Василий Мушинский

Стикс. Сломать систему

Часть 1

Глава 1

Николай, студент первокурсник, бодро топал к своему «храму науки». Настроение было себе так. До сессии было уже всего ничего. Денег толком не хватало ни на что. Даже толком не пожрать, какое там купить чего-то, о чем мечталось. А мечталось и хотелось многого — всего, сразу и неимоверно.

На фоне такого бытового голода, гранит науки казался особенно невкусным. И все же молодой задор и оптимизм брали своё.

Он остановился на светофоре.

— Так, Николай Максимович Квашнин, (парень улыбнулся) извольте веселее. Подыми те, подымите мене веки, назовите, назовите меня Вий, — тихо мурлыкая попсовую песенку парень пошел по переходу

До института оставалось еще минут десять пешим ходом. Экономить на автобусе проходя три остановки ногами было не лишено смысла, но немного утомляло.

Тонкие, довольно симпатичные черты лица и светло голубые глаза — этакий эльф в джинсах, Николай был по характеру скорее практичным хоббитом, а то и жлобоватым гномом.

Неожиданно теплый летний ветер резанул по ноздрям какой-то неимоверно противной кислой вонью. Кислый уксусный запашок выворачивал до тошноты. Глаза резануло почти до слез.

Студент завертел чернявой башкой пытаясь увидеть источник вони. Улица как улица. Машины, вывески, прохожие. Лишь где-то вдалеке над дорогой был странный тающий туман.

— Горит где-то что-то? Чертова вонь. — Он перешёл улицу. Голова кружилась всё гаже и гаже. Нога неловко подвернулась, и Николай на ровном месте упал, крепко разбив колено. Ругаясь всеми нехорошими словами, которые знал, он до хромал до ближайшей аптеки, впереди по улице.

Продавщица терла виски и морщилась, но все же пробила пластырь и пузырек копеечного лосьона.

— Расходы, расходы. — Ворча как старый дед, студент протер кровь на ноге и шлепнул сверху пластырь. Стул возле стола с рекламой в аптеке — это все же удобней чем на улице.

Продавщица, нестарая еще тетка, как-то хрипя в разговоре попросила.

— Молодой человек, давайте уже быстрее. Мы закрываемся.

— Что разве уже перерыв?

— Нет. Но я… Я очень плохо себя чувствую.

Проглотив готовую сорваться с языка колкость, Николай раскатал обратно штанину и вышел.

Держащаяся за голову продавщица закрыла за ним дверь на ключ. Головокружение накатывало волнами всё хуже и хуже…Решив, что в таком состоянии переться на лекцию глупо, Николай на ватных ногах похромал обратно на съемную квартиру.

Пройдя обратно всего остановку, он неожиданно оторопел. Офигел. Впал в лютый офигительный ступор.

Хорошо знакомая улица была словно рассечена на знакомое и — неожиданно чужое. За ясно видимой границей относительно ровный и свежий, как и полагается центру города, асфальт сменялся растресканным. Дома по краям ТОЙ дороги были явно нежилыми. Выбитые окна. Облезлая краска, выбитые двери… Не говоря уже о том, что это были СОВСЕМ ДРУГИЕ дома.

Мертвый город.

Не веря глазам, он перешагнул границу и подошел к ближайшему дому. Это была здоровенная «сталинка» четырехэтажка, с магазинами по первому этажу.

Плохо соображая, Николай оглядел вывеску магазина. Чем там торговали было уже не разобрать. Войдя в раскрытые двери, он стал оглядываться. Пустые стеллажи и обрывки каких-то бумажек…Торговали чем-то хозяйственным, но теперь все разграблено… Сил разбираться в обломках и обрывках не было…

С трудом держась за стену Николай прошел внутрь по коридору в какое-то служебное помещение.

Картинка отстранённо, пьяно плыла перед глазами. Болезненное колыхание контуженной медузы под черепом было невыносимо.

Сознание выхватило одну деталь — замызганный диван. Ничего не соображая он упал лицом вниз на относительно мягкую поверхность. Вырубился. Темнота.

Пробуждение пришло рывком. Голова еще болела, но уже была ясной. Неохотно приходя в себя, он сел. Вокруг все так же было безлюдье и тишина. Только сквозняк посвистывал в пустых проемах.

Пройдя туда-сюда и подбирая мусор Николай осмотрелся.

Да, это был магазин. Судя по всему, парфюмерный. Разум начинал воспринимать окружающее, память услужливо давала знание, но все равно в такое не верилось.

Маленький диван, на котором он вчера вырубился, стена рядом, стеллажи- всё это было реально. Но пустота вокруг, отсутствие людей и привычных звуков города — это наводило на мысль о кошмаре. Так не бывает!

Он ущипнул себя за руку. Больно.

Что-то произошло. Понять бы еще что. Пройдя по пустому магазину, парень вышел на улицу. Соседний, судя по вывеске, был продуктовым. Николай зашел вовнутрь, сам не зная зачем. Может есть захотелось? Но еды тут уже не было — все то же полное разграбление. Лишь грязь на полу и рассыпанные вокруг крупные белые кости. Много костей.

Расталкивая их кроссовками, студент прошел за стеллажи в служебный коридор. Мелькнула мысль попробовать найти какие-нибудь консервы. Может и не все разграблено? В животе голодно забурчало. Это очень способствовало направлению мысли.

Пусто. Склад был кем-то очень качественно вычищен. В глубине другой такой же складской комнаты кости образовали целую насыпь чуть не до колена. Рядом в углу был обустроен лежак из горы грязного тряпья. Рядом с ним была сложена горка… Сначала в тусклом освещении из полуподвального окна Николай принял это за гору футбольных мячей. Потом присмотрелся. Не веря, он взял это в руки — и через пару секунд в испуге отбросил.

Череп. Человеческий череп с отбитой «крышкой» верхней части. Гора разбитых, как консервные банки, человеческих черепов.

Кости на полу обрели совсем другой смысл. Как и гора тряпья в углу.

Вот теперь ему впервые стало реально страшно…

До сжатого в узел желудка. До изморози, пробравшей нутро и поднявшей волосы по телу.

Николай с трудом зажал в себе желание истерично метнуться к выходу. Даже теперь житейской мудрости хватало на то что бы помнить — от хищников не бегают — догонят.

Он нервно оглянулся, со страхом готовясь увидеть пару светящихся глаз. Ничего. Глухо. Пустые облезлые полки.

Только где-то рядом свистел ветер.

А собственно, чего это он так свистит? Студент, осторожно ступая и нервно озираясь, пошел на звук.

Картина за очередным поворотом открылась запоминающаяся. Крайняя складская комната открывалась железными воротами наружу. Эти ворота были прикрыты так, что оставалась довольно широкая щель. Именно через нее и шумел сквозняк. Еще через неё бил яркий поток солнечного света. Этот луч зрелищно, как на картине какого-нибудь художника, освещал лежащий на полу огромный скелет.

Похоже, что это и был хозяин логова. Здоровенная как тигр, и массивная как медведь тварь. Огромные, в палец, клыки будоражили до икоты, даже на мёртвом черепе.

… Острые когти на лапищах …Вот это да, те самые лапки, которыми можно так вскрывать черепа…

Николай откровенно пялился на скелет как школьник в музее.

Еще было в этой зверушке что-то пугающе человекообразное. Развитые пальцы, явная двуногость…Судя по большому количеству остатков костяных бляшек, при жизни, зверек был прикинут на зависть броненосцу.

Приглядевшись студент заметил внутри башки кусочек чего-то темного. Просунув два пальца в глазницу достал штуковину.

Смятый кусок свинца. Вот и причина смерти. Крупнокалиберная пуля. Чистый свинец — ни оболочки, ни стержня.

У стрелка явно верная рука и стальные яйца, попасть точно в глаз такой махине — это надо суметь. Этот же стрелок, и выгреб содержимое полок, тут как раз удобно подогнать машину.

…Так что же это всё? Параллельный мир? Другая планета? Через какие-то врата?..

Он начал вспоминать все фильмы с похожими сюжетами. Всю фантастику и сказки про такое.

Все сказки сходились в одном. Карета станет тыквой. Ворота закрываются.

…И тогда я останусь здесь!!!..

Вот теперь он побежал, побежал, как никогда в жизни.

Обратно.

К гладкому асфальту. К людям. Прочь от мертвечины и неизвестных тварей.

Метры до недавно пересеченной границы мелькнули мгновением…

Знакомые дома. Яркая краска. Целые окна

И — молчание. То же нежилое оглушающее молчание, из которого он рвался.

Растрепанный, раскрасневшийся от бега, Николай просто шел вперед напряженно оглядываясь. Он всей душей жаждал увидеть хоть кого-то.

Сначала то, что он увидел на краю дороги, его обрадовало. Вроде бы трое мужиков на корточках сидели вокруг четвертого. Он быстрым шагом пошел навстречу. Сил от эмоций в горле не хватало даже на окрик.

На подходе острое зрение невольно стало выхватывать детали картинки. Все трое были густо заляпаны кровью… Кровь же была размазана вокруг по асфальту. Уже подойдя на несколько шагов, он увидел два лица, обернувшиеся к нему.

Это не лица людей были. Пустые тусклые глаза и перемазанные кровью…Даже не губы …Вся морда в крови. Сидевший спиной издал жуткий урчащий звук и по животному рванул зубами лежащее тело. Тело с разорванным горлом и несколькими выгрызенными кусками явно рассталось с жизнью не только что. А потом его как-то пытались рвать человеческими зубами, но человек все же не лев. Так что выглядело это жутко и до смешного неправильно.

Парень даже не побежал прочь. Тем же прогулочным, даже медленней чем прежде, шагом он обошел троицу и не отводя взгляда, как краб боком протопал дальше. Удаляясь прочь от этого ужаса, он даже не чувствовал облегчения. Троица вернулась к своему блюду, не пожелав отвлекаться на «свежатину».

Психика творила нечто невообразимое.

Почему-то он не чувствовал себя сходящим с ума или в кошмаре. Не было того «не верю», которым человек отвечает на по-настоящему страшные вещи. Словно эта реальность — стала становиться привычной.

Только опустошённость и страх. Только жгучее желание разобраться в происходящем и выжить.

Где-то в переулке раздалось уже знакомое урчание. Только на этот раз оно было задорным. Голодным. И еще- раздавалось из нескольких десятков глоток разом.

Первым побуждением было сорваться и сломя голову рвануть прочь. Куда угодно — но прочь.

Потом… А чего это они так? Может там что-то происходит? Такое что стоит увидеть.? Всё одно похоже, эти заняты.

Он очень тихо выглянул из-за угла.

Десятка два, а то и три «людей» в как-то странно сидящей одежде словно исполняли дикарский танец, вокруг нескольких вплотную стоящих гаражей. Присмотревшись Николай понял, что они не танцуют — просто подпрыгивают. Некоторые от возбуждения, а некоторые пытаясь залезть на гаражи. Силы и скорости для этого им явно не хватало. Вообще все они двигались как-то дёргано, неловко.

Чуть в стороне в нечеловеческой, животной позе, на заднице сидел еще один…Он тоже смотрел наверх гаража, но на нем не было одежды, а тело было в странных костяных шишках. На самом гараже стоял мужик в позе руки в бедра. Постоял, плюнул на головы осаждающим и сделал шаг от края.

Убрав голову от угла, парень думал.

… Похоже мужик влип. Может он знает, что происходит? Или хотя бы … Он все-таки человек. Как его вытащить? Тут не поможет оружие. Да и нет оружия. Твари не заметили, повезло, а заметили бы — порвали б как того, на улице. Как мужика вытаскивать?

От гаража до глухой стены какого-то здания метра три — на верху балконы, похоже жилые…

Надо попробовать сверху. Это дело…

Он занырнул в нужный подъезд, благо железная дверь была открыта.

Потом в голове что-то щелкнуло. Студент сделал шаг назад и очень аккуратно закрыл дверь на пружинный кодовый замок.

Тихо, без спешки, постоянно прислушиваясь к каждому звуку, он стал подниматься по лестнице вверх. Третий этаж — одна дверь с нужной стороны открыта.

Николай пару минут постоял, вслушиваясь в каждый шорох. Потом решился. Очень тихо оглядываясь он прошел на кухню. Снятый с крепежа тяжелый острый нож дал ощущение уверенности. Было что-то древнее, цепляющее за душу в этой тяжести в ладони. Немного поискав, он обзавелся еще и ухватистым цельнометаллическим топориком.

Уже с другим чувством парень прошел по всем комнатам. Ничего, ни крови, ни беспорядка. Что бы не произошло с хозяевами — отсюда они ушли самостоятельно.

Николай закрыл дверь. Впервые за последние часы его немного отпустило. Пришло неожиданное осознание голода и люто ссохшегося горла. Жадно глотая из носика чайника, снятого с плиты, он все более и более …Не то что, бы успокаивался… Приходил в себя.

Новая реальность становилась чем то, где можно и нужно реально действовать. Уже почти спокойно он сел на диван с куском захомяченного из отключенного холодильника сыра. Хотелось лечь. Заснуть. И — утро вечера мудренее.

Но Николай помнил, зачем пришел. Выйдя на балкон, студент помахал рукой мужику на гаражах. Тот заметил, бешено замахав руками в ответ. Кричать, привлекая внимание не стал никто.

Все тем же ножом парень поснимал бельевые веревки. Веревка была хорошей — толстой и явно очень прочной. Задумчиво свивая и связывая куски, он показал свою работу с балкона. Человек радостно закивал.

Ввязав в полученную веревку несколько палок, из числа балконного мусора, и привязав пластиковую бутылку с водой на конец Николай скептически осмотрел полученную грубую лестницу. Потом он привязал её к уходящему в бетон штырю перил.

…Должно выдержать…

Бросок бутылки был точен — она покатилась по крыше гаража.

Студент ожидал что спасаемый как ни будь закрепит свой конец и влезет наверх… Но тот задумчиво подергал веревку. Уперся ногами, проверил еще на прочность и намотал её на руку, а потом оттолкнувшись ногами, как тарзан полетел к дому.

Спружинил ногами от стены и шустро залез на балкон второго этажа.

Ошалевшие от такой наглости твари издали хоровое недовольное урчание.

Спустя пару минут в дверь Николая постучали. Прикидывая что твари вряд ли до такого бы додумались, он пошел открывать.

Мужик был в общем обыкновеннейший не красавец не урод, в легком охотничьем «комке». Но на ряху светился впечатляюще, как ёлка на новый год.

— Я уж думал все хана. Благодарю.

— На здоровье. Зачем так рисковать то было, ведь поймать же могли? Залез бы спокойно — и всё?

— Жизнь без куража, хуже смерти. Не занудствуй землячек. Землячек, а тебя как кличут то? Меня — Лаки.

— Николаем зовут.

— Так не за паспорт спрашиваю. Крестили в улье как? На свежака ты не похож — больно шустрый и вменяемый.

— В каком улье? Что тут вообще происходит? Вторжение? Параллельные миры? Что это за мерзость вокруг???

— Значит все-таки свежак. — Мужик лукаво улыбнулся и провел рукой по чернявой башке с небольшой залысиной — Значит слушай сюда, мудрого человека, слушай.

Это все, куда ты попал, называется ульем. В натуре похоже на параллельный мир, только сшитый из кусков разных миров. Они время от времени сюда прилетают. Только не сверху падают, а как при колдунстве сначала туман, а потом опа и появляется кусок. Называют это перезагрузкой.

Толком никто не знает, но народ болтает что все это копии, потому что ни в одном мире никто не слышал об исчезновении целых городских кварталов.

Ты сам то туман видел? Кислятиной еще пахнет?

— Видел. — Студент кивнул.

— Вот это оно и было. Здравствуй, Улей — мать…его. Зовется так, потому что состоит из таких кусков, типо сот. Каждый раз кусок появляется свеженьким, с людьми и барахлом как в своем мире жил, заменяя опустевший.

У свежаков вроде тебя первый вопрос бывает — а если в тот туман при перезагрузке нырнуть, не попадешь ли обратно?..

Николай посмотрел исподлобья на, с явным смаком учительствующего, Лаки — Не попадешь?

— Неа. Сдохнешь или рехнешься.

Слухай дальше. Люди, которые сюда попали, начинают делится на две части. Зараза тут в воздухе какая-то. Основную массу она меняет совсем. Ты видел. Мозги плывут, потом потеря сознания и вуаля поднимается уже не человек, а зверушка, жадная до любого мяса. По срокам бывает разное. В этом стабе буквально за час. Так что выживают тут редко.

— Но я же не стал таким!!!

— Не перебивай, старших. Я ж говорю — попавшие делятся на две части. Небольшая часть, обычно один из пары десятков, остаются в разуме. Такие называется иммунными.

Другое дело, что потерявший сознание и попросту безоружный человек недолго проживет среди голодных зверюшек. Ты как жив то остался? Парнишка ты везучий и смышленый, но тут уж надо было расстараться? — Заинтересованно спросил мужик.

— Я был близко от края этого …места …когда все случилось. Все плыло перед глазами. Вышел за границу, а там мертвые дома. Зашел в один из них, там и вырубился. Очнулся, стал оглядываться — кругом все разрушено, а еще там кости валялись от какой-то здоровенной твари. У неё в башке так пуля и осталась. Потом побежал обратно. Тут тебя и увидел…Услышал точнее.

— Завалили, значит, гады рубера. А я-то гадал откуда здесь такая стая пустышей, да и бегунов пяток. Вот оно как.

Ты, слушай свежие зараженые они слабые и тупые. Вот когда отожрутся начинают меняться — бегают быстро, зубы выращивают когти и чем дальше, тем хуже. Догадайся что получается из этого?

— Так эта тварь была человеком?

— Была. Все были, а потом стали тварями, жрущими любое мясо. Матерые жрут всех. Этот сидел у края сегмента и жрал людей еще не оклемавшихся и пустышей, да и покруче тварей, что сюда лезли при перезагрузке. Сыт был всегда — оттого и рейдеров не трогал почти. Так что было тут безопасно… А теперь… Вот я и нарвался. От свежих я бы сбежал, вот от бегунов не сбежишь. Хорошо хоть успел на гаражи залезть, оттуда клювом пару забил — остальные в осаду сели.

Жаль спораны пропали. Сожрали их вместе с телами.

— Спораны?

— Да. Вот, глотни кстати. — он протянул небольшую плоскую фляжку. Николай машинально взял и сделал глоток. На вкус это была смесь какого-то крепкого ликера с чем-то исключительно мерзким, отдающим гнилью. Даже спиртовая крепость и сладкая пряная отдушка не могли полностью забить этот вкус.

— Жуткая дрянь. Что это?

— Нектар. Напиток жизни. Если иммунный его не похлебает недельку и больше — подохнет. Причем дохнуть будет долго и зрелищно.

Самая мякотка это из чего эту божественную штуку делают. Смекаешь, землячек?

— Из чего?

— На зараженных, тех что поживут — пожуют кого — чего, на затылке вырастает костяная шишка, а в ней такие шарики. Вот из них.

— То есть это гной зараженных? — Николая перекосило. Лаки наблюдал с насмешливым удовольствием.

— Нифига не похоже. Твёрдые шарики, вроде чаги. Вот эти шарики здесь основная валюта. Единственно стоящая вещь. Все остальное сыплется за так, только собирай. Это можно только добыть. Не добудешь — сдохнешь.

Заболтались мы с тобой. Мотать отсюда надо, забрать чуток хабара и сваливать на стаб. Ты как, иди быстро с грузом сможешь?

Скорость и скрытость наш единственный вариант. Склада с оружием тут нет, даже мой арбалет остался на гаражах. От мелочи ещё можно отбиться «клювом» (он показал подвешенный к поясу молоток с острым концом), но от серьезных тварей одно спасенье- ушки на макушке и бег ползком. Сейчас загрузимся консервами по рюкзаку и отчалим.

День ходу ножками и можно будет чуток расслабить булки. — Закончил рейдер.

— Может машину какую поискать? Или тачку садовую?

— Машина дело хорошее, только где ты на неё ключи возьмешь, если водила уже урчит в местном хоре? А если и возьмешь — она знаешь ли шумит и видно её издалека. Твари посерьёзней с удовольствием этим пользуются. Нет, машина без хорошего ствола — это унылое самоубийство. А с пачкой стволов — веселое самоубийство. Потому как зверьки любят шумное веселье. И на дискотеку начинают подваливать стадами.

Для рейдера, который хочет еще чуток похлебать вонючего медку улья единственный путь — это поменьше отсвечивать.

Тачку или велосипед хорошо бы, но в гаражах я ничего подходящего не нашел…И лезть вглубь района не стоит. Валить отсюда надо побыстрее, пока еще серьезных тварей не набежало.

В общем так, повторю, на цырлах топаем отсюда в ближайший продуктовый — затариваемся харчами и бухлом, сколько сможем, и в марш бросок.

Бухло здесь в хорошем ходу — его и пить можно, и нектарчик без него не состряпаешь. На стабе на него чуток вооружимся и приоденемся. Тогда можно будет и в серьезный рейд.

На выходе мужичек сдернул с вешалки куртку с большим количеством карманов. — Возьми. Рюкзака я тут не вижу, так что сойдет за разгрузку.

День был не жаркий и все же куртка на плечах казалась лишней. Пара деловито обшмонала квартиру на предмет разных полезностей и отправилась в путь. Движение состояло из быстрых переходов вдоль стен. Крадучись, они довольно шустро двигались к цели, намеченной Лаки.

… «Знаю я тут магазинчик подходящий, в нем и затаримся» …

Топорик нудно шлепал по бедру качаясь на куске проволоки — это раздражало. И все же на душе было значительно легче. Это странное, с постоянными оглядками, усилиями что бы не шуметь и торопливостью, перемещение походило на игру. Может быть поэтому было почти не страшно. Хотя напряжение конечно было.

Пол часа такого дела и нужный магазин был найден. Дверь входа была распахнута. С порога, по всему, магазин был нетронут.

Лаки снял свой молоток с карабина и, скользя как тень, проверил весь магазин. Чисто.

— Привыкай, землячек. Тут вся твоя жизнь от таких вещей зависит. Кто кого первым засек — тот тем и закусывает.

Так что прятаться, красться, смотреть и слушать. Укрытия и пути отхода замечать на будущее. И бинокль тут для выживания важнее ствола.

Всё, пора заниматься делом.

Он деловито вылил в унитаз пару больших пластиковых бутылей воды и начал медитативно сливать в них какой-то дорогой алкоголь из маленьких бутылочек.

Делать пока что было нечего, и Николай вспомнил что видел буквально в шаге вывеску ювелирного магазина. Где ювелирка — там и охрана, а охрана — это оружие. Может и получится разжиться чем?

Тихо отойдя от все также увлеченного товарища, он обошел полки и вышел наружу. Ювелирный был таким же тихим и пустым. Немыслимо дорогие камни и золото, не мечтавшиеся даже в прошлой жизни, ненужным мусором пылились на подставках. По ноздрям потянуло каким-то незнакомым омерзительным запахом.

Смутно догадываясь что это, студент покрался к его источнику. Топорик в руке слегка подрагивал.

Распахнутая настежь дверь с табличкой «охрана». Вот и оно. Бить тут правда уже было некого. Уже. К лучшему или х сожалению?..

В общем то это была обычная офисная комната. За одним отличием. На полу в луже…разного… Лежал труп. Сильно разорванный и объеденный.

Рассматривать ближе это красно-буро-беловатое нечто желания не было. Неудержимо тянуло блевать. Никакой фильм ужасов не мог передать полного образа с его запахом, видом…обыденностью. От того, что, буквально часы назад, ЭТО было человеком мутило.

Николая согнуло дугой в рвотном спазме. Нутро от подреберья свело немилосердной болью. Потом отпустило. Может сыграло то что брюхо было почти пустым, а может то что уже начиналась привычка к подобным картинам.

Упрямо пытаясь вернуться в разум, он упрямо твердил как молитву -

— Оружие, оружие, тут где-то должно быть оружие. Где? — От истерического срыва, как ни странно, помогало.

Сейф в углу было не открыть без кода или резака. Остатки кобуры на этом… теле пусты. Нигде рядом ничего. Оторванные обглоданные руки … А это что?

В сжатой отброшенной кисти что-то блеснуло.

Николай разжал пальцы.

Чужие сведенные пальцы на куске металла. После он как-то очень почтительно положил остатки руки охранника на его тело. В ладони лежал маленький как игрушка, блестящий никелем, пистолет.

Предохранитель был не снят. На рукояти были явные следы крови и кожи. Ну ясно. Не надо быть великим сыщиком что бы представить произошедшее.

Когда на охранника попер…Или поперли? Он сначала просто ударил по голове. А потом его попросту смяли и загрызли.

Что там болтал Лаки? Так и умирают иммунные.

Сняв скатерть с маленького стола, Николай увлеченно начисто вытер пистолет. Тщательность была как глоток освежающего.

Невелико подспорье если разобраться — восемь патронов и все. Но лучше иметь, чем не иметь.

Первоначальный азарт прошел, и он уже сам был не рад, что сунулся сюда.

Сунув добычу в карман куртки, Николай пошел обратно.

Лаки уже заканчивал. Обе бутыли были заполнены под пробку и закручены. В них сочно плюхалось какое-то янтарное пойло. Рядом возвышалась гора опустошенного стекла. Обвязав бутыль своеобразной «упряжью» из веревок и тряпок, он закинул её на спину.

— Землячек, не болтайся без дела. Раз уж разведал че здесь где, набери каких ни будь консервов, чтоб по карманам хорошо вошли. Рыба, там мясо, такое что б нажористо. Только в стекле не бери. Лучше всего в тонкой жести и алюминии — тебе ж переть. На сутки двое это нам на пожрать.

Как загрузишься-вот цепляй наш хабарок на спину и пойдем.

Через полчаса товарищи неспешно топали к новой цели. Веревочная обвязка, обмотанная и подложенная каким-то тряпьем, была довольно удобна, но все же общий вес был очень чувствительным. Особенно вместе с весом куртки набитой консервами и пистолетом, о котором он так и не сподобился сказать Лаки.

Впрочем, жаловаться, глядя на то как товарищ прет тот же вес, плюс перевешанный вперед рюкзак, не хотелось. Не говоря уже о том, что Лаки все так же молчаливым Чингачгуком разведывал путь, замирая и оглядываясь в бинокль.

Разбитые городские кварталы сменились заросшим травой пустырем, потом какой-то местностью с одноэтажными домами. То ли пригород, то ли деревня

Николай изрядно взмок и вымотался. Лаки был всё так же бодр и сосредоточен. Выбрав по каким-то своим соображениям один из домов мужик негромко, но весело заявил.

— Вот тут привал сделаем. А то вдруг война, а мы уставшие.

Дом за высоким кирпичным забором с крепкими железными воротами был распахнут и пуст. Рейдер уже узнаваемым номером прошел вперед, оглядывая опасности. Потом вернулся и закрыл ворота на засов.

— Порядок. Будем отдыхать.

Глава 2

В доме, за столом Лаки опять стал многословен и словоохотлив, слова полились просто потоком. Николаю подумалось что эта говорливость точно от долгого молчания в рейде.

— Скажи, Лаки, а может стоило все же поискать оружие. Там же рядом ювелирный был?

— Не стоило, охрана магазина что имеет? Пистолеты разве. Из пистолета можно завалить только тех тварей, которых я и так «клювом» уработаю. А на шум прибегут такие, против которых пистолет не оружие. Так что пустая трата времени и сил. Было бы время и автоген, можно было бы сейфы по вскрывать и здесь, и еще в паре мест.

Вот только со временем — упс. Нельзя там было задерживаться.

Время в нашем деле — это все.

Раньше придешь на перезагруженный сегмент — попадешь под проблемы со свежаками. Они же сначала тупят и не въезжают в происходящее. Так что рейдера могут на раз принять за бомжа или бандита и посадить в обезьянник. Потом перерождаться начинают. Что то, что другое — жопа.

Чуток задержишься — и встретишься с набегающими на нямку зараженными. Твари среди них встречаются такие, что танк могут порвать. Мы вообще и так чуть — чуть не опоздали свалить.

А всего хуже если нарвешься на большой рейд с машинами…Эти могут быть хуже всего. — Он как-то замолчал.

— Слушай, ты же говорил машины — это самоубийство? — Заинтересовался парень.

— Обычные неподготовленные — да. Но, в хороших жирных стабах делают специальные машины, да еще добавляют к ним бронетехнику. Вот с такой колонной уже можно делать дело.

Да только у таких команд и враги соответствующие. А одиночные рейдеры им вообще грязь. Кончат между делом, чтоб хабар не подрезал и дальше пойдут.

Эээх свой бы рейд замутить…Что для этого нужно? Хорошая машина, хорошее оружие, начальный капитал что б людей набрать. Что б подняться — для начала надо иметь на чем подниматься. Хоть в этом в Улье как везде.

Если еще команду подобрать с хорошими дарами, это вообще круто. Несколько бойцов с хорошими развитыми дарами вообще риск снижают почти до нуля. Чем лучше развиты дары, тем лучше выхлоп и, тем меньше риск. Стронги так те вообще иногда колонны внешников потрошат.

Да уж, чем больше прожил — тем больше проживешь.

— Подожди, подожди — что за дар? — Николай удивился.

— Дары улья. Эта такая штука… В двух словах не расскажешь. Как колдовство или умение в компьютерной игрушке. Только вот они бывают полезные и почти бесполезные. Каждый иммунный чем-то таким да владеет, как повезёт.

Самое крутое это копировать вещи — таких зовут ксерами. Еще бывают те кто мысли читает, лечит — этих с руками берет и развивает любой стаб, кормит поит и пылинки сдувает. Ну, а бывает… Знал одного — так он классно комаров из комнаты выгонял. Другой воду в стакане превращал в какую-то твёрдую как дерево фигню.

Все как везде, как с талантами повезет, так и среди людей устроишься… — Лаки мечтательно задумался.

— А ты?

— Я? Могу на время становиться ловким как макака, скорость, сила и даже выносливость становятся круче чем у спортсмена. Неплохо так, и не на пять минут. Только нектаром потом все одно отпаиваться надо, а то будешь как похмельный.

Бывает и лучше, но жаловаться грех. Для рейдера одиночки самое то. Холодным оружием мелких тварей мочить — то что доктор прописал.

Серьезных тварей что б жемчужины добывать … (он тоскливо скривился) Тут только хорошая пушка нужна — бронебойная и с оптикой. Патронов к ней надо — тоже не три штуки.

Как в любом бизнесе, что б помногу брать — надо для начала по многу вкладывать. А много в одиночном рейде — хрен возьмешь. Замкнутый круг.

Вот и бьешься — пока не нарвешься… Раньше или позже. — Рейдер налил в спионеренную чайную чашку еще живчика и выпил.

Николай посмотрел на задумчиво замолчавшего товарища. — Ты вроде говорил, что стабы организуют целые рейды на машинах??

Тот махнул рукой. — Ты имеешь ввиду прибиться к таким? Это еще хуже. Когда сам по себе, тебе еще может повезти, или сам чего насмекаешь.

С такими это — всё работа на дядю. Грузишь — возишь — пасешь. Раньше или позже, все одно, довольно быстро нарываешься — и всё.

На кого не выпади — твари, конкуренты, внешники — конец один. Не по мне это — быть расходным мясом для тех, кто крутит всю эту мясорубку. Уж лучше я сам буду делать свою судьбу. А то что без изначально хорошего дара возможностей мало… Забей. Прорвемся.

Он вскрыл пару банок консервов открутив «ключи» и стал их лопать реквизированной где-то здесь же вилкой.

Студент ошалело переваривал услышанное. — Внешники это что за звери?

— О. Точняк. Молодец, землячек (Лаки опять развеселился). В десяточку. Это и есть самые злобные здешние звери, гаже элиты. На хайло чуток разница видна — а так уроды еще страшнее.

Запомнил, что я тебе за улей рассказал? Что он из кусков разных миров слит?

— Ну да.

— Так вот у нескольких из этих миров есть сюда постоянные двери.

— То есть можно найти свой? и?..

— Ага, оставайся рыбой, плыви к своему деду. Он рыбу любит. Жареную! — рейдер горько заржал — Те, кто в улей попал — инфицированы. Что зараженные что иммунные, и нам таким, путь к чистым закрыт. Хуже, чем обитателям чумного барака. Я не слышал, что бы кто толком знал, что такое местный паразит — и почему от него появляется дары.

Да и мало кому это сильно интересно. Штука поважнее в том, что та же дрянь что нас пропитывает что-то делает с нашим ливером. Мы перестаем болеть практически всеми болезнями, становимся сильнее и быстрее, заращиваем самые дикие раны.

С такими бы способностями — и назад. Каждый бы стал звездою цирка. И ни тебе насморка, ни триппера. Живешь сколько можешь, пока ни прибьют. Отращиваешь — заращиваешь на себе круче любой ящерицы.

Знавал типа — погремуха «Лихо», так он себе глаз отрастил. Только один момент…

Внешники из наших потрохов чего-то полезное для себя гонят. Как — не знаю. Но то, что мы для них не люди, а просто ценное сырье знают все. Как не знать, когда порою стабы под ноль режутся.

Видать сильно ценное сырье — своих порой тоже теряют по многу. От нас. От тварей…Еще и стронги на них иногда охотятся ради оружия и патронов.

И все равно лезут…

— Стронги?

— Все хватит. Остальное потом. Устроимся мы с тобой как надо, верь мне. Пока надо реально отдохнуть и выспаться. — Лаки отодвинулся от стола и замолчал

Деревня с её гостеприимным домом осталась позади. Впереди пошел все такой же заросший травой пустырь. По нему тянулась убогая гравийная дорогой. Пара целеустремлённо топала вперёд в настороженном молчании.

Местность по сторонам была ровной как стол, с редкими пышными кустами.

Николай равнодушно пялился вперед, когда его словно толкнуло в спину. Мир как-то изменился. Из-под одних цветов словно просвечивали другие.

…Грибы не ел …

Картинка мира странно изменилась. Лаки светился оранжевым и почему-то грязно серым

А впереди в стоявшей близко к дороге группе кустов светилось десять оранжевых с багровым силуэтов. Они словно вжимались в землю замерев.

Парень сжал пальцами плечо идущего рядом.

— Там. В кустах кто- то есть и не один. — Тихо прошипел он в ухо.

— На что похожи? — Спросил рейдер тихо.

— На тварей.

Лаки очень плавно спустил груз с плеч и рюкзак, снимая с пояса острый молоток на длинной рукояти. Из зелени, где было бы заметно и кошку, без шума поднялись твари в грязных тряпках и костяных бляхах. В тряпье ещё угадывалось происхождение — но никто бы не назвал это одеждой. Да и на людей это уже было похоже мало. Бурая звериная кожа обтягивала поджарые мускулистые тела двуногих «гуманоидов». На голой коже тел и черепов там и сям виднелись серо бурые костяные наросты. Тёмные «крысиные» глаза смотрели с читаемой охотничьей злобой.

Одна. Две. Три. Их морды можно было бы назвать весело улыбающимися — вот только здоровенные клыки хищника, который идет к тебе — если и выражают веселье …То тебя оно не заражает.

За тремя «костяными» поднялось семеро похожих на изуродованные трупы. Искажённые тела, ещё сохранявшие часть человеческого — были одеты в узнаваемую хоть и очень грязную одежду. Впрочем, штанов им явно не хватало…

Неспешно растягиваясь цепью, десяток тварей окружал людей.

Рейдер словно приплясывая на чуть согнутых ногах, дерганной походкой двинулся им навстречу. «Клюв» с длинным острым шипом в навершии ходил туда-сюда в руке.

Сближение …

Почти незаметный глазом выпад остриём — одна из «костяных» тварей дергаясь упала мордой в землю. Голова с разодранной глазницей конвульсивно сдирала траву шипами.

Шаг назад и широкий замах со свистом. Остальные чуть попятились. Девять тварей опять стали замыкать кольцо.

Николай, до того завороженно снимавший груз, как-то отстраненно отметил, что его не замечают. Злой азарт затопил душу.

Цельнометаллический топорик крепко ударил рукоятью по руке — лезвие глухо шмякнуло по ближнему затылку. Тварь мешком осела вниз.

Быстрый рывок и еще одно тело, в густо испачканной бурой сухой кровью рубашке, растянулось на земле.

Смесь из злости, страха и азарта била через край.

Еще один, вылупившийся нечеловеческими бельмастыми гляделками, довольно быстро попытался сгрести парня руками, целясь зубами в горло. Топор попал ему в висок, с хлюпающим звуком вышел обратно.

Правый «костяной» сделал шаг в сторону, еще небольшой шаг — и быстрым прыжком перелетел метры до Николая.

Одна лапа ударила когтями по правому плечу, вторая сверху вниз в низ лица и горло.

Руку невыносимо свело, топорик отлетел в сторону. Лицо полыхнуло болью — удар попал вскользь, но все равно оглушил. Парень спиной и боком упал на землю. Сознание осталось, и он увидел, как в затылке «зубастого» появился молоток. Чавкнуло, брызнуло — «клюв» был вырван обратно.

Николай перекатился на левый бок и попытался встать. Он увидел, как рейдер метнулся вперед к последнему оставшемуся «костяному».

Дуга замаха — и тот скалясь, падает вперед, с проломленным виском.

Оставшихся Лаки забивал как курей в суп- методично и деловито. Шаг — удар сбоку- чавк вынимаемого «клюва». Закончив, он так же ритмично подошел к стоящему Николаю. Подняв свой рюкзак, рейдер вынул из него какую-то банку и пачку пластыря.

Быстро, по птичьи, глянул.

— Горло целое, повезло. Остальное по местным меркам фигня. Сейчас намажу обезболивающим — заживляющим и пойдем.

Дрянь из банки явно много чего могла. Во всяком случае течь по шее перестало, да и боль стихла. Рейдер закончил мазать пальцем и шлепнул сверху пластырь. Потом сняв куртку обработал также и руку.

— Всё цепляй груз и марш, марш.

Он развернулся, приседая с ножом у тел «костяных.» Рассовав добычу в кармашки на поясе Лаки подхватил свою бутыль.

— До расслабона еще почти час топать. Хочешь жить — давай шустрее.

— Но рука…

— Одна. Цепляй груз другой. Шевелить ногами она тебе не мешает. — Лицо стало очень резким и неприятным.

Николай с усилием влез левой рукой в сбрую кое как зацепив бутыль. Было больно, но все же не невыносимо — обезболивающее начинало действовать.

С мрачным удовлетворением глянув на трупы уродов он нетвердым шагом поплелся вслед за рейдером.

Место где они сели на отдых когда-то было автосервисом. Похоже, что это было не вчера. Теперь это была изрядно потрепанная двухэтажка, все же сохранившая тонированные стекла в окнах. Вокруг на расстояние обзора тянулись разрушенные гаражи и какие-то тех корпуса.

Лаки шлепнулся задом на заскрипевшую пружинами койку, в офисной клетушке второго этажа. Развернул тряпье из рюкзака, обустраивая импровизированный стол.

— Хорошее место. Ценного здесь не водится ни для зараженных, ни для рейдеров и до следующей перезагрузки не будет. Это не считая того, что уходить от преследования здесь куда легче чем гнаться.

Самое наше рейдерское место.

Лаки явно что-то прикидывал в уме. Лицо было задумчивым. Он налил себе стопку живчика в стакан — крышку от фляги. Потом заел очередной консервой.

— Значит так, землячек, буду я тут заключать сделку. Тяжкое это дело, но по-другому такого не срастется.

Загоню бухло одним ребятам… Хоть и не хочется. Так вот, ты поедешь с ними. Устроишься — для улья нормально. Лекарь у них тоже точно есть, знаю наверняка.

Сейчас, вот, выпей. — Он налил стакан до краев живчиком.

Николай, уставший и измотанный до полного отупения, физически и душевно, механически выпил. Живчик все же был предельно странной штукой — с одной стороны мощно полегчало и сразу люто зачесались грубо раскромсанные раны. С другой… Стакан очень крепкого пойла на пустой желудок ударил по мозгам, как чугунная гиря по куриному яйцу. Но прежде чем упасть лицом в тряпье, он еще увидел, как Лаки выйдя на мини балкон, пускает вверх ракету стартового пистолета.

…Это то здесь откуда…?

Пробуждение из черноты без снов было резким, как толчок. Словно ощущение чужого взгляда и злого присутствия. В относительной тишине стаба, непохожей ни на шумный город, ни на звуки деревни или леса, едущая машина взаправду ревела невыносимо громко, обозначая себя вдаль.

Николай встал, подходя к стеклянной тонированной стене. Сквозь неё было хорошо видно, как маневрируя по дороге среди обломков подъезжает машина. Больше всего она походила на причудливо тюнингованный полицейский бронетранспортер. Скорострельная пушка на башенке, как у БТР, щели для обзора и стрельбы — это было даже знакомо и понятно. А вот наваренные по окружности решетки и металлические шипы — странно.

Серо зеленая небликующая окраска и общий незнакомый покрой техники добавлял экзотики в картину.

Лаки стоял внизу на парковочной площадке, держа руку в рюкзаке на животе. Бутыли стояли у него возле ног.

Из открывшейся двери водительской кабины выпрыгнул мужик в зеленом камуфляже и черной бандане.

— Лаки, сколько лет сколько зим.

— Грей, вы прописдели три часа. А должны были подъехать через пол, при самом неудобном случае. Так дела не делаются.

Тот насмешливо оскалился, подняв ладони в обрезанных перчатках. Потом упер руки в бедра и ответил.

— Извиняй, тварям улья, как-то до задницы все чужие сложные планы. На ферме пришлось отбиваться от немаленькой стаи, а потом еще и зачищать последствия. Радуйся, что твой сигнал вообще сначала заметили, а потом не забыли.

— Бизнесмены, туевы, у меня для вас тема, а вы её пролюбить готовы.

Грей, чуть наклонив голову, лыбился, глядя на бутыли.

Лаки махнул рукой.

— Выпивки хорошей две бутыли, где попало такой не нароешь. Да еще свежака заберете.

— Свежак, это хорошо. Ты имеешь ввиду на ферму?

— Да, как хочешь.

— Как звать?

— Никак. Не крестил я его. Сам догадайся почему.

— Понимаю. И где он сейчас? — Спросил приехавший.

— Там наверху, вырубился после перехода и стакана живца.

— Тоже понятно. Ладно не хипеши, заберем. Что у него из оружия? Какие дары? — Грей говорил негромко, но цепко.

— Топор только. Дар еще не прорезался.

— Совсем зелень…

— А ты что стронгов пачку хотел? Вот был бы номер.

— Сэмми! — рявкнул приехавший. Из двери кузова высунулся еще один банданно — камуфляжный.

— Давай сюда короб, тройку

Тот нырнул обратно, вернувшись с футляром.

Николаю с его позиции было хорошо видно, как Грей раскрывал замки и показывал какую-то длинноствольную как винтовка, со снайперским прицелом и магазином пушку…

Лаки с огромным интересом её рассматривал, хотя поза была всё та же несколько напряженная с рукой в рюкзаке.

— Патронов еще. Пять рожков. За всё.

— Харе хамить — три. И это только потому что была накладка с задержкой.

Рейдер всем видом выражал недовольство, но спорить не стал.

— Сэм, Кенни забирайте свежака и отбываем.

Студент тихо шагнул назад и притворился спящим.

Пара камуфляжных бодро зашли в комнатку. Один не сильно тряхнул за плечо лежащего.

— Вставай, спящая красавица, с нами едешь.

Николай сел, изображая просыпающегося человека. Он с искренним удивлением только сейчас заметил, что все еще в той же куртке, набитой консервами и залитой кровью.

…Как он вообще в этом спал?..

— Вы кто?

— Мы те, с кем ты едешь. Сказано это было вполне доброжелательно. Они вышли наружу. Лаки недовольно поморщился, глянув на них.

Грей прищурился — Так он еще и ранен?

— Поверхностно. Вот поедешь с людьми А я здесь уже лишних три часа. — Лаки все так же скривившись, кивнул Николаю, сделал шаг вбок и нырнул куда-то вниз в технический тоннель. Только мелькнул длинный футляр на спине.

Банданный цепким взглядом ощупал парня и спросил

— Это значит переносной консервный склад? Консерва…Тоже сойдет. Садись назад.

Николай сел в кузов броневика, где на специальных лавках сидело двое и еще один в вертящейся штуке под башней.

Броневик подняв столб пыли колесами, поехал.

Экзотическая техника, если разобраться, ехала довольно тихо. Не бесшумно конечно, но для бронированного шушпанцера тихо — и быстро. Полчаса на лавке в молчании под мерный шум двигателя и приехали.

Объект можно было назвать фермой только в шутку — это явно в прошлом было что-то военное. Было видно, что после загрузки объект еще хорошо доработали. Обзор из затянутой бронестеклом щели был не ахти, но его хватало что бы разглядеть колючку в несколько рядов у забора и поверх забора. Вышки, закрытые как стрелковая точка и бетонный забор — все было свежим и хорошо содержалось.

Зеленые металлические ворота впустили броневик. Николай вместе с парой соседей по поездке вылез наружу.

Грей орал на какого-то субъекта, стриженного под машинку и одетого в спортивный костюм.

— Ты что ххх, вообще? Совсем ххх? Спек мозги выжег? Ты какого «объедки» попер на свалку? Хочешь, чтобы сюда еще одна стая с элитой во главе явилась? А может и не одна???

Тот оправдывался, хотя рожа была скорее злая, чем виноватая.

— Шеф, а что ты предлагаешь? Машин осталось две. Людей сам пересчитай. «Мусорник» переполнен, а отправить все куда полагается — мне тупо некем.

«Материал» отработан весь, заказ выполнен, на говно не пропало ничего. А «объедки» …Так я ж не абы как — все запаяно в пластик начисто — запаха быть не должно. Будет возможность, вывезем как полагается.

Николай издалека смотревший на разговаривавших у какого-то местного здания, заметил штабель пластиковых контейнеров рядом. Грей, до того увлеченно песочивший мужика, обернулся.

Лицо еще перекосило раздражением.

— Вы, двое. Какого еще здесь? Делать ххх? Свежака отведите в общий отстойник и возвращайтесь. Тут работы ххх, не переххх.

Двухэтажка дальше по двору похоже и была тем местом куда их отправили. У ее входа возле прикрытой двери стоял еще один штабель пластиковых коробок. Походя Николай вскользь глянул на эту горку. Ему стало плохо. Через прозрачный белесый пластик были явно видны черепа — два или три. Мысль еще не дала ответа, испуганно мечась в голове, когда они уже прошли внутрь.

Комната была вроде ментовского обезьянника — решетки из прутьев от пола до потолка и отдельные камеры- сектора. Несколько были пустыми, в одной сидело трое мужиков. Мужики выглядели мерзко — грязные тряпки, небритые морды, истощенный вид. Один был безумен — искаженное лицо и лихорадочный взгляд. На каждом была та печать истерической оглушенности, которая бывает с людьми после серьезного излома.

Парень все так же непонимающе оглядывался, скользя взглядом по пустым камерам, где валялись пустые кружки, миски и тряпки. Из боковой двери вышел мужик в прорезиненном фартуке хирурга и перчатках. Угловатое сквадраченное лицо, белые брови, белесые ресницы и брезгливая складка в углу губ. Не самый приятный тип, не говоря уже о мрачном взгляде светло голубых глаз, от которого становилось неловко.

Один из камуфляжных приветственно кивнул ему.

— Трот, тут что только эти остались?

— Да, Срочный заказ с предоплатой. Пришлось переработать всех. Заниматься теперь вам. Погрузка — не мое дело.

— Ты не в курсе, когда заказчик подъедет?

— Вроде речь шла через три часа. Но сам знаешь, как с этим бывает.

Камуфляжный открыл ключом из кармана один из пустых боксов.

— Пошел. Давай.

Николай оторопело отшатнулся.

— Вы чего …Я …Не…

Второй камуфляжный откровенно заржал, таким сальным гыгыкающим смехом.

— Муры мы такие. Ребята веселые. Слышал про нас?

— Нет. Вы чего? — Парень откровенно сжался.

— Нее. Ну воооще лошок. Радуйся, зелень, послужишь людям. Общее дело это святое.

Блондин смотрел молча, с неодобрением. Первый камуфляжный сделал шаг вперед.

Острая боль в печени согнула Николая.

Мур потряс отбитым кулаком.

— Чертовы консервы. Иди давай, а то еще и по хайлу словишь.

Почему-то следующие секунды резко изменили внутреннее состояние парня. Вместо непонимания, страха и растерянности пришло очень ясное осознание ЧТО происходит и — ЧТО будет дальше.

Под ребрами застыла ледяная кристальная злоба. Разум был ясен как никогда. Пистолет в кармане. С восемью патронами. На предохранителе.

…Из клетки выхода нет. А во дворе заведённый броневик. Хоть на газ нажать я смогу…

Еще не разогнувшись до конца, он сунул руку в карман. Палец сдвигает рычажок. Не вынимая пистолет, через одежду Николай два раза выстрелил в первого. Тот упал, корчась на полу…Еще выстрел в не успевшего отреагировать веселого. Так же корчась он попытался развернуть автомат. Слишком поздно, да к тому же, не сняв с предохранителя.

Николай сделал шаг вперед. Вынул руку с оружием из кармана и почти в упор выстрелил в голову. Башка мотнулась от удара, по полу брызнуло кровавым.

Он развернул пистолет в «хирурга». Тот молчал и смотрел в глаза. Как-то очень спокойно.

— Давай сам туда. — Внутри было ясно и твердо, а вот голос у студента сорвался на истерику.

Блондин молча зашел в бокс. Николай закрыл дверь торчащим в ней ключом, машинально убрав его в брючный карман.

Заключенные смотрели на происходящее с лихорадочным возбуждением.

…Этих надо освободить. Так будет правильно. Может смогут быть чем-то полезны. Автоматов же теперь два…

Он подошел к решетке и стал отпирать «обезьянник». Быстро провернув ключ, Николай рефлекторно сунул его в куртку и потянул ручку. Когда дверь с металлическим лязгом стала открываться, безумец нетерпеливо прыгнул вперед. Решетчатая железная дверь зубодробительно ударила по раненному плечу, Николай неудачно качнулся, поскальзываясь. Неловко опрокинувшись, он упал с силой ударившись головой. Потеря сознания. Темнота.

Возвращение. Боль. Холодно. Холодный жесткий бетон пола. Болит голова. Через майку пол давит холодным.

Он кое как встал, ощупывая немалых размеров шишку. Куртки с консервами и пистолета с патронами не было.

Тела камуфляжных были отодвинуты к стене и выглядели так, будто их исступленно били ногами. Даже лица были разбиты в мясо, а на одежде были кровавые отпечатки обуви. Их оружия то же видно не было.

— Что же тут произошло? — Риторически спросил он в пустоту.

Неожиданно зазвучал ответ.

— Ты навернулся об пол. Этот поехавший клоун стал отрываться на трупах. А Варенец забрав ствол Кенни рванул к свободе. — Это явно говорил не дух свыше, а забытый в боксе «хирург», он продолжил.

— Слышны были выстрелы, потом завелся движок броневика. Джаз подобрал второй ствол, твой шмот со жрачкой и пистолет, да по-тихому пополз следом. Последним, не в себе, вылез этот дурак. Выстрелов уже не было.

Судя по тому, что было слышно, Варенец таки угнал броневик и выбив ворота укатил. Наши из оставшихся на втором и грузовиках дернули следом… Заснять бы этот цирк и продавать по стабам — был бы богат.

— Сука…Нет, ну что ему стоило. Вернул бы меня в норму, вместе бы сбежали. Два автомата лучше, чем один.

— Холодный расчёт. Время шло на секунды, пока наши не прочухали и не набежали со стволами на изготовку. А так — выигрыш во времени, оружие в руках — он даже броневик сумел угнать. Шансы оторваться у него хорошие и, если доберется до стаба будет героем. Богатым и известным героем.

Это ж ему состояние привалило — не каждый стаб владеет.

— А второй?

— Да то же самое. Спасать свою шкуру удобнее с запасом, стволом, быстро и без обузы. Не говорю уже о времени, которое горит.

— ССсуука. Ссуки. Все. И этот …Лаки. И весь этот улей сучиий.

Это был уже не гнев, не истерика, не злоба, не излом. Что-то очень спокойное и холодное. Через минуту он абсолютно спокойно спросил.

— Так псих уже просто ушел? Без шума?

— Кто? Николай? По паспорту его так звали…А крестить здесь не успели….

Да ушел куда глаза глядят. Даже не обыскивал ничего.

— Тёска. Надо же… — Николай уже оглядывался по сторонам.

— Есть у меня к тебе предложение, сделка. — «Хирург» говорил с каким-то твёрдым, отрешённым спокойствием.

— Ну?

— Я скажу тебе где взять оружие. Живчик. Всякого полезного.

— На свободу хочешь?

— В определенном смысле.

— Это ты давай конкретнее. Что есть и где есть. Или типо я тебя выпущу, а ты меня куда-то поведешь?? Хочешь за пустую болтовню себе жизнь спасти? Выйти и сбежать?

— Не так. Я скажу тебе где взять ствол. За это ты потратишь на меня один патрон.

Николай хлопнулся на скамейку у стены.

— Да и что я сделаю без ключа. Он в куртке был…Что???

— Не понадобится тебе ключ. Я же сказал. — Мур говорил все также безжизненно спокойно.

— Кх…Чего ж свободу не торгуешь? Вдруг да выйдет?

— Ну выйдет. Дальше что? За случившееся потребуется виноватый. И покрытие убытков. Я знаю кто это будет, и что это будет.

Нет. Такая свобода, как я сказал, будет лучше.

— А сбежать на волю?

На лице белобрысого мелькнуло такое выражение, словно он пытался заржать, но не смог.

— Ты, свежак, не понимаешь, что такое мур. И что его ждет если попасть любой кодле со стаба. Раньше или позже на торговле или при встрече с патрулем — поймают. Проверят через ментата. Потом умирать придется несколько дольше чем хочется.

Уж лучше уйти свободным орлом по своей воле.

Вообще, свежак, чем дольше мы точим лясы — тем вероятней тебе светит встретится с возвращающимися нашими.

Это твой выбор? Ты учти там уход будет долгий. Вдвоем и пойдем. А потом соответственно все большим и большим количеством. Это только шашка из одного двух делает — у нас спецы поискусней.

— Ладно. Где хабар и оружие??

— Дверь рядом с тобой. Календарь на стене — подними. Там сейф. Набери циферки 0731.

Соседняя комната напоминала хирургический кабинет…Или если знать о её сути …Хирургический кабинет.

Ничего говорящего о её людоедской сути в ней не было. Хирургический стол. Мед шкафы с инструментами. В небольшом отсеке, за стеклянной стеной с дверью, стол со стулом.

Собственно, именно рядом со столом на стене висел большой календарь с маловразумительной картинкой. Рывком сняв его с гвоздя, Николай и правда увидел за ним вделанный в стену сейф.

Циферки быстро заняли своё место. Дверка бесшумно открылась наружу.

Внутри действительно обнаружился некий ствол неизвестной марки чуть-чуть похожий на узи. Трубка рядом с ним после верчения в руках была навинчена на ствол — оказавшись глушителем. Патроны… Только один рожок. Пластиковая коробка с тремя шариками… А — это спораны для «нектара». Несколько коробок с черной дрянью — на вид и запах, смесь соляры с вазелином и тухлятиной. Десяток снаряженных шприцов с оранжевым содержимым. Брезентовая сумка, вроде армейской, с малопонятными мед инструментами. Впрочем, резиновые жгуты были узнаваемы — останавливать кровь. Несколько армейских фляг чем-то заполненных.

Шустро скинув все в ту же сумку, парень зацепил её на плечо и вышел. Молча подойдя к выходу, он встал на колено и очень тихо высунул нос наружу. Держа пушку в руке Николай очень тихо, в приседе, полез по двору. Там, где прежде стоял броневик — лежало два трупа.

Похоже Грей и его собеседник услышали выстрелы и даже успели отреагировать — но без укрытия им это не помогло. Беглец сумел как-то положить обоих, потом подбежать и…

Судя по всему, запрыгнул в кабину и дал по газам…

Николай в приседе покрался к лежащим. Оружия возле тел не было. Он небрезгливо обшмонал карманы — у «спортивного» была связка ключей. Что-то такое по его прикидкам и должно было быть, если только беглец не забрал.

Нужный ключ парень узнал в «лицо».

Глава 3

Когда Николай вернулся в «обезьянник» — блондин все так же сидел, мертво глядя в одну точку.

— Ну че? Я решил, что пулю, как и вазелин еще надо заслужить. Без вещей на выход. Впереди меня.

Тот удивленно вышел. — И что дальше?

— Дальше валим отсюда рысью. Ствол есть. Но патронов мизер. Надо уйти на подходящий сегмент, где можно залечь и продумать планы. И жратвы бы еще взять. Если придется торговать — этим займусь я. Ну а ты, давай просвещай меня за местное.

Ах да. Быструю смерть за верную службу, я тебе дам — коли понадобится.

Но — не сегодня. Поехали. — Последнее было сказано с неожиданно жестким лицом.

Мужик резким движением снял фартук и швырнул его в сторону.

— Если уходить, то быстрее. Тут каждая минута, русская рулетка. Есть отсюда в паре часов ходьбы место где можно сесть. Зараженных там мало, но харчи еще есть. — Он без дальнейших разговоров пошел вперед…

Николай почти весело зашагал следом. Сумка на плече, автомат на ремне, глазами по сторонам — хоть и тишина, а все же…

Марш — поход был довольно быстрый — немногим медленнее бега. Утомительное движение в молчании прошло без приключений. Пустыри и разбитые здания сменяли друг друга, наконец впереди за пустырями появился кусок, состоящий из разрезанной повдоль дороги с отходящим от неё поворотом, где стояло несколько мелких придорожных магазинов и открывался въезд в длинные ряды гаражей.

Блондин остановился.

— Здесь и сядем. Ясно почему?

— Чего неясного … В таком месте людей почти не бывает, даже при перезагрузке. Значит здесь неинтересно ни тварям, ни мурам. Хороших магазинов — вроде супермаркетов или оружейных тоже нет — значит и рейдеры не сунуться.

— Рейдеры могут и полезть. Но скорее одиночки. Они, как правило, пехом или на велосипедах и потому всего вывезти не могут.

Шмонаем вон тот продуктовый. Хоть что-то съедобное там должно остаться.

Мелкая лавка-вагончик была открыта и уже кем-то пограблена. Судя по остаткам тары и бумажкам — тащили в основном консервы. И все же осталось немало разного.

Консервированное мясо, овощи из банок и соки — для голодных и всерьез измотанных людей это был царский пир.

Сидя у импровизированного стола из ящика, экс студент задумчиво открыл очередную жестянку выдернув кольцо ключ. Поковырялся пластиковой вилкой, позаимствованной из незнакомой заварной лапши. Отставил в сторону.

— Ну выпили закусили — самое знакомство пошло.

Исповедуйся — как звать. Чем занимался. Как докатился до жизни такой.

— Попал на наклонную. Получил точек в тыл и покатился… — Трот замолчал. Потом перехватил взгляд собеседника. Стрельнул глазами на не снятый с плеча во время еды ствол.

Поморщившись, он продолжил.

— Битый год назад сходил я значит за хлебушком. Попал в улей вместе с немалых размеров магазином. Несколько сот человек… Это вместе с теми, кого загребли вокруг.

Еще не началось перерождение как подъехал отряд при автоматах. Тему отработали буквально за пару минут. Грузы по грузовикам. Людей пешком под конвоем колонной «эвакуироваться от эпидемиологического заражения».

Мур с лица ушел в воспоминания… Налил себе живчика из лежащей на ящике фляги. Выпил одним движением.

— Остановили у какого-то оврага. На отдых. Пара часов… на том стабе срок перерождения пара часов. Тех, кто после потери сознания начинал урчать оттаскивали в овраг «для изоляции». За остальными следили. Два часа…Осталось шестеро.

— Чего-то я не понял. А как же выстрелы?

— Какие выстрелы? Это Улей, никто не любит шума. Патроны вторая главная валюта… «Клювом» это делается. Иногда ножом.

Через день проверили нас. Один тип. Определяли у кого какой дар… У меня оказался лекарский. Регенерацию могу ускорять так, что глазами видно. И себя могу лечить, и других тоже.

Дальше…

А похер…Хочешь стрелять — стреляй. Больше я про это рассказывать не буду. Сам должен понимать.

Он впервые поднял голос и зло посмотрел в глаза. Поединок гляделок он проиграл и угрюмо уставился в пол.

— Ты мне скажи, среди муров внешники были? — Николай говорил с невозмутимым лицом, ровным голосом, но был тут тот нажим, который выдает интерес.

— Внешникам такое не по чину. Они большим бизнесом занимаются, а не всякой грязной мелочью.

Максимальная прибыль при перенесении рисков на партнеров. — Он улыбнулся улыбочкой, как рябь на соляре. Такой же черной и сальной.

— Есть разные бригады. Порядки везде очень разные. Но общее везде то, что внешники лишь забирают готовый продукт. По первости заключают сделки за спораны как все в улье.

С кем начинают работать плотно, тот уже получает «тару» под «товар» и заказы, за которые уже платят товаром по большому набору.

Мясорубка отлажена так, что часы отдыхают. Шестеренки вертятся и выбивание десятка другого, механизм не то что не ломает — даже не тормозит. И один человек тут …Пыль на ветру… Даже поцарапать краску не может.

Та шобла где я бегал, работала больше с асеями. Это вид внешников. По качеству товара уступают только нолдам.

— Те, кто остался на вашей базе сумеют разобраться что произошло? Попытаются выслеживать и догонять? Мстить за убитых?

— Главное поймут всяко. «Расходники» сумели вырваться захватить оружие и свалили. Чем закончится погоня броневика за броневиком, плюс еще грузовики… Это вопрос, хрен ответишь. Могут догнать и кончить. Могут упустить. А может элита сожрет всех или скреббер.

От этого и все остальное — не угадаешь.

Но выслеживать нас, или шариться по окрестностям никто не будет. Не окупается такое. Бояться какого-то слива и наводки им нечего.

Даже если на серьезном стабе и узнают про базу, то не станут лезть на серьезный бой. А если кто-то все же решится — так можно вызывать поддержку «партнеров».

Тем вообще пофигу — могут артиллерией отработать, как волну зараженных, а могут отправить стаю летающих дронов охотников.

Тогда это вообще будет — даже не зверь на ловца бежит… А бежит и на спинку перед охотником хлопается.

Вот и выходит, что сидеть тут мы можем сколько влезет. Только вот живчик кончится за месяц плюс-минус.

— Ты знаешь сегмент с подходящим оружейным магазином?

— Знать то знаю. И не один. Только лезть туда с одним магазином и без бронемашины — это тупое нудное самоубийство. Если просто повеситься, так всегда хоть что-то случится может, интересное — ну веревка, например, порвется. Тут — скука смертная.

На перезагрузку всегда набегают стаи тварей и рейдеры. На лакомые куски — много рейдеров стаями и муры. Даже колонны внешников, бывает, охотятся.

Для кого-то мы соперники, для кого-то дичь — но все несравнимо круче и обойти не выйдет. Дар или технология, но нас выследят и возьмут.

— А стронги?

— Что стронги? Так называют матерых иммунных. Несколько развитых полезных даров, сработанная банда — такие, бывает, ради снаряжения даже на внешников охотятся.

Салаг они не трогают. И смысла нет, и есть у иммунных такие поверья, что это удачи лишает.

Но — такие ребята редкость и их планов никто не знает.

— Лаки все же ходил в рейд на свежий сегмент. Значит пути есть. — Задумчиво протянул Николай.

— Рисковый парень, на что бы он не рассчитывал. Дар у него какой?

— Ловкость, сила и быстрота обезьяны.

— Значит, быстро залезть на что-то высокое… Неплохо, но масса вариантов, где это не поможет. Хотя — самый частый случай, стаю пустышей, отведет.

Вот только так не можем ни ты, ни я.

И еще — раз этот Лаки все же не попался — на серьезные куски он хайло не раскрывал. Мелочишка — вроде того же бухла. Дешёвка низкого полёта — Мур брезгливо скривился.

— Из оружия у него арбалет был, нам бы такое…

— На стабах, по сходной цене.

— Так, все, хватит пока. С остальным будем разбираться завтра, закрой дверь на замок. Забаррикадируемся и попробуем выспаться. Остальное на свежую голову. — Студент встал и оглянулся прикидывая, как располагаться на сон.

Утро следующего дня порадовало ярким солнышком. Николай потянулся.

— Пойдем смотреть эти гаражи.

— Чего их смотреть? Гаражи. Закрытые. Рейдеры ими не занимаются, потому что двери задолбаешься вскрывать.

— Идем. Впереди меня. Можно без песни. — Голос парня стал давящим.

Пара спокойно прошла в «коридор» гаражных боксов. Пройдя десяток шагов, они видели, что двери везде открыты, при этом их кто-то аккуратно прикрыл за собой.

— Ты говорил, что эти гаражи никому не нужны??

— Ошибся. — Трот был явно удивлен сам.

Николай задумчиво посмотрел на след двери на земле.

— Кто бы это ни был, он тут был не вчера. — Он пошел дальше, осторожно приоткрывая створки и заглядывая внутрь.

Наконец зашел в один из вскрытых боксов и плюхнулся в драное кресло.

— Тема ясная. Приезжал рейд и явно не вдвоем. Вскрывал все. Забирал подходящие машины. Для переделки видимо.

Кто бы это ни был — размах и хватка прослеживаются. Завидки берут….

Слушай, есть такой дар что бы замки по легкому открывать?

— Есть. Называется тонкий кинетик. Не самый распространенный дар и не самый крутой, но в рейд их берут охотно.

— Вот похоже такой был, уж очень красиво и много здесь повскрывали. Если б взломщик с отмычками был…Хотя, наверное, хороший мастер тоже бы быстро сработал.

