Макар Ютин

Меч Реконкисты

Пролог

Редкие снежинки медленным хороводом кружили вокруг ее осунувшегося лица. Таяли на губах, путались в тусклых, словно обесцвеченных волосах цвета свалявшейся собачьей шерсти с нотками прежней рыжины, стекали маленькими, почти незаметными дорожками по щекам.

Первый снег в Ставрополе пошел внезапно, на пару недель, а то и месяц раньше положенного. Нет, никаких сугробов и метелей, просто белая рябь в воздухе да тонкий пушок на дорожках, крышах машин, козырьках домов. Он растает, исчезнет без следа за каких-то пару часов, но ей все равно было приятно смотреть на ленивый полет холодных снежинок.

Маленькие, хрупкие, неприспособленные к жизни в новом мире, они падали с неба, сверкали мистическим блеском отраженного света, чтобы растечься в вульгарную лужу поперек разбитой дороги.

Ира невольно улыбнулась своим мыслям, вытянула вперед ладонь, подставляя снегу и ветру свои озябшие пальцы. Ей было холодно и больно. Израненное тело глухо протестовало на любое осмысленное движение, а дрожь и стучащие зубы стали слишком привычными, чтобы обращать на них внимание.

Но внутри она пела от радости.

Но внутри она страдала от пустоты и собственной никчемности.

Это началось недавно, во время самого масштабного рейда Новых Христиан за всю историю их группировки, и, пожалуй, за все время с момента Катастрофы. А еще — впервые крестоносцев так цинично и безжалостно отправили на убой.

Девушка плохо помнила свою жизнь до прихода в церковь. Только смазанные картины воспоминаний, неожиданные эмоциональные вспышки от случайно увиденных вещей или таких же случайных ситуаций, тоска по красивому, ухоженному мужчине в дорогом костюме. Родственник? Любовник? Ира не могла вспомнить ни обстоятельств знакомства, ни даже его лица или имени.

Но даже так, непонятные вспышки раздражения или ностальгии на, казалось бы, прочно забытые лица были лучше безэмоционального груза памяти. Она помнила, как нравились ей лучи полуденного солнца, как она обожала кремовые тортики, поездки на море и еще кучу самых разных вещей. Теперь все они вызывали у нее сводящее зубы безразличие. Как будто и не было той, другой жизни…

А может и правда не все это мираж, видения, делирий, или просто приход от тех веществ, которые им добавляли в еду "заботливые" монахи? Она ведь была общительной, была напористой, пробивной, любила жизнь и дорожила своими воспоминаниями! Так почему вместо образа близких память услужливо подбрасывает набившие искомину постные или похотливые рожи церковных кураторов. Чертова секта!

Как итог, из всех встреченных в жизни людей она сумела вспомнить, или, вернее, сохранить в памяти только четверых: брата Германа, который и привел ее в Церковь, своего краснорожего куратора среди крестоносцев, подругу из своей десятки, что болтала не затыкаясь даже на тренировках, и Савву. Милого, пусть и не слишком заботливого паренька, с которым она встречалась еще до Катастрофы. Мягко скажем, не густо. Особенно если учесть, что приветом из прошлого был только бывший парень да так и оставшийся безымянным импозантный незнакомец.

"Ничего, все пройдет. Я выживу. И верну обратно мою прошлую жизнь", — Пролепетала она себе под нос сухими искусанными губами.

Девушка шмыгнула носом, усмехнулась грустно и чуточку смиренно. Сардоническая улыбка тут же перетекла в болезненную гримасу, когда очередной порыв ветра вызвал дрожь в теле. Ира дернулась и этим неосторожным движением потревожила одну из своих ран. Благо дуть ветер мог только с одного направления, и дрожь временами отступала на час-другой.

Угол между двух домов, в который она забилась, был хорош всем — сухой, теплый, с выбоиной на асфальте, в которую за прошлые дни натекла дождевая вода. Солнечные лучи согрели ее, так что беглянка с удовольствием напилась до бульканья в животе не боясь потревожить больное горло.

Но у такого убежища имелись и свои минусы. Пусть зомби с этой территории выжгли церковники, оставалось еще много других опасностей, а ее лежка оказывалась как на ладони со стороны широкой улицы недалеко от позиций Новых Христиан. Не то, чтобы она могла что-то с этим поделать. Сил едва хватало, чтобы переворачивать тело, куда уж до смены убежища.

Благо девушке удалось наткнуться на труп одного из наемников, что повел за собой Доминик или его присные. Обезглавленное тело, судя по всему, принадлежало женщине, причем куда более массивной, чем хрупкая Ира.

Еще за час до своей страшной находки та, скорее всего, просто прошла бы мимо, но в тот момент продрогшее, сотрясающееся от холода, боли и пронизывающего ветра тело пересилило мораль и брезгливость.

Ира потратила остатки своих сил, чтобы избавить труп от верхней одежды и всласть пошарить по карманам, благо инвентарь открывался на каком-то из верхних уровней, то ли седьмом, то ли вообще восьмом, так что большая часть людей им не владела.

Не владела им и эта умершая тетка, иначе не стала рассовывать по карманам шоколадные батончики, фляги с водой, какие-то странные бутыли с непонятной жидкостью и другие мелочи.

Никакого оружия беглянка у трупа не нашла, большая часть припасов тоже осталась лишь в виде фантиков с шоколадными потеками внутри, а как-то использовать бутылочки с непонятной жидкостью Ира побоялась и не стала их брать. Тяжело.

В итоге бывшая крестоносец стала обладательницей двух маленьких шоколадок, полупустой фляги с водой и черного, отороченного золотой каймой плаща. Последний оказался ей великоват и девушка колебалась, брать его или нет. Не из-за трупа или потеков крови — просто он выглядел слишком тяжелым, а она и так отдала последние силы на это вынужденное мародерство.

К удивлению Иры, черная ткань оказалась куда легче, чем она предполагала. Более того, одежда сама подстроилась под размеры своей новой хозяйки, стоило той неуклюже натянуть излишне вычурный плащ. Стоять на месте, не упираясь в колени, сразу стало легче и даже сломанные ребра перестали так сильно ныть. Настоящая удача!

Закрепляя успех, девушка съела одну из шоколадок, запила ее водой и тщательно облизала все оставшиеся фантики. На многих, кроме шоколадных разводов, были еще и прилипшие орехи или посыпка. Получилось более-менее сытно.

"Наверное, только благодаря той неизвестной женщине и ее добру мне вообще удалось отползти так далеко", — Решила Ира. В конце-концов, силы оставили ее уже через четверть часа после удачной находки, и остаток пути она то ковыляла держась рукой за стены, а то и вовсе ползла на четвереньках. И вот, доползла до своей щели.

Первый раз она отключилась почти на сутки, если судить по системному времени. Подумать только, прошло больше двух дней с момента той чудовищной битвы. Почти сутки с того момента, как ей кулаком раздробили ребра и отправили в полет до ближайшей стены. Три дня с того момента, когда она, наконец, вернула назад свою личность.

"Некоторые монахи говорили, что боль — это иллюзия. Значит, благодаря одному заблуждению я избавилась от другого. Ха, выкусите!"

Нет, проблески случались и до получения тяжелой раны, даже до первого рейда, где она словно очнулась ото сна.

На первый сеанс, когда Ира лишь открывала рот в такт молитве и не сразу поддалась влиянию группы. Во время тренировок, когда эмоции вырывались из-под контроля, а в ее глазах начинал плескаться ужас осознания. Хотя и они, в конце-концов, оказывались сопряжены с болью. Первый рейд, где ее болтливую подружку проткнули огромным, похожим на канат языком, а потом порвали на клочки низшие зомби.

Именно эта ужасная сцена стала тем самым переломным моментом, вопреки всем ее следующим размышлениям и сарказмам. А именно — тот миг осознания собственного безразличия. Сначала ее просто поразило равнодушие остальных. Потом она обратила внимание на себя, и вялое возмущение сменилось ужасом осознания.

Узколобый фанатизм, беспрекословное подчинение, безразличие к судьбе товарищей, смирение с собственной участью. Девушка возмутилась действиями своих собратьев, что просто перешагнули труп хорошей, замечательной, пусть даже излишне болтливой женщины. А потом с диким, всепоглощающим стыдом поняла, что сделала то же самое буквально минутой ранее. Просто потому, что человек, мимо агонии которого она прошла незадолго до собственной маленькой трагедии, не вызывал у нее какой-то особой симпатии.

С того момента Ира изменилась. Нет, она не впала в крамолу, не стала подвергать сомнениям свою верность церковным иерархам. Да и не могла, если честно. Одна мысль уйти одной, в пугающую неизвестность за пределами надежных монастырских (военкоматских) стен, вызывала в ней то-то похожее на паническую атаку.

Да и препираться с инструкторами казалось попросту глупо. Нет, девушка пошла от противного — наоборот, начала выделяться, подчеркивать свою индивидуальность и даже избранность. Все для того, чтобы повысить собственную ценность в глазах кураторов.

Стала рвать жилы на всех силовых тренировках, легко превосходя в результатах тупящих болванчиков вокруг, старалась улучшить взаимодействие с остальными, побольше узнать про монстров и новый мир вокруг. Пусть переступить через себя не вышло, но направить религиозный экстаз в нужное русло оказалось легко и приятно.

Как итог, подающую надежду послушницу выделили из серой массы остального отделения, дали отдельный шеврон "специалиста", выделили дополнительные часы обучения у опытных бойцов. И не зря: она, единственная из всех крестоносцев, смогла изучить навыки: "Изгнание" и "Духовный доспех", а также приблизиться к эволюции навыка "владение луком", несмотря на его заморозку. Аномалия? Возможно, но кураторы ничего не заметили, а более проницательные и сильные иерархи к ним не заходили. Возможно, именно благодаря этим навыкам, а также попустительству своих надзирателей она и выжила в бою. Ненадолго, судя по состоянию тела, но хоть что-то…

Потому что Ире не становилось лучше. После первого своего обморока она почувствовала прилив сил, даже сумела поймать в силки от пояса ворону, чтобы тут же съесть ее безо всяких готовок. Однако потом девушка снова отключилась на сутки, и с того момента слабость не переставала ее покидать.

Прошло уже шесть, почти семь дней с момента ее дезертирства, а беглянка все слабела и слабела. Даже ее упрямой натуре стало понятно, что такими темпами она продержиться еще пару дней, а потом тихо и весьма прозаично умрет.

— Нет, нельзя сдаваться! — Тонкий девичий голосок эхом разнесся по пустому двору. Но не привлек никого, кроме трусливой вороны, что с возмущенным карканьем взвилась в воздух. Институтские корпуса давно притягивали к себе большую часть нежити, а после той светлой вспышки в радиусе километра от Андреевского собора не осталось никого опаснее бродячих кошек или одичавших собак. Люди не замечали ее в темном углу, накрытую черной же тканью, да и она сама отползла довольно далеко от основного маршрута к церкви, а другие обитатели города обходили вотчину Новых Христиан десятой дорогой.

"Они же называли меня прорывом. Называли первым шагом к эволюции исполнителей, духовным гибридам и Бог знает чему еще. Сам пресвятой Доминик почтил эту недостойную послушницу своим присутствием! Так за что меня просто бросили во всю эту бойню?!" — Сознание Иры уже стало путаться, а мысли потеряли стройность, начали скакать с темы на тему. Уже через минуту она и думать забыла о своей решимости спастись или начать что-то делать.

Настроение, вроде бы немного поднятое выкриком, сново поползло до минусовой отметки. Ира сморгнула тихие злые слезы, подтянула к себе затекшую ногу, оглянулась по сторонам. Просто, чтобы отвлечься.

На самом деле, не будь ей так плохо от полученных травм и голода, она бы отчаянно скучала. За те неполные шесть (или семь?) дней, что она лежит во дворе, обстановка вокруг практически никак не поменялась.

Изредка слышались взрывы да стрельба в самых разных частях города, полдня назад оглушительная канонада не стихала почти час, прежде чем большой отряд откуда-то из центра, предположительно военные, не отбился от нападения. Или не закончили выяснять между собой отношения.

Кроме привычных уже выстрелов, девушка пару раз замечала трусящих мимо собак, неясную тень в разбитом окне далекого дома, что пялилась на нее несколько часов к ряду, да стайки ворон, летающие туда сюда с периодичностью звуков стрельбы.

"Я умру", — Заключила Ира с удивившим даже ее саму хладнокровием, — "Вороны так и будут каркать, зомби — бродить, а люди — стрелять. Только меня здесь уже не будет".

"Может так и надо? Так не хочется куда-то идти…"

"Нет, нельзя. Умирать — это единственное, что мне запрещено. Неужели все эти прошлые мучения были напрасны?" — Последняя мысль слегка встряхнула ее. Действительно, будет очень обидно после стольких усилий разделить судьбу комнатного растения, тихо вянущего в темном углу. Никчемного, никому не нужного куска биомассы в веселеньком пластиковом горшочке. Может даже черном, с богатой золотой каймой по краям…"

Ира застонала. Ей не хотелось подниматься, двигаться, мыслить, существовать. Хотелось лишь покрепче завернуться в свой замечательный, теплый, невероятно уютный плащ и прикрыть глаза. Но она словно назло себе принялась пучить их, чтобы они не смели закрываться, двигать руками, сгибать колени…

Непослушное тело скрипело и ныло в ответ на каждое движение, ребра при неосторожной попытке встать взорвались такой ослепительной болью, что девушка на мгновение потеряла сознание, а мягкий и уютный плащ словно бы не хотел отпускать ее, становиться элементом одежды, а не дорогим саваном на ее исхудавшем трупе.

Ира выдержала все. Ну, почти все, от резко вскинутой головы ее вырвало, благо хоть не на себя. Кое-как вытерев рот ребром ладони, она прополоскала рот водой из фляги (благо из-за дождей не было дефицита хотя бы с ней), после чего медленно побрела, подволакивая ногу, к маячившим вдалеке шпилям Андреевской Церкви.

Пускай предательница или дезертирша, но живая. Убить ее не убьют, в этом Ира была уверена твердо. Ничего непростительного она не совершила, про технологию создания крестоносцев вкупе с промывкой мозгов в общих чертах знают все или почти все, так что затыкать ей рот бессмысленно, а сам прецедент довольно интересен.

"Может быть мне даже разрешать стать послушницей или еще как-то вступить в саму церковь", — Мечтательно улыбнулась девушка. Она не строила иллюзий и понимала, что шанс на нормальную жизнь после возвращения пренебрежимо мал, но сейчас лишь надежда удерживала ее от легкой и безболезненной смерти от истощения. Пожалуй, совсем неплохо иногда о чем-нибудь помечтать.

"Например, что меня в последний момент спасет тот таинственный незнакомец из моих снов и памяти. Или моя подруга окажется живой и здоровой. Или…"

Ира вздрогнула и остановилась, расширенными глазами смотря на все более четкий силуэт человека впереди. Тот появился словно бы из ниоткуда и быстро приближался к ней. С такого расстояния сложно разглядеть детали, но, как минимум, экипирован тот был неплохо, пусть и выглядел немного странно. Зато шел налегке, а значит — есть инвентарь. К тому же, незнакомец шел из главной базы Новых Христиан, куда мало кого пускают. И чем ближе приближался к ней человек, тем больше подробностей могла разглядеть бывшая жертва секты.

Неизвестный оказался мужчиной в странной тканевой броне. Лицо открыто, капюшон почти не мешает его рассмотреть, фалды мягкой, но прочной даже на вид ткани развеваются позади фигуры на манер мантии, на груди болтается что-то вроде респиратора, шаг тяжелый и уверенный. На боку у человека проступило изображение длинной казацкой шашки, при этом смотрелось оно так естественно, что даже Ира не сразу обратила внимание. Наверное, слишком засмотрелась на движения незнакомца.

Уверенные, даже тяжелые, они вместе с тем выглядели невероятно плавными, словно воин впереди не ходит, а плывет по воздуху. Так же естественно, и, вместе с тем, сказочно смотрятся дельфины или юркие, еще не выросшие касатки — выверенная пластика движений и плотная среда накладывают свои ограничения.

"О нет, он же сейчас уйдет!" — Вдруг сообразила девушка. Все это время она лишь стояла и пялилась на мужчину, пока он быстро шел примерно в ее направлении.

"Там скоро будет изгиб дороги и он свернет в другую сторону. Не увидит или не обратит внимания. А другого человека можно ждать долго, на Северо-Запад сейчас мало кто ходит. Бли-и-ин! Это катастрофа!!!"

Ира вздрогнула и принялась еще быстрее ковылять в выбранном направлении, попутно то махая рукой, то скрежеща подобранной щепкой по кладке стен, на которые она опиралась. Других вариантов для привлечения внимания она придумать не смогла.

Впрочем, хватило и уже приложенных усилий. Ира мысленно возблагодарила всех Богов разом, когда незнакомец стал замедлять свой шаг, а затем и вовсе пошел прямо к ней, игнорируя белевший впереди поворот дороги.

Она уже набрала воздух в легкие чтобы как можно искренне поприветствовать его и попросить о помощи, как вдруг наткнулась взглядом на его лицо.

Воздух с сипением вышел из легких, колени окончательно подогнулись, и только подоспевший мужчина не дал ей рухнуть на асфальт мешком картошки. Он грубо взял ее под руку и молча изогнул бровь в вопросительном жесте.

Подобный снобизм возмутил бы ее даже в таком сумрачном состоянии как нынешнее, но сейчас девушка могла только хватать ртом воздух и пялиться на лицо незнакомца. А незнакомца ли..?

— Милый, ты пришел…

Интерлюдия Кристины. Живые и мертвые

Стандартный, совершенно безликий район с нависающими домами вокруг, неприметная десятиэтажка с магазинами на первом этаже. Небольшое крыльцо перед закрытой дверью из дешевого пластика и декоративного стекла, слишком мутного, чтобы можно было разглядеть обстановку внутри.

Зато название заведения и его логотип легко читались на огромной вывеске сверху.

Там харизматичный толстячок, будучи пристегнутым за ошейник к серому столбу, радостно лакал хмельной напиток из огромной миски. "Пиводок" — Гласила большая, выполненная готическим шрифтом надпись.

"Ну и хрень. Чего Вика вообще сюда потянуло?", — Весело хмыкнул Константин, после чего дернул дверь на себя. Та, вопреки нежилому виду и общей потрепанности, открылась неожиданно легко, словно бар и не закрывался вовсе.

"Какой апокалипсис, ребята? Даешь пиво, разбавленное святой водой. Двойной эффект — выводит и вирус, и радионуклиды, и даже новое доказательство теоремы Пифагора. Эх, что меня в наемники понесло? Открыл бы бар, да жил себе припеваючи…"

Стоящий впереди бармен хмыкнул, бросил насмешливый, но в тоже время понимающий взгляд на неожиданного посетителя, словно услышал весь этот внутренний монолог.

— А может и правда услышал? — Забулдыга на правом краю стойки отсалютовал новичку граненым стаканом с какой-то мутью на дне, после чего залпом опрокинул в себя подозрительное пойло.

— Не слушай его, он последние мозги уже продезинфицировал. А идея со святой водой — просто огонь, — Помахал ему с другого конца стойки худой, просто-таки дрыщавый до анорексии Доходяга.

— Я гляжу, у вас тут весело, — Хмыкнул Коловрат и знаком показал бармену налить ему пива.

— Обхохочешься, — Мрачно отозвался ему алкаш справа, — Ты тут по делу, или так, лясы поточить пришел?

— Как сказать… Одно не отменяет другого, — Загадочно улыбнулся посетитель, — Вы можете позвать свою хозяйку?

— Уже, — Коротко ответил молчавший прежде бармен.

— Хе, никак Коловрат собственной персоной! — Новый голос зазвучал в помещении. Он исходил от наглого, даже вызывающе наглого парня с длинным, почти двухметровым копьем наперевес и полной превосходства улыбкой.

— А, тот ублюдок из Отряда. Не помню, как там тебя звали… — Хмуро кивнул ему Константин. Казалось бы, что им вообще теперь было делить? Однако язычник до сих пор испытывал к людям, положившим всю его прошлую команду, как минимум стойкую неприязнь. И не важно, что данный конкретный персонаж умер вполне бесславно, не успел забрать никого из своих врагов с собой.

"Некоторые вещи не меняет даже смерть", — Без особого интереса отметил он, пока ждал от копейщика ответной реплики. Ее не последовало, и слегка удивленный этим Коловрат повернул голову. На месте копейщика уже сидела Кристина, а также мрачно буравила его взглядом.

— Ну привет, — Неловко улыбнулся мужчина, пряча лицо за кружкой.

"Как подросток с двойками, ей-Богу…"

— Явился, значит, — Пробубнила Альфа, требовательно зыркнула на своих миньонов. Те тут же сместились на другой конец стола и дружно начали делать вид, что не замечают ничего, кроме содержимого своих стаканов.

"Растет девочка. Еще пара лет, и мир содрогнется", — С какой-то внутренней теплотой заключил он.

— Явился, — Покорно ответил Коловрат, лишь на дне его глаз лучилась мягкая ирония. Посмотрел на высокий пивной бокал в своих руках, но отхлебывать не стал, только стер большим пальцем пару капель конденсата с запотевшей стенки.

— Ничего не хочешь мне сказать? За себя и за того парня, — Кристина процедила эту фразу ровно также, как и предыдущую, но ее собеседник почувствовал, что обида ушла, уступила место радости встречи.

— Хочу. Думаю, времени у нас хватит, — Иронично сказал ей Костя, зыркнул на жмущихся в уголке призраков.

— Так это вас встретил тогда Санитар?

— Ага, — Легко отозвался Доходяга и отсалютовал рюмкой со сколотым краем, — Но мы ещё успеем наговорится, у тебя вроде дела к нашей хозяйке.

— Ага, — Зеркально ответил ему Коловрат, взял свой бокал пива с запотевшими стенками, и пошел к дальнему столику, лишь сдул попутно шапку пены. Заинтригованная Кристина последовала за ним. Она же и начала свой монолог, пока ее визави заливал в себя иллюзорный алкоголь.

— Может хватит уже тянуть?! Прошла уже неделя с битвы за институт, а от вас ни ответа ни привета! — Возмутилась девочка… нет, уже молодая девушка. Полтора месяца испытаний не могли не сказаться и на ее внешнем облике, что уж говорить про внутренний.

