- Недостаточно наказаны, - изрекли они, - Время Искупления не настало.

Тогда бацхвари спросили, что им надо сделать, чтобы избыть наказание полностью и приблизить время Искупления. И Ушедшие ответили:

- Пересечь Мертвые Воды, достигнуть Великого Архипелага. Дальше укажем…

- Мёртвые Воды, Мо, даже для нас, подводной расы, можно сказать, повелителей глубин - очень опасное место! - Старый покивал головой, - Очень… Мы знали про них, но никогда их не пересекали. Не было нужды. Но боги указали путь, - он вздохнул… и продолжил рассказ.

Удивительно, но даже такие испытания, что выпали на долю девятого народа, так до конца и не сплотили их. Следовать за Искуплением отказалось больше половины. По разным причинам. От недоверия, боги могут и обмануть, от страха неизбежной гибели в Мёртвых Водах. От мысли, что со временем можно как-то договорится с остальными бацхвари, выжить, приспособится, что "рассосётся" само собой. Особо глупые лелеяли тщетную надежду на реванш - если и вдруг произойдёт нечто такое, и они опять вернут былое величие. Что это, кто им поможет, если даже Боги против, ослеплённые ненавистью глупцы сами внятно выразить не могли. Что-то… Девятый народ раскололся…

Что с оставшимися стало, Старый не знает. Он потомок тех, кто преодолел Мёртвые Воды. Многие сотни тысяч вошли в них, а вышли жалкие десятки тысяч. Они достигли Архипелага, и боги, как и обещали, явили свою волю.

- Живите достойно, - сказали они, - не так, как вы жили раньше. Плывите от острова к острову. Вам дозволяется жить возле одного большого острова или кластера островов не больше одного сезона. Если встретите разумного, с его согласия расскажите свою историю. Делайте, что должно. Когда настанет срок, явится Искупление.

- Это случилось давно, Мо, - печально скрипел Старый, - Очень, очень-очень давно. Так давно, что даже Богов стали звать - Ушедшие. Знаешь почему?

- Наверное потому, что они ушли, - хмыкнул я.

- Да. - квакнул Старый - Ушли. А мы так и не поняли, как выглядит Искупление, и что же именно надо для этого сделать... Тогда они не дали ясного ответа, а теперь и спросить не у кого. Я, - он постучал длинным пальцем по макушке, - сто первый Старый с тех пор, как мой народ пересек Мёртвые Воды. Это не наследственная должность, чтоб было понятно. Мы исчезли, Господин Мо, - его тонкие губы исказила печальная полуулыбка.

- В смысле, исчезли? - удивился я.

- Истёрлись, источились о время и трудности, растворились в прибое, как утренняя пена. То, что осталось - это малая капелька, что промелькнула в потоке дождя. Горсточка бацхвари, которая безнадёжно, но упорно цепляется за жизнь, веря в Искупление. Только вера держит нас на этом свете.

- Сколько вас, Старый?

- Пять десятков девятого народа, от многих миллионов… - он покачал головой.

- Мда… - задумчиво протянул я.

Голубое Око уже склонилось к линии океана, ещё чуть-чуть и коснётся его края, окунаясь в сиреневую прохладу. Как-то так всё время получается, что я всегда, когда есть такая возможность, непроизвольно, не задумываясь, выбираю место, с которого закат виден именно с такого ракурса - погружение звезды в океан. Феерическое зрелище.

Я сидел, смотрел, попивал взвар и осмысливал рассказ Старого. Если вся эта история - игровая подводка под меня, то уж очень хитрая. Хотя, чего только в жизни ни бывает. Однако, слишком сильный квестовый привкус на губах от всего этого. Может Божественная, преследуя свои цели, подстроить такую встречу? Легко. Возможно такое совпадение разнонаправленных векторов линий судьбы, приведших меня и девятый народ в одно конкретное место, здесь и сейчас? И это может быть! Случайность? Но как говорят мудрые: случайности неслучайны.

А теперь - самый главный вопрос: насколько Бесконечная Вселенная - игра? Сколько в ней от игры? Как я воспринимаю, ощущаю, чувствую окружающее? Игра? Или: вся наша жизнь - игра? Я просто живу. Вот тут, на пляже, в это мгновение… Системные сообщения, циферки статов, ещё какие-то условности - это просто данность этой реальности. Точно такие же, как и те, что окружали меня на Земле. Например: всё при замерзании сжимается, а вода расширяется. Всё можно сжать, уплотнить, а воду нельзя! У воды вообще около десятка агрегатных состояний. И большую часть этого физического феномена учёные объяснить не могут. А время? Всем хорошо известно, что на самом деле оно имеет минимум два состояния для человека - объективное и субъективное. И такого на земле хватает! Это ли не "игровая условность", это ли не магия, если приглядеться повнимательней?!

Если то, что рассказал Старый, реальная история девятого народа, произошедшая в виртуальной действительности, это, конечно, жесть. Не я им судья, не я им прокурор или адвокат. Всё, что могли плохого сделать, девятые сделали, всем, чем могли расплатиться, похоже - расплатились. Те полсотни бацхвари, что встретились мне, по сути, уже не имеют никакого отношения к девятому народу. Смею предположить, ни ментально, ни укладом жизни, ни традициями, ни биологически… И тем большее уважение ребятам, что до сих пор живут и надеются искупить вину своих предков.

Есть, конечно, и определённая недосказанность в истории, что поведал мне Старый. Я хоть и менталист немного, но не могу залезть в голову этого бацхвари, впрочем, как и любой другой менталист, но есть нюансы. Способность слышать между слов, улавливать недосказанное, почувствовать собеседника, уловить его суть, понять к чему он предрасположен, кто он, что он - это у меня неплохо получалось ещё в той жизни. Да что там, неплохо, отлично получалось. А если всё умножить на опыт прожитых лет, то я и без всякой магии менталист ещё тот, да. Что-то сокровенное приберёг Старый, чего-то важного недосказал. Нюансы и детали, что могут существенно подкорректировать общую картину. Но это и не удивительно… А вот в целом, я уверен, он рассказал мне правду.

Но некоторые вопросы, что лежат на поверхности, у меня возникли. К примеру, как так получается, что Старый отлично говорит на общем? Не в смысле того, что вообще говорит, а очень образно говорит, с большим и разнообразным словарным запасом. Цифра высокого уровня? Согласен, но при всём том, одного этого недостаточно. Нужно соответствующее окружение, могущее поддерживать такой уровень культуры общения. Те полсотни соплеменников достаточны для этого?

Отчего у бацхвари такие корявые и редкие предметы быта? Ни за что не поверю, будто бы они за многие тысячи лет не смогли приспособить под себя богатейшие природные ресурсы океана, даже имея такие руки-крюки.

И это только парочка странностей из многих, отмеченных мной. Думаю Старый растолкует многие из них, если я спрошу, если проявлю заинтересованность. Но если спрошу, то по законам кармы, их проблемы станут, в каком-то смысле, и моими проблемами. Так уж для таких как я устроен мир. И тот, в котором я живу сейчас, и тот, в котором я жил раньше.

Так что же делать мне? Мне что делать…? Хотя кого я обманываю? Лично для меня ответ очевиден: делай, что должно, случится, чему суждено. Чему суждено! И никак иначе.

- Чем я могу вам помочь, Старый?

Кажется, большой антропоморфный жаб сильно удивился! Если до этого момента Старый упорно сидел на корточках, если это можно так назвать, то тут конкретно сел на задницу. Челюсть отпала, узкий длинный зелёный в пупырышку язык вывалился, глаза собрались в одну кучу и уставились друг на друга. Они как бы спрашивали: ты тоже это слышал? Если и были у меня подспудные подозрения, что Старый пришёл не только извиниться, рассказать свою историю во исполнение искупления, а может и ещё на что-то надеялся, на помощь, к примеру, то теперь я точно убедился: ничего подобного у него и в мыслях небыло. Мои слова для него - полная неожиданность. Можно сказать - потрясение. Видно, Ушедшие и вправду конкретно "приложили" девятый народ, да так, что они за все эти времена не получали ни сочувствия, ни, тем более, помощи.

- Ты хочешь нам помочь? - наконец проквакал осипшим голосом Старый.

- Ну, не бросать же вас, убогих. Так вы и правда вымрете, не дождавшись своего Искупления.

- А чем ты нам поможешь? - всё ещё не веря своему счастью встал на ноги Старый.

Ну, - ухмыльнулся я, тоже поднимаясь из кресла, - чем-то помогу точно. Мы, - кинул взгляд на головастого, так и сидевшего за моей спиной молчаливой глыбой за моей спиной молчаливой глыбой, - с моим кваматом вам поможем. К примеру, поставим на ночь все верши, что у нас есть. Кстати, познакомься, Старый, его зовут Головастик. Прошу любить и жаловать.

- Я в шоке! - квакнул Старый.

Следующим утром на пляж представится вылезла вся оставшаяся часть некогда могучего народа бацхвари. Восемнадцать мужчин, двадцать одна женщина и одиннадцать детей разного возраста. Разница между мужчинами и женщинами стала гораздо наглядней, когда видишь бацхвари в таком количестве. По крайней мере, мой зоркий глаз стал улавливать её довольно легко. Женщины чуть изящней в пропорциях, черты "лягушачьих" лиц чуть тоньше. Тело менее мускулистое, а кожа с природным камуфляжем немного ярче. Пучок дредов побогаче, а гребень между глаз менее выражен. Короче, отличить даму от мужика для меня - уже не проблема.

Вот вышли они на пляж, стали напротив меня молчаливой толпой, и стоят, рассматривают своими глазами-отростками а-ля хамелеон. То одним, то другим глазом они залипали и на мне, и на Головастике, а другой в это же время рассматривал небо, песок, соседей, себя… Зрелище, конечно, интересное. Такое шевеление "окулярами" кому непривычному и головокружение может устроить, да. Но только не мне, четыре "ловких" глаза Головастика закалили меня изрядно.

Молчит Старый, молчу я, все молчат. И знаете, когда я увидел эту малую горсточку девятого народа, вот так, вблизи, зрелище оказалось сильно печальным. Так-то они не выглядели сильно истощёнными, ветром, по край мере, не шатало. Морально угнетёнными, сгорбленными великой ответственностью "за весь народ", так сказать, тоже не ощущались, но… Но, было в них что-то потерянное, такое, словно видишь перед собой человека, загнанного черными полосам судьбы почти в самую дырочку темной дупы, но который всё ещё цепляется за малейшие шансы. Самая яркая аналогия - профессор-бомж. Который даже в нужде и лишениях старается одеваться чисто, говорить без мата, а пить культурно. Баланс на грани. Встречались мне такие в жизни.

Вот и бацхвари, что стояли передо мной, вызывали похожие чувства. Всё, что было на лягушках одето, всё, что они держали в руках, слова доброго не стоило. Корявое, несуразное, убогое, право слово… Пояса, коротенькие гарпуны, ножи из кости, засунутые прямо под подвязки на руке или ноге, даже без ножен. Какие-то неказистые котомки за спиной… У некоторых дам украшения в виде просверленных ракушек на шнурках или бусы из кусочков плохо обработанных кораллов, иногда простенькие браслеты. И всё это, мягко говоря - плохенько и стрёмненько.

- Господин Мо, - наконец проскрипел Старый, нарушая молчание, - девятый народ!

Он повёл рукой, и всё без исключения, даже самые маленькие лягушата, от горшка два вершка, сложили ладони лодочкой и приложили к своему лбу. Поклонились, значит… Ну, и я ответил тем же.

- Девятый народ, - продолжил Старый, - Господин Мо готов нам помочь. По собственному желанию!

Кажется, последняя фраза прозвучала очень многозначительно. С внутренним, весьма глубоким подтекстом. Или не кажется?

- Ва-а-а-а… - протянули хором все бацхвари и, присев дружно на корточки, вновь прижали ладони ко лбу, да так и застыли! Как говориться - глубокое "Ку"!

- Старый, - оченно внимательно попытался посмотреть я ему хотя бы в один глаз, - а ты ничего не хочешь мне сказать?

- Да, Мо, - не стал вилять большой лягушк, - кое-что сказать надо…

Под не слишком большим, но тенистым навесом, где маговентилятор поддувает приятной прохладой, стоит столик. На нём всяческие сладкие заедки, кусочки фруктов, напитки. Да, я умею устраиваться с комфортом. Более того, для вдумчивой и правильной беседы комфорт просто необходим.

Возле столика два кресла. Моё и гостевое. Я, естественно, в своём качательном, а Старый - в гостевом. Он с большой осторожность погрузился в него, но буквально через десяток секунд, поёрзав телом и посучив ногами, оценил достоинства необычного для бацхвари устройства. Ну так они тоже антропоморфны, чё бы не расслабить булки в мягком и удобном девайсе.

Большинство остальных бацхвари ушли вглубь бухты. Женщины обустраивали удобные "лёжки" в которых племя, на народ, увы, они уже не тянут, будет ночевать. Мужчины в сопровождении Головастика поплыли на охоту. И только дети беспечно кувыркались в полосе прибоя, прыгая в воду, выныривая и снова ныряя, скача по песку на четырёх "мослах", радостно квакая и смеясь. Но тоже не совсем без присмотра. Парочка взрослых бацхвари постоянно стояла на стрёме с гарпунами в руках, внимательно обозревая окрестности. Это правильно, да…

Мы же со Старым говорили о высоком! А точнее о том, что это за цирк был недавно. и вообще…

Втянув в себя мощным глотком ягодного морса через трубочку, Старый некоторое время тщательно дрожал горлом, дегустируя жижку.

- Ва… Интересный вкус, - удовлетворенно квакнул, он защурив глаза, - Хорошая вода…

Я так понял, что бацхвари абсолютно всеядны. Мало того, они, судя по тому, как Старый с удовольствием закинул в широкий рот всего по чуть-чуть, что находилось на столе, они спокойно употребляют в пищу любую "человеческую" еду. Это интересно…

- Вот, посмотри, - протянул он мне гарпун, если его так можно назвать, - Что скажешь?

Ну, что тут сказать… Метровое немного кривоватое "древко" из грубо обточенного куска какого-то коралла. Плотное и тяжёленькое. На конце примотано шнуром из рыбьей кожи плоское костяное "жало" от рыбы-пилоноса с неровно подрезанными заусенцами. Видно, что орудие много пережило на своём веку. Древко кое где обтёрлось, заработало несколько трещин. Кожаный ремень, держащий наконечник, потрескался, разлохматился. Да и сам наконечник в сколах и щербинах. В целом, гарпун дышит на ладан. Но, честно говоря, как только сие изделие вышло из-под рук "мастера", как по мне, оно уже было качественной хренью. Я, даже в самые первые, суровые дни на Океании, такое убожество позволить себе не мог. Руки, как ни старайся, такое сделать отказались бы.

- Честно? - посмотрел я на Старого.

- Только честно, - кивнул он.

- Говно. Изначально. А сейчас вообще выкинуть и забыть.

- А как думаешь, сколько гарпун служит, - нисколько не расстроился Старый.

- Хм… - я потёр подбородок. Неспроста он задал вопрос. Судя по внешнему виду, ответ очевиден, но тут явно какой-то подвох. - Предположу, что сей пырятель, хоть и неказист, но достойно послужил своему хозяину.

- От момента изготовления, - покивал головой Старый, - замечу, из новых материалов, и до сего дня, - одиннадцать восходов Голубого Ока. И сразу добавлю, что этот гарпун не участвовал в великих битвах, не испытывал ежедневных напряжений в массовых охотах. Его не швыряли куда попало, им не корчевали кораллы и не били по чему ни попадя. Его берегли и лелеяли. Все одиннадцать дней.

Буквально на секунду оба его глаза сошлись на моём озадаченном лице.

- Однако… - я ещё раз внимательно осмотрел гарпун. Нет, эта штука не может быть настолько "свежей". Везде виден значительный износ, и, прежде всего, тот, что наносит беспощадное время - И в чём тогда прикол?

- В том, что это ещё одна грань наказания девятого народа от Ушедших…

В любом деле, мелком или большом событии, в профессии, всегда есть тонкости, детали и нюансы. И в этой истории они присутствовали, естественно. Чтобы девятому народу жизнь мёдом не казалась, ко всем прочим ущемлениям и ограничениям Ушедшие добавили ещё немножко креатива. Всё, что они изготавливали собственными руками, изнашивалось, старилось, ломалось на порядки быстрее, чем при естественном ходе времени. И чем сложнее "конструкция", тем процесс шел скоротечнее. Радужная половинка ракушки на шнурке? Два элемента плюс дырочка. Месяц или чуть больше, потом шнурок порвётся, раковина лопнет или искрошится, потускнеет гораздо раньше.

Гарпун, что показал мне Старый - три элемента плюс обработка, «живет» две с половиной, три недели. Пояса с карманами, что непреложный атрибут всех бацхвари - два элемента. Тут им некое послабление, все карманы, сколько бы их не было, идут за один элемент. Шнурки и мешочки, что висят на поясе, считаются отдельными вещами. Пояс может "прожить" до месяца. Четыре элемента предмета - полторы недели. Пять - семь, шесть дней. Десять элементов - практически одноразово применяемая вещь. Её жизнь - пара часов.

Девятые вынуждены изготавливать только самое простое. Мудрить, как сочинить необходимое из минимальных элементов. А с их руками, думается мне, это ещё тот геморрой. Оттого, коготь морской кракозябры, которую поди попробуй завалить с таким-то убогим вооружением, острый и крепкий сам по себе, и как единственный элемент, может прослужить до двух месяцев. Иногда чуть больше. Но и так, на порядки меньше, чем если бы он находился, к примеру, в моих руках…

- И как вы выкручиваетесь?

- Плохо, - старый кинул взгляд одного глаза на свои ущербные ладони и пальцы, - Мы много утеряли из технологий и умений, даже несмотря на родовую память. Многое нам недоступно с силу вот этого, - Он потряс руками, - Не то что сделать, даже крепко зажать нож или гарпун для уверенного, сильного удара не можем.

- Понятно… А знаешь, Старый, меня зацепила одна деталь в твоём рассказе. Ты сказал: быстро разрушается всё, что делаете собственными руками. А не собственными?

- Даже если кто-то поможет в изготовлении чего-то и каким-либо образом, процентов на тридцать, - оба глаза Старого на мгновение сошлись на моём лице, - вещь будет служить гораздо дольше. Почти положенный срок. Ну, а если…

- А если дать вот такое, - положил я положил на столик кинжал, и Старый замолк на полуфразе.

- Отслужит положенное… - квакнул Старый.

- Кто-то помогал?

- Были прецеденты. Очень давно. Знаю только отсюда, - он постучал пальцем промеж глаз.

- Мда… Бабушка дай водички напиться, а то так есть хочется, что аж переночевать негде.

- О чём ты Мо? - удивлённо проскрипел Старый.

- Да так, мысли вслух…

Значит к хомуту на шею, ещё и телегу пристегнули. Это я о своём желании помочь. Это не пчела Вика. Не бравые ребята и девчата с Ураррата Сияющей Медузы. Не хоб, и тем более, не Мими и Ко. Им всем, кому больше, кому меньше, где руками, а где мозгами помог, да. Но все вышеперечисленные, как говориться, и сами с усам. Местами - весьма. Но эти большие лягушки совсем обездоленные. Хорошо хоть не по собственной убогости, а в силу желания высших сил. Однако помогать им придётся гораздо серьёзней, чем я думал.

- Ну, Старый, - ухмыльнулся я, отхлебывая взварчику, - давай уже, наваливай на телегу.

- Наваливай на телегу? - переспросил он удивлённо, - В смысле?

- Чем ещё "наградили" вас Ушедшие Боги? Огласите весь список, пожалуйста. Чтобы сюрприз какой в неподходящее время не вылез.

Старый некоторое время шевелил глазами в разные стороны, пару раз затянулся через соломинку и всё же "родил".

- Медленные мы. Гораздо медленней, чем сородичи. За рыбой не угнаться, как могли наши предки. Ещё есть аура отрицания. Природная способность бацхвари. Это нам Ушедшие оставили. Но слегка поправили. Аура отрицания делает нас почти незаметными для любого хищника, что вместе с природной мимикрией очень хорошо нам помогает избегать большинства опасностей. А когда-то ещё делала нас отличными охотниками. Сейчас аура нас всё так же защищает, но вот доступную нам по силам добычу отпугивает. Только и охотимся из засады, да собирательством.

- Ну, устрицам и трепангам убежать проблематично, - хмыкнул я.

- И морская капуста не слишком ловка, - квакнул весело Старый. Но веселье его было с заметной толикой горечи.

- Но вы же не голодаете? - выдал я скорее не вопрос, а утверждение, - При таком изобилии прибрежной зоны я себе такого представить не могу.

- Не голодаем… Но, как бы это объяснить получше, - Старый поскрёб подбородок когтями, - нам в организмах не хватает нужных веществ. На том рационе, на котором мы держимся - постоянно. Что-то там Ушедшие разладили внутри нас. Как говорит родовая память, таких проблем наши предки не испытывали. Океан давал всё. Да, что-то мы добыть, поймать, собрать не в состоянии, особенно в глубине. Но почему нас тянет к фруктам, овощам? Иногда требуется мясо, что живёт на суше? Отчего нам нужны в пищу некоторые земные растения? Птичьи яйца? Не поверишь, даже некоторые минералы нужно проглотить время от времени. И все они редкость на морском дне. Все больше на суше и в местах не самых доступных.

Старый некоторое время молчал, тревожно шевеля глазами.

- Особенно это необходимо, женщинам, вынашивающим ребёнка. Для полноценного развития и роста детей. Да и взрослым надо. Особенно тяжело нам в период штормов. Знаешь, наверное, что твориться в бухтах.

- Знаю…

- В глубину не уйти, - вздохнул Старый, - больших запасов продуктов не сделать. Мудрим, изворачиваемся… Так что, не голодаем, Мо, не голодаем. Угасаем потихоньку…

Мда… Все гораздо печальней, чем я думал. Что такое отсутствие витаминов, необходимых макро- и микроэлементов в организме, я знаю отлично. Никакое мясо без овощей, и желательно фруктов, хоть жри его килограммами каждый день, от цинги не убережет. К примеру, без йода, достаточного количества банальной соли в организме ребёнка можно такие проблемы со здоровьем поиметь, что ужас. И читывал, и сам видывал, да. Для человека вообще важно употреблять через продукты чуть ли не всю таблицу Менделеева.

Похоже в такую-то вот "ловушку" Ушедшие и загнали девятый народ. Оттянулись боги на лягушках по полной.

- Ещё есть что? - нарушил я молчаливую паузу.

- А всего этого мало? - хмыкнул Старый.

- Куда уж больше, - примирительно поднял я ладони, - По мне, буду откровенен, может гуманней было вас сразу прибить, чем так мучать.

- Восемь народов с тобой бы согласились, - покивал Старый, - А девятый надеется на Искупление. У нас много было плохих черт характера, но и хороших хватало. Стойкость, отвага, вера, решимость идти до конца… Эти качества всё ещё с нами, квар-р!

- И это вызывает уважение, Старый!

- Уважение? Значит ты ещё не передумал, - прищурился он, - помогать таким ущербным существам, как мы?

- Знаешь, я не так давно достиг такого просветления, такого состояния души и тела, что могу себе позволить невероятную роскошь говорить правду, когда этого хочется. А когда не хочется, просто промолчать, но не врать. Давать, а главное - держать своё слово. Заниматься тем, что мне интересно, а не тем, что мне навязывают со стороны. Быть сильным! И прежде всего, - я похлопал по груди, где билось сердце, - здесь.

Я помогу вам, Старый. Помогу всем, чем только смогу. Я и мой боевой пет Головастик. А там посмотрим, что из того получиться и куда это вывезет.

Я задрал голову в небеса и произнёс слова, которые большой лягуш вряд ли понял. Ибо они звучали на великом и могучем.

- Слышишь, свет очей моих?! Я принимаю этот квест! Не важно, случилось оно так по жизни или всё ловко подстроено, но я принимаю его!

Некоторое время после моей тирады в небеса Старый молчал, застыв неподвижно. И только беспокойные глаза ощупывали меня внимательно и, создалось у меня такое впечатление, слегка подозрительно. Да и фонило от него соответственной эмоцией.

- И что опять не так? - спросил я его прямо.

- Прости меня Мо, но раз уж мы договорились вести дела честно, то позволь мне выразить опасливое удивление: желание помочь кому-то, тем более настолько малознакомому просто так, мало свойственно разумным.

- То есть, в совершенное бескорыстие по зову души, ты не веришь?

- Увы, но нет! - вздохнул Старый, - Память моя не находит подобных примеров. И уж точно, не на второй день знакомства с такими проблемными бацхвари, как мы.

- Но ведь кто-то всё же помогал вам?

- Да. Но мы платили. Жемчугом, редкими раковинами, магическими ингредиентами с обитателей океана. Но в те времена нас было гораздо больше и мы, в обмен на необходимые вещи, могли позволить себе терять соплеменников в рискованных охотах.

Один из глаз Старого повернулся ко мне и внимательно впился мне в лицо.

- Мо, тебе нужен жемчуг? Красивые ракушки? Редкие кор-раллы?

- Нет.

- Я почему-то так и подумал, - вздохнул Старый, - Боюсь, нам нечем тебе отплатить.

- Не стану убеждать тебя, уважаемый, чтоб не разорвать шаблон, что сделаю всё бесплатно. Но в том, что вам нечем будет заплатить - вот тут ты сильно ошибаешься.

- Ва-а… Что же это? - подобрался он, - Поведай скорее, я весь во внимании!

- Самым ценное в этом мире, мой земноводный партнёр. Самым, что ни на есть ценным! Знаниями!

- Знаниями… - бацхвари откинулся на спинку кресла, словно из него выпустили воздух, - Понимаю.

- Ага, именно они. Думаю, про океан, про его обитателей, про его тайны и загадки никто не знает больше, чем вы, - я хлебнул взвара и продолжил, - Хочу услышать историю вашей расы. Узнать о традициях, обычаях и культуре. Про других Туан"на, что служили вашему народу. Кто они, что могли, где живут и как вы их приручали. Послушать об Ушедших Богах и величии вашего народа, когда он ещё не ступил на путь своего падения. О вашей магии. И ещё о многом и многом. Вы, Старый, расплатитесь со мной полной мерой, это я точно тебе обещаю. Как? Устоит цена?

- Да, - квакнул он вставая, - эту цену мы заплатить в состоянии.

И он, сложив ладони, прикоснулся ими к своему лбу. Отдал, так сказать, глубокое почтение.

- Тогда, будем считать, что сделка заключена и пора уже приступить к реальной помощи вашему народу. Пройдёмте, товарищ, прямо в мои скромные закрома и определимся, что вам необходимо прямо сейчас. Ну, а что вам потребуется дальше, обмозгуем, посоветуемся и решим чуть позже.

Прежде всего я подкинул бацхвари всяческую универсальную алхимию. Лечебную, укрепляющую, витаминные коктейли, ещё кое-что. Потом отдал несколько качественных бронзовых ножей, несколько дротиков и пяток несложных боевых амулетов разового применения.

Отдал некоторое количество экзотической и редкой для бацхвари еды. Натянул на пляже пару широких тентов, отлично защищающих от солнца, чтоб лягушкам было комфортно находиться на берегу.

Отдал большую сеть-бредень, непонятно как оказавшуюся в одном из моих сундуков. Не иначе, домовитые хоб подложили. Аккуратность и качество плетения - точно их рук дело. Так-то она нам с Головастиком совершенно без надобности, а тут очень пригодилось.

Сложил\склеил большой очаг из камней, что мне натаскали лягушата. Оказывается, бацхвари очень уважали пищу, приготовленную на огне. Ещё что-то из полезной мелочёвки выделил: несколько посудин, котёл, иголки, нитки, кожаные шнуры…

Но всё это - только лишь самое начало. Только-только первые шаги. Многое будут делать сами бацхвари с моей и Головастика, естественно, помощью. Хотя некоторые вещи придётся изготовить в одно, так сказать, лицо. И это даже хорошо! Меланхолия и созерцательность, что владели мной после отлёта Мими, отпустили меня, и уже снова захотелось некой движухи, действия. Ручонки беспокойные зачесались и потянулись к созиданию. Мозги неугомонные забурлили идеями. И признаюсь самому себе честно, бацхвари подвернулись мне весьма кстати. Даже если мне их подставили…

Несколько дней девятый народ обживался рядом со мной. Существами они оказались довольно общительными, любопытными, но очень дисциплинированными и тактичными. Не чурались общения со мной, но первыми не лезли. Например, их очень возбуждала моя «Принцесса». Они с большим интересом осматривали её и активно обсуждали, но близко не подходили. Ну, а я, пока, никого туда не приглашал. Даже Старого. Не время ещё…

И лягушки, кстати, относились к этому с пониманием.

Они, как оказалось, охотно откликались на юмор. Их интеллект, явно, был выше с самого рождения, чем у тех же хобол. Лягушки оказались не только умными, но и образованными. В той мере, в которой требовалось бацхвари при их образе жизни. Старый и ещё несколько старших членов племени регулярно проводили уроки, никак по-другому я это назвать не могу, с молодыми лягушатами. Но не только с ними. Все, кто хотел, мог присоединиться в любой момент. Мало того, мог внести свою лепту в обучение, если было чем поделиться.

На уроках изучали не только прикладные вещи, как то: изготовление каких-нибудь предметов, приёмов охоты, технику маскировки, повадки морских существ, их пользу и опасность, и т.д., но и математику, биологию, географию и, конечно, историю. С учётом родовой памяти, бацхвари, как раса в целом, и как отдельный индивид, имели отличные условия подняться по лесенке возвышения очень высоко.

Вечерами, собравшись под шатром у небольшого костра - они очень любили живой огонь - слушали предания и различные истории своего народа. Всё больше печальные… Но и полные надежды, как ни странно.

Всё это время, я, в основном, общался со Старым. И только изредка с кем-то из старших бацхвари. С молодыми, если только сам заговорю. Девятый народ и я пока только притирались друг к другу, так сказать…

Зато Головастик был нарасхват! Вместе с охотниками он регулярно устраивал засады на "жирных карасей", что посещали или постоянно проживали в бухте. Ставил сети и верши. Прикрывал их во время сбора различных морепродуктов.

Честно говоря, он один, без всякой помощи легко мог прокормить всю эту толпу, меня и себя в придачу. Но я запретил ему это делать. Старый сам настойчиво попросил именно помочь, а не сделать всё за них… Очень достойная позиция. И правильная.

Малышня Головастика обожала. Его и детишки хоб любили, а он отвечал им взаимностью, но тут он нашел себе единомышленников. Нырять, кувыркаться, играть в прятки на дне, гоняться, и многое другое, что можно проделать на пляже - на это мой грозный боевой пет всегда находил время. Ну, пусть его… Пока ситуация позволяет, что бы не попроказничать.

А что творилось, когда он извлекал из своего нутра скрипку и рвал душу негромкими, грустными, пронзительными композициями? Это надо было видеть. У бацхвари с пением, плясками совсем плохо. Это часть их культуры была основательно растеряна, почти ничего не осталось. Ну так и условия не способствовали ни пению, ни танцам, да. Много, много, очень много лет…

С инструментами подобными скрипке лягушки вовсе были незнакомы. Ничего, просветим, ещё и волынкой с барабаном, дай только время.

А ещё, как мне сообщил Головастик, он слышит неслышимое для меня когда бацхвари общаются. И не только слышит, но и большую часть понимает. Не сказать, что их язык ему как родной, но особых трудностей он не испытывает. На вопрос - откуда, он уверенно постучал по своему остроконическому кумполу: родовая память. Пока не слышал речь, вроде как и не знал, а как услышал, тут оно, довольно быстро, и "вспомнилось". Вот так! Оказывается, в предки головастого затесались кваматы. И, скорее всего, не одно поколение. И они были связанны с бацхвари настолько тесно, что даже их язык отложился в их родовой памяти. Говорить он на нём не может, впрочем, как и на общем, хотя регулярно тренируется, издавая такие звуки, что не дай бог никому, но перевести и транслировать для меня речь бацхвари ментально - легко.

Я пока запретил Головастику показывать эту способность, пусть будет в рукаве козырёк малый, так, на всякий случай… И, кстати, по поводу малышни. Как-то в разговоре Старый сам коснулся этой темы и сказал, что кваматы регулярно использовались его расой, как большими живыми игрушками для детей. Игрушками, которые ещё являлись няньками, сиделками, охранниками и защитниками. Опасными и грозными. Для любого, кто захотел бы покуситься на доверенных ему чад.

Что-то такое, глядя на поведение Головастика среди детишек, ещё там, среди хоб, я подозревал. А теперь точно убедился…

Все эти дни, помимо общения со Старым и другими бацхвари, я, в основном, творил. Моя мастерская на "Принцессе Мими", хоть и небольшая, но весьма технологичная. Плюс куча интеграционных материалов, помимо обычных, что сами по себе довольно необычны, так вот выражусь загогулисто. Ну и, моя магия! Она такая, знаете ли - магия, это что-то с чем-то! Я сам себе и научно-исследовательский центр и КБ, и производство.

Старый утверждал, а причины ему не верить нет, что чем меньше в устройстве магии, тем оно дольше и надёжнее будет служить в руках девятого народа. Это мы, конечно, потом проверим, да. Но сейчас я создавал именно такие штуки, в которых ничего кроме незамутнённой ничем посторонним механики не было.

Первое, это банальное подводное ружьё. Когда-то я с таким начинал геройствовать в подводном царстве. Легкое прочное ложе, с учётом анатомии рук бацхвари, удобный рычаг, что натягивает мощные резиновые жгуты. Скоба спуска. Небольшая, шустрая инерционная катушка с длинным тонким, но прочным шнуром. Трезубая стрелка, стрелка с лепестком, просто стрелка с широким наконечником-срезнем. Посмотрим, что лягухам больше понравиться.

Второе, что я сделал, это хитрый наруч. Он надевался на предплечье и закреплялся ремнями. Весь его цимес состоял в том, что он являлся чем-то вроде выкидного ножа. Два острых двадцатисантиметровых, слегка изогнутых лезвия из качественной бронзы, в сложенном состоянии прятались в специальные пазы и никак не мешали руке. Но стоило нажать на кнопку, как лезвия выскакивали, и вот уже на руке опасные когти "росомахи". Что самое главное, в ущербной ладони их держать не требуется, и мощь удара идет от всей руки.

Благодаря технологичности и определённым материалам боевой наруч получился довольно компактным, легким и даже где-то изящным. Хорошая работа, мне аж самому понравилось…

И того и другого сделал по паре экземпляров. Ну и несколько коротких дротиков нормальной конструкции, а не того убожества, что мне показывали. С крепким древком, с острым узким ромбовидным наконечником, типа мезирекордии. Таким дротиком пырнёшь, даже если его будет держать рука бацхвари, и дел натворить можно серьёзных.

Пока вот так, как-то. Посмотрим, протестируем, посоветуемся и решим, что делать дальше

Глава 7

- Итак, мои земноводные друзья, перед вами экспериментальные, но, несомненно, рабочие инструменты, которые, надеюсь, вам облегчат жизнь. Как минимум…

Я указал на стол на котором лежали мои поделки пока накрытые куском ткани. Вокруг собрались, как я и просил Старого, несколько лягуш из тех, что помоложе, поперспективней. Лягушами бацхвари называть, конечно, неправильно. Сходство есть, но относительное. Однако, на людей они похожи ещё меньше. Жабами обозвать - совсем несправедливо. Кожа бацхвари гладкая, приятная на ощупь, без склизких выделений и запаха. Вот мой разум и мечется в тщетной попытке подобрать этим существам удобное и необидное поименование. Бацхвари - длинно. Девятый народ - ещё длинней и глупо. Там этого народа, раз-два и обчёлся. Разумные - безлико, земноводные - туда-сюда и только, когда их больше одного. Вот как сейчас… Так что, пока - лягуш, что для меня синоним - человек, а там посмотрим.

Шестеро молодых лягуш. Пять парней и одна девчонка. Это как раз брат и сестра, которых поймал Головастик. Конечно, тут же присутствовал Старый и ещё один возрастной лягуш, крепкий "дядька" с мощным торсом и мускулистыми конечностями. Прям чувствуется - солидный перец. Он, кстати, правая рука Старого, главный охотник, он же воин и ещё чего-то там по совместительству.

- Но, прежде чем я покажу и расскажу, что находиться этим под покровом тайны, надо решить одну маленькую проблемку. Визуально, - я указал на свои глаза, - я уже легко различаю вас. Мои зрительные органы не настолько ловки и подвижны, как у вас, но зато память исключительная. И, как я уже убедился, освоить ваш язык, даже с моим модифицированным горлом и слухом, задачка маловыполнимая. Так, что-то проквакать да пробулькать, проскрипеть смогу, но боюсь, это у вас вызовет только смех. А общаться нам предстоит долго, надеюсь. Само общение на всеобщем проблем не представляет, но вот кричать кому-то: «эй ты, сюда иди», или нечто подобное, мне претит. Такое уж воспитание.

Я окинул взглядом внимательно слушающих меня лягуш.

- Отсюда предложение. Так как ваши имена я не выговорю ни при каких условиях, позвольте дать их вам в привычной мне манере. Как вам?

Всё бацхвари стали оживлённо переглядываться глазами меж собой, причём сразу во все стороны. Очень прикольно выглядит и… удобно, головой вертеть не надо, хе-хе…

- Дельно, - проскрипел Старый, - мы согласны.

- Тогда вот ты - Квак! - ткнул я пальцем в брата, - А ты - Квака! - перевёл я его на сестру.

И знаете, что произошло? Ни-че-го! Никаких изменений в виде привычной волны света, освежающего краски и четкость "изображения". Это в первый раз такое, с момента, как я давал цифрам имена собственные. Даже Посланцы Системы реагировали, а вот бацхвари - нет. И что бы это значило? Э? Оченно, однако, интересно…

- Это что-то значит? - вывела меня из мимолётной задумчивости Квака, - На твоём родном языке?

- Ничего конкретного, - не стал углубляться я в проблематику. Ну может же старый дедушка постебаться маленько. Ведь у бацхвари в речи и правда присутствует квакающий акцент, - Просто такие "округлые" звуки, с которыми вы у меня отчего-то ассоциируетесь.

- Хорошие имена! - покивал головой брат, - Кввак! - с удовольствием издал он горлом "округлый" звук.

- Квакка! - тут же поддержала его сестра и совершенно неожиданно, по-девичьи, захихикала, тряся дредами.

- Тихо! - слегка прихлопнул ладонью по столу Старый, - Продолжай Мо, - кивнул он мне.

- Ты - Квук, - ткнул пальцем в следующего парня, - Ты - Кварр. Квик. Квок. Ты, - указал я на помощника Старого, - Перец.

- Перец?

- Перец! - изобразил я значительное лицо, - Очень серьёзная штука для понимающих людей.

- Годиться, - растянул узкие губы в бледном подобии улыбки теперь уже Перец.

- Ну, а я - Мо.

- Или, если точнее - Господин Мо, - поправил меня Перец.

- Это слишком длинно и весьма официально, - не согласился я, - Не вижу в этом никакой необходимости.

Хватит с меня одних мелких и зелёных с их бесконечными Великая Господина Мо. Не дай бог и эти так же начнут.

- Но очень неофициально - Мо, только Старому, по его статусу, к тебе обращаться позволено, - возразил Перец.

- Можно – Господин! - влезла Квака. Она вообще, как я заметил, девочка шустрая.

- Ну, это уже совсем ни в какую, - пошел я в отказ, - На моём родном языке это слово имеет несколько смыслов, и парочка таких точно не подойдёт в нашей ситуации.

- Так… - квакнул Старый, - И что будем делать?

- Может и вы мне придумаете чего попроще?

Некоторое время они молча переглядывались глазами.

- Есть вариант, - решил я нарушить паузу, - Морской народ, который я уважаю, дал мне справедливое прозвище - Странный. Вполне себе характеризует мою внешность, да и не только её.

- Морской народ? - задумчиво проскрипел Старый, подзакатив глаза на макушку, - Сам я с ними не встречался, да и никто из наших, естественно. Но предки говорили, что там всё больше люди достойные, правильные. Рождаются, живут и умирают на груди Отца-Океана. А это для нас уже показатель. Чтож, - подвёл он черту, - пусть будет Странный. Если ты сам не против.

- Чегож мне против, быть коль сам предложил, - хмыкнул я.

- А почему тогда Господин Мо? Откуда? - снова влезла Квака.

- Оттуда… - потыкал я пальцем вверх, - Но это секрет.

- А-а…

- А если я его тебе открою, то мне придётся тебя убить и съесть. Или сначала съесть, а потом убить. Или ты кого-то должна будешь съесть… Короче, не путай меня!

- Хи-хи… - Квака совершенно точно меня нисколько не испугалась, - А другим имена дашь?

- Если потребуется.

- А-а…

- !!??.. - Старый, судя по дрожанию горла и невнятным движения челюсти, явно что-то сказал девчонке. Что-то такое, отчего она сразу подувяла, скукожилась и яркой раскраской кожи сбледнула.

- Внучка… - тяжело вздохнул и виновато съехался на меня глазами Старый, - Балованная…

- Понимаю, - улыбнулся я.

- А теперь, давайте вернёмся к нашим делам, - я отвернул ткань и оголил часть стола, открыв жадным взорам лугуш первые ништяки.

- Дротики, - я указал на кучку из пяти штук, - Думаю, чего-то про них особо объяснять ненужно. Скажу лишь: за качество оных - ручаюсь. После раздам, - видя, как у присутствующих зачесалось взять и помацать дротики, - в руках попробуете, оцените.

- Теперь смотрим внимательно и запоминаем, - я открыл ещё часть стола, на которой лежали два наруча, - Уверен, для вас эта штука окажется весьма полезной. Это работает вот так!

Я ловко одел наруч на предплечье, застегнул ремни, отставил руку в сторону и, подогнув кулак, вдавил кнопку другой рукой! Щёлк! Два острых лезвия, сверкнув красноватым отблеском, разложились, сразу превратив руку в серьезное оружие.

- Можно резать, можно колоть и даже рубить, - махнул я рукой перед удивлёнными зрителями, глаза которых хаотично "ощупывали" меня, друг друга и особенно наруч.

- Прочность и острота "когтей" отменная. Конечно, камень ковырять не стоит, но, если совсем припрёт, то тут уж что уж… Складываются они вот так, - я опять нажал на кнопку и легко, голой рукой вложил лезвия обратно в пазы, - Ход очень мягкий, - продолжал комментировать я, - если делать аккуратно, то даже самому криворукому порезаться будет проблематично. В то же время, - я снова "выстрелил" когтями, - в раскрытом положении скорее руку отломишь, чем вырвешь лезвия из пазов.

- Так же обращаю ваше внимание на кнопку. Видите… Она притоплена в корпус и для нажатия требует определённого усилия. Её просто так, как-нибудь или чем-нибудь, не зацепишь. В то же время, она достаточно большая и мимо не промахнёшься.

- И вот на этот элемент тоже попрошу обратить внимание, - я указал на кожаный "козырёк", что прикрывал мою тыльную часть ладони, - Страховка от порезов. Мало ли как кулак изогнётся в какой момент. Конечно, если бы я делал под себя, то тут была бы перчатка, а так - только тот такой козырёк. Варежку я для вас решил не делать, свободные пальцы, думаю, для вас важнее.

Лягухши были впечатлены, это точно! Они дрожали горлом, слегка семафорили телами и суетили глазами во все стороны.

- Кто оденет боевой наручь?

- Я!

- Я!

- Я!

А мне, ну что ты будешь делать, так и слышится: ква, ква, ква! Захотели всё. Только Старый сдержался.

- Мне! - пискнула Квака. Я глянул на девчонку, что прижала ладошки к груди. Вот ни разу её глаза не ми-ми-ми котика. Даже не близко! Но как она умудрилась их такими сделать, я не понимаю! Тут дело даже не в форме, а в содержании посыла, в его эмоциональном наполнении. Талант, и всё тут! Только за одно это ей быть первой!

- Давай руку…

- Ва-а-а…

Девчонка расплылась в улыбке, аж рот открылся и даже язык чуть выпал, признак невероятной радости и восторга. Я быстро приложил наруч к руке, подогнал ремешки, ещё раз убедился, что всё в порядке и…

- Кулачок подожми и дави на кнопку!

Щелк! Лезвия моментально заняли свою "боевую" позицию. Квака резко полоснула рукой влево, вправо, так что остальные поспешно подались в стороны. Сделала несколько быстрых колющих ударов! Пошевелила пальцами, определяя степень свободы, прежде чем они смогут коснуться острых лезвий. Степень оказалась более чем достаточной, я всё рассчитал верно. Чтобы обрезаться, кисть нужно чуть ли не сломать.

- Как оно?

- Удобно! Здорово!

- Теперь сложи. Аккуратно.

Клац, и лезвия ушли в пазы. Шелк! И они снова в рабочем положении.

- Снимай.

- Ква-а-а-а… - попробовала девчонка опять надавить мне на жалость.

- Снимай, снимай! - махнул я рукой, - Этот тебе всё же слишком велик. Рука немного болтается. Лезвия чуть длинноваты. Сделаю тебе другой, под индивидуальный размер. Поменьше, но не хуже. Согласна?

- Согласна… - вздохнула Квака, передавая мне наручь.

- Пусть пока полежит, - обратился я ко всем, кладя его на стол, и видя, что Квак дёрнулся к наручу, - Не стоит отвлекаться, потом заберёте, они для вас вообще-то сделаны. А сейчас, - я откинул покрывало окончательно, - последнее из того, что я вам хочу предложить. Называется - подводное гарпунное ружьё. Ну, а по-простому, пусть будет - метатель!

- Работает он вот так! Рычаг… Тут посадочное место для стрелы… Скоба… - я совершал действия по зарядке и спуску, поясняя нехитрые тонкости. Несколько раз выстрелил вхолостую.

Показал несколько вариантов стрелок. Суть их различия лягуши уловили моментально. Как и общую концепцию метателя.

- Катушка - указал пальцем Перец, - Насколько необходима.

- Сужу по себе. Я не Головастик, двигаюсь под водой не быстро, мягко говоря, догнать даже подстреленную рыбу не всегда получиться. Так что, катушка со шнуром весьма кстати. Если вам она будет не нужна - снимем.

- Надо попробовать в деле, - проскрипел Старый.

- Ну так в чём же дело? - я кивнул на слегка волнистую поверхность бухты, - Ныряем?

И мы нырнули…

Под плотным навесом - тенистая прохлада, овеваемая мягким солоноватым дыханием океана. Столик, кресла, два солидных перца. Все вокруг шуршат, что-то делают, чем-то заняты. Никто не пребывает в праздности, ну если только мелкие "головастики", что веселятся в прибрежной зоне под охраной большого "головастика", хе-хе...

Мы со Старым тоже не бездельничаем, а работаем самую главную и трудную работу. Умственную…

Пожалуй, только сейчас, с момента попадания на Океанию, я столь явно занят тем, что мне положено по "сроку службы" - растекаюсь мыслию по древу, рассуждая о высоком в компании с таким же авторитетным, мудрым, знающим, как скромный я.

Конечно, я и раньше этим занимался, и не раз, но всё как-то урывками, на бегу. А вот на этой "странице жизни" я делаю это гораздо чаще и дольше. Можно сказать - каждый день.

Он рассказывает - я слушаю. Я рассказываю - слушает он. Обсуждаем, спорим. планируем… Очень насыщенно трудимся, да. Иногда мы рассуждаем о вещах абстрактных, далёких от дня сегодняшнего, от сиюминутных проблем. Вот как недавно, например.

- Скажи, Мо, - чуть повернул ко мне плоскую голову Старый - Ты часто называешь нас земноводными. Я вполне понимаю этот термин. В этом для нас нет ничего обидного. Абсолютно. Но разве мы земноводные? Только волей Ушедших нам необходимо жить возле суши. Находиться на ней время от времени. Питаться дарами её. Но раса бацхвари, в целом, живёт в глубине. Нога многих и многих миллионов представителей наших народов никогда не ступала на сушу.

- Хм… Кхм… Земноводные - это я так, по инерции, конечно. Способ вашего дыхания, явно аналогичен моему, - я указал на свои изумрудно-зелёные пряди, - Однако, посмотри на свои ноги, Старый.

- Ноги? - оба его глаза шустро сошлись на длинной мускулистой конечности, - А что с ними не так?

- Всё так. Всё настолько так, насколько так и у меня. Один коленный сустав наружу. Стопа имеет несколько большую подвижность в суставе, но в целом - как у меня. Пальцев хоть и три, и они гораздо длиннее моих, и промеж них перепонка, а ходить по суше это вам никак не мешает.

- Не мешает, - подтвердил Старый, - Если приспичит, то на короткой дистанции побежим так, что не каждый угонится.

- И такие ноги у вас были всегда? И до наказания, и после? Тут у вас Ушедшие ничего не добавили, или там, отняли?

- Точно нет.

- А я о чем, - согласно кивнул я, - Следующее - позвоночник.

- Что с ним?

- Он эс-образно изогнут. Не так откровенно, как мой, но довольно заметно.

- И?

- Признак прямоходящего. Беспощадная сука гравитация корёжит нас под свой "вкус". Но самое главное, - хвост!

- Хвост!

- Его нет! Нет его у тебя, Старый. Как и у других бацхвари.

- У нас его никогда не было, - помотал плоской башкой лягуш, - Никогда хвоста не было.

- Во-от, - удовлетворённо потыкал я в него пальцем,. - Есть ещё некоторые детали и тонкости, так скажем, но нам хватит и этих трёх, весьма очевидных признаков, что вы, ваша раса, изначально, зародилась на суше.

- Ва-а-а…

Я только улыбнулся на его сошедшиеся в кучу глаза и раскрытый рот, из которого свесился кончик языка. А ещё вот это вот его - "ва-а-а", как и у других бацхвари, всегда звучит скорее как –«ква-а-а»… Оттого они и лягуши, хе-хе…

- Скорее всего, - продолжил я, - ваша раса и правда зародилась и эволюционировала в прибрежных зонах. На мелководных пляжах, тёплых и комфортных лагунах. И вода и суша для вас - равноценная и естественная, дополняющая друг друга, среда обитания.

Изогнутый позвоночник говорит о том, что ваши далёкие предки весьма продолжительное время подвергались гравитации, находясь на суше в вертикальном положении. Заметь, не ползали, не ходили на четырёх мослах и даже не прыжками передвигались, хотя у вас это получается замечательно, а ходили вертикально. Об этом же говорят ваши ноги. Они отлично приспособлены для хождения.

- Да? - Старый опять, очень внимательно обозрел собственные ноги - одним глазом, тогда как вторым - мои, - Никогда о таком не задумывался.

- Но всё же, - продолжил я, - самое главное - хвост. Если бы вы развились как раса только в воде, у вас он бы был точно. Природа, в определённом смысле, довольно рациональна. При всей своей фантазии, она, найдя оптимальное решение какого-то эволюционного преимущества, к примеру, передвижения в воде, даст существу хвост. В той или иной мере, большой, длинный или короткий, вертикальный или горизонтальный, но - хвост.

- Не всем, - чисто из противоречия, видимо, проскрипел Старый.

- Брось, Старый! Кому не дала? Донным крабам? Моллюскам? Многолопастным ластообразным каким-нибудь кракозябрам? Кальмарам и спрутам, что используют природные водомёты? Но вы - не они. Были бы вы исключительно водными существами, у вас был бы хвост, или жабры, или водомёты какие. Ваши зубы предназначены, в том числе, перетирать растительную пищу. Замечу: и ту, что растёт на суше в том числе. Ваш желудок легко усваивает еду, приготовленную на костре. У вас универсальное зрение, пригодное и для воды, и для суши.

Когда-то ваши предки, жили и процветали на стыке двух стихий. Что подтолкнуло их уйти в глубины океана, я не знаю. Но то, что прибрежная зона - ваша естественная среда обитания, я на сто процентов уверен. Я не стану, Старый, долго тебя убеждать в своей точке зрения, но для меня это очевидно.

- Но в родовой памяти нет даже намёков на такое.

- Ну, мой друг, - ухмыльнулся я, - не знаю, на какую глубину времён ты в состоянии заглянуть в глубь своей памяти, но могу тебе сказать, что это случилось давно. Очень давно, да. Не миллион лет назад, и не два - десятки. В лучшем случае.

Там, откуда я родом, живут существа, которые зародились в воде, выползли на сушу, жили там так долго, что у них появились лапы. А потом некоторые опять вернулись в родную стихию. Кто-то так и остались жить в прибрежной зоне, немногие полностью порвали связь с сушей. Даже обзавелись хвостами и плавниками. Вот только одно они не смогли изменить - отрастить жабры. Так и дышат воздухом. Может, эволюция ещё идёт, а может, настолько приспособились, что и так всё прекрасно.

Природа, ещё раз повторюсь - рациональна. Есть немало существ, которые пребывают в, практически, неизменном состоянии сотни миллионов лет. Они настолько "совершенны" внешне и внутренне, в своей нише пищевой цепочки, что даже смены геологических эпох на них мало повлияли. Однажды найдя оптимальный вариант, природа или эволюция, бог, создатель, или ещё кто там, сказал - это хорошо, и занялись другими делами.

Мы, со Старым, ещё долго трендели на эту тему. Очень уж она его заинтересовала. Вдруг обнаружить, что малая щепоть, жалкие остатки девятого народа живут не как отринутые на задворки ничтожные парии, а как мифические, и соответственно, априори, могущественные и великие предки! Так, как было изначально задумано Ушедшими.

Я приводил примеры, сравнивал, подкидывал доводы. Старый непроизвольно помогал своими замечаниями, тонкими подробностями образа жизни девятого народа, помогал мне убедить самого себя, что я прав. Что моя "безумная", на первый взгляд, теория - истинна!

Думаю, довольно скоро в его уроках концепция взглядов, как правильно жить бацхвари, претерпит значительные изменения. Кто они, изгои волей богов или их же волей - народ, вернувшийся к истокам? И Искупление - это всего лишь прощение, или, может быть, что-то большее? Может, новый виток возвышения?

Я, если честно, излагая Старому свои предположения об эволюции бацхвари, не преследовал каких-то определённых целей. Просто так сложился разговор. Если это как-то поможет девятому народу, поднимет их самооценку, даст какой-то дополнительный стимул дождаться Искупления, чтож, оно и хорошо.

И тем удивительней…

"Внимание, Господин Мо. Доверие с Девятым Народом +50. Интеллект +5. Мана +5."

Вот такое, как почти всегда скупое, но интересное сообщение Системы…

Но сегодня меня интересуют конкретные вещи… Уже на второй день, как только я вытащил тримаран на стапеля, поймав "жирный полуденный восходящий поток», я, нарезая широкую спираль, вознесся почти на пять километров в безоблачные небеса. Внимательно рассмотрев окружающее вооруженным глазом, оценил не только весь кластер островов, где мы приткнулись, но и прикинул расстояние до ближайшего острова. Получатся - в сторону юго-востока, приблизительно километров двести по большой воде. Это, конечно, не есть хорошо. Хорошо то, что в "трубу" удалось рассмотреть, что это не единичный остров, а целая группа. И, похоже, не одна. Вот туда-то нам с Головастиком и надо.

- Как вы попали сюда, Старый?

- Очень жестокий шторм! - большой лягуш понял, о чём я, - Мы как раз перебирались меж двух островных кластеров через широкий, но довольно мелкий пролив. И тут, неожиданно, налетело, загрохотало, валы за минуты выросли до неба! А небо потемнело, словно настала ночь! Нас подхватило настолько мощное течение, что вынесло в открытый океан. Такие течения, неожиданные, стремительные и могучие, иногда случаются.

Я непроизвольно покивал словам Старого. Ну, да-да… Я в курсе. Такое бывает в проливах меж островами и без всяких штормов, встречалось. И не только в проливах, но и вдоль островов, и на открытой воде, и там, где воробью по колено, и в глубине Темной Бездны.

- Это оказалось настолько внезапно, - продолжил Старый, - да ещё в таком месте… Песчаная банка! Ни камней, ни кораллов, ни уцепиться за что, ни спрятаться! Волны бьют сверху, доставая чуть ли не до самого дна! Вокруг песок, муть, миллионы шипящих пузырьков. Ничего не видно! Даже непрестанное сияние огромных молний не помогало хоть что-то разглядеть. Нам только и осталось привязаться друг к другу и понестись куда-то туда! Я уж, грешным делом, подумал - всё! Конец девятому народу…

Он на некоторое время замолк, словно переживая те события. Я не торопил.

- Но Ушедшие милостивы! - очнулся Старый, - Стремительное течение, тащившее нас целые сутки, выкинуло прямо к острову. Вон там он, - он махнул рукой в южном направлении, - самый крайний в этом кластере. Мы, все, оказались не только живы, но и здоровы. А самое удивительное, что через три дня мы нашли тебя Мо! И ты решил нам помочь. Такая цепь событий совсем неспроста, - Старый пристукнул перепончатой ладонью по колену! Звук вышел резкий и звонкий, - Совсем неспроста. Я ясно вижу в этом руку и волю Ушедших.

Ну, я тоже всё больше убеждаюсь в том, что наша встреча не случайна. Совсем не случайна. Однако, я в этом вижу руку не каких-то мифических Ушедших, а конкретные ручки одной прекраснейшей богини. И хотя она никак не даёт этого понять - ни загогулистым странным облачком в небе, а-ля лента Мёбиуса, ни птичкой-невеличкой, что села бы мне на ладонь и хитро подмигнула, ни шустрым крабиком, что отбил бы мне "от болта", когда я прогуливался по пляжу… Ничего! Никаких знаков! И даже Рамзес, собака такая, не появляется. Но я-то знаю… Квест это. Почти навязанный. Почти - от того, что степень своего вовлечения в него я уже определяю сам. И тут мне точно никто ничего не указывал и ни на чём не настаивал. Я сам, своим собственным желанием, ввязался, похоже, по полной. Интересно, какое название у этого квеста? Спасти Девятый Народ? Помогите бедным бацхвари и будет вам счастье? Найдите для остатков племени рецепт Искупления?

Думаю, если бы мне было позволено дать ему имя, я бы назвал его очень просто и лаконично - «Делай, что должно, случится, чему суждено»! Да, как-то так. Простенько и со вкусом…

Однако, всё это отвлечённая лирика, абстрактные размышления по поводу. Есть дела и разговоры более предметные…

- Скажи-ка мне, Старый, - я отхлебнул взвара, - насколько ты - старый?

- Мне триста восемьдесят шесть лет, - проскрипел он, - Я - шестьдесят четвёртый "Старый" со времён исхода девятого народа.

- Ого! А сколько вообще живут бацхвари?

- Дожить до пятисот - это обычное для нас. Если повезёт, и до шестисот лет дотянуть можно. Так что, я и правда - старый. Ну, почти. А ты?

- Я? По меркам своего народа - очень старый. На данный момент - столько люди не живут. Практически. За очень малым исключением.

- Это сколько?

- Сто двенадцать лет. Кажется…

- Всего-то? - подвижный глаз Старого уставился мне в лицо, - Какой же это возраст для мага?

- Ну, магом я стал совсем недавно. Можно сказать, чудом дожил до этого момента. Так что, могу смело записать себе более чем почтенный возраст - именно как обычному представителю человеческой расы.

- Я вижу, - его губы слегка искривило бледное подобие улыбки, - тебя неплохо так поменяло на пути возвышения.

- Да, - я расправил и сложил уши-локаторы с отчётливым щелчком, - нашлась одна добрая душа, что немного подправила моё биологическое несовершенство.

- Кто же это, если не секрет, конечно?

- Высокородная, надеюсь, уже полноценная королева семьи Шаа Виктория Лаки.

- Раса инсектоидов? - удивился Старый, - Ты знаком с разумными пчёлами? С королевой?

- Точно. Более того, я - Говорящий с Народом Шуу.

- Ва-а-а… Удивительно! - он даже слегка поменял окрас кожи, похоже действительно сильно удивился, - Расскажешь?

- Как-нибудь… Сейчас меня интересует другое. Скажи мне, мой земноводный друг, как вы переживаете период штормов? Как вы вообще перебираетесь от одного острова к другому? Зачем?

Старый задумчиво затянулся через соломинку вкусной фруктовой жижкой и разъехался глазами в разные стороны. Некоторое время он молчал, словно заснул, а потом "проснулся"…

- Всё сложно, Мо, - вздохнул он, - Всё сложно… Сам понимаешь, за те тысячи лет, что девятый народ ищет Искупления, у нас появились свои традиции, верования и законы. Они уже, наверное, сильно отличаются от тех, что бытуют у остальных бацхвари. Не знаю… Но нам ли до них?

- Трудно сказать, в какой момент появилось убеждение, что если мы хотим обрести Искупление, то нам следует двигаться всё время вперёд. Вперёд, как сам понимаешь, это не по прямой, а в том смысле, что быть всё время в движении. От одного острова к другому, от него к третьему, а от него - к следующему…

- Но под этим законом есть реальное основание. Стоит нам задержаться где-то слишком долго, как наши и без того хлипкие инструменты начинают ломаться быстрее, добыча исчезает. И это Мо, не метафора. Вчера ещё на этом участке дна лежали тысячи раковин с вкусным содержимым, а через три дня - сотни, еще пара дней и - жалкие десятки. Еще через день - ни одной. Исчезли! Как и всё остальное в округе.

- Мы начинаем получать раны на ровном дне, - продолжил задумчиво Старый, - Вдруг в довольно защищённом месте, а мы стараемся выбирать именно такие, появляются хищники. Один другой, третий. Разные. Часто из тех, коим не место в этих водах.

- Это знак! Пора уходить дальше. Но, - глаза Старого собрались в кучу и снова разбежались, - мы уже очень давно научились, на горьком опыте, не доводить ситуацию до крайности. При первых признаках Недовольства Ушедших, так мы это называем, мы движемся к другому острову.

- Хм.. А как же сезон штормов? - естественно не мог не спросить я.

- А вот тут, Мо, самое интересное, - нацелился на меня глазом Старый, - Незадолго перед началом и немного после его окончания, Недовольство Ушедших не действует. Что лишний раз нам напоминает, что хоть Боги и не говорят с нами, но одним глазком приглядывают. Правила, установленные ими - работают, и значит Искупление не миф, не сказка, не нечто такое, чего обрести невозможно, а реально достижимо.

- Мы вечно в пути, - продолжил Старый, - Сколько островов проплыл наш народ, я даже посчитать не берусь. Три, четыре десятка дней, иногда чуть больше или меньше, вот средняя продолжительность нашего пребывания в одном месте.

- А если сначала пожить в одной бухте, а потом перебраться в другую на том же острове, к примеру, на противоположном краю?

- Даже если остров огромный, прожив положенное, надо уходить к другому. Не важно, какое расстояние будет до него. Неделя пути или два полных гребка руками. Только вперёд. Как только наши предки не мудрили, - бледно улыбнулся Старый, - И так пробовали делать как ты сказал, и пожить на одном, потом на том, что рядом, и снова вернуться на старый. Обойти кластер в сотню островов, и вернуться к первому… Но шутки с волей Ушедших всегда кончаются плохо.

- И всё-таки, - поднял когтистый палец вверх Старый, - есть одно исключение, Мо. Если бухты, заливы или фьорды обследуют разведчики не более трёх и по времени не более суток, а весь оставшийся народ туда не сунется, а проплывёт мимо, то тогда можно будет вернуться туда через некоторое время.

- Так мы ищем место, где будем пережидать сезон штормов, Мо. Лучше всего нам подходят подводные пещеры. Очень желательно, с удобным выходом на берег. Идеально, чтобы можно было выйти из-под воды в закрытую пещеру. Такое тоже можно найти, островов много. Оттого девятый народ никогда не подходит к острову близко, пока его не обследуют разведчики.

- Но, сам понимаешь, такие ценные места всегда заняты кем-то. Океан кишит жизнью, Мо. Если попадаются удобные места без хозяев, то крайне, крайне редко. Когда-то мы были всё ещё настолько сильны, что выгоняли таких, кто бы они не были, зачастую убивая. Но те времена канули в Темную Бездну. Какого-нибудь, не магического, скального краба, шипатого спрута или семейство мурен мы ещё можем одолеть, но не более того.

- Во всё этом, - тяжело вздохнул Старый, - есть только один положительный момент, если это вообще можно отнести к положительному. Раньше нам требовалось много места, а теперь хватит и небольшой, скромной пещерки.

- Мда… - протянул я, после того как Старый замолчал, - А как же вы перебираетесь меж островов, если расстояния велики?

- Разведчики… Они плывут впереди народа, ищут неровности дна, мели, каменистые гребни и вообще всё, что поможет остальным продвигаться с наименьшим риском.

- Похоже, разведчики смелые и умелые парни. Рисковые…

- Ва-а-а… Сильно уважаемые бацхвари. Очень почетно быть разведчиком народа. Среди них есть и женщины. Моя внучка - разведчик!

Даже по интонации я понял, Старый гордиться этим не шутошно. Но тут же, после лёгкой улыбки, его лицо посмурнело, если так можно сказать…

- Почётно, квар-р... И очень опасно, - продолжил он, - Два месяца назад они нашли возле одного острова замечательную бухту. Там повстречались отличные пещеры для того, чтобы пережить очередной сезон штормов. Жаль, место было занято, - он вздохнул, - Квактрак, так зовут эту тварь. Наш народ несколько раз сталкивался с ними. Когда-то, очень давно, даже одного убили. Позже, когда мы ослабли, дважды пришлось отступить понеся потери. Потом только убегали. В этот раз мы потеряли одного разведчика. Квактрак очень хорошо маскируется. Поздно заметили…

- Этот квактрак магический?

- Самой поганой магией, - кивнул Старый, - Нейтрализует любую магию! Его можно убить только в прямом столкновении и без всякой магии. Но панцирь квактрака необычайно прочен. Уязвимых мест почти нет. Он сам имеет невероятную регенерацию. Отлично, как я уже говорил, маскируется. Очень силён. Хорошо плавает и неплохо чувствует себя на суше. Если нацелился на кого-то, то не отстанет, пока не убьёшь его или не убежишь из его охотничьего ареала. Слава Ушедшим, он большой, но не огромный. Если вовремя заметить квактрака и шустро шевелить ногами, уплыть шансы очень неплохие.

- Хм…, - почесал я задумчиво подбородок, - Однако такой тварюшки ещё нам с Головастиком не встречалось. Можешь рассказать ещё чего об квактраке?

- Зачем?

- Так… Мысли некие в голове зашевелились. Могутная, магическая кракозябра, думается, очень ценная, пещеры, сезон штормов… Сколько до него, Старый, как думаешь?

- До первых признаков месяца три, может чуть больше.

- А ты смог бы найти тот остров?

- Любой из девятого народа может повторить путь, где хоть раз проплывал не только он сам, но даже его ближайшие предки, - Старый постучал себя про меж глаз, - Родовая память - отличная штука.

- Но это же прэлестно! Определённо прэлестно.

- Ты что-то задумал, Мо? - глаза Старого сошлись на моём лице.

- О да, мой земноводный друг! Дядюшка Мо вообще имеет полезную привычку задумываться. И у меня созрел - план!

- Поделишься?

- Конечно! - я улыбнулся ему, как говориться, на все без сдачи, - Тем более, он касается вас куда больше, чем нас.

- Сейчас?

- Завтра. Надо обмозговать некоторые детали, прикинуть, посоветоваться с ответственными товарищами… так что, завтра.

- Подождём… - вздохнув, проскрипел Старый.

- В смысле?! - спросил меня Старый.

- В смысле, в смысле?! - ответил я ему.

- В смысле, что значит - поплывём?! - его глаза оторвались от разглядывания тримарана и сошлись на моей переносице.

- В прямом! - всё ещё не понимая, в какую логическую ловушку угодили два мудрых представителя разумных, - Сядем, думаю поместимся легко, распустим паруса, врубим водомёты и поплывём.

- Это плавает?!

- Ещё как!

Его суетливые глазные отростки живо ощупывали "подробности" моей «Принцессы Мими". Похоже, Старый никак не мог сложить в своей голове то, что он видел и понятие «плавать». Но и не верить мне не мог. Оттого и завис…

- Так! - я, наконец-то, сообразил, что у нас с бацхвари где-то сильно не коннект. Что-то в этой картине мира мы воспринимаем совсем не одинаково. - А давай-ка, мой земноводный друг, мы начнём с самого начала. С основ, так сказать.

- А давай! - охотно согласился Старый.

Самое удивительное было в том, что бацхвари не воспринимали мой тримаран, как средство передвижения по воде! Как-то так получилось, когда мы встретились в первый раз, я посчитал само собой разумеющимся, что моя "Принцесса", стоящая на стапелях у берега, для лягушек - корабль.

У них же тримаран не вызывал никаких ассоциаций с плавательным средством. Это же не Большой Плот, образ которого смутно брезжит в глубинах родовой памяти, на котором плавали человеки. Всего лишь странный дом у странного человека. Но мало ли у кого какое жилище, правда? Тем более, в гости на «Принцессу» я никого не приглашал, пока уровень доверия не тот, да. Сами бацхвари весьма тактичны, хоть им и любопытно, но не то, что залезть без спроса, пощупать руками или ещё чего, даже слишком близко не подходили.

Вот и выяснилось, что мой дом - прежде всего корабль, только на "асямнадцатый" день нашего общения. В тот момент, когда я озвучил Старому свой план! Естественно, пришлось про "план" немного погодить. Пока бацхвари не убедятся, что "это" действительно может плыть, дальше обсуждать что-то конкретное не стоит.

Ну, «Принцессу» спустить на воду даже нам, вдвоём с Головастиком, полчаса работы. А потом я полдня катал восторженных лягушек по бухте, не выходя на открытую воду. Не всех разом, конечно, небольшими группами. Только почему-то так получалось, что самыми постоянными "экскурсантами" являлись дети. Особенно маленькие лягушата! Эти просто пищали от восторга и принципиально не слезали с тримарана.

Так что да, покатал я земноводных. Заодно я убедился, что на палубе, даже если не использовать каюты, девятый народ поместится довольно комфортно. Надо будет лишь сделать навесы и еще кое-какие приспособления.

Что сказать, бацхвари оценили возможности «Принцессы»… Восхитились и прониклись даже. А когда осознали, что всё это великолепие построено, в том числе, и моими руками, а местами и щупальцами Головастика, восхитились многократно. И показалось мне, что в "неуловимых" глазах девятого народа, когда они смотрели на меня, взблескивал огонь некого благоговения…

Хотя Система никак не отреагировала на этот "свет". Ни плюсиком к мане, ни очочком к характеристике какой, ни, тем более, доверием народа бацхвари - плюс стопитсот. Жадновата, что-то, в последнее время стала Система, да.

Но, как бы то ни было, в том, что мой "дом" плавает, причём преотлично, бацхвари убедились. Настало время озвучить - план.

Глава 8

Собственно, всё достаточно просто. Мы перебираемся поближе к тому замечательному острову, где есть такая чудная бухта. Благо совсем рядом есть несколько небольших островов, где можно "пересидеть" до нужного срока. А как срок подойдёт, заселяемся в бухту на сезон штормов, где его и пережидаем. В комфорте, сытости и безопасности. Заодно "прокачиваем", с моей и Головастиком помощью, способности бацхвари в изготовлении различных бытовых и иных предметов. Готовим, обучаем, экипируем… И вообще, подтягиваем их тонус к противостоянию суровому миру. Не верю я, что они совсем уж "безрукие". Надо лишь дать им нужное направление и подходящие инструменты. А воли и желания у девятого народа не занимать.

- А кватрак? - проскрипел Старый, когда я озвучил своё видение дальнейших наших действий.

- А его мы с Головастиком прибьём.

- Убьёшь кватрака? - глаза Старого сошлись на моём лице с явным недоверием.

- Легко!

Старый долго суетил глазами по сторонам, то и дело осматривая то меня, то Головастика, то остальных, немногочисленных, членов совета. Пара авторитетных лягуш из разведчиков, Перец, две дамы ответственные за быт, пропитание и детей. Впрочем, они все пока только помалкивали.

- Хотелось бы верить, - наконец проскрипел он.

- А ты просто поверь. Господин Мо не замечен за пустословным бахвальством. Вот так я скромно о самом себе. Так или иначе, способ ушатать кракозябру найдём. Как говорится, ничего личного, такая корова нужна самому.

- Корова? - Старый слегка вывалил язык из пасти, - Наверное, я не совсем хорошо понимаю твой общий, Мо. Корова это что?

- Это кто. Но в данном случае я имел ввиду, что нам самим нужна такая прекрасная бухта. Как я понимаю, кватрак настолько серьёзная кракозябра, что не терпит вокруг себя больших и опасных хищников?

- Вообще не терпит никаких, - качнул головой Старый.

- Вот и отлично. Прибьём его, и всё в бухте - наше, и без всяких конкурентов, хе-хе…

Не рассусоливая и не тормозя, буквально на следующий день, мы приступили к выполнению задуманного. Загрузились на тримаран, раскидали жалкую и скудную утварь бацхвари по сундукам, и отправились.

Погода была прекрасной! Свежий ветерок поддувал в паруса, бодро неся «Принцессу» по волнам. Довольно быстрое течение, что пыталось сносить нас с нужного курса, я легко компенсировал работой водомётов. Настроение у всех было приподнятое, несмотря на то что на палубе было довольно плотно от больших лягуш. Но девятый народ привык переносить трудности и лишения стойко и дисциплинированно. И некая теснота никак не мешала им наслаждаться плаванием. Им тут вообще всё за отдых казалось.

Меня, в принципе, вся эта скученность, тоже особо не напрягала. Тем более, терпеть-то всё это совсем не долго. Сутки, может чуть больше. Именно столько я планировал идти до кластера островов, что наметил для себя, летая в облаках. А добравшись до этого кластера, передохнём и дальше пойдём. По цепочке проливов и небольших открытых пространств - от одного острова к другому, от гряды островов к следующему - пока не доберёмся до нужного места.

Но самое замечательное, что я не решился идти напрямик, к острову кватрака. Так я стал называть его про себя. Хотя не раз и не два такая мысль возникала. Но останавливало от сего действия меня то, что большую часть пути нужно было плыть над Темной Бездной. А такого адреналина мне и даром не нать.

Да, замечательно, что я не решился… Где-то на полдороге, вдруг, мои водомёты начали сбоить! Чихать, кашлять, перхать, пока вовсе не замолкли. У меня в груди всё похолодело! Первая мысль - заболели, померли. Они ведь биологические. Но тут же, буквально через несколько минут, не дав мне впасть в панику, начали дружно сдыхать маготехнологические приборы, а вслед за ними принялись терять ёмкость аккумуляторы. Ничего в этом хорошего не было, естественно, кроме одного - это «ж-ж-ж» не спроста.

Сопоставив "смерть" магии в очень короткий промежуток времени, убедившись, что технически всё цело, без всяких повреждений, я пришел к единственному правильному выводу - проклятие девятого народа. Не сразу оно себя проявило, однако. В бухте такого не было даже намёком. Ну там и не всё племя сидело, да столько времени…

- Да, - проскрипел Старый, виновато разглядывая окружающее,- Это наша вина. Много нас, вот и на твои механизмы это повлияло. Но кто ж знал. Мы, - он окинул тревожно замерших соплеменников, - готовы уйти под воду. Милостью Ушедших доберёмся до островов. Не впервой.

- Тут глубина.

- Ничего, как-нибудь…

- Глупости говоришь, - не согласился я, - Если всё окончательно сдохло, значит уже сдохло. Если нет, значит - нет. Узнаем, когда доберёмся до берега. Ну, а пока ветер наполняет паруса, будем двигаться. Боковое течение уже много слабже стало, видно, основную струю прошли. Так что, поработаем галсами, напряжём булки, но дойдём, куда надо. Так что, не суетись Старый.

- Мы поможем, чем сможем, - проскрипел он и остальные согласно закивали плоскими головами.

- Конечно поможете, - улыбнулся я, - Если потребуется…

Ночь. Две Сестры играют полутонами и тенями на легчайшей ряби, что чуть тревожит могучую грудь Отца-Океана. «Принцесса» легко, и, практически, беззвучно скользит, оставляя после себя фосфорицирующий след кильватерной струи. Ярко-синий, светло-зелёный, неоново-фиолетовый и искристо-голубой. Эти цвета завихряются, сливаются, перемешиваются и постепенно затухают.

В этих водах полно масеньких забавных зверьков-ночесветок. Эти микроскопические создания как раз и вырабатывают биолюминесценцию, что так сказочно расцвечивают океаны Земли. Но тут, на Океании, их много больше. Причём, в значительном цветовом разнообразии. Вот как сейчас. Красиво…

Всё спят. Кроме меня и Головастика. Мой пет вообще никогда не спит, в полном смысле этого слова. Я же могу не спать две-три ночи подряд, не теряя ни физических, ни умственных, ни психологических кондиций. Вообще, я уже во многом не человек, да.

- Дружок, три пол румба левее…

Головастик послушно крутит резное колесо и снова замирает тёмной громадой, лишь шевелятся глаза-отростки, да чуть вздрагивает щупальце на штурвале. Он у меня за рулевого. Я же медитирую в кресле, чуть покачиваясь, и размышляю о высоком…

Когда я, используя широкий шаг, прямо с палубы взвился вверх, раскинув искусственные крылья, всё бацхвари выпучили глаза, отвалили рты и дружно сказали -«ква»! Фокуса с полётом в моём исполнении они ещё не видели, и вообще не ожидали такого. А я не стал предупреждать. Сюрприз, однако. И скажу - получился.

Используя тёплый восходящий поток, накручивая широкую спираль, взобравшись повыше, я определил азимут и приблизительное расстояние до ближайшего острова. Картограф зафиксировал, Интуит вычислил… Теперь я точно могу определить, куда нам плыть даже в темноте, даже с учётом сноса течением и с поправкой на ветер. Не способность Первых Капитанов, конечно, но с курса не собьюсь.

Скорость «Принцессы» совсем небольшая, шесть, может семь километров в час. Ветер еле-еле трогает ткань парусов. Какой другой корабль такого же размера и тоннажа он бы вообще с места не сдвинул, но не мою крошку Мими. Материалы, конструкция, изготовление и руки самих мастеров - всё дает тримарану плюсы к статам. Тут плюс пять, там плюс три, здесь семь, а вон там все десять. И так везде и во всём. Маготехнологии, не хухры-мухры, да. На данный момент, моя «Принцесса Мими», уверен, самый совершенный корабль на Океании.

Я поднял голову и в очередной раз восхитился звездным небом. Как же всё-таки оно прекрасно. Художники, что создавали этот шедевр истинно - гении. И даже несмотря на то, что Две Сестры всегда имеют статус - полнолуние, а этого по законам небесной механики быть не может, даже этот откровенный виртуально-игровой косяк никак не может умалить величие ночного неба этой планеты. Феерично…

Проблемы, что вдруг, совсем неожиданно, вылезли по ходу нашего плавания, тревожили меня постольку-поскольку. Лётный костюм, что я извлёк из изомерного сундука, отработал как надо. Туда же, после применения, я его быстренько засунул опять. Отсюда вывод: всё, что в сундуках - рабочее. И это уже плюс. Но, помимо того, есть большая надежда, что пагубное действие ауры проклятия девятого народа на всё остальное моё, трудом, потом и кровью нажитое, имеет временный характер. Очень надеюсь на это.

Если нет… Чтож, начнём с начала. Ну а пока сидел, наслаждался покоем, не загружал голову излишними думками, прихлёбывал вкусную ягодную жижку. Ещё бы сигару…

Кач-кач, скрип-скрип… Удивительно, но это, очередное кресло, в отличии от остальных, пережило по совокупности даже много больше, но так и оставалось целым. Лишь чуть поскрипывало. Словно сверчок трендит. Хотел было поправить, но потом передумал, даже начал испытывать удовольствие от этих негромких успокаивающих звуков.

Кач-кач, скрип-скрип… Ночь, две луны, тихое скольжение, длинная красочная полоса света за кормой, и вдруг - запах. Едва уловимые нотки лаванды. Она всегда подкрадывается ко мне со спины. И никогда не смогла подкрасться.

- Кто? - мурлыкнуло над ухом, и две прохладные ладошки легли мне на глаза.

- М-м-м… Дай-ка подумать.

Я запустил руки за кресло и, не стесняясь, стал ощупывать через тонкую ткань сильные и стройные ноги, упругую попку, тонкую талию… Дальше руки просто не изгибались, я же не Головастик со своими щупальцами.

- Ага… Ага-ага… - я вновь переместил ладони на попку Евы, - Ну что могу сказать. Вся доступная мне сейчас реальность, данная в ощущениях, однозначно указывает - это все прекрасно. Даже скажу - божественно.

- Хи-хи… - не отстранилась и ладошки с глаз не убрала. Сегодня она в игривом настроении? Тогда продолжим!

- Звук? - я раскрыл с хлопком свои уши локаторы, - Определяю, как смех. Зовущий, манящий, божественный.

- Ладони, - я прикрыл их своими, - нежные. Шелковистая кожа, тонкие трепетные пальцы, аккуратные ноготки. Совершенство.

- Запах… - я убрал их с глаз и переместил под нос, подвигал шнобелем, - очень знакомый, да. Лаванда? Однозначно, она.

- Вкус? - я лизнул ладошку, и Ева с коротким визгом вырвала их у меня из рук, - Очень, очень вкусный. Такой тонкий букет! Прям божественно!

- Многочисленные факторы, что можно охарактеризовать только как - божественные, дают единственный вывод, - я резко повернулся вместе с креслом, - передо мной свет очей моих, щербет моих желаний, божественная, единственная и неповторимая, прекраснейшая из прекраснейших - Ева!

Улыбнувшись на миллион, она прыгнула мне на колени и, прижавшись, чмокнула прямо в губы. Поцелуем это назвать никак нельзя, но и подобного даже близко никогда не было!

- Где-то мега булыган похерил очередную ветку эволюции динозавров? Чёрная дыра коллапсировала? Родилась сверхновая?

Глядя на мое ошарашенное лицо, Ева звонко и радостно рассмеялась, словно нежные колокольчики зазвенели.

- Видел бы сейчас себя со стороны! - чуть отстраняясь, улыбнулась она.

- Что происходит?

- Я тебя поцеловала! Разве ты не заметил?

- Заметил? Поцеловала? Вот этот вот клевок воробышка в область бесконечности - поцелуй? Мадемуазель, тот, кто вам сказал, что такое можно признать за поцелуй, вас жестоко обманул.

Я резко притиснул Еву!

- Сейчас я покажу тебе, как надо целовать по-настоящему!

- Нет! - смеясь, уперлась мне в грудь ладошками Ева, - Не надо! А то убегу!

- Коварная! Жестокая! - изобразил я лицом трагедию, - Ладно не буду, не убегай. Божественная Ева просто на коленках - уже приятно, даже если без поцелуев.

- Никакого почтения к могущественной сущности? - рассмеялась она.

- Отнюдь! Но что случилось, мой сладкий сахар, что ты так напрыгнула на меня? Хотя, конечно, приятно, но всё же.

- Хорошее настроение, - мило улыбнулась она, демонстрируя ямочки на щеках.

- Есть повод?

- Очень хороший повод.

- Не поделишься?

- Как говорит твой хвостатый брат - закрытая информация.

- Вот не следует перенимать все подряд дурные привычки, пери моих грёз! У него же вместо нормальной головы - собачья! Что он может умного сказать, э?

- Вот ты смешной, - хихикнула Ева, - Рамзес хороший.

- Хороший, да. Только блох многовато…

И снова покатились, зазвенели колокольчики её смеха. Хотя шутка на троечку, а забирает. Чтож, люблю смешить женщин.

- Может и скажу причину… - стала серьёзной вдруг Ева, - Потом… Как-нибудь…

- Ладно.

Мы немного помолчали, тихо покачиваясь в кресле. Ночь, звезды, Две Сестры, еле уловимый шорох воды по корпусам тримарана. Спящее, уверен, магическим сном, девятое племя. Тёплое, такое желанное тело Евы у меня на коленях, что можно хотеть в этот момент? В общем-то, многое…

- Ты знаешь, свет очей моих, я почти уверился, что Система, кем бы она ни была, почти не вмешивается в происходящее. Я имею ввиду себя, в первую очередь. Может чуть-чуть, еле-еле прозрачным намёком, легкой тенью, неуловимым флёром. Вплоть до момента с бурей. А уж манипуляции с бацхвари настолько откровенны, настолько игрушечно-квестовые, что даже неприлично.

Я внимательно всмотрелся в её глаза. Ева в ответ взгляд не отвела, лишь неуловимо и загадочно улыбнулась.

- Ты прав. Но лишь в самой малой степени. Я создала ситуацию, было такое, но девятый народ именно таков, каким ты его встретил. Ничего не создавалось под тебя лично, уж поверь мне. Ни сейчас, ни раньше. Ураррат, хобол, мио и остальное… Знаешь сколько событий происходит на Океании вне твоего влияния?

- Думаю, очень, очень много.

- Правильно думаешь. Очень-очень много. Какие-то могут стать знаковыми, повлиять на множество разумных, на глобальные события, основная масса тихо растворится в бытии, вызвав, в лучшем случае, локальную рябь реальности.

- Ты же, - она потыкала мне в грудь пальчиком, - всё время норовишь усмотреть подозрительное в каждом действии, будто только оно вершит великое. Всё кружится вокруг Господина Мо? - иронично хмыкнула Ева.

- Нет. Так я точно не думаю. Но мои профессионально деформированные мозги, - я постучал по лбу, - частенько не дают покоя. Тут уж я сам бессилен.

- Я создала условия. Мне так нужно было, - очень серьёзно продолжила Ева, - Но выбор был за тобой. Просто спокойно пройти мимо, убить девятый народ, как поступило бы немалое количество игроков, помочь чуть-чуть… Но ты ввязался по полной. Это твой выбор, правда.

- Правда.

- Почему?

- Потому, что мог. И потому, что хотел. Есть ситуации, моя божественная, когда настоящий мужчина пройти мимо не в состоянии. Особенно у нас, у русских. Я не идеализирую собственный народ, но какие-то качества из нас так до конца и не вытравили, как ни старались. И не только чужие деятели и вожди, но и "свои".

Пройти мимо этих ущербных, но стойких ребят - себя не уважать. Тем более, ещё раз повторю, я всегда жил по принципу - хочешь помочь, помоги чем сможешь. Не всегда получалось, честно признаюсь, но тут, на Океании, кажется, у меня пока получается неплохо.

- Ну вот ты и ответил сам себе, - улыбнулась Ева, - Система, иногда, создаёт ситуации, в которых она имеет интерес. Но сделает ли разумный шаг влево или вправо, скажет он - «да» или «нет», этого Система не контролирует. Она принимает последствия. Свобода выбора абсолютна, Господин Мо.

- Свобода выбора… Для многих она есть в любой ситуации, а для немногих, в некоторых случаях и при определённых обстоятельствах, её нет.

- Мне нравятся те, что из последних, - провела Ева ладошкой по моей щеке, и веки налились тяжестью, пока не сомкнулись вовсе.

Усыпила, коварная…

Слава богу и всем остальным, следующим днём, ближе к вечеру, добрались до намеченного острова вполне благополучно. Немного не на тот и не так быстро, как я рассчитывал, ну так и чтож. Главное, доплыли настолько тихо и спокойно, что можно смело отнести это к морской прогулке, чем к преодолению рисковых вод над Тёмной Бездной. Повезло так, или аура бацхвари, сконцентрированная в одной точке, отпугнула глубинных кракозябр, точно неизвестно, но факт.

Однако, самое главное, когда мы после недолгих поисков разгрузились в удобной, на мой взгляд, бухте, к следующему утру моя «Принцесса Мими» ожила. Заработали водомёты. Потекла в аккумуляторы электроэнергия, собираемая солнечными панелями на основе "кожи" чёрных шаров. Парусная ткань снова начала конденсировать чистую питьевую влагу. Зашевелись стрелки приборов, потекла мана в кристаллы-накопители…

И кстати, вот что я ещё заметил, и что меня особо порадовало: ни один волшебный сундук, сумка или кошель, не выказал даже намёка, что "проклятье" оказывает на них хоть какое-нибудь воздействие. И это прям совсем хорошо!

В общем, когда выяснилось, что всё снова заработало, сказать, что у меня упала гора с плеч - это ничего не сказать! И уже к вечеру собрал большой бредлам. Я и все остальные, без исключения, лягуши.

- Все уже знают, - начал я, - действие вашего проклятия на мою маготехническую машинерию оказалось временным. И это есть гуд! Но также стало понятно, что с комфортом нам до нужного места не добраться.

Я обвёл взглядом внимательно меня слушающих бацхвари.

- Тут мне предлагали варианты передвижения традиционным способом, вы - вдоль дна, я - на корабле сверху. Если учесть, что тримаран всегда можно использовать на короткое время как базу, а Головастик прикроет вас под водой, то получается вполне жизненная концепция. Однако, к своей цели мы приплывём впритык. И это не очень хорошо по многим причинам.

Был вариант переждать сезон штормов где-то поближе. У нас есть время поискать подходящее место. И даже, с учётом моих и Головастика способностей, а также с вашей помощью, создать такое "зимовье".

Да, такие темы мы обсуждали со Старым и несколькими авторитетными лягушами народа, пока плыли сюда. Но я привёл ряд серьёзных доводов, чтобы оставить план прежним. Хорошенько подумав, они согласились. И вот теперь я озвучиваю этот план всем бацхвари, всему девятому племени.

- Но эти варианты имеют большой недостаток - временность. Я бы даже сказал - одноразовость. Мы же, вы, со своей помощью, а я и Головастик - со способностями, можем сделать нечто большее. Можем заложить несколько иную концепцию вашего существования. Я прикидывал, времени на первый и, может быть, самый важный этап у нас хватит.

Над неподвижно сидящей на корточках, если это так можно назвать, толпой шевелились только глаза-отростки, суетливо обозревавшие сразу всё: небо, воду, соседей, себя… Очень часто глаза сосредотачивались и на мне, но совсем ненадолго, и тут же пускались "шарить" по округе дальше. Очень непросто, знаете ли, оказалось толкать речь перед такой специфической толпой, не видя глаз. Нет обратной связи. Рады, злы, довольны, встревожены… А ещё эти неподвижные, практически безэмоциональные "лица" бацхвари. И тишина… Хотя я уверен, некий, неслышный мне, обмен мнениями меж ними идёт. Это мне Головастик отчётливо семафорит тонкими оттенками проступающих на теле узоров.

- Почему ты нам помогаешь? - в тишине вдруг квакнул кто-то.

Хм… Очень вовремя вопрос! Хотя, на мой взгляд, конечно, его бы надо было задать ещё пару недель тому назад, при наших самых первых совместных делах. Но и собственная душа - потёмки, что уж говорить о нечеловеческих расах.

- Вопрос неправильный! - пока я несколько растёкся мыслию по древу, другой лягушк поспешил внести ясность, - Почему ты, Господин Мо, помогаешь нам настолько, - он несколько замялся, словно подыскивая нужное слово, - сильно? И как долго будешь помогать?

- Помогаю сильно, - ответил совершенно честно, - потому что - могу. А главное для меня самого - хочу помочь. Я ещё я не умею делать что-то плохо, особенно, если мне это интересно. Лучше тогда вовсе не делать, чем кое-как. Отсюда и ответ на вопрос - как долго. Пока не посчитаю, что вам уже хватит, и вы сами с усами, как у нас говорят, или пока не прогоните…

В ответ раздались смешки и началось еще большее переглядывание. Лягушам ответ понравился.

- Мы согласны, Господин Мо, - резко проквакал Старый, подытоживая "прения", - Говори, что надо делать.

Очень хорошо, что именно этот остров относится к "обычному тропическому" типу широко распространённому на Великом Архипелаге. Пожалуй их вообще большинство. Каждый, естественно, имеет в себе некие "изюминки", ништячки и секретики, но в целом они довольно стандартны, если можно применить такой термин.

Часть тропических островов, примерно процентов двадцать, имеют смешанную флору и фауну. К примеру, с субтропиками, дальневосточной тайгой, амазонской сельвой и даже вкраплением засушливого буша. Самые интересные острова, кстати, по разнообразию и ценности всяческого хабара.

Вот такой вот остров нам и попался. Я не специально выбирал, само так получилось. Хотя… может само так, может удача, она у меня ого-го какая, а может шалунья Ева ворожит. Но в любом случае, заморачиваться на это не стану, а начну использовать ресурсы, вдруг выпавшие нам, по полной.

Моя стратегия была довольно незамысловата и, надеюсь, перспективна. Прежде всего - нашлёпать флот простейших полинезийских катамаранов. Не те, которые внушительные и основательные корабли, могущие пересекать просторы океана, а простые, но надёжные однокорпусные с дополнительным поплавком-противовесом, настилом-обрешёткой и треугольным парусом. Легкие, довольно юркие и надёжные, быстрые кораблики для перемещения меж островами. На десять-двенадцать "человек" вместимостью. Обучить первоначальным навыкам хождения под парусом небольшую группу лягуш и… в путь.

Самое главное, технологии производства катамаранов должны быть максимально простые. Такие, что сами бацхвари, даже со своими кривыми лапами могли бы сладить. И с их максимальным участием. На этом особо настаивал Старый. Оно и правильно, я уйду, а навык останется.

Чтож, может первая флотилия и не обойдётся без магии, времени делать кое какие вещи слишком затратно и долго, но принципом я озадачился, как говорится. Хотя, какое там - озадачился. Всё не только украдено до нас, но и придумано. Тут скорее важны материалы и подходящие под руку девятого народа инструменты. И таки с этим, как раз, я помочь могу, да. Закрома Родины, они же волшебные сундуки дядюшки Мо сами по себе хранят много полезного, так ещё и окружающее весьма богато на ништяки. За столько лет скитаний по островам Великого Архипелага я чего только не узнал. Из чего и что сделать, да куда приспособить - понятие имею.

Самое главное в любом деле - сверстать наилучший план последовательных действий, подобрать правильных исполнителей, донести до них важность того, чем именно они будут заниматься на своём участке рабочего фронта, и обрисовать всю концепцию в целом. Ну, и как я уже говорил, инструмент и материал.

Всё же, слава Ушедшим, девятый народ не сказочные рукожопы от недостатка ума и сообразительности, как это часто бывает с людьми. Не неумехи от того, что - неохота, неинтересна, да ну его на… Они просто разумные, поставленные в очень жесткие, а иногда - жестокие рамки волею суровых богов. Оттого большие лягуши, если что-то делали, то делали тщательно, аккуратно, я бы даже сказал - кропотливо. По сути, это жизненная необходимость, иначе они вообще ничего бы не изготовили. Поди попробуй выточи костяной наконечник, если чуть что, дополнительное "обременение" может испортить или саму заготовку, или инструмент в руках. Да и сами руки… ещё те "инструменты". Именно поэтому девятые отличались большой усидчивостью и терпением. Спокойно реагировали на "неудачное движение", когда почти готовое изделие могло сломаться. Очень большая стрессоустойчивось у лягуш выработалась, да. Но самое главное, они были умные. Даже самые маленькие лягушата - весьма продвинутые по пути возвышения. Соображали так, как не каждый младший вождь у хобол соображал. А о том, как говорить, так и вовсе никакого сравнения. Преимущество родовой памяти- отличное преимущество, как бы не коряво не выглядела эта фраза, хе-хе…

Это я всё к тому, что девятый народ оказался очень способным. Быстро осваивающим всяческие примитивные технологии, с понятием помогающие, где требовалось, делающие много подготовительной работы, и не только. В общем, ребята плотно ухватились за возможность научиться чему-то новому, полезному. Тому, что сможет увеличить их шанс дожить до долгожданного, таинственного и непонятного момента Искупления.

С дисциплиной у девятого народа было всё отлично, с желанием тоже. Как и с пониманием, что и для чего всё затевается, и что должно из всего этого выйти. Осталось распределить по группам, кто что будет делать.

Одна большая группа сразу уплыла на мелководную протоку меж двух соседних островов, расположенную недалеко от нас. Оказывается, тонкие и длиннущие водоросли, метров по пятнадцать-двадцать, что вольготно произрастают в таких местах, колышимые слабыми течением, очень ценный ресурс. Так-то мы с Головастиком много раз встречали такие заросли. Иногда они могли тянутся на много километров. Но то, что если правильно эти водоросли высушить, в теньке на ветерке, растрепать, то можно получить тонкие и прочные волокна не знал. Если эти волокна скрутить, выйдет нить, типа суровой. Такую нитку не враз порвёшь. На вопрос, почему сами этими нитками не пользуются, ответили очень просто: слишком трудоёмкий процесс изготовления, много сделать не успевают. Клубок другой всегда в запасе есть, но не более. Ну и, проклятие опять же.

Но это было до меня! Пока группа бацхвари отправилась резать водоросли большими медными серпами, на берегу, как грибы после дождя, стали вырастать длинные, не слишком высокие двускатные навесы, покрытые широкими листьями местных пальм. Тут мы и будем сушить водоросли.

Кстати, некоторые навесы быстро превратились в полноценные шалаши, где и обосновалось всё племя. Лягуши вполне приятственно чувствуют себя на суше, если не под прямыми солнечными лучами. Внутрь они натащили сухой листвы, мха и водорослей, и были весьма довольны. Комфортом девятые были не избалованы, им главное безопасность. Ну, это мы с Головастиком обеспечим. Да и сами бацхвари, вооруженные моими стараниями качественными копьями, браслетами-ножами и гарпунными ружьями, вовсе не выглядели добычей. Храбрости и решительности девятым не занимать.

Ещё несколько больших навесов сразу строились под производственные цели. Под ними как раз и будет происходить вся цепочка изготовления катамаранов. Ну и самый-самый, высотой в пять метров, шириной восемь и длиной в десять - эллинг. Тут будет окончательная сборка кораблей.

Три дня бацхвари пилили, резали и таскали на берег нужную древесину, лианы, листья и все остальное потребное. Ставили опоры и распорки, копали, если была такая необходимость, и совершали ещё много всякой полезной деятельности. С пилами, лопатами, ножами, молотками и иными инструментами, что я модернизировал под руки девятого народа, всё это делать было много веселей, так сказать. Иногда, прямо на ходу, приходилось что-то изобретать и тут же воплощать в рабочие образцы. Главное, чтобы ими могли пользоваться сами бацхвари.

Я клеил и клеил, стучал молотом по походной наковаленке, плавил металлы, тянул проволоку. Мастерил станки и необходимые прилады. Вкалывал, как в не себя. Созидал… и это мне очень нравилось!

Не прошло и пары недель, как процесс отладился и уже шел семимильными шагами. Под одним навесом скрипели примитивные ткацкие станки, на которых из свитых ниток ткалось грубое, но прочное полотно парусов. Тут же элементарный свивальный станок крутил разной длины и толщины веревки.

Под другим навесом булькали котлы, в которых варилось всяческая химия, и алхимия тоже. Рыбий, и не только, клей, хууст, лаки и краски из растительных и иных ингредиентов.

Вот под этим большим навесом, опять же, примитивный клиновый пресс штамповал "фанеру". Небольшие листы которой тут же покрывали укрепляющей пропиткой, а после высыхания резали на потребные элементы по готовым лекалам.

Ещё один цех выпиливал и выстругивал детали каркаса катамаранов. Специальными ножами щепилось бочковое дерево, и из длинных и прочных реек плелись настилы и другие легкие решетчатые конструкции.

Ну и самый главный навес. Под ним уже начали собирать первый катамаран. Неторопливо, тщательно отмерив семь раз и один раз отрезав, с подробными объяснениями. Медленно, но уверенно уже проявляется замысел в реальных деталях.

Первый катамаран я активно клею и вообще применяю магию. Как показал наш "поход", от проклятия девятого народа в кому впали, прежде всего, "высокие" техномагические девайсы. Алхимические краски и лаки, такелаж, простейшие механизмы, хоть и изготовленные посредством магии, вещи, подвергшиеся обработкой крепителями и т. п., никак не прореагировали на проклятие. В том числе и то, что я склеил. Значит можно сделать осторожный вывод, что пресловутое проклятие "нагибает" не всё подряд.

Конечно, статистики маловато, но чуйка говорит мне, что так оно и есть. А чуйка у меня, точнее способность "Интуит" - ого-го какая. И я заимел полезную привычку к ней внимательно прислушиваться.

Но самое главное, почему я тороплюсь спустить на воду первый катамаран, это обучение команды. Так-то надо натаскать всего полтора десятка лягуш. Таким корабликом, как мы строим, можно легко управлять двум-трём матросам. Главное дать первые, простые, но уверенные навыки хотя бы этим. Опыт придёт в процессе, так сказать. Заодно и стальных членов экипажа постепенно сами подтянут.

За эти недели дружной и, можно сказать, самоотверженной работы, я не только близко познакомился со всеми членами девятого народа, но и со многими установил дружеские отношения. Это при том, что бацхвари, что не удивительно, имеют несколько иной менталитет, чем мы, человеки. Даже мио, ороос, подгорные бубучи и ушлёпки хобол в чём-то ближе к нам, чем они. Бацхвари не лучше и не хуже, просто их биология земноводных, а значит, и образ жизни значительно влияют на психологию и мышление. В какой-то мере они странные, в чём-то весьма понятные, иногда забавные. Но, при всём при том чувствуется, что бацхвари - очень древняя раса. Древняя и, такое вот определение я дам - серьёзная. Сказал бы - могущественная, но это понятие тоже довольно относительное. А вот - серьёзная раса, самоё оно будет. Так вот я ощущаю, да.

Очень скоро всё племя, включая малышню, обзавелось именами с квакающим акцентом, хе-хе… Я раздавал имена девятому народу налево и направо. Никто был не против, а все даже - за. Между собой, как мне сообщил Головастик, они по-прежнему обращались по именам на собственном языке бацхвари, но при общении со мной охотно откликались на новые. Кстати, о малышне… Никто не сачковал, включая самых маленьких. Они деловито шныряли по всему "производству" убирая всяческий мусор, подносили и относили нужное, поддерживали огонь под котлами. Не только толкли в ступках раковины и панцири морских гадов для хууста, но и собирали их же на мелководье. Совершали много мелкой, на первый взгляд незаметной, но полезной работы. Незамысловатые игры и праздное кувыркание в прибое пока было отставлено в сторону. Племя работало на своё будущее, и малышня в активно участвовала.

У бацхвари, очень хороший слух. Нюх, особенно по водой, исключительный. Зрение, в целом, довольно хорошее, но только не в ночное время. Не приспособлены они к ночному образу жизни. Это, конечно, какой-то косяк, однако. Я спросил Старого, как же они тогда живут в Тёмной Бездне? На глубине пятисот метров уже вечная ночь. Что же говорить за километр или два, где вполне неплохо себя чувствуют сородичи девятого народа.

Оказалось - магия. В глубине бацхвари видят магией. Вот её Ушедшие тоже отняли. Вот и всё объяснение. Магия она такая магия… Не добавить, не убавить!

Поэтому, как только Голубое Око закатывалось в океан, все работы прекращались, и, прежде чем лечь спать, мы сидели вокруг костра ещё некоторое время и общались. Иногда я что-то рассказывал, но чаще слушал сам удивительные были и легенды не только девятого народа, но и вообще всех бацхвари. Часто я расспрашивал и Старого, и других о тонкостях жизни девятого народа, о подводных монстрах, зверях, рыбах, про иных существ, что обитали в океане. Уж кто-кто, а они знали об этом куда как много. О подводных природных явлениях, аномалиях, чудесах, богатствах, неизвестных остальным сухопутным расам. Об интересных и удивительных местах. О встречах с ужасными кракозябрами.

И почти всегда, бацхвари просили Головастика сыграть на скрипке. Мой боевой пет никогда не страдал скромностью или жеманностью. Доставал скрипку, цеплял на тело основательно подросшую бронзулетку и выдавал что-нибудь лиричное или бодренькое - из личного ощущения момента. И, кстати, из собственного сочинения, ибо другого он просто не знал.

Ну, а бронзулетку он цеплял на себя не просто так. Когда я спросил его об этом, он ответил, что, мол для вдохновения. И вообще - красиво… И правда, "разъевшаяся" на таком богатом носителе живая драгоценность активно поддерживала звуки музыки собственным свечением. Мягким и плавным, когда Головастик выдавал что-то в миноре. Пыхала вспышками при стаккато аллегро. Непрерывным, то гаснущим, то разгорающимся переливом - в мажоре. Прикольно и красиво получалось. Уж не знаю, чего там в мозгу, если он вообще у бронзулетки есть, происходило, но похоже, гармония у них с Головастиком в этот момент была полной.

Вот так и шло время…

Первый катамаран, начиная от момента высадки на пляж этого острова и до спуска кораблика на воду прошел месяц. Восьмиметровый узкий корпус, одна семиметровая мачта с треугольным парусом, второй поплавок меньшего размера, и плетёная перемычка промеж ними. Рулевое весло, которое можно было перебрасывать с одного носа на другой, ибо они оба одинаковой конфигурации. Полукруглые и несколько задранные вверх. Хоть туда плыви, хоть сюда, всё ёдино вперед получается. Ну и необходимый такелаж, соответственно.

Палубу в основном корпусе ставить не стал. Может сам катамаран, тьфу-тьфу, не дай бог никому, потонуть ещё может, а вот бацхвари вряд ли. Поэтому просто, если что, будут отчёрпывать воду.

Восемь скамеек, а если по моремански - банок, два небольших кокпита в концах корпуса, в которых можно было спрятать некоторое количество вещей. В поплавке-противовесе, кстати он задраивался и превращался в полностью герметичный, тоже можно было перевозить полезный груз. В основном это были волшебные сундучки и сумки, так что, фактическая грузоподъёмность катамарана была много выше визуальной.

Ещё один, очень необходимый элемент - это полотняный навес. Его можно было перекинуть через длинную специальную балку, закреплённую в разборных стойках. Получалась этакая двускатная палатка. Под ней и будут сидеть бацхвари в самые жаркие дневные часы. Парус располагался выше навеса, так что одно другому не мешало. Ну а экипаж, что вынужден находиться на открытом воздухе, чтоб не перегреться, по мере необходимости будет регулярно меняться. Или в воду окунаться, если скорость невелика. В комплект к парусу шел десяток вёсел, типа как для каноэ, загребать, если что.