Ясно… И для нас — прекрасно

Чем-то долбить тварей нам надо — а здесь есть инструмент, тиски, верстаки — и очень много любых материалов. Пожалуй, арбалеты мы сможем сделать.

Для хорошего лука нужен качественный материал. И пользоваться им нужен навык. Сомневаюсь, что здесь есть первое, второго же у меня нет точно.

Доводилось арбалет в детстве делать?

— Делал, да. Но это было очень давно. — ответил Трот.

— Вот и вспомнишь детство золотое. Мне сложнее — я предпочитал «солдатиков».

— Нам понадобятся: доска, толстая железная проволока для спускового механизма, тросик для тетивы и гибкая пластина на лук… — Мужик сел на какую-то грязную техническую лавку и начал загибать пальцы.

— Еще инструменты. Пилы по дереву и металлу, напильники, тиски и чего еще? Вспоминай…Хорошо бы еще парой ножей разжиться. Вещь в хозяйстве нужнейшая. Сейчас вернёмся в начало и начинаем полный шмон. Держимся рядом, во избежание случайностей. Сначала намечаем где что есть, потом стаскиваем в одно место и начинаем заниматься любовью со всеми этими материалами до плодотворного результата. — Николай разгорячился. Закончив он рывком взлетел с кресла опершись руками на подлокотники… Лицо парня перекосило гримасой боли.

Трот заинтересовано повернул голову. — В чем дело?

— Когда с Лаки шли, попали в засаду тварей. Я вообще то её заметил. Похоже это мой дар — я вижу живые существа, как такие светящиеся цветные пятна. И никакая маскировка против этого не помогает. Даже за препятствиями, наверно смогу. В кустах где кошки не спрятаться десяток зараженных сидел — а я их засек. Встретили мы тварюшек, как надо. Крутая была драчка — я сам троих зарубил. Ну и перепало мне тоже.

— Разновидность сенса…Причем изначально сильный. Неплохо если так. Руку покажи. — Мур наконец изволил встать. Осмотрев разорванное мясо под пластырями, Трот ткнул указательными пальцами обеих рук по сторонам раны на шее. Е Рану тут же люто засвербело. Николай с трудом удержался от того что бы отдернуть голову.

— Вот так. Теперь давай вторую — Лечитель-мучитель, с тем же выражением абсолютного пофигизма на лице, взялся за порванную руку.

— Ну каков ты радар посмотрим позже…И пусть это будет твоё имя для улья, пока в другом необходимости не будет. Сейчас идем как решили.

Поиски по гаражам, были делом, как ни странно, довольно азартным вроде рыбалки или грибной охоты. Через битых пару часов стащив найденное в выбранный под мастерскую бокс, они подбили счета. Оттуда рейдеры вернулись в лавку, определенную «столовой».

Трот задумчиво ел, что-то прикидывая. Потом выдал.

— Вообще пару арбалетов сделать можно. Инструмент нормальный. Материалы тоже. Спусковой механизм правда будет детский — для нормального сварка нужна. И долбиться без электрического инструмента придется долго.

— У нас есть сварка? Или электричество? Не ну только если можешь, обеспечить это так сказать из естественных отверстий организма то я за. — Николай откровенно расслабился.

— Сварку я родить не могу, что правда то правда. Но я к чему… Ручками придется поработать и вашему благородию, если конечно есть желание справиться с этим чуть быстрее чем офигительно нескоро. — Тон экс — мура был серьезен, как и лицо. Но что-то неуловимое выдавало шутку.

— Моё сиятельство. Сиятельство и не меньше, запомни рядовой. Моё сиятельство соблаговолит оказать любую помощь на какую хватит квалификации…За сколько думаешь управимся?

— Если не упарываться, но и не страдать дурью — дня за два спокойно.

— Слушай, а почему тебя зовут «Трот».

— Потому, что Анатолий… звали… Когда-то. Коротко — тол. Тол — тротил — трот. Юмор такой был у моего крестного.

— Он еще жив?

— Нет. Нарвались в рейде на стаю с несколькими руберами, там, где её быть было не должно. Обычное дело в улье, даже не элитники. Вот только когда зараженные вот так выпрыгивают разом, их не остановишь даже пулеметом. А если они успевают добраться вплотную, начинается самое интересное. Мы вообще то отбились — там тоже не зелень была.

Но нескольким нашим после этого не мог помочь никакой лекарь. Самая типичная смерть рейдера в Улье.

Насчет крестин — Радар, совсем за свежака ты уже вряд ли сойдешь. Но тебе придется придумывать историю для стаба. Те, кто живут в улье дольше пары недель, так или иначе знают друг о друге. А врагов уж знают и того пуще. То, что ты не мур, ты сможешь подтвердить и ментату. Но контакты с мурами — дело темное. И наверняка вылезет тебе боком если вскроется.

Бывших в таком деле не бывает. Этого не прощают…

Николай, ставший уже «Радаром», остервенело пилил ножовкой зажатую доску. Доска из какого-то твердого сорта древесины зверски сопротивлялась. После особо героического и безмерно коварного номера по вырыванию ножовки вместе с рукой, парень выдохнул и отвлекся.

— Слушай в сейфе был десяток шприцев с какой-то оранжевой дрянью — это для чего?

— Спек. Местная основная наркота. Не «крокодил» и не героин, но тоже здоровья не добавляет.

Вообще то иммунные восстанавливаются так, что ящерицы завидуют. Рай алкаша. Но от этой штуки мозги реально тупеют. Может и можно со временем обратно — но что б кто-то дожил я не знаю.

Улей не любит идиотов.

Но, если надо сделать обезболивание для раненного — штука незаменимая. Кроме того, спек не только наркота, но и стимулятор круче любого адреналина. На спеке можно человека дотащить до стаба с лекарями, а те тащат и почти с того света… Так что ценнейшая вещь и рейдерами востребованная завсегда.

— Ясно. Такая штука, которую все хотят, но лучше оставить для себя. Потому что не знаешь, когда жизнь может спасти.

Пиление продолжилось. Дело было нудное и потогонное. Товарищ в это время что-то точил напильником по пластинам.

— В трофеях было еще несколько банок какой-то черной дряни вроде вазелина, это что? — Радар поднял голову от своего занятия.

— Яд. Многие рейдеры похожим пользуются для стрел. Реже для клинков. В состав много чего входит — от той черной «ваты» что добывается даже из низших зараженных, до кое каких штук от внешников.

Стрела с такой смазкой валит, даже если не пробивает череп, а это довольно часто. Только рубера или элиту сомнительно свалить. Броня там лучше иных танков. Разве очень уж точным попаданием.

— Весело. А засунуть в шарик из мороженного сала и подкинуть тварям как эскимосы?

— Почует. И кроме того они ж этот шарик разжуют. Целиком глотать не станут. А как разжуют — выплюнут. Вроде как внешники пробовали делать ловушки с отравленной приманкой — не зашло.

Да и как ты собираешься таскать мороженное сало по сегментам?

— В термосе. Запросто.

— В общем я слышал так, что не работает это. Чутье, вкус и привычка хорошо пережевывать пищу хорошо помогают от ядов.

— Тщательно пережевывая пищу ты помогаешь обществу. Это для людей, а твари только вредят. Здорово было бы травануть элиту, которую пулей не взять. Ладно… — Парень продолжил остервенело пилить.

Трот прогнул в руках пластину, мантуля её к заготовке арбалета. Радар искоса смотрел на чужую работу.

— Эти пластины вообще откуда?

— Рессоры, хорошо, что не пришлось валандится вынимая, хозяин менял видимо или просто для чего-то запасал.

— Откуда в стабе могут узнать кто мур, а кто нет? — экс-студент поднял брови.

— Ментаты на это есть, всех видов. Ментат, такой дар Улья, позволяющий лазать в чужие мозги. Люди их не особо любят, как и нимф. Но терпят, именно за полезность. Любой мало — мальский приличный стаб имеет свою проверку. И кто-то открыто, а кто-то втихаря, но входящих проверят.

Надо быть совсем сопливым или на спеке, чтобы рискнуть соваться в стаб с гнилыми тайнами в башке. — Мужик закрепил стальной тросик-тетиву и потер лоб.

За пару дней арбалеты были закончены. Рейдеры, чуть выдохнули, и перешли на подготовку стрел.

Радар задумчиво взвешивал в руке получившийся арбалет. Прикладывал к плечу и рассматривал механизм. Весила штуковина немало. Выглядела неказисто.

Намечалось испытание техники и различных стрел. В роли мишени служил тяжелый чурбан, когда-то видимо притащенный на роль лавки.

— Ну и типа, как этим пользоваться?

Трот молча зацепил стальную тетиву палкой — рычагом и напрягая руки и спину, с усилием взвел.

Экс — студент попытался это повторить. Взводилась штуковина с хрустом в спине и мышцах…

Бумм — стрела со стуком вбилась в древесину до оперенья. Радар в свою очередь вставил стрелу и прицелился. Попал.

— Скажи, Трот, ты не знаешь места возле кластера что б на перезагрузку шел, что б город и что б среди зданий попадались такие что б «двор — колодец»?

— Есть такое и не один.

— А сможешь без ключа машину завести?

— Да могу то могу, только это все вопросы к чему?

Парень говорил довольно долго и горячо. План его был своеобразным…

Скуластое лицо Трота скривилось.

— Это реальная дурость. Бред.

— Это сработает.

— Это с гарантией привлечет несколько охренительных проблем.

— А в Жизни вообще и в Улье конкретно хоть что-то бывает БЕЗ проблем?

Двор был не велик не мал — кольцеобразная четырехэтажка имела два выезда, один перекрытый аркой, другой свободный. Оба были закрыты тяжелыми стальными воротами.

— То, что доктор прописал. Что ж великий рандом похоже на нашей стороне. Довольно близко от отсюда по пути мы видели какой-то тягач — кран.

— Это не удача. Это такое никто в здравом уме не возьмет. Шуметь он должен жестко. Шум — это смерть. — Трот поморщился.

— Ты сам говорил, что сильной стае тварей тут пока нечего жрать. На слабую — у нас два арбалета и хороший ствол. Мы просто отобьёмся, если что.

Не рисковать по хорошему шансу на выигрыш — рисковать без шансов на выигрыш. Пока не проиграешь. Это Улей. Так что действуем быстро. Ты за рулем — я прикрываю и осматриваюсь.

Гаражи ракушки почти рядом, замечательно…

Вон ту ракушку ставишь к свободным воротам, чтобы их было не открыть. А вон ту — поднимаешь на угол, у арочных дверей. Надо еще найти чем эту коробку подпереть, в таком виде. Трубой, какой — ни будь, должно получиться. Будет примитивная, но надежная ловушка. Но сначала домишко надо разведать и подготовить…

Спустя несколько часов…

Рейдеры сидели на крыше накрывшись тряпкой и оглядывали окрестности.

Николай возбужденно оглядывал местность бегающими глазами.

— Нет, ну где хоть дохлый пустышь? Непорядок.

— Ревело и лязгало на всю округу. Лучше не думать, что это могло привлечь.

— Так и хорошо если привлечет. Мы сидим под маскировкой, а все пришедшее окажется на открытом месте на ладони. Вообще похоже зря мы так быстро сматывались наверх. Перестраховка вышла.

— Ты учти, что матерые заражённые по три четыре метра в холке и им не то что арбалет или этот автомат. Им не всякий пулемет опасен.

— Может быть. Но это значит, что такой туше не влезть в люк чердака. При запасе жратвы на неделю мы защищены от любых гнусных посягательств. Так что просто переждем при самом плохом раскладе. Бодрее рядовой. Мы тут охотники.

— Охотники… Если с противоположной стороны что полезет и не увидим.

— Мысль. Бери арбалет и топай туда аккуратненько.

Блондин молча подхватил свой арбалет и импровизированный колчан из хозяйственной сумки. Рысью добравшись до другого конца здания, он залег и стал оглядываться. Потом замахал рукой подзывая товарища.

Радар тихо ругаясь кинулся следом. Тащить на себе арбалет, ствол и сумку с болтами было совсем не легко.

По пустырю вертя мерзкими башками и похоже принюхиваясь шло семеро «костяных» тварей.

Трот зло сощурился.

— Топтуны, но уже отожратые близко к следующему уровню. Одиночку даже с автоматом или небольшую кодлу сожрут на раз. На четвертый этаж им всяко по стене не залезть, так что подпустим на прицельный выстрел и валим как получится.

— Иш как идут. Как хозяева. Неужели совсем не боятся? Тех же рейдерских арбалетов?

— Чего им бояться? У нормальных рейдеров арбалеты легкие, быстро перезаряжаемые. Со свинцовыми наконечниками, как правило, для бесшумности. Мелочь по-тихому бить самое оно… Таким — это как слону дробина. Они и пуль то не боятся.

В нормальном рейде от наших самоделок вышел бы только вред. Но тут, да еще с ядом на стреле — рискнем.

Тем временем развеселая гоп компания подошла так что уже было видно выражение клыкастых морд.

Ц-звяк. Ц-звяк. Две стрелы ушли по целям. Обе попали. Двое «костяных» тряпичными мешками осели на землю.

Быстрая перезарядка. Ц-звяк. Ц-звяк. Радар промазал. Трот попал. Еще урод упал

Ххх. Перезарядка. Ц-звяк. Ц-звяк. Радар попал, но стрела скользнула по толстой костяной бляхе. Трот пробил. Еще урод свалился рылом в траву.

Трое оставшихся добежали до стены. Один прыгнул, цепляясь за балкон второго этажа. Резко подтягиваясь на руках он уже был близок к тому что бы залезть через перила. Ц-звяк. Ц-звяк. Туша с двумя торчащими стрелами неловко обрушилась вниз. С глухим хлопком монстр безжизненно растянулся на асфальте.

Оставшиеся двое метались у предусмотрительно закрытых на засов стальных ворот въезда. Ц-звяк. Ц-звяк. Два тела нехудожественно, битыми тушами, легли у стен.

Радар огляделся со стены. Вроде бы все.

…Надо бы со всех сторон оглядеться…

Он не торопясь прошел по всему периметру. Короткое, но лютое напряжение отступало. Возвращалась боль в руках. Ни с одной из сторон на горизонте ничего не было видно.

Напарник весело предложил.

— Ну что, идем за добычей?

— Подожди. — Парень не чувствовал ничего, но для очистки совести включил дар, характерно прищурившись.

— Ах тыж ххх. — Возле въезда был спуск в какое-то подвальное помещение. Оттуда ярко полыхало оранжево багровым.

Глава 4

— Там. Здоровенная тварь. Одна. — Кольнул запоздалый страх.

Лицо Трота резко сменило выражение. — Насколько здоровая?

— Похоже больше этих.

— И что будем делать? — На лице мура была видна работа мысли. Он не столько реально спрашивал, сколько давил растерянность.

— Для начала воздержимся от того, чтобы лезть к ней на обед. — Улыбка парня была нервной, но самообладание уже возвращалось. Он отошел назад, достал из сумки флягу с крепким чаем и хлебнул. Прошел еще раз по всему кругу, до предела напрягая дар. Всё оставалось по-прежнему, тварь все же одна, но здоровенная и спрятавшаяся под жестяную крышу.

— Красава. Это ж он нас значит издали засек. А мы его нет. Дождался пока мы полностью отвлеклись. Сумел прикинуть куда мы точно выйдем. Подобрался очень быстро и тихо. Затихарился на зависть спецназу.

Хаарош. Не то что для простого человека, а и для навороченного вояки. — Болтовня позволяла подавить отходняк страха, причем обоим. Радар это чувствовал.

— Среди тварей, особенно высших, типо элиты и горошников — таких немало. Я предупреждал, что привлекать их внимание вредно для здоровья. Так что вообще делать то будем?

— Сейчас подождем чуток. Не подвалит ли еще кто на вечеринку. Потом начнем работать по моему плану.

Часов не было ни у кого, так что время прикидывали «на глаз».

— «Горошники»… это первый раз слышу, давай подробнее. — Спросил, изобразив ровный интерес, словно сидел в институтской аудитории, Радар

— Да что подробнее, из обычных тварей отжираются бронированные. Вот их так и зовут. За то, что в них бывают такие шарики твердые. Они не просто на нектар идут — они дар развивают. Догадайся сам, что дороже и на сколько.

— Угу, догадываюсь. Особенно если прикинуть что без яда мы бы их хрен бы свалили. В голову такой танк арбалетом не пробьешь. Или снайперская винтовка или…пулемет. А сами эти ребята на открытом месте сожрали бы и пулеметчика.

— Если не лохануться не сожрали бы. Пулемет, это все же пулемет. Хотя размер стаи решает. Мы не раз с базы пулеметами косили целые стаи. Но бывали и потери. Иногда — тяжелые.

По окрестностям было все так же тихо. Ни с пустыря, заросшего кустами, ни из обшарпанных домов никто больше не вылез.

— Так, смотайся вниз возьми в любой квартире какой ни будь фигни способной шуметь при падении. И бери побольше. — Студент ткнул пальцем на спуск в подъезд.

Трот вернулся быстро, неся охапку старой обуви.

Радар развел руками. — Так… этот умник все же не залез по стене к нам за спины. Значит вероятно не может. Уже хорошо. Но если все же выяснится, что может… Да еще если стрелы его не возьмут- дергаем быстро в люк. Это единственный шанс.

Парень положил арбалет на поребрик ограждения. Спустил сумку с припасами и хабаром в подъезд. Перехватив ствол поудобнее и прицелился.

— Стреляй из обоих арбалетов. Я начну, только если вверх полезет. Шумелку кидай сначала к воротам, вдруг поверит, что мы вышли. Если нет — то на крышу.

Ну…Поехали…

Одна туфля шлепнула упав. Ничего. Вторая….

Здоровенная костистая туша со стремительностью снаряда вылетела из «норы». У закрытых ворот она удивленно притормозила.

Ц-звяк. Ц-звяк. Трот отстрелял оба арбалета. Первая стрела, ударив со слышным даже на крыше глухим стуком, отлетела. Вторая вошла на ладонь…Радар откинул пушку на ремне назад и перезарядил первый арбалет, подав его напарнику.

Тварь начала разворачиваться, похоже, планируя сбежать. Видимо яд уже начал действовать, движения стали замедленными. Ц-звяк.

Еще одна стрела основательно вошла в спину. Сделав несколько неловких шагов, тварь мордой вперед свалилась почти в тот же подвальный спуск из которого выпрыгнула.

Ц-звяк.

Еще стрела попала в бронированный выступ на затылке. С этого ракурса его удалось пробить.

Радар положил руки на поребрик скрывая дрожь в ладонях. Нервное напряжение и физическая перегрузка давали о себе знать. Все же чертовы машинки были слишком тугими.

— Курим пятнадцать минут, потом спускаемся за хабаром. Ты вскрываешь — я прикрываю со стволом.

Следующие три дня были наполнены работой, но прошли без приключений. Потрошение споровых мешков дало горсть споранов и несколько горошин. По меркам иного рейдера неплохое состояние. Для готовящегося плана — лишь проба сил.

Тащить вдвоем тяжелые тела через ворота во внутренний двор, а оттуда в подвал было каторгой. Но только там они могли очень осторожно вырезать стрелы, чтобы не прилечь нежелательных пока гостей запахом крови. Там же оприходовали трупы что бы не было запаха гнили. Благо скотч и полиэтиленовые пакеты для мусора не были редким трофеем.

По сравнению с этим остальное было легким и даже приятным. Без суеты, но ходко, напарники готовили здание к нужной роли. Отпиливали лестницы на чердак. Таскали воду в пластиковых бутылях на крышу и в квартиру, выбранную под жилье. Стаскивали туда же запасы еды и горючего. По возможности обыскивали квартиры на предмет полезного. Разнообразили обыски разве что иногда встречавшиеся следы былых трагедий.

Другим скучным и тяжелым делом было надстраивание стенки на гараже, перекрывающем выход. Для этого пришлось притащить из соседнего магазина кучу пустых коробок, засыпав их потом разным мусором. Что ж какая никакая, но это была дополнительная преграда для желающих выбраться, запрыгнув на гараж.

Трот был все так же сумрачен и пессимистичен, но от дел не отлынивал.

Однажды что-то продумав, он неожиданно начал разговор.

— Радар, ты понимаешь, что качественного рубера стальная дверь задержит не сильно надолго? Об элите я уж не говорю.

— Ну не задержит — и пусть. Пусть лезет в узкий люк. Мы будем рады. Там и с лестницей он был бы добычей. Без неё — просто получит болт прямо на лестничной площадке.

— Все равно план предполагает дурной риск.

— Любой план предполагает риск. Даже ничего не делая, можно запросто попасть под стаю, где будет и элита.

— Я к чему — ты трофейной пушкой то пользоваться умеешь?

— Снять с предохранителя, прицелится и нажать курок смогу. Как я могу стрелять ты видел сам.

— Можешь, но я не об этом. Я хочу кое-что показать. Если дашь ствол.

— Бери. — Парень снял ремень с плеча.

Все с тем же сумрачным выражением лица Трот взял автомат. Нажал на какой-то выступ и в верхней части сдвинулись какие-то пластины открывая маленький окуляр. Потом что-то еще нажал и внизу зажглась яркая точка лазерного прицела. Еще что-то отщелкнул и у ствола появился небольшой, но реальный приклад.

— Так у нас все время был вполне приличный бинокль??… Что ж ты раньше молчал?

— Ты не спрашивал. Может сам знал.

— Ладно…Спа — си — бо. — Радар с непередаваемой интонацией произнёс последнее, забирая ствол и пробуя целится.

— Еще. Патроны в обойме не просто бронебойные. Что-то в них намучено внешниками специально по местной костяной броне. Башку элите не пробьет — не пулемет все-таки. Но все же значительно эффективней чем обычные.

— Интересно сколько крови такой патрон стоит?

— Крови — шесть литров магазин. Яйцами — штук пять за пару. Это у асеев. Цены нолдов не знаю. Как и других внешников. Есть желание прикупить? Веселые ребята всегда тебе будут рады.

— Не сейчас. Мне мои пока еще дороги. — Сделав вид что не заметил желчной шпильки, парень вернулся к изучению пушки.

Радар со скучающим выражением смотрел в открытое окно.

— Сегодня думаешь будет перезагрузка?

— Сегодня. Но точный час вряд ли тебе кто-то скажет.

— Тогда значит следим. И пока бьем баклуши. А мы точно увидим? — Студент старался говорить равнодушно, не показывая волнения.

— Если не увидим, то точно почуем… Кисляк чуется очень здорово, а тут еще и ветер на нас.

— Ну тогда живем. Почти расслабляемся. — Радар улыбнулся.

Можно сказать, что компания била баклуши в ожидании дела…Роль баклуш выполняли стрелы. Деревянные, из железных прутков и даже из распиленных детских лыж. Алюминиевая трубка тоже неплохо подошла.

Затачивать напильником наконечники и клеить оперенье из тонкого пластика было делом почти медитативным. Вроде поклейки танчиков в уже прошлой жизни.

Больше всего надежд было на стальной пруток. Не пожалев добытый из разбитой легковушки аккумулятор, получилось снабдить стрелы оригинальными свинцовыми наконечниками. Заточенная сталь совсем чуть-чуть торчала из свинца.

Вжик, вжик. Вжик — вжик. Наконечник стрелы в импровизированных тисках из зажима приводился в нужную форму. Через открытое окно «штаб квартиры» потянуло омерзительной кислой вонью.

— Ну что, пора заводить. — Радар облегчённо оторвался от однообразного занятия.

— Подождать надо, пока твари уроды почуют и ломанутся.

— Я помню, но пока еще спустишься и пока подымешься.

— О-кей. Я пошел.

Трот без спешки спустился через подъезд. Спортивные треники, черная майка, да нож на поясе в самодельных ножнах. Смотрелся он при этом, как работяга перед скучным трудом, а не героический боец супермен. До безобразия обывательски.

Движок автокрана во дворе тяжело заурчал. Звук, в тишине пустого города, казалось зазвучал на всю округу. Оставив мотор работать в холостую, мужик резво нырнул в подъезд, закрыв за собой стальную дверь на засов. Подняв за собой приставленную на чердак лестницу и закрыв люк, он поднялся на крышу к напарнику.

Тот стоял в рост, оглядывая окрестности.

Стая буквально вылетела из разбитой застройки. Зараженные бежали со скоростью хорошего автомобиля. Выглядело впечатляюще. Только что никого и ничего — и вот уже из ниоткуда летит вал тварей скалясь клыками. И не пересчитаешь сколько их там. Орава «костяных» жутким поездом- шоу когтей, брони и клыков вломилась в ворота.

— Дерни деточка за веревочку, дверь и закроется. Будет у бабушки серенький коврик — Трот ехидно улыбался.

«Ыых.» Тянуть вдвоем трос, намотанный вокруг какой-то трубы было тяжело. Но пошло почти сразу. С лютым скрежетом металла по металлу труба — подпорка вылетела. Грохот, с которым гараж упал, был слышен наверно и на луне. Падая, тяжелый жестяной ящик захлопнул и намертво заклинил ворота.

Вся стая оказалась закрыта в ловушке двора колодца.

Радар, глянув вниз, довольно ухмыльнулся. — А теперь мы их будем по суворовски бить — считать потом.

Он стоя прицелился в одну из тварей из арбалета…

И через секунду отлетел с окровавленным лицом, шипя и ругаясь матом.

Трот сидя аккуратно глянул сидя из-за поребрика.

— Элита … Среди тварей действительно была одна размером побольше тигра- может четыре метра. — Чем он тебя?

Но внизу уже было видно, как тварь вырвала кусок асфальта лапой и еще раз запустила. Радар сидя рядом с товарищем стирал кровь с лица.

— Пустяки, осколки, кусок разбился об край крыши. Он зло, на азарте, плюнул. — Так, попробуй его отвлечь, как сумеешь, а я его отработаю из автомата сзади по споровому мешку. Если получится мы выиграем. Если нет — все коту под хвост.

Парень бегом спустился в подъезд на другой стороне. Влетел в квартиру с открытой дверью, с нужной стороны.

Вылетев на маленький балкон, он сидя, через довольно большую щель в отделке, наблюдал, как напарник пустил стрелу в элитника. Эффекта никакого — стальная стрела бесполезно отлетела от головной брони монстра.

Урод оторвал еще кусок асфальта и дождавшись появления выглядывающей головы запустил. Почти попал.

Радар сделал несколько глубоких вдохов выдохов успокаивая дыхание. Аккуратно, вспоминая все что знал о прицельной стрельбе, навел автомат.

Через оптику был прекрасно виден затылок хищника с костяным наростом брони. Вдох. Выдох.

Тот еще раз кинул камень. Нагнулся.

Мягко нажать на курок. Раз. Еще раз. Еще раз.

…Почему больше нет отдачи??? Ааа. Магазин пустой…

Огромная бронированная тварь сделав несколько неловких шагов вытянулась на асфальте. Да!!!

Он быстро вернулся обратно, подняв за собой лестницу. Трот сидел у вентиляционной трубы, стирая платком кровь с лица.

Отлетевшим осколком ему рассекло губу и щеку. Неглубоко, но кроваво.

— Как состояние? — Радар отобрал платок, полил его чуток тем же нектаром и вернул.

Трот окончательно стер с лица красные подтеки и жутко ухмыльнулся губами и разрезом. — И улыбка без сомненья вдруг коснется ваших глаз… Патроны еще остались? Продолжим труды наши.

— Нет. Все высадил. Но попал. Продолжим. Ты стреляй, у тебя рука верней, я лучше займусь перезарядкой. Начинай с более крепких.

Ц-звяк. Ц-звяк. Ц-звяк.

Для экс — мура работенка была не лишена азарта и удовольствия. Но Радар уже тихо ругал сам себя за то, что сумничал. Каторга на вроде копания картошки казалась нескончаемой. Майка пропиталась потом насквозь. Пот стекал по лбу несмотря на нежаркий летний день. Наконец рукам и спине стало совсем невмоготу. Не желая показывать слабость, он небрежно бросил.

— Ну что, обеденный перерыв. — Трот сам перезарядил. Выстрелил. Еще перезарядил

— Смотри сам, эти конечно двери уже не выломают. Но лучше не оставлять на потом, а то сожрут наш хабар.

Парень осторожно глянул из-за укрытия вниз. По двору бестолково металось с десяток почти небронированных уродов. Он вынул из стоявшей рядом сумки флягу нектара и сделал глоток.

— И еще, живец, не глушат стаканами. А то с передоза сначала ногти и глаза желтеть начнут, а потом начнется превращение в урода вроде этих. Только еще соображающего. — Трот говорил занудно, а скептическое выражение лица не оставляло сомнений в том, что он не шутит.

— Значит добивай. Я отдыхаю. Потом мне разделывать — тебе пасти от случайностей. — Радар невозмутимо стал жевать тушенку.

— Эх. Хлебца бы свежего.

— И девочек при полном параде что б развлекли. — Трот сделал еще пару выстрелов.

Закончив за битых полчаса стрельбищно зарядный труд экс мур тоже сел к харчам.

Радар равнодушно потрошил споровые мешки на трупах. Забавно, он в жизни курице башку не сворачивал, а теперь убив десятки тварей относился к этому абсолютно равнодушно. Проще, чем снять с крючка рыбу. Во всяком случае трупы — не бились в руках. «Цветное» «зрение» дара показывало, что все тела полностью и надежно мертвы, но напарник с заряженным арбалетом все же прикрывал.

— Самая веселая работа, на воздухе, безопасно и главное прибыльность по вложенным усилиям зашкаливает. — Он довольно ухмылялся, скидывая спораны в один пакет, горошины в другой, желто оранжевые шерстяные нитки в третий. — Вот из этого местный морфий гонят?

— Да. И на такой пакет можно неплохо погулять в любом местном борделе. Хватит перепробовать всех.

— Озабоченность полезна для того что бы было что вспомнить, но вредна для выживания. — Он весело кинул еще горсть серых шариков в пакет. В пакетах лежало уже более полусотни споранов и полтора десятка горошин.

— Вообще то не так уж и много мы взяли для такого количества зараженных. — Трот был опять недоволен.

— Не ломай кайф. Итак, на арене остались последние две твари. Глянем чем они нас порадуют.

Радар вбил нож в стык костяных пластин, помогая обухом кухонного топорика по рукояти.

— Вот жиж зверюги, напрямую и пулю держит, а в стык и ножом режется — Потрошеный «крокодил- переросток» был предпоследним. Отдать должное Троту — стрелу тварь получила точно в спину сверху, где брони было мало. Жутко было представить, что бы эта зверина могла сделать нос к носу.

Внутри обнаружилось двенадцать споранов, три горошины и черный шарик. Рассортировав добычу, парень обернулся на напарника — А это что за хрень?

Скуластое невыразительное лицо с белесыми ресницами впервые отражало какие-то сильные чувства. Причем откровенную завороженность.

— Жемчужина… Вот они значит какие. Сколько уже здесь, а вижу впервые.

— И чем же эта штука так ценна?

— Жемчуг дает еще одну способность…

— А способности в улье — это жизнь и смерть. Положение среди людей и шансы чего-то добиться. Помню. — Радар слабо кивнул.

— Жемчуг бывает черный, как этот. А еще красный, но тот только с элиты. И белый, но тот с такой твари, которую вслух и не поминают.

— Тварь страшнее элиты?

— Намного. И по уму, и по способностям. Убивать то их тоже убивают. Но бывают среди них такие, что танковый отряд при беспилотниках кончают. И это не байка. Я слыхал реальные истории. — Трот выделил интонацией последнюю фразу.

— Чем этот жемчуг отличается, кроме цвета?

— Вероятностью последствий. С черного есть немалая вероятность стать уродом. С красного небольшая. С белого не только не станешь, но и, если был — вернешься в человеческий облик.

Радар скептически качнул головой. — Рулетка стать квазимордой, которую пристрелят по ошибке раньше или позже.

— Таких вообще то и зовут квазами… Ты не понял — я не слышал ни одного случая, что бы кто-то отказался от такой удачи.

— Ладно, давай финал — Парень вбил лезвие в стык костяных пластин на башке элиты. Материал рубился с трудом. Но помощь молотка и «какой-то матери» превозмогает и не такое.

И уже с азартным интересом через несколько минут Радар смотрел на лежащую на ладони пару шариков. По какой-то иронии в наросте не оказалось ни одного спорана. Ни одной горошины. И… две жемчужины, причем одна — красная.

— Ты говорил мало добычи? Вот — кланяйся улью со спасибом.

Трот без улыбки раскланялся на три стороны. — Теперь валим отсюда и в темпе.

— Куда валим? С пятью стрелами? Без патронов? Уставшие в ноль и взмыленные, так что потом за версту несет? Кто рассказывал про нюх зараженных? Теперь бери нож и вытаскивай стрелы сколько выйдет- я смотрю по сторонам.

Экс мур мрачно глянул из-подлобья. — Уходить надо. Чем быстрее, тем лучше. Плевать на стрелы. Если столкнемся с оравой доброжелателей, что пять стрел, что сто пять. Перезарядить не успеем.

— Тогда… Действуем по плану. Запасы оставляем, только спустим хавчик в квартиру. Если будет смысл вернуться — пригодится. — Последние слова студент сказал уже топая в подъезд.

Поднявшись на крышу, Радар театральным жестом, с рукой козырьком, оглядел дальнюю застройку. С резко помрачневшим лицом он молча почти пробежал на другую сторону и напряженно всмотрелся в дали пустыря

— Пи-пец — Он зло плюнул под ноги.

— Чего? — За плечом нарисовался Трот.

— В застройке здоровая зверина заныкалась. Глазами не видно, а вот даром очень даже. И с другой стороны еще двое. Всего три. Матерые. Не элита вроде …. Но с арбалетами мы не справимся… Как залегли тваари, на ровном же месте почти…

Иди стрелы режь! Я думать буду. Как надумаю кину вниз чего ни будь, как знак.

Через полчаса на асфальт упала пустая алюминиевая банка от консервов. Скоро в люке мелькнула майка и треники. Трот подошел, держа десяток стрел в охапке.

— Ну что?

Со стороны застройки была закреплена не сброшенная веревочная лестница. Радар был собран уверен в себе и похоже принял какое-то решение. — Твари смышлены — но они хотят жрать. Раз так — на мясо могут клюнуть.

Если сорвется одна, вылезут и остальные. Будут жрать… Хорошо б еще и передрались…Так что мясо их отвлечет. И можно будет уйти. Что ж пусть получат свое мясо. — Он повел висящим на ремне автоматом в сторону собеседника. Тот ответил офигевшим взглядом.

Спустя миг раздалось.

— Ты, берешь со двора жмурика, какого подымешь. Тащишь его на балкон третьего этажа со стороны пустыря. Идешь за следующим. Трех хватит.

На лице Трота проступило явное облегчение, через минуту сменившее брюзгливой гримасой.

— А помочь не хочешь?

— Если что-то изменится… Если появится кто-то новый или среди наших сторожей кто-то рискнет полезть вверх — я это увижу. И я смогу что-то сделать.

Так что делай что сказано. Когда притащишь троих — помашешь рукой. Махну кепкой — скинешь. Когда пойдет — бежим. Хоть полчаса у нас будет… А другого зверья возле таких, рядом быть не должно…Пошел. — Последнее было сказано негромко, но с тем жестким нажимом, который отличает приказ от разговора.

Трот скептически скривился, но промолчал. Потом тихо сказал.

— Лестницу надо скидывать примерно так, чтобы мимо одного из окон на втором этаже. Спускаться по подъезду быстрее чем по висящей лестнице. И надо сразу проверить что бы окно открывалось. Заранее открывать не стоит, зараженные нам попались уж больно смышлёные. Заметит — может чего отмочить, ненужное.

С крыши было хорошо видно, как мужик отволакивает по очереди три немаленькие, килограммов по семьдесят, туши в подъезд. Радар смотрел прямо вниз как на балконе вырастает маленькая горка. Махнув кепкой, он напряженно наблюдал как с неприятным мясным шмяком, брызгая кровью, тела упали на асфальт.

…Теперь ждать…

Секунды тянулись бесконечно долго…

Словно из воздуха, без каких-либо прелюдий, из бурьянов пустыря проявилась бронированная «горилла». Быстрее чем сказать пару слов она оказалась возле туш. Опустив морду, зверюга стала жадно рвать мясо. Следом так же появилась вторая тварь, ухватившая другую тушу.

Радар быстро рванул на другую сторону. Чавканье и запах крови казалось были слышны и тут.

…Ты должен успеть на пирушку. Ведь твои товарищи жрут без тебя!..

Что сообразила тварь осталось загадкой. Возможно решила, что добычу уже поймали. Зверина, выпрыгнувшая из-за какой-то будки, была реально крупной и жуткой. На глаз, даже больше той элиты, что прикончили в ловушке. Но расстояние от застройки, где она пряталась, до дома «бронекрокодила» пролетела в миг. С быстротой и даже грацией, не ожидаемой от таких габаритов.

Дальше было почти смешно. Этакое «в мире животных» «медведица с напакостившими медвежатами». «Слониха» отвешивала «гориллам» натуральные оплеухи. Те продолжали дожирать добычу обиженно урча.

Еще раз махнув кепкой вниз, парень бегом рванул вниз. Прыжок рывок в люк и по подъезду. В висках стучало. Глотка пересохла. Бегом. Бегом.

Второй этаж — открытая дверь. Рывок — открывание окна. Пальцы судорожно цеплялись за неудобные тонкие веревки лестницы. Земля уже близко.

Он удержался от того что бы спрыгнуть и побежать. Тихо поставив кроссовки на асфальт и мягким, но ооочень быстрым шагом зашагав вперед.

…Жаль арбалет пришлось оставить в квартире. Теперь оружия только топорик…

Он уже почти миновал открытое пространство, когда, обернувшись, увидел догоняющего товарища. Махнув ему рукой, Радар нырнул за угол. Выдохнув, осторожно выглянул. Тот, тем же быстрым крадущимся шагом, миновал опасные метры.

Зараженные не появились — видать заняты. Мясом или друг другом — но пока заняты. Почти бегом пара рванула прочь. Радар по полному использовал дар оглядываясь и вперед, и назад. Чисто. Сзади тоже. Трот несколько раз сыпал на следы спионеренный на чьей-то кухне молотый перец.

Изматывающий тело и душу забег длился битых два часа. Наконец Радар остановился тяжело дыша.

— Все привал. Смотри, где здесь хорошо сесть?

— Вон видишь высотку? Там можно. Баррикаду на дверь, веревку с балкона и даже можно будет выспаться.

Только теперь он заметил, что свой арбалет Трот таки утащил на спине, закрепив какими-то матерчатыми ремнями.

К сожалению подъездная дверь в прошлом была на магнитном замке и закрыть её полностью было невозможно. И все же когда подходящая квартира на третьем этаже была осмотрена и дверь, брошенная открытой бывшими жильцами, была закрыта на засов…

Это было …

Полной и абсолютной релаксацией — если по-медицински.

Катарсисом — если театрально.

Полный, лютый, звездетский, до мокрых трусов и конвульсий, до паралича и улыбки укурка, КАЙФ.

Кайф не виданный никогда в прошлой жизни.

Роль выпивки, отмечавшей победу, выполнял все тот же живец. Правда по полкружки и под очень скудный закусь из той же консервы. На том удачливые рейдеры вырубились на пыльном тряпье, оставшемся от чьей-то кровати.

Утро было ярким и радостным. Насколько радостным может быть жизнь под опасностью. В квартирах пустого дома съедобного нашлось лишь пару банок сахара, поэтому было решено идти дальше в район.

После часового поиска новой базой рейдеров стал магазин канц товаров. Прочные двойные двери, наличие закрытого узкого лаза, по которому можно было уйти при опасности и полная неинтересность места для рейдеров и хищников. Узкое вентиляционное окно на полуподвальном этаже выполняло роль «секретного хода» в древнем замке.

В ближних окрестностях не нашлось целых продовольственных, лишь посредственный хозяйственный, да разграбленные ларьки. Так что после короткого осмотра рейдеры вернулись.

Консервов добыть не удалось, жрать пришлось заварную лапшу, забодяженную водой, нагретой на таблетках «сухого спирта». И все же — первый раз за много дней горячее.

Расположившись в служебном помещении с неразвалившимся столом и диваном можно было уже думать и что-то рассчитывать.

Радар сидя за столом задумчиво пересчитывал трофеи. Трот сидел в стороне на диван отрешённо расслабившись.

— Ну что, по местным меркам, это — «джек пот»? Не знаю, как зовется в Улье народ живущий на зарплату — но им такого не видать за всю жизнь? — Парень отложил в сторону трофеи.

— И посмертно тоже не видать. Валить горошников это тема которую мало кто поднимает. Но среди серьезного люда бывают дела и покруче и это не редкость.

Экс студент задумчиво потянулся. Посмотрел на свежий шрам на лице собеседника.

…Все же дары улья — это нечто. В былой жизни оба лежали бы пластом не день и не два. Здесь — несколько движений рукой «лекаря» …

Он отодвинул по столу пластиковую коробку сахара. Выложил на столешницу три жемчужины. Две черных, одна красная.

— Нам нужна бронемашина, хорошее оружие, патроны…Снайперский ствол, желательно с умельцем под него. И вообще надо набирать банду…

Можно это купить за жемчужину?

— Продавать жемчуг??? Это же возможность получить дар. Но вообще то — вероятно да. Если не завалят так. — Лицо блондина было довольно спокойным, но небольшие колебания тембра выдавали волнение.

— Возможность получить дар… Дар случайный и вполне вероятно бесполезный. Что ж… — Радар взял красную. — Подойди.

Тот, непонимающе глядя, подошел.

Бывший студент стоял задумчиво смотря на товарища голубыми глазами. Было в них что-то темное, не по возрасту, будто графиту насыпали. — Боец Трот, Родина в моем лице признает твои заслуги и жалует красной жемчужиной.

Вот теперь на лице блондина проступило полное офигение. Мужик взял красный шарик из руки собеседника. Посмотрел оторопело.

— Это чего?

— Это — бери, употребляй. Сейчас…Заодно посмотрю, как это правильно делается.

Без твоих знаний и арбалетов мой план бы остался пустым мечтанием. Забористым бредом. Я это признаю и помню.

Так что лопай…Рядовой.

Трот вернув свой обычный едкий покерфейс молча положил шарик в рот и проглотил.

— Почему ты сам не принял хотя бы одной?

— Кто пойдет заключать сделки, если я стану квазимордой?

Радар скинул жемчужины и горошины в пластиковые мешочки и убрал по карманам. Спораны в большой коробке, подложенные тряпкой, ушли в сумку. Он тяжело оперся руками на стол.

— Так. Теперь миллион в кармане и начинается самое помойное. Веселая игра сменяется пляской на стекле и говне.

— Оптимистичный ты парень и веселый. Люди как-то обычно радуются при выигрыше. — Экс мур хмыкнул.

— Еще какой. Я даже верю, что мы сделаем настоящую игру. А вот ты не понял простого.

На кого больше желающих наехать, развести, употребить — на того, у кого нет ничего или на того, у кого есть что-то из мечты?

— А.

— Именно. Красивая женщина. Богач. Обладатель чего-то вроде брюлика. Любой яркий успех. Желающие отжать и поиметь, будут набегать стаями.

Жаждущим надо подавать…Жезл на рыло. И у Господа нет для этого… рук, кроме наших.

Веселье только начинается…Тот чмырь, который выдал «Боливар не вынесет двоих.» — конченый дурак. Лузер. И успешным вожаком ему не быть никогда. Потому что, перед серьезным делом, он слил дельного помощника. Хороший товарищ, с прямыми руками, в деле решает многое. А еще — если подельник со взятым миллионом не выстрелил в спину первым — он стоит того, чтобы поделится с ним добычей.

Так — готовое оружие и паранойя наше все, не считая оптимизма.

Ну что боец? Готов к великим свершениям и победам?

— Рад стараться, ваше Сиятельство!

— То — то же. Радар жутковато улыбался. — Тащи с прилавка, я там видел, полимерную глину для лепки и разной краски.

— Будешь развлекаться или это как-то поможет нам в намеченных проблемах?

— Всему свое время. Будем развлекаться…Будем и решать проблемы…

Глава 5

Радар еще раз обернулся. Среди застройки над крышами торчала длинная палку флагштока на каком-то административном здании. Её было видно издалека и с любой стороны. Одна тряпка, поднятая как флаг — будет означать проблемы и засаду. Две — все в порядке. Так было оговорено перед уходом к стабу.

После короткого обсуждения вариантов был выбран именно этот, как относительно близкий и относительно приличный.

Черный жемчуг и запасы гороха рейдер оставил в тайнике внутри этого дома. Пакет тихо лег в изгиб вентиляции. Не слишком хитро, но случайно никто не найдет. Трот знал дом, но не тайник и должен был ждать возвращения где-то поблизости.

Небольшой пакет споранов в рюкзаке. Охотничий комбез по размеру, позаимствованный по пути. Автомат на ремне, пусть и пустой. Теперь Радар действительно выглядел и чувствовал себя рейдером. От прошлой жизни во внешнем виде былого студента остались лишь кроссовки на ногах.

Историю про попадание к мурам и побег он решил рассказать — при вопросах. Кроме одного факта — продолжавшегося сотрудничества с муром. На этот вопрос он решил отвечать правду — но не всю. Да, шли вместе, но уже не идем. Где тот бродит — сейчас представляю смутно.

Что бы узнать про точку сбора и форму вызова — надо задавать правильные вопросы, а до них стоит не доводить.

Неплохо асфальтированная дорога вела вперед. Стаб походил на кусок коттеджного поселка среди пустыря. Собственно, при переносе он им и был. Но теперь это было уже нечто узнаваемо другое. Пустырь явно вычищался. Кусты были грубо вырублены. Высокие бурьяны — скошены. В качестве разграничивающей линии — натянуты спирали колючей проволоки.

Возле дороги был оборудован КПП с вкопанной точкой дилетантски кривого дота.

Радар осмотрелся, как глазами, так и даром. Один пулемет в доте. Еще два замаскированы в укрытиях за колючкой и их выдает только оранжевое свечение стрелков. Он недобро скривился.

Рейдер неспешно вышел к будке возле дота. Оттуда вынырнул молодой парень в армейском камуфляже.

— Здравствуй, гость дорогой. Кто такой? — Лицо было вполне дружелюбным и автомат из-за спины он не снимал.

— Звать Радаром. Честный рейдер, хочу патронов прикупить.

— Деловым гостям мы завсегда рады. Несколько небольших формальностей — и наши торговцы к твоим услугам. — Парень вытащил из разгрузки рацию и кого-то вызвал. Через пару минут со стороны поселка вышли двое молодых мужиков в том же камуфляже с безошибочно узнаваемыми Ака за спинами.

— Проводите парня до Каа. Вопросы — ответы. Потом проводите куда попросит.

Один из подошедших скривился.

— А сам он не дойдет?

— Берега попутал? Это приказ. Если не понял — это новый. Общую процедуру он еще не проходил, так что не расслабляться. Если что спросит — расскажешь, и будешь любезен как халдей в кабаке. Ты понял? — Старший грозно рыкнул.

Боец кивнул, делая Радару жест рукой следовать вперед.

Обитатель одного из коттеджей, встретивший их в натуральном кабинете по всему и был Каа.

Это был сухощавый темноволосый и темноглазый мужик неопределенного возраста и какой-то «смазанной» внешности. Такой одинаково уместно смотрелся бы за прилавком на восточном базаре и в шведском офисе. Единственной его приметой можно было назвать то своеобразное равнодушие, с которым он смотрел и говорил.

Без особого энтузиазма ментат поздоровался и задал десяток вопросов. Все же обвинить его в равнодушии к Радару было нельзя.

После десятка однообразных вопросов, он сделал паузу. Чуть наклонившись вперед Каа посмотрел собеседнику в глаза и улыбнулся.

— Вы очень хорошо держитесь для человека, который всего неделю в Улье. Многие впадают в депрессию до самоубийства. Сила духа впечатляет.

Расскажите своими словами как вы попали к мурам и как сбежали.

— Да как… После попадания встретил рейдера. Звать его Лаки. Он тварь и продал. Выручило то, что, когда чистили магазины на сегменте, я пистолет с трупа охранника захомячил. Он об этом не знал. А обыскивать меня муры поленились, у них и так в это время проблемы были с налетом стаи.

Я двоих застрелил. Хотел из клетки выпустить, тех кто там сидел. Когда выпускал, один из них, совсем ополоумел и так меня толкнул, что я упал и ударился головой.

Когда пришел в себя — поймал одного из местных муров. От него узнал небольшую местную заначку в сейфе и что зеки из клетки сбежали, уведя почти всех муров за собой в погоню. По крайней мере один из них угнал у них броневик.

Так что я взял этого типа проводником и с хабаром отвалил. Он меня и обозвал Радаром.

— Где он теперь?

— Разошлись.

— Вы его убили? — Каа был сосредоточенно любезен.

— Нет. Просто прогнал, когда вышел на стаб. Жаль, что не вышло устроить побег на броневике… — парень отвечал с уверенно-скучающим лицом.

— Броневик помните?

— Да, серо зеленая антибликовая окраска, с такой башенкой.

— Ну точно, тот, что команда Смайла затрофеила. — ментат чуть кивнул собственным мыслям.

Радар подался вперед. — Так тот парень, Варенец, так его мур назвал, он здесь? Мне тогда доля полагается. Я ж его выпустил.

— Вот это сомнительно. Гнали его муры далеко, пока горючка не кончилась. Тогда он отстреливаться стал. Это уже близко к стабу было… В общем команда этого шустрого квазюка, как раз успела, когда парня уже положили, но и он кого-то с собой забрал. Сработал Смайл умело — все же малый серьезный. Так что теперь он богаче на броневик и две машины.

Тебе вряд ли чего-то обломится. Как ни крути, а броневик добыт с боя.

— Этот Смайл, где то на стабе?

— Да.

— Лаки, мразину тут никто не знает? — в голосе парня прорезалась искренняя злоба.

— Вовсе не обязательно, что тот мерзавец назвал тебе настоящее погоняло.

Тех, кто по разным причинам имеет сходство с описанием я буду проверять. Но это уже мое дело. Тебе не стоит лезть в разборки на территории стаба.

Уже снаружи рейдер оглянулся на своих сопровождающих и попросил — Ладно парни, объясните где здесь можно сесть передохнуть да поговорить за всякое разное и я вас больше не держу.

Местный общепит, представлявший собой кабак и столовую в одном лице, не отличался яркостью и оригинальностью. Собственно, это и было несколько переделанное придорожное кафе- мотель.

Судя по всему, клиенты в этом заведении подходили к обеду и вечером, сейчас же единственными живыми душами были бармен и охранник.

За спиной охранника был железный короб с ячейками и номерками.

Радар, кивнув охраннику, спросил.

— Здесь что, оружие сдавать на хранение?

— Автомат? Нет, достаточно разрядить. — Тот деловито проверил автомат и вынув магазин вернул его владельцу. — Но, если есть желание сдать что-то громоздкое, то к услугам клиентов — Мужик махнул рукой на ячейки.

Плюхнувшись за простецкий пластиковый стол рейдер начал изучать лежащий на нем рукописный список с ценами. Цены были проставлены в споранах и долях от спорана. В целом выходило, что на один шарик можно было приемлемо поесть дня два или затариться едой на вынос на чуть больший срок. По той же цене можно было снять комнату на четыре дня. Комната с душем и настоящей чистой постелью на мягкой кровати…

…Лютый соблазн… Время… Не стоит…

Радар скрипнул зубами. Откинувшись чуть по удобнее на дешевом стуле из пластика и трубок, он махнул рукой человеку за стойкой. Симпатичный парень лет двадцати на вид в свободных брюках и сиреневой клетчатой рубахе похоже был здесь и за бармена, и за официанта. Вежливо улыбаясь тот подошел.

— Один полный обед. Остальное на вынос. — Радар протянул шарик в оплату.

Когда официант отошел рейдер задумчиво огляделся вокруг. Яркое утреннее солнышко светило через окна по пустым столам. Охранник оставался за дверью.

Когда парень поставил на стол поднос с горячей едой, Радар положил на стол еще споран. Как получилось дружелюбно, улыбнувшись, он махнул рукой на стул на против.

Тот сел, но плату не взял.

— Если есть интерес к девочкам — мальчикам могу рассказать где найти и даже посоветовать. Сам увы эти услуги не оказываю.

— Спокойно. Мне нужна только информация. Но качественная.

Бармен еще раз осмотрел гостя с головы до ног и таки сгреб споран в карман брюк.

— Что за тип Смайл? Каков по жизни? Какие темы крутит?

— Смайл? Это кваз рейдер. Рейдер он хваткий и удачливый. Среди квазов одиночки выживают плохо. Стреляют их часто по ошибке. Этот наловчился ходить и работать небольшой группой. Их там обычно пятеро костяка и от трех до десяти салаг. Салаг берет добровольно — принудительно здесь на Санатории. Это в основном должники. Из техники пользуются велосипедами иногда велотележками и прицепами.

— Сколько салаг должок отработали и соскочили?

— Пятеро. — Бармен отвечал быстро и чётко.

— А сколько пошло в расход и на корм зараженным?

— За два года, которые тут работаю — тридцать два.

— Неслабо. Он их что, мурам продает что ли?

— Нет. — Бармен говорил очень серьезно. Что-то в его лице и глазах было…Как и у самого Радара.

— Такое на нашем стабе подробно и при свидетелях проговаривается у ментата. В этом здесь все честно.

Радар еще раз улыбнулся, глядя в глаза собеседнику.

— Я по глазам вижу, что парень ты умный. Неужели не догадываешься в чем там подвох?

— Чего догадываться…Знаю. Где в колонне вероятнее всего попасть под атаку хищника? В хвосте или по краям. Куда поставят новичка? Если начнет догонять кто-то, от кого нет надежды отбиться — то, кого он в первую очередь догонит? Кваза, который лом руками завяжет? Старожилов, которые тоже формы поднабрали — или зелень? На том очень вероятно зараженный и остановится, и значит остальные уйдут живыми.

При этом специально ради выгоды Смайл своих не подставляет. Если это возможно — даже поможет.

Помню приволок одного на спеке. Разорванного так, что мама не горюй. Он его отбил у целой стаи. Копьем. Представляешь?

— Копьем?

— Ага мулька у него такая. Вместо клюва, как все, носит копье. Точнее несколько копий. Здоровенные такие, с широкими наконечниками и под наконечником еще перекладины

Те, кто видел, как он работает своим дрыном, рассказывают, тараща глаза и писаясь кипятком. Валит, реально, даже горошников. Если конечно не слишком много и не слишком развитых.

Это только в сказках вражью силу мочат несчетно. В жизни кто силы свои и чужие неправильно посчитал — героический труп. — Парень вздохнул. — Все равно очень круто. Мало кто бы стал так рисковать.

— Тот парень, которого он на спеке приволок… Что с ним потом стало? — Радар поднял брови в вопросительной гримасе.

— С Меком? Ну долг он на том деле почти отработал. Устроился по рекомендации того же Смайла к нашему технарю Кулибину, подручным в технари. Все одно порвали его так, что на ноги вставать пришлось пару месяцев. За еду и крышу же чем-то платить надо. Технарь из него вышел хороший. И сейчас у нас работает. Смайлу, по старой памяти, скидки делает и сейчас.

— Вот еще скажи, я слышал, он недавно муров лихо сделал?

— Ну там скорее фарт, чем крутизна, но и да, дело звонкое. Много об этом шума вышло.

Это были муры из бригады Адмирала. Все муры твари хуже зараженных…Эти — из тварей твари. Прикинуты так, что честному рейдеру и не снилось. С кем-то они из внешников плотно работают от того и технику имеют и снарягу и стволы. Правители Мангайского края…Мрази.

Вот только вышла у них какая-то разборка между своими. Причем не так уже и далеко от нашего стаба. Один драпал на броневике. Потом почему-то остановился и стал отстреливаться из кабины. Двое его догнали на бронемашинах. Залегли вокруг и стали мочить. Стрелялись они так битый час. Вот тогда наши орлы к ним тихусенько и подобрались.

Как завалили этого, на азарте стадом и вылезли все к броневику.

Тут и случилась самая короткая русская сказка. Знаешь её?

— Давай, рассказывай уже, не тяни кота за …торчащее. — экс студент раздражённо поморщился.

— Зашел Иван Дурак в избу к Бабе Яге. Тут ему и пконец пришел… Положили их в раз, как мишени в тире, из пяти стволов.

Так и нагрелся Смайл на пару хороших машин, броневик, снаряги разной, стволов, патронов.

— Может стоило подмогнуть тому, в броневике, до того, как его положили?

— На кой? С занятых позиций они бы точно хоть одного, бы кого-то из его ребят бы кончили, а вернее наверняка и больше. Там в бойцах тоже совсем лохов не держат.

И даже если б удалось их пережать — оставшиеся попрыгали бы обратно в тачки — и адью.

Что такого ценного в том типе могло быть что бы за него своих класть? Епительная сила, жить тут все хотят, а умирать за него с чего бы? Ценного с его жизни все одно ничего, даже будь он самим Адмиралом, что б ему скреббер все торчащее отгрыз.

Да еще и если не беспределить, и не отжимать броневик — то и убытков было б еще броневик. Все правильно сделал Смайл и для себя, и для своих людей. Любой рейдер бы его одобрил.

Крепко он муровскую мразь сделал. Конкретно. Еще и поднялся на этом. Вот так легенды и рождаются.

— Круто. Круто. Молодец. Как думаешь, он теперь в рейд на трофейной бронетехнике ездить будет? — Молодой рейдер зевнул, прикрыв рот ладонью.

— Это сильно навряд ли. У него удобная наработанная тема. Всё работает. Зачем ему заморачиваться еще и терять на этом? Продаст скорее всего. Сколько-то придется потратить на охрану и хранение пока найдет покупателя. Но навар все равно будет сказочный.

Радар с подначкой и откровенной ухмылкой продолжил. — Не ну а че? Гонял бы элиту из тяжелого пулемета, да из-под брони чем не мечта?

Бармен шутку понял и ответил в тон. — Мечта, точно. Потратить все горючее на пустом кластере, потом бросить все, что не смог унести на себе, и особо хитро решать проблему с тем как вытащить броневик оттуда.

Сначала засунуть большой и тяжелый предмет в задницу, потом с удовольствием его вытаскивать. Потом чередовать…

На любителя дело. Вот поэтому рейдеры натуралы предпочитают велосипеды. Некоторые и вовсе ногами ходят.

Броневик хорош для больших рейдов по известным, хорошо разведанным местам. Такое любят большие стабы, которые одну еду колоннами грузовиков возят. Тем такое и по карману, и в прибыль.

— Ну так и нанялся бы в такой стаб если уж карта легла? Чем не тема?

— Сколько человек будут иметь доли с той темы? Там самому владельцу броневика выйдет слезы. Организаторам рейда — да, окупится с лихвой — даже если технику покупать.

Но… Рейдер с прокаченными умениями добудет себе намного больше и с меньшим риском…

— Да уж прокачка себя — это конечно вещь. Не зря мало кто боится превратится в кваза. Азартное дело. — Подвел расчёт Радар.

— Рулетка Улья. Шанс, который еще добыть надо. От которого блестят глаза. Жемчужина — это вещь, которую хотят все.

— Ладно… Скажи еще, найти его, когда и где можно, так чтоб реально?

— Ты просто подходи сюда, как солнце сядет. Почти наверняка сюда зайдет. Это привычка по жизни. Во-первых, особо отдыхать и расслабляться кроме нас негде. Во-вторых, языками тереть и за дела договариваться тоже многие предпочитают здесь. Он мазнул скользящим взглядом по лицу собеседника. — И еще… В сумму оплаты. Если у тебя есть какое-то деловое предложение — здесь будут и другие рейдеры. Народ это…Разный. Учти. — Бармен поглядел серьезным взглядом.

— Благодарю. Почти всё… Где здесь торгуют, чтоб рейдеру купить — продать, и технарь сидит, ты говорил?

Разговор длился еще полчаса, потом Радар ушел. Стаб Санаторий был по большому счету деревней на несколько сотен жителей от силы. На него полностью хватало пары кабаков, одного магазина снаряги и одного продовольственного. Да еще бордель в нем был — тоже один.

Пообещав себе непременно посетить это безусловно заслуживающее внимания заведение рейдер занялся поиском лавки снаряжения.

…В другой раз. В другой раз — непременно…

Магазин снаряжения представлял собой просто дом с выносной доской расписанной мелом вместо вывески.

… Если бы еще понимать значения калибров и стволов, подписанных этими красивыми цветными мелками — так цены бы мне не было…

Внутри была дикая смесь комиссионки, барахолки и универсального магазина. Рядом на настоящих и импровизированных торговых стеллажах лежали явно подержанные и потертые вещи по соседству с новейшими- муха не сидела. Явные самоделки соседствовали с носителями неизвестных фирменных гордых марок.

Продавец, мужик средних лет с прохиндейской рожей сидел рядом. Прикинув сколько споранов стоили те или иные вещи Радар наконец обратился к нему.

— Как люди столько споранов то тягают? А вы еще и пересчитываете?

— Спокойно. Обычно в мешке, а мешок в рюкзаке. Не так уж это и много по объему и весу. Не бумажки в кошельке — но и не золото.

Пересчитываем еще проще. Взвешиваем — и всех делов. Но ты вряд ли собрался брать снайперский ствол с патронами.

Вот очень хороший бинокль. Немного подержанный, но это его плюс

— Это почему это?

— Предыдущий хозяин сдал его, сменив на лучший. Значит ему он принес удачу. Очень может быть принесет удачу и тебе. Всего три спорана. — Продавец был любезен, как будто работал в шикарном бутике… или на восточном базаре.

— Может быть патроны вот на этот калибр есть?

— Есть. Правда всего пара рожков. Такими у нас не особо пользуются. Больше на тех сегментах где асеи прилетают. Или с их внешниками контачат. Один споран за два патрона, сами магазины бесплатно.

Став обладателем двух магазинов и бинокля рейдер уныло пересчитал оставшиеся спораны.

…Да уж цены… И ведь особого выбора нет. Не идти же в другой стаб без патронов…

Бинокль правда был и вправду хорош. Достаточно мощный и, при этом легкий и удобный.

Наградив продавца кислым взглядом Радар изрек.

— С такими ценами мне похоже уже никуда больше.

— А тебе никуда больше и не нужно. Поверь — ты немного потерял. Товар у меня лучше, лучшего качества, внешности и новизны, чем там, куда тебе не нужно. Тамошний жлоб, честно говоря, мог бы и потратиться на товар получше. Как бизнесмену мне это было бы грустно, но как человеку, таки да, намного веселее. — Глаза барыги чуть блеснули.

— Где ж такой товар то купишь?

— У любого крупного стаба, достаточно сильного что бы встретить и профильтровать целый прилетевший с перезагрузки сегмент. Бизнес это сложный со многими, тонкостями- например, стая с элитой или отряд внешников способны выбить весь отряд. Сложно, хлопотно, но если можешь, то доходность за гранью.

Эта тема особенно на юге цветет, на кластерах, где высокий процент иммунных. Те даже караваны отправляют и при всем риске не жалуются на бедность. Цены конечно у них конские. — Наделив насмешливым взглядом парня, он продолжил.

— Ты не думай, что девчонкам хуже, чем нам всем. Они выживают, а большинство новичков гибнут на кластерах не от мертвяков, так в разборках за территории. Не так уж им и плохо — ну скажи кто будет обижать носителя развивающегося дара, который однажды станет сильнее тебя. Иные со временем и вовсе становятся хозяйками стабов. Чудят при этом редкостно. Оттого не такое уж это доходное дело для владельца… Хотя конечно и далеко не убыточное.

Солнце медленно падало за дома и багровый закат сменялся ночью. Рейдер без спешки вернулся в то же кафе. Теперь там было довольно людно — не меньше пары десятков посетителей расслаблялись по средствам. Среди них было и трое квазов в разных компаниях.

Радар выбрал себе свободный стол в относительно тихом углу. Когда подошел официант — заказал себе сок в счет уже внесенной платы.

— Который из трех?

— Вон тот, в компании из пятерых собутыльников. Одет в камуфляж и черную бандану.

Радар развернулся, присматриваясь к весело гуляющим рейдерам. Когда к нему за стол без приглашения плюхнулся молодой остроносый парень, он лишь молча пробежал по нему оценивающим взглядом.

… Сухощавый, быстрый в движениях и мимике… И еще какой-то неуместный что ли… Камуфляжные штаны — и явно дорогие фирменные туфли. Шелковая рубаха и кольцо на пальце — и при этом плохая прическа. Куски дорогой на показ одежды и при этом с разрывом в образе… Сидит все это откровенно неловко… При редких волосах стригся бы уже что ли накоротко, а то похож… На мокрую крысу, с бантиком, похож…

— Добрый день, уважаемый.

— Добрый. — Радар все также спокойно смотрел на подсевшего.

— Парень, ты я вижу новичок в нашем Санатории. Как звать? Меня — Нургл. — он весело протянул руку через стол. Собеседник её задумчиво пожал.

— Зовут — Радаром.

— Ты новичок, судя по столу, крепко нуждаешься в споранах. А я ка раз знаю хорошую тему. Тридцать споросов за два дня работы — тебе подойдет?

Рейдер все также флегматично глядел на брызжущего энергией собеседника.

— Что за тема? Подробнее?

— Надо будет завтра со мной сходить на точку. Вычистим адресок, загрузимся и айда обратно. Как раз за пару дней должны уложиться.

Я и не такие темы прокручивал. Тут все дело в мозгах. Меня, не зря все тут знают. Только я так и могу. Парень ты хороший, я по лицу вижу — надежный. Это здесь редкость. Так что поработаем и поделим все по-честному пополам.