— Картограф вроде говорил с Виком, но без подробностей. Я до сих пор не знаю, что с вами случилось!

Язычник не спешил отвечать. Только катал в руке неожиданно быстро опустевший бокал, да со странной полуулыбкой рассматривал сидящую перед ним подругу.

Да, она действительно изменилась, а он и не понял — когда. Детская округлость лица полностью сошла на нет, очертились скулы, появилась уверенность в движениях и во взгляде, даже волосы словно прибавили в объеме, потяжелели, а выбившиеся из прически пряди красиво обрамляли лицо.

"И как я раньше не замечал?", — Недоуменно подумал Коловрат, — "Обращался с ней как с ребенком, пусть даже умным. Вот уж действительно: горбатого могила исправит".

Он так и продолжал разглядывать девушку перед ним, пока та распиналась про двух безоблачных кретинов с поведением семилетних детей.

"Говорит теперь прямо как Элла, хех. Интересно, как там она? Наверняка ведь выжила. Больше, чем в нее, я верю только в Санитара… Верил. А Кристина, да, определенно стала старше. И дело ведь совсем не во внешности. На момент нашей встречи девочка, конечно, имела свой характер, но в основном смотрела на Вика оленьими глазами и выполняла его приказы.

Сейчас я вижу, что Альфа больше не боится ответственности, не боится конфликтов, незнакомых людей… Да многого. Главное, что она все еще боиться смерти. Не считай себя бессмертной, Альфа. Не относись легкомысленно к своей интуиции и знакам судьбы. Уж я-то знаю", — Грустно подумал он.

"Я понимаю, что ты умница, но из-за лести Картографа и расставания с таким разрушителем самооценки, как Вик, ты… Немного зазвездилась. Надеюсь моя собственная смерть слегка остудит твой пыл".

— Почему ты молчишь? — Недоуменно спросила у него Кристина. А потом ее глаза слегка расширились в испуге, — Что-то произошло, верно? Но ведь институт зачистили, вернулось живыми даже больше людей, чем думали изначально… — Она осеклась.

— Это тебе Картограф сказал, да? — Неловко улыбнулся Коловрат, — Тебе не стоит так много слушать этого двуличного засранца. Он, конечно, умеет сса… в смысле приседать на уши, но ничего хорошего от него ждать не приходится.

— Он помог мне. И помогает до сих пор. И плохой человек не провозгласил бы делом всей своей жизни очищение мира от нежити! — Возмутилась Крис, — Так что хватит уже на него наговаривать. Случай с Виком — случайность, и он защищал своего от маньяка, каким Сталевар описал нашего друга!

— Ладно-ладно, я не собираюсь с тобой спорить по таким пустякам, — Рассмеялся Коловрат, выставив перед собой пустые ладони, — Хотя Доминик, вон, тоже стремится к миру. Да и Вулкан явно не груши приходил пооколачивать. Ну да Перун с ними. Расскажи лучше, как поживаешь, что случилось за последнюю неделю. Чем похвастаться можешь. А я передам нашему общему знакомому, какая ты стала умница, — Костя подмигнул стремительно покрасневшей девушке.

"Нет, все же в некоторых аспектах она остается дитя дитем. И это хорошо", — Удовлетворенно подумал язычник.

— Так вы вообще ничего не знаете? — Удивленно спросила его Альфа.

— Нет. Санитар заперся у себя в покоях и сычует там, а со мной… несколько сложнее. Скажем так, я был несколько отрезан от мира и шанс на контакт представился только сейчас. Предположу, что ты впервые за несколько дней вернулась в ЦУМ, почувствовала себя в безопасности. Вот я и сумел проникнуть в твой внутренний мир.

— Это не мой внутренний мир, — Покачала головой девушка, — Скорее предбанник.

— Ага. Ну, что-то вроде этого я и имел в виду. Так что, поделишься с усталым спутником знанием? Или может быть мед поэзии? Ты там стишков любовных еще не пишешь?

— Прекрати уже! — Снова покраснела Кристина и забыла уточнить о некоторых странных моментах в истории. Вместо этого она принялась рассказывать о том, что произошло в мире с того дня, как церковники взяли институт.

— Так, про Отряд ты уже должен был знать, — Полуутвердительно начала она.

— Нет, вообще ни сном ни духом. Они напали на церковь?

— О, так ты не в курсе… — Девушка с энтузиазмом начала описывать подлое нападение отморозков из 9/19, храбрость защитников церкви и тонкую интригу Доминика.

— …В результате церковники просто в фарш раскатали львиную долю их боевиков. Элитный отряд, Ветер Свободы, разгромлен, раненого Вулкана вынесло несколько уцелевших бойцов, остальные сдались или по одиночке ушли вглубь города.

— Дела-а-а, — Протянул язычник, — И что с ними теперь будет?

— Не знаю. Зализывают раны на своем ж/д вокзале. Но теперь их слишком мало, чтобы его удержать. Да и часть людей от них ушла. Так что отрядовцев осталось-то пара десятков. Это конец, — Пожала плечами девушка. А потом слегка замялась, но все же спросила:

— Ты не мог бы сказать, что там случилось с вами? Я только знаю что Вик жив и все завершилось благополучно, но никаких подробностей. У Цианида есть амулет, настроенный на Санитара… В общем, сейчас он горит зеленым, хотя в тот день, ближе к вечеру, погас почти на минуту. Что у вас там случилось? Это как-то связано с тем, что ты смог проникнуть в мой сон?

— Да, связано. Не знал, кстати, что ты способна на осознанные сны… — Он усмехнулся, разглядев нетерпение на миленьком личике, — Не волнуйся, с ним все в порядке. Вик просто… Опустошен. Как и все мы, если быть точным. Операция прошла тяжело, его едва не застрелили свои из страха перед силой нашего мечника. Многое произошло, в общем.

— Чуть не застрелили свои..? — Альфа нервно сдула прядь с лица и поджала губы от недовольства, — По-любому это были какие-то слабаки с куриными душонками.

— Хе, в точку! — Отсалютовал ей пустым бокалом Коловрат. Тот, повинуясь его внезапному желанию, снова наполнился черным хмельным напитком, после чего язычник с удовольствием его пригубил, — Как бы то ни было, я пришел не просто, чтобы послушать новости.

— Тем более, что про Отряд ты так и не дослушал, — Ехидно ввернула Крис.

— Ой, да что я там не слышал? — Отмахнулся язычник, — Какого-нибудь придурка укусили за жопу, возможно даже фатально, зомбям дали по зубам в одном месте, они дали по зубам в другом… Ничего не меняется, так что забей. ПРОЖИВУ как-нибудь и без этой информации, — Хмыкнул он с горькой иронией.

В этот раз Альфа услышала его странное ударение и непонятный подтекст, пусть даже не смогла его распознать. Ее глаза сузились, а правая бровь поднялась в немом знаке вопроса. Коловрат только усмехнулся. Сам он так не умел, но всегда завидовал, хотя лажовая же способность, но вот подишь-ты. Выглядит круто, ага, это не ушами шевелить. А девочка молодец, проницательная. Только опыта маловато.

— Долгая история, расскажу после. Ты продолжай. С этими ублюдками покончено, кто на очереди?

— Ты не совсем прав, — Кристина помедлила, неодобрительно зыркнула на пиво, что с урчанием исчезло в ненасытной утробе, подергала свою прядку, вздохнула чему-то своему, но все-таки продолжила:

— У них все же осталось несколько высоких уровней. Вулкан залечивает раны, но это уже агония. Эти уроды из 9-19 ушли со всех своих владений без боя, бросили людей, которых обещали защитить, и заперлись на ж/д вокзале. Наш Орден и Армия вывозят людей или организовывают оборону, но этого мало… А, забудь, это уже наши проблемы. Сам Отряд планирует исход из города, это очевидно. В Ставрополе им больше делать нечего. Их и так ненавидело слишком много народу, а тут еще и атака на форменных спасителей города. Они поставили все на кон и проиграли.

— Сама догадалась, или Картограф подсказал? — Ехидно спросил ее Костя, прервав поток аналитики. Альфа покраснела, недовольно дернула щекой:

— Картограф, на собрании. Но я бы и сама догадалась…

— Верю-верю. Ты вообще большая умница. Только опыта не хватает. Во всех смыслах, — Хмыкнул он, миролюбиво подняв ладони.

— Какой-то ты сегодня приторный. Хвалишь меня, подкалываешь, но не обидно, не как всегда. Зависаешь часто.

— Считай, что я пересмотрел жизненные ориентиры, — Быстро ответил Коловрат, и, поколебавшись, перевел тему.

— Скажи мне, что со Сфинксом? И вообще, и у тебя. Твой отец…

— Не знаю, — Резко, резче, чем хотела, бросила Альфа. Потом виновато улыбнулась, и повторила:

— Не знаю. Ходят слухи, что теперь группировкой управляет дя… Йонас. Может быть они просто распределили роли, может это временно. А может, с папой что-то произошло. Я не знаю. Но горевать не буду!

Коловрат только головой покачал. Конечно будешь, милая. Ты слишком добрая. Яркая, талантливая девочка, папина дочка, что всегда пыталась добиться внимания отца. Разочарование и злость пройдут, но тебе всегда будет не хватать именно его одобрения. Может поэтому ты искала его у окружающих?

"Мне жаль", — Подумал он, — "Но ты вряд ли уже увидишь своего отца. Этот мир жесток, а такие как Янос давно привыкли бить в спину, идти по головам. Его не остановят те воспоминания, которые ты так бережешь внутри".

— Держись от него подальше, Крис, — Заключил он, и его визави печально кивнула. Она все понимала, конечно, не могла не понимать. Но все еще цеплялась за яркую, слишком ребяческую для нее надежду. Последняя детская черта, из которой она еще не готова вырасти.

— Хватит уже о моем отце, — Заключила она и неловко перевела тему, — Сам Сфинкс давно стал практически вассалом Новых Христиан. Картограф считает, что они уже практически перешли на сторону церковников и идет согласование условий, но ЧВК в слабом положении, им банально выкручивают руки.

— Логично, — Признал Костя, — Их мало, база далеко от основного скопления людей, иссякают ресурсы. Полагаю, стать чем-то вроде элитной охраны с правом голоса должно их устроить. Как говорил один забавный персонаж: "Пострадала только моя гордость".

Кристина хихикнула. Она узнала отсылку, хотя и не должна была.

— Ну вот, если вкратце, то церковь зализывает раны и расширяет влияние, а из конкурентов у нее только Армия.

— Которая сама медленно разлагается безо всяких интриг с его стороны.

— Ага, — Подтвердила Альфа, — Армия тает, как наш снег в декабре, много дезертиров в Орден и Церковь, до этого в Отряд. Доминик отказывается признавать солдат дезертирами. В итоге переговоры идут, но их позиция слабая. Я всегда думала, что именно военные смогут объединить и очистить город, но там такая куча проблем. Хотя я все еще не слишком понимаю, почему.

— Тут все просто, — Коловрат помахал бокалом, но наливать в третий раз поостерегся. Эффекта алкоголя не было, но слишком дразнить свою маленькую собеседницу в этот раз не хотелось. Пусть запомнит его более… душевным.

— Конфликт возник изначально, не мог не возникнуть. Система, видишь ли, довольно демократична, тогда как у вояк есть строгая иерархия. В нормальных условиях это естественно: офицер имеет больше знаний и опыта, он обучен командовать конкретным подразделением. А главное: у него есть на это право.

— Которое отобрала Катастрофа, — Подхватила Крис.

— Именно. Кто больше всех убивает нежить и монстров? Рядовые. Не все и не всегда, но в целом это так. Для этого они и нужны, собственно. Получая уровень, они становятся сильнее отцов-командиров. Более того, их начинает тяготить руководство, необходимость вступать в пати, делиться опытом. Человеческая жадность и гордость — самая гремучая смесь. Добавь сюда то, что у каждого из них есть оружие, а моральный компас сломался или держится на соплях.

Вот и получаем кучку связанных уставом индивидуалистов. Верхи боятся бунта и закручивают гайки, низы из-за этого бунтуют. Плюс беспокойство о семьях, всякие психические расстройства, постоянный страх, стресс, интриги среди офицеров, сбивание в группы. Много чего.

— Но почему такого нет в других группировках?!

— Есть, на самом деле. Дело отца Александра с его предательством накануне великой победы тому примером, но эти группы сложились естественно, и лидеры свой авторитет завоевали честно, личным примером.

— Сложно. Теперь я понимаю Вика, и его нежелание объединяться в пати, — Вздохнула девушка, легкомысленно болтая ногами на слишком высоком для нее барном стуле.

— Ха, он просто сыч, которого постоянно заставляют выйти из зоны комфорта. Хотя я бы хотел увидеть город под его управлением, — Мечтательно протянул язычник, — Но это вряд ли. Эх…

— Да уж, — Фыркнула Альфа и за столиком воцарилась легкая, почти уютная тишина.

— А что у вас в Ордене, гм, Карающей Длани? Ты так четко расписала политическую ситуацию, но совсем не говоришь о своих делах.

— Да ничего особенного, на самом деле, — Пожала плечиком Кристина, — Доминик обещал полную поддержку и малый алтарь, от нас потребовал выбить тех серых тварей из ДрамТеатра и решить вопрос с Террариум. Нормально, для Ордена это все равно самое важное направление.

— Прямо-таки потребовал? — Удивился Костя.

— Да щас, — Весело хмыкнула девушка, — Он всегда только просит. Но игнорировать такие вот пожелания дураков нет.

— Мягко стелет, да жестко спать, — Понимающе кивнул язычник, — Так ты поэтому столько пропадала за стенами?

— Да. Воевали с ними потихоньку, налаживали туда дорогу, склады делали. Завтра-послезавтра будет решающая операция.

— Вот как… — Протянул он, — Тогда будь осторожнее, милая. Ни я, ни Вик не простим себе, если с тобой что-то случится. Да и Тедди расстроится, где бы он ни был. Ты не знаешь, что с ним?

— Про него — нет, — Альфа помедлила, — Лисса жива.

Коловрат замер. Отставил бокал, медленно сложил руки на стол:

— Это точно? Ты с ней встречалась?!

— Пф-ф. Вечно вы, мужики, только и думаете о красивых женщинах, — Едко отозвалась она, а Коловрат уже не с наигранным, а вполне настоящим беспокойством подумал об Элле. Ну один в один же! Правда, автором этих реплик, скорее всего, стала Жанна, а бедное дитя просто наслушалось ее феминистических выкриков.

"Но все равно! Вик, сделай так, чтобы эта мегера не встретилась с нашей милой девочкой. Тебе ж самому потом небо с овчинку покажется!"

Костя нервно рассмеялся, рефлекторно сжал пальцы в руке, а потом более спокойно спросил:

— И все же?

— Я не видела ее лично, — Призналась Кристина, — Мы шли к Отшельнику и…

Девушку передернуло от воспоминаний. Истерзанное человеческое тело, смрад от сгоревшей хижины, горестный вой зеленокожих аборигенов, что сидели вокруг трупа и не замечали ничего вокруг. Это зрелище надолго впечаталось ей в память. Сцену бессмысленной, невероятно жестокой бойни, казалось, выжгло на ее сетчатке. Именно поэтому Альфа вообще оказалась в этом баре. Последние несколько дней она слишком боялась видеть сны.

— Лисса убила его. Разбросала куски вокруг, а голову положила на пень. Там был подарок и записка. "Не ищи меня…"

— Вот как, — Коловрата совершенно не удивила описанная ситуация. Наудивлялся еще в ту прогулку по Террариуму. В отличие от простодушной Крис, он прекрасно понимал, что потрошение врагов с выражением скуки на лице отнюдь не говорит о душевном равновесии человека. Он понимал, что Лисса — чокнутая баба без тормозов, но его все равно тянуло к ней. К тому же женщины — очень хрупкие существа, даже если они сильнее всех мужчин вокруг.

Костя беспокоился о ней. Думал, не находил себе места. Не это ли причина того, что он забыл о мрачном пророчестве того странного призрака? Нет, вернее, не только. Просто сумма факторов, безобидных самих по себе, но с печальным результатом.

"Теперь я могу уйти спокойно", — С небывалой легкостью подумал он. Коловрат, наконец, понял, что так держало его на этом свете. Не давало пойти вперед, погнало в этот жуткий бар, предбанник внутреннего мира милой девочки, которую он так не хотел расстраивать известием о собственной смерти.

Но расстроил. Пришел, не надеясь ни на что конкретное, движимый опостылевшей интуицией и внутренним ощущением того, что поступает правильно. Теперь он понял.

— Вот как, — Повторил он и резко поднялся, без перехода и ненужных слов.

— Уже уходишь? — С внезапным беспокойством спросила его Альфа. Она сама не понимала, с чего так разволновалась. Они же еще встретятся. Коловрат припрется, как обычно, с хмурым Виком под руку, сбалагурит какую-нибудь непристойную шутку, завалиться в бар, прямо как сейчас, чтобы потом Санитар с проклятиями волок его в номер, а Крис хмуро бурчала что-то в адрес алкашей на следующее утро.

Сердце вдруг кольнуло непонятной тоской, и девушка, нет, пока еще только девочка вдруг поняла, что этих сцен больше никогда не будет. С четкой, пугающей ее саму ясностью вдруг увидела, как проступают на плотном, слегка нескладном теле ее старшего друга черные, будто облитые кислотой раны.

Кристина испуганно отшатнулась, но язычник не обиделся, лишь улыбнулся, понимающе и капельку грустно.

— Не плач, девочка, — Мягко сказал он.

Она провела рукой по щеке, вытерла как-то сами собой потекшие слезы.

— Не уходи, — Попросила она. Ее спутник лишь покачал головой.

— Что с тобой случилось? Зачем ты приходил? Зачем спрашивал обо всем?!

— Это нужно было не мне, но все равно спасибо. Теперь я точно знаю, что у Ставрополя еще есть шанс стать мирным. Ты сильная, Альфа. Ты справишься с этой болью. Надеюсь, Вик вспомнит о моем желании. Звучит, конечно, как исповедь эгоиста, верно? Пришел тут, наговорил с три короба, потратил твое время на всякую ерунду… Да уж. Но я все равно надеюсь.

— Это не ерунда!!! — Она уже едва сдерживалась, чтобы не завыть в голос. Но все-таки, сквозь всхлипы сумела продавить слова в резко пересохшее горло:

— Ты можешь присоединиться ко мне… хотя бы призраком. Точно! Мы же можем…

— Не стоит, — Снова покачал головой он, — Прости, но с меня достаточно всяких духов и сожалений о прошлом. Я пойду дальше, — помахал Костя рукой, — передай Вику… что мне жаль, — Излишне ровным тоном закончил он и пошёл вперёд.

Тихо хлопнула деревянная дверь, скрипнули гнилые ступени крыльца. Она выбежала на порог, крича что-то жалобное и бессвязное, но ее сокомандник, ее старший товарищ, ее друг уже двигался дальше, и ни разу не оглянулся. А Кристина все смотрела на его широкую спину, пока ее боевой соратник окончательно не растворился в утренней дымке посреди воплощенного ее титулом мертвого города.

Характеристики

Имя: Виктор (Санитар) Савельев

Титул: Хитокири [+] — Возможность эволюции заблокирована до достижения 15 уровня

Специализация: Мастер иайдо

Уровень:14

Очки опыта:

91.400/1.000.000

Очки умений:

14

Характеристики:

(открыть)

Книга навыков:

Специальные навыки:

"Охотник за головами" (const)

(открыть)

(открыть)

Навыки амуниции:

[Филиппа]:

"Unseen blade" — const

"Контроль веса" (2 ур.) — Пассивно

"Контроль разреза" (1 ур.) — Пассивно

Общие навыки:

"Улучшенное переливание крови" (10 ур.) — [Выбрать специализацию]

Дестреза [абсолютный контроль пространства] (8 ур.) — Пассивно

Легкая поступь (10 ур.) — [Выбрать специализацию]

Преломление света (10 ур.) — [Выбрать специализацию]

Друг Человечества (1 ур.) — Активно, 1 час перезарядки

Волк в овечьей шкуре (2 ур)

Список бонусов:

Основные:

Удвоенный бонус к владению мечом

Бонус к ловкости

Слабый бонус к самоконтролю

Дополнительные:

+ 15 % к урону противникам, превосходящим вас числом или характеристиками вдвое и более.

+15 % от урона противникам, имеющим уровень выше пятнадцатого

+20 % от урона холодным оружием

+7 % к скорости атаки

+7 % к возможности избежать повреждений

+11 % к критическому урону

+20 % к скорости восполнения энергии

+20 % к выносливости

+20 % к максимальному здоровью

+15 % к урону от огня и холодного оружия

+25 % к урону по нежити.

+15 % к росту характеристик для обладателей титулов, связанных с холодным оружием.

+15 % к росту характеристик для обладателей титулов, управляющих кровью (заблокировано)

+10 % к получаемому опыту за каждое убийство

+15 % к урону по живым существам.

+10 % к опыту за убийство собак, волков и перевертышей.

+20 % к защите от огня

+20 % к защите от гари и дыма

+15 % шанс выжить после потери сознания от удушья

+5 % ко всем базовым характеристикам.

+5 % к сопротивляемости ментальным атакам.

+10 % сопротивляемости урону от игроков.

+15 % эффективности навыков, связанных с параметром: "Вера".

Полный иммунитет к заражению.

+10 % сопротивляемости гниению.

…

Список Штрафов:

Удвоенный штраф к владению огнестрельным оружием

Штраф к росту репутации

Слабый штраф к работе в группе

Ограниченная дисметия

(+140 % к расходам во время готовки, — 30 % эффективности, + 15 % к вероятности испортить конечный продукт)

…

Калькулятор получения опыта:

Удвоенная награда за убийство антропоморфов

Удвоенная награда за задания, выполненные в одиночку

Сниженная награда за убийство животных и монстров

Сниженная награда за задание, выполненное в группе

…

Достижения:

Скрытые Системные достижения:

Старый друг смерти

Первый неуязвимый игрок в текущей локации

Истинный носитель титула

Паладин без света

Основные:

"Ogniem i mieczem" — Х ступень.

"Гроза бродячих псов" — Х ступень.

"Ярость обреченного" — Х ступень.