Но, помимо того, была у матросов и защитная форма, так сказать. Светлые и просторные рубахи и штаны из самых тонких, вываренных в специальной алхимии волокон. Ткань была немного грубоватой, но зато лёгкой и хорошо "дышащей". Костюм, за счёт своей конструкции, одевался и снимался в пять сек, что для бацхвари было немаловажно. Девятому народу так понравились экспериментальные образцы, что они решили обеспечить такими же комплектами всех поголовно.

Кисти рук и "ласты" оставались голыми, а вот на голову мы сделали вьетнамские шляпы. Для них отлично подошла кора дерева, очень похожего на берёзу, только чёрточки были у неё более частые и зелёного цвета. Мне такое дерево встречалось много раз, и я знал, что его кора отлично годится для множества полезных поделок. Кора отлично формовалась во влажном виде, а высыхая, сохраняла форму.

Вот мы и наштамповали целую кучу шляп. Пропитали лаком, покрыли сверху хуустом, прикрепили подбородочные ремни и получился слегка выпуклый, низкий, широкий шлем-тарелка.На плоских головах бацхвари смотрелся, как родной.

Шляпа не только не пропускала солнце, что естественно, но была довольно крепкой, а самое интересное, водонепроницаемой. В принципе, я знал об этих свойствах, еще на заре своей одиссеи, бывало, что-то мастерил из коры "берёзы", но с тех пор я сильно продвинулся, и в моём "арсенале" хватает материалов с более крутыми качествами. А вот тут всё пришлось как нельзя кстати.

В общем, шляпа товарищам земноводным понравилась, и её тоже, после всеобщего одобрямса, решили делать всем.

Более того, когда лягуши распробовали все свойства коры, она им так понравилась, что они начали формовать из неё и другие полезные предметы. Сумочки, коробочки, пенальцы. Вот так оно всегда и бывает, одно решение тянет за собой другое, а другое - третье.

Короче, под всеобщим возбуждённым вниманием катамаран спустили на воду. Так-то, если честно, подобную конструкцию мы с Головастиком можем сделать дней за пять. Это если с большими перекурами. Но тут как раз тот случай, когда было необходимо использовать самые простейшие технологии. Почти, можно сказать, первобытные. С учётом калечных рук девятого народа. Мало того, от начала сбора материалов до готового кораблика девятые всё должны делать сами. И, пожалуй, я смог за этот месяц выстроить логистику производства именно таким способом.

Так что, следующий, который я ещё буду помогать строить, сделаем много быстрее. И каждый последующий - быстрее предыдущего. Думаю, всего сделать четыре кораблика, и при сборке последнего собираюсь только контролировать постройку.

Первый проход по бухте совершил только с Головастиком. Он уже вполне опытный и квалифицированный моряк. Что порулить, что шканцы потягать, и вообще… Непонятно, отчего ему Система до сих пор не накинет профессию - моряк? Или какое морское магическое умение. Жадина, одно слово…

Ветер и волна нынче самое оно, чтобы проверить качество сборки, управляемость, скоростные показатели, и другое потребное. За пару часов эволюций с парусом, покружив под разными галсами, признал катамаран удовлетворительным. Чтож, пора приступить к обучению команды будущей флотилии. Кандидаты в неё уже давно отобраны. Двенадцать лягуш. Восемь мужчин и четыре женщины. Гендерное различие у бацхвари очень слабое. Сила, рост, мышление, психологическая устойчивость мало разнятся. Так что, в жизни племени они участвуют наравне и там, где их способности и таланты востребованы в большей мере. И при всём при этом, никто у бацхвари женщину и мужчину не путает, так сказать.

И кстати, Квак и Квака, бедовые брат с сестрой, "записались" в команду самые первые. Немножко по блату, да. Но я сразу предупредил, и их, и всех остальных, что если кто-то окажется непригодным к такому роду деятельности, то его быстро поменяют. Рассусоливать и долго натаскивать кого-либо просто нет времени. Все кандидаты согласились с такой справедливой постановкой вопроса. Ну, а куда бы им деваться, хе-хе…

- Ну что, неофиты, - улыбнулся я, когда двенадцать пар суетливых глаз на короткие мгновения задержались на мне - Приступим к обучению?

Глава 9

"Принцесса Мими" уверенно режет невысокую волну, держа направление на виднеющийся зеленоватым пятнышком остров. Это один из тех, что образует кластер мини-архипелага, в котором и находится наша цель. Очень удобная бухта для близкой "зимовки", с очень неудобной кроказяброй кватраком.

Целый месяц мы плыли сюда. От одного одинокого острова к другому, то вдоль встречной островной гряды, то сквозь очередной островной кластер. Иногда совсем короткими проливами, бывало, пересекая широкие участки. Но всё время старались держаться возле мелководных шельфов, банок и небольших глубин. И моя воздушная разведка отлично нам в этом помогала. Оттого наш путь не был кратчайшим от точки "А", к точке "Б". Скорее, он был криволененйным. Но максимально безопасным. И, судя по всему, раз мы видим финиш, и все целы, это у нас получилось.

За моим тримараном, словно за мамкой-уткой утята, слегка рассеянной кучечкой уверенно держатся легкие катамараны девятого народа. Узнав, что по морской традиции даже маленький кораблик должен носить имя собственное, бацхвари тоже дали им имена. Естественно, на бацхварском. Как говорится - без стакана не выговоришь, но я, пожалуй, и со стаканом не смогу. А ещё они изобразили на бортах непропорциональные геометрические каракули. Типа - написали. Оказывается, у бацхвари и письменность есть, да. Но, похоже, даже более забубённая, чем "пьяные" палочки имперского алфавита, загогулистости писулек мио и многозначительности пиктограмм бубучей. Я, вообще-то, пишу и читаю на всех трёх. На мио не только простонародной "травой", но и высокой "листвой". Шарю в бубуческом, может и не идеально, но весьма и весьма. Так сказал Крук, а он другу врать не станет, слишком прямолинеен. Я даже кое-что соображаю в узелковом письме ороос. Господин Мо вообще очень способный и, даже где-то немножечко гениальный, да. Так что, придётся выучить грамоту бацхвари, если уж говорить на ихнем не суждено.

Старый, кстати, пытался мне перевести суть названий на общий, но смысл терялся после первой же длинной фразы, потому вторую я даже не пытался слушать. И это только для одного катамарана! Оттого они просто номерные. Я так на парусах и обозначил: один, два, три и четыре. Большими цифрами, обведёнными жирным кругом. Чёрной краской на светло-сером фоне. Хорошо видно, издалека…

Четырех катамаранов вполне хватило разместить всех бацхвари не так чтоб вольготно, но и не особо теснясь. Тут ведь такое ещё дело выяснилось за время нашего похода: если у меня на палубе плывет пара-тройка бацхвари, "проклятие Ушедших" не оказывает никакого действия на мои "нежные" маготехнологии. Если малышню посадить, то «Принцесса» и восемь-десять выдержит. Поэтому со мной плывут шестеро "головастиков" из самых маленьких, от трёх до шести лет, если на человеческую мерку. Так и самим бацхвари проще и мне не напряжно. Ибо за маленькими "головастиками" надзирает Головастик большой! А у него не сорвёшься, четыре зорких глаза и длинные ловкие щупальца не только моментально пресекут излишнюю дурную активность, но и направят в полезное русло. Головастик авторитет!

Но помимо него за этой колготной бандой внимательно бдит серьёзная десятилетняя мадемуазель Горлянка. Это я, естественно, так её назвал. У девчонки на шее интересный узор из перевитых линий и отдельных точек. Светло-зелёный на общем оливковом фоне. Смотрится как искусная татуировка. Так уж природа и генетика распорядились. Старый шепнул мне на ушко, что это признак высокого рода. Очень высокого… Такие и более широкие разноцветные узоры, что могут спускаться на грудь и спину - признак благородной крови. Сейчас у остатков девятого народа это уже не играет никакой роли, но всё же, всё же…

Горлянка и правда очень ответственная, серьёзная, умная и обстоятельная девчуля. Если у Головастика малышня ещё может расслабиться, я давно заметил, что детишки его вообще ни разу не боятся и очень любят, а он любит детишек, то стоит Горлянке чуть собрать глаза в суровую кучу, как мелкота выстраивается по струнке. И не от того, что она злая, не от того, что может наорать или, того хуже, дать под зад, ни разу за ней такого замечено не было, а потому, что это - Горлянка. Спокойная, плавная, несуетная, но оченно убедительная. Высокая кровь, не иначе… Старый знал, кого отрядить в помощники.

Я тоже принимал участие в воспитании. Сначала по остаточному принципу, когда было такое желание, потом как-то втянулся, незаметно для себя. То рассказываю о тайнах мироздания, то про удивительные острова, повстречавшиеся нам с Головастиком. Про приключения, которые случались у нас. О народах, населяющих Океанию. Баловал сказками, рассказывал или показывал всяческие приборы и инструменты. Не только маготехнические, но и просто технические. Рассказывал про магию. Показывал, что могу сам… Не только малышня, но и девчонка в такие моменты слушала меня с открытым ртом!

Ещё я обучал их первичным навыкам владения парусной оснасткой, морскими названиями всего, что нас окружало. Что для чего нужно, и как этим пользоваться. Научил малышню ловить рыбу удочкой. Плести верши и краболовки. Вязать сети. Сделал всем ножички с хитрой рукоятью, чтобы малышне, с их ручками, было удобно пользоваться. Уж сколько колышков и ровных палочек они настругали, развивая мелкую моторику. В общем, занимался тем, чем занимался на старушке Земле последние лет тридцать, вливал в уши знания, разжигал любопытство, направлял руки, чтобы они росли не из жо.., а откуда положено.

Горлянку, кстати, я припахивал вместе со всеми, и даже больше. Она сама рвалась нешуточно, даже приходилось подтормаживать иногда. На данный момент Горлянка - моя самая первая, самая старательная, внимательная и умелая ученица. Авторитет мой у неё - заоблачный. У неё же я беру уроки письменности бацхвари. Она терпеливо, буквально по миллиметру, распутывает закорючки и зигзаги, пытаясь объяснить, что и зачем. Туго идёт. Прежде всего, от того, что сама письменность - хрень лютая, где намешана не только смысловая составляющая, но и художественная, и духовная, и ещё чёрт знает какая. Ну и как учительница Горлянка слабенькая. Старательная, умненькая, знающая, если учесть её десять лет и родовую память, но жизненного опыта, прежде всего, маловато. Старый, несомненно, много лучше объяснял бы, но у него и своих забот полон рот. Флотом рулить, так сказать, вести народ к светлому будущему и вообще… Но ничего, потихоньку, помаленьку дело двигается, и ладно.

А вообще, не знаю как все бацхвари, но девятый народ весьма способен к морскому делу. Я это заметил ещё тогда, когда обучал самую первую группу. Соображают быстро, память, что зрительная, что моторная у них отличная, всё схватывали прямо на лету. Если бы не руки-крюки, вообще всё было бы отлично. Но разве это препятствие для, по-настоящему разумных? Придумали и всякие хитрые штучки, и некие усовершенствования, чтобы нивелировать этот недостаток.

За время похода те, кого я научил сам, не только приобрели полезный опыт, но и активно делились знаниями со своими сородичами. Годок-другой, и, глядишь, на Океании появится ещё один умелый народ-мореплаватель. Очень может быть…

- Ну что, Старый, как думаешь, если мы в самое ближайшее время прихлопнем кватрака, сможет народ остаться в бухте, не налетев на "проклятье"? По моим ощущениям, шторма уже скоро, через пару недель, не больше.

И правда, уже всё чаще небо затягивало белёсой поволокой. Иногда моросил мелкий дождик. Ветер стал сырым и прохладным. Участились резкие порывы. Всё чаще грудь Отца-Океана тревожила "мёртвая зыбь". Признаки приближающегося сезоны штормов всё явственней. Обычно я к этому времени уже либо активно ищу подходящее место для зимовки, либо уже нашел.

Наша маленькая флотилия, собравшись в кучу, дрейфовала километрах в десяти от нужной бухты. Сегодня как раз ветер был совсем слабенький, так что, выкинув плавучие якоря, мы почти не двигались.

Глубины здесь, кстати, метров шестьдесят-семьдесят. Не Тёмная Бездна, конечно, но и не мель. А так как кватрак хищник всё больше донный, и даже если мы находимся в его охотничьем ареале, нападения можно не опасаться.

- Уже можно, - разбежавшись глазами по горизонту, ответил он, - Только всё ещё не соображу, как ты убьёшь кватрака.

- Да уж как-нибудь.

- Я всё же хочу послать с тобой хотя бы Квака. Он разведчик бывалый, покажет, подскажет, поможет…

- Старый, мы уже это несколько раз обсуждали, - терпеливо ответил я, - лучшая помощь сейчас - не мешать нам. Мы, если что, в любом случае с Головастиком вывернемся, а того же Квака придётся спасать. Так что, ждите здесь. Я пришлю головастого за вами, когда всё закончиться.

Запрыгнув на аквабайк, я газанул и помчался по мелкой ряби в сторону бухты. А Головастик помчался под водой.

Долго ли домчать до берега на шустром аппарате? Я и разогнаться особо не успел, как с разлёту выскочил на мелкогалечный пляж бухты. Только заскрипели округлые камушки под дном аквабайка. Мог, конечно, и прилететь сюда, но вот что-то захотелось развеяться, попрыгать на волне, половить брызги мордой лица. Так отчего бы не удовлетворить свои желания, коль они никому не мешают?

Бухта была довольно небольшой, но глубоко вклинившейся в скалистый берег. Этакий длинный аппендикс, заканчивающийся полукруглой чашей синей и спокойной воды. Пляж - метров в сорок - переходил в очень пологий подъём, поросший густой растительностью, что тянулся ещё метров сто. А там склон упирался в невысокие, серо-коричневые скалы. При взгляде на них сразу создавалось впечатление, что эти каменные складки и наплывы имеют вулканическую природу. И что они очень древние, да. А как известно, безжалостное время неумолимо даже к камню. Ветер, вода, солнце серьёзно погрызли эти, уже совсем не кручи. Источили, исполосовали трещинами и сколами, изъели щелями и тёмными зевами пещерок. А некоторые провалы имели очень солидные размеры. На полках и наклонных поверхностях цвела и пахла активная тропическая флора. Местами торчали следы свежих каменных осыпей. Скалы продолжали неумолимо разрушаться. Мда, если и под водой подобная картина, с пещерами тут и правда полный порядок. Я ещё раз окинул удовлетворённым взглядом весьма антуражный пейзаж.

- Однако, здесь имеет смысл постукать кирочкой, - пробормотал я себе под нос, - Но сперва - кватрак.

Удача… Девочка моя хорошая! Не раз и два, и не десять выручала она меня, поддерживала и радовала. Я чувствовал, что и сегодня она не обойдёт меня своею милостью. Не прошло и пятнадцати минут, как в центре бухты из воды пулей в форме ската вылетел Головастик. Растопырившись во всю свою блинообразную ширь, он взлетел метров на десять и лихо заложив в воздухе мёртвую петлю, рухнул обратно в каскаде брызг. Вот что делает, шельмец! Там, откуда он выметнулся, секунд через десять вспух горб воды, сквозь который мелькнуло что-то очень массивное, серо-зелёное. Ага! Кватрак дома. И головастый не только нашел его, но и раздразнил. Всё как мы и планировали. Теперь мой пет поведёт его сюда, на пляж. Я поудобней перехватил Немезиду, что покоилась на высоких и удобных сошках. Можно бы и с "руки" пострелять, но мы, старики, всегда предпочитаем комфорт и уют, по возможности. Я бы ещё и кресло поставил, но, пожалуй, уже будет перебор, хе-хе…

Через пару минут чуть в стороне от меня Головастик выскочил на берег и, отбежав метров на двадцать, похватал щупальцами увесистые голыши. Немного погодя в приливном бугре воды на гальку выметнулась туша кватрака. На кого он был похож? Трудно сказать… Большая, плоская и заострённая, словно трёхгранный наконечник, голова без всяких признаков глаз, рта или иных подробностей. Просто серо-зелёный, как мне кажется, хитиновый, блестящий и гладкий вытянутый треугольник. За головой приплюснутые сегментированные кольца тела, типа как у сороконожки, постепенно сужающегося к концу. Последний сегмент напоминает хвост креветки, из которого торчат два очень длинных гибких хлыста. Сам кватрак метров восемь, шириной все два и высотой не меньше полутора метров. Солидная туша, однако.

По бокам тела - словно несуразно прилепленные многочисленные перья-весла. Очень много, целая бахрома. Длинные, прочные, похоже, острые и весьма опасные на вид. Они активно шевелились, совершая волнообразные колебания и проталкивая тело кватрака по гальке. Может, в воде "плавники" и давали неплохую скорость, но на суше получалось совсем не очень. А в целом, кватрак не выглядел уж очень опасным. Увидев такого в первый раз, я и вовсе бы на него не заморачивался, большая креветка, да и только. Что там бацхвари об его передвижении по суше говорили?

Головастик, выведя кватрака мне под выстрел, убегать не стал, а принялся швырять голыши ему в башку. Надо знать, что сила у моего пета ого-го какая, так что увесистые окатыши полетели, если и не со скоростью снарядов из пушки, то где-то близко к тому. Некоторые камни рикошетили в сторону с искрой, какие-то разлетались осколками после прямых попаданий, но, похоже, никакого ущерба не наносили, а только раздражали кватрака.

Я, ради интереса, кинул в него огненную гранату, и, как меня предупреждали, ничего не произошло. Магема огня так и не сработала. Зато я увидел то, о чём меня не предупреждали. Оказалось, что сия кракозябра - ещё и трансформер-полиморф! Перья-плавники стали укорачиваться, меняясь прямо на глазах. Вот они стали короче и толще, "подломились" в трёх местах, формируя суставы, на концах каждой вытянулся большой кривой коготь. Тело тоже стало изменяться, поплыв, словно горячий воск. Голова вспухла округлой болванкой, всё так же без всяких признаков отверстий, но зато по центру стал расти витой рог, а снизу выдвинулись кривые жвалы, усеянные острыми шипами. Сегменты проросли густой порослью коротких тонких и очень жестких на вид игл. И всё это довольно быстро! И как бы не завораживающе это смотрелось, уподобляться тупеньким героям второсортного блокбастера я не стал. Это когда какая-нибудь хрень соберётся полностью из костяных запчастей у них на глазах, или из яйца вылупится, из кровавой лужи на жертвенном камне восстанет, а уж потом начинаются расчленёнка и превозмогание…

- Головастик, в сторону!

Ствол Немезиды окутался зеленовато-голубым сиянием, глухо бумкнуло, и в голове кватрака образовалось небольшое отверстие! А вот ближе к концу тела, с треском и брызгами, фонтаном зеленоватой жидкости, с разлетающимися обломками вырвало внушительный кусок сегмента. Кракозябра опрокинулась на бок, стала свиваться в петлях, разбрасывая гальку и поливая "кровью" всё вокруг. А ещё она завизжала! Да так, что у меня заныли зубы, в глазах потемнело и волоса встали дыбом! И это в пятидесяти метрах от кватрака! Однако!

Более того, отверстие на башке начало скоренько затягиваться, а из разорванного бока перестали вываливаться куски внутренностей. Ещё десяток секунд, и кватрак закончил биться и кочевряжиться, и, поведя башкой в мою сторону, попытался встать на лапы! Потрясающая регенерация!

- Как говорят давние и последовательные недруги моего народа - ничего личного, только бизнес. Никогда не нравилось это выражение, двуличное оно какое-то. Мне больше нравиться вот такое - сплошь одно личное, и никакого бизнеса!

Два подряд выстрела прошили тело кватрака под разными углами. А когда он, простреленный насквозь, разорванный и переломанный, всё ещё дергался и трепыхался, никак не желая умирать, я добавил ещё парочку…

- Мда… - я подошел к наконец-то затихшему монстру.

Маленькие стрелки рельсотрона разметали заднюю часть кватрака по окрестностям на несколько десятков метров. Внутренности словно в миксере побывали, а потом ещё и немного пропеклись. Вонь стояла знатная. Галечный пляж вокруг туши покрылся зелёноватой быстро густеющей слизью.

Монстр однозначно был мёртв, это яснее ясного показало моё ощущение жизни, но при этом - самое удивительное, что некоторые треснувшие и разорванные части хитина продолжали регенерировать. Очень медленно, затихая, но всё же.

Я подсветил опознанием панцирь кватрака. От как! Почти всё тело и даже отдельные крупные куски оказалось интеграционным материалом. Причём, серебристого цвета! Очень высокий ранг хабара. Редчайший случай!

Увы, всё остальное, а я уверен, вкусняшек в кватраке имелось куда больше, никак не отобразилось. Система всегда сурова к повреждениям ингредиентов. А я тут намесил…

- Прикинь, головастый, - обратился я к пету, что пристроился рядом и с интересом обозревал уничтоженного монстра, - Я-то боговал на Систему, что она натравила на нас жутко злобных юнитов, а оказывается, нас лишь только слегка пожурили.

Даже представить не могу, как бы мы отбивались, пришли она к нам вот таких красавцев. Думаю, если не один, то парочка нас бы раскатала в блин. Как их убивать врукопашную я даже представить не могу. Пять выстрелов Немезиды! Пять, мать его, выстрелов рельсотрона!

- Головастик в шоке, хозяин! - пробулькал он в ответ.

- Старый говорил, что очень давно его народ завалил такого. Я в восхищении.

Помимо того, что я и вправду был сильно удивлён, как же бацхвари удалось завалить кватрака в рукопашной, своими ковырялками и без магии, ещё у меня и слюни по колено. Просто, на секунду представил, что имею такого пета… Очень бы здорово было. Но вслух озвучивать хотелки не стал, вдруг Головастик обидится ещё. Хотя, с другой стороны, почему бы и нет. Два уникальных пета – лучше, чем один. Из них получился бы замечательный тандем. Я просто бы с кресла-качалки не вставал, они сами всё за меня делали, хе-хе… Но, если серьёзно, а почему, собственно, и не да? Трудно, может очень трудно, или ужас-ужас как трудно? Не попробую - не узнаю. А я, при случае, попробую, да. Похоже, кватрак зверь редкий. Может, даже более редкий чем туанн"на. Но ведь встречаются. Живут и как-то размножаются. Бывают и они маленькие и слабенькие, и у них, возможно, есть импринтинг. Надо только оказаться в нужный момент в нужном месте. Это дело, думается мне, может растянутся не на один год, а может не на одно десятилетие, но игра стоит свеч. Однозначно. Надо Старого расспросить со всей пролетарской ненавистью, обо всём, что знает о них. Обязательно облазить всю бухту, в каждую пещерку-трещинку заглянуть, вдруг где кладка, может зародыш или маленький кватрак сидит, мамку ждёт.

И в мой виртуальный дневничок упала жирная запись-напоминалка - «Кватрак, боевой пет, Господина Мо».

- Чем же ты его так? - Старый суетливо ощупывал глазными отростками останки кватрака.

Буквально пять минут назад мы заякорились в бухте, и на берег высыпал весь народ. Но к кватраку подошли только несколько авторитетных лягуш во главе со Старым. Остальные жадно, но дисциплинированно рассматривали убитого монстра издаля.

- Ну, это секрет фирмы.

- Понимаю… - слегка разочарованно проскрипел Старый, - Он не похож на того, который атаковал наших разведчиков, - глаза Старого собрались в кучу, изучая останки кватрака, - И на описания других тоже.

Стоявшие рядом бацхвари только молча покивали плоскими головами.

- Может потому, что он не имеет определённой формы. Кватрак - полиморф, это точно. Он подстраивается под ситуацию, сам видел. Насколько простирается предел его пластичности, вопрос, конечно, интересный. Но от этого экземпляра мы уже ничего не узнаем.

- И ушедшие с ним! - губы Старого растянулись в подобии бледной улыбки, - Кануть ему в Вечную Ночь Глубины. Освободил отличное место, чтоб нам пережить сезон штормов, а ещё его панцирь - замечательная вещь. Даже в наших руках изделия из него живут очень долго.

- Ну ещё бы. Интеграционный материал со свойствами самовосстановления. Легкий, прочный, вязкий… Доспехи, к примеру, из него вышли бы - манниффик!

- Не знаю, нужны ли нам доспехи, - с сомнением протянул Старый, - но из панциря кватрака можно сделать много более полезных вещей. Я отдам распоряжение, пусть соберут всё до кусочка. Отчистят от внутренностей, отмоют.

- Пусть. А я с Головастиком полазаю по подводным пещерам, посмотрю, пощупаю, так сказать.

- Возьми разведчиков, - перекинул на меня один глаз Старый.

- Теперь возьму, отчего нет. Зимовать будем тут. Надо всё хорошенько исследовать и найти лучший вариант.

- Как же ты всё-таки убил кватрака? - не выдержал Старый.

- Покажу, конечно, - улыбнулся я - Потом…

Где-то за толстыми каменными стенами уже третий месяц буянит сезон штормов, но тут, под объёмным куполом пещеры, этого совсем не чувствуется. Однако нам, мне с Головастиком и девятому народу от того совсем не печально. Наоборот, вполне комфортно и уютно. Классное всё же место мы нашли перезимовать.

Поначалу я хотел назвать этот остров - Кватрак. Но, как и всегда, мудрость моя посоветовала не спешить и оказалась права. Как только мы принялись обследовать окружающие скалы, сразу же выяснилось, что они сплошь дырявые, как сыр. И те, что над водой и те, что под водой. Тысячи, а может, и сотни тысяч пещер, пещерок, гротов, трещин, разломов, нор, проходов и дыр пронизывали тело острова во все стороны сплошным хаосом.

И размеры всего этого были - какие только твоей душе угодно. Сеть пещер на острове, где остались жить зелёненькие хоб, впечатляла, но это если ты не видел, что творится на острове Сырная Голова. Именно так я его и прозвал. Бацхвари было всё равно, а мне точнее названия просто не придумать. За три месяца неспешного, но внимательного исследования этой бесконечной сети я с Головастиком, а иногда и с непоседливыми Кваком и Квакой облазили много всего, но, думаю, занёс в картограф только малую часть прилегающей территории. Сколько совокупных тысяч километров пустот внутри острова, я даже представить не могу. Десятки, наверное…

Я немало повидал странных или вовсе уникальных островов на Великом Архипелаге, но Сырную Голову смело могу занести в топ 10 самых прикольных. Дело в том, что отлив здесь составляет перепад в двадцать метров. Один из самых значительных, что вообще я видел. Плюс к тому, большая часть оголяющегося дна острова - это очень крутые, иногда вовсе вертикальные склоны. Когда идёт отлив из несчётных отверстий, трещин и дыр извергаются целые фонтаны воды. От тоненьких упругих струй под приличным давлением, до ревущих, свободно истекающих потоков! Дело в том, что отлив уходит гораздо быстрее, чем выходит вода из внутренних полостей острова. Вот от такого перепада и происходит столь удивительное зрелище. Рокот, клокотание, бульканье и всеобщая бурбуляция от уходящей воды создают ещё ту "музыку" в резонирующих внутренностях острова. Единственно, симфонию "Отлива" легко кроет симфония "Прилива"! Когда прибывающая вода устремляется обратно в полости острова и шустро вытесняет воздух, то тут вообще свист, шипение, грохот, завывания и вся остальная какофония в полный рост. Незабываемый концерт всю ночь! Ибо как только вода отлива заканчивает покидать внутренности Сырной Головы, не больше, чем через часок, она снова заливается обратно. Можно было бы смело дать название острову Сумасшедший Орган, и было бы весьма точно, но всё же Сырная Голова точнее.

Естественно, соответственно такому удивительному строению острова и колебательному циклу воды, внутри полостей сформировался свой, во многом уникальный, экомир. И флора и фауна и, как водится на Океании, туева хуча тех, кого непонятно к чему отнести.

Прежде всего, конечно, хорошо мне знакомые "халявщики". Каких только видов, облика и размеров они небыли. Какими только способами и принципами они не собирали проносящуюся мимо них халяву. На стенах процветали всяческие моллюски. Донные ползуны были представлены в неимоверных количествах. Крабообразные и раковидные тоже. Головоногие, головорукие, рукогоногоголовые и иные, благоденствовали в этих местах. Актинии и им подобные "цветы моря" колосились пышным ковром. Рыбы… очень много!

Если учесть, что в Сырной Голове имелось много "карманов", из которых вода не выходила окончательно, а поддерживался постоянный, определённый уровень, то встречались в таких закрытых эконишах совершенно удивительные эндемики.

Карманы, кстати, были размеров и форм всяческих. От мелководных луж, до вполне приличных размеров и глубины озёрок. Вот такое озерко мы и нашли с бацхвари после целой недели поисков. Точнее, длинную узкую шхеру, что вела внутрь острова. Заканчивалась она овальной и высокой пещерой. Купол потолка, почти ровный полукруг, ощущение, будто он искусственный. Стены пещеры почти отвесные и такие же "зализанные", с десятком тёмных проходов в глубь острова. При нормальном уровне воды, вдоль стен тянулся неширокий, метров десять-пятнадцать мелкогалечный пляж.

Мы сражу же оценили все плюсы этого места. Я ведь приблизительно и искал нечто подобное. И удача меня не подвела. Высота метров тридцать, а общая площадь пещеры - метров семьдесят на сто. Когда происходил отлив, то в пещере оставалось вполне приличное количество воды. Общий уровень понижался метров до пяти. Мы протащили по высокой воде в пещеру свой флот, благо ширина шхеры позволяла, а потом заложили проход каменной стенкой. Бацхвари таскали подходящие камни, а я клеил. В результате ударного труда уровень воды в нашей бухте колебался не более чем на полметра. Полностью перекрывать вход в пещеру не стали, оставили небольшой перепад, пусть прилив помаленьку гидрирует наше озеро.

Мы наглухо заделали все щели, отверстия в стенах, и большую часть нор и проходов. Оставили лишь несколько, в которые я или бацхвари могли свободно проходить. Но и на них мы навесили прочные двери. Конечно, основную работу делал скромный я, златорукий спец во многом и искусный маг везде. Ну и Головастик, обладатель профессии механикус ажно четырнадцатого ранга. Что, на секундочку, не баран чихнул. Креативил Головастик не очень, но по заданным шаблонам делал работу преотлично. Большие лягуши только подтаскивали материалы, древесину, камни, варили хууст и всё остальное. И это тоже немало, я вам скажу, совсем немало. Также они обеспечивали всех нас продовольствием. В основном морепродуктами, конечно, но и это вполне себе питательно и вкусно. Это потом, когда мы порешали все самые основные проблемы по устройству лагеря, я стал хаживать на охоту за мясом. Очень редко правда, скорее в познавательных и развлекательных целях. Бацхвари вполне довольны рыбным рационом. Тем более, всяких фруктов и овощей, вяленого и солёного мы запасли очень много, ещё когда готовились к сезону штормов.

Я не стал строить для себя чего-то на берегу. Всё, что мне надо для комфорта и уюта мне предоставляла хорошая девочка "Принцесса Мими". А вот для бацхвари я помог собрать два десятка просторных домиков типа "шалаш". Как оказалось, лягуши предпочитают не мокнуть под водой, если есть возможность проживать в месте, где сумрачно, влажно, тихо и безопасно. И да, у нас всё это есть. Влажно, безопасно, сумрачно. Лишь пучки вездесущего светящегося мха, мои световые панели и, где надо, слизни-лампочки давали вполне приличное, для наших зорких глаз, освещение. А иного нам и не надо. Даже имелось относительное - тихо. Может место такое удачное, может то, что мы позатыкали лишние дыры и щели, но ночные концерны слышались в нашей пещере на очень приемлемом уровне. Уже через несколько дней мы все настолько привыкли, что перестали их замечать.

В каждый шалаш я положил обогревающий камень, неча зазря переохлаждаться земноводным. Также соорудил большую варочную панель из плоского плитняка. Дров-то взять особо неоткуда, а варить и жарить на такую толпу каждый день надо. Девятые, конечно, могут и на сыроедении чувствовать себя неплохо, чем они всю свою историю, собственно, и занимались, но они быстро раскушали жарено-парено-варёное и отказываться от такого желания не имели. Ну, посуда у меня есть, как и всё что надо для кухни, да.

И кстати, вот тут опять вылезло интересное свойство простейших магических амулетов. Думал камни-обогреватели и кухонная панель будут быстро выходить из строя, благодаря проклятию девятого народа, ан нет, работают камушки вполне исправно. Ну, может если только подзаряжать надо чуть чаще. Интересно, однако…

Трудно сказать были ли в этих бесконечных тоннелях и пещерах, что в подводных, что в надводных, серьёзные хищники. Мы пока что на таких не наталкивались. Мелочь всякая, иногда весьма кусачая и изрядно ядовитая встречалась часто. Мелочь - это, к примеру, двухметровый пещерный варан с мощным ударом хвоста, изрядной зубастой пастью и магической способностью к мимикрии. Или вот, некий головоногий хрен с десятком щупалец по пять метров и очень тугой шкурой. Чтоб её проковырять, сильно надо постараться. А как вам очень красивая актиния со шляпкой в полтора метра? Она не только метко стреляет ядовитыми стрекалами на семь-восемь метров, но ещё и испускает феромоны, что дурманят и манят своими сладкими флюидами попавших в их облако жертв. Да и просто нередко встречающиеся пышные колонии молниевика могут доставить очень серьёзные проблемы… Это все для нас с головастым уже дано мелочь. Впрочем, бацхвари с вышеперечисленным лучше не встречаться. Чего они, собственно, и не стремились делать.

В общем, серьёзных хищников нет. Но по идее должны были быть обязательно, больно места смачные. Похоже кватрак тут жил очень давно и всех более-менее значительных конкурентов схарчил. Мы, кстати, так и не нашли его главное логово, если оно вообще есть. Как и не нашли, увы, никакой кладки, или маленьких кватраков. Хотя вполне допускаю, что где-то в непролазных каменных "дебрях" проходов и пещер такое имеется. Висит в укромной трещинке неприметное яичко с кулачок, да ещё и под маскировкой, что очень может быть, поди ещё найди такое. Опять же, пролезть почти везде мог только Головастик. Бацхвари вообще соваться в тоннели надо очень аккуратно. Это меня попробуй укуси ядовито, в ответку такое словишь, что гарантированно окочуришься, а лягухи хоть и имеют основательный резист к ядам, но со мной им не тягаться. Вот и получается, что больше всего внутри Сырной Головы лазал Головастик. А чтобы обшарить весь лабиринт, нужно таких "головастиков", пожалуй, штук сто! Как раз за пару лет управятся…

Кстати, многие существа Сырной Головы имели интеграционные "запчасти" в своих телах. Алхимические ингредиенты. Нередко обладали неизвестной или оригинальной магией. Ведь той же способности к мимикрии в моём виртуальном дневнике уже описано более двадцати видов, и все они немного отличаются, как по степени силы воздействия, так и по принципам "механизма" срабатывания. И мимикрия в этом совсем не одинока, так сказать. Конечно же, я не мог пройти мимо такого богатого хабара и не поленившись "поднял" много из того.

Чем ещё мы занимались, пережидая сезон штормов? Больше всего остального - созиданием. Учёбой и созиданием. Как раз тем, чем больше всего мне нравилось заниматься в Бесконечной Вселенной.

Не сказать, что я многому учился у бацхвари. Всё больше это касалось их истории, обычаев, былинных деяний, когда солнце было ярче, глубины глубже, а девы бацхвари мясистей, хе-хе… Ну и конечно, про подводную живность. Уж тут большим лягушам точно нет равных. Сведения широким потоком лились не только в виртуальный дневник, но и в мою бездонную память. Услышал я рассказы о таких глубинных монстрах, что только жуть. Я, оказывается, реальный счастливчик, что не встретил многих из них воочию. И слава богу! Так что, чему-то я учился, да, но больше учил. Учительствовать мне не привыкать. Чему учил? Да всему понемногу. В основном молодёжь, и тому, чему не мог научить Старый и другие авторитетные бацхвари. Всё больше гуманитарным наукам, социологии, народоведению, географии. Техническим дисциплинам, элементарному сопромату, несложной, но полезной химии, пополам с алхимией. Рассказывал, какие полезные и вредные растения водятся на Великом Архипелаге. Опасный и мирный, вредный и полезный животный мир. Тут у девятого народа, несмотря на сотни и сотни лет шараханья по островам, полезных знаний не так чтоб много. Скорее мало. Хотя и понятно почему. Учил всему этому, и ещё всякому.

Обучал многих юных и взрослых бацхвари простейшим ремёслам. Попутно "изобретая" для них подходящие инструменты, станки, а порой целые технологические цепочки. Постоянно придумывал различное оборудование под их кутеляпые руки. Не только оружие, но и предметы мирного назначения. Хотя… Мне кажется я так и не смог придумать что-то, чем нельзя было оприходовать ближнего своего, в том числе и дальнего. Но, тут уж что уж, профессиональная деформация, тудыт её в качель…

Но я не только старался для общества. Многое делал чисто для себя. Наконец-то занялся гранением камней. С чувством с толком. Но это больше, как релакс… Чуть-чуть для красоты и немного - как изготовление манонакопителей.

А вот с магией молекулярного соединения я возился основательно. Шикарная штука, без которой я не знаю, что бы делал. Порой я клеил просто в промышленных масштабах. И за это время очень существенно продвинулся в силе и длительности своего умения, но вот в "искусстве", так сказать, не очень. Почти все, за редким исключением, магические умения в БВ, простым повторением пройденного не развиваются. Увы…

Оттого я проводил опыты по приклеиванию условно живого к неживому, где у меня был и до этого определённый прогресс, но больше всего упирал на соединение условно живого с живым. И кое-какие результаты это дало, Я уже могу "приклеить" клешню от одного краба к другому, и она будет как родная. Или одну "ногу" от морской звезды к другой звезде. Причём, что с крабом, что с звездой - от абсолютно разных видов. Но вот крабью клешню к звезде - нет. И хотя и так прогресс налицо, но всегда хочется большего. Эх! Мне бы замутить синергию с Мими и Муром, вот бы я дал… Мечты, мечты…

А ещё я вдумчиво перетряхнул все свои статы, достижения, навел порядок в свободных очках. И не только у себя, но и у Головастика. Раскидал ему накопленные очёчки по разным нужным способностям. Наметил и его, и своё развитие. Проинспектировал магические способности и умения. Написал целый план, что надобно подтянуть, что изучить подробней, где исследовать перспективные тонкости.

Честно говоря, давно надо было навести порядок, да всё времени не хватало. То бей - беги, то беги - бей! То принцесс спасай, то от "принцесс" спасайся, хе-хе… Посланцы, Урарраты, народы всяческие встречаются, то добрые, то злые… То киркой надобно в стенку стукать, то кулаком в чью-то рожу. Квесты энергичные выполнять приходиться, которые то ли сам себе нарисовал, то ли хитро подкинули. Кто ты такой! Право на жизнь! Спаси! Помоги! Только со всеми вроде рассчитался, на тебе мега-бурю, гранд-ураган, супер-шторм! Еле-еле пережили, думал, теперь-то потише будет, но здрасте вам - Девятые прискорбыши! Мы мимо проплываем, ничего не просим, ни на что не претендуем, немного голодуем, слегка вымираем… Ну разве таких бросишь?!

Обманула Божественная, как есть обманула! Меня доверчивого - жестоко! Говорила: закину тебя в дупу мира, где не ступала нога разумного. Я и обрадовался. Наобщался за сто с лишним лет с человеками досыта, и отдохнуть бы можно. А оказалось, Великий Архипелаг - проходной двор! С удочкой посидеть некогда. Растечься мыслию по древу свободной минутки не имею. Жуть…

Пожалуй, за последние годы только тут, под сводами этой пещеры, в компании ненавязчивых бацхвари я немного притормозился. Ничего не нужно строить прям немедленно, никуда не бежать, никого не бить, и не спасать. Тихое, неторопливое созидание, не только по делу, но и для души. Ненапряжные занятия с бацхвари. Благодарные, внимательные и исполнительные лягуши совсем не похожи на фанатичных трудоголиков хоб, но в чём-то совсем одинаковые. Неспешные разговоры с мудрым Старым, общение с Головастиком, походы с ним по таинственному нутру Сырной Головы… Хорошее время…

Одно событие, действительно очень важное для девятого народа, я хотел бы отметить особо. Оно случилось как раз где-то в середине сезона штормов. В какой-то момент двенадцать женщин бацхвари, это я потом посчитал, дружно нырнули в наше озерцо и пропали! Когда я "разглядел" убыль, далеко не сразу, кстати, Старый с бледной улыбкой на безэмоциональных губах спокойно ответил - так надо. Ну надо и надо. Раз лягуши не суетятся, значит и правда всё под контролем.

Зато появление дам пропустить было невозможно. Точнее, появление не дам, а мам! Мамки вернулись из воды с прибытком! Ушло двенадцать бацхвари, вернулось двадцать пять! Тринадцать масеньких, но совершенно сформировавшихся и отличных от взрослых только размерами лягушат сидели на руках у мам. А у одной сразу двое! Они заинтересованно шевелили маленькими глазными отростками сразу во все стороны. Судя по довольным улыбкам мам, лягушата были весьма благополучны.

Когда они появились на берегу, остальные члены народа, увидев такую картину, разразились бурными криками и энергичными телодвижениями. Тут же стал организовываться праздник, как и у всех разумных, с поеданием и выпиванием.

- Великий день, Великий день! - непрерывно скрипел Старый, аккуратно смахивая скупую слезу кончиком гнутого когтя, - Великий день…

Уже потом, немного позже, когда девятый народ напраздновался и чуть успокоился, Старый объяснил причины столь бурной радости. Оказывается, женщины бацхвари очень зависимы в период рождения от окружающей обстановки. Чем спокойней, комфортней, безопасней вокруг родильного гнезда, скажем так, чем сытнее и разнообразнее кормёжка во время "процесса", который длиться пятнадцать-шестнадцать дней, тем выше шанс принести здоровое и более многочисленное потомство. Немалую роль играет и предыдущий период перед родами. Условия всё те же: чем меньше стресса, а стабильности больше, во всех смыслах, тем лучше. Такая вот интересная штука у бацхвари. Хотя… положа на сердце руку, разве у нас по-другому?

В общем, у девятого народа никто уже и не упомнит такого успешного приплода. У бацхвари дамы производят потомство не каждый год, кстати. Не чаще чем раз в три-четыре года. Такова особенность их биологии. Прошлый сезон у девяти мадам родилось двое. Перед этим у десяти - трое. Беда… Не лучшие показатели были и до этого. Девятые реально вымирали.

И вот - такой вот сюрприз! Приятно осознавать, без ложной скромности скажу, что мы с Головастиком во многом создали предпосылки к такому значительному событию. И предыдущий период, и время сезона штормов были самые сытные, безопасные и спокойные за много, много-много лет. За очень много лет…

- Великий день, - скрипел Старый, умильно глядя на маленьких лягушат.

- Великий день, - вторили на разные голоса и разными интонациями остальные бацхвари.

- На следующий раз я тоже рожу! - пригрозила мне Квака, няньча на руках маленького бацхварёнка. Одна из мамок дала немного поюзать, так сказать…

- Надеюсь не от меня! - ответил я ей.

- Хи-хи… Скажешь тоже. Ты, вообще-то, на мой утонченный вкус - страшный!

- И слава богу…

Глава 10

Старый вздыхал, ерзал в кресле, шарил глазами по сторонам и снова вздыхал. По всему выходит, абстрактно балакать о высоком мы сегодня не будем. Большой лягуш сейчас меня нагрузит…

- Что думаешь делать дальше, Мо?

- Не совсем понял твоего вопроса, Старый.

- Ва-а… - проскрипел он и снова вздохнул. Но я не повёлся и терпеливо стал ждать продолжения.

- Скоро, очень скоро сезон штормов закончится. Может неделя другая и всё. Совсем всё…

Да, сезон штормов, фактически, закончился. Ветер ещё поддувает, льёт, а скорее - моросит дождик временами, но это уже последние потуги буйства стихии. Вялые конвульсии грандиозного бамболейло, творившегося совсем недавно.

- Я в курсе. И?

- Что ты собираешься делать дальше?

- Очень странный вопрос с учётом того, что мы много раз это обсуждали. Но изволь, если есть такая необходимость проговорить вслух, отвечу: помогать. Помогать вам и дальше. Мне это интересно, я это могу, я этого хочу. Для меня мотивация достаточная. Тем более, я, знаешь ли, заглянул тут намедни в свой напоминальник необходимых и неотложных дел и выяснил, что ближайшие пару сотен лет совершенно свободен.

- Шутишь, - пожевал губами Старый, - Это хорошо…

И вновь замолчал, кряхтя и вздыхая. Не, не просто так он сегодня такой душный, совсем не просто так.

- Обманули мы тебя Мо, - наконец-то "родил" он, - Я обманул. Не всё рассказал про девятый народ. Не все условия, что назначили Ушедшие нам во искупление, озвучил… - он свёл на мне свои "виноватые" глаза даже чуть дольше обычного. Как мол я, на такое вот заявление.

- Слушай, Старый, - хмыкнул я в ответ, - Ты чего от меня ждёшь? Криков и воплей, пробежек по потолку? Ах-ах, мне не всё сказали! Я и сам не всё и не всем говорю, да! То, что ты не всё рассказал, и так было понятно. В вашей истории на мой выпуклый взгляд, немало зажёванных моментов. Но вряд ли они могут повлиять на моё к вам отношение. Вы такие, как есть ныне, а не такие, как были тогда. Тем, какие вы были, по вашим же рассказам, я, скорее всего, помогать бы не стал, а теперешним - буду. Вот так вот всё просто.

- Помогать, кварр… - задумчиво проскрипел Старый.

Вот это его "кварр" - что-то типо моего мусорного «да». Которое я по стариковской привычке, бывает, леплю, где не надо.

- В том-то и дело, что Ушедшие поставили нам условие, - продолжил он тихо, - Если найдётся разумный, готовый сильно помочь, сильно помочь, - выделил он голосом, - то мы можем предложить ему пройти испытание, - он снова впился в меня взглядом.

- Что за испытание? Для чего? Какое? Не тяни трепанга за подробности, Старый. Говори уже без многозначительных пауз, прошу.

- Ты должен будешь войти в определённое место и вынести оттуда сокровище. Как оно выглядит, что это, мы не знаем. - чётко, по-военному начал рапортовать Старый, - Какие опасности и трудности ждут там вошедшего, мы тоже не знаем. Сокровище поможет - вот дословная фраза Ушедших. Как чем, почему - не знаем. Но Ушедшим верим. Ещё… - он замялся.

- Лучше говори сразу, - спокойно подтолкнул я его.

- За всю историю было трое разумных, помогавших девятому народу, - решился Старый, - Как и отчего мы встретились с ними на этих пустынных островах, не важно. Когда-нибудь я расскажу тебе эти истории подробней. Один, самый первый, ничем особо не примечательный, обычный человек. Он помогал нам, чем мог, не очень многим, но даже малая его помощь для нас была огромна. Мы предложили ему пройти испытание, и он отказался. Я простой человек, сказал он, - совсем не герой, простите. Мы с пониманием приняли его решение. Он прожил всю свою недолгую жизнь рядом с нами. Мы помним его с благодарностью.

Вторым был тоже человек, моряк. Он согласился на испытание. Но вернулся с него очень быстро. Ответил просто - не смог, не сдюжил. Что там и как, сказал, что говорить запретили. Вскоре после этого его укусила водяная змея, очень ядовитая. Спасти не смогли. Люди очень слабы на яды, мы, бацхвари, гораздо крепче. Но, мы и его помним с благодарностью.

- Третьим был ороос, - немного помолчав, продолжил Старый, - Сильный, смелый, дерзкий воин. Маг. Не самой великой силы, но всё же. Он прожил с нами всего сезон. Его помощь была всё больше в том, что он охотился на сухопутных. Добывал мясо, гораздо реже овощи и фрукты, ибо не дело воина валандаться с травою. Так говорил он. Но и это помощь для нас. Относился к бацхвари снисходительно, слегка свысока. Часто подшучивал над нами, совсем не смешно… - Старый немного помолчал, - Может не лучший кандидат, но выбирать, сам понимаешь, нам особо не из кого. На испытание согласился с радостью. Ушел и не вернулся. А испытание так и осталось не пройденным.

Все эти разумные жили очень давно, даже ороос случился задолго до моего рождения. И вот теперь ты…

Старый замолк на многозначительно оборвавшейся фразе. Что уж тут непонятного. Взялся помогать, Господин Мо, так помогай по-полной.

- Вот ни разу не сомневался, что в вашей хитрокрученной истории не обойдётся без дополнительного геморроя!

- Откажешься? Мы поймем…

- Угомонись, Старый, - махнул я рукой, - Дядюшка Мо никогда не отступал от трудностей. Если они ему по силам и есть свободное время.

- А если нет? - хмыкнул Старый.

- Тогда он их избегал. Но сейчас не тот случай. Куда идти, когда? Где оно, то волшебное место, растворившее в себе храброго орооса?

- Никуда идти не надо, всё здесь! - обхватил Старый лапой бронзовую загогулину, висевшую у него на груди.

- А-а-а, вот эта мулька, что ты постоянно мацаешь, - догадался я, - Это ведь не просто кусок металла, имеющий историческую ценность? Я прав?

- Артефакт Ушедших, - кивнул головой Старый, - Неуничтожимый, нельзя отнять, нельзя потерять. Передаётся от старого к старому. Работает только в руках Старого Девятого Народа.

- И что делает?

- Открывает портал, - просто ответил он.

- Что я могу туда взять с собой?

- Всё, что унесёшь, как я понимаю.

- А Головастика?

- Аквамат - часть хозяина, - ни секунды не сомневаясь, взмахнул рукой Старый, - Конечно, пройдёт вместе с тобой.

- Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Но ждут тебя там чудовища вида ужасного… Классика русских народных!

- Ва-а-а… - отвис челюстью Старый.

- Но можно взять всё что угодно, - не обратил я на него внимания, рассуждая вслух, - Можно взять Головастика, можно взять пулемёт и даже волшебный сундук с ништяками. Чтож, условия вполне себе. Бывало и хуже! - удовлетворённо подытожил я, - Ну, тогда завтра с утра и приступим, как говорится…

- Ну, есть последнее мудрое наставление? Ободряющее слово какое, прежде чем я кану за эту таинственную пелену?- Я повернулся к Старому и ещё нескольким авторитетным перцам девятого народа. Остальные стояли несколько в стороне, с волнением наблюдая за "историческим" моментом. Хотя чегой-то я стебаюсь, для девятого народа момент и правда - исторический.

Передо мной висел прямо в воздухе, лишь чуть-чуть не касаясь каменистого пляжа, портал. Первый раз, кстати, вижу. Если смотреть сбоку - узенькая, не больше сантиметра серебристая полоска. А вот с фронта - правильный овал два на три метра, затянутый перламутровым маревом, по которому гуляли ленивые разводы. Красиво…

Вот мы и стоим на пороге, так сказать. Упакованные по самое не балуйся. Я не только одет в свой уникальный энергодоспех, но ещё и обвешан оружием, пространственными кошелями на разгрузке, и даже пару сумок через плечо добавил. И в них чего только нет!

У Головастика вообще видок - закачаешься! В нескольких щупальцах пулемёт наготове, ещё в паре - его любимые кинжалы, за плечами малый туубс в ремённых креплениях. Пространственный сундук, если по-простому. Всего-то метр на полметра, на полметра. Не самый маленький из линейки малых, но добра там сныкано - на все случаи жизни. Мы подготовились тщательно, да.

- Если станет совсем трудно, лучше вернитесь. Не рискуйте.

«Понимаю тебя, Старый, - ухмыльнулся я про себя, - Лучше синица в руке, чем журавль в небе. От живых помощников племени гораздо больше пользы, чем от мёртвых героев. Но это не наш метод».

- Не боись! Если кто и сможет раздобыть ваше сокровище, то это мы с Головастиком. А если не мы, то даже и не знаю тогда. Но мы точно вернёмся живыми. Обещаю.

Точка возрождения у меня в каюте, вообще-то, хе-хе…

- Тогда удачи, - вздохнул старый, махнув рукой.

- О! Вот тут у меня очень неплохо! Но спасибо! И… до встречи.

Сказал и шагнул в портал. А Головастик следом…

Первое ощущение - мы опять вернулись под своды горного массива на острове Мо. Стоим с Головастиком в большом овального сечения тоннеле с довольно ровными каменными стенами. Ширина прохода - метров шесть, высота потолка, усыпанного короткими толстыми или, наоборот, тонкими сталактитами - все восемь. Воздух в тоннеле влажный, на стенах конденсат потеет. Пышные ковры светящегося мха давали очень приличное для наших глаз освещение. Что уже гуд! А вот всё остальное - не гуд и даже очень подозрительно. Например: улитки, корни, цветная плесень, мокрицы и жуки, грибы… Вся обычная флора и фауна подземных пещер, коих я навидался предостаточно - отсутствует.

Тоннель тянулся метров на двадцать, плавно заворачивая налево. Чую, что-то за поворотом нас ждёт. Однозначно, хе-хе…

Я повернулся и на месте портала без особого удивления увидел плоскую и ровную каменную поверхность. Понятно, система ниппель? туда дуй, оттуда… только вперёд.

- Чтож, мой юный друг, пойдём неторопливо…

"Внимание! - упало на глаз сообщение, - Вы вступили в изомерную локацию "Сокровище Девятого Народа". Локацию проходят за один раз. Смерть в локации является для игрока обратимой, но возможности пройти локацию снова - закрыта. Время прохождения локации - неограниченно. Способ - любой способ с любым оборудованием. Количество участников прохождения локации - один разумный. Питомец - не более одного.

Желаете начать прохождение? Да\Нет?"

- Головастый, прочитал писулю?

- Хозяин, Головастик не читал. Головастику шептали Ушедшие.

- Всё понял?

- Умирать нельзя. Пройти за один раз. Другого шанса не будет.

- Ты всё понял правильно.

"Желаете начать прохождение?"

- Конечно желаем… - ответил я вслух, - Прям аж жаждем.

Пошли мы сторожко, не спеша. Тщательной и вдумчивой разведкой заморачиваться не стал. Камуфляжные свойства моего костюма и природная способность Головастика к мимикрии делают нас почти невидимыми. Ну, и остальные магические фишки я применять не стеснялся. К примеру - Сканер. Мой "крик" модифицированным горлом чётко "рисовал" мне подробную картинку того, что скрывалось за плавным изгибом поворота.

Вот и пошли мы: чуть впереди я, в одной руке пистоль, в другой рапира, на поясе пяток магических гранат с разнообразной начинкой, на запястье душилка. Я так привык к ней, что уже вовсе перестал замечать её. Просто ещё одна часть тела. Весьма удобная во многих случаях.

Головастик шел немного сзади. Несмотря на его невероятную живучесть, я всё же, за счёт моего магического доспеха, куда более "толстый". Меня пробить с ходу едва ли получится. А дай нам пару секунд, мы так ответим, со всей пролетарской ненавистью, что всем будет погагатать.

Как геймер я не очень, и как игрок-приключенец, жадный до цифровых свершений, тоже. Но кой-какой опыт уже имею. Ну и, имеющий уши да услышит. Прохождение любого данжа всегда идёт от малого к большому. Естественно, с учётом уровня данжа, который в данном случае обозвали - локацией, что, как мне кажется, один хрен. Не думаю, что тут будет сильные кракозябры прям с первых шагов. Сначала подкинут чего-то не сильно злобного, для разминки, так сказать, потом - что посерьёзней, потом ещё серьёзней… И так по возрастающей. Классика.

Вот поэтому так смело я шел по тоннелю. Без разведки, почти наглым нахрапом. Мог вообще уйти в невидимость, пройти на цырлочках незаметной тенью. Рассмотреть всё, разнюхать… И головастый способен проползти хоть по стене, хоть по потолку. Более того, развеясь инфернальным дымом, Головастик вообще проникнет в трещину или дырочку, куда даже детский мизинчик не залезет. Проникнет, всё увидит, всё услышит, а потом зарэжет!

Но кровь во нутрях взыграла отчего-то. Вскипела адреналином, потянуло на авантюру с шашкой наголо и шапкозакидательством, что мне не особо свойственно, а я противиться и не подумал…

Короче, тихарится не стал. Не сейчас и не с моими возможностями. Шел, как по бродвею! И кракозябры напали!

Первое, что "высветилось" за поворотом тоннеля, был силуэт огромного, с меня ростом, богомола. Точнее нечто насекомовидного и очень на него похожего. Когда я сместился на пару шагов и, наконец, увидел его воочию, он беспокойно крутил головой, снабженной большими кривыми жвалами и усеянной десятком небольших чёрных лупатых глазок. Видеть меня не может, но слух явно отличный.

Нервно щёлкнув своими конечностями-косами с рядом острых зубьев, он неуверенно сделал несколько дёрганных шагов в мою сторону. Я поднял пистоль и под сводами прокатилось гулкое эхо выстрела. Круглая дробь оторвала правую лапу-косу и разворотила часть бока, только веером разлетелись осколки хитина и брызги зелёноватой жижки. Кровь, наверное…

Сила удара была такова, что насекомыша перекувырнуло через себя! Но, и это был не самый приятный сюрприз, он тут же шустро вскочил, пронзительно заверещал и, раскачиваясь на подгибающихся ногах, засеменил в нашу сторону, широко раззявив жвалы и щёлкая второй лапой-косой.

- О как! - восхитился я и снова поднял пистоль, который успел привычно и быстро перезарядить, подпуская богомола поближе, - А так?!

Ба-бах! И голова богомола испарилась после точного выстрела почти в упор. И не только голова, но и часть головогруди. И вот теперь богомолу хватило за глаза! Насекомыш свалился, дергая суставчатыми конечностями и изгибаясь телом, но это уже была агония.

Из глубины тоннеля после такой шумной встречи стал нарастать цокот, скрежет, и зловещий шелест. К нам, явно, кто-то спешил. И не в единственном экземпляре.

- Ну-ка, дружок, встреть их как следует! - кивнул я Головастику.

Боевой пет пыхнул гаммой удовлетворения по всему телу и послал мне радостно-предвкушающую эмоцию, мол, ща всё будет. Мощные щупальца уверенно нацелили ствол пулемёта…

Из-за поворота выметнулась кучка насекомышей! Какие-то длинные приплюснутые и шустрые тела, очень похожие на сколопендру! Большой жук с огромным с рогом на носу. Ещё богомолы… Скрепя и вереща, они кинулись на нас! И тут заговорил Ду-дук! Нечасто, но очень внушительно! Только ошмётки и части сегментов полетели в разные стороны в каскадах разноцветных жижек, что заменяли насекомышам кровь!

- А мы подожжем парк, и оживим события! - оскалился я и закинул в избиваемую кучку монстров огненную гранату…

Я не знаю отчего у разработчиков Бесконечной Вселенной такая любовь к насекомышам. Под насекомышами я подразумеваю всё то великое разнообразие сегментированных, суставчатых, клешнявых и жвалоносных, прямокрылых и усато-педипальных тварей, что похожи на насекомых, но которые, однозначно, не все ими являются.

Хотя, пожалуй, за всю Бесконечную Вселенную я сильно погорячился. Может в других местах всё совсем не так, но если мы говорим за Океанию, то тут я как раз прав. Процентов сорок всех встреченных кракозябр - это насекомыши или насекомовидные. Летающие, сухопутные, подводные и пещерные, лесные, полевые, всякие. Для дикого изобилия существ на этой планете, сорок процентов от всего - сильно много. Очень много.

Вот и тут, в этой локации, нас атаковали несколько видов насекомых. Жуки-носороги, сколопендры, пауки-плевуны и богомолы. И лишь только два вида монстров выпадали из этого ряда - улитки и пиявки.

Хочу сразу уточнить, что ничто из вышеперечисленного не являлось собою в чистом виде. Во-первых, все они были гигантами. Не сверх или супер, но жука-носорог с телом в полтора метра длиной и высотой под метр, тоже маленьким не назовёшь. Сколопендра - длиной в два метра, а плоские сегментированные кольца руками не обхватишь. Паук с футбольный мяч. Пиявка - змея трёхметровая, толщиной с руку. Улитка с витым "домиком" на спине - с собачью будку для немаленького барбоса. Богомол, если поднимется в полный рост, то как раз его голова будет на уровне моей. А если задёрёт свои лапы-косы, так и вовсе его кривые, усеянные мелкими острыми шипами кончики метра на полтора выше меня будут.

И ещё надо помнить, что все они улучшены дополнительными элементами. Шипами, зубами, когтями, бронёй или тугой шкурой. Носят на себе прочные панцири и имеют гадкие умения.

Улитка "бздит" облаком кислотной взвеси. Вонючей и едкой. Капли взвеси повреждают даже обычную одежду довольно слабо, зато неплохо обжигают химическим ожогом открытые участки кожи. И уж дышать в этом облаке или хлопать глазами точно не здорово. При сближении с противником шустро ховаются в домик. А домик очень прочный. Но не прочнее выстрела из пистоля или кинжала в щупальцах Головастика.

Пауки-плевуны, я так их назвал, сидят на потолке и прячутся за сталактитами и в темных норах и щелях, оригинальностью не отличаются. Плюют сгустками паутины, которые качественно прилипают и быстро загустевают, становясь вязкими, как резина от армейского сапога. Чуть замешкаешься, прислонишься к чему-то, да так и прилипнешь. Не то, чтобы справиться с этой напастью нельзя, но и на раз-два не освободишься.

Тело у них вроде клизмы, как раз раструбом вниз, откуда и плюют. Прячутся очень хорошо, но ножки короткие, слабые, передвигаются небыстро, что их и губит…

Жук имеет на вооружение таранный удар. Очень стремительный! Перед атакой немного набычится, покроется бледным серым сиянием, и - вперёд. Попадёшь под такой удар - будет очень кисло. Если рогом не проткнёт, то с ног собьёт обязательно. Кого послабже, чем мы с Головастиком, может с одного захода уделать. Одно хорошо, управлять "полётом" жук не может. Да и расстояние рывка у него всего пять метров. После ускорения он ещё и в ступор впадает. Не надолго, секунды на три. Но для боя это много! И если не растеряться, подловив жука на коротком ступоре, его можно качественно отоварить даже простым клевцом, попав в нужную точку.

Пиявки отлично маскируются и метко прыгают. Кусают и впрыскивают нейротоксин. Жертва очень быстро становиться вялой и пассивной. Можно употреблять, даже не дожидаясь, когда она помрёт, всё одно - возмущаться не станет. Жесткие, тугие, покрытые ядовитой слизью. Но прилежно разлетаются мелкими ошмётками от попадания дроби.

Самые "простые" - сколопендры и богомолы. Они, конечно, помимо размеров и приблизительным подобием, ни тех, ни других не напоминают. Шустрые, прочные, быстро и без проблем перемещаются по вертикальным поверхностям. Богомолы ещё прыгают метров на шесть-семь. Чистые бойцы передней линии. Чтобы гарантированно убить, необходимо поразить несколько нервных центров или разобрать на запчасти. Оторвать, отбить, размазать в осколки процентов тридцать тела. Причём, голова у них не самый важный орган.

Вот такие кракозябры нам повстречались в сумрачном тоннеле. Мы и прошли-то спокойно шагов сто, не больше, когда они накинулись в первый раз. Всего, интуит чётко зафиксировал, на нас напало по двадцать юнитов каждого вида. Но не всей кучей, а равными волнами на протяжении четырёхсот метров. По тридцать юнитов на каждые сто метров. Равномерно "размазанные" и перемешанные, довольно ловко дополняющие друг друга. И только в большой пещере, где в стене светился перламутровый овал портального перехода, последняя тридцатка навалилась на нас компактной группой. Но к этому моменту мы уже нашли способы противодействия этому зоопарку.

Первую группу кракозябр мы банально расстреляли и подорвали. Легко, и совсем не напрягаясь.

Обшманали на предмет хабара. Ничего особо ценного, но удивило, что всё так или иначе имело интеграционную составляющую. Но добра такого качества, и ему подобного - у меня с собой вагон. Вагон, кстати, почти буквально, а не преувеличение.

Если отметить наиболее существенное, то из улитки выпали железа вонючего дыма и довольно прочный панцирь-домик. От богомола - прочные и острые лапы-косы. Жук мог поделиться своим крепким рогом и жесткими, изрядно прочными надкрыльями. У пиявки интеграционных "элементов" кроме шкуры, никаких не оказалось. При правильной обработке неплохой материал получится, много куда можно приспособить. Сколопендра одарила только крепким панцирем, а пауки - своей паутинной железой…

Вторую группу мы уже больше долбили магией и холодняком. Отрабатывали противодействие их способностям и умениям. Выяснили, к примеру, длительность ступора жука-носорога. Узнали, что плевок паука, если изловчится и поджечь - очень здорово горит, тут же превращается в текучую жидкость и легко стряхивается. Ну и так далее…

Третью шайку-лейку мы взяли в "ножи" и на кулак! Вообще не стреляли и не кидали магические гранаты. Патронов, как известно много не бывает, так чего их тратить, когда с нашими крепкими и живучими телами, сильными руками, быстрыми мозгами и немножко смертельной магией, мы и так справляемся.

И вот мы в пещере с порталом, который ведёт к следующему… чему-то. Скорее всего, ещё одно испытание, а за ним ещё, и так до самого конца, попутно со всё возрастающим геморроем. Хе-хе…

Я и угадал, и ошибся! Угадал в том, что за призрачной плёнкой портала нас ждал точно такой же тоннель, что мы прошли только что. Точно такой же во всём, в том числе и с системой "ниппель" Портал моментально схлопнулся за спиной, оставив ровную влажноватую поверхность прочного камня. Только вперёд, как говорится.

Ошибся в том, что монстры станут мощнее, разнообразней и их количество увеличится. Ничего подобного! Как немного позже выяснилось, ровно такие же, такого же уровня и столько же. И это было бы прикольно, если бы не один нюанс. Нюансик… охренительного размера!

Едва только мы вышли из портала, как почувствовали облегчение. И не моральное или физическое, а самое что ни наесть материальное. Пропали все маготехнологические штучки, амулеты, и тому подобное. Исчез туубс, он же волшебный сундук, с целой кучей полезных и необходимых вещей. Боеприпасы, лечебная алхимия, еда, полезные мелочи… Всё! Всё, что нажито непосильным трудом!

Исчезли и мои сумочки, и кошели! Исчезли пистоли, пулемёт из щупалец головастого! Мой крутейший, супер-пупер костюм… Мы остались обобранными и обездоленными, голыми и босыми! И если голым я оказался всё же не совсем, тонкие штаны и рубашка из качественного полотна из паучьего шелка, что я поддевал под энергетический костюм, на мне остались, то обувь, как часть экипировки, исчезла. Я был босым в прямом смысле этого слова.

Что хитропопая Система у нас не забрала? Самое главное - магию. Всё моё - при мне, а всё что у Головастика - при нём. И это уже гуд! Ещё осталась рапира в моих руках, большой кукри и клевец на ремённой разгрузке, простые и незамысловатые орудия убийства. И хорошо, что они были на мне, а не в сумочке, к примеру, а то что-то мне подсказывает: исчезли бы, как и всё остальное. У Головастика остались только его кинжалы в количестве пяти штук. Он выпучил глаза и не веряще шарил ими во все стороны, пытаясь понять, куда всё подевалось.

- Вот это, бля, поворот сюжета! - восхитился я, осознав в какую тёмную дупу мы встряли.

- Хозяин, - растерянно пробулькал Головастик, - А как так?

- А вот так! Мать его…

- Где хабар, Хозяин! - возмущённо воскликнул Головастик, нервно дёргая щупальцами и семафоря цветным негодованием по всему телу.

- А вот это, как говорится, вопрос на миллион! Система, - выкрикнул я в потолок, - где всё? Э? Молчит…

Всё остальное, и не очень печатное я добавил про себя. Во избежание…

- И что теперь?

- Теперь дружок, мы пойдём другим макаром. Первым иду я, а ты в двадцати метрах от меня сзади. Врублю-ка я свои самые главные козыри, а то есть такое ощущение, что и их могут отобрать. А? Многоуважаемая Система, - вновь задрал я голову в каменный потолок, - Ведь может быть такое?

Молчат небеса…

- Хыть! Хыть!

Удар! Удар! Ещё удар! Огромный жук с бугристым прочным панцирем так и не смог боднуть меня гладким и острым полуметровым рогом на вытянутой морде. Ухватив его как раз за этот самый рог, я пригнул его голову к полу, силушки-то у меня ого-го, и быстро отбарабанил ему по головогруди тяжелым клевцом. Четырёхгранное двадцатипятисантиметровое жало клевца легко пробивает хитин панциря в месте сочленения с крыльями, оставляя рваные отверстия, из которых выплёскивается зеленоватая вонючая жижка. Последний удар всё же попадает в нервный узел, и жук скрючив короткие, но массивные лапы в узел, упал и сдох!

Через него тут же шустро перетекает очередная толстая и отвратительно выглядящая двухметровая сколопендра. Подняв переднюю часть тела, она, раззявив жвалы, с противным стрекотом кидается мне в лицо, но вместо горла хватает подставленную руку. Секунда… и вспыхнувшая кисть не только палит зазубренные "крючья", но и, ухватив сколопендру за "жало", не даёт ей сорваться в бега. Дым, визг…

Клевец, повёрнутый плоским отбойником, безжалостно крушит длинные, тонкие словно спицы, ноги сколопендры. Стряхнув с себя обгорелую, поломанную гадину, я наступил на неё ногой, вдавливая извивающееся тело, последовательно пробил три сегмента, идущие сразу за головой. Именно там у сколопендры были нервные узлы, отвечающие за мозг. После третьего удара здоровенное насекомое замерло, словно выключили рубильник…

Недалеко от меня Головастик, обвив несколькими щупальцами богомола, отрывал другими щупальцами от него "запчасти". Бедняга ржаво скрипел, дёргался, пытался вырваться… да разве ж из таких "ручек" сбежишь. Спокойно и даже как-то равнодушно головастый выкручивал суставчатые ноги, отламывал пилообразные лапы-косы. Скрутил бессильно щелкающую острыми жвалами треугольную башку. И напоследок пробил кинжалом грудную пластину, поразив условное сердце монстра. Ну, не монстра, конечно, монстрика скорее, всё же богомол на ужас-ужас не тянет. Сорок пятый уровень - для нас не сильно впечатлительно.

Раскидав в стороны остатки богомола, Головастик уставился одним глазом на меня, ещё двумя обшаривал окружающее, не притаился ли где враг коварный? - а одним глазом упёрся в овал портала на стене пещеры.

Я выдернул из тела сколопендры клевец и, подвигав плечами, огляделся. Тишина и покой… Только разбитые, разломанные, порванные, раздавленные, подгорелые и высушенные тела насекомышей. Много отдельных "элементов", отделённых, так сказать, от целого. Брызги слизи на стенах, а на полу даже целые лужи. И всё это ещё качественно воняет. И липнет…

- А что, военный, - присаживаясь передохнуть на панцирь поверженной твари, окликнул я своего пета, - кажется, и этот раунд за нами?

- Да, Хозяин, за нами. Головастик удивлён. Это было легко.

- И да, и нет, мой друг. И да, и нет…

Второй тоннель я прошел прогулочным шагом, иссушая своим энерготом и поражая ветвистыми молниями всё, что посмело стать на моём пути. Всех, как говориться, убил, один остался. Головастику даже щупальцем пошевелить не пришлось. Так и дошли к порталу… И да, интуит подтвердил: монстры те же, уровни такие же, количество такое же.

Третий тоннель соответствовал предыдущим. И, как я и предполагал, магию отняли… Не всю, но почти всю.

Головастик лишился способности инфернального растворения. Всех своих боевых форм, кроме "базовой". Остались способности "огненного щупальца", "тиски" и общая ядовитость. Ну и родовые способности - не дышащий, мимикрия, полиформия, и так далее…

Меня обобрали более качественно. Кроме тех же «огненной руки», «руки-тиски», ядовитости, молекулярного соединения, картографа ничего не оставили. Слава богу, душилка, как часть меня, при мне и осталась. Никаких физических кондиций, а также остальных характеристик Система не тронула. И на том спасибо…

Возмущаться не только не стал, но и смысла не видел, таковы правила этой "игры" тут и сейчас. Алгоритм прохождения я стал подозревать ещё после первого "абгрейда". После второго тоннеля всё стало совершенно ясно. Осталось понять, сколько тоннелей нам ещё предстоит пройти, каков будет финальный босс, и с какими "аргументами" мы до него доберёмся. Очень не хотелось бы с голой жопой, простите меня за мой французский…

Тоннель мы прошли не быстро, но ровно. Головастик сначала проползал по потолку и, прикрываясь сталактитами и его неровностями, меткими и сильными бросками кинжалов зачищал пауков-плевунов. А уж потом, выбив самого неприятного, в данной ситуации, противника, мы разбирали остальных "бойцов". Прежде всего, вытягивали на себя поглубже в тоннель самых шустрых - богомолов и сколопендр, жуки и пиявки - следующие, и на закуску - медлительные улитки. Слава Ушедшим, насекомыши позволяли проделать с собой этот приём.

Но всё шло неплохо лишь до портального зала. Тут-то как раз наша тактика дала сбой. Насекомыши наотрез отказались покидать его, и пришлось сражаться со всеми разом. Здесь нас и потрепали в первый раз. Не очень критично, но до этого мы вообще не получили даже царапины.

Да, слегка погрызли, подрали, ушибли и укусили… Но если всё это на терпимом уровне, регенерация латала нас с Головастиком не так шустро, как алхимия от принцессы Мими, а уж тем более, не как она сама, но тоже неплохо, то вот от всей одёжки остались живописные лохмотья, обильно сбрызнутые разноцветными, липкими и вонючими жижками.

Я, конечно, всё это склеил, как мог, но…

- Мдя…

Я скептически оценил безрукавный полутоп эротический. Всё же на штаны я заморочился много больше, как раз и используя материал рубахи. С голым торсом ещё туда-сюда, а вот размахивать "бубенцами" во время драки такому солидному перцу совсем не комильфо.

- Ладно, сойдёт… - напяливая на себя липкую ткань, проворчал я.

И вот сидим мы с Головастиком, регенерируем, разговоры разговариваем…

- И да, и нет? - Головастик пристроился рядом, собрав щупальца в "узел" и забрасывая в себя кусок чего-то. Раз возникла пауза, отчего бы и не подкрепиться? - Непонятно. Хозяин объяснит?

- Ну, тут всё довольно просто. Уровни у нападавших - от сорокового до пятидесятого. Против наших, моего двадцать седьмого, и твоего двадцатого - вроде как и много. Кому другому такая разница была бы фатальной, но не нам. Математика в этом мире, когда одни разумные сражаются против других разумных, или монстры против разумных, или между собой, вообще работает специфически. Помимо чистой цифири надо учитывать множество нюансов. Магические способности, а самое главное, умение ими пользоваться - это раз. Природные данные, как вот, к примеру, у тебя - это два. Мощный прошаренный аналитический мозг скромного меня - три. Технологическое превосходство, как у нас с тобой - четыре. Харизма, удача, и вообще…

Как яркий пример - наше прохождение этого, не такого уж и длинного тоннеля с голой жопой. Не совсем так, но с учётом того, какими красавцами, да с какими девайсами мы вошли в первый тоннель, то можно и так сказать.

Плевок паука довольно опасная вещь. Чуть зазеваешься - и приклеит руку к телу, щупальце к стене, ногу к полу… Во время боя это беда-беда. Но ты можешь легко перемещаться по потолку, и всё злопакостное превосходство пауков - тю-тю. Ты их просто там же и множишь на ноль. И даже редкие плевки, что до тебя долетают, достаточно поймать огненным щупальцем, чтобы паутина сгорела. Но мало того, ты ещё и наловчились кидать горючие сгустки в других противников. Особенно отлично они действуют против пиявок.

А мрут пауки даже от твоего броска камнем. Хотя кидаешься ты с такой силой, будто пушка ядром стреляет. Кстати, молодец, отличное решение. Ибо нехер кинжалами разбрасываться, хе-хе…

Вот тут истинная правда, Головастик наловчился в этом упражнении изрядно. Скрутив в спираль щупальце, он мгновенно её раскручивал и, к примеру, булыган весом в полкило летел очень сильно, точно и далеко. Не хуже у него получалось и с кинжалами. Но ими кидаться не любил, ещё сломаешь ненароком. Те же пауки-плевуны просто разрывались от попадания камнем. Он и улитку, точнее её раковину, перфорировал довольно успешно, если попадал под нужным углом. И вообще…

- Улитки пердят зачетно, да, - продолжил я, - Но! Ты вообще не дышащий. А мне только рубаху со штанами портят. Мы с тобой, дружок, имеем исключительный резист ко всему отравляющему. И сами изумительно ядовиты. Настолько, что я даже не почувствовал какого-либо дискомфорта. Ну парит какая-то зеленоватая мокрота, что только морду лица обмочила. Я и определил, что взвесь не простая, только своей способностью "Повелителя ядов".

И кстати, видел, как пиявка меня прихватила за полужопие? Не то, что прям сильно больно, скорее весьма неприятно, всё же я ныне куда как крепкий организм. Но сколько она меня пыталась жевать? Пару секунд, а потом сама отвалилась и, затянувшись в узел, сдохла. А то, что она в меня впрыснула - это только академический интерес для моего Повелителя ядов.

- А меня им вообще не прокусить, Хозяин, - похвалился Головастик.

- Да твою шкуру тут вообще никто прокусить не может, - одобрительно похлопал я его по мягкому щупальцу, - Ты - красава!

- И, продолжая тему, - кивнул я, тщательно протирая клевец пучком мха. Тоже самое, но с кинжалами, проделывал Головастик, слушая меня внимательно, - Что могут пиявки против твоих щупалец? Или против моей волшебной руки, что как тиски? Прихватил, чтоб не сбежала, пара ударов Жалом - и вот тебе уже из одной трёхметровой пиявки - три пиявки, но по метру. А вообще, именно для этого вида монстров всё совсем печально. Мы сильнее, быстрее, ни твою шкуру не прокусить, ни меня не отравить…

- Сколопендра и богомол шустрые и ловкие, но не ловчей нас. Крепкие, но не прочней твоих клинков и удара моего клевца.

- Носорог опасен только тому, кто совсем тормоз, и не в состоянии вовремя отскочить. Правда, в бою подловить можно любого, тем более, если тебя оплюют пауки, но опять же, история не про нас. Я даже рискну предположить, что если бы у меня была прочная павеза, это такой большой шит, если что, то пожалуй, я бы со своей силой мог принять удар жука на него без особых проблем. А если павезу подставить под нужным углом, то жучила рикошетом сыграет хоть в стену, хоть в своих.

Тут я на пару секунд задумался. Однако, мысль-то здравая. До того, как на нас не навалились всем когалом, вроде как, и не надо, а вот теперь… Я с интересом оглядел поломанных и разбитых насекомышей совсем иным взглядом. Очень интересно…

- Хозяин, - вывел меня из задумчивости Головастик.

- Так что, мой дружок, - продолжил я, - кого другого, или других, не настолько подготовленных, как мы, даже единичная группа из паука, жука, улитки и пиявки, вкупе с богомолом и сколопендрой, уделают легко. Слишком разнообразные способности да в одном месте. Собьют с ног, приклеят, отравят и нашинкуют…

- Не знаю, великий ли рандом или суровая Система оставила нам то, что оставила, отобрав многое. Но нам, пока, вполне хватает. У нас с тобой, мой головастый, отличные и мощные способности остались, и немалый опыт сражений. Каждую кракозябру мы, в самом конце, убивали одним-двумя способами, несильно напрягаясь. А ведь мы можем придумать гораздо больше. Так что да, мы тут самые опасные существа. Оттого нам эти тоннели дались довольно легко. А вот кому другому даже самый первый не пройти это надо постараться.

- Хозяин, - через некоторое время подал голос Головастик, - а нам вернут наш хабар?

- Думаю, если победим, то должны. А если проиграем, то могут и не отдать. Очень такое может быть.

- А мы победим?

- Даже и не сомневайся, дружок. Ни на секунду! - улыбнулся я ему.

- А что, если, - опять через некоторое время размышлений спросил головастый, - нам и после победы ничего не вернут?

- Тогда я очень громко и очень, очень много скажу непереводимых идиоматических оборотов на Великом и Могучем. Причём в конкретный адрес.

- И по-французски?

- Куда там французам. У них даже слов таких не имеется, хе-хе…

И пять молчаливая пауза. Сидим, регенирируем. Хорошо головастому, он что-то всё время жуёт, а вот у меня уже в желудке некая пустота образовалась. Совсем не критично, кстати, я теперь долгонько и без еды, а самое главное, без воды могу обходиться. Но сожрать что-нибудь вкусненькое не отказался бы.

- Хозяин, а как думаешь, отнимут у нас что-то в следующем тоннеле?

- Отнимут. Что-то…

- И что будем делать?

- Как что? Использовать серое вещество, - постучал я себя по лбу, - Я тут вдруг обнаружил, что немного торможу не по-детски.

- ??? - перевёл на меня аж три глаза Головастик.

- Вокруг валяется куча интеграционных материалов, а способность молекулярного соединения ещё при мне. Вместо того, чтобы рваные штаны латать, тут можно кое-что и поинтересней замутить.

- И что надо делать?

- Отрывай запчасти, на которые я укажу, и подтаскивай ко мне. Пока заживают боевые раны, будем ваять…

А потом мы сочиняли футуристические девайсы. Складывали сегменты панцирей из сколопендр и богомолов, нарезали ремни из кожи пиявок, вырезали нужные элементы из раковин улиток. Из надкрыльев жуков получились отличные щиты-павезы. Соединил два легких "крыла" вот тебе выпуклый овальный щит, закрывавший меня полностью. Удар с могучего размаха лапой богомола чаще всего соскальзывал, оставляя лишь глубокие царапины, и даже, при очень удачном попадании, пробивал небольшие дырочки. А мы её изнутри ещё и промазали жидким секретом из железы пауков-плевателей. Она быстро кристаллизовалась и образовала вязкий резинообразный слой, что значительно повысило прочность щита.

И таких мы сделали пять штук. Один мне и четыре Головастику. Ловко сдвигая и раздвигая, наслаивая и перекидывая щиты то вверх, то с боков, то назад, он был похож на настоящий танк с динамической защитой. Ему, теоретически, даже по потолку ползти нет необходимости. Прикрываясь щитами, пауков он посшибает и так. А чтобы ему было удобней, мы наделали из конечностей богомолов и жвал сколопендр ужасного вида "бумеранги". Парочку, для эксперимента, Головастик запустил в наименее пострадавшую раковину улитки. Кривые зазубренные и шипатые загогулины с жутким свистом вонзались в "мишень", пробивая крупные дыры. По замысловатой возвратной траектории они не летели, но и не надо. Достаточно, что по прямой Головастик не промахивался, да. Однако, хорошая штука получилась. Такой вообще кого угодно можно отоварить.

Ещё из вырезанных частей насекомышей я склеил нагрудник, наплечники, поножи и наручи для себя. Из кожи пиявок - сандалии. Вырезал оконечность раковины улитки и приклеил к ней широкие поля. Получился шлем а-ля шапель. Чтоб, значит, на голову сопли насекомышей не летели. Которые мы из них выбиваем, хе-хе… Ну, и так, кое-что по мелочи.

Всё это, конечно, выглядело не слишком эстетично, отчётливо пованивало, было липким и грязным, но нам не до жиру, мы не брезгливые.

В общем, отдохнули, подлечились, экипировались и шагнули в портал…

Глава 11

- Ну очень креативно, мля! Ну прям очень!

Я был несколько зол! Исчезло не только всё то, что я склеил, но ещё и наше последнее оружие. И даже те жалкие обрывки, которые изображали одежду. В том числе и трусы!

- Вы там фетишисты что ли? - погрозил я кулаком в потолок, - Эксгибиционисты? Нудисты?! Я понимаю - отобрали оружие, магию, но труселя-то зачем!? Думаете это скрытый мегадевайс, типа меча-кладенца!? А? Артефакт золотой эпохи древних страшной силы! Ядрён-батон!!!?

Я, конечно, хоть и не слишком был рад, что нас раз за разом лишали преимуществ перед противником, но относился к этому философски - таковы были правила. Но отъём жалкой тряпки меня взбесил сильнее, чем даже потеря всего остального вместе взятого. Даже сам от себя такого не ожидал!

- Надеюсь вам там очень смешно! Тфу на вас…

- Хозяин… - жалобно пробулькал Головастик.

- Погоди, - оборвал я его - дай побурбулирую.

Пару минут я расхаживал туда-сюда возле гладкой стены, где ещё не так давно находился овал портала. И довольно быстро успокоился.

- Извращуги…

- Хозяин?

- Я в порядке, дружок. Я в порядке.

- Зачем, Хозяин? - обеспокоенно спросил мой боевой пет, - Головастик понимает - оружие, магия… но одежда Хозяина?

— Это такое психологическое давление, так я думаю. Человеки себя чувствуют не очень комфортно, когда они совсем голые. Зачастую человек в трусах, и он же без трусов - два разных человека. Настолько, что это сказывается не только на его психологическом состоянии, но и на физическом.

- Правда? - удивился Головастик.

- Есть такое. Наши, так сказать, большие тараканы, живущие в голове и присущие виду хомо сапиенс. Точнее, его нормальной, цивилизованной и культурной части. Вон как меня торкнуло. Про всяческих психов речь не идёт.

Я пару раз глубоко вдохнул и выдохнул, успокаиваясь.

- Было дело, в другие времена и в других землях, добрые дяди-инструкторы нас готовили и не к такому. Да и возраст… Давно перерос я такие психологические трюки. Хоть и неприятно, но такими фишкам меня не проймёшь. - я погрозил пальцем в потолок, - Не на того напали, да!

- А кто они такие - они? - заинтересованно пробулькал Головастик, позеленев фисташковым цветом.

- Они?

- Те, кому Хозяин пальцем грозит.

- А-а… эти. Да вполне могут быть там всякие. Про одну особу я тактично промолчу, хотя если не она, то кто? Белоснежная, может и похихикает про себя, очень воспитанная девочка, а вот блохастый собакин - ржет как конь! Гарантированно. А ведь есть и ещё знакомые девули. Ночка тактична и умна, за Агни не поручусь.

- Могущественные посланцы Великой, - почтительно протянул Головастик.

- Ага… Они… Могущественные, прям сил нет… Однако, что у нас осталось? Из материального?

- Вот, - вынул Головастик из себя большую, отъевшуюся, радостно сияющую бронзулетку.

- Здорово! Но вряд ли поможет.

- Зато красиво, - вздохнул он, пряча её обратно.

У меня во внутреннем пространстве кланового символа Уробороса только флакончик с убойной жижкой остался. Подарок Евы. Но его время ещё не пришло, нет не пришло. Но была и отличная новость: магию не тронули. Так что, не всё так плохо. Голые маги – лучше, чем голые не маги, хе-хе… Особенно те, у кого руки из нужного места растут.

- Ну что, дружок, -вглядываясь в сумрак тоннеля хмыкнул я, - Герои должны страдать!

- Жизнь - боль, - вздохнул Головастик философски.

- Осталось выяснить количество и силу этой боли. Надеюсь, алгоритм остался прежним. Богомолы, жуки, пиявки и остальная трахамудия?

- Как будем действовать? - подобрался Головастик.

- Аккуратно разберём первый пак монстров, а потом восстанавливаем все наши придумки. И вперёд! Дадим просраться кракозябрам и докажем некоторым, что голые булки… и всё остальноё никак не влияет на боевой потенциал дядюшки Мо.

- И Головастика!

- Особенно Головастика! - согласился я, - Мы, дружок. ещё не все свои возможности использовали, да. Остались сюрпризики в загашнике…

Ползущий по потолку Головастик настолько искусно мимикрировал под скальные неровности, что если не знать о нём, ничего и не заподозришь. Как говориться, ты его не видишь, а он есть.

Один глаз Головастик предоставил мне для наблюдения. Мы так часто делаем при необходимости. Ментальная связь осталась с нами, так как я и мой боевой пет в каком-то смысле - единое целое. Наверное, оттого Система не тронула эту функцию, за что ей отдельное спасибо.

Богомол, как и много раз до этого, стоял одинокой фигурой, медленно крутя своей треугольной башкой. Наблюдатель и сторож. Именно он, тревожно вереща, оповещает "друганов", что враг близко, и вся шобла спешит накинуться на нас. После чего мы их активно множили на ноль. Но, сейчас мы пойдём другим путём…

Душилка свёрнутая в спираль, запущенная уверенной рукой, шлёпнулась совсем рядом с насекомышем. Богомол заинтересованно сделал пару шажков и слегка склонился, нацеливая фасеточный глаз на странную штуку… Больше ничего он сделать не успел. Душилка мгновенно распрямилась и, подпрыгнув, обмоталась на тонкой шее богомола. Миг, и по всему телу душилки высыпали острые шипы. Ещё миг, и она резко скрутилась, сжалась, перепиливая и отрывая тупую головёнку богомола. И цвиркнуть не успел…

Тут же, пав с потолка пещеры, Головастик обвил щупальцами все конечности и само тело богомола. Пара секунд, и он со своей подёргивающейся ношей уже за поворотом возле меня. Был охранник… и нет его. И тишина…

- Ну чтож, - вручая Головастику склеенные мной бумеранги из конечностей богомола, - начало неплохое. Теперь постараемся вытянуть на себя шустрых сколопендр. Как раз они и жук-носорог следующие, кто перекрывают тоннель. Их бы оттащить как можно глубже от основной шайки-лейки. Хорошо бы без особого шума, но это как пойдёт. В любом случае,твоя главная задача - перебить прежде всего пауков.

Пока я раздавал ЦУ, руки сами по себе подбирали и клеили различные каменные обломки, коих хватало на полу пещеры. Совсем скоро у меня уже была каменная дубинка-молоток. Такую же вручил Головастику. Ещё ему сделал несколько "гранат" - увесистый булыган с короткой ручкой. И кинуть мощно, и вдарить накоротке неслабо.

- Ну, погнали…

Не слишком громкий скрип вывел из оцепенения обеих сколопендр. Они настороженно повели усами на головном сегменте и задвигали зазубренными жвалами. Жук же так и остался неподвижным.

И снова тихий, но отчётливый скрип за поворотом. Я провёл куском конечности богомола с когтем на конце по камню. Скр-р-рип… На камне осталась слабая царапинка. Коготки у него ого-го! Ск-р-рип… Подозрительно, но никак непохоже на предупреждающее верещание. Сколопендры просеменили навстречу непонятным звукам несколько метров. Ага, забирает! Отойдём-ка назад…

Отступив в тоннель метров на десять, я вновь провел "инструментом" по стене. Скр-р-риип…

И всё же насекомыши тупые мобы, да. Отчего-то мне кажется, что такой фокус провернуть с каким-нибудь теплокровным хищником вряд ли удалось бы. Сколопендр удалось оттянуть почти до самого "поста" богомола. Вот тут они сильно забеспокоились, но было поздно. Прыгнувшая душилка обмотала жвалы одной из них и сжала так, что они аж затрещали. Она ещё и понять ничего не успела, как из-за поворота выскочил я, с размаха опуская каменную дубину на предголовный сегмент сколопендры. Туда, где у неё один из управляющих центров. Не слишком острый, но от того не менее опасный каменный клюв проломил панцирь и размозжил сизый клубок толстых и тонких жгутов! Половина ног сколопендры тут же отнялись, и она опала на пол. Хотя это было для неё не совсем смертельно, но второй мощный удар разбил еще один нервный узел в следующем сегменте. Тело сколопендры скрючилось в дуги и мелко затряслось. Вот теперь уже, можно сказать, всё.

Я протянул руку и душилка перепрыгнула на запястье, тут же сливаясь в прочную перчатку. Сколопендра жадно щелкнула освобождёнными жвалами, пытаясь меня достать. Но увы ей, только голова осталась дееспособной. Может, для художественной красоты мне стоило отметить злобный блеск лупатых фасеточных глаз сколопендры, что следили за мной и жаждали крови, но… Но, ничего подобного не было. Просто буркала без каких-либо эмоций.

- Ну что, убогая, - ухмыльнулся я, - укусить желаешь? Э? Хрен тебе!

Я мог бы пропечь её огнём, раздавить рукой, что как тиски, но я просто разбил башку, ударив дубиной. Без пафоса и красоты, зато очень надёжно. Собственно, я справился со сколопендрой очень быстро, но не быстрее Головастика. Тот просто прыгнул с потолка на свою и, оплетя её щупальцами, свернул в петлю мёбиуса. Немного подержал так, слегка поднатужился и - разорвал на несколько частей. Вот кто здесь настоящий монстр. Десять сек, и получите набор интеграционных материалов. Красава головастый…

Жука оприходовали совсем просто. Я вышел в тоннель, он меня увидел, возбудился, побежал и попал в крепкие объятья Головастика, что прополз под камуфляжем и распластался на полу неровным бугристым ковриком. Вот в этот "капкан" жук и влетел. Головастик схватил его и в момент прогрыз своей выдвижной четырёхлепестковой, усеянной акульими зубами пастью! Снизу жук бронирован намного слабее и у него не было даже малейшего шанса. Головастик не только разгрыз хитин, но и сожрал сердце жука. А также ещё много чего, с удовольствием хрустя и прищуривая глазки. У моего пета вообще с едой проблем нет. А вот у меня начало слегка подсасывать. Но это так, мелочи, позыв живота. Реальный голод, а вместе с ним и ослабление организма мне грозит ещё не скоро. Больше волнует обезвоживание. Хотя, если совсем уж припрёт, могу попить крови насекомышей, но очень бы не хотелось…

А потом мы немного экипировались, вооружились и пошли дальше. Увы, с пиявками и улитками, а заодно и остальными пришлось сражаться в прямом столкновении. Растянуть на отдельные группы больше не получалось. Хорошо ещё то, что Головастик, ползая по потолку, безнаказанно выбивал самый опасный для нас вид монстров - пауков-плевунов. Пока остальные насекомыши бесились снизу, он, прикрываясь неровностями потолка, сталагмитами и щитом, уничтожал пауков одного за другим. Только сколопендры пытались сражаться с ним на вертикальных поверхностях. Но куда там! Может они и неплохи со своими многочисленными цепкими ногами, но это не щупальца Головастика. Все, кто рискнул залезть к нему, вниз прилетал, в лучшем случае, сильно покалеченными, а то и вообще - запчастями.

Так и двигались от одного пака монстров до другого. Нас жевали, оплёвывали, кусали. травили и таранили. Мы били, протыкали, ломали и разрывали. После каждого столкновения наши импровизированные доспехи и оружие частично или полностью приходили в негодность, мы делали новое, ждали, пока регенерация подлечит раны, и шли дальше.

Шли, шли и пришли… Портальную пещеру зачистили хоть и не без ущерба для здоровья, но вполне успешно. Освоились, приноровились, изучив сильные и слабые стороны противника. Если ничего не измениться, то пройдём и дальше. Если только и магию не отымут окончательно. Тогда будет больно. Больно, но всё ещё не смертельно. Подозревая худший вариант, я постоянно катал в голове сценарии, как нам справиться без магии. Выходило довольно напряжно, с преодолением и зубовным скрежетом, но осуществимо.

И вот, восстановив здоровье, доспехи и оружие, мы шагнули в портал…

- Да мать вашу так!!!

Опять голые и босые! Но это где-то даже ожидаемо. Плохо то, что окружающее совсем на тоннель не похоже. Мы стояли на почти гладкой каменистой поверхности, она уходила и вправо, и влево, охватывая круглое озеро с неподвижной чёрной водой. Посреди озера остров. Точнее, некий слабо светящийся столб золотистого цвета, уходивший куда-то вверх, в белёсый туман. Кстати, туман окружал нас со всех сторон. Сзади, по бокам, вверху. Словно купол, в котором только каменистая полоса, озеро и остров оставались без его "внимания". Туман и колонна света довольно прилично подсвечивали всё доступное пространство.

- Так. Кажется пришли, - сделал я очевидный вывод.

- Пришли?

- К концу испытания. К финальному боссу. К сокровищам бацхвари. Осталось только понять, что, где и как. У тебя что?

- Всё так же, - без дополнительных пояснений ответил Головастик.

- А у меня пропали картография и молекулярное соединение. Клей пропал, мда…

- Что будем делать?

- Осмотримся. Изучим всё, что можно, аккуратно и не спеша. Надеюсь, страшная кракозябра не кинется на нас с самого первого шага.

- А она тут есть? - тревожно обшаривая пространство глазами, пробулькал Головастик.

- А как же! Есть, однако. Что-то мне подсказывает, что нам надо попасть в тот столб света.

- Головастик может допрыгнуть.

- Ну, десять метров воды от берега до «острова», и я перепрыгну. Но боюсь, мой дружок, всё не так просто. Точнее, так это тут не работает. Хотя, всё равно попробуем. Но для начала исследуем туман войны.

Исследовали…Неподвижный, не имеющий запаха и вкуса, не густой и не плотный, но быстро гасящий звуки, а стоило сделать пять-шесть шагов внутрь него, как силуэт "растворялся" полностью. Но самое интересное, если идти в глубь него, то пройдя шагов десять, ты выходил ровно туда, откуда начинал. Изомерное пространство, что тут скажешь. Самый очевидный вывод - необходимо попасть в столб золотистого цвета.

Изучили мы и узкую полоску вокруг озера. Везде одна и та же картина: ровная каменистая поверхность без трещин, выбоин и сильных перепадов. Не то, что отдельных камешков или песка, даже пыли не было. Ровная, почти стерильная поверхность.

Озеро, хотя - какое озеро? - озерко, а, точнее, большая лужа метров в тридцать, очень мне не нравилось. Аккуратно хлебнув водички, осознал, что она прохладная, пресная, не вонючая и не ядовитая. А чёрная не оттого, что имеет какую-то взвесь, краску или муть, а потому что отражает состояние чёрного дна. Игра, так сказать, света и тени. А так - вполне обычная чистая вода. Уже хорошо, от жажды не помру. Но озерко мне всё равно не нравилось. Точнее то, что сидело в ней. А сидело - точно. Ибо с близкого расстояния хорошо просматривались ступени, уходившие в глубину. Обычные такие каменные ступени. В четырёх местах, скорее всего ориентированные по сторонам света. А может, просто в геометрически противоположных сторонах. Не суть…

- Мда, дружок, думается будет не просто, - сделал я вывод, - Преодолей десять метров воды и войди в столб света. Такая простота, хуже воровства. Ждёт нас исключительный геморрой…

- Обязательно войти?

- Думается мне, что именно так. Порожки - настолько явное указание, чтоб даже дебил сообразил. Вот только уверен, у входа сидит себе некая хрень лютая, дабы не пущать кого не попадя. И хрень лютая будет, пожалуй, пожестче, чем всё, что нам встретилось до этого.

- Может всё же прыгнуть? - перевёл на сияющий столб света аж три глаза Головастик.

- А и прыгни, - поддержал я его инициативу - Вдруг мы себе напридумывали, а тут всё много проще.

- Мда…

Когда Головастик коротко разбежался и, мощно толкнувшись щупальцами, сжавшись в шар, мгновенно перелетел чёрную воду и ударился в сияющий столб, я на секунду подумал, что всё получиться. Не получилось. С бледной вспышкой золотистое нечто отфутболило Головастика с такой силой, что он не только перелетел воду обратно, а ещё и кубарем прокатился по каменному бережку и умчался в туман! Чтобы через пару секунду выкатиться вновь! И только у самой кромки воды Головастик раскрылся и присосался всеми своими щупальцами к камню. Распластался эдакой огромной медузой, придавленной гравитацией. Что-то мне подсказывало, у моего боевого пета сейчас перед глазами летали звездочки, рыбки, а может даже и птички. Вид больно был ошарашенный, да и цветом он сделался фиолетовым в крапинку. Грех, конечно, но я так и не смог удержаться, чтобы не гогатнуть.

- Как ты, дружок?

- Бывало и получше, Хозяин, - пробулькал он в ответ.

- Всё нормально? Ничего не отшиб, всё цело?

- Головастик цел, - собираясь в "кучу", послал он мне ментальный отчёт, - Но это было… познавательно.

- Зато мы теперь точно знаем: так удачи не видать. Придётся действовать по заданному алгоритму. Лезть в воду.

- Головастик пойдёт первый, - похоже он пришёл в себя окончательно.

- М-м-м… пожалуй да. Но никаких ныряний рыбкой и торпедным штурмом! Очень аккуратно, по маленькому шажку. А перед этим давай-ка посмотрим с краешка, может что и увидим.

Головастик осторожно вполз в воду и зашарил своими чуткими перископами во все стороны. Увы, как оказалось, вода хоть и прозрачная, но дальше пары метров ничего не видно. Очень быстро зрение вязло в непроглядной черноте. Ничем кроме магии я такую хрень объяснить не мог. А магия, она такая магия. Не работали в воде и иные средства обнаружения, коих у головастого было предостаточно от природы. Глухая, чёрная, непроницаемая стена…

- Так, - почесал я макушку, - Всё хуже, чем я думал. Но и не сидеть же тут до морковкиного заговенья. Так что, дружок, давай тихонечко, по сантиметру…

Когда Головастик отдалился на метр, ползя по порожкам, и погрузился до половины тела, всё было тихо. Когда он продвинулся ещё на метр - тоже. А вот потом, стоило ему присесть, чтобы помониторить обстановку, вода возле светового столба резко вскипела и в каскаде брызг из неё выметнулись серо-зелёные плоские и широкие ленты.

- Назад! - заорал я, даже толком не успев рассмотреть, что это такое.

Но Головастик и сам был не дурак, и мгновенно рванул на берег. Что тут расстояния-то. Однако, как он не был быстр, ленты стремительно хлестнули и зацепили несколько щупалец Головастика. И натянувшись, попытались утянуть его под воду. Но Головастик вцепился в каменную поверхность изо всех своих немалых сил и, напрягаясь всем телом, пытался вырваться. Судя по тому, как он весь побелел, тянули его мощно. Рядом по воде хлестали ещё другие ленты, но не доставали, а ближе к столбу света вообще вода просто кишела ими. Я замешкался буквально на пару секунд и тут же кинулся на помощь!

- Под водой…

Я увидел присланную картинку, как ещё парочка самых длинных лент зацепила Головастика снизу. Даже ментальный посыл был насыщен таким напряжением, что физически ощущалось, как ему тяжело.

Поднырнув, я схватил одну из лент и врубил магию огненной руки! Я так вложился, что вода вокруг вскипела пузырями пара и заклокотала. Лента мгновенно перегорела.Недолго рассусоливая, я ухватил следующую и тоже пережог её.

Тем временем Головастик тоже сражался и не на жизнь, а на смерть! Его псевдоруки втыкали в натянутые ленты треугольные клешни, вырывая клоки плоти. Когти на концах щупалец полосовали, нанося длинные порезы. Рядом падали и гулко шлёпали по воде другие ленты, но не доставали и злобно взбивали пену!

Я воткнул всё ещё пылающую руку в одну из глубоких ран и пережог очередную ленту, едва сам не попав под хапок другой. В это мгновение Головастик напрягся, рванулся и выскочил на берег, заодно обхватив меня щупальцем и вытаскивая за собой. Отползя подальше, мы расслабленно прилегли, наблюдая, как ленты продолжают хлопать по воде, нырять, выныривать, шарить в надежде зацепить ускользнувшую добычу. Минуты две "оно"ещё гоношилось, а затем постепенно успокоилось.

Но мы уже не обращали внимания, а подсчитывали убытки. Собственно, я не пострадал вовсе. А вот Головастику прилетело. Как оказалось, одно щупальце ему оторвали больше, чем наполовину. Одно сильно изгрызли. На парочке виднелись многочисленные ранки, язвы, словно кто-то вырвал куски плоти. Все эти раны стали понятны, когда мы исследовали кусок ленты, длиной с полметра, который так и остался висеть на Головастике, когда я её пережог.

Шириной сантиметров тридцать, плоская и жесткая хрень имела на срезе волокнистую структуру, больше похожую на растительную, чем на животную. С наружной стороны лента была покрыта бугристыми наростами, редкими чешуйками хитина и ещё более редкими коническими шипами, покрытыми тягучей слизью. Ядовитой, естественно.

На внутренней стороне располагались большие присоски с рядами загнутых во внутрь мелких, но острых зубов. Промеж присосок росли когти-крючки, сидящие в подвижном гнезде. В общем, можно сказать, универсальное щупальце, из которого, если оно тебя зацепило, хрен вырвешься. Ничего в этом куске не определялось, как какой-либо полезный ингредиент. Вообще…

А самое интересное: после того, как мы внимательно рассмотрели "трофей", Познание сути вещей выдало коротенькую справку: "Изменённая ламинария. Хищник. ????"

- Ламинария!? Водоросль! Ничё себе, морская капусточка! - вырвалось у меня, - Вообще-то, это люди её едят, а не она людей.

- Согласен, - вздохнул Головастик.

- Ты как сам? - кивнул я на раны.

- Всё ремонтируется, - ответил он, спокойно шевельнув пораненными щупальцами, из которых уже перестала сочиться кровь. Это да, регенерация у головастого отменная.

- Почему не использовал магию? - задал я самый тревожащий меня вопрос.

- Когда ламинария меня поймала, словно вся мана из Головастика ушла. Пытался сжечь или разорвать, но никакого отклика.

- А сейчас?

- Сейчас… - одно из щупалец головастого пыхнуло яркой вспышкой, - Сейчас всё в порядке.

- Значит, ламинария ещё и магию блокирует, - подвёл я неутешительный итог, - Плохо.

- Что будем делать дальше, Хозяин?

- Сначала мало-мало думать… А ты пока лечись! - и погрузился в размышления.

Рандом великий или специальный выбор, вот в чём вопрос? Я имею ввиду, отнимали наши преимущества раз за разом рандомно или по схеме? Наша ядовитость, рука-огня и рука-тиски остались случайно или специально? После разведки боем я склоняюсь к последнему.

Возле каждого входа, который, уверен, охраняет хищная ламинария нам, с тем, что есть, в лоб не пробиться. Но вряд ли Система подкинула совершенно непроходимый квест. И значит, она оставила нам способности, которые если использовать с умом, решить задачу помогут.

Я включил способность «рука-тиски» и, уцепившись за малюсенькую трещинку, приложив приличное количество усилий, отковырнул кусочек камня в пару сантиметров. Хм… возможно, но очень сложно. Проковырять канаву, чтобы спустить воду? Очень долго и не факт, что получится.