Радар вдумчиво допил кислый апельсиновый сок глядя в стол. Потом вежливо улыбнулся.

— В другой раз. Сейчас своя тема горит.

Собеседник горевший лихорадочной энергией словно алкоголик со стаканчиком как-то осекся. Только что была уверенность и даже барственность — и вдруг …Как тот же алкоголик с похмела. Боль, растерянность, неприязнь ко всем…

— Ты смотри, такой шанс раз в жизни бывает…

— Я не сомневаюсь. Но сейчас у меня есть свои дела. Сожалею.

Тот откинулся назад на стуле, потом каким-то другим, резким голосом заявил.

— Что у тебя за пушка? Покажи.

Рейдер ответил прямым, с нажимом, взглядом.

— Нет. Ни ствол. Ни мобильник. Ни кошелек. Я ничего и никому не стану давать «на посмотреть». Ясно?

— Это же мой ствол!!! Когда я позавчера здесь бухал он пропал!!! Откуда он у тебя??? Отдавай немедленно! Какая наглость! Офигеть подлая нечистоплотность — с краденным стволом явиться туда где его опознают!!! Что расселся? Отдал быстро я сказал, пока дядя добрый!!! — Истерический надрыв и пафосный накал могли сделать честь актеру столичного театра.

Вот теперь Радар таки утратил невозмутимость. Он оглянулся. Весь зал так или иначе обратил внимание на их стол. Смотрел и официант- бармен. Лицо у него было не одобряющее, но вмешиваться почему-то не спешил и охрану не звал. Рейдера словно торкнуло. Азарт игры опьянял.

— Эй официант. Иди сюда — он помахал рукой. — Тот подошел.

— Вызывай Каа сюда. Пусть подойдет вместе с патрулем. Скажи, что дело срочное. Да пусть поторопятся, с меня хорошая выпивка. — Он барским жестом выложил один из последних шариков на стол.

Что говорил бармен в рацию со своего стола было не слышно. Но ментат безопасник подрулил минут через пятнадцать.

Кинув быстрый взгляд на персонажей пьесы он что-то на ухо сказал патрулям — и те отчалили. Без спешки, с каменным лицом, он подошел к столу. Сел. По взглядам, по позам с которыми его встречали посетители было заметно что этого человека здесь знают и явно уважают.

…Хотя… Особой радости и любви что-то не заметно…

Здоровенная бутыль недешёвого коньяка со стопками уже ждала на столе. Бармен тоже явно много знал о новом госте. Тот уселся, взял стопку, с деловым интересом на лице покривил губы.

— И что у нас тут?

— Этот человек утверждает, что ствол его. Я — что взял пушку с дела. Раз у ж вы здесь замещаете экспертизу и юриста я прошу вас разрешить вопрос.

В жизни это бы решила криминальная и юридическая экспертиза — но вы как ментат справитесь быстрее. Прошу вас как уважаемого, авторитетного специалиста и человека решить дело. — Радар таки сорвался на быструю и сбивчивую речь.

— Да я…Ты не знаешь на кого прешь козел — Нургл попытался начать истерику… Но, под равнодушными и усталыми глазами ментата так же быстро сник. Тот плеснул себе коньяка. Пригубил.

— Этот ствол принадлежит рейдеру Радару. Тема закрыта.

Лакеев Андрей Евгеньевич — не знаю, что вы утратили. Но кое-что потеряли явно. Ради людей, которых я все же уважаю, настойчиво советую вам поискать утраченное в другом месте. Немедленно. — Каа казалось полностью утратил интерес к происходящему занявшись коньяком. Раскрасневшийся Нургл выбежал в дверь.

Радар все также сидел, глазея по сторонам. Азарт ушел, осталась какая-то брезгливая пустота. Бармен все так же стоял в шаге от стола. Рейдер протянул в никуда.

— Ну вот и что это было?

Официант зло скривился.

— Тупая помойная разводка. Нет, занимался бы он этим где ни будь в другом месте и не портил бы людям отдых, а мне бизнес. Каа?

Ментат пожал плечами.

— Ты знаешь ссориться с людьми я не хочу. Как и ты. — Перехватил непонимающий взгляд Радара. — Этот тип, когда попал на наш стаб закатил истерику нескольким нашим из тех, с кем оказался с одного кластера. Типо земляки и все такое. Получилось, как ни странно. Стал то ли друг, то ли шут, но возятся с ним и тянут. Хотя и дурак.

Бармена реально перекосило.

— Просто дурак? Неет, это сцуко эпический долбоящер. Что бы так опустить самого себя на людях, это и не придумаешь. Не, ну разом выставить себя опущенным лохом, проблемным идиотом и лузером — разводилой — и всё одновременно… Если бы он портил жизнь людям где ни будь подальше от меня, так я бы приплатил за такой цирк. — Он опять посмотрел на безопасника.

Радар неожиданно улыбнулся.

— Ладно, все к лучшему. Уважаемый, вы согласны помочь в одной сделке? За плату. И вам выгода и мне и человеку и даже заведению.

— Можно. Оплату посмотрим по цене сделки и её успешности.

— Парень, позови Смайла к нам. Вежливо ясно дело. — Официант кивнул и отошел, что-то говоря квазу в камуфляже. Тот выслушал, внимательно осмотрел пару, не вставая со стула и не отпуская стакана. Потом подошел и без приглашения упал на стул.

— Ну вот он я. Коньячком угостите?

— Наливай.

Тот налил себе, опрокинув стопку. На нем был явно дорогой, не армейский камуфляж. К тому же подшитый под нечеловеческую, за сто килограмм фигуру. Зубы, которые он весело скалил, были слишком крупные и острые для человека, что придавало словам своеобразный акцент. Впрочем, светло карие ореховые глаза со смешливым блеском были вполне человеческие. С белёсыми рыбьими гляделками зомбаков не перепутаешь.

— Я слышал ты броневик, драпавший от муров взял?

— Есть такое дело и что?

— Тот броневик сбежал с одним из выпущенных мною из клетки «ресурсов» под разделку. Я это при ментате говорю. Я этого зверя под ружья выгнал. — заявил Радар.

— Ты этого зверя — упустил. Зверь ушел от тебя. Так что на этом тебе никто и ничего не должен. — Ответ Смайла был мгновенным.

— Полегче. Броневик ты взял честно. Но тут и мой интерес есть, согласись.

— Давай уже к делу, чего хочешь?

— Хочу выкупить машину. — Уже без нажима сказал парень.

— Чем платить будешь? Есть у тебя столько гороха?

— У меня есть жемчужина. Черная. Для тебя разницы правда нет.

Смайл опрокинул вторую стопку без закуски и откинулся назад, насмешливо блеснув зубами.

— Жемчужину за броневик? Маловато будет.

— Маловато. Но я знаю, чем ты МНЕ приплатишь для выравнивания счета. — Радар выделил слово и с напором продолжил. — Дорогой, я знаю цены. Я их проверил. Еще я знаю сколько ты потеряешь на охране и стоянке техники на стабе. Это даже если у тебя её не упрут, что тоже запросто возможно. Знаю и то что жемчуг тебе реально нужен — и улей знает, когда и где ты сможешь его взять, да еще за какую цену. Эта сделка тебе реально очень нужна, так что имей уважение.

Тот перестал скалиться. Сел наклонившись вперед. Оглянулся на Каа.

— У него действительно есть товар?

— Да.

— Он реально намерен его продать без кидков?

— Да, если сторгуетесь. — отчеканил ментат.

— Чего хочешь? — Кваз обернулся к парню.

— Ты славен, как успешный рейдер по всем здешним окрестностям. Никто не может держать все в голове — значит у тебя есть карты. Карту мне надо, всех сегментов, которые знаешь. — Радар старался быть уверенным, но вежливым, как мог.

— А руку мою тебе не надо? Отрубить, в фольгу упаковать, и лентой перевязать? Требовать данные по всем чужим темам это хуцпа.

— Руку твою мне не надо, тем более что руку у хорошего лекаря отрастить не дефицит… Копию твоих карт сделаешь в электронной форме или бумаге как тебе удобнее. Вычистишь с них свои пометки — кроме тех что касаются опасностей и точек с горючим. Ну еще времена перезагрузок, само собой. Горючее тебе все одно не особо ценно. Вот броневику цена от всего этого становится другая.

Смайл посмотрел даже с некоторым одобрением.

— Это уже ближе к приемлемому.

— И на мелочь — трех штрафников на твой выбор. Это все. Выгода тебе останется немалая, хотя увы не сказочная. — Уверенно подытожил парень.

Кваз чуть наклонил голову на бок. — Свежак. Радар. Ты вообще то работать с местными кадрами умеешь? Будет грустно если из-за зеленой ошибки нам более не доведется заключать взаимовыгодных сделок.

— Ты о том, что адекватным человеком здесь является тот, кто хотя бы не гробит себя и тебя по дурному кайфу? Нормальным тот, кто не шмальнет в спину без выгоды. А хорошим тот, кто удержится от подляны без очень большой выгоды? Всё остальное — чистая Святость, проявляемая изредка и для узкого круга Большой Симпатии? Угу. Знаю. Как и то, что большинство здесь не тянет даже до первой категории.

Каа, до этого молчаливо глушивший дорогое пойло, неожиданно поднял темные глаза от стола.

— Это не только здесь так. Здесь — только ставки подняты до жизни и смерти.

Сложность в умении понимать у кого какой кайф. Умении с этим работать. Вот этот, например, — он ткнул рукой на опустевший стул — мог бы быть вполне приличным рейдером высокого уровня, если бы не острое желание кого-то уделать, унизить, войти в роль Великого Хитреца… Психология гопника. И таких реально много. Он и сам угробится и угробить может. Ни за что.

Рейдер согласно покивал.

— Благодарю. Реально мудрый опыт. Спросите, пожалуйста, Смайла за дело.

— Ты действительно заключишь сделку без мошенничества, уголовщины, лукавства и недоговорок.? Без причинения вреда и ущерба рейдеру Радару, прямо или косвенно?

— Да, я так сделаю. И сделаю что смогу, что бы этот смешной тип еще погулял в Улье. Через пару дней на этом же месте в то же время встречаемся и проводим обмен.

Глава 6

Уболтав бармена, впрочем, особо не торговавшегося, перевести остатки всех плат в ночевку, душ и запас жрачки на вынос, Радар впервые за долгое время отправился на комфортный отдых. Вымыться целиком и горячей водой. Выспаться на мягком и чистом. Надо хорошо распробовать отсутствие — что бы научиться ценить цивилизацию.

Утренний поход до тайника и обратно, хоть и отличался от прогулки по парку, прошел без приключений. Активное использование дара и бинокля позволяло знать — ни слежки, ни засад вокруг нет. Единожды встреченную небольшую стаю зараженных рейдер просто обошел, заложив петлю.

На этот раз охрана на входе реагировала вполне равнодушно, не задавая вопросов на выходе. Лишь кивком поприветствовав на входе. Похоже, где-то его уже запомнили.

Вернувшись в номер, он нетерпеливо ждал вечера следующего дня. Из номера Радар решил не выходить. Оружия он не откладывал, а дверь подпер тумбочкой, чтобы сделать невозможным тихое открывание. Механические часы на стене позволяли следить за временем …

В положенное время рейдер спустился в кафе. За столом уже сидел Смайл на пару с Каа. Оба были трезвы и подтянуты, без суеты попивая местный кофе. Смайл вопреки прозвищу не улыбался, был серьезен и сдержан.

Кивнув обоим и вежливо поручкавшись, Радар перешёл к делу.

— Товар готов?

— Броневик во дворе, баки залиты до упора. Салаги сидят рядом, за ними присматривает мой человек. Помни, что после того как ты их заберешь, я уже не отвечаю за их поведение. Так что держи их перед глазами, оружие под рукой, и держи спину закрытой.

Карты я тебе сделал свои, насколько смог с электронной формы. Здесь есть порядка сотни кластеров, восемь стабов и три заправки. Сам понимаешь, что на них кластеры не особо богаты- все как повезет. Я отметил несколько мест где при удаче можно слить горючее с техники. Но опять же по удаче.

Что смог сделал, без лукавства и от души. — Кваз небрежно развел руками.

Каа подтверждающе кивнул.

— Теперь твоя очередь предъявлять товар.

Радар выложил перед ментатом две горошины, следя за реакцией.

— Твоя плата по сделке.

Тот легким движением смел их в ладонь. Подержал, зажав в кулак.

— Настоящие. — На лице мелькнуло удовлетворение.

Рейдер заинтересованно вскинулся.

— А как отличаешь?

— Настоящие, когда в руке, немного как бы отзываются, как живые. Жемчужины еще круче, они даже теплеют.

— Ну это если напрямую в руку взять, а если много и в упаковке?

— Да, как и деньги — хочешь отличить пачку купюр от куклы — распечатай. По-другому не выйдет.

Большинству это всё одно нафиг не нужно, они за жизнь не то что жемчужины — они горошины не увидят.

Радар вынул из нагрудного кармана черный шарик.

— Посмотри.

Каа принял драгоценность двумя пальцами. Подержал несколько секунд

— Настоящая — отдал её Радару в протянутую ладонь.

Тот аккуратно свёл кулак. — Сейчас проверяю карты и горючее, отдаю жемчуг и на броне отчаливаю.

Смайл выложил на стол плоскую кожаную сумку вроде планшета.

— Сумку дарю в сумму покупки, как хорошему партнеру.

Внимательно рассматривая подшивку листов рейдер скептически поморщился…Похоже это зацепило кваза.

— Вот так не надо, лучше во всем Улье разве Географ может — а его хрен достанешь.

— Я не в претензии. Что за географ?

— Есть такой очень старый лекарь. Зовут его так. В основном он другие услуги оказывает и за большие бабки. Но и это тоже. И тоже по шкуродерным ценам.

— Если цены такие невозможные — так чего же ходил?

— Дар у него уникальный даже для лекаря. Может влиять на изменения кваза. Не белая жемчужина — красавчиком не станешь. Вот только возможность говорить по-человечески тоже немалого стоит. Так что, когда начнет корежить хлебало — заплатишь только так — если конечно есть чем.

Каа ухмыльнулся.

— Еще он одну штуку подправляет с которой у квазов частенько сложности. И тоже за такие бабки что- что б я так жил.

Смайл ощерился на все свои зубы.

— Это да, дерет так, что помереть раз двести дешевле выйдет.

Вот этом живодер, кроме прочего, еще и лучший картограф Улья, при том что один из лучших источников информации. Если конечно хватит гороха и жемчуга на его расценки. Споранами он даже не заморачивается. Знает столько и такого, чего никто кроме него. Включая контакты внешиков и их тараканы.

— Дай угадаю — он кроме прочего еще и крупнейший скупщик информации за свои услуги? — Радар поднял бровь.

— Если и так …То это не обсуждают. Сидит он на стабе Чернобыль и добираться туда само по себе большой риск. Но я добрался — и не жалею. (он блеснул острыми зубами). Лучше жить по-человечески, чем существовать черти чем.

— Соглашусь. Что ж идем проверять броневик. — Он зацепил «планшет» на пояс.

Во дворе стоял заведенным, уже знакомый серо зеленый броневик. Рядом стояло трое молодых мужиков одетых в дешевые, похоже китайские, треники, кеды и куртки. Поодаль у стены на скамейке, небрежно развалясь, сидел парень в камуфляже с каким-то оригинальным стволом у ноги. Нечто среднее между снайперской винтовкой и автоматом.

Радар сунул нос в баки. Оглядел товар.

— Что ж ты их не приодел, хоть немного?

— А с чего бы это? Халяву кому-то дал — себе проблем нажил. Запомни это. Пусть сами себе в рейде землю роют. Эти в общем похожи по историям. Сумели выжить при перезагрузке и даже выйти к людям. Дальше — стаб, но там уже дело не пошло. Одно за другое — долги за проживание и питание. Не самый худший материал, но все же помни, что я говорил.

— Хорошо. Рейдер вынул жемчуг и протянул левую ладонь — Ключи.

Разменяв жемчужину на ключи зажигания, парень рявкнул. — Команда, давайте в кузов.

Кивнув на прощанье квазу, он прыгнул в кабину. С тихим шелестом шин бронеавтомобиль выехал со стаба. Вел Радар еще не слишком уверенно, но ему нравилось, а проблемного движения впереди не ожидалось.

…Небольшой плюс Улья — отсутствие гайцев…

Он криво улыбался.

Броневик подкатил ко все тому же административному зданию. Радар выпрыгнул на асфальт из кабины. Еще раз огляделся используя дар до упора. Чисто. Ни зомбаков, ни людей. Лишь три оранжевых пятна под броней и мелкие «свечки» от птиц.

Откинул дверь и залез в кузов.

— Как самочувствие — настроение?

В ответ послышалось нестройное нечто насчет «все в порядке». Беглым взглядом рейдер еще раз отметил что у всех троих есть разные варианты рюкзаков- вещмешков.

— Ножи есть? Еда при себе? — опять нестройное насчет — Нет. Нет. Был — сказали отдать.

— Ясно. Берите. — Радар вынул из рюкзака три банки консервов и консервный нож. Пошуровав там же достал две пластиковые вилки и что-то вроде куска хлебца в целлофане. Сунув по предмету в руки, велел.

— Один пусть помогает себе сухарем.

Удостоверившись что банки вскрыты и все трое сели есть, забрал нож и продолжил.

— Сидеть тихо. Наружу нос не совать. Твари непредсказуемы, а ствол есть только у меня. Я отойду на час. — Тихо закрыв броне дверь, он ушел. Через пару десятков минут на флагштоке появились две тряпки. Вид сверху, с крыши здания был даже красив — зелень, зелень и зелень. Но, следов чего-то интересного ни через бинокль, ни через дар видно не было.

Когда Радар вернулся парни уже доели свои консервы. Один из них с какой-то неуверенной развязностью вскинулся.

— Маловато вообще то.

— Прокурор добавит.

— Не ну мы честно все, весь день ни жравши, дело уже к вечеру. Не грех бы людям чего еще.

— Я тоже. Харе права качать. Завтра пойдем в рейд на район- решим вопрос с едой на всех.

— А сейчас?

— Сейчас ждем человека. До утра должен подойти.

— А если не подойдет?

— Вот если не подойдет, тогда и будем решать. Пока хватит вопросов. Просто сидите и расслабьтесь. — К концу Радар говорил уже зло и резко. Собеседник со все тем же недовольным лицом замолчал, уставившись в пол. Рейдер еще раз оглядел всех троих.

— Кого как крестили?

Меня — «Котом» — один из парней улыбнулся.

…Располагающее лицо. Открытое. Эмоциональное. Детское какое — то. Одни голубые глаза чего стоят…

Второй скривился в своеобразной улыбке.

— «Чуркой» крестили. Знаю, что слово это нехорошее, но уж как есть.

…Обычное, даже не сказать, чтобы восточное лицо. Хотя глаза, губы, скулы резаны достаточно жестко. Говорит с каким-то окающим говором. Не акцент — но говор характерный. Пожалуй, даже темные глаза не делают парня «восточным» человеком. Но за своего его могли бы принять много где, от Волги до Алтая. Да и на всех просторах Великой и Неделимой в общем…

— «Кузеном» звать. — Соизволил представиться недовольный.

…Кареглазый. Довольно миловидное мужественное лицо. Но манера держаться и взгляд выдают какое-то самодовольство, самоуверенную капризность…

— Меня звать Радар. Командую тут я. Мнения чужие — выслушиваю до того, как отдал приказ — потом — я приказал — кому сказано исполняет.

Кузен переспросил — А если нет?

— По-разному, могу в торец прописать, могу пристрелить, могу продать обратно. Как карта ляжет. Ты бы как предпочел? — Рука лежала на висящем на груди автомате. Собеседник опять промолчал.

Радар махнул рукой. — Все отбой пока. — Развернувшись, он вышел залез в кабину и толи задремал то ли ушел в свои мысли.

Через пару часов по стеклу кабины негромко постучали. Скосив глаза рейдер увидел уже знакомую блондинистую кисло — ядовитую морду.

— Быстро. Не …реально… КАК ты это сумел?

— Умеючи. Умеючи, на сенса то же есть свои приемы, ты все же Радар, а не рентген. Трот был свеж, доволен жизнью и даже чисто выбрит. — Сколько привез?

— Троих.

— Будем смотреть?

— Да. Все по плану.

Дверь кузова открылась рывком.

— Выходи строиться — весело рявкнул голос Радара. Все трое вылезли. Двое рейдеров еще раз скептически рассмотрели этот короткий строй. Наконец Радар улыбаясь изрек.

— Так. Вообще то на самом деле я не рабовладелец. Даже не капиталист. Силой никого держать не собираюсь. Это не шутка.

На следующем стабе после рейда при свидетелях подтвержу, что никто мне ничего не должен и кто захочет, сможет уйти. Хабара возьмем по пути, а потом, все одно мне туда надо будет для дела.

Харчей товарищ привез так что можно еще добавить. Пока едим и спим. Вы трое в кузове. Мы вдвоем в кабине отмечаем удачную покупку.

Через пару часов в дверь кузова ввалился Радар. Он пьяно шатался и от него за версту несло спиртягой. Наведясь на резкость, он заявил.

— Это снова я. Совсем забыл надо же живчика тоже дать. — Он полез во внутренний карман камуфляжной куртки достав маленькую плоскую металлическую флягу.

— П-подставляй стаканы. — запах спирта в замкнутом помещении резал по ноздрям. Все трое молча протянули кружки из мешков. Налив каждому по паре глотков, он неловкой рукой стал совать флягу обратно. Что-то неудачно зацепив, рейдер еще раз качнулся. Из-под руки какой-то предмет тихо упал на пол. Не заметив этого, Радар развернулся и вылез.

На полу лежал крепко затянутый целлофаном сверток желтоватых шариков.

— «Горошины» прозвучало в повисшей тишине.

Утро было прохладным и солнечным. Веселый голос возвестил

— Подъем кто есть

В проеме открытого люка нарисовалась башка Радара. На лавке у стены сидел один из парней.

…Этого звали …кхм…Чуркой…

Парень протирал заспанные глаза. На скуле была однозначно узнаваемая ссадина от кулака.

— Где еще двое?

— Ушли.

— С чего бы это? Не захотели добраться до стаба на колесах и под броней? Свежий воздух он конечно поприятнее, но в тутошних краях от него иногда и помереть можно.

Тот ответил злым взглядом. — Сам не понимаешь? Карманы проверь.

— Ты о моей потере? Так, ребятки значит категорически решили её не возвращать?

— Ты как думаешь?

— Ай-яй. Ты тогда чего остался? Долю не предложили? Или страшно стало в ночь переть?

— Я не идиот переть по темноте. Если бы я был там — я бы залег в любом из жилых домов, что мы проезжали по пути. Поближе отсюда. Дождался бы света, а уж потом лез бы. Пустое брюхо можно и перетерпеть.

— Так чего же?

— Не захотел.

— Еще раз. Давай сначала. Ребята увидели барыш. Решили свалить. С чего ты полез в драку? Если уж решил остаться — объясняй.

— Не захотел. Все же свободу нам предложили всерьез. Если бы это была подстава — предложил бы уйти сразу. Без свидетелей. Раз уж предложил сделать это в стабе, на людях, значит реально. Может и есть в теме какой-то свой расчёт, но пока его не видно.

Не дело, платить за добро скотством. Мы что, совсем уже что ли?

Слово за слово — «обменялись любезностями» — он коснулся разбитого лица. — Остановить или переубедить я все равно никого не смог.

— Но и рассказывать мне, ты тоже не побежал. А ведь мог.

— Мог. Но ловля под горячую руку и с оружием в руках закончилась бы тем, что ты бы их просто пристрелил. Дураки. Уроды, но убивать их я бы не стал.

— Думаешь, топая ночью по местным охотничьим угодьям — они выживут?

— Как повезёт. Если все же хватит мозгов не лететь сломя голову, а залечь и хоть как-то вооружиться, могут и выжить.

Радар развернулся куда-то от двери.

— Ну и как думаешь, что нам с ним делать?

— Возьмем, дурак конкретный, но с яйцами и соображением.

Парень спрыгнул из кузова на асфальт. Возле броневика стоял блондин с квадратным угловатым лицом. Говорил явно он. Мужик удостоил новичка брезгливым взглядом испод белесых ресниц.

— Это почему это я дурак?

— Только полный и законченный идиот будет спорить с парой ребят у которых поехали тормоза от хотелки. Тут или бей — или поддакивай.

Тебе крупно повезло что при них не было ни ножа, ни ствола. Везет дуракам. А то бы тупо завалили бы и всё. Забить могли и руками, да видать шуметь побоялись…Заслуг перед нами у тебя выходит то и нет. Могли бы быть — а нет.

— Я могу уйти на стабе если хочешь или отработать долг…

Трот лишь пожал плечами. Радар еще раз на него глянул.

— Ты говорил, что эту шутку придется делать раз десять, до приемлемого результата.

— Я говорил, что шансы один к десяти. Не передергивай.

— Так, сейчас завтракаем и едем на район затариваться хавчиком. — Радар развернулся, рассматривая дома в стороне.

— А вы…Вы даже не будете пытаться их ловить на обратном пути к стабу? Ведь есть шанс догнать или поймать на самом Санатории.

— Зачем? — Рейдер даже не обернулся

— Но ведь это целое состояние. Я даже так не скажу сколько это все стоит.

— Сколько стоит…Трот как думаешь сколько стоит та пачка?

— Дофига дорого. — блондин был убийственно серьезен. — Этим ишакам вероятнее всего будет стоить жизни.

— Их жизни красная цена — пару сот споранов, даже не гороха. Ты, давай с чувством, с толком, что б товарищ значит проникся.

— Ну даже не знаю, эксклюзивная работа все-таки. Хенд мейд, так сказать. Никогда не мечтал быть кондитером. Вот космонавтом это да. А плавить сахар не моё. Но чувствую, талант у меня выдающийся — леденцы вышли крутые и дорогие во всех смыслах… И это с первого же раза.

— Зачетная вышла карамель, на вкус кстати тоже. Я заценил. Надо бы добавить к стоимости моральный ущерб от кражи моей любимой конфетки.

Парень ошалело оглядел рейдеров…

— Так это… Это была упаковка просто самодельных леденцов?

— Что значит «просто»? Это была упаковка весьма даже непростых леденцов, в виде гороха. Впрочем, на умного человека такая штука бы не сработала. Такой бы нам тоже сгодился. Человек пригодный в дело — должен хоть по уму, хоть по сердцу, но стержень иметь…Так, рядовой, что у тебя за дар? — Радар развернулся «утяжелив» последние слова.

Тот все так же ошеломленно выдал.

— Я могу как бы размываться для противника.

— Покажи.

На несколько секунд Чурка стал размытым пятном.

Трот качнул головой.

— Ну если это прокачать, то в ближнем бою полезно. А так не особо. В прочем за двести споранов не стоит рассчитывать на ксера.

— Рядовой, крещенье ты прошел и с этой минуты принимаешься в банду. Радар был серьезен. Его голубые глаза с недобрым графитным блеском, пристально прощупывали новичка. — Вот только имечко у тебя неподходящее для нашей славной «конной дивизии». Звать мы тебя будем … Чуром. Созвучно, но смысл другой. Чур — это такой дух помощник. Слыхал?

— Нет. Но смысл понял.

— Все, поступаешь в распоряжение. Сержант Трот, принимай пополнение. Готовьте пир, в честь крещенья, седлайте коня и поехали чистить тот магазин, о котором ты говорил.

Блондин, кривя лицо что бы не заржать в голос, продолжил.

— Ну, рядовой Чур, привыкай. Жить будем весело. — Развернулся к Радару.

— Ваш сиятельство, пировать лучше всего под прикрытием нашего стального коня, дабы какие твари неразумные удовольствие не испохабили. А то ить они такие — им это запросто.

— Хорошо. Патроны к пулемету — в кабине.

Трот глянул на новичка.

— Ты пулемет заряжать умеешь?

— Не доводилось.

— А что умеешь из оружейных навыков?

— Из мелкашки стрелять доводилось. Нож метать умею хорошо.

— Ножом против горошников можно только зарезаться, чтобы назло тварям не дать себя убить. Значит смотри и учись. Пошли, время не резиновое.

«Пир» в кузове броневика был почти царский. Там был хлеб, копченая колбаса, сыр и печенье. Вместо чая правда был какой-то бутылочный напиток вроде несладкого кваса. Возиться с костром что бы вскипятить воды, никто не стал. Потому как он мог бы привлечь ненужное.

Трот насмешливо выставил указательный палец.

— Смотри, как я теперь могу. — Раз, раз, раз — жесткий батон колбасы оказался разрезан, словно ножом, движениями пальца.

— Есть немало способностей покруче и пополезней, но и это не совсем лишнее. Как минимум инструмент всегда при тебе. Банки вскрывать можно. Руки освободить, если что, можно. Если прокачать- оружие будет не хуже мачете и топора.

— Признавайся ты небось у Улья специально просил именно это, чтобы закуску, значит, нарезать.

— А то.

— Рассказывай, как ты все-таки сумел так быстро нарисоваться и так подойти? Я ведь тех же монстров даже за препятствиями вижу.

— Переоценка себя — короткая дорога к поражению. Может за сто метров ты и видишь насквозь — а дальше? Вообще надо будет проверить эффективную дальность «сквозного» зрения. Как сумел? Как любой фокус, при понимании — просто… Сидел в высотке в квартире на высоком этаже. Иногда, очень аккуратно, по графику, выглядывал. В свободное время обыскивал квартиры на предмет полезного. Рейдеры часто не желают возиться с квартирами — нечем двери вскрывать, да и складов полезного там не бывает. Я приспособил наш опыт с веревочными лестницами для захода через балконы. И дело пошло. Вот лучший трофей. Он показал здоровенный сильный бинокль. — Так что ты меня в глубине квартиры не увидел, а я твой знак засек очень скоро. Дальше вопрос техники — ты не специалист разведчик и вероятнее всего сидишь в кабине. Скорее всего и назад в зеркала не особо оглядываешься. Вот и все.

Радар смущенно мимолетно «съелозил» взглядом

— Хороший трофей. Я чуть лучший взял за три спорана.

— Жлобы. Но бизнес свой знают. Глаза в нашем деле — это жизнь и смерть.

— Сядешь за руль. Водишь ты лучше, и собственно ехать нам предстоит к знакомым тебе целям. Сначала по району- вычистим, что успел наметить, пока я на Санаторий ходил. Потом обратно к тем гаражам, где мы начинали. Арбалеты теперь нужны уже на троих.

На первый взгляд работа в продуктовом магазине могла бы показаться ездой на салаге… Если разобраться — ею не была.

Радар так и остался в башне за пулеметом. Хорошим, грамотным стрелком, он разумеется не был. Но навести прицел и нажать гашетку был вполне способен. Трот, получивший автомат, занял позицию возле входа, страхуя от лишних случайностей и отдавая указания. Так что основную, самую потогонную, но и самую спокойную, работу выполнял Чур. Новоиспеченный рядовой довольно шустро гонял ящики на спионеренной тележке. Он не жаловался и не качал права. Парень действовал довольно ловко, быстро бегая под короткие комментарии все того же «надзирателя-сержантюги».

За вычетом взвинченных нервов, и ожидания реальных неприятностей типа «жесть» прикрытием, почти скучно. Переезд до уже облюбованного гаражного ГСК прошел практически без приключений.

Маленькую группу из трех слаборазвитых хищников положили с расстояния почти в сотню метров из того же арбалета.

Заметив трех зараженных скучно болтавшихся на обочине, Трот через связь лишь спросил сколько их там всего. Потом вылез из кабины и сделал несколько выстрелов. Судя по тому, что упавших пришлось добивать туристическим топориком, бил обычными, даже не отравленными стрелами.

Быстро поработав ножом, он сунул в карман единственный споран.

За время их отсутствия в боксах судя по следам никого не было. Оставленные инструменты и неиспользованные материалы лежали нетронутыми. Трое рейдеров оглядывали пыльный бокс.

Радар был невесел и сумрачен.

— Трот, надо опять химичить пушки. Причем делать так, чтобы размер поменьше, чтобы из кузова, из смотровых щелей, бить можно было. Что бы не вылезать наружу. Из твоего нынешнего такое не выйдет.

— Дельная мысль. Это в общем не трудно — надо поработать с пружинами, здесь такие точно были. Ваше сыятельсство намерено вносить свой вклад?

— Мое сиятельство намерено очень много думать. Надо… Как-то отвлечься… Курить не курю, на скрипке сыграть как Шерлок? Не, не мой способ сходить с ума…

Очень уж расклады …гнилые. У нас остался десяток горошин и четыре спорана…Яда на стрелы чуть, и его лучше оставить до случая. Так что повторять «большую охоту» — не вариант… Думать, расслабиться и опять думать.

Эй, Чур, ты говорил, что ножи метать умеешь?

— Умею.

— Покажи. Вон — на сухом дереве у входа. — Он вынул из ножен на поясе охотничий узкий нож. — На.

Тот взял протянутый нож, отошел на несколько метров, потом сделал какое-то обманчиво легкое, кривое движение.

Бдннн. Нож чуть не на три пальца ушел в дерево.

Радар с усилием вытащил нож. Отошел и попробовал повторить бросок.

Бум. Тум. Нож ударился рукоятью и упал на землю.

— Не так надо. Руку держать вот так, сила идет вот так. — Чур показал.

Экс — студент подобрал нож и повторил бросок.

Бдн. Нож таки вошел. Криво, еле — еле, но воткнулся.

— Сойдет. Работайте орлы. Чапай думать будет — он мотнул подбородком.

Спустя битый час Трот вышел из бокса и подошел к товарищу. Тот все также сумрачно, сосредоточенно и однообразно кидал нож в дерево. Ножей он правда достал из броневика еще четыре и теперь кидал по очереди.

Бдн. Бднн. Бднн. Бмм- пам. Последний нож опять ударился неправильно.

— Работа по плану. Дня через два три без спешки справимся. …Проговаривание вслух помогает ухватить проблему. Да и мне не безразлично, что же такое с тобой творится?

Ты у нас за главного оптимиста. У нас сплошные прибыли — броневик, патроны, человек не самого плохого качества… И при этом ты выглядишь так, будто к расстрельной стенке встал… Забыв покормить котика.

— Котики — это хорошо… Вот то что у нас выходит на доске — это плохо.

Смотри сам. Броневик — это конечно здорово. Это значит, что при встрече со случайным рубером, или сотней руберов — мы их разделываем, а не наоборот. Это значит более-менее спокойно спим, что тоже важно. Большинству рейдеров такое не доступно и в перспективах у них лишь встреча в рейде с тварью пошустрей и аллес. Мое сиятельство заслуживает свою корону. Улей видит.

Вот только скажи мне почему иммунные не особенно напрягаются, спасая новоприбывших, а если и занимаются чем-то подобным это фактически или ловля человеческого материала, или вовсе рабов или уж вовсе мерзость в стиле…муров?

— Так если зараженных станет слишком мало из чего живец гнать будут? К пеклу лезть? Так там такие стаи что на них особо не поохотишься — уровень развития и поголовье такое, что это они на тебя охотится будут.

— Вот. Ты сказал. Между обычными рейдерами и мурами грань тонкая и лицемерная. Людоеды по сути и те и эти.

Кормушек на известных сегментах не так уж много, и они естественно поделены бандами, достаточно сильными что бы их удерживать.

Теперь вопрос на сто баллов — что будет с олухом, который перейдет дорогу достаточно сильной банде таких людоедов? Да не то что перейдет дорогу, просто попадется?

— Ну положим очень многих мы теперь можем сами переработать.

— Многих. Да. Но за бандами будет в конечном итоге та, что держит ближайший стаб. Предыдущие хозяева этого броневика были крутые ребята и было их под десяток. Не спасло.

Так что катая по окрестностям — мы будем нарываться. С учетом того что точек заправки всего три — мы даже особенно спрятаться не сможем. Нас вычислить будет — элементарно. А там уж …Техника или дары улья — итог один.

Радар зло оскалился и нелогично переключился.

— Вот сразу мне тот стаб не нравился. Откуда у них столько пулеметов? Мин? Колючей проволоки? В частной квартирке нарыли? Или все-таки имеют контакты с внешниками? Внешники берут только одну валюту.

— Почему же. Распоследние армейские склады содержат тех же пулеметов сотни. И патроны к ним тоже.

— Какова вероятность что при случайной нарезке в улей попадет хотя бы один и, хотя б вшивый, склад оружия? Что он окажется в удобной к доступу зоне? Не в пекле и не рядом с внешниками? Не окажется обычным медленно перезагружаемым сегментом? На какое расстояние от него получится вывезти хабар? В Улье нет железных дорог. Здесь ёпт вообще адекватных дорог практически нет.

— Но торговые караваны ходят.

— Ходят. Значит все-таки бывает и оружие, и рабы. Два древнейших товара.

Может быть ты прав. Но даже если ты параноик, это не значит, что за тобой не могут следить.

Если мы имеем ребят с конкретно сбитой системой насчет допустимого- недопустимого и имеем сверхвыгодную тему — то лучше держать в уме что они могут прокрутить эту тему. — Он швырнул еще нож. Дднн

— Знаешь, я, когда за броневик торговался, прямо шкурой чувствовал — ему нужна эта сделка. Реально нужна. Сейчас думаю кроме техники и оружия Смайл ведь набил и с десяток трупаков. Не салаг, а поживших в Улье под год и больше матерых иммунных. Это состояние, не меньше чем весь прочий хабар разом. Вот не верю я, что, заточенный на выживание любой ценой, рейдер такое тупо выкинет. Так что сделка с броневиком ему позволила отмыть основной барыш. Как думаешь кому из внешников — конкурентов он их загнал?

Трот улыбнулся солидольной улыбкой.

— Все-таки ты все еще наивен. Не конкурентам — тем же мурам Адмирала. Историю их гибели они по-своему проверят, а тела преспокойно выкупят.

— Вот как. А как вообще рейдер может вести дела с мурами, не попадая на разделку?

— Вспоминай сам. Когда тебя продавали, что запомнил?

— Руку…Эта сука руку держала в мешке, не вынимая…Я тогда не придал значения.

— Вот и ответ — держать руку на взрывном заряде достаточной мощности. Один из способов. Наверняка не единственный. Когда это отсутствие доверия мешало очень нужной и выгодной сделке?

— Так значит. Итог один — надо отработать более-менее прибыльный рейд, один и не больше, и уходить отсюда. Иначе окажемся на разделке. Не Санаторские, так Адмиральские. Не за влезание в чужую делянку, так ради трофея.

Причем повторить большую охоту мы не сможем, нет столько яда на стрелы. И патроны тратить вообще нельзя — чем отбиваться если что? — Лицо Радара исказилось, не столько темпераментом, сколько ожесточением.

— Ну, это я могу предложить. Через две недели будет перезагружаться кластер хороший, жирный. Там и муры пасутся, и рейдеры большими бандами бывают. Есть там и оружейный магазин. Прежде соваться туда было не резонно, а теперь стая зараженных нам поровну. Муры не полезут к нам без подготовки. Они охотятся, а не ищут боя. Рейдеры — то же самое. Потом, если достаточно обидятся, могут и начать искать новых встреч. Уже с букетом и шампанским, для организации большей близости, тэк-сказать.

— Это дело. А мы тем временем отчалим в манящую даль, она же «прекрасное Далёко», тем более прекрасное, что оно ДАЛЕКО.

Если совсем пофартит, то на нас никто и не напрыгнет. Вообще не поймет кто это сработал. Если частично — кого-то постреляем чуток. Если не повезет… Что ж потратим патроны, постараемся набить трофеев и все одно отчалим, хотя и с худшими перспективами.

Я, пожалуй, знаю куда мы отчалим. Видел у меня появился кожаный планшет?

— Видел. И что?

— Я еще не хвастался. Я сторговал в нагрузку к технике еще и карты окрестностей, посмотришь, там кстати отмечены точки, где можно заправится. Собственно, я о них уже говорил…Реально ценная вещь. Есть чем гордиться. Еще на этой карте есть стаб, в этом стабе есть очень осведомленный тип, звать Географ… Он лекарь, со способностью, очень полезной квазам.

По пьяни мне этот кваз, Смайл, проболтался что он и информацией торгует, а знает он много, очень много. Вот, как мы потратим оставшуюся жемчужину. Мы узнаем карту — на максимум. Банды и их повадки на максимум. И главное внешников и их повадки как удастся.

Самое меньшее — мы перестанем тыкаться как слепые в очень злом мире. Как максимум начнем разбираться в том, как здесь делаются дела. С кем и как можно работать.

На правила здесь ставить не выйдет. На «выгодно — не выгодно» тоже весьма условно. Но шаблоны, те, которые привычка и суть — их люди меняют редко. Что поодиночке, что стаей. Вот их мы и должны разведать. По возможности на максимум игроков.

Добираться туда опасно. Плата велика. Но это того стоит.

— Матерый кваз проболтался по пьяни. Красота в каждом слове. Не проболтался. И напоить кваза в «пьяный язык» задаче не легкая. Нет. Он вполне сознательно слил тебе эту информацию… — Трот отрешенно зевнул.

— Думаешь какая-то ловушка?

— Ловушка? Для ловушки желательно бы знать, когда ты туда поедешь. В каком составе. С какой стороны. Да еще — стаб это все-таки стаб. На нем живут с того, что туда приходят и что еще более важно оттуда — таки уходят за новыми трофеями рейдеры. Плохое это место для ловушки…Он предупредил тебя об опасностях этого пути?

— Да, словами и сказал, что некоторые опасности помечены на карте в общем.

— Значит имеет интерес что бы ты туда все же добрался живым. Кхм, из тех мотивов, которые вижу сейчас — он технично сплавил ненужного ему в окрестностях Санатория рейдера на…хутор Дальний. Без греха и досыта. Все же гнилые разборки рейдерам не нужны, тут ты чуток пересаливаешь с опасениями. Без очень весомой причины в драку с хорошо снаряженной бандой никто не полезет. Тем более стабу не нужно портить себе репутацию.

Второй мотив …Он все же сделал что смог, что бы ты живым дошел до цели. Видать понял, что ты платишь за информацию. Если ты что-то выспрашивал, да еще и платил при этом на Санатории, то узнать об этом, для местного — не проблема. Значит очень вероятно ты попробуешь заключить большую сделку с её продавцом. При возможности, разумеется. Вот этого он знать не мог. Есть она у тебя? Будет ли? Если будет, то, когда? А тому, кто помог с клиентом по серьезной сделке полагается своя доля. Он и сделал то что смог. Вот это — очень вероятно.

— Что ж … План вырисовывается. Нам стоит поискать какой-то грузовой прицеп. Все же броневик — не грузовик в него особо много не запихнешь. А цена нескольких цинков патронов — это серьезно. Кроме того, если загрузить его канистрами с горючкой мы неплохо увеличим дальность хода. — Радар мотнул головой.

— Тогда собираемся. Твой автомат, мой арбалет. И Чуру надо что-нибудь подобрать. Ты не стал тратить горох на покупку еще ствола? — Трот флегматично почесался.

— Смысла не видел. То, что там было, не дало бы нам реальных преимуществ. Дельное- слишком дорого. Дерьмо — хуже наших арбалетов. Да и не знал тогда, что будет еще человек.

— Ладно пойдет грузовозом. Мы в прикрытии. Есть у меня мысль…Если найдем кое-что, то можно будет помудрить с нашими самострелами уже всерьез.

Глава 7

Через три дня Трот протянул здоровенную тяжелую штуку.

— Крути вот это колесо.

— Ой ничего себе.

Весила штуковина очень немало. В размах была конечно куда как поменьше, того что работалось прежде, но вес…Пружины и металлические детали вместе тянули реально под пуд.

Ручка на колесе возле приклада проворачивалась довольно быстро. Зубчатое колесико плавно шло по металлической рейке. В целом зарядка получилась дольше, но значительно легче. Взведя тетиву, парень вложил железный штырь и прицелился в дерево.

Бумм. Стрела очень глубоко вошла в мишень.

— А ведь это уже… реально боевое оружие. Это не охотничий инструмент. Тяжело только.

— Так, я уже сказал — без сварки и электроинструмента лучшего не сделать. Переделывать мирный инструмент и так было сложно. Весит много — но нам его на себе и не таскать. В броневике несколько смотровых щелей оборудованы для стрельбы изнутри — так что пойдет идеально.

— Что ж молодец, товарищ боец. Орел. Родина, в лице командования, выражает одобрение. Надо таких штук еще чем больше, тем лучше. Стрел к ним тоже надо. Вообще надо с этим что-то думать, точить это все вручную — это жесткое извращение. А что бывает хуже извращения? Убыточное извращение.

Поработать бы там, где электричество есть и инструмент соответствующий.

— Мечты дело сладкое. Вот только если перемечтаться о том, что ты парашютист, особливо смешивая и не закусывая, то утку тебе будут подкладывать от долго, до пожизненно. «Полеты из окна» самая дорогая разновидность авиалиний. — Трот даже не улыбался.

— Да знаю, знаю. В стаб тебе нельзя. Слишком велик риск нарваться на ментата.

Сколько еще таких самострелов и стрел успеешь за те полторы недели что остались?

— Еще на две материалов хватит. Тут в этом вопрос. Если заметим походящий магазин его надо будет распотрошить. Стрел десятков шесть примерно, но разброс может быть неслабый. Тут скорее вопрос во времени и тупой работе на силу.

— Хо — ро — шо. Планы продуманы и теперь я тоже впрягаюсь.

Делюсь величием своего разума. Что бы как-то выжить нам так или иначе придется работать под кем-то. По возможности на себя ясное дело. Но избежать войны за темы, пока мы к ней не готовы, мы можем только по договору с тем, кто так или иначе ими владеет.

Вот только нарваться на этом пути можно на многое, а результат будет один — кранты. Нам всё же нужно, что бы нас не отработали, как расходный материал. Что мы можем отыграть для этого?

Ставить на законы и правила? Не выйдет. Плохо тут с этим. Слишком легко и часто их нарушают. Нам же хватит и одного раза — и кранты.

Давить на выгоду? Не выйдет. Слишком многие играют только на «здесь и сейчас», а то и вообще «я так хочу». Хватит и одного раза, когда кто-то предпочтет кайф от «синицы в руке» и подставы в надежде «у меня непременно получится». Для нас же это все запросто — кранты.

Что даже здесь более-менее надежно? Суть. Привычки и шаблоны человека те, которые уже натура. Вот их люди и их стаи меняют довольно редко.

Вот с этим можно работать. Вот это более-менее, с оговорками еп сила уже годится для опоры.

Только тут надо знать, а не догадываться. Так что координаты этого кадра Географа, это на деле сокровище намного круче нашего броневика. Информация. Реальная и достаточно качественная. Это позволит нам победить в этой вонючей игре.

А потом дело за малым — найти нужных ребят, да убедить их в нашей перспективности. Фигня вопрос. Практически пустяк. — Он иронически скривился.

— Что ж, оптимизм и паранойя, кони нашей веселой тройки, везущей к победе.

— Погодь, а третий конь?

— Удача. Мать. Её… — Радар улыбался.

Серо зеленая туша броневика пряталась в тени разбитого здания. Сзади на тросе был прикреплен грязный до неопределимости цвета раздолбанный двухколёсный прицеп. По сути легкая и открытая тачка.

Радар скучающе оглядывал окрестности через смотровые щели кузова.

— Еще раз, сколько здесь срок перезагрузки?

— Тридцать четыре дня. Но бывает разброс дня на три четыре. — Трот не открывая глаза, с удобством, откинулся на лавке-сиденье

— Сейчас по твоим расчётам тридцать третий. Может мы поторопились? Сидели бы в гаражах, точили стрелы. Всё дело, не так скучно.

— После того как пройдет перезагрузка, гонка за приз пойдет на минуты. Без броневика шансов на успех бы не было вообще. Полиция, охрана, стая зараженных или рейд со стаба — итог один.

— Хм. Помню я это всё. Это я просто от скуки болтаю. День мы здесь уже висим и улей знает сколько будем висеть. — Радар «отлип» от щели.

— Наше преимущество стоит ценить. Сколько весит дневная норма воды и еды? Многие ли могут просидеть несколько дней на пустом кластере с запасом, притащенным на горбу? Без техники дохло, а технику надо заправлять.

Так что преимущество над конкурентами у нас знатное.

— Не настолько как думаешь. Тот же Смайл, пожалуй, способен так затихариться, если знает где-то ручей, или что-то вроде. Что бы за водой далеко не лезть. Еды, сколько надо, с собой притащить на велотелеге вполне реально.

Это я все к чему говорил? Надо карты какие-нибудь, в рейде подрезать или нечто вроде. Хоть домино. — Радар поиграл пальцами.

— Карты, так карты. Что до конкурентов — в любом случае добираться им придется до нужной точки ощутимо дольше. А нам хватит и получаса превосходства.

— Что ж…Все к лучшему. После двух недель физической потогонки имеем право на расслабон. Жаль только без винишка или книжки хорошей.

Спустя пару дней…

Свежий ветер задул в смотровую щель. Он пахнул кислятиной.

— Чуешь? Поехали. — Радар залез в башенку пулеметчика. Трот сел за руль. И броневик быстро разгоняясь поехал к цели. Водил экс мур хорошо. Машина летела плавно и быстро. Сказывалось и то что маршрут был хорошо проработан и на карте, и на местности еще до залегания в засаду.

Когда искали нужный магазин в первый раз все же пришлось потратить немного времени прикидывая ориентиры и улицы. Все же ушлый кваз отнюдь не стремился облегчать поиск жирных кормушек на своей территории. И карте сильно не хватало детальности. Но разведка определяет ход дела — и теперь машина шла по знакомому пути.

Прохожие удивленно оглядывались на экзотическую технику. Мужчины. Женщины. Дети.

Это была жизнь. Былая жизнь. Чистая. Спокойная. Легкая. Травоядная.

— Какой…Здесь шанс? — Голос парня сорвался на хрип.

— Один из десяти примерно — Трот был спокоен — Не мы их сюда сунули. Не в наших силах кого-то здесь спасти. Никак. Относись к этому, как к новостям по ящику. В прошлой жизни ты же не страдал по поводу того, что в Африке негры миллионами дохнут? Дохнут себе и дохнут, хоть миллионами.

— Это…Не негры.

— Но и не люди твоей страны. Люди. Ты ж от криминальной хроники на стену не лез? В менты не записывался. Радуйся уже тому что тебе не приходится их самому как баранов резать. Уже с ума не сходишь. Ты же не рвался переделывать мир. Жил себе и жил. Вот и сейчас, смотри кино и забей.

— То кино. А чувствовать, что ты. Здесь и сейчас. Не можешь ничего. Ничего. Тошно.

— Тошно. Но этого редко дохнут, если только не результат несвежих консервов.

— Ладно хватит. Тебе и самому от всего этого жить не хотелось. Не лги любимому начальству.

— А ты, что предложишь? Даже просто принимать хоть один кластер на фильтровку, хотя бы с чисто шкурными интересами — это ресурсы стаба и не самого слабого.

Где споранов столько возьмешь на массу народа?? Пекло штурмом зачистишь? Ты круче Александра Македонского?

…Взять на меч Пекло. Стать круче Македонского…

— Ты знаешь, ты говоришь интересные вещи. Мне нравится. Посоревноваться с Сашком Македонским или тем усатым типом, который намотал на траки нечисть бесноватого вегана — это нескучно. С перчиком получится жизнь.

Впрочем, сходить с ума надо грамотно. Действовать по силам и последовательно. Так что пока едем к магазину. И резво. — Парень как-то рывком, сменил тон от дурашливости на жесткий приказ.

Чур до того молча и флегматично сидевший на боковой лавке удивленно вскинулся, окая сильнее обычного.

— Александра Македонского знаю. А кто такой «усатый»? Что за правитель такой памяти что всуе не поминается?

— У вас девятое мая празднуется? День победы? — Протянул Радар, не оборачиваясь от смотровой оптики.

— Нет.

— Ну, в трёх словах…Правитель такой. Зная по знамениям о грядущей большой войне, создал очень сильную армию. Что бы её создать, казнил многих из шишек, что бы послушание имели, а себе хапали поменьше. Ну и низы отжал жестко, до крайней бедности. Армию создал реально сильную и когда пришел страшный враг, враг стремившийся не просто подчинить или даже ограбить, а истребить всех — она победила.

Эту большую победу празднуют и спустя почти век.

— Тогда почему не поминают правителя? Если не по личному имени, то по священному?

— Сложно все с этим. Жестокости было много, грязи, случайных пострадавших.

— А что на большой войне бывает иначе?

— Нет. Не бывает. Не бывает. Давай об этом когда ни будь потом.

Узнаваемая вывеска оружейного выехала впереди по улице.

— Трот, давай за пулемет. Чур — за мной.

Рейдеры вломились в магазин парой развеселых слонов в посудную лавку. Продавец, молодой парень с бейджем на груди шокировано смотрел на направленный в лицо ствол.

— Хочешь жить — делай как говорю. Всё одно электричества нет. Связи нет тоже. Магазин не твой, а вот жизнь — она твоя. Всё понял?

Тот проглотив кивнул. Радар огляделся. В магазине кроме продавца было несколько посетителей, мужиков разного возраста.

…Вот это, пожалуй, удачно…

— Ты, ты и ты бегом вперёд. Делаете что сказано. Ты. — он ткнул стволом бледного продавца — Ведешь на склад. Нам нужны патроны в первую очередь. Резко давай. — Завершающий рявк с искаженным лицом, добавил всем скорости.

Мужики по двое тащили груз из склада на улицу. Вид броневика добавил оторопи на лица. Под пугающим надзором вооруженных рейдеров подневольные грузчики бегали реально быстро. Чур отдельно вынес и загрузил в броневик охапку стволов. Стволы выглядели круто, поблескивая оптикой и металлом магазинов.

— Стволы не так важны, как патроны, так что не увлекайся.

— Но тоже нужны. И я их размещаю только в свободное от ящиков пространство.

Ходка. Ходка. Ходка. Раскрасневшиеся мужики заметно замедлились. Экс студент с явным удовольствием изучал склад. Вскрыв характерный ящик, он сунул в карман камуфляжной куртки маленький пистолетик, очень похожий на столь памятный ему. Добавил к нему несколько пачек патронов.

— Веселей ребяты. Загрузите еще прицеп — свободны как Африка.

Чур сопровождавший грузчиков тоже что-то тащил в упаковках.

Еще ходка. Еще.

Мужики выгружали в прицеп очередные ящики, когда буквально через дом раздался страшный крик. Еще более страшно было то КАК резко он оборвался.

…Вот и твари подоспели…

Из проулка между домами выбежал пацан — подросток. Слепо таращась выкаченными глазами, он бежал вперед. Неимоверно быстро летя по прямой он уже миновал десяток метров, когда за ним вылетела «костяная горилла».

…Рубер…

Буквально за два прыжка тварь догнала бегущего. Удар когтистой лапой… Не надо было быть медиком что бы понять, что пацану — всё. Не спасет никакая сила. Не обращая внимания ни на что, хищник урча начал рвать тело. За ним начали вылетать другие, окружая вожака.

На всё про всё — события заняли пару секунд.

Радар рявкнул остолбеневшим грузчикам.

— В магазин быро. Дверь закройте за собой. — говоря он уже нырял в люк закрывая его за собой. Чур в это время был на складе.

— Трот, почему не стрелял?

— Сначала не успевал башню развернуть, потом шуметь не хотел. Если получится, стоит обойтись без пулеметного шума, стрелами.

— Дело!

Радар поднял пудовую «дуру» арбалета целясь через щель. С нескольких метров тяжелый болт ударил крайнего костяного в череп. Тушу буквально отбросило назад. Граненый болт ударивший под почти прямым углом прошил и костяную броню твари улья. Зверина забилась в корчах на асфальте. Рейдер, как смог быстро, начал крутить ворот зарядки. Когда он распрямился и начал целится вторично картинка сменилась.

Зверюшки поменьше отхлынули назад, оставляя два тела с торчащими стрелами. А на броневик распрямляясь, жутким взглядом белёсо желтых глаз уставилась «бронегорилла».

Тварь буквально одним прыжком пересекла метры до цели нанося удар …Похоже плечом. Броневик едва не перевернулся, несмотря на загрузку. Пятясь задом зверина начала набирать расстояние для повторного удара.

Сорвав с плеча асеевский автомат, Радар прицелился в морду твари. Ствол затрясся длинной очередью.

Клац. Патроны кончились. Рубер качнувшись растянулся мертвым мясом на асфальте.

— Хорошо отстрелялся. Попасть с быстрого прицела в глаз — это надо суметь. — Трот все также невозмутимо долбанул стрелой очередную тварь.

— Спасибо Улью. Пофартило. Я хотел лишь сбить ему прицел. — Говоря, как вытащенная из воды рыба, с трудом сводя рот, чтобы не клацать зубами от рвущегося наружу страха, Радар продолжил. — Добиваем погань.

Тугой ворот зарядки под ладонью. Прицел. Труп. Повторить. Повторить.

Долбанные зомбаки, поначалу растерявшиеся и замершие, офигительно быстро сдернули — туда же, откуда появились.

Толстая майка под курткой было мокрой насквозь. Рейдер тяжело дышал ртом. За эти несколько минут он выложился больше чем за недели тяжелой работы. Трот рядом выглядел намного лучше.

… Все же выносливость ветерана Улья — это вещь…

Радар без спешки вставил новый магазин, достав его из куртки. Используя дар огляделся во все стороны, припадая к щелям.

— Ты потрошишь — я прикрываю. Пошел.

Блондин, блеснув на солнце наклоненной башкой, начал шустро разделывать тела. Экс студент, высунувшись из люка, напряженно пялился вокруг, поводя автоматом.

Дверь магазина открылась и из неё рысью побежали груженные ящиками мужики. За ними с коротким карабином в руках топал Чур.

— Похоже это все. Больше не влезет. — Он обернулся к Радару с вопросом на лице.

Продавец пялился на трупы тварей и растерзанное тело в луже крови.

— Что вообще происходит??? Что, объясните же. — Он умоляюще уставился на Радара.

— Вы попали в параллельный мир, куском квартала. Это его милые коренные обитатели. Это всё. Все свободны.

Парень немногим старше самого Радара, ошарашенно протянул, слепо глядя на рейдера.

— Если так, если это правда, то что теперь нас ждет?

— Выживайте. Как все.

— Ничего не зная о этом мире?

— И что? У вас преимущество, вон целый склад оружия за спиной. У остальных в этом кластере его нет. — Пропустив Чура в люк, а Трота за руль, рейдер собрался развернуться и закончить разговор.

— Возьмите нас … Мы будем полезны. Так или иначе. — Он не клянчил, говорил тихо, но твердо.

Приходивший Трот качнул угловатой головой.

— Взяли бы мы вас таких красивых, разика по три четыре, да вот беда — ориентация не наша, да и времени в обрез. Так что всё сами. Удовольствие человека и жизнь человека — всё главное в этом мире в его руках. — Он развернулся, открывая дверь кабины.

Радар что-то думал, пристально глядя на четверых салаг.

— Верхом на прицеп и держитесь, как сможете. — Перехватив прищуренный взгляд экс мура, он подошел и очень тихо сказал тому на ухо.

— Не смотри так. Будем проезжать цветочный магазин на обратном пути — остановишь. Выложим несколько ящиков и пересадим под броню. Приманивать зомбаков мясом на веревке, я не собираюсь.

— Это самое меньшее шесть ящиков. Дороговатая благотворительность.

— Вообще не она. Того стоит. Потом разъясню. Сейчас поехали. Время — жизнь.

Оглянувшись на уже рассевшихся на прицепе четверых пассажиров, вцепившихся побелевшими пальцами в бортики, он нырнул в бронедверь.

Броневик не без гоночного изящества развернулся и набирая скорость поехал в обратный путь. Этакий чугунный танцор в дальнем забеге.

На те несколько сотен метров, которые рейд проехал до памятного магазина, тварей им по пути не встретилось. Хотя люди с открытых мест уже куда-то делись. Улица опустела.

— Кхм, перерождение уже массово пошло? Что думаешь? — Радар окликнул водителя по внутренней связи.

— Может быть. Разные бывают психозы. Но рановато еще. Здесь на это нужно хотя бы часов четыре пять. Скорее крупный зверяк пробежал. Тоже хватило бы по уши.

Тормоза скрипнули.

— Так. Трот, сиди в кабине. Чур давай за пулемет. Хоть как-то если что. Я побежал.

Радар выпрыгнул перед прицепом.

— Вы четверо, берете вот из этого штабеля ящики и тащите в ту дверь. Бегом, если жить охота. — Рейдер напряженно озирался, в полную силу используя дар и бинокль,

Поблизости никого не было, даже в магазине было пусто. Видимо продавец, когда ему стало плохо, рванул за помощью и медициной, даже не подумав запереть за собой дверь.

…Себя то помнишь? Вот ты много тогда думал…

Надев на левую руку три рулона скотча, видимо использовавшегося здесь для упаковки товара, он смотрел как ящик за ящиком сгружаются позади прилавка. Потом ткнул рукой в проем входа бронедвери.

— Всё, хватит. Один сидит, трое стоят. Можете меняться. У нас не такси — комфорт в условия не входит.

Еще раз оглянувшись, Радар хмыкнул.

— Тиха над нашим Ульем ночь, но сало лучше перепрячем. — Он плотно закрыл дверь магазина и запрыгнул следом за новыми пассажирами. Залезая обратно на свое место пулеметчика, рейдер скинул скотч Чуру.

— Если кто-то теряет сознание — сматываешь руки ноги. Понял?

— Понял.

Дальнейший поход был напряженно — скучен. Как стояние за станком рабочего. Как езда дальнобойщика. Напряженное внимание и скука — практически работа. Лишь спустя какое-то время внизу послышалась возня, впрочем, быстро прекратившаяся. Потом опять.

Броневик встал. Это была автостоянка в нескольких часах езды от перезагрузившегося кластера. Сюда было решено переехать после рейда — за большую вероятность возможности до сливать горючего.

Радар глянул вниз — двое «покупателей» плотно перевязанные скотчем, конвульсивно — бессмысленными движениями насекомых дергались на дне броневика.

— Скотча ты явно не пожалел. Руки, ноги и рот в несколько слоев — иш ты…

— Так они ж не просто в горло полезут- они кусаться будут. Я такое видел уже…Не хочу больше.

— Ясно, вылазим все. Тут привал — едим, спим, отдыхаем.

Местом стоянки рейдеров стала относительно недавно перезагрузившаяся автостоянка. Следов охраны не было, ушли ли они как зараженные, или еще в своем уме — но люди явно просто ушли своими ногами.

Двухэтажная обзорная будка — башня, как нельзя лучше подошла для лагеря. Вид на неказистые двухэтажки и пустыри не слишком радовал глаз, но давал неплохие шансы засечь любого гостя. Стол на втором этаже, со стульями вокруг — стал обеденным. Трот и Чур с явным удовольствием расселись, с ясноглазым детским кайфом изучая свои новенькие карабины с оптикой. То один, то другой брал, пушку из угла и начинал рассматривать.

На столе стояли консервы, сухие хлебцы в полиэтилене и чай, гретый на спиртовке. Ужин не лучший, но и далеко не худший.

Радар молча рубал свой тушняк пластиковой вилкой, искоса поглядывая на двоих свежаков. Потом отставил банку.

— Вот теперь я реально понимаю то кафе на стабе. Этак то оказывается, что цены у них божеские. Пожрать так, что придется, пару тройку неделек — и за человеческую еду от хорошего повара отвалишь и куда побольше.

Свежаки отмалчивались за своими консервами, подавленно уйдя в себя. Один из оставшихся был седой невысокий и худой мужик лет за пятьдесят, другой — тот же продавец в рубашке с бейджем. Здесь, среди пустых построек и нежилого духа, он смотрелся, как голый босой негр в бусах — в центральной библиотеке, а то и на космодроме.

Рейдер дурашливо продолжил

— Орлы, кто скажет, какой самый крутой трофей в нашем рейде мы взяли? Вот эти ваши железяки — это фигня на самом деле. Честно — честно.

Из них всё одно стрелять — только делу вредить. Потому, как на выстрел запросто прибежит рубер, стая руберов, а то и элита. В броневике может живы и будем, но охота точно накроется. А уж тебе, Чур, стоит и вообще пушку отставить. Карабин не мелкашка, что бы попадать во что то — уметь надо.

Чур набычился.

— Научусь.

— Где научишься? На какие патроны? Два патрона- один споран, если кто забыл. Это стрелы у нас самодельные, да с выниманием, а патроны надо где-то добывать.

Трот хмыкнул. — Учиться это да, дорого. Но насчет шума, тут ошибаешься. На многих стабах есть умельцы по части самопальных глушаков. Спроси при случае. Не везде конечно — но далеко не редкость.

— Спрошу. Пре непременно. А пока — зацените мой гений. Вот он наш бесценный мега трофей. Что бы вы без меня делали. — Радар жестом фокусника вынул из карманчика колоду сувенирных карт, видимо подрезанных в том же магазине.

— Кто во что умеет?

Короткая дискуссия пришла к тому что в «дурака» умели все, включая Чура и свежаков.

Экс-студент продолжал веселиться.

— Да здравствует, самое узнаваемое явление Вселенной и игра его имени, Слава им во всех мирах. Давайте радоваться. Я сдаю.

Сдача следовала за сдачей. Компания вопреки всему втягивалась во всепоглощающий кайф азарта.

Неожиданно парень продавец хрипло выдавил

— Что-то мне… — и без сознания осел ничком на стол.

— Чур, пакуй. Это у тебя лихо выходит.

— Куда его потом?

— На первый этаж. К двум другим «куколкам». Посмотрим, может в себя придет человеком. Заодно проверь состояние других. На всякий случай.

Через десяток минут рейдер вернулся.

— Все нормально.

— Поехали дальше. Сдаю.