"Охотник на чудовищ" — Х ступень.

"Прирожденный мечник" — Х ступень.

"Змеиная ловкость" — Х ступень.

"Живчик" — Х ступень.

"Неутомимый" — Х ступень.

"Кровь и железо" — IХ ступень.

"Свой среди чужих" — III ступень.

"Неопалимый" — VIII ступень.

"Защитник Ставрополя" — IV ступень.

"Великий охотник за нежитью" — V ступень.

Бестиарий:

(открыть)

Рецепты:

Декокт истинного зрения

Список Заданий:

Основные:

"Выжить первый месяц апокалипсиса" (29/30); Награда — очко умений.

"Святой нового пантеона" (открыть)

Дополнительные:

-

Сильнейший побежденный противник:

Ловчий Хаоса — Зарратокх

Амуниция:

Филиппа — кавалерийская шашка

Совместимость: 93%

Навыки:

"Unseen blade"

"Контроль разреза"

"Контроль веса"

Бонусы:

+5 % урона и 5 % шанса критического урона за каждый новый удар по противнику.

Средний воинский комплект Кузнеца — 89 % износа

(тяжелый уровень повреждений. Характеристики защиты уменьшены вдвое)

+10 % ко всем параметрам защиты

Привязан к персонажу "Санитар"

Инвентарь:

(открыть)

Магазин:

Оружейный раздел

Зелья и снадобья

Материалы, ингредиенты, части тел

Предметы интерьера

Броня и одежда (недоступно)

Огнестрел (недоступно)

Платы, модули, импланты, высокотехнологичное оборудование (недоступно)

(открыть)

Партнерские узы:

— Тедди (открыть)

Отправить сообщение:

(открыть)

Кристаллы Некроса:50

Глава 1

Ради спасения планеты можно и гайками в полисменов кидаться, и мобилизацию срывать.

Микола Канян

Последний манекен из невероятно плотного даже на вид древесного ствола разлетелся веером осколков. Лезвие меча прошло сквозь него без особых усилий, но, вопреки стараниям Виктора, оставило не аккуратный срез, а уродливую бахрому, словно от зазубрин бензопилы. Впрочем, даже такой результат был лучше, чем вмятины или разбивание макивары в щепки, как часто случалось в начале тренировок.

"М-да, эта способность к разрезанию чего угодно оказалось довольно сложно освоить. Все же высокоуровневое оружие куда придирчивее и его тяжелее использовать, чем все, что у меня имелось до Филиппы. Грустно признавать, но даже верный Флюстерн не более чем кусок арматуры по сравнению с этим творением", — Заключил Санитар, — "Да еще последняя операция нехило так прибавила мне базовых характеристик, и это не считая кучи наград и усилений от выполненных миссий, открытых достижений, а также взятого уровня… Такого сильного скачка у меня не было со времен первых уровней. Но их и освоить легче… Ладно, на этом можно закончить. Все еще далеко до идеала, но уже лучше, чем в начале тренировок. Кажется, я привык к очередному усилению тела. Теперь нет нужды опасаться излишней инерции или дёрганных движений, однако…"

Он поднял взгляд от шашки в своей руке и стал меланхолично смотреть на медленное восстановление макивары:

"… В навыках все же чувствуется ненужная твердость. Нет той легкости, с которой я дрался против той охренительно сильной нежити на первом этаже. Тренировки стоит продолжить, но и тянуть с другими делами больше нельзя. Ладно, не думаю, что в ближайшее время меня ждёт ещё один качественный скачок. Приноровлюсь. Как обычно".

Горькая улыбка тронула его обычно бесстрастное, а в последнюю неделю и вовсе неизменно хмурое лицо.

"Черт, последние дни как в тумане. Не помню, ни что делал, ни кого встречал, ни с кем разговаривал. Вроде ни с кем, благо тренировки по шестнадцать часов до изнеможения слегка привели мою душу в порядок. То, что от неё осталось, хах. Мне жаль, Костя, но я не тот вылитый из стали голем с оловянными глазами, за которого ты меня держал. Слаб человек, а сердце его слабо тем более…"

Виктор издал очередной вздох и вложил клинок обратно. Привычно отряхнулся от древесной пыли, что осталась от порубленных манекенов, на автомате потянулся поправить ножны от Флюстерна. Пальцы впустую прошлись по воздуху, а рука нащупала лишь потертость ткани его затасканных штанов. Ножны от нового клинка оказались двумерной иллюзией, которая лишь отображалась на его левом бедре.

С вложением оружия при этом никаких проблем не было, и, честно говоря, такой подход выглядел невероятно удобным. Ничего больше не бьет по бедрам, не нужно учитывать инерцию, подстраивать шаг, переносить вес тела. Да и меньше тяжести таскать, благо шашка также становилась двумерной и невесомой. К тому же отнять, скрыть или выкрасть ее становилось почти невозможно. Но психологически Санитар еще не привык, поэтому ощущал легкий дискомфорт каждый раз, когда прятал меч в ножны. Благо с выниманием таких чувств не возникало — доставалась Филиппа еще проще — рукоятка буквально прыгала в руку, экономя драгоценные секунды.

Хитокири бросил последний взгляд на истерзанный полигон, после чего направился к выходу. Вряд ли он снова посетит его в ближайшее время. Пора было завершить один неприятный разговор, который Виктор так долго откладывал. Впереди ждала встреча с Домиником.

Не то, чтобы ее нельзя было провести раньше, но только сейчас Санитар обрел железную уверенность в том, что готов разговаривать с церковниками без разрезаний на куски всех причастных и непричастных, а также глупых детских истерик. Коловрат знал, на что шёл, стоило принять эту мысль. Как знал и сам Виктор. Но легче от подобных откровений не становилось.

"В другое время я бы не стал так явно усиливать не самого чистоплотного политика, да еще с какими-то сектантским уклоном, но выбирать не приходится. Город должен быть очищен", — Вздохнул он от невеселых мыслей, — "Впрочем, чертов церковник подождет. Перед очисткой родины стоит хотя бы выскоблить собственное тело. После недели без душа оно наверняка воняет, как постная рыба в местной трапезной". Санитар с брезгливостью оглядел свою одежду, из которой он так и не вылез после рейда в институт. Та и до этого была не первой свежести, а сейчас и вовсе критически приблизилась к уровню лохмотьев: плащ и бронежилет под ним пестрели дырами, потеками крови, бахромой на неровно отрезанных фалдах, а также поражали общим непритязательным видом, шлем испещрен трещинами, штаны лишились всех внешних карманов, правую штанину пришлось обрезать до колена еще в первый день штурма, а перчатки он и вовсе давно снял и выкинул.

"Выгляжу как бомж. Или партизан из Брестской крепости, хах.

А пахну просто как бомж. Блин."

Виктор подошел к выходу и непроизвольно напрягся. С недавних пор любая дверь будила в нем все те эмоции и воспоминания, которые он хотел убрать как можно глубже, на темное дно своей памяти. Желательно без возможности возврата, конечно. Как обычно бывает, реальность плевать хотела на все его чаяния. В своем состоянии бездушного механизма Санитар не замечал никакого дискомфорта, но стоило сознанию проясниться, как замкнутые пространства начали здорово его напрягать.

"Надо бы как-то убрать дурацкую фобию, но тратить время на копание в собственной развороченной черепушке? Увольте. Выученная беспомощность, как она есть, ага. Надеюсь мне не придется весь остаток своей жизни бояться обычных дверей. Не то, чтобы у меня не было на это серьезной причины…".

Виктор нерешительно протянул ладонь и быстро, словно опасаясь подвоха, дернул за дверную ручку. Та спокойно открылась, отчего молодой человек ощутимо расслабился и неспешно пошел по короткому коридору. Еще одна дверь, теперь куда более массивная, чем на сам полигон, десяток ступеней вверх, после чего он оказывается снаружи. Совсем недалеко от главной базы христиан.

Здесь душа хитокири снова подверглась некоторому испытанию. Взгляды. Они преследовали его. Каждый из проходивших мимо людей словно бы молча осуждал его своим выражением лица, позой или действиями. Выносить подобное оказалось бы куда проще, не выгляди Санитар чучелом в милитари стиле (или хотя бы не знай о своей внешности), но что есть — то есть.

За ограду собора его пропустили безо всяких вопросов. Небольшая очередь из десятка человек лишь проводила его завистливыми взглядами, но возмущаться, почему не имеющий отношения к церкви человек идет без очереди вперед монахов и союзников Новых Христиан, никто не стал.

Виктор только покачал головой. Пропускной пункт церковников таковым являлся весьма условно — большую часть южной стены снес еще Вулкан, и христиане до сих пор восстанавливали из черных, обугленных обломков прежние стены. Проникнуть через всю эту мешанину строительных лесов вкупе с обтесанными булыжниками мог любой игрок уровня так третьего. Тем не менее, дураков вторгаться в вотчину Доминика не было — Андреевский собор защищали отнюдь не стены.

"Ну надо же, прям настоящая Спарта", — Желчно подумал Виктор, пока ноги привычно несли его в свой закуток. Кажется, Серафим говорил что-то про комнату, которая навсегда останется закреплена только за ним. Санитару было все равно, он мог оплатить любой счет, который ему выставят за проживание. Хотя другие люди за подобную честь готовы натуральным образом рвать глотки. И свои, и чужие.

"А теперь вопрос: где мне набрать воды? Или нет — где здесь место для помывки? Так, стоп — вопрос снимается", — Хитокири начал вертеть головой как только вошел в здание, тщательно не замечая остальных его обитателей, и в конце фойе ему улыбнулась удача: план здания, где красным по белому оказались обозначены душевые кабины. На этаж ниже комнат для гостей. Очень удобно.

Дело оставалось за малым — вынуть из инвентаря гражданскую одежду, которую он натаскал еще в начале странствий, выкинуть в мусорный бак все, что сейчас на нем надето, да смыть с себя тонны грязи и крови, что успели глубоко въесться в его кожу, пропитать запахом волосы, осесть траурной каймой под ногтями.

"Ну вот — другой человек", — Слегка устало подумал он. Отражение в зеркале теперь показывало не жертву войны или поехавшего служаку, а приятного (нет) молодого человека. С обросшими патлами, опущенными вниз уголками губ, недельной щетиной, равнодушно-оценивающим взглядом, а также жестким, почти что злым выражением лица.

"И это я даже специально рожу не корчил. Мне теперь что, всегда со зверской миной ходить?" — Виктор с размаху плюхнулся на кровать, пару минут потупил в серый, с претензией на побелку потолок, а затем открыл Окно Персонажа. Стоило расставить все точки над i, прежде чем обсуждать свое будущее с этим воцерковленным циником. Надо же знать пределы своей силы, в конце-то-концов?!

Первым делом Санитар полюбовался на свою вкладку Книги Навыков.

Книга навыков:

Специальные навыки:

"Охотник за головами"

(открыть)

(открыть)

(открыть)

Навыки из предметов:

[Филиппа]:

"Unseen blade" — const

"Контроль веса" (3 ур.) — Пассивно

"Контроль разреза" (2 ур.) — Пассивно

Общие навыки:

"Улучшенное переливание крови" (10 ур.) — [Выбрать специализацию]

Дестреза [абсолютный контроль пространства] (8 ур.) — Пассивно

Легкая поступь (10 ур.) — [Выбрать специализацию]

Преломление света (10 ур.) — [Выбрать специализацию]

Друг Человечества (1 ур.) — Активно, 1 час перезарядки

Волк в овечьей шкуре (2 ур.)

— М-да, с апгрейдом я основательно припозднился. Большая часть навыков уперлась в потолок, а другие я и вовсе знаю только в теории. Если вообще знаю. Ладно, начнем, помолясь.

Первым делом Санитар еще раз перечитал вкладку навыков своей шашки. Самым непонятным здесь выглядел "Unseen blade", но только на первый взгляд. "Невидимый клинок" не имел уровней для повышения и делал ровно то, что указано в названии — не позволял увидеть лезвие шашки никому, кроме самого хозяина.

Выглядело забавно, хоть сам хитокири мог наблюдать за действием этого навыка только в зеркало. Клинок в руках выглядел смазанной тенью, чьи размеры и форма постоянно менялись, перетекали из одного состояния в другое без видимых закономерностей. Определить глазами не то, что длину, а даже сам предмет становилось чертовски сложной задачей.

Эффект, между тем, отлично дополнял его специализацию — Иайдо. Виктор попробовал сделать пару выпадов, благо в комнате пусть едва, но хватало места для экономного замаха. Он угадал — в момент удара клинок полностью размывался, становясь просто дымкой возле бедра. Классический иай требовал возврат меча обратно сразу после удара, и в этом случае все проходило почти идеально. Враг мог не заметить даже саму атаку, не то, что опоздать с определением начала. Сложение трех факторов: навыка "Невидимый меч", двумерной структуры ножен и удобной для иай изгиба шашки дало невероятный результат.

Разумеется, свою роль играли в том числе монструозные характеристики самого Виктора, вкупе с его опытом и мощной специализацией титула.

"Да, навык определенно хорош", — Удовлетворенно подумал хитокири, — "Возможно, стоит попробовать совместить комбинацию с "Преломлением света". Вспышка при атаке, сияние самого меча вместо тени, направленный в глаза свет и сокрытие моей фигуры — может получиться хорошая синергия, если сделать все правильно".

На этом выводе Санитар и закрыл вкладку с навыками предметов. Никаких других вещей со своими умениями, кроме шашки, у него не было, а "Контроль разреза" и "Контроль веса" являлись еще более тривиальными, чем "Unseen blade". Чем больше тренировок и сражений, тем лучше, четче и точнее будет контроль этих параметров. С таким трудом взятые уровни в этих навыках говорили сами за себя.

"Окей, теперь переходим к главному блюду", — Молодой человек с недовольством посмотрел на колонку своих основных навыков. Кажется странным, но Виктор давно уже не испытывал того восторга, с которым в начале своей "карьеры" встретил Сумеречную Систему.

Умения, очки, титулы, опыт, уровни и другие атрибуты ММОРПГ давно стали обыденностью. Даже понимание, что от них зависит твоя жизнь, не могли изменить превращения захватывающего дух действа по преображению своего собственного аватара тела в важную, но скучную рутину.

Впрочем, Виктору все еще нравилось усиливать себя. Иногда он даже открывал свой журнал системных логов и представлял, сколько же первичных характеристик дал ему тот или иной убитый монстр. Бесполезное ребячество? Но лучше так, чем находиться в постоянном стрессе от необходимости выбора своего пути развития и ответственности за это.

— Так, что там первое? Ага, "Улучшенное переливание крови" (10 ур.). И какую же специализацию мне выбрать? Задал он риторический вопрос сам себе, — А что оно вообще делает? Ну, кроме заливания в меня сил и жизни убитых врагов. Ведь делает же? Где-то еще оставались логи…

Логи остались.

"Переливание крови" превратилось в "Улучшенное переливание крови". Теперь пользователь восстанавливал на 7 % больше энергии и получал удвоенное лечение после убийства…"

Простое "переливание крови" имело лишь обычный вампиризм, что незначительно лечил хитокири в размере части от нанесенного урона. В общем, "Улучшенное переливание…" было простым усилением старого навыка.

Однако имелось и одно новое улучшение: теперь каждая успешная атака давала Санитару 10 % прироста к скорости и урону. Бафф длился три секунды и никак не стакался, просто обновлялся, пока хитокири бил врагов. На бумаге выглядит не густо, но в драке, особенно в массовой, такая особенность показала себя просто прекрасно.

— Гм, а ведь улучшение повлияло на меня в тот момент куда сильнее, чем я думал или чем мог предположить тогда. Кажется, банальный вампиризм, который я взял больше по игровой памяти, стал для меня вторым навыком после Дестрезы. Забавно.

Волей-неволей, пришлось более ответственно подойти к вопросу улучшений. При этом хитокири держал в уме, что хоть очков у него имелось целых четырнадцать, но потолка достигла и "Легкая поступь" вкупе с "Преломлением света". Да и Дестреза уже почти на девятом уровне. Хотя набивал он ее очень долго, если учесть постоянное использование да последнюю заварушку.

"Вполне возможно, что я из Ставрополя уйду раньше, чем добью [Контроль пространства] до капа. Нет смысла на него ориентироваться. На крайняк, всегда можно заработать кристаллы Некроса и выкупить на них очки опыта, коль нужда припрет".

Эти, а еще сотни подобных случайных мыслей мелькали в голове Санитара, пока он медленно скроллил лист возможных улучшений для "Переливания крови". Пока, впрочем, ни одна из них не отвечала его требованиям даже чисто теоретически.

"Блин, а поиск мне на что?"

Дело тут же пошло веселее, после чего Виктор сумел выделить целых три возможных варианта развития.

"Универсальный реципиент". Пользователь получает лечение в виде одной четвертой части от ЛЮБОГО нанесенного урона. Неважно, заманил ли ты врагов в туннель и сжег весь кислород, похоронил их под лавиной или уморил голодом — весь урон пойдет в лечение. Причем в случае полного здоровья, человек заполняет особый резервуар, из которого и черпает силы в случае нужды.

"Очень даже недурно, особенно если учесть, что мое "Переливание крови" работает только от непосредственного урона. Нож — да, автомат — уже нет. В описании нигде об этом не сказано, но от духовой трубки я никаких прибавок не получал. Как и от некоторых других ситуаций. Нужна ли мне такая универсальность? Не думаю. Резервуар, конечно, круто, но я весь урон так и так наношу в ближнем бою. Смысла брать подобное расширение почти нет.

Второй — "Управляемая эволюция". Здесь пользователь не получал никаких видимых улучшений, зато его ткани, внутренние органы и даже скелет перестраивались таким образом, чтобы всегда избегать фатального урона. Более того, кожа приобретала ненормальную упругость, кровь могла загустевать до состояния желе, а кости втягиваться глубоко внутрь или, наоборот, приобретать стальную твердость. И это далеко не полный перечень возможных изменений. Эти — лишь самые глобальные.

Стоило такое улучшение больше чем остальные два вместе взятые — семь очков. Но и давало очень много. Невероятно крутое умение для воина ближнего боя. Но — скорее кулачного бойца, у которого уже есть связанные с телом навыки. Да и претило Виктору специально брать на себя удар, чтобы противник, например, завяз в его теле. А подобная способность предполагала именно такие тактики. Поэтому парень с легким сердцем от нее отказался.

Третья ветка развития выглядела на фоне первых двух довольно невзрачно. Никаких чудовищных усилений, высасывания из противников всех возможных жидкостей одним касанием и прочих ужасов, что можно было предположить в качестве третьего улучшения вампирской способности. Нет, всего лишь качественное изменение своей крови.

"Аристократ крови". Способность позволяет крови пользователя совершить контролируемую мутацию. Вместо нее в жилах начинает течь субмикронная эмульсия на основе ПерФторОрганических (ПФО) соединений с преобразованием некоторых традиционных, а также качественной заменой лейкоцитов и тромбоцитов.

Звучит слегка пугающе, но на самом деле улучшение выглядело настоящим подарком на фоне остальных. Во-первых, Виктор сходу становился невосприимчив к подавляющему большинству болезней, вирусов и даже многих ядов. Да, раскаченное тело четырнадцатого уровня и так очень нелегко отравить или заразить, но с этим улучшением вероятность таких действий стремилась к нулю.

Во-вторых, пользователь еще немного улучшал свои показатели засчет ускоренного тока кровезаменителя, а также быстрее приспосабливался к изменениям среды. Будь то резкое ослабление или усиление тела, экстремальные температуры снаружи или вовсе наведенные иллюзии. С иной биологией воздействовать на него становилось очень непросто.

Ну и в-третьих, как вишенка на торте, вампиризм от прошлого улучшения никуда не девался, но с новой веткой развития Виктор немного лучше стал бы усваивать идущее к нему лечение.

Звучало все невероятно вкусно, да еще за "каких-то" четыре очка. Единственной зримой побочкой "Аристократа крови" оказалась… Голубая кровь, что становилась такой из-за фтора. Не такой уж и большой недостаток, если задуматься.

В итоге Виктор решил взять именно это улучшение. Нет, были и другие — умения, от которых плоть врагов гнила от каждой раны, или проклятия несворачиваемости крови, или запуск паразита в раны, но зачем они нужны? Нет, серьезно, только лишний геморрой из-за невозможности захватить живьем любого хоть немного задетого противника. Его враги и так умирали от одного-двух ударов, а дуэли сильнейший одиночка Ставрополя выигрывал даже с Вендиго. Уровень, вряд ли доступный кому-либо кроме Лиссы или Вулкана.

Так что смысла в чрезмерной смертоносности своих ударов Санитар не видел. От еще более странной экзотики он отказался тем более, даже не став ее толком рассматривать. Ну правда, чем ему может помочь быстрая сепарация чужой крови на элементы или навык поджога собственной? Вот и Виктор думал, что ничем. Поэтому кликнул по иконке "Аристократа крови", повздыхал над четырьмя снятыми очками, и с легким сердцем перешел к такой же "Легкой Поступи".

Здесь дела обстояли и сложнее, и проще, чем с первым навыком. Возможных веток высветились десятки, если не сотня, но все они не слишком отличались друг от друга. Какое-то улучшение или дополнение основного прыжка, сниженный кулдаун, или вовсе особые условия для увеличения эффективности.

В итоге Санитар с головой ушел в сравнение вариантов, даже формулы вывел и с калькулятором посидел. Результат, впрочем, того стоил: навык "Легкой Поступи" эволюционировал в "Долгую Прогулку". Его все еще можно было использовать как и предыдущую версию, но теперь он, вдобавок, откатывал после любого убийства или критического удара, нанесенного хитокири. В крупных битвах, а также в окружении или свалке все против всех данный навык позволял невероятную мобильность. За что и оказался выбран прагматичным Виктором. Тем более, что цена в три очка умений казалась ему вполне подходящей.

Впрочем, даже Санитар после почти двухчасового мозгового штурма слегка подустал. Благо для следующей способности — "Манипуляция светом" — он уже примерно знал, что брать.

Идеально подходящей запросам хитокири ветки развития не нашлось, но и выбранную способность нельзя было назвать бесполезной. Особенно для навыка, который Виктор даже не выбирал ("Манипуляция светом" просто выпала ему из свитка случайного навыка, и даже была на время забыта).