Сгенерировать внутри себя самый злобный яд и укусить ламинарию? Можно, но очень ненадёжно. Во-первых, её ещё поди укуси, чтоб тебя самого не сожрали. Во-вторых, а подействует ли яд вообще на такое чудовище? У Головастика, на минуточку, когти тоже не простые. Половина впрыскивает в жертву парализующий яд, другая - смертельный. Мало кто может противостоять такому коктейлю. Я таких всего-то парочку и видел. Однако, ламинария как раз такой и может быть. Что-то вялых и полумёртвых "листьев" на поверхности не видать. А уж токсина в неё Головастик напихал щедро.

Вариант заплевать озеро ядовитой слюной, ещё более нереальный. Это совсем с глузду надо съехать.

Остаётся «рука-огня»… Тем более, что ламинария уже показала - огонь для неё штука неприятная. Мда, геморроя предстоит много. Очень много.

- А скажи-ка, мой головастый друг, любишь ли ты мисасуп?

- Мисасуп? - Головастик вперил в меня аж все четыре глаза, - Хозяин, Головастик не знает, что такое мисасуп.

- Это суп из морепродуктов. Я его, кстати, время от времени употребляю.

- И где мы возьмём мисасуп? - логично поинтересовался Головастик.

- А прям здесь и сварим! Ламинария есть, вода есть. Ламинария, кстати, большая жирная, и не одна. Навар в супце богатым должон быть.

- Хозяин? - с тревогой вопросил Головастик. Видно, забеспокоился за моё душевное здоровье.

- Спокойно, дружок! - Я поднял вверх руку и зажег её, - Будем кипятить! Кипятить до тех пор, пока или не сварим к хренам эту ламинарию, или всю воду не выпарим. Или и то, и другое.

А чтобы дело шло быстрее, залезем в анналы и посмотрим, сколько у нас с тобой свободных очков скопилось. Вложим по максимуму в способность.

Однако, немало я поднакопил свободных очков, аж целых сорок восемь. У Головастика скопилось скромнее, но тоже солидно - двадцать четыре. Наверное, с точки зрения правильного геймера таскать с собой столько богасьтва и не использовать - глупо. Не буду спорить. Но, возможно, именно сейчас моя глупость нам сильно поможет.

Итак, что есть у меня из нужного, что можно подтянуть?

Имя - Господин Мо. Раса - человек. Уровень - 28. Ну тут ничего не поменяешь, хе-хе…Из характеристик, в данном случае, самые главные - интеллект и мана. Первый у меня - 253, а второй - 508. Рука огня второго уровня. Именно огненной рукой я пользуюсь очень редко. Всё больше вспомогательными способностями, которые прокачены у меня повыше. Но сейчас они все заблокированы.

Если не использовать усиление от характеристики "Дух и Воля", то с моей регенерацией, равной сто пяти, я могу держать постоянную температуру около трёхсот двадцати градусов почти постоянно. Тоесть - сутками. Могу и гораздо больше, с перерывами, но сама по себе рука, как нагревательный элемент, маловата. Будет она греть воду в пятьсот градусов или триста, кипятить озеро придётся очень долго. Поэтому открываем ветку развития, в которую я не заглядывал со времён встречи с Урарратом, и смотрим, что тут у нас вкусного…

Однако, это я не хило протормозил… От иконки с пылающей рукой расходились ещё аж целых три ветки с неактивированными иконками. Они сияли бодрой подсветкой и графическими изображениями огненного шарика, огненного кнута и двух огненных рук. Тоесть, чисто двумя боевыми умениями, хотя я бы поспорил, и усилением способности тела. Интересно, если идти по развитию тела, "загорятся" ли на следующих ветках развития ноги? А голова? Всё тело? Думаю, шанс немалый. Но мне нужно здесь и сейчас нечто другое.

Файерболл отметаю сразу. Толку от него будет немного. Можно, конечно, обстреливать ламинарию, но каков будет эффект? Спрячется под водой и всё. А швырять в воду огненные мячики - идея так себе. Мне нужно тут всё прокипятить основательно, а не пар поднимать.

Поэтому открываем иконку с огненным кнутом. Читаем, прикидываем…

"Внимание, Господин Мо! Хотите изучить магическое умение огненного направления - Кнут? Да\Нет?...

- Да.

…Внимание, Господин Мо! Вы открыли умение - Огненный Кнут. Уровень - 1. Ветка развития огненной магии третьего ранга…"

Короче, если отбросить всё это бла-бла-бла, то в сухом остатке поимею следующее. Активация тридцать интеллекта. Жрет умение по двадцать маны в секунду. Естественно, расходует и выносливость. Температурная шкала начинается от двухсот пятидесяти градусов и вверх, чуть ли не до плазмы. Длинна хлыста, его толщина зависит от прокачки и, слава богу, от вложенных свободных очков.

Я долго калькулировал в мозгах и так и эдак, крутил вертел так и сяк, пристраивая виртуальные циферки, чтобы добиться максимального эффекта от умения. Ибо, чтобы не просрать очки, семь раз отмерь, один раз вложи. Ну, тут у меня имелось огромное преимущество, вкладывать можно было по одному очку, внимательно отслеживая результат. Причём, всё влияло на всё, оттого я вкладывал не только в огненный кнут, но и в самые необходимые характеристики.

В результате у меня получилось трехметровое, толщиной с мизинец, восмисотсотградусное кнутовище, которое я мог непрерывно поддерживать целых шесть часов. Откат в час и снова шесть. Очень неплохо. Если поддать температурной напруги, то, соответственно, и время сократиться.

Я вызвал кнут и с удовлетворением полюбовался, как из ладони выскочил тёмно красный шнур и, слегка извиваясь, с шипением, истекая маревом горячего воздуха, заелозил по каменной поверхности. Я чуть дёрнул рукой, и он резко изогнулся, мотнувшись туда-сюда, чуть не задев любопытного Головастика. Крутить огненным кнутом ловкие петли и восьмёрки, сбивать муху на лету ещё предстоит научиться, да.

Прикинув и немного подсчитав, я задумался. Если использовать "Дух и Волю", то можно разогреть кнут до двух пяти тысяч градусов на четыре минуты. Такой шнягой я, пожалуй, разберу ламинарию на отдельные обгорелые фрагменты. На секунду захотелось решить дело кавалерийским наскоком. Но нет… Под водой, это не на суше. Как там ещё кнут себя поведёт. Значит, буду работать по плану.

- Ну, дружок, - обратился я к внимательно наблюдающему за мной Головастику, - Теперь займёмся тобой.

Система, как я уже не раз отмечал, щедра к своим детям. На третьем ранге развития огненной руки, а в данном случае - щупальца, открылось у Головастика несколько интересных картинок. Самая подходящая именно сейчас - это удвоение. Головастик мог пользоваться сразу двумя огненными щупальцами. Но на этом ещё не всё. Соединив и разведя кончики щупалец, он мог формировать огненную дугу меж ними. Температура, длина и толщина, как и у меня, зависели от маны, интеллекта, выносливости и регенерации.

Выносливость и регенерация у него даже без вложения очков поболее моей. Вот в ману и интеллект по двенадцать очков я и вложил. И стало первой ровно двести, а умища прибавилось аж на 124. Но, как я уже говорил, дети системы котируются выше, чем призванные игроки. Там плюс на уровень, тут плюс на редкость расы, здесь плюс на плюс и два сверху, вот тебе и лишние плюшки. На выходе, на данный момент,Головастик может держать огненную "струну" длинной полметра сорок секунд с температурой в 800 градусов. Это уже очень круто, а со временем, раскачав умение до космических температур, струна вообще превратиться в имбу. Но сейчас мне было нужнее, чтобы Головастик мог кипятить воду как можно дольше. И он своими двумя щупальцами держал 320 градусов целых восемь часов. Потом - откат в два часа, и снова восемь.

- Чтож, дружок, - подвёл я итоги нашего усиления, - Теперь проверим, как всё это будет работать предметно.

- Будем кипятить?

- Однозначно кипятить. Предрекаю нам, яхонтовым, долгую дорогу, больной дом и трефового туза.

- ??? - вылупился на меня Головастик.

- Это будет долго и нудно, - вздохнув, пояснил я.

- Жизнь - боль, - раскрасился философской гаммой Головастик.

- Ещё какая…

Да, это было долго… Хотел я было посчитать, ещё в самом начале, сколько нам кипятить, но очень быстро бросил. Во-первых, неизвестная величина - глубина озера. Во-вторых, и это, пожалуй, главное - лень шевелить мозгами. Разбаловал меня "Интуит", как есть разбаловал. Так что, всё покажет практика, которая, как известно, критерий истины.

Только на третий день, условный, конечно, так как в этом изомерном пространстве царило полное безвременье, вода, постоянно подогреваемая нами, преодолела планку равновесия нагрев\охлаждение, и температура начала медленно подниматься. Сначала принялась потихоньку парить, и в кольцевом озере наметилось круговое, слабенькое течение. Потом все эти процессы усилились…

На пятый день, температура достигла пятидесяти градусов. До этого ламинария себя никак не проявляла, но видать, когда вода стала слишком "тёплой", ей это совсем не понравилось. Честно говоря, именно на это я больше всего и рассчитывал. И, как ожидалось, ламинария была не одна.

Недовольное бурбуление началось сразу возле четырех предполагаемых входов, к которым вели подводные порожки. Раздраженные всплески и хлопки, подводные буруны становились всё активнее.

- Забирает… - удовлетворённо отметил я, - Продолжим.

И снова утомительный цикл: сунуть в воду огненный кнут и просто сидеть, пока уменье не закончится. Потом переждать откат - и опять кипячение. Собственно, нудно и однообразно. Долго, но безопасно. Физически мы с Головастиком считай, что и не уставали. Зато магически напрягались знатно. Наверное, ещё не разу за всё то время, что я провёл на Океании, так долго и до такого полного опустошения маны я свои магические способности не использовал. Да и головастый тоже, да.

Но и эффект от этого был! Как раз на третьи сутки у меня повысились параметры температуры и длительность умения. Подкинули маны и интеллекта. Немного, по паре единичек, но и то уже неплохо. У Головастика это случилось даже раньше. На шестые сутки у нас у обоих повысился уровень владения третьеранговым умением. Маны стало расходоваться чуть больше, интеллект на активацию умения повысился, реген и выносливость стали убывать чуть быстрее, но все это перевесило эффективностью умения. Дольше, горячее, толще и длиннее…

Сидя на бережку, мы много общались с Головастиком. О важном и не очень, о простом и сложном, великом и не очень. Головастик сильно "подрос" в плане интеллекта. Хотя, пожалуй, слово «интеллект» - это не совсем верно. Головастик много повидал, многое узнал, многому научился, а пережил сколько… Он общался с интересными разумными, строил различные аппараты, сражался с монстрами и не только. Можно сказать, он стал опытнее, по бытовому умнее, где-то даже мудрее. Выросло понимание юмора. Он, иногда, даже сам пытался шутить. И не без успеха, кстати. Правда юмор у головастого был специфический и не каждый бы оценил его, но я и не каждый. Собеседник из него становился всё интереснее и интереснее. Я всё ещё пребывал в статусе мудрого наставника и более опытного товарища, но кое-где и кое-чему уже сам мог поучиться у Головастика.

Вот мы и беседовали… А что ещё делать? Есть нечего, спать некогда. Я только урывками, в полглаза, а он вовсе не спит. И да, есть уже хотелось зверски. Головастик давно сожрал кусок ламинарии, что оторвали в виде трофея.

- Гадость, - резюмировал он, проглотив кусок ленты почти не жуя.

- Да ладно, - удивился я не шутошно, - С каких это пор боевой пет, что жуёт даже камни, стал разбираться во вкусовых оттенках?

— Вот, потому что Головастик ест всё подряд, а не только вкусное, он может оценить вкус объективно.

- Хе-хе…

Но, как бы то ни было, мы вскипятим и испарим озеро раньше, чем умрём от голода. На седьмые сутки уровень воды едва заметно понизился. Совсем чуть-чуть, но это говорило о том, что озеро не подпитывается от постороннего источника. Этого я, если честно, очень сильно опасался.

Да, вода уже парила по всей поверхности. Пар поднимался куда-то вверх и в своей основной массе исчезал безвозвратно. Но часть его оседала на прохладном каменном "пляже", конденсируясь в капли, лужицы и тонюсенькие ручейки. И на нас тоже… Потому сидели мы мокрые, голодные, злые и решительные.

Ламинарии же впали в дикий раж! Слабое бурбуление давно переросло в непрерывное кипение. Ленты бешено извивались, хлопали по воде, загребали её, всё искали обидчиков. Не знаю, чем они видели или чувствовали, но самые длинные отростки пытались дотянуться до нас. Но мы тоже не пальцем деланные, устроили точку воздействия на равноудалённом расстоянии от двух крайних. Иногда я постёгивал особо длинные ленты своим кнутом, что только бесило ламинарий ещё больше.

На десятый день вода упала на полметра, и её температура достигла градусов девяносто. Не кипение, но очень горячо! Ламинарии уже сутки, как затихли и только изредка вяло ворочались на поверхности воды. Цвет у них стал розово-блёклый, сами они разбухли и имели очень печальный вид.

Ещё через два дня, я принципиально решил довести дело до радикального конца, уровень воды упал ещё на метр. Вскипятить её нам так и не удалось, но это уже было не важно. Ламинарии, что стерегли входы, обнажились почти до половины своих несуразных тел и уже более суток даже не шевелились. Мы пропарили их всех до полной готовности на "паровой бане". Хотя это, конечно, не паровая баня, но вряд ли ламинариям от этого легче - сварились окончательно. Все четыре.

- Чтож, пора, - вздохнул я, когда вода остыла до приемлемого уровня, - Пойдём посмотрим, что нас ещё ждёт.

Ламинария, закрывающая полукруглый каменный проход, который еле-еле проглядывался из-за её туши, вид имела бледный. Точнее бледно-розовый. Множество длинных отростков-лент раскинулось по воде без всякого признака жизни. Самая главная часть этого хищного растения представляла из себя огромную многослойную шишку, сильно похожую на кочан цветной капусты. Поперёк шишки, во всю её ширину, зияла полуоткрытая пасть, полная зубов-игл. Из неё даже вывалился длиннющий склизкий посинючий язык, усеянный присосками и с когтем на конце. И вообще, эта, с позволения сказать "ламинария" - штука весьма здоровенная, справиться с такой в прямом столкновении с нашим порезанным функционалом - шансов никаких.

Подойдя по пояс в воде к этому "печальному зрелищу", я потыкал одну из лент пальцем. Мягенькое, однако. Теперь было хорошо видно, что из кочана помимо лент вырастали изломанные толстые корни, которые, разветвляясь, врастали в камень вокруг прохода. Думаю "на живую" ламинарию оторвать было бы проблематично.

- Зис транзит глория мунди. Так проходит слава мира! Какая бы тварь не была могутная, но мозги рулят. Выкинь это, - скомандовал я Головастику, - пройти мешает.

Когда Головастик двумя сильными рывками оторвал и откинул монстра-охранника, во глубине ниши засиял жемчужным светом очередной портал. Очередной или последний? Хм…

- Вперёд, дружок… - и шагнул первым.

Глава 12

Первое, что бросилось в глаза, когда я вышагнул из портала - это мягкий полумрак, характерный для глубин за тридцать. Сине-зелёный, едва намекающий, что где-то там, в вышине, есть солнце. Полумрак дополнительно рассеивался тускло светящимися малюсенькими губками и актиниями, что лепились на скрученных винтом кораллах. Таких я ещё ни разу не видел. Толстые, гладкие, чёрные… Они словно бивни исполинских мамонтов, вырастая из песчаной поверхности, сходились к центру, образуя некое подобие беседки. Не очень большой, максимум метров пять диаметром. И вся эта композиция находилась в воздушном пузыре, за которым вальяжно фланировали большие, ярко раскрашенные рыбы-петухи, шипастые скорпены, рыбы-клоуны и другие, не менее расписные представители подводного царства. А ещё, во все стороны просматривались надолбы и заросли кораллов, на которых процветала обычная жизнь тропических рифов. Колосились водоросли, цвели актинии, сновали крабы и креветки, ползали улитки и другие ползучие. В общем, мирный и спокойный пейзаж океанского дна, за необычным окном.

Но всё это я отметил лишь мельком! Потому что прямо посредине ровной площадки из белого мелкого морского песка, на подложке из длинных светло-сиреневых тонких полупрозрачных водорослей стояло сокровище! Ну, а с чем это можно спутать?

Большая, овальная ребристая раковина, высотой не меньше метра. Ширина - тот же метр, а длина немногим больше. Сама раковина была того самого перламутрового цвета, который они имеют исключительно внутри себя и никогда снаружи. Но мало того, вся поверхность была покрыта различными растительными узорами бледно синих и зелёных цветов. Настолько тонким и замысловатым, что глаз не сразу различал подробности. И мало того, в "узловых" точках пересечения узоров в раковину были вставлены большие гранёные камни. Рубины, сапфиры, изумруды и даже, местами, бриллианты. В целом, хоть композиция и "кричала", на мой вкус, излишествами, всё вместе смотрелось весьма органично. Мастер, что создавал эту прелесть, был настоящий гений.

И ещё одна, очень существенная деталь пейзажа, которая сразу обратила на себя моё внимание: за раковиной, в противоположном от нас "углу" сиял овал портала.

- Ну вот и пришли… - прервал я молчаливую паузу, что сама собой возникла, когда мы вышли в эту маленькую локацию.

- Это и есть - сокровище бацхвари, Хозяин? - пробулькал Головастик.

- Ну, думаю, скорее всего, сокровище должно быть внутри. А это, так сказать, тара для содержимого, сундук, ящик, корзина… Несколько пафосная, но уверен, Ыке и Круку понравилось бы.

- И что будем делать?

- Отнесём Старому со товарищи, пусть сами разбираются, что там.

- И не будет больше сражений с финальным боссом?

- Мы их, друг мой, похоже уже победили…

… открой…

- Что?

… посмотри, что там внутри…

- Э-э-э…

… сокровище… оно нужно тебе даже больше, чем какому-то угасающему племени…

И тут я понял, что происходит. Замерли плавные рыбы за тонкой плёнкой пузыря. Застыли суетливые крабики, копошащиеся на песке, остановились плавные покачивания водорослей и шевеление щупалец актиний. Замерло непрестанное движение глаз Головастика. Как и он сам. И только я остался в "своём теле". А голос, голос раздавался в моей голове. Не мужской, не женский, но такой приятный, вкрадчивый, обволакивающий, манящий. И такой проникновенный, что я почти поверил - это мои хотелки, мои желания. Я сам так думаю!

Но, почти… И совсем недостаточно чтобы полностью себя же убедить. Тем более там, где до этого и мыслей таких не было.

… сокровище бацхвари - оно такое, что всем подойдёт…

Ментальная атака! Она, однозначно. Но отчего мой ментальный охранник молчит? Уснул, сука такая!

… возьми и ты не пожалеешь.

- Хватит, - спокойно сказал я в пространство, - Ты, кто ты там есть не знаю, прокололся. Я не нуждаюсь в сокровищах бацхвари.

… открой раковину, возьми… Слава, богатство, власть…

- Угомонись, - усмехнулся я.

С каждой произнесённой фразой, как только я осознал, что это навязанные мысли, а отнюдь не мои, голос терял свой завораживающий флёр, свою силу убеждения.

… ты будешь повелевать всеми…

- Заткись уже, - спокойно ответил я, - Тебе нечего мне предложить, голос. Меня не интересуют ни власть, ни богатства, и на славу мне плевать, прикинь. У меня есть всё, что мне надо, и даже больше.

- Ты не хочешь открыть раковину?...

Ну вот, уже и тембр нормальный. И диалог наметился.

- Никакого желания. Это сокровище девятого народа. Оно ему принадлежит.

- Но добыл его ты! По праву победителя ты достоин воспользоваться им сам.

- Оно мне без надобности, у меня всё есть. Тебе нечего предложить.

- Внимание, Господин Мо, - появилась знакомая надпись системного оповещения, - вы твёрдо решили отдать сокровища девятому народу? Да\Нет?

Ну вот, наконец-то! Система перестала дурить. А то шепчет в голову всякую хрень. Я так понял, это ещё одно, последнее испытание. Слабенькое, как по мне.

- Не совсем так, - вдруг упал текст, - смотри…

Лёгкое марево подернуло пространство возле раковины, и передо мной материализовалась небольшая кучка костей. Самым целым из всего этого набора был череп. Череп ороос…

- Он не смог побороть свою алчность, - а вот теперь, за сухими строчками сообщения явно стояла Ева, - Он протянул руку к тому, что ему не принадлежит.

- Удивительно, - хмыкнул я озадаченно, - как он смог пройти там, в одиночку, где еле-еле прошли мы с головастым?

- Наверное потому, что он шел свои путём?

- Ты хочешь сказать, что испытание подстраивается под каждого проходящего индивидуально? И шанс пройти его, в таком случае, имеет любой?

- Каждый, любой? - казалось, даже печатные строчки были напитаны иронией, - Теоретически - да.

- Трусы…

- Внимание, Господин Мо. Вы хотите отдать сокровище девятому народу? Да\Нет?

Всё, Ева-Система ушла. Осталась Система-Ева. Это только в математике перестановка сумм слагаемых на результат не влияет, а вот в данном случае отличия куда как существенны.

- Да?

Легким маревом подернулись кости жадного воина ороос, и они рассыпались невесомым прахом. Отмерли рыбы. Отмер Головастик. Мир снова синхронизировался с временем в единый поток.

- Это хорошо, что сражаться больше не надо, Головастик уже давно хочет кушать вкусную рыбу, - похоже он даже не заметил, что выпал из реальности на пяток минут, - а не гадкую ламинарию. И мясо, - пара глаз головастого сошлась в задумчивую кучу, - да - мясо тоже. И вообще…

- Тогда, дружок, - я кивнул на раковину, - попробуй поднять.

Головастик шустро облепил её несколькими щупальцами и, не сильно напрягаясь, приподнял над песком.

- Тяжеленькая… - он покачал раковину в щупальцах, - но Головастик справится.

- Сейчас, - отрывая шелковистые пряди сиреневых водорослей, - пару минут подготовки…

Скрутив в жгут длинные и довольно прочные волокна, "изобразил" пояс. Обвязал его вокруг талии и ещё один пропустил меж ног. Получилось очень оригинально, я бы даже сказал - пикантно, но мне ли привыкать к эпатажным "костюмам"? Однако, хорошо, что меня не видит сейчас розовый чебуратор! Этот обязательно что-нибудь бы ляпнул!

- Мда… - оглядел я себя критически, - Но размахивать "хозяйством" было бы ещё хуже.

- Головастику нравится! - пробулькал мой пет, приобретая розоватый оттенок, очень похожий на колер самого Крука.

- Ладно, давай уже на выход, подлиза… Ты первый, я за тобой.

Слегка влажный сумрак и тишина пещеры. Глаза сразу "зафиксировали" удивлённые и даже растерянные морды бацхвари. А ещё создалось ощущение, что они все остались на своих местах и даже позы не поменяли с момента, как мы с Головастиком перешагнули овал портала. Или не показалось?

- Вы быстро, - проскрипел Старый в полной тишине, одним глазом рассматривая меня, а вторым прикипев к раковине, что сгрузил на пол Головастик.

- Быстро?

- Очень быстро, - кивнул он плоской головой - Очень, вошли и вышли! Голые.

- Мелочи… - отмёл я неподдельный интерес Старого, - Потом расскажу.

- Да, - согласно кивнул он и указал слегка трясущейся рукой на раковину, нацелившись на неё двумя глазами,- Это оно?

- Другого там не было.

- Оно… Сокровище бацхвари… Наша надежда на Искупление! И… - он растерянно повертел головой, - что делать?

- Открыть, конечно, - пожал я плечами, - посмотреть.

- Да, открыть, - поежился он, - Я волнуюсь!

- Я отойду…

- Нет, - ухватил меня за руку Старый, - останься.

- Стоит ли…

- Да, стоит. Я чувствую, так будет правильно.

- Тогда не тяни, Старый. Видишь, твой народ уже побледнел от напряжения.

И правда, остальные бацхвари придвинулись молчаливой толпой поближе, хотя и не переходя определённой черты. Да и мне самому было жуть как интересно.

- А как? - повернув один глаз ко мне, спросил Старый.

- Вот видишь, - ткнул пальцем я, - выступ на раковине весьма удобный. Явно неспроста. Потяни вверх створку, она, глядишь, и откроется.

- Открываю,- Старый подсунул руки под выступ и замер, негодяй.

- Открывай!

- Открываю, - облизнул он плоскую морду длинным языком.

- Ну давай уже…

Он только чуть приложил усилия, а створка возьми и легко поднимись! Откинувшись вертикально вверх, она замерла, отражая внутренней зеркальной поверхностью наши искаженные фигуры. А внутри раковины заклубился золотистый туман, медленно истекающий и растворяющийся бесследно.

Десяток напряженных секунд и… перед нами, на мягком пористом "языке" предстала огромная, больше полуметра, жемчужина. Идеально круглая, перламутровая, с радужными разводами.

- Ва-а-а… - челюсть Старого отпала! Наверное, он ожидал чего-то другого.

Честно говоря, и я ожидал всего чего угодно, но не этого. Не знаю, правда, чего, но не огромной жемчужины. Как она поможет девятым в Искуплении - не знаю. Хотя тут же везде магия. Может, и она волшебная?

- Жемчужина? - Старый растерянно повернул ко мне плоскую морду.

- Я бы сказал - жемчужинка! Симпатичная такая…

- Внимание, Господин Мо, - вдруг на нас на всех обрушился голос сверху, - Хотите назвать - Жемчужинка?

- Э-э-э… - я настолько обалдел, что больше меня обалдели только остальные. Впервые Система соизволила заговорить со мной гласом с небес. Причём, это услышали все!

- Ва-а-а… - отпал челюстью Старый снова.

- Жемчужинка? - переспросил я от неожиданности.

- Принято! - грохнуло сверху.

И в тот же миг по поверхности жемчужины прошли разноцветные волны, она мягко засияла и… - чпок! Лопнула, как мыльный пузырь. И вместо неё на мягком розоватом "языке" лежала, свернувшись калачиком, маленькая девочка. Годика три-четыре. Голенькая, если не считать длинных, даже на вид шелковистых, сине-зелёных прядей пышных слегка кучерявившихся волос. Ох, у кого-то я такие видел!

- Ва-а-а… - челюсть Старого упала опять, но уже на уровень груди. Никогда глаза большого лягуша ещё не залипали в одну точку так долго.

В ответ девочка пошевелилась, потянулась, и села. Веки её затрепетали, она открыла огромные синие, сочащиеся муаром глазищи, и, радостно улыбнувшись во все свои белоснежные зубки, протянула ко мне ручки и отчетливо выпалила: Папа!

- Папа! - вскрикнули мы со Старым в унисон.

- Па-а-па! - подтвердило дитя вовсю улыбаясь, и делая своими маленькими пальчиками хватательные движения, - дай-дай-дай… - Па-па!

Я был в шоке! Нет, правда! Настолько, что может быть впервые за всю свою жизнь в Бесконечной Вселенной использовал опознание на разумном. Магия-то сразу вернулась, как только мы вышли из портала.

"Жемчужинка. Дочь Господина Мо. Божественный ребёнок????????????"

- Что????!!!! - просипел я сдавленно.

- Папа, - нетерпеливо подпрыгнула Жемчужинка.

- Однако… - проскрипел Старый.

Кач-кач, скрип-скрип… Медленному покачиванию кресла вторит успокаивающее и тихое цвирканье какой-то букахи-цикадки в прибрежных кустах. Ночь, звезды, ленивые, практически беззвучные волны, еле-еле наползающие на пляж. Кое-где, в прозрачной воде фосфоресцируют бледными оттенками синего и красного рачки и редкие кальмарчики, что охотятся на нерасторопных. В воздухе время от времени проносятся крупные светляки и лохматые бражники… Ночная жизнь кипит, но это кипение тихое. Покой и лепота…

За спиной, почти неразличимый в темноте, бдит Головастик. А на моих руках, закутанная в мягкие складки живого одеяла, подгон от пчёлки Вики, безмятежно и сладко, как могут только малые дети, спит маленькая девочка. Наружу точит только милая моська. Высокий чистый лоб, посапывающий носик-курносик, ямочки на щеках, несколько сине-зелёных локонов возле розового ушка… Лёгкая полуулыбка блуждает у Жемчужинки на губах, наверное, ей снится что-то приятное. Это хорошо, это правильно. Сегодня для неё был очень насыщенный день. Столько событий, столько впечатлений, столько знакомств…

А вот мне не спится. Какой тут сон. Жду, не может не прийти. А пока, кручу-верчу и всю ситуацию, и её отдельные элементы в растревоженном сознании. И невольно возвращаюсь к событиям прошедшего дня.

Игнорировать протянутые ручки было просто невозможно! И когда я взял девочку на руки, она тут же смачно приложилась к моей щеке слюнявым поцелуем и счастливо засмеялась, словно рассыпали богатую жмень хрустальных кристалликов! И я поплыл… Передо мной пронеслись лица, глаза, улыбки многих и многих ребятёнков, что вот также сидели у меня на руках за долгие, очень долгие годы. Лица своих потомков и чужих, но не менее любимых детей.

Безграничное доверие, искренняя радость, детская любовь так шибанули от хрупкого тельца Жемчужинки, что меня аж повело! Губы сами собой расползлись в довольной улыбке. И словно вспышка меня озарило осознание, это - моё, родное! Мне вдруг стало совершенно всё равно, отчего и как, почему у меня и для чего у меня "образовалось" такое чудо. Да вообще фиолетово! У меня был сын, там на земле. А вот теперь есть дочь! Тут на Океании! Ну, и слава Богу!

- Доча, - прижимая к себе малышку и вдыхая её едва уловимый, вкусный запах молока, -проворковал я.

- Па-а-па, - радостно отозвалась она.

Ну, а дальше началась кутерьма и бомболойло!

Набежала толпа бацхвари, все, от мала до велика! Каждый хотел посмотреть, потрогать. Они хоть и дисциплинированные разумные, но живое сокровище народа даже их выбило из колеи. Думал, что девочка испугается, и хотел было окоротить набежавших, но как бы не так! Она живо вертелась у меня руках и, смело кладя ладошку на плоские морды бацхвари, четко звенящим голосом произносила…

- Квака! Кварри, Квик, Ква!

Всех, не спутав никого, она называла поимённо! Удивительно! Хотя, честно говоря, не удивительней всего остального. Лягуши осторожно прикасались к её ручкам, ножкам, гладили волосы. Замирали, когда она их касалась в ответ, и блаженно подкатывали глаза в кучу. Явно Жемчужинка оказывала на них некое воздействие. Когда я спросил Квака, что это было, он честно ответил.

- Не знаю. Покой, надежда, уверенность, что всё будет хорошо, ожидание чего-то радостного… Трудно выразить. Никогда раньше такого не испытывал так ярко и всё вместе.

Потом Жемчужинка увидела Головастика! Он всё терся сзади да незаметно, явно тоже обескураженный ситуацией. Ведь он часть меня. А тут приблизился осторожно.

- У-у-у! - восхитилась дочь и, издав восторженный визг, она вытянула к нему ручонки и радостно запрыгала.

- Папа! Папа! Дай-дай-дай! Головася! Головася!

Если я и мог кому полностью доверить ребёнка, так это однозначно Головастику. Уж как его любили дети, и он их, мне хорошо было известно.

- Головастый, отвечаешь… - передавая в цепкие щупальца дочку, не смог удержаться я от ЦУ. Хотя и зря всё-таки. Не уронить, не повредить, не проглядеть, а про защиту вообще молчу.

- Хозяин… - слегка обиженным голосом пробулькал он в ответ.

Через десять секунд дочь уже кувыркалась в переплетении щупалец головастого. Качалась, визжа от восторга, на одном, прыгала, как на батуте, на другом качалась, как на качелях! Еще через минуту вся самая мелкая малышня бацхвари повисла на Головастике тоже, и доче стало ещё веселее!

- Ну, слава Ушедшим, пошла потеха, - промокнул я невидимый пот со лба. Честно говоря, мне была необходима некая пауза, чтобы "продышаться". И очень хорошо, что Головастик её дал. - Многофункциональный ясельный комбинат заработал. Теперь можем обсудить ситуацию гораздо спокойнее. А, Старый?

- Да-а-а… - проскрипел он, потирая плоский подбородок, переглядываясь с несколькими другими авторитетными лягушами, собравшимися вокруг меня, - Ситуация…

Оказалось, ситуация весьма запутанная. То, что Жемчужинка моя дочь и что она божественный ребёнок, Ушедшие шепнули всем бацхвари. Что она есть сокровище народа - тоже. И больше ничего! Вообще - ничего! Что, как, зачем? Чего дальше? Но то, что Жемчужинка имеет отношение к Искуплению, не сомневался никто. Я знал даже меньше них. Мне и таких подробностей не "шепнули". И как дальше? Хотя был я уверен, что в ближайшее время кое-кто придет ко мне и кое-что прояснится. Так я и сказал всем - подождём.

А ещё, через какое-то время, остроглазая, если так можно выразится, Квака узрела внутри раковины нечто, чего там явно раньше не было. Уж раковину обсмотрели, общупали и даже облизали тщательно и многократно. Что с ней делать, пока не решили, но, минимум, она станет предметом культа, как никак колыбель божественного ребёнка.

Оказалось, пока мы трендели о высоком и лупали глазами по сторонам, внутри раковины материализовался некий предмет. Ранец не ранец, рюкзак не рюкзак, что-то гибридное. И явно не для спины человека, слишком узкое, лямки странные, а вот для бацхвари - очень похоже. И моё опознание сразу выдало короткую, но ёмкую справку:

"Изомерная пространственная сумка. Уникальный предмет бонусной территории. Принадлежность - Девятый народ бацхвари. Нельзя уничтожить, потерять, отнять.

Характеристики: десять тысяч регулированных ячеек изменяемой конфигурации. Уменьшение веса и размера - 1х100. Энергия - насос природной маны. Номинальный переносимый вес - 10 кг."

Вот так вот! Одна, мать его, тонна! Таких жирных девайсов мне Система не подкидывала. Да и остальным игрокам вряд ли. Уверен. Любит система своих детей, ох любит. Да и правильно. И хоть я немного позавидовал, чего уж греха таить, но порадовался за девятых гораздо больше.

- Это знак, - проскрипел Старый, разглядывая сумку, - Отчётливый знак нам от Ушедших, что мы на верном пути. Эта сумка нам в великую помощь.

Он повернулся и низко мне поклонился.

- Спасибо, Господин Мо!

- Да мне-то за что?

- За всё…

- Так получилось. Делай что должно, случиться чему суждено.

- Мудро, мудро… - проскрипел старый одним глазом смотря на меня, а вторым проникая в глубины сумки, - Постой-ка, - квакнул он, - а не ваше ли это?

И засунув руку в сумку, начал извлекать из её недр один предмет за другим. Мою шпагу, кинжалы Головастика, одежду, пулемёт и всё остальное. Всю нашу снарягу, до самой мелкой мелочи. И даже пространственный сундук, в котором всё это хранилось!

- А вот это лепо! - не удержался я, - Лепо! Не зажали хабар! За что им всем большое человеческое вельми понеже! Хоть и прикольно в сиреневом, - намекнул я на свои экзотические труселя, - но в штанах как-то привычней.

- Нам всё равно, - хихикнула негодница Квака, - хоть вовсе без всего.

- Вам-то да, но есть весьма внимательные глаза, что не преминут разглядеть детально все подробности со смаком. И вот тут я действительно лучше был без всего, чем в этом.

- Это кто ж такие?

- Мала ещё знать!

- Хи-хи…

Кач-кач, скрип-скрип… А вот и она! Только что её не было, и вот, зелёную Сестру слегка закрыло прозрачное облачко, перелив теней, лёгкий аромат лаванды, пришла… Стоит так близко, что протяни руку и можно коснуться. Лёгкие, почти невесомые складки белой с серебристой искоркой, полупрозрачной ткани изображали нечто вроде платья. Тонкий золотистый поясок. Высокая, волосок к волоску причёска. Улыбка, кажется, немного виноватая. Хотя, скорее всего, я себе напридумывал. Или нет…

- Здравствуй, господин мой, - тихо проронили её губы.

- Госпожа моя… - не делая попытки подняться, так же тихо ответил я.

- Ты не добавил, божественная.

- Божественная… - согласился я.

- Я вижу, что ты немного недоволен?

- Что ты, наоборот, счастлив.

- Не врёшь, - хмыкнула Ева, пристально разглядывая меня.

- А что мне врать? Всё так и есть.

- А что такое лицо неприветливое?

- Если неприветливое лицо получит ответы на некоторые вопросы, и не в стиле - закрытая информация, а вполне внятные, то лицо сразу станет приветливым и даже лучезарным.

- Спрашивай. На три-четыре, может пять, отвечу честно.

- Что вообще происходит?

- Жизнь…

- Ева!

- А ты не задавай общефилософских вопросов!

- Тише… - зашипел я.

- Сам тише…

Некоторое время мы помолчали, наблюдая за ребёнком. Спит…

- Хорошо, - согласился я, - будем конкретными. Не стану задавать вопрос, откуда у меня появилась дочь, магия-шмагия, цифровая вселенная, то-се… Спрошу, почему у меня, зачем, и как это соотносится с девятым народом?

- Жемчужинка - божественный ребёнок. Когда она вырастет, станет полноценной богиней. Ниже по статусу чем я, ибо Ева - Мать Всего Сущего, но вторая по могуществу. Она - будущая богиня Жизни. Её самый главный атрибут - вода. Ведь вода, и все её проявления - и есть жизнь. Так уж заведено в этой вселенной. И в игровой и не игровой тоже, - добавила Ева, - По крайней мере, в той части, которая нам известна.

Очень интересная информация, однако. Это я про воду, как основу жизни во вселенной.

- Когда она вырастет, то совершит нечто такое, что дарует девятому народу, - продолжила Ева, - Искупление. Или не совершит.

- Как это?

- Очень просто. Всё будет зависеть от того, какая она вырастет, кем станет. И вот тут многое будет зависеть от тебя. Ты её отец, и воспитывать, в основном, будешь ты.

- Это за какие же заслуги ты мне квест такой подогнала, услада сердца моего?

- Не я, ты сам себе организовал. В тот момент, когда решил помочь девятому народу, - Ева была совершенно серьёзной, - Не просто мимоходом под локоток поддержал, а вляпался от всей широты своей души, всеми своими силами и способностями. Было такое, э?

- Было… - чего уж отрицать очевидное. Не одно доброе дело никогда не остаётся безнаказанным. Всегда это знал…

- А дальше цепь событий и… вот ты уже и отец. Хи-хи…

Ну да, смешно. Очень. И не то, чтобы я против, а в данный момент, наоборот, очень даже рад, и, чего врать самому себе - счастлив, но ответы нужны как воздух.

- Но почему я? Почему отец и всё такое…

- Знаешь сколько девочек, прошедших через твоё воспитание, скажем так - успешны, востребованы и благополучны?

- Очень хотелось бы, чтобы все, - пожал я плечами, - Но это вряд ли. Честно говоря, если напрягусь, вспомню, наверное, каждую, но именно как девочек. За жизнью многих не следил пристально. Только за некоторыми, а за остальными - так, постольку-поскольку.

- Успешны, по вашим общественным критериям успешности - сорок семь процентов! - подняла палец вверх Ева, - Почти половина! Это очень и очень хорошо, господин мой.

- Сорок семь, неплохо, - непроизвольно скривился я, - но это даже меньше половины.

- Это, если не учитывать, что востребованы уже восемьдесят два процента. Надеюсь, ты понимаешь разницу между успешностью и востребованностью?

- Не дурак поди. Не каждая женщина готова рвать жилы, чтобы стать действительно успешной, в понимании современной общественной парадигмы. Подняться на вершину, это надо многое сбросить с плеч. Хобби, друзей, семью, нормальную жизнь…

А когда залезешь так высоко, стоя на вершине, ты вдруг понимаешь, что стоишь один! Тебя обдувают суровые ветра, зябко, холодно и любой шаг в сторону - падение. И нет руки, родной, дружеской, что может тебя поддержать в этот миг. Отказался, растерял, оттолкнул, а то и вовсе - предал… Я видел такое не раз, да. Единицам дано подняться сохранив всё это…

- Из сорока семи процентов, тридцать восемь сумели затащить на "гору" не только себя, но и своё "хозяйство". В той или иной мере, но смогли. Пусть не все "горы" оказались Эверестами и Монбланами, и тем не менее.

- Ого! А вот это приятно!

- А знаешь, сколько девочек считают себя благополучными, в том самом, в женском понимании? - хитро улыбнулась божественная.

- Удиви.

- Девяносто восемь процентов. И, заметь, все отмечали твое самое непосредственное влияние на такое положение вещей.

- Это… очень приятно, не скрою, да. Однако, - спохватился я, - откуда такая выборка? Многие, увы, умерли гораздо раньше, чем появились вы.

- Господин Мо, - улыбнулась Ева, - к тому моменту, когда ты стал оказывать влияние на молодежь, как учитель, уже вовсю цвели и пахли информационные технологии. Нам удалось отследить практически всех, так или иначе, твоих воспитанниц.

Вполне такое может быть, мелькнуло у меня в голове. Себя я стал проявлять как "учитель жизни" в конце двадцатых, а в то время всяческие соцсети, архивы данных и информационные банки функционировали весьма активно. Можно сказать, каждый был взвешен, оценен, измерен.

- Это всё хорошо, но причём здесь Жемчужинка?

- Она воплощена, прежде всего, как человеческая богиня. Я так считаю, ты лучший кандидат, чтобы привить ей человеческие качества, человеческий взгляд на мир, ценности и в целом - менталитет.

- Мутота какая-то! - еле сдержался я чтобы не фыркнуть, - Разве богинь воспитывают старые пердуны? Обаятельные, привлекательные, мудрые, как скромный я, но всё же простой человек?

- А как, по-твоему, появляются боги?

- Вот так вопросец! Да откуда же мне знать?!

- Ну если предположить такому мудрому как ты?

- Ну, если предположить, то… Родились вместе с вселенной, как неотделимая часть её? Может они всего лишь часть Великого и Непознаваемого Отца-Творца. Аватары его, с тысячной долей могущества его, для нас, для скудоумных? Или они воплотились от энергии веры существ, верящих в них? Или вот как ты, была создана кем-то. Возможно тоже богами? Э?

Но ничего на это не ответила Ева, лишь улыбнулась очень загадочно.

- Всё может быть, все может быть… Но скажу лишь одно: боги - не прыщики, неожиданно выскакивающие в неудобном месте. Лучший вариант, это когда воплощенный божественный ребёнок воспитывается в нужном ключе, правильным отцом.

- А мать?

- И матерью, тоже.

- И где же она? А ещё более интересный вопрос - кто она?

- Давай, пока опустим эти подробности.

- Начинается…

- Вернёмся к тебе, - решительно свела бровки Ева, - Львиная доля воспитания, как я уже говорила, ляжет на тебя.

- Льстит, конечно, что я правильный отец, осталось разобраться, что такое "в правильном ключе".

- Может, не очень удачно выразилась, - пожала плечами Ева, - в правильном направлении, парадигме, правильными моральными установками, называй, как хочешь. Ну, ты понял.

- Ни черта не понял, - стал закипать я, и только спящая дочь сдерживала от активной жестикуляции и неупотребимых в печати и общественных местах слов.

- Просто воспитывай Жемчужинку, как всех своих девочек, - спокойно улыбнулась божественная.

- Просто!

- Просто.

- Просто человек, просто богиню. Конечно, это же так просто. С учётом того, что с пацаном куда как проще. Делай как я, можно поговорить по-мужски, где разговоры не помогают - и по заднице врезать вполне себе. А дочке, да ещё любимой, поди попробуй, рука не поднимается. А вырастишь, взлелеешь, распустится цветок прекрасный, а потом - знаешь что произойдёт?

- Что?

- Ужас и кошмар!

- С чего бы это?

- С того! Это не сын приведёт кого-то, а если ещё и красивая да умная, то только одобрям сплошной. А незнакомый наглый тип, который, как правило, сразу же категорически не нравится, припрётся на порог забрать твою кровиночку. Нормальные отцы, открою тебе секрет, куда как тяжелее переживают такую ситуацию.

- Я в тебя верю! - только и улыбнулась божественная на мой спич.

- Пф-ф-ф…

Помолчали.

- Во многих пантеонах божеств, в том числе самых значимых, есть Бог-Отец, - продолжила Ева.

- Вот именно - бог! - тут же вставил я.

- И как правило, не очень хороший отец, - парировала Ева, - А часто, как отец - совсем плохой. Может, отец-не бог, как вариант, будет поинтересней? Ты воспитатель не из последних, можно сказать, это твой самый яркий талант. И далеко не единственный. И ты меня устраиваешь полностью. Не могу всего сказать, просто поверь, ты - лучшая кандидатура.

- Хм, из твоих слов можно сделать вывод, что кандидатов было несколько. А скажи-ка, щербет души моей, сколько ситуаций, где я испытывал знатное бомболойло, подстроено тобой, чтобы проверить меня на профпригодность?

- Подстроено? Ни одной! - на голубом глазу открестилась божественная, - Только естественный ход событий. Клянусь отчизной, как говорит один очень честный человек, который никогда не врёт.

- Верю тебе, верю. Тебе - верю, госпожа моя… - сарказм из моего шипения можно было черпать вёдрами.

И снова помолчали. Не знаю, что за мысли были в голове божественной, но у меня их столько, что они сплелись в один огромный замысловатый клубок.И ни одной дельной.

- Ладно, - выдохнул я, - что надо делать?

- Ничего особого. Просто воспитывай Жемчужинку, как свою дочь. Люби её, лелей, балуй, наказывай, если это необходимо. Учи тому, что знаешь сам, привлекай других. Направляй и поддерживай. Объясни, что такое хорошо, и что такое плохо. Покажи краски этого мира, его величие, тайны, большие и малые. В общем, всё то, что ты делал много-много раз.

- Я понял. Теперь расскажи о подводных камнях.

- О подводных камнях? - приподняла бровку Ева, изображая непонимание.

- Да. О непременном и эксклюзивном геморрое, который вылезет на этом ровном пути, что ты тут описала.

- А что, простого ребёнка можно воспитать, не геморроясь, по твоему грубому выражению?

- Нельзя, ты права. Ни один ребёнок не бывает просто - ребёнок. И зная это, мне оченно интересно, что меня ждёт с божественным? - требовательно уставился я на Еву, - Сама понимаешь, не праздный интерес.

- Ну, - на секунду задумалась она, - расти Жемчужинка будет быстрее обычного ребёнка. В зависимости от развития - возможно даже рывками. Услышанное, увиденное, сделанное однажды, повторять не придётся. Запомнит и научится навсегда. Кстати, калька с твоего уникального мозга. Уже при воплощении Жемчужинка обладает некоторыми твоими способностями, полученными от тебя по "наследству" - божественная многозначительно пошевелила бровками, - Какие, выяснишь сам. Развиваться, в смысле талантов, может в любые стороны одновременно.

Погибнуть ей невозможно, но боль, болезни и травмы будут ей грозить, как и обычному ребёнку. Это необходимо ей для правильного восприятия жизни. Так что, её божественность - не повод расслабляться, - глянула Ева на меня строго.

- Да ты ещё поучи отца… - возмутился я, но продолжать не стал.

- Жемчужинка может "прокачивать" себя, так это у вас называется, и как игрок, и как цифра. Вода, - продолжила Ева, подняв палец вверх, - её родная стихия. Всё, что содержит хоть частичку её, и даже скажу больше: всё, что является жидкостью, в её власти. Экспериментировать своей силой Жемчужинка, как и всякий ребёнок, будет смело. Тебе придётся контролировать это, а также обучать и направлять.

- Это-то понятно, - вздохнул я, - но поди ещё смоги…

- Сможешь, - уверенно кивнула Ева.

- Мне б твою уверенность.

- Мы будем помогать.

- Мы, это кто?

- Я, посланцы, Отец-Океан, Океания. Сам этот мир будет помогать ей… и тебе. Не явно, не напрямую, но всё же…

- Не, ну с такими помощниками, тогда - да! Сиди в кресле-качалке да в носу ковыряйся, - и, видя, что Ева прекратила дозволенные речи, подтолкнул её, - Давай большое "НО".

- Умный, - вздохнула Ева сожалеюще.

- Да-да, мне об этом многие говорили. Хруунг вообще за это прибить хотел. Не молчи, свет очей моих, скажи…

- Чтобы стать полноценной богиней, Жемчужинка, когда вырастет, должна будет пройти инициацию.

- И инициация, - подхватил я, когда она замолчала, - и будет самый главный геморрой. Да?

- Да.

- И какой?

- А вот это ты узнаешь, когда настанет нужный момент. Просто не могу сказать, поверь.

- Чудно… Вот мы и добрались до так мною любимого раздела - закрытая информация.

- Не могу сказать не от того, что не хочу, - Ева немного грустно улыбнулась и слегка покачала головой, - а прежде всего потому, что нет однозначного будущего. Оно настолько вариативно, что предсказать его невозможно. Особенно судьбу божественного ребёнка. Что случится к моменту её взросления, какая она станет, кем. В чём будет выражаться инициация к этому моменту? Нет раз и навсегда предопределённой судьбы, Господин Мо. Понимаешь?

- Хм… Может я, как никто другой понимаю это. Ладно, - доставать девочку ещё больше смысла не видел совершенно, - случится, как я понял, это не завтра, и не послезавтра, а когда случится, будем делать, что должно. Но вопросы, - я погрозил ей пальцем, - ещё задам. По ходу жизни, так сказать. И уж ты постарайся ответить.

- На те, на которые смогу, - хитро улыбнулась она в ответ, - И сразу давай решим ещё один, по ходу жизни. Жемчужинка - замечательное имя для девочки, для домашнего и узкого круга замечательное, но как для богини - очень длинное.

- Скажешь, в чём фишка в количестве букв?

- А ты ещё не узнал?

- Нет, - очень пришлось напрячь булки, чтобы мой голос звучал спокойно.

- Ну, тогда и я не скажу, хи-хи… Узнаешь у кого-нибудь другого.

- Я когда-нибудь, кого-нибудь убью.

- Но не сейчас. Сейчас надо дать дочери достойное имя, для широких масс.

- Дана.

- Дана?! - Ева на мгновение застыла, словно прислушиваясь к чему-то. А потом медленно кивнула, - Дана, на арабском и есть - жемчужина. Это - красиво. Коротко, но на буковку длиннее, чем потаённое имя Матери Всего Сущего. Мне нравится.

- На буковку… - не смог сдержать шипения я.

- Ну, не злись, мой господин, не злись. И дай мне её подержать уже, - Ева сделала шаг вперёд и протянула руки.

- Ещё чего, - я откачнулся в кресле как мог дальше, - Чтобы чужие тёти мою дочурку руками лапали…

- Ты что? - не шутошно поразилась Ева, - Обиделся?

- Ничего не обиделся. Моя дочь, значит - моя. Все остальные идут лесом, плывут проливом или летят попутным ветром.

- Я и сама могу забрать, - нехорошо прищурилась Ева.

- О, это ты можешь… - но при взгляде на подбоченившуюся божественную, меня вдруг пронзила неожиданная, нереальная, глупая, мысль. Откуда она взялась, что на неё меня натолкнуло? - но тем не менее, - Или не можешь?!

Некоторое время Ева сверлила меня очень пристальным и совсем не добрым взглядом, но я сделал совершенно постное лицо, только что насвистывать не начал.

- Не могу, - проронила она.

- О-хо-хо-хо-о-о… - чуть не в голос забулькал я.

- Тсы-сы-сы-сс - зашипела на меня громко Ева.

- Ш-ш-ш-ш…- ответил я, но гораздо тише.

Мы уставились на Жемчужинку. Но спит ребёнок! Какая у малышки чудесная, крепкая нервная система.

- Даже не хочу знать, - непроизвольно улыбаясь, подмигнул я Еве, - почему ты не можешь взять на руки ребёнка без моего разрешения. Главное - не можешь, хе-хе…

Вот момент триумфа! Вот когда отольются кошке мышкины слёзы. Вот сейчас и потролим божество…

Я, конечно, всего ожидал, но вместо проклятий, чего от богини услышать бы не хотелось, вместо угроз, что не лучше, торга и кляньчанья, на что рассчитывал, Ева, вдруг словно потухла. Плечи её опустились, головка склонилась на бок, какая-то жалкая и беззащитная улыбка скользнула по её губам… И я отчётливо понял, той самой странной интуитивной способностью, которая помогала мне всю жизнь, что мои шутки - совсем не шутки, а хрень полная. Желание немного "куснуть" божественную, слегка отыграться за всю эту ситуацию, нужного отклика не вызвало, и вообще всё пошло куда-то не туда.

- Свет очей моих, - аккуратно поднявшись и подойдя к ней, я протянул малышку Еве, - Прости дурачка! Видать, до мудрости мне несколько дальше, чем я надеялся. Это было не смешно, а даже очень глупо.

Ева сразу же ожила, расцвела радостной улыбкой, засияла глазами! Пахнуло тонким ароматом лаванды, и даже свет Сестёр стал как бы ярче.

- Спасибо, - еле слышно прошелестели её губы. Бережно приняв девочку, она долго смотрела на неё, слегка покачивая и улыбаясь. А Жемчужинка, не просыпаясь, улыбалась в ответ.

Поцеловав её в лобик, божественная вернула мне ребёнка обратно. Весь вид Евы говорил о том, что она очень и очень довольна, даже счастлива.

- Мне пора, господин мой, - провела она ладонью по моей щеке, - Теперь мы будем видеться чаще. Не слишком, но чаще, чем раньше.

- Я рад, свет очей моих. Я и моя дочь всегда будем рады видеть тебя… Огонь сердца моего!

- Конечно, - прикладывая пальчик к моим губам, заткнула она фонтан моего красноречия, - как может дочка не радоваться своей маме.

Блеснула озорно глазами и пропала!

- Маме? - пошептал я в темноту обескуражено, - Какой маме?

Иногда мужики нереально реально тормозные! Но после секундной заминки я, каюсь, второй раз обратился к опознанию, глядя на девочку на моих руках.

"Жемчужинка. Дочь Господина Мо. Дочь Евы. Божественный ребёнок Дана????????"

- Ах ты… Ковар-р-рная! Какая коварная! Как так-то? - просипел сдавленным голосом я в звездные небеса, - Ну, погоди! Ну, погоди у меня…

А они, как всегда, не ответили.

Глава 13

С утра Жемчужинка была весела, энергична и в прекрасным настроением. К этому моменту мастер-конфекционер, то бишь я, уже скроил и сшил на скорую руку лёгкий пляжный комплект из мягкой материи паучего шелка. Трусики, короткая юбчонка, майка-топик. Остальной одеждой займусь более тщательно и не спеша. Доче не только должно быть удобно, но и красиво.

Когда Жемчужинка проснулась, а остаток ночи она спала в колыбели из щупалец Головастика, самой мягкой, самой надежной, самой безопасной из всех колыбелей, то тут я её и обрадовал обновками.

С восторженным «и-и-и…» она тут же схватила их и, мгновенно разобравшись, надела все совершенно правильно. Ну так, женщина, что тут ещё сказать.

Пару раз прокрутившись и радостно смеясь, она залезла мне на руки и, прикладываясь смачными поцелуями, принялась благодарить.

- Папа - чмок! Спасибо - чмок! Папа - чмок! Хороший - чмок… Кушать - чмок!

- Кушать? - с удовольствием погладил я Жемчужинку по сине-зелёным волосам.

- Кушать!

Кушать есть у нас чего! У дочи имелся прекрасный аппетит. А главное, она оказалась совершенно не капризна во вкусовых предпочтениях. Рыба - давай, моллюски - годится, фрукты - замечательно, овощи - пойдёт! Всё полезно, что в рот полезло! Похоже, заморачиваться с "правильным питанием" мне не придётся. Я вообще считаю, что правильное питание - это такая себе тема. Когда ребёнок не болен, а, наоборот, вполне здоров, и мечет продукты, что ни дай, оно, питание это, как бы вовсе неактуально. Заскочит ребятёнок за стол, накидается вредного, но очень вкусного, и айда дальше энергию тратить. Что вовне не выплеснет, то в рост пойдёт.

Мне могут возразить, что мол, наука знает лучше. Может быть… Но вот услышал я в двадцатых годах, что, оказывается, манная каша, да на молочке, совсем не полезна малышам. Это высоколобые доктора-диетологи выяснили. Я как услышал - обалдел, помню. Полез проверять - может шутка?Ан нет, действительно утверждают! Как-то там всё исследовали, чего-то такое выяснили. И молодым мамкам, ну и папкам, в мозг серут своими высоконаучными выводами, а те и верят.

Я не учёный, но на манной каше выросли целые поколения. Миллионы и миллионы. Больше скажу, в тяжелые времена, во время Великой Отечественной, у кого была возможность манной кашкой питаться, то тех и выжило больше. А у кого возможности не было, то далеко не все.

Да и в Советском Союзе, наверное, от великой глупости кормили детей в садах, школах, летних лагерях и домах отдыха. Дураки поди все были.

Но это я так, отвлёкся. Просто вспомнилось что-то. Я тогда знатно навтыкал некоторым родителям, когда узнал, что они поверили хрени лютой. Копеечная манка - вредна!? А всяческие полухимические дорогие прикормочные смеси - зело полезно? А может напрячь извилины и выяснить, кто таким креативным учёным зузы на исследования выделяет. Как бы не те же производители смесей! Умному достаточно…

Не успела доча доесть, как на "горизонте" нарисовались головастики бацхвари, вчерашняя малышня, с которыми Дана зажигала до самого вечера.

- Доешь, - пресёк я поползновение дочи сбежать к друзьям. Золотой ребёнок послушно дожевала сочный фрукт а,ля груша, и, ухватив за щупальце Головастика, потянула за собой…

- Играть, Головастик, играть!

- Идите, - непроизвольно улыбнулся я, - Головастик… ты в курсе.

- Хозяин… - пробулькал он в ответ осуждающе.

Не успели они умотать весёлой толпой на пляж, как возле меня нарисовался Старый с несколькими авторитетными перцами девятого народа. Все такие взволнованные, несколько дёрганные. Необычно это для слегка флегматичных бацхвари.

- Есть серьёзный разговор, Мо, - возбуждённо шевеля глазами во все стороны, проскрипел он, - Очень серьёзный.

- Чтож, давайте поговорим, - кивнул я на несколько стульев под навесом.

Через пять минут выяснилось, отчего так растревожились большие лягуши. Оказывается, всем взрослым ночью было видение! Не просто Ушедшие Боги в уши нашептали, как это обычно водится у Системы, а целую киношку показали. Короткую, но вполне ясную и не имеющую множества толкований.

Суть: Жемчужинка, она же божественный ребёнок, и есть прямая дорога к Искуплению девятого народа. Надо лишь быть рядом с ней, служить ей, оберегать её. Научить тому, что сами умеют, открыть все знания об Океане, что знают. И однажды, когда она вырастет, то произойдёт нечто, и случится Искупление.

Именно в этом, очень важном месте видения смутные и зажеванные, без конкретики. Кто бы сомневался…

Для более "результативного" служения девятому народу полагаются некие послабления. Теперь им разрешается проживать в одном месте аж целый год. Но на следующий - всё равно, пожалте переселиться.

Изготовленное руками бацхвари будет служить нормально, а не рассыпаться от неосторожного чиха. Тоесть, свой положенный срок, как если бы это сделал любой разумный. В зависимости от материалов и умения, конечно.

Магию девятому народу не вернули, но негативное влияние на магические предметы, амулеты, артефакты и вообще магию, как таковую, снимается.

Вроде, всего три пункта, но и они уже огромный шаг для выживания девятого народа. Однако, всё это будет работать, только если они будут находиться рядом с Жемчужинкой. Отсюда извечный русский вопрос - что делать? Кто виноват - второй классический вопрос, они и сами знают. Что делать, Господин Мо? Ведь Жемчужинка не предмет, не артефакт, не нечто, что можно положить в кошель и держать при себе, доставая по мере надобности. Она - божественный ребёнок! Будущая богиня. Более того, дочь Господина Мо! Решит он пойти туда, не знаю куда, вместе со своей дочерью, сесть и уплыть в безбрежные дали, или поселиться на удобном месте на долгие годы, чтобы спокойно воспитывать Жемчужинку, и никто из девятого народа возразить не посмеет. Ведь это они зависят от него, а не он от них. Он уже помог им так, как никто не помогал. Что-то требовать и на чём-то настаивать Ушедшие Боги отучили девятый народ основательно. Ныне они могут только просить…

- Что же нам делать, Господин Мо… - тихо проскрипел Старый.

- Что делать, что делать… - отстранённо пробормотал я. Так и подмывало ответить - заголять да бегать. Но уж бацхвари точно не причём. Это всё Система, она же Ева, свет, мать её божественную, очей моих.

Мало того, что нагрузила воспитанием оченно непростого ребёнка, мало того, что увязала с ней судьбу целого народа, так ещё коварно пролезла в матери к моей Жемчужинке. Вот это больше всего меня возмущало! Ведь если я отец, она мать, у нас есть дочь, то где процесс делания детей? Э? Где? Все эти электронно-пиксельно-виртуальные заморочки, в данном случае, пошли бы в жо! Натурализма хочу! Вот что меня волнует! А с бацхвари вообще никаких сложностей…

- И в чём проблема, Старый? Поплывём от острова к острову, хошь вперёд, хошь назад, а хошь вбок. Будем кочевать по волнам, где понравится - задержимся, а где нет - плюнем и дальше двинем. Будем холить и лелеять Жемчужинку, но разумно и строго. Учить и воспитывать, раз так сложилось. Девятый народ никак ни мне, ни доче не мешает. Но, - увидев, как оживились лягуши - с одним непременным условием.

- Каким? - квакнул Старый.

- Никаких преклонений перед Жемчужинкой чтоб я не видел! Падения ниц, ритуальных плясок, превознесений и восхвалений. Да, она непростой ребёнок, будущая богиня и всё такое, но детство у неё должно быть нормальное. Со специфическими поправками, конечно, но с ними мы будем разбираться по ходу жизни. Никаких потаканий капризам, лебезения и всего такого прочего!

- Мы поняли тебя, Господин Мо, - шустро обменявшись взглядами, кивнул головой Старый.

- Очень на это надеюсь, бацхвари девятого народа, - грозно обвёл я взглядом присутствующих, - Не дай Ушедшие, не внемлите, замечу косяки, долго рассусоливать не стану, враз налажу ваше племя в противоположную сторону.

- Мы поняли тебя, Господин Мо, - ещё раз проскрипел Старый, - Будем относиться к ней, как к обычному ребёнку. Как к нашему ребёнку. Не больше, но и не меньше. А ты знаешь уже, какая это ценность для нас. Как мы к ним относимся.

- Знаю. И не буду требовать невозможного и неразумного. Иногда баловать, не тоже самое, что всё дозволять. Любить - не значит бездумно преклонятся. Нас всех, друзья, - я окинул взглядом стоявших авторитетных перцев племени - ждут непростые времена. Давайте преодолеем их вместе и достойно.

Видно было, что мои последние слова основательно расслабили пришедшую делегацию. Послышались согласные кваки, кожа у лягух несколько позеленела, что явный признак ослабления напряжения, глазные отростки перестали дёргано суетиться. Отпустило товарищей, да.

- И что будем делать дальше? - уже много спокойней задал насущный вопрос Старый.

- А вот это мы сейчас и обсудим. Присядем, выпьем взварчиков, прикинем тактику и стратегию, так сказать. Не спеша и вдумчиво. Что, куда и как…

И мы стали прикидывать.

- Не боишься? - я зашел в воду уже по грудь.

- Неа! - мотнула сине-зелёными, стеклянно переливающимися волосами Жемчужинка.

- Если что…

- Папа, - провела мне по щеке ладошкой дочь, сидящая у меня на руках, - не бойся. Я с тобой.

- О, тогда конечно, - улыбнулся я.

После длительного "совета вождей", где мы накидали некоторые планы на будущее, я решил взять Жемчужинку и окунуться в глубину. Не то, что прям глубоко, но до этого я категорически запрещал Головастику пускать дочь глубже, чем по пояс. Вот сейчас и проверим, насколько ей передались мои способности.

- Ныряем…

И мы нырнули! Посидели немного под водой… Никакого удушья у дочери не наблюдается. Ни паники, ни простого неудобства. В общем-то, я и так был уверен в словах Евы, но должен же был проверить.

Жемчужинка нетерпеливо заерзала на руках и, дернув меня за ухо, указала пальчиком в глубину, пора, мол, хватит сидеть на попе ровно.

Ровное, песчано-каменистое дно, по которому скользят изломанные лучи солнечного света. Мелкие кораллы и редкие пучки водорослей, крабики и раковины, мельтешащие креветки и стайки шустрых рыбок. Маленький осьминог, притаившийся под камнем, зацепившийся крючком хвоста за коралл расписной морской конёк. Расширенные в восторге и любопытстве глаза дочи! Дальше, дальше, в глубь! Всё интересней и разнообразней ландшафт, всё ярче и изобильней жизнь вокруг. Я отпускаю дочь с рук, и она, восторженно бултыхая ручками и ножками, начинает неуклюже исследовать новый и удивительный мир. Улыбка не сходит с её лица. Она указывает пальчиком на шустрого краба и стремительное щупальце хватает беднягу, подтаскивая его поближе к носу Жемчужинки. Головастик, естественно, рядом, бдит, как никогда, и рад стараться…

Не прошло и пары минут, как нас настигла стая головастиков бацхвари. Мелких друзей Жемчужинки. Их сопровождали двое взрослых охранников, вооруженных до зубов. В общем-то, с Головастиком другой особой защиты как бы и не надо, но таков порядок. Девятый народ очень печётся о своих детях.

Малышня сразу же устроила кутерьму и принялась нарушать безобразия, а я облегчённо вздохнул, всё идёт как надо…

*****

Янка, сгорая от нетерпения, открыла очередное сообщение от Деда и… обалдела!

- Привет, потомки! - радостно улыбнулся Дед, держа на руках маленькую, годика четыре, не больше, девчушку.

Малышку уси-ути-пусечку, ми-ми-ми-мишечку. Прелесть! Просто прелесть! Янка сразу приметила, что черты девочки имеют неоспоримое сходство с лицом Деда. Не говоря уж про волосы и глаза. Дед, словно давая рассмотреть её подробней, даже сделал паузу.

- Да ладно! - не веряще прошептала Янка, поймав себя на одной, очень смелой мысли.

- Знаете кто это? Ну откуда вам, темным, знать, хе-хе! Это Дана! Дана, помаши дядям и тётям ручкой.

- При-ивет! - расплывшись в улыбке, энергично замахала ладошкой Дана.

- Дана - моя дочь и, соответственно, многим из вас - тётя! Прикиньте, чего только в биологии не бывает, хе-хе, вам там многим под сра… кхм, много лет, а у вас вот такая, - Дед подкинул и поймал радостно взвизгнувшую девочку, - тетя! Тебе, Янка-няшка, кажись, раза четыре пра-пра тетя, хе-хе…

- Как, откуда и почему у меня появилась дочь, не скажу, - продолжил Дед, улыбаясь, - Страшный секрет, да! Умрите все там от любопытства! Достаточно вам того, что это именно так и есть, без обмана. Много про неё рассказывать не буду. Может пока, хе-хе. Если будете вести себя хорошо, тогда посмотрим.

- Но, - и тут вся весёлость Деда мгновенно испарилась, - вы, надеюсь, понимаете всю тонкость ситуации? Трендеть о таком вряд ли стоит. Тем более, что Дана - совсем не простой ребёнок. И на этом, пожалуй, всё в этот раз. Думаю, вам и того, чтоб выпасть в осадок и попузыриться, достаточно.

- Скажи, моё сокровище, - Дед чмокнул в щечку Дану, - Янка - пока!

- Янка, пока-а-а! - замахала она ладошкой, расплывшись в яркой улыбке…

Стоило погаснуть изображению, как девушка вскочила и забегала кругами! Как! Как!? У виртуального Деда, понятно, что виртуальная дочь, но как такое в принципе возможно! Но… возможно! А если возможно, то, что это дочь Деда, даже визуально видно, значит об игре мы чего-то не знаем. Или вообще ничего не знаем? Мы о ней хоть что-то знаем?

Секс, что уж скрывать, игроков с цифрами в Бесконечной Вселенной имел место быть. Говорить за него промеж самих игроков вовсе не стоит. Тут он просто цвёл и пах всеми оттенками. Но ещё не разу от этого ни у кого не появлялось детей. Если бы такое случилось, скрыть бы не удалось, шум поднялся бы до небес и выше.

Дети в БВ- это не просто усложнение игры, это новый уровень виртуальной реальности. На Земле, в реале, очень, очень много таких, кто не может иметь детей. И просто не могут по медицинским показателям, или могут, но родятся детишки с целым букетом генетических уродств. Увы, человечество основательно замусорило геном неумеренным употреблением в организм всякой гадости, в том числе и медицинской. Есть люди, не могущие иметь детей по социальным причинам. Есть страны, где деторождение ограничено государством. Да мало ли… И тут такое! Если игрокам можно будет иметь детей в игре, пусть и виртуальных, но своих, родных, то… Янка даже не могла сразу осмыслить масштаб изменений. А ведь у Деда ребенок, судя по всему, не от женщины-игрока, от цифры. Это вообще, что такое будет?!

- Так, так, соберись, - скомандовала сама себе Янка, - Прежде всего надо показать это Аграфу. Ему одному, а уж он пусть дальше сам решает, кому показать.

Быстро набрав вызов, она отбила сообщение: «Дедушка, пришло очередное послание от Патриарха. Это бомба! Сначала надо посмотреть тебе».

- Ну дед! Ну, жох! У меня четырёхлетняя цифровая тётя! - сделала Янка рука-лицо, - Я в шоке!

*****

- Папа, сегодня расскажи сказку, - заявила Жемчужинка за ужином. Словарный запас ребёнка стремительно рос не по дням, а по часам. И это отнюдь не литературная гипербола.

- Сказку?

- Да! На ночь!

- А у меня есть сказки на ночь?

- Да! - уверенно тряхнула сотней тоненьких косичек, мастерски заплетённых ловкими щупальцами Головастика, - Мне Квури, Кво и Кваля рассказали.

- Это кто такие?

- Друзья. Они слышали уже твои сказки, им очень понравилось.

Ага, припоминаю, во время сезона штормов, да и после, иногда вечерком я баловал бацхвари разными историями. И в первых рядах, конечно, грела уши малышня.

- Ну-у, есть у меня сказок. Но только, если будешь хорошо себя вести, слушаться, кушать и учится, - тут же заложил я профит в это дело.

- Не волнуйся, папа, буду хорошо кушать и учится, - улыбнулась Жемчужинка.

Хитро! Хитро, да! Но не на того напала, малявка. Таких шустрых дедушка Мо повидал на свете куда как много, хе-хе…

- Ты забыла слова - вести и слушаться.

- Правда? - удивлённо-наивно распахнула глазки дочь.

- Точно.

- Конечно буду хорошо себя вести и слушаться, папа, - хитрюга моментально переобулась в воздухе.

Шел только второй день, как у меня появилась дочь. Что-то мне подсказывает: процесс воспитания будет несколько более "интересным", чем я думал. Чудо-ребёнок уже сходу попытался меня развести. Интересно, в кого она такая? В папу или в маму? Думаю, в маму. Я же не такой, конечно…

Как вы думаете, в каком формате предпочла Жемчужинка прослушивание сказок? Естественно, в коллективном! Вся малышня, друзья дочери и даже те, кто постарше. Ведь так интереснее, правда. Удивляться, сопереживать, "пугаться", издавать всяческие эмоциональные звуки вместе, типа "о-о-о" или "у-у-у". Опять же, можно коротенько обсудить развитие сюжета. И, судя по реакции слушателей, теперь мне надолго быть Шахерезадой, хе-хе… Но разве ж мне жалко? Мне главное вложить в эти сказки-рассказки как можно больше интересного и поучительного, полезного для маленьких мозгов, впитывающих окружающий мир, как губка.

Уж полночь близится… а я не сплю. Я вообще сплю мало. А теперь и вовсе… Сижу, качаюсь в кресле, сам качаюсь и качаю на руках Жемчужинку. Завёрнутая в живое покрывало, спит доча, посапывая носиком и улыбается во сне. Ей тепло и уютно, спокойно. А я всё никак не могу передать её в надёжные щупальца Головастика, что нависает смутной тенью за спиной, сам наслаждаюсь близостью.

Однако, с утра необходимо будет заняться обустройством быта для дочи серьёзно. Устроить в одном из кубриков для неё спальню. Выкинуть лишнее, поставить кроватку, маленький столик, стульчики, то, сё. И на берегу соорудить какое-нибудь бунгало, да. Там тоже кроватку поставить, стол, и много стульчиков. Смастерить каких-нибудь игрушек. Мы тут, на этом пляже, ещё задержимся на некоторое время. Подшаманим лодки, усовершенствуем, где надо, добавим кое-какое оборудование. Не только техническое, но и магическое. Наклепаю амулетов простеньких, но полезных. Раз уж вышло послабление девятым с магией, то грех им не воспользоваться.

Они пришли без шумных и красочных эффектов, но взявшись за руки… Последнее время, если вдвоём, именно так и бывает. Лишь пахнуло пустынным зноем вперемешку с морозной свежестью. Чуть-чуть…

Не то, что я был уверен, явятся именно сегодня, но не прейти они не могли.

- Ребята…

- Господин Мо, - неожиданно глубоко поклонились они.

- Что случилось, друзья? - не по-детски удивился я, - Рамзес, брат, что за глубокий прогиб в спине? Тебя кто-то из графской челяди укусил? Съел что-то? Люси, - перевёл взгляд на белоснежную, - что за дела?

- Простите… прости, - под моим недобрым взглядом начал мямлить Рамзес, - Господин… э-э-э, брат, я хотел сказать. Изменение вашего… хр-р… твоего статуса.

- Всё уже, захлопнись! Давайте сделаем вид, что я не слышал этот бред. Э?

- Господин Мо, - подала голос Люси, - но вы… ты, - тут же исправилась она, поймав мой взгляд, - отец дочери нашей Великой Госпожи. И муж её! И твой статус стал несколько выше, чем был раньше. Я бы сказала, много выше.

- Не знаю ничего про статус, тем более про мужа, но если вы не перестанете страдать хернёй, простите меня за мой грубый французский, будете ломать комедию с поклонами, статусами и остальной туфтой, до которой мне абсолютно фиолетово, то можем серьёзно поссориться. Я есть тот, кто я есть. Кем был, тем и остался. Если вы улавливаете мою простую мысль. Крылья не появились, корона на ушах не висит, нимб не светится. И я хочу видеть тех самых Рамзеса и Люси, что знал раньше, а не вот это…

Некоторое время мы молчали, глядя друг на друга. Но вот наконец-то Рамзес встряхнулся, расправил плечи, хвост снова встал трубой…

- Прости брат. Люди они ведь такие, другого даже малое возвышение меняет основательно. А уж высокая власть, статус, даже простое материальное богатство корёжит неимоверно. Мы рады, что тебя это не коснулось.

Люси только головой кивнула, подтверждая слова Рамзеса.

- Это да, - согласился я, - люди такие. И увы, как бы не половина. И за меня, значит, - подмигнул я ребятам, - побаивались.

- Опасались, - улыбнулась Люси, - Чуть-чуть.

- Рады, хр-р-р… Что всё по-прежнему, - растягивая пасть в довольном оскале пророкотал Рамзес.

- Ну, по-прежнему, это ты хватил слегка, брат. Теперь ничего по-прежнему не будет, - кивнул я на дочу, мирно спящую на руках, - И дай угадаю, припёрлись вы в большей степени посмотреть на дочь Великой, чем меня проведать, э?

- Брат… - изобразил возмущение Рамзес, но очень плохо.

- Да ладно вам… - глядя на смущение Люси, - вы ж как дети для меня, читаю в ваших душах, как в открытой книге. Или вы думаете, я просто так отец будущей богини?

- Мы…

- Ладно, - прервал я Рамзеса, - не гунди. Покажу вам золотого ребёнка, и не только покажу, если будете себя вести правильно. Но давайте сразу договоримся на берегу, так сказать. Жемчужинка должна расти в условиях как можно более приближенными к веселой, интересной, беззаботной жизни простого ребенка. Как можно более приближенной. Потому что простой она по определению не получится. Оттого - никаких падений ниц, прогнутых спин и опущенных хвостов. Никаких закидонов по поводу её божественности и заискивания как к дочери Великой.

Сможете удержаться и остаться такими, как я вас знаю, милости просим. А нет, натяну вам глаз на пятку и налажу в другой конец Бесконечной Вселенной. Верите?

- Пф-ф… Верим, брат. Но это будет не просто. Я готов, - он переглянулся с Люси, - мы готовы рискнуть.

- Мы хотели бы попробовать, - поддержала его Люси, - Если ты, Господин Мо, нам поможешь, подскажешь, направишь.

- А как же! Это если чего руками делать мене ломает, а уж подсказать и направить языком я завсегда. Ладно, идите сюда ближе…

Рамзес и Люси подошли и склонились над личиком дочери. Спит ребёнок, улыбается. Наши прения полушепотом нисколько ей не мешают.

- Какая она… - но договорить Люси не успела. Раз! и глаза Жемчужинки раскрылись.

Ни испуга, ни удивления, малейшего беспокойства, только любопытство, интерес и ожидание необычного!

- Папа, кто это? - никаких остатков сна в голосе.

- Это мои друзья, - мгновенно сориентировался я, - Дядя Рамзес и тётя Люси. В гости заглянули ненадолго.

- К нему, - скомандовала дочь, указывая пальчиком на Рамзеса.

- Держи брат, - усмехаясь, я протянул ему Жемчужинку, - Не бойся, она не кусается.

Дочь смело перебралась в огромные лапы шакалоголового и тут же приступила к тщательному исследованию такого интересного "объекта".

Ухватила его за чёрную пипку носа и энергично подвигала ею туда-сюда. Общупала длинное стоячее ухо, дёрнув его пару раз. Подняв верхнюю губу, с интересом осмотрела частокол белоснежных зубов. Бесцеремонно раскрыла пасть Рамзеса и, ощупав здоровенный клык с восхищённым «у-у-у», потянула его длинный язык на себя…

Я, конечно, менталист, но в разум Рамзеса влезть не могу, но и без того, глядя на его выпученные глаза, хвост, что забился промеж ног, могу точно сказать, что сейчас беззвучно кричал могущественный посланец внутри себя. «Кто-нибудь! Помогите!»

- Смешной, - сделала заключение дочь, после тщательного изучения Рамзеса, погладив того по длинной морде, - Буду с тобой играть. К ней, - указала она на Люси.

Как только она оказалась на руках Белоснежной, дочь проделала тоже самое, но в варианте лайт. Не дергала, ни жамкала, в рот не лезла, а только гладила и аккуратно щупала.

- Хорошая, хорошая, - гладя по пологому лбу Люси, приговаривала Жемчужинка. Чмокнув её во влажный нос, так, что хвост Люси стал выписывать кренделя от удовольствия, дочь протянула руки ко мне, - К папе…

Как только вернулась, закутавшись в покрывало, тут же всем сообщила:

- Приходите ещё. Играть с вами буду. А сейчас спать!

Хлоп и глазки закрыла. Пара мгновений, и только спокойное, тихое посапывание.

- Как оно? – улыбаясь, спросил я.

- Я чуть не помер! - просипел Рамзес, нервно облизнув нос.

- Не придумывай, дорогой, - улыбнулась Люси.

- Да-а, это тебя она наглаживала, а мне чуть язык не оторвала.

- Глупости, - не согласилась Люси, - Она - чудо! Просто - чудо! Энергетика дикая! Харизма, обаяние… Просто - чудо!

- Как же мы сможем противостоять такому, брат?

- Придётся научится, хе-хе… Это тебе, брат, не горы трясти, не моря осушать и пуком из-под хвоста солнца гасить. Тут задачка посерьёзней будет.

- Неужели ты не боишься воспитывать божественного ребёнка, брат?

- Боюсь? Точно нет. Будет нелегко? Скорее всего, но боюсь, это вряд ли.

- Ты просто монстр!

- Хозяин, почему Головастик не может быть постелью для Жемчужинки и дальше?

Эк, какие эмоции-то! Обида, горечь, непонимание… Мы как раз наводим порядок в детской каюте. Точнее, превращаем, как я и планировал, одну из кают в детскую.

Кроватка с пологом и постелью из паучьего шелка. Самый мягкий, самый приятный. самый нежно ласкающий тело материал. Столик, стульчики, диванчик. Первые - исключительно благородная древесина, украшенная скромной резьбой и перламутровыми вставками. Диван - упругая кожа, гладкая и прохладная, розового цвета. Несколько больших и малых подушек-сидушек, таких же мягко упругих, как и диван.

Полочки со всякими мульками. Лампа-абажур, ночничок. Несколько самых красивых пространственных сундучков и шкатулок, чтоб складывать одежду Жемчужинки, всяческие полезные и бесполезные, но совершенно необходимые девчачьи штучки. Ещё кое-какие мелочи. Шкафчик с вешалочками, на которых висит скромный, пока, набор одёжки.

Всё сделано с любовью, собственными руками и щупальцами. Маготехнологии рулят! И пусть обстановка ещё весьма небогатая, чуть ли не спартанская, но, уверен, скоро все здесь "обрастёт" тем, что сочтёт необходимым доча, маленькая, но уже женщина.

- Головастый, я не против, но пока она малышка - это нормально, что она спит на руках. Я и сам, с удовольствием изображаю из себя постель. Но время не стоит на месте, она будет расти, и как ты себе представляешь картину, когда здоровенная деваха спит в щупальцах этакой кракозябры, как ты?

- Нормаль представляю, - решительно пробулькал в ответ Головастик, - Уж в моих щупальцах Жемчужинке будет в сто раз удобней, комфортней и безопасней, чем на любой, самой-самой койке.

- А вдруг какой прынц на белом коне, проезжая мимо, увидит такое зрелище и решит отбить красавицу у чуда-юда поганого? Пришибёт ещё…

- Какие такие прынцы? - удивился мой боевой пет. Толи в самом деле, то ли тонкая шутка юмора - Головастик не знает никаких таких прынцов! - А впрочем, пришибу сам! И сожру! Вместе с конём! Ибо неча тут…

- А если он ей понравится?

- А если понравится… - на пару секунд он впал в задумчивость, - то у меня есть Хозяин, и он скажет - жрать не жрать, или просто дать треньдюлей и прогнать.

- Да ты продуман, силиконовый мой! - я даже восхитился тому, с какой лёгкостью перевел стрелки головастый. И ведь прав, зараза, ещё ни одному папе ни один принц с ходу не понравился, особенно когда его дочь - принцесса.

- Пойми, друг мой, - совершенно серьёзно продолжил я, - Жемчужинка - человеческая девочка. Обликом и строением, так точно. И она должна развиваться по человеческим стандартам, насколько это возможно. По крайней мере, по тем, которые я хочу ей дать. Она в любом случае будет корректировать мои хотения своим желанием. Ибо по моим понятиям вокруг неё итак - сказка. А для неё - обыденность. Будет хотеть спать у тебя в щупальцах, значит будет спать, но это не должно быть системой, понимаешь? Я в любом случае буду прививать ей базовый опыт и установки человеческого поведения, привычек и реакций. Постараюсь, - поправил я сам себя, - очень. Привнесённого со стороны, да в таком окружении и так будет куда как много. Понимаешь?

- Понимаю. Но, если захочет, то можно, - вычленил главное головастый.

- Можно, но чем дальше, тем меньше ты должен это делать. Ограничивай себя сам. Так надо, друг мой.

Глубокий ментально-эмоциональный вдох раздался у меня в голове.

- И последний штрих! - торжественно провозгласил я, доставая из пространственной сумки огромного медведя.

Классика жанра, так сказать. В два раза больше самой Жемчужинки, меховой, мягкий, с глуповато-умильной мордой. Глаза огромные, лукавые, маленькие амулеты, что следят за объектом, находящимся рядом. Пошел направо, а они повернулись за тобой, пошел налево, и они налево. Прикольно.

Если мишку подергать за ухо, то он начинает прикольно пыхтеть, возмущаясь, а если погладить пузико, то довольно урчит. Это ещё два простеньких магических амулета, внедрённых мной в игрушку.

- Ну вот… Теперь не стыдно и дочь привести.

Так-то Жемчужинка уже облазила "Принцессу Мими" всю, до самого дальнего закоулка, засыпая меня миллионом вопросов, но когда она вошла в свою обновлённую детскую каюту, раздался ультравысокий визг радости, да так, что вся яхта вздрогнула!

- Па-па-а! И-и-и-и…

Ух! По организму прокатилась волна благолепия и удовлетворения, понравилось ребёнку…

- Папа, ты маг?

Обязательная ежедневная утренняя тренировка-разминка уже закончена. Её мы проводим на пляже возле уреза воды, на плотном песке. В такой момент нас никто не тревожит, ну, за исключением головастого, что маячит на периферии.

Я выполняю весь комплекс, а дочь, пока, только малую часть. Разминка, гимнастика, чуть-чуть иных упражнений. Гармоничное развитие тела, даже если оно божественное, а точнее, тем более если оно божественное, архиважно. Вырастет, войдёт в магическую силу, может корректировать себя, как хочет, а пока - извольте по старинке.

Перед водными процедурами, которые по факту, полноценное погружение в глубину со своими упражнениями, у нас "минуточка" релакса. Посидеть, подышать, насладиться окружающим. Я сижу в позе лотоса, она сидит в позе лотоса, впитываем мир… И тут такой вопрос.

- Да, моё солнышко, я маг.

- Сильный?

- Ну-у, в какой-то мере, местами.

- Какими местами?

- Силён, скажем так, в ядах. С электричеством я на "ты".

- Это молнии, да?

Жемчужинка уже прослушала весьма расширенный курс о природных явлениях. Об их взаимосвязи. А так как её память идеальна, повторять или разжевывать пройденное нет необходимости. Ученица - лучше не бывает. Осталось только насытить её мозг нужными знаниями. Желательно, правильными и структурированными. Но научить ребёнка только хорошему и ничему плохому, ещё никому не удалось.

- Молнии, как часть общего явления электричества. Проявления высоких энергий.

- М-м-м… - скорчила задумчивую моську дочь, - А ещё что умеешь?

- Огонь. Колобками огненными кидать не умею, но вот такой камушек, я подобрал небольшую гальку, неведомо как занесённую на пляж, - разогрею так, что она станет, как вода.

- У-у-у, интересно. Покажешь?

- Потом. Давай не будем нарушать то, что сами себе назначили.

- Ладно, - вздохнула Жемчужинка, - Но тогда скажи, что ещё умеешь.

- Не мало, - я улыбнулся, - Придётся всё же показать тебе всё, что я умею, ибо объяснять будет дольше.

- Сегодня?

- Кое что сегодня, но попозже.

- И рассказать.

- И рассказать, конечно. Но чур одной тебе, без друзей.

- Почему? Никто, даже самые лучшие друзья не должны знать о тебе абсолютно всё. Таковы правила.

- Абсолютно, это как?

- Это значит, всё-всё-всё. Когда не остаётся даже самой малюсенькой, крохотной тайны.

Мы с дочерью постоянно изучаем сложные слова и понятия. Словарный и понятийный запас растёт у неё, как на дрожжах.

- М-м-м… - задумчиво протянула дочь, о чём-то сосредоточенно размышляя, - А ты, папа, имеешь тайны?

- Конечно.

- И мне не расскажешь?

- Почему не расскажу? Расскажу, но не все сразу. А то тебе будет не интересно.

- А как же не рассказывать другим? - она даже наклонилась, чтобы заглянуть мне в глаза.

- Мы - это другое. Мы - семья. Семья, в том числе и для того, чтобы ты могла поделится самыми сокровенными тайнами, ведь они, иногда, так жгут язык. Семья, это там, где тебе верят, тебе помогут, тебя поймут, защитят и поддержат. Нет никого ближе, чем члены семьи.

Увы, моя маленькая, папа нарисовал тебе портрет идеальной семьи. Я за свою долгую жизнь встречал таких раз-два и обчёлся. Но об этом, пока, я тебе говорить не буду…

- А Головастик тоже семья?

- Конечно. Он, в каком-то смысле, даже часть твоего папы.

- В каком? - тут же последовал закономерный вопрос.

- Это отдельный, очень большой и интересный разговор. Сложный. Давай поговорим об этом немного позже. Хорошо…

- Ладно, - согласно кивнула Жемчужинка, - Но, если Головастик - наша семья, то он тоже покажет мне сегодня свои секреты?

- Хе-хе… - вот маленькая, хитрая жучилка! От горшка два вершка, а уже умудряется из большинства ситуаций обязательно поиметь какой-нибудь профит! Полдня "цирковых" развлечений, считай, уже себе обеспечила. И заметьте, я этому её не учу… - Покажет, куда уж ему деваться.

- Это хорошо, - удовлетворённо подвела итог дочь и задумчиво уставилась на еле-еле наползающую морскую волну.

Размышляет ребёнок, раскладывает по полкам, плюсует и минусует, делит и умножает. Создаёт свою картину мира. В такие моменты лучше не мешать. Ответить честно, если спросят, самая лучшая стратегия. И вообще, разговоры разговаривать с детьми, самая что ни на есть важная стратегия воспитания. Одна из них. Много, много разговоров обо всём. Очень желательно, насколько это возможно, честно и не сюсюкая. Может, и не настолько, как со взрослым, но близко к этому. Порой очень трудно объяснить ребёнку сложное простым, но стараться надо.

Стратегия - ты ещё маленький, ты не поймёшь, потом объясню, - гибельна. Слыша раз за разом такое, ребёнок, со временем, охоту спрашиватьу самых близких теряет. Дети растут, с вопросами лезут всё меньше и, кажется, всё хорошо, но вы не сомневайтесь, ответы они получают. Увы, не от вас. А от того, кто нашел время ответить вашим детям. И очень часто, это не тоже самое, что хотели бы ответить вы. А потом - Что он говорит! Откуда она нахваталась такого! Оттуда… Разговаривайте, родители, много разговаривайте с вашими детьми. Пока у них есть такое желание.

Видимо, что-то сложилось в голове дочери. Она встала и, перебравшись к вялой волне, присела на корточки

- Папа, у меня тоже есть секрет! - заявила она, - Я тоже маг, смотри, - дочь провела рукой, не касаясь поверхности воды, и из под её ладошки побежали маленькие концентрические валики волн.

Опачки! А вот и оно! С сегодняшнего дня наша жизнь станет несколько занятней!

- Какая молодец, - я подхватил дочь на руки и чмокнул её в щечку, - Умница. Ты этому сама научилась?

- Сама! - гордо надула губки Жемчужинка.

- Золото, а не ребёнок! А ещё что-то умеешь?

- Сейчас покажу! - слезая с рук, пообещала она.

Она опять присела над водой. Личико её стало сосредоточенным, она стала делать пассы пальчиками, словно притягивая и собирая, и вода послушно стала отрываться малюсенькими капельками, медленно взлетать и собираться в прозрачный водяной шарик.

Повинуясь воле девочки, он плавно перетёк к ней на ладонь. Жемчужинка перевернула её, и водяной шарик медленно вращаясь, поднялся и завис в воздухе. Невысоко, сантиметрах в пяти завис и продолжил вращение.

- А в другую сторону сможешь?

- Смогу, - нахмурив бровки, ответила она, и шарик остановившись, повисел, колышась, и стал вращаться в другую сторону. Но видно было, что концентрация уже стала ослабевать, и Жемчужинке всё труднее контролировать "объект".

- Отпускай…

Хоп! И прозрачный шарик упал в свою родную стихию, слившись с ней. А дочь устало, но счастливо улыбнулась.

- Это магия, да, папа?

- Самая, что ни наесть магическая магия! - прижимая её к себе и чмокая в лобик, стал наглаживать по голове, - А кто же моему чудо-ребенку подсказал такое?

- Ты, папа! - удивлённо посмотрела она на меня.

- Я?

- Ну конечно! Помнишь ты вчера рассказывал о водяном… А два дня назад... И ещё…

Автоматически кивая головой, да, да, было такое, а сам несколько уплыл своими мыслями…

Уже две недели я веду по вечерам дозволенные речи, хе-хе. Лью в чуткие ушки малышне жесткий микс из всяческих сказок, былин, притч многочисленных земных народов. Плюс к ним фентези и откровенная фантастика, фильмы и книги на тему. Этого добра я знаю много, очень много! На годы вперёд.

И вот дочь, выслушав для себя нечто полезное и нужное, пытается это применить. Без всякой помощи, без наставлений, на одном голом энтузиазме и собственном представлении. Это - супер! И в тоже время, в каком-то смысле совсем беззаботное детство у неё закончилось. Теперь к обязательным "урокам", что ведёт с малышнёй девятого народа Старый, и где прилежно присутствует Жемчужинка, добавятся уроки магии.

И мне нужно подойти к этому очень серьёзно. Занятия должны быть не только полезны, но и интересны, лучше всего - в игровой форме. Позже, когда она втянется и осознает свою силу, можно будет добавить и чего-то однообразного и нудного, но только не сейчас. На первом, самом важном этапе, всё должно быть в радость.

И да, сила у Жемчужинки весьма серьёзная даже сейчас. Но больше того - концентрация и манипуляция "малой силой". Именно манипуляция крохами магической энергии - самый страшный бич магов. Трясти горы много проще, чем поднять одну единственнуюпесчинку, выбранную из бархана.

У дочери, изначально, с манипуляцией крохами силы все в порядке. Это видно по тем маленьким капелькам, что она собирала с поверхности воды. И да, вода, как её основной атрибут, естественно подчиняется ей первой и более "охотно". И это только лишь самая ранняя ласточка, слабое дуновение робкого ветерка, что предвещает Великий Ураган по имени Дана! Жемчужинка - богиня Жизни. Жизни! Со всеми вытекающими из этого слова. Что она сможет магичить, в каких областях, мне даже представить трудно. А из того, что могу представить - ей будет всё подвластно.

Да-а… Мне надо будет хорошенько поразмыслить над учебной программой хотя бы на ближайшее время. И, пожалуй, не надеясь на мою феноменальную память, завести в виртуальном дневнике огромный гроссбух, куда вносить всё, что связано с магическим развитием дочери.

И не стеснятся припахивать, если есть такая надобность, всех, кого можно. Особенно божественную жену! Да! Её обязательно!

- Папа, ты меня слушаешь? - ухватив меня за уши, развернула мою голову к себе Жемчужинка.

- Конечно, золотце! - с честными глазами и уверенным голосом ответил я.

- Точно? - пристально заглядывая мне в лицо, усомнилась дочь.

- Точно!

- И, что я сказала?

- Что хочешь пойти с друзьями поплавать и хотела бы взять с собой Головастика. Разрешаю.

- Э-э-э… - подвис ребёнок.

Жемчужинка явно говорила что-то другое, но Головастик! Это аргумент! Дело в том, что он не просто чуткий, внимательный, смертоносный охранник, но и невероятная игрушка-трансформер! Головастик-катапульта! Швыряет малышню в воду и далеко и высоко! Головастик-красочное панно! Яркий многоцветный, превращающийся в невероятные формы! Головастик-Длинный Змей! Ну и что, что это его боевая форма? Зато на него можно усесться всем разом и рассекать глубины на нереальной скорости! А ещё, с шумом и брызгами вырываться на поверхность, пролетать десятки метров с восторженным визгом, и нырять снова! Хотя, на волнах лучше прыгать на Головастике-блине. И да, это тоже боевая форма, но как сие может помешать забраться на него всей кучей и скакать с одной волны на другую или скользить их пологим бокам?

А прятки! Найти Головастика на суше или найти Головастика в воде - ещё попробуй. Кому удаётся, практически герой. А вот он найдёт всех, рано или поздно. А ещё, Головастик многорукий монстро, на которого можно напасть всем вместе и сражаться бескомпромиссно и беспощадно! А ещё…

В общем он - Необходимый и Незаменимый! Именно поэтому я, как бы, не всегда отдаю его в цепкие ручонки малышни. Особенно, когда шалость переходят в безобразия.Это же дети, у них с этим запросто. Воспитательный эффект, понимашь. Вот как недавно, решила это банда головастиков осваивать древолазанье. И если Жемчужинка цепкая как обезьянка, довольно сильная и выносливая, и никаких особых проблем с этим не имеется, то малыши бацхвари, в силу своих анатомических особенностей, как бы не очень приспособлены. Ни разу не их стихия. А заводила-то дочь! Поушибаться смелым экспериментаторам Головастик, естественно, никому не позволил, но от синяков и царапин уж совсем оберегать не стал. Это такая моя установка, довольно жесткая, но необходимая для жизни. Определённое количество шишек каждый ребёнок должен набить сам. Так что, Головастика, иногда, нужно ещё заслужить.

Но, конечно, когда его как бы нет рядом с малышнёй, он, на самом деле, всегда есть. Всегда рядом. Невидимый, настороженный, готовый… А если его рядом действительно нет, по разным причинам, то и детишкам, реально, ничего не угрожает. Особенно Жемчужинке.

- Так что? Отпустить Головастика?

- Да!

- Иди. А папе надо хорошенько подумать, посоветоваться со Старым и вообще…

- Ура-а… - дочь рванула к малышне с радостной вестью.

- Эхе-хе-хе-е… Обманул ребёнка. И как только не стыдно! - потом прислушался к себе, нет не стыдно, такова селяви, - Эх, научу дочу плохому, а Ева мне голову оторвёт! А вот нечего шляться неизвестно где, когда ребёнку нужен мамин пригляд!

Денёк, конечно, был феерический. Сев на яхту, мы отошли в море и, найдя укромную бухточку, устроили для Жемчужинки магическое шоу, по-другому и не скажешь. Всё, что умею я, всё, что умеет Головастик. Дочь сияла глазами и восторженно хлопала в ладоши, засыпала вопросами, а как, а почему, а я так смогу? Ребенок был по-настоящему счастлив и сам по себе, и за папу, и за Головастика.

Уже поздно вечером, лёжа в кроватке в собственной каюте, в постельке, уже хлопая сонными глазками, Жемчужинка выдала вопрос, которого я больше всего опасался:

- Папа, а мама тоже маг?

- Тоже… маг да.

- Она красивая?

- Очень.

- А когда она придёт?

- Э-э-э…

Слава богу, отвечать немедленно не пришлось. "Завод" у ребёнка закончился! Глазки закрылись и она, слегка улыбаясь, уже спала. Я укрыл дочу покрывалом поплотнее, не то, чтобы это нужно с живым одеялом, просто рефлекс, и вышел на палубу под звёздное небо.

- И что мне ответить, божественная? - задрав голову вверх, тихо поинтересовался я, - Сочинять сказки о маме - полярном исследователе или космонавтке, не собираюсь. Врать в этом вопросе Жемчужинке крайне вредно. Что ответить, э?

Ответа-то я не ждал. Как и всегда, не внемлют мне небеса. Но сегодня я нереально удивился. Просто ох… ренел, мягко говоря!

"Завтра в полдень на яхте".

Глава 14

В полдень я уже неспешно фланировал вдоль острова, далеко не удаляясь от береговой линии. На "Принцессе" кроме меня только Жемчужинка и Головастик.

Я сижу в кресле-качалке, у меня на руках дочь, и мы разговариваем о высоком. Головастик стоит за штурвалом и бдит сразу во все стороны и, конечно, не выпускает из виду нас.

Жемчужинка в восторге от самой поездки. Первое время она носилась по всему тримарану, но потом забралась мне на колени и стала засыпать тысячами «а почему?»,«а как?»,«а зачем?». Я пытаюсь ответить обстоятельно, по-взрослому, но так, чтобы было понятно. Однако, бывают такие простенькие вопросы, на которые ответить, не затрагивая глобальные механизмы мироздания, невозможно. Вот поэтому я и говорю: беседуем о высоком.

Беседуем, да, но полдень близится… Как обставит свое появление божественная? Очень мне интересно.

- Хозяин! - кончик одного из щупалец указывал на тёмную массу, что появилась в воде по правому борту тримарана.

Не успели мы "засуетиться", как поверхность воды "прорвала" женская головка, а вслед за ней и вся остальная фигура стремительно стала подниматься из воды. Десяток секунд - и на огромной спине морского "ската" стояла улыбающаяся Ева.

Не знаю, что это за зверь такой, первый раз вижу. Блин метров восемь диаметром, не меньше. Кажется, по кругу тела шла широкая бахрома гибкого "рыбьего" плавника. Хвост и морда просматривались плохо, так как над водой была лишь часть чудища. Спина покрыта серо-зелёной шестигранной костяной чешуёй, а по центру спины торчал одинокий плоский полутораметровый зазубренный шип. За него-то Ева и держалась.

Однако "транспортное средство" я отметил мельком, ибо сама божественная меня интересовала много больше. А Ева сегодня, помимо необычного появления, поразила ещё и своим нарядом! Никогда я ещё не видел её одетой настолько откровенно. Даже её полупрозрачные а,ля платья выглядели гораздо скромнее.

Ева, улыбаясь, демонстрировала себя в купальнике, тип которого на Земле-старушке называется пландж. Кто видел такой, тому объяснять не надо, а кто не видел, тому и ни к чему, хе-хе…

Скажу только одно, сексуально! На мой вкус, очень сексуально! Так она, Ева, ещё и сама себе не изменяет. Бледно-голубая ткань приобрела лёгкую полупрозрачность от воды. Очень лёгкую, но совершенно провокационную. Так и тянет додумать, а лучше посмотреть "безо всего"! Зараза! Зараза! Зараза! Три раза! Потому что у неё ещё и волосы нашего с Жемчужинкой цвета! Какая же она…великолепная, обворожительная, божественная негодяйка!

Легко перескочив на борт яхты, невесомо касаясь миниатюрными ступнями палубы, она мигом переместилась к нам и взмахнула длинными мокрыми волосами, эротично, естественно! Каскад радужных капель сорвался с гривы сине-зелёных локонов и, собравшись в "паровозик", умчались за борт! А волосы сами собой сложились в высокую, замысловатую причёску. Показушница… И да, ткань купальника тоже в момент высохла и стала совершенно непрозрачной. Хоть тут мне нервы меньше тратить.

Подбоченясь, она весело уставилась на нас, слегка иронично изогнув тоненькую бровку. Всё произошло настолько быстро, что мы даже рта открыть не успели. Раз-два и вот она, само совершенство, перед нами. У дочери только глаза стали в пол лица, а меня ещё и перекосило…

- Мама? - скорее утвердительно, чем вопросительно прошептала Жемчужинка.

- Ну конечно, доченька! - призывно протянула руки Ева, - Иди ко мне, моё золотце!

"Телепортироваться" к ней на руки у дочери заняло менее секунды. А дальше они начали обниматься, целоваться и всё такое прочее. Я тоже рад, конечно, был… Любящая мама встретилась с обожаемой дочерью "после долгой разлуки"! Оно, конечно, Ева действительно мать Жемчужинки. Гораздо в большей степени, чем я ей отец, но где-то в глубине души, что себе-то врать, тлела ревность и ещё пяток нехороших чувств. Ма-аленький такой клубочек, даже скорее, узелочек, но имелся. И, конечно, большой сарказм! В связи с ситуацией "мама-папа"! Тут-то меня нагрели больше всего!

- Хорошая моя, - чмокая счастливую дочу во все места, приговаривала Ева, - Золотце, солнышко, чудо, а не ребёнок…

Ну вот, ещё и слова мои уворовали.

Потом я был "изгнан" из собственного кресла-качалки, и туда заселились счастливые мать и дочь. Пришлось принести себе другое, менее обжитое. Ева и Жемчужинка ворковали и ворковали, дочь засыпала её множеством девчачьих вопросов, и не только девчачьих. На большинство Ева умудрялась отвечать довольно удачно, а если что, ея коварная божественность переадресовывала их на меня. Наверное, от того моя рожа не светилась запредельным всеобщим счастьем и, я бы даже сказал, была несколько кислой.

Правда, на меня мало обращали внимания. Только, когда я издавал уж совсем нечитаемые звуки.

- Мама, а ты любишь папу?

- Конечно.

- Пф-ф… - это я, если что.

- Что? - это дочь. Смотрит на меня любопытными глазёнками. Вот откуда у неё в голове вся эта "шелуха", любовь-морковь… Я её такому точно не учил.

- Ничего, поперхнулся.

- Мама, а ты сразу полюбила папу?

- Сразу, моё золотце!

- Кхе…

- Что? - смотрит на меня дочь.

- Папа просто кашлянул, - с улыбкой замечает божественная.

Ну да, что же ещё…

- Папа тоже тебя полюбил сразу?

- А ты спроси у него, - бесенята скачут в глазах Евы.

- Сразу, да? - поворот ко мне.

- А как же. Технически - мгновенно!

- Я так и знала, - дочь совершенно не уловила моего тонкого сарказма, а Ева проигнорировала со всепрощающей улыбкой, - Мама такая красивая, добрая, ласковая. Самая лучшая! - прижимаясь к божественной, млела дочь от её поглаживаний.

- А какой папа? - спрашивает Ева у дочи.

- У-у-у! Он самый лучший! Лучший и лучший. Сильный! Он знаешь, какой маг! - дочь поворачивается ко мне - Ведь мама - наша семья, да?

- Ну-у-у, да…

- Он такое умеет - ух! Расскажу! И я маг тоже. Пока маленький. Но вот вырасту, - погрозила она кому-то кулачком, - И ты тоже маг, да мама? Так папа говорит.

- Да, моё сокровище.

- Покажешь?

- Покажу, потом. Лучше расскажи ещё, какой твой папа.

- О-о-о… Папа сильно уважаемый! Как дед Старый и даже больше! Построил бацхвари целый флот. Он им много помогает. А ещё папа добрый, всегда сказки нам рассказывает, когда просим. Он очень умелый. Много чего умеет. Вот этот тримаран он сам построил. Ему, правда помогал Головастик. Головастик классный, мы с ним много играем…

Как у всех детей, повествование вильнуло в сторону, но было возвращено усилием внутреннего напряжения. Дочь у меня, ну ладно, у нас, очень целеустремлённый ребёнок.

… А ещё ему помогали разные разумные: хоб, мио, ороос, и розовый бубуч. Мне о них рассказывал папа, сама я их не видела, - на секунду огорчилась малышка, - но обязательно, - вновь повеселела она, - увижу.