Еще несколько конов — и седой мужик, оцепенело закрыв глаза, откинулся назад к стене.

— Всё пакуй и этого. — Радар устало хлопнул свои карты на стол. Он больше не улыбался.

Трот сделал то же самое. — Ну? Мон женераль, может теперь объяснитесь?

— Что объяснять? Почему я не хотел говорить людям что им светит в течение — часа, двух? Тяжеловат вышел бы разговор, с непредсказуемым развитием — и абсолютно бесполезный.

— Нет. Это я как раз понял. Лихо ты сработал. Красава. Красава. Я про то зачем всё это вообще?

Чур закончивший делать скотч мумию тоже поднял удивленное лицо.

— Мне тоже интересно. Когда я приходил в себя на свежем кластере, я встретил там группу рейдеров на такой специальной машине. Вроде обычного микроавтобуса, только явно обваренного броней и шипами.

Я просил их о помощи, но всё что получил указание идти…Подальше. Если жить хочу. Даже направление к стабу не дали. Шикса.

Почему они не стали помогать? Почему это сделал ты, причем в большой убыток себе?

— Они не стали — потому что тупое быдло, с мышлением рыбки в аквариуме. В голову в основном едят, еще иногда пьют. Что б ею песни петь или кирпичи разбивать — так это уже следующая ступень развития — практически гениальность.

По жизни такое далеко не всегда лузеры, но выше своего потолка им делать нечего. И имеют такие от жизни — то что им полагается.

Что до второго вопроса, то тут ты его задал уже неправильно. Мы не в убытке. Если хотя бы один из свежаков оклемается, у нас в руках будет шанс на дар.

Дар — он ведь разный бывает. В том числе КСЕР, МЕНТАТ, ЛЕКАРЬ и некоторые другие.

Если у тебя есть хотя бы один споран в резерве — отчего бы не сыграть в эту игру? А если ты не печальный лузер — он у тебя есть. Если еще голова есть- то есть и понимание, что и чего стоит на перспективу… Ставка и возможный выигрыш — понятен?

Трот хлопнул себя ладонью по лицу, скривившись как от зубной боли.

— Это должен был сообразить я. Я же помню …

— Если бы соображал — был бы главным. Слушайте дальше. Кроме дара свежак — это еще и навыки. Стрельба или руки из нужно места для техника.

Вот если б ты, Чур хорошо с пулеметом управлялся, так это бы решило многие вопросы. Но чего нет — того нет.

Так что проверить на навыки — это вторая лотерея.

Но даже если новичок окажется полным нолем, пусть еще и с характером принцессы — гопника, то его можно запросто сбросить, под небольшой долг, на стабе. В памятном кафе такого вполне бы взяли. Это нам на броневик такое не треба, а тому же Смайлу вполне сойдет.

Один споран в минус — пять в плюс. Не самая плохая арифметика.

Что до убытков от груза…То не должно быть убытков. Я посмотрел сколько там машин вдоль улиц стояло — при таком количестве горючего нам самый резон туда вернуться, для охоты. Заедем мы туда дня через три, как рейдерская суета спадет.

А если уж возвращаться, то и заначку мы заберем.

Но даже если… Не пофартит, на все воля Улья, Трот помнишь наш разговор? Я скорбеть не стану. Шесть ящиков грошовая цена, за то, что знаешь, что сделал то, что ты мог сделать. Более чем не последние шесть ящиков.

Трот с каменным лицом очень медленно кивнул. — Эти три дня мы тут будем пережидать?

— Зачем? Нам надо сбыть лишку патронов, снаряги, стволов. Нам нужно бухла на живчик и еды бы. До дна запасов еще далеко — это хорошо. Но зачем доводить до дна? Глушаки, про которые ты говорил, тоже было бы неплохо добыть.

— Значит едем к стабу.

— Именно. Я смотрел карты. Стаб Остров первый кандидат. Что о нем знаешь?

— Невелик по размерам и численности. Хорошо защищен. По местным меркам — до чистоплюйства приличное место. Торговля неплохая, но достаточно дорогого уровня. Это всё что знаю. — Экс мур слабо скривился.

— Вот и поглядим. Езды туда ближе чем к Санаторию — но почищенный нами сегмент точно не их делянка. Сбудем товар и через эту же автостоянку опять на охоту. Набьём споранов, загрузимся там же горючкой — и в путь. Так лучше, чем по первоначальному плану — меньше загруза. Прощай, труба зовет, солдаты в поход.

Чур, харе прохлаждаться, тащи вниз нашего гостя и возвращайся, еще сыграем пару конов.

— С «постояльцами» что хочешь?

— А чего с ними? Скинем по пути и все. Даже освободим частично. Возиться с забиванием лишний труд, к тому же хлопотный — один запах крови чего стоит. Или есть интересные идеи?

— Нет. Пожалуй, что. Так хорошо.

Сыграли еще несколько партий. Наконец, Радар налили себе стопку живчика. Выпил залпом.

— Рядовой, проверь наших «куколок», да давайте решать с ночевкой.

С лестницы появился Чур с неописуемой улыбочкой.

— Этот …шал. Седой, который, остался в уме.

— Что ж…Пойдем на поглядеть. — Экс студент натянул защитное кепи висевшее на гвозде и полез по лестнице вниз.

Трое валявшихся мумиями свежаков, пялились одинаково бессмысленными взглядами пустых гляделок. А вот взгляд серо голубых глаз мужика, пол часа как отправленного вниз, был вполне разумен.

Радар вынул узкий нож из ножен на поясе и аккуратно, но не слишком, стал снимать скотч с головы и рта.

— С крещением, новичок. Руки давай. Повезло тебе ты остался живым и в здравом уме. Или не повезло — теперь тебе придется выживать дальше.

Трот задумчиво поднял палец вверх.

— Живые периодически завидуют мертвым. Но только у нас в мире для этого на несколько причин меньше.

Уразумей. Теперь тебе не грозит ни геморрой, ни простатит, ни возрастная деменция — живи себе, сколько сумеешь. Молодым и счастливым. Всё для счастья на халяву, с единственным незначительным пунктиком. То есть — пока тебя не пустит на тушняк один из веселых аборигенов. Ты их видел.

А момент этого веселого события во многом зависит от тебя. Так что уж постарайся быть полезным — нам, чтобы не отправиться — к ним.

Радар грустно смотрел на дергавшегося, перемотанного скотчем парня.

— Жаль. Очень жаль, по характеру, по задаткам…Я хотел бы что бы ты был в нашей банде. Увы… Все под Ульем ходим — Он перевел взгляд на мужика, офигело растиравшего запястья.

— Рядовой, ты стрелять умеешь?

Тот ответил совершенно очумевшим взглядом

— Я охотник. Да. Много лет. Да. Хорошо. Очень хорошо.

Радар посмотрел в окно на заходящее солнце. Уже темнело и тени удлинялись.

— Сержант Трот, принимай второго бойца. Дай живца ему. Сам прими и Чуру то ж чуток. Инструктаж наскоро — то же на тебе. Крестить будем завтра.

Всем располагаться спать. Я в броневик, в кузов. Кто хочет может в броневик. Кто хочет здесь, на втором этаже. Эти — пусть лежат до утра внизу, силы освободится у них пока нет. — Рейдер стал разворачиваться что бы уходить. Тени на его лице сложились в маску смертельной усталости.

Глава 8

Утро, как это часто бывает, вышло свежее и оптимистичнее вечера. Местом сбора и подготовки к выезду стал тот же второй этаж здания охраны. Ночевавшие здесь же Чур и новичок умывались водой из большой бутыли, сливая друг другу на руки. Пара коротких диванов вдоль стен, похоже обеспечили им вполне комфортную ночевку. Трот потягиваясь вылез из кабины броневика. Радар притащил еду на всех из кузова.

Приведение себя в порядок и подготовка к еде как-то настраивали на оптимизм. Было в этом что-то опорное в мире ненадежного безумия.

За едой седой «салага» стал как-то нехорошо тих и молчалив. Даже не задавал вопросов по Улью. Радар пристально «продавил» его взглядом.

— Зря ты, свежак, так грузишься. Перспектива вечной жизни это тебе не хухры мухры. Да за твоё новое здоровье дофига народу продали бы душу дьяволу, уж в наше пекло то бежали бы вперед паровоза толкаясь локтями. И не только диабетики и раковые.

Тот вяло кивнул.

Рейдер напористо продолжил

— Исповедуйся, что тебе душу гложет?

— Семья у меня там осталась. Все там. Я здесь. По рассказам — обратного пути отсюда нет. Значит — навсегда. — Он кинул быстрый взгляд на Трота.

— Ах это… Не слышал я что бы кто-то отсюда выбрался. С этим у нас покруче Ада. Оттуда один парень таки по легендам вылазил. Тот, который воскрес по Писанию…

Ты весь рассказ запомнил? Про перезагрузку особенно?

— Слышал. Это когда вновь и вновь появляется кусок земли и все что на нем.

— Вот. И всё что на нём. Ты можешь вот эту консерву (он ткнул пальцем на банку на столе) съесть два раза? Вот эту же самую? Целиком?

— Нет. Я не… Это что?

— Это то. То самое. Я никогда не дружил с математикой. И уж тем более карьера логика и философа — это как-то не моя карьера. Только очень уж вопрос шкурный и конкретный.

Если в одном месте раз за разом появляется предмет, который оттуда забирается и расходуется — значит появляющийся там предмет не тот же самый. Даже если выглядит абсолютно также.

Даже если он…говорит, думает и ругается матом.

Он растянул губы в клоунской резиновой улыбке при мрачном взгляде.

— Я не сразу это понял. Потом стал прикидывать одно — другое. Не складывалось. Не выходит. Нельзя вот так вырывать куски из мира, раз за разом и что бы без шумихи на весь свет. Не выйдет такое утаить. Потом сообразил, что перезагружаются одни и те же объекты. Одни и те же, во имя Всего!!! Значит это копии. Значит и люди — тоже…

Значит, на самом деле, каждый из нас, не тот, кто шел по своим делам в тот день.

Разум память, тело, вплоть до детских шрамов и болячек — всё как у того, но человек другой. Мы лишь копии тех, кто попал под …под это.

Радар выдохнул после эмоциональной напористой скороговорки и слегка откинулся назад.

— Так что расслабься, мужик. Твоя семья в полном порядке, как и ты сам. Где-то там, где не здесь. Живут себе и в ус не дуют.

Считай, что ты получил запредельно увлекательный шанс сыграть в азартную игру. Минусы — жизнь только одна, а умирать так же больно, как и в прошлом.

Он задумчиво вильнул взглядом. — Спеком разве что упороться…Но, пока ты жив — ты еще способен побеждать. Жрать вкусное и любить себя красивого — духовно, разумеется. — Рейдер сопроводил слова ехидной гримасой. — В общем все радости бытия, только острее чем в прошлой жизни, без тормозов и с бесконечным временем.

Это тебе не пресная каша твоей прошлой жизни… А- бордель, еще надо будет посетить, а то я еще не уверен насчет этого, как — то оно здесь?

Перехватив встречный взгляд новичка, он продолжил.

— Еще большой плюс — голову здесь никто не лечит. Разве что откусыванием по самый зад. Эт — запросто. Но и проблемой это не является, потому как все мы тут такие в той или иной мере.

Так что некуда нам назад. Только вперед. Позади не просто корабли сожжены — их никогда и не было. Вперед к победам.

Мужик как-то качнулся, переваривая услышанное.

— Всё-таки как…Как такое возможно?

— Колдунство. Офигительно могучее. Или технология — уровня «почти бог». Тебе от этого жарко или холодно? Никто не знает. Забей и ты.

Вот что нужно, так это тебя окрестить. Есть тут такой обычай. А местные обычаи по возможности стоит уважать везде. Как тебя по паспорту?

— Михаил.

— Как мы тебя звать то будем… Охотником? Стрелком… Все не то. Хорошее имечко должно как вторая кожа сесть. Побегай пару дней, прояви себя чуток, тогда и окрестим.

Пока — вот тебе стопка живца. (Он вынул маленькую плоскую флягу из внутреннего кармана) Это мой лучший, на коньяке. Тебе как свежаку, надо. И гоп- гоп, время — жизнь. Пора на коня.

Когда все уже загружались в броневик Трот остановил Радара и как-то очень тихо спросил.

— Ты и правда веришь, в то что говорил?

— Сложный вопрос. Что-то такое должно быть. И еще что-то должно быть со всем этим миром — иначе внешники таскали бы не только наш ливер, но и золото-бриллианты телегами.

Сейчас нам надо выживать, а это плохо получается под тяжесть сложных мыслей и депрессухи. Так что — едем.

Броневик довольно тихо, но с неплохой скоростью, шелестел по дороге на северо — запад. По обочинам дороги мелькали густо заросшие травой пустыри. У маленькой цепочки одноэтажных разбитых домов вдоль пути тусовались пятеро уже неплохо развитых тварей. Они бессмысленно переминались с носка на пятку, даже не делая попытки спрятаться.

— Это медленный кластер, окраина то ли города, то ли поселка, чего здесь делать этим? Ни тебе вкусных свежаков, ни рейдеров, забежавших за хабаром… Трот? Мысли есть?

— Шум на дороге. Запахи живых. Видать не так редко здесь живое мясо ходит да ездит. Легковушку таким трудновато промыслить, хотя если повезет им, а не рейдерам, может и выйти. Вот пешего или велосипедиста- вполне. Так что — просто ждать, потом бежать. Не слишком сложно, но неплохо работает. Обычное дело для таких.

— Трот, на пару десятков метров подъедешь и, чуть бортом развернись к этим. Вы, двое, из арбалетов работайте через щели.

Чур и новичок стали быстро крутить колеса взведения. Твари без спешки, но заинтересованно и бодро затопали к вставшему наискось дороги броневику.

Дзн. Дзн. Через щели ударили две стрелы. Одна свистнула над плечом набирающего разбег урода. Вторая ударила точно в середину груди другому. Удар был силен — тварь опрокинуло навзничь.

Дзн. Дзн. Вторая пара стрел вылетела уже почти в упор. Один бронезомбак получил стрелу в бок, провернулся и упал от удара. Второй поймав стальной штырь под горло — и отброшенным мясным мешком отлетел в сторону.

Оставшиеся двое стали долбить по обшивке. Грохот внутри был почти невыносим.

— Черт, их не видно. Они не попадаются под щели. Что делать? — Голос новичка через грохот, был еще не напуганным, но растерянным.

Радар, сидевший в пулеметной башне, скривил лицо.

— Трот, дай по газам вперед. Чуть оторвешься, опять так же развернись.

— Есть — Броневик выехал вперед, делая крюк.

Дзн. Дзн. Две последних целых твари, бежавших следом по дороге, свалились со стрелами в корпусе.

Еще одна, сгорбившись со стрелой в боку, ковыляла следом.

Дзн. Дзн. Одна стрела прошла мимо. Еще одна попала в шею под челюстью. Урод свалился и несколько раз дернувшись затих.

— Вот молодцы, банда. Хвалю. Хорошо отработали. Так мы их и будем промышлять.

Чур, хватаешь сумку и вперед. Сначала — режь мешки, потом будешь вынимать стрелы.

— Может я тоже? Я умею разделывать добычу, быстрее выйдет.

— Может и быстрее, но двое в прикрытии лучше одного. Держишь сектор позади меня и тщательно.

Чур спрыгнул из люка, с ножом в одной руке и матерчатой сумкой авоськой, с логотипом торговой сети в другой.

…Маньяк — покупатель в магазине. Особо злобный, нах… Радар мысленно улыбнулся представленной картинке. С автоматом наперевес и биноклем на груди он выпрыгнул следом. За ним последовал седой «салага» с арбалетом в руках. Он и без приказа не забыл навесить на плечо свой карабин.

Повторное использование дара и бинокля не показало тварей вокруг. Снаружи обзор был конечно удобнее, чем из башни, но результат был тот же — ни души до горизонта.

Михаил нервно огляделся.

— Что высматривать то?

— Да что угодно. От бегущего в нашу сторону урода любого вида, до летящего по небу беспилотника. Эти здесь бывают не так часто, но тоже бывают. Едущая машина других рейдеров — тоже может быть опасной.

Быстрая, нервная и деловитая работа уложилась в битых полчаса. И — сумка с драгоценным грузом вместе с рейдерами скрылась в люке.

Чур нервно оглянулся назад.

— Может тела скинем хотя бы с дороги?

— Да, пёс с ними, пусть их Улей хоронит. Поехали.

Почему стаб получил название «остров», при том что моря или хоть чего-то более-менее серьезного с водой, на карте не было, стало понятно уже при подъезде.

Экс студент присвистнул.

— Тормозни. Он стал увлеченно разглядывать открывшуюся картинку.

Небольшая речушка была отведена в бетонированный канал. Канал образовывал многометровый ромб, поблескивавший голубизной отраженного неба. Над ним возвышался искусственный холм. На холме, блестевшем какой-то каменной облицовкой, возвышались здания в несколько этажей.

— Иш ты… Там на реке пониже рва, что-то вроде мельничного колеса. Видать им этот канал кроме защиты, еще и запруда для рабочей механики. — Он опять жадно приник к биноклю. — Муравейник, натурально муравейник в Улье…Сколько же здесь поместится…Человек пятьсот не больше. Невелика деревня вообще то.

Слушай, а здесь зима бывает?

— Не видел.

— Тогда ребята укреплены почти идеально. Этот канал остановит любую стаю зараженных. Интересно элитник сможет что-то в таком раскладе? Хорошо, очень хорошо — это куда лучше мин.

— Угу. А придут внешники и им в том канале можно будет только утопиться всем. Потому что быстро сбежать — это лучшая защита рейдера. Единственная работающая от любого врага. — Скептицизм тона не заглушался ни двигателем, ни внутренней связью, позволявшей Троту говорить, не оборачиваясь из кабины.

— Какую-то хитрость для быстрого побега, они скорее всего имеют. Да и добраться до них не будет легко даже внешникам. Ты смотри по сторонам, все же зачищено как стол, до горизонта. И дар выдает, что обзорных точек у них побольше чем в том Санатории. Серьезно люди относятся к безопасности.

Если так, не удивлюсь если там есть что то, на все случаи, от арт удара до налета беспилотников с боевой химией…Мммм. Не зря это один из старых стабов.

— Старый. И реально богатый. Но очень непростой и с непростыми людьми.

— Это то понятно. Окей. Там на дороге явно автостоянка с КПП. Трот, давай в кузов, к пулемету. Я за руль. Переговоры веду я. Вам всем сидеть, как мыши под веником.

Бронемашина выехала к шлагбауму с будкой. Молодой парень в зеленом камуфляже, с автоматом за плечом, вышел навстречу. Он спокойно заглянул в кабину.

— Кто такие? Цель визита?

— Рейдеры. Цель — продать патроны и часть оружия. Есть здесь на этот товар покупатель?

— На такой товар покупатель есть всегда и везде. Хотя не у всех и не всегда есть спораны что бы оплатить покупку. У нас — есть.

Порядки наши такие. Ставишь технику снаружи. Потом идешь внутрь договариваться. Если договариваетесь — покупатель выходит смотреть товар, спускает грузовую телегу и забирает груз.

Кто у тебя внутри есть?

— Мои люди, но они в стаб не идут. Так что их можно не проверять.

— Ладно, выруливай на стоянку.

Снаружи была обустроена тоже бетонированная крытая автостоянка и коробки домов мотельного типа. Похоже, держать основную массу временных посетителей снаружи самого укрепления — было здесь нормой.

— При условии сделки со стабом, платы за стоянку и крышу не берем. — Парень что-то сказал по рации, вынув её из кармана.

Мост для входа натурально откинулся, как в средневековом замке. Впрочем, в отличие от средневекового, этот был мало того, что невелик, так еще и под углом, так что по нему приходилось натурально подниматься.

Радар заглянул в кузов.

— Сидите аккуратно. Вряд ли вас будут проверять или пытаться угнать броневик…Но возможны случайности. Так что если выходить — то только по нужде, недалеко и по одному. Меня может не быть день — два.

Он закинул рюкзак за спину и насвистывая начал подниматься по мосту.

В тени входа, сзади выступило два бойца в камуфляже, брониках, и касках с прозрачным забралом какого-то футуристического вида.

— Ну что, гость дорогой, с начала к ментату, а потом к твоим услугам всё — от оружейной лавки, до борделя.

— У вас и бордель есть?

— Лучший в округе. Были бы спораны, цены — от пятидесяти за посещение. По часам не считаем — наш стиль.

Ментат — пухлый, молодой, голубоглазый парень в майке и туристических шортах был внешне ни в чем не похож на памятного Каа… И все же была в нем какая-то неуловимая печать профессии …Наводившая на мысль, что молодое лицо — на деле лишь одно из свойств Улья.

Он равнодушно задавал все те же знакомо скучные вопросы…

Через пару часов Радар сошел по мосту в обществе невыразительного мужика в камуфляже. Тот, оценивающе вертя стриженной под ноль головой, сосчитал и проверил содержимое прицепа, и то что ему вынесли Чур и Михаил.

Цена, которую он назвал, была неожиданно значительно выше того, что собирался требовать рейдер. Радар прикидывал в уме, что, пожалуй, лучше не накидывать, согласился, напряженно пытаясь понять причину.

…Что это? Почему? На Санатории цены ниже, тогда почему поставки оттуда их не сбили?..

Торговец, деловито припахал несколько ребят из охраны и сгрузив товар на тачки, выкаченные из сарая неподалеку, уволок добычу в «муравейник».

— Что ж, вы тут расслабляйтесь, но в меру и с остережением… А я пожалуй схожу в самое, значит информативное тут место. Где-то на полдня. Что-то тут не то …И важное… — Радар развернулся и пошел за торговцем. Двое рейдеров смотрели ему в спину, с серьезными минами. Трот — со своей кривой солидольной улыбочкой.

Когда, парень ввалился в люк через полдня, явно усталый, но довольный и с неуловимо просветлевшим лицом, его встретили три пары заинтересованных глаз.

— Всё узнал, что хотел и больше. Стоило правда это не дёшево. Но — это того стоило… Пересказывать правда некоторые детали не буду.

Чур непонимающе сморщился.

— Ну если такой герой, то чего бы и не пересказать?

— Понимаешь, плохо делать дело — бога нервировать, а хорошо делать…Хорошо пересказывать…Так я аплодисменты люблю, а тут их не выйдет. — Он перехватил непонимающий взгляд. — Ну не выйдет одной рукой аплодировать. -

Махнул рукой, он плюхнулся на откинутый от стенки лежак, с удовольствием растянувшись.

Трот махнул рукой.

— Да, в бордель он просто ходил. Оно и к лучшему. Как способ улучшить состояние без запоя — сойдет.

— Что значит «просто ходил»? Очень непросто. Девочкам, я значит постарался угодить словом и делом, да на карман, а взамен поспрашивал много чего. Знают они тут — ой как многое.

— И что же они тебе поведали?

— С того направления, с которого мы подъехали, завелась особо хитрая кодла зомбаков. В ней как минимум несколько элитников. Причем работают эти достойные дети Улья, как хорошие партизаны. Ставят небольшие патрули тварей поменьше вперед, а сами даже не появляются в поле зрения.

Вот если те чего поймают или их стрелять начнут, вот тогда они издалека поглядывают.

А твари реально сильные. Они несколько укрепленных машин разорвали. Это, не считая тех, кого сожрали просто так. Этих и не сочтешь толком. Их пытались завалить с бронетехники. Не вышло. «Заслон» полег, а головка ушла. Их пытались затравить отрядом с прокаченными дарами… Та же история.

Для торговли очень плохо — не считая расходов на отряды, они же перекрывают сам путь.

Так что мы сработали очень на руку этому стабу. Вырезали один из вражьих «патрулей» … Интересно, элитники нас не засекли, потому что мы работали арбалетами? Или засекли, но решили не приближаться к броневику? Если последнее, то твари жестко опасные, потому что тогда значит- они нас видели — мы их нет. И дар не спасает.

С другого направления что-то озверели атомиты, начали делать налеты на дороги куда раньше не совались. Про атомитов мне пришлось послушать много. Я про такое раньше и не слышал.

Трот чуть поднял подбородок — Слышал я про такое, но послушаю еще.

Чур заинтересованно развернул лицо.

— Я, про такое, вообще не в теме.

Радар устроился полулёжа.

— Значит так, есть тут севернее группа кластеров, зараженных радиацией… С перезагрузки прилетает АЭС и периодически случается выброс…

Лучевой болезни у иммунных не бывает, но при серьезной дозе особенно если получить вовнутрь с фонящей пылью через дыхание или с водой, начинается неприятное. Что-то ломается в этом местном хреномистическом механизме, который есть во всех нас. Тело остается в остальном прежним, в отличие от квазов, а вот мозги «плывут». Получается нечто вроде тварей, но со способностями людей. Самые опасные из которых- это думать и стрелять.

Зовется это зверье атомитами. В основном они просто тупые каннибалы, малочисленные, неорганизованные и мало на что способные. Но в последнее время что-то случилось неудачное и они стали представлять проблему. Видать, случайно как-то, большая толпа под заражение угодила.

Так что несколько шаек начали нападать не только на отдельных рейдеров, но и на команды.

Трот скептически наклонил голову набок.

— Много тебе на рассказали. Добавлю и я чуток, чего слышал. За атомитов мне послушать довелось и, на то есть причины. В краях тех, кроме прочего, много и обычных тварей, вот они тоже попадают под изменения. То, что злобней и шустрей, это важно. Но важнее то, что спораны с тех зараженных куда мощнее обычных, спек — ядреней. Вот и гляди — охотничьи угодья куда не каждый полезет, а добыча очень жирна. Для тех, кто способен грамотно снарядиться и толково вооружиться — тема золотая.

Но, как всегда — где золото, там и геморроя до смерти. Буквально. Этим геморроем, хорошо знакомым всем, кто работал в тех краях — и работают атомиты. Адмиральские туда тоже посылали рейды- и вполне успешно. Так что знаю тему.

Башка у атомита реально кое в чем ближе к зараженному, это так. Оттого начинающий уродец, тянет от силы разве что на тупого маньяка. И оружие ему не особенно в помощь. Вот только… Они же развиваются, как и все мы здесь. Развиваются — и разумом, и дарами.

И, важное свойство этих поганцев, пунктик, мелкий текст — это то что эти развиваются не только на горохе, как мы. Но и на мясе- как зараженные. Опять же трясучка от сидения на неподвижном сегменте их так не изводит.

Смекаете что выходит? Да, их немного, в том числе потому, что мало кто переживает начальную ступень. А долбят их все, включая внешников и муров. Но те, кто выживает, раскачиваются так, что и среди стронгов таких единицы. И еще стронги не могут управлять стаей как зараженные. Нимфы разве…Но нимфы это всё же другое. В драке так координировать, я не слышал, что б кто-то мог.

Так что такая стая, которую дар держит воедино, круче радиосвязи, усиленная пачкой способностей — реально выносит хоть элитников, хоть рейдеров на бронетехнике, хоть бойцовый отряды стронгов, хоть охотничьи колонны внешников. И это только начало… Потому что потом, получив снаряжение разделанных…Они ведь вполне так лихо всем этим пользуются.

— Бррр. Если всё так страшно, чего ж они еще всех не сожрали? — Радар неуверенно улыбнулся.

— Ну, от массированного налета тяжелых беспилотников, может помочь только невстреча. Есть и свои секретные приёмы, типо ломик в рукаве у других группировок. Прореживают их.

Главное же то что атомитов — МАЛО. Ведь клепаются они только на зараженных радиацией кластерах. Во врагах имеют вообще всех. Между безмоглым самоубийцей и развитым кошмаром промежутка почти не имеют, как зараженные, например.

Вот только это не мешает им периодически, с жестокой эффективностью выносить кого получится. С мозгами у них сложно, оттого я не слышал, что бы с ними кто-то мог договориться. Потому знают о том, как у них внутри мало. Но то что там, кроме тупого мяса, более чем достаточно люто разумных скотов, владеющих кроме звериной хитрости, вполне человеческим планированием и ххх оружием все, кому надо, знают.

Так что, если на Острове, говорят о том, что у них проблемы с атомитами — это что-то серьезное. Смертельно серьезное.

— А я о чём? Го… — лицо Радара неожиданно свело параличом. Он попытался вскочить с лежака. Не вышло. Всё тело от пяток до лица было деревянным. Кое как получалось разве что дышать и моргать. Даже повернуть голову не вышло, лишь с усилием, скосить глаза. Похоже, так же выморозило всю компанию — кого лёжа, кого, как его и Трота полусидя.

…Подняться. Говорить. Не выходит. Ничего не выходит. Что это?!..

Люк броневика был закрыт изнутри на специальный замок с фиксатором, препятствующем попыткам грубого выламывания — даже с чудовищной силой. Этот замок издал металлический скрежет и лязг, а потом явно, на слух (взгляд был в другую сторону) открылся. Люк откинулся наружу. Внутрь влез человек одетый в своеобразный футуристический бронекостюм. Голова была в шлеме с непроницаемым темным стеклом закрывающем лицо. Потом второй такой же.

Они подняли негнущегося Трота с лежака и разворачивая, как мебель в узком проходе, вытащили наружу. Потом Чура и остальных. Тела во всё тех же заморожено- деревянных позах по прислоняли к ограде стоянки.

Зрелище было дикое. Паралич немного ослаб и чуть повернув голову Радар увидел, как пятерка серых, в темных разводах «бронекостюмных» выравнивается в неровную линию перед подходящим шестым.

Тот неспешным и уверенным, хозяйским шагом подошел к парализованным рейдерам. Теперь его можно было рассмотреть получше. Впечатляющий был кадр.

Немного ниже среднего роста, плечистый. Одет в броню изрядно отличную от прочих. Явно более тяжелую, но при этом без шлема. Выступающий ребром нагрудник чутку походил на кирасу. Та же темно серая в разводах раскраска и полное отсутствие каких-то знаков отличия вроде петлиц или нарисованных символов.

Голова его… Простецкое «рязанское» лицо с носом «картошкой» загорелое до черноты. Короткая, почти под ноль стрижка. Масть- рыжеватый шатен. Синие глубокие глаза. И губы… Жесткие, темные — как кора на столетнем дубе. Вишенкой на торте, была хамская козлиная борода, перевитая в тройной сплетенный жгут.

Бывают бороды окладистые — купцов и богачей. Бывают церемониально роскошные, холеные — у жрецов и попов. Бывают стильные, щегольские, «скандинавские», мусульманские и прочие. Так вот эта — была именно хамской козлиной бородой, человека, который делает то что ему удобно. И всё.

Каждая деталь в отдельности задерживала взгляд. Все вместе — вызывали оторопь.

— Давно в нашем крае муров не видано, не слыхано, а тут муров дух прямо в дом пришел. Что б мур, да на командирском коне, на середь нашего села заехал — такого еще не было. Уж думаю, может сам Адмирал на огонек решил зайти, гостем? Он такие шутки любил, что б лихо, да с пользой.

«Кадр» быстро мотнул головой на своих людей.

— Сколько у него таких машин?

— Три. У него, Грея и Секонда. Но сам знаешь — мог и еще разжиться.

— Наглость, она конечно, второе имя Фортуны, детское прозвище. Только сегодня она повернулась к тебе не передом. Ох, не передом.

На всякий зело прехитрый афедрон сыщется жезл должно взостренный. Ты что ж думал, никто не полезет вовнутрь проверять, кто ж тут в теремочке живет? А ежели сыщется такой, так вы враз уйдёте галопом с пулемётом.

Так что разведаете всё через сенса, да расспросы и героями вернётесь. Может и из развед техники что применяли?

Смело. Могло и сработать. Адмирал такие штуки завсегда умел и ценил. Я уж действительно подумал, не сам ли? Нет, вижу не он.

Раз уж вам так не свезло, и я тут, то пришло значит ваше время. Давай, очищай душу перед жизнью вечной.

Идиотизм ситуации, её нереальность, театральная гоголевская шиза пропитывали как дурной сон. Этот надтреснутый тенорок, эта дикая внешность дядьки, всё это было бы до колик смешно…

Если бы не прущая через край суть этой личности. В человеке всегда есть такая неуловимая картинка, которая складывается из мелких деталей. Мелких черт, лица движений, того мистического нечто, что называется энергетикой.

Вот не был этот тип смешным. Даже сидя голой жопой на еже, с кучей говна на голове, не был бы. Как грозный повелитель, даже в виде памятника, на котором есть потек птичьего дерьма, всё едино воспринимается отдельно, от того дерьма. И даже образом, беспомощной тенью себя былого, пугает до корчей и истерики своих врагов — тем образом силы, что был при жизни.

А этот не был тенью.

Полное отсутствие нормальной обывательской рыхлости души и тела. Сила. Внутренняя уверенность. Печать злого знания.

Таким мог бы быть, хотя и много мягче, ментовский волчара протравленный несколькими десятилетиями разбора Истины в человеческой гнили. Таким мог бы быть профессиональный головорез — диверсант. Или ловец диверсантов. Или истинно верующий, не важно в Господа или коммунизм, способный без истерики (свойственной фанатизму) и излома, голыми руками, остановить танк …

В общем коротко — этакая смесь не сказочного Отца инквизитора, Дикого тигра и Реально верующего.

Вроде как человек, но по ощущениям и вызываемым чувствам, на человека похож меньше, чем едущий на тебя в лоб танк.

Потому — смешно не было. Был реальный липкий, пробирающий нутро ужас.

«Дядька» сделал короткое движение ладонью — паралич отпустил. Только голову, но похоже у каждого из «замороженных». Он стоял напротив Трота.

— Рассказывай мур. Ясно и внятно. Как звать? Какой был план? Кто послал? Быстро, иначе ускорю.

Радар проглотил и завелся, накручивая себя в осознанную злую истерику.

— Оставь его. Это мой человек. Не мур. Был, теперь на меня работает. Если среди рейдеров прозвучит что на твоем стабе обижают честных торговцев попадешь на бабки.

— Тон неправильный. Угрожать старшим — хамство. Хамство наказуемо. — Он небрежно щелкнул пальцем по кончику носа рейдера. Несмотря на кажущуюся несерьезность жеста, боль была такая, что из глаз ручьем потекли слезы. Вернулся паралич. С трудом парень скосил глаза — кровь не пошла, уже легче.

— Итак? Почему это чадо считает себя за голову? Как тебя звать? Что планировали?

Трот повел шеей, разминая.

— У тебя ментат то при себе? Станера вы не забыли явно. Рассказец выйдет сложный, а у меня как назло ни видеокамеры, ни протокола с подписямой. Что-то доказывать, когда песня льется тенором, дело специфическое. Заскучаешь. Опять же потеряешь время. Или ты любитель этого? Я вишь весь нараспашку и о тебе забочусь, значит.

— Станер, слово нехорошее. Я василиск, и я же ведьмак — чтец.

— Намекаешь, что помнишь времена, когда рейдеров звали веселыми хватами?

— Помню времена, когда все мы звались вольными казаками. Хорошее было слово, правильное со всех сторон.

— Ясно…Слышал я, что ты в рейд ушел, да и пропал там. Далеко куда-то ходил, то ли в Пекло, то ли наоборот к внешке. Выходит, всё же вернулся.

— Узнал выходит. Вот люди твои, по лицам вижу — ни сном, ни духом. Что ж за атаман свою ватагу в темноте держит и тайны от своих имеет?

— Я не атаман. Это не разведка. Вот он и правда за главного. — Трот слабо качнул головой в сторону Радара.

— Может он и правда считает себя главным, но вашу историю расскажешь ты. Назовись. Откуда броневик? Откуда столько споранов у нескольких свежаков? — Рыжий чеканил слова жестким допросным тоном.

Радар с трудом, усилием воли и мышц продавил паралич.

— Трот, кто это?

— Это Дьяк, живая легенда и основатель стаба.

— Стронг?

— Намного старше и сильнее обычного стронга. Тебе лучше аккуратнее выбирать слова. У вас троих есть неплохие шансы уйти живыми.

Паралич еще ослаб…

— У нас троих? Этот дядя вообще че то попутал. Мы его стабу привезли ценный, конкретно нужный товар. Он чего? Он влез в чужой дом, чморит моих людей, угрожает.

Беспредельничает и при этом что-то там про хамство???

Броневик этот куплен на «Санатории». Тамошние его враз опознают в чужих руках. Это, если кто не понял, означает что наша пропажа враз выплывет. На его «Острове» нас тоже видели многие, а что знают двое, то знает и свинья.

Выплывет беспредел. Прозвучит эта тема везде и всюду. Кто ж тогда сюда товар повезет? Накроется его стаб рваной пилоткой.

Трот мой человек. И он мой водила и лекарь. Дядя, в седой древности, что не проходили, что такое колесничий на колеснице? Чего он стоит в банде, и вообще?

Давай уж лучше ты отъедешь, а мы великодушно будем молчать об этом наезде.

Дьяк с непроницаемым лицом махнул ладонью и рейдера крепко парализовало с так и открытым ртом. Теперь даже моргать требовало усилия.

— Теперь давай еще раз. Вопросы помнишь.

— По крещению я Трот. Так крещен после попадания, одним из людей Грея, и с тех пор имя не менял.

Вот этого молодого, еще свежака, привели к нам на ферму. Вроде его рейдер продал вместо крещения.

— Как звать того рейдера?

— Сделку крутил Грей, без меня. По словам молодого — звали Лаки.

День выдался тяжкий — на нас напала стая с парой элитников, неожиданно мелких, но очень паскудных. Пока их завалили — из банды в тридцать два рыла осталось двенадцать. К тому же Грею пришел заказ, из тех, которые надо выполнять «вчера» или сам пойдешь в «расходники».

В результате задолбались все. Этот, Лаки, сказал, что свежак безоружен- его и не проверили. В общем повели его к клеткам «расходников», без шмона, да в придачу по живости гнилой натуры чутку обошлись невежливо…

— Вы что сильного сенса собрались разделывать?

— Кто знал? Почти наверняка, после проверки дара, прокрутили бы крещение именем и кровью. А там уж — бабы и выпивка. Хороший сенс в рейде дорогого стоит. Это не считая, как было нужно пополнение после потерь.

Но я ж говорю — замотанность и скотство.

Стали его загонять в стойло, а он испугался и чисто в гангстерском боевичке положил конвойных прямо через куртку. Я оказался рядом… Посадил он меня в пустую клетку и стал выпускать «расходников». Их и осталось то трое.

Один из них, был с уже поехавшей крышей, и когда открылась дверь, так его толкнул, то тот навернулся, ударившись головой и отрубившись.

Расходник забрал автомат конвойного, положил во дворе Грея и еще кого-то из наших и угнал броневик. Я слышал, что кричали. Кто это видел попрыгали в тачки и дернули в погоню. Второй беглец обшмонал вот этого свежака, забрал второй автомат и пистолет из куртки, вместе с самим шмотом, вроде у него там еще какой-то хабар был — да отвалил по тихой. И псих тоже ушкандыбал.

Дьяк почти по-человечески заулыбался.

— Ну чисто балаган.

— Да, животики надорвешь. Потом этот парень пришел в себя, и мы с ним договорились убираться вместе. Очень мне не хотелось оставаться и отвечать за всё. Грей ведь у Адмирала в первых любимцах ходил.

— Грей? Разве Секонд уже не правая рука?

— Секонд больше боевик. Грей бизнесмен. Впрочем, теперь он уже просто покойник. Когда мы уходили с базы, он валялся в луже крови, и я, как лекарь говорю — помочь ему никто не мог.

— Лекарь, как ты, с таким даром, на разделке работал? Вашему брату и от меньшего крышу сносит.

— Убедил Грея, что забой «расходников» инъекцией спека улучшает качество товара. Это вообще то действительно так. Инъекции тоже делал не я. Блаженная смерть или помойная жизнь? Многие бы выбрали первое. Только вот на дозу спека у них всё равно бы не хватило — это адмиральским, внешники потроха зараженных отдавали просто как отходы производства.

Дальше — вот с этим парнем мы и работали. Крестил я его Радаром. Возвращаться к Адмиралу, я не мог, так что так и охотились. Парень смышленый, он соображал, как организовывать охоты и вышло хорошо — мы добыли немало гороху и даже жемчуг. Вот за этот жемчуг, на стабе «Санаторий», он и купил этот броневик.

— Стало быть к адмиралу ты вернуться не мог и не можешь?

— Не стану я к нему возвращаться.

— Последнее правда, а вот в первом ты врешь. Забыл с кем разговариваешь?

Даже без дара чтеца, я бы прикинул одно к другому. Зарезал бы ты сопляка во сне — и вернулся на броневике, да с хабаром. Месть за любимца и возврат броневика — Адмирал бы оценил не скупо.

— Не стану я этого делать.

— Как станешь?

— Если останусь жив, так и буду бегать в одной банде с «крестником».

— А после его смерти?

— Для начала, я сделаю всё что смогу, что бы её не случилось. Если этого окажется мало… Всё едино к мурам я не вернусь.

— Что, привязался к ребенку или чем-то муровская жизнь не сладка стала?

— Никогда и не была.

— Неужто милость Адмирала не сладка?

— Не работаю я больше на Адмирала и работать не стану.

— Ну это кому как нравится… Значит больше ты не работаешь ни с мурами, ни на муров и впредь не собираешься?

— Я не работаю, ни с мурами, ни на муров и впредь не собираюсь. Я не учувствую ни в каком скрытом бизнесе или интриге. — Лицо Трота было заморожено той гримасой равнодушной брезгливости, с какой матерый кошатник выносит лоток. Глаза его остекленело смотрели в одну точку.

Дьяк сделал подзывающий короткий жест ладонью одному из своих бойцов. Тот рывком оказался рядом. Перебивая пальцами бороду, он о чем-то очень тихо, почти в ухо его спросил. Боец так же тихо, наклонившись вплотную, ответил.

— Дело с вами ясное. — Темное лицо вроде даже улыбалось — улыбкой на коре старого дерева. Он легко, как бумажку, поднял Радара за ворот и поднес глаза в глаза.

— Что ты планировал после отъезда с «Острова»?

— Вернуться за заначкой и отбыть к Географу. Если выйдет, по пути настрелять зомбаков по удаче.

— По срокам, как? Сразу?

— Нет. Перезагрузка была два дня как. Надо еще день два выждать, что бы лишняя суета утихла.

— Два это мало. Надо три четыре. Побудете это время нашими гостями. Кров, трапеза и горячая баня за счет Острова. Если сговоримся — уйдете не только все и при своём, но и с прибытком. — Он не предлагал, он ставил в известность.

Резко развернувшись, Дьяк ушел. Задумчивые взгляды провожали мелькнувшую на мосте фигуру в доспехе. Рейдеры, неловко по оседав на бетон, разминали затекшие тушки с тихими ругательствами.

Глава 9

Спустя два дня…

Радар думал…

Клетушка где их поселили сильно напоминала плацкартный вагон. Почти те же размеры, сходная обстановка. Похоже было, что откидные полки в два этажа и стол затрофеили с пассажирского вагона. Немного непривычные материалы и дизайн — а в остальном вполне узнаваемо.

По сравнению с жесткой скамьей в броневике — райский комфорт. Так же как райское блаженство доставлял горячий душ, после недель сна в одежде и умывания из бутылки.

Книжек и телевизора здесь не водилось. Журналов с голыми девочками то же. Так что основным развлечением, не считая столовой — было стрельбище.

Стрелять можно было как из своего, так и из местного.

Радар забивал болт, раз за разом. Забивание болтов — в цель — способствовало примирению с вопросами без ответов. Толчок отдачи и очередная короткая стрела глубоко вошла в мишень из толстой резины.

… Дьяк отвалил и занялся чем-то более важным, чем добровольно — принудительные гости. Чур, рядом, умудрялся мазать даже в мишень. Нет у человека дара к стрельбе, от слова «совсем». Михаил равнодушно сажает стрелы рядом друг с другом в «десятку». В целом, молчаливый охотник выглядел уже намного лучше и телом, и душой. Поубавилось седины, стали легче движения. Жаль дар пока никак не проявился. Если душевная боль и тоска по былым близким его и мучили, то более он этого не показывал. Всё же приглядывать за ним стоило, не похоже было что бы он уже освоился, как Чур. Старик оставался всё таким же малообщительным и погруженным в своё.

Был, реально, был, свой жёсткий смысл в том, чтобы не тащить свежаков с перезагрузки. Кто выжил, сам добравшись до стаба, тот имеет свой конкретный, как паяльник в заднице, стержень. Жить хочет и может.

Когда сил и ресурсов для выживания самому в затык, не тратить их на того, кто тянет на дно — значит выживать. Впрочем, оставаться человеком в разумной доле, тоже имеет смысл. Кто напрягается — выживает и развивается. Кто не утруждается, тот подставляется и загибается. Напряжение — это тоже воля к жизни.

Так что …Следим за мужиком, чтобы не делал глупостей. Во всяком случае стрелок он отменный…

Трот, переговорив с приставленным сопровождающим, размещенным в соседней комнате-ячейке утопал в местные мастерские. Отдать должное сопровождающим, они были… тактичны. Кто знает, что такое реальная резкость в общении и ствол снятый с предохранителя, за спиной, тот ценит разницу, по сравнению с убранным стволом и вежливостью в глаза. Такая вот умеренно разговорчивая компания, водившая куда требуется, по муравейнику Острова, даже была удобной.

Ладно… Не пропадет явно. Может даже что полезное прокрутит…

Бммм… Очередная стрела ушла в мишень. Из коридора подошел местный боец — обычная майка, спортивные штаны, да бритая под ноль молодая ряха. Если бы не акс за спиной на ремне — норма не слишком элитного района.

— Гости приглашаются к трапезе. Атаман велел сказать, что будет ждать лично.

Радар отложил тяжелую дуру тротовой самоделки.

— Мы уже идем. Но Трот в мастерских.

— Это известно, ему тоже уже передали.

— Тогда сворачиваемся и идем. — Он чуть повысил голос оглянувшись на держащих арбалеты товарищей.

Когда тройка рейдеров зашла в комнату, назначенную трапезной, там уже сидели Дьяк и Трот о чем-то негромко разговаривая. Комната была по местным нормам просторная и светлая. Большой деревянный стол был обставлен высокими широкими скамьями. Роскошные красивые узоры древесины скамей и стола невольно ненадолго задержали взгляд.

Команда расселась за столом.

Собственно, в качестве еды стояло несколько мисок с общими блюдами.

Гостеприимный хозяин, собственной персоной, чуть развалясь — сидел напротив. Будучи одетым в цветастую рубашку с коротким рукавом и тонкие брюки, он выглядел куда менее пугающе. А может дело было в отсутствии жесткого наезда, свойственного полевому допросу.

… Впрочем, длинные клыки за душевной улыбкой всё равно ощущаются кожей…

Приглашающе кивнув, хозяин пальцами взял с блюда нарезанный ломоть печеного мяса, макнул его в миску с какой-то приправой и начал жевать, закусывая ломтем хлеба. Радар повторил этот жест.

…Приправа похоже на чесноке. Мясо хорошо, сочное…

Темное лицо выражало беззлобную насмешку. Дьяк недолго разглядывал вошедших. Потом он улыбнулся, чуть блеснув бездонными синими глазами.

— Ну гости дорогие, теперь ваша очередь задавать вопросы, коли есть. На те, что не во вред делу — честно отвечу.

Чур и Михаил как-то одновременно невольно оглянулись на Радара. Трот, несколько отстраненно переключился на закуски, поглядывая из своего угла. От зрителя с попкорном в кинотеатре, он явно отличался большим почтением к блюдам, ну — и наблюдаемой истории.

Радар наклонился вперед, положив локти на стол.

— Ну… Почему Дьяк? Вы священник?

Хозяин весело хмыкнул.

— Нет. И не был я никогда попом. Был я до Улья чиновником. Не совсем обычным, но это дело не сильно меняет. Да, да — крапивное семя… Не похож? — он насмешливо глядел на непонимающие лица собеседников. — Умм… Не знаете вы таких слов… Дьяк — это была моя должность, на которой я служил, часть полного названия, если точно. А служил я при государе Михаиле. Давно это было, очень давно.

Как сюда попал, меня и крестили по-свойски. Что ж бюрократ столоначальник просто обязан был испортить людям волю волюшку. Я и родил злодейский план копать ров. Вы видели ров вокруг «острова»? Так вот мой первый, был куда как поплоше, лопатами, да без бетона работали, это совсем не то… Но примучить людишек вышло здорово.

Он, иронически щурясь, разглядывал собеседников.

Радар вежливо молчал, ожидая продолжения. Трот отвлекся от печеного мяса.

— Жизни — это должно было сберегать неплохо. Но с пулеметом всё же меньше потогонки. Вроде и простая идея и дельная, а как-то по стабам никто не копирует.

— Идея то, простая. Да, только, с простыми идеями оно как бывает? Расскажу историю одну, старую. Жил да был на белом свете такой малый, звали его Христофором Колумбом. Как-то сплавал он за бескрайний океан, и сумел открыть там неизвестные земли. Земли те оказались сказочно богаты. Была ему за это, от государя его — великая милость. Где чужой успех — там всегда множество тех, кому слаще мёда, если его не украсть, так дерьмом измазать.

Вот как-то стали знатные людишки на пиру громко языками шлепать, что мол легко было догадаться, что за большой водой может быть и земля. Тогда Колумб взял со стола вареное вкрутую яйцо и предложил всем желающим — кто сможет, сделать так, чтобы яйцо, без подставки, стояло стоймя на столе.

Никто не смог. Тогда он немного смял скорлупу и поставил яйцо. Это тоже было просто, но никто из вас не смог. Так он сказал.

Такая вот история. — Он оценивающе вгляделся в парня. — Но, если не лукавить, то и не надо оно особо никому. Кто в силе на стабах? Спекулянты, даже не купцы. Им людей не жалко, тем более что, новые сыплются потоком. Не было б этого — разорили бы они эту землю, как не раз бывало в других мирах …Дикое поле бы сотворили. Так что — сколько — то гибнет людишек, защищая границы в дурных стычках, и никого это не волнует. -

Дьяк хлебнул из кружки.

— Ты, я слышал, на выдумку остёр? Простая загонная охота, а сработала прекрасно.

— Хорошая была мысль, поймать зверюг там, где их скорость и сила — бесполезны. Арбалеты сработали прекрасно. Этим можно и похвастаться, без ложной скромности. Вот только не был бы я сенсом — сожрали бы нас там.

— Скромность украшает. Самострелы хороши. Хороши не столько боем, сколько тем, что это оружие, на которое легко делать боеприпас. Сырья для стрел на стабах завались — только работай.

Та же история, что и со рвом. Никому не хочется поработать, ни руками, ни головой. Даже при том, что боеприпас в Улье — это жизнь и смерть. А ведь тот, кто держит стабильное снабжение, тот реально рулит людьми и держит их в кулаке. — Он замолк, с задумчивым лицом присосавшись к кружке.

Молодой рейдер пристально смотрел на собеседника. С лица молодого эльфа, смотрели неприятные, с графитным блеском, глаза.

— Если стабильное снабжение — это власть, тогда реальные хозяева Улья это Внешники.

Дьяк отвлекся от питья и засмеялся очень невесёлым смехом.

— Молодец. Были бы, если бы существовал такой зверь, как Внешники. С большой буквы, некая единая сила. Такое, как их себе представляют многие рейдеры. Там нет не то, что одного мира, там нет и одной компании, с единой целью и уставами. Есть мешанина из разных структур, которые грызутся не только с иномирцами, а ещё и часто промеж собой.

— Греки промеж собой тоже грызлись, а Трою всё таки взяли.

— Интересный пример. Образованный человек, у нас бывает не часто. — Он задумался и покровительственно кивнул. — Пожалуй они могут объединяться. Для общего грабежа или решения какого-то общего вопроса. Это неприятная мысль, но возможно такое и бывало, хотя я не знаю наверняка.

Пусть они так могут. Но они остаются соперниками в грызне за кусок, который нельзя размножить объединением. Потому они остаются врагами промеж собой, часто злее рейдеров.

Так что может быть у кого из них и есть желание превратить весь Улей в единую муровскую ферму, да только помеха будет завсегда. Всегда будет кто-то из соседей или своих же, кто воткнет палку куды следует.

Есть и стронги — команды старых иммунных, нападающих на их охотников или базы. Нападают не столько из ненависти, сколько из-за высочайшей прибыльности.

Еще бывают стабы на многие тысячи человек, такие возникают там, где можно удачно собирать еду с перезагрузок. Там, где на близких кластерах есть куски городов с продовольственными складами. Вот эти ребята уже содержат не самые маленькие армии. Работа ксеров и караваны торгашей их неплохо снабжают. Когда в качестве аргумента не только стрельба из автомата, но и пушечный залп — это приходится уважать и внешникам.

Поэтому внешники могут отработать небольшой стаб, если он достаточно близок к внешке. Самое простое — это газовая атака с беспилотников. Это они могут.

Но война с применением техники и артиллерии им уже не в радость. Это сильно убыточный бизнес. Даже не считая того, что на шум неминуемо сбегутся зверушки. Если очень повезет- то лишь элитники.

— Если элитник это лучшее, то что же тогда худшее? Слышал я слово скреббер, вот только толком никто ничего рассказать не мог. — Рейдер впился в Дьяка взглядом собаки у стола, где едят конфеты.

— Скреббер. Как по мне так лучше этих тварей звать мурашниками. Мы и зараженные в улье за гостей. Такие, с перчиком гости, когда за стол, а когда и на стол. Они — если не хозяева, то от хозяев. Описывать их трудно, потому что их десятки разновидностей. Десятки разновидностей, а встретивший даже одного, очень редко потом может об этом рассказать.

Хотя смешная особенность этих тварей в том, что они иногда отпускают. Если не нарываться, то можно и уйти живьем. Но как, почему — этого еще никто не вывел. Не шуметь, не делать резких движений, это как с любым зверем…. Но гарантии что именно это поможет никто не дает.

Я как-то видел, как десяток незаурядных стронгов взяли на копья элитника. Я не взялся бы это повторить, но я это видел. Все остались живы … — Он покачал головой вспоминая.

— Против скреббера у них бы не вышло. И втрое большим числом бы не вышло. До появления танков в Улье, скребберов вообще не промышляли. Слышал я истории, как редкие герои смекалкой, да удачей их побеждали. Только это как призрак, про него много говорят, но сам никто не видел. Если что, где и было, так редчайший героизм и удача. Легендарный подвиг, про который и не знаешь — правда он или байка.

Сейчас бывают и охоты на них. Да… Самые настоящие охоты. Хорош зверь, на которого ходят танковой колонной. И слыхал я, с таких охот порой не возвращается ни один. Так их и находят перебитыми. Даже не поеденными. Убивают твари жестко, а вот чтоб жрали — такое редкость.

— Как же так? Как он это делает? Некоторые элитники могут танк раскурочить, но что б колонну? Ведь и элитники могут применять дары Улья, да еще и свиту нередко имеют конкретную. Чем же эти настолько круче???

— Непредсказуемостью. Всего — возможностей, даров, поведения. Непредсказуемость и другой уровень силы … Броня, способная выдержать выстрел гранатомёта. Удар, способный расколоть броню танка. Дар, о котором никто не знает. Трюк не просто животного, а нехудого разума…

— Что ж такого ценного в этом поганце, чтобы за него класть танковую колонну?

Древний рейдер, налил себе еще большую кружку того же пойла из стоявшего на столе кувшина.

— Ценного? В каждом из них бывают белые жемчужины. Ты почти наверняка хотя б сказки о них слышал. Белая жемчужина может вернуть кваза обратно в человеческий облик. Многие старые иммунные раньше или позже получают туз к одиннадцати в игре с жемчугом. Сила силой, но стать квазом мало кому в радость. А потом — они готовы душу дьяволу продать за возврат обратно.

Если кваз — вожак стаба то он и танковой колонны не пожалеет. Тем более что в одном мурашнике жемчужин до десятка бывает.

Радар искоса посмотрел на собеседника. Что-то его толкало внутри, как почесать где чешется — и он включил дар.

— Вы знаете так много… И я не могу не оценить то что вы делитесь мудростью, но почему то мне кажется что в этом вопросе вы могли бы рассказать чуть больше.

Дьяк пронзительно вгляделся в собеседника бездонными глазищами. Выдержал паузу.

— Гости дорогие вероятно заскучали. — Он махнул рукой.

Дверь мгновенно открылась и из неё высунулся парень. Дьяк развернулся к нему.

— Скажи девочкам что б развлекли гостей. Передай я сказал.

Тот кивнул бритой башкой.

— Развлечение на четверых?

— Скорее на троих. Этот молодой соколик, вероятно всё же предпочтёт, разговор по душам со стариком. Впрочем, на выбор.

— На троих. — Радар кивнул.

— На двоих. Не могу покинуть столь божественный напиток и приятную компанию. А вы, ребята, в самом деле идите. — Трот из угла отвлёкся от блюда с закусем.

Двое рейдеров, попрощавшись, вышли.

Дьяк откинулся назад, поглаживая бороду. Лицо стало жестким и резко трезвым.

— Мурашник дело тонкое. Белый жемчуг много интересных свойств имеет. Одно — знают почти все. Другие уже не каждый. Например, он может дать иммунитет к заразе Улья. Не редкость, когда у старых иммунных родятся дети. Эти дети обречены проходить ту же игру что и все попавшие в Улей.

Самый высокий шанс, я слыхал, в некоторых южных сегментах. Один к трем — остаться человеком. Часто куда как меньше, в иных местах и один к нескольким сотням. Час приходит по достижению определенного веса. Каково родителям знать, что их обаятельный златой ребенок однажды хуже, чем просто умрет, станет хуже животного? Что из этого следует, коли этот родитель — шишка?

Понимаешь куда это все идёт? Такая жемчужина это уже не просто товар — это политика. Это большая политика на стабах.

Есть и поменьше развлекушки. Можно сохранить для себя красивую женщину с перезагрузки. В одном случае, я слыхал, была сложная операция по добыче ценного специалиста стабом.

Но и это не всё… Я расскажу и еще об одной вещи… О чём в твоих интересах молчать наглухо, всегда и везде.

Броня и потроха зараженных довольно быстро распадаются, когда их покидает местная скверна. Внешники это зовут «субстратом», но по мне адская скверна как есть. Мурашники тоже теряют твердость, но значительно медленнее и скверна оставшаяся в останках, позволяет сделать из них немало зело полезного.

Кто знает один такой алхимический рецепт — тот имеет прииск, где золото самородка до колена лежит. Кто больше — тот владеет великой силой.

— Круто. А сколько знаете вы? Что же за такие ценные рецепты что и внешникам не по зубам? Иначе они б сами охотились за скребберами, а не за нами.

— Не один знаю. Расскажу о двух. Один при обработке пуль и стрел дает возможность преодолевать ту защиту, которой обладают элитники. У пары видов внешников есть свой рецепт, там чистая химия. Их фокус работает ощутимо хуже, но тоже работает.

Вот второй… Есть у некоторых элитников дар. Они чувствуют в человеке скверну улья. Это значит для них матерый иммунный, как огонь в ночи.

На сегментах где в силе иммунные это позволяет им охотится, не становясь дичью. К ним попросту не подберешься, будучи стронгом. А в пекле, где в силе зараженные, даже большую и сильную группу мигом выследят и сожрут…Но если использовать этот эликсир — то можно и рискнуть. Прогулка выйдет жесткой, но выгоды от неё …Сказочные.

Я так ходил дважды. С Адмиралом, что б его. Когда он еще был лихим казаком, а не подвнешниковой мразотой.

Чем-то тебя напоминал честно сказать. Смышленый, да рисковый был малый. А уж смелости и боевого духа в парне — было на десятерых.

Такие ходил пути- исследования через пекло, как никто и сейчас не может.

— Как же вышло что он?..

— Да, как всегда. — тёмное лицо свело горькой гримасой. — От Евангелия до сказочки про Красную шапочку, тема одна — поведешься с чужаками — плохо закончится. Всегда одно и то же, от ромейской унии до семибоярщины.

Оно и свои то временами блядствуют, а уж чужая матерая сволочь…

Сначала взаимовыгодная сделка. Потом кое какие уступки для Великого Архивыгодного Примирения. Потом твои уступки отыгрываются так, что ты уже не «великий дипломат», а тупо предатель, в крови близких по уши. В финале ты уже просто выполняешь грязную работу, за медяк. Просто для того что бы тебя не выкинули, а то и не определили в расход. — Лицо Дьяка выражало злую горечь.

— Скажи, Трот, ты сколько баз группы Адмирала знаешь?

— Знаю о трёх. Догадываюсь о еще четырех.

— Я знаю о десяти. Но их скорее всего больше. И это по-своему шедевр управления… Талантливый вожак — это везде редкость…Редкому зверю — редкий капкан. Обычно то оно попроще. Большинство муров, это просто сброд, вполне добровольно набранный среди рейдеров. Как и с наркотой, — есть свои точки, где полулегально можно узнать контакты.

У асеев дело поставлено добротно и кадры они для руководства подбирают не без профессионализма. Низовой основной материал за редким исключением, тех кого принудительно вербуют и вяжут кровью, вполне доброволен. Есть те, кого могут забрать насильно за ценный дар или какое-то умение, но это именно исключение.

Блядская вольница она же слаще наркоты. Все рейдеры по сути живут грабежом, но у этих еще веселей. Древний кураж вольницы и вседозволенности в чужой деревне. Пограбить понасиловать во взятом городе баловство слаааадкое.

И на самих базах житуха нескучная по меркам Улья. С «блэкджеком и шлюхами».

— Но подождите…Если они на своих базах регулярно хорошо жрут и снабжаются…Почему же они не становятся самостоятельной силой? Там же дары должны бы развиваться и расти, как грибы? — Непонимающе уточнил Радар.

— Сообразил? Умница. Большинство муров и за жизнь не успевают. Трот, куда твои товарищи пошли после налета элитников? Знаешь?

— Знаю. Я же их и разбирал. Товар был чуть попорчен, но пошел нормально.

— Дошло? Муры, живут весело — грабят, насилуют пытают, бухают и куражатся за счет фирмы на своих базах. Это правда. Вот только заканчивает пушечное мясо всегда одинаково — что флибустьеры с соленых морей, что ландскнехты императора. А этих еще и посмертно разберут, как и их добычу.

Смекаешь? Достаточно иногда организовывать разборки, и ферма будет приносить двойную выгоду, попутно не давая набирать лишней силы опасным мерзавцам.

Всё, как всегда. Императору навар — бандиту на службе — выпивка, кураж, да могила.

Это называется «хорошо поставленный бизнес». Далеко не все внешники так могут. Многие сами гоняют колоннами по стабам или скупают товар у случайных банд.

По сути случайные ублюдки узнавшие контакты тоже бывают полезны — но доход совсем не тот.

— Ммм. Я правильно понял? Внешники что-то могли против налета тварей? — Парень заинтересованно подался вперёд.

— Могли. Несколько подвешенных беспилотников для наблюдения и налет штурмовых аппаратов вот и всё.

— А беспилотником можно грохнуть скреббера?

— Как повезет. Но беспилотник в отличие от собственной головы штука многоразовая. Учти, единственная сделка, по которой ты можешь добыть ударный дрон внешников — это взять с трупа.

— Взять на штык такой трофей дело доброе. Я им всенепременно займусь — в свое время. — Радар был смертельно серьезен. — Вот только жизненная мудрость насчет «красть так миллион, иметь так королеву» говорит, что надо начинать с того, что ты можешь и ощупью подыматься к тому, что невозможно сейчас. Иначе — возьмешь на грудь больше веса чем способен и тупо покалечишься.

Это я к чему? Вы долго жили в Улье, при том что девять из десяти не живут и года. Значит человек вы несомненно умный и опытный. Почему вы сами не попробовали поставить хоть какое-то производство? Вот те же арбалеты, которые хвалили? Материалов для них — завались. И патроны бережет и бьет хорошо и тихо, и дает независимость от патронов и тех, кто ими снабжает…Добавлю еще, что с такой штукой можно тренироваться в стрельбе, с патронами это очень дорого…

Дьяк как-то отрешенно ушел в себя. Вопрос остался висеть в воздухе. Загорелое лицо стало совсем никаким, как кора старого дерева. Впрочем, из кружки с выпивкой он по-прежнему потягивал…Пауза затягивалась.

Экс-студент почувствовал себя ооочень неловко. Похоже чисто деловой вопрос был-таки понят в смысле «если ты такой умный, чего такой бедный?» — Напряженно соображая, как выкручиваться, он придвинул к себе свою кружку.

…Ёёёёё. Кто ж такое наливает как чай….

В кружке был реально адский напиток. На вкус — горячий ядерный самогон с большой долей мёда, перца и каких-то еще специй.

Горло горело. Невольно смахнув выступившие слёзы, он стал закусывать чем пришлось.

…Для старого иммунного это наверно, как квасок, но нам бы только под стол не упасть…

Быстро пришла приятная отстранённость.

Наконец Дьяк словно проснулся. Он не выглядел ни рассерженным, ни смущённым.

— Колумбово яйцо. Было всегда перед глазами, но в голову не заходило.

Если же быть честным с самим собой, то я, пожалуй, как все мы здесь, крепко подсел на местную дурную вольницу.

Дурная вольность — дурь крепче любой наркоты.

— Что-то я …Чем плоха свобода и как это связано…С мастерской?

— Не свобода, а вольница.

Разные это вещи. Свобода — это когда ты своей башкой думаешь, своей силой за себя отвечаешь и своим горбом кормишься — никто тебе ничего навязать не может. Ты свободен.

А когда ты не заморачиваешься насчет думать о решениях, не напрягаешься по части отвечать за себя, и чего жрать — это вольница. Не, ну если чуток, то любимое дитя у папки с мамкой — это счастье.

Вот тока если дитя балованное и оскотинившееся до уродства, это зело бедственно.

Почему я не завел мастера, который бы клепал что-то такое, спрашиваешь?