"Свет Вечный" больше не давал ему возможности управлять отражением света, но вместо этого окружал фигуру хитокири эдаким ореолом. Активировалась способность с перехода в боевой режим, за который Виктор поставил вынимание шашки из ножен. Сразу после этого каждое его движение сопровождалось вспышкой света, которое намеренно била в глаза врагам пользователя. Точнее тем, кого он подсознательно считал врагами. Союзникам вспышка вреда не наносила, словно он отправлял друзьям патчноут на сетчатку, благодаря которому те могли игнорировать свет. Нейтралам доставалось, но не так, как врагам.

Таким образом, мало того, что Санитар исчезал и появлялся из "Долгой Прогулки" с дезориентирующей вспышкой, она и каждый его удар сопровождала, и, в качестве побочного эффекта, делала иммунным к чужим подобным умениям или естественному перепаду света, вроде гранат или отсверка молний. К тому же каждая такая вспышка наносила легкий урон всей нежити в радиусе пяти метров.

Честно говоря, вред зомби от нее казался довольно мизерным, даже простого зомби уработает лишь десять-пятнадцать таких вспышек. Зато свет заставлял гореть ткани мертвецов, чем снижал их скорость (слабо) и сводил на нет регенерацию (вполовину, что уже существенно).

Не самая крутая способность, да, но она была полезной, хорошо сочеталась с остальными навыками, и, вдобавок, стоила всего два очка. Более дорогие версии требовали к себе внимания, притирки других умений и набивания в рефлексы.

"Нет, нафиг. У меня и так проблемы с освоением того, что уже есть. Не стоит плодить сущности сверх необходимости", Мудро решил Виктор. Его и голубая кровь-то смущала, а тут еще и возможная куча другой ерунды, вроде заполненных светом глаз или нимба с функцией лазера против нежити.

"По крайней мере, все, что я улучшил — полезно, вписывается в мой рисунок боя, а также не требует дополнительных затрат на освоение. Правильно я все сделал", — Окончательно решил он после подведения итогов. Самая важная работа была сделана, очков умений осталось еще целых пять штук, а идти все еще никуда не хотелось.

— Так, а это что за покемон? — Вялое пролистывание Окна Персонажа закончилось на вкладке "Список заданий". Кроме стандартного: "Выжить в первый месяц…", награда за которое будет начислена буквально через пару часов, оставалась еще одна активная миссия.

"Святой нового пантеона". Помогите христианству распространится на территории игровой зоны "город Ставрополь".

Цель 1:установите не менее трех стационарных алтарей в ключевых точках.

Цель 2:Проведите неделю не убивая ни одного игрока (человека с активной Системой).

Цель 3:Спасите жизнь или окажите равную по значению услугу не менее чем десяти игрокам. Счетчик: (6/10)

Награда:

Уникальный навык: "Аура Святости".

Уникальный навык: "Непогрешимый".

"Это когда я умудрился целых шесть жизней успеть спасти?" — Недоуменно подумал хитокири, — "Хотя, если Система выдала его прямо перед рейдом, то тогда, наоборот, непонятно, почему не все десять. А, плевать. Все равно я спасаю город не ради закрытия задания средней паршивости. Делай, что должно, и будь, что будет".

С этой мыслью он свернул описание задания, и снова начал бесцельно шариться по Окну персонажа. Даже зашел в игровые логи, чтобы точно узнать, когда конкретно была принята миссия. Но вместо этого наткнулся на куда более любопытное сообщение, почему-то скрытое большим красным спойлером.

"А его я как умудрился пропустить?", — Недоуменно подумал Виктор и уже более тщательно проверил системные логи. Но нет, сплошные описания убитой нежити с цифрами опыта, дропа с них же, да редкие вкрапления выполненных заданий вкупе со взятыми достижениями. Ничего столь примечательного, как горящая красная надпись: "открыть", он более не нашел.

"Ну нет, так нет", — Решил Санитар, после чего ткнул пальцем в призывно мерцающую надпись. Та тут же раскрылась, явила взгляду короткий текст и очередную гиперссылку в конце сообщения.

"Поздравляем! Системой подтвержден самый высокий уровень в локации Ставрополь. Доступно достижение "Царь Горы". На время сохранения превосходства в уровне, пользователю будет открыт лист рейтинга сильнейших людей в вашем дистрикте

(открыть)"

Вся меланхолия и скука мигом слетели с его сонного мозга, словно вспугнутые воробьи. Виктор моментально очнулся от своего вялого тупняка, сглотнул, зачем-то помотал головой, воровато оглядываясь, и только после всей этой ненужной суеты нажал на выпадающий список.

1 место — Санитар (Виктор Савельев). Титул — Хитокири, уровень: 14.

2 место — Вулкан* (неизвестно). Титул — Прожигатель Жизни, уровень: 13.

3 место — Коллекционер (неизвестно). Титул — Собиратель Редкостей, уровень 13.

4 место — Доминик (неизвестно). Титул — Священник (изменено) Мессия, уровень 13.

5 место — Вереск (неизвестно). Титул — Стрелок, уровень 13.

6 место — Холод (неизвестно). Титул — Стрелок (изменено) Криомант, уровень 12.

7 место — Картограф (неизвестно). Титул — Программист (изменено) Тактик, уровень 12.

8 место — Вальтер (неизвестно). Титул — Мастер, уровень 12.

9 место — Сабр (неизвестно). Титул — Воин, уровень: 12.

10 место — Лисса (неизвестно). Титул — Философ-стоик, уровень: 12.

Дополнительно рядом с Вулканом моргала иконка.

* — Предыдущий владелец достижения: "Царь Горы". За провал задания им был потерян 14 уровень и весь накопленный в нем прогресс.

"Даже не знаю с чего начать… Почему у Лиссы такой низкий уровень?! Она ведь была сильнее меня до рейда. Причем ощутимо сильнее. И что за титул такой странный?!" — Хитокири, наконец, пробило на эмоции. Он возмущался и хитрым засранцам, что сумели поменять свой изначально бросовый класс на что-то более интересное, и странностям своей подруги, но в душе вместе с удивлением распространилась радость. Если имя Лиссы есть в списке, значит она жива.

"М-да, в итоге даже разбитый наголову Отряд забрал себе три места из десяти в этом списке. Впрочем, их песенка уже должна быть спета. Жаль, что показывают только десять первых мест. Уверен, что следующие десять остались бы сплошь за Орденом и Коллекционером. Разве что Серафим бы потеснил кого".

Санитар еще немного полистал коротенький список, потыкал во все кнопки, но ничего интересного больше не было, и он опять начал лазать по собственной Системе.

Открыл и со скуки начал читать описание всех его "Достижений", но потом плюнул со всеми этими процентами урона, резистов и прочего, вернулся обратно на главную страницу и вывел на экран описание последнего своего навыка, который ему дали за выполненное задание церковников.

"Поздравляем! Доступен новый навык: "Друг человечества". Использовавший способность пользователь в радиусе десяти метров подавляет любые деструктивные эмоции выбранных игроков (любых живых существ, кроме привязанных питомцев и искусственных объектов вроде голема). Откат: 1 час", — Гласил его журнал системных сообщений.

— Ну, неплохо, — Пожал плечами Виктор. Никаких других комментариев новое умение не удостоилось, поэтому хитокири еще немного полежал на жесткой, слишком короткой для него кровати, после чего со вздохом встал, и направился к выходу. Стоило хотя бы узнать, на месте ли вообще Доминик, после чего записаться на аудиенцию. Защитник-защитником, герой-героем, а к лидеру самой могущественной группировки в городе не стоит вламываться, открывая дверь ногой.

"Лицемерие, кругом лицемерие и навязанные нормы", — Раздраженно пробурчал он, гипнотизируя взглядом ручку двери.

"Надо попросить ширму какую, или стекло в нее врезать", — Мельком подумал Санитар, пока набирался смелости для выхода в коридор. Выйти-то он вышел, но дверная ручка подозрительно крякнула, а дверь перекособоченная дверь теперь не могла до конца закрыться, оставляя миллиметровый зазор между косяком и дверным полотном.

— Так даже лучше, — Весело отметил хитокири и с приподнятым настроением пошел вниз по лестнице. Кажется, секретариат Новых Христиан сделали в пристройке к главному храму. Ладно, на крайняк выцепит какого-нибудь служку ивежливо попроситпровести к Серафиму. А там и до главного кулича этой песочницы недалеко.

Виктор поправил веселенькую гавайку в красно-морковный цвет, скрипнул шлепанцами и неспешно почапал вниз, к фойе. Офигевший взгляд соседа он и вовсе не заметил. Впереди его ждал нелегкий разговор.

Глава 2

Вождей, при всей любви к ним, лучше видеть на портретах, а не живьем.

Войнович

Теперь, когда Санитар выглядел и ощущал себя человеком, а не грязным оружием, что небрежно кинули в ножны и забыли, он набрал достаточно уверенности для серьезного диалога. Дело оставалось за малым: убедить Доминика в том, что хитокири нужен ему куда больше, чем одинокому хитокири — сама церковь. Задача обещала быть нелегкой.

"Я помню, Коловрат. Помню, что ты хотел изменить этот мир, сделать его чище. Пусть и самыми грязными методами. Я всего лишь усталый прагматик, и давно не мыслю так глобально. Но ради тебя, ради всех моих друзей, ради несчастных жителей этого города я сделаю все возможное", — Твердо решил он, подходя к обугленным, разбитым воротам главного храма Андреевской церкви.

Его пустили внутрь без разговоров и вопросов. Цель прибытия Виктор назвал уже внутри. Заполошный секретарь с измученным, землистым лицом лишь сухо кивнул, нажал на кнопку рядом с собой, тихо сказал в микрофон пару слов и бросил: "ожидайте", проигнорировав возмущенный гул сидящих в фойе посетителей.

— Эй, почему это какой-то непонятный черт проходит без очереди. Я жду встречи уже второй день!

Один мужчина не выдержал. Вскочил с кресла, размашистой поступью подошел к Санитару, навис над ним в угрожающей позе. Монах за стойкой только вздохнул, но увещевать никого не стал, оставил скандал на откуп посетителей.

— А вы… — Хитокири бесстрастно мазнул глазами по фигуре своего визави, на долю секунды остановил взгляд на кобуре у плеча, после чего все также бесстрастно принялся смотреть в лицо собеседнику своим жутким немигающим взглядом.

— Я — Вымпел. Правая рука моего босса — Яноса, — С гордостью и презрением к непонятному парню в нелепой рубашке ответил мужчина, — Да, он тот самый лидер Сфинкса! Так что давай, мальчик, сядь на мое место и жди как положено. Ты же не хочешь проблем? — Его голос в конце фразы опустился до вкрадчивого шепота, а пальцы больно впились в плечо Виктора.

— Я бы рад, но не люблю занимать чужие места, — С легкой, даже придурковатой улыбкой ответил он. Разговор неожиданно позабавил отвыкшего от такой наглости Санитара. К тому же с его ростом в метр восемьдесят пять редко кто мог так легко нависнуть над ним, а в мужике напротив было не меньше двух метров. Прибавить плотное телосложение и дорогую даже на вид броню — выйдет натурально сцена с Давидом и Голиафом.

— А?! Ты че, не понял, боец? Я сказал: сел и прижухнул, пока мои люди тебя в городе до трусов не раздели! Что, саблю на шортах нарисовал и все — герой? Посмотрим, как ты с голой задницей будешь малевать оружие на стенах перед зомбарями.

Эту тираду Вымпел сказал уже довольно громко, так что на конфликт обратили внимание уже абсолютно все люди вокруг, включая снующих туда-сюда Новых Христиан. И если посетители в креслах корчили брезгливо-недоуменные мины, то люди в черных рясах начали бледнеть, хватать ртом воздух, а то и вовсе замирать на месте как суслики, отчего книги, кипы документов и иные предметы попросту валились у них из рук.

— Да, последний раз быть с голой задницей мне совсем не понравилось, — Задумчиво покивал своим мыслям Виктор, словно бы и не заметив бордового от гнева лица собеседника, — А, это я фигурально выражаясь. Уж прикрыться мне вещей хватило, — И снова раздражающая улыбка записного дурачка.

"Он что, совсем идиот? Монахи решили брать пример с Ивана Грозного и плодить юродивых?", — Санитар различил в общем гуле свистящий шепот одной из женщин. Ответа ее собеседника он не услышал.

— Понятно, — Неожиданно успокоился Вымпел, — Считаешь себя крутым и бессмертным? Сколько я уже повидал таких говнюков с задранным носом. Послушай совета старших: не нарывайся. Здесь нейтральная территория, но как только ты отсюда выйдешь, то я тебе припомню все эти кривляния разом.

— Окей, бумер, — Хлопнул ресницами Санитар и постарался как можно более достоверно изобразить невинное лицо. Вряд ли получилось хотя бы на 4 из 10, но у них здесь не театр драмы.

Мужчина недоверчиво уставился на собеседника. Отсылку он не понял, но по смешку одного из людей в креслах догадался, что над ним опять издеваются.

А Виктор вдруг почувствовал легкость. Как-то самой собой исчезло напряжение перед важным для него разговором, стало куда легче улыбаться и шутить, прямо как во время их странствий с Коловратом, Тедди и остальными. Даже исчезла неприятная зажатость в мышцах. Казалось, махни он сейчас шашкой — и голова его собеседника обзаведется ровным, выверенным до микрона разрезом. На волне этой шутливой энергии, жажды слов и действий, он почти решил попробовать, как в церкви появилось новое действующее лицо.

— Шел бы ты отсюда, Вымпел! — Раздался знакомый голос, и рядом с Виктором возникла приятная женская фигура с короткой стрижкой и неизменной полицейской дубинкой на бедре, — Привет, Санитар. Рада, что с тобой все в порядке.

Он оглянулся на нее, всмотрелся в волевое, но серое от усталости и пережитых чувств лицо. Искренность. Она была действительно рада его встретить. Бесшабашное веселье слегка притупилось, разбавленное легким чувством вины. Он ведь так и не встретился с ней. Не узнал как дела, не помянул Коловрата и тех парней из отряда, что погибли в рейде.

— Да, в порядке, — Неловко сказал он, но женщина, как ни странно, поняла, что он хотел до нее донести, и также неловко улыбнулась в ответ.

— А, так он из твоих карманных солдатиков, Элла? — Раздраженно повернулся к ней мужчина, — Так убери его в коробку, а то я и сломать могу ненароком.

— Ломалка еще не выросла, — Фыркнула женщина, — Он один стоит больше, чем вся моя команда.

Удивление, оторопь, беспокойство и злость как угли в глубине глаз. Вымпел, наконец, начал подозревать подвох, но уже не мог отступить, решил играть свою роль до конца.

— Звучит как-то не очень, — Нарушил тишину хитокири, — Мы же не на рынке. Хотя один овощ я все же наблюдаю, — Хмыкнул он, после чего дружелюбно махнул рукой недавней союзнице.

— Санитар? Пф-ф-ф, ты что, утки за больными выносишь? — Твоя команда настолько ослабла, а, Миротворец? — Презрительно бросил мужик. Реплику Виктора он проигнорировал.

Впрочем, только он один. Стоило только прозвучать псевдониму Виктора, как большая часть пришедших на визит к Доминику выпучила глаза и непроизвольно вжалась в кресло. А к самому Вымпелу тут же подскочил какой-то низкорослый игрок с полицейским щитом за спиной, и горячо зашептал своему боссу в ухо.

Тот по мере получения сведений все больше мрачнел, краснел, затем бледнел, а под конец вовсе налился нездоровой зеленцой. От неприятного зрелища унизительных извинений гордого бойца Санитара спас безымянный секретарь, что встал из-за стола, чтобы лично проводить "дорогого гостя" к главе фракции. Виктор лишь успел кивнуть Элле и услышать в ответ приглашение на чай, "а то и что покрепче" "как-нибудь, когда будет время". Номер комнаты она сунула ему в последний момент, впопыхах написав его на обрывке бумаги.

— Я приду, — Шепнул ей Санитар, проигнорировал мнущегося поодаль Вымпела, а затем прошел к неприметной двери сбоку от алтаря.

"Все же хорошо, что шутка не закончилась так нелепо. Надеюсь, этот Вымпел не держит на меня обиды", — Легкомысленно подумал он, до конца отыгрывая спонтанную роль.

На другом конце зала уже сам зачинщик ссоры молился всем Богам разом, чтобы Санитар не оказался мстительной сволочью, но тот уже и думать забыл об этом глупом инциденте. Впереди его ждала аудиенция с самым могущественным человеком в этом городе. Но Виктор больше не ощущал ни грамма беспокойства. У него есть цель, а средства он добудет сам. Не важно, с помощью одной одиозной группировки или нет. Ad majorem Dei gloriam (К вящей славе Господней).

* * *

Кабинет локального Мессии Виктора не впечатлил. Просторный, светлый, с милыми, даже пасторальными евангельскими картинами, парочкой больших, но удивительно уместных икон, светлыми обоями, простецким побеленным потолком. Пара кресел для посетителей, распятие над письменным столом и книги, книги, книги на старых советских еще стеллажах.

Они лежали небрежно, пополам со стопками бумаг, полуразвернутыми картами, непонятными свитками и даже свечными огарками. Резкий контраст по сравнению с идеальным порядком на столе главы церкви. Впрочем, судя по слою пыли, ими довольно редко пользовались. Но зачем тогда держать их и создавать бардак Санитар не понимал.

Сам Доминик тоже не вызывал какого-то особого благоговения, оторопи и вспышек ярости (ну а вдруг?). Хотя его внешность довольно сильно изменилась за последнюю неделю даже по сравнению с тем нечетким образом, который хитокири держал у себя в голове. Абсолютно белые волосы, какого-то молочного даже оттенка прикрывала белая же камилавка (цилиндр без полей), верхняя одежда напоминала таковую у виденного мечником по телевидению Патриарха Кирилла, только более удобную и с минимум золотой вышивки, а на сухих, совершенно старческих пальцах не было ни одного перстня.

Лицо лидера Новых Христиан показалось бы типичнейшим для священника, если бы не круглые очки, до рейда в институт точно не носимые, и слишком жесткая, бескомпромиссная линия рта. В остальном, первосвященник Ставрополя вид имел возвышенный и богоугодный, а его благосклонная, отеческая улыбка не казалась наигранной даже такому не доверчивому парню как один известный мечник.

— Я рад, что мы, наконец, встретились лично, Санитар, — Нарушил молчание священник, когда его собеседник сел, вернее, развалился в кресле перед ним, — Для начала, позволь мне поблагодарить тебя за силу воли и ту самоотдачу, с которой ты взялся за выполнение нашей священной миссии. В этом, не побоюсь этого слова, Крестовом Походе именно твои усилия позволили склонить чашу весов на сторону человечества. Только за них ты навсегда останешься другом для меня и всей моей паствы. Везде, где хоть что-то значит имя Новых Христиан.

У него не было ни характерного акцента, ни заминок или неправильных фраз, что проскальзывают даже у долго живущих в чужой среде иностранцев. Наверняка взял изучение языка в системе, тем более, хитокири видел что-то похожее, причем даже не в магазине.

Доминик говорил мягким, проникновенным, совсем не пафосным тоном. Описал их тяжелое положение, то, как помогли умения Виктора и готовность их применять во благо. Вплетал в свою речь личностные характеристики других участников рейда, вскользь, но с почтением и грустью отозвался о Коловрате и его "великой жертве"…

А Санитара начал пробивать холодный пот от интеллектуальной мощи политика перед ним. Доминик играл оттенками, его отеческий тон едва уловимо менялся до доверительного, а потом тихо, почти незаметно перетекал в близкий, почти интимный. Вызывал чувство, словно рядом сидит его наставник, друг, соратник по нелегкому делу защиты человечества. Умело подобранные слова вкупе с интонациями, жестами, даже с интерьером вокруг усыпляли внимание, ломали выстроенный Санитаром лед, усыпляли его недоверие, подозрительность, нежелание идти навстречу.

Хитокири пришел сюда настороженный, готовый к любому раскладу, вплоть до военного прорыва, но сейчас любая мысль противиться такому чуткому, понимающему лидеру, лучшему из возможных соратников и помощников в деле очистки города вызывала неприятие, какую-то неясную тоску и сожаление.

И от осознания подобной манипуляции Виктором овладело настоящее бешенство. Снаружи он оставался невозмутим. Все тоже бесстрастное лицо, легкие невербальные знаки в жестах и позе, что показывают о внимании к речи. Только раздувающиеся ноздри и немеющие кончики пальцев свидетельствовали о том, насколько близко сейчас лидер церкви к новым ощущениям от практики Иайдо.

Наверное, в себя хитокири привела старая мантра, вычитанная в давно забытой книги. "Магия всегда в незримом, это лишь иллюзии и миражи. Нельзя применить ее к тому, кто знает, как работает заклинание". Санитар знал.

Впрочем, Доминик и сам понял, что не добился нужного эффекта. Прервал себя на середине фразы, рассмеялся нарочито неловким тоном, посетовал на старческое славословие. А потом вдруг предложил ему чая. Другим, более живым, искренним голосом. И куда более властным.

"Цени мое доверие", — Виктор понял очевидный посыл.

— Могу ли я называть тебя по имени, сын мой? — Спросил он, пока явно артефактный чайник медленно заваривал в своих недрах питье из редких в городе чайных листьев.

— Как хотите, — Пожал плечами Санитар. Ему уже надоело ходить вокруг да около, пытаться прощупать ситуацию через намеки в обсуждении прошедшего рейда и следить за аналогичными действиями собеседника. Уж лучше так. Более прямо, более откровенно.

— Тогда ответьте мне всего на одну вещь, ВиктОр, — Сказал мужчина, почему-то перекроив имя своего визави на французский манер, — Я могу вам верить?

Неожиданный вопрос на секунду выбил его из колеи. Однако Санитар собрался, на мгновение прикрыл глаза, затем принял из рук Доминика белую, исходящую паром чашку:

— Нет. Во имя всех Богов и Святых, разумеется — нет.

Травянисто-зеленый напиток красиво подсвечивался изнутри лучом выглянувшего из-за туч солнца. А священник напротив вдруг рассмеялся приятным, располагающим себе смехом.