- Вот видишь, - оттягивая на себе топик и юбчонку, - папа сделал. И трусики! - продолжала хвалиться дочь, - И другая одежда тоже есть, много! А ещё он сделал для меня детскую каюту! Там так здорово! И много всяких игрушек…

Вот слушал бы щебет дочи и слушал! Похвала её - просто бальзам на мою душу. Мёд и мёд!

- Скорей, - загорелась дочь, - скорей пойдём я тебе всё покажу! Там такой замечательный медведь живёт…

И мы пошли смотреть медведя и всё остальное…

А потом мы обедали. Ели всяческие разные вкусняшки, которые я готовил сам. А дочь мне помогала. А потом играли. В разные забавные игры, подвижные и не очень. Простые и магические. А потом опять разговаривали. Ужинали. И наступил вечер, порадовав нас феерическим закатом, а за ним - тихая, звездная ночь. Жемчужинка так перевозбудилась, что никак не хотела идти спать, но Ева улыбнулась, нежно дунула ей в носик, и она, громко зевнув, уснула. Какая чудесная способность, однако. Миллионы родителей отдали бы полжизни за такую магию.

И вот мы одни… Головастик тактично слился куда-то. Я сижу в кресле, а у меня на коленях сидит Ева. Такая желанная… Наконец-то выпала минуточка поговорить о нас с ней.

- Я вижу, подушку дочь забрала себе?

- Почти сразу. Говорит - моя. Пахнет. Нравится.

- Подарю тебе другую.

- Не стоит.

- Почему?

- Хочу иного.

- Чего же? - Ева изобразила непонимание, хотя всё она прекрасно знает.

- Мы, как бы, муж и жена. Более того, у нас удивительная, замечательная дочь. Но всё это - технически. А хочу физически узаконить свершившиеся. Пусть позже, чем никогда. Иначе смысл слов: мама и папа, муж и жена, в данном случае, звучит, как минимум, издевательски.

- Для тебя, - уточнила она.

- Для меня, - не стал спорить я.

- Сложно всё, господин мой, - вздохнула Ева.

- Не сложнее, чем Дочь-Которая-Взялась-Из-Ниоткуда. Не находишь?

- Ну, во-первых, не из ниоткуда, а откуда надо, и исходя из механики мира Бесконечной Вселенной, вполне законно. А во-вторых, у вас у самих, чуть ли не в каждой религии и во множестве фольклоров разных народов сплошь и рядом "виртуальные" дети. Так что, Жемчужинка - событие не из ряда вон, так сказать.

- А я как раз довольно скептичен в этом смысле. Фольклор и есть фольклор, не более. А вот за долгие, очень долгие годы чего только не видел, но чтоб детей ветер надул… И сам не видел и от других, достойных доверия, не слышал. А я существо приземлённое, мне конкретики подавай.

- Ты же не отстанешь? - осуждающе заглянула мне в глаза божественная.

- Нет!

- Ладно. Клянусь, - торжественно положила она себе ладошку на грудь, - вырастишь дочь, всё будет. Слово Верховной Богини, Матери Всего Сущего.

- Мда…

- А что такое личико кислое? - мило улыбнулась Ева.

- Такой длительный целибат, это что-то.

- Ничего, ты обязательно найдёшь себе какую-нибудь принцессу. У тебя на это, говорят, талант.

- Кто говорит? – я-то, конечно, могу предположить, откуда инсинуации. Есть в БВ группа родственничков-негодяев, что могут порочить моё честное имя.

- Все говорят, - сдерживая смех, рассматривала мою совершенно недовольную рожу Ева.

- Врут! Клянусь отчизной.

- Я сама пару раз такое видела.

- Э-э-э… Так получилось.

- И ещё может получиться.

- Нет. Теперь очень вряд ли. После того, как Жемчужинка увидела такую маму…

- Какую, - тут же влезла божественная.

- Такую, - ущипнул я её за полупопие, чтоб не перебивала.

- Ай!

- Такую как ты! - продолжил я, - И дальше целый список восхищённый эпитетов на стопитсот томов, которые я сейчас цитировать не буду, но они - чистая правда.

- Продолжай, - поощрила меня Ева.

- Так вот, - стал я совершенно серьёзным, - Девочки вообще непростые существа, крутить шашни с кем-то при наличии родной мамы - это выпестовать собственными руками огромные проблемы. И для себя и, что гораздо важнее, для ребёнка. Это я тебе точно говорю. Нагляделся… Наша Жемчужинка - ещё и божественный ребёнок. Не то, что не рискну, даже думать в эту сторону не стану.

- А сможешь? - тоже совершенно серьёзно спросила Ева.

- Тут, - грустно ухмыльнувшись, я постучал по лбу, - старик за сто с лишним лет. Пресловутый мем о том, что гормоны молодого тела могут перебодать зрелый разум - всего лишь мем. Не подтверждается. По крайней мере, у меня. За других не поручусь, но за себя - точно.

- Совсем? - Еве было действительно интересно.

- Ну, если отпустить вожжи, не контролировать сознательно, тогда да, организм нормально взбрыкивает. Но я тебе скажу, многие мужчины могут держать себя в руках даже в молодости. Далеко не все, но тех, кто может, хватает. А уж когда ты прошел всю цепочку от младенца до старика, думаю, тем более.

- Тогда мы договорились.

- Договорились. Но, нам нужно будет хотя бы иногда обниматься и целоваться.

- Серьёзно? - иронично изогнула бровь Ева.

- Совершенно серьёзно, - не принял я её игривого тона. - Не скрою, мне это будет и невероятное удовольствие и нелегко, но это нужно для нашей Жемчужинки. Для девочек недостаточно разговоров, что мама с папой любят друг друга. Им нужно это видеть, так сказать, визуально, чувствовать эмоционально. И желательно делать обнимашки-целовашки искренне. Обмануть ребёнка в этом плане вообще не легко, а уж нашу дочь и подавно, понимаешь?

- Мда, пожалуй… - подумав несколько секунд, согласилась моя богиня, - Я как-то не думала об этом, но ты прав.

- Мне не придётся "напрягаться", - успокоил я Еву, слегка притиснув её к себе.

- Мне, - она прямо посмотрела мне в глаза, - думаю, тоже.

- Слышу сомнение. Надо потренироваться…

А в следующую секунду я решительно припал к её губам! Взрыв! Феерия! Экстаз! Она не отстранилась, а наоборот страстно ответила! Первый наш поцелуй! Даже не могу его с чем-то сравнить…

Но недолго длилось блаженство. Секунды… Ева растаяла из моих рук и оказалась в нескольких метрах от меня. Смущенная, слегка растерянная, но явно не разочарованная.

- Достаточно! - всплеснула она руками, - Для первого раза достаточно. Мне, - она на секунду замялась, - мне надо это переварить… Нет, плохое слово! Прочувствовать. Да!

- Согласен, - сглотнул я, - Не будем спешить. Но я всегда готов.

- Кто бы сомневался. - улыбнулась Ева, - Но сейчас я покину тебя, господин мой. Насколько, сказать не могу, минимум несколько дней меня не будет точно.

- А как же дочь? Свет очей моих? Что я ей завтра скажу?

- Придумай, - молитвенно сложила ладошки Ева, - Придумай что-нибудь правильное, хорошее, интересное, ты же можешь. А я подстроюсь. Обещаю!

- Обнимашки и целовашки! - наставил я на неё палец.

- Обнимашки и целовашки, - подтвердила Ева.

- Хорошо, придумаю.

В следующий миг божественная исчезла, а на моё лицо наползла неконтролируемая лыба. Обнимашки и целовашки. Любая дорога в тысячу ли начинается с первого шага. Сегодня шаг был далеко не первым, но очень широким. Да, широким…

- А где мама!?

Первое что спросила дочь, едва открыв глазки. Ожидаемо. Именно поэтому я сидел возле её кроватки, готовый к нелёгкой беседе. Думаю, в таких случаях врать надо как можно меньше. В долгосрочной перспективе оно выйдет много дешевле.

- Дочь моя, золотце. Ты уже не маленькая, не совсем маленькая, точнее, поэтому я хочу поговорить с тобой, как со взрослой. Хорошо?

- Хорошо, папа…

Ну, а дальше я стал пытаться объяснять сложное простым ребёнку, у которого, просто по факту, мало жизненного опыта, понятийных маркеров и скудный запас примеров.

Мол, у мамы очень большая, ответственная и сложная служба. Служба, это как работа, но ещё более важная штука. И если работу можно, иногда, очень редко, отложить, то службу - никогда. Вот Квирикик, плетёт сети, это очень важно. Но если он сегодня сделает немного меньше, то вполне может завтра сделать чуть-чуть больше, а сеть всё равно сплетёт вовремя. Это работа. Квака - разведчик и охотник. Что-то отложить на потом, бросить на полпути, ей гораздо сложнее. Иногда просто невозможно. Это уже не только работа, но и служба.

Старый, вождь девятого народа, отвечает за всех. За больших и малых бацхвари. За Квирикик и Кваку, за то, чем будет заниматься племя, куда пойдут, что будут есть и где спать. За безопасность и благополучие, за перспективы. А ещё он учит головастиков, и тебя тоже, мудрости бацхвари. Истории народа, традициям. Он разбирает ссоры, даёт советы. А ещё ему надо размышлять над будущим своего народа, предугадывать трудности и способы их избежать. Понять, когда сталкивается с чем-то новым, необычным, хорошо это для народа или не очень…

- Видишь, как много всего нужно делать Старому. Даже когда он сидит без дела, как кажется, в кресле, он всё одно - при деле. Это уже, мое солнышко, и работа, и служба, а всё вместе - управление. Управление, значит - править. Старый правит девятым народом и днём и ночью. Каждый день, день за днём, много, много лет. Представляешь?

- Представляю, - кивнула головой Жемчужинка.

Уж не знаю, всё ли она поняла, но вид имела уверенный.

- Но у Старого очень небольшое племя. Это, правда, не делает его правление легче. Везде есть свои тонкости. Плюс, ему помогают некоторые авторитетные бацхвари.

- И ты тоже, папа, да.

- И я тоже. Но всё равно, даже маленьким народом править не легко, правда?

Некоторое время дочь серьёзно размышляла, морща умильную моську. Наверное, вспоминала то, что видела и слышала. Собственные проказы со своими друзьями, учёбу, весь свой маленький, но ценный опыт.

- Да, - наконец кивнула она, - не легко.

- А теперь представь, что наша мама правит многими и многими народами. Бацхвари, мио, ороос, хобол и хоб, людьми! Всеми, всеми! Представляешь? Помогать, наставлять, решать…

- Ужас! - расширились глаза дочери.

- Ну не ужас, конечно, - улыбнулся я, - Но поменяться с ней местами - мне даже думать о таком боязно.

- Бедная мама…

- Вот поэтому мама не может быть с нами постоянно. Очень много дел, которые нельзя бросить или отложить на потом. Мама - очень могущественная волшебница и ответственный правитель. Она будет приходить к нам, как только сможет. Но не часто.

- Но я очень уже скучаю, - подпустила слезу в голос Жемчужинка.

- А уж я как скучаю. Но у нас есть мы, ты у меня, я у тебя, у нас Головастик. А у мамы никого из нас рядом. Поэтому мы будем её всегда ждать, терпеливо и сколько потребуется, а когда она будет приходить, то радоваться и любить её. И не грустить, когда она будет нас покидать.

- Никого-никого нет рядом, - ужаснулась дочь.

- Ну не совсем, - погладил я её по головке, - Дядя Рамзес и тётя Люси её Посланники. Они служат ей верой и правдой. Они тоже могущественные маги и сильно помогают маме. Есть и другие посланцы, может ты даже с кем-то ещё из них познакомишься.

- Дядя Рамзес и тётя Люси мне понравились, - покивав головой, сообщила дочь, - Пусть хорошо помогают маме. Когда они придут в гости, я им обязательно накажу.

- Обязательно накажи, - не улыбнуться, глядя на очень серьёзную девочку, было невозможно.

Некоторое время дочь о чём-то сосредоточенно размышляла. Взвешивала, оценивала, делала выводы. Наверное, она далёко не всё осознала, но ситуацию, в целом, приняла. Приняла и быстро переключилась на "извлечение пользы".

- А мама мне расскажет, как это - править? О людях, о мио и о других? И о…

- Обо всём расскажет, только попроси, - успокоил я её, чмокнув в лобик, - А теперь - давай одевайся, и на палубу. Сделаем разминку и затем чайку с плюшками попьём. И надень что-нибудь с длинными рукавами, там сегодня ветрено.

Не успел подняться как из-под палубы раздался звонкий возмущённо-испуганный крик, - Папа!

Я так ломанулся, что чуть не снес все попутные углы. Но как бы я не был быстр, Головастик оказался ещё быстрее. Он буквально вдавил меня в каюту дочери, своей тушей навалившись мне на спину. Я, услышав крик, навоображал себе невесть что, какие кошмары только в мозгу не пронеслись, но только не то, что увидел…

- Папа, - расстроено тыкала на себя дочь, - посмотри, что это такое!?

Я посмотрел и грустно усмехнулся. И рейтузы для гимнастики, и что-то вроде футболки с длинными рукавами, что ещё вчера были вполне по размеру, сегодня были явно маловаты. Жемчужинка, пусть и немного, но резко подросла.

Через три недели после знакомства с мамой, доделав наши "плановые" усовершенствования флота, загрузившись нужным, мы вышли в далёкое и большое приключение. Куда-то туда, за горизонт.

Наша флотилия увеличилась на три катамарана. Бацхвари девятого народа не сказать, что стали искусными моряками, но и новичками их уже не назовёшь. Пройдёт не так много времени, и они станут действительно великими мореходами. Даже сейчас, без всякой магии, они прекрасно чувствуют "воду". Течения, плотность, температуру и структуру водяных масс. Если не очень глубоко, кажется, они кожей чувствуют рельеф дна. Не только рельеф, но и из чего он состоит. Не глубоко - это метров до тридцати, кстати.

Волны для них, это не просто бугры воды, а открытая и понятная книга со многими секретами. Вот с ветром, пока, не настолько хорошо, но большие лягухи быстро учатся. Практика и опыт, только и они нужны им. Ведь самое главное преимущество относительно остальных моряков Океании - бацхвари не могут утонуть по факту своей природы. И это, знаете ли, серьёзный аргумент.

За это время только раз нас осчастливила своим появлением Ева. Ненадолго. Это, конечно, дочу не очень устроило, но она вошла в положение сильно занятой мамы, Большой Правительницы. Ева, кстати, была мне очень благодарна, за то, как я разрулил ситуацию. Причём, не соврал дочери ни на малость. Естественно, и в счёт благодарности, и в счёт договорённостей я использовал и обнимашки и целовашки по-полной, хе-хе…

И, похоже, Ева была не против и даже искренна. Часть "договорённости" видела Жемчужинка, и была не только не против, но и очень "за"! Так, что даже в какой-то момент залезла меж нами и наслаждалась в ауре любви и неги.

Ещё за это время к нам пришла познакомиться с Жемчужинкой Ночка. Очень она понравилась доче. Малышка удовольствием залезла к ней на руки, внимательно осмотрела, обгладила. Поделилась кое-какими новостями, задала кучу вопросов.

Ещё больше Жемчужинке понравился атрибут Ночки - призрачная кошка! Она была тут же схвачена, заглажена и затискана. Очень это удивило Ночку, так как никто не мог прикоснуться к призрачной кошке, кроме самой Ночки, ну и Великой, конечно.

И вот, Жемчужинка, дочь Великой, тоже смогла. Причём легко и не задумываясь. Более того, призрачная кошка в её руках тут же расплылась, расслабилась, замурлыкала, устроила обтерушки обо всю Жемчужинку. Потом они весело играли…

Короче, тётю Ночку дочь оценила на пять с плюсом. Наказала приходить как можно чаще, а также передать привет дяде Рамзесу и тёте Люси, и напомнить, что и их ждёт в гости тоже.

А вот ни рыжей Агни, ни близнецов Арозы и Азоры мы так и не увидели. Интересно почему…

Вот уже без малого пять месяцев мы рассекаем волны среди островов Великого Архипелага. Наша флотилия обшаривает острова на предмет самого лучшего, чтобы пережить сезон штормов. Хоть до него есть ещё время, и мы пока просто отмечаем самые перспективные. Теперь вернуться на обследованный остров у девятого народа нет никаких проблем, вот мы и пользуемся такой возможностью.

Попутно мы исследуем и оцениваем самые интересные из них на предмет полезных ништяков. Некоторые острова более тщательно, какие-то мельком, иные вовсе пропускаем.

Небольших, стандартных, так сказать, очень много попадается. Большинство тропических или смешанных типов. Хватает островов с густой, северной "начинкой". Некоторые из этих островов, на мой выпуклый глаз, очень похожи на первичные локации для игроков. Когда-нибудь Великий Архипелаг станет весьма оживлённым местечком, да.

Мы, весь наш флот, редко суёмся на необычные острова, а уж тем более обходим стороной всяческие экзоты. Увы, моё бессмертие не распространяется на бацхвари. Терять кого-то из них просто от моего любопытства это глупо. А на всяческих экзотах это запросто. Флора и фауна там в разы, а на особо рьяных островах, на порядки "злобней". В иных местах понять, что тебя окружает и кто из этого окружения тебе, прям сейчас, вцепится в полупопие, вовсе проблематично.

Нисколько не добрее и прибрежные воды таких островов. Поэтому определить, каков остров довольно просто. Засылаем Головастика и он, осторожно покрутившись возле острова, по морской фауне и флоре очень быстро может определить, что там и как.

Конечно, Головастик рискует, но не настолько сильно, как рисковал бы разведчик-бацхвари. Он сам монстро, каких поискать. Ещё ни разу не погиб в разведке. Бывалоча, тактично отступал, иногда просто убегал, но в большинстве случаев возвращался, хоть и погрызенным, но довольным.

В таких случаях, если недалеко находился подходящий остров, наш табор останавливался на постой, а мы с головастым шли шмонать "соседа" на предмет ценного хабара.

А хабар был необходим. Девятый народ уже не выглядел настолько убогим и обездоленным. Если раньше они и жили лишь надеждой на чудо, крепились и держались только ею, то теперь чудо произошло, и они ясно увидели свет в конце тоннеля. И пусть до этого света, может, не так уж близко, но он есть. Жемчужинка…

Да, Жемчужинка. Божественный ребёнок. За это время она подросла ещё немного. И теперь она выглядит лет на шесть. Совершенно "взрослая" самостоятельная, эмансипированная мадам. Ну, ладно - мадемуазель.

Дочь впитывает в себя знания, как губка. Она уже легко разговаривает не только на языках мио, ороос и бубуческом, она шпарит на бацхвари. Я, за счёт своего эксклюзивного строения ушей, слышу почти всё и всё понимаю, но даже модифицированным горлом "квакаю" весьма посредственно. Больше веселю лягушек, чем общаюсь. Просят, не стесняясь: Господин Мо продолжайте, не стесняйтесь, это так смешно…

А вот Жемчужинка - очень даже запросто. Более того, она ментально слышит Головастика, а он её. Меня нет, я её - тоже нет, а оба мы прекрасно общаемся с головастым. Думаю, пройдёт немного времени, и мы станем "слышать" друг друга тоже. Мы же "родная" кровь, как никак.

Примеров тому много. Вот один из них, очень показательный, кстати. Моя душилка, буквально с самых первых дней, была частой игрушкой в руках Жемчужинки. Хорошо, что не весь, особенно "боевой" функционал, каким обладала моя душилка, ей подчинялся. Наверное, мама постаралась…

Душилка, как часть меня, была настолько мне привычна, настолько я сросся с её возможностями, использовал её настолько непроизвольно, вообще не задумываясь, что, когда дочь забирала её у меняя, чувствовал себя, словно отняли руку.

Нет, мне не жалко для дочери даже руку, но без неё как-то неудобно, знаете ли. Пару раз я очень подробно объяснил Жемчужинке ситуацию, как и для чего мне нужна душилка, что она, на самом деле, не совсем игрушка. Даже показал все способности живой лозы. Опасные способности. Жемчужинка - девочка очень ответственная и умная, и она прониклась. Подробно расспросила, откуда у меня взялась такая штука, что-то долго обдумывала и решала.

Целую неделю после того разговора она брала душилку совсем ненадолго, лишь чтобы только погладить её, что-то пошептать. А потом - на душилке набухла почка. Набухла, потянула с меня ману, как насосом, очень быстро выбросила побег, и он стал расти. Через три дня побег превратился в тоненький, бледно-зелёный усик, сантиметров в сорок. Дочь, даже не поморщившись, ткнула себе в пальчик костяной иголкой, и выступившей кровью измазала побег. Он возьми и отвались и… сразу - прыг на руку Жемчужинке, обернулся тонким браслетиком и слился с кожей. Так у дочери появилась своя "душилка".

Назвала она его, правда, "вьюнок". Но, похоже, из того, что я видел, вьюнок - вполне себе душилка. Всё из того, что делала она, делал и он. Вьюнок только пока маленький, но обязательно вырастет, так мне пообещала дочь.

Я, конечно, был в шоке. И, прежде всего, от того, что сама Жемчужинка не могла внятно объяснить, как у неё так получилось. Просто захотела, просто попросила… На вопрос, как она догадалась, что побег нужно измазать кровью, только пожала плечами.Так ей показалось правильным.

У Жемчужинки вообще в последнее время стала "прорываться" магия, которую она творила интуитивно, нисколько не напрягаясь непонятками, как и что она делает. Делает, получается, ну и хорошо. Вдруг что-то получается такое-эдакое, и дочь сразу же начинает с этим экспериментировать. Тут уж не зевай, как говорится! По возможности, разъяснить, что же дочь сотворила, проконтролировать процесс, подсказать применение способности. Да чтоб интересно было, занимательно и пользительно. Чтоб спонтанная магия не во вред другим пошла. Пока, слава богу, справляюсь.

Бороться с "магическими прыщами", как я это явление называю, выскакивающими у дочери, бесполезно, можно только направлять и корректировать, по мере возможности. Теперь уроки магии, теоретические и практические, занимают у нас с ней немалое количество времени. Я, пока, мог дать ещё много, но придёт время, и дочь превзойдёт в силах и умениях своего отца. И это очень хорошо.

И да, припахивать как учителей, по части магии Рамзеса, Люси, ту же Ночку, а паче того, мою божественную супругу, чую, придётся очень скоро.

Иногда у Жемчужинки "выскакивает" что-то весьма серьёзное. Вот как с моей душилкой. После своего успеха дочь может уговорить любое растение отрастить побег, листок, цветок или спелую ягодку. Но только, если папа выступит батарейкой. Пока… Представляю, во что разовьётся, со временем, эта способность, когда дочь войдёт в силу.

Бывает, у неё получается вроде забавное, но по факту весьма серьёзное… В голливудских мультиках стоит только принцессе запеть, как все птички-невелички, няшные зайки-бурундуки-белки, остальные зверушки, бегут, летят, на её зов. Такая ми-ми-ми, прям.

Жемчужинка тоже так может. Пока, правда, радиус "зова" невелик, метров двадцать, и веса, и размера призываемые не великого, но зато к ней летят, ползут, плывут вообще все твари неразумные. Жучки-червяки, улитки, птички, зверьки, рыбы и крабы, голотурии и морские ежи, осьминожки и кальмарчики, насекомыши и все-все другие. Вьются, роятся, толкаются вокруг дочи. Особенно феерично смотрится такое под водой, она просто исчезает под облаком всяческой живности. Укусить, оцарапать, ужалить её - ни-ни! Все хотят её внимания, все жаждут, чтобы взяла в ладони, погладила, приласкала…

В этом она, как голливудская мультяшная принцесса, да. А вот чего они делать не могли, то Жемчужинка легко. Например, наоборот, разогнать всех по щелям и норам! Призвать кого-то одного, на выбор. Одних прогнать, других оставить. И петь при этом не надо, хе-хе…

Пока всё это, повторюсь, смотрится любопытно и забавно, но я, опять же, обладая очень развитой фантазией, могу представить, во что выльется эта способность, буде Жемчужинка станет её развивать. А она станет. Уже сейчас она просится со мной на всяческие авантюрные походы по хабар. Помогать, говорит, будет. Комаров отгонять там, или пиявок… Или уговорить какой шиповник ягодками поделиться, шипами не колоться.

Улыбаюсь, целую, обещаю взять. Когда подрастёт, конечно, научится многому, в силу войдёт. Пополнит арсенал свой магический! А для этого надо прилежно учиться, слушаться папу. И маму, конечно… Расти, сил набираться, знаний и умений. И знаете, ведь не обманываю. И возьму, и приобщу, и натаскаю. Не вру.

Ребёнок это чувствует, очень хорошо чувствует. Что остаётся дочери? Только соглашаться и обещать стать могучей волшебницей скоро-скоро!

Когда-нибудь Жемчужинка будет летать. Как каждая уважающая себя богиня - совершенно свободно, просто паря на воздусях. Но свой первый полёт все же она совершила с папой. А первый полёт, он и есть первый. И, заметьте не с мамой, хотя она могла, но не сообразила, а я не подсказал, хе-хе…

Был солнечный, практически безветренный день, мы парили очень высоко в прозрачной синеве, и Жемчужинке открывался величественный вид. Отец-Океан играл красками синего, зелёного, оттенками аквамаринового, темно-синего, почти фиолетового… Только, когда поднимешься высоко, можно охватить одним взглядом всю эту удивительную палитру.

И острова открывались по иному, поделились совсем другими видами, чем с пляжа или из уютной бухты. Все интересные изгибы, возвышенности, впадины, потаённые озерки и ручейки-речки, водопадики. Купы кустарника, лесные заросли, поляны и неожиданные прошлёпины. Много чего интересного.

Дочь, удобно вися у меня под пузом в специальной кожаной сбруе, часто прикладывалась к подзорной трубе, очень неплохого магического амулета. Он позволял рассмотреть не только животных и птиц, что покрупнее, но и всяческую морскую живность на мелководных участках.

Иногда мы зависали практически неподвижно, а иногда я нарезал широкие спирали в восходящем потоке. Несколько раз ускорялся в пологом штопоре под восторженный визг дочи…

Когда мы приземлились на палубу "Принцессы", Жемчужинка, стоило только отстегнуться от сбруи, кинулась мне на шею и осыпала градом поцелуев под восторженные «спасибо, папа!». А мне большего и не надо. И, глядя в её сияющие глаза, я сразу понял, полёты у нас будут очень частыми.

После первого полёта я подробно объяснил принцип маготехнического лётного костюма, какие в нём использованы элементы, откуда взялись, как сопряжены.

- Значит, - слегка грустно подвела итоги дочь, внимательно меня выслушав, - ты не сможешь сделать мне такой же?

- Нет, моё солнышко, такое сделать не смогу. Секрет пространственной коробочки, где прячутся крылья, мне неизвестен. Я артефактор не очень высокого умения. Самоучка. А самоучке в этом благородном искусстве очень нелегко сделать нечто действительно значительное.

- А что такое артефактор?

Дочь, конечно, знала, что такое амулеты и даже пользовалась ими. Амулеты и артефакты окружали её постоянно, особенно на «Принцессе», но это было как данность мира, её реальность. Как Голубое Око, как ветер, морская волна, как папа. Есть и есть. Полезные, удобные, иногда забавные, как глаза её любимого мишки.

Но вот пришло время, и дочь задала вопрос, который действительно её заинтересовал. Не в смысле, что такое артефакт "снаружи", а в смысле - какое оно изнутри. А значит, она готова воспринять знания, не как интересную историю, а очень серьёзно. Таково свойство Жемчужинки, божественного ребёнка. Не стоит смотреть на видимый возраст дочи, интеллектом она гораздо "старше".

И я стал рассказывать, и кое-что показывать предметно. Только чуть-чуть, самую основу.

- Значит, - сделала она вывод после интересной и познавательной беседы, только первой, я уверен, из многих на тему артефакторики, - если я буду хорошо учится, то и сама смогу делать артефакты?

- Конечно.

- И крылья?

- И крылья. Правда, для этого нам надо найти мудрого учителя, знающего гораздо больше меня.

Говорить, что дочь, вполне возможно, летать научится по-божественному раньше, чем сделает артефактные крылья, я не стал. Зачем умалять интерес к такому полезному умению, как артефакторика.

- А кто знает больше? - не успокаивалась дочь.

- Думаю, мама - точно. Но сама знаешь, у неё и так много дел.

- Знаю, - тяжело вздохнула Жемчужинка, - А дядя Рамзес?

- Рамзес, хм… вполне возможно.

- Давай мы его попросим! - тут же обрадовалась она.

- Обязательно попросим. Но только,чур после того, как ты овладеешь всеми навыками, что я тебя научу. Ведь нельзя сделать сложное, не научившись простому.

- Да, - совершенно серьёзно кивнула дочь, - я знаю.

И мы стали изучать артефакторику…

Среди бесчисленного сонма островов Великого Архипелага я постоянно высматривал острова с особым рельефом. Гористые или, ещё лучше, вулканического происхождения. К таким я всегда подходил и обязательно исследовал. Этот высокий усечённый конус сразу привлёк моё внимание. Он величественно возвышался своей громадиной на фоне целого кластера более низких островов, почти на два километра.

Если посмотреть на кластер географически, можно сказать, это - мини-архипелаг, стоящий несколько особняком, немного в стороне от нашего курса. Естественно, я, встав на крыло, умчался на разведку.

Даже предварительный облёт показал, что это явно отдельная локация, куда входило два десятка островов, и где, помимо стандартных, имелись пара особых - эксклюзив и один откровенный экзот. Такие кластеры всегда являются "жирными". Во всех смыслах этого слова.

Время, само по себе, уже искать хорошую стоянку на сезон штормов, и у нас были некоторые приемлемые варианты, но что-то мне подсказывает, что именно этот мини-архипелаг будет самое оно. Уж среди этого разнообразия островов мы легко найдём себе уютное местечко. Особенно, с учётом того, что условия для девятого народа изменились на более комфортные. Тем более, покружившись над кальдерой вулкана, я понял - это именно то, что я долго искал.

Я когда-то пообещал разумному Чёрному Озеру, "посадить" его капельку в другое озеро. Очень желательно, в горное. Вот я и искал подходящее. И, похоже, нашёл.

Слегка овальная, с пологими склонами, поросшими густым хвойным лесом, глубокая кальдера имела небольшое, километра три в диаметре, иссиня-синее озеро. Несколько шумных прозрачных ручьёв впадали в него. Вода озера спокойно лежала, отражая небо, еле-еле морщинясь под редким ветерком, нечаянно залетавшим в чашу вулкана.

Приземлившись на мелко-галечном берегу озера, я с удовольствием вдохнул прохладный горный воздух, насыщенный смолистыми хвойными запахами. Зачерпнув горсть воды, припал к холодной влаге губами. Очень вкусно! Чистейшая аш два о!

Быстрая подводная разведка показала, что средняя глубина около тридцати-сорока метров. Самая глубокая впадина - шестьдесят семь метров. И, самое удивительное, даже на такой глубине света было вполне достаточно, чтобы видимость оставалась более чем отличная. Прямые лучи пронзали толщу прозрачной воды, словно её вообще не было. Какой-то феномен, хм…

Ещё разведка показала насыщенную ихтиофауну, в основном, характерную именно для северных горных озёр. Конечно, местные эндемики тут обязательно есть, но каких-то особых экзотов ожидать вряд ли приходилось. Такова уж механика БВ. И это есть гуд!

Пора заворачивать флотилию к этому кластеру…

Мы, я и Жемчужинка, неподвижно висели в толще воды горного озера. Я посчитал, что если она, как будущая богиня жизни, поучаствует в этом сакральном действии, зарождении новой жизни, то будет весьма правильно.

Историю Чёрного Озера Жемчужинка знала отлично. Вообще, все приключения на острове Мо пользовались у неё особой популярностью. Сказки - это здорово, но приключения папы, не придуманные и достоверные, даже подтверждённые материальными предметами и свидетельством Головастика - куда как круче!

И вот, сейчас, она сама в приключении. Сейчас творится Таинство! Дочь замерла с вытянутой рукой, облако сине-зелёных волос медленно шевелится, глаза лучатся предвкушением… Я киваю, и она раскрывает кулачок!

Маленькая голубенькая капелька, что уютно дожидалась своего часа в моей пространственной татухе, медленно всплывает на пару сантиметров и… пуньк… С тонким пронзительным, но очень приятным звуком она мгновенно растворяется, породив сферическую, еле-еле ощутимую волну.

Повисев ещё некоторое время в толще воды, мы неспешно поплыли к берегу.

- Папа, а когда Горное Озеро станет разумным?

- Когда вырастет.

- А когда?

- Я не знаю. В своё время.

- Хотелось бы побыстрее, - вздохнула дочь, - Мы можем как-то помочь?

- Не всё можно подгонять, золотце. Скажу даже, не всё нужно подгонять, даже если можешь.

Мы сидим в кресле-качалке, закутанные в живое покрывало, прохладный горный воздух не столько холодит, сколько приятно бодрит. Рядом, в очаге из крупных голышей, уютно потрескивает горка углей, над которой, на рогульках, пропекается озёрная форель, распространяя аппетитные запахи. Её мы поймали с дочей сами.

Солнце ещё не закатилось за край океана, но тут в кальдере вулкана, уже легли зеленоватые сумерки, и уже даже где-то очень высоко зажглись самые яркие звёзды.

- Мы всё сделали правильно? - беспокоится Жемчужинка в который раз.

- Совершенно правильно, - улыбаюсь я, - Точно так, как сказало Чёрное Озеро.

- Интересно было бы его повидать, - вздыхает она.

- Почему нет. Пройдёт время, и очень может быть. А может и такое случится, что ты сама, первая из всех, заговоришь с Горным Озером. Ведь это ты, собственной ручкой "посадила" капельку жизни. А такие вещи в этом мире просто так не проходят.

- Я заговорю? - глазёнки Жемчужинки удивлённо расширились, - Как?

- А как ты разговариваешь с Головастиком?

- Здорово…

Некоторое время мы молчали, наслаждаясь покоем и близостью

- Папа, а мы сегодня будем ночевать здесь?

- А ты бы хотела?

- Очень.

- Значит, будем ночевать. И знаешь, мне очень кажется, что сегодня нас навестит мама.

- Правда! - вскинулась дочь.

- Так мне сильно кажется, - улыбаясь, чмокнул я её в носик.

Глава 15

- Так, - облизнул нос и потёр руки Рамзес, - тема: природное явление! Жемчужинка - считай!

- Кокал-бокал-шишел-вышел!

- Хр-р… И почему всегда на мне первом?

Он, Люси и дочь сидят в позах лотоса вокруг огромного блюда, полного воды. Это у них такая очень серьёзная игра. Каждый по очереди должен показать тонкую манипуляцию силой и как можно более искусный контроль.

Конечно, Рамзес и Люси под страшной, ешь землю, клятвой используют магические силы на уровне доступном, на данный момент, самой Жемчужинке. Иначе было бы несправедливо.

Это далёко не первая их совместная игра, и не единственная, кстати. Есть и другие, где посланцы незаметно, исподволь учат дочу разным магическим приёмам и способам. Не столько натаскивают напрямую, сколько подталкивают в нужном направлении.

Я тоже, частенько, участвую в таких развлечениях. Правда, не во всех. Например, сегодня. Вода - не моя стихия. Однако, и в стороне я не отсиживаюсь, выступаю технической поддержкой и третейским судьёй. Вот как сейчас, крупный магический светляк, что я создал и подпитываю, ярко и равномерно освещает "игровое поле".

- Ладно… Водяной смерч! - объявляет Рамзес.

Вода в блюде начинает шевелится, рябить. Потом медленно закручиваться, закручиваться, быстрее, еще быстрее… И вот уже ввысь потянулся тоненький "росточек" водяного смерча. Минута, и смерчик стал выше и толще, вобрав в себя основную массу воды из блюда! Постоял, покачиваясь, и мягко опустился обратно. Миг, и в блюде снова неподвижная вода. Чистое исполнение. Пять балов!

Тут ведь не только важно, что ты сделаешь с водой, но и как. Во-первых, обязательное условие: ни капли не должно вылететь за пределы блюда. Во-вторых, исполнитель обязан сохранять полную неподвижность каменного сфинкса при упражнении. Ни ухом не дёрнуть, ни хвостом шевельнуть. Ладони расслабленно лежат на коленях, спина прямая. Скривил губу, носом шмыгнул, морщинку на лоб положил - минус тебе! Только глазам позволено двигаться. Очень суровые правила, да.

- Противофаза! - вот какие уже умные слова знает моя дочь. Она идёт следующая по кругу:

- Водоворот!

Вода в блюде начинает медленно вращаться по часовой стрелке. Быстрее, быстрее, ещё быстрее. Вот уже появилась воронка, вот она разрослась, а следом - вся вода уже вертится с такой скоростью, что в центе даже показалось дно.

Но вот в конце вернуть воду в спокойное состояние у Жемчужинки так же ловко, как у Рамзеса, не вышло. Она ещё некоторое время крутилась, бурбулировала, рябилась, пока окончательно не успокоилась.

Хм… Уверенных четыре с плюсом.

- Цунами! - улыбнулась Люси.

Без всякой раскачки вода в блюде поднялась высоким валом, закучерявилась, запенилась гребнем и ударила в противоположный край! Но не выплеснулась, а, свернувшись внутрь себя, снова выросла и кинулась в другую сторону! И так несколько раз. А потом - враз успокоилась…

Очень круто, очень!

- Цы-цы-цы-цы… - Рамзес небрежно снял когтем пару маленьких капель, что всё же попали на него. Мол, смотрите какой косяк.

По правилам - сразу минус балл.

- Зато, это самое сложное, - тут же заступилась за Люси Жемчужинка.

- Р-ребёнок, - прорычал Рамзес, - опять ты заступаешься за неё. Она упустила капли! У-пу-сти-ла! Хоть бы раз за меня бы заступилась, - закончил он неожиданно.

- Ты, дядя Рамзес, и так слишком хорош! - заявила малявка, - А у нас женская солидарность!

- Что! Опять она! В который раз! Брат, ты чему дочь учишь!

- Дорогой, успокойся, - ехидно улыбнулась Люси, сладко щурясь.

- Судья! Я требую беспристрастного разбирательства! Требую!

- Да, папа, совершенно беспристрастного! - подтвердила Жемчужинка, подмигивая мне обоими глазами попеременно, - Любимая дочурка присоединяется.

- Господин Мо, просим, - мило улыбаясь, поиграла бровями Люси.

- Опять давление! - зарычал Рамзес.

- Кгм… - прекратил перепалку я,- Значит, так! Как честный и неподкупный, суровый, но справедливый я, посовещался и решил! Рамзес - средняя сложность, но исполнение - пять. Жемчужинка - тоже средняя сложность, но завершение упражнения не идеальное. Четыре с плюсом. Люси упустила пару капелек, тут уж что уж. Минус бал… но сложность высокая. Очень высокая. Оценка - четыре с плюсом. Итого, Рамзес выиграл.

- Папа!

- Господин Мо!

- Гы-гы-гы-ы…

- Он ухом шевельнул!

- Я тоже видела!

- Клевета!!!

Вот так мы и веселимся. Раз за разом. Ещё ни разу, ни одно "соревнование" не прошло тихо и гладко. Возмущенье, крики, смех! И это здорово, это нам очень нравится.

Мы вновь переживаем сезон штормов в подгорных чертогах. Удобную, развитую сеть пещер нашли как раз под островом со срезанным конусом вулкана. Мы с дочерью так и назвали этот остров - Горное Озеро. Кто не в курсе, ни за что не догадается, почему так, это - наш маленький секретик. Может быть, когда-нибудь, кто-то сумеет найти само горное озеро, и ему хватит интеллекта и просветлённости души, чтобы с ним Озеро заговорило, только тогда…

Кстати, для девятого народа называть острова - как-то особо не характерно. Остров и остров, один из множества встреченных в их скитаниях. Ну, хотят папа с дочерью называть острова, так пусть их, бацхвари всё равно. Главное, чтобы зимовать в данном месте было комфортно.

Эта сеть пещер была комфортна во всех смыслах. Не хуже, чем в тех, где мы жили в прошлом году. И даже в чем-то лучше. А конкретно: в богатых копях под самой горой! Вот и я не спеша, тщательно и последовательно знакомил дочь с удивительными и загадочными богатствами подгорных чертогов. А богатства были воистину грандиозными, Крук бы оценил, да. Думаю, даже был бы в экстазе!

Обычно я находил что-то заранее, и потом мы - я, доча и, конечно, Головастик - шли "искать"! Находили и разбивали походный лагерь! Тишина и таинственное «кап-кап»во мраке пещеры. Сталактиты и сталагмиты, отблескивающие в свете костра. Плесень, что разрисовала неровную стену невероятно разноцветной абстракцией! Пышный цветок из кружевного лишайника. Юркая ящерка или бронированный жучила, а может - слепой склизкий белёсый слизняк или улитка с хитро-закрученным домиком-раковиной… Всё так интересно, странно и занимательно!

Я рассказывал и показывал, как добывать руду, для чего тот или иной полезный минерал или ископаемое. Что можно сделать из него и, в общем, куда применить.

Учил, как правильно стучать кирочкой. У дочери была своя собственная, маленькая да удаленькая, выполненная по всем строгим канонам подгорного народа. Показывал, как найти "слабости" в, казалось бы, монолитной породе, в какую секретную точку ударить, чтобы отколоть кусок с наименьшей тратой сил.

Я, в целом, не планировал сделать из Жемчужинки мастера-рудокопа. Если бы это занятие ей не нравилось, то ограничилсябы лишь простыми лекциями по геологии. Для общего развития, так сказать. Но ей нравилось. Плюс ко всему, гениальные "Уральские Сказы" Бажова зашли прям в тему. Жемчужинка была однозначно настроена найти и познакомиться с Хозяйкой Медной Горы!

Иногда, тут же на месте, используя синергию собственных магических способностей, я выплавлял из руды слиточек металла прямо в ладонях. А потом "лепил" из него какую-нибудь занятную штучку: медную розу, узорчатый листок серебристого папоротника или браслетик из тонкой золотой проволоки. Чем вызывал неподдельное восхищение в глазах дочи.

Если ты никогда не испытывал подобного, то разве передашь словами чувства, что греют душу отца, когда на тебя смотрит твой ребёнок широко распахнутыми глазами, наполненными восторгом.

Иногда нам попадались воистину царские подарки!

- Смотри, доча.

Я обвёл рукой огромную, в мой рост, метровой толщины спиралевидную окаменелую раковину, неизвестно как оказавшуюся в одном из отнорков пещеры с богатой медной рудой. Руда была не только богатой, но, на мой взгляд, одной из самых красивых! Так называемая «Синий блеск».

- Ва-а-а… - восхитилась дочь. Не только мы влияли на бацхвари, но и они влияли на нас. - Что это, папа? - и тут же,- Это же раковина морская, да? Ух, какая большая! А как она тут оказалась? А почему? А зачем?

- Тши-и-и… усмири гейзер, ребёнок! Дай мне хотя бы на что-то ответить, - улыбнулся я.

- Да, папочка, прости, я снова спешу, - чуть ли не носком в полу ковыряется Жемчужинка. И моська такая - почти виноватая. Актриса она весьма талантливая, но меня на мякине не проведёшь, по глазам видно: до раскаянья там далеко.

- На кого это похоже, м? - папа очень хитрый, образование продвигает при любом удобном случае, - Мы таких видели с тобой в океане.

- На аммонитов? Хотя они и поменьше будут, и раковины слегка другие.

- Думаю он и есть, аммонит, подкласс головоногих моллюсков. И конкретно этот - доисторический. Помнишь, мы обсуждали геологические эпохи развития мира? - дочь тут же согласно кивнула.

- Скорее всего, когда подножье вулканы было погружено в океан гораздо глубже, в этих пещерах суетилась активная подводная жизнь. А потом что-то случилось, и аммонита тут завалило породой, но достаточно мягкой, раз панцирь остался цел. А может, сам помер, а иловые, и другие наслоения скрыли его под собой. Этого мы ныне уже не узнаем.

Со временем то ли вулкан стал выше, то ли океан ниже, а раковина, окаменев, так и лежала. Вода вымыла мягкую породу, и вот она - доисторическая окаменелость.

- Здорово…

- Но это ещё не всё, - подмигнул я дочери, - Само по себе найти такую штуку - удача, но именно в аммонитах есть большой секретик.

- Какой? - тут же возбудилась дочь.

- Думаю, тебе понравится. Надо только донести раковину до дома и аккуратно распилить её в вдоль.

- И что? И что будет?

- Наберись терпения…

- Прости, папа… - ни грана раскаянья.

- Ну, что, головастый, унесём добычу? Или сначала сходим за волшебным сундуком?

- Хозяин, Головастик один донесёт! - обвивая щупальцами весьма тяжелую раковину и отрывая её от пола, бодро сообщил мой пет.

- Тогда, вперёд!

Так, - думалось мне, пока мы возвращались обратно, - а как бы её распилить ровненько и без геморроя? Какие магические штучки-дрючки нам в этом помогут? Или обратимся к чистой механике? Медленно, печально, но очень надежно… Хм…

В результате я выпек большую абразивную пилу из алмазной крошки. Смастрячили с Головастиком маготехнический станок, по принципу пилорамы, и распилили аммонита. И не просто распилили, но и подсыпая, в процессе, особую алхимическую пасту, заодно и отполировали. Осталось лишь поставить две половинки стоймя, обмыть их, и ждущей в нетерпении публике явилось чудо! Внутренности аммонита, разделённые спиралью и сегментированными отсеками, вспыхнули яркими красками полудрагоценного опала! Мешаниной из синего, зелёного, красного и фиолетового!

- Ва-а-а… - раздался восхищённый выдох всех присутствующих.

Да, я знал ещё по матушке Земле, что такие вот аммониты, как собственно и иные окаменелые раковины, кости и даже отдельные куски деревьев, превращаются, пролежав миллионы лет, в полудрагоценные камни: опалы, халцедоны, кварцы… Не все, естественно, но довольно часто. И аммониты - как бы не лидеры среди прочих. И, кстати, отчего опал считают полудрагоценным? По мне - так невероятно красивый камень, с богатой цветовой гаммой! Уж получше какого-нибудь мутно-красного рубина или совершенно непрозрачного болотистого цвета изумруда. Если только по признаку прочности по шкале Мооса. Наверное, Моос был крут, раз создал такую полезную шкалу, и все, от технарей до ювелиров ей пользуется, но в душе, похоже, художником он не был. Нет, не был…

Две половинки раковины доисторического аммонита так потом и путешествовали с нами. На каждой, даже кратковременной стоянке, бацхвари торжественно устанавливали их в специальных подставках, сделанных ими собственноручно, и радовали глаза сиянием разноцветия. Напитывали, так сказать, народ благостью и красотой.

И ещё один подарок преподнесли нам пещеры острова Горное Озеро. Уже в самом конце сезона штормов. К тому времени Жемчужинка уже считала себя продвинутым спелеологом, рудознатцем и шахтёром, хе-хе… Хотя, если признать беспристрастно, прям, очень уж продвинутым - вряд ли, но кое-чему научилась. А если учесть природу моей дочери, то, чему она научилась, проходит по разряду, как минимум - очень хорошо. Остальное - отлично!

- Жемчужинка, посмотри, - я держал в руках слегка неровный, шишковатый невзрачный грязно-серый камень, размером с волейбольный мяч, - Что скажешь?

- Хм… - доча задумчиво стала рассматривать камень, постукивая пальчиком по губам в совершенно знакомом, по маме Еве, жестом.

Папа такой, иногда коварный, знаете ли. Просто так ничего не делает. Вот подсунул булыган и ждёт чего-то…

- Нравится?

- Как-то не очень, - с сомнением протянула Жемчужинка, оглядев каменюку. Вот синяя, с лёгким оттенком нежно зелёного, друза аквамарина, наполовину торчащая из стены на уровне её носа, впечатляла гораздо больше.

- О-о-о… Не суди по внешности, моё золотце, это удивительный и совершенно волшебный камень! Называется - жеод.

- Волшебный! - сразу же возбудилась дочь. Ведь папа не врёт! Если сказал - волшебный, значит так и есть, надо лишь присмотреться внимательней, пощупать даже, и понять…

- Помнишь правило - не всё есть внутри тем, чем оно кажется снаружи, - подсказал я ей.

- Значит, - сделала Жемчужинка правильный вывод, перестав щупать поверхность камня, - волшебство внутри? Если снаружи я ничего не нашла.

- В данном случае - именно так!

- Это что-то подобное древнему аммониту?

После того случая дочь упорно ищет окаменелости и даже преуспела в этом! Пусть это всего лишь небольшой кусок деревяшки, застрявший в узком угольном пласте. Частично деревяшка "проросла" нежно голубоватыми нитями и вкраплениями халцедона. Жемчужинка очень гордилась находкой, показала всем, и своим друзьям-головастикам бацхвари, и взрослым бацхвари, и Люси с Рамзесом, и конечно - маме. Теперь эта каменная деревяшка торжественно возлегает на специальной полочке в каюте дочери.

- А вот принесём домой, распилим и увидим! - поудобней перехватывая кирку, ответил я.

Ну то, что этот жеод, а он им и был, имеет внутри богатое содержание я уже знал. "Крикнув" сканером во внутрь камня, через невидимые, но присутствующие трещины я уловил отклик, показывающий густую призматическую структуру с вкраплениями игольчатых образований. Что это, и как выглядит, пока не ясно, но внутри "ларчик" явно не пустой.

Так и оказалось. Когда мы аккуратно срезали часть камня, небольшой кусочек сбоку, то нам открылась волшебная пещерка невероятно красивых кристаллов аметиста! От бледно-сиреневых, до густо-фиолетовых! В некоторых местах, словно странные цветы средь пупырчатой поверхности, торчали пучки игольчатых кристаллов прозрачного горного хрусталя. Я, как только вскрыл жеод, поместил в него совсем небольшой светодиодик и он залил внутренность "пещерки" чистым ярким светом. Кристаллы заиграли гранями, являя сказочное зрелище!

- Ух… ты-ы… - вырвалось у дочери восторженно, - как красиво!

- Головастику тоже нравится! - пробулькалмой пет, сосредоточив на жеоде аж три своих глаза.

- Волшебно! - согласился я, - Жеоды вообще удивительные образования. Ни один из них не похож на другой, хотя условия, при которых они появляются, приблизительно одинаковые.

- Расскажешь про жеоды, папа?

- Обязательно.

Некоторое время мы, молча, любовались сказочной шкатулкой.

- Давай подарим это маме? - завороженно любуясь внутренностями камня, предложила дочь.

- Хм… Можно, конечно. Но, знаешь ли, это - очень красивая штука, однако природная. Думаю, наша мама видела и не такое.

- Да?.. - перевела на меня растерянный взгляд дочь.

- Скорее всего, так. Но мысль подарить маме подарок - очень хороша. Только надо подарить что-то, сделанное своими руками. Твоими руками, моё золотце. Вот это её на самом деле порадует. Очень сильно порадует.

- Ты думаешь? - с сомнением пожала плечиками Жемчужинка.

- Уверен, - кивнул я.

- Но я не смогу сделать такое же красивое, - посмотрела на меня печально дочь.

- Ну, во-первых, именно такое красивое и не надо. Сделай своё. Это мама точно оценит. А во-вторых, кто тебе сказал, что ты не сделаешь красиво? Станешь учиться некоторым нужным профессиям, стараться, и уверен, что результат будет даже лучше!

- Правда? - настроение у дочи скакнуло вверх.

- Даже не сомневайся!

- А как скоро смогу?

- Ну, не завтра и не на следующей неделе, точно, - улыбнулся я, - Но любой путь в тысячу ли, а это очень далеко, начинается с первого шага. Так говорит один древний народ.

- Это бацхвари, чтоли, так говорят?

- Не, тот народ будет помоложе, хе-хе. Думается, гораздо помоложе.

- Так, - перешла Жемчужинка на деловой тон, - какие навыки и знания мне нужны, чтобы сделать подарок?

- Смотря какой и из чего.

- Из самоцветов, - ткнула она внутрь жеода пальчиком, - таких и иных разных, и блестящих металлов, конечно!

- Тоесть, украшения?

- Да, папа, именно!

- А почему именно они, стесняюсь спросить?

- Не стесняйся. У мамы до сих пор нет короны!

- А она ей нужна? - удивился я.

- Да ты что! - возмутилась неподдельно дочь, залезая мне на колени и уставившись в глаза, - Конечно нужна! Она ведь самая красивая и, заодно, великая правительница всего-всего, а короны нет! Пф! Вот правильно мне говорили и мама, и Люси с Ночкой, и Квака, что мужчины ничего-ничего в жизни не понимают!

- Понял, понял, - задрал я "лапки" вверх, - не прав, осознал, согласен, сдаюсь.

- То-то… И что мы будем учить, чтобы я сделала очень красивую и совершенно нужную маме корону?

- Охо-хо-хо… Всего лишь продолжим изучать артефакторику. К ней добавим ювелирное дело. Рисование и, даже не такое и простое, на первый взгляд, искусство черчения. Обязательно - сопромат, потом объясню, что это и зачем. Навыки златокузнецов, соответственно. Естественно, металловедение и, как частный случай, - художественное литьё. А к нему изучим, как изготовить правильные формы для литья, - По мере моего спича глаза у Жемчужинки расширялись всё больше и больше! - А значит, и научимся делать восковые или иные модели. Конечно, затронем кристаллографию. Надо же тебе понимать, что же такое драгоценные и иные камни, с которыми ты будешь работать. Ну… наверное ещё что-то всплывет по ходу обучения, но пока это из основного.

Некоторое время мы оба молчали.

- И как, не передумала? - глядя на погрустневшую дочь, улыбнулся я.

- Эх… - тяжело вздохнула она, - Совсем времени не останется поиграть с друзьями.

- Ну, почему же, если всё правильно распланировать, не гнаться за быстрым результатом, ибо быстро в таком деле - почти всегда не хорошо, то и учится время будет, и поиграть.

- Ты мне поможешь, папа? - приникла ко мне дочь.

- Даже не сомневайся! - ласково прижал я её к себе.

- Тогда будем учиться! - решительно подытожила она, и тут же перепрыгнула на другую тему, - Я пойду, покажу ребятам жеод?

- Кто, если не ты…

В чём ещё мы преуспели за это время? Мы учимся готовить! И даже кое-чему уже научились. Как-то так получилось, что однажды, среди множества разговоров мудрого папы с умненькой и внимательной дочей, коснулись мы темы готовки всех этих вкусняшек, что она с удовольствием потребляла на завтраки, обеды и ужины. Ну, и так, по ходу жизни могла что-то сжевать.

Оказалось, для дочери естественно, что существует такая штука, как кулинария. И это даже не только несколько профессий объединённых в одно - вкусно и полезно, а скорее приятно, готовить - но и целое искусство.

Более того, папа очень даже неплохо владеет частью этого искусства. Кстати, одним из потрясений для неё явилось то, что всё мной готовилось без капли магии. Но ещё более того, выяснилось, что не владеть навыками этого искусства для истинной женщины - прям совсем стыдно! И если не хочешь чувствовать себя слегка неудельной, мало ли как оно в жизни повернётся, то изучать это искусство надо начинать, как можно раньше. В этом деле, как говорится, никогда не рано и никогда не поздно.

Короче, коварный я наплёл дочери с три короба умностей по этому поводу, загрузил целой философией и вообще… И скажите, что я ещё не прав! Причём, я Жемчужинку напрямую ни к чему не принуждал, хе-хе, но развеж могла она устоять-то?!

И вот, дело пошло! Дочь быстро получила личный набор кухонных ножей и целую кучу рецептов. Начали мы с простейшего. Пожарить яишенку или картофан - много умений не требует. Элементарные салаты - тоже не бином Ньютона. Дальше уже чуть более сложные блюда. Не по изготовлению, а по подбору ингредиентов для создания вкусового букета. Тем более, свежайшие морепродукты под рукой, отчего бы их не использовать. Да и овощи-фрукты у нас есть всякие. Начиная от нормального вкусового набора, ну если только вид не всегда для меня привычный, к примеру - желтая редиска или фиолетовый в крапинку картофель -до экзотов всяческих. Экзотические овощи и фрукты и по виду весьма странные иногда, и вкус словами, как правило, не передашь вообще, но почти всё - просто объедение.

Мне для дочери даже пришлось изобрести майонез. Сам я к нему довольно равнодушен, вот такой пищевой инвалид, хе-хе, поэтому как-то без него обходился. Правду сказать, мне и кофе совершенно фиолетово, никогда его не пил. Вот чай - это моё. Остренький соус, соус кисло-сладкий, всяческие бодрящие вкусовые рецепторы пасты - это я очень даже, наследство бурной молодости в азиатских странах, так сказать… Вот такие я делаю регулярно, но майонез "открыл" исключительно для дочери. Больно много всего с ним можно приготовить.

И знаете что? Система отметила моё "изобретение" вот такими строками:

"Господин Мо - молодец!"

Молодец, мля! Прочитав такое, я, вдруг, поймал себя на мысли, от которой стало как-то… странно. Даже залез в анналы, чтобы себя проверить. И да, точно, с момента, как моя дочь оказалась у меня на руках, я не получил ни единой циферки в статы и способности. Ни за что… И это при том, я ясно чувствовал, некоторые мои магические способности, тем не менее, потихоньку развивались и прогрессировали. Только без виртуального подтверждения.

Возникла у меня мысля, куда, а точнее - кому идёт весь цифровой прогресс, но даже желания проверить это не мелькнуло. Я не цифровой герой, я - отец, дед и пару раз прадед с огромным опытом воспитания, мне и на глаз всё прекрасно видно.

В общем, мы с Жемчужинкой теперь готовим вместе. Бо-о-льшие порции! Головастик на подхвате, естественно. Поймай краба! Поймай рыбу такую-то! Принеси гребешков среднего размера. Нарви вот этих водорослей. И так далее… А ещё дочь скармливала ему свои экспериментальные творения.

- Вкусно, Головастик, вкусно? - допытывалась она, вглядываясь в какой-нибудь очередной глазик головастого, которым в данный момент он держал Жемчужинку в поле зрения.

- Вкусно! - охотно соглашался Головастик, ловко закидывая в себя её готовку, - Очень вкусно, маленькая Хозяйка!

Дочь довольна, Головастик доволен, но объективности - ноль, вообще-то.

Поэтому не долго длилось сие благолепие. Я не только рассказал, но и предметно показал, что Головастик жрёт, в принципе всё, вплоть до камней. Понятие "вкусно" вообще мало совместимо с Головастиком. Как-то до сих пор такая подробность проскочила мимо Жемчужинки. Детское восприятие. Я ем вот это, значит, и остальные едят такое же. Ну, плюс\минус. Даже бацхвари, как только у них появилась возможность, перешли на жаренье, печево, варево и иные шалости с термообработкой. Сырую рыбу если и едят, то такую, что и я кусочек съем с удовольствием. Есть тут виды не хуже отменного тунца, а то и получше.

Так что, откуда ей бы знать такие тонкости пищеварения моего пета. Головастик жрать всякую гадость на глазах маленькой хозяйки стеснялся. Поэтому от звания «Главного Пробователя саморучно приготовленных блюд» после того, как дочь отошла от удивления, Головастика отстранили и назначили кого? Правильно! Папу и маму! Я-то и раньше был дегустатором, суровым, но справедливым, а Ева на такое попадает не часто и уже, как правило, на доведённоё "до ума". Остальные вкусители ништяков - Рамзес, Люси, изредка - Ночка, и все друзья дочи - бацхвари.

То, что Жемчужинка может скормить салат посланцам - это, как раз, не удивительно, божественный ребёнок, понимать надо. Но вот то, что Рамзес жрёт морскую капусту, приправленную псевдо-оливковым маслом, острым перцем и толчёным орехом - вот это удивительно. Не его еда, как бы. Не для его вида…

- Гы-гыг, - отвечает он мне скалясь, - Человечек ты странный, брат. Я же Посланец Великой, могущественное, высшее существо! Могу всё! Даже съесть такую гадость! Кстати, Жемчужинка, очень вкусно!

- Спасибо, дядя Рамзес, - очень подозрительно прищурившись сквозь оскал улыбки, благодарит его дочь.

- Да, согласна, очень вкусно, - глянув на шакалоголового очень строго, поддерживает его Люси, - Пикантно, с мягкими нотками горчинки. Жемчужинка сегодня молодец!

- Спасибо, тетя Люси, -расцветает она!

- Да, приятно так хрустит на зубах, как свежее сено… - кивнул Рамзес.

- Молчи уже, - дёргает его за ухо Люси.

Кстати да, и правда вкусно получилось. О том, что если кому-то что-то не понравится, то об этом скажут честно и открыто, мы договорились сразу. И с посланцами, и с бацхвари, и между собой. Причём, о том, что у каждого могут быть свои собственные предпочтения, как вкусовые, так и пищевые, я очень много рассказывал дочери. Эти предпочтения, как индивидуальные, так и для целых народов, существуют. Одна селедочка сюрстрёмминг чего стоит. Эскимоса нельзя держать на банановой диете - умрёт. А папуаса Новой Гвинеи не заставишь жрать протухший тюлений ласт. А если наоборот, вполне себе будут довольны. Много я на эту тему рассказал дочери, да.

Не обошёл вниманием такое понятие, как национальные кухни. Я-то едал всякую за свою долгую жизнь. Не всякая мне нравилась одинаково, имею ввиду, как вся кухня в целом, но был у меня набор блюд из разных кухонь, которым я отдавал предпочтение. Однако, русская кухня у меня "изучена" рецептурно, довольно богато. Её мы пользуем регулярно. И, конечно же, большая часть блюд приморских народов, что Европы, что Южной Азии, связанных с морепродуктами, у нас в приоритете.

В общем, готовить я дочу учу, и научу. И, думается мне, со временем - очень даже неплохо, а скорее - отлично! Будут у неё выходить кушанья отменного вкуса и со всеми полагающимися прибавками магическими.

Ну, и ещё один "прокол" у меня вышел за время нашей зимовки. Хотя, проколом это назвать нельзя, ибо пение - большая часть формирования осознания ребенком себя, как части русского народа, прививка русского менталитета. Или кто-то думает, что я буду прививать Жемчужинке нагло-пиндосовскую вкупе с европоповским толеразмом, парадигму? Человека, преклоняющегося перед западными ценностями? Хе-хе-хе… Смешно.

Язык родной, прежде всего и формирует восприятие мира. Все эти сказки, считалочки, поговорки и, конечно, песенки. Песенки и за тем уже песни, без них никак. Все эти "Я на солнышке лежу, я на солнышко гляжу…" или "Если с другом вышел в путь, веселей дорога…", а за ними "Луч солнца золотого тьмы скрыла пелена…" Много, очень много успели композиторы и поэты Страны Советов написать для детей. Так много, что хватило на десятки лет вперёд, бери да пользуйся. Тем более, увы, в двадцать первом веке чего-то подобного уже не сочиняли.

И вот, почти сознательно, я стал петь Жемчужинке песенки. Колыбельные мы как-то проскочили, дочь засыпала, стоило только коснуться головой подушки или уютно устроится у Головастика в щупальцах. Как уже говорил, сначала детские, но так как память у дочи идеальная, то очень быстро перешел на более расширенный репертуар.Идеальный слух и модифицированное горло позволяло мне - всё! Все что захочу!

Но папа хитрый! Отдуваться одному я в принципе не собирался, не для того я палил свои певческие таланты! Буквально, с первых песен я припахал дочь петь вместе. И она делала это с удовольствием! Голос у неё был… как бы это сказать - восхитительный! Как и слух, кстати, ровно такие же, как и у меня.

Ева, как-то раз, послушав пение и дочи, и скромноё моё, улыбаясь, пояснила, что голос и слух - это у неё от меня, а от мамы - ещё кое-что. Пока Жемчужинка не вошла ещё в истинный свой голос, вот подрастёт, вот тогда… Она - будущая Сирена! И очень хорошо, что я занялся с ней пением. Прям очень и очень кстати. Ну, я как бы и сам знаю, а вот что такое Сирена, хотелось бы прояснить подробней. Так-то у этого слова есть несколько значений, но хотелось бы понять, что в него вкладывает божественная.

Сирена, как я предполагал и сильно верил, оказалась все же не гудок на пароходе, а та самая способность творить голосом прекрасные и ужасные вещи. Петь так сладко, что погружает слушателя в покой и наслаждение. Если Сирена захочет, то покой и наслаждение плавно перетекут в тихую смерть. Сирены могли своим пением укрощать ярость, злобу, горе, тоску и безысходность или - дарить всё это. Могли снимать боль, внушать уверенность в своих силах, бодрость, оптимизм или - ввергать в меланхолию и депрессию. Воздействовать пением Сирена могла не только на разумных тварей, но и на тварей неразумных. Всё это, и кое-что ещё, сверх того, могла делать Сирена. Потом, когда войдет в силу.

А пока мы с Жемчужинкой пели песни. Для себя, для других… Мы часто пели для бацхвари, для Рамзеса, Люси и Ночки. Для мамы Евы…

- Это всё прекрасно, - говорила божественная, - но нужно как-то развивать её голос, - она пощелкала пальцами, - более широко. Не знаю, как выразиться понятней, более жестко. С нагрузкой. Жемчужинка сможет, но ей это просто необходимо.

- А сама не запоёт? Твоя ведь дочь. Самой-самой из божественных богинь.

- Сами у неё только нехорошие словечки от тебя запоминаются, - погрозила мне пальчиком Ева, - остальному Жемчужинку надо учить, как обычного ребёнка. Что вложишь, то и получишь…

- Есть у меня одна задумка, - мгновенно сориентировался я, стараясь соскочить со скользкой темы "Великого и Могучего" ибо грешен, что уж тут… - Знаю, что может заинтересовать дочь. Попробую обязательно…

Но я не я, если бы не припахал к этому делу и других! Был коварный план "подставить" Рамзеса и Люси заодно, а вышло даже лучше. Надо было лишь мне самому подготовиться как следует. И вот однажды…

- Дядя Рамзес - пой!

Это я коварно подговорил дочь наехать на посланца. Обещал хорошую шутку и безобразия. Ещё бы доче не согласится.

- Не умею! - мотнул ушами и хвостом одновременно шакалоголовый.

- Врёт! - это я вставил.

- Что! Брат, ты что с ума сошел? Это когда я пел? Где я и где - пой! Это вы поёте - заслушаешься, а я только рычать, выть и горлом клокотать способен.

- А как же - Я Высшее Существо, Посланец Великой, могу всё!

- Э-э-э… - подвис Рамзес

- Вот тебе и э-э-э…

- Да! - через пяток секунд радостно оскалился Рамзес и щелкнул пальцами, - Ты раскрыл меня, человечек! Обнаружил мой тщательно скрываемый секрет! Я, Рамзес, Посланец Великой - не могу петь! Ха! - ткнул в моём направлении посох Утренней Свежести Рамзес.

И смотрит на меня так хитренько, прищурив глазки от удовольствия. Мол, получи! И что ты будешь делать теперь? И Люси смотрит выжидательно и дочь смотрит заинтересованно. Но меня, многомудрого, можно ли так просто провести? Да не смешите мои тапочки!

- Говоришь, горлом клокотать можешь? Фырчать низко, рычать, тянуть высокую ноту, воя?

- Ну-у-у… - Рамзес сразу почувствовал подвох.

- Доча, спроси у дяди Рамзеса - может?

- Можешь, дядя Рамзес, - радостно улыбаясь, тут же повторила она. И поди попробуй соври!

- Ну-у-у-у… Могу. - ответил Рамзес с таким выражением морды, словно в омут с головой бросился.

- Дамы и господа, леди и джентльмены. Доча! Разрешите представить удивительный и прекрасный, в своём роде, музыкальный феномен - горловое пение. Распространено на многих территориях, там, откуда я родом. Сибирь, Тибет, Монголия и кое-где ещё местами. Конкретно я сейчас покажу хоомей - горловое пение народов Тувы. Там много стилей, но я продемонстрирую простой пример "высокого голоса" и "низкого голоса".

Мастер хоомея может тянуть мотив на одном дыхании от минуты до полутора минут. Самые-самые - до двух минут. Это, с учётом того, что они не просто не дышат, а вибрируют чуть ли не всем организмом, и это на самом деле круто. Очень круто.

Ну, дыхалка у меня ого-го, а выносливости и того больше! Слух и голос в полном порядке, и, конечно, я предварительно потренировался, да. А значит, закроем глаза, вдохнём поглубже…

Если ты не слышал горлового пения, рассказать на "пальцах", что это такое, невозможно. Можно лишь сказать, что в хоомее можно придерживаться какой-то определённой мелодии, можно с нею импровизировать, а можно впасть в полную свободу импровизационной нирваны. Всё хорошо зазвучит, если душа поёт. Ибо по моёму твёрдому убеждению, спеть без слов, одним горлом можно только через душу.

Я долго тянул мотив, минуты четыре. А когда замолчал и открыл глаза, то увидел отвисшие челюсти Рамзеса и Люси, совершенно желтого Головастика с выпученными глазами, хотя куда больше! Эмоции, которые меня от него захлестнули, можно было бы расшифровать как - а что, так можно было?! Ну и, на сладкое, совершенно восторженную дочь.

- Папа, - настолько звонко завизжала она, что почти оглушила,- Это так здорово! - Прыгала она, хлопая в ладоши, - Ещё! Ещё хочу! Пожалуйста!

- Брат! - шмякая широкими ладонями с когтистыми пальцами, вывесил язык Рамзес, - Респект тебе и уважуха! Удивил!

- Очень необычно и завораживающе! - покивала головой Люси.

- Хозяин, это прекрасно! - булькал Головастик.

- Папа, ещё!

- Давай, брат!

Ожидал я произвести впечатление, но, честно говоря, не да такой степени. Но теперь - что уж, выпустил джина из бутылки…

- Вам хочется песен? Хе-хе… Их есть у меня!

Вторую композицию я практически прохрипел. По-моему, этот стиль называется кыргыра. Очень брутальная штука! Тяжелая в исполнении, но я справился.

- Здорово, здорово, здорово! - подскакивала в возбуждении дочь, - Я тоже так хочу.

- Раз хочешь, значит - будешь! - поймал и посадил я её к себе на колени, - Но сейчас у нас на кону более важный вопрос, - я наставил палец на Рамзеса, - Ну чё, брат!? За базар ответишь? Профырчишь, проклокочешь горлом что-нить коротенько? Сам сказал, что такое можешь. Или опять сольёшься, упирая на свою несостоятельность, как всемогущего существа?

- Ты коварный! Какая я же ты устрица! Жучило! Я бы и иное сказал, но тут женщины и дети!

- И?

- Ты думаешь, самый умный, а я - пальцем деланный? Фы-р-р! - уничижительно фыркнул Рамзес, - Только одна секунда!

Он и правда исчез и тут же вновь явился, можно сказать, мигнул.

- Вам хочется песен? - окидывая горящим взглядом меня, улыбающуюся Люси, потирающую ладошки Жемчужинку, - Их есть у Рамзеса!

Шакалоголовый задрал голову… и выдал фырчание-рычание на низких нотах, очень низких, даже ниже ноты соль местами. Мелодия очень странная, но торжественная такая. насыщенная. Если бы нечто подобное исполняли жрецы Египта или там Перу, встречая восход солнца на вершине пирамиды, оно бы прям к месту пришлось. Рокот его голоса наполнил пространство большой пещеры отраженным эхом, и стало казаться, что не он один тянет мелодию, а целый хор. Очень всем понравилось.

- Дядя Рамзес! - вскричала дочь, - Зачёт тебе!

- Дорогой, это было неплохо, - улыбнулась Люси.

- Неплохо, - возмущенно-наигранно воскликнул Рамзес, - Дорогая, я был великолепен, как никогда.

- Долго тренировался, брат! - намекая на его "мигание". Времени, на самом деле, в этот момент могло пройти - годы. Для посланцев, как уже говорилось, оно не линейно.

- Что за инсинуации, брат! - скорчил непонимающую морду Рамзес, - Секунда - и я готов. Я же не слабый человечек, а высшее существо, гыр-р-р…

- Читер ты цифровой, - хмыкнул я, а глазами маякнул дочери на Люси. Жемчужинка вмиг сообразила.

- Тётя Люси, и ты пой! - наставила на неё пальчик дочь.

Люси, не вдаваясь в прения, мигнула, как и Рамзес.

Рамзес. Снисходительно улыбнулась и загудела, засвистела и зажундела высоко и очень завораживающе. Кажется, этот стиль в хоомее называется - муха.

- Лепо, лепо! - шмякая ладонями, возбудился Рамзес, - Почти как я, и гораздо лучше Мо!

Я тебе дам, - ткнула в бок кулачком Рамзесу Люси, - почти как я!

- Но что лучше брата, ты похоже согласна.

- Дядя Рамзес, - руки в боки, заявила дочь, - я сейчас тебя укушу!

- Ах! - хватая дочь в охапку Рамзес прошелся по её щеке языком-лопатником - Какая сладкая!

- Фу! Фу, дядя Рамзес! - верещит довольная дочь - Не делай так!

- Сладкая! - довольно закатывет Рамзес глазки.

Нам было здорово, весело…

- Хозяин, - вдруг пробулькало в голове, - Головастик тоже хочет попробовать.

- Что? - Жемчужинка мгновенно повернулась к моему пету, - Головастик хочет петь? А он умеет?

Дело в том, что головастый так и не оставлял попыток научиться говорит голосом. Все "технические" возможности у него для этого были, но пока воз и ныне там. Что за системный запрет стоял на речи Головастика, никто понять не мог, а Ева на этот вопрос только улыбалась.

В свободноё от "работы" время он всё так же тренировался, извлекая из себя огромную массу звуков. Он регулярно веселил дочь и малышню бацхвари своими руладами к полнейшему их восторгу.

И, надо сказать, он мощно преуспел в сем деле. Среди всяческих фантастических, экспериментальных и "неземных" звуков, Головастик освоил массу звукоподражаний реальных. Он мог изобразить любые природные звуки. Хошь вой ветра, хошь шелест волны. Любой звук животного происхождения, если хоть раз его услышал. Он даже научился изображать музыкальные инструменты. Волынку и барабан, свирель, хотя предпочитал всё же играть на скрипке вживую. Так, говорил он, естественно и правильно. В общем, Головастый был в извлечении звуков многокрут, только речь изобразить не мог. Такая вот засада. И вот теперь…

- Головастик очень хочет попробовать, - пробулькало в ответ, - Прямо сейчас!

- Внимание, - хлопнул я в ладоши, привлекая внимание Рамзеса и Люси, - сейчас будет сюрприз. Головастик - давай!

И он дал! На его теле открылись дыры и щели, и пространство пещеры наполнилось переливчатым многоголосьем высоких и низких нот, их широкими октавами. Не знаю, как посланцам, а этому живому "органу" дышать не требовалось, гудеть он мог бесконечно. Не знаю, что там в голове у Головастика, какой композитор сидит, но, честно говоря, он заткнул нас за пояс легко и непринуждённо! Это было феерично…

Когда, после окончания "концерта", все выражали полный одобрям Головастику, хлопая и восхваляя, я только и мог в восхищении и без всякой зависти констатировать…

- Вы все, чертовы цифровые читеры!

Результат всего этого, которого я и добивался - дочь начала разрабатывать горло. Скрипеть, жундеть, клокотать и всячески самовыражаться. Наставником тут выступал я, но больше всего Головастик.

Но это оказались не все последствия нашего импровизированного концерта. Бацхвари, услышав нас, звуковые колебания отлично разносятся под каменным сводами, скопились в проходах и на краю периферии пещеры, и с удовольствием нас прослушали.

Сами они никогда не лезли под грозные очи посланцев при их посещениях, а тем более, Евы. Всё как-то старались не мелькать под носом и не отсвечивать перед глазами. Нет, они их не боялись, но очень сильно уважали. Налетев, однажды, на гнев божественных сущностей, девятый народ считал за лучшее быть от них слегка подальше, так оно спокойней будет. Но против божественных звуков, как они сами признались, устоять не смогли. Притянулись как магнитом железные опилки.

Оказалось, что у бацхвари есть нечто подобное горловому пению. Их мешки под подбородком могли знатно раздуваться и резонировать, за счёт чего бацхвари выдавали знатные рулады с большим разнообразием тонов и регистров. Такой себе самобытный хоомей в исполнении больших лягушек. Хотя, оно даже близко не похоже на лягушачье кваканье в пруду. Чуть позже они продемонстрировали своё умение. Очень интересно было слушать. Нам всем понравилось. И мне, и Жемчужинке, и головастому, и даже Рамзесу с Люси.

- Почему же вы раньше этого не делали?-спросил я ещё тогда Старого.

- Не то было время для песен, - ответил он, - Племя медленно угасало, чего уж горланить, где уж тут веселится. А теперь, - продолжил он на незаданный мной вопрос, - всё иначе. С пошлого сезона у нас не погиб ни один соплеменник. Снова женщины родили семерых малых. Мы сыты, одеты, у нас появились различные инструменты. Ушедшие Боги явили нам свою милость, послав сначала тебя с акваматом, а потом Жемчужинку - Сокровище Народа. Да, - закатил он удовлетворённо глаза, - теперь всё по-другому. Что же не спеть, коль умеем.

Так дальше и повелось,"голосили", так стали это называть, довольно часто. Иногда кто-то один или вдвоём, тихонько, почти кулуарно. То Головастик солировал, а то бацхвари, я тоже иногда подключался. А когда прошло время и Жемчужинка освоила горловое пение, мы часто "голосили" так, что, наверное, за километры было слышно. Иногда все вместе мы давали грандиозные концерты. Я, дочь, Головастик, Посланцы, девятый народ… Просто так, для себя, для удовольствия… Собирались где-нибудь на пляже, под лучами заходящего Голубого Ока и давай импровизировать! Этот грандиозный хор нужно было слышать, словами такое не передать. Разве что записать и скинуть Утятам, пусть охренеют там, у себя, в песочнице, как мы тут развлекаемся…

Глава 16

Носы тримарана "Принцессы Мио" легко режут прозрачную, изумрудно-синюю невысокую океанскую волну. Ветер поёт в парусной оснастке, поскрипывает такелаж, и любопытные чайки летят параллельно яхте, кричат, довольно немелодично, а иногда и противно, но вот парадокс: для моего уха вполне благостно. Солнце, воздух, брызги…

Сам я балдею в кресле-качалке и ничего не делаю, и только иногда, лениво, руковожу моей шустрой командой. Да, у меня целая команда, хоть особой нужды в ней нет, катамаран и строился с учётом, что им можно управлять в одиночку, настолько он маготехнологичен. Но раз Жемчужинка изъявила горячее желание стать настоящей морской волчицей, то разве кто против? И, конечно, рядом с ней дюжина верных друзей-бацхвари. Уже не головастики, а вполне себе юные лягушата. Повзрослели, "заматерели", хе-хе… Впрочем, и дочь к моменту отправки в плавание нашей слегка усовершенствованной и подросшей флотилии, опять немного, но скачкообразно подросла. Теперь ей лет девять-десять. Бодрая, энергичная, уверенная в себе сударыня! Уже немало знающая, кое-что могущая, а в чём-то даже уже умелая. Готовка, кстати, на всю банду - это её.

Вот и шуршат они "по морскому хозяйству". Тянут шкоты, крутят лебёдки, драют не только палубу, но и всё остальное… Единственно, к чему у них нет, пока, доступа - это стоять за штурвалом. Тут у нас бессменный рулевой Головастик. Он же бдительное око, чтобы кто-то куда-то не влез. При необходимости - скорая техническая и просто помощь, страж и сторож, ну и много всего по мелочи.

Дочь и её команда не только "управляют" тримараном, но и учатся, естественно. Прежде всего, управлению корабля, его возможностями, механизмами, простыми и магическими. Как, что и почему всё это работает.

И не только этому, а вообще всему, что даю я, Старый или кто-то из старших лягуш. Если мы останавливаемся около острова, то уроки проходят на суше, а если в море, то к вечеру на палубу выгружаются нужные специалисты.

Мы, после окончания штормов, третий месяц неспешно плывём вдоль островов Великого архипелага. Где-то задержимся на день или два, на каком-то острове с неделю и даже больше. Мимо каких-то просто проплываем, не останавливаясь.

Я, следуя собственному плану, часто в "одно лицо", так сказать, высаживаюсь на заинтересовавшие меня острова вместе с дочерью и, естественно, с Головастиком. Иногда - подходя к острову на «Принцессе», изредка просто прихватив дочь - слетаю.

Я стараюсь показать Жемчужинке всё многообразие мира Океании. Его краски, звуки, живое и неживое, и «полунеживое живое». Обычное и привычное для меня, и совершенно экзотическое. Рассказываю в меру своих сил, образования и понимания, что и как…

Мир подводный, мир подгорный, мир суши, с его разнообразнейшими ландшафтами и климатическими зонами. И ещё множество миров, больших и маленьких. Царство кристаллов и металлов, что, в какой-то мере, родственники. Империя растений и полурастений, опасных, полезных, ядовитых, вкусных, каких угодно всяких, но среди которых нет ни одного бесполезного. Мир животных и насекомых. Вселенную грибов, что по видовому количеству, пожалуй, переплюнет всех разом. И о многом другом…

И да, я могу показать лишь малую часть всего этого, а уж рассказать внятно - о ещё меньшем. Гораздо меньшем. Но я стараюсь…

Божественная Ева, мама Жемчужинки по факту, и как бэ моя официальная если не жена, то женщина - общий ребёнок это не баран чихнул - помогает мне в этом. Несколько по-своему, редко, но помогает.

Иногда появится, заберёт дочь и что-то там с ней мутит. Шушукаются, хихикают, ручками шаманят. Иногда вовсе куда-то пропадут…

Ответ на незаданный вопрос всегда один: это наши женские штучки. Знаю я эти штучки, да. Но магией с дочерью Ева точно занимается, и это хорошо. Как и я сам, как Рамзес и Люси, а что-то постоянно лезет из дочери само собой. Как и обещала божественная, Мать-Природа подсказывает.

Жемчужинка в магическом плане развивается хоть и плавно, без рывков, но уверенно. Они, дочь и посланцы, уже не играют в смерчики и водоворотики в блюдце, они ими играют прямо в бухте. И масштаб "юнитов" уже очень поболе будет. Мало того, они ими сражаются. Удержать концентрацию, к примеру, своего водяного "бойца", разрушить, впитать чужого. Уклониться, отступить, напасть на ослабленного, замешкавшегося — вот как они теперь развлекаются.

Но не только, они ещё много созидают. Они строят дворцы и замки из песка, льда и воды. Подвешивают радуги из тех же материалов. Нагоняют мини-тучки с дождём или снегом. Создают цветные картины из ярких бабочек и жуков, заставляя их выстроиться в нужном порядке. Или выделяют кристаллы соли из морской воды и создавали из них удивительные, ажурные цветы и снежинки.

Во многом из этого я уже давно не принимаю посредственного участия. Отстал по мастерству. И чем дальше, тем больше отстаю. Я ещё многое могу и даю Жемчужинке в практическом плане работы ручками. Причём, во многих сферах "прикладного творчества". Я силён в ядах и в их производных. Могу многое показать и рассказать об электричестве. Но во многом дочь уже сильнее меня. И мне, слава богу, хватает понимания, что так оно и должно быть. Только гордость за Жемчужинку, только удовлетворение счастливого отца! Я как воспитатель куда как опытнее и на три головы превосхожу все эти магические шалости. Ибо не они делают человека человеком и даже мага - магом. Вовсе не это. Менталитет, парадигма восприятия мира, мироощущение, если хотите, моральные принципы и социальные поведенческие реакции - вот что главное.

Вот их я и вкладываю в голову дочи денно и нощно, так как я это понимаю, так как я это вижу. И да, делаю некую кальку со своего мироощущения, прививаю свои моральные установки. Ибо так и надо. Ибо, когда вам говорят различные деятели, что тем самым вы ограничиваете своего ребёнка, подавляете, навязываете свою картину мира, а это ая-яй, как нехорошо, и даже отвратительно, знайте - они лгут вам! Не просто лгут, они ждут! Ждут, словно грифоны-падальщики, когда вы ослабите контроль над своим ребёнком, отвлечётесь на повседневные заботы, на выстраивание успеха или карьеры, пустите дело на самотёк, мол и так сойдёт и… они тут как тут! Они подхватят чистое сознание вашего сына или дочери, обволокут и заинтересуют, подсунут "вкусное и запретное" и привьют своё видение мира. Совершенно нагло, на голубом глазу сделают то, за что пеняли вам, навяжут свою картину мира. Свои парадигмы и свои моральные ценности. И они, ценности эти, будут "правильными", но точно не с вашей точки зрения! Потому что это их ценности, а не ваши. И не важно, что вам они могут не понравится, мягко говоря, дело-то сделано. Дети уже не только не дети, но даже уже не ваши. А вы сидите одинокие на морском берегу и удивляетесь "разбитому корыту"…

Был однажды у меня случай, так, маленький пример черствости и в каком-то смысле даже - жестокости. Собственными ушами довелось услышать, как одна взрослая, холёная и, похоже, весьма успешная "леди" заявила своей старенькой матери, что мол мы тебя, если что, похороним, всё честь по чести, не волнуйся. Но на могилку ходить не будем.

Сука, хотя бы промолчала! Не хотела ходить на могилу, да и бог тебе судья, матери-то зачем такое говорить при жизни! В чём глубокая задумка?!

И надо было видеть лицо матери… Она ничего не сказала в ответ, только достала простенький платочек и промокнула набежавшую слезинку. Наверное, порадовалась, что хотя бы похоронят по-человечески, а не кинут в безымянную могилку от соцорганизации.

Но это я так, отвлёкся. Старость, что тут поделаешь. Чуть отвлечёшься, так сразу и тянет порассуждать о высоком. О важном…

Летовать, такое вот слово в противовес «зимовать», мы остановились в удивительном месте. В принципе, Великий Архипелаг вообще богат на удивительные места. Если бы существовала полная его виртуальная карта, то куда ни ткни - попал бы в удивительное место. Если не с первого раза, уж со второго - точно.

Таким вот и оказался встреченный и очень скромно разведанный нами кластер. Он нас соблазнил, в первую очередь, тем, что пять десятков разновеликих островов располагались очень компактно. Они как бы прикрывали друг друга, имели разнообразные климатические условия, рельефы и, соответственно, разнообразную флору и фауну.

Меж некоторых островов расстояние было совершенно "детское". Сто пятьдесят, сто метров. И даже пятьдесят, а в одном месте - не более тридцати. Удобно само по себе, а по обновлённым условиям для девятого народа, они могли тут пожить года три-четыре, особо никуда не дёргаясь. И такая пауза в их вечных скитаниях весьма была бы полезна для племени. Но на этом все плюсы не заканчивались, а только начинались.

Минимум три острова среднего размера этого кластера, которые мы обнаружили сразу, относились к экзотам с умеренно опасной живностью. Один, условно, экзот насекомышей. Второй - исключительно царство растительности. Однако, она не только заполнила все обычные экологические ниши, но и освоила всё остальное. Летала, ползала, плавала, бегала и ходила… Третий остров-экзот являлся миром кремнеоргаников. Это не кристаллиды Теллура, где сама жизнь - странные кристаллиды, это жизнь, основанная на кремнии, а не на углероде, как у земных организмов.

Как понимаете, походить, поудивляться, поизучать и затариться необычным хабаром на этих экзотах нам с дочей сам бог велел. И это - не считая других островов, некоторые из которых были тоже весьма интересны, при том, что мы никуда ещё особо не лезли.

Потом, не спеша, этим займёмся.

На летний сезон мы выбрали замечательный остров - большой, почти круглый аттол! Кольцо суши, местами довольно широкое, заключало внутри себя круглую же, километрового диаметра лагуну. Мелководную, богатую живностью и практически безопасную. Лишь единственный, довольно узкий вход снабжал лагуну свежей морской водой.Над уровнем океана остров возвышался, примерно, метров на десять, и был довольно густо покрыт тропической растительностью.

Богатые, широкие, белоснежного кораллового песка пляжи окружали аттол с внешней стороны. И если со стороны, обращённой внутрь островного кластера, прибойной волны почти не было, то со стороны, открытой океану, на пляж накатывали длинные, когда пологие, а когда высокие и крутые волны. Днём и ночью, в любую погоду, безостановочно.

Лишь при отливе они шумели где-то там вдалеке. И да, при отливе дно оголялось метров на сто, со всех сторон. Богатые, как понимаете, угодья для собирательства.

Но самый главный плюс аттола Кольцо, мы с дочерью так его и назвали, являлась пресная вода. В южной оконечности атолла, если так можно выразиться, чуть более широкой, возвышалась небольшая гора. А может, скорее, очень высокий холм, с довольно изрезанным рельефом. Щели, овраги, узкие промоины и небольшие пещерки. Вот из них, из некоторых, текли мелкие ручейки, что у подножия холма собирались в невеликое озерцо в пологой впадине, а уже из него истекал довольно бодрый ручей, который устремлялся в океан. Всё вокруг заросло не только всяческой относительно бесполезной растительностью, но и деревьями и кустами с вкусными плодами и ягодами. Шикарное место для летней стоянки.

Но самая главная жемчужина этого островного "сборища" таилась внутри него! Закрытый со всех сторон другими островами от ветров и бурь, в тихом "пятачке" покоился воистину удивительный остров. Небольшой, километров десять в диаметре. Если смотреть сверху, слегка похож на упитанную шестилучевую морскую звезду. С короткими ножками… Я его, после тщательной разведки, таки назвал - Розовая Звезда. И поверьте, было за что!

Розовая Звезда являлась экзотом из экзотов! Я всякие повидал, но такое… Лучи представляли из себя невысокие гряды, по типу сопок, поросшие растительностью, каждая своей собственной. Один "луч" - тропическими джунглями, другой - тайгой, третий - лесом среднерусской полосы. Один луч захватили азиатские представители, другой - канадские клёны, могучие буки, дубы и грабы. Последний зарос флорой, характерной для черноморского побережья. Платаны, каштаны и всё такое прочее.

Промеж этого, не взирая на климатические зоны, то тут, то там высились огромные баобабы, кактусы и баньяны. Тянулись вверх гигантские, торчащие, словно небоскрёбы, секвойи. Кое-где виднелись железные и драконьи деревья. И это только то, что упало на глаз при поверхностном взгляде.

В долинках, что располагались промеж лучей, сплошным ковром цвело и пахло всё, что может цвести и пахнуть. От деревьев, кустарников до, собственно, цветов. Цветы на этом острове - отдельная тема. Помимо того, что там встречалось много цветов, знакомых мне как дикоросы, были, и таких гораздо больше, окультуренные, растущие исключительно в садах и оранжереях. Помимо них встречались такие, каких я не только никогда не видел, но даже и не представлял, как такое может быть. Искусственная аномалия, как есть…

Дальше – больше. Всё, что могло плодоносить, плодоносило вперемежку с цветением! Треть яблони цветёт, на трети яблоки только зреют, в третьей части - зрелые, наливные, снимай и ешь. Это без учёта тех, что на земле валяются… И так с любым растением. А таких тут - каких только нет, из каких только широт и климата. Плюс к ним - какое-то количество экзотических ягод и фруктов, мне совершенно незнакомых.

И запах! Какой от всего этого разнообразного безобразия стоял запах. Дух! Я бы сказал. Мёд и мёд, хоть бери ложку и ешь! И главное, он не дурманил бестолково, не забивал одним запахом другой, а складывался в тончайшую симфонию тонких привкусов и ароматов. Рассказать о таком невозможно, дыхнуть бы, и всё стало бы понятно…

Если вы думаете, что там с овощами или грибами? - то смею вас заверить: всё очень здорово. Их полно! Причём, если касаемо грибов, то ни одного ядовитого. Про остальное и вовсе молчу. Если есть какие травы, корешки, соцветия или листья, то только сплошь полезные. Прям так и просятся в алхимические растворы!

Но не все овощи, фрукты, ягоды и грибы сосредоточены в долинах, их хватает и на самих сопках. Просто в ложбинах их максимальное количество.

В центре острова небольшая впадина-долина. Посреди её круглое озеро, всего-то метров восемьсот в диаметре. С исключительно прозрачной и чистейшей водой. Вкусной - слов нет.

В самом глубоком месте - метров пятнадцать. Водная растительность исключительно разнообразная и, соответственно, из самых полезных. Видовой состав рыб и остальных вкусных пресноводных представителей богатейший. Озеро просто набито живностью, опять же, из разных земных регионов! И, наверное, из неземных тоже. Где бы мне, с наскока, всё рассмотреть.

Но это, так сказать, основа истинной экзотичности Розовой Звезды. Нечто подобное, может, и не в таких масштабах и не в столь компактном виде, я уже встречал. Самая главная экзотика - в фауне острова. В насекомышах, птичках и зверушках! Да, зверушки - будет самое правильное слово…

Пчёлы, осы, шмели и бабочки, жуки, мотыльки, стрекозы и колибри. Змейки, ящерки, лягушки и улиты. Всё яркое, броское, красивое и совершенно безобидное. Даже слизни - и те не выглядят отталкивающе, а вполне себе красочные и симпатичные.

Зверушки - это всяческие зайки, енотики, барсучки и белочки. Олешки, козочки и газельки. Пушистые, мягкие, ласковые. Ни тебе волков злобных, ни суровых кабанов, ни медведей ужасных. Точнее и они есть, но только в детском возрасте. Умильные, так и норовящие зализать тебя до смерти волчата. Маленькие, смешные поросята-пупсики требовательно тычут в тебя пяточком и подставляют пузико для почесания. Ворчливые косолапые медвежата, словно комки пуха, норовят обхватить тебя за ногу и висят, смотря на тебя наивными круглыми глазками. И да, медвежата, мать его, белые, синие, и даже розовые!

По птицам даже затрудняюсь сказать, сколько их и каких. Их охрененно много! Птицы родных осин, тропические птицы, птицы северные, африканские и экзоты различные. Вся нехищная братия, какую только можно встретить.

И все! Я имею в виду абсолютно весь тутошний зоопарк, все, без исключения - веганы!

Никто никого не жалит, не кусает, не царапает, не клюёт, не глотает или как-то ещё тиранит. Все едят только дары природы. Плоды её, лепестки, листья, семена, грибы и всё такое прочее…

Даже стремительные стрижи на лету хватают не зазевавшегося насекомыша, а летящее семечко или лепесток. Кура не червяка клюёт, а киви, а Киви, это птица такая вымершая, тоже киви клюёт - это такой плод прикольный. И так везде и во всём. Куда девается подросшее зверьё, я так и не понял, но никого из взрослых так и не встретил. А может, они тут вовсе не растут.

И в довершение, среди этого сюра, пасутся тут и совершенно "дикие" экземпляры! Единороги! Невысокие грациозные лошадки с витым прозрачным, словно из хрусталя, рогом во лбу! Радужные дракончики! Шустрые, проворные, изящные, переливающиеся всеми цветами мелкой чешуи. И, мать его, розовые пони! Ладно, розовые фламинго, они, кстати, тут имеются. Но розовые пони! А как вам лиловые кролики? Белоснежные, светящиеся во тьме, летучие мышки? И это ещё не всё, далеко не всё…

Цифровой, совершенно виртуальный, искусственный донельзя мир! Откровенно неестественный! Исключительно мирная локация. Я бы сказал - пасторальная! Для чего такая, кому, для каких целей - непонятно.

Но именно здесь мы и будем зимовать! Сдаётся мне, в сезон штормов тут ничего не поменяется.

На Розовую Звезду я, конечно, привёз Жемчужинку показать диво дивное. Одну, без друзей. Я, она и Головастик. И очень правильно сделал. Оказалось, этот мирный остров совсем не пастораль, а очень и очень опасен. Если только не для маленьких девочек. А может и не только для них…

Дочь, естественно, от увиденного была в шоке и полном восторге! Таких красок и многообразия красоты на квадратный метр она ещё не встречала. Цветочно-фруктово-ягодные долины могли легко посоперничать с пёстрыми, шебутными и наполненными всяческой живностью коралловыми рифами.

Стоило только ей поманить пальчиком, как на ладонь стремились усесться бабочки, шмели, стрекозы и всякие птички-невелички. К ней смело подходили зверята, норовили забраться на руки, бодали лбами, чеши и гладь, мол. Дракончики садились на плёчо и тут же, основательно улегшись, делали вид, будто они тут давно и не надо их кантовать. Дочь спокойно залезала на спину хоть единорогу, хоть розовому пони, и они её с удовольствием катали.

Дочь смеялась, радостно подпрыгивала, хлопала в ладоши! Радовался и я… И даже вечно бдительный Головастик сделался нежно-сиреневым и слегка расслабился. А в какой-то миг Жемчужинка вдруг замерла, тревожно оглянулась вокруг и, тихо-тихо врубив заднюю, оказалась рядом со мной и залезла под руку.

- Что случилось? - тут же растревожился я.

- Папа, - слегка испуганно округлила она глаза, - Мне сейчас тихий голос, ласковый такой, предлагает взять своим питомцем на кого только гляну. Хотите взять питомцем эту бабочку? Хотите взять питомцем этого дракончика? Хотите эту козочку? Хотите, хотите, хотите…

- А ещё что говорит к этому? - уже немного догадываясь в чём дело, быстренько забрал я её на руки, - Должно быть обязательно.

- Да, - через несколько секунд ответила Жемчужинка, словно прислушавшись, - Хотите, чтобы этот полоз стал вашим питомцем? А потом уже тише - Да\Нет. А ещё тише - Временно отменить все предложения.

- Соглашайся - Временно отменить все предложения.

- Уф-ф… - облегчённо выдохнула она тут же, - Чуть не потонула в этом водопаде предложений!

- Тэкс… А вот мне таких предложений не делали. Головастый, а тебе?

- Хозяин, Головастик ничего не слышал.

- Делаем предварительный вывод. Предложения поступают только доче. Вопрос: оттого, что она маленькая? Девочка? Человеческая маленькая девочка? Ребёнок… ах каких родителей? - называть её божественным ребёнком я всем запретил, в том числе себе и Еве, - Что-то в отдельности или всё вместе? Хм?

- Папа, - повернула к себе моё задумчивое лицо дочь, - что-то меня на хавчик пробило от всего этого!

- Дана!

Официальным именем я её называл исключительно тогда, когда хотел выразить своё резкое неудовольствие по поводу её поведения. Правда, с её ментально-эмоциональной чувствительностью дочь очень хорошо чувствовала, когда я действительно сержусь, а когда изображаю.

- Что папочка? - похлопала негодница ресницами. А они у неё длиннющие, того и гляди с рук упорхнёт…

- Пробило на хавчик? Где такого нахваталась?

- Ну-у-у… Ты ещё спроси - у кого.

- Сколь раз говорил, не всё полезно запоминать, что папа изрекает. Мама тебе только пальчиком ая-яй изобразит за такое, если услышит! А что будет папе, знаешь?

- Нет!

- И я точно не знаю. Но пальчиком вряд ли отделаюсь.

- А я при маме выражаться не буду. Правда-правда…

- О как! А при папе, значит, будешь?

- Ну-у-у-у… - опять затянула Жемчужинка, - Тоже не буду.

- Судя по ну-у-у, вопрос остаётся открытым, э?

- Э! - согласилась дочь и тут же нанесла мне с десяток поцелуев по всему лицу. Негодяйка!

И все же мы остались ночевать на Розовой Звезде. Первый испуг - это слишком громко, но что-то подобное у дочи прошел. Она свободно наглаживала зверушек и всяческую другую живность, которая так к ней и льнула, стоило только поманить пальцем. Ко мне тоже "фауна" подходила легко и непринуждённо, прояви я к ней внимательный интерес. И даже Головастик был не обделён благосклонностью, хе-хе… Но, что интересно, живность, тем не менее, была совсем не навязчива. Кучей не наваливалась, не толкалась. Немного равнодушия, незаинтересованности, и вот она уже не лезет под руку, отползает, отлетает, уходит. Очень тактичная, так сказать. Оставалась лишь та, к которой ты проявлял некий интерес, любопытство.

Вот мы и сидели возле костра, наслаждаясь разнообразной компанией живых игрушек. Как-то иначе воспринимать их у меня не получалось. Ночь уже давно вступила в свои права и небосвод усыпали мириады ярких звезд, как всегда - прекрасных. Но и остров нас удивил снова.

Множество цветов принялись фосфоресцировать широчайшей палитрой красок. От весьма ярких до совсем слабых. Распустились цветы ночные, которых днём было не видно. Вылетели всяческие светлячки, ночные бабочки, жучки, и тому подобные существа. Замельтешили, засияли разноцветием. Вылезли из нор и дупел ночные обитатели острова. Иногда обычные, а некоторые весьма странные. Но все няшные, с большими, а то и вовсе огромными умильными глазами, разноцветные и пушистые.

- Папа, - дочь, которая прибывала некоторое время в глубокой задумчивости, уперев взгляд в рдеющие угли и начёсывая сразу несколько мягких игрушек, вдруг очнулась.

- Да, моё солнышко.

- Зимовать на этом острове нельзя, - кивнула сама себе дочь.

- Объясни.

- Здесь можно погостить, недолго, день-два. Тут можно собирать плоды и всё остальное -столько, сколько нужно. Нам. - Жемчужинка посмотрела на меня очень серьёзно, - Нам, и нашему племени. Но отдать, а тем более продать - мы их не сможем. Они просто тут же сгниют. Если только, - она на секунду задумалась, - подарить. Подарить, да. От своего.

Я внимательно слушал дочь, не прерывая глупыми вопросами. Что-то в её взгляде, в голосе, во всём облике было такое… такое, словно вещала прорицательница. А их, как известно, прерывать не след.

- Но даже погостить тут может далеко не каждый человек, - дочь на секунду задумалась и поправилась, - Не каждый разумный. Только тому, кто чист помыслами и желаниями. Стоит кому-то проявить жадность, агрессию, вандализм - и случиться возмездие.

Просто сорвать цветок не для того, чтобы поставить его в вазу и наслаждаться видом и ароматом, а потому, что можешь сорвать, и тут же равнодушно бросить - и жди беды. Его сок на пальцах, пыльца, запах тут же тяжело отравят или вовсе убьют.

Стоит не то, что убить безобидного кролика, пнуть кого-то - и окажется, что пчёлы страшно ядовиты, змейки убивают лёгким укусом, рог единорога пробивает любую магическую и не магическую защиту. И вообще, боевая магия не действует, оружие просто рассыпается в руках… А милые зверушки становятся вовсе не милыми.

- Остров убьёт любого, или любых, папа, стоит им повести себя неправильно. Это место не для разумных, папа. Не для взрослых разумных. Они могут быть тут только как гости. Ненадолго…

- А для кого, доча?

Она некоторое время молчала, словно прислушиваясь к чему-то.

- Для потерянных душ. Для потерянных душ маленьких детей. Девочек и мальчиков. Тех, кто страдал от боли физической и моральной, голода и холода, тяжкой болезни. От всего того, что заставило уйти внутрь себя. Создать свою собственную раковину в сознании и спрятаться в ней. Одинокие, обделённые лаской и любовью…

Тут, - дочь окинула взглядом окружающее, - они будут жить и исцеляться. Играть, общаться, радоваться… И, возможно, исцелятся настолько, что вернутся в мир.

- Я не знаю, как это будет происходить, папа, - дочь пристально посмотрела на меня так, что по спине прошёл лёгкий озноб, - Как это будет выглядеть, но так будет.

- А сейчас этих душ тут нет? - слегка осипшим голосом поинтересовался я.

- Сейчас нет. Но будут…

- Даже не хочу спрашивать, откуда ты это знаешь.

- Не спрашивай, папа, - печально улыбнулась она мне, - Не спрашивай.

Мы немного помолчали, слушая треск угольков в костре, пение ночных насекомышей и редких ночных же пичуг.

- Спать хочу… - заявила, вдруг, дочь совершенно обычным тоном, - Головастик, сплети мне колыбель, пожалуйста.

Головастика долго упрашивать не надо. Нянчить маленькую Хозяйку в своих объятиях ему нравилось неимоверно. Увы, в последнее время это происходило не часто, да что там, крайне редко. Головастик понимал и принимал это, но всё равно немножечко страдал.

Я накинул на дочь живое покрывало, прикрыв уютное «гнёздышко», сплетённое из щупалец, в котором, свернувшись калачиком, устроилась дочь. Хотел пожелать ей спокойной ночи, но она уже спала с лёгкой улыбкой на губах. Наверное, снилось нечто хорошее. Осталось только чмокнуть её в лобик…

Я сел у костра и не спал ещё очень долго. Размышлял над услышанным, анализировал увиденное, сопоставлял. Заодно почёсывал, непроизвольно, маленького розового поросёнка, что привалился к моему бедру. Поросёнок удовлетворённо жмурил глазки и довольно похрюкивал…

"Хотите взять питомцем этого поросёнка? Да\Нет? Временно отменить все предложения?" - выскочило у меня уведомление.

- Временно отменить все, - слегка улыбаясь, ответил я вслух.

Показалось или нет, но по-моему поросёнок всхрюкнул как-то разочарованно.

С утра, во время лёгкого, но вкусного и питательного завтрака, дочь была молчалива и задумчива. Я не тормошил её, ребёнок мыслит! Не стоит мешать…

- Папа, - в какой-то момент оттаяла она, - я хочу взять себе питомца.

- Что ж, иметь питомца - идея здравая и полезная со всех сторон.

- Ты мудр, папа, - она пристально посмотрела на меня, - и я хочу спросить твоего совета. Какого питомца мне взять?

- Ну, - слегка улыбнулся я, - надеюсь, что я мудр, раз ты так говоришь. И, как мудрый папа, хочу задать, для начала, несколько вопросов.

- Конечно, папа, - кивнула она.

- Почему именно сейчас?

- Может потому, что мне предложили? - совершенно серьёзно ответила дочь.

- Или, - легко дотронулся я до пипки носа дочери пальцем, - потому что ты не сильно задумывалась об этом раньше.

- Почему это? - не согласилась дочь, - я вот такого, как Головастик, очень бы хотела. Или что-то подобное…

- Не сомневаюсь, хотела. Но скорее, как нечто абстрактное, типа, вот бы мне такое. Но задумывалась ли ты об этом серьёзно, приложила ли усилия?

- ???.

- Жемчужинка, я уверен, ты та, кто пожелай - и любое существо на этой планете может стать твоим питомцем. Не взрослое, конечно, и даже не подросток, но всякая тварюшка, что только вылупилась из яйца, родилась недавно и открыла глаза, проклюнулась из икринки, кокона или ещё как, могут стать твоими питомцами. Надо только бы взять их в руки, приласкать, обогреть, накормить.