Грешен, привык к дармовщине. К тому что всё сыплется с неба, только собирай. Как и все мы тут привыкли. Перестал замечать, что за дармовщину приходится платить жизнями.

За жизнь при кормушке приходится платить куриной судьбой.

Хотя… Меру знай в ценности своих умствований. Такой самострел полезен в очень небольшом количестве случаев. Всё же он слишком тяжел и долго перезаряжается. Легкий вариант со свинцовыми болтами часто несравнимо лучше.

Стоит попробовать дать нескольким рейд группам такой бронебойный инструмент и поглядеть как сработает.

Трот, ты вроде с нашим Кузей почти другом стал?

— Ну друг не друг, а поработали неплохо.

— И чего наработали?

— Разве он сам не доложился? Пару хороших машинок выходит. Реечный механизм взвода, лебедка для зарядки — красивая получается игрушка. Жесткая. Разница по пробивной силе по сравнению с тем, что я делал до того, вышла в разы круче.

Раз уж зашел разговор, то он помянул что стрелы вы как-то умеете усиливать — но подробные расспросы пресек. Речь вероятно шла о помянутой алхимии?

— Всего пару? За чем дело стало? Нет, это не алхимия. Скажешь Кузе что может говорить. Это есть у одного из наших интересный дар — усиливать клинки. Работает штука где-то год. Потом бесова мистика все-таки развеивается. Но вам больше и не надо. За тридцать стрел- споран и можете брать.

Трот развел руками.

— Так материалов у вас не запасено соответствующих. На сколько хватило.

Радар заулыбался.

— Тридцать мало. Вам же останется и идея, и чертежи, вы на этом куда больше поимеете. Сорок хотя бы. И это реально скромно.

— Сорок, пусть будет. Но учтите это хорошо работает против зараженных. Куда хуже против внешников. И никак против скребберов.

Итак, тост — За взаимовыгодные сделки!

Здоровенная, как пивная кружка, керамическая посудина понемногу всё же стала пустеть. Ближе к середине вкус даже стал казаться неплохим.

Парень невольно стал уходить в свои мысли вслух.

…Значит так …Можешь водить людей в рейды получаешься маленький атаман Способен наладить скупку и перепродажу на точке будешь чем-то побольше… Охрана, услуги… Наем — договор с неполным десятком людей. Большой человек — хозяин стаба…

Радар пьяно улыбнулся саркастической улыбкой. Его явно развозило — лицо начинало «плыть».

— Примерно так. Сколько людей можешь обеспечить едой, споранами и люлями столько под тобой и ходить будут. Какие сделки способен проворачивать — так тебе и оценят…

— Вы к Географу ехали за информацией по местным внешникам, что-то собрались мутить?

— А…Что бы что-то мутить надо сначала повадки знать. Тупо что бы не вылететь на разделку. Знать кто и что делает. Знать цены характеры и всё что может быть полезным.

По асеям так уж вышло, что узнали мы много и всё за то, чтобы ничего и никак с ними не иметь. Даже не столько потому что они худшие твари Улья, гаже зараженных…Нееет. Они просто слишком сильны и продуманны.

Иметь дело с такими ребятами без капли сантиментов, да на их условиях — это хуже быть не может.

Вот только с кем-то всё едино придется искать контакт…Так или иначе … Это как иностранный посол у тебя в стране. Он конечно шпион и при случае может привести захватчиков, вот только если ты не будешь иметь торговли и знания раскладов, то раньше или позже захватчики всё равно к тебе придут.

Придут, просто потому, что ты будешь слишком слаб что бы чем-то им ответить.

Так, да… Стоит узнать… Ту же кровь например — при лекаре в команде можно им сдавать в немалых количествах. Если конечно перестраховаться, тем же стандартным фокусом с миной, например. — В добавку к оплывающему лицу, речь стала неровной, с характерным растягиванием звуков. — Хотя, может нам не нужно ехать к черртову Географу? Вы же тут давно. Может вы ввсё расскажете? Мы заплатим.

— Ясно. Хорошо хоть по асеям дошло…

Нет. Насчет такой информации это к Географу. Источники у него лучше, а проблем ему от такой торговли меньше. А я имел всех внешников пучком, способом Господу противным.

Парень закончил свою кружку. Он посмотрел на опустевшее дно стекленеющим взглядом. Поставил тяжелую керамику на стол и глупо хихикнул.

— Имел он внешников. Ага. Скольких после последней заварушки недосчитались?

Тёмное лицо Дьяка перекосило гневом. Он резко вскинул руку, словно делая колдовской жест. Невидимая великанская рука подняла Радара с лавки, впечатав спиной в стену. Тот вяло барахтался под незримым прессом.

— Откуда знаешь?

— Хррр…Так если внешники выбивают слишком сильных иммунных, даже у муров, странно если бы они не делали этого на стабах. Налет зверья — и всё. Нету больше опасных налетчиков стронгов. Ик…Это легко угадать

— Устами ребёнка…Нет ведь у них ни агентуры, ни наблюдения за стабом. Как же они это сумели?.. — Резко постаревший рейдер словно ушел в себя, забыв и недавний гнев, и собеседника.

Трот поставил еду на стол. Его лицо было еще бесцветнее и невыразительнее обычного, а вот глаза стали нехорошо пристальными.

— Вот, вот. Поставил бы ты ребенка где взял. Тем более, что сам наливал.

Резкая вспышка гнева сменилась, таким же неожиданным солнечным радушием.

Радар мягко пустился на скамью. Дьяк встал, плеснув из кувшина во все три кружки.

— Пусть последний на сегодня, но не последний в нашей жизни, тост будет за дружбу и взаимовыгодный бизнес.

Хозяине пил стоя, гости сидя. Потом он вытер усы и продолжил.

— Глушители на все стволы, включая пулемет мы вам сладим где-то за полтора дня и с большой скидкой. Плата за работу в нашей мастерской пойдёт в цену скидки. Наш человек также заговорит вам стрелы и пули, как договорились.

Но обязательное условие — патроны из тайника вы продадите нам, по той же цене.

— По рукам — неожиданно ясным голосом выдал Радар. Последнее усилие видимо его всё же перегрузило. Он мягко осел грудью на стол, вырубился и сонно засопел.

Над его головой прозвучал мрачный голос экс мура.

— С чего ты взял что пасли стаб? Отслеживать дороги намного проще и эффективнее, особенно если знаешь устоявшиеся маршруты. Попадется что попадется, но, зная, что откуда идёт с камер — организовать встречу в нужной точке — вопрос организаторских способностей.

— Зря я вспылил… Просто уж очень точно он попал. Когда мы вывозили проветриться от трясучки часть персонала, колонна бронетехники при охране попала под жесткий удар. Никто не выжил. Тогда погибло несколько важных для меня людей.

— Догадываюсь. Как и то, что в охране там были не худшие твои боевики и снаряжение. Сколько элиты и прочих там было?

— Трёх положили на месте, еще одного пометили и затравили уже в самом Пекле…А сколько их там всего было — без понятия. Мелочи мы там порубили много, без счёта.

Бронетехника, хрен с ней, новую купим… А …Никто не вернет. А…Помянем?

— Помянем.

Кружки чокнулись.

Глава 10

Серо зеленый броневик на немалой скорости шелестел по дороге. Для своих размеров машинка была не только быстрой, но и очень тихой. Сидеть в пулеметной башенке было даже удобно, хотя и немного тесновато. Единственным средством от скуки и монотонности было рассматривание окрестностей в оптику прицела и смотровой аппаратуры.

Радар предпочитал ездить именно так, а не в кабине или на лежаке внутри. Сам он этого не формулировал, но если бы пришлось, то ответил бы в том смысле, что так ему удобней. Вероятно, был котом в прошлой жизни и осталась привычка контролировать пространство вокруг себя.

Дорога обратно к заначке была уже чуток знакома. Деревья, кусты и остатки придорожных строений не открывали ничего интересного и нового. И всё же гипноз придорожного неяркого калейдоскопа был интереснее однообразного сидения в глухой банке.

Машина неожиданно встала.

— Что случилось? — парень чуть наклонился к внутренней связи с кабиной.

— Смотри сам, у тебя оптика лучше. Впереди на дороге. Видишь?

Довольно далеко по дороге, на пределе видимости просто глазами, на боку, лежала машина «буханка».

— Ах ты ж… — В оптику было ясно различимо что рядом сидит «бронегорилла» и … Похоже кого-то жрет.

— Рубер. Странно. Он что, сумел в одного такую машинку раскурочить? — Протянул Радар.

— Даром ничего не видишь? — Уточнил Трот.

— Кроме этой твари — никого и ничего. Вокруг все гладкое как стол, вроде прятаться негде. Хотя…Там подальше похоже есть канава и в ней… Вроде бы какие-то обломки…

По сторонам дороги и вправду был глинисто песчаный пустырь, где толком не росла даже трава.

— Попробуем на скорости пролететь мимо? — Внёс предложение Чур.

— Если там какая-то подлянка, она как раз и может быть рассчитана на желающих «проскочить». Вот так и влетим. Нет. Если броня и пулемет вывезут — то вывезут.

Михаил, давай показывай, как стрелять умеешь. Зверюшка к нам боком, самое то. Работай, лучше всего в голову, в висок. Пока она занята, ей не до нас, но лучше поторопиться.

Охотник молча снял свой карабин с плеча и так нырнул в люк. Спокойно, и без суеты, он лёг прямо на сухой асфальт. Замер.

«Тц». Глушитель сработал качественно.

Радар оторвался от бинокля. — Готов, скотина. Всё, залазь внутрь. — Он занырнул обратно в люк.

— Трот, тормознешь от этой твари на пару десятков шагов, не доезжая. Я, еще поближе, даром попробую.

Броневик встал. Парень кривил губы, растягивая их в нитку.

— Наш пейзаж не открывает ничего нового…Ни одной живой души …Только остатки трупов и рваная техника. Даже наша интересная тушка уже остывать начала.

— Тогда это не пейзаж, а натюрморт, блин. Обстановочка чисто местная, а в остальном он.

— Натюрморт говоришь…Только, что-то тут…Кто еще художником будет… Короче, лезь на пулемет, если что, на тебя надежда.

Радар перевесил под руку автомат. Пальцы на металле были судорожно сжаты и побелели.

— Трот, залезай уже. Чур, потрошить тебе. Мы с Михаилом прикрываем.

Трое рейдеров прыгнули на дорогу. Чур с ножом ровным шагом подошел к туше. Работа прошла быстро и где-то даже буднично. Пять горошин и горсть споранов улетели в целлофановый пакет. Пакет лег в тряпичную авоську. Двое рейдеров стоя спинами к броневику всё также нервно водили стволами по окрестностям.

— Чур, кидай авоську в люк, и бери ствол. Надо посмотреть, что это была за машина. Может что ценного осталось.

Тот деловито поменял снаряжение, с довольной улыбкой на лице, прицелившись из карабина в окрестную природу.

— Давай, чуть левее меня. — Лицо рейдера было бледным, а голос чуть громче шёпота. Он напряженно, как по скользкому льду начал полукрадучись двигаться к разбитой технике.

В том, что осталось от хавчика рапана было сложно определить человеческое тело. Просто грубо рваное и жеванное мясо. Всё же по брызгам и потекам крови — это было человеком и не слишком давно. Заветриться и засохнуть она еще не успела.

Картинка упорно не желала складываться. Обваренная шипами и прутьями машина лежала на боку. Двери кабины были вырваны, как и задняя дверь.

Следов оружия внутри и рядом с водительским местом не было. Какого-то интересного снаряжения тоже. Молодой рейдер аккуратно открыл бардачок.

Всех трофеев — порножурнал. В кузове судя по брызгам на стенках сидело трое…Или двое, которым очень не повезло. Также пусто — обломки легкого арбалета, раскуроченного в мелкий хлам и охотничьей двустволки. Всё разбито так, что не годится уже ни на что. Следов хоть каких-то запасов не было.

С напряжённым искажённым лицом Радар защурился на видной в далеке канаве. Что-то там валялось. Стоя на асфальте он зло оглядывался в бинокль. Похоже остатки минимум двух машин.

Потом он плюнул и махнул рукой возврат. Когда до броневика было уже пол пути Чур громко произнёс.

— Ну хоть что-то взяли, уже не …

Слева от дороги вверх взлетел фонтан песка и грязи.

Огромная «крабогорилла» почти полетела на рейдеров.

— Тц. Тц. — Сработал в корпус карабин Чура.

— Тц — Тц — Тц успел дать неприцельную очередь Радар.

— Тц. — Ударил из-за спины карабин старого охотника.

Туша долетела!!!

Огромная лапа наотмашь ударила Чура, ломая и пропарывая бедро. Брызнул фонтан крови.

«Та Та Та» работал пулемет почему-то в другую сторону дороги …

Тела Чура и рубера огромной массой впечатались в Радара ломая кости и отбрасывая его в броневик.

Многострадальная голова приложилась об метал. Темнота.

Сознание возвращалось. Было больно, голова гудела. Под телом, судя по всему был лежак бронетранспортера, подложенный чем-то мягким.

Он с трудом свел глаза на резкость — это было одеяло, прикупленное Тротом на стабе.

Где-то рядом громко ругался Трот пересыпая речь матами.

— Спека ему. Х. тебе, а не спека. Жить уже будешь, так что не х. переводить ценный товар. Ну и что, что взяли много. Это ж не ты взял. Так что — перетерпишь. Может, запомнишь, что шуметь на перезагружаемом кластере — смерть звать.

Дуракам везет, но что б не за счёт умных.

Радар с усилием поднял голову. Рядом на ручке висел перемазанный засохшей кровью жгут. Напротив, на другой лавке сидел Михаил и пил из кружки…Судя по запаху — чай.

Ощупывая здоровенную шишку с засохшим кровоподтеком на голове, он сел.

— Это чего? — парень мотнул башкой на жгут.

Охотник флегматично потянулся.

— Это когда на вас двоих свалился тот кабан, Трот сначала положил кого-то из пулемета на другой стороне, потом вылетел, наложил молодому жгут на бедро и вколол спек. Вдвоем мы наскоро затащили вас обоих в броневик.

Сидели битый час, как мыши под веником, только он вас как-то зашаманивал.

Потом он же ходил, потрошил зверей. Мне сказал сидеть и не высовываться ни в каком случае.

— Правильно сказал. Пользы от тебя при покоцаных было побольше, чем снаружи. — Рядом проявился помянутый.

Радар слабо улыбнулся.

— Это ты с собой жгуты тягаешь еще с базы?

— И жгуты и спек. Отчего людишки на войне загибаются в первую очередь? Потеря крови и болевой шок. Так что иметь при себе чем остановить кровь и сбить боль — значит иметь шанс вытащить с того света. Еще бы сильных антибиотиков — но здесь это не так важно. И к знахарю не тащить, потому как я сам это могу неплохо.

— Сколько их было с той стороны?

— Трое. Руберы хорошей раскачки, ближе к элите, чем к кусачу.

Неплохая засада — на узком месте выпрыгнуть одновременно и опрокинуть машину. Еще один выходит страховал, с другой стороны. По логике, еще один, должен был быть где-то с того направления. Но так или иначе, а он не показался. Может и не было.

Подвело ребят то, что мы не полезли вплотную, расстояние для работы пулеметом осталось. Хороша машинка и патроны в ней не простые — скосил я всех троих.

— Что по мне и Чуру, какие повреждения?

— У тебя мозги немного потрясло, да ребра треснули. Повезло. Могло и всмятку размазать. У него нога сломана, да мясо пропорото крепко.

Кряхтя Радар встал. Он пошатываясь вылез в люк.

— Поглядим на нашего камикадзе. — Парень присел у распластанной возле колес туши. — Ну кась помогите перевернуть. Он задумчиво изучал монстра.

— Вот три пули — это мои. Хорош уродец, его это даже не замедлило. Вот еще одна, это Чур рядом стрелял. Ну один раз он всё же попал… Ага…Вот…

Радар потрогал пальцами дыру в виске рубера.

— Твоя работа, выходит — Он повернулся к Михаилу.

— Попал куда целил — Тот даже не улыбался.

— Снайпер. Даже не просто снайпер, выдающийся…Двух таких, знаю…У вас Вторая Мировая война была?

— Была. Наши, советские, победили.

— Хорошо. Значит Зайцев и Номоконов. Вот как тебя крестить? Если Зайцевым, то коротко это будет зайцем. Не звучит.

— Отчего ж? Заяц зверь живучий и вовсе не трусливый. Это любой охотник знает.

— Может и так. Но Ном, звучит лучше. Опять же по праздничным дням можно звать Номоконом, оно значит… вроде «тихушник». Тебе подходит.

Значит так, властью данной мне Ульем крещу тебя Номоконом, попросту Номом.

Что ж хороший выстрел, благодаря ему, мы двое еще побарахтаемся.

— Это да. Миновала вас, на этот раз, смерть дурака интеллехтуала — неудачно раскинуть мозгами, обычно одну и ту же мысль — «рапан, су…» — Трот сально лыбился.

— Почему су? — Чур непонимающе сморщился.

— Потому что мозги, разбрызганные по окрестностям, думать заканчивают. Так что додумать «ка» уже некому. Матёрые твари ж бьют или в шею, или проламывают голову. Тебя б я может и успел спасти, развернув башню, а этого дурака рубер бы точно кончил. А может я и не успел бы… — Он скорчил кислую гримасу.

— Ты в любом случае всех спас. Если бы те трое добежали — кончили бы уже не одного, а всех троих. Умей делится, прапорщик Трот. Наградные горошины на вас двоих, посчитаем чуть позже в более спокойном месте.

Жемчуга в них (Радар кивнул) не было?

— Жемчуга не было. Волокно на спек было, если хочешь, можешь перечитать в кузове.

— Позже. Вот теперь картинка сложилась. Значит оставили ребята опрокинутую тачку посреди трассы и на объезде или остановке опрокидывали проезжих. Закапывание в землю их страховало от аппаратуры и сенсов. Просто, но надежно. Прыгали, хватали, жрали. Потом отволакивали остатки в канаву…

Из люка раздался голос. — Тогда в канаве должно много чего найтись. Обследуем?

— Нет. Сейчас мы сядем в броневик и очень шустро отсюда уедем.

— Почему?

— Потому, что в схеме не хватает еще одной единицы, как заметил Трот. Потому, что от такого расчёта прет не рубером, а элитником. Потому что элитника мы не увидели. И потому ххх, что я не собираюсь на него смотреть, на его условиях, а именно это произойдет, если мы потопаем ножками в тот район.

На наш ствол он возможно решил не лезть. Хватило значит мозгов в отличии от его свиты. Поехали. — Он неловко двигаясь полез в люк.

Ном ошарашенно покрутил головой. — А это не паранойя?

Трот развернулся, собираясь идти к кабине. — Может и она. Но лучше быть живым параноиком, чем умереть за морковку перед носом. В любом случае ничего особенно ценного, настолько, чтобы так рисковать, там наверняка нет.

Пятеро несвежих зомбаков неспешно качались с носка на пятку на обочине улицы. На них еще оставались какие-то остатки одежды, а морды еще не перелепились в звериные, но перепутать это с людьми было уже невозможно.

— Это у нас кто? Джамперы? — Чур согнувшись изучал окрестности в бинокль, прильнув к смотровой щели.

— Дай глянуть. — Трот забрал прибор и замер, вглядываясь. Бинокль давал хорошую картинку- за пару сот метров можно было различить цвет глаз. — Нет это уже бегуны, матерые, один вообще ближе к жрачу. Отличить просто- тряпки на них только выше пояса и расхреначены так, что с нормальной одеждой не спутаешь. Когда тушу начнет корежить так, что на человека уже совсем не похож, а тряпья уже не останется — это и будет жрач. Таких еще лотерейщиками кличут. Из этих — к такому близок только один, да и то — зубы еще на клыки не менял.

— Но добыча в них есть? А то у тебя всё «не за что напрягаться», да «не за что тратится».

— Именно так. На пустышей тратить время и стрелы — себя не уважать.

Из башни раздался голос Радара.

— В таких спораны есть всегда. Заканчивайте препираться — и вперёд, обновлять оружие. Машинки вышли красивые, слов нет, а как бьют — сейчас посмотрим.

Чур приложил длинный плоский штырь, торчавший перед луком самострела к щели и прицелился. Рядом то же самое сделал Трот.

— Сиятельство, может тоже присоединишься? Быстрее справимся. Опять же, если они ломанут разбегаться, то меньше уйдет.

— Нет. Забыл, как нас чуть не опрокинули? А там ведь был всего лишь рубер и далеко не самый крутой.

Так что — я на пулемете, Ном за рулём, вы стреляете, а потом потрошите. Самому же горело свои игрушки опробовать — вот и вперед. Мы местных уже десятка три проехали, первый раз такие развитые.

— Это не местные. За пять дней до высшего бегуна не отжираются. Они недалеко где-то выпаслись и сюда на перезагрузку подрулили.

— Вот. Вот. Я к тому же. Тут и другие неместные могут быть. Поехали уже.

Цзн. Два арбалета сработали синхронно. Трот попал своему в центр корпуса. Похоже он пробил сердце- тварь опрокинулась как мишень в тире. Стрела Чура пробила бедро соседнему уроду. Он лишь оскалился и неслышно с такого расстояния заурчал. Четверо тварей блестя почернелыми глазами со страусиной грацией рванули по направлению к броневику.

Около сотни метров жилистые «зомбаки» пролетели за миг.

Цзн. За несколько метров до машины еще двое обзавелись оперенными украшениями. Один упал со стрелой в сердце, другой в бедре. Впрочем, судя по ударившей фонтаном крови — ему пробило артерию. Что так же означало — не жилец.

Добежавший урод заметался вокруг техники ища уязвимое место среди торчавших шипов. За ним хромал подраненный.

Цзн. Подранок со стрелой в ребрах, дергаясь, упал на асфальт. Последний, сделавший несвоевременный быстрый рывок в сторону — получил стрелу сзади чуть выше бедра. Дико урча, он метнулся за корму броневика.

— Ном, давай вперед и немного развернись. — Радар был спокоен и сосредоточен.

Цзн. Последний бегун, с двумя стрелами в теле, задергался на земле.

— Работайте. Чур потрошит. Трот прикрывает.

Чур прыгнул на дорогу, с ходу добивая «клювом» еще урчавшего бегуна. Нож и сумка из легкой ткани уже стали для него чем-то обычным, бытовым, как электричество и кухонная плита. Сноровисто, словно готовя себе завтрак, он быстро потрошил тварей, перекидывая спораны во вложенный в сумку пакет.

Закончив, Чур распрямился, явно собираясь идти к лежащему вдалеке телу.

— Стоять. — Рык вполголоса через открытый люк был почти страшен — Залазьте в машину, подъедем, еще раз оглянусь, тогда уже и закончишь.

Быстро разобравшись с последним телом рейдеры поехали дальше. Через несколько сот метров они подъехали к памятному цветочному магазину. Дверь была закрыта и выглядела нетронутой.

— Трот, ты у нас лучший пулеметчик, так что давай в башню. Мы с Чуром грузим. Ном бери карабин — тебе прикрывать.

Радар перевесил автомат за спину и подошел к двери магазина. Очень плавно открыв её, он заглянул внутрь. Потом скользнул в проем.

— Всё на месте. Грузимся.

Ящики в целости и сохранности легли в броневик.

— Теперь давай полегоньку к тому магазину, может там есть еще что полезное. Потом по улице до конца- надо каких ни будь харчей добыть, а то скоро жрать будет нечего.

Оружейный оказался обобран до последнего патрона и ствола. Радар с грустным видом ходил мимо пустых витрин. Он подобрал несколько случайно забытых ножей — на этом трофеи и закончились.

Серо зеленая туша скользила по тому что еще недавно было оживленной улицей. Дома еще не обрели заброшенного вида. Стекла еще были на месте.

Расстояние спасало от памяти мерзких сцен, неизбежно хранимой асфальтом. И всё же было тягостно, куда хуже, чем среди пустошей.

Трот, сидевший на лавке, оглянулся на прилипшего к смотровой щели Чура.

— Скажи, а чего это у тебя все стрелы зараженным ниже пояса ушли?

Старик Фрейд бы этот момент заметил точно. Типо желание ткнуть болт в мясо — это чего-то то там неосознанное в голове. Тебя что ли мысли о любви мучают? Борделя не хватило? Неудачные ты себе объекты для этого выбрал. Взаимности ты от тварей точно не дождешься. Они, начиная с бегунов, уже вообще того, бесполые. Ни дать, ни взять, даже извращенным способом.

Придется тебе поискать объект для мечтаний получше. Стрелять, тоже потренироваться стоит.

Смуглый рейдер не покраснел, но отвечать не стал. Засопев, он еще внимательнее оглядывать проезжаемые вывески. Скоро он радостно развернулся.

— Радар, там, справа, видишь? Явно продуктовый.

— Ном, давай подруливай ко входу.

Увы, беглый осмотр магазина разочаровал. Грабили его качественно и явно не одиночки. Магазин был вынесен начисто — без хороших грузовых машин сделать подобное было невозможно. Покачав головой, Радар забрал с витрины лишь забытую банку компота.

— Едем дальше.

Следующий перспективный магазин разочаровал еще больше. Там не было даже остатков. Кроме того, в нём стоял густой запах тухлятины.

— Это что за …

Зажимая нос, рейдер вылетел наружу.

Трот потянул носом и ухмыльнулся.

— Ясное дело, салажня сунулась. Что-то из продуктов в холодильнике было. Опытные знают, что такое или берут сразу, после перезагрузки, или не трогают вообще. Значит после серьезных ребят здесь и одиночки уже побаловались.

— Плохо. Еды осталось на день- два.

— Жить будем. Тем более что к тому времени мы вернемся на «Остров».

— Это да. Но там придется покупать за спораны и по шкуродерной цене.

— Это конечно беда, но не трагедия.

— Будешь дразниться — оставлю без компота. — Радар наставительно поднял палец кверху.

— Проникся и каюсь. Нам стоит съехать с главной улицы на параллельную, магазины там похуже, но и потрошат их реже.

— Дело. Ном слышал? Заворачивай.

Броневик повернул вглубь района. Магазинов здесь было меньше. Но подходящая вывеска нашлась достаточно быстро.

Трот с карабином остался возле броневика. Радар осторожно скользнул в дверь к чему-то нервно принюхиваясь. Чур с оружием наперевес последовал за ним.

С ошалевшим лицом парень вынырнул обратно.

— Трот, посмотри.

Тот, без спешки, зашел. Внутри в проходах между стеллажами лежали тела. Одно, второе, пятое… седьмое.

Собственно, запах который и насторожил парня — это был запах крови. Ею был залит весь пол.

Трот деловито обошел все тела. Возле последнего присел и поработав ножом, забрал споран.

— Всё, больше здесь ничего полезного. Надо сваливать, пока на запах не явились гости.

— Как думаешь кто их так?

— Чего тут думать. Только свежак будет тупо рубиться с медляками, вместо того что бы по-быстрому отвалить. И только свежак, завалив бегуна, не заберет споран.

— Интересный должно быть кадр если завалил столько мяса, многие гибнут, не успев даже понять, что к чему. Чем он их? — Радар нагнулся над одним из тел, потом прошел вперед, стараясь не наступать на разлитую кровь.

— Гостей особо бояться не стоит — всё же дверь герметичная… — Он задумался. — А если всё же явятся, то там Ном. Из броневика, он со своим карабином, положит почти любого. Так что это скорее выйдет прибыль, чем проблема…

Хотя… Если выносить харч — то делать это стоит быстро, дверь открытой не держать, тут ты прав.

Он еще раз прошел, рассматривая тела. Чем-то были грубо рассечены глотки и пробиты глазницы.

— Интересный кадр. Как нам его искать то …

— А ты уверен, что оно того стоит? Новички это знаешь ли еще та лотерея.

— Не заплатишь за билет — не получишь шанса на выигрыш. Сыграть стоит, тем более что нам есть на что. Вот только где искать то будем?

— А чего её искать?

— Почему её? Что за приколы?

— Да какие уж тут приколы… Есть предложение по-быстрому забрать еду с полок и отчалить.

— Предложение принято к сведению. Теперь объясняйся, что у тебя на уме.

— А чего тут объясняться? Смотри направление тел, кто их валил — куда отступал?

Радар поморщился.

— Ты имеешь в виду, что тот, кто отступал, пятился в подсобно складское помещение? Думаешь там и сейчас сидит? Но почему её?

— Во мне проснулся особый дар Улья читать всякое. Веришь?

— Я тебе верю вообще то. Так что не злоупотребляй моим доверием. Так что и как ты понял?

— Отпечаток обуви там возле двери. Оттуда не видно, подойди ближе, да посмотри.

Радар подошел к двери, ведущей в служебное помещение магазина. Миг постояв, он театрально потянулся и аккуратно, но крепко, постучал.

— Хозяева дома?

Никто не ответил. Он примерился и дернул ручку. Дверь не открылась — явно закрыта изнутри.

— Выбить ногами так просто не выйдет…Хорошая дверка, не от «честных людей».

Неожиданно из-за двери прозвучало.

— Там, кто- то есть?

— Нет, никого нет. Совсем никого. Это галлюцинации.

Прошло несколько минут и дверь со скрипом открылась.

— Вы спасатели? — Из-за двери показалась девчонка, на вид лет двадцати, крашенная блондинка.

Радар с интересом рассматривал довольно миловидную, славянского типа ряшку. Фигурка тоже была неплоха- немного рыхловата по модельным меркам, но вполне ничего. Сине зеленая униформа продавщицы позволяла не задавать извечный идиотский вопрос — «ты кто?»

Общая взъерошенность и помятость смотрелись комично. Истерически, безумно смотрящие глаза, хорошо пошли бы в комедии.

Картина была почти забавна. Выбивалась из неё лишь одна деталь.

И эта деталь выбивалась КОНКРЕТНО.

В руке у продавщицы была палка с ножом на конце. И это импровизированное копье, залитое засохшей кровью по самые пальцы чуточку, напрягало. Что еще выделялось — сам нож был чист и явно очень хорошо заточен. И этот нож был направлен в сторону рейдеров.

— Почти. Вон то — Чип, а я Дейл. Неужто не признала? — парень сделал большие глаза.

Ответом ему был совсем безумный взгляд. Потом девчонка бурно истерически разревелась.

…Она похоже меня даже не услышала. Просто дошло что мы всё-таки люди…

Рейдеры какое-то время просто молча стояли, не делая резких движений. Наконец Радар плавно приблизился и взяв её за руку с копьем попросил.

— Дрын то отложи. Мы не кусаемся, честно.

— Не могу… Ихм…Не могу…Пальцы свело.

Помогая второй рукой парень с трудом начал вынимать палку из руки. Получалось плохо — тонкие пальцы с обломанными, накрашенными ногтями вцепились в деревяшку мертвой хваткой. Наконец кое как выдернув «вундервафлю» из судорожного зажима и отложив её на стеллаж, Радар неловко приобнял хлюпающую носом находку.

Через полчаса загруженный едой броневик уже ехал обратно к «Острову». Блондинка, имя которой так и не спросили, без задних ног дрыхла на лавке. Выданный «для успокоения» стакан живца на крепкой выпивке предсказуемо оказал своё снотворное действие.

Уже ближе к краю перезагруженного кластера рейдеры «прицелились» на группу стоящих на импровизированной стоянке машин.

— Трот на пулемёт. Я и Ном в прикрытие. Чур — давай за помпу.

— Ном справится с пулемётом, а вот с помпой я сработаю намного лучше. Она между прочим двадцать споранов стоила.

— Хорошо иди. Всё — поехали.

Скачивание горючего в бак и канистры, загруженные в прицеп, прошло гладко и без приключений. Трот был сумрачней и молчаливей обычного. Радар отстранённо наблюдал за его работой, не забывая на всю катушку использовать силу дара.

— Чего невесел? С добычей всё шоколадно. С перспективами то же. В чем дело?

— Красивый вышел театр, не спорю. Хотя истериков лучше успокаивает оплеуха…

— Но бить человека с оружием в руке — плохая идея. Даже просто делать резкие движения не стоит. Даже в порядке юмора. — Радар поднял к глазам бинокль и еще раз огляделся по кругу. — Смышлёная свежачка. Всего снаряжения — палка от швабры, с вырезанным пазом, да хороший нож. Всё. Может быть еще кусок проволоки… А как сработало!

Уработать начинающего бегуна — без ствола это круто. Как думаешь — почему здесь копья чего-то не в моде? Клювы всё больше.

— Кого она уработала? Кто из рейдеров вообще будет возиться с медляками? От них же спокойно можно уйти быстрым шагом, даже не бегом.

Одиночку бегуна вышло приколоть только в узком коридоре. На открытом месте — уже бабушка надвое. Он бы или ловкостью переиграл, или натравил банду- по одиночке, такие уже стараются не ходить.

Круто, было бы просто закрыться — и всё. Или всё же убраться с перезагруженного сегмента.

— Так-то оно где-то так, но всё же отбиться даже от банды медляков с лишь одним бегуном могут далеко не все. Пустые черепушки по всему кластеру- тебе это подтвердят.

Тут и соображать надо, и волю иметь. На выстрелы бы еще толпа быстро подвалила, а так, очень даже проканало. Интересно, внешнюю дверь сообразила закрыть или ветер захлопнул?

— Всё это скорее случай, чем мозги. Ты спрашивал, почему копья обычно не пляшут у рейдеров? Что бы валить хотя бы споровиков, не горошников, копьем, надо или дар какой-то иметь или быть квазом. Тогда- тоже сила и скорость позволяют более-менее справляться.

Иначе — сила, ловкость и тупая живучесть позволят зараженному такого охотника кончить на раз.

А клювом уродам черепа проламывать милое дело. Для этого даже умения не надо.

— Это да. Умение… Что бы быстро и точно попадать в глаза нужно умение… и скорость. Умение решает…

— Вот, вот, умение и опыт определяют возможности — Трот произнёс последнее с непонятным подтекстом. Потом он с тем же кислым видом догрузил последнюю канистру в прицеп и залез в водительскую кабину.

Глава 11

Когда броневик уже подъехал к «Острову» и встал на стоянку, Радар вылез из башни. Он устало потянулся всем телом.

— Ну что, теперь можно хоть пожрать за нормальным столом и от души выспаться. Интересно хозяин дома или уже ушел в рейд?

— Это смотря насколько ему интересны собственно мы. — Трот из кабины говорил тихо и устало.

— Вот и я так мыслю…

Хозяин подошел сам…

Рыжий бородач цепким взглядом пересчитал ящики, увозимые по мостику вглубь поселения.

— Радар, отойдем дело есть.

— Если с торговыми деталями, то мне стоит взять своего прапорщика. У него память лучше, чем у меня. Так будет проще обговаривать детали.

— Бери.

Рейдеры и Дьяк чуть отошли от броневика по стоянке.

— Дело такое. Я отправляю на север, к грёбанному «Сельсовету» груз. Географ оттуда в паре часов езды, так что тебе практически по пути. Так что я предлагаю тебе ехать с моим караваном. Отправка через сутки. Вы согласны?

Радар оглянулся на товарища. Тот молча повел плечом. Парень развернулся.

— Значит мы должны пройти конвоем при чужом богатстве и — без оплаты? Это при том что именно на севере большие проблемы с атомитами. Будь мы путниками одиночками — караван с грузом давал бы нам дополнительную безопасность. Так — вовсе даже наоборот.

— Плату хочешь? Пятьдесят споранов до «Сельсовета». — Этого достаточно, можешь переспросить своего прапорщика, если хочешь.

— Хорошему человеку верю на слово. И ещё… Если к вам однажды придет…Некто. И предложит устроить раскулачивание какой-то из групп внешников. Вероятнее всего асеям …Вы пойдете под его руку?

Дьяк сморгнул.

— Раскулачивание — это что?

Радар лихорадочно вспоминал известные ему архаичные слова, одновременно гадая — этот тип на самом деле такой древний, он с такого мира, или всё же зачем-то придуривается? Заняло это несколько секунд. Потом он широко улыбнулся и, жестом оратора разведя руками, выдал.

— Ну это такое зело жестокое аки тать насилие. Ну еще с выворачиванием мошны. Се кулаком деется от того, так и зовется.

— Сотворить с асеями злой блуд кулаком, с выворачиванием им опосля карманов? Ты парень, я смотрю, знаешь толк в извращениях!

Мужик грубо, от души, заржал. Наконец он успокоился и вытерев пальцами глаза, продолжил.

— Позабавил ты меня хорошо. Благодарю. Поэтому ответ мой будет такой.

Пусть этот кто-то придёт ко мне хотя бы с сотней бойцов. И это должны быть бойцы, сработанные и с дарами — а не сброд свежаков.

Это раз. Просто что бы я с ним стал о чём-то разговаривать.

Что бы я всерьез стал от него выслушивать какие-то предложения эти вояки должны иметь за собой такую кормушку, что бы хватало на каждого. Что б такое было, надо серьезную делянку иметь, случайные поклёвки не пройдут.

Это два.

Бог любит Троицу будет и три. Каждый из них должен иметь снаряжение — оружие, патроны и технику. И тоже не мелкашки и мусор с перезагрузок.

Правда… (он почти по-человечески улыбнулся…почти) Посмеялся я добре, поэтому если этот кто-то придёт ко мне хотя бы с полусотней, но всё же бойцов, а не обузы, да с запасами хотя бы на пару недель у меня найдутся для него дела. Под моей рукой ясно дело.

Улучшить снаряжение и боевой опыт на этом будет вполне реально

Последние фразы Дьяк говорил уже не улыбаясь, на лицо вернулось выражение предельной жесткости.

— Ещё…Если этот кто-то имеет отношение к рейдеру Радару, то это именно Радар должен довести караван не только до стаба, но и обратно. Причём, по возможности целым и за ту же сумму оплаты.

Людей посмотреть, себя показать.

Синие глаза тяжело, давяще, впились в рейдеров.

— По рукам?

— По рукам.

До отбытия каравана как оказалось не сутки, а аж целых двое. Почти.

Сутки и день.

Время, когда можно говорить, говорить в полный голос. Ходить, не озираясь поминутно на шесть сторон — сверху, и как оказалось снизу, тоже бывает всякое. Можно есть добротную горячую еду за настоящим столом и спать на настоящей мягкой кровати.

И даже… О цивилизация!.. Вымыться настоящей горячей водой с мылом.

Всё это расслабляло и наводило на дурашливый лад. Обитали рейдеры в мотельного типа домишке возле стоянки. Здесь же и ели. На этот раз стол был заставлен разной едой. Единственное — выпивки всё же не было — на следующий день предполагалось выезжать.

На «Острове» явно хорошо разбирались насчет того, где и что можно взять по окрестностям, и имели свои хитрости по доставке, того что могло бы испортится. Так что еды на эти дни в счёт договора выделили без скупости.

Проспавшаяся девчонка, назвавшаяся Кристиной, сидела за столом с рейдерами. Объяснения о том где оказалась, восприняла внешне спокойно. Полученную брошюрку, как-то отстранённо пролистала и на этом она ушла в себя на какой-то срок.

Радар, веселившийся вместе со всеми, отвлекся, переведя взгляд на сидевшую в углу блондинку.

— Жизнь продолжается как бы то ни было. Могло быть не просто хуже, а намного хуже.

Ты расскажи, как ты зомбакам Куликово поле то устроила?

— Когда это всё началось, несколько покупателей потеряли сознание, а очнувшись стали пытаться грызть окружающих. Их связали, и охранники повезли их в полицию. Вызвать помощь всё не получалось, и директор всех распустил, попросив меня только подежурить до своего возвращения, или возвращения охранников. Потом он поехал домой проверить семью — связи не было, и он беспокоился.

Я осталась. Никто из уехавших не вернулся, а по улицам стали ходить толпы, таких вот. Их хорошо было видно из разных окон…Как они рвали… В основном, таких же как сами… Но не только.

У меня ничего не было…Ни пистолета, ни оружия…Это в кино всегда рядом висит топор.

Я заперлась. Когда рядом склад с водой и едой это уже можно жить, только было очень страшно. Я всё пыталась понять, что же это случилось и что будет дальше.

Может быть приедут какие-нибудь спасатели, армия наконец. День за днём…

На пятый день я сделала себе копье из швабры и ножа. Теперь было не так страшно выйти на разведку, тем более что уродов на улице больше видно не было. Я успела всего несколько шагов сделать, когда оно откуда-то высочило и побежало ко мне…Я испугалась, всё забыла и бегом обратно в двери… Даже захлопнуть не успела… Уже в коридоре… Я сама не знаю, как у меня получилось… Оно всё само, как-то.

В себя пришла, когда за закрытой дверью, кровь с рук тряпкой оттирала. Дальше уже сидела пока голоса не услышала.

На том рассказ закончился, перейдя в обсуждение мелких деталей, быта. еды и незамысловатые шутки. В общем и целом, явно было видно, что девчонка неплохо перенесла «перенос» и приспосабливалась к новой жизни.

Правда ночью спавшего в броневике Радара (паранойя как привычка) разбудил дикий крик. Спросоня он уже понял, что орать может только Кристина, не только по голосу, но и потому что Ном и Чур предпочли «мотель», а Трот и вовсе кабину броневика, отделенную переборкой.

Подойдя, он посмотрел на бледное заплаканное лицо и зажатый в ладони, до синевы в пальцах, нож.

— Мне приснилось…

— Всем снится. Кричать только так, воздержись. Здесь то еще ничего, вот на перезагружаемых сегментах может плохо кончиться. Он вынул из висящей на крючке куртки фляжку. — Вот выпей, это здесь лекарство от всего. На вкус дерьмо, но действительно помогает. Потом ложись и спи.

Утро было хорошим и рейдеры в веселом настроении лопали горячее. Смаковать, после недели на консервах, обычный горячий хлеб и свежую яичницу — было кайфом богов.

Чур, толкая локтем старого охотника, с довольным видом заявил. -

— В полку суперменов прибыло. Теперь у нас есть собственный Зевс Громовержец. Сокрушительный бог- олимпиец, без пяти минут. Ном, давай яви нам крутизну.

Тот смущенно уткнулся в тарелку.

— Показывай. Грех это такую мощь скрывать то.

Радар внимательно посмотрел на товарища.

— Дар прорезался? Это хорошо, давно пора. Прекращай смущаться и показывай, что там у тебя.

Тот неловко замялся.

— Нечего там особо показывать, давайте потом.

— Нечего или чего, это мы будем решать потом. Сейчас, если только твой дар не портит аппетит — показывай. — Он несколько затвердел лицом и голосом.

Ном встал и поставил перед собой блестящую посудину с каким-то салатом. Глубокая миска из какой-то нержавейки заняла место обеденной тарелки. Потом он поднес к ней палец.

— Ну смотрите, только сразу говорю, следующий раз, самое меньшее через час. — Между пальцем и блестящей стенкой мелькнула крупная голубая искра.

Чур улыбался. Трот молча бросил оценивающий взгляд и вернулся к еде. Радар одобрительно кивнул.

— Дар неплохой хотя качать его конечно придется немало. Можно и еще кое-что подумать. Ты его на человеке пробовал?

— Не пробовал.

— Значит через пару часов зайдешь, закончишь гонять Чура по стрельбе, пусть дальше сам тренируется, и топай к нам в мастерскую.

Работать руками Радару не нравилось никогда. Это не было его увлечением в прошлой жизни, это не стало его радостью и теперь. И всё же получалось у него очень неплохо.

Один за одним гранёные наконечники затачивались и насаживались на стрелы. По-своему красивые ладные арбалетные болты выстраивались в рядок.

Это радовало сердце гнома, но заставляло скучать душу. Поэтому, когда вошел Ном, Радару невольно повеселело. Высокий конфликт между сердцем и душей нашел удобное разрешение. Кровоточащий разрыв между тонким кайфом жлобства и непреодолимым отвращением к монотонности, нашёл удобный выход через необходимое дело.

— Ну что готов? Давай проверять твой дар. Подходи и пробуй, посмотрим с какого расстояния и насколько сильно выйдет.

Ном начал медленно подходить, вытянув указательный палец. Парень икоса наблюдал за ним уперев руки в бока. Когда до его груди оставалась буквально ладонь — мелькнула искра. Укол был довольно ощутим, но до шока ему было очень далеко.

Радар поморщился.

— Да, до чего-то путного, качать и качать. Это, не считая того, что нужно что-то для более удобного направления на цель. Вот, попробуй потренироваться с этим. — Он вынул из кармана и протянул конструкцию из резиновой груши-брызгалки и гибкой медной проволоки. — Грушу берешь в ладонь, проволоку одеваешь на пальцы. Должна получиться водная струйка, по которой и пойдет разряд. Так и поточнее будет и подальше. Потом еще попробуем.

Сейчас иди к Кристине — готовьте стол. Хватит ей ликбез по улью изучать, надо бы и для банды что-то делать. Мы где-то через час заберем Чура и тоже подойдем.

Надо еще успеть пожрать и немного выдохнуть, потом будет забег на два три дня по таким местам, которые даже здесь считаются опасными. Так что не до того будет.

Местный караван баши, он же торгменеджер, он же же зам Дьяка оказался крепким, высоким и плотным до небольшой полноты мужиком. Лобастое, неглупое на вид лицо, с солидным крючковатым шнобелем, носило явную печать излишнего интеллекта.

…В общем судя по тому, что, пересчитывая взглядом идущие грузы, ты не лазаешь в список — на память и счёт в уме ты не жалуешься…

Радар задумчиво разглядывал деловую суету, высунувшись до пояса в люк броневика. Короткая стриженная борода и стянутый резинкой в «хвост» длинные волосы «руководства» шустро перемещались между выстроенными на парковке машинами.

…Узнаваемый стиль. Ну да, подражать самому главному, это люди любят еще с древнехвостатых времен. В остальном, далеко тебе до Дьяка — тот отжатая сталь, а ты в общем рыхловат. Явно дорогой спортивный костюмчик, то. Это в Улье, где основная мода — варианты камуфляжа с щедрым выбором из армейского и охотничьего. Понты что ли такие?..

Отстранённые оценивающие размышления прервал сам их субъект. Закончив проверять грузовики, мужик подошёл к броневику собственной персоной.

— Радар? Здорово. Я Химик — и я поведу эту колонну. Об основных деталях ты уже в курсе. Головной машиной пойдет мой БТР, ты пойдешь следом. Насчёт неожиданностей особо инструктировать смысла нет — на то они и неожиданности.

Хотя одно всё же забей себе в память и глубже- если способен. Лучше бить на поражение, чем пытаться сбежать. Шансов выжить почти всегда намного больше. Тебе же самому это стоит помнить — если хочешь жить.

Всё, строимся на выезд.

Колонна, урча двигателями, машина за машиной, выехала на дорогу, ведущую на север.

Дорога под колесами была куском вполне приличного, хорошо асфальтированного шоссе. Позади уже хватало всякого. С извращенной логикой соединялись гравийки и убитый в ноль проселок, с которых иногда приходилось съезжать и пробираться по накатанной прямо через поля и пустыри колее. Всё это очень приблизительно сохраняло направление, делая лютые изгибы и выверты. Позади оставались пустыри и поля, заросли кустов и лесополос, остатки каких-то зданий, разрушенных до фундаментов и почти свежих.

Отсутствие приключений — радовало. Многочасовая тряска в технике — изматывала.

…Должен же быть какой-то позитив, иначе совсем скиснем…

Радар чуть размялся в башне стрелка.

— Трот как думаешь одолели бы мы эту трассу под дождиком? Или застряли бы?

— Вероятнее бы всё же одолели. Хороших тягачей в колонне достаточно. Только кто-то бы регулярно вязнул, и регулярная техно любовь бы отнимала много времени. — Троту за баранкой явно тоже уже было тошно.

БТР идущий головной машиной неожиданно встал.

— Привал что ли? Типо пожрать — выдохнуть. Так, по карте и общим объяснениям, еще полчаса самое меньшее до тех мест. Трот, видишь чего-нибудь?

— Да. Посмотри в оптику, прямо на дороге, видишь?

— Танк, нет, два.

— Если это не друзья, то стоит что-то прикидывать уже сейчас — по части быстро бегать и хорошо прятаться…На том свете будет уже поздно…

— Не язви, засаду для мочилова никто не устраивает посреди дороги… Ну, по крайней мере, никто кроме тех чокнутых руберов.

Пока это головняк Химика, а он молчит. Вот если начнет что-то резкое творить, тогда уже по ситуации.

Тем временем вставший было БМП опять завелся и подъехал вперед. Остановившись уже за десяток шагов до танков, он откинул люки. По-прежнему не было никаких указаний по радиосвязи. Отсутствие ясности злило и заставляло нервничать. Из машины на дорогу выпрыгнули Химик и трое его людей.

— Трот, давай к ним ближе, за пару шагов остановись. Ном, занимай место на пулемёте. — Радар, не высовывая голову, выглянул в открытый люк. — Химик, мы на такой же сцене в засаду попадали. Ни тепловизор, ни сенс ничего не прочухали, а завертелось потом всё резко.

Может ты ххх обратно залезешь?

Тот ответил неожиданно спокойно.

— Осторожность — это хорошо, но здесь точно нет засады. Здесь всё раздолбано и сожрано — живых нет.

— С чего взял? Я же говорю ни даром, ни техникой мы того элитника не засекали, он тупо вкопался на крот- и хватило.

Мужик проследил, как его люди ныряют вовнутрь разбитой техники.

— Если коротко, я знаю, что здесь произошло, пусть и без некоторых важных деталей. Если же что-то всё же подрулит по-быстрому — ну хоть пачка дронов внешников, хотя тут для них далековато — встретим. У нас есть кем и чем обнаруживать и решать сложные вопросы.

…Есть что-то в этой его уверенности. Не похоже это на тупое самодовольство. Рассчитывает он явно на что-то всерьёз. Вот только может он ошибается?..

— Ну раз всё по плану то чего стоим, время теряем? До обеда еще полчаса. Или всё же есть какие-то шероховатости?

— Скорее наоборот. Здесь был сильный элитник, танки он засек издалека и прибежал очень быстро. Атомитов распугал на несколько кластеров вокруг, это замечательно.

Здесь он налетел на колонну и с ходу порвал оба танка. Почему-то колонна не сумела его кончить. Вот это интересно, и это стоит узнать если получится на стабе.

Я как-то учувствовал в деле, где так кончили троих элитников — а этот один.

Выжившие бросили танки и бежали. Куда? На юго-восток или назад? Это тоже надо будет пробить на стабе. Этот, доел экипажи и ушел на запад, к пеклу. Сейчас заберем по-быстрому, что получится и продолжим путь. Детали объясню на остановке.

Чуть высунувшись, Радар жадным взглядом проводил пару автоматов незнакомого вида и несколько рюкзаков унесённых в недра БТР. Решившись он спрыгнул на дорогу и подошел к Химику.

Вблизи и с другого ракурса было хорошо видно, как чудовищно порвана и раскромсана несчастная техника. Куски бортов были вырваны, как картон. Словно пластмассовые игрушки рубили раскаленным ножом. Асфальт на метры вокруг был забрызган чем-то спекшимся, красно, буро, коричневым.

Возле гусеницы валялся какой-то специфический шлем, похожий на хоккейный. Парень подобрал штуковину. Материал — какой-то композит на основе титана, вещь по-своему несомненно редкая и дорогая.

— Это что?

— Это? Навроде косточки в вишне. Черепушку элитник прожевал, а каску сплюнул.

— Не жевал он этого — следов зубов нет и ремень крепления порван. — Радар постучал пальцем по шлему.

— Значит почистил еду чуток перед обедом. Среди высших зараженных и не такие искусники бывают. Если нравится вещь — бери себе. Нам достаточно уже взятого — и для опознания колонны и на добычу.

— Это точно был элитник?

— Точно, разумные бы зачистили весь хабар, а прочие…Не стали бы так жрать.

Всё, пора уходить, и в темпе. Очень жаль, нет времени выгружать боекомплекты, они тут самое ценное. Но не стоит тут задерживаться, реально не стоит.

Радар запрыгнул в машину. Небрежным жестом он продемонстрировал всем трофей.

— Вещь дорогая и стильная, полезная по-своему должна быть — но только боюсь неудачливая. Принимаю Соломоново решение. Раз уж её бывший хозяин пошел на закусь зараженному, нам остаётся только выпить и закусить за упокой его души, на его наследство. Он точно был бы рад таким поминкам.

— Что узнал? — Трот был явно заинтересован.

— Это был элитник, крутой даже по их меркам… Танки он порвал, как тряпочные, причём в одиночку. От экипажей остались только брызги по дороге. Химик это всё говорит — но на вопросы откуда всё это знает темнит. Обещал рассказать позже.

Плановая остановка состоялась через битых полчаса. Бывшая автобаза сохранилась в очень неплохом состоянии. Чуть до обустроенная для предупреждения и защиты от неожиданностей — а в остальном вполне узнаваемый объект. Народ со знанием дела стал располагаться на отдых и обед.

Химик нашелся в небольшой двухэтажке — похоже части бывшей диспетчерской. Он блаженно сидел, развалившись на диване. Его люди разбрелись по соседним комнатам. При входе Радара, он лишь ненадолго приоткрыл глаза.

Парень энергично наклонился.

— Так что это было? Откуда такое знание?

— А если я отвечу уклончиво?

— В смысле пойти на ххх? При мне ведутся какие-то мутные игры, а я не состою вашим человеком что бы верить слепо. Не с чего мне вам доверять. Это всё непонятно и потому очень подозрительно. Попасть в чужие интриги с мясорубкой за непонятный интерес мне не улыбается.

Ты уверен, что хочешь ехать обратно без моего броневика?

— Ты знаешь, что такое «военная тайна»?

— Знаю. Военная тайна которую будут обсуждать по кабакам десятки людей — это конечно такая тайна. Вероятно, очередной дар Улья, о котором и так знают все, кому надо. Просто поговорив на эту тему в кабаке, я узнаю всё это. Только с большей вонью и шумом.

Не люблю лишних движений, но это уже вопрос целостности моей шкуры. Такие непонятности можно и не пережить.

Лицо мужика было раздраженным и злым.

— Не дар это. Всего то один хреновенький беспилотник идущий впереди колонны на небольшой высоте. Внешники подобными пользуются, только намного лучшего качества. Этот приволок Дьяк из рейда. Сам понимаешь такое есть не у каждого стаба, не то что не у каждого каравана.

Догадаться о таком при общем опыте в Улье можно, но трепаться об этом лишний раз всё едино не стоит. Встречную колонну он засветил издалека, как на неё пошла атака я смотрел в реальном времени, не сбавляя хода. У нас бы были хорошие шансы на победу в таком бою, особенно если б элитника хоть немного потрепали.

Я тебе расскажу, как при мне группа стронгов, с машины на ходу двух элитников сняла.

Один, клокстопер был- тот просто соскочил на дорогу и стоя, бронебойными, прострелил своему глазницу. Второй, кинетик- он какое-то метательное железо по хитрой траектории запустил так, что разнес споровый мешок. Удар пошел сзади по дуге и с такой силой, что не спасла никакая защита. Там бросок был не столько рукой, сколько даром.

Всего цирка — минута. Из наших все живые остались, разве что железо ремонтировать потом пришлось.

А эти скисли враз, своих бросили и побежали. Дури конечно хватает всегда и везде, но рассчитывали они похоже вообще на один понт. Ну да внешники или атомиты с танками бы связываться не стали, а элитники то плевать хотели на такое.

Я следил за элитником — он был важнее, поэтому куда сбежали выжившие не знаю. Вот и вся история.

— Благодарю…Мне действительно стоило об этом узнать. Значит серьезную засаду, тех же атомитов, эта вещь не вскроет. Плохо.

— Ты знаешь эта вещь обнаруживает много чего несерьезного, из того с чем встречаться — своих списывать пачками.

— Всё так. Благодарю еще раз. Кхм, пожалуй, правильный собеседник, под рюмку, если попросить, действительно мог бы мне вскрыть эту тайну, но теперь я этого делать не буду. Да и своим людям что-нибудь слукавлю в общем. Без лжи, но и без деталей.

Короткий отдых и колонна продолжила путь. Монотонная изматывающая дорога в постоянном напряжении, это скучно если об этом рассказывать. Но для тех, кто её пережил, оставшись в живых и дойдя до цели — это маленькое счастье успешной работы.

Радар периодически использовавший дар, после прохождения кпп сумел только с трудом разогнуться, глотнуть живца и выпасть мёртвым сном на лавке.

Утром, встав последним, он вылез наружу. «Сельсовет» на деле оказался очень крупным стабом, практически городком. В ближайшем баре- кафе он нашел всю свою банду в полном составе.

…Девчонка уже лихо освоилась, вон как лясы с барменшей точит. Пора бы уже крутить крестины для Кристины, только идей пока нет. А…Завтра сделаем…Надо еще смотать на Чернобыль, это в двух часах отсюда…

Трот отсалютовал кружкой.

— Радар, мы тебя давно ждём. Химик подъезжал на тему, помочь ему с разгрузкой.

— За отдельную плату. Нам плачено за охрану, а не погрузку.

— Вот, вот. Но тем не менее лучше ему помочь.

— Ладно это всё потом, пока расслабляемся.

День прошел за тяжелой работой и хозяйственными вопросами.

Всё же следующим утром парень встал первым, на этот раз организм уже восстановился после использования дара.

Удивило отсутствие Кристины. Более того отсутствовал её рюкзак, бывший и дамской сумкой, и всеми собственно личными вещами.

Он тряхнул Трота. Тот пару минут слушал потом, зевая, проверил консервы, что-то заметил. Равнодушно потянулся,

— Ага, отвалила значит. С концами.

Радар развёл руками — Ну блиин. Хоть «спасибо» то можно было сказать?

Трот криво улыбнулся — Если тебе так хотелось взять «спасибо», так надо было брать сразу, на месте. Кто как, а я был бы вполне «за». Желательно конечно на всех желающих, а не тебе одному. На четверых хватило бы спокойно, даже без дарёной ульем живучести.

— Ты это брось, мы ж не скоты.

— А я что? Сам начал.

— Сожрут теперь девку. Грустно. Срок жизни рейдера- одиночки короче, чем работа в Макдональдсе. Ох, дура.

— Ну если тебя это развеселит…Она ж на крупном стабе сдрыстнула, а не в голом поле. Здесь соотношение мужчин и женщин — одна на восьмерых. Если сумеет найти себе хорошего сутенёра или папика, очень даже может быть нас переживёт.

Радар не открыл рот, лишь лицо изрядно вытянулось. Трот с менторским видом продолжил.

— Конечно тут от много зависит. С мордахой ей вполне повезло — тут и крокодилы в цене, а у неё смазливая. Но надо ещё везение и способность разбираться в людях. Хороший сутенер — это дело не малое. Слышал я о нескольких стабах с рукожопым руководством…

Так вот, там — соотношение мужчин к женщинам хуже, чем десять на одну. Всё потому, что от тупой поножовщины у них загибаются не только дармовые рейдеры, которых всегда хоть попой ешь, а и ценное дырочное мясо. Всё на похеризм пущено, потому и так. Прибыль — убыль сильно по минусам. Выживает после перезагрузки без помощи там также мало, как везде. Добрать по-другому? Сил и умения, чтобы шерстить кластеры самим, у них нет. И уж само собой у этих нищебродов нет гороха что бы платить работорговцам или мурам. Нет и никогда не будет. Лузер это не должность — это натура.

Парень ошалело смотрел на экс — мура. — Про рабские караваны я слышал, но что б барыжить с мурами… Как это вообще… Как это провернуть в реале? Мурам то от этого что за выгода, да что бы удержаться от разделки «клиентов»?

— Выгода конкретная. Горох знаешь ли очень уважают не только обычные рейдеры. А еще мурам очень даже нужно рыжье, которое могут подгонять рейдеры и само собой «вырезка». Золотишко, оно конечно почему-то внешникам запрещено к вывозу из улья, но втихую всё равно тащат. Почему запрещено — это я без понятия.

Капитан Очевидность бы ещё сказал, что без сделки с рейдерами эта тема не пляшет. Ну, а адмирал Ясен Хрен добавил бы, что для этого рейдеры должны оставаться живыми и при своей выгоде.

— Что-то я… Картинкой, как такое провернуть, нарисовать можешь?

— Лех — ко. Получает значит Сергей Владимирович задаток в горохе. Потом он проезжает по базам и собирает мясо, такое значит, чтобы сроком месяц- два. За это время оно еще слишком дешевое на разборку, но для езды уже раздолбалось и приелось. Скидывает он, значит, собранное в нужном количестве на ферму. Подбирает такую, что бы стояла с краю, да не имела дальнего прикрытия. В охрану оставляет пару тройку животных, от которых реально нужно избавляться. Чаще всего это те, кто перебрал со спеком.

Или просто слишком урод по жизни что бы с ним дела делать.

Радар дернул шеей. — Уволен из гестапо за жестокость?

— Где-то так. Нахрен тебе неадекват, даже в палачах? Тебе дело делать надо, а не удовольствие доставлять тупому маньяку.

Кто хочет жить — тот вообще в одной машине бухого из-за руля пиххх наххх. Без лишних соплей и болтовни. А у нас тут выживают только те — кто хочет. Так что, конченных торчков и уродов всё едино надо куда-то девать. Но тут уж — у хорошего хозяина и дурак и тупые ножницы пользу приносят.

В общем, сбрасывают баб на ферму, и первые пункты меню расходника они хавают большой лопатой. Только что б без увечья и реальной разборки, за этим всегда следил… Реально доверенный и адекватный человек. Еще этот человек подавал оговорённый сигнал и отваливал — следя в бинокль за результатом.

На ферму налетали боевики соответствующей банды.

Пиф. Паф-ббаахх.

Зверюшек кончают, баб бойцы пакуют. И те, и другие счастливы. Бабы, потому что попасть из фильма ужасов, даже в порнуху — уже кайф. Боевики потому что- «спасибо» не по разу. Потом конечно, как оклемаются, сразу то мясо не в той форме чуток, для таких радостей. Но сам знаешь, здесь лечатся быстро.

А тем временем умный человек заносит щедрую долю Сергею Владимировичу. Как оговорено- либо полновесным рыжьем, либо горохом. Бывает и «вырезкой», но это товар… По случаю.

— Ккакому Сергею Владимировичу? — Парень аж заикаться начал.

— Грею. Так его звали…Те, кто его лично знал.

Бывший студент неловко вынул плоскую фляжку из внутреннего кармана. Налил себе стаканчик — крышку живчика и выпил залпом. Смесь коньяка с гнилью обожгла глотку. Выдох.

Потом Радар уже спокойным элегантным движением закрепил стакан обратно и убрал фляжку. Намного спокойнее он прокрутил сказанные слова в голове.

— Так рейдеры выходит тоже регулярно торгуют «вырезкой»?

— В том и дело, что всё же не регулярно. Чем они охрееенительно гордятся. Соль здесь в том, что основной враг банд, держащих стабы — это не муры и уж тем более не внешники, а такие же рейдеры, с которыми бодаются за темы. Вот так и получается после разборок немалый дополнительный куш.

— А как же ментаты? Неужели никто и никогда?..

— А что ментаты? Что бы крутить такую сделку надо держать стаб и не меньше. Многие ли посмеют задавать такому человеку вопросы? И многие ли захотят? Его боевики, получившие то, на что пятеро других рейдеров могут только пофапать, не то, что не захотят, они нахрен завалят этого пытливого.

И даже если кто то, как то, зачем-то и решит что-то такое предъявить, в политике бывает и такое…То ответ был бы очень, очень простым — да я оплатил информатора. Да, оплатил дорого. За спасение людей от муров, и счастье своих людей, мне ничего не жаль. Кто осудит?

— Мммм. Внешники не пытались этот бизнес как-то прижать?

— С чего бы это? Они свои поставки имели регулярно и стабильно. Это кроме того, что кое кто, за свой интерес, крутил темы с рыжьём. Имён я, честно, не знаю. Грею, старшие партнёры простили бы финты и куда как по хлеще. А про это — даже если и знали, так закрывали глаза.

— Не было попыток прокинуть по таким сделкам?

— Вот теперь думаешь в верном направлении. Разумеется, были. Кроме прочего — это очень важная тонкость, почему на такую тему, идут только с тем, у кого есть стаб.

Было такое, да. Один раз такой хитрожопый тип поймал пулю головой от снайпера и его долг оплатил его зам. Он унаследовал стаб и активы, так что с него не убыло. Другому хватило нескольких мин на дорогах, «с визиткой» исполнителя. Счёт был оплачен с извинениями и бонусом сверху.

Радар, раз ты у нас теперь за командира и собираешься вести нас в светлый бордель с выпивкой и музыкой — то усваивай то, без чего нам хана. Всем хана.

Осознай, что доверие в бизнесе — равно возможности спросить за неправильное поведение. Крепко это осознай. Только имея возможность выбить долг по счету — стоит допускать долг.

Бизнес, есть бизнес. А здесь бизнес практически всё. Бывают конечно исключения. Но это и есть исключения. Бывает, спору нет, но это редкость. Ценная, но редкость. На это не ставят.

Парень задумчиво кивнул. Потом улыбнулся.

— Ладно, занеси в графу расходов «милостыня». Шестьдесят килограммов ценного веса в минус.

— Ты съеденное забыл. Семьдесят.

— Семьдесят. Мое сиятельство изволят быть щедрым. Что высшему дар, то равному сделка, ну, а убогому милостыня. Главное, чтобы в меру.

Трот поймал своеобразную улыбочку и невольно ухмыльнулся в ответ.

Глава 12

После коротких уточнений у сопартийцев, караван баши нашелся в местном «консульстве» «Острова». Маленький стаб владел симпатичной двухэтажкой из красного кирпича, с примыкающим складом и крытой автостоянкой.