— Чего-то подобного я и ожидал от тебя, сын мой. Зато теперь я окончательно определился со степенью МОЕГО доверия к тебе, — Он с удовольствием пригубил напиток, несколько секунд погрел озябшие руки на чашке, опустил ее:

— Тогда спрошу по-другому: могу ли я рассчитывать на твою помощь в борьбе с чумой, что поразила этот город?

— Какова ваша цель, Владыко? — Видит Перун, Санитар устал играть в эти игры. Ему хотелось снова выйти на бой, испытать свои новые способности в драке на пределе возможностей, чтобы дрожали руки и болели раны. Хотелось видеть улыбки на лицах тех немногих, кого он еще мог назвать друзьями. Хотелось видеть чистый, ЖИВОЙ город. Такой, каким он был прежде. И никакого желания возиться в подковерной борьбе.

— Я должен справиться с этой заразой, — Просто ответил Доминик. Слишком просто для него. Но священник неожиданно для Санитара пояснил собственные слова:

— Видишь ли, я всегда искал цель в жизни. Хотел стать кем-то важным, незаменимым. Новым святым, если угодно. Принести в мир так много добра, что… Не важно. Гордыня, скажешь ты, и будешь по-своему прав. Но не она вела меня. Нет, потребность в служении — вот что увидел во мне Господь.

Я долго думал, за какие же грехи Он услал меня в этот маленький, совершенно не важный город совершенно другой конфессии. Но после Катастрофы мне все стало ясно. Я нужен людям, нужен человечеству, чтобы остановить Конец Света. Лишь наша вера повергнет в прах дьявольских отродий. Я вижу, ты такой же. Ты мечтаешь спасти этот город. Поверь, в моем лице ты найдешь самого преданного соратника, самого дорогого друга, самого полезного союзника. Мы вместе способны остановить этот кошмар, ВиктОр. Боюсь, порознь у нас станет слишком мало шансов.

"Все, вот они — карты на стол. Доминик разыграл самую сильную свою карту — искренность. Да, падок я на нее, что и говорить".

Санитар колебался. Он сам видел, что никто больше, чем Мессия в кресле напротив не заинтересован в очищении города и уничтожении нежити. Но вот его личность…

Фанатизм самого дурного пошиба. Низколобые мусульманские террористы даже рядом не стояли с этой мягкой, но неумолимой силой. Воистину, soft power — любимое оружие Европы. Еще более опасное и непредсказуемое в руках таких как его визави. С абсолютной верой в собственную исключительность, тем более жуткой, чем более выдающийся ум ее проецировал.

Это был настоящий религиозный фанатизм, дух святой инквизиции, что вдруг появился через маску преподобного отца, просочился сквозь прикрытые улыбкой и толстыми стеклами очков глаза.

Фанатизм Джордано Бруно и Савонаролы, Яна Гуса, Робеспьера, папы Урбана II. Доминик верил в свои речи, в свое предназначение и особый путь. Люди интересовали его лишь как полезные инструменты или досадные помехи. Иногда, в случае Санитара, как возможности, перепутье. Но никогда — как субъекты. Те, с кем можно считаться.

Его улыбка походила на последнего настоящего президента Америки — Рональда Рейгана. Тот тоже верил в свои речи, в четыре свободы, в правительство людей над людьми ради людей. И готов был на все, чтобы претворить эти идеалы в жизнь.

"Мое первое впечатление было хорошим… Рузвельт в самом деле обладал доброжелательной улыбкой, улыбкой "Колгейт". Но, на самом деле эта жизнерадостная маска прятала фанатизм самого твердого сорта. И вот здесь — драма. Опасный ублюдок. Он был готов убить три четверти человеческого вида, чтобы выжившие жили в демократии" — Так отзывался о Рейгане французский интеллектуал и фашистский коллаборант Пьер-Антуан Кусто.

Похожим образом отозвался бы о своем собеседнике и Виктор, с одной небольшой разницей. Вирус и так выбил даже не три четверти, а девять десятых человеческого вида, по крайней мере в отдельно взятом городе. А Доминик без вопросов утопит в крови оставшихся ради своего понимания справедливости.

— Да, вы можете на меня рассчитывать, — С горечью в сердце отозвался Санитар на скрытое предложение священника. Потому что выбирать не приходится. Потому что здесь и сейчас действует принцип меньшего зла, а игра все же стоит свеч.

Глава 3

Лучше маленькая рыбка, чем большой таракан.

Владимир Ленин

После ответа Санитара в небольшом светлом кабинете установилась небольшая, но отнюдь не светлая тишина. Мессия в кресле лишь коротко кивнул в ответ на согласие своего собеседника, после чего принялся задумчиво помешивать чай тонкой серебряной ложечкой.

А Виктор вдруг понял, что именно в этот момент решается его будущее. Потому что оппоненты с такими знаниями, силой и уровнем доступа должны быть либо своими либо мертвыми. И у обоих сидящих в комнате людей хватало умений, выдержки или ресурсов, чтобы уничтожить другого.

Пауза затягивалась. Санитар уже с долей фатализма подумал, что Доминика придется убивать и даже прикинул как. Но вот, когда ему уже казалось, что таинственная рука выводит на стене письмена, предрекающие конец ему и его "царству": «Мене, мене, текел, упарсин» — «Исчислен, взвешен, разделен». В этот самый момент его визави нарушил тишину.

— Я рад, действительно рад твоей силе духа, морали и здравому смыслу, — Улыбнулся Доминик, сделав вид, что не заметил оценивающих взглядов и напряженных мышц собеседника, — Не стану ни предлагать тебе вступление, ни давить обязанностями или топтаться по совести. Только честная игра, — святой отец с удовольствием пригубил ничуть не остывший напиток.

— С тебя требуется лишь добровольная помощь, а с меня поддержка — материальная и моральная. Ну и особый статус, раз уж я знаю про одно твое интересное задание. Кстати, как ты смотришь на то, чтобы стать частью Пантеона Новых Христиан?

— Что? — Санитар не выплеснул всю чашку лишь из-за невероятного даже по меркам других игроков контроля над своим телом. Однако шок от знания Домиником того неоднозначного задания, по всей видимости, сгенерированного алтарем, мечник показал очень четко.

— Мог бы так и не удивляться. У меня единственного есть устойчивая связь с алтарем, конечно же я в курсе всех других попыток контакта или просто их возможности. Положение обязывает, знаешь ли.

— Да, звучит логично, — Признал хитокири и немного успокоился.

"Он не читает мои мысли. Он не читает мое Окно Персонажа. Он не знает о…"

— Ты, кстати, так и не ответил на вопрос. Да и задание до сих пор не подтверждено, — Заметил священник. Виктор замялся:

— Я не слишком подхожу на роль морального ориентира.

— Все мы не без греха, — Легко отмахнулся Доминик, — Как ты можешь знать, апостол Пётр трижды предал Христа в один день, еще до крика петуха. Так что не стоит ощущать какую-то ответственность. Сама твоя личность уже соответствует всем возможным критериям. В конце-концов, будь это не так, и ты, сын мой, не получил бы настолько серьезное задание. Жаль, что отнесся к нему излишне легкомысленно. Ох, молодость…

— Чем мне это грозит? — Сдался хитокири, проигнорировав последнюю реплику.

— На самом деле, от тебя не потребуется ничего сверх простого подтверждения. Да, ты стал святым. Да, система подтвердила. Я кстати, могу дополнить этот запрос. Зайди в свой список заданий.

Виктор с неохотой открыл Окно Персонажа и вывел на первый план описание задания.

"Святой нового пантеона". Помогите христианству распространится на территории игровой зоны "город Ставрополь".

Цель 1:установите не менее трех стационарных алтарей в ключевых точках.

Цель 2:Проведите неделю не убивая ни одного игрока (человека с активной Системой).

Цель 3:Спасите жизнь или окажите равную по значению услугу не менее чем десяти игрокам. Счетчик: (6/10)

Награда:

Уникальный навык: "Аура Святости".

Уникальный навык: "Непогрешимый".

Получен запрос на дополнение задания. Принять?

Да/Нет.

Внимание! Согласие с модификацией миссии означает автоматическое согласие на ее выполнение.

"А, черт с тобой. Слишком хорошо выглядит".

Буквы перед глазами расплылись, чтобы через пару секунд вновь собраться в связный текст. На самом деле изменилось не так уж много: условия выполнения остались теми же, как и само название. Добавилась лишь награда:

Награда:

Уникальный навык: "Аура Святости".

Уникальный навык: "Непогрешимый".

Уникальный навык: "Аватар". (Ограничение — 20 уровень)

Уникальная ветка навыков: чудеса.

Дополнительный титул: святой — Георгий Победоносец.

— Это меняет дело, — Хрипло сказал мечник, пока его оппонент смотрел на него с легкой иронией.

Виктор подозревал, что Доминику эти дополнительные награды ничего не стоили, но все равно был благодарен, так сказать, иррационально.

— Итак, ты официально станешь святым. Наравне с Александром, Филаретом, Коловратом и Серафимом.

— Последний будет покровителем страждущих и бездомных. Я больше не смогу отпускать такого буквально незаменимого человека в город, но здесь вы можете встречаться сколько угодно. Он уже выполнил свое задание и сейчас занимается многочисленными беженцами. Организовывает дома призрения, лечит раны, улаживает конфликты… Много чего. Уже умершие святые будут покровителями разных общин вокруг малых алтарей, а ты — странствующий покровитель воинов и боевых Орденов. Когда мы их создадим, разумеется. Но и ты, ВиктОр, пока официально свое задание не выполнил.

— Хорошо, я согласен. Можете объявить обо мне, как только я закрою квест, — Смирился Санитар, — А что насчет вас самих? Святой Доминик, покровитель общей церкви? Или местного собора?

— Я лишь наместник Бога. Сказано: не суди и не судим будешь. Этот завет сложно выполнять как положено, но вот судить самого себя уж точно будет грехом гордыни. Так что решать, достоин ли я рукоположения или нет будут только после смерти или отставки. Коловрата, кстати, нарекли святым Константином.

— Он же вообще был язычником, — Недоверчиво покосился на священника хитокири, — У вас, что, совсем ничего, гм, святого нет?

— Он раскаялся и принял христианство в комнате с Проклятым Троном. Я почувствовал это через алтарь, — Без улыбки отозвался Доминик.

— Ладно, делайте, что хотите. Зачем только объявлять покровительство за что-то конкретное? Сделали святым и вся недолга.

— А, в собственной области такой человек будет сильнее обычного. Например, если ты станешь покровителем битвы и воинов, то сможешь благословлять каким-нибудь усилением или что-то в этом духе. А когда дорастешь до Аватара, то будешь получать опыт за каждый успешный бой своего адепта. Там много нюансов, и знать их тебе сейчас абсолютно бессмысленно. Только забьешь себе голову, сын мой.

— Хорошо, — не стал спорить Виктор, — Давайте тогда обсудим, что от меня требуется…

Этот разговор вышел таким же долгим, как и словесные кружева в начале беседы. Доминик снова принялся прощупывать границы возможного, Санитар — выпускать иголки, да хлестать чай чашку за чашкой. Но, в конце-концов, они пришли к некоторому соглашению.

Хитокири должен будет выполнить несколько их заданий. При этом ему рассказывают всю подноготную и объясняют необходимость конкретных действий, снабжают по запросу и так далее. Кроме того, как только Санитар станет святым — он тут же получит кресло в формирующемся Совете — законодательном и судебном органе, что будет определять большую часть жизни на подконтрольных церковникам территориях.

У Доминика был хорошо проработанный план с пропорциональными квотами, интеграцией других группировок с определенным количеством мест в совете, несколько автономных должностей и многое другое. Пока система была в сыром виде, так что Виктор не хотел тратить время на выслушивание всего. Вот как утрясут все вопросы с присоединением города, так и можно будет расспросить да поучаствовать. А пока…

— Расскажите мне об обстановке снаружи, — Попросил Виктор.

Он был готов снимать лапшу с ушей, но Доминик рассказал все быстро и тезисно.

Отряд заперся на ж/д вокзале, отдав всю оставшуюся территорию и отпустив большую часть гражданских. Точнее, просто откупился ими от военных и Сфинкса. Монахам после нападения было решительно не до них, остальные группировки бояться больших потерь и штурма вокзала в ближайшее время ждать не приходится.

"Скорее всего они планируют сменить базу или уйти в подполье, чтобы устроить нам партизанскую войну. Поэтому мы должны как можно скорее завершить преобразование церкви, пока Отряд не пришел в себя", — Озвучил вывод Доминик. И звучал тот вполне логично, пусть и слишком пессимистично для такой чистой победы, как при Андреевской церкви.

"Орден Карающей Длани себе на уме, согласны на сотрудничество, но вряд ли обрадуются покушению на свою автономию. С ними можно и нужно договариваться, но это также отнимает ресурсы".

"Армия претендует на роль объединителя, самый опасный конкурент после зализывающего раны Отряда 9-19. Вереск имеет военную технику, самый крупный контингент боевиков в городе, а также большие амбиции. У них есть дезертирство, но необходимы переговоры и компромисс. Опыт Отряда уже показал, что конфликты ведут в никуда".

Такими были выводы по политическому раскладу, который озвучил Доминик. Он лишь добавил, что Орден сейчас на полпути к решению проблемы Террариума, Армия в процессе смены локации, а Сфинкс…

— А вот о Сфинксе я бы и хотел тебя попросить, сын мой. Они тоже пострадали и от Отряда, и от монстров. Их склады богаты, но слишком далеко расположены, количество людей все уменьшается, а новых найти в том районе не так-то просто. Сфинкс колеблется, ВиктОр. Они уже показали себя добрыми друзьями, когда выступили вместе с церковью против общего врага. Но нам нужны решительные победы или горячая поддержка для них, чтобы эта ЧВК отринула гордыню, приняла оливковую ветвь из моих рук.

— Они не хотят быть на вторых ролях? — Догадался Санитар.

— Я уже предложил им очень хорошие условия. Автономия, место внутренней полиции и несколько мест в новой Думе. Они почти согласны, но многое упирается в риск переселения. Видишь ли, глава "Сфинкса" — Янос — уже посылал несколько разведчиков. Мы — тоже пытались отправить проводников. Но все они упираются в определенную границу. Некоторые люди погибли, другие — пропали без следа. Все что я знаю — там поселился Кошмарник. Возможно — там только его логово. Возможно — вкупе с какой-нибудь локальной аномалией. Поэтому я и хотел попросить тебя узнать, в чем дело, и, по возможности, устранить угрозу.

— Да, это важная миссия, — Признал хитокири, — А сколько вообще таких вот Кошмарников в городе?

— Никто не скажет тебе точных цифр, но… Вряд ли больше дюжины, может двух десятков. Слишком уж страшны эти нехристи. Но нет худа без добра, — Простодушно улыбнулся священник, — Видишь ли, там где живет Кошмарник почти всегда не остается ничего живого. Ни людей, что прискорбно, ни зомби или других богомерзких тварей, что просто Спасение Божие. Потому что даже один-единственный Кошмарник убивает их немногим меньше, чем ты сам.

— То есть они полезны? — Недоверчиво уточнил совершенно запутавшийся Санитар, — Зачем тогда мне его убивать?

— Они полезны в начале, — Поправил Мессия, — Потом они лишь кружат вокруг своих угодий, а найденными зомби зачастую брезгуют. Срок их полезности уже давно истек.

— Тогда не будем тянуть время. Мне потребуется заглянуть к вашему кладовщику. Нужно получить еще свою награду за рейд, продать некоторые вещи, купить новую броню…

— Насчет последнего не беспокойся, сын мой. Я выдам тебе лучшее, что у нас есть на складах. Из подходящего конкретно тебе, разумеется. Не стоит, — Поднял он руку, предвосхищая возражения хитокири, — Считай это моим вкладом в лучшее будущее. Я же говорил, что буду поддерживать тебя во всех начинаниях.

— Благодарю, отче, — Уважительно кивнул ему Виктор и встал из-за стола. Их разговор подошел к концу.

— Благослови тебя Бог, сын мой, — Степенно ответствовал ему священник, — Детали задания тебе расскажет отец Дормидонт. Ступай.

Санитар еще раз кивнул, и, погруженный в свои нелегкие думы, покинул гостеприимный кабинет.

* * *

За хозяйство и выдачу запасов отвечал прокуратор Дормидонт. Абсолютно невзрачный мужик с ранней сединой и простоватым лицом — он имел слабую, но довольно яркую ауру, а также цепкий взгляд из-под кустистых бровей.

Виктора хозяин склада при церкви встретил типичным брюзжанием недовольного хозяйственника. Долго ворчал о "недолжном расходовании казенных средств", несколько раз перечитал электронный приказ от Доминика, попытался надавить на самого хитокири через пристальный и очень, нет ОЧЕНЬ осуждающий взгляд. Впрочем быстро сдулся, стоило его визави нацепить свою обычную мерзкую улыбочку.

— Так значит ты и есть энтот Санитар? Кого только черти… ох, прости Господи, судьба ко мне не приводит. Владыко в письме сказал тебе всячески содействовать, но ты не увлекайся, парень. Нам и на своих-то вещей не хватает…

— Он говорил насчет брони, — Нетерпеливо перебил мужчину Виктор. Его оппонент заохал, закряхтел, но все же поднял свое седалище с кресла, чтобы принести откуда-то из глубин склада большой матерчатый ворох.

— Вот она, бронька твоя. Кушай, в смысле, носи и не обляпайся. Хотя она сама очистится, сама зашьется. Прямо мечта всяких недорослей. Могла бы еще работу за них выполнять, вообще б с руками отрывали…

Санитар не слушал. Он быстро закинул предложенную кучу ткани внутрь, и уже сам читал описание, а также рассматривал 3D-модель вещи на себе любимом — Система предоставляла и такую возможность. Правда, молодой человек в упор не помнил, когда такая опция у него открылась.

Первым чувством, которое его посетило, оказалось разочарование. Больше всего выданный комплект "брони" походил на смесь той походной рясы, что носил Серафим, с понтовым приталенным плащом по последнему писку моды. Узкий, облегающий верх темно-зеленого цвета, как френч или сделанный по мерке костюм, переходил в подобие шаровар, при этом куча лишней ткани свисала вниз на манер мантии, а сверху топырился довольно объемный капюшон. Вкупе с длинными рукавами смотрелось странно, но на диво органично, хотя как в таком двигаться на привычных ему скоростях, Виктор понимал плохо. Пока не глянул на описание.

Амуниция:

"Тканевый комплект брони: "Комбинезон призрака".

Бронежилет класса — 1 (Пистолет Макарова/Автоматический Пистолет Стечкина, стальной сердечник). Защита корпуса и ног.

Бронежилет специального класса (только холодное оружие) — Остальные части тела за исключением лица.

Специальная особенность: самоподгонка под пользователя.

Специальная особенность: самопочинка.

Специальная особенность: самоочистка.

Специальная особенность: модульная матрица движения*.

* — Модульная матрица корректирует и улучшает движения пользователя. Подстраивает под микросокращения мышц, убирает природную ассиметричность организма, убирает мелкие и неосознанные ошибки в движениях пользователя. Прогнозируемый рост эффективности — 13,2 %

Ограничения:11 уровень, боевой титул, ловкость не ниже №%А пунктов, отказ от огнестрельного оружия".

— Даже не знаю, что сказать, — Задумчиво протянул хитокири. С одной стороны, "специальные особенности" комбинезона выглядели невероятно привлекательно. С другой стороны — именно защиту он давал довольно слабую, на уровне его прошлой, нубской амуниции. При этом совсем не прибавлял никаких первичных характеристик, зато имел драконовские ограничения.

Собственно, вряд ли кто-то из монахов вообще мог его использовать, с такими-то требованиями. Но комбез был объективно хорош. Не давая лишних, а, в общем-то, скорее вредных в нынешнем положении Санитара статов, он все равно увеличивал его эффективность. К тому же его не нужно чинить, подгонять по фигуре, а последняя особенность — модульная матрица — вообще что-то из разряда мечты.

"М-да. В итоге Доминик впарил мне не нужную ему самому, но невероятно ценную для меня вещь. Узнаю почерк мастера", — Хмыкнул Виктор. Терять времени он не хотел, так что сразу же облачился в предложенную броню. Несколько экстравагантный внешний вид, но на свой лад внушительный, а больше ему и не нужно.

— Подошло? Ну и пользуйся на здоровье, — Подозрительно добрым и ласковым тоном сказал ему дед. Хитрый прокуратор на волне радости от подарка хотел скостить немного положенную награду.

"Ха, наивный!"

Следующие пятнадцать минут оказались наполнены яростным, непримиримым торгом, где каждый стоял на своем.

Честно говоря, большая часть награды Виктору оказалась без надобности, но ее все еще можно было свести к кристаллам Некроса или хотя бы принятым в Ордене и Церкви жетонам. А уже на них купить что-то более существенное. Плюс, он решил не изображать из себя ходячий склад с ингредиентами, поэтому и его собственные запасы тоже оказались предметом торга. Возможно, в Ордене дали бы большую цену, но когда он там еще окажется, хитокири не знал.

— Что?! Кристалл за три жилы ленточника? Побойся Бога, парень, не меньше пяти..!

В итоге Виктор распродал практически все запасы, в том числе редкости, вроде пепла Вендиго и его первой жертвы, посох шамана ихтиноидов, а также обе духовые трубки. Жаль, но он больше не мог использовать даже метательное оружие без конских штрафов.

Еще когда Санитар листал Систему, он нажал на колонку штрафов и ему раскрылся увеличенный лист. Список оказался весьма внушительным, и теперь там, судя по всему, с десятого уровня, красовался штраф за ЛЮБОЕ дальнобойное оружие. Также усилился штраф на работу в группе и появились (или, по крайней мере, стали видимыми) многие другие мелочи.

Выяснился и другой малоприятный факт, теперь уже связанный с полученным "Аристократом крови". Виктор слишком поздно обратил внимание на сухие строки: эффективность зелий, эликсиров и баффов. Начиная уже с двенадцатого уровня, организм такого продвинутого игрока сам перебарывает заражение от простого зомби. Вирус таким людям не грозил, разве что от нежити со специальной способностью к усиленному заражению. Но таких он еще не встречал.