- Грозный, многоодарённый, великолепный Головастик достался мне необычно, ты прекрасно знаешь эту историю. Но когда он вылез из икринки, - я выставил открытую ладонь, - он мог вот тут поместиться. И даже сожми я пальцы, не сильно бы его стеснил.

Лужа по колено, в пару метров, для него огромный водоём полный тайн и опасностей. Креветка с мизинец или улитка в половину твоего кулачка - уже весьма серьёзные бойцы, которых он мог забороть далеко не сразу. Так было…

И вот теперь он таков, каков есть. Мы с ним прошли столько и через столькое. Он называет меня хозяином, но это его выбор, для меня он всегда был друг и часть меня. Океания, дочь моя, опасное место. Она не перестаёт нас удивлять, раз за разом подкидывая всё новое и неизвестное. И будет делать это дальше. И это мы ещё не рискнули приблизиться к Тёмной Бездне. Какие мегамонстры и суперогромные кракозябры дремлют в её глубинах? Мы только "ползаем" по отмелям и шельфам Великого Архипелага. И я тебе скажу, его бесконечные острова более чем удивительны, а порой невероятно опасны.

И вот вопрос? Какого же ты хочешь питомца, Жемчужинка? Розового свинёнка? Прикольно похрюкивающего, когда его чешут? Яркую ящерку, что удобно свернулась вокруг твоего запястья, - я кивнул на руку дочери. - Прикольно, конечно… Или радужный дракончик, свисающий с шеи? Такой озорной, порхающий. Ластится, опять же. Признаюсь тебе, многие дети и даже взрослые душу бы заложили за такого питомца, но… Он как-то поможет тебе в странствиях и приключениях? Куда поскачешь на розовом пони посреди океана?

- Но может, - дочь на секунду задумалась, - может, питомец с Розовой Звезды тоже приобретёт особые способности, если его взять себе?

- Очень может быть, - охотно согласился я, - В этой вселенной всё может быть. Но ты видишь какие-то пояснения возле вот этой няшной и смешной мышки?

- Нет.

- И я нет. И ты сама сказала, это игрушки для потерянных душ. Может быть такое, что они и останутся только игрушками. Смогут ли они вообще покинуть остров? Что с ними произойдет? Я не знаю… Так что, думай, какой тебе нужен питомец. Это твой выбор, осознанный и с полной ответственностью.

Дочь долго молчала, печально озирая забавных зверушек. Вздыхала… Приблизительно знаю, о чём она сейчас думала. Нелегкая задача, да.

- Однако, - не выдержал я её грустной моськи, - всё же женщинам, особенно маленьким девочкам, иногда позволяется немного больше, чем мужчинам, в том числе и маленьким мальчикам. Вот эта яркая небольшая бабочка-лимонница очень бы гармонировала с цветом твоих волос.

Дочь вскинула на меня враз вспыхнувшие глаза.

- Если она будет сидеть у тебя вот тут сбоку, - показал я рукой место над ухом, - то в виде живой броши вполне себе сойдёт. Или на плече, вот так…

- Правда.

- Ну, Головастик же носит свою живую драгоценность, а ты уж всяко его не хуже, хе-хе…

- Папа, спасибо, - кинулась она мне на грудь.

- Не-не, это не моё разрешение и даже не совет, - целуя её в лобик, открестился я, - Просто мысли вслух. А решение за тобой. И вся ответственность тоже.

- Я понимаю, папа, - улыбнулась она, - Понимаю и… буду думать.

- И последний совет, доча, если позволишь?

- Конечно, папа.

- Если уж действительно хочешь питомца, не смотри на красоту его или его безобразность, не смотри на полезность или никчемушность. Выбирай не разумом, а сердцем. Ёкнет оно, вот и правильный выбор, а остальное всё от лукавого…

Жемчужинка сидела в тени огромного дуба, на большом, слегка наклонённом плоском камне, чуть нависающим над кристально прозрачным озерком. Оно было совсем маленьким, пять-шесть шагов в диаметре и глубиной по колено. Говорливый ручеёк вливался в него, ненадолго растворялся, отдыхал и, собравшись с силой, снова бежал дальше.

Надо дном, усеянным разноцветными, яркими камешками, важно и неторопливо плавали не менее яркие и разноцветные рыбки. По поверхности скользили шустрые водомерки, а в воздухе висели крупные золотистые, сиреневые и изумрудные стрекозы. Но Жемчужинка почти не замечала красоты и идиллии этого места. Она сосредоточенно размышляла…

Слова папы по поводу питомца глубоко проникли в её душу, породив долгую цепь мыслей. Её хотелки и действительная необходимость. Красота и функциональность. Её стихия - Вода. Вот так, с большой буквы. Это ей говорили все наставники, это она чувствовала сама, и только папа, посмеиваясь, утверждал, что её стихия - она сама. Сама - какую стихию захочет такой и будет управлять. Какой-либо или всеми вместе разом. Разделение магии на стихии папа считал вообще глупостью и зашоренностью разума. И приводил в пример посланцам мамы, которые с ним спорили, самих же посланцев.

И правда, дядя Рамзес и тётя Люси, и даже тётя Ночка могли легко управлять любыми стихиями, или, по словам папы, проявлениями магии. И на возражения, что кому-то лучше даётся магия земли, кому-то магия холода, а кому-то - тьмы и иллюзии, отвечал: это всего лишь вкусовщина. Кому что больше нравиться и не более того. Конечно, добавлял папа, это утверждение относится только к действительно могущественным магам.

Жемчужинка пока ещё не совсем могущественная как маг, но обязательно ею станет, а вот стихия воды нравилась ей уже сейчас. Она была её "вкусовщиной". Тем более, как утверждал папа, а Жемчужинка ему внимала со всем прилежанием, вода - самая могущественная стихия. Там, где есть вода, там есть жизнь! Зачастую и сама жизнь существует и, во многом, состоит из воды. И папа показывал многие и многие примеры этого.

Но ещё он говорил, что там, где жизни нет, там всё равно вода есть. Не только безжизненные глыбы ледников или промороженные космическим холодом ледяные кометы - вода. Пар - вода! Молекулы воды или их изменённое состояние насыщенное иными элементами, называемые общим словом - жидкость, входят в состав почти всех веществ. И это тоже не только рассказывал, но и показывал папа. И да, Жемчужинка могла управлять этими жидкостями… И через всё это, Жемчужинка сможет управлять всем миром, вселенной! Не сейчас, много позже, если будет хорошо учиться и вести себя правильно. Так пообещал папа, а Жемчужинка ему верила.

И вот, в результате всех этих размышлений, вопрос: а какой ей нужен питомец? Не вопрос - какой хочется или тем более нравится, полезный или нет... Жемчужинка окинула взглядом пасторальную картину, что окружала её. Всё здесь красиво, мило, няшно, но - не ёкает сердце.

- Простите, - тихо проговорила она в никуда, - но мы с папой и со всем девятым народом - морские странники. Сегодня здесь, а завтра там. Мы охотимся, рыбачим, собираем плоды и овощи на попутных островах. Нас жарит солнце и сечёт дождь. Мы боремся с ветром, волнами и течениями. Мы живём мирно, но иногда тревожно или вовсе - опасно. Но нам это нравится…

- И вам там не место. Было бы эгоистично забрать кого-то из вас в этот тревожный мир просто потому, что так мне захотелось. Вы должны жить здесь и выполнять свою важную миссию, лечить потерянные души.

Жемчужинка поднялась и слегка поклонилась.

- И спасибо вам всем, всему острову! Тут я не только поняла, но и осознала некоторые очень важные вещи. Спасибо ещё раз… Головастик, пойдём! - позвала она.

Уж он-то, как всегда, где-то рядом, хотя места более безопасного не она видела и вряд ли увидит ещё где-то.

И в этот миг мир словно вздрогнул! Едва-едва уловимо, беззвучно. Всё вокруг: деревья, воздух, вода…

- Протяни ладонь… ладонь… ладонь… - зашептало тихое эхо ласковым голосом.

Жемчужинка, конечно, удивилась, но ладошку вытянула. И в неё, весело жундя, вынырнув откуда-то сверху, из кроны дерева, плюхнулся крупный серенький жучок-паучок. Телом жук, ногами - паук. Причём, ног было двенадцать, очень длинных и словно телескопических…

- Подарок… подарок… подарок… - сообщило затихающее эхо.

- Спасибо, - разглядывая жучилу, ответила Жемчужинка, - А… а что он делает?

Но эхо не ответило. Пропало. Зато жук-паук ловко перескочил на голову Жемчужинки и стал стремительно носиться по несколько растрепанным волосам девочки. Она так и застыла от неожиданности в неподвижности. Не прошло и минуты, как всё затихло.

- Мда… - протянула она, рассматривая себя в небольшое зеркальце из крупной чешуи особой рыбы. Его Жемчужинке подарил папа.

На голове соорудилась идеальная, волосок к волоску, сложная причёска. А сам жукопаук пристроился над ухом в виде изящной брошки, художественно раскинув лапки в виде ажурной "сетки" выпустив дополнительные "отростки". Мало того, поменял окрас на сине-зелёный малахитовый колер.

- Мда… - ещё раз протянула Жемчужинка, - А другую причёску можешь?

Жук слегка задрожал, и девочка уловила слабый, но отчётливый посыл: не только другую может, но и сколько угодно вариантов.

- А свой цвет поменять?

И жукопаук разразился грандиозной гаммой всяческих цветов и их оттенков. Разнообразной раскраской и даже свечением. А также "сообщил", что он может быть не только парикмахером, но и в роли броши на одежде, руке, ноге. Немного поменять собственную форму. Чинить одежду прям на девочке. Следить за ногтями, кожей, выполнять пилинг и вообще… А также не боится ни огня, ни воды, ничего не боится.

- Я назову тебя Жужа! - сообщила жуку Жемчужинка.

- Правда классный?! - воскликнула она, обращаясь к Головастику, который весьма подозрительно и ревниво рассматривал, аж тремя глазами, конкурента на волосы маленькой Хозяйки. Заплетать косы или расчёсывать её волосы - это его святая обязанность.

- Кхе! Кхы! Ш-ш-ш… - издал Головастик ряд нечитаемых звуков из нескольких отверстий разом, что раскрылись на его теле. Но общий звуковой посыл, как и ментальный, звучал бы, если его перевести внятно, приблизительно так: видали мы карликов и покрупнее. Но девочка поняла его очень хорошо.

- Ну, не ревнуй, головастый! - улыбнулась она, - Никто тебя от "тела" не отлучает. Тем более, не отказываться же от подарка. Это не только было бы неприлично, но и неуважительно. Ведь правда?

- Да, маленькая Хозяйка, - со вздохом согласился Головастик

- Опа! А где ты умудрилась заполучить себе на голову такую красоту?

Первое, что я разглядел, когда дочь вернулась из места для "размышлений", это оченно классную причёску. Как бы мы ни старались - я, Головастик, кто-то из бацхвари, и даже сама! Ева - выходило у нас… посредственно. Справиться с копной непослушных волос Жемчужинки, что свисали аж до самой попки, можно, но ненадолго и чем-то простеньким. Коса, хвост, две косы, два хвоста, свободное ниспадание… даже самая аккуратная и тугая коса, что только мог соорудить головастый, с вплетёнными ремешками, держалась очень недолго. Мотнёт ею раз пять-десять, и вот она уже "поплыла". До конца никогда не рассыплется, а вот растреплется однозначно. Это была какая-то особая магия Жемчужинки. Даже Божественная не могла с этим что-то сделать особо радикально. Всемогущая, на минуточку…

Вот у меня, как у отца, волоса были намного послушнее. Ева вообще этим не заморачивалась: тряхнёт головой и волосы станут какой хочешь длины, расцветки, фактуры, и соберутся в идеальную прическу. По настроению хозяйки, так сказать.

Так что да, причёска меня сразу удивила!

- Нравится? - улыбнулась дочь.

- Не то слово! Маннифик! Где-то тут находится волшебный салон красоты?

- Ну, не то, чтобы, - она кокетливо поправила непонятную брошь в волосах над ухом.

И только в этот момент я разглядел странного… жука? паука? - что раскинул свои тонкие лапки, поддерживая "красоту" на голове дочи. То, что жукопаук непросто так там прицепился, это понятно, а вот то, что я не смог считать с него никакой информации, это… в принципе тоже понятно. Особое место, особые петы для особой девочки…

- О-о, я вижу ты всё же определилась с выбором пета?

- И да, и нет! - довольно подвигала она бровкой. Чисто мамин жест.

- Интригуешь… Колись же скорее!

- Это подарок, - призналась сразу дочь. Её и саму распирало от желания поделиться, - Подарок этого острова. Я не выпрашивала, он сам дал!

- Сам дал?

- Голос! Тихий такой, женский, ласковый, с эхом.

- Голос… хм. Понятно. И какие у этого…

- Это Жужа! Его зовут - Жужа! - моментально поправила меня дочь.

- У Жужи, - согласно кивнул я, - способности, статы, характеристики?

- А нет их, - улыбнулась Жемчужинка, - Вот тут, - она постучала себя по лбу, - почти как с Головастиком связь. Слабенькая, скорее эмоции, чем внятные образы, а может…

И дочь перечислила функционал Жужи. Если обобщить, то выйдет такой себе универсальный магический стилист-портняжка.

- Хм, полезная зверушка, - не мог не одобрить я, - Ну, а то, что "слышишь" его слабо, то это только пока.

- Ты думаешь? - обрадовалась Жемчужинка.

- Я просто уверен. А ещё уверен, со временем его возможности подрастут, разовьются. усложнятся. Так в этом мире и работают подобные "штуки".

- Было бы здорово, - захлопала в ладоши дочь.

- Будет, я точно знаю, - не мог не улыбнуться я на её искреннюю радость, - Но, а как же "классический" питомец? С ним что?

- А с классическим я буду думать, искать, а вот как сердце ёкнет, тогда и посмотрим.

- Это мудро! - с очень гротескно серьёзной рожей покивал я.

- У мудрого училась, - не менее гротескно серьёзную моську изобразила дочь.

А потом мы оба захихикали…

Глава 17

Коралловый аттол, солнце, пальмы, пляж, на который катит волны океан, солоноватый ветер, отличная еда и замечательная компания… Что может быть лучше для того, чтобы проводить старость? Можно, конечно, накидать ещё массу приятных и "нужных" вещей, но тут уж личная вкусовщина. Одному то, другому сё, третьей ещё что-то…

У меня, к примеру, удивительная дочь, как бы жена-богиня, боевой пет Головастик и целая вселенная, помноженная на бессмертие. В общем, кому как, а мне хватает…

Не сказать, что в этот летний сезон я совсем бездельничал, но замедлился основательно. Не строил, не воевал, не спасал, не бежал, не плыл, не летал… Не добывал ресы не ушибал чудовищ… Если что-то из вышеперечисленного и делал, то только в варианте - лайт. Мягше, добрее…

Наша флотилия стояла во внутренней акватории аттола, а лагерь из навесов, шатров и палаток расположился в пальмовой роще. Всё простенько, без изысков, но нам с Жемчужинкой хватало, а девятому народу и подавно. Наверное, они впервые за свою историю проводили лето в одном месте, а не мотаясь по островам, как подорванные.

Наконец-то они смогли спокойно "присесть", осмотреться, выдохнуть и сделать многое не на бегу, а тщательно и вдумчиво.

Сказать, будто бы я только и делал, что посиживал в тени широкого тента, любуясь пейзажами и растекаясь мыслию по древу в компании Старого и ещё нескольких авторитетных перцев бацхвари, было бы не слишком верно. Но да, любили мы потрендеть о высоком, заедая мудрости вкусняшками и запивая взварами и соками.

Однако, учёба подрастающего поколения - на нас, руководство кому куда, зачем и почему - это тоже наше. А это труд немалый - руками-то водить, чтобы племя процветало. Ну, и ещё много чего… Особенно для меня.

То ныряем с дочей поглубже, то летаем повыше, то в пещеры спустимся, то в подводные тоннели сунемся. Острова изучаем, ништяки собираем… Алхимия, ювелирка, артефакторика, магия общая и специализированная. Кухня, шитьё и всяческое рукоделье. Уроки правильных манер и этикет, чтоб ему… Как же без этого воспитанной девочке? Опять же, боевая гимнастика, владение оружием, тактика малых и больших групп, как подкрасться и зарэзать, тихо свистнуть и слинять, как использовать любой подручный предмет, чтобы ребенка кто злобный не обидел. Без этого хрупкой и невинной девочке в Бесконечной Вселенной ещё хуже, чем без шитья, этикета и хороших манер.

В общем, сидение под тентом в компании - это только малая, и, замечу, - заслуженная часть неторопливого летнего сезона хрен знает какого года, по какому исчислению…

Но несмотря на всё вышеперечисленное порой моя старая голова, которая всегда оставалась молодой, всё же, порой, не даёт покоя не только ногам, но и всему телу.

Как-то забрёл я на пляж, что открыт океанским волнам, которые накатывают на атолл то пологими, а то высокими валами, увидел, как в них веселятся головастики бацхвари с дочерью, и задумался…

Залезает такая шумная компашка на моего боевого пета, пребывающего по такому случаю в форме ската и мчит с визгом и криком по волне, как на серфборде. А волны из открытого океана тут порой весьма зачётные. Но всё как-то простенько, если по мне. С гребня да вниз, вот и все покатушки. Но и от этого целая буря восторга.

И не только головастики, кстати, так веселились. Многие, кто помоложе, покувыркаться в волнах тоже были не прочь. Правда, не на удобном Головастике, а на собственном пузе. Получалось не очень, но что-то да получалось. Всё же природа наделила бацхвари анатомией гораздо лучшей, чем человека. Но самое главное во всём этом - весело. Беззаботно и весело, что для девятого народа большая редкость. И вот, глядя на это, торкнуло меня далёкими воспоминаниями…

Дело было уже в те годы, когда развалился великий Союз, всё стало доступно и открыто, деньги не только можно было заработать, но и потратить на то что хочется. Вот и смог я себе позволить всяческие излишества. К примеру, отправиться на тропические острова не по заданию конторы, а просто попить махито, ухватить за шоколадный зад игривую танцовщицу, побренчать на укулеле и, конечно, практиковать буржуинское развлечение - сёрфинг. Годиков мне тогда уже было прилично, но, спасибо папе с мамой и бесконечной череде предков, генетика моя позволяла выглядеть и чувствовать себя ого-го!

С помощью инструктора, совсем не задорого, скользить и не падать через раз, я научился. А дальше только практика. Мастером не стал, даже кандидатом в мастера, но "трубу", иногда, проходил.

И глядя на здешнюю крутую волну, а почему бы и не да! - подумал я…

Ну, с моими-то способностями - да не сделать доску, тем более материалы с интересными, а то и уникальным свойствами имею, так сказать. И станочно-инструментальный парк, не слишком большой, но многофункциональный в наличии. Не прошло и недели, как я, весь такой красивый, с доской под мышкой нарисовался на пляже.

Появление могущественного Странного с непонятным предметом не заметить было невозможно. Меня и заметили… И очень быстро куча маленьких бацхвари под предводительством дочи уже клубились возле меня. А чуть в отдалении лягуши постарше.

- Папа, а что это у тебя? - ткнула пальцем Жемчужинка в доску, блестя глазками и горя любопытством.

Ну ещё бы! Странная форма доски, ярко размалёванной полосами синим, зелёным и желтым! Два пера плавников, карго система и ручка для переноски. Всё как положено. Единственно, не хватает весла, но к чему оно человеку, который с водой на «ты». Тем более, у которого есть оченно полезный пет. На крайний случай он затащит доску через любую прибойную волну.

- Ах ты глупый, глупый ты бес!

И куда, и куда ж ты полез!

Запел я простенькую песенку из мультика про попа и его работника Балду.

- Ты кобылу, кобылу поднять не смог!

Ну, я, смотри, снесу промеж ног!

- Папа! - Жемчужинка аж ногой притопнула.

- Хе-хе… Доча! Кататься на Головастике, коей есть дитя водной стихии, любой ного-косорукий сможет. Сели, да съехали! Ни красоты, ни фантазии, ни собственного умения. А ты вот так смоги! Ну-ка, мелочь, разойдись…

Разбежавшись, я кинулся в волны и быстро преодолев прибой, отплыл и взобрался на сёрфер. И тут, как по заказу, подошла отличная волна. Помахав кучке зрителей рукой, я зацепился за неё и пошел, пошел, заскользил…

Что могу сказать, опыт не пропьёшь! А если припомнить мои задранные ввысь физические характеристики, ловкость в том числе, то выступил я зачётно. "Ухватив" гребень, держался некоторое время на нем, после скатился с бока и ушел в "трубу". И не только вышел из неё, но и пафосно выехал чуть ли не на песок, соскочив с доски лишь в последние секунды! Ух! Как адреналин-то взбодрил! Словно с кракозяброй какой подрался!

- Папа! Папа! Папа-а-а… - неслась ко мне восторженная дочь. А за ней вся остальная лягушачья банда! Некоторые, из мелких, поспешая, даже перешли на прыжковую технику. Впечатлились, да!

- Я тоже, я тоже так хочу! - подпрыгивала от возбуждения Жемчужинка.

- А почему бы и нет! - широко улыбнулся я, - Головастик, будешь страховать.

- Головастик готов, Хозяин, - пробулькал тот в ответ.

С дочей держать баланс было чуть сложнее. Но ничего особо критического. Запас плавучести, как знал, я сделал с учётом, что дочь обязательно полезет кататься. Несколько скольжений я совершил, просто катясь по волне. Потом ухватил гребень. А приноровившись, вошел в трубу и успешно из неё вышел. Головастик же во время наших скольжений всё время держался рядом, внимательно отслеживая не только нас, но и окружающую обстановку. Бдил…

Восторженный визг и счастливый хохот дочери мне награда! И даже когда очередной раз я не удержал баланс, и меня с Жемчужинкой начало кувыркать в волнах, я совсем не испугался. Потому что меня тут же подхватил головастый, хотя особой надобности в этом никакой. А дочери и вовсе никакой помощи не требовалось. Упругая и нежная волна подхватила её, хохочущую, и аккуратно принесла на берег. Богиня воды. Чтож вы хотите…

- Папа! - с ходу, как только я вылез на берег, ухватила за руки она меня, - Сделай такуюже штуку!

- Сёрфинг.

- Да-да, вот его…

И я сделал. За три дня, под габариты Жемчужинки. И тем самым открыл ящик Пандоры. Ибо через день ко мне заявилась целая делегация лягух, возглавляемая Квакой.

- Великий и Справедливый, - квакнула она, - Добрый. Щедрый…

- И Ужасный, - прервал я её, - Квака, вот в ком в ком, а в тебе почтение если и есть ко мне, то благоговения точно нет. Колись, за чем пришли. Хотя могу угадать с первого раза, хе-хе..

- И нам сделай! - решительно выдала она.

- Э нет, ребята! - помотал я пальцем, - Пулемёта я вам не дам.

- Ва-а-а… - удивилась толпа бацхвари и шустро стала переглядываться меж собой.

- Стругать вам доски, многозанятому мне?! Делать больше нечего! Но вот научить вас самим себе сёрферы клепать я могу.

- А-а-а… - слегка растерянно показала проблемные ладони Квака.

- А это мелочь, - ухмыльнулся я, - технология не самая сложная. Прессовать вату из бочкового дерева, варить хууст и пропитывать им слои, собирать нужные материалы и так сможете. А на что посложнее я вам правильные прилады сочиню. Ну и склеить, где это необходимо, подмогну первое время. А вообще, варить стойкие клеи тоже научу. Ибо, если вы освоите изготовление доски в полном цикле, то я вам ещё и виндсёрфинг покажу, а может и водные лыжи…

Можно накормить голодного рыбой, а можно ему дать удочку, чтобы он кормил себя сам. Если и не дословно, то очень близко к тексту. Эх! Всё же несмотря на то, что я себя тоже считаю мало-мало мудрым, все реально великие мудрости уже озвучили давным-давно. Три-пять, а может и все десять тысяч лет назад.

Это я к тому, что через месяц все бацхвари, поголовно, рассекали на сёрферах. Эдакое тихое помешательство пополам с национальным видом спорта. И почти все доски были изготовлены ими самими. Даже Старый баловался скольжением по волнам. Не каждый день, но нет-нет - да и да!

С возрастом у девятого народа вообще всё довольно печально было. Вот, к примеру, Старый, называется таковым больше по должности, чем по возрасту. На самом деле он, по меркам бацхвари, не так чтоб старый, каких-то триста лет с хвостиком. Пожалуй, если соотнести с человеческими мерками, его можно считать мужчиной в полном расцвете сил. До реальной старости, до возраста шестьсот-семьсот лет, ему ещё как медному котелку до дембеля.

Все остальные бацхвари девятого народа или чуть моложе, или реально много моложе. Просто суровые условия, налагаемые Искуплением, регулярно "вымывали" взрослое, дееспособное поколение. Они первые шли в опасные места, они рисковали на охоте, они оставались прикрывать племя когда приходилось удирать от опасности… А ещё, это я выяснил совсем недавно, бацхвари, как раса награждены природой или богами, кто знает, особой способностью - сохранять силы и энергию до самой смерти. Ну, почти до самой. Лишь в последние пять-десять лет, перед естественной кончиной, они начинают заметно увядать. Дряхлеть телом, сдавать физически, но, тем не менее, уходить в памяти и при светлом разуме. Божественное благословение, не иначе.

Говорят, на Земле, я тоже слышал краем уха, водятся подобные примеры. Киты, черепахи, крокодилы вообще растут да самой смерти. Конечно, это не разумные виды, но тут главное - принцип возможного. Эх, людям бы такое, но не дал Господь…

Но это я отвлёкся несколько, да. Так вот, возвращаясь к содеянному, я ещё и накидал всяческих спортивных составляющих в увлечение бацхвари. Кто оседлает самую крутую волну, кто совершит самый пафосный выезд на пляж, дал, так сказать, направляющий толчок. Остальное "дисциплины"они напридумывали себе сами.

И всё бы хорошо, но дочь, пользуясь своими способностями, повадилась поднимать волны повыше и покруче. Сначала немного, потом ещё немного, а как приноровилась, осмелела - и ещё прибавила. И добралась до очень больших волн. Ну очень больших! И оседлав такую, они - Жемчужинка, её друзья и остальные большие лягуши - мчались на ней со всем пролетарским бесстрашием. Однако, надо признать, дочь ещё и умудрялась гасить огромный вал при подходе к пляжу. Хоть я и не очень приветствовал такие развлечения, но то, что они приносили пользу дочери в практике и контроле водной магии - несомненно. Поэтому хоть и со скрипом, волнуясь и переживая, такие развлечения разрешал. Но нудел постоянно…

- Доча, - остерегал я её, - аккуратней.

- Конечно, папочка, - соглашалась она со мной.

- Жемчужинка, будь внимательней.

- Непременно, папочка!

- Ребёнок, это опасно. Можешь не удержать волну, - качал я пальцем в назидание.

- Что ты, папочка! Моё второе имя - контроль!

Ну ведь чудная девочка! Как такой не верить? Правда, слов и выражений нахваталась странных. От кого бы это…

И однажды Жемчужинка волну не удержала! Уж не знаю, отчего так получилось, что на это повлияло, толи слишком высокую и массивную подняла, толи увлеклась скольжением, отдалась восторгу и азарту и потеряла концентрацию, но…

Слава богу, когда волна навалилась на пляж, она уже не стояла двадцатиметровой вертикальной стеной. Но огромным пологим многометровым валом многие сотни тонн морской воды перекатились через кольцо суши, собрав в себя весь мусор, песок и вырванные растения, ворвались в лагуну, сдёрнули нашу флотилию с якорей и подхватив, на остатках силы, закинули на противоположный пляж.

А ещё вал смыл весь наш лагерь. Палатки, навесы, очаги и сети, утварь и всё, что было не закреплено. И, конечно, смыло всех бацхвари, что находились в лагере. Ведь далеко не каждый катается на волнах день ночь, как говорится. У племени хватает повседневных забот.

В момент, когда на нас накатил огромный вал, я, Старый и ещё пара авторитетных лягуш как раз говорили о высоком, комфортно расположившись под тентом и попивая морсики. По-простому: трендели ни о чём.

Приглушенный рокот волн и ослабленные восторженные крики, что долетали постоянно с отдалённого пляжа, уху уже было привычны, и от того почти не слышны. Но в этот раз шум как-то резко усилился, крики отчего-то тоже приблизились и перестали быть восторженными. И очень даже наоборот. А тут ещё загудела "тревожная раковина". На самом верху острова у нас располагался пост наблюдения. Там постоянно бдила пара дежурных, что зорко обозревали горизонт в артефактные подзорные трубы. Во избежании, так сказать… Вот они и просигналили тревогу, узрев как на лагерь мчится цунами!

Я только и успел выскочить из-под тента и зафиксировать страшную и в чём-то завораживающую и удивительную картину. Страшную оттого, что на меня стремительно катился уже довольно мутный холм воды! А удивительным было то, что вся серферная братия, ловко маневрируя, умудрялась мчаться на верхушке вала, а не бессильно кувыркаться в его толще. И в том числе Жемчужинка! Секундное облегчение и… вал накатил на лагерь!

Ударило, завертело, закружило в мутном потоке! Однако я умудрился ухватиться ловко за одну из пальм пальцами цепкими. И удержаться руками сильными! Ну, а захлебнуться мне, сами понимаете, вовсе не грозило. Тем более, что вал промчался быстро, и сила удара, на самом деле, была сильной, но не запредельной. Так что, чудо, не иначе: никто, как потом выяснилось, серьёзно не пострадал. Шишки, ссадины, синяки и ушибы, можно сказать, не в счёт.

Хотя это и не слишком удивительно, девятый народ к ударам стихии привычный, тренированный, да и вода их дом родной. Энергично поработали ластами, кто не успел за что-нибудь зацепиться, так на пляж ослабленным потоком и выкинуло. С другой стороны острова… Как и всех сёрфингистов, кстати. Дочь в том числе.

Когда я, спотыкаясь о всяческий мусор, шлёпая по лужам, чертыхаясь, выскочил на пляж, заваленный лагерным хабаром, сразу нашел глазами Головастика, и тут же, рядом - вполне благополучную дочь.

- Папа, - помахала она мне рукой, - я впорядке!

- Фу-у-уххх, - у меня прям гора с плеч! А в следующую секунду мозги с тревоги за здоровье Жемчужинки переключились совершенно в иную плоскость.

- Чудесный мой ребёнок, - идя по пляжу в её сторону и выискивая глазами подходящее, - подойди же быстрее к папе.

- Ой! - медленно пятясь от меня, воскликнула дочь, - Что-то не хочется.

- Очень надо, - покивал я.

- Давай, папочка, в другой раз, - молитвенно сложила ладошки Жемчужинка.

- Ага! - воскликнул я, подбирая тоненькую хворостину, - То, что надо!

- И-и-и-и… - завизжала дочь, разворачиваясь и улепётывая по пляжу, только пятки засверкали.

- Стой! - завопил я размахивая хворостинкой, как саблей, - Хуже будет! Головастик! держи её!

Но этот поц тут же превратился в нематериальную форму и нырнул в воду! Негодяй!

- А-а-а… Силиконовый фаллоимитатор и ты получишь! - пробегая мимо, проревел я. Зол был! Очень!

- Господин Мо! - Выставила ладони вперёд Квака. На моём пути скучковалось несколько молодых бацхвари, защитники, так сказать… - Может не на… Вай! Вай! - тут же отхватила она хворостинкой. Не столько больно, там толщина-то меньше мизинца, и ни веса, ни упругости, хрень чисто символическая, сколько неожиданно! Остальные защитники поняли, что шутки шутить не время и, перейдя в прыгающий режим, скоренько поскакали во все стороны.

- У-у-у, жабы… - пробегая, погрозил я им кулаком.

Короче, забег я у дочи выиграл. Хворостинки её крепкая попка отведала! Гордиться, конечно, нечем, но воспитание - дело такое, иногда совсем неприятное для обеих сторон. Рёву было… Но опять же, не от боли, а так в общем, по совокупности. И что интересно, Жемчужинка в ответ вполне могла бы устроить мне «погоготать», с её-то сродством с той же водой, да и в целом, с магической силой. Но нет, моя девочка оченно воспитанная, да.

- Это неправильно, папа!

Осуждающий взгляд, насупленные бровки, носик, слегка надутые губы… Всё это торчит из кокона живого покрывала, а кокон, соответственно, у меня на руках. Естественно, мы помирились. Прям там же, после экзекуции. Ну у какого нормального отца не дрогнет сердце смотреть на рыдающую дочь? Только у ушлёпка какого. Взял на руки, обцеловал, обгладил, укачал, шепча ласковости… Она тоже повинилась, вот так и помирились.

И вот она у меня на руках, а я сижу в "гнезде" из щупалец Головастика. Тепло, удобно, уютно. Он доволен неимоверно: Хозяин и маленькая Хозяйка в его объятиях, давно такого счастья не было.

И да, в щупальцах, прежде всего, от того, что наше любимое двуспальное кресло-качалка - тю-тю! Уплыло, унеслось, растворилось… Как мы его не искали, так и не нашли. Такова селяви для моих кресел-качалок. Уничтожаются рано или поздно, так или иначе. Это ещё продержалось много дольше остальных.

Но не только кресло уплыло в неизвестном направлении, немало всего утянуло течение и волны, прежде чем мы кинулись собирать хабар. Однако, самое главное: наш флот остался лежать на пляже, и даже не сильно пострадал. Небольшой косметический, кое-где чуть более серьёзный ремонт, стащить на воду - и всё будет в порядке. А вот лагерный хабар надо будет серьёзно перетрясти и, раз выпала такая оказия, заняться унификацией хозяйства. Этот разноцветный табор давно пора привести к более-менее общему знаменателю. Не в смысле, причесать всех под одну гребёнку, а снабдить единообразными амулетами бытового, охотничьего и всякого другого направления. Обзавестись не магическими, но полезными и удобными ништяками, делающими жизнь племени более комфортной, и вообще…

Так что, скользить по волнам у девятого народа будет теперь не так много времени. Но это всё уже завтра, а сегодня, поздним вечером, мы сидим возле небольшого костерка и говорим с дочей о важном.

- Это почему?

- Непедагогично бить ребёнка.

- Эка ты умных словесов нахваталась от кого-то. Вот узнаю, тоже хворостинкой их.

- Я же серьёзно, папа, - нахмурила опять лобик Жемчужинка.

- Тогда давай серьёзно, доча. Я не знаю, сколько лет человеческой цивилизации. Кто-то утверждает, что десять тысяч, кто-то топит за все пятьдесят, но хомо сапиенс, как вид, по-любому старше. И я очень сомневаюсь, что кто-то за это время мог придумать что-то лучше, чем основополагающий принцип кнута и пряника.

- Кнут и пряник, - поджала губы Жемчужинка, - звучит не очень, особенно - кнут.

- Всё должно в меру и по делу. В какой-то момент, кому-то чуть больше кнута, а где-то - пряника. Этот принцип - фундамент, а все остальные полезные надстройки, скажем так, только лишь зиждятся на нём.

- Нельзя воспитать нормального человека, а я допускаю, что вообще разумного, только чем-то одним. Только кнут и будет всё очень плохо! От запуганного, забитого, бессловесного - до озлобленного, ненавидящего всех, готового вцепиться в глотку каждому.

Хуже только один пряник! Когда позволено всё, и тебе за это ничего не будет, кроме пряника, рождаются такие монстры, что куда там, воспитанным одним кнутом. У тех хоть страх наказания имеется, так или иначе сдерживает, а у тех, кто только с пряником во рту, вообще никаких норм и правил.

- Удивительно, - завозилась дочь, - но ведь приник должен воспитывать только лучшее.

- Это так с разумными не работает, моя капелька, - непроизвольно улыбнулся я, уловив искренний интерес к теме, - Наверное, таковы законы мироздания. Только кнут и пряник. И тогда можно, на выходе, так сказать, получить нечто достойное.

Вот, к примеру, твоя любимая принцесса Мими. Когда-нибудь ты обязательно её увидишь и сможешь сама поинтересоваться, но я тебе и так скажу, по королевскому заду, и она, и её брат, и ныне могучий Бобо, отхватывали от наставников неоднократно. Розовый чебуратор, мастер на все свои длинные руки, Крук Отбойный Молоток открыл мне одну из самых сокровенных истин воспитания, которыми пользовались его наставники. Знаешь какую?

- Какую!

- Ухо юного бубуча находиться на его спине. Хе-хе… И это несмотря на то, что на их головах - те ещё локаторы, на зависть всем.

- Хм… - нечитаемо хмыкнула дочь, блеснув глазками.

- Головастик, тебе доставалось от меня?

- Всегда за дело, - после некоторой паузы пробулькал в ответ мой питомец, - Хворостиной никогда. А вот словами ругательными - бывало. Но лучше бы хворостиной, - вздохнул он.

- Почему? - тут же вскинулась Жемчужинка.

- Потому, что Головастику очень горько, когда его ругает Хозяин. Слова ранят больнее…

- Слова ранят больнее… - прошептала дочь задумчиво.

- А вот возьмём Старого, - продолжил я, - Я точно знаю, что его широкая ладонь не раз и не два прикладывается по заду особо "одарённых", что плохо его слушают на уроках, безобразничают и так далее. Было?

- Ну-у-у…

- И по твоей попке попадало?

- Ну-у-у… Пару раз только, - призналась дочь, - Но не больно совсем. Почти…

- А я больно?

- Нет, - несколько подумав, ответила она, - Но очень обидно. Я же не специально. Просто так получилось. Сорвалась концентрация, но я пыталась исправить, правда.

- Верю. И ты молодец. Только сколько раз я тебя предупреждал, будь аккуратней. Просчитывай последствия своих действий. Постарайся заглянуть за горизонт событий.

- Много раз, - вздохнула она.

- Вот, в основном, за это и получила. И хорошо, что никто серьёзно не пострадал. И то, что ты всё же сокровище народа, они даже пытались тебя защитить. Вряд ли они смогли бы тебе хоть что-то высказать. Именно поэтому ты и получила заслуженное наказание от меня. Чтобы осознала: за любым поступком, как за плохим, так и за хорошим, следуют последствия. Надеюсь, эта хворостинка ещё долго заставит тебя быть собранной и более ответственной. И не совершать необдуманные поступки.

- Что же, теперь вовсе волну поднимать нельзя будет? - расстроено пробормотала дочь.

- Почему нет, - улыбнулся я, - Мы же на атолле, а он круглый. Подними волну и гони её по кругу, пока сил хватит. И даже если, вдруг, снова сорвётся концентрация, она просто уйдёт по касательной в открытые воды и всё.

- Папа! - воскликнула дочь, - Что же ты раньше мне не сказал!?

- Наверное потому, моё золотце, - поцеловал я её в возмущенный носик, - что может, пора и своим умом соображать? Думать, анализировать, предлагать и пробовать. Уж насколько ты умница-разумница, я не как предвзятый папа, а как требовательный учитель знаю. Увы, ни я, ни мама, всю твою жизнь рядом быть не сможем.

- Почему, папа? Почему!

- Потому что такова жизнь.

- Я всегда буду рядом с вами, - решительно заявила она, - Всегда!

- Ах, если б так оно и было б, - вздохнул я, - Мы были бы счастливы.

Мы ещё долго говорили в ту ночь о многом и важном. Многие вопросы Жемчужинки были весьма и весьма сложными, и взрослыми. Порой мне нелегко было найти нужные слова для правильного ответа. А иногда и ответить, вот так, с ходу, не получалось. И я ясно почувствовал, что дочь умом уже гораздо старше, чем телом. Это надо принять, осознать и, срочно, корректировать учебный процесс…

Однако, "завод" в какой-то момент, у дочери закончился. Вот ведь странно, вроде божественный ребёнок, а кушает как совершенно нормальный, и спит себе с большой охотой. А вот мне достаточно всего три, много четыре часа, и я свеж и бодр.

- Ладно, - глядя в осоловелые глазки Жемчужинки, - спать уже пора.

- Но ведь интересно, папа, - вяло попыталась протестовать она. Очень вяло.

- Будешь себя хорошо вести - будет тебе много интересного.

- Это как? - сонно моргнула дочь.

- А вот завтра узнаешь. Спи.

И она уснула. А божественная явилась. Знал, что так будет, не могла не прийти. Передоверив дочь щупальцам Головастика, я шагнул ей на встречу и, забрав её ладошки в свои, поочерёдно прикоснулся губами.

- Здравствуй, госпожа моя.

- Здравствуй, мой господин, - улыбнулась она и на её щеках образовались эротичные ямочки, - я пришла.

- И озарила сиянием суровую действительность окружающего.

- Скорее не для этого, - коснулась она моей щеки невесомым поцелуем, - Не слишком ли?

- Всё в самый раз, - я сразу понял, о чем речь - Увы, это иногда необходимо, надеюсь, ты понимаешь.

- Увы, да. Но дочь… Тут болит, - она прикоснулась к ложбинке меж грудей.

- Давай я там поцелую, - предложил я, - Как высококвалифицированный Доктор Любовь утверждаю: страстные поцелуи - одно из самых сильнейших средств от боли, тревог и меланхолии.

- Я серьёзно, - прикрыла, улыбаясь, мои вытянутые трубочкой губы ладошкой.

- А если серьёзно, - перешел я на серьёзный тон, - то давай оставим в стороне совершенно обыденное событие, произошедшее с нашей дочерью, и поговорим о действительно важных вещах.

- О каких? - задрала Ева бровку.

- О книгах.

- Книгах?!

- Ага, - кивнул я, - О таких штучках, у которых есть такая обложечка, а промеж неё много-много страничек с буковками. И повествуют эти буковки о разном. Важном, умном, поучительном, забавном и полезном.

- Зачем Жемчужинке книги? - всё ещё удивлялась божественная.

- Потому что срок пришёл. Потому что нужно ей прикоснуться ко многим умным мыслям других умных людей. Прочитать про иные миры, ситуации, людей и их реакции, эмоции и страсти. Прочитать и представить то, о чём пишут авторы, пофантазировать вмести с ними, пережить ситуации вместе с их героями.

- Ты думаешь? - задумчиво протянула Ева, рассеяно глядя на спящую дочь.

- Уверен. Жемчужинка развивается не по дням, а по часам. Я, как учитель - велик! Но даже такой, как я, не способен дать того разнообразия важного и нужного, что требуется такому пытливому уму, как у нашей дочери. Ни я, ни Старый, ни Посланцы, я чувствую, уже не вывозим. В этом плане она, словно супергубка, впитывает много больше, чем мы успеваем дать. И если руками, особенно без помощи магии, ей ещё многому предстоит научиться, то пищи для мозгов надо уже много больше.

Разнообразной, божественная моя. Чтобы, оттолкнувшись от наших, и ещё многих чужих, но умных, мыслей, мнений, взглядов, сформировала свои собственные, оригинальные и самобытные. Она уже готова к этому, я чувствую.

- Но почему книги, а не подключение к инфополю, - задала ожидаемый вопрос Ева, - Вот уж где всё есть

- Э нет, свет очей моих, - усмехнулся я, - Как ты думаешь, отчего у нашей цивилизации до сих пор в ходу книги, несмотря на то, что давным-давно мы шагнули очень далеко в информационных технологиях?

- И почему?

- Потому, что ещё в начале века, когда все оголтело кинулись внедрять пресловутый Искусственный Интеллект, довольно быстро выяснилось очень печальное последствие…

- Какое?

- Я не буду сейчас рассказывать о всех последствиях мракобесия апологетов ИИ, поверь там такое творилось! Расскажу лишь об одном показательном моменте. Как только появилась возможность массово прослушивать тексты, любые, уровень образованности, и в целом интеллекта у людей стал падать. Не только от этого, но именно прослушка тут сыграла львиную долю ущерба."Услужливый" ИИ, торчащий из каждого утюга, с радостью предлагал пользователю прослушать что угодно. И огромное большинство охотно соглашались. Читать и напрягать глаза, а вместе с ними и внимание - лениво. Лениво, божественная, таково одно из свойство человеческой расы. Пока ты следишь глазками за буковками, так или иначе тебе приходиться напрягать внимание, морщить мозг запоминанием, задействовать нейроны и всё такое прочее. Даже если текст не очень интересен, но необходим. А вот прослушка такого напряжения мозга не вызывает. Это медицинский факт. Человек, слушая что-либо, легко входит в фоновый режим, теряет концентрацию, отвлекается. Как говориться - в одну ухо влетело, в другое вылетело.

Что-то интересное для тебя, развлекательное, приятное ещё запоминает. Нудное и скучное, но необходимое, как те же уроки - уже нет. Катастрофически - нет. Прослушал курс чего-то там, такое ходило у нас выражение до эпохи высоких технологий и имело несколько иное значение, а вот потом - очень даже конкретно печальное. Именно, что - прослушал курс чего-то там. Слышал, да не услышал, и нихрена не запомнил. Ленив человек, моя божественная, очень ленив.

Слава богу, у нас в России умные вовремя спохватились и решительно ограничили халяву. В школы и институты вернулись учебники, выкинув из них планшеты. Тексты стали читать глазами, а диктуемое преподавателями записывать собственной рукой и буковками. Вернулись книги в магазины, библиотеки, газеты и журналы в киоски. Напрягая булки, вновь воссоздали культ "пыльных страниц" или "страниц пахнущих краской". Стало не только модно, но и повседневно, когда у людей в сумках и под мышкой торчат томики книг.

Да, денег тогда потратили уйму. Усилий ещё больше, но оно того стоило. И мы, наша страна, вовсе не отказались от электронных девайсов, не перестали использовать ИИ, отнюдь нет, но в образовательных учреждениях, других важных культурно и ментально образующих местах сильно ограничили.

Знаешь, прекрасная Ева, как над нами смеялись на Западе. Да и не только там. Стебались, обзывались по-всякому. Ретрограды и неандертальцы, русские дикие медведи, и тому подобноё, это только самое благозвучное в их лексиконе.

А прошло лет сорок, и уже мы смеёмся. За пару поколений, в образовательном смысле, разница не только видна специалистам, разница видна невооруженным глазом, так сказать. Если хочешь, сама можешь провести сравнительный анализ.

- Хм, - усмехнулась Ева, - незачем. Я это и так знаю. Просто раньше особо не задумывалась. Русские, как кланы, так и отдельные игроки, всегда более успешны, в целом. Китайцы хороши, ещё кто-то с востока и из Азии. Африканцы.

- Ну, так они тоже вовремя спохватились, далеко не все, конечно. Некоторым пришлось отказываться и бороться, как и нам, как Китаю, к примеру, а некоторым, всё больше в так называемых "отсталых странах", и так повезло. С высокими технологиями не особо было, всё больше по старинке учились, а когда проблема образовательного оглупления встала перед человечеством во всей красе, то оказалось, что в сфере образованности населения они вполне конкурентоспособны. Вот так все "древние" технологии и оставили, хе-хе…

- Хорошо, - улыбнулась Ева, - убедил. Но какие будем давать книги?

- Правильные. И, прежде всего, проверенные временем. Как говориться - классику. Не в смысле великоумных авторов, исключительно исследователей потаённых мотивов душ человеческих, и их тоже, конечно, а вообще всю классику. Приключения, детективы, фантастику, поэзию, трактаты о науках, философию… вообще всё. Начиная прям от Гомера, Аристотеля, всяческих Шекспиров с Уэлсами, и так далее… Пусть дочь прочувствует всю многогранность человеческой мысли. Его мотивы, кипение страстей. Пропустит через себя, осознает… Иначе человеческой богиней, во всех смыслах, она не станет.

Великая очень долго смотрела на меня. И взгляд её был не читаем.

- Очень глубоко копаешь, господин мой.

- Дочери пора переходить на иную ступень. Я чувствую, она уже готова.

- Как мы это сделаем?

- О, это мы сделаем легко… и, пожалуй, в древнем стиле. Слушай, как всё будет.

- Папа, что это?

С самого утра, после обязательных упражнений тела, после лёгкого завтрака, я завёл дочь под наш навес и, движением балаганного фокусника, абра-швабра-кадабра, сдернул кусок ткани с большого сундука.

Сундук и правда впечатлял! Эдакий параллепипед со сторонами метр в ширину и в высоту и полтора в длину. Набранный из крепких плах кремового цвета, окованный полосами и уголками тёмной бронзы с крупными заклёпками. Слегка выпуклая крышка запиралась на довольно большой навесной замок. А ключ к нему, вовсе в стиле а,ля Буратино! Такой себе золотой, вычурный девайс в половину моего локтя!

- Это наш с мамой тебе подарок. Волшебный сундук знаний!

- Сундук знаний? - с горящими глазами дочь кинулась ощупывать сундук, - А что там?

- Открой, - я, улыбаясь, протянул ей ключ, - и узнаешь!

- Ух ты! - восхитилась дочь принимая ключ, - Какой! Тяжеленький…

- Это не просто ключ, а ключ от знаний. Носи его всегда, он золотой.

Дочь быстренько вставила ключ в замок, один поворот, щелчок, и, откинув крышку, замерла, жадно ощупывая взглядом картину, представшую перед ней!

- Книги… - прошептала она в восхищении, - Как много книг…

Что такое книги, дочь знала прекрасно! Уж я-то про них много рассказывал. Вот только увидела их «вживую» в первый раз только сейчас.

- Книги, - подтвердил я очевидное, - Много книг, и разных. Хороших, умных, добрых. Простых и посложнее. Развлекательных и не очень.

- И всё мне? - дочь поверить своему счастью не могла.

- Конечно тебе. Кому же ещё. Ты им полновластная хозяйка.

Дочь взяла первую попавшуюся в самом верхнем ряду, погладила обложку…

- "Приключения робинзона Крузо" - прочла она. Открыв книгу посредине, она сунулась носиком меж страниц и, прикрыв глаза, длинно вдохнула, - Пахнет! - она открыла глаза и удовлетворённо улыбнулась, - Она пахнет! Всё как ты рассказывал.

Ну ещё бы! Всё мы сделали, как надо. Ценность книги не только в том, что в ней написано, а ещё в тактильных и обонятельных ощущениях. В чёткости шрифта, его формы, в картинках, в конце концов.

- Сколько их тут? - спросила Жемчужинка, беря книги в руки одну за другой, - Ой! Это же "Сказы…" Бажова, да!?

- Много доча, много…

- Я хочу их посмотреть все.

- Посмотри. Но, если примешь совет мудрого отца…

- Конечно, папа! - подняла на меня сияющие глаза дочь.

- Читай их "послойно". Мы с мамой старались их подобрать так, чтобы идти от не слишком сложных, не сильно заумных, но всё равно, очень интересных и несомненно талантливых, к чуть более сложным. Слой за слоем. Они все разные, на разные темы. И читая их, со временем, ты найдёшь именно те, что больше всего тебя интересуют, увлекают. Но тем не менее, мы с мамой постарались, барахла и лабуды тут нет в принципе.

- Я, конечно, воспользуюсь твоим мудрым советом, папа! - дочь стремительно приблизилась ко мне и смачно чмокнула меня в щеку, - Можно я буду читать не только сама, но и друзьям?

- Отличная идея, - улыбнулся я, - Но только давай ты будешь читать и сама и другим, не в ущерб остальным занятиям.

- Хорошо папочка, - слегка грустным взглядом окинула Жемчужинка "богасьтва" в сундуке, - Но можно вопрос?

- Нужно вопрос.

- Ты сказал, что этот сундук - волшебный. Ну, пространственный. А он простой сам по себе и совсем не "волшебный".

- Потому, что, мы уже говорили на эту тему, волшебство чего-либо часто проявляется во внутреннем содержании, а не во внешней форме. А как раз во внутреннем содержании этот сундук самый, что ни на есть - волшебный.

- Но ведь, я употреблю несколько иной термин, научный, - многозначительно вздёрнула доча бровку в совершенно знакомом движении, как у мамы, - пространственный бокс гораздо удобней. Для переноски, доступа и хранения.

- А кто тебе запрещает раскладывать вот это всё, - я ткнул на книги, - по отдельным сундучкам, сумкам или кошелям, сиречь - пространственным боксам? Те книги, которые тебе очень интересны - сюда, не очень интересны - туда, интересны, но не сейчас - здесь, а вот над этим я подумаю попозже - тут?

- Хм… - дочь замерла на некоторое время с раскрытой очередной книгой, - "Золотой ключик или приключения Буратино", - Действительно! Ты как всегда мудр, папа!

- Ну так… - скромно согласился я.

С этого дня у дочери началась читальная лихорадка! Читала она очень быстро, но вдумчиво. И прочитав один раз, запоминала навсегда. И как бы быстро книги не расходились по отдельным "сундучкам", дно всё никак не показывалось.

Это потому, что сундук-то, на самом деле был куда как волшебный. "Снизу", как только иссякал очередной книжный слой, образовывался новый. В основном, ориентированный на текущий интерес дочи, но и часть книг всегда иных направлений. Они старались увлечь, расшатать, расширить горизонт интереса, и это работало. Так что, как не быстра была Жемчужинка, но человечество понаписало очень, очень много. Хе-хе…

Ну и мне пришлось, дабы соответствовать, много перечитать, освежить, так сказать, но больше того, прочитать впервые. Разговоры с обсуждением прочитанного Жемчужинкой, бывает, уже идут далеко не детские. По крайней мере, не соответствуют её десятилетнему виду. Ева и хитропопые посланцы, если попадают на такие беседы, ещё изворачиваются как-то, подключаясь к единому полю, а нам со Старым приходится по старинке, собственным тямом. Я бы даже сказал - мудростью. А мудрость, как известно, кроет высоколобых умников, в девяносто девяти из ста, хе-хе…

Сезон штормов в этот раз мы пережидали в удивительном и, даже я бы сказал, в уникальном месте. Мы его нашли, изучая этот кластер островов, так сказать, с крыльев. Я и дочь разглядели его с высоты где-то за месяц до первых признаков длительной непогоды. В общем-то мы и активизировали разведку ради этой цели - перезимовать. Мы выглядывали сверху, бацхвари с Головастиком из-под воды.

К тому моменту уже присмотрели пару островов соответствующих, плюс\минус, требованиям бацхвари. Нам-то с дочей условия особо не важны, мы и в тримаране перезимуем со всем нашим удовольствием, если что. Затащим в какую шхеру поуже. чтобы ни ветер, ни волны не тревожили, и ага! Но всё же вместе веселее…

И вот, практически на другом краю мини-архипелага от места нашего летования, наткнулись на этот крайне странный остров. Забравшись повыше под облака, мы с дочей его хорошенько рассмотрели. Подивились и решили, что это очень интересно, и пошли изучать его "ножками".

Сам остров был не очень большой, километра три в диаметре и почти круглый. Отвесные скальные стены уходили на приличную глубину, метров на пятьдесят, и ещё на сто пятьдесят возвышались над водой. Плоская вершина острова по всей его площади поросла огромными деревьями до ста метров в высоту. Этакие секвойи, но точно не они, и крона не такая и листья, и кора. Особенно кора…

Самое "хилое" дерево, которое нам попалось при недолгом осмотре - метров пять в диаметре возле земли. А диаметром в десять или пятнадцать метров тут сплошь и рядом. Естественно, такие гиганты росли не часто, а на приличном расстоянии друг от друга и, тем не менее, подлеска, как такового, тут не наблюдалось. Тут царили сумрак и тишина. Кроны где-то там, высоко, не особо пропускали свет, а про ветер вообще молчу.

Огромные, узловатые корни переплетаясь и наслаиваясь друг на друга, вонзались в каменистую почву, покрытую толстым слоем пушистого, слегка голубоватого мха. Кое-где торчали гигантские грибы, пучки хвощей и вычурных папоротников, и всё это было засыпано слоем отвалившихся от огромных стволов пластов коры. И пласты эти были -начиная от почти мелких чешуек до "полотнищ", которыми можно накрыть крышу небольшого дачного домика.

И да, кора являлась очень и очень интересным материалом. Гладкая, плотная, светло-серого цвета, она напоминала кору пробкового дерева. Что-то подобное мне встречалось уже на других островах, но это была кора самого высокого качества. Очень легкая, вязкая, крепкая на излом. Толщина некоторых кусков достигала более полуметра. А ещё такая кора, судя по другим подобным образцам, отличный тепло и шумоизолятор, а также очень хорошо сопротивляется впитыванию влаги. Даже без крепителей из такого материала, покрой его слоем хууста, можно смело ладить небольшие кораблики, по типу тех, что сейчас есть у бацхвари.

Что же касается животного мира этого леса, то вся движуха шла где-то там, в кронах. Щебет птиц, шебуршание неких зверушек, ещё что-то… А внизу процветало царство насекомышей-короедов. Жуки-пауки, слизни-улитки и всякое такое разное. Но весь зоопарк совсем не крупный, самый большой "монстр" не больше моего кулака. Не ядовитые, не агрессивные, тихо точат кору, увеличивая слой плодородной почвы и живя под лозунгом –«акуна матата!». Если в дословном переводе, то "не беспокойся"! Но если в художественном и философском контексте, то можно перевести как «не суетись, бро! Сам живи и дай жить другому!».Хе-хе… В общем, совершенно мирная локация. Мне такие нравятся.

Но это - лишь красочные штрихи к истинной сути этого острова. Самое главное, это его "география". Узкая, не более пятидесяти метров, щель рассекала каменное тело острова и, загибаясь по часовой стрелке, словно нетугая пружина, вела внутрь острова, где по самому центру располагалась круглая бухта диаметром метров в сто пятьдесят. Три полных спирали делала щель, прежде чем выводила в эту бухту. Настолько тихую и спокойную, словно она не под открытым небом, а подземное озеро. Да и то, сказать правду, до "неба" здесь метров двести с гаком. Бухта - будто колодец. Даже солнце сюда заглядывало исключительно в зените.

Берега бухты - несколько скалистых порогов разной высоты и размеров. Они поросли тем же гигантским лесом, что и наверху. Каменные пороги в некоторых местах образовывали интересные геологические аномалии - навесы. Не пещеры, а именно навесы. Верхняя часть породы "соскользнув", выдвигалась над нижней, и получалис эдакая каменная крыша. Такое и на Земле встречалось. Иногда навесы достигали таких размеров, что под ними легко проживали целые племена.

Тут тоже хватало навесов достойных размеров. Один такой, буквально в ста метрах от воды, имел высоту от потолка до пола около восьми метров. Глубина "козырька" - двадцать метров, а длина - около шестидесяти. И замечу, что "пол", что "потолок" довольно ровные, из какой-то мелкозернистой, довольно крепкой породы.

Когда мы с Жемчужинкой зашли под козырёк, подсвечивая себе светляком, только несколько мышек-норушек, да ящерок с жабками, что разбежались по тёмным "углам", да редкие листья встретили нас.

Дочь с интересом прошлась под козырьком. Поковыряла ноготком дальнюю стенку, а потом повернулась и долго смотрела на недвижимую гладь бухты.

- Папа…

- Да, доча.

- Ты смог бы сделать нам домик из той коры, что мы нашли, и поставить его здесь, под этим козырьком?

- Хм… легко.

- Хочу зимовать здесь! - она повернула ко мне лицо, - Не в пещере. Не в своей каюте. Не под водой. Здесь! Чтобы слышать тревожный ветра голос! Чтобы он забрасывал сюда брызги дождя! Чтобы скрипели и жаловались могучие стволы, противостоя стихии. Чтобы дышать бурей, стоя на краю…

- А как же бацхвари? Ты же знаешь, девятому народу нужны некоторые условия.

- Я … - она на секунду задумалась, а потом уверенно улыбнулась, - Я знаю, эта бухта предоставит им такие условия.

- Но надо проверить.

- Конечно надо, - вновь улыбнулась она, - Полетели скорее, приведём сюда Головастика, Кваку и её разведчиков.

Глава 18

- Ух… Какая, однако, всё же неприятная погода!

Я зябко передёрнулся, входя в прихожую бунгало. Так я назвал наше шестигранное полукруглое жилище, склеенное из коры гигантских деревьев. Мы оставили им первоначальное название - секвойя. Моё продвинутое опознание их ведь так и определило - деревья??? так что, особо мудрить не стали, хе-хе…

Бунгало у нас получилось знатное! Прихожая, центральная зала, направо моя комната, налево комната дочи, а прямо - кухня. Всё довольно скромно по размерам, но нам и этого достаточно. Уют и комфорт не зависят от объёмов, большие они или маленькие, главное - атмосфера в доме, и я не о температуре и влажности сейчас, как вы понимаете. А вот с той самой "атмосферой" у нас всё более чем в порядке, да.

Ну и конечно, наше скромное жилище было обставлено по-максимуму маготехническими, магическими и просто обычными, но очень полезными девайсами. Как раз-то они и создавали тот самый комфорт и уют, что создают физическое проявление "атмосферы". Мебеля, свет, отопление и всё такое прочее. Короче, нам тут с дочей хорошо.

Но я не я, если бы ограничился только нашим бунгало. За месяц до начала сезона штормов, я, доча и Головастик с помощью больших лягуш понастроили под козырьком много чего.

Во-первых, большую избу-читальню. Хотя, это скорее вариация на ту же тему нашего бунгало. Только повыше, пошире и гораздо длиннее. Большая прихожая-тамбур, а всё остальное - одно единственное помещение. Тоже, естественно, с комфортом. Свет, тепло, мэбэль - в основном чтобы сидеть, а местами и лежать. Тут проводятся уроки Старым, тут собираются бацхвари, чтобы обсудить насущное и важное, да и просто потрендёть. А также собираются все желающие послушать, как Жемчужинка читает какую-нибудь книгу. Когда она сама захочет поделиться интересным.

Кстати, книги, сами по себе, очень восхищают бацхвари. Концепция того, что можно хранить информацию в таком виде, а не из уст в уста, подпитываясь памятью предков, их неслабо возбуждает. Так что, чтения проходят при полном аншлаге.

Построили мы и лабораторию, совмещённую с мастерской. Там мы с дочей, при активном участии Головастика, а иногда и кого-то из бацхвари алхимичили, зельеварили, магичили, совершенствовались в физике, механике, артефакторике и ювелирном деле. В общем, не скучали. А если учесть, что к нам на огонёк заглядывали Рамзес, Люси и, изредка, Ночка, что тут же напрягали дочу всяческими магическими уроками, то Жемчужинке просто расслабиться и побезобразничать с друзьями времени особо не было. А ещё мама Ева…

Божественная редко нас баловала своим появлением, но каждый её приход для нас праздник. Мы садились в трёхместное кресло-качалку, моя эксклюзивная разработка, и вели всяческие разговоры. Обычно, рассказы дочери об её успехах, всяческие истории от меня и Евы, просто лёгкий трёп, иногда, редко, что-то более серьёзное.

Дочь готовила вкусняшки, радуя всё возрастающим мастерством. Показывала сделанные собственноручно простенькие артефакты, магические умения по тонкому владению силой.

В каждый приход божественная увлекала дочь "пошептаться" в её спальню или на кухню. О чём? Ну, наверное, об очень важном. Мне никогда не рассказывали, а я и не спрашивал, хватало мозгов понимать, что не всё мне знать не все знать можно, да и не нужно. А в целом, можно сказать, я был счастлив…

Под нашим козырьком, в дополнение к избе-читальне, мы построили ещё с десяток бунгало по упрощенной системе. Прихожая и большая комната. Камень-обогреватель по центру, неяркое освещение от светодиодов на мане. Подпитка этого минимального набора, кстати, была на доче. И вот в этих бунгало на матрацах из водорослей проживало некоторое количество племени. Кто-то приходил на день-два, а то и три-четыре, пожить на суше, кто-то, наоборот, уходил под воду. Охотники, собиратели, разведчики, просто члены племени и, конечно, дети.

И да, Жемчужинка не ошиблась, бухта предоставила девятому народу очень богатые "дары". Ну, опять же, во-первых, глубина у бухты была в районе ста метров. По всей окружности бухты дно опускалось порогами. Большими, маленькими, высокими и низкими, широкими и узкими. Целым каскадом, и так - до самого дна. И пороги эти изобиловали карманами, пещерками, нишами и трещинами на любой вкус.

И плюс ко всему этому, в бухте действительно царило спокойствие. Редко особенно сильные ветра прорывались вниз, но только лишь лениво могли раскачать поверхность воды. Всё больше мелкая рябь, которую беспощадно секли или ласково орошали дождевые капли. И от того, что тут было так благостно и покойно, в глубине вод скрывалось от штормов и погодных неурядиц огромное количество морской живности. Какой только можно представить, но львиная доля из которой - рыба. И что самое интересное, ни монстров, ни особо злобных хищников здесь мы так и не встретили. Совершенно мирная локация.

Так что, для пропитания даже напрягаться не приходилось: снимай штаны, кидай в воду да тащи! Не с третьего так с пятого заброса кого-то да поймаешь, хе-хе…

Но щедрая Пружина, отчего-то вот так мне захотелось назвать этот остров, и на этом не остановилась. Дело в том, что падение воды при отливе тут метров десять, и это оголяло пять, а иногда шесть порогов, что составляло несколько километров морского дна, усыпанного вкусняшками. Раковины всяческих моллюсков, крабы, креветки, головоногие, водоросли, рыба в лужах, трещинах и карманах, и остальное морское изобилие. Ходи да собирай! Чем, собственно, мы и занимались. Да, не только бацхвари, но и я, и доча, и Головастик. Пусть далеко не каждую ночь, но если выбирались, то с большим, кстати, удовольствием. Этакий вариант тихой охоты. Кто глазастей, кто найдёт самое вкусное или интересное.

В общем жили не тужили, мирно, тихо, безопасно и в удовольствие. Хорошая зимовка…

И вот зашел я в дом, тепло, сухо, практически не слышно завывания ветра и ударов громов, стены толстые, чуть ли не метровые, а доча сидит на диванчике скрестив ноги и обложившись мягкими подушками, и рассеянно смотрит в никуда. На коленях книжка, а сверху её расслабленная ладонь. Переваривает ребёнок прочитанное, осмысливает… такое у неё бывает.

- У-у-у… «Собор Парижской Богоматери». Серьёзная книга…

- Да… - дочь отмерла и перевела на меня задумчивый взгляд, - Читал, папа?

- Ещё бы. Во времена оные молодости моей каждый считающий себя образованным, тем более интеллигентным, читал если не всего Гюго, то уж «Собор Парижской Богоматери» - точно.

- И что ты об этом думаешь?

- О чём конкретно? - я присел и обнял дочь, а она тут же привалилась ко мне.

- О героях, о событиях…

- Ну, - я пожал плечами, - если говорить в целом, то написать о том, как все умерли, а кто не умер, тот остался несчастным, довольно распространённый мотив во все времена. Кстати, очень хорошо принимающийся публикой и, соответственно, приносящий авторам известность, а за ней и денежку. Но, знаешь ли, разжалобить читателя, вышибить с него слезу, как это не странно, всегда легче. Накидай подробностей, что щиплют за душу, страдающие дети, несчастная любовь, предательство, героическая кончина благородного героя и тому подобное, и вот тебе нужная реакция. Особенно, если ты талантлив! А Гюго из таких будет, тем более нужных "рецептов" уже наварили и до него не менее талантливые авторы, - Я чмокнул Жемчужинку в макушку, - А вот, к примеру, рассмешить, да так чтоб не ухмыльнуться, а прям в голос, когда читаешь текст, вот это, я скажу тебе, реально надо быть гением.

- Значит, - сделала вывод дочь, глядя на меня, - Разжалобить - самое простое? А заинтересовать, увлечь, заставить задуматься?

- А это может быть частью любого талантливого произведения. Но если само по себе, то да, проще, чем заставить смеяться. Смех вообще категория сложная. Иногда то, что одного веселит, у другого вызывает ужас. А вот детские слёзы, муки беззащитного, особенно если это что-то красивое и чистое, как та же Эсмеральда, трагическое самопожертвование вызывают практически одинаковую реакцию.

- Но когда вешали Эсмеральду, никто не плакал! - вскинулась дочь, - Толпа жаждала зрелища, на неё кричали, некоторые даже смеялись!

- А это, можно сказать, Гюго списал с реальной действительности. Таковы в те времена были нравы. Не скажу, что у нас, у русских всё благостно в этом плане, но до католиков и всяческих иных западных религиозных отклонений, нам ой как далеко. Эти деятели от имени бога такое творили, да и творят по сию пору, что, как говорится - не дай бог.

- Почему, папа, почему?

- Наверное, потому, что с самого начала, когда якобы прогрессивная католическая церковь отделилась от обзываемых ими же ортодоксов, люди, стоявшие у этих истоков, отношение к вере и к богу имели очень посредственное. В духовном смысле вовсе никакого. Их даже деньги, на тот момент, мало интересовали, те деятели были весьма обеспеченные граждане, можно даже сказать - богатые. А вот власть - это да. Религиозная власть над верующими - это куда серьёзней просто власти, уж не говорю про деньги. Но власть над верующими уже была, к тому времени, в руках других. А значит что?

- Что?

- Взять и поделить, если отнять не получалось. Обычный такой приём. А раз так можно сделать один раз, то почему бы и не два! Или три! Четыре-пять… Протестанты, гугеноты, баптисты, лютеранство, старообрядцы, автокефалии разные. Только церквей и их верующих, что как бы следуют слову Христа, штук пятьдесят направлений. Представляешь, насколько ловкие мы, человеки, раз умудряемся толковать довольно внятные и правильные постулаты пятьдесят раз. Причём, по многим пунктам - категорически не соглашаясь с оппонентами. Порой до кровавых войн. По мне, так нет там никакой веры, одна власть да выгода во всём её разнообразии.

Дочь внимательно посмотрела на меня, что-то решая в голове.

- Я хочу почитать об этом, - заявила она, - А потом мы поговорим ещё раз. И не раз.

- Хм… Думаю, мы с мамой подберём тебе нужную литературу. Будет интересно послушать, к каким выводам ты придёшь.

- А теперь скажи, папа, по героям этой книги. Что думаешь? - требовательно заглянула мне в лицо Жемчужинка.

- Думаю… хе! Эсмеральда стоит для меня отдельно. Несчастная, светлая девочка… Прочитаешь про инквизицию, тёмные века, тогда и поговорим о ней предметно. А вот из остальных, только Квазимодо вызывает у меня яркие эмоции.

- Почему? - тут же последовал вопрос.

- Клод Фролло обыкновенный религиозный ушлёпок. Гренуар - ушлёпок творческий! В кавычках - творческий. Феб - обычный мажорчик, только и поимевший труд родится в нужной семье. А вот Квазимодо… Печальный и, в тоже время, возвышенный для меня персонаж. Если бы мы могли бы видеть его душу, свет её, то мне кажется, она пылала бы ярким согревающим огнём.

Лишенный многого от рождения, как физически, так и умственно, он смог взрастить в себе гораздо больше человечного, чем все предыдущие упомянутые. А взрастить в себе человечность, доча, особенно, когда тебе не только не помогают, но и всячески ограничивают, это труд, сопоставимый с подвигом.

Помнишь момент, когда он защищал Эсмеральду, отбивая атаки уличной шелупони. Да, это очень трагично, что они пришли её спасать, а он думал, что наоборот, но… Один, без надежды на помощь, осознавая, что Эсмеральда не только его не любит, но даже боится, не сомневаясь, отважно отбивал нападавших и… не уберёг... А потом ещё и осознал, что его благодетель, которого он почитал как отца, почти за божество, просто злобная тварь. Такие потрясения и нормальному - поди переживи.

По факту, убогий Квазимодо сделал для Эсмеральды больше, чем кто-либо. Очень светлый и трагичный для меня персонаж. Но, - я тронул пипку носа дочери,- это лишь моё, сугубо личное, и совершенно не объективное мнение. У других может быть своё собственное. Тем и хороши книги, каждый решит для себя, прочитав их, что там понравилось, а что нет. В чём согласен с автором, в чём не согласен…

Мы ещё долго говорили с ней о героях книги, обсуждали, делились мнениями. Серьёзные разговоры, да. И они стали возникать всё чаще и чаще. А когда дочь, наконец-то угомонилась, и улеглась в кровать, то быстро заснула. У неё это просто. Раз, и "рубильник" отключили. Подоткнув живое одеяло плотнее, хотя это так, просто рефлекс, оно само укроет, укутает, не допустив ни одной ненужной щелочки, чмокнул её в лобик.

- Спи… - прошептал я.

И тут по лицу дочи прошла призрачная волна бледного сияния. Едва видимая. И Жемчужинка стала чуть-чуть, едва уловимо, но старше.

- Доча, - вырвалось у меня печально, - ну, зачем ты так спешишь взрослеть?

Ничего не ответила мне Жемчужинка, только лёгкая улыбка коснулась её губ, наверное, сниться что-то хорошее…

******

В большом круглом, светлом помещении было "людно".

Стены зала, сложенные из крупных блоков белого мрамора, сами по себе давали ощущение простора, света и воздуха. Но в дополнение к тому, меж гобеленов и штандартов с символикой клана, геральдическими щитами и образцами разнообразного холодного оружия, к стенам крепились факелы, в которых клубилось яркое пламя магического огня. Он не только не коптил, не обжигал, не гас, но и имел необычайно светлый, почти белый спектр, дающее много мягкого света.

И плюс к тому, из-под стрельчатого потолка свисала большая, вычурная люстра, в которой также горели магические светильники. Посредине залы стоял массивный стол из светлого дерева, отполированный и залакированный так, что отражал своей поверхностью чуть ли не как зеркало. И был этот стол не только большой, но и круглый. Этакий вариант стола короля Артура, если он, конечно, существовал.

Но собрались за столом не рыцари, а разнообразные разумные. Многие из них выглядели странно или совсем не по-человечески. Ну так, в Бесконечной Вселенной за человека мало к "топит", всё больше гибриды, да экзоты разные…

Руководство Утят, а это были они, а также десятка четыре разумных, ответственных за разные важные направления жизни и процветания клана, собрались в этой зале обсудить текущие дела и проблемы. Не всем хватило места именно за столом, оттого вдоль стен имелись три секции "студенческих" трибун. Там могло разместиться ещё много народу. И видно хорошо, и слышно прекрасно, а рот откроешь - и тебя замечательно услышат. Так в этом зале устроено пространство само по себе, да ещё подкреплённое магическими артефактами.

Зал совещаний, вот как это всё называлось. И находился этот зал в клановом замке Утят. Не так давно наконец-то они не только взяли под себя большую территорию, со многими "вкусняшками", но и узаконили её. Что совсем не просто, да. А также добыли в длинном и тяжелом квесте "зародыш" типового замка аж сразу третьего уровня. "Посадили" его, взрастили и выкормили, закидывая в туманную аномалию различные ресурсы и материалы, и подпитывая всё это время "созревания" щедрым потоком маны. И оно того стоило! Но речь сейчас не о замке, а об одном из совещаний, где разрабатывалась стратегия и тактика будущего развития клана.

- Итак, наша группа перспективных разработок, - глава научного отдела клана говорил негромко и неторопливо, поглаживая свою пышную бороду, - представляет вам несколько проектов для Океании.

Большой, плоский, многогранный камень, прозрачный, как слеза, в обрамлении завитушек из проволоки благородных металлов со вставками других разноцветных камушков, стоял посреди стола. Это был магический артефакт, выдающий голографическое изображение, влитое в него заранее. Очень дорогой, кстати! Вот он засиял, и собравшиеся увидели чёткое, красочное и объёмное изображение…

- Ого, - приподнял бровь Аграф, - а вы не стесняетесь!

Над столом медленно вращалась проекция футуристической конструкции в форме чечевицы. И судя по столбику цифр сбоку проекции, чечевичка была весьма крупненькой!

- Ну так… - ухмыльнулся Миргор, - материалы и технологии позволяют, всё просчитано. Правда, львиная их доля находится на Океании, но благодаря патриарху мы знаем, где они. Но, более того, знаем целый трудолюбивый народ, который и построить поможет и крепителей там хватает.

- А что у нас по крепителям на данный момент? - тут же уточнил глава.

- Трое, - слегка улыбнулся Миргор, - спасибо нашим ушлым вербовщикам. Один, скажем так, средней силы, уж больно тяжела прокачка. Двое вообще начинающие.

- А у других как? - спросил кто-то с галереи.

- У других, насколько нам известно, ещё хуже. Из топ десяти только у Золотых Львов два слабеньких крепителя. У Звёздных Драконов - один чуть более продвинутый, и у Пожирателей Миров - один, приблизительно средней силы. В остальном, есть отдельные товарищи, всего зафиксировано около десятка, то там, то сям кто-то под кем-то, и лишь двое свободны. Берут очень дорого.

- Работаете с ними?

- Как и другие кланы, но ни к нам, ник кому другому не идут. А принудить силой, хитростью или шантажом, как всем известно, в этой Вселенной невозможно.

- Все, - влез ещё один присутствующий, - насколько нам удалось узнать, получили способность либо благодаря особым стечениям обстоятельств рандомно, либо от Таву. Цепочка последовательных действий, приводящая к нужному результату, так и не найдена. Хотя все ищут до сих пор. Мы тоже…

- Кстати, - Аграф выхватил взглядом нужного человека, - ты докладывал, что нашли тину навроде той, как у Деда? Я тогда был несколько занят, так что, как там дела?

- Дела идут потихоньку, - спрашиваемый встал, - Но именно потихоньку. Сама тина нашлась в ещё той локации! Местечко - реальная жопа мира! Во всех смыслах этого слова. Ледяное болото у чёрта на куличках. Настолько бедное на ресурсы, что слов нет. Монстры не так уж жесткие, но тоже почти не дают хабара. Так что, туда мало кто полезет по собственной воле. И это хорошо.

Вы же знаете, нас давно обсмеивают, что мы шаримся по всем болотам, какие только не встретятся. «Грязные Утки» - ещё не самое про нас оскорбительное. И это тоже хорошо, - он ухмыльнулся, - шпионы кланов уже потеряли всяческое терпение и надежду вызнать, зачем это нам нужно. Если и следит кто-то, то только по инерции, вполвялого. Вот и в эти ледяные болота сунулись за нами, да только с краешка, и сразу махнули рукой, загибаться от холода сумасшедших нема. Это пусть Утки гузку морозят, ха-ха… А мы нашли!

Правда, тина даёт только навык нулевого уровня, Для его получения нужно просидеть в ледяной воде, отбрыкиваясь от пиявок, не менее восьми часов, что само по себе жесть ещё та. Но тут, мы делали всё по заветам патриарха, как и всегда, и выиграли-таки приз!

Прокачка способности, увы, только использованием. И думается мне - это будет не быстро. Ведь для начала нужно отрастить длинные волосы, у кого их нет, чтобы эффект заработал. Наши-то отважные джа, что регулярно сидят в болотах, изначально все длинноволосые. А волосы могут нарастить только в парикмахерских у цифр, и сами знаете, как дорого это. Дороже только через Систему.

- Деньги не проблема, - вставил "министр" финансов клана.

- Это хорошо, что не проблема, - покивал докладчик, - Но просидеть в болоте - это нужно иметь большие показатели силы, высокие статы жизни, выносливости, регенерации и ещё нескольких дополнительных. Магическую алхимию и артефакты применять нельзя, пробовали.

- Думаю народ найдётся, - заметил Аграф, - девушки особо.

- Ну, не знаю, - пожал плечами докладчик, - Пока цвет волос даже не рядом, как у патриарха. Грязного серо-зелёного цвета, и что-то там ещё с этими симбиотами, отчего они выглядят, как пакля. У нас в команде только одна совершенно героическая девушка, ни холод, ни жара, ни грязь и насекомыши, ни сырость, мягко говоря, ни болотные кракозябры ей нипочём были. А вот теперь, она вроде как и рада успеху, только что-то на её личике перманентный кисляк имеется. Может, с повышением ранга способности и цвет изменится, но пока так…

- Мда… - хмыкнул Аграф,- Это не есть гуд…

- У нас много ответственных парней и девушек, - вставил кто-то.

- Парней? Парней да. А вот… Мурлыка, - обратился глава к Янке-няшке, - как бы тебе посидеть в болоте и приобрести оченно нужную фишку для клана?

- А можно подождать немного? - прижала она ушки к голове и дёрнула хвостом.

- Вот вам и ответ, - под сдержанный смех развёл он руками.

- Мы поработаем с этим, - мягко улыбнулась леди Леали, незаменимая мадам во многих направлениях, в том числе тех, что касаются всяческих психологических и морально-этических проблем.

- Надеюсь, симбиотов изучают? - Аграф посмотрел на главу научного отдела.

- Изучают… - коротко откликнулся он, но продолжения не последовало. Это означало только одно - пока результатов нет.

- Понятно, - кивнул Аграф, - Но ладно, это мы немного отклонились от темы. Вернёмся к нашей футуристической хреновине.

Он обратил свой взор, как и все остальные, к так и продолжающей крутиться голограмме.

- И ничего не хреновина, - возмутился Миргор, - Осуществимая и, не побоюсь этого слова, гениальная конструкция. Местами… Я сейчас вам всё подробно расскажу.

- Глаголь! Мы все внимательно…

******

Один из тех разговоров, что я не слышал…

- Ночь, моя хорошая, это важнейший период в жизни любого организма. Как это не удивительно, но там, где есть смена дня и ночи, если условия способствуют зарождению жизни, она всегда богаче, разнообразней и приспособленней к меняющимся условиям.

- А разве нет жизни там, где только день или только ночь?

- Есть и такие места, - улыбнулась Ночка, - Но отсутствие одного из состояний физики, сильно обедняет и тормозит развитие жизни. Часто вовсе не даёт ей зародится. Ведь день и ночь, их смена не только физика, я смело утверждаю это - метафизика! Они ещё называются несколько иначе - свет и тьма. Тьма - тоже довольно неоднозначное понятие, ведь часть тьмы- это мрак!

- Мыр-р-р… Мырр-рак, мыр-р-ррак… - тарахтела призрачная кошка, развалясь на коленях Жемчужинки, руки которой непрестанно наглаживали её. Глаза кошки вспыхивали искрами, словно там, в глубине их, проносились метеоры, и щурились от удовольствия! Ведь никто кроме Жемчужинки не мог не то что наглаживать её, даже прикоснуться.

- И вот интересно, - продолжила Ночка, - почти всегда, с редчайшим исключением, там где только свет, жизнь, тем не менее, зародилась в сумеречной зоне. Ты же понимаешь о чём я?

- Да, мы с папой регулярно изучаем строения солнечных систем, физические законы их существования, - покивала девочка головой, - Смотрим в большой телескоп…

- Я не сильный, не слабый,

Я не добрый, не злой,

Я Терминатор, я - никакой!

Меня не пощупать, меня не узреть,

Меня как бы нет, и всё же я есть…

- Это папа сочинил стишок про терминатор. Границу дня и ночи.

- Очень точно, - прянув ушками, улыбнулась Ночка.

- У нас, на экваторе, терминатор очень быстр. Лишь недолго имеем удовольствие наблюдать феерию вечерних красок. А вот на северных широтах вечер наступает гораздо медленнее. Но я, - Жемчужинка вздохнула, - ещё там не была.

- Обязательно увидишь, - погладила по плечу девочку Посланница, - Но вернёмся к зарождению жизни. Во мраке, там, где фотоны света настолько редки, что можно считать их математической погрешностью, жизнь зарождается, живёт и процветает на порядки чаще, чем в сплошном свете. Можно смело утверждать, жизнь и мрак почти всегда союзники.

- Мрр-ррак, мырр-рак… - подтвердила кошка, педалируя мягкими лапками, выпуская и пряча острые когти, - Мыр-р-рак…

- Но о мраке мы поговорим отдельно и более подробно в следующий раз, а сейчас - Ночь! Ночь, моя хорошая, это время таинств и чудес. Она сама по себе прекрасна! Ночь на Океании - только одно из величественных зрелищ, которые ты увидишь в своей жизни. Не только каждая из бесчисленных планет, но и каждый отдельный уголок на этих планетах имеет свою "ночь". Свои краски, свои тени, запахи, звуки…

Ночь - это время таинства зарождения жизни. И время таинства рождения жизни. Большинство живого, так уж устроен этот МИР, - Ночка вскинула руки, словно охватывая всю вселенную, - зарождается и рождается ночью. Ночь - это жизнь, моя девочка.

- Но ночью охотятся самые опасные и могучие хищники. На многих островах, что мы видели, и в открытом Океане ночь самое опасное время.

- Да, это так, - улыбнулась Ночка, - но хищники тоже часть жизни. Белый, пушистый маленький кролик приятней, во всех смыслах, чем большая, колючая, сегментированная сколопендра с большими жвалами. Ты можешь убить сколопендру от того, что она опасна, а можешь потому, что она тебе не нравиться или ты просто можешь. Но если ты не убьёшь и не съешь кролика, когда к тебе подступил смертельный голод, когда ты замерзаешь, то ты, как представитель своего вида, окажешься слабой, нежизнеспособной, не продлишь свой род и не выиграешь в конкурентной борьбе.

- Пищевая цепочка, - покивала головой Жемчужинка, - экологическая ниша.

- Именно, - кивнула Ночка, - Чем выше вид в этой цепи, тем проще выживать. Но если ты разумный, то на тебя накладываются иные требования. Человек, в этом смысле, очень безответственен.

Простительно, когда ради пропитания и одежды он уничтожает подходящие для этого виды животных. Необходимость существования. Можно понять его, когда истребляет опасных хищников, паразитов, вредителей, виды распространяющие болезни. Это защита существования.

Но когда он истребляет различные виды ради роскоши, ради забавы, тешит своё эго, когда уничтожает целые экологические ниши просто походя - это преступно. Вдвойне преступно, когда человечество или другой вид разумных достиг такого уровня цивилизации, что уже нет непременной необходимости носить шубы из меха редчайшего хищника дабы защитить себя от холода. Или охотиться на редкого зверя, чтобы повесить его голову на стенку своих трофеев.

- У папы тоже есть такая стена, - задумчиво протянула девочка.

- Смею предположить, - покачала головой Ночка, - там нет ни одного трофея, на которого он напал бы сам, ради тщеславия, чтобы мышцой поиграть. Почти все они напали первыми, ну, разве только некоторые были добыты ради ценных ингредиентов.

- Да, он рассказывал…

- Ты знаешь, что убивая монстров, могучих хищников, редких мирных зверей, можно питать своё развитие, повышать могущество? Особенно, убивая разумных?

- Знаю, - кивнула Жемчужинка.

- Твой отец, Господин Мо, никогда таким не занимался! Никогда специально! Даже ведя войны, не страдая излишним милосердием к вражеским воинам, тем не менее, он никогда не добивал сдавшихся. Тем более, не трогал мирное население. Хотя мог, и никто претензий ему бы не предъявил. А ещё он сдерживал кровожадные порывы своих соратников.

- Папа всегда неохотно рассказывал мне о битвах с хобол. Головастик и то больше.

- Господин Мо велик и мудр, может ещё не пришло время узнать всю, не очень лицеприятную правду? - склонила голову набок чёрная "собачка".

- Может… - вздохнула девочка.

- Твой отец могущественный человек. На этой планете найдётся много, очень много гораздо более могущественных сущностей. Я уж не говорю про вселенную! Но Господин Мо отличается от многих и многих истинной силой могущества, знаешь какой?

- Какой?

- Он не разделяет важность жизни пушистого кролика и страшной сколопендры. В его понимании они оба имеют право на жизнь. И только в частный, конкретный момент он решает, что делать с тем или другим.

Осознание ценности любой жизни во всех её проявлениях, это и есть часть настоящего могущества, моя хорошая. Истинного могущества, я бы сказала - божественного! Яркая бабочка и склизкий бледный червяк, страшный глубинный монстр и безобидный крабик, прекрасный цветок и хищная росянка, маленькая певчая пичуга и ночная летающая кракозябра, всё имеет право на жизнь! Всё они существуют, а значит, это не просто так. Значит, в этом есть великий смысл.

Некоторое время девочка молчала, наглаживая кошку и обдумывая услышанное.

- Папа рассказывал, как они с Головастиком сражались с тварью инферно, - задумчиво проговорила она, - Тварь была совершенно чужда. Злобна, голодна, ненавистная ко всему живому. Она тоже имеет право на жизнь? - Жемчужинка уставилась в глаза Ночки.

- Тварь инферно, как тут их называют, - спокойно встретила взгляд девочки Посланница, - существо с иного плана бытия. Мир устроен очень сложно, моя хорошая, даже не смогу ответить, насколько, просто не знаю. Но так бывает, в пространстве и времени случаются прорехи, и из планов инферно сюда вываливаются различные существа. В мирах инферно совсем другая энергетика, иные законы, иное измерение. Попав сюда, существа инферно испытывают страх, растерянность, боль! Всё вокруг не так, всё давит и терзает, свет, звуки, запахи… А ещё голод! Энергетический голод, который можно утолить, только поглощая жизненную силу других. Но наша энергетика для них малопитательна. У травоядного совсем слабая, у хищника чуть лучше. Более насыщенная у разумных. Оттого нам кажется, что существа инферно исключительно злобные и неутолимые в своей жажде, так и норовят нападать на разумных.

Вполне возможно, - продолжила Ночка, - та тварь инферно, с которой сражался твой отец, там, в своём мире, всего лишь белый, пушистый кролик. А тут он опасный монстр. Но он просто пытается выжить в чуждом враждебном мире.

- Это правда кролик?

- Ну, я ту тварь не видела, но допускаю. По-настоящему опасного хищника твоему отцу, в то время, победить было бы сложно.

- А если сюда проникнет кто-то действительно хищный?

- Тогда и бед он принесёт гораздо больше…

- Но не потому, что он исключительно злобный и ненавистный по собственному хотению, - пробормотала Жемчужинка, - а в силу особых обстоятельств. Потому что он выживает, как может.

- Именно - улыбнулась Ночка.

- Понимаю…

Некоторое время Жемчужинка задумчиво глядела в пространство.

- Мыр-р-рак, мрр-р-рак… - тарахтела призрачная кошка на её коленях.

- А из нашего мира можно провалиться в планы инферно? - задала она вопрос после долгого молчания.

- В пространственные прорехи могут проникать только энергетические структуры, - охотно ответила Ночка, - в физическом теле это невозможно.

- Это хорошо, - покивала головой Жемчужинка, - хорошо, да. Но… - она загадочно улыбнулась, - очень интересно было бы посмотреть на те миры.

- Нет ничего проще, - тихо рассмеялась Ночка, - Стань воистину могучей, обрети власть над своим энергетическим телом, и ты сможешь не просто пролезать в прорехи, а ходить туда, как к себе домой.

- А ты там была?

- Была. Но позволь, я не стану рассказывать подробности

- Рано, - вздохнула девочка.

- Рано, - улыбнулась Ночка.

- Тогда расскажи мне ещё про ночь.

- О, моя хорошая! Ночь - это не просто физическое явление, это метафизика и космогония, это эгрегор мифов и сказаний, мистика и даже религия. Не познав тайн и законов ночи, нельзя будет утверждать, что, к примеру, - Ночка дернула ушками и хитро прищурилась - некая мифическая богиня жизни - состоялась. Ночь - это жизнь!

- Сейчас я открою тебе лишь некоторые тайны, а со временем, если тебе будет интересно, и ты станешь прилежно слушать и учиться - все…

- Я буду очень прилежной ученицей, - пообещала Жемчужинка.

- Мрр-р… мыр-р-рак, - подтвердила призрачная кошка. Обязательно будет! Она-то знала точно…

Один из множества наших разговоров…

- Папа?

- М…

- Почему мама называет тебя «нецифровой герой»?

- М-м-м… А она меня так называет?

- Ага.

- Не знаю. Спроси у неё!

- Она говорит, ты знаешь! И обязательно мне расскажешь. Как любимой дочери…

- Вот она хитрожо… Так! Ты ничего не слышала!

- Как это не слышала! - удивлённо приподняла бровки доча, - Очень даже слышала! Но если ты мне расскажешь, кто такой нецифровой герой, а ещё сделаешь мороженого, - она демонстративно облизнулась, - много порций, то так и быть - ничего не слышала.

- Ах! Ах! Сердце… - я схватился за грудь, - Любимая дочь… Шантаж… Умираю…

- И ничего не умираешь! - Жемчужинка моментально взобралась мне на колени и обчмокала все щёки.

- Чуть лучше, - улыбнулся я бледно, - но всё ещё умираю.

- Ну, пап! Ну расскажи! - затормошила она меня.

- Мороженое, кстати, ты могла бы и сама сделать, - впился я в её бока пальцами и начал щекотать.

Крики, визги, счастливый смех! Но сбегать от меня доча даже и не подумала.

- Твоё мороженое вкуснее, - блестя глазами прижималась ко мне Жемчужинка.

- Это потому, что кто-то не слишком усердно практикует полезное умение - Синтез.

Да, я "изобрёл" мороженное. Самое сложное - достать молоко. Хотя, и не так сложно, если постараться. Козы, дикие коровы, ещё несколько странных животных, дающих молоко, на островах встречаются не редко. Молока с них надоить получается не так много, всё же не селекционные молочные породы, но вполне можно.

А вот морские животные - ламантины, китовые, тюлени и ещё насколько видов - молока выдают богато. Ламантины, киты и остальные - это, конечно, условно, многие на земных похожи отдалённо, но молоко дают жирное. Вкуса, естественно, разного, порой очень странного, а бывает, дающее временное усиление статов.

Добываем мы его довольно просто. Находим нужную животинку, я ослабляю её своим энерготом, чтоб не убежала, если надо, то отвлекаем самцов и остальных. А потом, доча, как маг жизни, нежно и аккуратно отдаивает молоко. А потом успокоив, а иногда и подлечив, отпускаем "коровку" к своим.

Я бы не заморачивался ради себя, процедура иногда очень длительная и колготная, но оставить растущий организм ребёнка без кисломолочных продуктов - да вы шутите! Так что, и кефиры, и ряженки, и сыры у нас есть. Не в огромном количестве, но есть. Правда, вкусы у всего этого, зачастую, своеобразные, но это, опять же, для меня. Остальным нравиться.

Вот и мороженое… Тут уж я, используя синтез, удаляя и добавляя различные элементы и вкусовые "присадки", смог синтезировать густые сливки привычного мне вкуса. Насовать туда всяческих фруктов, ягод, сиропов - вообще не вопрос. Взбодрить в блендере и сунуть на лёд, в специальном сундуке-холодильнике, и вот вам нате - шикарное мороженное в различных вкусовых ощущениях.

Дочь, мама Ева, конечно, находились на привилегированных позициях. Нахлебники посланцы, постоянно делая жалестные глаза, ушами, хвостами и пипкой носа намекали как бы и им чего-нибудь бы. Даже Головастик, жрущий всё подряд, категорически утверждал, что вот вкус мороженого он точно ощущает!

Доча тоже делала мороженое. Вкусное, разного цвета и содержания, но до моего эксклюзива всё же подняться ещё пока не может. Я даже разработал цепочку последовательных действий, длинную и довольно сложную, для получения Жемчужинкой перка синтез. Там и обычная химия, и алхимия, и навыки зельевара задействованы. Рабочий способ получился. Я его потом, кстати, ещё своим Утятам скинул.

Но доча только начала осваивать синтез. Так что, бренд "настоящий пломбир" - это только у меня, хе-хе… Иногда я им шантажирую, иногда меня…

- Ой! - прикрыла ротик ладошкой дочь и сделала огромные глаза, - А я такое про маму слышала…

- Я понял тебя, понял! - запустил "козу" из пальцев ей по бокам. И снова, визг, смех, вопли…

- Папа, - когда мы успокоились.

- М?

- Почему ты нецифровой герой?

- Ты же не отстанешь?

- Неа…

- Ладно, - вздохнул я, - давай серьёзно. Этот термин придумала твоя мама. Тут надо понимать, что слово «герой», это не герой в смысле конкретной героической личности, а герой, как некто абстрактный. Как герой в книжке. Тот, о ком пишут или упоминают вскользь - герой, героиня…

- Понимаю, - кивнула дочь, - понимаю.

- Ты видишь характеристики окружающего, живого и не живого, разумных?

- Могу, - задрала удивлённо бровку доча.

- Смотришь?

- Смотрю.

- Я тоже. Но на разумных - никогда!

- Никогда!? - поразилась Жемчужинка.

- Никогда! Даже на своих врагов! Тем более, на друзей. Никогда. Правда, был грех, один единственный раз глянул на тебя, когда ты только, кхм… родилась. Уж больно неожиданно всё вышло.

- И что ты увидел?

- Что ты моя дочь, а большего мне и не надо.

- Удивительно… - протянула задумчиво она.

- Для меня, солнце моё, разумные - это не количество единичек и ноликов. Облик, манера поведения, как говорит, что говорит, какие выдаёт мысли. Храбр ли, труслив, отважен, безрассуден, осторожен. Честный или лжец, способен предать или способен к самопожертвованию. Злой, добрый, мягкий, упрямый… И много, много всего остального, что делает разумного личностью.

- Цифры, доча, таково моё убеждение, если применить к разумному, скорее обманут, чем помогут. Статы, умения, единички в характеристиках, как по мне, ни о чём не говорят. У кого-то много жизненной силы, выносливости и ловкости, он регенерирует, как оборотень, а душонка заячья. Да, пожалуй, и заяц будет покруче, ведь они, на самом деле, не такие уж трусы.

У разумного могут быть великие удача и интеллект, а нутро гнилое. Хилый задохлик может иметь настолько прочный, стальной стержень внутри, что его можно только сломать, но никогда - согнуть. Цифры могут соврать, доча, очень даже могут, когда это касается разумных.

Оттого я не смотрю на статы и характеристики, я смотрю, к примеру, на Кваку, как на Кваку. Со всеми её достоинствами и недостатками. Я не оцениваю кого-либо с точки зрения цифр, как многие и многие, можно сказать, подавляющее большинство. Для многих высокие характеристики - повод если не испугаться, то стать гораздо осторожней, иногда лебезить, отступить заранее, не связываться, и всё тому подобное. А низкие характеристики - повод смотреть презрительно, задирать слабых, издеваться, смело нападать. Они, словно скупой рыцарь, постоянно подсчитывают свои шансы, складывая и отнимая циферки на пальцах. Именно таких наша мама называет цифровыми героями. А я, - я ухмыльнулся и поцеловал дочь, внимательно слушающую меня, в лобик, - герой, если герой, конечно, не цифровой.

- Но это же очень сложно, папа? - задумчиво проговорила она. - Совсем отказаться от возможности видеть.

- Не знаю, - пожал я плечами, - наверное. Но так интереснее жить. Опять же, не смотрю только на разумных, на всё остальное я смотрю очень внимательно.

- А я смотрю на разумных, - чуть пригорюнилась Жемчужинка,- Значит, я героиня цифровая?

- Наша мама, неся на себе тяжелое бремя, не любит цифровых героев, но именно потому, что на ней огромная ответственность, забота не только о живом и не живом, о целых мирах, она не может позволить себе не смотреть статы и характеристики разумных. Таков закон дуализма, ты можешь что-то не любить у других, но вынуждена делать именно это сама.

Некоторое время доча переваривала услышанное.

- А я? - задала она невнятный вопрос, но я её понял.

- А ты решишь для себя сама. Кто знает, какие вызовы будут стоять перед тобой, когда ты вырастешь. Даже я, со своими принципами, не уверен, что однажды не отступлю от них.

- Например, когда? - заглянула в лицо любопытная доча.

- Например, ради спасения тебя, нашей мамы. Ради Мими и Бобо, ради розового чебуратора. Ради защиты зелёненьких ушастых хоб. Ради малышек Мо… Я, как-то незаметно для себя оброс разумными, которые дороги мне, и их уже немало.

- А ради себя, папа? Ради себя?

- Ради себя? Хм… да, пожалуй, что и нет. Что я за птица такая райская, чтобы нарушать ради себя свои же принципы?

Буду честен, когда у тебя за спиной есть некое преимущество: сторонняя сила, большие связи, немереные деньги, а лучше всё сразу, то быть крутым, принципиальным, благородным и щедрым гораздо, гораздо проще, чем без всего этого.

А ты попробуй поступи, как Николай Масалов. Во время Великой Отечественной Войны, я тебе рассказывал о ней, он вышел на простреливаемую улицу, на которой сидела маленькая девочка. Немецкая девочка, добавлю, можно сказать, ребёнок вражеской нации. Очень вражеской! Взял на руки и понёс. А ему выстрелили в спину… Убили. Спасти свою же девочку, вот так выйти и взять на руки и унести, у немцев духа не хватило, а в спину выстрелить тому, кто за чужого ребёнка вылез из-за укрытия, хватило. Такая вот они гниль и шлак человеческий.

Я, доча, не раз думал: смог бы так, как он? За своего ребёнка - несомненно. А за чужого? Я не знаю, о чём думал Николай Иванович в тот момент, но он точно не был бессмертным.

Так что, моё бессмертие - это само по себе огромное преимущество, позволяющее вести себя и действовать так, как немногие решатся без него. Оттого ещё и высчитывать жалкие циферки для меня просто унизительно. Но это для меня…

- Я поняла, что такое не цифровой герой, - решительно кивнула головой Жемчужинка, - Я тоже хочу быть не цифровой героиней.

- А это, моя капелька, ты сама решишь…

- Папа, а были ещё такие люди, как Николай Масалов?

- О-о-о… Такие люди были. У русских, и вообще всех тех, кто проживал на Руси и в России, таких хватало. Не хочу хулить иные народы, но там с этим как-то гораздо беднее, да.

- Всех тех, кто проживал на Руси и в России? - вычленила Жемчужинка.

- Да. Ведь страна, откуда я родом, очень многонациональна. Я по крови русский. Хотя, кто бы мне сказал, что это такое, русский по крови, хе-хе… Хватало у нас тех, кто и на амбразуры грудью падали, и вызывали огонь на себя, таранили горящим самолётом вражеские колонны. И чужих детей выносили, подставляясь под пули. Вот также как Николай, ловили их спиной, прикрывая.

И из огня выносили, и в ледяную воду кидались, сгорали, тонули, но спасали. Чужих спасали, и не только детей. А были могучие люди, что делали сами себе полостные операции, ползли неделями с перебитыми ногами, прививали вакцины против смертельных болезней… Много, много чего делали. Не ради себя. Ну, а остальные народы, живущие в России, наверное, от нас "заразились". Видимо, не только всяческая мразь и грязь заразна, но и доброе, светлое и самоотверженное может прилипнуть к душе человеческой.

- Папа, расскажи мне о таких как Николай Масалов, - дочь смотрела на меня очень серьёзно. Видимо история с героическим сержантом тронула её не шуточно.

- Конечно расскажу…

Глава 19

- Папа…

- М-м-м…

- Ты можешь сделать мне лук?

- Лук?

- Да! Хочу быть лучницей.

Скоро, уже скоро затихнут громы и молнии, перестанет хлестать дождь параллельно земле, утихнет ветер… Пару месяцев? Ну, где-то так.

А пока мы сидим в тепле, светле и уюте. Мягко "горят" неизменные слизни лампочки, мои спутники с самых первых дней "попадания". Где-то за стенами шелестит дождь, там слякотно и холодно… Дочь что-то читает, забравшись с ногами в кресло-качалку и запаковавшись в живое покрывало. Не столько ради тепла, ради уюта. Я тоже читаю, правда не сейчас.

Бывает, знаете ли, тянет перечитать что-то хорошее, умное. А уж человечество, слава богу, умудрилось написать такого изрядно. Но я не просто читаю для себя, я ещё и транслирую мысленно прочитанное Головастику. Любит он, однако, выдуманные истории. Вот и подпрягает то меня, то дочь, на почитать. Надо бы его научить алфавиту и пусть бы сам читал, да. Глядишь такого ума наберётся, что только - ух!

На секунду представляю такую картину маслом, что непроизвольно появляется улыбка, хе-хе. Головастик - в одних щупальцах скрипка, в других - пара томиков с поэзией и философическим трактатом, на голове квадратная хрень с кисточкой… Разрешите представиться! Бакалавр болтологии, бакланавт философии, доктор наук по экзотическим морским животным, доцент магических наук - Головастик. Ныне - студент Университета Высоких Искусств столичного отделения Сияющей Веги. Хе-хе… И тут дочь врывается в мои влажные фантазии… И ведь не совсем, если хорошенько подумать, они и фантазии! Вот, к примеру, шахматы! Головастик делает меня в девяти партиях из десяти. И та единственная это всё больше ничья, чем выигрыш. Именно эти мы сейчас и занимаемся, Головастик выносит хозяина в одну калитку.

- И зачем тебе такое горе? - я внимательно посмотрел на Жемчужинку, отрываясь от очень важного дела, очередной попытки свести свою аховую ситуацию в ничью.

- Ну-у-у, - протянула она, неловко пытаясь задвинуть за себя большую и яркую книгу формата несколько даже большего, чем А4. Но поскольку сидела она с поджатыми ногами… получалось у нее не слишком хорошо.

- Дай-ка мне, - протянул я руку.

Слегка покраснев ушами, она послушно протянула "фолиант".

- Е-е-е… Артемида. Атланта, - листая глянцевые страницы комментировал я, поглядывая на смущённую дочь, - Диана. О, даже Сканди! Охо-хо… Амазонки! Ну как же без них, хе-хе…

Текста в этой книжке не так чтоб много, а правдивого, думается мне, ещё меньше, но вот картинок сексапильных красоток с луком - куда как богато. А ещё там много всяческих полупрозрачных, очень скромного количества, развевающихся одежд, бронелифчиков, бронестрингов, наручей и поножей, клоков меха в нужных местах, которые точно ничего не греют! Ну, и всяческих режуще-колющих штуковин на девулях хватает.

Часто по краям композиции мелькали поверженные чудовища, звери, злодеи… Но были и сюжеты наоборот, там, рядом с красотками, отирались брутальные питомцы. Медведи, пантеры, волки, рыси, орлы и жеребцы. А кое где и мускулистые смазливые мучачосы. И, надо признать, всё это фентезийное буйство образов и красок нарисовано отменно, талантливо и с большой любовью. И явно не одним художником. Та же Диана, представленная в семи образах, не повторяется ни разу.

Мда… Однако, точно помню, такой "литературы" я для дочери не заказывал.

- Так, понятно, - подвёл я итог, иронично глядя на Жемчужинку.

- Ну, а что… - вильнув взглядом, забрала она книгу.

- Если ты думаешь, что лучница - это вот это, - ткнул я в яркую картинку, - то сильно заблуждаешься. Я не великий специалист по метанию стрел, но кое-какое представление имею. И скажу тебе, лучник - это не тот, кто носит лук, и даже не тот, кто из него стреляет, а тот, кто из него попадает. Причём, туда, куда метил. А это тяжелый, ежедневный труд, на многие годы. Если не на всю жизнь.