Броневик стоял на посольской стоянке, под охраной его камер и автоматчиков, как и вся техника колонны. Караванщики разделились — собственно люди стаба ночевали в здании, а наемники и попутчики, к которым относился и Радар, по своему усмотрению. Кто-то спал в своей технике, кто-то за свой счет размещался на стабе.

Когда Радар зашел в комнату, Химик заканчивал какой-то сложный разговор, с каким-то типом в цивильном костюме при галстуке.

…Ну и понты. Вроде как вообще не рейдер, на перезагруженные кластеры только под конвоем в бронетехнике?..

Заметив заходящего рейдера, бородач лишь коротко кивнул.

— Котыч, тридцать ты возьмешь в счет того что уже отгрузил, но ни одной, сверх того. Это всё, разговор окончен.

Мужик, по лицу видно, разгоряченный и злой, молча наклонил голову.

— Радар, пошли со мной. — Компания перешла на склад. Там они быстро перекинули три десятка немаленьких бутылей какой-то жидкости в стоявшую у ворот машину. «Пиджак» сам работать не изволил, лишь подписав под это дело своего водителя.

Когда машина, фыркнув выхлопом отъехала, Радар повернулся к Химику с характерным выражением лица. Взгляд был очень неласковым.

— Ну и что это было?

— Наш лучший товар. — Химик хмыкнул.

— Это который?

— Наша прославленная выпивка.

— Подробнее можно?

— Хм…На матерых иммунных не только все царапины и болячки зарастают влёт. Способность не болеть и быстро обезвреживать почти любые яды — это вообще то палка о двух концах. Жить, когда любая водяра тебе за слабое винцо очень грустно. В натуре.

Вот представь, вернулся рейдер после ходки, ему расслабится хочется и всё забыть, а никак. Не выпить ему столько, да и это ж еще привезти надо это всё. А человеку надо — иначе ему крышу сносит.

Оно всякого хватает при срыве. Кто ствол себе в рот сует. Кто не ствол, и не себе. Всё едино стабу это убыток. Да и каждого так или иначе касается.

Серьезная тема так ведь?

Вот. Решение — наша смесь. Эксклюзивный, мать его, товар. Только здесь и только у нас. Что б мне тебе объяснить, чего туда входит, так это тебе химию надо знать, органическую. Но даже так, это доолгий вышел бы разговор.

Самогон, кое какие травы, кое какие профессиональные химикаты из кулинарии. Есть и то что известно многим, и свои хитрости, которые мы не жаждем кому-то отдавать.

Важно качество — дерьма не держим. Продукт хорош — не тормозная жидкость и не метанол. Тем более не спек. Ливер и башку, как конопля не выжигает, даже жесткой подсадки не дает. А вкус? Даже если б мы гнали мочу, с такими свойствами её б у нас брали нарасхват. Тогда как наш товар на вкус лучше большинства алкоголя.

Так что в отличие от пушеров, которые сами никогда свой товар не потребляют — мы свой очень даже уважаем. Временами — и по самые уши. Осторожность конечно нужна — по мозгам он бьет так, что язык хуже метлы летает. Вот таков он, наш прославленный, великий, могучий, стратегический и политический товар. Товар прославленный на многих стабах.

Достаточно тебе этих небесполезных знаний, в качестве платы за твой недолгий труд? — Химик неожиданно насмешливо посмотрел собеседнику в глаза.

Радар почти смутился. Почти. Дядька явно неплохо прочел его мысли.

— Почти. Ты вероятно в курсе, что я собирался заехать к Географу, сейчас надо договориться что бы не разминуться с обратной дорогой на «Остров».

— Ну если тебе только на Чернобыль, то это примерно два часа езды в одну сторону. Ехать лучше не откладывая. Элитник крепко распугал атомитов, они сколько-то дней будут сидеть как мыши под веником. Так что, если поспешишь и туда, и обратно, сможешь избежать реальной опасности. Так-то одной машиной в здешних краях запросто пропасть без следа.

На всё про всё тебе должно хватить суток самое большее, а мы здесь будем трое — самое меньшее. Только помни что, начиная с четвертого дня ты нас уже можешь и не застать.

Двухчасовой проезд до Чернобыля прошёл без приключений. Удивил сам стаб. Это оказалось всего лишь кольцо из трейлеров, автомашин и бронетехники. Стрелки — часовые смотрели на окрестности с бронированных и импровизированных башен — и, ни одного собственно здания. Зачищенный вдаль, до уровня стола, пустырь по сторонам, обваренные защитой грузовики в ряд — и это всё, пейзаж не впечатлял. Не таким представлялся воображению лагерь, где живёт один из сильнейших местных «стронгов» — матерых иммунных.

Радар отвлекся от оптики и недоумённо почесал щеку.

— Вот это весь стаб. Прикинь?

Трот одобрительно что-то буркнул.

— Правильные ребяты. Из всех, кого мы видели, эти самые продуманные. Мины, стены, стволы и даже рвы — это всё так…До случая.

Лучшая защита — это когда тебя нет в точке атаки. Никакая разница в силах тебе не поможет если ты не можешь ударить по цели. Так и будешь терять ресурсы и здоровье, до тех пор, пока не проиграешь. Для такой игры у ребяток должны быть свои хитрости на разведку и мобильность. И что-то мне говорит, что у них это таки есть и в немалом количестве.

Так что это как раз самые крутые.

— Ну ты преувеличиваешь. Всё едино, если постараться, можно и догнать, и засаду устроить.

— Много чего можно, но что бы играть в догонялки надо жечь горючее — особенно это будет весело внешникам, которым и так ехать не близко. Стая зараженных люто хочет жрать, оттого и никогда особенно не маневрирует — прут буром до самой внешки. Уберись с пути лавины — и ты победил.

Конечно, здесь, как и везде, если по соображать, слабость можно найти. Вот только если не дурить и не давать вторых шансов для атаки, возвращаясь на прежнее место — такой табор почти неуязвим.

Броневик заехал внутрь кольца. Короткое общение с караульными на въезде и штатным ментатом ничем не удивило. Немного удивил быстро найденный, по объяснениям местных, знахарь Географ.

Обитал этот персонаж в оригинальной раскладной «юрте»— палатке. Довольно большой шатер окрашенный в серебристый и оранжевый цвета привлекал взгляд. Это явно был скорее научно- экспедиционный, а не армейский артефакт. Внутри было вполне комфортно, с легкой раскладной мебелью и какими-то коробами- вместо шкафов.

Только человек сидевший в кресле, через столик, был какой-то неожиданный. Радар невольно представлял себе нечто вроде Дьяка, или хотя бы Смайла. А тут был молодой на вид мужик, донельзя обыкновенный. Среднего роста, типичное европейское лицо, голубоглазый шатен. Одежда — легкие брюки и рубашка с коротким рукавом. Таких ребят в любой маршрутке на десяток — дюжина. Ну ничего в манерах, пластике, тоне голоса не выдавало, что это один из серьезнейших людей не то что стаба, а всего сектора.

И всё же именно к нему привел местный ментат. Именно его жилище пас броневик незнакомой модели. Рядом с ним стояла пара боевиков в брониках.

Очень вежливо и спокойно Географ предложил Радару сесть, а прочим рейдерам подождать снаружи. На этот раз возражать не стал даже Трот.

…Это действительно он? Этот кадр в тряпках из дешёвого магазина?..

— Мне сказали, что вы хотите меня видеть. Но по вашему виду не похоже, что бы вы нуждались в услугах знахаря. — Мужик скрести пальцы перед собой и слегка откинулся назад. Лёгкое кресло тихо заскрипело.

— Смайл сказал, что вы не только лучший знахарь сегмента, но и исключительно хорошо осведомлённый о местных делах человек. Более того деловой человек, способный за приемлемую цену многим поделится. — Радар был деловито серьезен, стараясь не сорваться на переигрывание. как актёр любитель.

— Понятно. Я действительно иногда продаю такой товар, тем кто в нём нуждается. Вы располагаете желанием и возможностью его прибрести? На какую сумму желаете? Какой располагаете?

— Мне есть чем заплатить за желаемое. Но разумеется, бабки, которые я выложу за товар, сейчас не со мной.

— Вас что-то смущает. Я чувствую это.

— Специфика товара требует точно знать с кем разговариваешь. К сожалению, я не видел вас раньше лично и не знаю, как бы подтвердить вашу личность.

— Это не сложно. Вы не боитесь боли? — Знахарь немного походил манерой на врача.

— Нет. Но в чём дело?

— Дайте вашу руку, пожалуйста.

Радар протянул руку ладонью вверх. Географ взял протянутую руку за запястье. Быстрым движением вынув из ножен на поясе нож, он неожиданно резко полоснул по ладони.

Было больно. Резкая боль делала происходящее пренеприятно реальным. Парень рефлекторно дернул руку назад. Ладонь не шелохнулась — хватка у Географа оказалась даже не железная, а гранитная. По коже обильно потекла алая кровь, капая на маленькую столешницу.

— Смотрите — Знахарь ткнул пальцы рядом с разрезом. Миг — и боль полностью исчезла. Еще миг и остановилось кровотечение. На глазах глубокий порез стал стягиваться и зарастать, быстро оставив после себя лишь тонкий шрам. От произошедшего осталась лишь измазанная подсыхающей кровью рука, да темнеющие капли на столе.

— Как видите я действительно очень сильный знахарь. Таких слишком мало, что бы один успешно выдавал себя за другого. Было некоторое неудобство, но теперь вы абсолютно точно можете быть уверены в моей личности. — Вот теперь в этой спокойной уверенности в себе почувствовался матерый ветеран Улья.

— Я намерен приобрести все картографические данные, которые вы можете продать. Всё, включая пометки возможных призов и опасностей. Сверх того — всё что вы знаете по группировкам внешников.

— Интересное предложение…Но это многие сотни гороха. Вы располагаете хотя бы долей таких сумм?

— Черная жемчужина. Действительно есть.

Географ чуть скосил взгляд на ментата. Тот молча кивнул. Матерый иммунный задумался.

— Признаюсь, я испытал сильный соблазн заключить недобросовестную сделку. Но всё же солидная репутация на многих стабах стоит дороже. — Так же задумчиво наклонив голову, он отошел в сторону и зарылся в одном из коробов. Вынув от куда-то из глубин странную штуковину размером с маленький кейс Географ вернулся в кресло.

Вещица легла на тол и её было удобно рассмотреть. Это была коробка — папка красивого серебристого цвета. Меньше кейса, но больше папки для документов. Быстро похимичив с замком мужик стал что-то набирать на сенсорной клавиатуре. На темном экране мелькала малопонятная информация. Вроде всё же на русском.

Минуты текли в молчании. Потом Географ опять вышел из сосредоточенности.

— Вот эта вещь в качестве носителя и добавки к заказанной вами информации и будет хорошей сделкой.

— Что это?

— В первую очередь это носитель информации как раз подходящий под ваш заказ. Нечто вроде мобильного компьютера. Технология нолдов. В их колоннах такого конечно не добудешь. Единственный источник — это кластер гражданских нолдов где-то довольно глубоко в пекло.

Вещь великой цены. Не только потому что видеосъемка позволяет очень эффективно собирать информацию, которую можно продавать. Например — мне. Не только потому, что обладает качественным замком, который можно настраивать хоть на код хоть на отпечаток. И как любой компьютер всю базу можно закрыть на пароли.

Настоящая цена этой вещи в другом. Один мой клиент как-то не успел забрать такой чемоданчик из горящего танка. Он вынул его позже- в прекрасном рабочем состоянии.

Таким образом я продаю не просто летучие слова, а реальную легко проверяемую и очень выносливую базу данных.

Это более чем полностью соответствует предложенной цене.

Формальности размена прошли без неожиданностей. Получив и подержав в ладони черную жемчужину, вынутую из тайника в броневике, Географ похоже, опять задумался. Он скользнул взглядом по молодому рейдеру.

— Знаете вы не похожи ни на человека, который хотел бы стать муром, ни на стронга готового потрошить колонны внешников. Возможно я могу что-то добавить в ту же цену, если буду знать зачем вам данные по внешникам.

— Ну, например, можно попробовать сдавать какие-то возобновляемые биоматериалы. Либо какие-то еще сделки…Без разделки… — Он криво дернул углом рта.

— Так…Вы всё же действительно еще недавно в Улье. Такая тема действительно существует, но по тому что мне известно, она не очень доходна. Пожалуй, единственные из внешников которые идут на такое — элхи. Да еще где-то на юге, но о тех я не знаю ничего достоверного.

Прочие отреагируют на попытку переговоров как охотники на визит зверя в поселок. Пристрелят на раз, без разговоров.

Броневик зашелестел в обратный путь…

Химик сидел за столом, что-то размечая и подписывая в бумагах. Немаленькая куча обычных листов а- четыре пересматривалась отрабатывалась и раскладывалась в стопочки. При входе Радара он изволил отложить ручку и изобразить дружелюбие.

— Как съездили. Сделка прошла успешно?

— Хорошо съездили. Не нарвались ни на кого серьезного, разве что на обратном пути чуток споранов настреляли. Но это мелочи, на приключение не тянет.

Дело есть. Дело серьезное и без поддержки действительно опытного и мудрого человека может плохо кончиться. Ты не первый месяц Улей топчешь, и явно не зря ведешь серьезнейший бизнес. При том, что тебе доверяет сам Дьяк…

Химик перебил, вскинув при этом руки.

— Хвала — ловушка на дурака. Говори начистоту, чего тебе от меня надо.

— Мне надо? Не только мне, пожалуй. Есть тут и твой интерес.

Пробил я значит через Географа разную информацию и среди прочего нарыл, что есть среди внешников умеренно паршивая кодла. Вроде как, кое чем, с ними можно забарыжить без муровской грязи.

Но доверия им разумеется нет и если бы такой реально матерый иммунный…

— Я уже сказал один раз. На лесть ты будешь разводить кого-нибудь другого.

То есть ты решил перетереть с какими то внешниками, но на всякий случай прикрыться мной? А мне то зачем такая тема? Допустим ты всё правильно понял. Географ обычно точен в своих наводках. Тогда, тебя действительно не завалят увидев. Допустим.

Дальше то что? Если на стабах начнут говорить, что я веду дела с внешниками это не просто проблемы будут. Это будет ххх ххх.

Дальше — больше. Я, как ты заметил, не сам по себе мальчик, на Дьяка то всё тоже пойдет. Тут вопрос пойдет уже не то что на дикие бабки, тут без головы многие останутся.

Радар молча развернулся и двинулся на выход.

— Стоять ххх. Я не закончил.

Парень опять развернулся.

— Может быть тебя разделают на этой встрече. Еще вероятнее, узнав где ты был, долго и весело будут убивать на стабе. Но… Если я не узнаю, что там за тема мутилась у меня под носом, Дьяк меня выпорет. Спустит штаны, оголит задницу и всыплет розгой, как ленивому школяру. Причем не собственноручно. Не удостоит.

И вообще то… Будет полностью прав.

Сделаем так. Отправлю я с тобой человечка. Не из наших штатных, но достаточно надежного, чтобы держать язык за зубами. Человечек не из лучших, тут уж извиняй. Поладите как поладите, или не поладите. Только верни его живым. Может парень и не слишком умен, к тому же чуть больше чем все, не любит внешников, но память у него хорошая.

Что он будет знать, то буду знать и я. Больше того это будет знать и Дьяк. Значит — ты получишь свои консультации по сложным вопросам.

Лицо Химика было резким, хотя и без волевой жесткости и говорил он негромко. И всё же этот голос обрел пробирающий накал.

— Только вбей себе в кость и костный мозг.

Во-первых, этого разговора никогда не было.

Во-вторых, ты жив, пока ты и твои люди приклеят себе языки.

Все и каждый из тех, кто здесь выжил знают…И кто не выжил тоже знают… Внешники не бывают ни хорошими ни плохими — они при своем интересе. Этот интерес только один. Говорить они могут что угодно, обещать — абсолютно что угодно. Но всё будет вести к одному интересу.

Любая ошибка, любое прекраснодушие закончится смертью, причем не только твоей. Удивительно не так ли?

И там, где умный пожелает тебе ветер в спину и отойдёт, там другой может тебя и пристрелить. Просто, чтобы остаться в живых самому. Кому ххх нужен дятел на ядерной бомбе?

Даже, если будет так как ты прикидываешь. Особенно, если будет так.

За весь свой страх перед внешкой. За всё бессилие. За всю зачморенность… И за всех кого эти уроды порезали как скотину, кого замучили муры. Тебя будут убивать. Так что я скажу, дурак, он иногда правее умника. В этом есть своя правда.

Отговаривать тебя я не стану. Не вижу смысла.

Человека пришлю сейчас. Отправляться вам тоже лучше сейчас, сам помнишь, что атомитов никто не отменял. Часики тикают.

Хмурый парень в армейском камуфляже и правда вышел к броневику через буквально пару минут. Из оружия- Ака за спиной. Обычное, чуть грубое лицо с карими глазами, густыми бровями и низким лбом. Он представился Грицем и после короткого инструктажа полез в кузов.

Команда рейдеров внешне никак не проявила чувств от перспективы без передышки опять уезжать. Взгляды упирались в землю. Молчал даже Трот.

Радар скользил глазами по своим людям.

— Веселей банда. Жрать будем на ходу, посменно. Разрешаю вскрыть праздничный паек со сгущенкой и шоколадом. Трот, через час тормознешь и посадишь за баранку Нома. Ему рулить оставшийся час, тебе отдыхать.

Кто не рискует ради своей победы, помирает проигравшим.

Поехали.

Переговорный «стакан» был невеликой, как обрезок трамвая, коробкой. Некрашеный металл блестел повсюду, от жестких лавок до «автомобильных», открывающихся подъёмом, окон.

Радар задумчиво провел пальцем по белому сплаву откидной «бункерной» двери.

…Если бы не рекомендации, черта с два полез бы в эту дыру. Может стоило оставить больше команды в броневике? Географ мог соврать. Он мог ошибиться. В конце концов могло что-то измениться. Вот только тайные дела с внешником могут ударить потом в спину. Хмм…, Пожалуй, ограничусь мимолетным упоминанием что в броневике кто — то есть…

Он решительно откинул дверь шире и нырнул вниз. Смачно плюхнувшись задницей на жесткое сидение, рейдер по-хозяйски огляделся. Посередине коробка была разделена большим окном из толстого стекла. Над ним чернел ребристый черный кружек — видимо связь. С той стороны окна на такой же лавке сидел сухощавый мелкий старик в ядовито желтом комбинезоне.

Человек молча рассматривал рейдеров. Тонкое стекло шлема закрывающее лицо и какая-то аппаратура в «рюкзаке» на спине не оставляли сомнений в том, что это действительно внешник. Морщинистое лицо было отстранённо равнодушным.

…Этот кадр натурально похож на Чура. Не как близнец, не как брат даже- как два негра. Вытянутые скулы, тёмные глаза — не с одного ли они мира?..

Парень поднял руки привлекая внимание.

— Добрый день, Доктор. Общий знакомый рекомендовал мне вас как исключительно надежного партнёра. Его нынешнее прозвание Географ.

Я приехал с несколькими моими людьми для деловых переговоров. Если понадобится что-то еще — в броневике еще чуток.

— Добрый день. Раз вы слышали обо мне, то мне не нужно подробно представляться и рассказывать о себе. Партнеры называют меня Доктор и именно так я известен. А вас я вижу в первый раз.

— Меня можно называть Радар. Как зовут моих людей врятли вам интересно. Скорее для вас может иметь значение моё предложение. В моей команде есть лекарь и мы могли бы проводить значительные регулярные сдачи крови.

— Ваш товар будет приобретён и хорошо оплачен. К сожалению, вынужден вас предупредить о двух крупных сложностях, о которых вы видимо не знаете. Они могут вас болезненно разочаровать.

— Я вас очень внимательно слушаю, Доктор.

— Первое, вы явно надеетесь сдавать «материал» почти ежедневно. Это у вас не получится по чисто техническим причинам. «Субстанция» накапливается до соответствующего уровня примерно неделю. При этом общий уровень будет значительно различаться в зависимости от срока пребывания в Улье «отливки». Различные манипуляции со средствами, аккумулирующими субстанцию и фагом дадут лишь частичный эффект. Этот результат не окупит ваших затрат.

Я знаком с действием местного дара «лекарь» и уверено скажу вам, что вы конечно легко избавитесь от чисто телесных сложностей. Не будет общей слабости организма или каких-то проблем со здоровьем — но на следующую сдачу всё же сможете подойти не ранее чем через неделю.

— Доктор, а что такое фаг?..

…Мужик явно давно сидит один, от того и многословен. Может и расскажет, чего полезного…Просто для того что бы не молчать …

— Молодой человек, вам что интересны многосложные научные теории?

— Поговорить с умным человеком всегда интересно. Вообще то я совсем недавно был студентом. Так что надеюсь что-то всё же понять. Вы немного похожи на нашего академика, может быть и в чём-то его не хуже. — Радар улыбнулся и сделал движение похожее на «раскланяться».

Старик кашлянул сухим смешком.

— Ну что ж. Полное научное название этого явления, принятое нашей наукой «Псевдовирус Фагомундус». Разговорное, используемое в том числе и нашими партнёрами — фаг. Вы вероятно видели черную пыль пропитывающую некоторые кластеры? Или могли слышать о том, что она образует слой на высоте, мешая полетам?

— Нет, не доводилось. Так это вирус? Организм такой?

— Что ж еще доведется. Зрелище нередкое. Пре неприятнейший опыт- попасть на зараженный участок, это еще и достаточно опасно. — Он задумчиво покачал головой.

Это не вирус в обычном понимании. Просто выбирая из вариантов гриба, бактерии, архея или вируса, или любого другого живого вещества научная коллегия остановилась на вирусе. Точнее — псевдовирусе, всё же различия преобладают над сходством. Это не так важно- туземцы и вовсе зовут его грибком.

Важным является, то, чем он питается и что аккумулирует. Мы называем это просто «субстанцией», наши соседи (Радар заметил мелькнувшую быструю неприязненную гримасу) «эссенцией» или «эссенция аниматис», а один наш партнёр звал «экспой».

Экс студент внимательнейше отслеживал мимику и интонации собеседника, и тут он заметил мелькнувшую грусть.

Сбоку раздался громкий голос Грица.

— Уже «звал»? Что не удержались и таки разделали?

Если бы пару месяцев назад кто-то рассказал студенту Николаю дальнейшее — он бы очень вежливо посоветовал этому человеку не грузить его своей больной фантазией.

Рейдер привстал и неумело, но крепко, ударил кулаком в лицо болтуну.

— Помолчи. Эти переговоры веду я.

Гриц начал зло краснеть. На плечи ему легло сразу две руки. Он обернулся и поймал взгляды двух пар глаз. Ни неприятные голубые, ни сочные темные — не обещали ничего доброго. Парень отвернулся и уткнулся лицом в ладони.

— Профессор, продолжайте пожалуйста.

…А лесть идет, взгляд потеплел…

— Увы, но признаюсь честно, должного уровня для преподавания я так и не обрел. Так что всё же лучше зовите Доктором. Что до вопроса вашего человека, то я скажу, что мы не режем птиц, несущих золотые яйца. Подробнее я расскажу об этом печальном происшествии, когда буду говорить о втором НО. Сейчас не будем сбиваться с темы.

— Да, да доктор, я весь внимание. Эссенция души, что там дальше?

— Вы правильно поняли, хотя мне и не нравится это название. Эта «субстанция» и есть та энергия на которой работают все здешние «чудеса».

Согласно нашим теориям фаг видимо поглощал этот мир, когда кто-то или что-то применило средство известное как «кластерная перезагрузка».

Появляющаяся человекомасса в силу своих специфических свойств сначала впитывает, а потом утилизирует фаг.

Это похоже на переливание крови. После каждого нового, организм смертельно больного получает облегчение, позволяющее еще немного пожить. К сожалению, в процессе люди погибают, а облегчение не ведет к излечению. Поэтому процесс повторяется раз за разом.

Радар качнул головой.

— Как-то это всё… Но люди же не впитывают в себя эту плесень. Есть конечно в воздухе доза, но она мизерная.

— Вы не поняли. Настоящий фаг, полностью, это не только и не столько черная пыль. «Грибок» как зовут его «отливки». Не стоит настолько удивляться. В вашем мире есть искусственный интеллект? Вероятно, есть, при слове «экспа» вы не удивились.

— Есть конечно, как и компьютерные игры.

— Тогда вам просто представить. Есть самовоспроизводящееся устройство из пары микросхем, которое выполняет несколько простых функций и есть огромный как мир и очень сложный программный рой который используя эти устройства выкачивает энергию из всего вокруг. Так это питается и развивается.

То, что используемая энергия отличается от обычной для вас химической или электрической, это уже частность. Вас же не приводит в шок и ужас масса чудес, получаемых с помощью электричества?

Свет от несгорающей лампы, тепло без огня, искусственный разум, создание изображений и передача голоса и видео на большие расстояния — вы привыкли ко всему этому. Это при том, что не так давно электричества практически не знали — молнии считались мистическим явлением.

Настоящий фаг — это размножающаяся «программа» на «муравейнике» всепроникающих «роботов», такой образ вам должен быть понятен.

— Я начинаю понимать. Только как в это вот всё вписывается взаимное поедание иммунных и зараженных?

— Просто. Люди являются структурами по своей сути вредными для фага. Согласно моим теориям значительную роль в этом играет «автономное» самостоятельное мышление и самоосознание. Для роя это, образно, как съеденный, плохо перевариваемый мусор в желудке. Со временем конечно можно справиться, но можно и не пережить такое меню.

Поэтому ими фаг занимается особо — «взламывая» и перехватывая управление. При этом он вынужденно создает для себя «аккумуляторы», обеспечивающие связь с основной «грибницей» и подпитку того, что, называют способностями. По завершению «переваривания» получается структура управления подчинённая уже «рою», а не самостоятельному мышлению.

— Тогда почему заражённые не валяются себе тихо- мирно в выгребной яме, как полагается хорошему, правильному дерьму?

— Как я уже сказал «переваривать» людей трудно. Кроме того, изрядная их доля оказывается крепче прочих. Потому фаг был вынужден использовать полученные управляемые единицы для уничтожения как основной массы, так и особо стойких особей.

Но человек — это всегда человек! И здесь вступил в игру не учтенный фагом фактор. Мы не знаем кем, как и когда было сделано открытие. Мы изучали этот вопрос долго и серьезно — уже потому что предполагали за ним влияние хозяина Мультиверсума, кто бы он ни был…

Увы всё было напрасно. Тем не менее само открытие стало широко известно и употребляемо. Абсолютно варварский способ взлома и использования «аккумуляторов» оказался довольно эффективен. Накачка человека «субстанцией», как оказалось, не только делает его иммунным к фагу, но и позволяет обретать различные способности на основе той же энергии.

И мы, и (он еле заметно скривился) наши соседи провели немало опытов пытаясь выявить закономерности их появления. Похоже это всё же дело случая. Таким образом накачка субстанцией позволяет человеку развиться в существо иммунное к фагу.

Дополнительную специфику создает тот факт, что «взлом» «структуры» человека не прекращается никогда и есть несколько ситуаций при которых это приводит к различным заметным эффектам.

Вот так и сложилась ситуация, которую мы наблюдаем. Зараженные под частичным управлением «грибницы» «чистят» загруженных и иммунных. Иммунные, в меру возможностей, промышляют зараженных.

Этот мир ставший «Мультиверсумом» спасается от поглощения фагом.

— Очень мило, два огромных паразита играют в шашки — Радар улыбнулся одними губами. Глаза были мрачны.

— Почему же паразит, Мультиверсум же не… — Старик осекся.

— Не отбирает, а лишь копирует? Это вы застеснялись сказать?

— Вы знаете? Удивительно не правда ли? Переливание клонированной крови для целого мира! Какая технология способна на подобное!?

— Понимаю ваше восхищение величием процесса, но увы, для сперматозоида, сеанс онанизма — это трагедия достойная пера Шекспира, Пушкина, а может и древних греков. При этом очень личная, так сказать. — Улыбку, с которой это было сказано, можно было бы легко спутать с болевым спазмом.

— Возвращаясь с божественных научных высот к низменным вопросам пищеварения…Значит «субстанция» в человеке накапливается в железах, мозге и крови и при донорстве её доля падает. Поэтому вам нет смысла оплачивать его чаще раза в неделю. Я правильно понял?

Важный вопрос, доктор — как с побочкой, никто из ваших …партнёров, не становился квазом?

— Скорее наоборот. Эффект «постригаемого газона» приводил к ускоренному подъему уровня «субстанции». Внешне это приводило к ускоренному развитию способностей. В одном случае даже к досрочному открытию новой.

— Хоть здесь позитив. Прекрасно. Так что там по второму пункту?

— Второе «Но»… Это наши соседи. Безмерно дорогие и любимые с особой нежностью. Каналы, по которым осуществляется связь с Мультиверсумом бывают различной…грузоподъемности скажем так.

Некоторым и так, по слепой воле случая, и так достается несравнимо больше прочих. Только человеческая жадность безразмерна. Эти мерзавцы умудряются проникать в чужие квадраты и убивать наших партнёров.

Правда после нескольких инцидентов, когда наглое попрание наших интересов, с вторжением в непосредственную близость к точке перехода было наказано, они немного унялись. О да, мы не голозадые туземцы, у нас есть чем улучшить манеры любому хаму!

— Это чем же?

— О, не беспокойтесь. Из их армейской группы, решившей проигнорировать наше недвусмысленное предупреждение о запрете на пересечение периметра, и устроить сафари прямо в нашем квадрате, рассказать своим хозяевам о наших возможностях не смог никто.

Что до мелких деталей…То вам они право слово… Малоинтересны.

Внутри периметра мы можем засекать и уничтожать всё, включительно их беспилотных разведчиков. Но увы за его пределами уже мы оказываемся в сложном положении. Чем эта сволочь беззастенчиво пользуется, атакуя торговые караваны наших партнёров. В ходе этих бессовестного разбоя погибло несколько наших подо…наблюдаемых. И уж поверьте мы не только не хотели бы их смерти — мы с удовольствием поквитались бы за это.

— Хорошая месть дело уважаемое. В данном вопросе это даже не дело личных страстей, а кое-что значительно большее. Ведь если ничего не предпринимать и далее — это будет жёстко бить по всем высшим интересам вашей экспедиции.

Я могу спросить лишь одно — какую плату вы можете предложить за помощь? Насколько вы готовы действовать? Ведь всё будет решать вложения ресурсами, а это зависит лишь от вас.

Наложить кучу под дверь и сжечь город. Разное вложение — разная отдача.

Каковы ваши возможности?

— Соль в возможностях, даа — Внешник сухо улыбнулся, блеснув глазами. — Тут вы правы. Только не одних лишь наших возможностях.

Например, вы, в состоянии уничтожить укреплённую базу? Как-то навредить хорошо защищённому объекту, на котором одних боевиков — десятка три — четыре?

Радар пристально посмотрел на собеседника, слегка наклонившись вперёд. Лицо затвердело.

— Очень интересно. Чьи боевики? Внешники или муры? Прикрытие артиллерией есть или нет? Какие беспилотники есть и сколько их? Чем вооружены?

Старик слегка опешил с лица.

— Муры. Это всё же муры. Даже в шутку …База любой из экспедиционных структур для любых «отливок» это …Как луна с неба. — Он немного опомнился и замолчал. Чуть наклонив голову внешник оценивающе рассматривал рейдера.

— Решайтесь, профессор. Ваши дроны разведчики наверняка много чего разведали. И прослушка, и съемка — вы наверняка не раз облизывались, как это использовать. Только зачистив эту базу, вы получите возможность толком работать. Результаты, результаты, вас же наверняка постоянно пилят, не понимая местных условий. Это куда больше чем просто месть — это интересы Родины, в конце концов.

В конце концов передача этих данных ничем и никак не может грозить — вам.

— Откуда вы вообще…Черт…

— Местные тоже немало знают о внешниках и их возможностях. Еще перед тем как решится пойти на сделку, я многое разузнал о ваших возможностях и нормах. То, что выбрал именно вашу группу, это знаете своего рода комплимент, вашей прогрессивности и надежности.

Так что ваши возможности я представляю и сам. Если опасаетесь каких-то сложностей, мы можем сделать «случайную» запись, где я расскажу где и что узнал, разумеется не от вас, Улей избавь.

А сейчас еще раз. Так что за база? Как прикрыта? Чем вооружена? Те же нолды или асеи имеют до омерзения хорошее снайперское вооружение. Это очень усложняет дело…

Доктор похоже решился.

— Я могу многое вам рассказать, пусть и сильно сомневаюсь, что вы действительно что-то сумеете. В конце концов, в этом, я мало чем рискую.

База эта наша давняя кость в горле. Это наглое хамло обустроилось почти рядом с нами — и это при том что экспедиционная группировка за ними не из сильных. Это даалеко не нолды.

Даже своих муров они вооружают не столько сами, сколько с грабежа на перезагрузке. Тут им повезло — недалеко от их участка внешки перезагружается армейская часть. Избегает заражения- двое трое на сотню, так что через пару дней ребята зачищают объект.

— Плохо. Значит у них кроме массы оружия есть и немало военных спецов.

— Вот это нет. Специфика деятельности и человеческого материала, знаете ли. После нескольких неприятных инцидентов муры отправляют добытых выживших только на «ферму».

— Что за инциденты?

— Вопрос кадровой психологии. Склонность к каннибализму и отсутствие эмпатии — свойства либо дегенеративной, либо маниакально повреждённой психики. Соответственно для грязной работы рекомендуется брать уголовный контингент из мест лишения свободы, но можно и вербовать близких к ним.

А эти олухи умудрились нарваться трижды. Два раза их просто постреляли во время нервного срыва. Один раз они с трудом подавили массовый бунт «расходников». Причём подавили то, только за счет вызванной поддержки.

Здесь я вынужден еще раз обратить ваше внимание. Главный и решающий фактор защищающий базу — это вовсе не тамошний сброд, пусть и с хорошим оружием. Нет. Реальная сила в возможности вызвать налёт беспилотников.

Хороши машины кстати. Мы бы с удовольствием один- два добыли для изучения. Такая точность малокалиберными ракетами…Попасть в цель размером с крысу за кирпичной стеной — это изумительно. Ну химия по площадям стандартная, у нас такая же.

Вот так никакая внешняя атака ничего не добьется, как и бунт изнутри. Один авианалет- и «баста, карапузики».

— Хоррошоо…Так значит они настолько уверены в своей авиации, что пушек не завезли?

— Ну зачем? Это тяжело, дорого и неэффективно. Даже если бы зачем-то и пригодилось — то снесло бы саму базу с её активами.

— Замечательно. Профессор, у вас же наверняка есть аппаратура РЭБ для прикрытия. Иначе вас бы просто вынесли теми же беспилотниками, раз уж имеется конфликт. И наверняка в вашем распоряжении имеется резервная техника. Всего лишь займите нам её на малый срок и ваша проблема решена. Причём за нереально мизерную цену.

— Нет, это категорически невозможно.

— Чего вам опасаться, в конце концов? При вашем научном уровне вложить в технику закладки, исключающие её использование против вас — это раз плюнуть. Что же касается использования против ваших врагов — так они же против вас ничего не стесняются.

Пусть же вся эта сволочь получит заслуженное за наглость. А вы наконец получите справедливое признание.

Желтый скафандр молчал, наклонив лицо вниз. Лишь пальцы нервно постукивали по столу.

Потом старик поднял глаза.

— Вот так. Закладки — это как раз не сложно, они есть на всей серьезной технике и у нас, и у всех наших…соседей. Так что мы можем не только обезвредить, но и отследить любого, у кого она на руках. (Радар моргнул, словно что-то поняв)

Вопрос тут в соответствующих уставах и параграфах. Передавать сложную технику категорически запрещено. Но в условиях, когда поставки дефицитны, за достаточную сумму разрешено расплачиваться в очень широком диапазоне возможностей.

Сумма в биоматериалах выйдет немалая, но, если сумеете разом предложить- я продам вам один аппарат. Этого достаточно что бы база не сумела вызвать поддержку. Тема архирискованная и при любом исходе я крупно подставляюсь. Но всё же вы сумели меня заинтересовать.

Он отвлекся, что-то набирая и распечатывая на скрытом перемычкой- подоконником компьютере.

— Вот, возьмите. Заодно научитесь разбираться в цене и формах биоматериалов. Не знаю сумеете ли вы задуманное, но пусть. Предупреждаю, сумма не обсуждается и не может быть изменена ни на волос. — Внешник бросил в лоток, похожий на кассовый, распечатку.

Радар забрал листок. Пробежал глазами. На миг эльфические черты лица застыли гранитом. Потом парень мило улыбнулся.

— Прекрасно, профессор. Как только разживусь всей суммой разом, так сразу к вам.

Вот эти названия — это что?

— Это химикаты для хранения. Всё же мы приобретаем материал не для трансплантации, но и не для компоста. Вы можете приобрести указанное у нас, а можете взять в аптеках.

— Ясно. Сейчас я хотел бы приобрести патронов на наш пулемёт. У вас есть патроны на соответствующий калибр? Желательно, с технологией преодоления даров Улья зараженных. вроде асеевской?

— О, наши технологии в этом даже лучше, чем их. Кроме того, хороши и наши медицинские технологии сбора биоматериала, они великолепны. Таких нет ни у кого более. — Старик был откровенно горд.

— Тогда приступим.

Глава 13

Вокруг мелькал очередной пустырь. Бурьяны, мелкие кусты, да одинокие деревья — не красоты. От поста внешников уже прошло больше битого часа езды. Радар неожиданно приказал.

— Трот тормозни. — Спрыгнув на землю обочины и зыркнув по сторонам, он тихо рыкнул. — Чур, воды. Мыться. Быстро.

Тот с непонимающим лицом вытащил здоровенную пластиковую бутыль.

— Сливай — Он с остервенением начал умываться и мыть руки. Чур молча сливал воду. Тихо подошел Трот. Какое-то время он искоса наблюдал за процессом, потом поднял белую бровь.

— И что это?

— Эти уроды держат нас за скотов, нет хуже, за насекомых, за грязь под ногтями — Парень шипел пнутой змеёй.

— Удивительное дело. Ты раньше этого не знал?

— Знать одно. Хлебнуть половником, собственным хлебалом другое.

— Ну, этот еще был вежлив, как сахар в меду. Ты сработал красивейше. Дело провернуто на загляденье. Старый гриб, так пустил слюни на твою замануху, со штурмом базы конкурентов, что цены выдал архибожеские. Мы почти перезарядили пулемёт. Я тебе говорю, как человек знающий расклады, такое практические невозможно, но ты это сделал.

— Я велик и гениален. Вот только насчёт заманухи ты не понял. Мы ххх действительно снесём эту ххх базу.

— Ага. Сразу после того как вырежем средней руки стаб, рыл этак на полсотни, чтобы выкупить ту вундервафлю. Я уже разобрался в той бумажке. Там же тааакие слюни. Ферма Грея столько не давала за год. Отдельные операции… Не помню настолько крутых. — Блондин насмешливо выдохнул носом.

— Стабы мы резать не будем. Но. Мы. Это. Сделаем.

— Как?

— Еще не знаю. Думать надо. Думать я буду на стабе. Тут это вредно для здоровья, тут только соображать. Сейчас надо дотянуть до «Острова». Чур, воды. — Он еще раз умылся. Потом дернул нож из ножен на поясе и запустил его в дерево в паре шагов. Бднн. Промахнулся. Нож застучал рукоятью по камешкам.

— Чур. Тащи нож сюда. — Получив нож в руки, опять он примерился и кинул. Бмм. Нож вошел в дерево. Радар выдохнул, выдернул лезвие из ствола и убрал обратно.

— Поехали, орлы. До толком расслабиться — еще два переезда.

На подъезде к «Сельсовету» подал голос, молчавший весь путь Гриц.

— Химик приказал, если всё в порядке, выйти на связь до въезда в стаб. — Он показал мобильную рацию, вынув её из подсумка.

Получив разрешение, рейдер о чём-то переговорил с далёким шефом.

— Химик говорит объедете по окружности, так что бы вас на Сельсовете и не видели. Как встанете на дороге, ведущей к Острову свяжитесь. Тогда он подъедет со всей колонной.

— Что это за мутные пляски?

— Не объяснял. Сказал, что прояснит дело при встрече.

— Трот, слышал? Давай в объезд.

Полукруг по бездорожью был недолог. Броневик встал на обочине широкой «шоссейки» которой через несколько сот метров предстояло опять стать черти чем. Гриц опять заговорил в рацию.

Колонная выехала очень быстро. Их явно ждали для выезда. Головной БТР встал, не доезжая до них пары десятков метров. От него навстречу вышел Химик собственной волосатой персоной. Гриц вышел ему навстречу, и они о чём-то говорили на виду всей компании.

Радар косо поглядывал на происходящее через оптику башни.

— Как думаешь, что это за муть?

— Без понятия. Но убивать нас еще рано, сначала надо добраться до безопасных мест.

— Было бы желание, а логика часто бессильна. — Радар криво улыбнулся

Гриц со своим шефом похоже закончили. Парень пошел куда-то к хвосту колонны, а Химик к броневику. Шел он спокойно, оружие не вынимал и охрану с собой не взял.

— Радар, привет. Выходи, пару моментов уточним и поедем дальше.

Двое рейдеров немного отошли от серо зеленой стенки броневика.

— Слушай парень, дело выходит душистое. Очень похоже, что за нами кто-то следит со стаба. Кожей чую.

— Кто?

— Да кто угодно может быть. Интуиция не протокол, к делу не пришьешь. Но и избегать себе дороже. Муры, атомиты, агентура внешников, сектанты, конкуренты. Проще сказать кто это не может быть — зараженные. Они при всей хитрожопости, всё же действуют по-другому.

Так что …Что имеешь для готовности — делай. Атакуют все по-разному, о чём-то конкретном и не предупредишь, но к тому что могут начать стоит подготовится. По крайней мере, без еды и сна — переживёте часа четыре спокойно.

Ещё. Вот возьми. (он отдал небольшую карманную рацию.) Будем живы — вернёшь. Любая связь только так. Башку не высовывать и обычной радиосвязью не пользоваться.

Всё. Вперёд.

Радар залез обратно в кресло стрелка. Из кабины раздался голос Трота.

— Чего сказал?

— Говорит слежка ему показалась на стабе, вот и вертит задом. Боится, что будет нападение. Если хвост от стаба, значит про броневик наводчик не будет знать — это преимущество. Но кто и как будет бить, его могучая интуиция не вещает.

— Стаб гнилой. Там и действительно мог найтись информатор. Посмотрим.

Колонна потянулась по дороге. Один за одним, причудливо склеенные куски разных миров сменялись под шинами.

БТР только въехал в развалины небольшой улицы из трехъэтажек, когда из глубины окна серо желтого облезлого дома без стекол, протянулся расплывающийся дымный хвост. Бумм. В полуметре от борта БТР расплылся большой оранжевый цветок. Громыхнуло от души. Но, когда опал огонь, на самом борту не было даже царапин.

Повернулась башня и уже в окне громыхнуло. АГС сработал точно.

С глухим стрекотом со стороны солнца над облезлыми шиферными крышами вылетел квадрокоптер какой-то оригинальной модели. Под основным фюзеляжем, снизу, был словно скорпионий хвост, узкий второй. Рядом, фихляя психованными комарами, шло с десяток малых беспилотников похожей конструкции.

Фшшш. Фшшш. С хвоста к БТРу ушло два дымных следа. Бмм…С тем же успехом. Даже краска не облупилась.

Встречно захлопал АГС. Вспышка. Вспышка. Вспышка.

В паре метров перед квадрокоптером словно проявился стеклянный щит, принявший удары. Стаей, вперёд устремились беспилотники, вылетая к грузовикам. Тонкие белые полосы потянулись к кабинам.

Радар уже не видел. За прошедший миг башня уже развернулась на квадрокоптер. Пальцы сжались на гашетке. Было то чувство концентрации, когда инструмент становится продолжением пальцев, ощущение знакомое хоть стрелку, хоть музыканту, хоть столяру. Длинная очередь застучала по злобной «стрекозе». Почему-то «стеклянный щит» тут не сработал. Машина задымила, качнулась, просела на несколько метров и диким вывертом, как стриптизерша на шесте, ушла между домами

Радар задержал взгляд её вслед. По ушам ударил страшный хриплый крик Трота.

— Беспилотники! Ставь на кибера и бей беспилотники! Быстрее, ххх.

Как переключать стрельбу на компьютерное наведение, Трот учил долго и основательно. Не менее долго и нудно он учил этого по возможности не делать. Перещёлкивание нескольких тумблеров прошло в секунду. Башня, вдруг обретшая собственную волю, резко развернулась. Пулемёт заработал длинными очередями.

Один. Второй. Третий. Чертовы стрекозы взрывались ярким фейерверком, разбрызгивая куски металла и сгустки пламени.

Из проулка между домами без предупреждения, из воздуха, вылетело несколько цилиндров на рукоятях. Они пролетели пару метров в направлении броневика, а потом словно получив удар гигантской ракеткой полетели обратно. Фонтаны огня вышли впечатляющие. Смесь из металла и чего-то красно бурого долетела до броневика, обдав его непередаваемо звучащей волной.

На этом всё закончилось. Квадрокоптеры резко «забрав» вверх и в сторону, ушли за дома, никаких следов врага не стало.

Только пахло кислым запахом сгоревшей взрывчатки и пороха, а на асфальте валялись мелкие обломки. Пятеро грузовиков лишились лобовых стекол.

Через оптику было видно, как в водительских сиденьях сломанными куклами, залитыми красным, застыли водители.

Рация ожила голосом Химика.

— Все живы? Какая ситуация?

— Все живы и целы. Патронов в пулемёте сильно уменьшилось.

— Это не так страшно. Других атак не будет. Сидите под бронёй, а то новички вечно пытаются выйти помогать. Если набегут зараженные разберемся сами. Сейчас заменим водил и едем дальше.

Ном отлип от бойницы, убрав карабин на предохранитель.

— Это всё? Весь бой? Я ни разу выстрелить не успел. Но это всё было как…Больной сон.

— Вся наша жизнь здесь — больной сон. Под забористой дурью, в психушке строгого режима. И мы тоже тебе глючимся. Точно говорю. — Трот желчно скривил губы. — Редкой сон, кстати. Кинетиков я видал сильно больше одного, но что б настолько сильные и умелые, да на обеих сторонах — это эпично.

Радар повел затекшей шеей. — Так это кинетик ракеты- снаряды останавливал?

— Два кинетика. Номер называется «щит кинетика» и так могут очень немногие, даже из матерых. Останавливает хоть выстрел из РПГ хоть ПТУРС. Здесь с обеих сторон такие были. Легенда, в натуре.

— Ясно. То-то у меня не складывалось, почему такой матерый зверь, как наш караванбаши едет в головной машине. А она на деле защищена лучше всего. Но всё же не помог этот щит против нашего пулемёта, хороша машинка, а?

— Не в машинке дело, это патроны, как оказалось, не видят разницы между дарами зараженных и дарами иммунных, такое стоит запомнить и не болтать никому. Может и пригодится.

Дальнейший путь прошел без серьезных неожиданностей. Несколько раз к колонне выскакивали зараженные, быстро получавшие очередь или одиночный выстрел с БРТа. Тот даже не останавливался, оставляя потрошение хвосту колонны. Замыкающая машина, быстро забрав трофеи догоняла колонну. На приключение это не тянуло.

Только изматывающая монотонность дороги.

Только пыль из-под колес.

Только всепроникающее, давящее на нервы, чувство постоянной опасности.

Наконец на горизонте показались ориентиры Острова. Еще недолго и КПП остался за спиной, а техника разъехалась по крытой стоянке.

Из руководства, встречать караван, вышел мужик в армейском камуфляже. Крепкого атлетического телосложения, стриженный под машинку и чисто выбритый шатен, лет под тридцать на вид. Жесткое лицо, с несколько давящим взглядом голубых глаз, и хорошая выправка — тип явно не один год носил офицерские погоны до Улья.

О чем-то перекинувшись короткими словами с вылезшим Химиком, он стал ждать пока вокруг соберутся остальные приехавшие. Через несколько минут, когда народ собрался, тип поднял руки и радостно начал.

— Кто меня не знает — мой позывной «Гость». Мы рады что дошли все машины. В качестве премии, всех участников, ждет горячая помывка, за счет стаба. Кроме того, в течении пяти дней стаб будет три раза в день кормить в нашей столовой. — На этом он закончил и, клацая по бетону площадки подкованными берцами, ушел в «муравейник».

Вымывшись и сменив белье на резервный комплект, Радар упал на жёсткую лавку в броневике и провалился в мёртвый сон без сновидений.

Проснувшись, он первым делом почувствовал себя люто голодным. Столовая для пришлых располагалась недалеко, как и жилье мотельного типа. За одним из столов обнаружилась вся своя банда, в полном составе пьющая местные напитки. Еда оказалась довольно неплохой — горячее и портящееся без холодильника редкое лакомство при «мобильной» жизни само по себе. Местные же явно знали толк и в «где взять» и в том, как готовить.

Молча и жадно проглотив еду, парень отправил всю команду осматривать броневик и проводить ему «техобслуживание», а сам пошел искать Химика.

Химик нашелся в своей «келье» в «муравейнике». Радар уже тихо подозревал что этот тип должен обитать либо в складе, либо в кабинете. Но нет. Живет себе как нормальный. Разве что тесновато — но тут уж все так.

— А…Радар, за своими споранами или как?

— В первую очередь за споранами.

— Вот. Отдашь бумажку за моей подписью, казначею, он отдаст твои пятьдесят сразу.

— Насчет споранов… Пятьдесят споранов — примерно пара рожков обычных патронов. Я же потратил зашаманенные пулемётные крупного калибра. Потратил, защищая твой караван, без меня бы все машины остались на дороге, муров кормить. Ты понимаешь, сколько это мне стоило? Я это сделал, за твоих людей и грузы.

Так что не гневи высшие силы, и яви широту. Это надо компенсировать.

— Нет. Защищал ты свою жизнь в бою, как и все. И ехал — по своим интересам, не по моим. Один и без моего каравана, ты вообще стал бы кормом для атомитов. Вспоминай бой, кто от твоего броневика гранаты отвел? Кто и кому должен за это? Так, что, ничего сверх договора тебе не полагается. — Химик говорил спокойно, глядя поверх лица собеседника и весь напор Радара словно проваливался в пустоту.

На лице парня проступило лишнее. Он молча сгреб бумажку с росписью и шагнул в дверь.

— Стой, ты. Радар, ты не оценил кое чего важного. Ты хорошо показал себя в деле, караванщики не против если ты присоединишься к нашей артели. Тогда доходы от сделок будут перекрывать и не такие убытки.

— Броневик — не грузовик…

— Конечно. Да и я не тот ххх мудак, который предлагал людям, живущим на подённую плату, кто недоволен платой, идти всем — в торговцы. Я купец, и я знаю, что для такого дела и капитал для оборота нужен и способности, как и к музыке.

Улей есть улей, условия здесь свои. Найти с перезагрузки подходящий грузовик, да пригнать его на стаб, тебе вполне по силам. Даже два- три, если постараться, найти можно. Обварить защитой, взять товар свой или чужой — тоже для тебя ничего непосильного. Рейдеров, умеющих крутить баранку — на стабах масса.

Ну, а уж как следует прикрывать караван, ты и сам показал. Риск в этом конечно есть, но по сравнению с одиночными ходками не такой уж великий. Даже просто с перезагрузки кластеры принимать, куда опасней. А если станет скучно, да малоприбыльно, если захочется чего-то запредельного, то можно через перемычки рвать — там иногда из трех двое не доходят. Но кто доходит — окупает всё.

С юга порой даже белый жемчуг приходит. Вот это барыш.

— Благодарю. Я подумаю над этим предложением. Это сколько мы потеряли во время того налёта? Человек пять муры кончили?

— Пятерых, да. Противопехотная ракета шансов не оставляет, раны там такие, что никакая медицина помочь не в состоянии. Только то не муры были.

— Кто же тогда?

— Ну — учись узнавать. Давай прикинем. Для стабов, даже один беспилотник сокровище — не у каждого есть. Отметаем. Внешники не действуют малыми группами, уж если бы работали — то там была бы скоординированная и поддержанная всеми способами часть. Отметаем. У муров не могло бы быть квадрокоптера — такое внешники не продают. Отметаем.

Кто остался? Кто порой добывает сложную технику и очень даже умеет ею пользоваться? Для кого представляет интерес не только человеческая масса, но и груз товаров? Так что бы с увеличенным риском атаковать не просто рейдеров, а охраняемую колонну. Кто обладает достаточно серьезно раскачанными дарами для тех номеров, которые мы выдели?

Скажите, как его зовут? Бу — ра — ти — но.

— Скорее Вуди — дятел, с учетом специфики мышления. — Радар был мрачен.

— Вижу, ты понял. Они самые. Хотя на моей памяти это первый раз, что бы атомиты сумели организовать слежку на стабе. Технику то они порой добывают самую разную.

Но я совсем не помню, что бы матерые рисковали своей шкурой. Для этого есть свежее мясо…

Их стало слишком много. Они стали слишком активными. Что-то не то творится. И оно идет от стаба Речник, это на север и к пеклу. Оттуда, кстати парень недавно заехал. Вербовался он к ним на стандартную работенку с перезагрузки магазины чистить. Говорит, всю группу атомиты перебили. Охрана прикрытия с грехом пополам только и смогла что трупы отбить.

— Кстати о трупах. А что вы сделали с покойными водилами?

— Сделаем. Их погребут с почестями, перед перезагрузкой, на близком кластере. Мы, его кстати, так и зовем «кладбищем». При свидетелях, что всё на месте, в могилу с последним словом. О лучшем здесь мало кто может мечтать.

— Им уже не всё равно?

— Им — не знаю. Нам, не всё равно. Знаешь, как из крысы делают крысоеда?

Сначала сильно голодному крысу дают сожрать мёртвую тушку. Потом — добить умирающего. Следом, раненого, но еще имеющего шансы. И финал — убей здорового сегодня, чтобы быть живым до завтра.

Всё — крыса стала уродом, жрущим тех, кто вчера был своим. Таких, в стае следует кончать быстро и без соплей. Такое — пресекать без расслабона и снисходительности.

Поэтому, наши товарищи будут погребены со всем почётом и с полным набором организма.

— Дельно. Внушает сильное чувство. Можно поучаствовать?

— Разумеется. Через три дня выезжаем.

К броневику Радар вернулся с лицом невесёлым и отстранённым. Не то что бы поникший, но злой и ушедший в себя. Команда в полном составе била баклуши возле серо зелёного борта. Чур заинтересованно высунулся вперёд.

— Командир, а в этот раз бордель будет?

Парень лишь молча мотнул головой и стал внимательно рассматривать броневик. Трот быстро стрельнул глазами.

— Так, рота. В этот раз обойдетесь без пошлостей. Будет вам любовь большая и чистая, до полного удовлетворения и экстаза.

Сиятельство, ты у нас самый обаятельный, снизойди, попроси у местных шланг к водоколонке, да узнай где она у них.

Радар, ничего не сказав, отошел к КПП, о чем-то заговорив с тамошними бойцами. Трот продолжил.

— Вы оба двое, морды сделайте веселее. Как никак заниматься вам предстоит не чем то, а любовью. Причём в натуре, реально по — настоящему. — Он сделал паузу. — Заниматься любовью с нашим славным бронеконем разумеется. Вечный закон техники — она никогда не бывает только пассивной или активной. Всегда по переменно, то ты на ней, то она на тебе.

Главное здесь что? Главное разумеется любовь. Так что быстро организовали бурный энтузиазм и нежный свет в глазах. Иначе еще серенаду петь заставлю.

Тем временем Радар и один из автоматчиков прошли в подсобное здание рядом, вытащив оттуда бухту шланга и кучу тряпья. Парень вернулся к группе.

— Колонка вон за тем сараем. Крикните — дадут воду. Потом соответственно прекратят. До обеда занимайтесь. После обеда давайте оба на стрельбище. Тебя, Чур, особенно касается. — На том он развернулся и по узкому «трапу» ушел в муравейник. Трот проводил его взглядом.

— Хорош. Нам бы ту воду битый час выговаривать пришлось, да еще и в конце концов заплатить. Вы, двое, слышали приказ высокого начальства?

Боевая раскраска нашей техники в стиль «пыль дальних дорог вперемать его через вражий ливер» признана уже немодной и подлежить смытию. Тряпки — вон, шланг с водой — вон. Можете приступать. Успеете быстрее, чем до обеда, можете спать отдыхать.

Но, я ж приду и проверю результат. Если останутся следы крови, то вместо пива с раками на обед, будете перемывать. — Он смерил обоих неприятным взглядом голубых глаз. — Это я не шучу, если кто не понял. Следы крови, которые могут давать запах, следует вымывать до блеска. Очень хорошо, что мы на стабе и имеем дофига воды, иначе было бы сложнее. Так что без халтуры, иначе порву.

Ном задумчиво почесал висок, на котором уже осталась лишь пара седых волосков. — Сам то, что задумал?

— В местные мастерские пойду, боеприпас точить. Стрела на арбалет — вещь тонкая. Работа требует способностей, так что там вы мне не помощники. Значит после обеда вам действительно лучше на стрельбище.

Радар сосредоточенно метал узкие ножи в деревянный ящик с пришпиленной к нему бумажной мишенью.

Бммм. Бмм. Бмм. В черный круг мишени он попадал далеко не всегда. В саму мишень собственно тоже. Ну…По крайней мере он попадал в ящик. И ножи даже втыкались.

Рядом беззвучно проявился Трот.

— Радар, что опять?

— Хрень.

— Жизнь — всегда хрень. Детали давай.

— Расход патронов на пулемёт нам никто не оплатит. Так с этого рейда мы попали сильно в минус. Сколько там осталось в ленте? На одного рубера? На двух? А потом что?

— Ожидаемо.

— Этот, Химик, предлагал нарыть грузовик, другой, с перезагрузок, нанять мясо-водил на стабах, взять свой и чужой груз и стать караванщиком. Мол, для караванщика, при собственной броне, такая тема куда меньший риск чем обычное рейдерство. Если конечно не лезть за сверхприбылью. Но, если же станет скучно и всё-таки полезть — то с такого дела мол можно даже на белый жемчуг подняться.

— Он не соврал. Дельное предложение. Судя по тому, что обещал мало — собирается держать своё слово. Что тебе не нравится?

— Не по душе мне это. Схемка то ясная. А мясорубка, хоть и более редкая чем для одиночки, остается. Мясорубка в колее, пусть и более жирная. Не так я хочу.

Радар качнул нож в ладони, запустил. Бмм. Попал. Не в круг, но в мишень.

— Охоту нужно устраивать, вроде прошлой… — Парень поморщился

— Ну так и за чем дело? Хотя бы там же где в прошлый раз.

— Нет. Не там. Никуда из мест, которые тебе известны, соваться нельзя. Грея нам не простят еще лет сто. А броневик будут хотеть вернуть — бессрочно. Как только нас засекут любым способом, начнётся охота. Даже близко к тому району лучше не подходить.

Ты слышал, что этот гриб говорил про маячки-закладки? Кто-то у асеев в точности может определять наше местонахождение. Очень вероятно, мы еще живы, только потому, что быстро свинтили вдаль.

Охота, охота…Место надо удобное. Чем-то привлечь нашу дичь…Это при том, что шуметь нельзя, иначе мы получим муров, внешников или атомитов. В прошлый раз нам круто с этим повезло.

— То не везение было. После свежей перезагрузки часто шумно. Хоть машина управление потеряла — уже шум. Частенько бывает и круче. Вот и привлекло только зараженных и то — относительно немного.

— Вот, вот. Ладно, у нас еще несколько дней. Гайдов и энциклопедий по улью не бывает, но погреть мохнатые уши среди людей будет полезно… Благо возможности у нас сейчас к этому располагают. С картой я уже поработал, посмотрю и ещё.

Если уж совсем припрет и останемся с пустым стволом — возьмём патронов взаймы и пойдем с очередным караваном. Но это самый плохой вариант.

Из окна столовой был хорошо виден серо зелёный броневик на стоянке. Радар уже не первый день оставляя свою команду, подсаживался за соседние столики, о чем-то балагурил, шутил, иногда проставлялся пивом «за знакомство». Компания, в общем уже неплохо знавшая подозрительный и прижимистый характер своего атамана, недоумевала и начинала скучать.

Закончив какой-то разговор, за несколько столов в сторону, парень неожиданно вернулся к своим. Хлопнув на стол стакан оранжевого сока, он пристально оглядел сидящих.

— Что-то вы заметно поскисали, бронедивизия. Местная еда сегодня неудачна?

— Харч хорош. На стабе сидеть скучно, да и утомляет. Бойцам хочется развеяться и боевых трофеев. — Трот саркастически ухмыльнулся.

— Вот жеж как. Что вы за народ, на минуту оставить нельзя. Вон наш панцерконь заслуг имеет побольше многих, однако ж не плачется… — Он ненадолго замолчал, о чем-то задумавшись.

— Между прочим он наш боевой товарищ, не тачка садовая или там дерьмокачалка. У распоследней лоханки, для ловли кильки, имя есть. У прогулочной яхты для ххх-ок имя есть. У нашего бронеконя, который с нами через огонь, кровь и пыль дорог — нет. Жизнь у нас с ним одна и судьба одна, так что отсутствие имени для него, это низко и несправедливо.

Пришло время исправления грехов, хватит быть бессовестным жлобьем.

Что ж как вы яхту назовёте, так она и поплывёт. Какие будут идеи?

Ном не сдержавшись улыбнулся — Может быть Антилопой Гну?

— Это та колымага, у которой в решающий момент колеса поотлетали? Неее нафиг нам такое. И вообще, мы не какие- то жулики, а бронедевизия, крутых как яйца страуса варёные сутки, честных рейдеров. Нам, ехать на какой-то козе, тьфу, антилопе? Не по чину.

Еще идеи будут? Нет?

Значит есть у нас добрый конь, несущий нас к победам, пламенное сердце, горб с пулемётом и верность в наличии…Как же мы его назовём? Всё, я знаю!

Трот чуть наклонил голову с серьезной миной.

— Для такого крещения полагается бутылку разбивать. Что-то я сомневаюсь, что в этой забегаловке есть шампанское. Обойдемся пивом?

— Фи. Это вульгарно и дешево. Шампанское можно достать в муравейнике, но это всё равно выйдет супербанал. Неет. Решено! Человек, три лучших кофе, какие тут есть, самые большие порции!

Заметно удивлённый и заинтересованный бармен вынес три кофе в крупных стеклянных кружках, более подходящих для пива. Громкий голос и обсуждение привлекли внимание окружающих. Глаза посетителей, собравшихся на обед, следили за бесплатным балаганом.

— Так, орлы, берем каждый по кружке и айда за мной к броневику. Стройтесь красиво и торжественно что б и осанка, и взгляд, чай, не кошачий лоток выносите. — Радар возглавил процессию с гордым видом несущую кофе к броневику.

— По моей команде, подносите мне священные чаши. Трот. — Забрав чашку из рук мужика, он с до предела торжественным лицом выплеснул её на борт.

— Властью данной мне Ульем, нарекаю тебя Сивкой. Чур. — Радар забрал вторую посудину и вылил следом.

— За доблесть в боях и в память пролитой крови нарекаю тебя Буркой. Ном — Третья порция кофе стекла по борту.

— Верность и удача в прошлом. Верность и удача впредь. Быть тебе Вещим Кауркой, и нам с тобой — победителями.

Из окон за зрелищем наблюдали десятки глаз. Рейдеры вернулись за стол и под веселое хмыканье со всех сторон закончили обед.

Уже когда компания располагалась на ночлег, обустраиваясь на жестких лавках броневика, Ном словно что-то вспомнил.

— Командир, почему всё-таки кофе? Только для оригинальности?

Радар устало провёл рукой по лицу.

— Не только. Открой еще раз брошюрку для новичков и перечитай внимательно. Чего категорически следует избегать на кластерах, как перезагружаемых, так и стабильных? Курение, парфюмы — что еще?

— Алкоголь!! Основные сильные запахи, по которым заражённые часто выслеживают новичков. Хотя парфюм — это в основном женщин.

— Именно. Кофе в список не входит. Вот на бухло, даже слабое, может прибежать из далей такое, что и наш пулемёт не вытянет. Помнить такое надо, даже на стабе помнить.

Утром, перед разбежкой мастерские- стрельбище рейдеры всей бандой завтракали. За один из соседних столов сел молодой мужик. Радар обернулся и задержал на нём взгляд.

…Парень не входит не в одну из здешних застольных кентовок… В караване я его не помню. Одиночный рейдер? Пришибленный он какой то, для одиночки. Те хоть и играют со смертью — но, по части одеться, погулять, не жалуются, пока живут. Не то, не похож… Кажется знаю кто это, сейчас проверю…

— Трот, ты за старшего, я отойду поговорить. — Он пересел напротив парня.

— Привет. Это ты, с Речника пришел?

Тот неприязненно скривился. — Ну я. Тебе то что?

— Расслабься. Просто собираюсь в те края, вот и хочу поразведать что там, да как. Человека знающего, значит, порасспросить.

— Дерьмово там. Очень дерьмово. — парень помолчал, затем его прорвало, как человека, нашедшего благодарные уши, для какой-то жгущей нутро страсти. Такой, которую хочется выплеснуть.

— Ты, знаешь, что такое жопа? Сдается мне ты этого не знаешь. Наняли нас человек двадцать, грузить жратву с перезагрузки. Есть там маленький кластер, реально маленький, но перезагружается часто, считай раз в пять дней. Продуктовые на нём очень неплохие. Местных мало и перерождаются они уже через три часа почти все, иммунных хорошо если один на три сотни. Казалось бы, проблем должно быть меньше чем везде.