К сожалению, были и минусы. Его тело уже слишком сильно ушло от обычного человека. поэтому легкие зелья или эликсиры на него больше не действовали, а чужие баффы теряли половину эффективности. Будь он просто высоким уровнем, то такая сомнительная фича открылась бы ему лишь на пятнадцатом, но модификация "Переливания крови" резко усилила его резистентность. В том числе к полезным эффектом, ага.

Впрочем, были и положительные стороны: наркотики, алкоголь, боевые отравляющие вещества и прочая дрянь также фатально потеряли в эффективности. Ну хоть декокты шли отдельной статьей, их сомнительная ценность никак не порезалась.

Но даже так Виктор основательно прибарахлился, выгреб у старика весь его запас полезных ему бутылочек, мелких артефактов и других нужных походе мелочей.

Три вечные розетки, несколько универсальных проводов для бытовых устройств или смартфонов, удлинители ушей, вечная фляга с неиссякаемым запасом питьевой воды, несколько складных стаканов с функцией обеззараживания, небольшой обогреватель, пара зажигалок, ящик тушенки, макароны, крупы, печенье, походный котелок, спиртовка на воде вместо спирта, бинокль, пара теплых пледов, даже коврик под задницу.

Вышло довольно дорого, но Санитар уже устал жить впроголодь, спать на голом бетоне, а также везде и всюду ужиматься в надежде на светлое будущее. Настало время перестать экономить на собственном комфорте.

К тому же прокуратор Дормидонт пообещал его снабжать святой водой в любых количествах, и даже не поморщился от двух пятилитровок. Вроде бы фигня, но она показала себя довольно эффективной против нежити, а хитокири не хотел отказываться даже от самого незначительного преимущества. Насмотрелся уже на высокоуровневых монстров.

Тем более, что одна из пятилитровок имела особый состав, что наносится на меч. Нечто среднее между материальной водой и благословением. Точнее, благословение завязанное на материальный объект. Обновлять раз в сутки, состава хватит чуть ли не на год использования, при этом он стоит не дороже обычной воды, так что хитокири и взял ее на всю положенную ему котлету.

Из Системных же предметов ему достались три старших зелья здоровья, три средних, а также одиннадцать малых. Последние брал скорее в расчете на помощь случайным людям или средство обмена, чем на свой слишком рано заматеревший организм. Другие люди таким иммунитетом похвастаться не могли, так что надежнее зелий предметов на обмен он не видел. Включая жетоны или кристаллы.

Все бы ничего, исцеляющая способность старшего зелья здоровья велика, но вот откат раз в сутки серьезно беспокоил. В институте их приходилось пить буквально на грани возможных сроков, рискуя получить вместо исцеления лишь интоксикацию да расстройство желудка.

"Ну что ж, меньше буду рисковать. Или надежнее действовать", — Решил Виктор.

Кроме всего вышеперечисленного, он взял несколько декоктов. За них завхоз воевал до охрипшего горла, но все же был вынужден отступить, когда увидел напАдавший с уникальных монстров дроп.

Итак, первым делом Санитар положил глаз на тройку бывших в наличии декоктов истинного зрения. Микстура считалась настоящей панацеей против любых видов непрямых воздействий, порч, медленных ядов и тому подобного урона. Стоила много, но практически каждый высокоуровневый боец Отряда 9-19 имел обыкновение таскать с собой эту невзрачную бутылочку. Нужна ли бОльшая реклама?

Тем более, именно эта микстура помогла им с Коловратом победить Вендиго. Точнее, хотя бы увидеть его в той странной аномалии. Небольшая цена за иммунитет ко всякой хрени.

"Будь она у меня, я бы, наверное, и тем призракам из бара накостылял. Только теперь дошло: чтобы убить кого-то, с ним надо взаимодействовать. То есть у них были материальные тела, просто в другом измерении. Да уж, затупил. И зеркала, как назло, не нашлось. Но лучше поздно, чем никогда".

Кроме "истинного зрения" он приобрел декокт "командной игры", что позволял чувствовать всех союзников в радиусе десяти метров на небывалом уровне, словно свое собственное продолжение. У микстуры было ограничение на тринадцатый уровень, так что старик особо не ворчал.

Зато за последний декокт — "Строгой сути" — прокуратор воевал до последнего. Но все же уступил, не в силах устоять перед "сердечной жилой псевдоколониального некроорганизма", что бы это ни значило.

Сама микстура обладала довольно-таки туманным описанием. Санитар понял только то, что эта настойка каким-то образом разом повышала ментальные силы пользователя до запредельных высот. Выпивший ее человек задействовал вычислительные мощности всех позвоночных существ в радиусе километра. И все ради решения одной единственной поставленной задачи. Момента, когда ситуация кажется абсолютно безвыходной. Как суперкомпьютер, вся мощь которого брошена на решение одного единственного уравнения. Подобный декокт следовало назвать "последним шансом" или "аргументом королей", но уж как есть.

Напоследок Виктор не удержался, и приобрел на положенные ему семь кристаллов Некроса шесть амулетов, наподобие того, что когда-то отдал ему Коллекционер. Они назывались: "амулет случайного шанса", и могли выдать как что-то нужное или интересное, так и полную фигню. У того же Коллекционера похожий амулет стал показывать погоду на завтра.

"Эх, ну есть во мне азарт и любовь к сюрпризам, что уж тут поделать. Да и от тех семи кристаллов мне ни жарко ни холодно", — Утешал себя Санитар, слегка расстроенный собственной импульсивной покупкой, — "Где-то убыло, где-то прибыло".

— Все? — Коротко спросил его Дормидонт.

— Все, — Также лаконично отозвался Виктор. А затем помотал головой, — Нет, блин, не все. Покажи-ка мне территорию церкви и ее расширение. Да, и сбрось по Системе карту до этих Кошмарников…

Из Андреевского Собора новый, обновленный Виктор выходил налегке, но с глубоким чувством удовлетворения.

Интерлюдия Лиссы. Вопросы и ответы

Хижина никак не хотела загораться. Лисса раз за разом подносила к ней аляповатую медную зажигалку, но безотказный огонь в этот раз просто тух, словно под порывами ветра. Жаль, но ее способность не распространялась ни на что, кроме собственного тела, поэтому огонь все еще оставался таким слабым и неверным.

Девушка недовольно нахмурилась, на кукольное личико наползло выражение типичной женской обидки, разве что слегка наиграннное, как у актеров азиатских дорам. Что поделать, не имея возможности говорить, не владея толком языком жестов, приходилось доносить информацию через язык тела. Впрочем, Лисса не жаловалась. Два месяца назад было хуже, намного хуже. Пока Мама не забрала ее к себе…

Зажигалка снова впустую чиркнула колесом, и терпение девушки лопнуло. Рывок вперед, привычная паутина самоограничений, что пробуждала тело, делала его легким, а разум — холодным и острым. В этот раз не нужно считать траектории и вероятности, прикидывать уязвимые места, вводить новые правила. Всего лишь слабое место силы и убогая, совсем не рациональная постройка.

Пара ударов ногой выбили дверь, следующие — разбили единственное окошко, кулак выбил пыль и превратил в обломки старомодный топчан. Красавица вихрем прошлась по помещению, сломала все, что смогла и до чего дотянулась, а затем просто подожгла обломки.

На этот раз огонь радостно затрещал уже с первой попытки. Что бы ни защищало хижину анахорета, погасить огонь изнутри неведомое благословение (или барьер) не смогло. Лисса еще пару раз чиркнула колесиком, подожгла более мелкие кучки в углах, после чего вышла наружу.

Труп монаха оставался там же, где она его достала: разорванное на три неравных куска тело практически не кровило, лишь борода вобрала в свои колтуны целый поток багровой жидкости. Вкупе с открытым ртом и закатанными белками глаз покойный напоминал поверженное чудовище, а не скромного праведника.

Все правильно, ведь он им и был. Мама не может ошибаться.

Лисса остановилась около тела, села на корточки. Предстояла самая нудная и нелюбимая для нее часть. Вырвать сердце и спрятать его в инвентарь было куда проще. Здесь же собственный титул мало мог помочь в этом: головы никак не хотели отрываться чисто, вместо этого норовя отдать одну челюсть, или скользить в руках, заставляя невольно срывать ногтями кожу с лица, а то и вовсе лопались в нежных пальчиках словно перезрелый арбуз… Или нагноившийся нарыв.

Так что пилить тело приходилось по-старинке: небольшим, но очень острым напильником, подарком одной из боевиков Детей Мораны. Кажется, та девушка хотела добиться взаимности, но потом сгинула на следующий же день, и ничего не вышло. Даже немного жаль.

Тем временем, голова благополучно отделилась от тела. Лисса быстренько прибила остаток тушки к ближайшему стволу, после чего внутренне напряглась. Осталось самое сложное и серьезное дело — Пень.

Да, именно так, с большой буквы. Мама сказала, что голову должно быть хорошо заметно, "оставь ее на каком-нибудь пне". Но пни не бывают какими-нибудь! У них есть кругляшки!

Первое поваленное дерево ожиданий не оправдало: годичные кольца располагались криво, да еще и центральный круг больше походил на кляксу. Второе дерево казалось слишком пористым. Третье — и то, и другое сразу.

Честно говоря, девушка и сама понимала, что одержимость ровными и гармоничными вещами не слишком удобна, может даже не совсем нормальна, но поделать с собой ничего не могла. Стоило ей посмотреть на неровный срез чего бы то ни было, как что-то внутри обрывалось, в диафрагме разгоралась душная тревожность, которая лишь крепла по мере игнорирования, а от нервного напряжения начинал дергаться глаз и неметь пальцы.

К счастью, такое случалось не слишком часто. А уж приступы, в которых приходилось бегать по городу и, к примеру, искать улицу с двумя одинаковыми цифрами (вроде 11 или 22), происходили того реже, примерно раз в неделю. Последний застал ее ночью во время важного задания Матери, так что пришлось нелегко как ей, так и ее ненужным спутницам. Пришлось сломать ногу самой говорливой, чтобы они отстали. Лисса искренне не понимала, как с такими приступами борются остальные жители города, особенно большая часть слабосилков. Наверное поэтому людей и осталось так мало.

Достаточно ровный пень нашелся достаточно быстро: всего лишь двадцать минут упорных поисков, и почти столько же — очищение древесного обрубка от сучков, коры и корневища.

Пришлось тащить его до пылающей хижины, ставить рядом с телом старика, водружать голову ровно на центр. Все, ЕЕ поручение выполнено. Дело осталось за малым.

Девушка осторожно вытащила подарочную коробочку из кармана своего кардигана, пару секунд полюбовалась на ее содержимое, после чего захлопнула ее, положила на видное место. Дальше в ход пошла толстая перьевая ручка и плотная бумага, почти картон, найденная в хижине Отшельника.

Печатная надпись красивым, каллиграфическим почерком: "Не ищи меня…" с парочкой мокрых разводов, вырезанное прямо рядом с потеками крови одно-единственное слово: "Λύσσα".

Слезы сами собой полились из глаз. Девушка лишь недоуменно смахнула пару капель, изо всех сил пытаясь сдержать постыдные всхлипы. У нее получилось, но из-за тяжести в груди оказалось тяжело набрать воздух. Она открыла рот, но вдруг словно подавилась воздухом, захрипела:

"А-а-а…"

— …А — И открыла глаза.

Не было никакого леса и никаких пней: девушка уже четвертую ночь спала на базе Детей Мораны, а не там, где застигнут ее внезапные сумерки. Нет и подарка: девушка сама положила его, сама дождалась адресата, а нырнула в темную чащу за бывшей хижиной только когда увидела лично, что ее послание достигло цели.

Лисса повернулась влево, к маленькой колченогой тумбочке, на которой нелепо стояли большие настенные часы. Пять тридцать утра. Шесть часов сна, довольно неплохо. В прошлый раз проспала не больше четырех. Хотя все равно осталось еще больше часа до ее официального пробуждения. Сегодня выход на очередное задание, поэтому пришлось побыть хоть немного более пунктуальной, чем обычно.

Но сейчас Лиссу волновал не очередной выход за пределы базы. Снова отрывки из прошлого, причем надоевшие, каждый раз одни и те же шесть-семь фрагментов. А в последние дней десять и вовсе три-четыре… Неприятно. Девушка знала, что люди могут видеть какие-то свои, удивительные сны, в которых происходят вещи, в реальности никогда не происходившие, но представить такое не могла. Как могло Альфе сниться, что она стала рыбой и плавала в Комсомольском пруду. Она же ведь ей не была, верно? Потому что у ее миленькой подружки совершенно другая способность.

"А может она подчинила рыбного призрака? Или призрака рыбы..?", — Лисса запуталась и бросила над этим думать. От таких неразрешимых вопросов всегда болела голова и начинало накатывать то, неправильное ощущение, с которым она жила годами. До того момента, как встретила Мать.

Не важно. Некоторые темы не стоит трогать. Ей всегда снились только обрывки памяти. Желтые стены того страшного дома, скучные в своей вынужденной жестокости лица, первое осознание себя, мысли как четкая речь и образы, а не сломанные витражи из эмоций и чужих обрывков слов, обретение Матери…

Много чего еще. Однако последние десять дней она видела только три разных отрезка своей жизни. Бой с Отшельником и его последствия, встреча со своими первыми друзьями и бой за ЦУМ.

Последний вышел самым болезненным. Не из-за тварей, нет, хотя она прошла по грани. К счастью, ограничения не давали сбоев. Не думать, не чувствовать, не ощущать, не переступать пределов каменной ниши. Убивать зомби оказалось, к тому же, тем легче, чем меньше защищаемая территория. Ограничить собственную мобильность оказалось хорошей тактикой. Она запомнила.

Вот только этого все равно было недостаточно. Лисса не могла умереть там, не после тех слов от Матери. В тот момент ввести одно-единственное дополнительное ограничение показалось правильным. Может, так оно и было, она не могла сказать точно.

Из-за навязанных ей же самой правил, девушке пришлось молчать и не подходить к товарищам из-за навыка. Не пытаться спасти, не привлекать внимание, не попадаться на глаза, избежать контакта после атаки. Заранее взятое самоограничение, что она уйдёт не попрощавшись, увеличило ее силы настолько что это хрупкое тело совсем не пострадало в той бойне.

"Простите меня. Простите, простите…" — Лиссе было стыдно смотреть на беспокойство и грусть на лицах товарищей. На их решимость и бесплодные поиски. На ссоры с остальными. Из-за нее, все из-за нее.

Навык уже не действовал, но она и так потеряла слишком много времени на помощь этой команде и людям в целом. Ни Мама, ни ее советницы не одобрят. "Помогать людям, значит дать им шанс возвыситься над нашей собственной группировкой, как ты этого не понимаешь?!"

Лисса вздохнула. После возвращения на базу ей устроили знатную головомойку. Не помогло ни принесенное ей "Сердце Праведника", важный ингредиент для какого-то непонятного зелья, ни убитый Воланд — "Правая рука" Вереска, командира армейцев.

А ведь именно после смерти самого преданного и самого сильного своего сторонника под Вереском зашаталось кресло, количество дезертиров утроилось, а офицеры стали сбиваться в группы по интересам. Самая могущественная группировка с подавляющими запасами ресурсов, с подготовленным оружием и прекрасным положением поредела вдвое за каких-то восемь дней.

Кажется, своими необдуманными поступками она сделала только хуже. С выжившим и окрепшим ЦУМом, точнее, Орденом, монахи могли не бояться нападений монстров, их положение так и не стало достаточно шатким, а нарастающий развал Армии пошел в плюс, а не в минус.

"Слишком сложно. Почему они ругают за это меня?!" — Надувшись, подумала девушка. Мамина лучшая подруга орала до хрипоты, особенно когда Лисса зевнула и назвала ее Кудряшками. Но ведь у нее правда кудряшки, зачем так злиться?

В итоге, ей пришлось использовать силу для перетаскивания мебели. Лисса не слишком возражала, чувствуя свою вину после грустного, наполненного смирением и разочарованием взгляда Мамы, но таскать шкафы и выбивать перегородки в квартирах рядом с базой было довольно скучно.

К счастью, Детям Мораны снова потребовалась ее помощь. Тогда, после сухого вызова от дежурной, девушка летела на встречу в кабинет как на крыльях. Но всю ее радость сняло как рукой после озвучивания очередной "просьбы".

— Грядет волна, девочка. И мы в самом ее эпицентре, — Вдруг начала разговор Праматерь, пока ее подруга, и, по совместительству, телохранитель, буравила Лиссу неприязненным взглядом.

Сама же "девочка" никак не могла понять: почему такая слабачка, как Кудряшки вообще поставлена охранять тело самой главы Детей Мораны. Может быть здесь тоже есть какая-то тайна, как с ее собственным навыком. Простой и предельно логичный, он вызывал оторопь вкупе с головной болью у всех, кому не посчастливилось слушать объяснения любительницы туник и приталенных кардиганов.

"Или дело в том, что Кудряшка одна из тех немногих, кто так и не влюбился в Маму после той процедуры".

Лисса перевела рассеянный взгляд на диван, в котором сидела ее благодетельница, ее лидер, ее самая первая и самая большая привязанность.

Довольно высокая, очень женственная, с мягкими, струящимися до поясницы темными волосами оттенка чая с шиповником, высокой грудью, ровными ногами, которые она держала в любимой позе, закинув правую на левую.

Женщине можно было дать от силы двадцать пять, и то лишь из-за слишком серьезного и даже жесткого выражения лица. Ни странный, но очень идущий ей корсет, ни длинная юбка, что сейчас задралась и открывала взгляд на голые бедра, ничуть не прибавляли ей возраста. Идеальная кожа: мягкая, упругая, без следа прыщей или возрастных изменений, тяжелые, густые волосы, гладкое, чистое лицо.

Вокруг нее стояло на коленях сразу три фривольно одетые девушки. С обожанием глядели в лицо, неловко и страстно гладили ноги, самая смелая целовала колени и лодыжки.

— Ах, Праматерь, я так хочу от вас ребенка, — Пролепетала та самая, смелая. Лисса раздраженно отвернулась от ее сияющего взгляда. Того и гляди покажутся настоящие сердечки в зрачках. Никому нельзя так смотреть на Маму. Она же… Мама.

Но та, казалось, была не против. Нежно провела рукой по мягкому каре девушка, томно взяла ее за подбородок и подняла к себе, глаза в глаза.

— Это естественное желание, дитя. Скажи мне, сколько ты пыталась забеременеть?

— Десять лет, до самой Катастрофы, — Тихо пролепетала девушка. Лисса ее не осуждала. Знала по самому первому разу, как плавиться мозг и ревут гормоны от одного присутствия Самой Совершенной Женщины на Земле. Странно, но та первая реакция оказалась единственной, и больше Мать не вызывала у нее той смеси похоти и благоговения, как у других мужчин и женщин.

— Ты получишь дитя в этот же вечер, — Объявила Праматерь, и ее подчиненная чуть не потеряла сознания от радости и нервного возбуждения.

— Ты знаешь что делать, — Полуутвердительно-полуободрительно сказала она ей, — Не волнуйся, у тебя будет здоровая дочка, которая вольется в наше справедливое общество. Приступай же.

— Да! — Чуть ли не взвизгнула ободренная девушка. Две ее конкурентки разочарованно вздохнули, но возмущаться или сомневаться в правильности выбора ни у кого из них не возникло и мысли. Наоборот: та, что слева, осторожно отодвинула подол пышной юбки, а та, что справа — осторожно опустила ногу своей госпожи и слегка отвела ее в сторону, не забыв оставить на внутренней стороне бедра страстный поцелуй. Но сейчас было совсем не ее время, и правая неохотно отступила в сторону.

На ее место тут подошла выбранная Праматерью девушка. Опустилась на колени, подалась вперед, увлекаемая изящной ладонью госпожи на своем затылке…

Лисса раздраженно поморщилась и демонстративно оперлась о стену. Вот и первое наказание: стоять здесь, ждать, пока все закончиться, слушать стоны от женщин, которые не будут тебе принадлежать, и гадать, чем она заслужила такое пренебрежение.

Впрочем, в этот раз последовательница попалась довольно умелая, так что процесс не занял много времени. Лисса едва успела в подробностях рассмотреть тела двух отвергнутых девушек по обе стороны дивана, как все закончилось. Выбранная Праматерью девушка поднялась с колен, медленно и нежно водя рукой по лицу и губам, мягким, кошачьим жестом облизала пальцы и вдруг склонилась в благодарном поклоне.

— Иди, дитя, — Хрипло сказала ей глава, — У тебя все будет, как я обещала.

— Благодарю вас, госпожа! — Еще раз поклонилась девушка и пошла вниз, даже не попытавшись одеться. Ничего, ей выдадут на входе.

"Все, ребенок у нее уже есть", — Заключила Лисса ранее по длинному, чувственному стону лидера Детей Мораны, — "Ни одной осечки за почти сотню попыток. Толпа беременных женщин на нижнем уровне базы не даст соврать".

Это действительно было так. Стоило определенным телесным жидкостям Праматери попасть внутрь женского организма, как запускались процессы, сходные не то с естественным оплодотворением, не то и вовсе с клонированием, но клонированием разных особенностей ДВУХ организмов, а не одного материнского. Чем этот процесс отличается от естественного не взялся бы сказать и целый консилиум врачей, вооруженный самым современным оборудованием, не то, что куда более скромные диагностические возможности Детей Мораны.

Главными было семь связанных с подобным оплодотворением особенностей: во-первых, из-за титула и особых навыков, Праматерь была способна забеременеть любую женщину ровно с первого же раза. Во-вторых, процесс был контролируемый, и без собственного желания женщина новых детей не зачинала. В-третьих, она выделяла феромоны, которые заставляли влюбляться и желать ее большую часть мужчин и женщин. В-четвертых, плодом такого "союза" всегда являлись только девочки. В-пятых, если эффект влюбленности можно было игнорировать, то после первого же полового акта увлечение ее партнера персоной Праматери становилось неизбежным.

Забавно, что нервные и истеричные бои за внимание, а также попытки любой ценой получить благосклонность "госпожи" после подобной процедуры практически сходили на нет. Оставалась лишь ровная, безнадежная влюбленность с нотками подавленной страсти да щенячьей преданностью.

В-шестых, все потомки Праматери имели повышенную чувствительность к ее феромонам и повышенную уязвимость — к способностям. Таким образом, она с гарантией могла контролировать любых своих прямых потомков. Что и делало возможность создания как новой мировой парадигмы, так и карманной армии. Или не карманной, если ей все же удасться найти рецепт бессмертия.