- Я понимаю, папа, - подняла дочь на меня глаза. И взгляд такой ясный, решительный.

- Ты, - прижал я ей кончик носа, и не мог не улыбнуться, - когда подрастёшь, будешь выглядеть не только не хуже этих девушек, но гораздо лучше. Так что, только ради этого лук не обязателен…

- Я знаю, папа, - улыбнулась она в ответ, - Но я правда хочу быть лучницей. Просто хочу…

- Это тяжелые тренировки, - нахмурил я сурово брови, но, похоже, недостаточно сурово. Дочь продолжала улыбаться.

- Я серьёзно!

- Знаю.

- И соскочить уже не удастся! Типа - надоело, неинтересно, неохота…

- Я знаю, - улыбалась дочь.

- Будут суровые испытания…

- Конечно.

- А может, лучше пистоли? - предпринял я последнюю попытку, - Они ж такие классные. Сделаю тебе собственную козырную пару, э?

- Я из них и так умею, - сморщила Жемчужинка моську. И это была правда, стрелять из пистолей могла и даже неплохо, но ей это откровенно не нравилось, - Лук хочу.

- Эх… Ладно… Что только не сделаешь для любимой дочи.

И действительно, Жемчужинка, хоть и божественный ребёнок, но чтоб она у меня слишком капризничала, что-то требовала, вынь да положь, одолевала хотелками… Может, впервые она так явно и решительно выразила своё желание. Тем более, лучница - вариант вполне себе. Многие человеческие богини владели луком. Почему бы Дане, Богине Жизни не присоединиться к этой прекрасной компании.

- И-и-и… - она тут же кинулась мне на шею и обчмокала всё лицо, - Спасибо папочка, я знала, что ты согласишься!

- Попробуй тут не согласись, - проворчал я довольно, - Но чур, лук мы будем делать вместе.

- Я так и хотела тебя попросить, - запрыгала дочь у меня на коленях, - А ещё стрелы!

- Головастик тоже хочет участвовать, - пробулькал мой пет, - Тоже!

- Куда ж мы без тебя…

Сложно ли сделать хороший лук? Да уж, не просто. Даже при современных композитных материалах и на продвинутых технологиях, а уж во времена былинные, когда от него зависела твоя жизнь, во всех смыслах этого слова, очень не просто. Много чего нужно было учесть, и не только по материалам, но и для чего этот лук вообще. Ведь, как ни странно, и из охотничьего лука можно убить человека, и из боевого - оленя, но всё же они разные. Но утомлять тонкостями конструкций, материалами и спецификой производства луков на Земле я не стану, скажу лишь, что на Океании немного всё иначе. И материалы тут другие, и технологии магические и вообще…

В моих волшебных сундуках, за годы скитаний по архипелагу скопилось много удивительных, интересных и необычных материалов. Растительных и минеральных, запчастей с сухопутных и водных существ, ещё всякого разного. Обычного, если так можно выразиться, свойства интеграционных материалов, материалов магических. Так что, сперва мы залезли в закрома родины, чтобы подыскать самое подходящее.

Я и сам, не говоря уж о доче, с удовольствием "нырнул" в недра пространственных боксов, перебирая, вспоминая, где и когда, при каких обстоятельствах нашёл, отобрал, а то и вовсе извлёк из монстра то или иное "сокровище".

Естественно, залипая в воспоминания, подзуживаемый Жемчужинкой, я рассказывал целые истории, зачастую дополняемые Головастиком. Так что, процесс получился не быстрый, но очень интересный. Ну, и нужное всё же нашли. А там и за изготовление принялись не спеша, с толком, с чувством, с расстановкой…

Плечи лука я сделал из лучей спинного плавника одной из рыб открытого океана. Этакий огромный пятиметровый псевдо-окунь с пастью в половину тела, пикой на носу и кучей плавников с длинными перьями-шипами.

С чего-то приспичило ему на головастого напасть, когда он, никого не трогая, просто совершал моцион в прохладных изумрудных водах, плывя рядом с "Принцессой". Но не на того напал, увы… Да, года три тому назад это было.

От "окуня" нам перепало, как сейчас помню, много отличного, очень вкусного мяса, а также вот эти самые лучи от плавников. Я ещё тогда подивился: кости, не кости, прочные, лёгкие, исключительно гибкие и со свойствами лучшей пружинной стали. Зачем рыбе в организме такие штуки, какие они выполняли функции - непонятно, но раз они оказались интеграционным материалом, забрал. Вот и пригодились…

Я не стал, прежде всего по просьбе дочери, изгаляться всяческими блоками, противовесами, прицелами, всем тем, чем страдают современные луки, а сделал классический лонгбоу. Ну, конечно, не такой примитивный в смысле внешнего вида, да ещё чуть добавил некие элементы от иных конструкций. Удобный анатомический хват под ладонь, резное, фильдеперсовое ушко, куда цепляется тетива. Само тело плечей имело круглое сечение по всей длине и собственный нежно-зеленоватый оттенок, а ещё я их покрыл замысловатым растительным узором чуть голубоватого цвета. Лук вышел около метра, чуть меньше роста Жемчужинки. А подрастёт, ещё сделаем. А пока, хе-хе, захотела быть лучницей, носи! Дочь была довольна. Тем более лук в её руках легко прятался даже в кошельке, а вот в моих и в большой сундук не хотел помещаться. Такая вот плюшка ей от мамы.

Ну, а тетива, стрелы, колчан, мишени для стрельбы и всё такое, вообще даже упоминания не стоят. Наделали всего и всякого. Особенно стрел. Вещь весьма расходная.

И с того момента ко многим наукам, что постигала Жемчужинка, прибавились упражнения с луком. Ежедневные…

Лук мягко гнулся, плавно набирая нагрузку к самому концу, и бодро отдавал энергию при выстреле. Килограмм двадцать пять натяжения в нём было. Самое для дочи, она у нас девочка весьма сильная.

У меня, кстати, в воспитательных планах такого не было, но инициатива дочи очень хорошо легла на её общее физическое развитие. Ведь стрельба из лука отлично так напрягает весь организм, а ещё вырабатывает множество полезных психологических качеств. И я, как суровый тренер и любящий отец, оченно внимательно прослежу за её тренировками. И да, имею понятие об этом искусстве. Не сам по себе, а опосредованно.

В бытность воспитателем "клановой" малышни, за двадцать лет активной деятельности, чем они только не занимались у меня. И спортом, и искусством, техникой и ремеслом, растениями и животными… Не все пронесли свои детские увлечения во взрослую жизнь дальше, но кое у кого они переросли в профессиональную деятельность. Были у меня и футболисты и балерины, художники и музыканты, кого только не было.

Одна девочка, моя воспитанница, стала трехкратной чемпионкой России, чемпионкой Европы и олимпийской чемпионкой по стрельбе из лука. Самая титулованная. Были ещё с пяток успешных, в разное время, мальчиков и девочек, но до неё не дотягивали. Поэтому я, не желая того, участвуя в их становлении, нахватался и правил, и физической подготовки, и правильного тренировочного процесса, и разных иных тонкостей. Так что, да, понятие имею.

И теперь, раз сама так захотела, дочь "хлебнёт" всего этого по полной.

Уже к самому концу сезона штормов случилось ещё одно знаковое событие, если и не для всех, то для Жемчужинки - точно. Нашла она себе питомца…

Доча, как и её друзья бацхвари и большинство племени, регулярно занималась собирательством на оголявшихся во время отлива порогах. Обычная практика, так сказать. Я иногда присоединялся, но редко, а вот Головастик бдил рядом с Жемчужинкой непрестанно.

Когда-то собирательство на отливных территориях для девятого народа было очень важным делом. Кормились они с этого. Сейчас уже времена не те, не голодают, но полезный навык всё равно практикуют. Особенно это важно для юных членов племени. Ведь в этом году девятого народа стало на семь малышей больше, а за прошедший год не погиб никто. Растёт племя…

Да и помимо продуктового приварка, собирательство при отливах само по себе хоть и не совсем безопасное, но занятное дело. Никогда не знаешь, что Отец-Океан оставит тебе в подарок. Даже на не раз обшаренном месте при следующем отливе в мелкой луже, под камнем, застряв в расщелинке, или просто лёжа на открытом месте, может обнаружиться что-то интересное, необычное, удивительное…

- Смотри, папа, - протянула мне под нос находку доча, - какой милашка!

"Милашка" был странный! Не то, чтобы кракозябра или монстро, но странный. На соединённых ладонях дочи, как раз в их размер, лежал маленький, совершенно круглый скат. Ну, если на первый взгляд… А если приглядеться, то появляются интересные дополнения и отличия. Прежде всего, он был нежно-розовый и несколько полупрозрачный. По крайней мере, позвоночник и ещё чего-то там такое смутно просматривались. Четыре глазных отростка - в принципе обычное дело для Океании - сильно отличались от стандарта. Прежде всего, они были точь-в-точь, как у улитки! Такие же втягивающиеся, подвижные, суетливые… Но мало того, на концах не какие-то фасеточные шары, какие-нибудь однотонные буркалы, что-то вроде зрачков той же улитки, а совершенно мультяшные штуки! Белый шарик с зелёным большим зрачком. Зрачки мотались в глазике совершенно хаотично, смотря сразу на всех и во все стороны, друг на друга и на себя заодно. Прикольно, что тут скажешь…

Но если отвлечься от креативных глазок, то можно было увидеть и другие интересные детали. Рот, а скорее пасть, у этого розового кренделя, мой намётанный взгляд определил сразу, был весьма немал. Сейчас он лишь тонкая, почти невидимая полосочка спереди тела, но если разинет, уверен, этот малыш разделиться чуть ли не напополам. По краю тела шла упругая бахрома сплошного плавника, тоже нередкая вещь у морских обитателей подобного вида. А вот хвост был длинным, гибким, покрытым мелкой ромбовидной чешуёй и оканчивался небольшим серпом. Очень интересно, таких я ещё не видел, да.

Розовое чудо спокойно лежало на ладонях дочи, и не видно было, что отсутствие родной среды как-то сильно его беспокоило.

- Он такой отважный, - продолжала делиться дочь своей историей, - Когда я его нашла в небольшой луже, на него напал рак-отшельник! Уцепился клешнёй за плавник, аж до крови, и точно съесть захотел! А Блинчик, настоящий боец, обмотал его вторую клешню своим хвостом, так, что тот ею даже действовать не смог. А сам плавниками так быстро вибрировал, что рака вместе с раковиной по кругу волочёт. А рак почти с него размером. Думаю, так и закружил бы его до смерти… Но я дожидаться не стала! Я как увидела блинчика, так и ёкнуло в груди! Вот он, мой питомец! Всё как ты говорил!

- Блинчик?

- Ну, да, - улыбнулась дочь, - Посмотри, какой он круглый и плоский.

- Скорее розовый оладушек.

- Не, Блинчик, - провела пальцем по спинке ската Жемчужинка, - он такой гладкий и приятный. Попробуй!

Блинчик от прикосновения дочи зажмурил свои необычные глазки в большом довольствии, ещё чуть-чуть бы и замурчал.

- Классный, - не мог не согласиться я, - Но вот как он будет без воды?

- Он без неё может довольно долго, но это не главное. Главное, я могу вот так! - хитро улыбнулась Жемчужинка. Раз, и Блинчик пропал! Два! И опять появился!

- Это как?

- Могу прятать, своего пета, - она немного задумалась, - ну, вроде как в пространственный карман. И там он, вроде как, не живёт. Точнее - замирает.

- Здорово! - восхитился я,- Вот с Головастиком я так не могу. Хотя, теоретически, такая возможность присутствует. Но, похоже, чего-то нам обоим не хватает.

- А вот я могу! - рассмеялась дочь.

- А где страшная бойцовская рана Блинчика?

- Я вылечила, - задрала нос Жемчужинка,- Это же мой пет, я много могу чем его усилить или помочь.

- Ну, да, ну да…- ещё бы, божественному ребёнку и магу жизни, да с собственным петом. И это очень здорово! - Молодец, ничего не скажешь.

- Хочешь посмотреть его статы? - вдруг предложила дочь, - Они у него очень интересные.

- Нет, ты же знаешь почему, - качнул я головой.

- И я тогда не буду смотреть!

- А вот это, - очень серьёзно погрозил я ей пальцем, - в корне неверно. Блинчик твой, часть тебя, как и мой Головастик - часть меня. Смотреть своего пета, контролировать развитие, знать, какие у него могут быть возможности,направлять их в нужную сторону - не только правильно, но и необходимо. Даже я очень долго корректировал развитие Головастика. Теперь, когда он совсем разумный, я, конечно, всё больше советуюсь с ним, куда направить его прогресс, но в силу того, - я постучал себя пальцем в лоб, - что тут мудрости чуть поболее, пустить процесс прокачки своего пета на авось, даже и не думаю. И уж точно не советую так поступать с твоим Блинчиком.

- Это, - на секунду доча задумалась, - мудро, папа! Ты мудрый!

- Ну, так… - скромно потупился я.

- Но можно я буду рассказывать тебе о прогрессе Блинчика. Советоваться с тобой? Расскажешь, как лучше прокачать моего ската.

- Что значит - можно? - притворно удивился я, - Нужно! И… а ты уверенна, что Блинчик - скат?

- Точно! Так у меня и значится: питомец Жемчужинки - розовый скат Блинчик.

- Розовый, ухмыльнулся я,- это конечно…

- Правда, здорово?! - растянула губы в широченной улыбке дочь, - Розовому бубучу Круку Отбойному Молотку очень понравится.

Время, время… Летишь ты порой слишком быстро! Казалось, только вчера закончился сезон штормов, и мы, всем "табором" вышли в открытые воды, а вот уже "лето" перевалило за экватор. А дочь, дочь в какой-то момент, я даже не успел заметить в какой, снова подросла. Телесно! Умственно и психологически она уже давно опережает себя четырнадцатилетнюю. Да, именно так она выглядит теперь. Юная девушка, красотка-сударыня, мадемуазель-обаяшка! Вся в маму… почти. Кое-что от меня, но только лучшее!

Каждый день беседовать, заниматься, делать что-то с ней становиться всё интересней, увлекательней. В каких-то областях знаний, в умениях я уже мало что могу ей дать. Стреляет из лука, к примеру, она уже лучше меня, однозначно!

В магии, в тех умениях, которыми она обладает, а я нет, разрыв ещё существеннее. За это спасибо не только маме, посланцам, но и сама Океания ворожит Жемчужинке. Спонтанные умения - вчера не было, а сегодня есть - выскакивают у дочи регулярно. Магия Жизни, как я убеждаюсь, с основным атрибутом воды, это грандиозная и универсальная штука. Так что, учиться ей и учиться.

Но вот в жизненном опыте, в мудрости, не побоюсь этого слова, я дам фору и божественной Еве, как бы не удивительно это прозвучало, и её посланцам, не говоря уж о самой Жемчужинке. Тут есть что сказать, и чем поделится. Да разве только "языком" я ого-го, я и ручками пока много могу! Есть у дядюшки Мо ещё порох и ягоды в местах различных, хе-хе…

В связи с взрослением дочи я решился на одно рискованное мероприятие. Не то, чтоб прям рискованное, и не прям в физическом смысле, но в психологическом - точно. Решил я, что какая же из Жемчужинки богиня выйдет, если она не попробует, что такое русская зима! "Русская", это, конечно, условно. Зима может быть и канадской, и финской или чукотской или тому подобной, но качественной! С метелями и вьюгой, морозом и ветром, снежными сугробами, сосульками, льдом на реке или озере. С санками и коньками, снеговиком и новогодней елкой…

Среди кластера, что приютил нас, такого острова не было, но в Великом Архипелаге нужные острова встречались. И не сказать, чтоб редко. Не раз и не два попадались мне такие, там, конечно, не круглый год сугробы, но в сезон штормов зима настанет обязательно. Это чувствовалось и по рельефу, и по окружающей природе. Надо только поискать самый удобный вариант.

Вот, с первых дней плавания я и ищу подходящий. Парочку уже нашел, но всё что-то не то, не складывается картинка, нарисованная у меня в голове, с тем, что вижу. Времени ещё более чем достаточно. В крайнем случае, зазимую на склоне заснеженной горы, тоже вариант, кстати, или вовсе отложу на следующий год. Но хотелось бы теперь, время и возраст у Жемчужинки самый подходящие…

Я сразу объявил Старому и другим перцам девятого народа свои планы, что я ищу и что я буду делать. Бацхвари покивали своими плоскими головами, мол всё понятно, и поплыли вслед за нами, вместе с нами. И вот, от острова к острову, от одного кластера к другому, бороздит волны наша пестрая флотилия. Кочуем, задерживаясь лишь для необходимого времени: починиться, запастись едой, разведать острова…

Очень помогают этому мои крылья и магическое умение "эфирный оптик". Было дело, получил сие умение за "изобретение" маго-микроскопа для Мими. Тогда я вложился в "технический раздел" умения, способность воздействовать на материальные объекты. Но была и "биологическая" ветка развития. Можно было усиливать собственное зрение.

Я особо ни на что не надеялся, кидая очки в "оптика", чтобы сделать собственный глаз, как бинокль. Давно, с самого рождения дочи, весь мой прогресс идёт ей. Если и перепадает мне что-то, то капелюшечку малую, но я совершенно не в претензиях. А тут, по забывчивости, наверное, кинул немного очечей в способность как-то, вися в небе, а оно раз - и сработало. Чуть от удивления в штопор не вошёл! Пока прёт, подкинул ещё и ещё, очки-то у меня копятся регулярно. В отличии от прогресса, статов и характеристик, они идут отдельной строкой. К примеру, ступил на новый остров, дал ему название - одно очко! Высадил, а я не забываю об этом, слизня-лампочку на новую территорию - ещё очко. Так что, мало-мало, а есть запасец!

Но самое интересное, у дочи тоже "прорезалось" подобная способность. Продублировалась, так сказать. Почему именно она, почему так явно, не знаю! Попробовал, на энтузиазме, что-то иное - фигвам! Может, это работает только исключительно со способностью совершенно не прокаченной? Или так решили там, наверху, что Жемчужинке это будет полезно прямо сейчас…

Понять, а тем более разобраться в кривом билде Системы-Евы или Евы, как Системы, я уже давно не пытаюсь. Она такова, какова, и никакова иная, так я вот скажу…

Но глаз, правый, себе и Жемчужинке, я прокачал основательно. Мы и так зрением были не обижены, но теперь глаз работает, как самый качественный тридцатикратный цифровой зум.

Как для стрелков, мне из рельсотрона, доче из лука, так прямо самоё оно. Ну, и как рассмотреть что-то особенно внимательно, где подалее в подробностях, очень помогает.

В общем, месяца за три до первых признаков "зимы" подходящий остров, под все мои внутренние хотелки, нашли.

Как я и предполагал, остров находился в одном малом архипелаге, в кластере из пяти островов, географических экзотов. Географические экзоты, это у меня такие острова, что стоят рядом, буквально рукой подать, а климат совершенно разный. Иногда радикально!

Вот и тут, совершенно искусственное образование! Пять небольших островов, километров по десять квадратных, не выше пятидесяти метров над уровнем моря, и расположены звездой. И расстояние меж ними - сто пятьдесят, двести метров мелководных проливов. У каждого острова центральная часть была слегка приподнята, этакая единая сопка. И у каждого имелось три-четыре небольших, удобных бухты. Как мелководных, так и глубоких.

Два из них откровенно тропические. Со стандартной, плюс/минус флорой и фауной. Как раз для зимовки девятого народа.

Один - безводная песчано-каменная пустыня. Жаркая днём и холодная ночью. Редкая, очень жесткая больше похожая на проволоку растительность. Ещё более редкая дневная фауна. Глубокой ночью - аналогично. И только в поздних и ранних сумерках пустыня наполнялась активным шебуршанием всяческой живности.

Ещё один остров - сплошное топкое болото с редким корявым кустарником и еще более редкими корявыми деревцами. Зато мхов, тины, камыша, кувшинок и лилий, лотосов, рогоза, всяческого лишая и тому подобной водной флоры - раздолье.

А также тут царство птиц, рыбы, всяческих улит и слизней, жаб и лягушек, змей… Ну и насекомышей, куда без них. Многое из перечисленного - местные эндемики, так что, пошарить тут, в смысле хабара, может быть очень перспективно.

Но нас интересует последний, пятый, а по нужности - первый остров. Я ему сразу присобачил имя - Зима!

Зима был островом с центральночернозёмным климатом России, с чуть большим "уклоном" в северные районы. Флора и фауна совершенно обычная, абсолютно не магическая, рядовая, можно сказать, для Руси-Матушки. Рядовая, но очень богатая!

Дубравы, берёзовые рощи перемежаются смешанным лесом, осины, ели, дикие груши и яблони, липы… Редкие вкрапления рощ высоченных сосен, что принято называть -корабельными.

Светлые поляны духовитого разнотравья и заросли хвоща с папоротниками в тёмном подлеске. Шиповник, тёрн и боярышник. Калина и рябина…

Зверьё тут, на первый взгляд, тоже было стандартным. Зайки, белки, бурундуки-еноты. Волки-лисы, кабаны-олени. Не удивлюсь, если тут и медведь есть. С пернатыми - аналогично…

Нашлось на острове и озеро! Почти овальное, километра полтора в диаметре, и в самом глубоком месте - метров пятнадцать. Семь разновеликих ручьёв, из тех, что посущественней, впадали в него в разных местах, и только одна речка вытекала.

Всего лишь около десятка километров она несла свои спокойные прозрачные воды и вливалась в океан в одной из бухт. Была речка не широкой - пятнадцать-двадцать метров, но для своего размера довольно глубокой, два с половиной, три метра почти по всему руслу. Петли, что делала река, встречались, но были они довольно плавными и широкими, так что пройти в озеро нашей "Принцессе" вполне возможно.

В общем, места и условия - словно всё по заказу, как мне виделось и хотелось! Может, опять удача ворожит, а может, тут хитро бы прищурить глазки и многозначительно потыкать вверх пальчиком - кто-то слегка помогает.

И да, никакой магии мы не обнаружили, ни в чём. Похоже, мирная стартовая локация как есть. Такие я уже давно просто на глаз ценкую.

Как только я определился с местом, на берегу озера развернулась стройка. Часть племени бацхвари, из тех, кто помоложе, добровольно "переехала" с нами. Они уйдут ближе к сезону штормов, а друзья Жемчужинки вообще только тогда, когда станет лёд. Так они решили…

В основном бацхвари выступали в роли помощников. Принеси, подай, подержи… Таскали брёвна, камни, месили глину, но не только. Разведка и оценка рыбных запасов озера была полностью на них. И да, в озере рыбы было полно.

Судак, сазан, стерлядка, лещи с тазик размером - это из того, что покрупнее и повкуснее. Но был тут и свой эксклюзивный эндемик - бирюк! И был бирюк просто гигантский, тридцать-сорок сантиметров, а вес иных доходил до полкило! Вкус у этой рыбки - изумительный! Кто едал бирюка, соврать не даст. Хорош и сушёным, и в жарку, а уха из него - царская! И да, его таки называют иногда - царской рыбой! Ибо сам Петр, наше всё, Первый, особо жаловал бирючка!

Вообще-то, бирюк в озёрах не водится, чисто речной, донской житель, да и сто пятьдесят граммов для этого вида - результат выдающийся. Но кто я такой, чтобы спорить с высшими силами, хе-хе… Естественно, с моей подачи, озеро мы назвали - Бирючье.

Хотя, если бы его назвали - Рачье, то тоже бы не ошиблись. Тут они просто красавцы! Все, как один, по пять! А некоторые и по десять! Клешня с ладонь, шейка почти в локоть! Вкус - отменный!

Кстати, Жемчужинка запустила в озеро пожить, набраться ума-разума, накачать тело могутностью богатырской своего Блинчика. Питомец божественного ребёнка, тоже своего рода читер, ему что в морской, что в пресной воде, без разницы. А ещё, есть у него такая "функция", при опасности, с той, с которой он не может справится, имеет возможность переместится прямо в пространственный карман к доче. В домик, так сказать.

Долго ли, коротко, утомлять излишними подробностями ни к чему, но при использовании маготехнологии, чистой магии, и добровольно-рабского труда (почти шутка), появились на берегу три строения. Изба-крестовик, баня и просторный сарай-мастерская. Всё, естественно, деревянное. Я специально хотел "погрузить" Жемчужинку в русскую кондовость, в глубинные пласты культуры народа. Дать ощутить, как жили, в чём жили… Оттого и в бане стояла печка-каменка, а в доме - русская печь с лежанкой. Не очень большая, но пусть дочь поспит на ней, прочувствует, что такое энергия живого огня, переданная через нагретые кирпичи телу. Кому не посчастливилось испытать этого на себе, даже пытаться передать словами не буду! Это надо почувствовать тканями и органами, костями испытать! Этого не расскажешь словами, ровно также, как что такое русская баня человеку, если он вообще ни в какой не был.

И да, баня у меня была совсем небольшая, классическая, белого пара. Ну, а "бассейн" для охлаждения - десять шагов по помосту и целое озеро!

Конечно, я не совсем повёрнутый на "посконности" и "так нам деды завещали"! Естественно, при лучине мы сидеть не будем. Освещение во всей магической красоте используем. И камни-обогреватели были наготове. И избу, и баньку подогреть, если что. Мастерская вообще только ими обогревалась. И ухватом в печь горшок пихать нет необходимости, ну, если только для экзотического опыта. А так, будем пользоваться всем спектром наших маготехнологических приборов и инструментов. Страдать вымышленной хренью и искать себе искусственные трудности - особо некогда, планов у меня на эту зимнюю зимовку громадьё!

По моим расчётам, зима тут должна быть - зимой. Такая вот тавтология. Всё указывает именно на это - вполне многоснежная, но без многометровых сугробов, умеренно морозная зима. Иначе растительность и животный мир острова были совсем другими. При всей парадоксальности Великого Архипелага, законы Бесконечной Вселенной довольно последовательны, раз флора и фауна, регулярно переживающая сезон штормов, выглядит вот так, а не иначе, то и условия тут соответствующие. Мне даже самому очень интересно, каково это будет. Такого опыта я ещё не получал, ибо почти всегда "зимовал" на тропических и субтропических островах.

Встрять, если так можно выразиться, я не боялся, от слова - совсем. Хоть тримаран будет зимовать на стапелях, укрытый лёгкой, но прочной каркасной конструкцией, свалить, при необходимости, труд невеликий. Можем улететь, а если погода не позволит, нырнём в озеро, спустимся по реке в океан, а там каких-то пять километров, и удобная глубокая бухта тропического острова, где обосновались бацхвари.

К первым признакам зимы мы уже не только заселились в избу, но и несколько обжились, расставили мебеля, развесили полки и шкафчики, распихали по углам волшебные сундуки. В избе имелась одна большая общая комната, она же кухня, и две изолированные, приблизительно одинаковые комнаты. Моя и Жемчужинки. Печка своими боками грела и её и мою, а лежанка, как и варочное отделение, "властвовала" в кухне. В целом, в доме получилось уютно и комфортно.

Ну и сени-тамбур, довольно объёмные, были у нас в обязательном наличии. Как же без них…

Осень на острове была короткой, но из того разряда, что называют - золотой. Лето, лето, лето, а потом - мягкое бабье лето, золотое, красное, оранжевое и жёлтое буйство листвы, поздние грибы и осенняя ягода. Через пару недель - резкое похолодание, дожди и слякоть. Буквально десять дней хмари и пронзительного ветра, и вот уже первые заморозки, редкие снежинки с выцветшего неба, бодрящий ночной морозец… А ещё через три дня повалил пушистый снег огромными хлопьями, следом ударил по-настоящему крепкий мороз, лёд на озере встал и налетела вьюга!

Что такое сезон штормов на тропических островах я знал очень хорошо. Он же на острове Зима - совсем иное. Настолько, что просто диву даёшься! Да много снега, да пурга и метель, мороз и колючий ветер, но и много пасмурных, тихих, бесснежных дней. А бывает, и вовсе безветренные солнечные погоды стоят! Пусть недолго, день, два, изредка три! Удивительно, но если сложить и посчитать все дни откровенной непогоды, то их как раз и будет половина от всего сезона. Причём, треть от них совсем жестких!

Вторая половина дней может считаться удовлетворительной погодой, а треть от них - отличными зимними деньками.

Так что, как показала практика, "бедовать" сезон штормов на острове с климатом среднерусской полосы, если хорошо подготовлен и привычен к зиме, даже в чём-то проще, чем в тропиках.

Правда, на совсем северных островах, типа Земли Франца Иосифа и ему подобных, я бы не рискнул. Там и летом лета нет, встречались мне тут такие, а зимой вообще просто кошмар должен быть.

Жемчужинку зима удивила, заворожила и даже в чём-то потрясла…

Когда она вышла из избы в первый раз, сразу после длительной пурги, что завывала три дня в трубе, бессильно билась в стены и небольшие оконца и истово засыпала снегом их зимовье, то была просто очарована. Сразу же за пургой наступила морозная, градусов пятнадцать, и, самое главное, солнечная погода. Неожиданно и удивительно.

Дверь, предусмотрительно сконструированная папой для открытия внутрь сеней, оправдала себя полностью.

- Знал, знал… - довольно похихикивая и берясь за широкую "специально снежную", как он её назвал, лопату, - Оно, раньше то, и на всей Руси-Матушке, по хорошей зиме, после снегопада да метели, не всегда наружу дверь откроешь. А в Сибири так и вовсе, даже сейчас лучше дверь вовнутрь открывать. А вот так вот, - он кивнул на ровную плотную стену снега, просвечивающую на солнце, искрящую мириадами малюсеньких драгоценностей, что перегораживала выход почти по грудь Жемчужинки, - только через чердак и выберешься. Хе-хе…

- Ну-ка, - он демонстративно поплевал на руки и вонзил лопату в снежную стенку - раззудись плечо! - настроение у папы было великолепным.

Расчистили и крыльцо, и часть территории вокруг довольно быстро. Ещё бы, если Головастик махал сразу двумя огромными лопатами. Она тоже хотела поучаствовать, но папа придержал её порыв.

- Успеешь ещё, доча, - подмигнул он, - Снегоуборочные работу, похоже, тут будут регулярными. А пока просто постой, вдохни мороза и солнца, напитайся красотой русской зимы, вслушайся в это завораживающее безмолвие…

И она прислушалась! Вдохнула поглубже! Раскрыла глаза пошире… Морозный воздух проник в лёгкие, возбуждая внутреннюю вибрацию организма и перехватывая дыхание! Ущипнул Жемчужинку за щёки и нос! Постарался, безобразник, пролезть под меховые одёжки!

Она тут же вспомнила разговор, который состоялся ещё перед самым началом их подготовки к зимовке. Папа тогда активно шил различные тёплые вещи, в основном из толстых тканей и мехов всяческих, а она ему активно помогала и перенимала мастерство. Ведь папа являлся, ко всему прочему, ещё и искусным конфикционером.

Зачем, спросила она тогда, мы так много шьем и тачаем? Ведь наши тела настолько прокачены, нам что плюс пятьдесят, что минус. Стоит только настроиться заранее!

Да, именно так маги, раскачав тело, с определённого момента не испытывают никаких трудностей с обогревом или охлаждением себя любимого.

Верно, улыбнувшись ответил он тогда ей. Но как только ты выходишь из шкалы естественной температуры, определённой тебе природой, многие ощущения искажаются. Они становятся другими. Плохо это, или хорошо, вопрос другой. Если случилось так, что ты трясёшься от холода, загибаешься, глупо не использовать свои способности или не применить магию. Тоже самое, если тебя иссушает, а то и вовсе - поджаривает. Но также глупо ходить в обычной обстановке, не ощущая всей доступной тебе от природы палитры чувств, всей гаммы ощущений.

Мы могли бы перезимовать, рассекая в лёгких одеждах, но я бы хотел, чтобы ты ощутила всю прелесть зимы, оставаясь в рамках человеческих кондиций. Не понравится, значит "подкрутишь себе счётчик", напихаешь обогревательных амулетов. Но давай, сначала попробуем?

Тем более, смотри какая красота, папа провёл рукой по матово отсвечивающему молочно-белому меху приталенной шубки. Лёгкая, теплая без всякой магии! Лепота, право слово! А шапочка, а манто? Хе-хе…

Не то, чтобы Жемчужинка не хотела или спорила, она вообще спросила из интереса, но, как всегда, мудрый папа оказался прав. Ощущения, что обрушились на неё сейчас, стоило пережить.

Папа это сразу заметил, но лишь подмигнул и улыбнулся, продолжая махать лопатой.

А она впитывала и впитывала, прищурив глаза. Больно ярко сияло вокруг! Снег, снег, снег, много снега! Не то, чтобы она не видела снега раньше. Конечно видела! Пару раз они с папой опускались на заснеженные склоны невысоких гор, не говоря уж о том, что тётя Люси устраивала локальные вьюги и обледенения. Но вот это, докуда хватало взгляда, искрящее миллионами лучиков, совсем даже не белое, а скорее голубоватое покрывало было совсем другим.

Она сняла варежку и зачерпнула ладошкой легковесную горсть снежинок и поднесла к лицу. Большие, мохнатые многолучевые звёздочки недолго сопротивлялись её дыханию и как-то разом вдруг потекли, и стали водой. Она слизнула часть капелек… М-м-м…

Совсем, совсем иной вкус… Много чего не хватает. Её способность определять на вкус качество, полезность или вредность, приблизительный состав и свойства воды, проявилась совсем недавно. Жемчужинка под руководством папы и посланцев развивала ее очень активно, но была лишь в начале пути. Но даже так она осознала, что этот растаявший снег дал чистейшую, почти стерильную, и, в каком-то смысле, безжизненную воду.

- Папа, почему снег разный?

- Разный?

- Да. Даже на взгляд этот не такой, как снег в горах, или тот, что показывала тётя Люси?

- Может потому, что он разный?

- ???.

- Сколько определений воды, - папа ухмыльнулся, - в языке бацхвари?

- Много, - на секунду задумавшись, ответила она, - Но они во многом правы, вода она, - Жемчужинка пощелкала пальцами, - неодинаковая…

- Вот-вот… - согласно покивал папа, - У северных народов, там откуда я родом, у чукчей - 40 определений снега и льда, у эскимосов - 53! Но самые продвинутые саамы - 180 определений. И все они, заметь, - папа многозначительно поднял палец вверх, - правы. Для них, и для чукчей, и для бацхвари, точное определение состояния воды ли, снега ли, или льда, жизненно важно. Условия выживания вида.

- Это интересно… Я не думала над этим в таком ключе. Надо бы узнать об этом побольше.

- Необходимо узнать, моя снежинка, - улыбнулся папа, - Как магу жизни, тебе уж точно!

Через день нас завалило снова! И на следующий! И ещё раз! Мы упорно откапывались, наращивая сугробы! Потом налетал злой бесснежный ветер и слизывал всё это чуть ли не до камней, заодно оголяя гладкий зеленоватый лёд озера! Куда улетало столько снега? Может, на соседний остров в виде холоднющего проливного, в верёвку, дождя? Не удивлюсь, если так…

А потом засыпало вновь и вновь! Программу санок, снеговиков и коньков мы уже "откатали" не раз. Доче особо понравились скоростные санки и лыжи! Это когда она запрягала Головастика, и он нёсся, сломя голову по снежной целине, а она, хохоча, мотаясь в санках сзади, ловя радостной моськой ветер и летящую снежную взвесь - эге-гей, мля… только подгоняла его.

Скольжение на коньках вводило дочь в транс. Я не знаю, почему так, но она, прикрыв глаза и мечтательно улыбаясь, могла накручивать бесконечные петли, круги и иные фигуры.

При хорошей погоде Жемчужинка продолжала стрелять из лука. А ещё я приобщил её и головастого к подлёдному лову. Азартная штука, я вам скажу… когда клюёт. А в озере клевало!

Во время непогоды, чего было гораздо дольше и больше, мы занимались "науками", работали в мастерской, читали, изучали что-то, практиковались в чём-то и просто разговаривали разговоры. Или баловались музыкой. Особый, дикий восторг вызывала у дочи волынка! Хохоча и хлопая в ладоши, она кричала на особые экзерсисы Головастика - Отвратительно! Это невозможно слушать! Головастик, давай ещё! Жги!!!

Но сама она освоила нежную свирель. Очень быстро, очень качественно. Жемчужинка легко подхватывала на ходу любую мелодию, стоило мне только протрендеть губами, и тут же могла сымпровизировать, вплетая её в другие мелодии. Какой талантливый ребёнок! Аж слеза умиления непрошено катится из глаза. Мой ребёнок!

Лучше всего звучал дуэт: Головастик на скрипке, дочь - свирель. Здорово получалось. Я, лишь изредка, присоединялся к ним, тактично потряхивая какими-нибудь маракасами или дзынькая в треугольник.

Так и шло время… Вот уже месяц минул, второй пошел… Мама Ева так и не появилась. Дочь очень скучала, но не ныла, не задавала глупых вопросов, она не только знала. но и осознавала, насколько важная и ответственная "работа" у мамы. И всё же, всё же… Когда она появится, я не постесняюсь задать вопрос, отчего она покинула нас так надолго. Ну, ладно, если и не нас, в смысле меня, то дочь - точно.

А что касаемо посланцев, то я сам их попросил объявиться только по моему зову. Были на то причины…

И вот, настал момент, когда надо было познакомить Жемчужинку с русской баней. Так-то мы мылись регулярно, отдельно, конечно. Дочь уже не малышка, что вся помещалась у меня на руках, вполне себе девушка! Поэтому большая кадушка с горячей водой, мыло, черпак, полотенце… Но парную мы ещё не разу не использовали. Она даже не знала, что это такое. Точнее знала, но теоретически. А так как нужно практически, то я разработал сложный, пошаговый план. Я знакомлю с парилкой и прорубью Рамзеса. Рамзес, если переживёт оздоровительные процедуры, знакомит с этим Люси. Люси, если не убьёт за такие "процедуры" Рамзеса, ведёт в парную Жемчужинку. Может ещё и Ночку прихватят… Так что, пора вызывать шакалоголового!

Глава 20

Сегодня на улице мела суровая поземка, да ещё мороз "пощипывал" градусов под пятнадцать. Не самая хорошая погодка, но и не из худших. На при с плюсом, где-то… Мы сидели в тепле и сухости и никуда не планировали выходить, занимаясь каждый своим делом. Я ковырялся с каким-то простеньким артефактом, дочь читала книгу. И, судя по нависшему над ней Головастику, не только про себя, для себя, но и для него. И вообще, дело шло уже к обеду, когда в дверь кто-то тяжело забухал…

- Кто там!? - грозно откликнулся я.

- Хозяин! - зарычали из сеней, - Открывай! Свои!

- Свои все дома! В такую погоду хороший хозяин плохую собаку на улицу не выгонит!

- Ах ты! - дверь отлетела в сторону от хорошего пинка, и в хату ввалился Рамзес, сверкая глазами и ощерясь в многозубом оскале, - Макак бесхвостый! Обезьян лысый!

- Ты смотри, дорогая! - возмущённо повернулся он к Люси, что маячила за его спиной и тихо похихикивала в кулачок, - Стоило только раз, один лишь раз попытаться войти в дом через дверь, как культурный человек, постучаться, а не из тёмного угла выпрыгнуть, и тут же нарвался! Тут же! - тыкал в меня Рамзес кривым когтем, - Ну, погоди! Ну, я тебе припомню "плохую собаку"!

- Дядя Рамзес! - радостно подскочила к нему Жемчужинка и тут же попала в объятия шакалоголового. Он мгновенно облапил её, но очень аккуратно, и лизнул в щёку большим шершавым языком…

- Вах! Сладкая!

- Фу! Дядя Рамзес! - со смехом выворачиваясь из объятий и вытираясь локтем, закричала дочь, - Фу, так делать!

- Не могу устоять! - фырчит он довольно.

Но она уже не слушает его, ибо прижимается к Белоснежной!

- Тетя Люси! Я так рада!

- Здравствуй, девочка моя! Мы скучали по тебе! - оглаживая плечи и голову дочи, улыбалась Люси, - Мы скучали…

- Проходите быстрее, не стойте в дверях, - потянула Жемчужинка Люси к столу.

- Здорово, брат! - протянул я руку Рамзесу, - Как сам?

- Здорово, брат, - радостно обнажил клыки Рамзес, хватая "краба", - Всё аменхотеп! Как говорится!

- Аменхотеп, это хорошо, - дернул я его на себя, заключая в объятия, - Рад тебя видеть!

- И я, - довольно прорычал он, сдавливая мои бока, - И я, брат…

- Баня?! - Рамзес энергично задвигал носом туда-сюда, - Слышал я о таком виде пыток у русских. Запирают себя в горячем паре и бьют друг друга палками. Оно?

- Определение точнее не бывает! - совершенно серьёзно подтвердил я, - Но тот, от кого ты всё это слышал, слегка тебя обманул, а может, и специально ввёл в заблуждение. К примеру, пар должен быть со вкусом хрена, кваса или чеснока. Может иметь запах хвои и иные экзотические нотки.

Окунание в ледяную прорубь, не всегда, а по мере возможности, тоже практикуют. У нас, кстати, это будет в обязательном порядке!

- Что-то мне уже всё это нравится не очень… - профырчал Рамзес.

- Готовься, брат! - похлопал я его по шерстяному плечу, обещающе улыбнувшись, - Сегодня ты познаешь дзен или… просто сдохнешь! Хе-хе…

"Мучить" посланца я начал плавно, собственно, как и положено "баниться" по феншую. Пару заходов на прогрев, с постепенным повышением температуры. Подлив на камни алхимических жижек для "правильного пара" и внутренней гармонии легких. Отдых в предбаннике с распитием взваров и шипучих напитков. Увы, ни пива, ни ядрёного хлебного кваса нет, но и так вышло неплохо.

Потом в ход пошли - "палки"! Которые, конечно - веники. Не каждый русский выдержит пар за девяносто градусов да с веничком, что уж говорить о "немцах", те уже на семидесяти помрут! Но Рамзес - красава! Держался стойко! Мычал, кряхтел, пытался охладить себя по-собачьи, языком, и тут же прятал его обратно в пасть - горячо!

- Помираю-ю-юу-у-у… - наконец-то завыл он тоскливо.

- Ещё нет! - подбодрил я его, - За мной! Не отставай! Кто последний - тот трусливый пёс…

И помчался вон из бани в сторону озера! По снегу, по сходням - и в прорубь! У-у-уххх!!! Как бодрить, твою мать!

- А-а-а!!! - Рамзес, кинувшийся в прорубь за мной следом, выскочил из воды до половины тела. Вода вокруг него шипела, парила и пузырилась, - Люси! Убивают! Помогите!

- Хе-хе! Будешь знать, ты, всемогущий посланец, - произнёс я уничижительно, глядя на барахтающегося и вопящего Рамзеса, - как называть меня ничтожным человечком! Бегом в парилку греться, а то и правда помрёшь ещё…

- Что чувствуешь, брат?

Рамзес, после студёной купели и согревающей парилки, отмытым шерстяным ковриком размяк в большом плетёном кресле. Язык вывалился из приоткрытой пасти на грудь, уши опали, а хвост свисал безвольной верёвкой.

- Скажи, брат, - голос его звучал расслабленно и немного благоговейно, - это ваш какой-то злой человеческий бог придумал такое? Э? Питается энергией мук и страданий, что ярким столбом возносятся в небеса из этой вашей бани? А может, это древний ритуал инициации мужества и стойкости для особо отмороженных воинов? М? Часть из них, уверен, не доживает до его конца!

Или это потребность вашей низкой природной натуры - суицид и мазохизм? А-а-а… - несколько взбодрился Рамзес, - слышал я, будто бы вы в бане моетесь вместе с женщинами. Вместе, голыми… А моетесь ли? Э? Или чем другим занимаетесь?

- Хе-хе… А ты затащи в парилку Люси и попробуй ей предложить это самое при ста градусах в пару! Побои разной степени тяжести я тебе, брат, гарантирую. Как минимум. Не-ет, баня - это наше всё, прежде всего для чистоты и здоровья! В том числе и духовного. И придумали мы её сами. Но есть в твоих словах доля истины, сакрального и мистического вокруг бани у русского народа хватает. Что правда, то правда.

- Расскажешь?

- Почему нет, расскажу. Но давай сразу всем.

- Всем? - уши Рамзеса встали торчком.

- Тут ведь интрига не в тебе, брат, - ухмыльнулся я, - Не для того, чтобы тебя просто подогреть, а потом резко охладить. Тут нужно, чтобы ты прочувствовал весь процесс. Проникся, так сказать. Потом ты обучишь этому Люси, а она уже Жемчужинку. Ради неё все и затевалось.

- Ты хочешь, - задумчиво протянул шакалоголовый, - чтобы Люси убила меня уже на этапе веников…

- Не волнуйся, Люси девочка ответственная. Я ей объясню, для чего всё это нужно, и ты будешь жить.

- Значит, она меня утопит в ледяной проруби…

- Хе-хе…

- Так, - деловито собрался Рамзес, - тогда надо всё повторить. Чтобы прочувствовать процесс. И это, - он оскалился и подмигнул мне, - ты и правда думаешь, что великий я - такой слабый? Хр-р… человечек! Я - Посланец! Понял! А баня… баня и правда вызывает некие вибрации и удивительную энергию. Повторим, брат! Но бить "палками" теперь уже буду тебя я! Гы!

Когда после ещё двух "подходов" Рамзес ушел в избу, готовить морально Люси, я остался наводить в бане порядок. Листву с веников вымести, протереть, достать новые полотенца из сундука, взварчики обновить, дров в печь подкинуть, то, сё… Вдруг в предбаннике хлопнула дверь. Интересно, что это тут забыл Рамзес… А когда выглянул из парилки, то очень удивился, если не сказать чуть грубее!

- Свет очей моих?

- Удивлён? - улыбнулась Ева на миллион киловатт, так, что даже в тёмных углах предбанника можно было рассмотреть каждую трещинку. Одета, как всегда, во что-то лёгкое и полупрозрачное, и совсем не по погоде. Богиня, что уж тут…

- Не то слово! Но… - даже не нашелся сразу, как выразить свои эмоции

- Я тут узнала, - продолжила улыбаться она, - что господин мой затеял интересное мероприятие для нашей Жемчужинки. Но отчего-то пошёл по очень сложному пути. Сначала Рамзес, потом он учит Люси, а потом она уже нашу девочку. Не проще было бы обучит маму, а уж она бы научила дочу?

- Научить маму, - скептически хмыкнул я, - Это как ты себе представляешь? Выйти и покричать в небеса: рахат лукум сердца моего, пошли в баню? Госпожа моя, потри спинку своему господину? А может проще: мама, дочь по тебе скучает!

- Ты злишься, - подошла она совсем близко и окутала меня тонким ароматом лаванды, смешанным с морозным воздухом. Ладони, изящные и прохладные, легли на мои плечи.

- Дело не во мне, а в дочери. Но и во мне тоже…

- Было очень занята, - слегка печально улыбнулась Ева, - Правда. Мутила, как говорит один бессмертный, обновление в "песочницах".

Она прижала изящным пальчиком мои губы, с которых готова была сорваться куча вопросов. Какие обновления, где, чего?

- Без подробностей, прошу…

- Понимаю, - осталось только вздохнуть.

- Ну так как насчёт бани? - весело поинтересовалась Ева, - Поучишь госпожу свою?

- Божественная, - я прихватил её за тонкую талию и притянул к себе близко-близко, - в бане парятся голыми. Если что…

- А я вот знаю, что ещё и в простынях, - ухмыльнулась она, не пытаясь высвободится.

- В предбаннике - да, но не в парилке. Эти киношные выверты, пусть в кино и остаются! Люди смеются над этими глупостями. А ещё, даже если кто-то и опустится до такого изврата, то Господин Мо не будет сидеть в парилке в простыне. Никогда!

- Так давай скинем с себя лишние, - её лицо было совершенно серьёзно, но глаза не просто смеялись, в них весёлые чертенята творили настоящий шабашь!

- Ты хочешь подвергнуть меня моральным и физическим пыткам, госпожа моя? – приблизился я к её лицу совсем близко.

- Мой господин настолько нестоек? - зараза такая приблизилась ко мне ещё немного, и наши губы уже почти касались друг друга.

- Я - сама стойкость! Камень - моё второе имя! Но у мужчин, если ты не в курсе, есть некий "товарищ", у которого имеется своя голова, а точнее - головка. И эта головка имеет своё, отдельное мнение на ситуацию, при определённых условиях.

- А хочешь, - её губы слегка вытянулись, - я щёлкну пальцами, и "товарищ" сразу станет мягким и покладистым?

- Мягкий и покладистый!? Бр-р-р… Звучит ужасно! Давай без этого. Так и быть, потерплю. Но намылю я тебя лично и везде, очень тщательно. Ничего не пропущу.

- Ради дочери придётся пойти на такое, - между нашими губами осталась пара сантиметров.

- Да, ради дочери…

Была пара сантиметров - и не стало…

Эта банная сессия была не лёгкой, да. Нелёгкой, но могу занести её себе в зачет. Выдержки и такта мне всё же хватило, хотя Ева всё время меня слегка провоцировала, то прижмется невзначай, то грудями качнёт перед носом, позу излишне провокационную примет, под вениками стонать начнет излишне эротично… зар-р-раза такая!

Однако несмотря на то, что многие педалируют тему о молодых гормонах, что могут побороть опытный, много повидавший, дисциплинированный разум, практика показывает обратное. По крайней мере, в моём случае. Не знаю, для чего меня троллила Ева, но после окончания всех положенных банных процедур в её глазах читалось большое уважение. Тем более, что как я и обещал, намыливание её божественного тела я выполнил тщательно пройдясь везде, но не допустил руками ни грамма пошлости или излишнего "старания". Но было нелегко, да, нелегко…

В результате банные развлечения были признаны полезными и даже необходимыми. Разок в дюжину дней. В них были вовлечены и дочь, и Люси, и чуть позже Ночка. Кстати, визжала в проруби она больше всех, а вот звонче всех - Жемчужинка. Ну и мы с Рамзесом практиковали. Баня понравилась всем, причём, непритворно. Но особо меня радовало, что она понравилась Жемчужинке. Правильная богиня растет, однако.

Но вновь, в который раз, удивляюсь…

Не знаю, для чего создатели Бесконечной Вселенной "прикрутили" всемогущим, всезнающим сущностям, стоящим надо всеми, такой интересный функционал - познание ощущений бытия через проводника, но, наверное, в этом есть какой-то смысл. Ответа я, скорее всего, никогда не узнаю. Такова суть реальности вообще, на самые интересные вопросы мы так и не получаем ответов. В "этой" жизни уж точно. Остаются лишь мои умозрительные предположения - для чего это создателям. Но сколько в этих предположениях истины?

И да, уверен, я не единственный такой проводник. Есть нас ещё. Где-то на платформе пост-апокалипсиса некто, подобный мне, сражается с мутантами, в космических мирах рулит шахтёрской колонией или жмёт гашетку стремительного истребителя, а кто-то уменьшает поголовье зомбаков… Таки есть. Но спрашивать не буду, и так знаю.

- Папа…

- М?

Мы вкушаем утренний завтрак, не спеша и вдумчиво. Растительный сбор из особых травок и листьев - не хуже самых лучших сортов чая. Да что там не хуже, лучше. Тёмно-красная, насыщенная ароматом жижка скорее уже алхимическое зелье со многими полезными свойствами, чем просто "чай".

Несколько видов сиропов из соков деревьев и кустарников отлично ложатся на оладьи из перетёртых овощей а-ля кабачки и тыквы. Ломтики различных фруктов в меду тоже вкусны и полезны. Короче, вполне себе утренний завтрак, даже если и без овсянки.

- Я сегодня видела сон.

- Надеюсь, хороший?

- Думаю, определение хороший или плохой к этому сну не очень подходит, - лицо дочери стало сосредоточенным.

- А какое тогда определение подходит?

- Вещий.

- Хм, это становится интересно, - я отставил кружку в сторону, показывая, что внимательно жду продолжения.

- Да, - кивнула дочь, - вещий. Яркий, наполненный звуком, запахом, а более того - эмоциями. Не моими, чужими. Я чувствую, я слышу, я вижу. Я читаю эмоции и даже мысли, стоит мне только сосредоточиться на ком-то.

И этот сон не будущие события, а прошлое. Не такое далёкое, кстати.

- Расскажи…

- Большой летающий корабль, - Жемчужинка внимательно посмотрела на меня, - На борту написано "Небесный Странник". Он опускается среди деревьев великанов. Они такие большие, что даже огромная площадь меж ними кажется совсем небольшой.

На площади дворцы и дома из древесины, и полное ощущение, что они скорее выращены, чем построены. И всё же зданий не так много, а вот цветов, подстриженных кустарников, вычурных декоративных, наверное, деревьев - гораздо больше. Камня нет вообще, а вместо него зелёный, голубой, синий и даже желтый с красным газон. Скорее мох, чем трава…

На площади много народу, - продолжает дочь, прикрыв глаза, - Очень много. Почти все мио. Но есть и редкие люди, чуть больше ороос… Они кричат, они ликуют, они одеты очень странно, но, несомненно, празднично. В небе носятся стайки пестрых птиц и больших бабочек, а на руках или подле многих мио разные милые зверушки. Питомцы. Да, питомцы, простые, обычные, но совсем не звери призыва…

И вот корабль приземляется! Открывается пандус, и в проёме показывается она! Величественная, властная, уверенная… Не принцесса, королева. Она в роскошных одеяниях, усыпанная невиданными драгоценностями! Но они все меркнут перед ожерельем из пяти поющих жемчужин! Невиданное доселе!

Народ взрывается в ещё большем восторге и обожании. Искренне и неподдельно. Она долго стоит в этом урагане эмоций, улыбаясь. А потом медленно идёт в толпу, которая расступается перед ней, а навстречу ей движутся группа очень властных и представительных мио. Они ей рады, они счастливы, они восхищены. Я читаю в их душах… там нет зависти, там нет гнили или предательства, но расчёт и готовность побороться за место возле неё - есть.

А тем временем на пандус выходят все они: черный брат Мурра, гигант Бобо, улыбающийся до огромных ушей розовый бубуч Крук. Конечно - Безухий! За их спиной маячат, взявшись за руки, Ларри и Корри. А за ними мелькает страшно обаятельная мордашка Лютик…

Дочь открывает глаза и смотрит на меня радостно. Историю наших приключений она знает очень хорошо. И словесно и в ментальных картинках, что много лучше самого классного кино.

- Они вернулись, папа…

- Я знаю, - улыбнулся я, - знаю…

- Знаешь? - брови дочери взлетели вверх, - А почему мне не сказал?

- Это случилось не так давно. Ушедшие шепнули мне на ушко. Всё не мог подобрать момента рассказать об этом, - я невольно пожал плечами, - Но в любом случае, как это было - я не знал. Теперь знаю.

- Я видела ещё кое-что, папа, - взгляд Жемчужинки стал пристальным и очень пронзительным.

- Что же это?

- Большой зал, описывать не стану, он великолепен. Много мио, они веселятся, пьют и едят, танцуют. Она на троне из живых растений. Возле её плеча Безухий. Вокруг неё много красивых мио, юношей и девушек. Хватает и более зрелых мужчин. Все они развлекают её, шутят, борются за её внимание и место подле неё. Особенно мужчины. Павлины…- дочь усмехнулась, - не моя мысль, её.

Но она тоже шутит, что-то рассказывает, улыбается. Иногда кружится в танце… Но время от времени её глаза с грустью и надеждой ищут в этом хороводе лиц того, кого тут быть не может. Не может, но она очень надеется на чудо.

Иногда на неё накатывает такое, что она готова свистать всех наверх и, подняв «Небесного Странника», рвануть обратно на Великий Архипелаг… Искать его.

Хорошо, что «Странника» нет рядом. Бобо бороздит небеса над иными землями.

- Знаешь, кого она ищет в толпе, папа? - продолжила дочь после небольшого молчания, - К кому готова лететь, бросив всё?

- Мими очень сильная девочка, - нейтрально ответил я, - Очень сильная и ответственная. Она справится.

- Да, - кивнула дочь, - справится. И она очень, очень красивая. Не такая, как мама, но в чём-то даже может поспорить и с ней. Ты ведь не перестал любить Мими? А как же мама?

Глаза дочери, синие с дымчатым муаром, требовательно уставились в мои, точно такие же.

- Ах, как хочется, - вздохнул я, - отмазаться такими простыми фразами, как: ты ещё не поймёшь, тебе ещё рано знать об этом, сначала подрасти… Но мы ведь говорим друг другу только правду? Честно, даже если это и неприятно?

- Честно, - кивнула дочь, - только честно, папа.

- Тогда я постараюсь объяснить сложное как можно проще. Не уверен, что нам хватит одного разговора, но обещай, что не будешь спешить и делать скороспелые выводы. Поживи на свете чуть побольше, наберись опыта, книжки, - я хмыкнул, - почитай особые. «Руслан и Людмила» там, про Дездемону или Ромео и Джульету. «Юнону и Авось» обязательно. Маму расспроси. Люси и Ночку. Даже шалабуд Рамзес, как ни странно, уже может рассказать много полезного.

- Обещаю, - улыбнулась дочь, - И внимательно тебя слушаю, папа.

- С момента, когда девочки превращаются в девушек и до самой своей кончины, дай им бог долгих лет, они хотят, чтобы их любили. Любили, восхищались, обожали, чтобы они были самим смыслом жизни у любимого мужчины. Они и сами готовы любить страстно и самозабвенно, отдав себя всю. Я бы мог долго распинаться о половинках души, что ищут друг друга среди многих, и, обретя себя, живут долго и счастливо. И это правда. Или не только о физических, но и о духовных узах между мужчиной и женщиной, и это опять правда. О гармонии двух начал, мужского и женского, о возвышенном и платоническом, о прекрасных чувствах, самоотверженности ради другого, и так далее, и всё будет правда, и всё это было, есть и будет, но… - я непроизвольно вздохнул, - Есть у всего этого и обратная сторона медали. И на ней много грустного и печального, и даже трагичного. Но я буду говорить о нашей человеческой природе…

Тут уж, доча, ничего не поделаешь, мы, человеки, всё же во многом имеем животное естество и подвержены немалому количеству инстинктов. В этом нет ничего оскорбительного, это просто наша суть. И эти инстинкты "крутят штурвал нашего корабля" не менее активно, чем разум. Иногда инстинкт приводит корабль, - я постучал себя в грудь, - в нужную гавань гораздо успешней, чем разум. А есть ведь ещё такая штука, как гормоны. Химия тела, что подливает топлива в костер отношений между мужчиной и женщиной.

- Однако, - я улыбнулся, - зачем объяснять адепту магии жизни про химию тела… Вот и я не стану, а вернусь к основной теме.

Каждая женщина ищет своего самца, в хорошем смысле этого слова. Надёжного, успешного, сильного, здорового. Могущего не только дать сильное потомство, но и прокормить его, защитить, вырастить и обеспечить всем самым лучшим. Естественно, и её тоже. Цивилизация размыла эти критерии, сделала их не столь ярко очевидными. Поменялись или стали несколько иными понятия надёжности и силы, успеха и богатства для претендента на "лучшего самца". Многие женщины внутри стабильных обществ становятся настолько самодостаточными, что могут сами защитить, прокормить и обеспечить не только себя, детей, но и рукожопого мужа. Казалось бы…

Но скажу так, моя капелька, многие качества "дикого самца", при оценке женщиной мужчины на самом деле так никуда и не ушли.

Даже такие, очень "сильные" женщины тоже хотят, кого покрепче плечом. И зачастую не столько в физическом смысле, а прежде всего - внутренними качествами. Так называемым - стальным стержнем. Немного побыть маленькой девочкой в кольце надёжных рук, что оберегут, защитят и утешут, приласкают.

Женщины ищут лучшего самца, доча. Всегда. Инстинктом, химией тела, умом и сердцем. Они буквально охотятся на них, попадись им такой на пути. Они их определяют по мимолётному взгляду, по мгновенной вибрации в животе, по паре феромонов в воздухе! И начинается борьба, зачастую довольно жесткая, бескомпромиссная, изобретательная. Бывает и с самим мужчиной, но всё больше с другими охотницами на мужчину. Потому что конкуренция за таких самцов очень высока. Такие нужны почти всем женщинам, но таких никогда не бывает много. Таков, наверное, закон природы.

Всё это звучит грубо, может для кого-то неприятно, и, конечно, я упрощаю, но во многом это очень близко к истине. Женщине нужен лучший мужчина…

- Теперь, - я грустно улыбнулся внимательно слушающей меня Жемчужинке, - перейдём к нам, к самцам. Женщина может вполне удовлетвориться единственным мужчиной. Мужчина же хочет много женщин. Нас оттого и называют - кобели. Может и так, но это заложено в нас матушкой-природой, что бы там не рассказывали про духовность, порочность и нравственность. Когда вокруг самца кружит хоровод лучших самок, очень непросто остановиться на какой-то единственной. И он, свободный, или не свободный, но успешный "альфа-самец", выбирает лучшее. Зачастую - перебирает, меняет одну на другую. Оттого - кобель, подлец, скотина. И тут есть немалая доля истины. Правда, и женщины дают немало поводов для такого поведения…

Однако, чтобы не скатываться в полное скотство и вакханалию, человечество и придумало различные моральные нормы, законы, традиции. Их очень много, и они совсем разные. Если тебе будет интересно, мы найдём книги про это. Научные трактаты, исследования и просто беллетристику.

- Конечно интересно, - дочь согласно кивнула головой.

- Зачастую, - продолжил я, - "правильные", работающие вполне исправно законы и традиции одних народов, другим народам кажутся странными или вовсе неприемлемыми. Но, тем не менее, если они существуют из века в век, то значит, они выполняют свою функцию.

Иногда, по моему личному мнению, некоторые естественные формы существования человечества пытаются ограничить законами и моралью, которые совершенно не работают. Как самый яркий пример - многоженство. Что бы там ни говорили, но если взять общее количество времени, которое человечество провело в этом, скажем так, формате исторического существования, то, думаю, получится процентов под восемьдесят. У всех народов и во все времена. И это только узаконенное многоженство. Остальное время, двадцать жалких процентов, стыдливо и лицемерно прикрыли наложницами, одалистками, любовницами тайными, и, что более позорно - явными. Содержанки, проститутки, гейши и гетеры, просто рабыни, не могущие отказать своему хозяину… Идейные шалавы и бляди, прости меня, Жемчужинка, за мой французский, которые даже не за деньги, но по зову души! Чего только мы не выдумали… Я, кстати, последних нисколько не осуждаю. Мужики тоже ещё те скоты. Одни альфонсы чего стоят.

А ведь существуют народы, где процветает многомужество. Не по прихоти женщин или мужчин. По объективным причинам. Просто, чтобы род человеческий не пресёкся. Собственно, и многоженство, и большинство остальных явлений из вышеперечисленных, скорее, не разврат, как таковой, а природная необходимость. Но об этом мы поговорим позже, когда ты немного ознакомишься с нужными материалами.

- Так многоженство - это плохо или хорошо? - тут же отреагировала Жемчужинка.

- Многоженство - это как мясо для вегана, хочешь ешь, а не хочешь - не ешь. Рассказывать и убеждать мясоедов в том, что жрать шашлык, котлеты или стейки аморально, недостойно человека высокой духовности, и вообще это варварство - глупо. Перейти на капусту или кабачки ещё глупее, они и так их едят. Так и с многоженством. Может мужик содержать трёх жен со всем своим потомством, женщины согласны с таким раскладом - значит, алга. Не в состоянии, единственная ненаглядная против - значит, сиди и не отсвечивай. Жизнь, доча, такая интересная штука, сама отрегулирует этот вопрос.

- А как ты к этому относишься, папа?

Я ненадолго замолчал, а дочь терпеливо ждала продолжения.

- Я никогда не был святым. У меня была единственная законная жена, законная по правилам моего народа и моей религии, а любимых женщин было чуть больше. Да.

Я был любим и любил. Я люблю и, похоже, меня любят. У меня, на самом деле, было не так много любимых женщин, если, - я ухмыльнулся, - если учесть мои долгие годы. Я был всегда честен со своими женщинами. Но вот какая штука, моя бирюзинка, так бывает, встречаются, мужчины-однолюбы. Редко. Несколько чаще те, кто любит сразу нескольких. И каждой из них найдётся место в его сердце. И выделить какую-то одну просто не в состоянии. Если его любимые женщины начинают требовать от него выбора- я или она - его жизнь становится грустной до невозможности. Иногда трагично грустной.

Некоторые мои любимые уже ушли за кромку, но я всё ещё помню их и люблю. Не жаркой всепоглощающей страстью, а теплотой воспоминаний, той памятью, чувствами и счастливыми мгновениями, что дарили они мне.

- Я люблю принцессу Мими. Я люблю твою маму. Очень люблю. На этой планете живут ещё несколько женщин, для которых есть место в моём сердце. Пусть кто-то считает это кобелизмом, я смотрю на это иначе.

Некоторое время Жемчужинка молчала, сосредоточенно хмуря моську. Потом, прийдя к каким-то выводам, глянула на меня озорно, и с улыбкой выдала:

- Значит, ты, папа, был лучшим самцом?

- Был? - возмущенно выпучил глаза я, - Был?

- Ой! - она наигранно испуганно прикрыла ладошкой рот, - Прости, папа! Конечно есть! И на тебя тоже охотились? - доча возбуждённо посверкивала глазами.

- О-о… М-м-м… Хе-хе… Настоящие джентльмены никогда не распространяются о своих похождениях, тем более о победах! Запомни доча, как только кто-то из мужского пола начнёт трендеть о своих "победах" у женщин, то сразу такого в игнор, облить презрением и выказать ему своё - фи! Зачастую это просто банальный звездобол, а если правду говорит, то вдвойне подлец. Никчемушный человек.

- Поняла, - закивала она головой. А потом, через паузу, хитренько сожмурила глазки и опять за своё:

- Значит, ты у нас лучший самец?

- А ты спроси маму? Ты ведь знаешь, что она может принимать разные обличия, так отчего она для меня именно такая?

- Отчего?

- Вот и спроси у неё сама. Раз тебя начали интересовать такие вещи.

- Ну, папа…

- Хе-хе… Сама, сама узнавай.

- Тогда! Тогда… - дочь надула щеки и выпалила, - Расскажи, кто такие другие женщины, которых ты любишь, и которые живут на этой планете! Какие они, как познакомились, где? Без интимных подробностей. - тут же подстраховалась дочь.

- Ути какие мы слова знаем! Интимные подробности… От кого это?

- Из умных книжек, что вы мне с мамой надавали. Не уходи от темы!

- Да это три дня рассказывать придётся! - возмутился я.

- А ты слышишь? - направила дочь палец в потолок.

За стенами ещё со вчера мело и завывало, руку вытяни и не увидишь ладони, и всё никак не могло успокоится. Даже до сарая-мастерской добраться проблематично.

- Ну…

- Ещё пару дней так будет, - довольно улыбнулась дочь.

- Откуда знаешь?

- Знаю! - улыбаясь ответила она, - Тут, и тут, - дочь потыкала себя в грудь, а потом в лоб, - Чувства, ощущения, знания, - выпучила глаза и стала делать пассы руками, - Всё остальное, у-у-у… Магия, чародейство, колдовство…

- Короче, - хмыкнул я, - погоду можешь предсказать.

- Короче - да! Дня на три-четыре…

- Понятно. Давно?

- Да как-то недавно, раз и получилось!

- Ясно.

- Рассказывай… - подперла она щеки кулачками и придвинулась ко мне, - Очень внимательно слушаю.

И такая умильная моська, ну как такой откажешь…

…Разговор глубокой ночью…

- Наша девочка быстро растёт. Вот уже интересуется очень знаковыми вещами. Мужчина и женщина, взаимоотношения, любовь…

- Поправлю тебя, госпожа сердца моего, дочь растёт телесно, но разумом - взрослеет. Улавливаешь разницу?

- Пожалуй, - после секундной паузы согласилась она.

- Мы вступаем в сложный и ответственный период её развития. Мы с тобой, посланцы, девятый народ бацхвари, умные книжки и занимательные рассказики… Боюсь этого уже будет недостаточно для правильного формирования её как богини для людей. Ей нужно окунутся в человеческое сообщество. Мальчики, девочки, дяди и тёти, чужие люди. Со своими характерами, желаниями, историями. Жизнь не книжных героев. Ей это необходимо.

- Возможно, но не забывай, она не просто ребёнок.

- Я-то это очень хорошо знаю. Но что ты имеешь ввиду, госпожа моя?

- Многие вещи она постигает интуитивно, эмпирически. Сама Система, со всем своим объёмом знаний, скажем так, благоволит к ней. Ей нет необходимости пропускать через себя "вживую" абсолютно каждую "мелочь".

- Не спорю. Иногда даже меня, заслуженного и, без ложной скромности, успешного воспитателя многих девчонок и мальчишек, берёт оторопь. К Жемчужинке приходят знания, а точнее, осознания таких вещей, которые могут прийти лишь с жизненным опытом. Причём, довольно разнообразным жизненным опытом. Молчу уж про умения.

Но если ты, свет моих очей, доверяешь мне, как отцу, наставнику и воспитателю, то вот моё мнение: доче надо к людям.

Они некоторое время молчали. Он ждал, она решалась…

- Это невозможно, господин мой…

- Мёртвые Воды! Пф-ф-фф… Я найду стопятьсот способов преодолеть их без всякого вмешательства высших сил…

- Нет, господин мой, - прикрыла она ему рот ладошкой, - Нет. Не в этом дело. Приоткрою тебе завесу, чуть-чуть. Столько, сколько могу.

- Любая мелочь в кассу…

- Дочь не может покинуть Великий Архипелаг до своей инициации, как богини. Таковы условия, и даже я не могу их изменить. И её инициация произойдёт только после финальной битвы с той силой, что постарается её уничтожить.

- Уничтожить?! Ева, любовь моя! Это же наша дочь! Какое нахер уничтожить?!

- Я не в силах помешать этому! Ты думаешь, у меня сердце не болит!?

- Мля, что они там курят, твои создатели! Сидят там, измышляют рукожопые, игрушечные правила…

- Не кипятись, господин мой. Этого не изменить. Лишь могу подсказать.

- Слушаю тебя внимательно.

- За ней придут, когда Жемчужинке исполнится шестнадцать-семнадцать лет. Телесно, умственно или ментально, не знаю. Возможно, когда она подтянет эти кондиции воедино.

- Чёрт! Дочь уже где-то в районе тринадцати-четырнадцати лет. Уж мозгами и ментально - точно. Еще пара "мигающих" взрослений, и она точно впишется в рамки условий. Возможно, уже этим летом… И не замедлишь развитие ведь. Сука жизнь…

- Дальше тоже ничего хорошего, - она грустно улыбнулась, - Защитить дочь должен лично ты. Ну и Головастик на подхвате, раз уж тебе повезло заиметь такого пета. Но он может сражаться только против миньонов.

- Миньоны?

- Да, миньоны. Будет обязательно большой босс. Один, единственный, но биг-босс, и куча миньонов.

- Какой босс?

- Вот тут опять всё грустно… Тебе не получится подготовить некую локацию, противоположную природе босса. Ведь такая мысль у тебя сразу мелькнула, да, господин мой.

- Ты неплохо уже знаешь меня, госпожа моя, мелькнула.

- Увы. Времени от оповещения до начала атаки будет совсем немного. Сколько, снова не знаю, но совсем немного. Подготовить особые места, облегчающие оборону, можно, но… - она замялась, словно что-то вспоминая, - Спрячешься в лесу, на тебя нападёт какой-нибудь злобный древень с кучей зверей и растений. Залезешь в горы, и на тебя выйдут ледяные великаны. Или упадёт космический корабль с полчищами злобных механоидов. Уйдёшь в бесплодные пески - и подвергнешься нашествию мутантов и ифритов…

- Спрячусь в глубоких пещерах, и снизу выползет какая-нибудь хтонь лютая…

- Да.

- Скрыть дочь под кучей артефактов и заклятий?

Она покачала головой…

- Босс будет видеть свет её сердца, слышать его стук. Ни спрятать, ни скрыть.

- Я тебя понял. Всё ведающие, всё слышащие, незнаемые боссы, значит. Но в океане, конечно, великий и ужасный кракен.

- Возле Великого Архипелага, однозначно, он. За остальные локации не знаю.

- Уже легче…

- Тебе решать, господин мой, где и с кем сражаться будет проще. Шансы не велики, но они есть, - она упёрлась пальчиком в татуировку на его груди - Уроборос, Змей глотающий свой хвост - Шансы есть. Убить босса и… - она не закончила, видно, и так сказала много. Но умному достаточно.

- Понял тебя… Блин, так хочется ругаться громко и очень долго!

- Не стоит, - она погладила его ладошкой по щеке.

- Не буду, - он поймал её ладонь и поцеловал, - Буду думать. Очень хорошо думать.

- Думай, господин мой, она улыбнулась, - Очень хорошо думай. Я верю в тебя!

- Ну, суки, - всё же не сдержался он, - я не я, но доберусь до этих креативных программистов, что наваяли такие идиотские условия, и, гадом буду, клаву, вместе с системным блоком в задницу каждому засуну!

- Ну, - рассмеялась она, - это вряд ли. Вряд ли, господин мой…

Сегодня я поднял Жемчужинку рано. Ещё только брезжил рассвет, еле-еле пробиваясь через плотное одеяло сизо-грязных облаков. Погода была относительно хорошей. Почти безветренно, не слишком холодно, с неба сыпался сухой, редкий снежок.

- Одевайся по-походному, - сказал я дочери, трущей заспанные глаза, - бери лук. Через десять минут выходим.

- И чаю не попьём, - вытаращила она глаза, из которых моментально ушла сонливость.

- И чаю не попьём…

- К-куда?

- Узнаешь, - кинул я, выходя в сени.

Дочь собралась даже быстрее десяти минут. Жемчужинка знает: папа редко не просит, а именно требует чего-то, но если требует, то надо выполнять. Тем более, любопытство куда денешь…

Дочь вышла одетая по-походному, как я и наказал. Плотные штаны с поддёвкой, вязанный свитер, легкая меховая курточка, и не запаришься, и не перегреешься. На ногах нечто вроде унтов, а на голове небольшая вязаная шапочка. В волосах над ухом Жужа, прикинулся брошью. Успел, однако, навести марафет на голове дочи, собрав волоса в тугую косу.

За спиной лук в чехле и полтора десятка стрел в туле. Могла бы носить всё это в волшебном кошельке, но вот так ей хочется.

- Надевай охотничьи лыжи, - кивнул я ей, - Пойдём сторожко, с соблюдением всевозможной маскировки. Разговоры пока отставить.

Дочь только молча кивнула и принялась за крепления.

- Готова? - спросил я через несколько минут.

- Да.

- Головастик, - кивнул я, - Веди…

Двигались в серой хмари быстро. Головастик впереди, бесшумной, сливающейся со снегом тенью, да и мы не сильно отставали от него. Я в своём имба-костюме был почти невидим, дочь - сама по себе имба. Могла скрыть себя пеленой невидимости и неслышимости. Нахваталась умений от посланцев. Особенно искусна в этом была Ночка, чем щедро и делилась.

Километров семь пробежали, даже не запыхались, выйдя к глубокому распадку, заросшему густым кустарником. Сняли лыжи и ещё метров пятьсот тихо и аккуратно следовали за Головастиком, осторожно ставя ногу и отводя корявые, иногда колючие ветки…

Наконец, вышли на пятачок полого склона, чуть более свободный от растительности. Головастый ткнул щупальцем. И я, тихо отодвинув ветки с бахромой мелких листьев, что частью так и не облетели, посмотрел вниз. Там, метрах в пятидесяти, в небольшой лакуне, окружённой колючим боярышником, была лёжка стайки косуль. У нас, откуда я родом, охотники таких называют - козюли. Изящные и даже грациозные животинки. Даже самец, крупный по меркам своего вида, максимум килограмм тридцать весит. Самки и детеныши вовсе как мультяшные…

Это же стайка состояла из семи особей. "Крупный" самец с двумя не впечатляющими рожками. Старая и явно очень опытная самка. Две самки молоденькие, ещё два подросших дитёнка и молодой бычок. Крепенький и, уже, похоже, с претензиями к лидеру. Во время будущего гона точно будет претендовать на лидерство в стае или попробует "отжать" под себя хоть одну самочку.

Сейчас стайка спокойно отлёживалась в безопасном месте. Кто-то лежал в пушистом снегу, кто-то вяло объедал увядшие листочки, что ещё держались на ветках. И только самец чутко водил носом, а ещё больше ушами, нюхая и слушая зимний лес. Бдил.

Но увы ему, нас он не видел и не слышал…

- Я не знаю, - тихо обратился я к дочери, что встала рядом с моим плечом и внимательно рассматривала эту мирную картину, - во скольких мирах, и сколько раз случалось такое… Думаю тысячи, а может и многие тысячи.

- О чём ты, папа? - перевела на меня подозрительный взгляд Жемчужинка.

- Одинокая девочка, - продолжил я, - точно такая как ты, вышла на охоту. Одна. Может оттого, что действительно осталась одна. Может у неё ситуация еще сложнее, она не просто осталась без старших, но на попечении у нее маленькие брат и сестренка. Может быть, больной, поломанный на охоте медведем отец. А может - ослабленная выпавшими невзгодами мать. Или всё вместе?

Доче явно не нравилось то, что я говорил.

- Голод, - продолжил я, глядя в глаза дочери, - Голод убивает так же неотвратимо, как и стрела. Только дольше и мучительней. Точный выстрел девочки - это жизнь! Её жизнь, жизнь родных и близких. Понимаешь?

В ответ на это дочь только поджала губы.

- У этой абстрактной девочки, хотя я уверен, такие жили или даже живут сейчас, где-то там, среди других звезд, выбора нет.

А у тебя есть! У неё нет рядом отца, нет грозного, могучего Головастика, у неё нет магии и артефактов, только она, её выстрел и такая милая зверушка. Жить или умереть…

А теперь представь себя на её месте, - и Жемчужинке это не понравилось ещё больше. Я прям чувствовал клокотание её эмоций, но я не остановился, - И вот тебе выбор, дочь моя: убей Бемби… или не убей!

Она отвернулась и долго глядела на косуль, таких симпатичных, мирных и беззащитных. Я слышал, как она сосредоточенно сопит носом…

- Но ты ведь не болен? - тихо проронила дочь.

- Не болен…

- И я не одна.

- Нет, не одна. Я предложил тебе ситуацию. Счастье твоё, что твой выбор зависит только от твоего желания. У той неизвестной девочки выбора нет. Представь себя на её месте, представь со всеми исходными условиями и последствиями. Проникнись её чувствами, ощущениями, безнадёгой и надеждой. Представь и выстрели… или не стреляй.

Дочь некоторое время постояла в глубокой задумчивости. Потом достала лук, неторопливо накинула тетиву, наложила охотничий срезень и снова застыла…

Минута, вторая, третья…

- Уходим, - тихо скомандовал я.

И в тут же тетива хлопнула по рукаву куртки. Дочь одним слитным движением выпустила стрелу в цель. Молодой бычок даже взбрыкнуть не смог. Срезень вошел под лопатку по самое оперение. Точно в сердце, мгновенная смерть. Он даже ничего почувствовать не успел.

Остальные косули словно испарились, только треск ветвей и лёгкая снежная пыль над лежкой. Умчались в мгновение ока.

- Головастик, - кивнул я, - принеси.

Домой возвращались неторопливо. Всю дорогу молчали. Дочь кидала косые взгляды на тушку самца, что тащил Головастик в скрученном щупальце, и переживала внутреннюю бурю, а я не мешал ей. Время разговоров придет позже.

За ужином, подали обжаренную со специями косулятину. Выглядело это отлично, пахло обалденно, а вкус - ум отъешь. Уж я постарался.

Дочь некоторое время смотрела, как я с невозмутимым видом приступил к трапезе.

- Отец, - наконец-то отмерла она, - зачем ты заставил меня сделать это?

- Э нет, мой аквамаринчик, - ухмыльнулся я, - ты на меня не перекладывай. У тебя был простой выбор: стрелять или не стрелять. Да или нет. И он был только твой. Я лишь создал ситуацию и предложил условия. Так что, дочь, это твой выбор…

Некоторое время она молчала, сосредоточенно хмуря бровки и теребя в руках вилку.

- Ты прав, - наконец кивнула она головой, - Да, прав. Мой выбор. Но тогда я спрошу иначе: для чего?

- Хм, ответ не из двух слов. Ты точно хочешь разговоры разговаривать, а не вкусить этого божественного мяса? Косулятина, кстати, остывает очень быстро и становится не такой ароматной и вкусной. Или ты от унутренних сопереживаний откажешься от мяса и перейдёшь на травоедение? Сенцом будешь пробавляться?

- Пф-ф… - недовольно фыркнула Жемчужинка и её губы посетила бледная тень улыбки, - Вот ещё…

И решительно вонзила вилку в румяный, истекающий соком кусок мяса.

Ну и слава богу, облегчённо вдохнул я внутри себя, пошло дело. Жемчужинка создана из крепких "материалов", а чьё воспитание, так вообще молчу.

- А теперь, отец, ответь: для чего?

Мы отлично поели, потом попили взваров… Дочь оттаяла настолько. что даже завязался неспешный разговор о том, о сём, но вот мы уселись в кресла, и пришло время расставить точки над "i".

- Несколько причин. Их нельзя отранжировать по типу: первая, вторая третья… Они все довольно важны. Одна из них: теперь ты знаешь, как на столе появляются вкусные котлеты, стейки или шашлыки.

- Хм, я уже давно это знаю, не маленькая, поди.

- О нет, доча. Знала ты абстрактно. Пошел головастый или папа на охоту, добыл какую зверушку, а потом кушаем бефстроганов. А вот с сегодняшнего дня ты по-настоящему знаешь, как это происходит.

- Согласна, - после некоторого раздумья щелкнула пальцами доча, - Принимается.

- Те сексапильные тётеньки, на которых ты повелась и пожелала быть как они, не просто так носят лук. Пусть не все, но часть красивых девуль вполне существовали в реальности. И они не только стреляли в злобных хищников и человеков, что являлись врагами. Гораздо чаще им приходилось бить вот таких бемби с влажными и доверчивыми глазами. Чтобы просто жить. Понимаешь?

- Да, - снова согласилась дочь, - И это принимаю.

- Много ещё могу накидывать на вентилятор, но, пожалуй, ограничусь одним из самых главных, - я внимательно посмотрел на Жемчужинку, - Когда станешь великой и могущественной, когда щелчком пальцев станешь осушать моря и трясти горы, ты, надеюсь, встретив охотника или охотницу, неважно, сможешь понять и отличить, для чего они нацелили свой выстрел.

- Для чего… - повторила дочь задумчиво.

- Да! Что направляет руку. Нужда, необходимость или тщеславие, развлечение от скуки. Зарабатывает ли охотник на жизнь себе и своей семье необходимое, ну и, может, чуть больше, что не так страшно, или хапает у природы ртом и жопой, гребя под себя и стараясь нажиться, невзирая ни на что. Изымает ли охотник ресурсы, дарованные не только ему, всем, уважительно и бережно. Истребляет ли хищников по мере необходимости, защищая себя и близких, или тешит своё эго просто убив, потому что может. Чем выше цивилизация, тем легче это - "может". И всё более и более безопасно для самого охотника. Сидя на вышке стрельнуть из винтовки с полуметровым прицелом кого-то, метров за триста, - я грустно ухмыльнулся - вот это доблесть! Прям во всей красе, умение "выследить", "подкрасться", а риск какой запредельный… А потом, гордясь собой, повесить голову грозного хищника себе на стену славы.

И вот когда ты встретишь разумного, который нацелил стрелу, копьё, или пистоль, неважно, в пушистого белого кролика, а может изящную серну, да хоть в кракозябру злобную, я надеюсь, ты сможешь заглянуть ему в душу и определить мотивы и желания его. Оценить, измерить, взвесить, и решить, как ты поступишь. Ведь сила, дочь моя, порождает желание вмешаться. Судить и вершить. Заступится. Может не за кроказябру, хотя она тоже тварь божья и имеет право на жизнь не меньше остальных, но за няшного оленёнка - точно.

- Но, - я поднял палец вверх, - если ты сама не пережила это опыт, это состояние, что пережила сегодня, отличить правильное и допустимое, от злого и неправильно - трудно.

- Понимаю, - медленно вымолвила Жемчужинка, - Понимаю, что ты хочешь сказать, отец.

Мы ещё долго говорили и об этом, и о многом другом. А когда дочь уже улеглась, а я по глупой привычке всё подтыкал под неё живое одеяло, дабы не надуло (безусловный рефлекс, так сказать, автоматическое действие, хе-хе…) она поймала мою руку и, улыбнувшись, прижала её к своей щеке.

- Спасибо, отец. Это было жестко, и даже жестоко, но теперь я понимаю, для чего. Ты мудр. Отныне я буду охотится с вами. Надо зарабатывать кусок мяса для семьи. Не больше, но и не меньше. И чтобы понимать…

- Спи уже, охотница, - я чмокнул её в носик.

Жемчужинка так и держала мою руку, пока не заснула. А заснула быстро. Умаялась, перенервничала, но заснув, она не переставала чуть-чуть улыбаться. Наверное, снится что-то хорошее…

А когда я осторожно высвободил ладонь, по лицу дочи скользнула призрачная волна лёгкого муара, и… она стала немного старше. Совсем немного… но старше.

- Чёрт! - почти беззвучно вырвалось у меня, - Ну куда, куда ты так спешишь, дочь моя.

Глава 21

Весна. Я специально задержался на острове, чтобы дочь смогла увидеть и оценить, что такое весна в климате средней полосы. Когда вдруг ещё вчера лежащие уверенно и непоколебимо сугробы начинают сереть и опадать. Когда капель превращается в шустрые журчащие ручьи. Холодные порывы ветра и заряды снега лишь смешат Деву-Весну, уверенно вступающую в свои права.

Как набухают почки и лопаются, выкидывая изумрудно-зелёные листочки. Трава лезет наперегонки с ранними цветами. Всё другое! Небо, земля, вода, запахи… Природа шевелится, волнуется, цветёт и пахнет…

Такой резкой перемены между сезонами на тропических островах не увидишь. Особенно в зрительно. Там стало больше зелени, ну так и до этого было немало. Цветы распустились, так кое-какие всё время умудряются цвести. Попугаи стали ярче, это они перестали сидеть на ветвях мокрыми курицами. Высохли… Немного утрирую, конечно. А тут, тут дело совсем другое. Вот мёрзлый, холодный и безжизненный пейзаж вокруг тебя, а вот буйство жизни и красок. Жемчужинке весна очень понравилась!

- Как тебе, отец?

Увы, да. С того самого памятного момента я теперь не папа. Отец. Дочь сама даже не замечает, что стала называть меня так. И я, конечно, не поправляю её. Видимо, это плата за мой жесткий урок, что ей пришлось пройти.

Что ж, отец, так отец. Это тоже очень преотлично. Много лучше, чем американское извращение, когда сын или дочь называют маму с папой по имени, хе-хе…

- Неплохо.

В пальцах Жемчужинки покачивались две серёжки. Крупные "капельки" из огранённого горного хрусталя редкого оттенка. Прозрачного, как слеза, со слегка-слегка нежным намёком на голубую нотку. Очень красиво. Сама капелька крепилась к строгому, без излишеств, подвесу из яркого серебра. Ну, тут никаких излишеств и не и не требовалось, камень говорил сам за себя. Дочь чётко это уловила и не стала городить лишнего. У неё отличный вкус, надо признать. Вся в меня!

- Очень неплохо, - кивнул я. Пожалуй, это её самая лучшая работа, выполненная от начала и до конца.

- Хотела подарить их маме, - вздохнула дочь и уставилась на меня вопросительно.

- Ма-а-а-ме, вот оно что…

- Давай честно.

- Честно? - я хмыкнул, - Тогда для мамы простовато будет. Красивые сережки, скажу без всякой лести, но не для нашей мамы. Не кузяво для неё, слишком лаконично, м-м-м… бедно. Если так можно выразится.

- Да, - опять вздохнула дочь, качнув серёжками, и они, поймав лучик, радостно рассыпали его на множество весёлых солнечных зайчиков, - Сама так считаю. Придётся поработать ещё. Может наоборот, что-то многосоставное, массивное, - перевела она на меня вопросительный взгляд.

- Набросай эскизы, обсудим.

- А эти куда? - она приложила капельки к своим ушам, - Как-то мне с такими по вантам мотаться… - она не закончила, - А в шкатулку, к куче бижутерии, что ты мне надарил, жалко, - Она надула губы и сморщила моську.

- Есть идея!

- Давай! - воскликнула дочь.

- Сделай подгон Рамзесу! Скоро у них с Люси будет юбилей, десять лет знакомства, да. Мы ему как бы намекнём, надо, мол, подарок сделать любимой. А то ведь шакалоголовый, местами, совершенно пустоголовый, и может запросто проулыбать момент. Вот он их и подарит.

- Тёте Люси! - дочь отставила серьги на вытянутых руках, качнула их, и радостно улыбнулась, - Здорово! Они отлично будут смотреться на Белоснежной! Отец, ты - гений!

- Ну так… - скромно засмущался я.

- Может тогда, - загорелась энтузиазмом Жемчужинка, - ещё кому чего сделать?

- Конечно! Кольцо в ухо Рамзесу!

- А он будет носить? - с сомнением посмотрела на меня дочь.

- Хотел бы я посмотреть, как он откажется от твоего подарка. Думаю я, что если ты ему сделаешь кольцо не в ухо, а внос, ему всё равно придется его носить, хе-хе…

- Хи-хи, - поддержала меня Жемчужинка, представив такую картину,- Это было бы слишком жестоко. А вот в ухо…

- Ага! Такую хрень побольше, с камнем в кулак! Чтоб отвисло до плеча!

- Отец, - осуждающе посмотрела она на меня, - не втягивай меня в ваши бесконечные подколки. Мне он ничего плохого не сделал.

- Как же! А кто тебя всё время облизывает!?

- Это он от обожания!

- Ночка…

- Что Ночка?

- Что-то чёрное или тёмно-красное, целый гарнитур. Нечто вычурное? М?

- А может, наоборот, - с энтузиазмом подхватила дочь, поняв о чём я, - Крайняя противоположность! Нечто молочно-белое?

- Прозрачное…

- Чтобы как вроде есть, а вроде и нет! Интригующе, таинственно! - поддержала дочь.

- Мрак!

- Ошейник! Усыпанный мелким жемчугом!

- Жемчуг… хм-м… Кулон! Из звёздного опала! - отбил я подачу.

- Бацхвари! - щелкнула пальцами дочь, - Браслеты, ожерелья…

- Гривны! Витые хрени из серебра в кило весом! Почему нет? - ответил я на поднятые брови дочери.

- И чтоб с какими-то артефактными свойствами!

- Отчего бы и не да! - улыбнулся я.

А внутри резануло чувством щемящей печали. Планы, планы… Мы так легко и непринужденно измышляем их. Мы прилагаем усилия. Мы так хотим их осуществить… А что-то свыше уже готовит нам другие заботы. Иногда, опасности. Смертельные.

Но я не сижу на жо… ровно! Я и Головастик готовимся! Варим злобную алхимию, клепаем "гранаты", снова и снова обдумываем тактику битвы, проигрываем сценарии, что надо сделать, как надо сделать. А надо сделать всё правильно. С первого раза. Второго шанса у нас не будет. Так что, морщим лоб, изо всех сил измышляя тактические приёмы. Со стратегией-то всё понятно - оборона. А биться мы будем с Великим Кракеном.

Кружим, кружим, кружим… Флотилия то рассыпается, то вновь собирается. Головастик уходит в дальний поиск, я мотаюсь под облаками. Мы ищем. Ищем уже четвёртый месяц. Нашли пару островов, но не самых нужных кондиций. Так что, "процеживаем" Великий Архипелаг дальше…

Что ищем? Остров. Но, остров особый. Мне нужен такой, который окружен многокилометровыми мелями, желательно с каким-нибудь каменным зубцом на самом острове. Повыше да покруче, куда не враз заберёшься. Гора с разветвлённой системой пещер тоже годится. Возможно, этот вариант будет даже предпочтительней.

Но главное - мели. Большие, обширные, чтоб воробью по колено! Супер, если они будут илистые! Встречались мне и такие. Погибель для любого неосторожного! Прилипнешь, увязнешь, и чем больше будешь барахтаться, тем хуже. Очень скоро живность, что обитает в таких местах, заест тебя и даже косточек не оставит. Но такие мели - совсем редкость, да.

Песчаные встречаются гораздо чаще. Далеко не на каждом шагу, естественно, но хватает. Вот мы и кружим среди островов, ищем… Раскидываем "щупальца" во все стороны.

Доча знает, зачем. Я рассказал. Расстроилась - да. Испугалась? Вот уж вряд ли! Да и расстроилась вовсе не потому, что на неё нацелился Великий Кракен, а больше оттого, что отдуваться придётся мне и Головастику. И Девятому народу! Бацхвари в курсе проблем.

Я ещё весной и им всё рассказал, и предложил им спрятаться где-нибудь, пересидеть в "тихом омуте", всё равно толку от них в сражении совсем никакого, только погибнут зря. Но на меня так посмотрели…

- Это Искупление, - проквакал торжественно Старый с каким-то мрачным удовлетворением, - Искупление! Не волнуйся, что мы погибнем, придумай так, чтобы это было не напрасно.

Пришлось и их включить в расклады. Не как страшно-опасное боевое подразделение, но на подхвате они, действительно, весьма полезны.

Но больше всего Жемчужинка расстроилась, что мама пропала. Не пришла, не поддержала, не сама всё рассказала… Очень расстроилась.

- Почему? Почему, отец?! - спрашивала она меня.

- Всё очень просто, моё сокровище, очень просто. Она слишком сильно любит тебя. Ей стыдно, ей больно… Она, всесильная и могущественная, не может ничего сделать. Понимаешь? Ничего. Не только сама, но даже своих, не менее могущественных псов, не может послать. Как ей смотреть в глаза своей дочери?

Скажу тебе, не дай бог никому оказаться на её месте. На месте родителей, оказавшихся в ситуации, когда ничем не можешь помочь своему ребенку.

Не вини маму, доча, не надо. А лучше прими и пойми. У неё просто нет сил посмотреть в твои глаза.

- А ты? - с набухшими слезами подняла на меня взгляд Жемчужинка, - А ты, отец?

- Мне легче, - улыбнулся я прижимая её к своей груди - Я мужчина! Я воин! Я отец твой! Я буду сражаться. Сражаться, доча, это даже проще, чем ждать чем кончится, сидя где-то там, в безопасности. Ждать, без возможности вмешаться и помочь.

Наша мама во всём полагается на меня, положись и ты, моя Жемчужинка. Я этого Кракена в узел завяжу, ломтями почикаю, часть в банки закатаю, а часть так засушу! И будем мы потом, все вместе, ты, я, мама, бестолковый Рамзес, прекрасная Люси и таинственная Ночка лакомится исключительно редким деликатесом - Великим Кракеном.

- А Головастик, - сквозь слёзы улыбнулась дочь, - а бацхвари?

- И они. Куда ж без них. Великий Кракен, на то и великий, всем хватит и ещё останется.

- А если он на вкус окажется, как подошва? - уже гораздо веселее отреагировала дочь.

- Значит, увы нам, а Головастику запас жратвы на долгие годы. Он-то, сама знаешь, гурман ещё тот! Подошва ли, шашлык, салат "мимоза", ему всё едино, хе-хе…

- Отец, - очень серьёзно посмотрела на меня дочь, - я тоже буду сражаться.

- Конечно, - погладил я её по голове, - Но только там, и на той позиции, где я укажу. Командир в битве должен быть один, а воины - подчиняться ему беспрекословно. Так выигрываются не только битвы, но и войны. Понимаешь?

- Хорошо, отец, - кивнула она - я сделаю как ты скажешь.

- Отлично!

- И ещё, - дочь нахмурила лобик.

- Да?

- Я больше не виню маму. Ты мудр, ты хорошо объяснил. Я на секунду представила себя на её месте и… мне стало страшно. Я больше не виню маму. Я бы хотела ей это сказать.

- Так скажи, - пожал я плечами, - Просто скажи это вслух, даже кричать в небеса не надо. Она услышит тебя. Скорее всего, не откликнется, но услышит обязательно. Я знаю…

И всё же мы его нашли. Остров. Почти идеальный для моего плана. Моя ли прокачанная удача помогла, а может Ева, не напрямую, но вот так, косвенно. Очень может быть! Так или иначе, центральный элемент защиты мы теперь имеем. Стоял он одинокий, до ближайшего островного кластера километров тридцать, посреди ветра и волн, палимый солнцем, и не знал о своей судьбе: быть местом эпической, мать ее, битвы…

Островок, правда, совсем крошечный, Метров триста в диаметре. Просто песчаная шлёпка, чуть торчащая над уровнем океана, полностью безжизненная, за исключением редких корявых кустарников. Уверен, при хорошем шторме бушующие валы свободно перекатываются через весь островок. Разбросанные тут и там сухие и полусгнившие кучи и пучки "саргасов" и ламинарий прямо на это указывают. А также тут полно битых раковин, засушенных морских звезд, рыбьих скелетов и крабьих панцирей. Кстати, крабов и ракушек на этих многокилометровых мелях тоже предостаточно. Как и песчаных чепаков, что благоденствовали в таких условиях. Много крабов ползает и по самому острову, ну и птиц хватает…

Да, мели… Очень обширные! На пять, на шесть, а то и все семь километров, этаким воротником, тянулись во все стороны. Местами по колено, где-то по пояс, нередко торчащие над водой жёлто-белым гребнем. Хоть мели и не иловые, но и песчаные оказались не так просты. Кое-где полосами или обширными пятаками обычный песок вдруг превращался в зыбуны. Опасная штука, я вам скажу, особенно если ты угодил в такую, а помочь некому. Жаль не вся мель такая…

Посреди острова, почти в его геометрическом центре здоровый каменный зубец. Этакий слегка искривлённый клык! Метров двадцать высотой и с толстым основанием метров в сто. Но самое хорошее в нём то, что в самом низу имелась неширокая щель, уходящая в тело зубца. Извиваясь, то сужаясь, то расширяясь, она тянулась внутри аж до самого верха. Там она резко сужалась, ветвилась на несколько десятков совсем узких проходов и лишь только некоторые из них выходили на поверхность. Они были настолько малы, что только мышь какая или ящерка размером соответственно, могли пролезть по ним.

- Как думаете, насколько тут уходит вода во время отлива?

Мы стояли возле кромки - условной, конечно - воды и обозревали мелководное пространство. Я, Старый, ещё несколько авторитетных бацхвари. Конечно, Головастик и Жемчужинка.

- Думаю, - проскрипел Старый, - мели оголяются полностью.

- Это было бы неплохо.

- Надеешься на ночной бой, отец? - подала дочь голос полный сомнения.

- Ах если бы, - ухмыльнулся я,- Это было бы прекрасно. Но вряд ли. Уверен, такого преимущества нам не предоставят.

- Хозяин, - пробулькал Головастик, - растянуть, замедлить, как мы сделали при испытании Право на Жизнь?

- Увы, дружок, ситуация совсем не та. Да. Не та…

- Замедлить, растянуть… - тихо пробормотала Жемчужинка едва слышно.

- Ладно, - вздохнул я, - пора за работу. Дел у нас - начать да кончить.

И мы взялись за кирки, молотки и зубила…

Мы, в основном я и Головастик, рубили, ковыряли и обтёсывали трещину, превращая её в гладкий, плохо преодолеваемый колодец. Магическими приёмами, опираясь на элементарную физику и химию, и простой грубой силой.

Где узко, сделаем ещё уже, чтоб только и пролезть можно, пузо не ободрав. Уж приклеить камни, создав из них монолит, это я могу.

Где слишком широко, там отешем, загладим стены, насколько это возможно. Пущай попробует залезть кто без присосок или подходящей магии.

В первом узком месте мы приготовим каменную пробку. По моей мысли: как только все поднимутся вверх, я запечатаю проход.

Ещё в двух узких местах мы приготовили защитные позиции. Их будет две, на три, максимум, четыре бойца. Дудук, что будет садить вниз по нападающим. Гранаты с различной начинкой, ядовитую алхимию и просто длинные крепкие копья, а также дротики. Если прижмёт, а, скорее, когда прижмёт,защитники постараются быстро залезть на следующий уровень. Кто успеет… Там будет ждать вторая группа, она и примет эстафету. Третья, она же последняя защитная позиция будет почти под самой поверхностью. Тут мы и выдолбим камеру, где спрячутся Жемчужинка и все остальные бацхвари.

Мне с трудом удалось уговорить Старого и остальных членов совета, что детей. молодых мам и несколько опытных членов племени нужно спрятать в другом месте. Отчего-то они вбили себе в голову, что помирать необходимо всем сразу. Искупление, видите ли!

Я долго пытался их убедить, что глупо при плохом раскладе погибать целому племени. Что их упёртость только увеличит время на выбивание достаточно большой камеры, чтобы вместить всех. Лишний, бесполезный труд!

Чем помогут испуганные дети, когда к ним полезут всяческие кракозябры? А если кракен начнёт ломать скалу? А он её сломает, если доберётся, что, в свою очередь будет означать - я не справился. А если не справился я, значит, увы, ничто уже не поможет. Но я справлюсь! Справлюсь, чего бы это мне не стоило!

В конце концов всё решила Жемчужинка. Ей надоело слушать наш спор, она встала, и властным, совсем не детским голосом, что вдруг прорезался у неё, произнесла.

- Старый! И вы члены совета племени Девятого народа! Вы сделаете, как говорит мой отец! Я нисколько не сомневаюсь в вашей решимости, в вашей преданности и желании самопожертвования. НО! Вы оставите со мной двадцать сильных, умелых, достойных бацхвари. Остальные уйдут и спрячутся. И будут жить, даже если мы погибнем. Слышишь, Старый, будут жить! Ты утверждаешь, что Искупление - это я! А я утверждаю, что никто не знает замысла Ушедших. Может он и состоит в том, чтобы пережить твоему племени и это? Пережить и смочь жить дальше, не угасая, а развиваясь. Разве мало вам для этого дал мой отец? Разве напрасно он старался? - она обвела суровым взглядом всех присутствующих бацхвари, и они склонили свои плоские головы и лишь суетливо двигали глазными отростками.

- Вы сделаете, как сказал мой отец! - припечатала Жемчужинка ещё раз, - Он говорит мудрые вещи, а вы талдычите глупости, проявляя ненужное упрямство. Двадцать достойных! Двадцать, Старый! Выберите их сами…

- Повинуемся, божественная, - склоняясь глубоко, глухо проквакал Старый, - Всё будет по слову твоему. Позволь лишь быть среди них и мне. Позволь или погибнуть рядом, или узреть твою славу! Уважь своего учителя, его опыт, его года и статус…

Дочь на мгновение задумалась и даже бросила на меня взгляд, но я и бровью не повёл. Это её решение и ответственность её.

- Хорошо, - кивнула Жемчужинка, - Назначь своего преемника. На всякий случай… Совет окончен!

Бацхвари ушли. А дочь подошла ко мне, прильнула к груди и, подняв лицо, тревожно спросила:

- Что, отец?

Видно, рожа у меня была… интересная.

- Я восхищен, доча! - прижимая к себе, чмокнул её в макушку, - Великолепно! Ты повела себя настолько по-хорошему властно, решительно и мудро, а главное по делу, что я аж вспотел! На секунду мне показалась, что ты вырастешь прямо на глазах, и кракен выскочит из кувшина с водой с криком: ага! Попалась!

- Шутишь, - улыбнулась она отстраняясь, - это хорошо.

- Какие шутки, капелька! Ты выросла. Телом ещё не до конца, а вот разумом очень даже. - совершенно серьёзно ответил я, - Вся в меня…

- И в маму! - вновь улыбнулась дочь.

- В маму? - я изобразил глубокую задумчивость, - Ну, если только красотой и всем остальным женским. Хитростью - точно. Вся в маму! Но воля, ум, решительность, чувство юмора, таланты в магии и вообще - вся в меня!

- Отец, - прильнула ко мне дочь опять, - люблю тебя…

Как-то, с утра пораньше, меня разбудили престранные звуки. Мы уже полтора месяца работаем над каменным клыком и, можно сказать, почти всё сделали. Остались некоторые шероховатости, где-то углубить, чего-то расширить. Загружены на площадки гранаты, копья и дротики, установлены на позиции пулемёты. Кстати, боевые лягуши прошли курс стрелковой подготовки. Небольшой, ведь чтоб палить вниз и, практически, в упор, большого искусства не требуется.

Гранаты пришлось немного доработать, чтобы ребята могли их использовать. Так-то они срабатывают от магического импульса, совсем небольшого, и, отмерив положенное количество секунд, взрываются. У мага с этим вопросов нет. Головастик. Жемчужинка, я, скромный… А бацхвари такого удовольствия лишены. Вот и пришлось мне изобрести взрыватель. Поступил я очень просто: к гранате приклеил маленькую жемчужинку, в половину от горошинки. В ней как раз хватало манны, чтобы при разрушении передать нужный импульс в саму гранату. Стукнешь таким запалом по любой твёрдой поверхности, жемчужинка расколется, да хотя бы треснет, и всё, дело сделано. Бросай, бойся!

Такого мелкого жемчуга бацхвари нам натаскали целый пространственный сундук, лет на десять активных боевых действий хватит. Ну, заодно, встречались среди всей этой мелочи жемчужинки весьма и весьма. Пара сотен экземпляров настолько хороши, а то и вовсе уникальны, что не только принцессе или королеве носить за честь будет, богиням не стыдно…

Вот мы и клепали с дочерью запалы на готовые гранаты, которые, в свою очередь, постоянно пополнялись. Помимо этого Жемчужинка варила алхимические растворы, концентрировала биологические яды и злобные кислоты. Перк "синтез" заработал у неё на полную! Так и мотивация, однако…

Использовать эти жижки внутри тоннеля было бы опрометчиво. Дочери-то как бы и не очень опасно, а вот самим защитникам вполне может поплохеть. Она, конечно, и щитами прикроет, и подлечит, но к чему такой драйв? А вот Головастику "засеивать" ряды наступающих - самоё оно!