Только эти козлы наняли охраны всего человек десять, с таким оружием, что им себя то кончить, умаешься. Попали мы в первый раз под налёт атомитов, из двадцати — четырех в минус, и еще этих двоих ххх, типо охранников. В другой — еще троих и охраны трое.

Если б хотя бы элитник или руберы стаей… Обычное мясо, с арбалетами, топорами, мелкашками, тупые уродцы, многие рейдеры лучше прикинуты…

Радар задумчиво протянул рейдеру свой пакет с вяленными кальмарами. — Атомиты разные бывают. Видал я и конкретное зверьё с сильными дарами и техникой внешников.

— Нет. Не такие. Обычные тупые уроды, чуть смышлёней медляков. — Тот взял из пакета пару штук.

— Странное дело. И что только такие? Вы так и не разу не видели серьезных зараженных?

— За четыре таких рейда — ни разу, но мне хватило. После последнего, я из грузчиков один остался. Знаешь почему? Потому что из своего автомата отбился. Было у меня полрожка патронов…Заработать, дурак хотел… Заплатил неустойку за разрыв контракта и отвалил в закат. Теперь ххх еще и с голой жопой, после такой работы.

— Ты живой. Уже молодец. Веселей, братан, пофартит и тебе. — Радар высыпал на блюдце перед собеседником горсть закуски и задумчиво отошел.

Глава 14

Дорога до сегмента «кладбище» оказалась короткой- около часа. Колонна, в которой оказалось несколько легковых машин, памятный БТР, лёгкий танк с бульдозерным ковшом и броневик Радара, доехала без приключений. Сам кластер представлял собой часто перезагружавшийся и при этом на редкость бесполезный кусок мироздания. Брошенные сельхоз постройки и несколько соток необрабатываемой земли. Здесь было нечего ловить ни людям, ни зараженным. Но, что бесполезно в одном смысле, завсегда можно использовать по-иному. Этот самый смысл можно было конкретно наблюдать в виде большой четырехугольной ямы, то есть братской могилы.

У её края высилась горка свежевырытой земли. Трупы выложили в ряд на расстеленный кусок ткани. Радар с умеренно скорбным лицом вошел в небольшую толпу, собравшуюся возле тел.

…Жмуриков гляди- ка, почти не марафетили. Немного кровь убрали и на этом всё. Ну да, ну да, не на параде. Главное показать, что трупы, действительно трупы, умерли как рассказано. Хмм. Вон у того и того похоже были реальные друзья… По лицам судя…Хотя в караване я видел не всех, ну да это не удивительно…

Он еще раз стрельнул глазами по лицам, молчаливо читавшим какие-то последние слова или молитвы. Тела на ткани опустили в яму. Химик бросил сверху горсть земли.

— Вы хорошие товарищи. Куда бы не ушли ваши души, мне будет почетно встретить вас вновь.

Танк сбросил землю ковшом. Люди отъехали к краю, где ясно просматривалась граница кластера. Народ явно ждал начала перезагрузки в виде знакомого запашка. Радар заметил в толпе знакомого по встрече — Гостя.

Он задумчиво подошел.

— Сколько в кино видел похорон, всегда говорят «были» кем-то…

— У нас считается что даже если прошли через смерть — то быть тем, кем были для людей, не перестали. — Лицо шатена было пропечатано тоской.

— Атомиты, почему-то совсем с катушек слетели. Или не атомиты? Это какое по счёту серьезное нападение после разгрома колонны с персоналом, который вывозили проветрится от трясучки?

Гость посмотрел на парня так, будто он только что появился из пустоты.

— А, я помню, про тебя рассказывал, Дьяк. Если бы не его слова я бы записал тебя в шпионы и отправил на дознание. Вот по всем признакам шпион…

— Шпион, я шпион. Всё верно. Только работаю сам на себя. А может быть и на Остров — если смогу.

— Колонну, атаковали возле Клыка, это такое приметное здание в двух часах езды к Пеклу. Там вылетела такая волна зараженных, какую никто из наших еще не видел. Это единственное нападение, заслуживающее внимания.

У нас на Клыке камера была со связью, так что могли видеть всё, как в кино. Говоришь помочь хочешь?

Шпионы нам сейчас не особенно…Но я слышал ты торговые связи пробиваешь…Широко. Камера у нас полетела там, не починишь. Направление важное, его в любом случае отслеживать надо…И вообще камеры со связью мы у тебя выкупим по приличной цене.

— В качестве аванса будущей взаимовыгодной работы. Внешники в свою технику закладки ставить любят. Любая их электроника, в том числе взятая с битых муров может препоганые сюрпризы выдавать.

Глаза Гостя резко сощурились. — Благодарю.

В воздухе запахло непередаваемо мерзким запахом уксуса со жжёной резиной.

— Всё. По машинам!!! — Колонна резко рванула в обратный путь.

На крытую стоянку, пуская черный дым из труб, въехало два огромных «дальнобоя» грузовика. Водилы, перекинувшись короткими словами с охраной, весёлой пятеркой завалились в столовую. Одного из них Радар узнал. Пересекались и в караване, и на похоронах. Тот его тоже узнал и с улыбкой помахал рукой.

— А, Радар. Давай на борт. Сегодня мы при фарте, так что проставляемся.

— В смысле грузовики промыслили? Красавцы. Это вы где разжились?

— С перезагрузки вестимо. Хотели горючего на заправке набрать, да всякого разного по мелочи. Закатили значит туда с бочкой на колесах. Глядим, а там эти красавицы. Бывшие владельцы, на дозаправку подъехали, как раз, когда их накрыло. Вот и стоит техника ждёт нас. Ключей в зажигании только нет, что ты будешь делать. Но мы сообразили, что должно быть при бывших хозяевах, а свежие пустыши не могли далеко уйти. Что б не соврать, десяток пришлось клювами забить, да внутрь кассы затащить, пока нашли нужных.

Обратно, естественно, такое гнать риску было много. Мы два раза в серьезную стрельбу влезали. Вытянули, ясное дело, хотя патронов пришлось потратить некисло.

Теперь подходи любуйся, а? Технарям конечно работы непочатый край — и шуму надо поубавить и защиты наварить, но после — это будут звезды каравана.

— Молодцы, молодцы, круто сработали. Рисковали конкретно, но уже окупилось. С грузом там что? Неужели пустые грузовики?

— С грузом полная лажа. — Шофер чуть наклонил голову.

— Неудивительно. Не бывает слишком уж много удачи, в одни руки. Удивительно было бы если бы там патроны цинками были. Но хороший груз может не меньше самих грузовиков стоить. Тогда размер приза был бы еще круче. Как раз бы и хватило технарей оплатить. — Радар немного подался вперёд.

— Нам и так хватит и на технарей, и на патроны. Не бедствуем, как грится — любо братцы, любо. Груз…Груз такой. В одном мясо, мороженное в термоконтейнерах. Не патроны, но… Хорошая штука, даже сами контейнеры охотно берут для жрачки. Вот второй это да. Это смеяться можно…

— Что, резиновые изделия?

— Хуже. Курево. Целый здоровенный контейнер гребанного курева. Его же даже выбросить нельзя поблизости, не то что сжечь. Иначе набежит весь местный зоопарк. Придумаем конечно, куда его выкинуть, но досадно.

— Слушай, продай мне один ящик мяса.

— Бери, полспорана и — поможем с погрузкой.

Трое рейдеров и Радар перетащили довольно тяжелый контейнер-термос в прицеп. Отдав споран и получив на сдачу патрон, парень скептически посмотрел на покупку.

— Слушай, дай что ли, твоего курева.

— Зачем???

— Обложу вместо пенопласта блоками, что бы ящик не болтало, и не било на ходу.

— Аааа, бери, для хороших людей дерьма не жалко.

Трот поднял голову от шлифовального округа, на котором затачивался очередной широкий гранёный наконечник. Вошедший в мастерскую Радар впервые за неделю искренне улыбался.

— Чего это ты такой счастливый?

— Собирайся, и всех собирай. На шашлыки едем. — Радар улыбался.

— Ну, ты, наколол дров… — Радар ошеломлённо покачал головой. — Всякое видел, но что бы вот так, и кулаком — это впервые. В цирке такое не покажут…В армии разве что. Ну…Рассказывай, как ты это сотворил раз уж так.

— Чего рассказывай, смотри. — Трот вальяжно подошел к немаленькому дереву толщиной в пару кулаков. Он слегка оперся о ствол левой ладонью и с небольшим замахом двинул правой наискось. Дерево с шумом, стукнув стволом и прошелестев ветвями, обрушилось на землю.

Парень присел, рассматривая ствол. Плотная древесина была словно лезвием срезана наискось. Свежий срез блестел, как полированный.

Блондин нагнулся, блеснув коротко стриженной башкой. Ладонь сделала несколько отмашек полукругами. Трот собрал рассыпавшиеся чурки в столб и эффектно примерившись, ударил рукой- в стороны разлетелись куски поленьев.

— Даа. Это уже не только колбасу нарезать можно. — Радар одобрительно хмыкнул — Премиальный горох и кровопускания явно пошли тебе на пользу.

— Есть такое дело. Заказывал дрова? Вот тебе с избытком — Трот кивнул на немаленькую груду поленьев — Причём с опережением по времени и без лишнего шума.

Что у вас с разведкой?

— То, что доктор прописал. Этот стеклянный шиш был чем-то вроде торгового центра по торговле спорттоварами. Три этажа из толстой стеклянной плиты, прочной как небоскрёб. К крыше стены сужаются так, что с верхнего пятачка можно видеть на все четыре стороны. Мы проверили огорожено там на совесть, видимо для отдыха. Так что засесть там можно с комфортом.

— Из полезного или опасного ничего не засекли? Всё-таки кусочек стаба — это часто или чья-то лёжка, или чья-то… могила без погребения.

— Обыскивал на совесть и глазами и даром. Зараженных не выявил. Скучно им тут видать- малолюдно и тесно. Да и следов рейдеров не видел. Всё же для стаба это слишком маленький кусочек, одно здание, вот эта подземная парковка, несколько деревьев вокруг. Тесновато для логова рейдеров.

— Скажи лучше, слишком близко к пеклу. Это будет куда больше правдой. Даже отморозкам хочется жить, а это плохо совместимо с волной зараженных.

— Очень плохо. Вон в ту сторону, на кластере, колонну Острова слопали. Сейчас и следов не осталось. Ребята переоценили свои возможности наблюдения — и недооценили скорость тварей.

Так. Сейчас вы с Номом, перекрываете путь вглубь парковки машинами и складываете вонючку из дров и курева. Курево надо будет водой полить, так, что бутыль поставь заранее. Мясо — вот тут на спуске выложишь, что бы за ним цель наклонилась спиной к Клыку. А на спине у нас что?

— У нас — ничего. У зараженных — споровый мешок. Причем под таким углом уязвимый даже у высшей элиты.

Понял, я понял. В общем твоя операция «Мыло в душе» имеет хорошие шансы. Только мясо и курево лучше даже из полиэтилена вынимать уже когда всё будет готово. И действовать быстро, реально быстро.

— Ну раз понял — исполняй. Ном тебе в помощь и прикрытие. Мы с Чуром пока затащим дрова и часть мяса наверх. Неплохое мясо должно быть, так, что обед обещает быть незаурядным.

Когда всё будет готово заблокируете броневиком единственный вход в здание, а мы вас подымем на веревке. Веревку сверху в верхний люк и игра на старт. Внутренний люк между кузовом и кабиной — лучше открой заранее, кто знает, как получится…Может быть придётся драпать, роняя тапки.

Радар подошел к паре рейдеров, стоявших у сложенного и готового к поджигу костра. Лицо его было раскрасневшимся, а дыхание тяжелым. Ном с карабином на перевес, не отвлекаясь вглядывался в окрестности. Трот обернулся от своих трудов.

— Ну что всё готово? Не погаснет?

— Я туда немного бензина добавил, так что не должен. — Экс мур ткнул пальцем в готовый костер.

— Хорошо. Начинаем.

Трот щелкнул зажигалкой. По поленьям забегали быстрые языки пламени. Сдернув полиэтилен, он поправил насквозь мокрый блок сигарет сверху. Быстрыми движениями ножа рейдер распорол пластиковый мешок с растаявшим куском мяса. Струйки мясного сока потекли вниз по бетонному спуску.

Тихо урча двигателем броневик рванул к «Клыку». Радар с Номом, поправляя оружие, нырнули в главный вход. Чуть отъехав, серая туша, почти касаясь стены, перекрыла захлопнутую дверь. Сверху упала веревка с навязанными петлями. Через несколько минут тяжело дыша и тихо ругаясь Трот ввалился на крышу.

— Вот дурак, надо было ствол с вами отправить, куда легче было бы лезть.

— Выдохни, теперь можно. — Радар у края настраивал какой-то ящик с окулярами и перископом сверху.

— Всё не было случая спросить… Сколько стоило это счастье?

— Всё что у нас оставалось, минус пять споранов в резерв на нектар, плюс три горошины в долг.

— Неплохо так. Что там? Тепловизор, ночное зрение? Её же ей куда дешевле было бы взять расходника.

— И тепловизор, и ночное, и еще пара штук, принципы которых я не понимаю, но работать всё равно могу…

Расходника взять, так он место занимает и кормить его надо, да к тому же он одноразовый и со своими тараканами в башке. Сложностей и нюансов пачка, в том числе и на будущее, выхлоп на раз. Подставлять человека это всегда значит — и самому подставляться под ответ. Раньше или позже, так или иначе. Неумение мыслить за пределы одного дела, удел маниакальных и слабоумных. Нет уж, пусть техника себя окупает.

Чур с удивлённым лицом протянул — Это вы вообще о чём?

Радар плюнул с края крыши и повернулся. — После пострелушек кому-то придется вырезать добычу. В нашу прошлую охоту, мы так едва не пошли на корм элитнику. Милая зверюшка умудрилась подкрасться к нам почти вплотную. Не был бы я сенсом на этом бы наша история и закончилась. Ты пойми — она к нам подкралась не использую никакие дары Улья. А я еще по забегаловкам наслушался какие случаи бывают… После такого и на стабе спать не сможешь. Улей он же на каждый дар иммунному даёт что-то заражённым — и наоборот. Интересно, что в этом ххх цирке припасено на клокстоппера?

Только техники Улей не учел. Упс. Элитник с невидимостью для глаз? Запросто, бывает несколько типов таких даров. При том что они довольно часто лихо маскируются и подкрадываются и так. Невидимость для сенса? Намного реже — но тоже бывает.

Технику обмануть? Хммм. Вероятно, можно обмануть человека, который её использует — но не саму аппаратуру. Продать такое нам могли бы далеко не на каждом стабе. На Острове продали, что есть знак моего нефигового величия.

А ты, Чур — радуйся. Можешь и хава нагилу сплясать. Потому что резать споровые мешки будешь ты. А прикрывать тебя будут три ствола и эта машинка, значит у тебя хорошие шансы выполнить эту работу больше одного раза.

Вообще, заканчивай балаболить, мясо на шашлык тебе было доверено. Почему оно еще не порезано, пожарено?

— Всё, занимаюсь.

Ном удобно устроился, лёжа на расстеленной подстилке. Магазинная винтовка была обмотана какими-то тряпками, и пристроена в проем для водостока. Стрелок, приникнув к оптике прицела, внимательно отслеживал район автопарковки. Подошедший Радар кинул взгляд поверх ограждения на тянущуюся по ветру струю бело- серого дыма.

— Видишь, чего?

— Нет пока. Начальник, ты бы башкой не отсвечивал. Охота есть охота. Позиция для стрельбы всё-таки должна быть замаскированной.

Парень присел на корточки. — Когда начнётся веселье, всё едино мы засветимся. Из арбалетов бить придется сверху, в открытую и на скорость. Патронов мы сюда приперли весь цинк. Стрел — весь запас. Развлечение было пузонадрывное, но должно окупиться.

Помни — на тебе только руберы и элита, на остальное боеприпас экономь. Они — наши. Уверен, что справишься?

— Уверен. Здесь дистанции метров сто. Супергеройство не нужно — только умение.

Минуты шли одна за одной, каплями дождя по стеклу. В воздухе вкусно запахло жаренным мясом.

— В тебе явно был скрыт талант повара. — Отсалютовав товарищу опустевшим прутом Радар вернулся к перископу. — Трот, подмени Нома, пока он свою долю съест.

Формальный старик (хотя голова уже полностью потемнела) лишь качнул головой. — Так дела не делаются. Сначала охота, потом еда и развлечения.

— Дело личное. Чур тогда уберешь его долю в ланчбокс. В рюкзак пойдет, невелик вес.

Из переулка в нескольких сотнях шагов вылетела стая зараженных. Вел их кусач уже близкий к руберу. Десяток топтунов и пятеро лотерейщиков бежали единой командой за вожаком.

Когда вожак, вылетев вперед, нагнулся на спуске ведущем вниз, тихо щелкнул выстрел. Тварь упала мордой в бетон. Трот и Радар поднявшись над ограждением быстро разрядили арбалеты. Двое топтунов поймав арбалетный болт позвоночником осели ничком. С такого расстояния и по такой траектории сила удара вбивала болт так, что срывало оперение. Радар стал быстро крутить ручку. Трот взял второй заряженный арбалет и вырубил еще топтуна. Чур перезарядил отстрелянную машинку и подав его товарищу глянул вниз.

Еще несколько стрел свистнули с крыши. Еще.

Зараженные, лишившись вожака и не понимая происходящего, неуклюже метались по сторонам. Скорость бросков могла бы помешать стрельбе…Если бы уродцы сообразили бежать петляя, по сторонам. Они же, дернувшись и отбежав, начинали оглядываться, останавливаясь и пытаясь понять направление стрельбы.

Еще несколько стрел. Еще. Радару явно пошли на пользу долгие часы, день за днем проведенные в тире. Стрелял он всё еще похуже Трота, но уже не так заметно. Тот же стреляя и с собственной перезарядки, и с подачи Чура действовал хладнокровно и эффективно, как курозабойщик на птицефабрике.

За считанные минуты от стаи, уверенно прибежавшей перекусить глупыми новичками, осталось полтора десятка тел, раскиданных по окрестностям.

Радар, тяжело дыша ртом, сел прислонившись к ограждению.

— Весело мы их. Чисто в тире.

Чур еще раз оглядел поле охоты.

— Где-то даже несправедливо, как их …

— Несправедливо — это импотенция в восемнадцать. А вот это называется хорошей тактикой. — Трот был спокоен и флегматичен. — Может, Ному, тоже дать арбалет?

— Не стоит. Он должен сохранить ровное дыхание, для точной стрельбы. Нам еще нужно дождаться настоящей добычи. — Радар опять прилип к окулярам перископа.

Двое рейдеров следили за местностью, двое сидели, опершись на ограждение…Неожиданно Трот встал.

— Мысль есть. Я, когда сюда поднимался, видел несколько выносных рекламных щитов. Если затащить их сюда и поставить близко можно стрелять в щели, нас будет не видно, а если какая-то сволочь опять попробует кидаться камнями, то и укрытие будет.

— Хорошо. Бери Чура и действуй. Мы остаемся наблюдать.

Рекламные щиты были принесены и прислонены к сетке ограждения. Костер внизу уже догорал, исходя последним дымом. Команда всё также ждала без особого напряжения — кто лежал, кто с удобством сидел.

Сначала Радар услышал никогда не знаемый прежде звук. Словно много дубинок глухо молотили по асфальту. Он отвлекся от окуляров и глянул в другую сторону. Между разбитых одноэтажек частного сектора летел поток, по-другому не скажешь, развитых зараженных. Несколько десятков тварей, цокая костистыми лапами по дороге, приближались единой буро серой массой.

— Сколько же их тут… — Он ошеломленно сглотнул.

— Десятка три четыре. Кусачи, топтуны, руберов неполный десяток, а вон того красавца видишь? Знаешь кто такой? Это и есть самый настоящий элитник. Не каждый день видишь такую красоту. Еще реже имеешь счастье после этого полюбоваться на что-то еще. Вот такое и бывает с умниками, которые решают, что пулемёт — два делают их крутыми в Улье.

Типо — на каждый вопрос есть четкий ответ: У нас есть «максим», у них его нет.

Но, вот им, на это пофиг. — Сварливо трепясь, Трот тем временем поднял свой арбалет и занял позицию у щели- бойницы.

Радар разглядывал уже подлетевшую стаю в перископ.

— Даа. Это покруче всего, что мы уже видели. На открытом месте не спас бы и пулемёт. Ном, вырубишь элитника, бей руберов, кусачей — всех, не жалей патронов. Время важнее.

Более чем двухметровая образина, блестя светло серым голым черепом в крупных костяных бляхах вылетела вперёд. В сильную оптику были хорошо видны даже мелкие детали, вроде темных, словно насекомых глаз, и слоистого костяного козырька от темени к шее. Элитник наклонился на входе в спуск автопарковки.

Тц. В «наросте» под «козырьком» появилась заметная дырка. Зверюга дергаясь полетела вниз, с жутким грохотом впечатавшись в автомобили в конце пути.

Тц. Тц. Тц.

Рывок к арбалету. Прицелится. Дзн. Стрела пробила слабо бронированную спину какому-то кусачу. Ручка под ладонью крутилась с уже привычным усилием. Стрела, из штабеля на коробке рядом, легла в паз.

Дэн. Дзн. Тц. Тц. Дзн — рядом. Оглянуться.

Ном быстрым уверенным движением заменил магазин на один из лежащих рядом. Трот с тем же флегматизмом садит выстрел за выстрелом вниз. Чур…Похоже выдыхается, движения стали замедленными и дерганными.

Перезарядить арбалет. Пара руберов не добежавшая до спуска, похоже всё же как-то засекла направление стрельбы. Твари остановились, задрав жутковатые полукрабьи бошки.

Тц. Один полетел спиной вперёд. Не выдержав, Радар прилип к смотровой оптике. Вместо глаза у рубера образовалась немаленькая кровавая дыра. Тц. В том же виде по асфальту растянулась второй.

Упёртость зараженных, позволяющая им нередко выносить пулемётчиков и целые стабы на этот раз сыграла с ними плохую шутку. Твари слишком долго пытались понять происходящее, поняв — сообразить, как ударить в ответ. И потому слишком долго оставались под огнём. И потому падали под пулями и стрелами. Уже осталось лишь около десятка самых малоразвитых, когда один из них рванул в сторону. За ним немедленно сорвалась и остальная стая, быстро набрав скорость. Твари исчезли с глаз еще быстрее чем появились.

Парень тяжело выдохнул, вынул из лежащего рюкзака флягу и отпил. Холодный, очень крепкий чай показался напитком богов.

— И мне. — Судя по хрипу, Трот тоже был далеко не так непробиваем, как выглядел. Фляга сменила руки. Чур ничего не сказал только протянул ладонь с просящим лицом. В свою очередь он жадно присосался к горлышку.

Ном встал разминаясь.

— Оставьте и мне пару глотков. — На нём фляга закончилась и какое-то время рейдеры просто расслаблено сидели, отходя от быстрого, но лютого напряжения.

Наконец Радар встал и перенося коробку с перископом с места на место, начал дотошно осматривать окрестности. Потом он встал, глядя куда-то в одну точку между парковкой и «Клыком».

Ном поднял голову

— Что, идём собирать трофеи?

— Мммм. Элитника видите?

Команда разом уставилась вниз. Кроме тел, раскиданных по асфальту и бетону в разных позах, внизу не было ничего подозрительного. Люди неуверенно заулыбались.

— А он там есть. — Радар не улыбался. Лицо затвердело.

Трот резво завладел оптикой, глядя по обозначенному взглядом товарища направлению. Оторвавшись от окуляров, он был слегка бледен. Двое других рейдеров по очереди сделали тоже самое.

Через хитрую оптику было прекрасно видно, как в тени здания между стеной и трупами у спуска преспокойно лежит здоровенная тварь.

По размерам — больше легкового автомобиля.

— Ты его даром засёк? — Трот был спокоен лицом, но голос был несколько напряжен.

— Нет. Ни даром, ни глазами. Только технология, только жесть. Ном, можешь его в глаз сработать? Как тех руберов? Вообще твой прицел его видит? Проверь.

Мужик упал на свою «лёжку».

— Вижу! Но в глаз не могу… Он морду наклонил, а там такие наросты вместо бровей…Закрывают.

— Плохо. У кого какие идеи?

Чур вскинул руки.

— Я могу слететь в броневик и из пулемёта его.

— Ты размеры видишь? Броню, силу и скорость себе представляешь? Даже нашими пулями, очередь его может и не убить. А если и убьёт, то не быстро — и тебе конец, и броневик в мусор. Это при том, что тебе его еще как-то увидеть надо…

Ном скептически поморщился.

— Можно кого ни будь незаметно спустить и сзади его отработать.

— Уже лучше. Но этот ничем не отвлечён, наоборот пасёт нас как кот мыша, и значит слышит и чует всё вокруг. Учует или услышит на спуске и на этом — всё.

И врят ли удастся его пересидеть… Не для того же он нас караулит что бы пригласить на чашку кофе… На сладкое к нему разве что… В смысле в виде сладкого.

Ном, бери его морду в прицел, сейчас кое-что проверю.

Радар отодвинул щиты и вылез в проем между ограждающими сетками. Махая руками, он громко заорал.

— Эй, боольшой зверь, владыка Улья, чего тебе тут надо? Мы своим делом заняты — ты своим. Чего сторожишь? Или тебе полегче добычи нет?

Элитник, с демонстративной небрежностью, стал почти по собачьи чесаться задней лапой.

Парень слез обратно.

— Да. Я точно не Дерсу, фамилия не Узала. А у этой скотины стыда нет. Не благородная, как какой — ни будь тигр…

Ном, он ведь так морду и не поднял.

— Не поднял. Мне кажется или он ждет что мы будем стрелять? Зачем-то?

— Мне тоже так видится…Зачем — пока не будем проверять. Не для чего-то хорошего точно. Вот то, что стрельбы он явно не боится — это понятно. Раз не боится, значит ему это не опасно, иначе не отожрался бы так…

Чур, там на втором этаже, когда ходили, помнишь витрина с такими метательными тарелками? Давай, тащи сюда штуки четыре.

Рейдер вернулся через некоторое время с метательными пластиковыми дисками.

— Ном. Держи прицел, сейчас кое-что попробую. — Первая тарелка пролетела слева от монстра. Он никак не отреагировал. Вторая пролетела сбоку почти у самой туши. Парень еще раз приник к окулярам что-то прикидывая.

Третья тарелка полетела над головой. Элитник рефлекторно поднял башку.

Тц. Без предупреждения, как картинка на включенном экране, из воздуха проявилась серо коричневая громадина в броне. Асфальт огромными кусками летел в стороны от дергающихся в агонии лап. Здоровенное хлебало, чуть поменьше кабины автомобиля, бессильно скалилось огромными двухрядными клыками.

— Хороший выстрел. Тянет на премию. Всё, лежебоки, подъем. Трот, давай по верёвке в броневик, отгонишь его от входа — и за пулемёт. Остальные — сворачиваем лагерь. Что б никаких следов после нашего ухода.

Дальнейшее было просто быстрой и тяжелой работой, страх взбадривал и подгонял эффективней любого кнута.

Взмыленные рейдеры быстро перебрасывали хабар в люк.

— Ном, бери чистые пакеты, на тебе вон те и те дальние. (Радар ткнул пальцем)

Ствол клади под руку, как садится будешь. Чур, твои те что поближе, кроме элитников, и насчёт оружия тебя тоже касается. Трот на пулемёте. Я смотрю по сторонам, от люка. Рысью, в темпе. Время — жизнь.

Что-то прикинув в уме он не стал доставать аппаратуру, ограничившись даром. Ном первым закончил свою работу. Как оказалось, старый охотник не только значительно более свеж, но и очень даже здорово владеет ножом, при разделке. Затем с дополнительной помощью закончил и Чур. Пакеты с горохом, споранами и «янтарем» были сгружены в броневик.

— Вы, двое, прикрывайте. Трот, давай ко мне, с твоим даром, этих недотанков будет быстрее всего потрошить. Помоги мне.

Невидимый клинок из пальцев здорово показал себя на туше элитника возле спуска. Упругие пластины, прочные как гибкая кость, легко поддались под резом дара. Радар жадно полез руками в путаницу оранжевых нитей.

Азартно обтерев добычу об тряпку, вынутую из сумки, парень сунул в грудной карман пару чёрных жемчужин. Пара пригоршней гороха и немаленькая горка споранов пошли в пакеты и в спортивную сумку.

Двое рейдеров подошли к лежащему на боку последнему не выпотрошенному зараженному. Даже возле дохлого элитника было неуютно. Радар по-хозяйски обошел огромную буро серую тушу. Он с интересом постучал по костяному «козырьку», прикрывавшему споровый мешок. Из него, на палец до края, торчал здоровенный кусок металла. Из кости торчал гнутый клинок оригинального «бумеранга». Остро заточенный треугольник хорошей стали блестел как хирургический скальпель.

Рейдер осторожно попробовал заточку пальцем и прищурился на гравировку в виде рунической «К» на лезвии.

— Красивая вещь. Смотри, как врубилась в кость — еще бы сантиметр и элитнику бы хана.

— Да. Но в тот раз хана была явно не элитнику. Как говорится, даже плохонький ТТ бьёт любое карате.

— Так то, так. Но, подозреваю эту зверюшку не взял бы и гранатомёт, если бы мы играли по её правилам. Слишком уж она рисовалась. Давай уже, вскрывай споровик.

Не хотелось и думать сколько бы пришлось возиться с толстыми пластинами защиты споровика используя обычный клинок. С даром — прошло в секунды.

Оранжевые нитяные узелки, проминаясь между пальцами, полетели горстями в пакет. Горсть за горстью спораны, горох…

… Вот! Три жемчужины. Красная и две чёрных…

Всё… Мешок наголо обчищен.

— Выруби эту метательную штуку вместе с куском кости в котором она торчит, так, пожалуй, будет лучше. Мысль у меня на неё есть.

Рейдеры затащили добычу под броню и захлопнули люк. Через минуту Сивка — Бурка резво стартовал прочь.

Глава 15

Проспавшиеся и успевшие позавтракать рейдеры, остались перебирать и сортировать добычу под присмотром Трота. Броня Сивки надежно скрыла то, чего не должны были видеть чужие глаза.

Радар энергично поднялся по мостику в «муравейник» Острова. Прежде любой переход внутри этой горы, слепленной из комнат и переходов, сопровождался кем-то из охранников, следующих от караулки при входе. Путь и работа на стрельбище или в мастерские — всё проходило перед глазами кого-то из местных.

…Что ж в такой системе порой польза есть…

— Мне нужен Дьяк, или тот, кто сейчас за него. Срочно. Бизнес. Действительно важно — не пустой разговор.

Один из парней в камуфляже, сидевших вокруг стола в комнатушке, молча кивнул и поправив зелёный берет ушел куда-то по коридору. Остальные так же равнодушно полировали стулья задницами. Резкости никто не проявлял, но и присесть и чашку кофе — тоже не предлагал. Наконец у одного из них в нагрудном кармане подала голос рация. Тот выслушал сказанное и наконец развернулся лицом.

— Дьяк вас ждёт, Радар. Сейчас вас проводят. Сумку можно посмотреть?

Радар коротким движением дернул молнию на спортивной сумке, висящей на плече. Камуфляжный, бросив равнодушный взгляд, коротко кивнул.

— Спасибо. Идём.

Кабинет, куда пришли для встречи, был маленькой комнатой с окнами, позаимствованными из поезда. Два низких мягких стула, да столик между ними — всей обстановки.

После коротких приветствий хозяин откинулся назад, молча, с интересом разглядывая гостя. Радар театральным жестом поставил на стол сумку.

— Мы недавно элитника завалили, аккурат недалеко от мест, где с вашей колонной несчастье случилось. Хитрый был зверь, матерый и с такими дарами, какие далеко не у каждого есть. Глазами мы его обнаружить не могли, и даром сенса тоже — только аппаратурой. И всё же мы его нашли и кончили. Причём мы его, а не он нас.

Языком попусту болтать много умельцев, а у нас подарок по такому случаю. От нашего дома вашему. — Парень вынул из сумки тяжеленный кусок кости с торчащим в нём «бумерангом».

Дьяк равнодушно скользнул взглядом по бумерангу.

— Что ж… Отдарюсь. — Он вынул из кармана ручку и блокнот, набросав короткую записку. — Отдашь кладовщику, он отгрузит ленту патронов на ваш пулемёт. Патроны бронебойные, хотя и не зашаманенные.

Но подарок — не бизнес. Даже если ты хотел договориться о продаже трофеев с охоты, ты мог бы поговорить об этом много с кем, кроме меня.

Я ошибаюсь, или у тебя есть дело именно ко мне?

Радар с деланной скромностью потупил взгляд.

— Если бы я пришёл предлагать большое дело с хорошим отрядом — это конечно было бы эффектней. Только я ещё не скоро приближусь к по настоящему серьезным людям.

Тогда как одно такое вкусное дело ждёт того, кто его сорвёт уже сейчас. Дело мало того, что жирное и вкусное, так еще и очень вам по сердцу. Есть у меня на примете одна муровская ферма, которая прямо-таки просится что бы её снесли. А ещё у меня есть горох что бы подрядить под это дело людей. На задаток, перед добычей — ясное дело.

— Давай по существу, что ты хочешь от меня и какая мне выгода в этом деле?

— Я могу оплатить людей и задаток и долей в добыче… Но людей еще надо собрать по стабам — это раз. Нужен кто- то с глазом на людей, типо кадровика и проверка через ментата. Это позволит получить более-менее управляемый отряд, а не сброд, который в лёт накосячит и разбежится.

— На каком стабе хочешь делать сбор?

— На Сельсовете.

— Уммм…Так ты решил брать ферму на северо-восток от Сельсовета.

Значит Зюйд Компани, а не асеи. Не так весело, но кое в чём это для тебя реально лучший выбор…

Только знаешь ли ты, как прикрыта та ферма? Пятнадцать минут подлёта и несколько десятков беспилотников накроют все окрестности газом и ракетами. Причём ракетами хоть бронебойными, хоть противопехотными.

— Еще раз убеждаюсь, что не зря обратился именно к вам. Да, я еще не скоро буду матерым ветераном… Так что действительно нуждаюсь в помощи кого-то более опытного и было бы очень горько искать помощи на другом стабе.

Что до прикрытия, то именно способ его обезвредить и есть моя доля в этом деле. Так уж получается, что раскрыть его я не могу …Иначе дело может стать…Несколько не моим. Но я знаю — это сработает.

Каменное лицо стронга не выражало ничего.

— Ты нуждаешься лишь в перечисленном? Подумай ещё.

— Честно сказать. Дело в том, что я на самом деле сугубо мирный человек, а придётся провести натуральный штурм. Снести тамошний сброд — невелика сложность- всё же урки не солдаты. Но реальное дело, это реальное дело. Значит будет пачка тонкостей и мелочей за знание которых, пришлось бы заплатить кровью. Я предпочитаю платить споранами. Значит мне нужен действительно опытный, с командирскими навыками, Ли — Си — Цин.

— Кто, кто? Впрочем, я понял, тебе нужен регент. Разумно….

Так ты надеешься снести ретранслятор, лишив муров возможности вызвать прикрытие…Издалека или диверсией… При том, что кое в чём, ты не уверен и сам. Расстрелять фряжских муров дело конечно богоугодное, как и выпотрошить тамошние склады…

— Никакое дело, никогда, не идёт точно по плану. Но я действительно собираюсь снести эту ферму, и честно исполнить договоры со всеми соратниками и каждым союзником. — Радар умеренно горячо напирал.

Дьяк наклонился вперёд, опершись локтями на стол. Он погладил рыжую бороду, чуть наклонив голову на бок.

— Ты несколько важных моментов упустил. Склады там и правда вкусные, очень вкусные. Тамошняя мразь собирает прилетевших в армейской части недалеко от внешки, и, попутно гребёт каждый раз патроны ящиками. Муры- не трейсеры, расходовать им такой груз особо некуда. Скопилось там полезного много, ох много.

Тонкое место — за всем этим придётся гнать целую колонну грузовиков. Подойти по-тихому пешком, ударить и уйти пешком, как это делают стронги, — не выйдет.

Техника в таком количестве — это дорого. Кроме того, колонну еще надо протащить по Улью, что тоже не просто. Представить можешь, ты ведь ходил в караване, а караван — это в общем еще хорошая дорога.

Собирать что-то на Сельсовете — нельзя. Он слишком близок от цели. Там у них наверняка есть те или иные источники. Даже если нет, про такую движуху желающие продать слух могут и найтись.

Ещё…Ты располагаешь чем-то что бы выложить на стол прямо сейчас, для запуска дела? Или рассчитываешь вносить горох и спораны с охот и займов? Разница предельно важная.

— Те три горошины, что я был должен за «чудо оптику», — я уже вернул. Сегодня утром. Несколько сумок спека — вот мой первый вклад. Сегодня же, если мы договоримся. Сейчас его как раз обрабатывают. Горошины, когда увижу первые результаты- и конкретную смету.

— Что ж …Половина от всего добытого, камеры слежения — всё мне. Задаток людям на тебе, как и задаток за найм техники. Он может быть больше или меньше — в зависимости от возможностей. Тогда — я запускаю машину.

— Остров в этом деле лишь посредник, бойцы — не его, вся оплата не его. За что мне выкладывать такую долю? Четверть от патронов — это более чем щедро.

— Так или иначе, в случае провала, все шишки достанутся именно Острову. Сбежишь ты или погибнешь — спрашивать, выжившие, придут не к тебе.

Поэтому половина всего, плюс все камеры — мне.

Радар упрямо наклонил голову, смотря поверх носа собеседника. Сама манера говорить, общая энергетика матерого стронга, требовала большого усилия, чтобы не прогнуться перед ним.

— Камеры, вам. Половина патронов вам. Но это крайняя цена или я действительно буду вынужден искать другого партнёра. Пусть меня это и очень не радует.

Дьяк какое-то время молчал.

— Надеешься взять там техники? Серьезные планы, хотя и рискованные. Что же… По рукам.

Только одно помни. Если попусту погубишь людей, по своей дурости, не по воле Улья, регент тебя пристрелит прямо там. Без мучений.

Дьяк мягко и тепло, как плавящаяся сталь, улыбнулся. Радар ответил встречной улыбкой и протянул руку.

Рукопожатие вышло очень крепким.

Химик негромко кашлянул. Всё же он уже не одну минуту глядел на расслаблено сидевшего Дьяка. Тот, всё так же отрешенно глядел на лежащую на столе штуковину.

— Кхм. Оставишь себе на память, в виде настольного сувенира, на память о Кирьяне?

— Не знаю, еще не решил.

— Кто из наших сумел отработать обещанный красный жемчуг?

— Можешь посмеяться, но это не наш. Когда случайный рейдер сделал мне этот подарок, я уж решил, что кому-то придется язык подрезать. Но нет. Когда парень получал встречную благодарность, в лице не было ничего. Не знал он про то.

Вот так. Взял, да и случайно завалил урода, за которым охотились всё наши. Прикинул выходит, что, элитник добыт возле тех мест где порешили нашу колонну и, значит, вероятно, будет мне в радость.

— Где-то возле Клыка, значит? — Уточнил Химик.

— Да, где-то там, точнее не знаю.

— Ах сукин сын. Его же шерстили до самого пекла, а он выходит почти там же и залёг. Как только сумел то …

— Похоже дары на скрытность и защиту от сенса, редкая тварь. — Дьяк отмахнулся рукой.

— Теперь уже мёртвая тварь. Что очень хорошо. Нам такого поблизости совсем не надо. Чем отдарился то?

— Лентой на девятнадцатый калибр, к пулемёту.

— Даже не знаю, как это оценивать — щедро или не очень.

— Если оценивать, как за сам бумеранг, то это штук пять — десять споранов — цена красивого трофея, не больше. Если как услугу мести… То её он мне не оказывал. Не для этого он ходил на дело, и не за это старался… Так что жемчуга парень не заслужил. Что он мне продал — то я и купил. Тут уж без жмотства. Убрал элитника, напавшего на мою колонну — вот твои… пятьсот споранов?

— Пятьсот шестьдесят, это если без торговых накруток. Не могу не согласиться — мудрое решение.

О споранах… Заходил ко мне несколько часов назад этот салажонок, Радар. Взял в мастерских грузовик. Может ты помнишь, Дрёма, пригнал не так давно? Красивая такая вещица, для перевозки свежей рыбы. И сама машинка — красавица, да еще и новенькая, движок мощный, быстра как ветер, кузов термоизолированный. Наши её больше недели до ума доводили.

Выкупил значит, споранами на стол. Если б продавать на сторону, так цену можно было бы побольше взять. На соседние стабы — так раза в два. Но ты сам велел ему продавать как нашим… Может отменить этот приказ?

Теперь ты звонишь и говоришь всё бросить, и все ресурсы на добычу грузовиков. Брать всё везде и разом. Дело предельной важности.

Парень, правда почти сразу же уехал, забрав и грузовик, и свой броневик, но раз ему тут так прикормлено — будет жив, вернётся. Тогда сделку можно будет отменить, раз уж всё так серьезно.

— Приказ в силе. Сделку сохрани. Еще, для дела забирай товар, как раз на нал и авансы пойдёт. — Дьяк коротко махнул рукой под стол.

У стола стояли две спортивных сумки с расстёгнутыми молниями. Химик неожиданно лёгким и гибким для его комплекции движением опустился на корточки. Он снял резинку с целлофана и что-то попробовал пальцем и на язык.

— Спек… Где-то два элитника в расход пошли… Качество приготовления неплохо. Кто-то явно годится не только кашу варить… Мимо меня? Кто? Откуда?

— Оттуда же — Рыжий рейдер махнул рукой на стол где всё так же стоял костяной обрубок с торчащей железякой.

Серо зелёный броневик как-то неуверенно огибал повороты. Вокруг был свеже перезагрузившийся кластер. Под солнцем блестели, еще не вылетевшими стеклами, окна домов. Панельки пятиэтажки, примерно одинаковые по всему миру красовались свежей краской. Редкие прохожие с удивлением смотрели вслед диковинной технике.

— Давай, вон туда — это будет условно главная улица, значит лучшие магазины там. — Радар как обычно сидел в кресле башенного стрелка.

Где-то щелкнул выстрел, затем еще один.

— Мелкашка вроде, ну точно основной балаган там, давай гони.

К выстрелам из мелкашки добавились более громкие «бухающие» выстрелы.

Машина объехала очередной дом вылетев на основную улицу. В паре десятков метров открылось зрелище достойное военной музейной диорамы. В музее психиатрии, в отделении для творчества пациентов.

То, что происходило перед явно неплохим продуктовым магазином, рядом с несколькими вставшими грузовиками можно было описать словами — идиотизм, бредовость… и всё же реальная остервенелая жестокость. Никакой Верещагин, никакой комикс — до такого бы не додумался.

Трое мужиков в зеленом камуфляже, стоя в полный рост, как солдаты времён этак Петра, стреляли в прущую на них компанию ребяток. Через сильную оптику башни были хорошо видны детали. Они были вроде людей, одетые в массе как обычные уличные прохожие — рубашки, майки, платья только… Красная, словно в волдырях кожа, у иных в уродливых пузырях, у всех лица, искаженные отсутствием разума, почти как у свежих пустышей.

…Как кипятком шпаренные. Вот так значит они и выглядят. Вон и несколько в камуфляже, видать не все из обычных прилетевших получились…

Толпа, размахивая разными колюще — бьющими предметами шатнулась к тройке возле грузовиков. Один из обороняющихся бабахнул из двустволки разом из двух стволов.

…Похоже картечь. Двоих видать в ноль, остальных пробрало…

Из толпы, которая безумно шарахалась то приближаясь, то отдаляясь, щелкнул выстрел.

… Всё же не мелкашка, а обрез от мелкашки…

Один из «охотников», завыв, упал на асфальт уронив ружье.

От ярких, в неоновых трубках, витрин магазина к грузовикам пыталась пробиться вторая группа. Эти от своих противников отличались… Ну, не добром и человечностью в лицах. Шкура здоровая правда — признак человеков. Теоретически. Вооружены реально чуть по лучше и действуют слаженней. Длинные молотки- клювы и пара рейдерских лёгких арбалетов.

Отчаянная остервенелая драка, в попытке пробиться к грузовикам, кипела и била ключом. Вот четверо «варёных» упало на асфальт получив гранёное остриё в череп. Вон свалился в корчах один из прорывавшихся, с длинной заточкой под рёбрами. Двое «красных» растянулись после «щелчка» свинцовым болтом из арбалета по голове. Один из арбалетчиков схватился за залитую кровью голову, бросив своё оружие.

…Камнем его что ли?..

Обе стороны размахивали своим оружием, рыча и утробно ревя. Хрип и звуки, в которых человеческого не было, были слышны и на расстоянии. Метания и прыжки, то ли дикарей, то ли кошачьей драки, добавляли «колорита» в зрелище.

Всего наблюдения были секунды. Потом…

— Ном, Чур, харе глазеть, хватай карабины и за дело.

Защелкали выстрелы. Тц. Тц. Тц. Тц.

Радар вопреки привычке тоже бил из карабина. Стрелять из ружья длиннее автомата из кузова было не слишком удобно, но вполне реально. Три автоматические пушки, за пару десятков шагов, быстро показали свою жуткую эффективность. Больше двух десятков тел в разных позах усеяли асфальт, щедро залив его красным.

«Краснокожие» смешавшись в одну толпу визжа начали пятиться. Потом они, почти разом развернувшись, бегом и рассеиваясь, дернули в сторону по улице. В след им всё так же щелкали смягчённые глушителем выстрелы.

Бежали ребята всё же заметно помедленней заражённых — зато быстрее сообразили скрыться за поворотом, углом здания, в переулок.

Подкатив к стоящим у грузовиков «охотникам» броневик остановился.

Из люка высунулась голова Радара.

— День добрый. Чьи вы хлопцы будете?

— С Речника. Фуражиры. — Мужик перевесил охотничью двустволку за спину. То же сделал и второй.

К ним массой стали подходить остальные, постепенно остывая. Лица всё более и более обретали человеческий вид.

Мужик тяжело выдохнул.

— Поживём еще. Эх, ещё один заезд и конец моему контракту. Эй вы, жрачка сама не загрузится и на стаб не отвезется. Давайте за дело, пока еще не набежали. Шустрее если жить охота.

Радар терпеливо наблюдал за свеже спасенными. Камуфляжник без спешки подошел к еще живому товарищу.

— До стаба дотянешь или добить? — Тот всё так же тихо выл.

— Я могу дозу спека дать. — Радар был сама любезность.

— Ну давай. Быстро вколов оранжевую «дурь» мужик на пару с оставшимся «охотником» погрузил раненного в кузов грузовика.

Наконец командир фуражиров вернулся и представился.

— Кепарь, меня звать. — Он протянул руку

— Радар, вольный рейдер.

— За жизнь, благодарю. Совсем атомиты озверели, не первый рейд езжу, всякое бывало, но не такое.

— Что ж вы оружия получше не взяли? Речник я слышал, крупный стаб и довольно богатый.

— И не говори, идиотизм и жлобство в худшем виде, Роджер конченный ублюдок. — Он смачно плюнул на асфальт.

— Ммм если дурость повторяется и делается долго, то значит это может и не дурость…

— Ты это что к чему? — Кепарь наморщил лоб.

— А, забей. Тебе помочь тела твоих людей загрузить?

— Нах. Мне по условиям контракта учитываются центнеры жратвы, а не (он криво ухмыльнулся) «мёртвый груз». Вот эту и ещё одну ходку сделаем, и я наконец смогу отчалить в места получше этих.

— Патронов на атомитов, когда мы вас выручали, пришлось потратить не одну пачку, тебе есть чем за это возместить?

— Мне? Не, пусть Роджер башляет, в конце концов без вас его грузовики тут бы и остались.

Оставшиеся грузчики довольно быстро набили грузовики ящиками и мешками с едой. Когда последний из них устало залез в кузов, Радар тоже нырнул в люк.

Биииб. Как оказалось, у Сивки есть весьма громкий клаксон. В привычной тишине Улья громкий звук прозвучал на километры.

Кепарь офигело высунул голову из кабины. — Ты что, совсем уже вообще?

— Веселей, чего тебе бояться? Я тут и при пулемёте. И мы к тому же отсюда уже едем. Если совсем уж страшно — можешь газу прибавить. — Радар высунулся из люка с развесёлой улыбкой.

Дорога до стаба была недалёкая и известная. Броневик выехал вперёд, остальные машины колонной последовали за ним. «Змея» обогнула несколько поворотов набирая скорость. Когда впереди уже показался «срез» — граница перезагружаемого кластера серо — зелёный «вожак» вдруг резко встал. Радар с несколько смущённым лицом вышел к первому грузовику где ехала охрана.

— Ребяты, без обид, что-то барахлит. Движок вроде. Мой техник обещал починить где-то за час. Так что выбирайте или ждёте — и тогда я вас провожаю. Или если вам спешно, например, раненных к лекарю — езжайте уж.

— Чего им сделается, там лишь один тяжелый и тот еще самое меньшее часа три на спеке протянет без напряга. — Кепарь для разговора даже вылез из кабины.

— Ну и хорошо. Тогда может быть за знакомство? — Радар вынул из кармана камуфляжной куртки плоскую фляжку — У меня живец на хорошем коньяке, как раз проставляюсь.

— Это дело.

Стакан был лишь один — крышка фляги, но кого это могло смутить в мире где зараза всего одна и та, далеко не ангина. Охранник прошёл вдоль колонны что-то сказав водителям в пол голоса. По очереди выпив по стаканчику живца рейдеры завели «светскую беседу».

— Так что за тип этот ваш Роджер?

— Дерьмо тип. Была заварушка на Кляче, это от нас на юго-запад. Вот там какая-то муть с резней и мордобоем за то, кто будет пасти местных бырыг. Он там командовал двумя десятками дрыщей, которых гордо звал своей сотней.

Рейдер оперся на кабину, с удовольствием смакуя послевкусие коньяка, которое не мог перебить даже обычный тухлый душек споранов.

— Похоже в драку он полез не на той стороне, а может просто с ним не стали расплачиваться…В общем свалил к нам. Поставили его почему-то рулить нашей задницей. Гуру задницы. Ты прикинь, он кидает понты своими тремя дипломами. Всерьёз. В Улье! Перед грузчиками!

Живчик такой и трудяга, по части — с чашки ложкой.

Радар тоже оперся на капот, сознательно или нет, копируя собеседника. Его глаза задумчиво смотрели поверх Кепаря тем же «графитным» взглядом.

— То есть глуп, но при этом энергичен, склонен льстить начальству и гнуть пустые понты?

— Был бы по делу энергичен, разговор был бы другой. Только шумиху и суету наводить, да лизать, где выйдет польза. Это он да — с восторгом и экстазом. Ну и еще обещать — всё, сразу, и из золота пополам с шоколадом.

— Эка оно как. Ну что самое то для такого — на такое место кадры набирать …Да и потом…

А этот ваш менагер по хайпу и представительству с совмещением на массажиста анального и Пи Ар директора… Он того…Он вообще заплатить способен?

— Ты чего? Он же груз принимает под охрану и учёт. С людьми рассчитываться то же его обязанность. Так что я честно тебя к нему отправил.

Из броневика показалась голова и размахивающие руки.

— О. Похоже справился. Пойду проверю. — Радар нырнул под броню.

Тишину Улья прорезал оглушительный, безумный, пробирающий до костей «Бииибииик» и броневик рванул с места. Под сдавленные маты водителей грузовики рванули следом.

Блокпост, через который колонна проехала в стаб отличался неплохой снаряженостью, яркой аляповатостью — и при этом небрежностью. Так, словно у тех, кто его делал целью была скорее показуха, с полным пофигизмом ко всему прочему. Несколько пулемётов и даже агс — но стоящие на показ, а не по удобным для стрельбы, замаскированным позициям.

Грузовик обогнал броневик выезжая на асфальтированную площадку рядом с вытянутыми корпусами складов. Высокая встречающая комиссия, вывалившая навстречу, состояла из брюхатого мордастого типа в компании трёх крепких мужиков, в камуфляже и брониках.

…Автоматы у ребяток хороши. Не знаю этой марки…Что-то НАТОвское? Это вам не Акс семьдесят веселого. Глушитель — не самопал, как у нас. Оптика. Дорогие игрушки…

Кепарь докладывался типу пока Радар вылазил из броневика и неспешно разглядывал «комиссию».

Один умник говорил, что нельзя судить людей по внешности. Другой — что только дурак не судит людей по внешнему. Радар исповедовал тот принцип, что кое-что следует предположить сразу, а остальное проверить провокацией. Даже его молодая жизнь была отмечена изрядным количество нездорово брехливых знакомых.

Так что по одежке встречай, а на вшивость проверяй.

…У этого типа морда, конкретно, с пробирным клеймом, мудака…

Недобритая толстая ряха с прорезами морщин собственного превосходства и брюзгливо зажатым ртом. Амбициозен — беспринципен — хамоват- глуп. Большими, как реклама из светящихся трубок, буквами через рожу.

Дождавшись, когда закончится разговор, Радар подогнал броневик поближе и подошел к «начальству».

— Добрый день. Я Радар, вольный рейдер. Повезло твоим людям, мимо ехал. Патронов пришлось потратить карабинных не один десяток, но — живы и при гружёной технике. Компенсируй, мои расходы, можно даже без премии, а можно и с премией, да я уже поеду дальше по своим делам.

Тот уставился на парня с истерической гримасой на морде.

— Мразь муровская!! Ваши твари ублюдочные сколько хороших парней порезали. Как же радоваться буду, когда вас кончат. — Истерический накал и напор рос и цвёл. Рожа краснела и слюна брызгала.

— Полегче на поворотах. Броневик честно куплен на Санатории. А подобные обвинения легко проверяются у ментата. Причём не вашего, а любого соседнего стаба. Если хочешь, давай проверим. После чего расплатимся и разойдемся по-хорошему.

— Ах ты ж. ххх. Ххх, оххх. Истерика вышла на следующий уровень злобного накала. В порыве страсти Роджер сделал шаг вперёд и плюнул в собеседника. Плевок повис на штанине.

— Ты что дурак? Есть вполне известные традиции и человеческие понятия. Я спас твоих людей и твою технику за свой счёт. — Радар был бледен, но спокоен. Он обернулся — грузчики как мусор под ветром уже оказались возле склада. Туда же боком следовал Кепарь.

— Ты как с людьми разговариваешь? — Один из охранников шагнул вперёд, нанося пощечину.

Когда ладонь была уже перед лицом, с неё что-то произошло. Мелькнуло воздушное марево и, судя, по появившемуся глубокому разрезу, рука в мах напоролась на остриё ножа.

— Ой ххх.. — Судя по дурному вою — очень острого ножа. Лицо охранника из самоуверенного с хамским превосходством, исказилось детско — истеричной обидой. Неловко держа всерьез пропоротую ладонь, он отступил за товарищей, капая кровью на землю.

Радар был с лица как парафиновая свечка, но продолжал.

— Еще раз. Такие обвинения очень легко проверяются. Я согласен на это, если нужно. От грубости вот только воздержитесь. Не Иисус — увы. Еще меньше такое нравится моим людям, в том числе и тому что сидит за пулемётом.

Если у него чуть — чуть даст слабину сдержанность — одна очередь, и в каждом из вас, будут дыры побольше кулака. Выносливость Улья при этом не даст шансов выжить, только дольше умирать.

Приступим к проверке, или так расплатитесь?

— За такое, тебя козла, сожгут нах еще до блокпоста. Прилетит гранатометный заряд от патруля уж будь спокоен, только рискни. Ххх.

Ухххй наххх. — Роджер развернулся и со скоростью значительно превышающей «гордый уход» удалился в здание склада.

Радар вернулся в броневик.

— Чур, благодарю. Вижу твой дар хорошо развился, теперь он уже больше похож на полноценный стелс.

— Всегда пожалуйста, командир. Теперь могу держать практически невидимость, и, если не шевелиться, довольно долго. — Из воздуха проявился Чур, играя ножом в руке. Он шлепнулся задом на лавку.

— Что теперь?

— Теперь? Радар сел напротив и полез пальцами в кроссовки. Пожалуй, эта вещь едва ли не единственная связь, оставшаяся у него со студенческим прошлым. Парень вынул плотную бумажную трубку, сложенную вдвое.

— На. Разверни и читай. Что там?

— Карта и цифры карандашом написанные. Два плюс два и три умножить на шесть.

— Очень хорошо. Выполни эти действия арифметики. Первая в записи цифра то вертикаль, вторая горизонталь. Отметь место на карте и поехали туда. там будет ждать Трот. Садись за баранку и полный вперёд.

— Может тогда уже объяснишь, что у вас с ним за тайны от всех и что это всё вообще было?

— Обязательно, но позже. Сейчас — не стоит тут задерживаться ни минуты большое.

Броневик миновал блокпост, и набирая скорость, как хороший гоночный болид полетел прочь.

Радар вынул из стенной коробки пакетик с одноразовой влажной салфеткой. Брезгливо морщась, тщательно обтер штанину. Закончив дело, выкинул салфетку в пластиковое ведро с закрывающейся крышкой приспособленное под импровизированную парашу.

Потянувшись, парень залез в кресло башенного стрелка.

— Чем сложен Улей, так это избытком людей, умеющих лазать в бошку. Мне надо было иметь возможность честно сказать

Я не знаю где Трот.

Я не знаю, как его найти.

Я не знаю, что сделать чтоб это узнать.

Пометки на карте он делал сам. Какие действия арифметики вписал — я не видел. Так что, если бы этот вопрос бы встал, такая страховка могла помочь. То же и с вами. Для пользы дела — так было надо.

Водитель с явным удовольствием выполнял приказ о скорости, гоня на максимуме от возможного. Сивка Бурка, тихо шелестя шинами со свистом рассекал воздух Улья. Чур, как водитель, сильно уступал Троту и на переменчивых и неровных местных путях машину то и дело встряхивало так, что зубы клацали.

Радар сосредоточенно пас окрестности, тихо мурлыкая себе под нос.

Сударь с котофеем гонят прочь Морфея,

Сударя снедает лютая хандра,

Сударь с котофеем стерегут трофеи:

Тщетные «сегодня», «завтра» и «вчера».

Эскулап минуя города и веси,

Мчится в тарантасе с сундучком пилюль.

Сударь с котофеем примут их по весу:

Был ноябрь постылый — заацветет июль!

Башня равномерно «оглядывалась» направо — налево.

— Чур, видишь вон ту пятиэтажку зелёную? Давай под арку и во двор.

Броневик въехал во внутренний двор, где на маленькой автопарковке уже стоял знакомый грузовик. Радар еще раз прошерстил даром окрестности и перевесив автомат под руку вышел к его кабине.

Из кабины, гулко стукнув берцами, выпрыгнул Трот. На лице парня стала проявляться слабая улыбка.

— Ты как? Как всё прошло?

— Всё по плану, полный кузов.

— Пффф. Как же я рад — Он неожиданно обнял собеседника.

— Ну, ну хватит. Её богу ты зря экономишь на борделе, меня это начинает пугать. Вообще то будет лучше убраться отсюда пошустрее.

— Тьфу на тебя. Но убираться пора. Чур давай на грузовик и следом. Трот, ты на броневик. Остановимся выдохнуть на той базе, где тогда с караваном вставали.

Через несколько часов утомительной гонки рейдеры заехали на неплохо сохранившуюся автобазу. Перезагрузка на этом сегменте хоть и была нечастой, но общий уровень сохранности строений был довольно неплохим. Огороженность по периметру, наличие закрывающихся ворот и зданий, где можно сесть, делало это место удобной стоянкой в пути.

Быстро срубав свои консервы, рейдеры попадали спать в кабинах и под броней.

Глава 16

Завтрак не баловал оригинальностью и изысками, к тому же проходил во всё том же кузове, но по крайней мере уже не был той жесткой лихорадочной гонкой.

Первым молчание нарушил Ном.

— Так что же это всё было? Что за тайны такие? Я ничего не понимаю…

Радар кисло сморщился, сделав руками приглашающий жест Троту. Тот не торопясь закончил жевать тушняк. Проглотил, и со всё тем же равнодушно брюзгливым выражением на лице развернулся к мужику.

— Ну давай соображай. При тебе был разговор, что на Речнике во время рейдов за жрачкой ни разу не было встреч с зараженными?

— Ну было и что? Так вот повезло.

— Ну ты … свежак. Странное это везение для прилетевшего с перезагрузки кластера. Все опытные рейдеры знают, как ставится оцепление, когда идет забор человечины. Так и внешники умеют, и муры и крупные стабы, даже не работорговцы кстати. Команда для этого конечно нужна немаленькая и к тому же хорошо снаряженная. Умение опять же-нужен не один снайпер, а цепь, к тому же на хороших позициях и с прикрытием. Зато — когда начинается дело — золотое дно. Набегающих заражённых валить милое дело, опять же свежаков грузить без суеты и потерь можно.

— Не понял… Тогда почему атомитам это не мешало?

— Чего им должно мешать?

Сегмент квадратный. Оцеплено три стороны. Четвертая выходит на зараженный радиацией район. Тварей там правда местные подчистили не хуже, чем возле иных стабов…Смекаешь что получается?

— Чего получается? Хватит этого, объясни по-людски…

— Охх… С севера лезут атомиты, они, когда свежие, тупые как пробка и при выходе на обычный кластер, если с ними нет никого из матерых — идут на закусь вперёд даже обычных иммунных. Но здесь их лопать некому и что? Думай штукой выше плеч. Ею ж не только песни петь можно.

— Что, что — ничего, тупая грязная резня с рейдерами, приехавшими за продуктами.

— Ну уже хоть что-то. Что остаётся после такого дела?

— Что должно оставаться? Трупы. Масса людей, погибших просто потому что кто-то сэкономил на качественном снаряжении. Скотство. Но бывает не только в Улье.

— Трупы. Заметь если бы охрана была снаряжена чуть лучше — вся эта ситуация была бы разрешена на раз. Но…

Ном раздраженно морщился. Радар чуть наклонился, положив ладони на стол.

— Ладно хватит. Дело простое и очень мерзкое, оттого и такое трудное для некоторых в понимании. Тела. Тела ххх. Вся эта тема даёт навар круче муровской фермы, понимаешь?

Всего то огороженный оцеплениями кластер, в который прут атомиты. Плохо вооруженный рейд часть из них валит, частью гибнет сам. Тела остаются. Рейд уходит с набранным грузом. Кто-то приходит и собирает битые тушки на реализацию. Оставшиеся атомиты остаются отжираться на пустышах и оставленных складах до следующего раза.

Банк сорван. Далее схема повторяется на следующую перезагрузку.

И Нома и Чура похоже пробрало — они сидели с ошеломлёнными лицами.

Радар зло сощурился. — Трот, как прикидываешь, насколько это выгоднее муровских фокусов?

— Круто. В много раз выгоднее. Атомиты на вырезку идут куда жирней обычных иммунных. И важная тонкость о которой мало кто знает вне этого бизнеса…О которой не стоит болтать… В атомиты не так уж редко попадают и матерые иммунные — это не так сложно, попал под дождик где не знал об опасности и опо-па. И тут, пока мозги не вернутся, всё едино тупое мясо, лёгкое в забое. Добавь к этому тушки грузчиков и охраны, а они тоже не совсем свежаки.

Мурам, расходников, надо ловить, содержать, охранять. Для этого нужно держать массу разного народа, который много и дорого кушает. Это всё при том, что выхлоп со свежаков — маасенький. Плакать временами хочется. Оно конечно с мёртвой старушки копейка — с сотни — рубль.

Но здеесь… Товар качественный и при этом без расходов, на халяву ж.

К тому же добавь к барышу экономлю на найме рейда. Малая плата, плюс еще вычет — мёртвым платить не надо.

И, чуть не забыл. Хавчик то они в стаб таки привозят.

В целом это даже не золотые россыпи, это бриллианты горстями. Нет такого бизнеса во всём Многомирье. Разве только ограбление банка столько может дать. — Почему-то спокойный саркастический говор Трота, его равнодушное лицо, явно вывели Чура из равновесия.

— Ну можно бы людям рассказать, пусть бы этих тварей порвали.

Радар покачал головой. — Кто кого должен рвать? Безоружные балбесы- снаряженных бойцов? В такой «персонал» попадают те, кто не сумел устроиться даже вольным рейдером. Снаряжение и навыки ниже плинтуса. Голова и хребет — тоже не золото и сталь.

В чём ты их собственно таком обвинишь? В охране кластера что ли? Очень смешно. Мелкие стабы в таких рейдах нередко и побольше людей теряют. Рубер… Да что там рубер, паршивая стая бегунов при удаче способна устроить лютую мясорубку. А Улей, он что им, что нам, удачи отмеряет поровну.

Что, не способны справится с хреново вооруженными атомитами самостоятельно? Сами идиоты, работать надо лучше.

Если бы кто-то не потерял берега от жадности или лени, и не расплодил атомитов больше чем надо, этого бы и не заметно было. Потери были бы даже меньше, чем средние при такого рода рейдах.

А отожравшиеся до пробуждения разума атомиты не срывались бы бандами к внешке создавая головняк тамошним стабам.

— Вот может кому — то из тех стабов рассказать? Они вроде не такие уроды. — Чур посмотрел с надеждой в лицо парню.

— Не такие. Другие. Ты думаешь, тот же Дьяк про это не знает, что ли?

Я буду люто удивлён если он эту тему не знает не то, что в деталях, ххх в цифрах.

А еще он знает, что у него стаб пятьсот человек, из них хороших бойцов…не знаю, пожалуй, действительно вопрос. Но на Речнике десятки тысяч. Так что он и не такое жлобство дорогим соседям не заметит.

Трот покачал головой. — Может это и не жлобство, а форс мажор, скажем выброс накрыл новый район, вот и выросло поголовье больных на бошку.