Ну и, наконец, в-седьмых: потомки от такой вот процедуры с вероятностью в десять процентов (зависит от уровня способности) могли сами оплодотворять других женщин, не исключая и собственной беременности. Сам механизм пока оставался тайной за семью печатями даже для самой владелицы, но его можно проверить и опытным путем. Будет ли их способность схожа с родительской, или с какими-нибудь футанари — станет видно дальше.

Собственно, цель, а также жизненное кредо Детей Мораны и сформировались, исходя из титула и навыков предводительницы. Город без мужчин, идеальный мир, справедливый и равный мир под контролем одной богини, что будет стоять слишком высоко, чтобы мешать своим верным подданным строить те государства и общества, которые они считают нужными.

Впрочем, не все из Детей Мораны разделяли эту цель. Некоторые лишь хотели защитить себя и своих близких, даже своим затуманенным разумом ставя эту цель в высший приоритет. Другим, как Лиссе, было решительно все равно. Она даже не знала ни полной идеологии, ни крайней грани амбиций собственной Мамы. Ей просто хотелось помочь ей, заслужить одобрение. Мирская суета волновала по-детски хладнокровную убийцу постольку-поскольку.

Отвергнутые девушки проводили свою товарку завистливыми взглядами, а Лисса, наконец, услышала свои инструкции. Точнее, увидела. На журнальный столик рядом с диваном шлепнулось несколько фотографий с приклеенными к ним листками. Описание целей.

Девушка пододвинула к себе столик и с любопытством начала тасовать плотные листы картона. Глава Новых Христиан — Доминик. Комендант Андреевского Храма — Серафим. Глава Армии — Вереск. Глава Сфинкса — Янос. Глава Ордена — Картограф. Коллекционер, несколько бойцов среди монахов и ордена… Но главных целей было только три:

Самый сильный одиночка в городе — Санитар. Его напарник — Коловрат. Глава Ордена — Картограф. И маленькая, точеная фигурка, снятая с расстояния — Альфа. Единственная, чья фотография осталась обведена розовой, а не траурной рамкой.

— Отряда не будет, — Неправильно поняла ее заминку Мать, — Они сошли с дистанции.

Лисса подавила желание закатить глаза, и ткнула на фотографию Кристины.

— А, девочка. Довольно перспективная, знаешь ли. Я очень расстроилась, когда ты никак не сказа… не дала мне знать о ней. А ведь вы путешествовали вместе, верно? — Дождавшись неуверенного кивка, глава Детей Мораны продолжила уже менее едким тоном:

— Приведи ее ко мне, это задание имеет приоритет даже перед убийствами. Эти призраки… Ни ты, ни она даже не представляют их настоящей силы. Особенно вместе с… — Она осеклась и замолчала, начала недовольно сканировать своими светлыми, почти прозрачными глазами свою подчиненную, но вовремя остановилась, покачала головой.

"Что толку злиться на убогую?" — Лисса буквально видела это выражение большими буквами на таком родном и любимом лице. Ну и пускай. Зато она больше не одинока. И все еще достаточно человечна.

— … Не важно. У нее приоритет перед всеми этими мужланами. Впрочем, я не буду против, если ты сначала устранишь Санитара. Этот мальчик показал себя слишком въедливым и опасным, особенно после того случая со Сталеваром. Если нужно, обращайся за помощью. Мы поможем организовать засаду.

*Кивок*. Затем *неуверенное мотание головой*

— Ох-х, неважно, чего она хочет, а что — нет, — Матриарх хорошо научилась интерпретировать жесты своей подопечной, — Обладай девочка хоть трижды стальной волей, она не сможет сопротивляться Материнской Любви, особенно когда начнет носить под сердцем собственное дитя. А уж им я ее обеспечу…

Глава 4

Все сейчас называют «освобождением женщины», хотя это касается скорее мужчин.

Мишель Уэльбек

"Итак, предполагаемое логово Кошмарника находится рядом с перекрестком улицы Ленина и улицы Льва Толстого, значит мне нужно идти по Дзержинского, потом свернуть на Морозова, а затем вправо и по Ленина до искомого объекта. В принципе, не так уж и далеко", — Бормотал Санитар, пока неспешно шел по территории церковников.

Прошла всего лишь неделя, однако пустые, брошенные дома снова начинали наливаться жизнью. Беженцы редко селились отдельно, пусть даже для жилья стоило всего лишь застолбить за собой квартиру, если она не входит в сферу интереса церкви, разумеется. Нет, большинство людей предпочитали найти один дом, а после забивать его до упора, всем миром восстанавливать подъезды, отмывать кровь, даже закрашивать следы гари или пулевые выбоины.

Такой метод имел свои неудобства, но сразу отсекал как асоциальные элементы (таких просто не хотели брать), так и просто халявщиков/недовольных/не желающих объединяться людей. Оставалась дружная из-за внешних обстоятельств община, при этом зависимая от группировки.

Виктор с удивлением и одобрением смотрел на кое-как закрытые окна, на ощущение не то стройки, не то обновления, на видимые глазу благословения монахов, что отбивали охоту подходить к жилым домам как нежити, так и зверолюдам или всевозможным монстрам. Даже бродячие собаки теперь обходили зону влияния алтаря и помеченные здания десятой дорогой.

По пути хитокири успел даже срисовать несколько грамотно расположенных снайперских гнезд, наблюдательных и перевалочных пунктов. Они не делали ошибок, нет, просто "Контроль пространства" вкупе с нечеловеческой наблюдательностью и характеристиками тела не оставляли шансов укрыться от его взора.

Из медитативного состояния, вызванного прогулкой по безопасным местам вкупе с пьянящим ощущением свободы его вывел посторонний звук. Точнее, сначала была очередная человеческая аура, но он уже слишком привык к многочисленным душам вокруг церкви. Пусть конкретно эта оказалась вне жилой зоны, но что с того? Лишь скрежет ветки по стене, а также не слышимое простому человеческому уху "подожди…" заставило обратить на человека поодаль свое внимание.

Это оказалась девушка. Маленькая, сгорбленная женская фигурка. Такая слабая, что ее, казалось вот-вот унесет ветром. Странную, изодранную одежду, в которой Виктор не без удивления узнал униформу крестоносцев, прикрывал черный, отороченный золотой каймой плащ, слишком большой для своей владелицы.

"Явно системный", — Решил про себя мечник.

— Стойте. Подождите пожалуйста уважаемый воин, — Обратился к нему слабый, бесцветный голос. Жизни ему придавали лишь легкие нотки отчаяния и почти незаметный флер решимости. Только из-за него Санитар и решил подойти ближе, вступить в диалог.

Он быстро пожалел о своем решении. Стоило ему зайти в ее медвежий угол у края дома, как девушку, казалось, разом покинули все силы. Пришлось подхватить тело под руки. Чтобы тут же сморщиться от неприятного запаха.

Так воняли бомжи, когда заходили в общественный транспорт. Немытым телом, застарелым потом, чем-то сладковато-приторным. Но были и отличия. От незнакомки также сильно несло кровью. Чужой кровью, а также подступающей смертью.

"Черт, вот угораздило же…"

Конечно, он не дал ей просто потерять сознание, чтобы потом тихо умереть не приходя в него. Конечно, он влил в засохшие, потрескавшиеся губы сначала святую воду (обеззараживает, утоляет жажду и придает сил), затем холодный суп из консервы (разогревать нет времени), и лишь затем — одно из своих одиннадцати зелий.

Помогло. Обмякшее у него на руках тело вздрогнуло, забилось, как испуганный воробей в детских ладонях, судорожно откашлялось.

"Ну хоть не выплюнула ничего", — Все также ворчливо подумал Санитар. Но вслух лишь поинтересовался:

— Говорить можешь?

Она вздрогнула от звука его голоса. Дернула головой, улыбнулась чему-то, и лишь затем открыла глаза.

— Да, спасибо вам огромное… — Ее зрачки на секунду расширились, стоило им встретиться с серой хмарью глаз хитокири. А потом она вдруг протянула руку к его лицу.

Виктор тут же встал с корточек, на которых поил эту… это существо, а затем также поставил на ноги ее, сделал шаг назад, пресекая другие поползновения. Жизнь после Катастрофы научила парня остерегаться подобных жестов.

— Что ты делаешь… — Начал он, но быстро замолчал, когда девушка тихо произнесла:

— Савва..?

— Я же говорил, не называть меня этой идиотской кли… — Молодой человек осекся. Первичное раздражение быстро сменилось растерянностью, а затем — узнаванием. Его глаза расширились в удивлении, но только для того, чтобы подозрительно сузиться.

Он замолчал, недоверчиво разглядывая фигуру перед собой. Незнакомка напротив тоже не спешила нарушать эту ядовитую тишину. Она лишь завороженно пялилась на его лицо, узнавая и не узнавая одновременно бывшего парня.

Такие привычные черты, и такие сильные изменения. Резкие, бескомпромиссно очерченные линии скул и подбородка, жесткая линия губ, при этом — ни морщинок ни складок. В детстве девушка зачитывалась мифами и легендами Древней Греции, и именно так в ее изображении выглядел Бог Войны.

— Помоги мне…

— Что? — Моргнул Виктор, слишком занятый придирчивым анализом ее лица и одежды. Он сосредоточенно пытался понять, кто перед ним — человек или очередная хтонь. Поэтому слишком погрузился в себя, даже не подумал, как это будет выглядеть со стороны (Весьма жутко и угрожающе).

— Это же я, Ира! Мы встречались! — Невпопад крикнула девушка все тем же ломким от надрыва и боли голосом.

— Мы просто спали друг с другом. Ты сама согласилась тогда на секс без обязательств! И отказалась от нормальных отношений, — Раздраженно ответил он. Скорее от растерянности, чем из-за желания спорить или какого-либо негатива.

В глазах несчастной беглянки тут же появились слезы. Как всегда. Как в том далеком, бесконечно далеком прошлом, в мирное время, что сейчас воспринималось как сон. Ира никогда не рыдала навзрыд и не закатывала истерик, однако ее тихая боль и немые слезы били куда сильней любых скандалов и слезоразливов от всех его прошлых пассий вместе взятых.

— Почему ты не хочешь помочь мне? — Тихим, обреченным голосом спросила она. Обвинения кончились не успев начаться, осталось лишь отчаяние и какая-то обреченная покорность.

— Хочешь, я отдамся тебе? — Вдруг спросила девушка. Она сама не знала, зачем сморозила такую чушь. Конечно, он не такой, но… Женская красота — это все, что у нее осталось. А осталась ли?

Она не слишком отдавала себе отчет, когда начала томно изгибаться, призывно облизывать губы. Даже провела ладонью по груди, заставляя упругие холмы натянуться, а потом подпрыгнуть под тонким слоем облегающей ткани.

Не осталось ни здравого смысла, ни гордости. Только дикий, выворачивающий наизнанку ужас, что ее кошмар вернется. Что единственный человек из ее светлых воспоминаний уйдет. Ира должна была любой ценой уломать его остаться. Это все, что мог сейчас решить ее измученный, паникующий разум.

— Я ведь все еще красивая. Ко мне несколько раз приставали случайные монахи… — Она осеклась, когда поняла, что вспомнила об этих инцидентах только сейчас. А сколько еще таких моментов скрыто в глубине ее памяти? От осознания глубины той пропасти, в которую ее столкнули церковники ужас накатил повторной волной.

Она тихо, почти не слышно завыла на одной ноте. Бросилась на грудь Савве, тому самому милому Савве, изо всех сил желая, чтобы он не оттолкнул ее, обнял. Не бросил.

— Не говори глупостей. Дело не в этом, — Виктор отвел взгляд, не выдержал той страшной, почти звериной надежды на ее лице. Но не стал и отступать дальше, пытаться сохранить дистанцию. Пусть ее. Даже легендарная нежить не убьет его с первого удара, а от женщины, что пыльным кулем висела у него на руках, не исходило никакой угрозы.

Виктор слегка поморщился, но все же обнял ее, когда она с щенячьим выражением на лице подняла на него глаза. Потом вздохнул, еще раз окинул взглядом сутулую фигурку.

Короткие, висящие сосульками волосы. Изможденное лицо, сгорбленная, униженная поза. Удивительно, но она действительно сохранила красоту даже в таком состоянии.

Тускло-рыжие лохмы с налетом грязи, кое-как укороченные не то ножом, не то плохими ножницами едва закрывали затылок, зато уже вовсю лезли в глаза и спускались по щекам отдельными локонами. У других они бы выглядели сущей мочалкой, но этой девушке удивительно шли, придавая трогательный и беззащитный вид. Измученное лицо с заострившимися чертами и впалыми щеками могло бы отталкивать, если бы не россыпь веснушек, что вдруг стала видна на пергаментно-бледной коже.

А вот красивый изгиб шеи и приятная глазу фигура, пусть и слегка усохшая, никуда не делись, так что Санитар прекрасно мог понять охочих до сладкого попов. Правда, вместо солидарности ему хотелось намотать их яйца на кулак. Просто так, для профилактики. Насильников он не любил ни в прошлой, ни в нынешней жизни.

— Ты можешь идти? — Он уже смирился с новой обузой. В лучшем случае, просто придется потратить несколько часов на обратный путь до церкви и первичное устройство. В худшем — тащить ее за собой непонятное количество времени.

Минусы первого варианта — она тут же становится своего рода заложником. А также возможным больным местом излишне ретивого одиночки, объектом, через который могут достать его самого даже не контактируя напрямую с самой Ирой. (Яд на коже, безвредный для самой обладательницы, какая-нибудь бомба в желудке с дистанционным управлением — фантазия здесь могла разгуляться и без широких возможностей Системы и новых реалий).

Минусы второго — у него появляется балласт, о котором нужно заботиться, который нужно защищать, подстраиваться под ее скорость, искать укрытие перед серьезным боем и так далее.

"Ладно, чего гадать-то? Спрошу у нее сам".

— Да, я могу идти… — Все еще тихим и ломким голосом отозвалась его бывшая девушка. Но теперь из интонации ушла обреченность и бесцветность: они налились даже не надеждой — жаждой жизни.

— У тебя есть два варианта… — Начал Виктор, но, не успел он договорить, как Ира снова вцепилась в рукава его плаща? бронекостюма? тканевой брони, ага, и взмолилась:

— Только не отдавай меня им обратно! Прошу! Я не выдержу больше… — Она уже сама успела позабыть, как изо всех сил пыталась дойти до церкви. Но теперь, когда впереди забрезжила надежда и появился шанс на что-то большее, чем подопытный кролик, Ира вцепилась в него обеими руками.

— Им, в смысле церковникам? — Нахмурился Санитар. По-новому глянул на ее изорванную одежду, нашел взглядом полускрытую плащом эмблему на правой стороне груди, — Ты была крестоносцем?

Он понял это еще когда впервые ее увидел. Но тогда встреченная им незнакомка не являлась Ирой. Просто очередным человеком, которому можно помочь или пройти мимо. Вот только сейчас ее бедственное положение уже начало становиться его личной проблемой. Пусть и по далеким от романтических обстоятельств причинам.

— Да. После Катастрофы мне стало так страшно. Люди вели себя как животные, повсюду зомби и кровь… — Несколько бессвязно начала девушка свой рассказ. Виктору было не слишком удобно слушать ее в этой подворотне, особенно когда Ира все еще висела на его руке, но прерывать ее хитокири не стал.

— Я не понимала, что происходит. Не хотела понимать, скорее. Ты же помнишь, вид крови вводил меня в ступор.

— Как и любая опасная ситуация, — Неожиданно для себя хмыкнул Санитар. Вспомнил один забавный эпизод их совместной жизни.

— Ты опять вспоминаешь тот случай с газом, — Девушка улыбнулась радостной, светлой улыбкой. Наверное, впервые со дня Катастрофы. Странно, но ее паника с начавшей внезапно плавиться комфоркой всегда вспоминалась со стыдом, Ира всегда злилась, когда "Савва" напоминал об этом случае. Сейчас же общие воспоминания о чем-то, кроме будней одноразовых солдатиков христианской секты, вызывали у нее настоящий восторг.

"Вот уж точно: хотите заставить человека ценить жизнь — отнимите все, а затем верните половину", — Грустно отметила она. Способность к отстраненному анализу своих действий, несмотря на любой эмоциональный шторм, осталась единственной ее чертой характера, что вышла из всех личностных перипетий практически неизменной.

— Вспоминаю, — Согласился с ней Виктор, а беглянка еще теснее прижалась к его дышащему силой телу, и только потом продолжила:

— Мне повезло… Наверное. Та моя холодная студия, на которую я постоянно жаловалась, в итоге спасла мне жизнь. Никто не позарился на однушку-развалюху. Последний этаж и вовсе оказался пустым, а из-за постоянно текущей крыши соседей у меня не было. Так что я сидела там не меньше недели, пока не стали кончаться продукты.

Хорошо, что за это время в подъезде стало тихо. От двух зомби я просто убежала, а непонятную тварь заманила в квартиру на первом этаже и выскочила через окно… Затем вышла к какой-то группе людей. Они единственные не выглядели большими монстрами, чем все мертвецы вокруг.

— Если тебя приняли в группу, то как ты оказалась в рядах крестоносцев?

— Они бросили меня. Нет, сначала все казалось нормальным, — Покачала Ира головой. Она украдкой вытянула руку, но парень так и не взял ее в свою, отчего девушке стало чуточку более грустно, — Там было три парня и одна девушка. Все с каким-то оружием, у одного даже пистолет имелся. Сначала они только обрадовались мне. Парни, ну, понятно почему, а девушке, наверное, надоело быть одной. Мы успели пройти всего лишь две, может три остановки, выбрали квартиру для ночлега. Там-то и выяснилось, что я даже не знаю ничего о Системе. Первый уровень, без титула, да еще и нуб.

— Они выгнали тебя? — Неверяще уточнил Санитар. Нет, не из-за возможной подлости. Скорее здоровое удивление человека, не понаслышке знающего, как опасен ночной город. У простого человека в нем не имелось никаких шансов на выживание, несмотря на всю возможную удачу.

— Не выгнали. Даже дали банку консервы. Просто ушли, пока я спала, и даже не написали записки. Я звала их, истерила на всю округу. В итоге, зомби стали ломиться внутрь, так что мне пришлось опять уйти через окно. Я бежала несколько кварталов, пока не упала от усталости. Не знаю почему, но ни один зомби так и не подошел ко мне за те два часа, пока я валялась на какой-то скамейке во дворе. А потом увидела издали отца Германа… в смысле церковников. Ну, а что произошло дальше, ты и сам прекрасно понимаешь.

— Лучше, чем ты думаешь, — Мрачно отозвался Виктор. Он не пытался как-то утешить ее или показать сочувствие — просто разучился переживать каждой слезливой истории, поэтому поставил все на многозначительное молчание. Он скорее злился (формально на церковников, но по факту на себя), и немного переживал за нее.

Сам молодой человек в разгар очередных эмоциональных откровений мучительно размышлял сначала над тем, куда с ней идти дальше, а затем с отстраненным интересом прислушивался к ощущением руки, на которую оперлась его бывшая (бывшая ли?) пассия. В нормальном случае конечность уже должна была начать затекать, но "Аристократ крови" свел на нет даже такие недостатки человеческого организма. Интересно.

— …Прости, что-то я совсем расклеилась, — Типичным женским, нарочито бодрым тоном, что скрывает у прекрасной половины человечества все негативные эмоции, сказала ему Ира.

— Все в порядке. У тебя есть на это все причины. Просто знай, что я тебя не брошу.

Все, слова сказаны. Не то, чтобы Санитар всерьез мог махнуть рукой на девушку, к которой еще совсем недавно испытывал какие-никакие, но чувства, но сказать это требовалось. Больше даже для себя, чем для нее. Окончательное согласие нести ответственность, как-то так.

Девушка вздрогнула, подняла на него нечитаемый взгляд, но не смогла ничего сказать. Его недвусмысленная готовность помочь ошарашила и вместе с тем порадовала настолько, что в легких стало не хватать воздуха.

Вместо восторженных визгов, слез и благодарностей Ира судорожно закашлялась, а затем просто завыла в голос, выплескивая копившееся напряжение последних дней. Ну что ж, Санитар не имел ничего против.

Глава 5

Люди чувствуют себя брошенными сиротами без идеологической индоктринации.

monetam

Дом он выбирал впопыхах. Как оказалось, его бывшая переоценила свои силы. После того эмоционального всплеска, она не продержалась даже сотни метров, а таскать беглянку на руках долгое время Виктор не мог. И дело даже не в ограничении обзора, занятых руках и прочих мелочах военного времени. Ничего, "Контроль пространства" засечет враждебные элементы, а рядом с церковниками все равно никого серьезного не бегало.

Нет, самой большой проблемой все еще оставался запах. После недели бродячей жизни с воспаленными ранами девушка пахла отнюдь не фиалками. Да и неудобно бегать с ней на плече по району, как перевозбудившийся подросток в поисках хаты на час. С живой ношей на плече Санитар чувствовал себя глупо, и ничего не мог с этим поделать. Еще и плащ ее дурацкий все время лез в глаза и путался в ногах.

"Все дело в плаще, угу. Блин, а я уже и забыл, что значит испытывать стыд", — Почти весело думал он, пока прислушивался к своим ощущением возле очередного подъезда.

"Этот вроде нормальный. Найду на втором этаже железную дверь — и хватит", — Решил он, после чего принялся подниматься на высокое подъездное крыльцо.

Проблема пришла оттуда, откуда Виктор ее уже не ждал — клятая подъездная дверь, даром что с неработающим домофоном, а значит — перманентно открытая.

— Что-то не так? — Слабым голосом отозвалась Ира, когда он осторожно прислонил ее к перилам.

— Ничего особенного. Просто личный заскок, — Мрачно выдавил хитокири.

Дверь впереди вызывала тревогу. Но не привычный уже шёпот интуиции перед опасным объектом, и не рациональный сигнал одного из навыков. Нет — старые добрые фобии, наследие полного багов, нагромождений и нелепиц человеческого мозга, радостно напомнили о себе.