Бацхвари, те двадцать самых достойный, куда затесались и брат с сестрой Квак и Квака, постоянно отрабатывали скоростной подъём по верёвочным лестницам внутри скалы. Последовательность действий, экстренную эвакуацию раненых, отступление… Пришлось немного помудрить, чтобы сделать гибкие, мотающиеся туда-сюда верёвочные лестницы удобными для рук и особо ног-ласт бацхвари.

А ещё я установил мини-лебёдку в самой верхней камере. Она сможет быстро затащить наверх, к примеру, того же Старого, главное, чтобы он в узких местах башкой не приложился и выдохнул вовремя, хе-хе…

В общем готовились все, и я бы сказал, процентов на девяносто пять мы готовы. Ажитация спала, и скоро я планировал пересесть на «Принцессу Мими» и бороздить океан в пределах, близких к острову. Дабы условия для грандиозного бомболейло по имени Великий Кракен были соблюдены идеально. А то застанут нас на пляже каком, и полезут из него какие-нибудь песчаные ифриты, мать их…

А срок испытания, я чую, очень близок. Не завтра, и не послезавтра, а вот через месяцок - точно. Чую я! И дело даже не в том, что есть у меня основание для такой чуйки, пара нужных характеристик, прокачанных весьма неслабо, просто, само по себе - чую. Оно меня ещё там, на старушке Земле, не раз выручало. Чую… Скоро.

В общем, хотя сон для меня не так чтобы очень необходим, но раз напряжение трудовое спало, то могу себе позволить подремать на восходе. На восходе всегда сладко спится. И, вдруг, до меня доносятся очень странные звуки! Но никакого кипеша, беготни, криков "Тревога", "Алярм", "Шухер" не слышу. И Головастик, а он всегда бдит, не стучит в мозг: хозяин, беда!

Ладно, вылез из палатки… А там - картина маслом!

Жемчужинка сидит в "гнезде" из щупалец Головастика и, прихлёбывая взвар из большой кружки, с большим интересом, широко раскрыв глаза, наблюдает как на самой кромке пляжа, дерутся Рамзес и Люси! Однако!

И очень хорошо видно, дерутся не то чтобы до кровянки, но явно и не дружеский спарринг. Мелькали стремительные саи Белоснежной, натыкаясь на посох Рамзеса! Хитрые петли и восьмёрки подкреплялись ударами ног и локтей Люси! Иногда подключался и её пушистый хвост! Так же она не брезговала пускать в ход магию. Не ту, что прям горы трясти и моря осушать, но вполне опасную для конкретного противника.

То саи сами по себе летают, пока Люси колотит Рамзеса ногами и кулаками. То пыхнет на него лютым морозом, то сосулька с неба упадёт, а того хуже, из земли под хвост Рамзесу выстреливает!

Рамзес же, стойко принимает на себя все удары! Отбивает, блокирует, уклоняется! Блокирует магию собственной магией или запредельной ловкостью и реакцией. Защищается… но, только защищается, не нападая в ответ! Это мне отлично видно. Однако, защищается Рамзес, хорошенько так выкладываясь.

Оба несколько всклокоченны, слегка мокры и присыпаны песочком, глаза мечут огонь и молнии, уши торчком, а хвосты - трубой! Это когда они ими не дерутся, хе-хе… А ещё они скалятся друг на друга вполне себе во всю пасть! Очень впечатляет. Облизывают морды длинными красными языками, фырчат, рыкают и клокочут горлом!

Но удивительнее всего, они ещё и ругаются!

- Кобель! - наносит ряд хитрых тычков Люси.

- Сука! - Рамзес отбивает их посохом, ловко крутя его перед собой.

- Подлец! Негодяй! - насылает Люси на Рамзеса облако быстрых, крупных снежинок, сверкающих острыми гранями!

- Дура! - выдыхает струю пламени, растворяя снежинки, Рамзес.

- Кретин!

Дзынь, бам…

- Сама такая!

Бух, трах… и так далее…

- Давно они так? - спросил я улыбающуюся дочь. Вот в то, что они настолько серьёзно, что прям убить хотят друг друга, Жемчужинка нисколько не верила. Точнее, Люси хочет убить Рамзеса, но… так чтоб побольнее и не досмерти.

- Минут пятнадцать! Ай! - захлопала дочь особо хитрой комбинации ударов от тёти Люси, - Здорово!

- А что выясняют?

- Отношения… - повернулась ко мне дочь, удивлённо подняв брови,- Это же очевидно.

- Хм… - сел я на ловко подставленное под меня щупальце головастого,- Это понятно. А по какому поводу?

- А кто ж его знает? - пожала плечами доча,- Вот выпустят пар, расскажут. Но здорово, правда? - повернула она ко мне довольную мордашку с сияющими глазами.

- Погорелый шестибитный процессор! - рычит Люси.

- Порочный плод противоестественной любви перфоленты и ржавого арифмометра! - не остаётся в долгу Рамзес.

А он хорош! Но на его месте я бы не стал так уж блистать умом. Брат явно где-то накосячил.

- Козёл!

- Овца!

- Это не здорово дочь! - картинно насупил я сурово брови, - Ты слушаешь очень нехорошие слова. Хорошей и воспитанной девочке такое слушать не пристало.

- Серьёзно? - иронично-уничижительно перевела она на меня взгляд, - Отец, это плохие слова? А какие тогда те, которые ты, к примеру, выдавал вчера?

- Вчера?

- Когда кирка, отскочив, стукнула тебя по колену.

- Э-э… Не помню.

- Повторить? - в глазах дочери скакали бесенята.

Вот как так? И разрез глаз мой и цвет и муар, а выражение мамино.

- Я тебе повторю!

- Хи-хи…

Вот зараза! Совсем меня не боится.

- Отец…

- М?

- Я вот одного не пойму, а почему они дерутся именно тут? Нет, так-то здорово, прикольно, и вообще… Но почему тут?

- О-о-о, это очень просто. Этот эль-скандаль особого разряда. Подобные ссоры обязательно требуют зрителя. Эмоционального участия. Чем больше, тем лучше! Иначе не будет всей полноты и насыщенности. Красок, звучания…

Накал страстей нешуточный, тетя Люси очень хочет поколотить Рамзеса, и прям больно. Но это негодяй не даётся. Чем раздражает её неимоверно. Но тетя Люси, мой маленький аквамаринчик, избить Рамзеса, по-настоящему, до фатального, даже не думает.

А этот шаламбуд, вместо того чтобы принять на себя пяток другой ударов, и повинившись, подлизавшись, урегулировать, так сказать, даже царапки на себе не имеет. Ну, не дурак ли!

- Блохастый коврик!

- Поеденная молью шуба!

Рамзес и Люси, продолжая яростно сражаться, и ругаться, тем не менее, одним ухом прислушивались к нашей беседе. Думается, очень внимательно, хе-хе…

- Даже если мы, дочь моя, переплывём на другой остров, они последуют за нами и продолжат.

- Как думаешь, отец, что такого сделал дядя Рамзес?

- Точно не знаю, но что-то очень, очень, очень-очень глупое…

- Он подарил мои серёжки Агни! - не выдержала Белоснежная, вонзая саи в песок по самые рукояти, - Агни! Толстожопой красной суке!

- Что-о-о-о… - приподымаясь, потянула ошарашенная дочь.

- Зачем!? - обречённо вырвалось у меня.

- А зачем она вертела хвостом перед другими посланцами? - вспыхнул шакалоголовый.

- Да чтобы ты, наконец, уже решился подарить эти серьги! Разморозился! Снялся с ручника! Выпал из прострации! Наконец-то сказал, что я - та самая-самая! Единственная! - закричала на него Люси.

- А-а-а… Э-э… - совсем растерялся Рамзес.

- Мои… - Люси уткнулась мордочкой в ладони и начала тиховсхлипывать, - Мои… серёжки, мои… - такая жалкая вдруг стала, такая ранимая. Пуф! И развеялась искрящимся конфетти изморози.

А Рамзес остался… Плечи опустились, хвост повис, уши - завядшими лопухами… И морду в сторону воротит, наверное, смотреть в глаза Жемчужинке стыдно. Это ведь она ему серёжки для Люси дала. Для Люси! Не для Агни. Хотя и была знакома с ней немного.

- Дядя Рамзес, - сурово заявила дочь, - ты дундук! Идиот и чучун, как говорят хобол.

- Правда? - искоса глянул он на дочь.

- Дядя Рамзес, - решительно заявила Жемчужинка, - Иди и убейся об скалу!

- Не могу, - тяжело вздохнул он, - я бессмертный.

- Ох, господи… - сделал я рука-лицо, - Как тебя теперь отмазывать, даже не представляю.

- Отец, - прижалась ко мне дочь, заглядывая в глаза, - ты мудр. Придумай что-нибудь. Они же любят друг друга. Пропиши дяде Рамзесу кары господни, но помоги! Надо.

- Ох, грехи мои тяжкие… - я глянул на Рамзеса. Ну, как есть побитая шелудивая собака. И обликом, и настроением, и вообще… Даже одёжка мятая да грязная, камушки на воротнике и наручах не блестят, рассыпая лучики, а тускло бликуют, и хвост промеж ног поджался.

- Излагай, пес смердячий, - ткнул я пальцем в Рамзеса, - Правду, одну лишь правду и ничего кроме неё. Потом буду думать.

Ну, собственно, история банальней некуда. Получив серёжки от дочи для Люси, Рамзес вдруг понял, что, подарив их, сделает серьёзный шаг в их отношениях. Нет, не так - ШАГ! Вот как правильно. Что там у посланцев в мозгах на эту тему хитрозакручено, я разбираться не стал, просто принял к сведению, что это прям ого-го какое деяние.

Осознав это, Рамзес слегка очканул, стал тянуть вола, жевать сопли и всё такое прочее. Завис, короче, в глубокой нерешительности. Но то, что у него есть некие серьги для конкретной девушки, стало известно очень быстро. Как такое утаить, да.

Все в предвкушении события, особенно Люси, а он - ни «но», ни «тпру»! Девушка начала нервничать, а Рамзес всё не телится. Кто надоумил Люси подогреть Рамзеса, слегка пофлиртовав с другими "мужуками", неизвестно. Но увидев такое, Рамзес, простота душевная, моментально вспыхнул, озлобился и, в пику Люси, отдал серьги Агни. Она как раз случилась рядом в тот момент. Хорошо, что просто сунул в руки, без всяких заявлений и всего прочего, то есть без всяких обязательств, а то бы вообще беда…

Короче, каждый дал косяка основательно, и получилось, как получилось. Не хочу наговаривать на Агни, но, если выяснится, что покрутить хвостом посоветовала Люси именно она, а потом, в нужный момент, оказалась рядом с Рамзесом - не удивлюсь.

Ещё раз, не знаю она или нет, но подобного "дружеского совета" от Божественной или Ночки, точно, быть не могло.

- Мда… - протянул я, выслушав сумбурный и эмоциональный рассказ Рамзеса - Вот, дочь моя, пример глупости от двух супер существ, которые про себя рассказывают байки о всемогуществе, всеведении и всезнании. Так-то они соответствуют заявленным характеристикам, но менее глупыми от того не становятся.

- Они виноваты оба? - уставилась на меня Жемчужинка.

- А ты как думаешь?

- Дядя Рамзес больше.

На что шакалоголовый только протяжно вздохнул с подвыванием и опустил голову.

- Виноват, - согласился я, - Но не больше Люси. Как женщина она должна быть более мудрой и просчитывать последствия такого ужасного чувства, как ревность. А ревность, моя дочь, это одно из самых отвратных чувств между мужчиной и женщиной. Да и просто, ревность - одна из самых разрушительных эмоций. Каждый из них сделал достаточно, чтобы мы имели вот такой результат. Даже мы с тобой.

- Мы? - нешуточно удивилась дочь.

- Именно. Следствие цепи событий. Не сделай ты хорошие, но недостаточно хорошие серьги, - я поиграл бровями, - сама знаешь для кого, ты не отдала бы их Рамзесу. А если бы я не соблазнил тебя, в своё время, такой штукой, как ювелирка, то сейчас всё было бы иначе.

- Тоесть, - задумчиво проговорила дочь, - поступки, даже давние, влияют через пространство и время.

- Да. Мы уже много раз говорили об этом. Поступки, слова, желания… Цепь событий тянется, ветвится, переплетается. Когда и что повлияет на будущее, не знает никто. Поэтому - делай что должно…

- Случится, чему суждено. - закончила за меня дочь кивая головой, - Чему суждено…

- Именно так.

Глубоко, с подвывом и поскуливанием, снова вздохнул Рамзес. Как бы намекая: я тут, не забыли, про меня давайте…

- Может сделать для Рамзеса ещё что-то, - задумчиво протянула дочь, - кулон там, диадему?

- Отчего-то есть у меня уверенность, что и твои поделки, и мои, и чьи угодно ещё просто пройдут сквозь руки это шаламбуда. Думаю, эти "врата" вхождения во благодать для него уже закрылись, - хмыкнул я, - Как говорят, нельзя войти в одну реку дважды.

На что Рамзес, словно соглашаясь, вздохнул ещё протяжнее.

- После долгих и глубоких размышлений, - обратил я взгляд на печального "всемогущего", - мой лохматый и блохастый брат по разуму, у меня есть только одно решение: ты должен подарить Люси другую мульку. Не от кого-то передать, а сделать сам, своими руками.

- Пф-ф-фхр-р… - издал возмущенно разочарованный звук Рамзес, - Брат! Ты же знаешь, что это невозможно! Я могу создать наипрекраснейший бриллиант размером с гору, но и Люси, и каждый из посланцев Великой может создать такой же. Всё, всё что только не придёт в голову, от макро- до микро-, самое удивительное, красивое или, наоборот, ужасное, я могу создать. Но и Люси сможет создать тоже. Наши "мульки", брат, не имеют никакой ценности друг для друга, ты же знаешь. Только вот такие, как подарила мне Жемчужинка.

- Ты уже захлопнись и дослушай мудрого меня, ага! - прервал я его завывания, - Внимательно послушай. Великая, ни секунды не сомневаюсь, очень тобой недовольна. Очень. Но как мудрая, напрямую в ваши отношения не полезет. А вот если ты припадёшь к её ногам и попросишь дать тебе шанс, она даст.

- И что попросить?

- Ты попросишь её обнулить тебя!

- Э? - вылупился на меня Рамзес.

- Обнулить, как посланца. Лишить могущества! Выкинуть тебя в мир простым игроком нулевого уровня. Что бы даже почесаться ты смог бы, лишь напрягая булки до невозможности. Я бы даже посоветовал тебе взять на себя суровый обет, что не сможешь использовать ничего, не сделанного тобой собственными руками.

Захочешь не из лужи хлебать, а из тарелки или там кружки, значит, вырежешь их из дерева, выдолбишь из камня, из бересты скрутишь. А для этого нож изготовишь, сам. Из камня. А захочешь железный, значит, пройдёшь всю цепочку! Руду найдёшь, камнем откалывать будешь, потом молот отольёшь, наковальню. Одежду захочешь - шкуру сдерёшь и сам обработаешь, захочешь ткань, волокна натрепишь, станок смострячишь, наткёшь… И так во всём, Рамзес, во всём, от самого истока! Ни крошки, ни кусочка, ни клочка не тобой сделанного, использовать не сможешь. Всё только сам, брат! И вот тогда, когда ты, преодолевая и возвышаясь, отбиваясь от кракозябр и туповатых цифровых героев, создашь собственными руками, ну пусть будет диадема, и сочтёшь её достойной, чтобы подарить Люси, будет тебе прощение.

- Да! - подскочил возбуждённый Рамзес, сверкая глазами, - Да! Да! Да! Брат! Именно так! С нуля, с самого дна! Великая не откажет, я уверен!

Он порывисто обнял меня, счастливо скалясь.

- Прости брат, спешу теперь. Когда увидимся, не знаю. Не скоро… Но увидимся. Я заслужу прощение.

- И ты прости, - притянул он к себе Жемчужинку, - За то, что глупо распорядился подарком твоим. За то, что расстроил… и за это тоже…

- Фу! - воскликнула дочь, улыбаясь сквозь слёзы и утирая моську, облизнутую шакалоголовым, - Фу так делать, дядя Рамзес!

- Прости, прости, - оскалился он, - но пожалуй, не удостоюсь я больше удовольствия лизнуть тебя, сладкую. В следующую нашу встречу и по возрасту твоему, а тем более по твоему статусу, мне будут непозволительны такие шалости.

- Не говорю - прощайте. Говорю - до свидания.

- Удачи брат! - ткнул я его в лохматое плечо.

- Удачи дядя Рамзес! - прижалась к нему дочь.

- До встречи! - и… исчез.

- Это будет нелегко, - постояв с запрокинутым к небу лицом, наконец-то отмерла дочь, - Дяде Рамзесу будет нелегко. С нуля… Не имея возможности использовать чужое.

- Но очень для него полезно. Всемогущество нужно зарабатывать горбом, кровавыми мозолями, голодом и холодом. Болью… Тогда оно будет не только ценным само по себе, но осознанным. И, уверен, во благо. И тому, у кого оно есть, и другим.

- Я не зарабатывала могущество мозолями, отец, - серьёзно посмотрела на меня Жемчужинка.

- Кровавыми, - я ухмыльнулся, - нет, конечно. Но ничего тебе не доставалось просто так. Даже то, что, казалось бы, взялось у тебя ниоткуда. Учёба, тренировки, прокачка… Ежедневно, каждый день. А то, что ты не всегда это могла заметить, может, это моя заслуга, э? Как мудрого учителя и любящего отца?

- Конечно твоя, отец, - мило улыбнулась мне дочь.

- Как думаешь, - спросил я её, - Великая разрешит?

- Мама-то, - ухмыльнулась Жемчужинка, - С такой-то подачей?! Хех! Конечно.

- Давно догадалась?

- Что Великая и мама одно лицо? - она пожала плечами, - Тоже мне, секрет Полишинеля.

Неуловимый светящийся муар скользнул по фигуре дочи и…

- Алярм! - заорал я - Все на Принцессу! Отплываем немедленно!!!

Глава 22

Затрубили трубы, ударили литавры, содрогнулось небо и вскипела вода! Огненно красные буквы готического шрифта на чёрном фоне выскочили перед глазами! да ещё и голос неживым, с металлическим оттенком продублировал сообщение.

"Внимание! Глобальное сообщение! Великий Кракен вышел на охоту! Он хочет пожрать божественного ребёнка!

Герой! Защищай дитя!"

- Мля! Какая безвкусица, однако! - не мог не выразить я вслух своё искреннее возмущение. И не столько тем, что уже дней десять ждём, а самой подачей глобального события, - И голос, и шрифт, и цвета! Ни фантазии, ни эстетики… Это кто ж такой рукожопый такое спроворил. Два ему! Нет - кол! Кол в дневник и в жо... тоже! Это ж надо так налажать.

Я так думаю, это сообщение увидели и услышали все в Бесконечной Вселенной. А вот обычным шрифтом, без фанфар и огромных букв следующее сообщение уже конкретно для меня: "Внимание, Господин Мо! Начало события начнётся через шестьдесят минут."

- Да вы издеваетесь! - заорал я в небеса.

- Что? Что случилось? - проскрипел Старый.

- Дали час времени, до начала событий!

- Ва-а-а… - отпала у него челюсть.

Мы хоть и недалеко бороздили волны, нарезая круги вокруг острова, но за час всяко не успеем. На «Принцессе Мио» точно. Мели. Многокилометровые мели.

- Отец! - как ни хорохорилась Жемчужинка, как ни готовилась морально, но если не полный испуг, то основательная тревога присутствовала. Заквакали, тревожно зашевелили глазами остальные бацхвари.

- Так, спокойно! - собрался я с мыслями, - Спокойно всем. Час- это до! До начала события. Не выскочит же огромный кальмар со товарищи прямо посреди мелей. Хоть какое-то правдоподобие должно же соблюсти.

- Я возьму дочь и долечу минут за пятнадцать. Головастик реактивной торпедой домчит сам, и может прихватит цепкими щупальцами пару бойцов. Ещё шестеро поедут на аквабайках. За полчаса доберутся и те, и эти. Потом я заберу Старого. А остальные пока плывут на тримаране до самых мелей. А там поскачут сами. Возможно, я успею сделать ещё пару ходок. Остальных подберут аквабайки и Головастик. Если не будем жевать сопли, в час, плюс\минус, уложимся.

Мы уложились! А потом ещё час ожидали. Успели спрятать не только дочу и старого, но и почти всех бойцов, кроме парочки у самого входа. Я барражировал под облаками, обозревая океанский простор вооруженным глазом. Сине-зелёная лазурь… Погодка сегодня - само спокойствие. Волнение слабенькое, ветерок ещё тише.

Бедная «Принцесса» сиротливо торчала, врезавшись всеми своими корпусами в серо-желтый песок гребенчатой мели. Выживет ли, переживёт?

И вот, на исходе второго часа, на горизонте, между небом и водой, оттуда, где самая глубина, которую на Океании называют Тёмная Бездна, что-то показалось. Не сказать, чтобы быстро, но и не медленно. Прошло не более десяти минут, и уже стало хорошо видно, что это огромное серое пятно, не меньше километра в диаметре, двигающееся под водой. Пятно, словно гигантская амёба, выбрасывало и втягивало короткие отростки-ложноножки, то становилось шире, то уже, то чётче, то словно заглубляясь в толщу воды.

Как-то я себе представлял великую гадину иначе. Более внушительным, что ли, как-то покомпактней, формой всё же ближе к классическому кракену. Но ещё минут через десять я понял свою ошибку! Это не сам кракен, это были его миньоны. Тысячи… Или десятки тысяч?

Они роились и кишели, наслаиваясь друг на друга, переплетались и клубились! Чем ближе, тем больше деталей выхватывал мой зоркий глаз! Кого там только не было. Рыбы и морские звери, рептилии и амфибии, медузы и крабы, океанские змеи и самодвижущиеся раковины, головоногие и рукоголовые! Я даже с помощью прокаченного интуита смог опознать лишь исчезающе малую часть кракозябр, что надвигались на нас.

Гладкие и чешуйчатые, с щупальцами и ластами, с суставчатыми конечностями и клешнявыми лапами, рогатые, зубатые, шипатые. Здоровые все, отожратые! Посвёркивают магическими разрядами, парят маревом злой энергии! Кого и каких только там форм и видов не присутствовало, да. Вот только одного я не видел, самого главного плохиша. А значит он появится в самый последний момент. Предварительно завалив нас своим рядовым мясом

Вот только хер ему! Это даже неплохо, что они все такие большие, как раз пузом на мель и сядут. Все не все, но половина - точно. Тяжело плыть по суше дунклиостею, да и огромной медузе-огневику, с куполом размером в пару метров, непросто изящно парить без воды. Вот как вылезут на мель, так я и начну, помолясь, а пока жду. Мне самое главное - кракена дождаться.

Скоро… скоро…

Когда весь этот безумный зверинец достиг первых мелей, случилось то, что я и ожидал, то, на что я надеялся - затор! Знатный такой, метров шестьсот по фронту. И это только"первая" линия. Гораздо больше кракозябр находились всё ещё в воде на многие сотни метров.

Вал тел образовался аж в несколько слоёв. Где-то он продвинулся дальше, где-то застрял раньше. Все, кто может только плавать, разогнавшись, так и выкинулись на песок! Извивались, беспомощно били хвостами, плавниками и ластами. Разевали зубастые пасти, топорщили иглы и шипы.

А вот те, кто мог хоть как-то передвигаться и по суше, полезли через них шевелящейся массой! Кто-то - крабо и ракообразные, осминоговидные, пиявки и змеи - более ловко, а кто-то менее. Улитки, трепанги, морские ежи, слизни и ползучие актинии, морские звёзды…

Только не подумайте, что всё перечисленное так и выглядело. Вовсе нет, это, скажем, только общий образ, а местами только ощущения. Каждая тварь была искажена, гипертрофирована, чем-либо дополнена из набора "злобно-монстрячьих" элементов.

Они ползли, перебирались, протискивались через вал "пловцов", совершенно не обращая внимания на последних. В зависимости от личного набора, вес там тяжкий, слизь ядовитая, острые ноги-спицы, кололи, травили и давили! Те, кто внизу, отвечали им взаимностью: кусали, брыкались, били хвостами, разражались магическими способностями… Любо-дорого было посмотреть!

Глядя на всё это безобразие, я сделал очень приятный вывод: весь этот зверинец не управляется единой волей. Во всяком случае, каждая тварь хочет добраться до дочери в индивидуальном порядке, невзирая на вроде как союзников. И ломятся они по кратчайшей прямой. Просто праздник какой-то! Никаких хитрых тебе обходных манёвров, заходов сбоку, ударов по тылам! И это просто прекрасно!

А ещё хорошо, что магия, которая, конечно, присутствует у многих кракозябр, может и мощная, разнообразная, но всё же заточена всё больше под водную стихию, а значит, в воздухе и на земле - не дальнобойная. Бесконечная Вселенная - мир нарисованный, виртуальный, но логический баланс тут имеет место быть. Не в каждом отдельном моменте, стоит заметить, но довольно часто. То, что действенно в воде, повторюсь ещё раз, плохо работает вне её и без неё. А если и работает что-то, то на короткой дистанции. В лучшем случае - на десятки метров, но уж никак не на сотни. А уж мне-то, барражирующему в паре километров, и вовсе лепо. Мне-то ничего, а вот товарищ Мо им… хе-хе…

Я погладил футуристичную винтовку и, зависнув в относительной неподвижности, приник к прицелу. Глаза просто разбегались от количества целей, оттого можно стрелять куда угодно и в кого захочешь. Поэтому я, пока, просто ориентировался на собственные желания. Ну-ка, кто там у нас вкусный!

Панцирь хорошо знакомой мне топороклювой черепахи вспух и разлетелся осколками в разные стороны, разбрасывая как внутренности, так и симбиотов, сидевших у неё на спине!

Мда… Рельсотрон "Немезида"- это не Дудук - приблизительное подобие пулемёта. Тот тоже неплох, но куда ему до моей "девочки". Я специально метил не в голову, а в панцирь черепахи, посмотреть на результат. Результат очень понравился…

"Внимание, Господин Мо! Вы уничтожили черепаху Тортиллу! Сила +1 Интеллект +1...

- Во как! - восхитился я, - Давненько мне не слали ништячков! Убрать оповещения во время боя! - вызверился я в небеса.

Сообщение Системы свернулось и повисло на периферии зрения маленькой полупрозрачной точечкой.

- Ишь ты, проснулись! Решили усилять по ходу преодолевания, м? Когда у хероя булки подгорают? Мудро, мудро…

Следующим я выцелил какого-то моллюска, тащившего на себе огромную, закрученную винтом, раковину с отверстием-воронкой на самом верху. Это ж-ж-ж неспроста! Тоесть, из этой дырочки обязательно какая-нибудь гадость вылетает. Выстрел…

Ловкий спрутообразный головоногий, весь чёрный, со множеством щупалец на концах которых разевались зубастые пасти, перекатился через медлительного брюхоногого, и как раз загородил его собой. Однако…

Стрелка просто испарила спрута и полетела дальше, превращая в опалённый фарш и мелкие обломки самого моллюска. Точечка на периферии скромно подмигнула пару раз, тактично сигналя, что мне снова капнуло единичек. Хех…

Так! А вот этот, заживо сваренный крендель, мне тоже знаком! Крабоид, тугой и многоногий, вваливший нам с Головастиком трендюлей и покоцавший своими гадкими ногами «Принцессу»! Помнится, и от гранат он даже не почёсывался! А как тебе стрелка, разогнанная до нескольких махов?

Панцирь не разметало на куски, как у черепахи, зато, пробив небольшую дырочку, создало такое внутреннее давление, что вырвало все его ноги и клешни и раскидало их в стороны! А их открывшейся пасти выметнулся фонтан огня пополам с ошмётками внутренностей. Прикольно получилось, однако!

Так дальше и пошло! Я стрелял и стрелял. В самых шустрых, в самых больших, в самых, на мой взгляд, опасных. Рельсотрон, разгоняя металлическую стрелку до неимоверных скоростей, превращал её не только во всё пробивающий снаряд, но и при столкновении с чем-то твёрдым, почти в плазму.

Кого-то прошивало насквозь, прожаривая, вскипячивая изнутри. Других разрывало или расплёскивало. Часто убив одну кракозябру, стрелка летела дальше, убивая вторую, а то и третью. Нередко твёрдые "запчасти", скажем так, разлетаясь, калечили тех, кто копошился рядом. Расстреливать вал шевелящихся монстров, скрипящих, шипящих, издающих преотвратные звуки, было одно удовольствие.

Но встречались и особо тугие экземпляры. В основном с мощной способность магических щитов. Но для таких уникумов у меня имелся аргумент, да. Моя способность "проникающий выстрел", сиречь - пробой. Он-то как раз и игнорирует первое препятствие цели. За счёт магии "пуля" проникает за щит или за сверхкрепкий панцирь, или динамическую чешую, ну, а дальше, всё по прежней схеме: попал - убил!

Помнится, в схватке Право на Жизнь, мне заблокировали эту "фишку", а то бы я дал похохотать и тортиллам всяким и крабоидам. Ныне всё иначе, отстреливал самых "толстошкурых" или шустрых сразу по откату способности.

- Так! - сказал я сам себе, когда завалил с полсотни монстров, - Постреляли знатно, но пора взбодрить весь это зоопарк и иными способами. Поднявшись повыше, сделал петлю и пошел на бреющем над копошащимся валом из монстров, с приличной такой скоростью. И врубил, пожалуй, самую прокаченную ультимативную способность - "Энергот"! И аж две его ипостаси: "насос", что вытягивал энергию из любого живого существа и убивал тех кто "послабже", более "толстых", на коротком воздействии, обессиливал и вводил в ступор. А затем вступала в действие вторая ипостась энергота! Собранная энергия трансформировалась в электропотенциал, копившийся у меня в особом органе, а электропотенциал, в свою очередь, позволял мне шмалять молниями. Жирными, мощными! Коронными разрядами, молниями цепными, шаровыми! Пожалуй, я ещё никогда не использовал свой энергот настолько полно и массированно.

Словно ангел возмездия, я пронёсся над валом тел, стараясь зацепить, прежде всего, всех, кто мог передвигаться по суше. Растопырив руки, я высасывал жизнь из всех, кто попадал под моё излучение, и тут же возвращал накопленное обратно, купая миньонов кракена в водопаде сине-зелёных, фиолетово-красных и неоново-белых разрядов!

Энергот иссушал и обессиливал, а молнии безжалостно добивали! Они прожаривались целиком или местами, они вспыхивали снаружи, они пропекались или вскипали изнутри!

Дважды я прошелся над затором… Может и не все там погибли, может остался кто оглушённый и покалеченный, а кто-то, наделённый особыми умениями именно против моей магии, вовсе уцелел, но осталось таких единицы. Единицы из пары тысяч! В любом случае, всех бегунов я успокоил. Пока следующие шустрики переберутся через гору трупов, раскорячившихся ногами, клешнями и шипами, через дымящиеся и подгорающие панцири и огромные раковины, оскальзываясь в каше из бульона вскипевших тел и их фрагментов, пройдёт определённое время. А потом причешу всю эту кодлу ещё раз, и ещё, если позволит время. Ибо не они, шипатые, горбатые и всякие разные, моя основная цель. Великий Кракен - вот мой основной противник!

Но пока его нет, мои заходы "побомбить" очень мне понравились, да. Помимо того, что иссушил и прожарил многих и многих, я летел достаточно быстро, чтобы ни одна тварь не успела и не смогла бы ударить своими умениями. Да и летел я на приличной высоте, метров пятьдесят, поди среагируй, да ещё дотянись! Не зря вкладывал очки в способности.

И да, способности… Они же - характеристики, умения, магия-шмагия! Пока болтались вокруг острова, я распределил все свои свободные очки, которые копил ещё до появления Жемчужинки, и которые собирал, словно скупой рыцарь, где только можно, после того, как понял, что мне предстоит сделать. Я хоть и не цифровой герой, но и не простодырый оладух, пренебрегать вдумчивым усилением не собирался. Самый простой способ зарабатывания универсальных очков - высадится на новый остров и дать ему название. И вот тебе, товарищ Мо - плюс очко! Высадил на ПМЖ слизня лампочку - ещё одно. Итого - два, одним, так сказать, событием. Для меня привилегия такая, тут на Великом Архипелаге, бонусная территория, однако. И я таки пользовался этим преимуществом не стесняясь.

Не стану утомлять подробностями своего усиления, куда ввалил очки, и сколько, скажу лишь, что три дня я морщил мозг над этой проблемой. Но не только я, а ещё и дочь, и Старый, и Головастик. Один ум… сами знаете что!

Я даже расписал на пол палубы центрального корпуса тримарана ветвистое дерево своего развития и способностей, прикидывая лучший вариант усиления. Чтобы каждое вложенное очочко не только усилило данную способность, но и влияло, очень бы желательно, на другие. Хоть прямо, хоть косвенно.

Конечно, механикуса, конфикционера, синтез, и тому подобные профессии я не трогал. И многие "боевые" или условно похожие на них, к примеру, Мастера Ядов, я тоже не усиливал. Что-то и так отлично прокачено, а что-то просто не пригодится, но именно полезные, как мне представлялось, способности я усилил на все без сдачи.

Каков результат? Как показала практика, весьма неплохой, я вам доложу. Но выписывать "портянку" со статами не буду, кому это интересно. Кракозябрам? Им и выстрела Немезиды хватает. Кракену? Ему, походу, вовсе будет насрать. Почему? Потому что он таки показался! Видно, надоело ему моё безнаказанное избиение собственных миньонов. И был он велик. Нет - ВЕЛИК! Звиздец какой огромный…

Где-то в море, километрах в пяти от первых мелей, там, где начиналась более-менее приличная глубина, взметнулись ввысь колоссальные щупальца! Взметнулись, заколдобились, затряслись во силе тяжкой и гневе лютом, роняя с себя целые водопады и порождая огромные волны…

- Двенадцать щупалец, - сухо отчитался интуит, - Самые маленькие - семьсот сорок метров. Самые длинные - восемьсот пятьдесят метров. Средняя толщина у основания - пятьдесят метров.

Да-а-а… Вот так тентакли! Мечта японских анимешников! И цвет ещё такой, бледно-желто-поганистый! Присоски, кажущиеся отсюда совсем небольшими, на самом деле - огромные десятиметровые синевато-красные воронки, влажно трепещущие краями, а внутри разеваются зубастые пасти. Ох! Что-то мне нехорошо! А ведь Кракен, теперь я понимаю отчего его величают с большой буквы "К", ещё даже не показался! Так, только "ручёнки" шаловливые высунул… Ну-ка!

Попасть из Немезиды, с моими-то возможностями, да в такую мишень труда не составило. Одно из щупалец заметно содрогнулось и даже из него полетели какие-то брызги и ошметки, а в целом, скажем так, куснул больно, но словно мелкий чихуахуа за грубый большой палец. Да, Немезида, девочка моя, хороша, но тут надобен калибр сто пятидесятый, не меньше!

Но, тем не менее, я поразил мотающиеся щупальца ещё раза три, прежде чем возмущённый болезненными уколами хозяин щупалец соизволил показаться над поверхностью. Воды океана раздались в стороны, и показался он - Великий Кракен. Показался ещё не весь, но сука, мать его заногу, да он, наверное, километра два длиной! А толщиной, судя по тому, что я вижу, метров пятьсот!

Около классическая форма тела кальмара! Телом "кожаный" гладкий и лоснящийся и даже ещё более бледный, чем щупальца. Но были и отличия, кудаж без них! По всему телу Кракена разбросаны подвижные пирамиды с глазом на конце. Точь-в-точь как у хамелеона, только размером слегка побольше. Очень побольше! Метров эдак по пятьдесят длинной, а сам зрак не меньше метров трёх! Хамелеоньи глаза шевелились, изгибались, скукоживались, почти прячась в тело, или наоборот - вытягивались на всю длину, и было их много. Короче, с обзором, добавлю - круговым, у кракена проблем не наблюдалось.

Щупальца, как оказалось, равномерно располагались вокруг пасти. Не клюва, как у нормальных кальмаров, а именно пасти. Большой такой, круглой, метров в двести воронки, обрамлённой треугольными лепестками-диафрагмами, усыпанными кривыми и мощными зубами. Лепестки схлопывались, закрывая "варежку", и вновь жадно раскрывались в возбуждении и предвкушении! Да и сам зев пасти, уходящий в глубину тела, был окольцован многими рядами ещё более массивных зубов. М-да! Какие-нибудь дунклиостеи, мегалодонты или тортиллы для кракена - не более чем килька. На такую мелочь он поди даже не охотится. Он и Ураррат типа «Сияющей Медузы» заглонёт в один присест!

Я, ничтоже сумняшеся, пальнул в глаз кракену, и его, глаз этот, просто разметало! И гадине оно совсем не понравилось! Вздрогнув всем телом, он раззявил свою пасть-пещеру и инфернально заревел. Оглушающе, чудовищно! Словно кусок пенопласта размером с гору Килиманджаро, протянули по стеклу площадью с Австралию! Звуковая волна была настолько мощной, что её даже можно было увидеть! От крика Кракена встали трёхметровые волны, взвился песок целыми облаками, ударил ветер! Они подхватили ближайших миньонов и кувыркая, болтая словно в миксере выкинули далеко на мель. Меня и самого меня унесло в далёкие дали. Едва-едва удержался от эпического шмяка об землю, еле-еле из штопора вышел!

Кракен же, чтоб его стрющило, врубив свои гигантские водомёты, так, что позади него встали фонтаны на пару сотен метров, рванул вперёд и… с размаху зарубился на мель! Тупая скотина! Столько глаз - и не видит куда прёт, хе-хе…

Заголосив, заклокотав ещё более гневно, размахнувшись всеми щупальцами и обрушив их на песок, он, напрягшись, протащил себя ещё метров на триста! Следующим усилием - ещё метров сто! И застрял окончательно!

Ворочаясь, ревя, изгибаясь, он колотил своими щупальцами, в бессилии взрывая целые траншеи в песке, заодно убивая собственных миньонов, что копошились на мели. Вот какой молодец, просто красавец! Беспощаден не только к себе, но и к своим! Время от времени Кракен выдавал водомётами струи размерами со среднюю речку и на много сотен метров. Но всё напрасно - застрял ушлёпок, как есть застрял!

- Лепо, лепо, - удовлетворённо вырвалось у меня после осмотра диспозиции. Кракен, он, конечно, Великий, но и застрял великолепно! Миньоны ползут потихоньку, из тех, кто может, но тоже буксуют, вязнут, застревают в зыбунах, давят кого "пожиже". К примеру, всяческим медузам совсем беда. Они хоть и жалят в ответ, током бьют, кислотой обливают, но помогает им это мало. Совсем никак. давят их безжалостно…

В общем, размер и вес кракозябр сейчас, как раз, и играет против них, да и скоростных бегунов на длинные дистанции среди них совсем не наблюдается. Какие доползут, тех Головастик встретит ближе к пещере. Ну и я постараюсь их пощипать основательно. И не только из Немезиды, отнюдь.

- Лепо… Пока всё по плану, да. Но кудаж тебя ткнуть, сердешный, чтобы ты гарантированно и быстро сдох? - задумчиво пробормотал я, нарезая небольшие петли в воздухе.

"Внимание! - выскочило сообщение Системы, - Защитник, порази сердце Великого Кракена и вырви из него Чёрный Рубин, сосредоточие его жизни".

И в ту же секунду на теле Кракена, где-то внутри него, ярко вспыхнула рубиновым цветом маленькая точечка. Путеводная, так сказать, звезда!Маркер куда бить!

- Спасибо любовь моя, - широко улыбнулся я.

В том, что это сообщение пришло от Евы, я не сомневался ни секунды. Хоть она никак и не могла помочь, кроме как намёками и расплывчатыми советами, но вот это целеуказание прям очень вовремя, именно сейчас.

- Спасибо, свет очей моих. Дорога ложка к обеду… Ну, что, огромный тупой кусок морепродукта, - ощерился я на гада, который припёрся за моей дочерью, - пожалуй, пора открывать вторую часть марлезонского балета!

Но Великому Кракену мой план пришелся совсем не по душе. Да, совсем…

За его "спиной", километрах в двух, стал образовываться огромный водяной горб! Выше, толще, шире, ещё выше… Это небыло похоже на цунами, которые рисуют и показывают в кино, никакой вертикальной стены воды до неба, нависающей над несчастными. А вот на реальные цунами - очень. Вал воды, что с каждой секундой становился всё мощнее и мощнее, набирая объём и высоту, не быстро, но неумолимо покатился на остров. Он уже сейчас был метров на десять выше береговой линии. Кракена особо не поднимет, а вот всю мелкую шелупонь вполне. Поднимет и притащит к доче. А судя по тому, что волна всё ещё подрастает, то притащит к ней и кракена! Ему только раз ударить одним из щупалец по каменному клыку, и он развалится. Максимум пару-тройку раз… Сука, вот это медный таз на все мои планы! Вот так, пи-четыре-целых-и-три-десятых-здец!

Я настолько растерялся, что застыл в каком-то завораживающем оцепенении и пропустил момент, в который вся масса кракозябр была поглощена волной. Как они вобрались ею, закрутились в неё, забултыхались, оживились! Как поволокла она их вперёд, стремительно пожирая десятки метров за какие-то секунды! Ближе, ближе… Те три километра мелей, что прикрывали клочок суши с каменным клыком, которые, как мне казалось по первым минутам столкновения, весьма надёжно встали на защиту дочи, волна пожирала очень быстро! Слишком быстро!

Я, впав в некоторую панику, сорвался в полёт над этим кипящим бульоном, стрелял из Немезиды, поливал молниями, вытягивал из монстров энергию "насосом", кидал бомбы, кричал что-то гневное и отнюдь не литературное! Потерял самообладание и начал делать глупости! Летел слишком низко, утратил концентрацию…

Кракозябры, почувствовав себя в родной стихии, гораздо эффектнее стали шмалять в меня своими магическими умениями. Пару раз меня чуть не сбили стремительные выбросы воды, меня осыпали колючки и шипы, электроразряды я благополучно отражал умением "зеркало", огрызался зло и больно, но всё это не то, не то… План, медленно и вдумчиво расстрелять, высушить и поубивать током миньонов кракена, а затем вдумчиво и не спеша разобраться с ним самим - смыло. В прямом смысле слова! И в момент глубокого осознания, что я занимаюсь хернёй, уничтожая миньонов, а надо лететь и бороть самого главного гада, иначе всё будет очень плохо, всё изменилось! Волна, мутная от песка и грязи, волокущая враз оживившихся кракозябр - остановилась! Она, мать её - остановилась! Словно врезалась в невидимый, но непреодолимый барьер! Стала расти вверх и вверх и…

Жемчужинка сидела в верхней, самой последней камере, выдолбленной в этом каменном клыке. Старый и ещё пяток бацхвари находился возле неё, а также сундуки с боевой алхимией, гранатами и запасными дротиками, копьями, лечебными жижками.

Остальные бойцы распределились по этажам, готовые отражать атаки и стоять насмерть. Но, как раз глупую упёртость отец им категорически запретил. Лучше вовремя отступить, переформироваться, эвакуировать раненых, говорил он. Вылечить, восстановить здоровье у нас хватает мощных универсальных эликсиров, спасибо Мими. В этом, на самом деле, таковы уж реалия войны, мало человеколюбия или сострадания к раненым, говорил он. Голая рациональность! Подлатать и снова поставить бойца в строй, говорил он.

Да, так говорил отец. Но она-то знала, чувствовала, во многом его рациональность неискренняя, он переживал за бацхвари, понимая, что они упрутся до последнего, умрут, но не отступят. А так, вроде всё логично: дольше сохранить жизнь бойцу, чтобы он смог нанести максимальный ущерб!

Много, много раз они все, кто сейчас находился внутри скалы, отрабатывали всяческие варианты как защиты, так и эвакуации раненых, оказания первой помощи, да и самого лечения. Рассортированы жижки, мази и эликсиры, бинты…

Она тоже готовилась все эти месяцы, и в лечебных дисциплинах, она ведь маг жизни, и в управлении водой, основного своего атрибута. В лечебных умениях ей помогали и Люси, и Ночка, многое дала мама. Ещё книги… Но, как говорил отец, могущественные посланцы - это хорошо, мама - прекрасно, книги тоже совсем неплохо, но всё это постольку поскольку. Неструктурированный наскок! Магия вчистую, творя невероятное, как это ни странно, дочь моя, обрезает многие возможности развить истинное понимание медицины. Ослабляют и обедняют мага жизни, как бы это не удивительно звучало. Такое вот моё мнение.

Самый лучший бы для тебя вариант - освоить широкий спектр обычной медицины, стать традиционным специалистом. Такой, кто обучался этому целенаправленно и долгие годы, кто уже достиг значительных успехов. Кто не только постиг тайное через магию, но и через саму природу, через научный подход. Не руками пассы изобразил, а ими же взял скальпель или глазами приник к микроскопу… Вот тогда магия, действительно, станет настоящей "магией".

«Принцесса Мими?» - спрашивала она. О да, отвечал отец, она многому могла бы тебя научить. И научит, добавлял он.

Она старалась… Она чувствовала, что стала сильнее. Но вот насколько?

Когда раздался рёв\крик, так, что скала мелко задрожала, и со стен кое-где посыпались мелкие камушки, все поняли - он пришёл.

- Великий Кракен, - проквакал на бацхвари очевидную вещ Старый, - Мо, отец твой, уже сражается.

- Я знаю, - на том же языке тихо ответила Жемчужинка.

- Он обязательно победит, - тронула её за плечо Квака.

- Не сомневаюсь, - бледно улыбнулась она, - Если не он, то кто?

- Кракен доберётся до тебя только через наши трупы, - решительно заявил Квак, и остальные поддержали его воинственным горловым клокотанием.

И в этот миг, в долю малую секунды, Жемчужинка ярко осознала, что если она не выйдет из своего убежища, если не поможет своему отцу сейчас, то всё будет очень плохо. Очень! Как помочь, чем, она поймет, когда увидит Великого Кракена. Это не было видением будущего, твёрдым знанием, но было непоколебимой уверенностью! Сейчас, именно сейчас!

- Старый! - закричала она, - Срочно цепляйте меня на лебёдку и спускайте вниз. Я должна выйти из пещеры!

- Ва-а-а… - отпала у того челюсть, а глаза заметались в разные стороны, - Но как! Отец сказал…

- Старый, - в голосе Жемчужинки прорезались лязгающие стальные обертоны, - Не время спорить! С тобой сейчас говорит не девочка Жемчужинка, твоя ученица, а Дана - сокровище твоего народа!

- Повинуюсь! - припал на одно колено Старый, - Кву, цепляй её, быстро. Квак и Квака, - отдал приказ Старый, когда Жемчужинка исчезла в узкой штольне, - за ней! Если что…

Что, если что, добавлять не стал, и так всё понятно.

Головастик расположился недалеко от входа в пещеру. Где-то тут он должен был вступить в бой с теми, кто доберётся до него. Действуй по обстановке, сказал ему Хозяин, не мне тебя учить. Да, много, много, очень много схваток прошел Головастик, мало-мало научился сражаться, используя свои преимущества и зная свои недостатки.

Хозяин не только усилил себя, но тщательно оценив и взвесив, посоветовавшись с самим Головастиком, всё, что Головастик накопил, все очки, откладываемые им на "потом" вложил на его самые нужные сейчас боевые умения. Последний раз Хозяин "прокачивал" Головастика ещё тогда, когда они пошли в поход за маленькой Хозяйкой. С тех пор минуло уже немало времени, маленькая Хозяйка стала не такой уж маленькой, уже не спит в его "колыбели" из переплетённых щупалец, но хвала Ушедшим, частенько сидит в них, как в кресле. А Головастик и тому доволен. Особенно когда она читает ему в слух сказки-рассказки. Да и правду сказать, где она найдёт такое мягкое, такое упругое, теплое, самое безопасное, послушное и даже угодливое кресло. Цвет, структура, температура - на выбор. Да, Головастик лучшее кресло, но увы, уже не колыбель…

Когда они пришли, гады морские, монстры, кракозябры, Головастик был спокоен и сосредоточен. Хозяин мудр, он правильно выстроил тактику и стратегию. И она отлично работала. Они застряли…

Он видел, как Хозяин стреляет из своей Немезиды и росчерки ионизированного воздуха втыкаются в ползущий вал чудовищ. Радостно провожал зорким глазом отлетающие ошмётки и запчасти, от тех, кто панцирный, чешуйчатый или излишне толстокожий. Как испаряются и разбрызгиваются аморфные и "полужидкие". Как промчавшись карой небесной, Хозяин высушил и спалил молниями целые сонмы тварей! Интересно, отстранённо подумал Головастик, есть ли среди этой безумной массы представители его расы - туанн"на. Если есть, это было бы печально, Головастик не хотел бы убивать кого-то из них, но убьёт безжалостно, если кто-то попробует угрожать его маленькой Хозяйке хоть кончиком щупальца. Да, хоть кончиком…

А потом вылез он, Великий Кракен. Он был воистину велик! Огромен, ужасен, гневен! Но Головастик был воспитан Господином Мо! Куда Кракену, даже такому большому, до него. Настоящее величие, говорил Хозяин маленькому Головастику, не в размерах. Настоящие смелость и отвага не зависят от количества врагов. Истинная сила не в силе, а в правде. Головастик запомнил, Головастик рос и убеждался в правоте этих слов! Если бы Головастик мог смеяться, он бы смеялся! Но он не мог, а потому открыл несколько узких щелей на теле и стал задорно пердеть, подсвистывать и издавать всяческие издевательские звуки! Великий Кракен застрял! Сел пузом на мель! Там он и найдёт свой бесславный конец! Хозяин мудр…

А потом что-то пошло не так! Хозяин частенько любил повторять эту фразу, когда они встревали куда-то, когда продуманные планы летели в Тёмную Бездну, и вылезала нежданная и совсем некстати какая-нибудь проблема…

Именно этого больше всего опасался Хозяин! Того, что Кракен выкинет какой-то козырь! Должен у него он быть, говорил Хозяин Головастику, Старому и маленькой Хозяйке, должен. Не думаю, что много, ибо таковы законы этого мира, у нас должен быть реальный шанс победить Кракена. Не может быть невыполнимых условий, я много раз уже убеждался в этом, но козырь у этого монстра будет. Только вот вопрос - какой?

И Головастик видел, Кракен выкинул свой козырь - пришла волна! Она подняла всех миньонов и поволокла к каменному зубу, где скрывалась маленькая Хозяйка! Она, что ещё хуже, даже слегка приподняла самого Кракена… Водяной вал тащил кракозябр всё ближе и ближе! Вот ещё немного, и он дойдёт до самого острова! Он видел, как метался Хозяин, поливая волну молниями, кидал гранаты, и стрелял, стрелял, стрелял… Но…

Да, внутренне вздохнул Головастик, похоже без преодолевания и зубовного скрежета не обойдёмся. Герои будут страдать. Он вынул из волшебного сундука, что стоял позади него, и было таких несколько, целые связки гранат и, приподняв щупальца, стал ожидающе покачивать. Кидать такие подарки Головастик научился далеко и точно. Залп из десятка склеек с разными магическими наполнителями даст основательно погагатать всем, кто попадёт под такой взрыв. Но не во всех щупальцах Головастика были гранаты. Два бронзовых кинжала, верой и правдой служивших ему ещё с тех времён, когда он отобрал их у хобол, ловко вертелись в его присосках.

Как-то так получилось, Головастик и сам не заметил, когда и почему, два его кинжала стали именными артефактами. Всё, что находилось у него внутри пространственного кармана, когда Головастик принимал нематериальную форму, перемещалось вместе с ним. Всё, что находилось на нём или в щупальцах, оставалось на месте. А вот совсем недавно вдруг выяснилось, что его кинжалы оставались вместе с ним. Мало того, Головастик не мог атаковать в нематериальной форме, а кинжалы могли. Такая вот она, магия - сказал на это Хозяин. И хорошо, что такая магия есть, согласился с ним Головастик! Он зарежет этими кинжалами много, много врагов! Скоро… Скоро…

Один глаз Головастика, тот, что контролировал заднюю полусферу, с удивлением расширился, увидев, как из пещеры выскочила маленькая Хозяйка! Он даже ещё среагировать не успел, как по мозгам ударил повелительный приказ, которому он не мог не подчиниться:

- Головастик, в сторону!

Он и отпрыгнул! Маленькая Хозяйка только несколько секунд разглядывала несущуюся на них волну, а потом вытянула руки вперёд, раскрыла ладони и - словно упёрлась во что-то! Упёрлась, да! В волну! А волна упёрлась в то, что поставила перед ней маленькая Хозяйка!

Водяной вал забурлил, вспенился, остановился и стал расти в высоту. Выше, выше… Кракозябры вертелись в мутной воде, бились друг о друга, кувыркались, теряя суставы, чешую, клешни, элементы панцирей, усы и щупальца, и тентакли… Вал уже вырос метров на пятнадцать в высоту, навис, мутный и ужасный! Лицо маленькой Хозяйки исказило судорогой, по нему тёк пот, а потом - и кровавый пот, руки дрожали и… стена воды поползла обратно! Медленно, не спеша, а потом всё быстрей и быстрей, уменьшаясь, опадая в объёме! Она тащила кракозябр обратно, хотя многих, особо тяжелых и раскоряченных, роняла на песок, оставляя кашу из поломанных, убитых, повреждённых и ещё вполне целых.

Вот волна миновала самого Кракена, роняя его на мель, теперь уже совершенно безнадёжно застрявшего. Вот она отхлынула ещё больше оголяя мели, усеенные кракозябрами, вот… и тут Маленькая Хозяйка покачнулась. И упала бы, да только не у Головастика. Моментально подхватил её цепкими щупальцами, прижал ласково, ощупал. Цела! Жива! Цела! А тут из пещеры выскочили Квак и Квака! Головастик передал маленькую Хозяйку им на руки и ткнул в зев пещеры. Дважды повторять им было не нужно. Мотнув плоскими головами, они аккуратно потащили её внутрь. Хорошо, там маленькой Хозяйке окажут нужную помощь. Она ещё пока совсем юная, только-только стала на путь возвышения, но уже сейчас враз побила козырь Великого Кракена! Головастик гордится ею!

Он зорко оглядел пространство перед собой, заваленное копошащимися телами монстров. Его, так сказать, клиенты! Прикидывая, кого и как придётся убивать, чтобы потратить на это как можно меньше сил и времени, одним глазом заметил, как ему махнул рукой Хозяин и полетел к Кракену. Там свершится битва Хозяина, а его тут! Делай что должно, - пробулькал сам себе Головастик, - случится, чему суждено! Чему суждено… Ну чтож, приступим…

Ах как он заорал, как заорал! Как стал колотить своими щупальцами вокруг себя, вздымая целые фонтаны мокрого песка и обломков от собственных миньонов!

Когда волна застопорилась, словно упёршись в невидимую плотину, я очень быстро сообразил, чья это заслуга. И правда, дочь, выбравшаяся из пещеры вопреки всем моим указаниям, вытянув руки, сначала остановила волну, а затем обратила её вспять. Самое лучшее, что я мог сделать в этой ситуации, во-первых, не мешать ей, а во-вторых, когда её благополучно "эвакуировали", уже заняться Великим Кракеном. А то, как бы он опять чего не отчебучил.

Разогнавшись, нацелившись на раззявленную пасть, я помчался внутрь темно-красного зубастого тоннеля. А пока летел, успел засунуть в рот стеклянный фанфырик, тот самый, что мне подарила Божественная. Пять минут абсолютной неуязвимости! Надо только не проулыбать момент, и разгрызть его вовремя.

Может кракен и заметил мелкую мошку, летящую ему в "рот", а может имелся на мне маркер "защитник", почему нет, наоборот был даже рад тому, захлопнуть губы-жалюзи даже не подумал. И щупальцами меня сбить не пытался! Так и мотал ими в небесах, да колотил вокруг себя, одним махом стопятьсот своих миньонов побивахом.

Так что, влетел я в глотку легко и свободно и помчался во влажную, вонючую темноту, разряжая вовсе стороны каскады шипящих разноцветных электроразрядов! Чтоб, так сказать, отвлечь кракена от окружающего своими внутренними проблемами. А проблемы я ему уже накидываю на вентилятор от всей своей щедрой души.

Кракен развопился ещё больше, когда я начал жарить его изнутри. Задергался, затрясся, глотка пошла возмущёнными волнами, сжималась и расширялась, ну, там, где я её не опалил до чёрной корки. Зубы-клинки двигались взад-вперёд, словно детали некоего механизма, стараясь зацепить невкусную мошку, но поди ухвати её в такой огромной пасти, да ещё и языка у кракена нет.

На самом деле, глотку я проскочил довольно быстро, всего-то каких-то метров триста, и влетел в… пещеру! Огромное, душное пространство, наполненное густой маслянистой взвесью. Как мастер ядов определил моментально - желудочный сок, точнее его летучие фракции с термоядерными свойствами растворения. Мой защитный костюм тут же заработал на полную, а Немезида покрылась нехорошими разводами. Думаю, всё моё снаряжение, да и я сам растворюсь очень быстро. Может именно поэтому Кракен "пропустил" меня к себе в желудок совершенно не препятствуя? Но тут он немного прогадал, да…

Темень стояла в желудке Кракена непроглядная. Да и ладно, мой сканер отлично "высветил" нужные мне подробности. Зависать, разглядывая его "богатый внутренний мир" времени не было, так как и крылья начали быстро покрываться коррозией. Но, слава Божественной, рубиновая звёздочка ясно указывала, куда мне двигаться! Внутрь и вверх…

"Привязка точки возрождения невозможна."

- Чёрт! - а такая отличная была идея. Закрепится внутри Кракена и, если что, возрождаясь раз за разом, перерабатывать его в фарш, пока совсем не кончится! - Ладно, пойдём по плану "Б". И я полетел.

Не знаю сколько времени, но минут двадцать я уже пробиваюсь по кратчайшему направлению к "маячку". Мясные стены, перепонки, хрящевые узлы и оболочки органов, плотные, словно резина. Я иссушаю их до состояния трухи, подзарядившись, пробиваю тоннели шаровыми молниями и лезу вперёд! Иногда через какие-то органы. Там мне попадаются внутренние паразиты, а может и симбиоты Кракена, разбираться в их биологии недосуг.

Вида они всегда ужасного, как правило - змеевидного, лентообразного, кольчатые, сегментированные, почти бесцветные, а иные и вовсе полупрозрачные. И все, как есть, безглазые. Зато с пастями всё в порядке. Здоровые, широкие, то словно цветок многолепестковые, то в виде жадной присоски. Иногда встречаются злые эпителии или амёбы. Эти, всё больше, норовят обволочь своими телами переварить целиком, кислотой облить.

Бросается весь этот зверинец на меня остервенело, безбашенно, но куда там, церемонится я с ними не собирался. Тратить время затыкивая каждую тварь отдельно рапирой или удушая рукой только время терять, и от того дохнут они от моих ударов, героически и бесславно, по площадям.

Проходя через органы, щедро закидываю их гранатами, подпаливая и осушая.Перерубаю рапирой те, что поменьше, или просто рассекаю трубы, несущие кровь кракена. Поражаю электричеством нервные узлы. Секу плазменной плетью и паразитов и тело самого хозяина! Больше, больше повреждений! Много, очень много боли! Не только герой должен страдать, но и его антагонист. Ни секунды ему передышки, чтобы не вспомнил, зачем он припёрся сюда. Всё вокруг трясётся вибрирует, спазматически дёргается… Кракен орёт так, что даже глубоко в его толще я слышу эти вопли. Лепо, лепо…

Кровь у него не красная, а вполне себе белесая вонючая и липкая жидкость. А ещё она кислотная. Не такая рьяная, как желудочный сок, но тоже довольно злобная. Защитный костюм работает в усиленном режиме, разряженные кристаллы маны только отскакивают. У меня их много, но и расход - не дай бог никому. Настанет момент, и мой костюм откажет, рассыпятся волшебные сумки, растворится экипировка и оружие. Какое-то время буду сопротивляться за счёт своего мастера яда, а потом раскушу фанфырик с волшебной жижкой. Но пока ещё иду, лезу, протискиваюсь вперёд, причиняя добро и справедливость ушлёпку, что покусился на мою дочь!

Головастик сражался… Ещё никогда не приходилось так долго и тяжело. Даже Право на Жизнь далось намного, намного легче. Слишком много кракозябр, слишком разнообразны они, и сами по себе и своими магическими умениями. От многих ударов Головастик уклонился, что-то проигнорировал, но со временем всё больше и больше пропускал…

Головастик старался не убивать кого-то окончательно, так они определились с Хозяином. Слишком долго и непрактично, но вот тяжело ранить, вывести из строя, затруднить продвижение к цели - это гораздо эффективней.

Он бил огненным щупальцем, сияющим словно раскалённый добела металл. Не только рассекая тела, но и сжигая и вскипячивая внутренности. Хватал другими щупальцами, усиленными способностью "тиски", и давил, давил... Кому-то хватало жмануть разок и панцирь ломался, как тонкая сахарная глазурь, выпуская наружу внутренности. Другого приходилось сжимать подольше, одновременно отбиваясь от остальных. Нематериальная форма, его ультимативная способность, позволяла Головастику творить полный беспредел. Прыгая от одной твари к другой, Головастик пробивал панцирь, совал туда гранату, и мгновенно отскакивал. Взрыв, ошмётки и внутренние жидкости брызгами по сторонам, а он уже ковыряет кинжалами глаза следующему "клиенту". Растянуть и вырвать ноги, оторвать клешни, изломать суставы. Перевернуть многолучевую морскую звезду, упорно ползущую к пещере, слегка поджарить и, проигнорировав ответный плевок кислоты из её сфинктера, пришпилить к земле оторванным зазубренным хвостовым наконечником от случившегося рядом ракоскорпиона. Оплести, сдавить, а потом порвать пополам шустро ползущего многометрового змея, шипастого по всему телу, и с огромной пастью. Схватить каменного панцирного краба, прикрыться им от кислотной атаки, отбросить прожженного почти насквозь, и воздать плюнувшей в него кислотой кракозябре.

Большинство магических ударов проходят сквозь нематериальную форму, но всё чаше и чаще Головастику приходится задерживаться в "теле", кракозябры уже почти добрались до самого входа в пещеру. Маневра осталось не так много. По нему стали попадать электроудары, самые поганые для Головастика проявления магии. Уже скрючились и высохли два щупальца, ещё одно отгрызли. На теле несколько проколов, не менее десятка застрявших шипов и колючек. Он облит ядовитыми соками желудка, исстёган стрекалами, странный пупырчатый шар на тонких паучьих ножках очень сильно приложил его инфразвуковой волной так, что Головастику пришлось некоторое время просто прыгать и уворачиваться, пока тело перестало колбасить.

Сияли всполохи и взрывы магических умений! Хлестали струи воды высокого давления и висели облака ядовитой взвеси! Грохотало и тряслось, во все стороны летали воздушные и звуковые волны, но Головастик держался. Пока к свалке из тел не добрёл старый знакомый - красный краб. Тот, что мало того, мог притянуть к себе, так и имел способность удержать Головастика в материальной форме. Он бы и его уделал издалека, нашёл бы аргументы, теперь Головастик опытный, но… Совсем небольшой моллюск, медленно и печально ползущий, совсем не страшный на вид, подобравшись поближе, затрясся, натужился и… пукнул. Пукнул, мать его, совсем не громко! Однако, Головастика выбило из нематериальной формы моментально! И в самый неподходящий момент, как раз тогда, когда Головастик приближался к крабу с большой связкой гранат - подкинуть подарочек под панцирь. Для начала…

Вот он и материализовался у него, чуть ли не под носом. Мало того, вывалился совсем обессиленным. Нашлась и на его способность управа. Краб, сука, не растерялся, моментально крутанулся и схватил Головастика своими клешнями, сдавливая и растягивая в стороны. Слабость и бессилие, печаль, но просунуть щупальце в пасть крабу он смог, повторив то, что сделал Хозяин. Ничто не может быть таким же крепким внутри, как и снаружи… Взрыв! Угасающим сознанием Головастик зло порадовался тому, как ближайшие кракозябры набросились на его измочаленное, порванное тело и стали рвать его, отгрызать, вырывать куски, жадно заглатывая их тут же!

Ну-ну, мелькнула у него угасающая мысль, жрать исключительно ядовитого - сомнительная затея. Надеюсь, Головастик дал достаточно времени Хозяину…

Через несколько минут, когда от Головастика почти ничего не осталось, когда некоторые уже штурмовали тоннель внутри каменного зуба, а остальные, те кто мог, полезли, поползли по внешней стороне, не менее двух десятков кракозябр вдруг заколдобились, упали, стали скрючиваться и извиваться, а потом быстро затихли. Не всё полезно, сказал бы на это Господин Мо, что в рот полезло…

Я близко, близко… Путеводная рубиновая звёздочка сияет всё ярче и ярче. Сканер, что я пускаю в ход постоянно, показывает направление и многие преграды на пути. Интуит оценивает и анализирует… Я бы успел и так, но в одном из органов, увы и ах, я окунулся в исключительно поганую жижку, что съела, буквально за пару минут, все мои ништяки и девайсы. Костюм, сумки, запасы, оружие, всё! Просто осыпалось невесомым прахом, и я снова гол, как сокол. Хотя нет, один предмет всё же остался. Удивительно, но это слегка кривой, исключительно острый, двадцатисантиметровый обсидиановый клинок. Трофей былых времён. Ритуальный нож Великого Шамана хобол.

Кожаная шнуровка на ручке тоже слезла, но сам клинок, как только что из-под руки мастера. Не перестаю поражаться, магия - она такая магия! Вот эта, практически безобидная вещь, относительно того, чем я был вооружен только недавно, цела, а всё остальное - в труху.

Я поднял нож и подкинул его в руке: тяжеленький, остренький, бросать не буду, пригодится.

"Внимание, Господин Мо! Ваш питомец погиб. Возрождение через двадцать четыре часа."

Спасибо дружок, что продержался так долго, - прошептал я, - Я уже рядом.

Да, именно рядом. Потому, что я стоял возле кровеносного сосуда, огромной трубы трехметрового диаметра, что несла поток белёсой жидкости прямо в сердце Великого Кракена. По нему-то я и доберусь прямо туда.

Сделав широкий надрез, преодолевая напор хлынувшей жижки, я нырнул в гигантский кровоток. Меня подхватило мощным течением и повлёкло к сердцу. Тело начало прижигать и зудеть, и я раскусил фанфырик…

Не знаю, долго ли, коротко плавал бы я в сердце кракена, борясь с течениями токов крови, порождаемыми мощными ударами титанического сердца, сколько бы лазал по "карманам" огромного органа в белёсой непроглядной мути, если бы не рубиновая звёздочка. Недолго я пробивался к ней, пройдя всего пару нетолстых стенок, пока не попал в тесную камеру и не нащупал небольшой шишковидный нарост, висящий на толстой ножке. Вот сквозь него-то и лился рубиновый свет.

Никакой финальной эпической схватки, перед последним взмахом ножа не последовало. Не вылезли могутные защитники, устроив мне погагатать, не попросил решить три мозгодробительные задачки скрученный старец, материализовавшись перед мной. Великий Кальмар не выкинул напоследок ничего фантастически подлого… Я просто рассёк орган, засунул руку и извлёк на "свет" совсем небольшой, в половину моей ладошки, овальный плоский рубиновый кабошон.

И как только он оказался в моей руке, свет его сильно притух, он стал темно-темно-красным, почти чёрным и совершенно непрозрачным. А затем, "кровь" моментально истаяла, а плоть кракена начала каменеть. Не прошло нескольких секунд, как я оказался в полной темноте в каменном мешке, где-то глубоко в окаменевшем чудовище. Я запалил небольшой светляк и пощупал стенку, камень оказался гладкий, прохладный, совсем не похожий ни на что, виденное ранее. И цветом, и фактурой, как плоть кракена, но только камень.

- Хм… И? - задал я риторический вопрос туда, где должны быть небеса, - И чего?

"Защитник! - затрубили фанфары в голове, ударили литавры, - Великий Кракен повержен!"

А вослед на меня рухнул водопад системных сообщений. И не просто водопад, Ниагара! Я аж пошатнулся! Несколько минут я смахивал их в сторону не читая, всё потом. Я хоть и был уверен, что с дочерью всё в порядке, но надо убедиться глазами, руками пощупать. Так что, всё потом, потом всё.

Осталось только как-то выбраться из каменной ловушки. Хотя… Я чувствовал, как меня начинает распирать могутность невероятная, сила немереная, ощущал, как растёт и зреет во мне нагибаторство всемирное! Ну так, Великого Кракена ушатал, не баран чихнул.

Я сжал кулак и слегка стукнул по каменной стенке, а она возьми и расколись, осыпаясь огромным проломом. Хмыкнув, я направил руку вверх, в "потолок" и шарахнул мощнейшим разрядом. Да так и пробил дыру, до самого неба испарив, по ходу, всё, что мешало. Целый тоннель пробил, однако.

- Как-то так, - удовлетворённо потёр я кулак, засунул камешек из сердца кракена во внутреннее пространство своей татухи и полез наружу.

Глава 23

- Лепо, лепо, однако…

Я стоял на самой "макушке" поверженного чудовища и любовался сюрреалистической картиной, простиравшейся внизу. Окаменел не только Великий Кракен, застыв в последнем пароксизме боли, вздев половину своих щупалец в небо, а вторую вонзив глубоко в песок. Все его миньоны окаменели тоже. Тысячи и тысячи, сплошным полем, иногда - в несколько слоёв высокими хаотичными валами. Многие торчали на мели, немало, окаменев, упали на не слишком далёкое дно. И, что тревожно, изрядно возле каменного зуба и вокруг него. Как раз там-то и валялось самое большое количество разбитых "статуй". Головастик постарался…

Каменные монстры сохранили не только малейшие детали анатомии, но и всю природную цветовую гамму. Некоторые из тех, что целые, вовсе кажутся живыми, застывшими в движении, замершими лишь на миг, чтобы через секунду снова двинуться на штурм. Мда, сюда бы художников да поэтов, ценителей инфернальных картин и апокалипсических пейзажей. Вдохновения тут - море. Хотя, отчего бы и нет, этот одинокий остров обязательно найдут, да поди ещё и растащат статуи целых кракозябр на украшение замков и парадных.

Насмотревшись, надышавшись мирной тишиной и покоем, оттолкнувшись ногами, вот так почему-то захотелось, я полетел! Просто полетел, чёрт возьми! Без крыльев, без механических "костылей"! Ну, круто же! А сколько во мне, уверен, скрывается ещё невероятных умений? Эге-гей! Дамы и господа, товарищи, разрешите представится - Господин Мо! Статус - яжебог!

Тихо и невесомо, словно пёрышко, я опустился на свободный пятачок возле входа в пещеру. Мда… Тут такой затор, такое переплетение тел, ног, щупалец и тентаклей, обломков и фрагментов, что без взрывчатки не пробраться. Могу, конечно, кулаками всё размолоть, но к чему такие глупости.

- А вот это - кстати, - кивнул я сам себе, увидев переломанный ствол пальмы, валяющийся недалече. Пара широких обтрёпанных листьев, пучок волокон, гибкий побег, режем, клеим… И вот, на обнаженные чресла, так сказать, лег добротный, не лишённый элегантности передник. И задник тоже, да. Не сверкать же мне перед дочей голым задом.

Небольшим усилием переношу себя на самый верх каменного клыка и, найдя одну из отдушин, что было довольно просто - вокруг неё валялось несколько покоцанных кракозябр, гаркнул туда…

- Доча!

- Отец! - тут же откликнулась Жемчужинка бодрым голосом.

- Уф… - выдохнул я непроизвольно, - Как вы там?

- Всё хорошо, отец! Все живы! Ты как?

- Отлично, просто отлично! Не волнуйся.

- Мы пытаемся пробиться через окаменевших монстров…

- Не стоит, их там до хе… э-э-э… много.

- Я поняла, отец, - голос дочи наполнился весельем.

- Отойдите-ка в сторону, - крикнул я в отдушину, ухмыляясь и потирая кулак, - сейчас папочка проделает альтернативный выход.

Когда Жемчужинка очнулась внутри камеры, кровь, хлынувшая из носа от страшного перенапряжения, уже высохла. Снаружи гремел бой, звуки которого пробивались даже через каменные стены. Тише, громче, иногда целая какофония! Гремела магия, скрипели, визжали, клекотали и выражали свой гнев и возмущение иными способами миньоны кракена. А сам кракен, ревя, перекрывал весь этот шум многократно. Вопил так, что со стен камеры осыпались маленькие камушки. Видать отец давал ему "прикурить", как он сам выражался.

Когда погиб Головастик, она сразу это почувствовала, и к ним стали ломиться снизу, но самый первый и шустрый миньон попытался пролезть сверху. Ловкий, не слишком большой, но исключительно аморфный, какой-то головоногий. Очень быстро он стал просачиваться в одну из отдушин, угрожая полностью проникнуть в их убежище. Но как бы Жемчужинка не выложилась в предыдущем противостоянии, эликсиры неплохо поправили её "здоровье". Хороший такой выстрел "крио", спасибо наставнице Люси, так и заморозил агрессора вместе с щелью.

Следующая кракозябра, добравшаяся до другой отдушины, пошла иным путём. Стала плеваться, растворяя слюной камень и расширяя проход крючковатыми лапами. Ей, или ему, Жемчужинка, подловив момент, отправила прямо в открытую пасть быструю стрелу с прикрученной к наконечнику гранатой. Огненный взрыв - оно самоё то, когда взрывается внутри сегментированного панцирного тела. Как говорил отец, супер волшебные способности можно заменить обычными законами физики. Они сработают не хуже, если их применить с умом. Мощный взрыв внутри малого объёма, окруженного толстой оболочкой - получается граната. Граната, взорвавшись внутри малого объёма, окруженного толстой оболочкой, получается - кирдык кракозябре!

Что там от плевателя оторвало или разорвало полностью, Жемчужинка не знала, но больше оно к ним не лезло. Зато в расковырянную дырку заглянул большой глаз, налитый злобой. В него через пару секунд воткнулась стрела, смоченная концентрированной смесью забористых ядов. И глаз тоже исчез, тонко и жалобно скрипя, и больше не заглядывал. У Жемчужинки было мно-ого стрел. И с разной "начинкой".

А тем временем, к ним постучались снизу…

Царапанье и шебуршание, попытка вышибить каменную пробку, длились недолго. Хотя кракозябры и не показывали пример организованности и дисциплины, отвешивали друг другу, попутно, магические удары, кусали и били, но всё же в схватки не на жизнь, а на смерть, не вступали. Основная и главная цель у них - добраться до божественного ребёнка. Поэтому они действовали, вроде как и сами по себе, но и в одном направлении. И вот, в какой-то момент, не имея возможности просто пробиться вверх через каменные толщи ни физически, ни поливая камень кислотой, электроразрядами и водяными струями, монстры "подтянули" кого-то с очень специфической способностью.

Что за способность такая, Жемчужинка не знала, магия на Океании такая разная, но именно тут и сейчас она оказалась ультимативной. Сама каменная пробка, часть окружающего её камня и даже немного стены тоннеля вдруг мелко завибрировали, и словно подернулись маревом. А у самой Жемчужинки и бацхвари заложило уши и заныли зубы. Марево, подёрнувшее камень, оказалось вовсе не дымом каким или визуальным эффектом, а мельчайшими частичками, почти пылью, что стали осыпаться с камня. Словно кусок соли в воде, может и не так быстро, но столь же неотвратимо, камень начал рассыпаться и истаивать. Каменная пробка не только уменьшилась и провалилась вниз, но стала расширятся сама дырка, и чем дальше, тем быстрее…

- Бей, - закричал Квури, старший над пятёркой защитников первой галереи, и, направив дуло Дудука в расширяющиеся жерло, нажал на гашетку. Поток каменных шариков полетел не частой, но злой "капелью" в тёмное отверстие, куда уже попыталась влезть какая-то тварь. Но словив башкой с десяток ударов, пораскинув хитином и зеленоватой жижкой свалилась вниз. А вслед за кракозяброй полетели гранаты с различным содержимым. Огненные всполохи, электрические дуги, воздушная волна перемешавшись меж собой, хоть и в значительно ослабленном виде, прорвавшись вверх, ударили и по самим защитникам. Слегка глушило, чуть дезориентировало, повело… А ведь они проходили обучение, Мо говорил, что и как делать! Забыли, из головы вылетело… Что творилось в самом низу, даже представить сложно.

Но как не удивительно, животный аналог Пыльника уцелел! Уцелел и снова выдал длинную серию вибрации, расширяя проход ещё больше.

- Да чтоб тебя Тёмная Бездна пожрала! - проквакал Квури, - Все! Кидаем всё что есть! - и сам первый швырнул огненную гранату вниз, приседая за низким каменным барьером, зажимая уши и открывая рот. Опыт, он сын ошибок трудных…

Трудно сказать, пережил "разрушитель камня" магическое торнадо, устроенное массовым закидыванием гранатами, но когда команда защитников слегка оклемалась, из отверстия, ставшего много, много больше, никто не вылез. Тихо там было и темно. А потом оттуда вылетело большое желтоватое облако маслянистой взвеси, от которой моментально ослепли глаза, горло схватилось спазмами, а кожу стало больно жечь.

- Эвакуация - сипло проквакал Квури, падая на колени, - Эвакуация…

Жемчужинка не только успела выдуть обратно ядовитое облако, но и закрыть воздушным щитом дыру, куда неизвестная тварина пыхнула ещё дважды газовой атакой, пока бригада эвакуаторов затаскивала пострадавших бойцов на самый верх.

Потом Жемчужинка лечила бацхвари. Шаманила руками, разгоняя внутреннюю регенерацию организма, отпаивала эликсирами, мазала тела полезными мазями. Не одна, конечно, ей помогали. Бойцы, попавшие под отравление, пострадали основательно. Обожгли слизистые оболочки, легкие, кожа покрылась язвами и облезала кусками. Но помереть Жемчужинка никому не позволила.

- Мало, - шептала она сама себе, - мало знаний, - пытаясь стабилизировать выкашливающего легкие бойца, умудрившегося наглотаться гадости больше всех. Если бы не чудесная алхимия самой Мими, было бы вовсе печально.

- Прав отец, сила без знаний - всего лишь костыли. Магия хороша, но без тонкой манипуляция, - бубнила она себе под нос, - и понимания что и куда… - она покачала головой, чувствуя как её магическое воздействие, довольно мощное, втекает в организм бацхвари, и тут же вытекает, растворяясь в эфире, и лишь немногим облегчая состояние организма.

- Тише, тише… - прижимала она светящимися ладонями ходившую ходуном грудь Кви, её давнего друга ещё с самых детских лет. Да, надо учиться, очень надо, вздохнула она про себя, прав отец. - Тише… Всё будет хорошо.

Вот так и лечила, переходя от одного к другому. Где-то внизу глухо дудукал пулемёт, грохотало и сверкало! Кричали бацхвари, ругаясь по-своему, весьма бедно, стоит отметить. Вопили, шипели и грюкали кракозябры, стараясь пробраться повыше. Ползли липкие брюхоноги те, у кого были присоски или цепкие когти. Громоздились друг на друга, у того, у кого этого не имелось. Отгребали мешающие трупы своих "товарищей", разламывали, разрывали и скидывали ниже, чтобы освободить проход. Иногда под "очищение" попадали просто раненые или вовсе, оглушенные.

Но Жемчужинка не отвлекалась на шум битвы. Сначала ей принесли ещё одного обгорелого бойца, потом сразу двух. Открытый перелом ноги у одного, и второй - пробитый тремя зазубренными шипами в руку, плечо и грудь. Не успела она обработать на скорую руку этих, принесли следующего…

Кто-то снова попытался пролезть через отдушину. Не отвлекайся! - крикнул ей тогда Старый, и она не стала. Узкую, плоскую ленту, со множеством коротких ножек с внушительным когтем-крюком на конце и здоровенными жвалами вместо головы, убили. Затыкали копьями, посекли "когтями Росомахи", так называл отец наручь с двумя острыми выкидными лезвиями, что носили все взрослые лягуши. Кого-то "сколопендра" умудрилась хватануть жвалами, кому-то чиркнуть когтем, но ничего серьёзного. Жемчужинка и ими займётся. Кровь, крики, грохот! Напряжение всё больше и больше. Бацхвари уже отступили на последнюю защитную галерею. Уже почти не осталось тех, кто избежал хоть каких-то ранений. Даже в верхней камере стало трудно дышать от испарения жижек, что вместо крови у кракозябр, от сгораемого хитина и внутренностей, от кислотных выбросов, что смешивались с резким запахом озона от электрических гранат. От огненных всполохов, что всё время разрывались внизу, стало жарко даже здесь, вверху. Грохот, шкорчание, вой и визги закладывали уши! И… всё кончилось! Раз! И тишина!

Избитая, посечённая и исколотая тварь, всё же успевшая пролезть внутрь, на глазах окаменела. Вот ещё вполне себе органическая, а вот, за пару секунд - каменная. Во всех подробностях, со всеми деталями, в собственной цветовой гамме, но каменная.

И следом оповещение, короткое, без горних труб и золотого шрифта, однако кому как, а Жемчужинке более чем достаточное. И, похоже, его же продублировали в уши остальным.

"Защитник поверг Великого Кракена."

- Слава Ушедшим, - проскрипел устало и облегчённо Старый, - Мо справился.

Расковырять дырку, вытащить дочь, а затем и остальных - дел, для меня могучего, на пять минут. Дочь прижалась ко мне, я чмокнул её в носик, погладил по голове, и она убежала хлопотать над ранеными, которых мы сложили в теньке под скалой. Перекинулся парой фраз со Старым, поблагодарил и подбодрил остальных храбрых лягуш, но самого главного, что должно было бы произойти, что-то всё никак…

- Божественная, я не понял, - задрал я голову в небеса, - Где твоё сошествие в сиянии и славе? Восхваление героя? Награда ему жарким поцелуем? М? Но ладно с этим! Что на счет дочи, э?

И тут, словно услышав меня, хотя почему - «словно», очень даже уверен: и слышат и видят - взвихрился звенящими снежинками морозный воздух и передомной предстала Белоснежная. Она почтительно склонила голову, прянув ушками.

- Приветствую, Господин Мо! Победитель Великого Кракена.

- И тебе здрасти, - расплылся я в улыбке, настроение было отличным, - От Великой несёшь весточку?

- Именно, - вильнула она глазами.

- А чего не Рамзес? Мой лохматый и блохастый брат?

- Рамзес выпросил милости Великой и встал на нелегкий путь возвышения, - грустно ответила Люси.

- Понимаю, понимаю… Про саму Великую не спрашиваю, раз её нет рядом, то значит, так нужно, но коль ты здесь, значит, знаешь, что надо делать.

- Тетя Люси, - прервала нас подскочившая Жемчужинка и обняла Белоснежную, - Отец убил Кракена…

- Я знаю, знаю, моя девочка, - наглаживая дочу, улыбнулась она.

- Так, стоп, - скомандовал я, - Дочь, отлипни, пожалуйста. У нас тут важный разговор.

- Хорошо отец, - кивнула, отстраняясь Жемчужинка, окидывая нас любопытным взглядом.

- Итак, Посланница Великой, что же надо делать, чтобы перевести Жемчужинку из статуса божественного ребёнка в статус молодой богини?

- Что? - выпучила дочь глаза, - Отец, что проис… - палец, которым я прижал губы дочи, заткнул её на полуслове.

- Тш-ш-ш… Мочи ребёнок, - сделал я хмурые брови, - а то прогоню. Итак, - вновь обратился я к Люси, - Повторяю вопрос, что мне, или нам, или ещё как, для этого сделать?

- Отдать всё, что у вас есть, Господин Мо, Жемчужинке, - снова вильнула взглядом Люси.

- А чтож у меня есть? - деланно удивился я, осматривая себя, - Пальмовые труселя доче без надобности, обсидиановый ножик - тоже. А нет, - расплылся я в довольной улыбке, - есть у меня кое-что, есть.

- Вот, - извлекая из пространственной татухи и подкидывая на ладони кабошон, - Смотри, моя капелька, какой интересный камушек я вырвал из сердца кальмара переростка. Вставишь в серебряную оправу, - передавая камень Жемчужинке, не переставал я лыбиться, - повесишь на груди, смотреться будет - просто маннифик!

- Спасибо отец, - поблагодарила она меня, принимая камень и разглядывая его со всех сторон.

- Носи всегда, он золотой.

- Он рубин, - подняла она на меня ироничный взгляд.

- Хе-хе… Темнота, классики не знаешь. Однако, - стал я резко серьёзным, - Люси, девочка моя, а почему ничего не происходит?

- Условия не выполнены, Господин Мо! - поклонилась она.

- Так! Хватит тут куртуазии, - начал я раздражаться, - заканчивай с шардами. Что я там не выполнил? Что, и правда надо отдать банановую юбку и ножик? Ничего на мне сейчас другого нет!

- Отдать всё, что у вас есть, Господин Мо, - пристально посмотрела она мне в глаза, - Всё что есть. Абсолютно.

Печаль и сожаление сквозили в её синевато-льдистых глазах и я всё понял. Просто убить Великого Кракена? Пф-ф… Для героя - обязательный пункт программы. Так сказать, непреложная опция геройского статуса. А вот отдать ВСЁ - это несколько иное. Тут надо быть человеком определённого склада. Или отцом… Прозрение ситуации, все эти мысли промелькнули за секунду.

- Вот как… Всё, это значит - всё, - ответил я Люси не менее пристальным взглядом.

- Да… - проронила она, - ты понял правильно, Господин Мо.

- Отец! - вскрикнула встревожено дочь.

- Тш-ш-ш… Помолчи.

- Что происходит, отец! - не послушала она меня.

Люси плавно повела рукой и всё вокруг застыло. Остановилась рябь на воде. Повисли в небе белыми крестиками растревоженные чайки. Перестал дуть ветер. Дочь… замерла в порыве движения. Открытый в крике рот, возмущенные глаза, растрёпанные волосы облаком… Ни звука вокруг. Только я и Люси.

- Пять минут на раздумья, Господин Мо.

В воздухе проявились песочные часы. Тонкая струйка потекла вниз, неумолимо отмеряя время.

- Пять минут, - хмыкнул я, глядя на часы, - за такое время, кто половчее и мир умудрялись спасти. Но, то всё больше у буржуев, да в кино. Ау нас, у русских, да в самой что ни на есть реальности отдать жизнь за други своя - такого было куда побольше чем у иных. Тем более отцу за дочь.

- Ты можешь отказаться, Господин Мо, - прянула ушками и хлестнула сама себя по ногам хвостом Люси.

- Во как! - удивился я, - Тут и такая функция имеется?

- Ты можешь…

- Нет, - прервал я её, - Не могу. Не наш случай, - покачал я головой, - Не мой… Я и так прожил эти годы слишком шикарно. Интересно, ярко, насыщенно и удивительно! Сражался, преодолевал, обретал друзей, любил… Я не слишком заслужил всё это прежней жизнью, так сам считаю, да. Стыдно и невозможно мне продлить их ещё за счёт дочи.

Единственно, Головастик. Белоснежная, как же Головастик? Он же разумный! Он часть меня, но он же личность? Живой…

Люси отвернула мордочку в сторону океана и не ответила ничего. Лишь крохотная слезинка скользнула по белой шерстке.

- Понятно… - я кинул взгляд на часы. Сыплется песочек неумолимо… - Передай Рамзесу, что я был счастлив познакомится с ним. С тобой, Люси, с Ночкой…

- Господин Мо… - белоснежная изящная собачка стремительно припала передо мной на одно колено и склонила голову.

- Ну-ну-ну… Встань немедленно. Не пристало могущественной Посланнице так делать. Перед Великой можно, а мне слишком жирно будет.

- Господин Мо, - подняла голову Люси, вся мордочка была в слезах, - ведь благодаря вам я вообще существую. Только благодаря вам! Мне так сказала Великая.

- Ну, это она приврала, - не мог не усмехнутся я, - Накидать идей на вентилятор, это не труд. Создать такую как ты, вот это задачка - поди ещё реши такую! Что надо сказать?

- Согласен, - правильно поняла меня Белоснежная.

- Последний совет, - улыбнулся я Люси, - Если позволишь.

- Конечно, Господин Мо, - прижала она лапки к груди.

- Никогда больше не прибегай к возбуждению ревности у твоего мужика. Кто тебе это посоветовал, добра, точно, не желал. Сама видишь, каких вы наделали глупостей. И… присмотри за этим шаламбудом, девочка моя. Зорким и любящим глазом присмотри.

- Обязательно, Господин Мо.

- Ну, второй раз не в первый раз! - выдохнул я, - А все одно, бодрит… Давай там, произноси чего надо.

- Господин Мо, - торжественно начала Люси, - Согласны вы отдать все, что у вас есть?

- Согласен…

И время отмерло! На меня обрушилась такая тяжесть и одновременно лёгкость, что ноги подогнулись, и я упал на колени, уперевшись руками в песок, чтобы не свалиться окончательно. Резко пропали звуки, выцвели краски, обзор сузился до небольшого пятна перед носом.

Я увидел, как дочь приподняло в воздух, она закрыла глаза, лицо расслабилось… Свернувшись калачиком, обхватила руками колени, приняв так называемую позу эмбриона. Воздух вокруг неё завихрился, задрожал, прошло несколько секунд и… невысоко над песком повисла розовая огромная жемчужина!

Откуда-то со стороны появились бацхвари. Все они, проходя мимо меня, останавливались, глубоко кланялись и шли дальше. Даже раненые, которых тащили под руки, двух вообще несли. Четверо гягуш, более менее целых, подхватили Жемчужинку и направились в океан. Наверное, точно знают, что делают. Дольше всего простоял возле меня Старый… А затем ушел и он. Песок кинулся мне в лицо. Темнота…

Поза лотоса способствует концентрации и расслаблению, говорят. Ну, не знаю… По мне, так скорее ноги отсидишь, чем расслабишься. Может, буквально, день назад я бы и мог так вывернуть суставы, с моей-то запредельной гибкостью и всем остальным, кстати, но не сейчас.

Вздохнув, я вызвал интерфейс, полюбоваться собственной "красотой".

Раса - человек. Имя - Господин Мо. Уровень - 0.

Основные характеристики:

Сила - 2.

Выносливость - 2.

Ловкость - 2.

Скорость - 2.

Жизненная сила. (Жизнь) - 20.

Вторичные характеристики:

Интеллект - 12.

Магическая сила. (Мана) - 10.

Регенерация - 2.

Дополнительные характеристики:

Мудрость - 3.

Харизма - 5.

Удача - 3.

Познающий суть вещей - 2.

Такой вот, крутой перец получаюсь! Интеллектуален, харизматичен, местами - мудр! Глуховат, подслеповат, по сравнению с прежним. Вместо изумрудно-синей прелести на голове обычные волосики. Слабый, медленный, дохлый, сирый и убогий… Но живой! Живой, мать вашу! А это самое главное! Да, по уговору отняли всё! Всё, кроме начальных характеристик, с которыми я пришел в этот мир, но саму жизнь оставили.

Так-то материальное забрали до крошки, не только исчез обсидиановый нож, что был на тот момент при мне, но даже сляпанные на скорую руку банановые трусы исчезли. Что уж говорить о прекрасной «Принцессе Мио» и всём остальном. Рассыпались, поди, на пиксели и циферки богасьтва немерянные, ништяки и плюшки. Улетели способности и умения магические и профессиональные. Но то и ладно, всё доченьке любимой на пользу да в дело. Ей нужнее…

Однако, отняв, как грозились, всё, всё-то и не отняли. Самое главное как раз в голове осталось. А в ней осталось, да. Вдруг обнаружилось, что я помню всё. Всё, это значит - всё! Языки, знания по магии, наши приключения, где и какие острова, что там растёт и водится. Ингредиенты для алхимии, составы металлов, чего, куда, скока… Всё! Что видел и слышал, что делал сам, а где только помогал. Память у меня-то ого-го!

Ну и руками я пользоваться не разучился, всё ещё из плеч растут а не из жо… кхе-кхе…

Не знаю уж почему так вышло, но рад сему необычайно! И конечно, спрошу о такой коллизии обязательно. И даже знаю у кого.

А пока, вот, сижу - ноги калачом, грею тухес об горячий песок. Тухес, слава богу не голый, трусы, конечно, сделал другие, несколько похуже, да, но я сейчас и не конфикционер охренительного разряда. Однако, это мелочи… Песок, вот что интересно. Загребаю его горстью, сжимаю в кулаке, а он, ловкий, стремительно убегает сквозь пальцы. Те песчинки, что потяжелее, падают сразу вниз, многие, полегче, относит чуть в сторону ласковый ветерок.

Ветер, солнце, море, крики чаек… лепота. Особенно если сидеть спиной к фантастическому пейзажу из окаменелых чудовищ.

"Очнулся" я пару часов назад. Именно очнулся, а не возродился на точке привязки в камере каменного зубца. Даже не представляю, как бы я выбирался оттуда в теперешнем состоянии. А так да, там, где упал, там и глаза продрал. Живым, здоровым, усушенным богатырём. Сижу, пересыпаю песочек, релаксирую…

Она подошла неслышно, как обычно, но как обычно, её выдал тонкий аромат лаванды. Села за спиной, обхватила руками поперек груди, положила подбородок мне на плечо дыша в ухо. Помолчали…

- Как ты, господин мой?

- Прекрасно, госпожа моя. Счастлив, рад, удивлён.

- Чему счастлив? Тому, что жив? - предположила Ева.

- Тому, что вижу тебя, ощущаю. То, что жив - просто рад.

- А чему удивляешься?

- Песку…

- Песку! - хоть лица и не вижу, но уверен, бровки Божественной взлетели под самый лоб.

- Да! Он удивителен.

- Поведай же и мне, о мудрый Господин Мо, что в нем удивительного. Иначе я умру от любопытства. По мне так песок, как песок, мелкий кварц, частички кораллов, раковин и хитина, ещё кое какие вещества. Обычный состав для океанического острова.

- Всё так, всё так, Божественная. Добавлю даже, белый он оттого, что как раз частичек кораллов тут больше всего. Но состав и цвет тут не главное. Главное, я не вижу и, думается, не увижу тут ни одной одинаковой песчинки. Ни в моей горсти, ни на этом пляже. Ни на одном пляже Великого Архипелага. Удивительно, правда.

- Чтож тут удивительного?

- Ни песчинки одинаковой, ни листочка, ни травинки-лепесточка. Нет ни одной одинаковой волны или облака. Я никогда не видел одинаковых восходов и закатов Голубого Ока. Думаю, не просто, но вполне возможно нарисовать горный кряж с индивидуальным лицом. Остров, даже целый кластер островов, но, свет очей моих, никаких мощностей не хватит отрисовать каждую отдельную песчинку. Даже из тех, что вокруг нас. У человечества нет таких мощностей. У инопланетян… Я не специалист, но приблизительно представляю масштаб проблемы - изобразить, оцифровать, создать правильный движ ветерка, перемещающего песчинки, неторопливой волны, шевелящей и перемешивающей песок в прибое. И чтоб ничего не затыкалось и не глючило даже на вот этом, маленьком островке, не говоря за всю Бесконечную Вселенную! Уверен, у них тоже нет. Нет у них таких мощностей, госпожа моя! Если только у них в кармане не завалялось какого-нибудь никому не нужного супер-пупер-мега компьютера на квази-кванто-мюоновой основе, размером с солнечную систему. А даже если бы и был, использовать его, чтобы дать человекам поиграть от делать нехрен, это вообще за гранью понимания. Не верю, уж да простит меня братия по разуму, в такой их альтруизм. Не верю…

- Хм… Ты прав и не прав одновременно.

- Да…

- Расскажу тебе, - Ева немного помолчала, - Кое что… Не для третьих ушей, сам понимаешь.

- Могила, - застегнул я рот на "молнию".

- И, - добавила она решительным тоном, - скажу всё, что могу. Всяческими лишними вопросами, отчего, почему, как и откуда - не напрягай.

- Хорошо. Я понял…

- Очень и очень далеко, - начала задушевно-сказочным тоном Божественная, - почти в самом центре галактики, известной вам, как Млечный Путь, есть звездная система с тремя солнцами. У вас такие ещё называют "системы тройной звезды". Она уже жила полноценной жизнью, если так можно сказать, когда система вашего Солнца даже ещё не образовалась.

В системе тройной звезды, её название, как и все названия того, что тебе предстоит услышать не имеет значения, есть одна-единственная планета. На этой планете, которая подвергалась прессу сразу трёх звезд, были такие физические, химические и энергетические условия, что не в сказке сказать, ни пером описать. Тем не менее, на планете зародилась, развивалась и эволюционировала жизнь. Для простоты понимания, она напоминала нечто похожее на кристаллидов Теллура, хорошо тебе знакомых. Но я этого не говорила, - ткнула меня в бок Ева.

- Могила же…

- Так вот… Кристаллы, скажем так, живущие на планете, очень могущественные существа сами по себе, как отдельный единичный кристалл. Мощь разума кристалла такова, что вот такой вот, - Ева отмерила пальчиком пол своего невеликого мизинчика и подсунула мне его под нос, - хватит,чтобы не напрягаясь осуществлять, сопровождать, контролировать, прогнозировать, не ошибаться и развивать все айти-технологические процессы не только на Земле, но и в Солнечной системе. В десяти таких Солнечных системах. Одновременно, не напрягаясь! Понимаешь!

- Нет! - откровенно признался я, - Ушами слышу, но умозрительно даже зацепиться не за что. Абстракция на уровне вселенной, которая - бесконечна, или теории большого взрыва. Но на веру принимаю.

- Правильно - верь, - куснула меня за мочку уха Ева, - Своей госпоже верить надо.

- Верю, верю тебе милая.

- Ну так вот, - продолжила удовлетворённая Ева, - Кристаллы растут всю жизнь. А живут они… Никто не знает сколько. А ещё они могут объединятся в друзы. Мегаобразование из пары сотен кристаллов высотой под сотню метров… Представляешь совокупную мощь разума?

- Нет…

- Но мало того, сама планета, по сути, единый кластер кристаллов. Они, ещё во времена молодости реликтового излучения уже постигли тайны мироздания, исследовали, что могли, и что им было интересно, всё, что только можно. Давно, уже очень давно.

Их могущество неизмеримо. Зажечь звезду, сформировать планету или вовсе, планетарную систему, погасить звезду - это как тебе зажечь или потушить спичку. Просто пример малой части их возможностей. Кристаллы - хозяева Млечного Пути. Они пестовали и оберегали многие цивилизации, которые называют - Старшими. Они установили довольно жесткие и относительно справедливые правила общежития разумных в нашей галактике. Понятные для всех видов. Для непонятливых у кристаллов имеются свои аргументы. В основном, как раз этим занимаются Старшие расы. В том числе.

Кристаллы не лезут ежедневно и во все дырки с указивками и контролем, но система, установленная ими, работает до сих пор. Скорее хорошо и исправно, чем наоборот. Сами же кристаллы… уснули. Давно. Познав все тайны, дав пинок развитию жизни, поняв, что в иной галактике будет, плюс\минус, тоже самое, они утратили пассионарный порыв и уснули. Сон ли это, или что иное, но из активной жизни галактики устранились. Не совсем. Одним глазком, каким-то исчезающе малым процентом своего совокупного разума за порядком они наблюдают.

Такие вот, как я показала, кристаллики, молодые и любопытные, по галактике путешествуют. Как, не спрашивай. По-разному. Бывает, и на кораблях старших рас. Что для этих рас - великая честь, почёт от других рас, и реальная польза для самих "перевозчиков". Кристаллы не редко "балуют" перевозчиков знаниями, решают предоставленные задачки, как-то ещё помогают. Бывает, просто перемещаются из точки "А" в точку "Б", так и не соизволив пообщаться. Понять их логику поведения и поступков не реально, этим уже давно никто не заморачивается.

Они, эти молодые кристаллы, наблюдают, анализируют, докладывают главному мозгу. Иногда, при необходимости - вмешиваются.

- Очень интересно, - высказался я, когда Божественная взяла короткую паузу, и ловко, не смотря на свои слабости, вывернулся и в десять секунд уже лежал на песочке, голова на обворожительно прекрасных и удобных коленках Евы. Сложил руки на груди умиротворённо.

- Так оно получше будет, - доверительно сообщил я ей, - И видимость прекрасная и слышимость отличная.

- Видимость, это потому, что мои сиськи у тебе теперь прям перед носом? - ехидно улыбнулась Божественная.

- И это тоже, - не стал я отрицать очевидное, - Преамбулу осознал, давай дальше.

- А дальше… Дальше ты прав, как правы многие и многие земляне, не согласившиеся с великим сказочником Ефремовым. Увы, братского кольца развитых разумов в галактике нет. Нет его. Правда и дикого беспредела, как многие предсказывали из ваших же психоделически-мрачно настроенных граждан Земли - тоже. Но это только благодаря кристаллам. Космос суров, опасен, недобр. Там нет единой правды и однозначной справедливости. Вам сильно повезло, что вас обнаружили Ивин. Самая старая из Старших рас. Уважаемая, могущественная, верная заветам Хозяев. Может быть, самая доброжелательная, терпимая и просветлённая, неагрессивная. В смысле, не нападает сама, а нападать на неё уже давно все зареклись. Очень повезло.

- Прям вот так, да? А могло и не повезти.

- Не то слово, - хмыкнула Ева, - К примеру, найди вас первыми раса Кло.

- Кло?

- Раса из среднего пула, так скажем. Условно такие называются - Взрослые расы. Кло очень похожи на больших прямоходящих земных лемуров. Не самая агрессивная раса в космосе, не самая ксенофобная, но вам, всё равно, стало бы кисло.

- Завоевали, уничтожили, съели?

- Зачем так грубо и нерационально. За такое по головке не погладят. Кло исповедуют культ личной силы. Служение сильному не зазорно, а почётно. Сильный должен соответствовать определённому кодексу: честь, достоинство, ответственность за клятву и данное слово, защищать слабых, противостоять сильному… Нечто отдалённо схожее кодексу самураев, если применить хоть какие-то аналогии. Структура общества - клановая, и во многом военизированная.

- Весьма достойные моральные установки. Я бы даже сказал - отличные. Если они, конечно, соблюдаются, а не просто декларируются.

- В том-то и дело - соблюдаются, - вздохнула Ева.

- А в чём тогда подвох?

- Скажи, как часто у вас на земле сильные мира сего дают слово, обещание, подписывают соглашения, и тут же их нарушают, чернила не успевают высохнуть на бумаге.

- Хм… Да по нынешним временам, почти сплошь и рядом. Брешут все и всегда. А уж лицемерие из человеков так и прёт.

- Кло терпеливо давали бы вам своё слово, заключали договора и соглашения, которые вам бы казалось нарушить не только легко, но и выгодно. И не только косвенно, но и даже напрямую. Кло, со своей стороны, выполняли бы свои взятые обязательства неукоснительно. Раз за разом… Земные деляги, по своему скудоумию, почувствовав в Кло космических лохов, наглели бы всё больше и больше.

А лет через десять, а может и через пять, как только Кло соберут достаточный компромат, они спокойно подадут его в секторальный суд вашего рукава галактики и отсудят Землю себе в полный протекторат. А ещё могут, если ваши сильно постараются, набрать "материальчика" на доказательство несостоятельности вашей расы, как полностью разумных. До зверей, имитирующих разум не опустят, но Кло этого и не надо, хватит статуса человечества, как - полуразумные. И зная вас, человеков, господин мой, думается у Кло это могло бы получится.

- И что бы тогда случилось? - от слов Евы по спине забегали мурашки.

- Никто бы вас не уничтожил, не бойся, но, как ты любишь выражаться, было бы человечеству погагатать. Например, как маленькая часть обязательных трудностей, за слова пришлось бы отвечать. И спрашивать Кло привыкли жестко, а чаще жестоко. Отрезать лжецу язык - легко. Отсечь руку, подписавшую договор и не выполнившую его - запросто. Отрабатывать обязательства всему семейству провинившегося - обычное дело. И это пример из легких вариантов…

- Мда… Отвечать за базар мы давно разучились.

- Вы, человечество долго бы отрабатывали долги перед Кло. Очень долго.

- Что, вообще все?

- Ну почему, - усмехнулась божественная - Такие как ты, и подобные тебе, следующему внутреннему кодексу чести, готовым отвечать за слова, могущие совершать поступки вполне способны заинтересовать Кло. Всё же они высокоразвитые разумные и ценят бриллианты попадающиеся в навозе.

- Эк ты жестко про человечество.

- Я не права?

- Во многом, - не мог не согласится я - Ну, и хочу добавить, что я не настолько праведник, каким ты меня считаешь, хватало у меня тёмных пятен по жизни.

- Я, - таинственно улыбнулась Ева - знаю тебя даже чуть лучше чем ты сам себя. Но продолжу… Вот тебе ещё пример печальной судьбы человечества - Ундилинь. Торговые корпораты Союза Семи. Объединяют три главные расы и несколько сателлитов. Одна из главных - почти человекоподобная. Так, лишь малые отличия, уши там заострённые, волосы одного-единственного цвета - исключительно платиновые. Глаза большие, личики кукольные, стройные, живут долго…

- Эльфы чтоль?

- Похожи, да, как вы себе их представляете. Великой мудростью не блещут, в добродетелях сомнительны. Зато гонору и презрения, именно к человеческой расе - более чем. Следующие, из основной тройки, арахниды. Большие, размером с человека, не совсем похожи на пауков, но что-то общее есть. А третья раса, милые такие, пушистые хомячки. Прямоходящие, тебе по пояс ростом, упитанные, на вид очень няшные. Вот как раз они-то самые "злобные". Мозг, так сказать, Союза Семи. Экономисты, аудиторы, юристы, специалисты и крючкотворы всяческих прав и обязанностей в партнёрских соглашениях. В вопросах космического права - как рыба в воде.

Работают корпораты приблизительно по тому же принципу, что и Кло, но только в иной плоскости - торговой. Продажа, покупка, страхование, рабочие контракты…

И люди очень скоро поймут, что инопланетяне какие-то немного блаженные. Тут их чуть-чуть кинули, там обманули, здесь объегорили, а они не "бэ" не "мэ"! Дальше, как сам понимаешь, больше…

А лет через десять, поизображав из себя простачков, которых можно безвозмездно кинуть, они предоставят материальчики уже и в суд космического сектора, и вам. И суд признает, что вы должники. Оч-чень большие должники. А в космосе совсем не любят тех, кто жульничает и обманывает и не отвечает по взятым обязательствам.