— И такое может быть. В общем некому тут предъявлять ни на Речнике, ни среди его соседей. Некому и не за что. Даже если бы кто-то захотел пошуметь — то без доказательств и свидетелей — без шансов. А их нет и не будет. Жмуриков явно гребёт очень маленькая и хорошо скрытая группа.

Всё-таки жаль не вышло поглядеть на рыло этого мудака Роджера, когда ему доложили, что ценные тушки — тогось. Ушли путём коммунизма.

— Зрелище конечно прекрасное, восхитительнее ста рассветов и закатов, но как по мне ты зря так рисковал, поехав к нему лично. Не знаю может быть ты решил, что для соблюдения приличий и сохранения секрета кто-то всё-таки заплатит? Но о…пухший урод и разумное поведение — вещи, совпадающие как сломанные часы и верное время. На миг и раз в сутки. Запросто пристрелить могли.

— Могли. Хотя всё же не запросто, наведённый в рыло пулемёт несколько меняет условия.

Ты и сам понимаешь, что оно того стоило. Одно дело если все шакалы побегут выть хозяевам что тема раскрыта и разграблена некой сильно умной и хитрой задницей.

Тогда за нами бы отправились ребята, которые нас бы просто выследили и кончили. Без вариантов. Разные весовые категории. И это было бы, наверняка, потому что защитить прибыльный бизнес это для таких важнее собственной задницы и бессмертной души.

Другое дело если тема попала под форс мажор в виде каких-то идиотов, которые уже отвалили. Тела? А Улей его ведает куда делись, может атомиты уволокли. Именно поэтому было нужно, что бы куча народу видела, что, когда тела исчезали нас рядом не было.

— Роджер ублюдочная мразь, но главное он прекрасно поймёт. И всё едино постарается до нас добраться.

— Очень вероятно. И всё же его возможности и возможности его хозяев — это большая разница. Будет возможность- кончим поганца. Что бы проблем не создал.

Оно конечно от такой мрази плевок за орден идёт (он кинул короткий взгляд на штанину) Но высокую честь сдохнуть от нашей руки оно честно заслужило.

Ном тихо произнес — Так у нас целый кузов мертвечины, с которой нас, если вскроется, любые рейдеры порвут?

— Не мертвечины, а ценного товара, который еще послужит благородному делу. Это раз.

Хрен мы кому-то позволим себя шмонать. Нет здесь никого кто бы имел на это право, и за нами пулемёт. Это два.

Задерживаться где-то и тем более заезжать на стабы мы не станем. Горючее и еду мы запасли заранее в достаточном количестве для прямого рейса. Это три.

Заболтались мы. Груз, он хоть и в термоизоляции, но всё едино стоит поторопиться. Чур, поведёшь грузовик, эти пассажиры тебе самое то для практики вождения. Трот в броневик. Поехали.

Уже знакомый «бункер — стакан» всё так же блестел некрашеным металлом. Вежливо приподняв зеленое кепи Радар уселся на жесткую лавку из трубок.

— Профессор, я выполнил ваш заказ. Груз ждёт вас в полном объеме, даже несколько, сверх того.

Седой внешник ответил очень удивлённым взглядом. Ни тонкое стекло шлема, ни пуленепробиваемое перегородки — не могли скрыть этого выражения лица.

— Вы…Добыли необходимые материалы? В полном объеме? Имея всего четверых людей? И я ничего не услышал о том, как … вы этого достигли?

— Именно так. «Продукт» находится в грузовике, который вы можете видеть через камеры обзора.

Один из моих людей, кроме прочих навыков, владеет талантами хирурга, если вам потребуется помощь в переработке, он может вам её оказать за разумную плату.

— С этим как раз нет никаких сложностей. Киберхирург способен обработать материалы значительно быстрее и качественнее любого человека. Вам достаточно провести разгрузку в бокс хранения.

А он, благодаря специфическому безудержному оптимизму (он саркастически скривился), нашего руководства способен вместить и значительно большие партии.

Радар улыбнулся — Высокое начальство всегда примерно одинаково. Аппаратура, о которой мы договаривались у вас на складе? Не возникнет лишних задержек и сложностей?

— Да. Хотя может быть вы всё же возьмёте чем-то другим? Например, мы делаем прекрасную бронетехнику. Я могу предоставить вам образцы, которые будут превосходить то, чем вы обладаете сейчас. Это честное слово будет вам значительно выгоднее, чем аппарат РЭБ для борьбы с беспилотниками.

— Профессор… Вам же самому очень важно ликвидировать ту долбанную мурскую базу. Другого такого шанса у вас не будет.

Старик явно сдался. — Грузите товар. Ангар я вам сейчас открою.

Спустя некоторое время…

Старый внешник опустив голову в ядовито желтом шлеме что-то читал на скрытом высокой перегородкой мониторе. Он шевелил губами что-то оценивая и считая.

— Что ж… Вы и правда выполнили условия… Более того неплохо выложили сверху…

Чёрт возьми, как??? Как вы это сделали?

— Возможно я расскажу вам об этом несколько позднее. Сейчас меня больше волнует хватит ли этой «лихвы» на нечто вроде хорошего гранатомёта с запасом снарядов?

— Вы планируете использовать его при штурме?

— Именно. Мне не хотелось бы что бы участники штурма знали, как именно перекрыта возможность вызова беспилотников. Поэтому официальной версией для них будет уничтожение вышки ретранслятора. Нет возможности радиосвязи — нет призыва помощи. Так это должно выглядеть.

Если я смогу приобрести нужную штуку у вас — это круто сбережет время до штурма базы.

— Для этого скорее подойдет реактивный огнемёт. Вы понимаете разницу?

— Нет.

— Ясно. В общем разница есть и значительная. Кроме того, вынужден указать, что эта вещь требует обучения для эффективного использования. Сомневаюсь, что кто-то из ваших спутников обладает необходимыми навыками. Более того весьма сомнительно что бы вы смогли быстро найти подходящего специалиста в Улье. Всё же подавляющее большинство его обитателей — это вчерашние мирные обыватели, кроме того многие из миров с другими технологиями. Но я готов вам помочь, при одном условии.

— Это каком же?

— Вы всё же расскажете мне ясно и без недомолвок, откуда вы взяли товар, без соответствующего шума. Даже вырезанный без сопротивления малый стаб, например, химической атакой, неизбежно оставляет слухи. Здесь же… Как?

— А собственно какую помощь вы способны предложить?

— Во-первых, классический «шмель», он же «шайтан труба». Это то что я вам прописываю для данного дела как доктор.

Во-вторых, фотоснимки с воздуха, с пометками. Без этих данных вы просто не сумеет быстро и грамотно определить цели для атаки.

В-третьих, как вы вероятно уже заметили, мы довольно плотно следим за ближайшими поселениями. Это значит, что я как хороший лесник, знаю своё подшефное зверье в морду, так сказать. В том числе — по повадкам и навыкам.

Я могу рекомендовать вам подходящего «знакомого». Даром, что он сам насмерть оскорбился бы от такого «знакомства». — Старик ехидно хихикнул.

— Профессор, вы меня поражаете. Это какой же нужен гений и труд для такого контроля?

— Несколько меньший, чем вы думаете. Наша аппаратура способна на лету снимать звуковой сигнал несколькими разными способами. В том числе — лазерным лучом — с оконного стекла. Разведчик дрон значительно дешевле и проще боевого беспилотника, недостатка в них у нас нет. Так что, в целом, легче чем отслеживать популяцию оленей в лесу. Лесные олени во всяком случае не имеют привычки собираться в одном месте и жрать водку до потери разума.

— Что ж. Приемлемо. На стабе Речник есть тема. Вместо заражённых они постоянно месятся с атомитами, свежими в основном. Тонким манёвром — было помочь их фуражирам отбиться, а потом забрать тела до того, как… они куда- ни будь денутся.

— Вы крепко рисковали. Достаточно было немного опоздать с погрузкой, и группа ответственная за «исчезновение» «продукта», присоединила бы вас к нему.

— А шо делать? (парень изобразил вавилонскую скорбь «в лицах») Что-то взять, можно лишь там, где оно есть. Будем считать, что имела место хорошая демонстрация закона сохранения. Улей растрогался таким уважением к законам природы и выдал мне под расписку чуть- чуть удачи.

Значит Улью было угодно, что бы я остался в живых, а вы получили возможность начать работы.

Так что у вас за кадр?

— Личность предельно оригинальная. В настоящий момент стоит лагерем возле стаба Сельсовет. Известен как «Бахус». Местные таких заражённых зовут стронгами. Мне он интересен очень оригинальным «даром» ментального ряда. Склонен думать, что он сумеет быть вам полезным. Я точно знаю, что среди его навыков есть и владение «шмелём». Так же слышал, что сейчас для него принципиально важно получить большие деньги. Иначе — будет плохо.

Впрочем, какие уж в Улье деньги…Что не отменяет главного — если объект не попадёт в вашу команду, наиболее вероятным исходом для него, будет летальный.

Так что вам следует действовать быстрее, иначе вы лишитесь удобного варианта для работы, а я интересного подопытного образца.

— Чего-то вы темните…Подробнее не можете?

— Не стану. Вы всё узнаете на месте. Сейчас нам стоит вернуться к нашей акции. Ваши грузы робот — погрузчик выдаст вам в ангаре. Вот с фотографиями что делать?

— Давайте двойным комплектом в виде бумажных распечаток и на флеш носителе. У меня как раз есть что-то вроде ноутбука, нолдовской работы.

— Вещь ценная. Прекрасно. Приступим.

Бар на Сельсовете сильно отличался от Санатория. Вроде бы многолюдный и богатый стаб, а поди ж ты. Грубый подвал со стенами из красной кирпичной кладки. Столы из толстой доски и дешёвые стулья. Меню такое…что не надо было быть Шерлоком, чтобы понять — люди сюда не жрать ходят.

Барменом был крепкий мужик, уместный скорее в спорт клубе. В прочем со своей работой он справлялся лихо, мелькая за стойкой. Джинсы и яркая майка тудасюдакали со скоростью собачьего хвоста.

Радар заказал пиво с закуской на всю банду и коротким жестом отправил рейдеров за угловой столик. Разговор вполголоса с предложением спорана, бармена не удивил.

— Рассказать, чего слышал интересного? Это можно. Давай в обеденный перерыв, это через час. Подруливай в курилку по коридору налево, там и поговорим.

Парень кивнул и ушел к своей компании. Трот с отсутствующим видом сосал пиво.

— Почему думаешь, что из всех дыр этого стаба что-то интересное есть именно здесь?

— Доктор внешник кое-что рассказывал. Больше намекал, честно говоря… Я так понял, не хотелось ему, что бы местные въехали в факт прослушки. Что понятно так — то что вопросы надо задавать здесь. Вот и всё, надо задать вопросы — получить ответы и после можно уже будет ехать на поговорить к нашему «интересу».

Так что расслабляйся пока можно. Типо, как на отдых заехали, никаких приключений не планируется ни тут ни по дороге.

— Может и так — броневик не машина одиночка и не караван торгашей. На лёгкую добычу и на жирную добычу он не похож, и желающих проверить на нём зубы немного. Высший элитник разве что… Сметаны нет, и котики идут мимо.

— Где-то так. — Радар криво улыбнулся. Посиделки шли лениво, даже болтать желания не было. Парень в своё время ушёл поговорить и без чего-то примечательного вернулся.

— Всё банда, давай на коня. Трот, кати к западному КПП.

Сивка мягко выкатился за отмеченную блокпостом границу. Дальше вдоль дороги шёл грубо расчищенный пустырь. В нескольких метрах от дороги стояла грязная брезентовая палатка. Ткань её была явно неновой и видавшей лучшие времена, но размеры — приличными. Какой-то скорее армейский, чем туристический вариант.

— Ном, Трот давайте за спину. Стволы уберите, но не расслабляться. Чур — в стелс. По-разному может выйти… Он подошел к входу, завешенному клапаном.

— Хозяин, к тебе гости. Не со злом, разговор есть. — В ответ было молчание. Рейдеры молча ждали несколько минут. Потом Радар откинул тряпку и боком, почти не нагибаясь, зашел.

В палатке, за импровизированным столом из ящика, лицом к ним, на таком же «стуле» молча сидел мужик. Дядька был плотный, хотя скорее мышечный, чем пухлый. Грубое лицо было уже пропечатано тем характерным выражением, по которому узнаются воевавшие и сидевшие. А также те, кто уже достаточно выживал в Улье. Тёмные глаза с красноватыми белками смотрели очень недобро.

— Хозяин чего ж не приглашаешь, если дома? — Радар еще огляделся.

Зелёный «камуфляж» на мужике был хорошо подобран по фигуре и чист. Когда-то стриженные под ноль чёрные волосы успели изрядно отрасти. В воздухе изрядно пахло перегаром, но при этом дядька был чисто выбрит и вообще не выглядел… Так как следует при запое.

А тот всё также молча и пристально пялился на гостей.

— Ты вообще кто такой? И чего тебе тут надо? — Голос был хриплый и нелюбезный, хотя скорее напряженный, чем злой.

— Я? Я фонарик проктолога, вносящий ясность в этот мир. Я стальной кастет с гравировкой «От Иисуса с благословением». Я кованный армейский сапог фасона «Сердце Данко», дающий людям верное направление и силы к движению.

А кроме прочего, я тот, у кого есть хорошо оплачиваемое дело для тебя. Если договоримся. Ты бы, Бахус, что ли сесть предложил. Что ж мы за серьезные дела будем так разговаривать? Не порядок.

…Чувак не завис при вычурной речёвке. Наоборот, за глазами мелькнула быстрая мысль какого-то вывода. Типок то, не просто трезв, он вообще очень шустро соображает…

Бахус отвел взгляд и буркнул.

— Возьми, за палаткой, есть несколько ящиков.

Ячеистый пластмассовый ящик, принесённый Номом, похоже предназначался для бутылок, но сидеть на нём было вполне реально. Радар брезгливо осмотрел «трон» и установил его перед столом.

Мужик опять поднял взгляд.

— Выпить, закусить и располагаться не предлагаю. Ты не гость, а торгован. Но я тебя очень внимательно слушаю. — Он поскрёб пальцами зелёную змею — татуировку, идущую по щеке и скуле.

— Слышал я про тебя люди болтают…Была значит тема возле Речника, и ты её пас. Кой какой хабарок с перезагрузок регулярно выгребал. Тема для стронга тощенькая, а кормилось вас с неё трое. Но как-то справлялись.

Кто-то из тамошних «авторитетных людей» решил, что это непорядок. Относительную чистоту вокруг стаба обеспечивают бойцы Речника. Значит тема тоже должна принадлежать стабу, в лице его лучших представителей.

Очень горячий спор начался на стабе, потом продолжился во время перезагрузки на кластере. Что там было точно, Улей знает, но было вас трое — остался ты один.

Сюда пришел пешком, без пушки и без снаряжения почти. По местной связи, хренпойми каконоработает на тебя выдали ориентировку с указанием на желательное задержание. По озвученной версии, ты по беспределу напал и убил в ссоре пятерых рейдеров — ангелов небесных. Объясняться перед справедливым судом при ментате категорически не захотел и сбежал.

Премии правда за твою голову не пообещали, так что твой захват вышел …вялым. Но и находится на стабе тебе невозможно, как и что-то купить, продать или подрядиться в рейд, или на работу.

Так ты и типо скрываешься от вродеправосудия уже около месяца. Чем питаешься — Улей ведает. Выбраться отсюда не можешь и толком устроиться не можешь. Хотя что всё же что-то жрёшь и даже бухаешь.

Но эта тайна мне не особо интересна.

Лучше скажи, чего ж ты не попробовал у местного ментата исповедаться? Может бы и помогло. Глядишь бы и закрыл тему.

— Сельсовет всё же слишком близок к Речнику. Ментаты то же люди, они жить хотят и бабки любят. Здесь от такого номера вышло бы лишь хуже. Уйти бы подальше …Там да. Можно и до своих добраться, там бы вообще всю тему закрыть… Вот только уйти без пушки — смерть. В машину — не берут… Потому — кручусь как могу. Может и вывезет кривая.

— Дальний переход без хорошего ствола, реально жёсткая вещь. То, что ты сюда сумел дойти уже круто.

Но выходит — попал ты в тупик, с плохим концом по прошествии времени.

— Как видишь на еду хватает и даже на бухло.

— Но не на снаряжение. Не так уж много осталось ждать, когда кто-нибудь с Речника всё же озаботится этим вопросам. И тогда всё кончится однозначно и плохо.

Но я предлагаю выход. Работай на меня. Есть тема и она реально опасная. Не все подходят, тут и яйца нужны и владение оружием. Сумеешь справится — и я хорошо заплачу.

В любом случае, отсюда мы уедем, и добраться до тебя речниковским будет трудно. Потом можешь или уйти на стабе или остаться в банде, как захочешь.

— Ты что на скреббера собрался что ли? — Стронг был скорее заинтересован, чем удивлён или испуган.

— Обычно люди стараются не произносить таких вещей, даже на стабе. — Радар добавил оценивающий взгляд.

— Я не суеверен.

— Возможно да. Возможно нет. Детали мы будем оговаривать только если ты согласен. И только если ты подойдешь для дела.

Ты вообще то, каким оружием владеешь?

— Автомат, РПГ, шмелём умею пользоваться. Вожу неплохо. Для рейда это всё самое то. Дар…Не последняя причина почему мне официально закрыт вход на стабы, это не розыск, а именно дар…Но польза от него в деле немалая. — Мужик размял ладонями лицо.

— Скреббер, так скреббер. Согласен. Если и подохну, так назло тем козлам, не став примером, что бывает если не прогнуться под уродов.

— Ладно. Сойдешь. Собирай манатки и айда за нами.

Мягко развернувшись, серо зелёный броневик въехал на стоянку. Четверо рейдеров, развесёлыми школьниками на перемену, вылезли наружу.

Радар несколько раз сел — встал, разминая зад после часов в кресле.

— Ну чё, дивизия, вам мыться, отжираться и спать. Можно с комфортом, не жмотимся. Сегодня атаман щедрый.

— А ты?

— Я пойду за новостями в муравейник. Тут время рулит, откладывать нельзя.

Уже знакомые морды на КПП за узким подъёмным мостиком ожидающе поздоровались.

— Кто есть из главных? Химик? Дьяк?

— Химик есть.

— Значит мне к нему. По делу. Он в теме. — После коротких переговоров по рации, караван баши принял гостя. Всё тот же кабинет с бумагами на столе. И сидящий на стуле плотный бородач.

Химик был в делах, но в целом выглядел удовлетворённым. На парня он смотрел, с видом, человека, которому пошла нужная карта в раскладываемом пасьянсе.

— Людей уже достаточно. Еще пару дней на подгонку деталей и можно выезжать на дело. Серым кардиналом при вас поедет Гость. Учти, планы операции нужно будет синхронизировать, так что при отправке колонны тебе придётся вскрыть те детали, что ты держал при себе.

Люди собрались через наши слухи, но официальным нанимателем будешь ты. Значит, ментат при тебе будет наш, но выслушивать и нанимать — сам. Остров лишь продал тебе некоторые свои возможности, не интересуясь зачем. Крохотная шероховатость, вроде реальной войны с внешниками нам не интересна. Ясно тебе?

Глава 17

Последующие дни шли «собеседования».

Двадцать пять боевиков, ветераны различных войн и «дел» многие, из которых, не могли привидеться бывшему Николаю Квашнину, даже после дурной подростковой пьянки.

Одинаковые вопросы. Разные ответы. Всё сливалось в одну, утомительную как вид из окна поезда, картину.

Опыт? Навыки? Цели? Нет ли скрытых целей? Текущее человеческое разнообразное однообразие, хорошо знакомое любому, кто работает с людьми. От кондуктора до священника.

Ментат был реально очень полезен, но Радар неожиданно поймал себя на том что и он в этом деле лишь инструмент. Пожалуй, что без него, дело прошло бы примерно так же. Разве что навыки пришлось бы проверять дополнительно и демонстративно. Что до шпионажа и возможных подлянок… Радар, несмотря на возраст, уже получил достаточно опыта что бы понимать, что на каждую хитрость найдется встречная. Если будет, то будет. Иллюзий на этот счёт у него не было.

Двадцать пять человек… Хотелось больше. Но больше не позволяли ресурсы, нужные для оформления задатка и снаряжения. Остров предоставил грузовики, часть оружия — но это и всё. Немало да… Но суммы, ожидавшие боевиков на стабе, в ожидании их возвращения, ясно, как нож у горла, намекали сколько людей можно взять — а сколько уже не выйдет.

Что ж …Бандиты не солдаты. Пусть их и должно было быть по развед данным около сорока, должно было хватить. Даже без четверых рейдеров на броневике. Не считая Гостя и его помощника Гремлина с восьмерыми водителями, годными не только за баранку.

«Официальный» план, озвученный Гостю и общей группе, был таков.

Дальность камер слежения примерно известна. Значит колонна остановится за достаточный отрезок дороги до них и выпустит вперёд необорудованный микрогрузовик. Расстояние до внешки невелико, серьезных заражённых там не водится — значит доехать до базы она должна. Примут ли её за свежаков или за совсем глупых рейдеров — не важно. Опасности во всяком случае никто не увидит, и значит серьезного шума не подымет.

Когда тачка подъедет на расстояние выстрела — один выстрел шмеля и радиовышке конец. После чего, вызвать подмогу уже не выйдет. На этом, грузовик дергает обратно, вызывая по рации колонну.

Отряд при поддержке броневика шустро вылетает вперёд, быстро зачищая любое сопротивление. Базу никто не готовил к реально серьезному бою, так что сложностей возникнуть не должно.

При озвучивании плана перед полным отрядом, один из бойцов, участник очередной хрензапомниш войны удивлённо замотал башкой.

— Вот так запросто? И нас не угостят горячей встречей из снайперских гнёзд и кинжального пулемётного огня? Кто-то того? Чего-то не учёл?

— Какие снайпера… Хорошие военные — это специалисты. Достаточно дорогие в содержании. Нет там задач для таких ребят. Зачем? Набрать сброд за копейки и посадить в нору, большего там не требуется. Собирать свежаков и хабар с перезагрузок, да иногда жать на тревожную кнопку. Дело чуть более сложное, чем справится умеренно тупая макака.

Впрочем, макака теми делами побрезгует. Если бы та компания не пожмотилась хоть на несколько миномётов для общего прикрытия, даже это было бы труднопреодолимо.

Реальные базы собственно внешников так и прикрыты. Один удар батареи прикрытия и любая местная атака — всё. Но — муры не внешники. Для них ребятки ограничились дешевым способом — беспилотниками.

Что следует запомнить — времени у нас немного. Налететь, быстро решить дело грамотным обстрелом, если что, у нас и шмель есть… Загрузить по тачкам содержимое складов. Очень быстро оттуда отвалить, до того, как придёт та самая колонна со спецназом. От внешки пути — часа два, да еще врятли они там сидят в готовности, как пожарные. Значит времени должно хватить.

Всем всё ясно?

Гость оторвался от изучаемых карт местности и базы. Сложил бумаги и убрал в карман.

— Лично мне- всё. Что ж, простота — залог успеха. По машинам.

— Да, еще, сделаем небольшую петлю к Сельсовету, я там свои два грузовика со стоянки заберу.

— Понятно.

Боевики и Бахус разбежались по кузовам. Колонна, с Сивкой во главе выехала на север.

Броневик на немалой скорости в очередной раз тряхнуло на ухабе. Трот поморщившись сел возле «шайтан коробки» крашеной в известный армейский защитный цвет.

— Так эта бисова штука значит должна нас прикрыть… Хорошо, что об этом лишние люди не знают…Иначе желающих подписаться под эту тему было бы намного меньше… Включая меня. Только вызов беспилотников или радиосвязь тоже?

— Как он мне объяснял, в автоматическом режиме, эта штука должна перекрыть возможность пользования радиосвязью, а беспилотники бить об землю. — Прозвучал голос Радара из кресла стрелка.

Мужик задумчиво изучал данные на дисплее чужой техники.

— Именно обязательно бить? Беспилотник, сам по себе, ценность немалая. Если его посадить — навар вышел бы куда жирней.

— Скорее всего можно и посадить, но для этого надо знать программирование и тонкости электроники. Ты их знаешь? Я — точно нет.

Авторежим «для обезьяны» может только так. Со слов нашего дорогого Доктора, разумеется. Чужие слова и святое писание — сильно разные вещи, сам понимаю, но разбираться будем позже. Сейчас не стоит даже рисковать, сунув нос куды собака нос не совала.

Стоянка западнее Сельсовета, была весьма полезна для отдыха и пополнения горючего, жрачки и прочего. Серьезных стычек по пути не произошло, но даже просто многочасовой заезд всерьез изматывал, а короткие и обыденные пострелушки требовали перезарядки — раздела добычи.

Оставив броневик на Трота и Нома, Радар уехал на стаб на грузовике Острова. За рулём сидел молодой мужик не полных тридцати.

Обычное лицо, шатен, как помнил парень, назвался Гремлином.

— За что такое прозвание?

— Кинетик, может не только замки открывать. В рейде доводилось и вражеские колонны останавливать за несколько метров. По дару — и зовут.

Гость сказал, что твои грузовики и тачка- ловушка ждут тебя на стабе. Но если возникнут сложности — меня знают, как человека Острова, так что проблемы можно будет решить из местного «консульства».

— Хорошо, не будем затягивать, поехали.

Через час небольшая колонна присоединилась к группе. Переделанный рыбовоз и зелёный ГАЗ с большой белой надписью «люди» заняли своё место во главе колонны сразу следом за Сивкой.

Радар устало растянулся на лавке.

— Трот, давай ты за пулемёт. Я немного выдохну.

— Ты наёмников за руль что ли посадил? Дело твоё, ты за главного, но доверия им особо нет.

— Нет. Но сбежать из-под «присмотра» крупного калибра сложно, поэтому чем ближе прицел, тем больше доверия.

— Разумно… Слушай, а чего ты такое взял, для груза не слишком то удобно?

— Не в супермаркете выбирал. Что было, готовым и доработанным, то и взял.

Резко взвизгнули тормоза. Тушку пренеприятно тряхнуло.

— Что за … Чур?

— Командир смотри сам. Сзади.

Радар выглянул в щель- бойницу. На дороге стоял Бахус… И… что там не то с боевиками вокруг

— Чур, стелс. За мной.

Без спешки парень подошел к стоявшему стронгу. Вокруг него, лежа и сидя, корчилось шестеро боевиков. В одном из них Радар узнал Гремлина, тот скуля, держался за голову. С трудом встав, рейдер прохрипел

— Пиить.

— Только живец. Пойдёт? — говоря он вынул плоскую флягу из внутреннего кармана.

Гремлин дерганным движением схватив жестянку, жадно присосался к горлышку.

— Ну и что за ххх, тут происходит?

Бахус кивнул в сторону — на обочине в паре десятков шагов стояла группа из пяти человек. Четверо мужчин и одна женщина. Потрёпанные и усталые люди явно не один день идущие по Улью. Из оружия, у двух мужчин были какие-то охотничьи ружья.

— Видишь? К внешке идут. Если не помочь, не внешники, так споровое голодание их прикончит. Надо разъяснение провести. Таков обычай, или удачи не будет.

Гремлин оторвался от горлышка.

— Ты, скотина, совсем берега попутал? Мало того, что колонну остановил по своей придури, ещё и дар врубил. Я такого сушняка в жизни не знал. Мы ж от похмелюги чуть не позагибались все.

Оставь свои суеверия до другого времени. При чуть другом раскладе таких случайных зрителей вообще следовало по-тихому пришить, что бы тема не сорвалась.

— Выбирай слова, а то опять ляжешь. — Бахус похоже не был впечатлён.

Радар поморщился. Потом без замаха ударил его ладонью плашмя, по лицу.

— Ты не имел права останавливать колонну. Если уж приспичило, то через рацию следовало обратится ко мне. Рации у вас есть у каждой из пятерок. И уж тем более спор со старшим не решается применением дара. Рация на это есть. Ясно?

Тот посмотрел несколько «сверху вниз». Радара скривило, так будто заболело несколько коренных разом.

Следующая оплеуха была зримо значительно сильнее. Бахуса реально качнуло. Долгие часы возни с тугим механизмом арбалетов, литры живца и свойства Улья явно что-то круто изменили в теле парня.

— Еще раз применишь дар и огребешь уже прикладом. Причём не только от меня. — Графитные глаза были спокойны, но угроза звучала реально жестко.

Тот опустил взгляд. Молчание продлилось пару минут.

— У тебя брошюрки для свежаков есть?

— Есть — Бахус опять поднял лицо.

— Десять минут на всё про всё. Пошел.

Тот поправил рюкзак на спине и рысью дёрнул к свежакам.

Радар с кислым выражением лица оглядел поднявшихся бойцов и забрал обратно фляжку

— Гремлин, мы не диверсанты в рейде, чтобы резать случайных свидетелей. Нам опаснее камеры и беспилотники разведки. Так что лишнее ты устроил. А второго гранатомётчика с такими навыками при нас нет. Трое других — значительно хуже.

Давай обратно в грузовик. Этого…Я заберу в броневик.

Отдав короткий приказ вернувшемуся стронгу, парень влез в люк.

— Вот значит каков твой дар? Похмельем по мозгам бить? — Радар чуть вскинул брови, сидя на лавке напротив рейдера.

— Ну не только похмельем…Могу и опьянением разной степени. — Бахус даже не был смущён. — Вопрос можно?

— Можно, но если хочешь ответ, ко мне следует обращаться по уставу.

— Товарищ командир?

— Нифига, ваше сиятельство.

— Ваше сиятельство, а почему собственно вас не проняло?

— Х.з. может потому что я не любитель этого дела. Это как, никакая нимфа ничего не добьется ни от женщины, ни от гомосека. Ну а я, на такое клал.

Будь ты не Бахусом, а Мамоной или Венерой может и вышло бы чего. Значит вот за такие штуки тебе на стабы вход заказан?

— Угу. Хотя и полезно бывает. На том же Сельсовете мы с барменом договорились — он бухло разбавляет, а я по мозгам клиентам долблю. Выручку делим. Хватало и на живец, и на хавчик, и даже на бухло для себя.

Но, чаще конечно, даже на стаб не пускают. Первыми крикунами за безопасность здесь всегда те, кто держит местные бухаловки.

— Дело понятное, конкуренты не нужны никому.

Броневик в очередной раз тряхнуло. Стоявший у стенки здоровенный картонный ящик отъехал назад, привлекая внимание. Бахус удивлённо просмотрел надписи на коробке.

— Аудиоцентр? Вы что на дискотеку что ли собрались?

— Скорее на оперный концерт. Эксклюзивное прослушивание звезды оперы всея Улья Столбовского — Урчеева. Сам организовывал. — Раздался саркастический голос Трота из башни — Радар, давай уж я лучше за руль, а то попортит наш гонщик ценную аппаратуру. В прицепе таких рессор нет, реально может плохо выйти.

— Хорошо. Меняемся. — Наступив на здоровенную металлическую коробку защитного цвета, без надписей, Радар залез в освободившееся кресло.

Улей мелькал за стёклами стрелковых щелей. Пустыри, районы малозастроенные и куски селений всех размеров сменялись дикой нарезкой.

Колонна ехала по дороге через типовой район пятиэтажек. Людей здесь сожрали явно уже не одну неделю как. Местность уже пропиталась тем духом опустошения, который был свойственен большинству частей мультиверсума. Хотя краска еще не облезла, а асфальт еще не развалился, но битые стекла и пустые окна уже отметили эти места как неживые.

Без всякого предупреждения, с третьего этажа, с лоджии, отлетел здоровенный кусок жести ограждения. Следом пролетев в стремительном прыжке многие метры мелькнул здоровенный мертвяк. С жутким жестяным звуком удара он приземлился на капот ГАЗа идущего за броневиком. Одним ударом когтистой лапы зараженный снёс толстые прутья, защищавшие кабину спереди.

Тц. Почти трёхметровая в холке серо жёлтая туша неловко качнулась назад. Пьяно шатнувшись, здоровенная тварь обрушилась вниз.

Еще пяток зараженных выпрыгнули следом, атакуя рыбовоз. Зазвучали выстрелы автоматов боевиков из колонны. Здесь дело прошло легче, всё же сил вот так допрыгнуть у них не хватило и потому попасть в них было проще.

Дело заняло считанные минуты, даже скорее секунды, но …

Радар стоял возле бронированного монстра. Плюнув себе под ноги, он кинул взгляд на залитые кровью туши уродов — подельников. Изрешетило их качественно. Возле павших уже суетились бойцы, потроша споровые мешки.

Водилы обоих грузовиков стояли перед ним, отсвечивая бледными лицами и «чумными» взглядами. У одного из них ряха к тому же была изрядно расцарапана осколками стекла.

— Ну что? Третье рождение будете отмечать потом. Сейчас спрашиваю, что с техникой?

Расцарапанный заговорил. Его ответ несомненно содержал точный технический отчёт о состоянии ГАЗА, хотя был раза в три длиннее сухой сводки и не только за счёт нервного заикания.

— Слушай, я разговорно владею командно — матерным. Техническим — матерным только со словарём. Давай еще раз и короче, что б я понял, что с машиной?

— Большая часть того что под капотом, всмятку. Поедет только если всё заменить.

— Ясно, а у тебя?

Наёмник ответил быстрым взглядом.

… Явно и смышлёней и крепче на характер…

— Намного лучше. Но несколько рубящих ударов всё же прошло. Пару часов ремонта и поедет. Если будет инструмент, то могу справиться.

Радар скривился.

— Плохо, реально плохо.

По обочине подъехал грузовик с Гостем. Тот высунулся из кабины.

— Ну что?

— Тачки не поедут. Плохо.

— Для тебя да.

Радар задумчиво поднял глаза на собеседника, что-то оценивая и прикидывая.

— До цели час езды, не то место, где стоит задерживаться. Значит придётся оставить обе машины. Будет возможность — заберем.

Он огляделся. Боевики закончили потрошение тварей и вернулись по местам. Ном также закончил чистить свою добычу.

— Жемчуг есть?

— Нет, гороха правда изрядно. Тварь скорее хорошо отожратый рубер, чем элитник.

— Ладно. Треть гороха твоя. Премия за хорошую стрельбу. Жизнь ты водиле спас. Теперь убираемся отсюда.

В броневике Радар злобно рыкнул, проведя ладонями по лицу.

— Грёбанная тупая тварь.

— Грёбанная да. Тупая — нифига. У неё были все шансы кончить водилу, вскрыть кузов, поработать еще там и отвалить с добычей. Автоматная пуля навскидку — такому, как поцелуй в задницу.

Чуток неприятно, если губы холодные.

Видать ей надпись «люди» на кузове пришлась по вкусу. Типо рекламы бургерной. Дёшево и вкусно. Вот и соблазнилась. — Трот из-за баранки подал голос в своем стиле.

— Хватит уже. Не сыпь соль … — Радар, по голосу, был реально разозлён.

— А я что? По уговору добычу делим, не считаясь с тем чьи грузовики. Доля конечно уменьшится, но не критично. Стрелял бы Ном хуже и был бы с другой стороны, парой грузовиков дело бы не ограничилось.

Прыг скок грузовичок — прыг скок грузовичек.

— Ном свою премию честно заслужил, этот вопрос закрыт. С добычей, чую я, сложно… — Радар посмотрел в стрелковую щель, ища намеченные на карте ориентиры.

Автозмея урча двигателями двигалась к цели. Рейдер всё также отслеживал дорогу разворачивая башню. Всё так же по сторонам зелень и разбитые здания сменялись в беспорядке. И всё же карта позволяла понять местонахождение…

Броневик выехал к маленькой речушке — ручью с перекинутым мостом. Это и был ожидаемый ориентир.

— Колонна стой — рации передали приказ по машинам. Многоколесная сороконожка встала.

— Ном, Чур помогите дотащить ящик со снарядами. Бахус, инструктаж помнишь. Если что забудешь — распечатка с целью при тебе. Водила тебя довезет как скажешь, но за дело отвечаешь ты, так что помни. Конкретно помни.

Помни и другое… Урки то они урки, но случайно может попасться и пулемётчик толковый, и даже стрелок снайпер.

Подъехал, быстро ударил из кузова с разворота — и очень быстро отвалил на скорости. Рация дает отчет, и мы выезжаем. Вопросы есть? — Голубые глаза сверлили собеседника тяжелым взглядом из-под козырька кепи.

Бахус лишь безмятежно покачал головой. Груз переместился в открываемый кузов микрогрузовика и «мирная» тачка покатила через мостик.

Минуты поплелись беременными черепахами. Радар сидя на жесткой лавке молча глядел на зеленоватый монитор РЭБ штуковины. Рация в расслаблено отставленной руке ждала передачи. Только пальцы на ней были слишком белыми.

Наконец зашипев она выдала

— Всё окей, что надо красиво рвануло.

— Всё гоним. Все соблюдаем радиомолчание. — Он щелкнул тумблером шайтан машинки.

— А никто не допрёт? — Чур был довольно спокоен, но всё же что-то в голосе проскальзывало.

— Если кто что и заподозрит, то главное, чтоб не все разом, а там время пройдёт.

Сивка Бурка шурхнув шинами по грунтовке стрелой полетел вперед. Встреченный по пути микрогрузовик пристроился в хвост колонны.

Когда грузовики с боевиками уже подъехали к цели и в бинокли стало хорошо видно базу, машины остановились. Бойцы, занявшие позиции для того что снайперским огнём выбивать защитников, начали вертеть головами.

Что-то странное было с защитой. Ворота базы, обнесённой бетонным забором с колючкой, были раскрыты настежь. На обзорных вышках было пусто. Вообще непохоже, что бы кто-то готовился к активному сопротивлению.

Лишь в тяжелом бетонном колпаке, прикрывающем ворота, просматривалось какое-то движение. Невидно и что бы кто-то тушил пожар в подорванном строении, из которого шёл густой дым.

Без приказа вперёд выехала машина с огнемётчиком. Резкий разворот и из кузова протянулась дымная струя. Хлопнула оранжевым огнем вспышка. Колпак почернел и задымил маленьким вулканом.

Рядом с броневиком встал грузовик Гостя. Тот собственной персоной высунулся из кабины.

— Надо штурмовать.

— А не ловушка ли это? — Радар скептически вглядывался в базу до упора используя дар.

— Какая ловушка. Сдрыснули все, кто мог. Скоторезчики — не бойцы. С трофейной техникой будет пролёт, но остались только те, кому не на чём вышло убраться, а пешком побежать не хватило мозгов. Быстрее надо, пока подмога от внешников не пришла.

— Хорошо. Только не расслабляться, несколько стрелков там всё же осталось. И юзайте светошумовые гранаты, а не что другое. Нам тут пожар не нужен. Если кто забыл, за чем мы приехали.

— Дело, тем более нужны языки, разобраться что здесь есть, по-быстрому.

Броневик въехал в ворота, следом, прикрывая, друг друга вошли боевики.

Наличие в отряде сенсов значительно облегчало зачистку. Движение прошло быстро и жестко. В здании с открытыми железными дверями, бывшем гаражем, повязали пару явно не проспавшихся со вчерашнего ребяток.

…Как их с таким перегарищем еще не сожрали?..

Радар с откровенно огорченным лицом ходил по пустым боксам. На недостаток грузовой техники муры не жаловались. И — всё укатило со свистом.

Где-то по соседству хлопнули взрывы. Скоро возле пленных стояли еще трое.

— Еще ваши остались? — Вопрос, сопровождаемый жестким ударом по ливеру, не остался без ответа.

— Я откуда знаю? Я вообще не теме, что вообще произошло. Что-то рвануло, потом Крем прыгнул в тачку и отвалил. Начался реальный шухер и пацаны дернули по сторонам.

— А ты что не побежал?

— Да че его, может это вообще там что-то хранилось и неудачно сработало…

…Да уж, такой гениальный полёт мысли не сыграешь. Ребятки даже не потерялись, это уже за край. Хотя если подъедут их хозяева — это будет уже совсем другое…

— Куда патроны с армейской части складировали?

— Я покажу.

Нужный склад оказался длинным подвалом. Сбив прикладом замок, рейдеры ввалились внутрь. Чуть прищурясь парень оглядел закрома. Людей здесь не было, только стоящие один на другом ящики, крашенные защитной краской. Пахло пылью и сыростью.

Радар присвистнул. Штабелями здесь стояло реально местное богатство. Золотые, мать их, россыпи. Жизнь и смерть в промышленных масштабах.

— Куй железо, не отходя от кассы. Давайте это по грузовикам. — Он вышел, смотря как мужики парами вытаскивают ящики.

Несколько наемников собралось у подогнанных к «золотому прииску» грузовиков.

— Базу надо обшмонать подробней здесь построек еще больше полдесятка. Всяких полезностей еще вагон. — Радар вдумчиво огляделся.

Пятеро пленных на коленях и Гость с Гремлином, державшие автоматы наперевес, составляли интересную композицию. Водилы бегали на погрузке со всеми, но командование предпочитало охрану и надзор.

И то, и другое было объективно необходимо, так что не стоило подымать хипеж. Тем более что под надзором люди работали быстро и организованно.

Всё же…

Он чуть отошел к работающим, поймав грузившего ящики блондина.

— Трот, подгони броневик от входа сюда поближе. И…давай за пулемёт. Присматривай за всем. И людей береги и от людей побереги. Ты понял? На разгрузке без тебя смогут. А это я могу доверить только тебе. — Парень говорил очень тихо, оглядываясь на стоявших в паре десятков шагов, «соратников»

Уже другим тоном, в полный голос, он чуть позже обратился к «партнёрам».

— Гость, надо шмон углубить. Опять же посмотреть, где здесь людей на разделку держат, грех бросать. Хотя бы выпустить и калаш дать, на это от нас не убудет.

— Фигня вопрос. Бери половину людей, кого считаешь нужным и вперёд, на всё у вас час. Потом мы уедем — без обид. Сверим часы. — После короткой сверки электронных часов- браслетов Радар развернулся к «языкам».

— Ну? Где расходников держите? — Пятеро муров, стоявшие на коленях, замялись. Нервные попытки отвести лицо в землю и бормотание….

— Не знаю, не знаю, не бывал я там никогда.

Радар заострился лицом. Губы, скулы и глаза свело в одну деревянную маску.

— На легкую смерть вы ещё не наработали. Вам торчащее с чего начать резать? С ушей, пальцев или яиц? Здания, где чего есть, знаете наверняка, не настолько тут их много. Ну с кого начать?

Он вынул охотничий нож из ножен на поясе и шагнул ближе. Мур, плюгавый мужичонка субтильно лагерного телосложения, косо зыркнул глазами. В такой позе и безоружным он не выглядел страшным…Но дар давал очень неприятные ощущения и картинку, от серо черного цвета до запаха…Словно смесь застарелой гнили с салярным духом… Это выворачивало круче близости закисшей помойки. Скотская насекомость, упоение реальной душевной мерзостью… Это просто чувствовалось…Даже не зная словами, воспринималось чутьём по-звериному. Радар сжал пальцами чужое ухо, внутреннее перекосившись от брезгливости.

Мур заскулил.

— Два места такие есть. Вон там (он ткнул пальцем), домишко красно кирпичный. И дальше трехэтажка белая, с зелёной крышей. В ней то же.

Парень проследил за желтоватыми прокуренными пальцами. Он убрал руку с уха, с трудом подавив желание вытереть ладонь о штанину.

— Точнее давай. Что там? Кто есть из ваших и расходников? Какое оружие и какие сюрпризы?

— В первом, смотровой пульт. Там экраны со всех камер по базе. На пульте же тумблер открывающий подвал. В подвале несколько хат, для свежих расходников. Но там сейчас вроде мало. Сколько не знаю. За наших тоже ничего не скажу. Не, ну откуда мне знать?

В «зеленке», там много чего есть. За всё я не в курсе, но на втором этаже там большой отсек для пользованных расходников. Оттуда они уже не уходят, а уезжают. В расфасовке. Вот если они тебе нужны, то там они все в основном.

Всё. Это всё что знаю.

— Если всплывёт что о чём-то забыл — умирать будешь долго. Если не вернусь в положенный срок, пулю ему в брюхо и пах, что б не выжил. — Радар кивнул стоявшему Рядом Гостю и полурысью двинулся к кирпичной одноэтажке.

Дар сенса, применённый сквозь стену, говорил о том, что на этаже пусто. Чур в стелсе скользнул внутрь. Вышел, махнув рукой.

Группа вломилась в помещение. Вертящиеся стулья перед экранами были пусты. Те, кто здесь был, явно свалили за подмогой в числе первых.

Радар пару минут рассматривал пульт. Одна из крупных кнопок — тумблеров была чуть заметно затерта сильнее чем окружающие. Тычек пальцем.

На полу, среди пластиковых узоров покрытия, откинулся немаленький квадрат. За более чем метровым люком была лестница, ведущая вниз.

Снова первым спустился Чур. После проверки — Радар с готовым к стрельбе автоматом.

Подвал был хорошо освещен электрическими лампочками. Было тепло и пахло человеческим телом. Довольно большой, длинный коридор правая сторона которого состояла из отдельных клеток. Рейдеры прошли от спуска вглубь.

В шести клетках, за вертикальными прутьями сидели люди. Шесть крепких мужиков, отсвечивавших голыми задницами и мускулатурой.

В конце коридора была маленькая комната-ниша налево, в которой стоял еще один экран и пульт. Даже сейчас экран показывал виды с базы и виды на дорогу, ведущую к внешке.

— Интересно …Вон там похоже грузовой люк наружу…А тумблера под него я не вижу…

— Он открывается только сверху. На случай попытки бунта. А вы не из здешних? — Ближайший «голожопый» стоял, держась за прутья.

— Не из здешних. Есть идеи, как можно клетки открыть?

— Ключи были у охраны.

— Сбежала охрана. Не выйдет… — Радар обернулся к основной группе — Мужики, есть кто с умением по замкам?

Нестройный хор голосов ответил «нет»

— Ладно парни, я еще вернусь. Есть у меня мысль на этот счёт.

Полубегом рейдеры покинули подвал и здание.

«Зелёнка» — трёхэтажный дом под зелёной крышей, находился в нескольких десятках шагов. Морщась от желания обыскать окружающие дома Радар двигался к цели.

…Вот то и вот то, явно жилое. Наверняка где живут, там и что-то ценное прячут. Вот то — что-то управленческое, а где начальство там сейфы… Эээх…

Несмотря на то что вокруг были следы жизни десятков человек, база вымерла. Драп был впечатляюще массовым. Странно что хоть те пятеро, и кто-то в ДОТе прикрытия, не сбежали.

…Если поискать наверно и еще найдутся …не сбежавшие…

То, что нужный домишко необычный, выдавали толстые решетки на всех окнах. Главная дверь была открыта нараспашку и по-прежнему везде было пусто.

Первый этаж трёхэтажного здания походил на некий аптекарский склад. По сторонам блестели белые пластиковые наличники нескольких дверных проёмов. И такие же пластиково- металлические закрытые двери. Взламывать закрытые замки не было времени, команда с автоматами наизготовку влетела по лестнице на второй этаж.

Лестничный пролёт был перегорожен очередной решёткой с встроенным тяжелым замком.

— Блиин ну это уже безобразие. Давайте гранату.

Граната и даже две закреплены и подорваны. Решетка-дверь с грохотом отлетела в сторону.

Второй этаж. На больницу похоже… Коридор и несколько «палат» по сторонам. Рейдеры вломились в ближайшую, резко распахнув прикрытую дверь.

Комната как комната. Решетки на окнах и расставленные койки с когда-то белыми простынями. Разве что «постояльцы» пристёгнуты наручниками и никак не реагируют на вторжение.

Радар подошел к ближайшему телу, тупо лежавшему с вытянутой рукой, за которую оно и было пристегнуто к толстому железу кровати. Он внимательно изучил хреновенькие, но всё же, наручники.

— Нет. Опять двадцать пять…Где все ключи от этой фигни? Весь персонал свалил… Что за непруха. — Он плюнул на пол.

— Ну это не сложно. — Один из боевиков отстегнул ножны штык- ножа, чуть помудрил с клинком и перекусил кольцо между «браслетами».

С помощью наемников, «расходник» с трудом попытался встать, озираясь мутными глазами. Едва поднявшись, он шатнулся и издав невнятный звук, упал обратно.

…Мало того, что порезан до невозможности толком шевелиться, так еще и накачан чем-то специфическим. Что за дрянь, так надолго глушит? Потом будем разбираться…

— Вы четверо, парами, давайте проверьте другие комнаты. Может там кто есть в лучшем состоянии. Мы пока тут останемся. — Он задумчиво сел на край койки.

Быстрые метания принесли неутешительные новости, более трёх десятков расходников, все были в таком состоянии. Ни одного способного хоть как-то соображать или хотя бы держаться на ногах.

Радар был сумрачен. Он раздражённо тёр ладонью лицо.

— Плохо. Очень плохо. Не попрём же мы их на горбу…Так давай все обратно к броневику там кое-что решим.

Боевики в темпе двинулись обратно к складу. Змейка, ощерившаяся автоматами наизготовку, извивалась между зданиями.

Вылетев за поворот, где открылся вид на склад, люди одновременно замерли. В картинке, вызвавшей оторопь, не было зрелищности художественной классики, но своя эффектность была.

Возле открытых ворот стоял броневик с видимо загнутым стволом пулемёта. Рядом в различных позах валялись пять трупов давешних муров…И — ни одного грузовика вокруг.

Радар первым рванул к броневику. Когда он уже подлетел почти вплотную в серому боку, из броневика раздались глухие металлические удары.

— Ну, кто силой не обижен, помогайте. — Парень начал свирепо дергать заклинивший люк. Наконец общими усилиями трёх рейдеров люк с резким визгом открылся.

Из броневика вылетел Трот. На его раскрасневшемся, перекошенном лице застыло выражение полной растерянности.

— Радар…Гремлин…Чёртов кинетик…Пулемёту всё. Движку хана. Карабин в дерьмо. Я ничего не смог, даже шум поднять…

Парень уставился исподлобья, потемнелыми голубыми глазами.

— Что случилось? Детали давай, конкретно.

В тёмном проеме двери на склад проявился Бахус. Этот был спокоен. Автомат за спиной, поза вольная до безобразия. Глаза чуть прищурены с выражением «у вас ширинка расстёгнута, а я вижу».

— Что случилось? Значит всё-таки насвистел Гость. Не было между вами такого договора. Хм…Выходит верно я просёк, не делаются так дела. Что так делается, то мне не канает, да.

— Ты …Давай по делу. Что тут случилось. — Всё смотрели на театрально расположившегося на тёмном фоне наемника. Напряжение было — круче чем разгар действия в фильме.

— Можно и по делу. Когда вы отчалили, грузовики довольно скоро забили под завязку. Гость спустился на склад и объявил, что пора отчаливать. Мол вы догоните потом. Такая договорённость. Народ не стал задавать вопросы, погрузились и уехали.

Я и не знал, что у вас еще человек за пулемётом сидел…Забавно.

Трот на которого скользнуло общее внимание длинно выматерился.

— Когда началась посадка по машинам, я попробовал открыть люк. Заклинило. Развернуть пулемёт. Не вышло. Хотел шмальнуть из карабина по колёсам — хрен. Рванул в кабину, дал по газам — мёртво. Даже звуковой сигнал…Всё. Всё, бесполезно…

Только когда уже вас увидел, стал долбить прикладом в люк. Дальше вы видели.

Бахус безмятежно поднял брови.

— Радуйся, что, вообще жив. Если уж пошла такая тема, не сидел бы ты под броней внутри, валялся бы с пробитым черепом, за углом.

Вы тоже парни, считайте ещё раз родились, тем кто уехал с Гостем — хана. Или я — зелёный свежак, живца не пивший.

Такие свидетели недолго живут. Меньше живут только лишние хавальники при дележе добычи. Че тут мудрить? Если уж пошел кидок, так он по полной кидок.

Радар с потемневшим лицом перебил.

— Всё, хватит свиста. Надо решать, что дальше делать, и быстро. Время — жизнь.

Тот, кто считает, что тема отработана и пришло время расчётов, бери сколько унесёшь патронов со склада и отчаливай пешком. Патронов там ещё немерено. Выйдет поменьше чем с грузовиками, но своё слово я сдержу. Я вас нанял — я с вами расплатился. Моё слово — стальное.

Пусть нас всех предали …И меня, и вас, но что от меня зависит — я сделал. Ни беспилотников, ни погони не будет еще долго, так что пешком успеете убраться свободно. От мертвяков стоит беречься, они сюда на шум и кровь могут подрулить. Ну и ясен хрен от Островных. Мы теперь все — для них в жизни лишние. Так что лучше сразу забирайте на юг.

Будем живы, еще встретимся.

Те, кто хочет дальше со мной, давай в банду. Вместе выживать будем. Вместе и с Островными посчитаемся. Моё слово.

Через несколько минут возле Радара осталось лишь пятеро наемников и Бахус, мать его. Двоих ребят парень узнал — это были поцарапанный и не поцарапанный, водители из головных машин.

— Бахус, ты в курсе что во время войны приказы исполнять надо?

— Да — стронг ответил с неожиданно серьезным лицом.

Проводив взглядом последнего ушедшего, Радар развернулся. — Трот проверь РЭБ. Его тоже? Или жив? Быстро.

Короткая проверка, и вылетевший рейдер сообщил — Работает. Всё же работает.

— Давай его в прицеп, и «оперу» тоже в прицеп, и пожрать что- ни будь, и воду. Живей, живей.

Движуха закрутилась. Коробки и бутыли полетели по местам. Через несколько минут загруженный прицеп, запряженный всей рейдерской командой, покатился к посту надзора.

После быстрого исследования пульта «методом научного тыка» был открыт люк в подвал и весь груз вместе с рейдерами ввалился в его тёплую, ярко освещённую глубину.

Очень тяжелый люк из толстой стали, захлопнулся за ними.

Радар плюхнулся на мягкий вертящийся стул. Он чуть поправил козырёк защитного цвета кепи, отстранённо рассматривая картинки на мониторе. Потом рывком развернулся.

— Трот, повынимай нашу стриптиз группу из клеток. Замки к черту, скорость важнее.

Хмурый блондин прошел по коридору. Короткое промеривание. Замах. Удар. Еще удар. Звон падающей на пол стали, вырубленной топором — ладонью. Скрип открываемой решетчатой двери. Следующая дверь.

Радар вытянулся в рост, заглядывая в узкое, на ширину ладони, окно под потолком.

— Бахус, если придётся, ты отсюда из твоей шайтан трубы шмальнуть сможешь?

— Если что ни будь подставить, то отчего нет. Всего один раз правда. Уехал остальной боекомплект.

— Понимаю. Вот и займись, заранее, что подставишь. Если уж дойдёт до боя отступать будет некуда и метаться будет поздно.

Возле группы тяжело дышавших наемников собрались и шестеро свеже отпущенных. Один из них сделал шаг вперёд.

— Мужики если дело за тем что бы уйти от преследования, дайте оружие и уходите. Как бы ни вышло, в погоню они смогут рвануть далеко не сразу.

— Ценная инициатива. Но командую здесь я.

Кто-то думает, что я собираюсь устроить балаган, с «последним боем»? Полюбоваться на себя красивого, зрелищно сдохнув, утащив с собой массу левого народа? Этак на вроде…, например, драки на залитом бензином поле? Что бы «по-мужски» мудохаться кулаками и эффектно сдохнуть всем сразу? Потащить вперёд полярную экспедицию, после того как припасы оказались порченными, и замёрзнуть всем скопом, не за воробьиный хрен в вечных снегах?

Будучи резидентом разведки, вместо разведки заниматься имитацией деятельности и жизни плейбоя…Потом подставить под удар весь круг общения, потом психануть и раскрыв всю сеть перерезать массу опять же левого народа, запоров всё что возможно вообще?

Ещё здорово, зная, что тебя придут убивать, залезть в глубокую нору с красавицей блондинкой и сотоварищами и подохнуть в логично безнадёжном бою, требуя по радиосвязи от всего Улья немедленно всё бросить, подорваться и бежать мне на выручку.

Блондинку перед смертью поцеловать — это в обязательном списке. Адекватно продумать предупреждение и отход, нафиг нужно.

Во всех случаях главное это полюбоваться на себя красивого. Всенепременно…

Нет, банда, живые или вечноживые мы будем побеждать. Я сказал.

В жизни можно или делать дело, или заниматься само ублажением и самолюбованием, делая вид что занимаешься делом.

Или ты называешь вещи своими именами, просекаешь тему и мутишь реальный план…Или ты млеешь в мечтах. Или ты делаешь выбор и суетишься его пробивая… Или отмазываешься, что тебе кто-то что-то не так сделал.

Или сам наживаешь геморрой и семь потов, или опять же жалуешься, что где-то что-то не пофартило.

Он с горько — насмешливой миной на лице посмотрел на слушателей.

— Разговоры с былыми выдуманными собеседниками, конкретно так признак поциэнта дурки. Но тут её нет. Так что завершу.

Короче, по жизни можно либо долбиться, либо дрочить.

Кому дрочить — тому вибратор в руки, и камеру в лицо. И вперёд в балаган.

А вам, я обещаю, еще подолбаться много и весело. До семи потов и экстаза с плодотворным результатом. Так или иначе — мы победим.

Ну что, орлы, выдохнули? Языки с пола подобрали? Пришло время опять работать. — Парень неожиданно цепким взглядом «просканировал» команду.

— Трот, принимай командование. Бери людей, где тут хибара под зелёной крышей, тебе покажут. Там почти четыре десятка рыл «расходников». Их всех надо перетащить сюда. Времени должно хватить. Соображай на месте что может помочь в деле.

Эй, гвардия бесштанная, среди вас саперы есть?

Один из «голых» отзывался — Я сапёр.

— Ну хоть в чём-то повезло, слава Улью. Возьми одного из своих. Бахус, проведёшь их на склад. Народ говорил — там мины были. Закроете ворота и заминируете вход. Если хватит времени еще на дороге что ни будь помутите.

Штанов запасных у меня пока нет, так что придётся пока поработать так.

— Что там за мины?

— Я в армейских терминах — ни уха не рыла. Слышал только, что мины. Увидишь — разберёшься.

Ном, ты давай дымы — вонючки готовь, ставь весь десяток.

— Чего их готовить? Заранее же всё в коробки сложили.

— Разложи перед входом в рядок с интервалом в полметра. Что бы какой ни будь случайностью не накрыло.

Подвал опустел. Выходивший среди последних Бахус обернулся. Радар задумчиво примеривался открывать ту самую коробку из броневика. Чур рядом распаковывал моток провода.

Спустя битый час…

Дребезжа колесами по асфальту, к въезду в подвал подкатил «караван» медицинских каталок. На каждой из них сидело по несколько человек. Среди толкавших каталки бойцов выделялись мужики, прикрывшие срам медицинскими халатиками, явно не их размера. Смотрелось это до чертиков забавно.

Стоявший у дверей Радар ощерился в тридцать два зуба.

— Что из стриптиза, сразу в ролевые игры? Это по-нашему. Одобряю.

Кативший головное «такси» Трот встречно ухмыльнулся.

— Забрали всех, и в один заезд. Всего тридцать четыре рыла. Шмот там же нарыли, как и телеги. Можно еще покопаться, там, верняк, еще много чего полезного.

— Будем живы — в обязательном порядке. Сейчас пора приступить к «опере». — Он развернулся на здоровенную аудиоколонку, развернутую на запад, к Пеклу. — Время. Время. Иначе может не сработать.

Рысью подлетели саперы, с Бахусом.

— Ну что?

— Готово, ворота закрыты. Сверху растяжка — внизу несколько мин. Если попытаться открыть или выбить броней — рванёт отменно.

— Тогда — все в люк. Ном, зажигай.

Спустя несколько минут вся банда уже была в подвале.

Закрыв дверь и люк за собой Радар еще раз прошел взглядом по своему воинству. Сидевшие и стоявшие…Саперы уже успели тоже натянуть халатики… На него с внутренним напряжением смотрело несколько десятков глаз.

— Теперь врубим музон в этой дыре. — Он нажал кнопки на музыкальном центре. Парень проследил взглядом вдоль шнура идущего в щель окошка.

Раздалась…Даже не звук…Вибрация огромной громкости, от которой задребезжали стёкла в узких маленьких окнах.

Миг рейдеры смотрели с выражением полного непонимания. Потом в тишине раздался смачный, повторяющийся как рэп, мат Бахуса.

Наконец он несколько успокоился.

— Ты псих. Ты конченный ххх псих.

Звуковой удар, который вообще сложно было назвать звуком, был записанным урчанием зараженного.

— Где…Откуда у вас такое?

Стоявший рядом Трот выдал улыбку безумного клоуна.

— Я записал. На Сельсовете. Теперь значит в моем списке, трудовой книжке, еще и профессия звукооператора. Большой человек из шоубизнеса, однако.

Видел на стабе мелких зараженных привязывают в качестве сигнализации? Частая тема. Вот, а уж записать звучание — это вопрос техники. Но — центр с колонкой купил уже вот он. В нагрузку взял к машинам.

— Вы… Вы конченные…Вам что хочется на несколько матерых элитников посмотреть? Или того хуже скреббера? — Грубое, изрядно загорелое лицо стронга сохраняло жесткость, не переходившую в истерику. Вот только предательская бледность кое на что намекала.

Радар улыбнулся. Очень душевно.

— Скреббер? Ты вроде говорил, что не суеверен и даже готов на него поохотится? Вообще-то самый подходящий момент спросить, если ты не суеверен, то зачем помогал свежакам?

— При чём тут суеверия? Это обычай и привычка. Норма такая среди стронгов. Ты помогаешь свежакам — значит у тебя есть возможность им помогать. Ты, достаточно успешен для того что бы что-то отдавать, не последний нектар допиваешь. Раз ты не лузер, то значит и обузой в рейде не будешь. Выжившие то, так или иначе о тебе расскажут на стабе, круче любой рекламы.

Вот и выйдет, что твои дела будут идти вверх.

Верная тема, не пустой понт. И наоборот кто станет вешать на себя лузера? Без информации, без хороших тем, так можно и на всю жизнь на дне остаться…Короткую жизнь. Улей — есть улей.

— Как забавно… Что до скреббера — то если придется, то посмотрим и на него. Может даже с пользой посмотрим. Только мы будем смотреть на него из намертво закрытого подвала, где и входов то, достаточно широких для большой твари, нет.

А наши гости, которые уже довольно скоро прибудут, получат места не в зале, а на сцене.

Не знаю, как нам — им представление точно «не зайдет».

— Ты вообще о чём? Ты понимаешь, что подвал от скреббера может не спасти? На раз. И от некоторых элитников тоже.

— Запросто, хотя и с не таким уж большим шансом. Кто придёт к базе первым- разминирует собой двери. На этом он задержится. А после увлечётся новоприбывшими. Если всё пойдёт так — нами заниматься уже интереса не будет.

— Внешники могут перемолоть мертвяков.

— Ну пусть себе мелют. Патронов у них ограниченно, тварей в Улье безмерно. Беспилотники им не вызвать. Почему — объясню потом. «Опера» работает себе, работает, подзывая новых. Что дальше — понятно?

Сам понимаю, план рискованный. Первоначальный то, был совсем другим, но по-другому достигнуть нашей цели не выйдет.

— Какой, какой цели? — Бахус уже явно полностью вернулся в самоконтроль. Лицо обратно потемнело, а взгляд стал цепким.

— За чем мы сюда, по-твоему, приехали?

— За патронами.

— Еще подумай. Ты, Трот, то же.

Экс-мур флегматично почесал за ухом.

— Мне что? Я тебя, психа, уже немного знаю. Так что догадывался с самого начала.

Стронг оглянулся, с просматриваемой работой мысли на лице.

— Ну чего здесь еще?

— Ладно, не страдай. Тебе мешает привычка к местным нормам. Самая дешёвая монета Улья — свежак, само собой, да? — Радар испытывающе разглядывал собеседника.

— Свежак не монета. Свежак — камень на шее. Мертвый груз на горбу. Можешь тянуть — тянешь. Чуть ошибешься — утопит.

— Вот, вот. Примерно так мыслили и наши «дорогие партнёры» с Острова.

На деле это и есть наши вершки- корешки в этом деле. Несколько десятков свежаков — наш главный трофей. Тот трофей, ради которого всё затевалось.

Десятки ребят, имеющих ВУСы и кое какие полезные навыки, вроде дисциплины. Именно необходимость их вытащить и требует рискованного решения.

Трот ехидно скривился.

— Извращённое ты сиятельство, однако. Правильный принц, он же рыцарь на белом коне, должен спасать принцессу. Принцессу — такую, знаешь, девочку, что б фигурка изячная, но с выпуклостями где надо. Талия стройная, глазки ясные. Чтобы нефиговый бюст, через легкое платье проступал и манил… — Он картинно вздохнул. — А ты на кого запал? На жлобов вонючих. Гоблинов грубых, зелёных. С сорок пятым размером. Променять пятый размер бюста на сорок пятый обуви — фи.

Нет, как по мне, так кружавчики, чем-то привлекательней кирзы. Эротичней, так сказать.

— Зато натрахаемся мы с ними по самое не балуйся. Каждому хватит. Круче чем те танкисты, из анекдота про фею и танк с отвалившейся башней. Ты же, можно сказать, уже попробовал, когда выгружал их оттуда сюда.

Воо. С принцессы то, было только одному. Один за всех. Я конечно не против в таком деле взять работу на себя. Но делиться жеж надо.

Так что… Кстати, это значит, бывший прапорщик, что ты у нас теперь будешь поручиком. С чем тебя и поздравляю.

— Спасибо. Надо будет обмыть. Если мы всё же выживем. — Трот покачал головой.

Конец первой книги

Content

Василий Мушинский
Стикс. Сломать систему
Часть 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17