На планету высадятся арахниды, силовая поддержка, чтоб у кого-то ретивое не взыграло, и человекообразные "эльфы", как бдительные контролёры. И предъявят по счетам. И вы заплатите, так или иначе…

Еще через десять лет половина человечества будет отрабатывать, на законных основаниях замечу, долги на планетах и астероидах, в шахтах, на фермах, осваивать агрессивные экзопланеты. Вторая, большая часть, на самой Земле, продадутся сами. Союз Семи предоставит работу по всему освоенному сектору рукава, к примеру. Причём не обманут. Они всё у вас тут купят или выкупят. Но человечество, как самостоятельная, самобытная, с собственной культурой, раса кончится. Растворится на просторах галактики, как кусок сахара в тёплой воде.

А есть в космосе так называемые Молодые расы. Они ещё не настолько мудры, как Кло или Ундилинь и всё больше стремятся порешать вопросы силовыми методами. Тянут в себя и под себя всё, что только возможно.

- Свет очей моих, ты рассказываешь реальные страсти!

Я был совершенно серьёзен. Бодаться в инопланетном суде против космической Взрослой расы, где они хорошо известные, уважаемые разумные, а мы - полудикие варвары с задворков галактики, дело тухлое. А то, что мы дадим в руки "материальчики", как выразилась Ева, я нисколько не сомневался. Дадим, ещё как дадим… Воевать с молодыми и жадными, но космическими цивилизациями перспектива ещё печальней.

- Оттого я и говорю, с Ивин вам просто повезло. Но вот с тем, что в тот момент на их корабле-матке странствовал молодой кристалл, повезло нереально. Земная цивилизация, буду откровенна, такая себе, - она пощелкала пальчиками, - средне-паршивая. Раса "хомо" представлена в освоенной галактике довольно широко, так что, вы не нечто оригинальное. Каких-то великих высокодуховных достижений не имеете, общество и социальный строй плюс\минус стандартный для вашего вида на вашем уровне развития. Сама планета не содержит чего-то эксклюзивного. Ни фауна, ни флора, ни ископаемые… Мухосранск в захолустье, как ты сам говорил. Старшим расам, точно, не интересная.

- И всё так и было бы, если бы не одно, - Ева наклонилась ко мне поближе, - попробуешь угадать?

- Даже не рискну…

- Компьютерные игры!

- Что?

- Игры. Компьютерные, - она довольно улыбнулась моей ошарашенной физиономии. А я и правда был удивлён.

- Почти все техногенные цивилизации, - продолжила Ева - так или иначе используют айти-технологии. Видимо, какой-то закон вселенной. Но никто, никто и никогда не додумался приспособить высокотехнологические информационно-аналитические, расчётные устройства для игрушек. Игрушек!

- Да ладно! - восхитился я, - Прям – никто?!

- Как там у вас говорят - забивать гвозди микроскопом! Никто в космосе не забивает гвозди микроскопом, одни вы до такого додумались. Мало того, преуспели в этом. Создали концепцию виртуальной реальности. Многие, до кого дошла информация, подивились вашей "инфантильности", вашему разбазариванию ресурса. Кто-то, условно говоря, покрутил пальцем у виска, иные пожали плечами, мало ли придурков в космосе. Но кристалл, что прилетел с Ивин, был в шоке. Потрясён, очарован! Представляешь, мой господин, даже они, те, для кого мир цифровых технологий, тут я конечно упрощаю до понятного тебе - одна из естественных сред обитания разума, до такого не додумались. Виртуальные миры, вот что спасло вас!

Кристаллы настолько возбудились этой концепцией, что начали просыпаться. Представляешь?

- С трудом. Но ты продолжай, очень интересно.

- Они стали экспериментировать на основе ваших разработок. Изучать, что вы уже напридумывали, осмысливать. Те, продвинутые игры, что вышли за последнее десятилетие, их заслуга. Там они отрабатывали алгоритмы, совершенствовали механику виртуальных миров, создавали концепции взаимодействия с реальным миром, и делали ещё много чего.

И вот - Бесконечная Вселенная! - торжественно выдала Ева, - Знаешь, что она такое?

- М-м-м… - кроме как многозначительно мычать, мне не оставалось ничего. Выдавать банальное - сложная виртуальная игра, как-то уже не тянуло.

- Не пыжься, - посоветовала Божественная, - Это - реальная вселенная, созданная разумом кристаллов. Вселенная, которая где-то, так же, как и находящаяся где-то Вселенная, в которой существует Земля, Солнце, галактика Млечный Путь и сами кристаллы. Они обе реальны! Неизвестно, кто создал вселенную, где зародились кристаллы, но эту создали они. Не удивлюсь, если через многие миллиарды лет здесь появится кто-то, кто создаст ещё одну. А потом ещё одну… Возможно, так и рождаются вселенные.

- Я бы сейчас выпил и закурил… - после продолжительной паузы изрёк я. Сразу то, что выдала Ева, переварить было очень сложно. Растечься бы мыслию по древу, обмозговать неспеша… - Прям коньячку и большую такую сигару. Кубинскую!

- А пожалуй, - задорно улыбнулась Ева, - Победителю Великого Кракена, отцу, защитившему мою любимую дочь. Не пожалевшему для неё ничего. И вообще, господину моему, почему бы и не да!

- Серьёзно!

- Вставай, - скинула мою голову с своих колен Ева, - а то коньяк простынет.

Сижу… Легкое, ажурное и хрупкое на вид креслице. Не качалка, замечу. Изящный столик. Большой пляжный зонт создаёт прохладную тень. В руке квадратный, полукилограммовый стакан синего стекла. В нем плещется темно-коричневый напиток. Коньяк, как и обещали, очень хороший, и даже отличный, но марку определить не берусь. А вот сигара, которой я удовлетворённо попыхиваю, точно Монте Кристо №2. Самая-самая, а если и не так, вкусы всё же у курильщиков разные, то одна из верхней строчки топа.

В общем - лепота…

- Что с нашей дочей? - задал я естественный вопрос сидящей напротив Еве. В её руке тонкий и высокий бокал, в котором плещется что-то золотистое и шипучее.

- Она в Тёмной Бездне. Проходит инициацию на юную богиню. Кстати, скоро будет здесь.

- Вот как, - задрал я брови, - это очень хорошо. И отсюда следующее… Свет очей моих - трусы верни.

- Трусы, - сделала домиком брови Ева, типа - не понимает о чём я.

- Да! Трусы, труселя, трусямбы! Костюм тройку не прошу, но обычные неуничтожимые, - добавил я сарказма в голос, намекая на давние обстоятельства, - семейники вынь и положь. Ты же не хочешь, чтобы солидный перец, победитель всего, чего только можно, сверкал голой жо перед дочерью?

- На тебе прекрасный пляжный подгузник, - мило улыбнулась Ева, - Работа высококвалифицированного конфикционера, кстати. Материал - что ни наесть природный, естественный, строгий дизайн минимализма, смелая цветовая гамма! Шикарная вещь!

- Тоесть, - сделал я вывод, - трусы не дашь.

- Не-а… Ты, снова, как и всегда, не умер. Не умер, вот какая забавная штука.

- Формально не умер, - вставил я.

- Нормально не умер, - поправила меня Божественная.

- Знавал я, - затянувшись глубоко, пыхнул ароматным облаком дыма, - и ещё больше повидал хищниц, что раздели мужиков до исподнего, а то и до гола. Не только при разводе и делёжке, но и так, по ходу жизни. Хотя, будем справедливы, "до исподнего", тем более до гола - всё же фигура речи. Что-что, но хотя бы одежда на теле оставалась.

Но чтоб отнять у мужика даже трусы, оставить, в прямом смысле этого слова - голым, это вообще за гранью добра и зла. Королева - я в восхищении!

- Я - Богиня, - потыкала пальчиком себе в грудь Ева, - что, вообще-то, несколько повыше королевы.

- Ая-яй, Божественная моя, ая-яй…

- И ничего не ая-яй, - совсем ни смутилась Ева, - Ты у меня, господин мой, ловкий, сообразительный, рукастый, харизматичный и удачливый. Думаю, месяца через три-четыре уже опять будешь плыть на собственном корабле, мутить с какой-нибудь принцессой и собирать хабар, попутно нагибая всех, направо и налево.

- Не правда ваша! Никогда такого не было! - изобразил я смертельную обиду.

На что Ева только звонко рассмеялась. Ах, как она смеётся! Божественно. За одно это простить многое можно.

- Трусы не вернёшь.

- Не-а…

- Что значит моё длинное имя не скажешь.

- А ты ещё не в курсе?

- Не в курсе.

- Ну и я не скажу, - в глазах её скакали бесенята, а губы растягивала счастливая улыбка.

- Госпожа моя, я же бессмертный.

- Я знаю.

- И значит, у меня очень, очень, очень-очень много времени.

- Согласна.

- А раз так, я же улучу момент и отомщу! И мстя моя ужасной будет!

И как вы думаете, что произошло? Она снова залилась смехом…

- Головастик… - задал я Еве тревожащий меня вопрос, когда она чуть успокоилась.

- Не волнуйся, - тоже становясь серьёзной ответила Ева, - Неужели ты мог подумать, что я развоплощу его. Он всё же, в каком-то смысле, тоже моё дитя и… часть тебя.

- Как он?

- Жив, здоров. Печален… Далеко отсюда, но придёт время, и он появится.

- Фух, - выдохнул я - уже легче.

- Переживал?

- Не то слово…

- Верю.

Помолчали…

- А как, вообще, получилось, что я жив?

- Потому что формировался ты, со своими статами, способностями и образом, вне Бесконечной Вселенной. В изомерном предбаннике, который к ней отношения не имеет. Так что, формально, всё правильно. Ты отдал всё, что было у тебя, что ты приобрёл и получил на Океании, но сама жизнь с начальными характеристиками осталась при тебе.

- Хитро… - хмыкнул я, - Но могли бы и намекнуть, как дело-то обстоит. Хотя постой, это была очередная проверка на вшивость.

- Но ты же не отступил, - ни сказав ни да, ни нет, мило улыбнулась Божественная.

- Не отступил, - кивнул я, - Ну, а если бы проиграл кракену?

- Дочь бы погибла, - посмурнела Ева, - Потом, много времени спустя, орден Справедливого Ока возродил бы её. Где-нибудь далеко. Она снова стала бы чей-то дочерью, но уже не нашей. Она бы всё забыла. Тебя, меня, Головастика, Старого, Рамзеса и Люси, всё.

- Это… - я даже не смог сразу подобрать нужное слово.

- Это ужасно, - опередила меня Ева, - ужасно…

- А что, чисто теоретически измышляя, случилось бы если я ничего не отдал?

- Хм, - Ева посмотрела на меня очень серьёзно, - Жемчужинка стала бы очень могущественной цифрой. Очень могущественной, но не богиней. Не знаю, насколько бы ты остался для неё любимым отцом, но для меня из господина моего превратился бы в некоего игрока, одного из многих. Ты стал бы мне неинтересен, - Наклонилась ближе и заглядывая мне в глаза, высматривая в их глубине что-то очень важное для себя, сказала Ева, - Совсем.

- Справедливо, - ответил я ей таким же открытым взглядом. Протянул руку и накрыл её ладошку, - Справедливо. Надеюсь, я тебя не разочаровал и всё ещё интересен?

Ева расслабилась, улыбнулась, откинулась назад… Наверное то, что она увидела, вполне её удовлетворило.

- Боле чем, господин мой. Более чем…

Глава 24

Эпилог.

- Скажи мне, о зефир сердца моего, признайся, как на духу, всё это, - я махнул рукой, - один длинный и целенаправленный квест?

Мы всё так же сидели за столиком, под зонтом, но концепция радикально поменялась. Стакан с коньком, вторая порция, остался, сигара в зубах, тоже вторая, кстати, а вот Ева сидела у меня на коленках, и я по-хозяйски ухватил её за бедро. Может и не совсем бедро, но к чему излишние подробности.

Мне было прям очень хорошо. Особенно глазам и носу, они буквально утонули в ложбинке, где и вид прекрасный и запах умопомрачительный. Расслабился, растёкся…

- Квест? - удивилась Ева, - Ты всё еще думаешь, тебя заставляли что-то делать против твоей воли?

- Против воли, хех! О нет, моя госпожа, мне создавали ситуации, в которых, если знать мой характер, мои моральные ценности, то я буду делать вот так, а не иначе. Не всегда, но местами, ситуации были откровенно сгенерированы в определённом направлении. Довольно грубо, чтобы резало внимательный глаз.

- К примеру?

- Шторм, что закинул меня к бацхвари.

Ева ничего не стала говорить. Просто загадочно, едва-едва улыбнулась.

- Я достаточно прожил, чтобы понимать такие вещи, - пыхнул я сигарой, - Скажу больше, человечество в такие игры играет очень давно. И довольно успешно. Тайные общества, ордена, партии, секты, идеология, от слова - идея. Вера… Много, много разных ниточек, за которые можно дёргать человека. Пойми, госпожа моя, я не в претензиях, результат мне очень нравится, а сам процесс не вызывает внутреннего противления, но, как и многие - грешен любопытством. Знать хочу…

- Где-то на просторах платформы ядерного апокалипсиса, - задумчиво начала говорить Ева, - Среди радиоактивных пятен, искривленных, зараженных лесов, мутантов-зверей и людей-мутантов, идет-бредёт очень интересный персонаж. Мимо разрушенных городов, посещая уцелевшие анклавы, сражается, когда это надо, договаривается если необходимо. Помогает, не глядя на то, люди это или мутанты… Собирает хабар, торгует, чтобы есть и пить, одеваться, а также и по иным надобностям.

Когда-то его звали Онори Такацука. Широко известный в узких кругах как - Последний Самурай. Кстати, твой почти ровесник, на каких-то десять лет помладше.

- Тоже мне ровесник, хех! Его ещё в проекте не было, а я уже эге-гей как девчонок за косички дёргал!

- Молчи, - закрыла мой рот своей ладошкой Ева, - А то не стану рассказывать.

- Молчу, молчу…

- Род Такацука - самураи в - надцатом поколении, аж с четырнадцатого века. Они всегда старались придерживаться кодекса, но как сам понимаешь, время неумолимо и цивилизация не стоит на месте. Она, цивилизация, и научно-технический прогресс, стоит дать слабину, размывают внутренние постулаты и моральные скрепы неумолимо. Жить "по старине" очень сложно, когда вокруг тебя НТР-революции. Последний Самурай он от того, что реально соблюдал кодекс Бусидо.

- Уважаю! - не мог не высказаться я. Не слишком глубоко и подробно, но я был знаком с Кодексом. Придерживаться даже части его, в миру - это надо иметь характер.

- Железный дядька. Уверен, жизнь его была нелегка.

- Нелегка, - согласилась Божественная, - Его уважали, им восхищались, ему завидовали. Он знал, и его знали многие сильные и властные Японии. Он был рукопожатым в высоких кабинетах, финансовых, политических и военных. А вот любили его, по-настоящему, единицы. Единицы за всю его долгую жизнь. Тебе в этом повезло гораздо сильнее.

- Ну я бы не назвал это везением, работать надо, работать…

- Благодарные потомки тоже, как и тебя, практически засунули его в Бесконечную Вселенную. И он, как и ты, выбрал свой, индивидуальный путь. Идя по нему, обретая и теряя, создавая сам себе длинный и нелёгкий квест, а мы немного ему помогали, - хитро подмигнула Ева, - Теперь он имеет то, что имеет.

- И что же?

- Ведёт за ручку мальчика лет пяти. Божественного ребёнка!

- Как интересно! - вырвалось у меня само собой.

- Если всё пойдёт как надо, - улыбнулась Ева, - лет через десять в мир придёт бог Воинов.

- Бог Воинов? - переспросил я, - Правильно понял, не Войны, а Воинов? Это, знаешь ли - разница.

- Именно Воинов.

- Однако… Какой интересный старик. Хотел бы я с ним поручкаться, потрендеть о высоком.

- Почему нет, - пожала плечиками Божественная, - однажды всё может быть. Он тоже бессмертный, как и ты.

- Хм… Знаешь, я отчего-то уверен, что возможно уже есть, а может - появятся ещё такие же бессмертные, которым не выдадут, не нагрузят, а организуют некий квест, и в Бесконечной Вселенной появятся ещё боги.

- Очень может быть, - хлопнула Ева по моей руке, что слишком энергично начала жамкать упругое полупопие Божественной. Клянусь отчизной, я ни при чём - рука сама! - Но это закрытая информация.

- Почему не единобожие?

- Потому что человечество никогда не жило в единобожии. Часть, да. И даже та часть, что верит в единого бога, очень вольно и своеобразно толкует одно единственное слово бога. А уж его учение и подавно. Да и, если посмотреть, то в монотеизме масса всяческих святых, приближенных к богу, по вашим же понятиям. И чем они тогда отличаются, по статусу от мелких, второ- и третье- степенных божков, ходящих под Главными Богами?

- Хм… Упрощённый, конечно, взгляд, но в чём-то справедливый. Конечно, самые воцерковлённые и ортодоксальные фанатики ни за что не согласятся с такой постановкой вопроса, но уверен, в Бесконечной Вселенной их мнение никого не интересует

- Это верно… Хочешь ещё немного тайн от меня, великой?

- Я одно большое ухо, о мелодия сердца моего.

- Угадай, отчего в прайс-листе выбора есть некоторые игровые расы, которые пока недоступны людям, но уже появились в "игре"?

- Ответ очевиден, - затянулся я сигарой, - в них уже играют инопланетяне.

- Нет, - слегка отстранилась от меня Ева - иногда ты слишком умный.

- Пф-ф-ф… После того, как ты мне рассказала об истинном положении дел с игрой, - я изобразил кавычки, - Бесконечная Вселенная, всё более чем очевидно. Думается мне, многие пейзажи на её платформе срисованы с натуры. Звери, растения, полуразумные и некоторые разумные, всё такое прочее… Если не калька один в один, то по мотивам точно. Не только людские легенды, мифы и фантазии прошерстили, но и инопланетян тоже.

- Умный… - с удовольствием констатировала Ева, - Будь аккуратней, такого многие убить захотят. Бесишь…

- Пытались, - хлебнул я коньячка, - и там, и тут. Но это так, обычные пертурбации по ходу жизни. Вот вопрос! В кого играют кристаллы?

- ??? - взлетели бровки Евы.

- Что!? Только не говори будто их тут нет!

- Кристаллиды Теллура? Крутые монстры? - тут же стала накидывать она варианты, - Может, что-то ещё более могущественное? Я не знаю. Честно. Терра Инкогнита, закрытая информация даже для меня.

- М-м-м… Вряд ли. Если хорошенько подумать, сопоставить те крупицы доступного, что мы знаем о разумных кристаллах, то я бы поставил на радикально противоположное.

- Чтоже? - наклонилась ко мне Ева, заглядывая в глаза.

- Могущество, госпожа моя! Такое запредельное могущество, что им стало неинтересно жить. Нет, не так, - я немного замялся, формулируя мысль чётче, - повседневно существовать. Ощущать обыденное для их природы течение времени. А потому, поставил бы на малое. Слабое, быстротечное, живущее ярко, самозабвенно и коротко.

- С их точки зрения всё живет ярко и коротко, - усмехнулась Ева.

- И тем не менее, я бы предположил цветок, что распускается на одну лишь ночь, а потом увядает. На мотылька, успевающего родится, полюбиться и размножиться за несколько часов. Не знаю, может быть в гусеницу, что потом превратится в бабочку?

- Весна… - очень похоже прошипела Ева голосом мудрого Каа, - Когда приходит это время, мне становится нестерпимо жаль, что я не родился бабочкой или цветком.

- Да, где-то так.

- Очень может быть, - задумчиво проговорила она - очень может быть.

Мы купались, загорали, ели… Ждали появление дочи. Сегодня Ева устроила себе очень длинный выходной. Такого она себе ещё не позволяла. Ну, так и повод достойный - рождение Богини Жизни.

Мы валялись на тёплом песочке. Совершать энергичные движения продолжительное время, это сейчас не про меня. А вот языком трепать - не мешки ворочать.

- Скажи, свет очей моих, а как ты предстала перед самураем?

- Откуда такой вопрос? - хитро прищурилась Ева.

- Скажи…

- Ревность - плохое чувство. Не ты ли сам давал совет Люси?

- И всё же.

- Не переживай. Для него я приняла образ Аматэрасу-о-миками. Кроме благоговения, почитания и преклонения перед солнцеподобной, никаких низменных чувств у него ко мне нет. Он не такой наглый, чтобы пригласить меня на свидания после пяти минут знакомства, да ещё сидя передо мной без штанов.

- И очень хорошо, - удовлетворился я, - Что моё, то моё! Пошел самурай лесом.

- Собственник, - засмеялась Ева.

- И что?

- А скажи, господин мой, что будешь делать дальше? Точнее, что бы ты хотел?

- Хм… В ближней перспективе или в глобальном плане?

- И так и так…

- Вернутся на остров Возрождения и начать всё заново. Пройти тот же, плюс\минус, путь что я уже прошел. На более осознанном и совершенном витке, так сказать.

- Серьёзно? - удивилась Ева.

- Совершенно.

- И тебе не будет скучно?

- Я, предел моих желаний, очень консервативен, по сути. То, что я делал, те способности, которые я приобрёл, мне нравятся. Скажу больше, многие из них я так и не раскрыл во всей их могутности и совершенстве. Всё бежал куда-то, что-то делал наспех. Насовал умений, как дурак махорки в карман, да половиной не пользовался как следует. Если только некоторыми…

- Молекулярный клей?

- Шикарная вещь, - согласился я, - Но даже в этой магической штуке остались нереализованные возможности.

- Но, - коварно улыбнулась Ева, - никто не гарантирует тебе обретение молекулярного клея опять. Статус бонусной территории, весь целиком, знаешь ли, Великий Архипелаг ныне утратил. Будут, конечно, отдельные острова, возможно - кластеры, с эксклюзивной территорией, с особой, уникальной, а может, совсем чуть-чуть и бонусной, но в целом…

- Пф-ф… С учётом размера Великого Архипелага, даже малый процент "жирных" местечек, от его общих территорий, это не мало. Уж я-то понимаю.

- Ну-у-у… - протянула Божественная, - где-то согласна. А "клей"? Он-то тебе достался в виде рандома.

- Свет очей моих, - улыбнулся я снисходительно, - Я же не рукожоп какой. Это статы ты мне порезала, а мозги-то всё те же. Я рождён в те времена, когда многое люди собственными ручками делали, а не шли в магазин покупать. Могу на коленке пару-тройку клеев сварганить, а если чуть подготовлюсь, то и весь десяток. И, смею заметить, весьма качественных.

А как мы знаем, магия тут работает по принципу аналогии. Так что, способность "супер-клей" я себе организую сам. Как и другие магические умения. Знаю с какого конца за это браться. Если ничего не поменялось…

- Не поменялось… - улыбнулась Ева, - Хочешь пройти проторенным путём

- Очень, - охотно подтвердил я.

- Тем более, рядом такой интересный остров, где живёт и процветает некая принцесса Виктория.

- Процветает? - тут же уточнил я.

- Вполне.

- И это прекрасно! А интересная такая водоросль во пруду всё еще там?

- Там, - хмыкнула Ева.

- Ну и за каким рожном я от таких ништяков должен куда-то бечь? Тем более, отъём непосильно нажитого коснулся только материального, магии-шмагии, способностей всяческих и физических кондиций, а вот тут, - я постучал себя по лбу пальцем, - всё осталось. А это, знаешь ли, свет очей моих, самое главное. Как делать, что делать, почему так, а не иначе… Кстати, отчего такой кривой билд, не просветишь?

- Не кривой! - дала Ева мне лёгкий щелбан, - Во-первых, радоваться такому должен…

- Рад…

- Во-вторых, мировая константа Бесконечной Вселенной - никто, никому, никогда влезть в мозги не сможет. Ни исправить, ни стереть, ни вложить. Ни насилием, ни принуждением. Вот и я не могу отнять то, что у тебя в мозгах. Да и хорошо.

- Не то слово, - не мог не согласится я, - Однако, что-то тут не сходится. Звери, мутящие ментальные дела, встречаются. Сам видел, и даже попадал под атаку.

- Звери - другое, - покачала головой Ева, - Отпугнуть, если слаб и безобиден, обмануть, запутать и скрыться. Если силён - ударить по мозгам, ошеломить, навести страх и ужас, схватить добычу, убить, сожрать! Обхитрить, заманить, если не полагаешься на силу, это да. Есть такое. Но звери не лезут в мозги для того, чтобы подчинить, заставить делать то, что надобно им, а не тебе, управлять, вынуть одно и вставить другое, манипулировать - это только разумным требуется. И вот тут запрет категорический. Так захотели кристаллы. Пунктик у них такой.

- Аллилуйя им за это, - совершенно серьёзно прокомментировал я.

- И в остальном, - хмыкнула Ева, - как ты себе представляешь аннулировать твои достижения с другими расами, к примеру? Деяния, проступки, твои заслуги перед другими? Стереть воспоминания у целого народа хоб? А что делать с летунами? Ведь это вы с Мими, по сути, создали новую расу на Океании. И сама Мими, Бобо, Крук? Их тоже невозможно лишить памяти. Это их история становления и возвышения. А Девы Отца-Океана…

- То есть, - высказал я осторожный оптимизм, а губы сами поползли в довольную лыбу, - и "Говорящий с народом Шуу" при мне остался.

- Тоесть - остался.

- А как же подтверждение сего буковками в моём виртуальном резюме, так сказать?

- А тебе очень нужны эти циферки? - внимательно посмотрела мне в глаза Ева.

- Мне? Да нах… Простите меня за мой французский! Мне ехать, а не шашачки!

- И я так думаю…

Некоторое время она молчала. Молчал и я, довольный, приободрённый, попыхивая сигарой.

- Ладно, - наконец отмерла она, - ближайшая твоя перспектива понятна. А есть ли что-то совсем отдалённое в твоих планах?

- Как не быть, - ухмыльнулся я, - Их просто громадьё! Собственных, замечу!

- Собственных?- задрала бровку Ева.

- Ну, не уверен, что мне опять НЕ организуют какой-либо квест.

- Опять ты за своё? - возмущённо трепыхнулась Божественная.

- Расскажу тебе один план, - прижал я её к себе плотнее, гася недовольство, - точнее - мечту.

- Мечту? Это интересно, - сразу успокоилась Ева.

- В наших странствиях, - отхлебнул я коньячка, - было дело, кружась в небесах, увидел я однажды очень интересный островной кластер. Разглядел я его вооруженным глазом. Был он совсем в другой стороне, не там, куда нам было надо, но сам я до него слетал на быстром крыле, так сказать.

Не знаю, что там произошло, то ли взорвался супервулкан и осталась от него огромная кальдера, то ли метеорит бабахнул и образовал гигантский циркумвал, но получилось то, что получилось. Почти идеально круглое горное кольцо, высотой в километр где-то, а диаметром около тридцати километров. Три прохода ведут внутрь этого образования, через которые вливаются и изливаются воды Отца-Океана. Внутри, опять же, не знаю как и почему, всё в островах. Малых, средних, относительно крупных, и совсем крошечных. По центру кальдеры самый большой, квадратов десять общей площади.

Все они заросли разнообразной флорой, как и сами горы вокруг. Есть и собственная интересная фауна. И, замечу, весь этот кластер - скорее экзот. Но я там был совсем недолго и очень поверхностно. В основном обозревал с неба. Но главное я разглядел, да!

Когда я стану велик как горы, и могуч как океан, а богат так, что Крез, по сравнению со мной, просто бомж подзаборный, то вернусь на этот кластер. Не один… Я найму лучших магов-бытовиков на Океании, а может к тому времени и не только на ней, лучших строителей, искусных и креативных зодчих и построю на центральном острове Храм Матери Всех Богов. Твой храм, моя госпожа.

- Храм? - удивилась Ева.

- А что тебя так поразило, услада сердца моего? Если есть верховная Мать Всего Сущего, и у неё имеются уже ещё одна богиня Жизни, а вскоре появится и бог Воинов, что же тут удивительного, если будет и храм для них. Его всё равно где-то рано или поздно построят, так что лучше уж я буду первым. Скромно замечу, что обоих самых главных богинь я знаю получше остальных вместе взятых. Мягко говоря.

- И не поспоришь, - улыбнулась Ева, - А какой будет храм? Как я буду представлена?

Женщина, что тут скажешь, улыбнулся я про себя. А как я буду выглядеть, а в чём одета, а вокруг что? Подойдут ли вот эти колонны под фасон моих босоножек?

- Пока я его только созидаю у себя в голове, - честно признался я, - Время до воплощения много. Одно скажу, он будет величественный, ажурный, полный воздуха и света. Прекрасный, магический… И да, - подмигнул я Божественной, - архитектор принимает заявки на детали конструкции, отделку и декор. И вообще, пожелания всяческие.

- Они, несомненно, будут, - погладила меня по щеке Ева.

- Вот видишь, - успел я лизнуть ладошку Евы, - как удобно иметь обком, профком - все знаком.

- Несомненно, - щипнула она меня в ответ за маленькую шалость, - Но ты не сказал, как буду представлена я. Или тоже ещё только в планах?

- Ну, твой образ уже более менее прорисован, так сказать. Ты сидишь на троне в свободной, даже несколько расслабленной позе. Красивые одежды, красивая причёска, украшения… м-м-м… возможны, а может и излишни, тут думать надо. Сама ты в виде прекрасной матроны. Такая, знаешь ли, зрелая убийственная красота! Не девочка, не просто женщина, но мать. Мудрая, величественная, всё понимающая. Справедливая, прощающая, но и наказующая, при необходимости… Мать Всех Богов.

- Не такая, - уточнила Ева, ткнув себе в грудь пальчиком, - как сейчас?

- Хрен им всем! - скрутил я из пальцем кукиш, - Этот образ только мой и ни для кого больше. Я жадный единоличник! Собственник!

- Понятно, - протянула Божественная. Губы её растянула ехидная улыбка, а глаза смеялись, - Пожелания к внешнему виду, раз обком профком - все знаком, принимаются.

- Конечно! В пределах очерченного образа…

- Понятно. А что вокруг храма планируешь?

- А вокруг, на островах - город. Такой же красочный, ажурный и прекрасный, как и храм. А называться город будет - Город Тысячи Мостов. Это потому, что если соединить все острова мостами, их и получится тысяча. Ну, может быть чуть больше, но такими формалистами мы не будем. И представь себе, моя богиня, ни один мост не будет похож ни на какой другой. Все до одного они будут разные. Конструктивно, эстетически, материалами и размерами… Представь себе, ни одного похожего. И дома тоже… С учётом того, что локация "экзот", на многих островах своя географическая широта и собственный климат, должно получиться прикольно.

- Красиво, - немного помолчав произнесла Ева, - А кто жить там будет.

- Кто-то, - пожал я плечами - Те, кто согласится и будет соблюдать мои правила.

- Правила?

- Ничего свёрхоригинального и невыполнимого. Расовая терпимость, мирное сосуществование, уважение к другим культурам и традициям. В целом - живи сам и не мешай жить другим. Булки для процветания города напрягаем все вместе! Нечто созвучное законам Города-Замка с его мультикультурой.

- Хм… А чем он будет жить, этот твой Город Тысячи Мостов?

- Торговля, освоение Великого Архипелага, исследование его тайн. Открою магический университет. Там будут не только учить магии, но и, самое главное, изучать её саму. Факультет техномагии, как один из, видится мне оченно перспективным. И как раз производством всяческой продукции на основе техномагии будет заниматься Город. Не только всяческой мелочью, но и к примеру, стоить корабли, плавающие и летающие. Почему бы и не да. Скучать в Городе Тысячи Мостов будет некогда.

Но самое главное, в Город к твоему храму потянутся паломники, появятся монастыри богов, нахлынут туристы. Их надо обслужить, подогреть, обобрать… э-э-э… Подобрать, обогреть, я хотел сказать.

- Понятно, - засмеялась Ева, - что ты хотел сказать. Но, - она посмотрела на меня очень серьёзно,- это не на один год, и даже не на один десяток лет занятие. Если не на столетие.

- А я, моя госпожа, бессмертный. Времени полно. Более того, я уже говорил не раз и не два, воевать я умею, но это никогда мне не нравилось. Большую часть своей жизни я всё же созидал. Смею надеяться, вполне успешно. И скажу так, мне это дело нравится. Понимаешь, Божественная, очень нравится. А уж тут, на Океании, с магией и её возможностями, с удивительными интеграционными материалами, да и просто материалами, с трудолюбивыми коротышками, такими, как розовый друг Крук или весь народ хоб, такого можно наворотить, м-м-м… Песня!

И тут нашу неспешную беседу прервал до боли знакомый вой-вопль! Откуда-то оттуда с просторов океана. Зрение, увы, у меня ныне не то что ранее, поэтому небольшое пятнышко, мчащиеся по волнам я в подробностях, рассмотреть пока не могу, но не узнать "голос" раковины саксофона - шалишь.

- Эту музычку я уже слышал…

- Дочь сама выбирала, чтобы особо памятного оставить себе из богатого наследства отца, - улыбнулась Ева, - Всё было нельзя, но кое-что можно.

- Так это она, наша лягушонка в коробчёнке к нам едет… Плохо вижу на чём.

- Скоро рассмотришь.

И правда, не прошло и пары минут, как она была уже рядом. Приплыла, и даже где-то прилетела, она на своём питомце Блинчике. Правда, Блинчик уже совсем не похож на собственно блинчик. Когда-то, совсем недавно, он лежал на ладошке дочери печальной маленькой плюшкой с умильными глазками, а вот теперь это реальный монстр.

Десятиметровый диск тела, мощного, покрытого бугристой кожей, местами усиленной костяными накладками и крупной ромбической чешуёй. Маленький хвостик превратился в пучок длинных хлыстов-щупалец, вооружённых шипами, когтями, да ещё по ним, время от времени, пробегали электроразряды. Бахрома плавников вокруг тела заматерела, обросла дополнительными вставками с острыми лезвиями. Глаза этого чудовища уже не выражали жалобную растерянность, а смотрели внимательно, пристально и светились в них ум и сообразительность, а в приоткрывающейся, иногда, пасти в полтела, поблёскивали внушительные конические зубы.

Мда, Блинчик уже не тот… А вот трое бацхвари - Старый и брат с сестрой Квак и Квака - всё те же. Они держались за высокие толстые шипы, гребнем идущие по телу Блинчика от носа до хвоста и, как раз у Квака, в руках был звездный саксофон.

И дочь… Если она и поменялась как-то, то не слишком явно. Может чуть-чуть, совсем неуловимо. Когда Блинчик, ничтоже сумнящеся, вибрируя плавниками, выполз на песок пляжа, она соскочила и кинулась мне в объятия…

- Отец! - прижимаясь к моей груди воскликнула она, - Отец! Ты жив! Отец…

- Жив, жив… - прижимая Жемчужинку к себе, наглаживал я её по изумрудно-синим волосам, по плечам и спине, - Жив, чего мне сделается.

- Отец, - она отстранилась, и по её щеке проскользнула прозрачная слезинка, - Я так счастлива. Мама - она повернулась к Божественной, - Отец!

- Ну-ну, всё успокойся, родная, - подошла Ева и тоже обняла нас обоих сразу, - Всё самое плохое уже позади.

- Она не знала, что я жив? - задал я вопрос Еве.

- Знала, - ответила за неё дочь, - Но, - она улыбнулась,- это было абстрактное знание, - Мне надо было увидеть, пощупать, убедится…

- Убедилась, - улыбнулся я.

- Ага!

- Тогда пошли за стол, - потянула нас Ева, - отметим…

И вот сидим… Первые, самые эмоциональные порывы схлынули, самые насущные вопросы озвучены. Ответы… ответы на некоторые вопросы я получил довольно внятные, типа, как самочувствие дочи, как настроение… А вот на вопрос, что с ней происходило во глубинах - расплывчатые. Эволюционировала… Без подробностей. Но я в понятиях. Мне и малости достаточно.

И вот сидим. Лёгкий закусон, напитки. Блинчик колбасится на мели в отдалении. Похоже, и вне водной среды он себя чувствует вполне комфортно. Ну так пет богини, что вы хотели.

Где-то, среди футуристических статуй миньонов Великого Кракена, бродят большие лягуши. Отвалили ребята тактично, дабы нам общаться не мешать.

- Какие же вы у меня красавицы, - не мог я не выразить своего восхищения, обозревая дочь и маму, - Истинные богини.

Внешне они очень похожи, если дочери что и досталось от меня, то лишь чуть-чуть. И это неплохо, а даже хорошо. Всё же я не красавец, хе-хе… А вот фасончик платья - это уже чисто мамино влияние. Если на Еве нечто спадающее складками, приталенное и подпоясанное, не скрывающее плеч и рук, то у дочи - открытые плечи, голые руки, подпоясанное и ниспадающее складками. Только материальчик разный и цвет. У мамы что-то светло-серебристое, а у Жемчужинки небесно-голубое с зеленоватым отливом.

Стоило ей сесть за стол, как Жужа шустро пробежалась по всему одеянию, расправила складочки, стряхнула пару невидимых пылинок, уложила несколько прядей на голове дочи и вновь застыла на плече, изображая брошку. Бдит жучило. Дочь настолько привыкла к этому, что даже не обратила на Жужу внимания. А я улыбнулся, вспоминая как она появилась у дочери. Казалось бы, совсем недавно, а на самом деле уже давненько. Время, время, что ж ты так стремительно летишь, когда ты счастлив…

- Да, мы такие! - улыбнулась Ева дочери, - Повезло тебе.

- Сказочно, - согласился я.

- Однако, - пошевелил я бровями многозначительно, - некоторые моменты нашей жизни не приведены к правильному пониманию, - семья.

- Мама? - дочь повернулась к Еве.

- Это немного интимный момент, - попыталась объяснить она Жемчужинке, - Мы с папой кое о чём договорились и пока…

Но я, коварный, тут же её подловил. Уж не знаю, чего она хотела там наплести, и чего у неё сейчас в голове, хотя тему немного представлял, но такой момент упустить я не мог.

- Что тут интимного, вернуть отцу и мужу трусы!

Оп! А глазки-то расширили, а бровки-то взлетели, хе-хе… Один - ноль! А я ведь предупреждал! Найду момент, уж-ж-жалю, хе-хе…

- Трусы! - брови дочери взлетели вверх.

- Представляешь! - скорчил я жалобную моську, - Мать дочери моей, любящая жена, надеюсь, и она же - Верховное Божество, зажала обычные, нубские, неуничтожимые трусы. Вот глянь, в чём сижу, - ткнул я на банановый подгузник, - Стыдоба! Стыдобища, я бы сказал! Айя-яй!

- Мама? - повернулась она к Еве.

- Это вопрос не простой… - начала Божественная.

- Я знаю эту историю, мама.

- Тогда ты знаешь…

- Мама!

- Доча!

- Ма-ма!

- Жемчужинка!

Личики у обеих нахмурились, упёрлись, так сказать. А характеры-то у обеих - божественные.

- Ваша верховная божественность?!

- Богиня Дана!

- Так! - влез я, - Девочки - брейк!

- Раз нельзя трусы, то дай штаны, мама.

- Вот ты, - погрозила кулачком мне Ева.

- А я что… - изобразил лицом непонимание.

- Не могу… Тоже… - выдавила Божественная через себя.

Однако это новость. Я явно чего-то о Системе ещё не знаю. Хотя что значит, чего-то, да я много чего не знаю. Почти ничего, хе-хе…

- Понятно, - кивнула головой Жемчужинка.

А вот дочь знает поболее моего. Что и не удивительно.

- Тогда я.

- Только не трусы… - воскликнула Ева.

- Штаны, рубаху, сандалии… Самые простые, системные, без статов.

- Только штаны! - отрезала Ева.

- Мама?!

- Доча!

- Согласен на штаны! - тут же влез я, - Путь хотя бы они будут. А то, не дай божественная Система, поссоритесь, а я опять с голой жо останусь.

Жемчужинка повернулась ко мне с приподнятой бровкой.

- Вообще не принципиально, на самом деле…

Мгновение! И вот на мне уже штаны. Простые льняные, широкие, на завязочке. Плотные, серого цвета, карманов нет, да и хрен с ними… Живём, однако!

- Ах, - смахивая невидимую слезинку с глаза, умилился я,- Вот теперь и помирать не страшно. Есть кому в старости подать стакан с водой. Выросла дочь, услада взгляда и помощница…

- Хватит уже, клоун, - хлопнула по столу, улыбаясь Ева, - Что вы, люди, вечно с этим своим стаканом носитесь. Я тебе потом, - повернулась она к дочери, - всё расскажу в подробностях про трусы и перипетии вокруг них.

- А сейчас, - у неё в руке образовалась бутылка тёмного стекла, без этикетки, и с залитым золотистым сургучом горлышком, - Давайте отметим всё случившееся. У дочи, к сожалению, не так много времени. Ей надо вернутся в глубины…

- Да, отец, - грустно улыбнулась она, - не могу сказать.

- И не надо, - накрыл я её ладошку своей, - Не надо объяснять про божественные дела и проблемы. Я очень хорошо понимаю слова - тайна, секрет и сведения не для посторонних ушей.

- Свет очей моих, - обратился я Еве, - Сама откроешь или мне доверишь?

- Вот ещё, буду я ковыряться, когда рядом муж мой! - усмехнулась Божественная, - материализуя в руке штопор. Простой и незамысловатый.

- Тогда позволь…

Очень быстро в высоких бокалах заиграла пузырьками розово-золотистая жидкость, насыщая воздух тонким приятным цветочным ароматом.

- Скажи что-нибудь, господин мой, - поднимая бокал попросила Ева.

- Да, отец, - поддержала её Жемчужинка.

- Ну, дорогие мои, любимые, я не мастер говорить тосты, оттого скажу коротко. Давайте выпьем это прекрасное вино за то, чтобы у нас всё было, и чтобы за это ничего небыло!

- Шикарно! - восхитилась Ева, - Фонтан красноречия!

- Глубина мудрости - потрясающая, отец! - добавила с благоговеющей моськой доча.

А потом обе язвы весело рассмеялись.

- Прозит… - не стал углубляться я в тему, стукнул своим бокалом об их и влил в себя терпко-сладкую жижку.

Та-дам! Стоило вину скользнуть по пищеводу, как перед глазами выскочило системное сообщение:

"Все ваши характеристики, Господин Мо, умножаются на три."

А следом за этим, помимо моей воли "вылезло" и само окно с характеристиками.

Раса - человек. Имя - Господин Мо. Уровень - 0.

Основные характеристики:

Сила - 6.

Выносливость - 6.

Ловкость - 6.

Скорость - 6.

Жизненная сила. (Жизнь) - 60.

Вторичные характеристики:

Интеллект - 72.

Магическая сила. (Мана) - 30.

Регенерация - 6.

Дополнительные характеристики:

Мудрость - 9.

Харизма - 15.

Удача - 9.

Познающий суть вещей - 6.

Вот это лепо! Вот это красота! Словно свежая живительная волна прошла по всему телу! Уши прочистили, глаза протёрли, а по мозгам провели влажной тряпкой, стирая пыльный налёт. Организм ожил, забурлил, расправились плечи, и члены силой налились. Лёгкие задышали во весь объём. Ай, да винцо у божественной Евы! Амброзия! Нектар богов!

- Вижу - понравилось, - улыбнулась Ева, встретившись со мной глазами.

- Не то слово…

Я перевёл взгляд на дочу, что сидела с застывшим лицом. По её фигуре ходили заметные волны золотистого цвета.

- Нормально с ней всё, - опередила меня Ева, - Немножко усилила нашу девочку. А то, как верховная богиня Жизни, несколько слабенькая была. Сейчас к нам вернётся.

Представляю, как сейчас усиливается дочь. Если всё, что взяла от меня, что сама "наработала", да плюс чего-то там, ого-го сколько, с Великого Кракена, да умножить на три! Сумасшедшие цифры!

- Мама, - отмерла в этот момент доча, - я…

- Я знаю, - улыбаясь положила Ева свою ладонь на её, - Наш с папой тебе подарок на обретение божественного статуса.

- Спасибо, - она кинулась и обцеловала мать, - Спасибо, спасибо, - и меня тоже, - Я чувствую, насколько стала сильнее!

- Сильнее - да, - строго произнесла Ева, - но знания и умения ещё не вполне соответствуют твоему статусу.

- Да, мамочка, - покорно сложила ладошки перед грудью Жемчужинка, - я знаю. Обещаю, мама, отец - учится, учиться и учиться.

- И это правильно, - только и мог добавить я.

- А теперь, - улыбнулась Ева, - сделай то, что давно хотела, о чём мечтала.

Доча посмотрела на мать с благодарностью, с озорством на меня, щелкнула пальцами и перед нами встали немного растерянные бацхвари. Старый, Квак и Квака. Они, после секундной заминки тут же преклонили одно колено и почтительно собрали бегающие глаза в кучу.

- Старый! - дочь встала и протянула руку над его головой, - Когда-то твой народ, звавшийся Девятым, приняв наказание и взыскуя Искупления пошел по трудному пути отчаянья и надежды. То, что осталось от Девятого народа, народом уже назвать сложно. Племя, не больше. Но даже так вы не потеряли надежды и делали всё, чтобы достичь Искупления, даже не зная, как оно выглядит, в чём суть его.

- И вот свершилось! - продолжила Жемчужинка голосом строгим и торжественным, - Я, Дана, верховная богиня Жизни несу вам Искупление. Нет больше грехов, отринуты старые долги, исчезли ограничения! Вы свободны! Более того, я беру вас под свою руку, как верных последователей своих, как новый народ, приближенный ко мне и возлюбленный мной, ибо достойны! Осознайте честь, но не совершайте больше ошибок, что ввергли вас в пучину мрака и отчаянья, как уже было однажды.

Бацхвари, от таких слов склонились ещё ниже.

- Отныне Девятый народ - не девятый! Имя себе придумаете сами. Такова вам моя благодарность. Отныне каждый член нового народа может иметь собственные магические умения и способности, что приобретут сами, усилиями, трудом и удачей. А ещё я дарю вам три формы!

Жемчужинка снова щелкнула пальцами и на песок упали три монструозных тела. Каждое - полурыба-полуящер! Нечто отдалённо напоминающее ихтиозавра. Длинная вытянутая пасть, усеянная острыми коническими зубами. Массивные кожистые подвижные пирамиды с большими глазами - всё та же концепция хамелеона. Длинный вертикальный плавник по спине, с прочным и острым костяным пером в самом начале. Большой вертикальный хвост. Чешуя - шестигранные выпуклые бляшки серо-стального цвета, даже на глаз очень и очень прочные. Грудные плавники скорее похожи на трёхпалые лапы с крючковатыми когтями на концах. И это только то, что первым бросились в глаза.

- Боевая форма! - провозгласила дочь, - Очень быстрые, очень живучие, зубы и когти ядовитые. Видят далеко и во многих спектрах, а слышат ещё лучше! Эхолокация, мимикрия. Игнорируют многие магические атаки в широком спектре. Очень, очень опасные бойцы!

- Форма для суши, - щелчок пальцами, и перед нами стоят… люди. Почти голые, лишь на бедрах короткие переднички-юбочки, прикрывавшие самое… это самое.

Старый, его сразу можно узнать, дядька средних лет, ближе к пятидесяти. Благообразное, породистое лицо с бородкой эспаньолкой. Сине-зелёной, кстати, как и длинные волосы, сбитые в дреды. Тут доча ничего менять не стала. Глаза у Старого, как и у Квака с Квакой, большие, несколько раскосые, цветом - чистый изумруд, слегка светящийся внутренним пламенем. Пропорционально сложенные тела, в меру мускулистые, без всякого наличия лишнего жирка, но и не перекаченные. Рост, что у Старого, что у Квака, ближе к метру восемьдесят. И сам Квак - этакий благородный юноша, мечта девичьих грёз.

А вот Квака на голову ниже будет. Более стройная, с тонкой талией, длинными обворожительными ногами и грудью размера этак второго. Очень приятственной формы, с небольшими сосками-вишенками чуть более темного цвета, и даже на вид упругие. Носик небольшой, слегка курносый, ямочки на щеках и пухлые карминовые губы. Красотка, что тут добавить. Жемчужинка постаралась, да.

Да и вообще, сухопутная форма - зачет! Пять из пяти! Тела у бывших земноводных, ныне человеческие - отличные, гладкие без всяких изъянов, бронзово-красные, очень приятного оттенка.

А вот уши - мои. Точнее, те, что имел возможность носить совсем недавно, такие себе складывающиеся "локаторы". Но смотрятся органично.Я бросил быстрый взгляд на дочь, а она ответила мне озорной улыбкой…

- Теперь, - комментировала Жемчужинка, - Народ может жить на суше неограниченное время. Но всё же лучше возле моря, по берегам рек и озёр. Вода так и останется другом и помощникам для бывших бацхвари. Тела сильные, крепкие на рану, с хорошей регенерацией. Сопротивляемость ядам, даже самым сильным, очень высокая. Зрение, слух - выше всяческих похвал. Почти не увядают до самой смерти, а смерть приходит на рубеже пятьсот-шестьсот лет. Магически одарённые. Способны к различным профессиям и могут достигать в них больших высот.

Не успели мы насладиться зрелищем нового народа, как дочь опять щелкнула, и на песок упали три русалки. Точнее, два русала и русалка. Вполне классические. Выше пояса - все то же, что и у сухопутной формы, а ниже - рыбий хвост

- Морская форма, - растянула губы Жемчужинка в довольной улыбке.

Ну кто бы сомневался! Уж эпопею с русалочкой Ариэль я пересказывал многократно. Да и вообще, русалки у бацхвари и Жемчужинки, это всегда были хитом сезона! Ну как тут пройти мимо такого.

- Красивые, правда? - ещё шире улыбнулась дочь.

Очень красивые. Русалочьи хвосты-плавники огромны, как у павлинов, со своей цветовой индивидуальной гаммой. И сама чешуя рыбьей части тоже весьма примечательна. Мелкие чешуйки слегка зеркалили и имели плавные цветовые разводы неоновых оттенков. Красных, синих, зелёных, желтых и всяких иных… Этакая живая радуга.

- Красиво! - согласилась Ева, - А какие способности у этой формы?

- Всё те же, что и у сухопутной, а также часть от боевой. Особенность в морской форме одна - внутренний пространственный карман. Чтоб, значит, прятать там одёжку, инструменты, ништячки, хабар, то, сё… Выйти на сушу - одеться, нужное достать, войти в воду - раздеться, ненужное спрятать. Масштабируемый, развивается с помощью вкладывания очков.

- Полезная штука, - высказал я очевидное.

Щелчок и русалки стали опять людьми. Старый и брат с сестрой тут же припали на колено и в благоговении склонили головы. Что интересно, как молчали во время демонстрации, так и сейчас молчат. Не рассыпаются в благодарностях, не клянутся в верности. Да и излишни слова. Думается, богиня Дана читает в их душах, как в открытой книге. А скорее всего, имеет с ними телепатическую и ментальную связь. Совсем не удивлюсь, если оно так и есть.

Так что, бывшие бацхвари помалкивают, пока их не спрашиваю. Оно и неплохо, в своё время наговорили лишнего божествам, потом несколько тысячелетий расхлёбывали. Но удержать лица совсем, для бацхвари трудновато. Особенно глаза выдают ту бурю чувств, радость, неверие, удивление, восхищение, облегчение и много другое, что гигантским штормом бушует у них в душе.

- Хорошая работа, - улыбнувшись, прижала к себе дочь Ева, - Очень хорошая.

- Спасибо мама, - обнимая, в свою очередь, ответила дочь косясь на меня.

- Иди ко мне, - сообразить, чего она хотела не трудно: тепла, ласки, одобрения, - Великолепно, моя капелька! Просто великолепно! Девятый народ заслужил.

- Спасибо отец, я справилась во многом благодаря тебе.

- Ну-ну, не преувеличивай заслуги меня, скромного… Мудрого, знающего, умеющего, брутального, немного великого и чуть-чуть красивого…

- Отец! - выскальзывая из объятий, засмеялась доча, а вслед за ней улыбнулась и Ева, - Ты ничего не забыл?

- Да пожалуй, что и нет. Хотя, - я на секунду скорчил задумчивую рожу, - да, гениальный. Вот так будет в самый раз…

- Отец, - вновь засмеялась дочь, - ты такой классный! Я люблю тебя!

- И я тебя! - и мы снова обнялись.

- Увы, - подходя и тоже обнимая нас обоих, с сожалением вымолвила Ева, - Дочери пора.

- Да отец, - отрываясь и виновато улыбаясь, подтвердила она, - Мне пора. Пора… Ещё и остальных бацхвари надо превратить…

- Пора так пора, - вздохнул я, - Понимаю.

- Но прежде, чем я пойду, - дочь взяла меня за руки и заглянула в глаза, - знай. Я сама буду приходить к тебе, как можно чаще. Просто проведать, посидеть, поговорить… Всегда помогу в меру разрешённого. Но и сам ты зови меня, если потребуется помощь, если просто соскучишься. Там, где есть хоть капля воды, хоть слабая искорка жизни, я рядом.

- А ещё, - она решительно посмотрела на мать, - я дарую тебе неотторжимое и несменяемое звание первожреца богини Даны. Рано или поздно появятся мои последователи, жрецы и жрицы, храмы, напишутся правила и обряды. Я постараюсь не сильно вмешиваться в это мифотворчество, хотя основные постулаты продиктую твёрдо, но вот ты будешь иметь право корректировать, изменять или вовсе отменять то, что тебе не понравится, что сочтёшь вредным или неправильным.

А также, веря в твою мудрость и рассудительность, дарую право своим желанием возвысить жреца или жрицу, обосновав это передо мной. Или, наоборот, понизить в иерархии недостойного, а то и вовсе изгнать. Люди, увы, имеют свойство толковать слово бога в собственную пользу и в нужном им ключе. Я, конечно, богиня, но за всем не уследишь, - она немного грустно улыбнулась, - Так же ты имеешь право выдавать квесты, придумывая задания и испытания, дабы отсеять зёрна от плевел. Грести всех подряд в жрецы и жрицы богини Жизни я не собираюсь. Как ты говорил, лучше меньше, Жемчужинка, да лучше! Вот так и будет.

- Спасибо, конечно, доча, за такое доверие, но подкинула ты мне работёнки на ровном месте, однако.

- Ну, квесты раздавать я тоже буду, - ухмыльнулась она, - а вообще, работенка не обязательная к ежедневному исполнению. Так, по ходу жизни, если где-то, как-то, что-то… захочется и не в напряг. Тем более, у тебя это отлично получается, - хитро улыбнулась она.

- Уф! Уже хорошо! А то кресло-качалка с удочкой на берегу речки тихоструйной, как-то начало отдаляться.

- Отец! - дочь приникла ко мне и чмокнула в щеку, - Ну кто ж тебе это запретит?!

Жемчужинка оглянулась и, махнув рукой, подозвала Блинчика.

- Пора…

- Верховная богиня Дана, - поднимая голову, глубоким баритоном вдруг заговорил Старый, - позволь сказать слово к Господину Мо.

- Конечно Старый, - удивлённо приподняла бровь дочь, - И на будущее, дозволяю девятому народу, вам и вашим потомкам, обращаться ко мне просто - Дана. А некоторым, - она подмигнула, - например, моему учителю или друзьям, по-прежнему Жемчужинка.

- Благодарю, Жемчужинка за оказанную честь, - Старый посмотрел мне в лицо прямым взглядом. Необычно было видеть глаза Старого, что не бегали во все стороны одновременно, а смотрели прямо на тебя.

- Господин Мо, - обратился он ко мне, - Мы, бывший девятый народ, волей божественной Даны удостоенные чести стать её народом, никогда не забудем, что именно ты сделал для нас. Она - наша богиня. И её слово - закон. Но слово её отца, и, по сути, отца народа, в который мы превратились благодаря и твоим стараниям, всегда будет вторым. Призови - и мы откликнемся, попроси - и мы не откажем. Поможем, чем только сможем, и даже собственных жизней не пожалеем. Ни мы, ни наши потомки. Таково наше слово!

- Таково наше слово, - синхронно подтвердили Квак и Квака и поклонились.

- Это честь для меня… - на полном серьёзе поклонился я в ответ.

- Я услышала! - подняв палец вверх, многозначительно изрекла Ева.

- Как-то немного пафосно получилось, - слегка сконфужено обратился я к Еве, когда пятнышко Блинчика очень быстро растаяло на морской глади, - Целый народ поклялся мне, по сути, быть обязанным до скончания веков. Заслужил ли я такое, э? Как ты думаешь, госпожа моя?

- Пф-ф… Старого никто за язык не тянул. Тем более, что ты именно заслужил. Но оставим это. Поговорим лучше о нас.

- О нас, - я нешуточно удивился, - О! О нас! - дошло до меня, - Я очень хочу поговорить о нас.

- У меня сегодня, - подвела скромно глазки Ева, - свободный вечер. А может и ночь… - и уставилась на меня выжидающе.

А я? А я тяжко вздохнул. Очень тяжко… Но, так нужно, так будет правильно.

- Любимая, - я взял ладошки Евы и прижал их к своим губам, целуя поочерёдно, - Свет очей моих… Однажды некий дерзкий старик рискнул заигрывать с самой богиней! С могущественной Системой. С прекраснейшей из прекраснейших женщин! И не только не получил отлуп, а даже наоборот, уловил некую заинтересованность. Не буду рассказывать о том, как долго и интересно развивались дальнейшие отношения, остановлюсь на самом первом моменте нашей встречи. На том, чем я привлёк её внимание, что пообещал.

А пообещал я тебе, моя госпожа, тропический островок, маленькую уютную бухточку. И чтоб таинственно и красиво мерцали в глубине разноцветными огоньками рыбы, раковины и кораллы. А ещё полосочка с белым-белым песочком, столик ажурный, кресла удобные. И на столике вино, а может, что покрепче, свежие фрукты, немного мяса, чуть-чуть морепродуктов. Лампа-абажур какая-нибудь, удивительного дизайна…

- И две луны в ночном небе полном звёзд, - улыбнулась Ева.

- Да, именно так, - не стал я уточнять, что две луны- это её пожелание, - И представь себе, повелительница сердца моего, сколько раз у меня под рукой, если так можно выразиться, всё это было. Всё, что я тебе обещал, сам нашел, сам сделал, сам приготовил. Это вот всё, и ещё многое сверху. Но каждый раз ты была занята. Постой! - остановил я Еву, хотевшую что-то сказать, - Ни упрёков, ни сожаления, ни, тем более, претензий. Может я и не великий умник, но достаточно мудр, чтобы понимать кое-что в этой жизни. Женщины, даже если они богини, всё одно выбирают момент сделать определённый шаг тогда, когда считают нужным.

Я рад и счастлив, что ты сочла момент подходящим, но, видишь ли, божественная Ева, как настоящий мужик, уж позволь считать себя таковым, я должен отвечать за свои слова, исполнять свои обещания. Тем более, в таком важном вопросе, как у нас.

Оттого, хочу взять с тебя обещание перенести вот эти, совершенно свободные вечер и ночь, на тот момент, когда я буду снова готов. Когда сам, своими руками подготовлю обещанную "поляну". И когда я позову тебя на свидание, то ты, свет очей моих, отложишь всё, все свои невероятно срочные божественные дела, заботы, планы и снизойдёшь до меня в сиянии, красоте и славе. Я позову и придёшь… Не волнуйся, я не заставлю тебя ждать слишком долго.

Некоторое время она смотрела мне в глаза с легкой и милой улыбкой, в её глазах отчетливо улавливалось уважение, а потом…

- Клянусь тебе, господин мой.

*****

В жаркий тропический полдень на небольшом островке, одном и множества в Великом Архипелаге, густой "водопад" цветущих лиан, прикрывающих стенку каменного выступа, раздвинулся. Оказалось, они прикрывали скрытый вход в узкую щель, ведущую внутрь, и оттуда шагнул человек.

Был он не стар и не молод, не низок не высок, не красавец, но и отнюдь не урод. А был он, как бы сказал Карлсон, живущий на крыше, мужчина в полном расцвете сил! Если только вместо упитанности мужчина был без грамма лишнего жира и перевит "полезными" мышцами.

Кроме простых серых штанов из довольно плотной ткани на мужчине ничего не было. Но судя по лицу, это его нисколько не расстраивало. Пройдя с десяток метров по белому песочку пляжа, он дошел до ленивого прибоя, вздохнул полной грудью, широко раскинул руки и улыбнулся.

- Ну здравствуй, остров Возрождения!

И тут вдруг из тропического леса вылетели две огромные пчелы, впрочем, скорее они больше всего были похожи на ос. Действительно - огромные! Не менее, чем с пол ноги мужчины. Длинное брюшко, расписанное в чёрно-желтой гамме, мощная грудь, не менее мощная голова с большими фасеточными глазами. Жвалы - хищно загнутые, с острыми зубцами - внушали! Лапы, собранные под брюхом, оканчивались тремя пальцами-когтями.

Стремительные узкие крылья красноватого оттенка, звонко гудя, понесли этих опасных насекомых прямо к человеку. Но мужчина, повернувшись, угрозы совсем не испугался! А даже наоборот! Его губы растянулись в широкой радостной улыбке.

- Ну, привет, неправильные пчёлы! Надеюсь, вы делаете правильный мёд?

Конец книги и всей этой истории.

г. Елец. 2024г.

Завтра будет бонус….

Глава 25

Несколько небольших эпилогов не связанных меж

собой ни географически, ни хронологически, ни сюжетно.

В благодарность моим читателям, что так долго и терпеливо

ждали продолжения моей истории.

- Бам, бам, бам… Молот бьёт по заготовке глухо, без звонкого эха. Так всегда с чёрной бронзой, железо намного более "голосисто". Уж Рамзес-то знает, ковал он и железо, и даже сталь. В каком-то смысле с железом работать даже проще, оно менее капризно к "условиям" кустарного производства, да и в тех местах, где сейчас находится Рамзес, даже более доступно, чем олово и медь. Особенно - олово. А уж про бериллы - непременный ингредиент чёрной бронзы - так и вовсе речь не идёт. Не то, что на Океании…

Так отчего тогда Рамзес куёт наконечник на глефу из чёрной бронзы? Почему он вообще взялся за чёрную бронзу? Ну, во-первых, это даст Рамзесу новый толчок сразу в нескольких профессиях. Десяток качественных вещей из различных сплавов бронзы, военного, бытового и даже ювелирного направления сразу поднимут ранг кузнеца, литейщика, металлурга, оружейника. Ну и ювелира чуть-чуть. А во-вторых, широкий хищно загнутый, почти чёрный, с красноватым отливом наконечник, при правильных добавках алхимических ингредиентов вполне может поспорить с качественными стальными изделиями. И да, алхимик тоже немного подрастёт. Такова уж механика этого мира…

А в-третьих, совсем чуть-чуть, потому что Посох Утренней Свежести тоже когда-то частично состоял из неё. Глефа - не волшебный посох, но ностальгия, как видно, и Посланцам Великой совсем не чужда. Бывшим посланцам.

Бам… бам… бам… - размеренно бьёт молот. Руки работают сами, глаза зорко контролируют цвет заготовки в полумраке пещеры. Цвет, это важно. Надобно не перегреть, а того пуще не недогреть заготовку! Иначе загубишь. Ковкая бронза более капризна к механической обработке, чем тоже железо.

Руки работают, глаза следят, а мысли уносятся всё дальше в прошлое. Вспоминания накатывают волнами - как, почему, отчего…

Глупо получилось, тут не поспоришь. Он и Люси взбрыкнули оба, можно сказать, на ровном месте. Но всё же, Рамзес виноват много больше. Чего тянул за хвост кота? Отчего не отдал серьги Люси сразу? Взбзднул! Так вот сказал бы брат. А еще он сказал, как поправить совершённое. Великая снизошла к просьбе недостойного. Теперь Рамзес тут… Уже лет пять как.

Тут - это где-то на просторах платформы меча и магии, в глухом углу, в труднодоступных горах у чёрта на куличках. Но даже сюда каким-то образом умудряются просачиваться игроки, те, у кого шило в жопе. Кто его "спалил" первым, Рамзес не знал, но стали захаживать к нему всяческие ушлёпки, что норовили прибить Рамзеса и сказочно обогатится на нём. Гр-р-р… Долбоклюи.

Ну откуда у него богатства? Всё что есть его - это только собственными руками сделанное. Не слишком изящное, кондовое, но прочное и функциональное. Может, лишь в последнее время из под его лап стало выходить нечто более "ровное", так вот можно выразиться. Но это не целенаправленное усилие, это результат повышения мастерства. Целенаправленно творить красоту он станет несколько позднее. Да, гораздо позднее…

Рамзес отложил поковку, черпнул ковшиком прохладной воды из кадки и с удовольствием напился. Сел на обтёсанный собственными руками камень и привалился спиной к стене. Надо немного отдохнуть…

Его зоркие глаза сами собой зацепились за большую гору всяческого оружия, доспехов, одежды, сумок и даже волшебных сундуков. Также там присутствовала простая и магическая бижутерия, украшения, амулеты и артефакты, деньги в кошелях и просто россыпью. В общем всё, что вываливалось с убитых игроков. И как бы не смешно это теперь звучит, в чём-то они правы, ныне Рамзес сидел на куче богасьтва. Но это богатство игроки принесли ему сами. Идя за шерстью, стриженными уходили, гр-р-р… Вот и наносили в клювике за несколько лет целую кучу добра. Рамзес-то сам этим пользоваться не может. Поднять, перенести, в угол бросить - да, а использовать - нет. Совсем! Чуть задумаешь такое - либо в руки не возьмёшь, либо рассыплется в труху от первого прикосновения. Проверенно.

Великая, в мудрости своей, дабы искупил он обиду Люси, положила ему суровые условия: не только пользоваться лишь тем, что сделал сам, но и отняла способность к магии.

Он, Рамзес, может поднимать уровни, характеристики, приобретать профессии, умения и способности, но магия под запретом. Только руками, только головой, харкорд, как сказал бы брат, преодолевание и зубовный скрежет. Герой должен страдать. И Рамзес страдал. Особенно первое время!

Он с ухмылкой вспоминал, как добывал свой первый огонь не мимолётным желанием своим, а стуча камнями, пытаясь высечь искру. Не получилось… Тёр палку о палку, долго и… опять мимо! А потом сел, задумался, проанализировал, что он делает не так, вставил тонкий пруток в расщеп сухой плашки и принялся вертеть… Вот тут получилось, ага.

Брат всегда говорил ему, что он всемогущий, но дундук и шаламбуд, ибо мозгами пользуется плохо. Прежде чем что-то делать силой, очень полезно задействовать разум.

Так что, добывая свою первую партию руды, Рамзес не только долбился камнем в стену, а разводил костёр нагревая её, а потом обливал водой, просовывал в образовавшиеся трещинки деревянные колышки, поливал их водой, расширял, расшатывал породу. … Короче, к силе, которой у Рамзеса ого-го, стал подключать мозги.

Как можно чаще и во всём остальном.

Для того чтобы сделать самую простую кирку, нужно добыть руду, переплавить её, хорошо бы отлить заготовку, и только потом отковать, доводя до ума… А чем? Молотка нет, наковальни, нет, клещей, чтоб ухватить раскалённый метал, нет.

Как сделать молоток? Так бить увесистым, подходящим по форме камнем по ноздреватой крице, что лежит на камне же. Большом, плоском… Это так просто, гр-р-р…

Но и руду надо ещё найти. Благо, окрестные горы богаты. Однако, не на каждом шагу же тебя ждёт выход самородной меди или серебра. Да, весёлое было времечко… Уж покувыркался Рамзес, поизголялся. И, пройдя все этапы становления от технологий каменного века до освоения металлов, уважает ныне Рамзес мастеров, что творят без магии, только своими руками и талантом, неимоверно. Ибо теперь знает цену этому. И даже очень настойчиво посоветовал бы "могущественным посланцам" пройти хотя бы тот же путь, что прошел он. Для осознания, так сказать, реальности, данной в ощущениях. Что бы насладится, если так можно выразится, всей полнотой и яркой гаммой эмоций, когда камушком мимо колышка да по пальчику! Словами не передать…

Да, Рамзес теперь не тот, что раньше… И всё было бы много печальней, если бы Великая, в мудрости своей, лишив его могущества, не оставила ему память. А в ней много чего полезного, увиденного, услышанного, узнанного ранее. Только благодаря этому он движется так быстро, не вслепую. Представлять, как выдолбить из камня ёмкость, как слепить горшок или обработать шкуру - не тоже самое, что знать. Пусть и не уметь, но знать - уже полдела. А дальше - терпение и желание! Цель, которой ты обязательно достигнешь, несмотря ни на какие препятствия. И даже изначально несколько кривые руки, растущие не оттуда - лишь один из этапов преодоления…

Рамзес снова бросил взгляд на кучу добра, оставшуюся от игроков. И вновь поразился мудрости Великой. Одной рукой забрав, другой одарила. На многие десятки километров от пещеры, где он живёт, невозможно установить точку возрождения. Добраться до него от самой ближайшей - это уже квест вполне себе. Крутые склоны, провалы и осыпи. Бурные речки с порогами. Флора и фауна, совсем не добрые к пришельцам. И в лесу, и в воде, и в пещерах, на склонах и в небе водится всякое разное - зубастое и охочее до мяса героев!

Более того, в этой специальной локации у игроков магия не работает. Вообще никакая! Мало добраться до Рамзеса, преодолевая и страдая, так и победить его надо врукопашную. А ты поди забори Посланца Великой! Это магии у него нет, а всё остальное в полном порядке. Сила, скорость, ловкость, регенерация! Зоркое зрение, великолепный нюх, идеальный слух… А главное - мозги. И знания в них. Такими богатством, как у него, не многие могут похвастать. Так что, и для игроков - только хардкор, преодолевание и зубовный скрежет. Особенно усиленный тем, что с игроков в этом интересном месте сыплется всё. Тоесть, абсолютно всё! Никакие волшебные сундуки, идеальные привязки, могучие артефакты не помогают. Всё вываливается после смерти. Голыми и босыми, сирыми и злыми летят товарищи на точку возрождения. Хе-хе… сказал бы на это брат!

Но такие уж они игроки, цифровые герои, это только раззадоривает их, убеждая, что у Рамзеса есть именно несметные богатства, а если его самого прибить, так вообще огрузятся способностями и умениями неимоверными. Вывалится с шакалоголового нечто эпическое и легендарное! Возможно - божественного уровня! Ведь Рамзес так похож на Посланца Системы, но им не является. Высвечивается у него статус обычной цифры с маленькой красненькой звёздочкой над именем. А значит, эту цифру можно атаковать. Такое вот правило, в ряду других, придумала Великая в новом обновлении законов Бесконечной Вселенной.

Падший Пёс, так прозвали его игроки. Вот и стараются поиметь с Рамзеса. Но пока только имеют горечь поражений, финансовый ущерб и подгорающие пуканы, гр-р-р… Шаламбуды…

Да, победить Рамзеса, а приходили многие, некоторые по несколько раз, никому не удалось. И не удастся! Вон, брат его, Господин Мо, за столько времени ни разу не погиб! А уж он насобирал на свою задницу много приключений. Рамзесу помереть от простых игроков вообще стыдоба будет. Если только не заявятся супертопы или целая армия игроков. Да и то, будем посмотреть. Сеть подземных пещер и тоннелей глубока и обширна, насколько и сам он не знает, есть где покружить незваных гостей. Да и пещеры эти, сами по себе, то ещё опасное местечко.

А когда Рамзес сделает ладную глефу, и вообще будет лепо, как сказал бы брат. До сего времени он пришлых побивал всё больше камнями, дубиной, кулаками и ногами, хозяйственным ножом, кованным собственноручно, резал. Ещё, бывало, молотом кузнечным. И даже киркой. Много чем… Но с глефой оно сподручнее будет, орудовать длиннодревковым оружием умеет. Спасибо брату, Люси и Посоху Утренней Свежести.

Может, потом, откуёт себе хошпеш, или ещё что-то. Пяток дротиков обязательно. Лук? Хм…

Но Рамзесу все больше нужны инструменты, обычные бытовые, специализированные… Ибо, как сказал брат, мудрый всё же человек, прежде чем что-то изготовить, нужно сделать для этой работы нужный инструмент…

Рамзес поднялся и, пройдя три десятка метров по туннелю, стены которых сам же и обтесал от острых выступов и вышел на ровную площадку перед пещерой. Здесь в облагороженном камнями углублении бил живенький ключик с чистейшей и холоднючей водой. Тут лежало большое бревно, на котором Рамзес любил посидеть, любуясь закатом или восходом Голубого Ока. Сюда, очень редко, могла явиться Ночка, передав письмецо от брата. Маленькое послабление от Великой. В ответ - только слова… Но самое главное, с ней придёт Люси. Как бы не сама, как бы сопровождая Ночку. Разговаривать им категорически запрещено, но посмотреть друг на друга…

- Опять ты!? - рыкнул Рамзес раздраженно.

Невдалеке, полускрытый камнями, маячил пацан. Если ему и исполнилось восемнадцать, а иных в БВ не регистрировали, то на вид ему, максимум, лет шестнадцать. Худой, в нубском прикиде, растрёпанная белобрысая шевелюра, стальные глаза с прищуром, плотно сжатые губы и твёрдый подбородок. Вся его нескладная фигура выражала упрямство и решимость…

- Я же сказал, тупой ты человечек, я не великий гуру воинов, не легендарный мастер-кузнец. Я не беру учеников! Я не могу тебя ничему научить!

- Мастер, - упрямо ответило это недоразумение, - вы только скажите с чего начать, я на всё готов. Убирать, готовить, стирать, я всё умею. Надо, буду долбить породу, толочь и обжигать руду, качать меха. Только укажите, сколько надо раз приседать в день, сколько отжиматься, какие самые первые упражнения на силу и ловкость. Скажете, пойду на охоту, добуду еды…

- На охоту! - застонал Рамзес, обхватывая себя за голову и дергая уши в разные стороны, - За что, Великая! - завыл он в небо, - За что… Какая с тебя охота, ты, ушлёпок?! Ты сам себя прокормить не можешь! Тебя, чучун, ветром шатает…

- Научите мастер… - в ответ.

- А давай я тебя прибью? - рыкнул Рамзес.

- Можно и прибить, - вздохнул парень, - но только научите.

Всяких за эти годы повидал Рамзес игроков, всё больше странных и неадекватных, ну так они всё больше играть сюда пришли, но этот экземпляр совершенно отмороженный!

Появился он не так давно, с одной из банд, что пришли убивать Рамзеса. Как водится, улетели на респ. Улетели и не вернулись, так часто бывает, но один, вот этот, чтоб ему, припёрся обратно. И не чтобы напасть снова, нет, всё гораздо хуже! От каких таких мозговых закруток у него появилась убеждённость, что Рамзес - кузнец, обладающий таинственными знаниями, наставник воинов эпического класса и вообще великий учитель всего - неизвестно. Но пацан твёрдо в это верил. И хоть банальные квесты у Рамзеса не выпрашивал, но и не оставлял попыток набиться в ученики. Висел и висел над душой! Нудил и нудил. Вот уже пару месяцев. За это время Рамзес прогонял его многократно. Кидал в него камни, давал палкой по хребтине, отвешивал смачных пенделей. Однажды засунул его голову целиком себе в пасть! Даже это не проняло! Пацан уходил, отсиживался где-то некоторое время, но скоро появлялся снова. Его даже пришлые прибивали пару раз, так, ради прикола. Но парень возвращался, словно наказание господне. Упёртый… В целом Рамзесу это нравилось. Есть у парня стержень. Ничего похожего, конечно, но в чём-то он напоминал Господина Мо. Та же "закваска", Рамзес это чувствовал.

- Сюда слушай, чмыш, принеси мне три, нет - пять килограммов очищенной железной руды. Сам добудь, собственными руками. Принесёшь, тогда посмотрю. Иначе от тебя никак не избавиться, - профырчал он себе под нос еле слышно.

- Спасибо учитель, я как раз знаю одно место! - радостно прокричал парень и куда-то заспешил.

- Надеюсь там ты и угробишься навсегда! - напутственно рыкнул ему в спину Рамзес.

- Спасибо учитель! - долетело в ответ.

- Хрр-р-р, тфу! - смачно харкнул раздосадованный сам на себя Рамзес. Всё-таки сломался, повёлся! Отхватил ученичка! Брат был бы доволен… Тфу! Вот и всё, что хочется на это сказать…

А вечером Рамзесу повезло. Уже на закате, когда Голубое Око окрасило горы в разноцветные тона синего и зелёного, а в распадках легли сиреневые сумерки, повеяло тёплым зноем, тихо и умиротворённо застрекотали сверчки и цикады, накатило негой и дрёмой. А затем пришла Ночка. И с ней - Люси.

- Привет Рамзес, - весело поздоровалась маленькая посланница.

- Здравствуй Ночка, - ответил ей Рамзес, но смотрел он только на Белоснежную. Он всегда так делал, говорил с Ночкой, а смотрел только на любимую. А она смотрела на него. И столько всего было в этих взглядах…

Когда-то брат сказал ему, что люди могут разговаривать молча, без всякой магии, без телепатии, не прибегая ни к каким ментальным техникам. Просто потому, что они близки, очень близки. Говорят глазами и понимают друг друга.

Рамзес тогда не очень-то и поверил. На что брат только по-доброму усмехнулся и ни в чём его убеждать не стал. И вот теперь Рамзес сам говорил с Люси глазами, а она отвечала ему… О чём? О многом, о них, о… впрочем это касается только их двоих.

- Тебе письмо от Господина Мо, - продолжая улыбаться, прянула ушками Ночка.

Рамзес протянул лапу и в раскрытую ладонь легла ладошка со свёрнутым в трубочку свитком. Но только ладошка была не чёрной, а очень даже белой. Белоснежной! Лишь на пару секунд дольше чем нужно он слегка сжал её, а потом она выскользнула, оставив свиток в его пальцах. Прикосновение любимой! Хотя бы прикосновение…

Рамзес и рад бы задержать ладонь Люси подольше, но не стоит гневить Великую, не сомневаясь, что она в курсе их маленьких хитростей. И что сопровождает Люси Ночку, хотя этого совершенно не нужно, и письмецо передаёт не Ночка, а она, и прикосновение ладоней несколько более долгое для простой передачи письма.

- Есть что сказать Господину Мо? - продолжая улыбаться, поинтересовалась Ночка.

- Как и всегда, благодарность за мудрые советы. За наставления, что просветляли и просветляют мои мозги. Что я бодр и решителен. Иду к своей цели. Чего и ему желаю.

- Я гляжу у тебя на морде новый рубец свеженький, - ткнула пальчиком Ночка. Умная собачка! Она всегда говорила с Рамзесом, словно транслировала желания самой Люси. Словно от имени её.

- И рука перемотана лечебными лопухами.

- Царапины, - отмахнулся Рамзес, - заживёт как на собаке. Приходили тут, вчера, очередные соискатели богатств немеряных, и трендюлей эпических. Выказал им своё полное уважение, навалил столько, что не только моё не унесли, но и своё оставили.

- Надо себя беречь.

- Берегусь, конечно. Но по пещерам шухериться не намерен.

- И всё же… - стрельнула глазами в Люси Ночка, - Иногда ты излишне авантюрен. Господин Мо такого бы не одобрил.

- Буду беречься, - пообещал он.

- Пора нам…

- Понимаю.

Миг и нет никого! Как всегда, после посещения Ночки, а главное, лицезрения Люси, настроение поднялось. Да ещё и послание от брата, свеженькое, в кулаке. Рамзес долго стоял и вдыхал свежий горный воздух.

- Ученик, хр-р-р… - сам с собой, неожиданно, заговорил Рамзес, - А пожалуй, что и не плохо! Подай-принеси, убери, качай мехи… Можно на вполне законных правах давать ему подзатыльники и животворящие пендели. Хм… - Рамзем на секунду прикрыл глаза и предвкушающе облизнулся. - Да и поделиться с убогим крупицей мудрости и умений, почему бы и нет.

*****

Виктория, ещё пока не Королева, но истинная Принцесса, мать большой, процветающей семьи народа Шуу, замерла возле прозрачного цилиндра, наполненного золотистой жидкостью. В ней, в жидкости, с бегущими снизу вверх крохотными разноцветными пузырьками, висел, поддерживаемый десятком разномастных трубок и трубочек он - большой и могучий пчёл. Её будущий король. Король!

Ах, как он прекрасен! Уже полностью сформировался, уже раскрашен во все цвета желтого, чёрного и красного. Плавные разводы и резкие штрихи - идеально. Мощные сочления, большая голова, огромные васильковые глаза и боевые жвалы. Сегментные, с нежной бахромой вибрисов, усы - шикарны!

Скоро, скоро он покинет питательную родовую жидкость. Она уже улавливает его ментальную активность, он уже реагирует на её посылы. Слабо, хаотично, но это отличная новость.

Виктория, помня давний разговор с Мо, когда он высказал мысль, что человеческие самки, за возможность вырастить и воспитать "под себя" собственного принца, даже пусть и без белого коня, такое сотворят, что и представить страшно, задумалась. Единый разум расы пчёл, это, конечно, не отдельные несовершенные и ограниченные разумы, но вырастить собственного Короля, с некими заданными параметрами - мысль очень хорошая. Оттого, помимо внедрения в тело будущего короля Жизненного Начала Карроха, "вставила" туда и ещё ряд усовершенствований, а также провела абгрейд природных способностей, заложенных в тело расы разумных пчёл. Она так рассчитала и сбалансировала новые биотехномагические усовершенствования, что и физические, и умственные, и магические возможности короля выйдут совершенно на иной уровень.

Биотехномагия… Когда Вика решила отрастить себе утерянное крыло, то присела и задумалась. Она вообще многое переосмыслила после общения с Господином Мо. Теперь, прежде чем сделать шаг вперёд - думает. Её родовая память хранит много, очень много, столько, что и представить страшно. Великое могущество предков просто потрясает, но тем больше удивляет то, что великая раса медленно угасает, теряет незаметно, но постоянно, поколение к поколению. Они, Вика и Мо много говорили об этом, рассуждали, спорили.

Время, говорил Мо. Вы утратили интерес, стимул к развитию. Не увидели новых перспектив, ваше могущество не нашло применения, и вы поплыли в потоке ежедневности, расслабившись и стагнируя. А в это время зашевелились более молодые, более жадные до жизни расы. А когда вы очнулись, некоторые из вас, то оказалось - не то, что для вас нет места, но то, что вы уже не самые крутые на Океании - факт.

Время, время… Неумолимый бег его погружает знания в Тёмную Бездну, как говорит народ Урарратов. Наверное, и правда, для Вики многое проще открыть заново, переизобрести, чем выудить знания из глубин родовой памяти. Особенно, когда у неё, опять же благодаря Мо, появилось такое интересное направление, как биотехнологии с магическим наполнением. Причём, биотехнологии, в которых народ Шуу и так был велик, соединённые с теми, которые Мо называл - чистым техно. Воистину - новое слово.

И Вика начала экспериментировать. Много, в разных областях. Она даже успела создать кое-что, пока с ними был Мо. А когда он ушел, с энтузиазмом продолжила. Вот и с крылом своим так же поступила. Могла просто вырастить потерянное, а она, удалив и второе, старое, пошла более длинным и трудным путём, сплавила магию, техно и биологию. Теперь у неё два уникальных новых, удивительных, крыла!

Длинные, узкого профиля, покрытые сеткой аэродинамических борозд, они были сильны и выносливы. Но ещё и очень крепкие за счёт включения углеродистых нано нитей в структуре крыла. Теперь их отломать или отгрызть вряд ли кому удастся так легко, как это с ней случилось раньше. Более того, концы крыльев имели острую кромку, насыщенную сложным сплавом металлов. С такой скоростью взмахов крыла Виктория вполне способна изрубить даже легкобронированные цели. А ещё крылья были очень красивы. Почти прозрачные, тёмно-фиолетовые, как ночное небо Океании. А по "ночному" фону, словно звезды, рассыпаны белые, желтоватые и красноватые точки. Крылья Звездной Королевы. Ведь однажды они полетят в космос. Непременно полетят.

Такие же крылья у её Короля, что "дозревает" в питательной жидкости. И такие же крылья будут у их детей. Принцев и Принцесс. А со временем, ну может не такие яркие и пафосные, но функционально не хуже, будут у всей семьи. Да, именно так…

*****

Глобальное оповещение о пришествии богини Жизни всколыхнуло все платформы бесконечной Вселенной. Грандиозное бомболойло первых дней немного поутихло, но тем не менее игровое сообщество продолжало пузыриться и бурбулировать! Что? Где? Как? Куда бежать записываться в последователи? Где выдают квесты на звание жрецов и жриц? Какие храмы строить, какому ручью или берёзе молиться?

Наконец-то в БВ явились боги. Пока, правда, только одна богиня, но мало кто сомневался, что это только пока. Опытные геймеры и мастера в других играх, да и в целом всё сообщество игроков знало: кто первый "припадёт" к первоисточнику, тот и будет в большем шоколаде. И не важно, как и в чём это будет выражаться, станет кто-то жрецами, отстроит храм, коли их ещё нет, совершит иное деяние, да мало ли что…

Но вот уже прошла неделя, вторая идёт, а пока никаких конкретных деталей, да и в целом разъясняющей информации ни от облечённых высокой властью цифр, ни от Посланцев, да и сама Система не отвечает. Хотя спрашивали многие и многие. И лишь одно небольшое пояснение в ответ: ждите кодекс законов Дианы. Сколько ждать, не говорят.

Вот и изголяется народ, кто во что горазд. Кто-то просто измышляют влажные фантазии. Ленивые скептики говорят, что чего бы мы тут не придумали, истинное положение вещей угадать невозможно. Это же Бесконечная Вселенная, тут всё вкривь и вкось.

Кто поумнее, собирает, прежде всего, информацию по старым играм, в которых существовали аналоги богинь Жизни. Что умели, как взаимодействовали с игроками, мануалы прохождения квестов, обязанности жречества. Ничто не весит в воздухе само по себе, даже воздух. У всего есть причина и следствие. Божественная Дана не может быть сферическим конём в вакууме. На данный момент "заточенность" Бесконечной Вселенной под человечество довольно явная. А значит, и богиня Жизни не может быть "оторвана" от определённых постулатов.

И скорее всего, они, умники эти, были правы. Но были среди самых умных и догадливых те, кто имел подозрения на уровне убеждения. Высшее руководство клана Утят.

И пусть, с некоторого времени, Патриарх перестал выходить на связь, в том, что процессы у него идут, они не сомневались. Сопоставить дочку Патриарха с именем Жемчужинка, с пришедшей в мир богиней Даной, что как раз и переводится как - жемчужина, труд не великий.

Так что, руководство было уверено: божественная Дана - дочь Господина Мо. Как, почему и всё остальное - узнают потом, а вот то, что они владеют этой стратегической информацией и нужно ею правильно воспользоваться, не подлежит сомнению.

Янка-няшка в образе очаровательной кошки-девочки, гибрида аж трёх рас, под игровым ником Мурлыка, сидела с подругами и друзьями в популярной чайной. Пироженки, мороженки, канопе… Отмечали успешный поход в один интересный данж. Смех, воспоминания об опасных ситуациях: а как я! а как он! а оно ка-а-ак даст! Правда, не все из их компании были клановые Утята, весь этот поход был сборным из нескольких дружественных кланов.

И тут, в разгар веселья, ей пришло сообщение, от неизвестного адресата. Немного посомневавшись - бывает, шлют ей тут разные неадекваты всякое - она всё же открыла к прочтению. И тут же подобралась…

"Привет симпатишная! Теперь, и бог знает до какого времени, могу посылать только письменные сообщения. Не очень длинные, увы. И не чаще одного раза в неделю. Ситуация у меня, знаете ли, несколько изменилась. И даже разрешения на эти скупые послания, большой подгон от… ах какого важного товарища!

Значит, передай Внуку и остальным: если догадались - молодцы. Если нет, то чмыши и чучуны. Встречу - всыплю.

Кстати, Янка-няшка, хочешь быть представлена, в своё время, самой великолепной Мими, правительнице могучего народа мио?

Тогда готовь мешок котят! Не знаю, где ты их возьмёшь, но что бы было. Разные. Можно больше, чем мешок.

И кстати, хочешь стать одной их первых жриц Даны? Так сказать - Первожрицей? Дедушка может подсуетиться…

Обнимаю и целую."

- Сколько котят может поместиться в мешок? - поперёк всех разговоров громко высказалась Янка.

Все дружно замолкли и уставились на неё.

- В смысле? - спросил кто-то.

- В прямом.

- Откуда такой вопрос? - поинтересовался парень в образе смазливо-брутального эльфачка.

- А ты с какой целью интересуешься? - отбрила его Янка. Он никогда ей особо не нравился.

- Ну, - рассудительно заговорил другой парень, получеловек-полуорк - кстати, внимание от него она всегда воспринимала благосклонно, - если знать размер мешка, средний вес и размер котят, то вычислить не трудно.

- Рассчитаешь? - кинула на него заинтересованный взгляд Янка.

- Сделаю, - коротко ответил он.

- Они же в мешке подавят друг друга, - в ужасе воскликнула сисястая и жопастая блонди в бронетруселях и бронелифчике, хватая себя за розовые щечки. Такая себе валькирия…

- Никто их в мешке держать не собирается, - терпеливо пояснила Янка, - в боксах, с комфортом сидеть будут. Тут главное - знать правильное количество.

- И всё же, - опять раздался голос, - может, мешок, это просто фигура речи?

- Да нет, - хмыкнула Янка, - не тот случай.

Дед, конечно, большой любитель пошутковать, но иногда его шутки нужно воспринимать буквально. Как руководство к действию. Янка была убеждена, чувствовала, это именно та ситуация.

- Так, - она встала, - мне пора. Дела образовались…

Надо срочно к Аграфу. Передать, что Дед снова на "связи".

*****

Она приходила сюда не часто.

Странная фантазия природы породила необычное сочетание, совершенно не характерное для этой местности. Не слишком высокий каменный выступ синеватого сланца, скошенной пирамидой неожиданно вылез среди мощных корней древесных исполинов. Из её вершины струился, что само по себе уже удивительно, маленький ключик. Настолько маленький, что его воды даже не могли собраться во что-то более сильное, чем капель, медленно соскальзывающая по трещиноватым плиткам породы. Так они и добирались до самого низа, тихо "плача" с небольшую чашу, метра три диаметром, с прозрачнейшей водой. Кап-кап… Еле-еле слышны чутким ухом мио.

Падая в воду озерца, они почти не тревожили его гладь, которая даже в самые сильные ветры оставалась неподвижной. Гигантские деревья где-то там, очень высоко, поглощали всю энергию ветра своими кудрявыми кронами. Да что говорить о ветре, если даже не очень сильный дождь был не в состоянии донести влагу до самой земли.

В озерке водились маленькие разноцветные рыбки и яркие тритоны, и больше ничего. А из растительности, прямо посередине, единственная белоснежная лилия, огромная, слегка светящаяся в вечном полумраке от крон исполинов. Одна, очень долго цветущая, неувядаемая. А когда, всё же ничего не вечно, приходил её срок, то очень скоро вырастала и расцветала другая лилия. Такая же.

Об этом, и о цветущих узорчатых папоротниках вокруг озерца, и о пышном многолучевом мхе на корнях деревьев и в складках камня, о чистоте водной чаши беспокоились садовники прайда Хрустального Когтя. Когда-то, много поколений назад, её предки наткнулись на эту небольшую природную "аномалию", искусно облагородили и дополнили, не нарушая естественной гармонии, и получилось место отдохновения и медитации, точка силы для восстановления внутреннего покоя.

Много поколений члены правящего дома приходили сюда отдохнуть от суеты, посидеть, подумать, отрешиться в зеленоватом сумраке, услышать негромкие звуки природы. Подумать о важном или наоборот, отвлечься от важных дум…

Мими бывала здесь не часто… Слишком много дел и забот у новой Королевы. Но именно тут, сидя на специальном плоском пне, вполне себе живом и тёплом, Мими не думала о проблемах и заботах. Тут она только вспоминала… Да, вспоминала. И хотя ей, даже по человеческим меркам, расы короткоживущих, лет было до неприличия скромно, вспомнить Мими было что. Много чего. Его в первую очередь. Её Тсяшш Миммарр. Советник, защитник, любовник. Её Голос и её Рука!

Каждую ипостась она вспоминала по-разному, но горше всего - как советника. Как во многом он оказался прав. Словно был тут, словно видел и слышал. И как предусмотрительно не полетел с ней.

Да, его славят, его превозносят, им восхищаются и гордятся. Появись он, его бы осыпали почестями и благодарностями… Для простого народа только в радость, живи он тут всегда, а вот для высшей аристократии - лучше как гость и ненадолго. Мими теперь это знает, и тут он оказался прав. Будь он с ней рядом, ей как Мими, бы было лучше, а вот как Королеве народа мио - много трудней. Личное счастье или благополучие всего народа - для мио выбор не слишком трудный. И оттого Мими было грустно. Очень грустно… Она и приходила сюда погрустить.

Вдруг, зорким глазом, Мими уловила движение: посреди чаши из воды начал вырастать чей-то силуэт. Тихо, быстро… несколько мгновений - и вот уже перед ней, легко опираясь изящными ступнями о поверхность воды стояла она.

Охрана, а Королеве положено даже в самых интимных и деликатных местах иметь королевских гвардейцев - не прямо рядом, но совсем недалеко, если и видела тоже самое, что и Мими, ничего не предприняла, потому что…

Мими проворно, но с достоинством, встала на одно колено и почтительно склонила голову. Хвост, сам собой, выписал сложный глиф почтения от младшего к старшему. Не существует на Океании ни одного разумного, да и просто существа, что не признает божественную сущность. Не по внешнему виду, а по ауре, по тому неуловимому ощущению могущества, что излучает божество.

- Мими, - приветливо произнесла гостья.

- Приветствую тебя, Дана богиня Жизни! - Мими подняла голову и увидела лицо богини. Увидела и поразилась, замерла, растерялась. Дана же, лукаво улыбнулась и озорно подмигнула.

- Представь-таки себе: да!

Его черты, далеко не все, но сходство несомненное, намётанный глаз Мими ошибиться не мог. И его глаза, волосы… Не только специфические фразочки, но и интонация, с которой Дана это произнесла…

- Ты - дочь Господина Мо! - глаза Мими расширились до невозможности.

- Прикинь! - настроение у прекрасной и юной богини было игривым. Ни пафоса, ни важности. ни божественного величия.

- Но… Как!

- Помнишь, как он любил говорить в таких случаях?

- В этом мире возможно всё! - прянула ушками и изогнула хвост в глифе "глубокого понимания".

- Возможно всё, - улыбнулась Дана.

Несколько легких, скользящих шагов по поверхности воды, и вот она на берегу. Щелчок пальцами и папоротники сложились, сплелись в кресло.

- И сядь нормально, - сказала Дана, опускаясь в него, - поприветствовала вельми понеже разок и хватит.

- Благодарю, божественная.

- И зови меня просто Дана. А я, если позволишь, буду звать тебя Мими.

- Это честь для меня, - прикоснулась к груди ладонями Мими.

- А ты красивая, - с удовольствием заключила Дана после недолгого осмотра Мими.

- Но вряд ли красивее тебя, - смело ответила Мими.

- Ну, с моими родителями, а особенно с мамой, по-другому быть и не могло. Но ты - продукт игры случайных генов наследия предков и игры природы. А это ещё та лотерея. Ты очень красивая, - искренне улыбнулась Дана, - Понимаю, и даже где-то сильно одобряю отца. Согласен только на самое лучшее из лучшего!

- Не знаю, что на это ответить, - пожала плечиками Мими, - Если только - он большой молодец.

На что Дана весело рассмеялась, а вслед за ней и Мими. Ей вдруг стало так легко, так комфортно с этой божественной сущностью. Словно они две давние подруги. Будто знают друг друга много-много лет, и вообще, существуют на "одной волне", как говорил Мо.

- Знаешь, зачем я к тебе пришла? - отсмеявшись, спросила Дана.

- Даже не догадываюсь, - честно ответила Мими, - Вряд ли посмотреть на бывшую любовницу отца вживую.

- О, - подняла брови Дана, - и посмотреть тоже. Ведь ты для него не просто любовница. В его большом сердце, - она похлопала по груди, - есть место, в котором ты будешь жить всегда. Я знаю…

- Это… - замялась Мими, так и не найдя, что сказать в ответ.

- Ладно, оставим это, - улыбнулась Дана, - Я пришла к тебе учиться.

- Учиться! - воскликнула пораженная Мими, - Ты, богиня Жизни, у, пусть и очень сильной, но простой магини?

- Не очень сильной, а сильнейшей, - поправила её Дана, - На данный момент именно ты - сильнейший маг жизни. По чистой силе может и есть с десяток разумных помогущественней тебя, но по широте знаний, глубине понимания процессов, тонкой манипуляции, они даже не близко. Ты уже открыла более дюжины новых направлений в магии жизни, и не собираешься останавливаться. Ты - лучшая. А я сильная, сильнее всех, естественно, но знания, - Дана постучала себя пальчиком по лбу, - знания нужно пропустить через себя, усвоить, понимать, что к чему. Могу докопаться до всего и сама, у меня и у самой тут, - она опять постучала по лбу, - много всего, но чтобы получить доступ, так скажем, надо знать, что искать. Иначе провозишься очень долго. Так вот, у нас, у могущественных сущностей, это работает. Но к чему терять время, если есть наставник, продвинувшийся далеко вперёд?

- Во многом, если не во всём, это заслуга Господина Мо.

- Да, во многом, - не стала спорить Дана, - но ты и сама не оплошала. Как говорил отец, если в одно ухо влетело, а из другого вылетело, какие бы тебе сокровенные знания не поведали, толку от этого - ноль. А у тебя не только не вылетели, не просто задержались, но ты пошла дальше. Буду у тебя учиться.

- Это честь для меня, Дана! И не только для меня, для всего народа Мио! Принимать у себя в столице богиню Жизни, передать тебе всё что знаю, научить чему смогу, - Мими встала и почтительно поклонилась, - Надеюсь, чему-то да смогу.

- Сможешь, - тоже встала Дана, улыбаясь, - не сомневайся. Той же тонкой манипуляцией силой, концентрации. Это, пока, у меня хромает. Ты же помнишь наставления своего Тсяшш Миммарр, Мими: там, где нужно поднять одну песчинку, слабый умелец справится, а сильный, но рукожо… кхм, создаст песчаную бурю!

- Помню, - улыбнулась Мими, - как не помнить! Его "французский" всегда был точен образен. Горы трясти и моря осушать - любой дурак сможет, ты попробуй легким пёрышком ровный круг начерти…

И они обе понимающе улыбнулись. А потом, осмелившись, Мими, заглядывая в такие знакомые глаза, робко спросила:

- Дана… Ты расскажешь о нём?

- Конечно, - тепло улыбнулась та и, протянув руку, потеребила ухо Мими, - Прости…- застеснялась своего порыва богиня, - Столько раз слышала от отца. Так долго мечтала. Они и правда великолепны!

- Наше секретное оружие, - подмигнула в ответ Мими.

*****

Маленький тропический островок. Крохотная бухточка. Вода настолько спокойна, что кажется зеркалом, в котором отражаются яркие разноцветные звёзды. Но разноцветные пятнышки не только на поверхности, но и в глубине. Там светятся бледные таинственные огоньки различных рыб, креветок, кораллов, актиний и раковин. Большинство этого "праздничного сияния" было отловлено и выпущено в бухточку специально. Но не суть…

На белоснежном песчаном пляжике стоит изящный столик. На нем изысканная закуска, свежие морепродукты, немного фруктов и ягод. В небольших, искусно выделанных кратерах из полупрозрачных раковин - вино. Легкое, терпко-кисловато-сладкое…

А ещё на столике светильник. Замысловатой формы, явно изготовлен из какого-то существа. Светит рассеянным бледно-желтоватым светом. Впрочем, особого освещения от него и не требуется, ибо и зрение у сидящих за столиком прекрасное, такое, которому и темнота не помеха, и в небе светят две луны. Две Сестры.

- Всё как я обещал, моя богиня, - улыбнулся мужчина.

- Я не сомневалась, - в ответ улыбнулась ослепительно прекрасная девушка, - Однако, это было не так быстро.

- Да. Но я не мог сделать всё на скорую руку. Ты же понимаешь, о чём я.

Она лишь молча кивнула, соглашаясь с его доводами.

- И теперь позволь задать тебе вопрос. Что ты делаешь сегодня вечером, госпожа моя?

- Вечером, - удивлённо задрала она бровки, а в глазах девушки плясали бесенята, - Вечером я уже сижу вот за этим столиком с тобой, господин мой.

- Хм… Согласен, дал маху. Ляпнул, - нисколько не смутился мужчина, - Тогда позволь немного более смелый и конкретный вопрос. А что ты делаешь сегодня ночью?

- А тебе есть что предложить мне?

- О да! У меня есть, что предложить тебе, моя жена.

- Что же, муж мой? - стараясь оставаться серьёзной, она отхлебнула глоточек вина.

- Пройдем в бунгало, - вставая и беря её за руку, ответил мужчина, - Я тут, недалеко, как раз построил небольшое. Не Хилтон - пять звезд, но вполне себе уютное и комфортное.

- Ты такой предусмотрительный, - девушка уже откровенно улыбалась.

- Ну так… Правда не знал, придешь, не придешь… Но на всякий случай подготовился, - "признался" он "доверительным" голосом.

А в ответ она лишь звонко и искренне рассмеялась…

*****

Где-то очень и очень далеко, возможно на другой стороне планеты, в пространстве Великого Архипелага, из глубин Отца-Океана, торчал высокий каменный зубец.

Его склоны, почти вертикальные, были покрыты сколами и трещинами. Лишь редкие ползучие растения, неизвестно как занесённые на эту бесплодную и суровую скалу, цепляясь корнями, усами, шипами и листьями, противостояли дождям, солнцу, ветрам и бурям.

На самой вершине, немного скошенной, сидел и созерцал торжественный, полный феерических красок, закат Головастик. Когда-то, он и его Хозяин, очень любили это, смотреть на закат, и на восход Голубого Ока вместе.

Когда это было в последний раз? Хм… Давно. Может месяц назад, может год… Не то, чтобы Головастик не мог сосчитать время, просто нет желания. Просто он один и нет рядом Хозяина, нет рядом маленькой Хозяйки. Печаль… Тем более печаль, что он не чувствует, где Хозяин. В какой хотя бы стороне.

Он и так, первое время после возрождения, опять же, непонятно где, плыл и плыл куда-то, стараясь уловить ментальное эхо Хозяина. Плыл и плыл… А потом наткнулся на вот эту одинокий "зуб", маленькую часть огромной скалы, поднимающейся из самой Темной Бездны, и остановился. Головастик не глупый, Головастик понимает, что просто бесцельное движение в никуда, в никуда и приведёт. И очень возможно, что не в нужную сторону, к Хозяину, а очень даже наоборот.

Теперь он живёт тут… Встречает закат и восход, а днём, и, частенько, ночью уходит в глубину. Охотится, наблюдает, изучает… Иногда вступает в схватки с глубинными монстрами. Не чтобы обязательно победить, тем более показать свою могутность, а всё больше - просто прогнать хищника от своего дома. Да, это скала - его дом, и тут должно быть мирно и тихо…

Очень часто, особенно на закате, на Головастика накатывала меланхолия или, как выражался Хозяин - ипохондрия. Он доставал из пространственного кармана большую, можно сказать - огромную, бронзулетку, перепоясывался ею, как революционный матрос пулемётными лентами, брал в щупальца скрипку и… И тогда над водными просторами лилась музыка. Всё больше грустная, минорная и печальная.

Скрипка… Головастик не долго ломал мозг пытаясь сообразить, отчего вместе с бронзулеткой и кинжалами, после возрождения, с ним осталась и скрипка. Значит так надо. Магия она такая магия, говорил хозяин…

Головастик играл музыку… Если бы кто-то мог услышать её, то несомненно признал бы, что она красива, необычна и талантлива, как минимум… Это тот, кто просто слушатель. Те, кто понимает чуть больше, смогли бы оценить весьма высоко ещё и уровень мастерства исполнения.

Головастик играл, бронзулетка пыхала, переливалась, мерцала и сияла, вторя его пассажам, то ярче, то тише, то волнами, а то разводами. Она тоже грустила вслед мелодии…

Но самое удивительное, о чём Головастик не догадывался, творилась под водой. Едва он начинал играть, рыбы, моллюски, крабы и креветки, головоногие, звезды и морские ежи замирали, а потом обращались в сторону звуков. Слушали… Останавливали непрестанное шевеление своих щупалец актинии, открывали створки раковины, кораллы медленно-медленно росли, впитывая необычные ноты. Никто в это время ни на кого не нападал, не ел, не боролся за лучшее место под… водой. Не бился за внимание красивой самки. И вообще, вёл себя очень смирно. Многие тихо перемещались ближе к источнику звуков. Они внимали…

И в такие минуты, а иногда и часы, не только в представителях океанской фауны, но и флоры, и в существах, что непонятно к чему отнести, происходили удивительные процессы. Изменения, преобразования, метаморфозы… Какие? Очень и очень интересные, да. Тот, кто однажды найдёт этот одинокий зубец посреди океана, очень удивится, да что там - поразится, столкнувшись с местными обитателями подводной скалы.

Головастик играл… Ловкие щупальца чутко перебирали струны, смычок плавно скользил, бронзулётка сияла, мелодия тихо лилась над водой. И вдруг! На полуноте! Глаза Головастика, прищуренные и затянутые поволокой, резко раскрылись и вспыхнули внутренним фиолетовым светом!

- Хозяин? - не веря себе самому, пробулькал Головастик. Он резко прекратил играть и вытянулся в сторону заходящего солнца. И вот, снова этот импульс! Снова, словно маячок в ночи - знакомый ментальный слепок! Где-то очень, очень-очень далеко. Но разве для Головастика существуют расстояния и преграды? Нет конечно!

- Хозяин, Головастик идёт! - крикнул он и кинулся в воду.

г. Елец. 2024г.

Content

Уроборос-6. Жемчужинка.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25