Санитар вытянул руку, но тут же одернул ее. "Вдруг она не откроется снова, если я войду внутрь?" — Сама собой возникла непрошенная мысль. Его словно тряхнуло током, а где-то под кожей появилось мерзкое ощущение стужи и неприятия. Ощущение куда более глубокое, чем простой страх.

У церковников было проще. Дружественная территория, а также одиночество само по себе. Теперь же Санитар снова был не один. И снова — посреди опасного, кишащего нежитью, временными аномалиями и прочим дерьмом пространства. Он не может потерять еще одного напарника.

— А, бодайся оно все козлом! — В сердцах бросил разозленный хитокири, после чего просто взял и снял с петель всю дверь разом. Всего-то надо было выдрать петли. Тот факт, что подобное не по силам даже самому крутому и тренированному человеку, он просто не заметил. Хороший знак: значит разум уже вполне освоился с новыми возможностями измененного Системой тела.

— Я бы сказал: "дамы вперед", но первой пройдет только определенная часть твоего тела, — Хмыкнул Виктор, закинул свою даму на плечо, и двинулся вперед. Возникло еще желание хлопнуть Иру по заднице, но он сразу его отмел.

Домогаться до жертвы ментального насилия, вдобавок чуть не умершей от голода и ран, мерзко само по себе, а тут еще стоило разграничить их прошлое и настоящее. Сейчас девушка его

обуза

подруга, не нужно усложнять их отношения еще сильнее. Особенно вынуждать ее к чему-то, пусть и косвенно - из благодарности или страха потерять его покровительство.

— Ну, вот мы и дома!

На втором этаже оказалось две железные двери, но удобной выглядела лишь одна квартира — с широким залом, заколоченными кем-то до них окнами, а также более-менее целым санузлом и отсутствием всяких подозрительных пятен. Видно было, что хозяева либо сбежали, либо эвакуировались, а не умерли насильственной смертью. По крайней мере, не в самой квартире.

— Интересный ножик, — Задумчиво отметила Ира, пока ее парень (бывший?) прятал купленный в церкви мультитул обратно в инвентарь. Да, предмет и правда полезный: универсальная отмычка для не слишком сложных замков, нож с функцией обеззараживания, открывашка (без наворотов) и еще многое другое.

Очередной мелкий артефакт, которых в закромах прокуратора Дормидонта числилось даже больше, чем канистр со святой водой. Либо натащили на продажу разные мимокрокодилы, либо сдали беженцы, либо очередная читерская способность алтаря. Сам Виктор считал, что и то, и другое, и третье.

— Ладно, я сейчас быстренько приведу себя в порядок, а потом ванна в твоем полном… что ты делаешь? — Недоуменно спросил ее Санитар. Пока она проверял санузел да подтаскивал шкаф к двери, девушка кое-как встала, пошатнулась, едва не упав, но все же добрела до входа в квартиру. А затем постелила плащ, села, прислонилась спиной к баррикаде, после чего также недоуменно глянула на Виктора из-за его вопроса.

— Контролирую. Если к нам в квартиру вдруг ворвется зомби, он столкнется с дежурным крестоносцем. Группа и куратор будут предупреждены… — Четкая и правильная речь начиная с середины замедлилась, словно она сама начала понимать, ЧТО говорит своему партнеру.

Последние слова Ира и вовсе произнесла медленно и заторможено, словно пробуя их на вкус. Короткая пауза, за которую на лице беглянки проступило ОСОЗНАНИЕ произнесенных слов. Она вздрогнула и воззрилась на Виктора с таким ужасом, что тот немедленно взял девушку обратно на руки.

— Ничего, ты сильная, ты переживешь это, — Шептал он, пока Иру трясло в ознобе у него на руках.

— Я же не должна делать это, правда? Ты же не попросишь меня…

— Нет! — Крикнул он громче, чем хотел, а затем добавил, уже более спокойным тоном, — Нам не нужна такая тактика. Я почую врага. А если нет, то банка-обманка сработает не хуже чем вопли терзаемых нежитью неуда… несчастных.

— Что за банка-обманка? — Улыбнулась девушка нелепому названию. Чего Санитар и добивался.

— Впарил мне один жадный старик. По сути, идея с ними та же, что и с обычной жестянкой, которую натягивают на нитку, а она звенит если нить заденут. Только здесь банка сама по себе источает запах и, м-м-м, что-то вроде ауры живого человека. Игрока с навыком не обманет, но зомби ведутся все, даже продвинутые.

— А почему впарил? Она же полезная! — Ира более-менее отошла от приступа, но отстранятся от партнера не спешила, лишь неловко осматривала квартиру, не зная, что ей теперь делать и где спать.

— Потому что я сам лучше любого радара, — Безо всякого хвастовства, просто сообщая факт, ответил ей хитокири, — Ну да хрен с ними. Давай сначала разберемся с тобой.

— Э-э-э, все в порядке, честно! — Ира отчаянно замахала руками и состроила максимально беззаботное личико, на которое была способна, — Ты меня и накормил, и вылечил. Мне много и не нужно, честно…

— Слушай, давай без этого, — Поморщился в ответ Санитар, — Для меня еда и зелья стоят не слишком много. Я готов тебе помочь, сделать наш поход более, м-м-м, уютным? Терпимым? Комфортным, вот. Так что говори мне о своих потребностях сразу, и не старайся ничего замалчивать.

Обстановка вокруг сама понимаешь, так что твои терпелки могут выйти боком. От голода в обморок упадешь, от страха ноги не удержат, от слабости в окно не запрыгнешь и так далее. Не надо стесняться, хах.

— Последняя фраза прозвучала как шутка, — Выдавила из себя Ира. Внутри нее поднялся целый коктейль из эмоций: неверие, благодарность, страх, что это все сон, или шутка, или она не так его поняла.

— Потому что раньше ты всегда четко мне говорила, что тебе нравится, а за что в меня кинут полотенцем, — Хмыкнул Виктор, — Не переводи тему. У нас непростая ситуация, а ты хлебнула дерьма полной ложкой, так что сложно поверить, по сути, первому встречному. Как ты вообще меня вспомнила, с такими-то проблемами? Короче. Просто знай, что я тебя не брошу.

— Ладно… — Слегка заторможенно кивнула девушка, а затем выпалила, — Я хочу есть и мыться!

Сказала — и вся сжалась в ожидании ответа. У крестоносцев личные желания, за пределами тренировок, не поощрялись даже в самых мелочах. Одного парня наказали кнутом за то, что тот забрал из брошенной квартиры игрушечный пистолет. Другого — за фотографию семьи, которую тот прятал под подушкой. Причем семья на фото даже не была родственниками того бедняги. Просто напоминание о возможности счастливой жизни.

Крестоносцы не имели права на личные вещи, исключая форму, оружие и другие предметы, что выдавала сама церковь. Не имели права на личное время. Не имели права уклоняться от обедни, заутрени, вечерни и других молитв. Проще говоря, прав у них было немного, а самое важное из них — право умереть за сюзерена. Полнейший, беспросветный мрак. Ира порой и сама не понимала, как сумела выбраться из такой "насыщенной" жизни.

Даже сейчас она ожидала злого окрика, как у куратора, но получила лишь добродушную усмешку, кружку горячей воды, несколько пакетиков с чаем или кофе на выбор, а также огромный кулек с самым разным печеньем и таблетку витаминного комплекса напоследок.

— Вот так и надо сразу, — Сказал ее благодетель, пока девушка тихо урчала от удовольствия, смакуя нехитрую еду, — Я пока приготовлю тебе ванну. Хоть помоешься нормально.

Ответа он не дождался. Беглянка оказалась слишком поглощена полузабытыми вкусами, чтобы отвлекаться на чужую речь.

"Ладно, надо подумать, как организовать горячую воду", — Решил Санитар. В кране, конечно же, никакой воды уже не текло. Не проблема, пока есть "безразмерная фляга воды". С ее помощью он наполнил ванную, а затем поставил обогреватель прямо в воду. Благо, для его приобретения это была не проблема.

Дальше — дело техники. Отыскать в доме несколько тазиков, наполнить часть из них холодной, а часть — горячей водой, накрыть горячую, чтобы не остыла раньше времени, достать из инвентаря всякие крема, шампуни и прочую химию, которую когда-то выгреб с полок Тедди и поделился со своим напарником. Виктор в тот раз тоже бросил их не глядя, а сам пользовался регулярно только пеной для бритья да мылом.

"Мне все равно не нужно. А так — пусть почувствует себя женщиной", — Решил он с добродушной усмешкой. Осталось только подобрать одежду на замену тому ужасу, в котором она сейчас ходила, и дело сделано.

"Легко сказать. Я-то себе брал только мужскую. Так. Ну, допустим, тот плащ явно системный, а Ира вряд ли его привязала, иначе не тонула бы в нем, как в одеяле. Под размеры тот подстроится. Блин, а у меня, как назло, разве что футболки с джинсами под ее размер найдутся.

Ладно, что-нибудь более защищенное потом найду, если нужно будет. Пока походит в мужских футболках, не облезет. Все равно под плащом не видно будет, если нормально его наденет. Джинсы тоже сойдут, я тогда правильно хапнул сразу ворох. Вроде как, ее размер там есть".

В итоге Виктор разложил для нее несколько футболок на выбор, оставил пару джинс, женские крема и притирки, после чего вышел и позвал счастливую поедательницу печенья. Еще минут десять ушло убедить ее воспользоваться всем предложенным, и Санитар облегченно выдохнул, когда закрылась дверь в санузел.

Честно говоря, он даже слегка устал. И точно не думал, что все настолько плохо. После встречи, хитокири твердо решил не поддаваться на ее взгляды, не потакать просьбам. А еще лучше — держать дистанцию. Жаль, но его собственной выдержки хватило лишь на пару минут первой же квартиры.

Стоило Виктору найти пустующую квартиру на ночь и позволить расслабиться, как девушка безо всяких разговоров свернулась клубком перед входной дверью. Отголосок бытия бессловесным орудием… Вот как они могли так поступать не с какими-то уголовниками или кровожадным отребьем, а с нормальной, пусть и слегка независимой и горделивой девушкой?!

Санитар не мог оставить все как есть, и битых полчаса доказывал, что она обладает теми же правами, что и он. Пришлось выложить перед ней все разнообразие припасов, даже организовать горячий душ, ну да Бог с ним. Благо нагревательный артефакт стоил копейки, а водой из безразмерной бутыли он мог наполнить все промышленные цистерны в городе, не то что одну старенькую железную ванну.

Мороки, правда, было достаточно, но взгляд Иры, наполненный такой горячей благодарностью, искупал все усилия.

А уж потом, когда девушка вышла из ванной такая красивая, мягкая, посвежевшая, с ярким румянцем на красной от пара коже… Он едва сдержался, чтобы не наброситься на нее прямо там.

А Ира прекрасно распознала его голодный взгляд. Широко улыбнулась, бросилась к нему на шею с благодарностью.

"Что ты делаешь, мать твою?! Я ж не железный!", — Мысленно воскликнул Виктор, когда это воздушное создание в одной футболке и трусиках повисло у него на шее.

Ни следа от прошлой вони, загнанности на лице и побитого вида. Она все еще выглядела не совсем здорово, но это уже была привлекательная "аристократическая бледность". А вкупе с пышными рыжими волосами, из которых вычистили всю грязь и колтуны, с чертями, играющими в ярких зеленых глазах, а также общим беззащитным видом, который придавала ей мешковатая мужская футболка, у Санитара чуть повторно не отказали тормоза.

Чертовка знала об этом, не могла не знать! Она обнимала его своими мягкими руками, одуряюще женственно пахла, провокационно шептала благодарности на ухо, прижималась своими упругими формами к его груди. Теперь ее бедственное положение выдавала только легкая неуверенность на лице и немного скованная поза. От страха, но не к самому хитокири, а, наоборот, что он не примет, оттолкнет.

Чувство горячей благодарности вкупе с понятным женским интересом к сильному, надежному самцу, даже потребностью, а также нужда в простом человеческом тепле и желание вновь почувствовать те, другие, приятные эмоции и удовольствие, которое они не так давно получали друг от друга.

Она и сама запуталась во всех этих ощущениях, эмоциях, остатках былых чувств и многом другом. Сначала была лишь понятная радость от встречи с кем-то из прошлого, затем — гигантская, до слез и комка в горле при одном упоминании — благодарность.

Не за спасение жизни, нет. За теплые слова, за поддержку, за согласие быть рядом, терпеть ее. Потом — за возврат к нормальной жизни, за богатые, великолепные, невозможные условия, вроде вкусной еды, горячей ванны, привычных прихорашиваний. Свободе выбора, которой у нее не было уже слишком давно.

Восхищение им пришло незаметно, как будто всегда оставалось в ее личности. Та подавляющая аура превосходства, та сквозящая в движениях мощь старого друга "Саввы", которую она не стала озвучивать, но про себя восхитилась. И даже возбудилась. Эта аура вызывала прилив горячей волны в груди. Ей казалась очень волнующей мысль увидеть давнего партнёра в иной, более доминантной роли, и от этого ощущения сладко тянуло внизу живота.

Добавить ко всему расслабление от ванны, мысли девушки, в которых она накрутила себя в стиле "сейчас или никогда", ее отчаянное желание сделать все как прежде, и получим — женщину, которая хотела своего мужчину как майская кошка, почти теряя разум от желания, нетерпения и предвкушения.

Из всего этого Санитар не понял почти ничего, лишь очередной раз поразился женской приспособляемости да лицедейству, которое заставляло их выглядеть на все сто в любой ситуации. Даже после бытия чего-то между заключенным ГУЛАГа и узником Освенцима.

"Я бы только в себя приходил пару дней. Да что там, неделю! Именно столько…" — Он не успел ни закончить мысль, ни погрузиться в меланхолию от воспоминания о Коловрате. Жесткие искусанные губы Иры требовательно нашли его собственные, накрыли в отчаянном поцелуе, а точеная женская ладошка накрыла его ладонь, сама потянула жилистые пальцы парня вниз, к краю футболки, к мягкой, упругой груди. Она устала ждать от него ответа, психанула и бросила на кон все. Пан или пропал.

Виктор пропал.

Он и сам не понял, как крепко прижал ее к себе, углубил поцелуй, вызвал долгий сладострастный стон. И отпустил только за тем, чтобы начать исследовать и ее остальное тело. Также вдумчиво и тщательно, как в былые времена. Жаркие, полные желания вздохи стали ему ответом.

В порыве страсти он просто разорвал на ней футболку, оставил крупный засос на шее, ключицах, перешел к груди, затем к животу, провокационно провел языком до ее ложбинки, но не стал углубляться в детали, снова подался вперед и накрыл ее губы своими. Накатившая страсть увлекла его с головой.

Глава 6

Хвалебные эпитеты еще не составляют похвалы. Похвала требует фактов, и притом умело поданных.

Лабрюйер

— Как же долго я не спала в нормальной кровати, — Она водила пальчиком по его груди и мягко улыбалась, — Целую вечность, Савва, целую вечность…

Девушку не смущало ни то, что ее собеседник уже давно спит, ни далекие взрывы, которые слышались даже сквозь заколоченные окна, ни даже отсутствие контрацептивов. Она чувствовала себя слишком счастливой, чтобы думать о подобных мелочах. Еще вчера подобное развитие событий казалось чем-то нереальным: верхом мечты сломленного крестоносца был церковный карцер и роль подопытной крысы. Но сейчас…

"Даже если он сделает вид, будто ничего не было. Даже если станет холодно цедить слова, как всегда, если чем-то недоволен. Даже если не захочет лечь со мной еще раз. Пусть. Эта ночь того стоила. Я запомню ее навсегда, как и твою доброту. Как и твою ненасытность. Спасибо тебе, мой милый друг. За теплоту, за то, что почувствовала себя героиней романов. Я знаю — ты не бросишь меня. А остальное я переживу".

Она вздохнула, но скорее с тихой грустью, чем тяжким смирением. Все же ее любимый изменился, причем довольно сильно. Больше не пытается лицемерить со своими фальшивыми улыбочками, которые так раздражали ее во время знакомства. Стало меньше чернушных шуток и двусмысленных ухмылок, пропали нотки самолюбования.

Все бы ничего, только вместе с собой эти мелкие социальные недостатки забрали и налет цивилизации. Прежний Савва спас бы ее без разговоров и не стал смотреть… Так. Он имел и сентиментальную сторону, умел искренне сочувствовать, а лежать рядом с ним, накрывшись пледом и молчать было временами очень приятно. Домашний уют, как в давно прошедшем детстве.

Человек перед ней больше не имел этих черт. Ни любви, ни тоски, ни жалости. Все наносное словно стесали с личности ее давнего друга-любовника, оставив лишь голую суть да жесткий каркас повадок матерого хищника. Осталась лишь снисходительность сильного перед слабым и какое-то чувство стаи, где своего надо защищать без разбора степени виновности.

Странно, но даже такой выхолощенный до примитивной жестокости зверь рядом совсем не пугал ее. У парня осталось главное — умение поступать правильно, несмотря на враждебный мир вокруг и осуждающие взгляды. А некоторые черты его новой личности волновали, притягивали ее авантюрную натуру. К старым любимым сторонам добавились и новые, они казались ей интересными, манящими, даже страстными. Так блюдо с острой перчинкой становится только вкуснее, пусть временами и обжигает язык.

Утро настало неожиданно. Казалось, Ира только закрыла глаза, заснула на широкой мужской груди, а сейчас ее мужчина уже спешно натягивал на себя этот забавный балахон да проверял целостность баррикады. Не для себя — для нее. И от подобного жеста сладко замирало в груди. И не только…

Девушка страстно потянулась, словно случайно скинув с себя одеяло. Однако, как она в тайне и боялась, ее спутник лишь ожег свою новую напарницу холодным взглядом и скользнул на кухню.

Завтрак прошел в неловком молчании. Впервые Виктор не знал, что ему говорить и как себя вести. В прошлом мире все было просто: если ты хотел лишь скрасить себе ночь, то быстро прощаешься и уходишь. Как вариант — взять телефончик напоследок, но только если временная партнерша не смотрит на тебя оленьим взглядом.

Вот только в прошлом он не вел себя как дикий зверь. Не брал женщину так яростно и ненасытно, по три-четыре-пять раз за ночь подряд. Не доводил до изнеможения, до мозолей на губах и полуобморочного состояния. Он всегда любил более чувственный, более размеренный секс, старался уделить внимание партнерше, доставить удовольствие не только себе.

Здесь же…

— Нам надо поговорить, — Нерешительно начал хитокири, но, к его постыдному облегчению, Ира не стала устраивать сцен. Легко улыбнулась, кивнула чему-то в своих мыслях, а потом просто сказала:

— Не бери в голову, Савва, правда. Я рада, что мы… Что у нас вчера было, но я понимаю, времена поменялись. Делай, что считаешь нужным. Только знай — я… — Она слегка замялась, — Буду рада твоему вниманию. В любое время. Как тогда, до Катастрофы, — Робко закончила она.

— Без обязательств? — Невесело хмыкнул Санитар, но кивнул головой, дал понять, что принял к сведению ее позицию, даже слегка расслабился, — В любом случае, я тебя не брошу. Просто сейчас правда не до отношений…

— Я же сказала, — Она неловко дернула плечиком и с преувеличенной бодростью помахала перед его носом надкусанным печеньем, — Не стану капать тебе на мозги или решать за тебя. Делай как считаешь нужным — я поддержу любое начинание. Субординация, верно? — Подмигнула ему девушка, окончательно убирая атмосферу неловкости.

— Хорошо. Тогда первое — покажи мне свое Окно Персонажа, — Решился Виктор.

— Ладно, — Слегка растерянным тоном отозвалась Ира, — Только как?

Он показал как. А потом добавил, после секундной заминки:

— Послушай. Обычно никто — слышишь? — никто никому не показывает свой статус. Это самое ценное, что у тебя теперь есть. Но ситуация сама понимаешь какая. К тому же, я могу дать тебе пару советов. Например, как привязать вот этот плащ, чтобы ты не путалась в нем, как в бальном платье.

— Эх, а я так хотела надеть его на собственную свадьбу, — Неловко пошутила беглянка, но послушно поделилась с напарником своим Окном Персонажа.

Имя: Ирина Власова.

Титул: Отступница.

Уровень : 5.

Очки опыта:

316/5000

Очки умений:

Заморожено

Характеристики:

Скрыто

Книга навыков:

Специальные навыки:

Шанс критического удара — 50 % (активно только до вступления в организацию)

Общие навыки:

Изгнание (ур. 3) — Активно (перезарядка 1 час)

Духовный доспех (ур 3.) — Пассивно

Владение луком (ур. 5) — Пассивно (может применяться вместе с навыком: "Изгнание")

Владение копьем (ур. 1) — Пассивно

Владение огнестрелом (ур. 1) — Пассивно

Ограничения:

Отмена специальных навыков после вступления в организацию

Отмена получения опыта после вступления в организацию

Отмена очков умений. Случайное получение/улучшение навыков

…

— Дела-а-а, — Пробормотал Санитар, пока читал описание. Понятно, что ничего не понятно. Судя по шансу крита — нужно достать ей огнестрел. Но "Владение луком" намекает, что стоить использовать именно его. Только зачем? Скорость атаки по сравнению с банальным пистолетом там просто ничтожная. Да и где я его сейчас найду? Далеко не во всех оружейных магазинах есть, точнее, были спортивные версии.

"По крайней мере, в тех, куда заходил я, ничего подобного не имелось. Блин, и я, как назло, раздал или продал весь свой трофейный огнестрел. Ладно, этого добра сейчас хватает. С другой стороны, с ней можно не объединяться в группу, потому что это порежет набор опыта, то есть для Иры создавать пати с кем-то дело еще бессмысленнее, чем для меня. Вообще это плохо, но конкретно в моем случае — скорее хорошо. Меньше шансов даже не на предательство, а банальный кидок, пусть я в него и не верю".

Виктор как мог, объяснил девушке, что значат все ее особенности, помог привязать системный плащ, что защищал даже лучше его собственного, плюс давал пассивный навык скрыта в тенях. Удобная вещь, особенно для снайпера, которым у Иры есть все шансы стать.

— Все, пора выдвигаться. Мы и так слишком долго просидели в этой берлоге, — Решил Санитар. Заморачиваться с баррикадой он не стал — просто выскочил в окно, а потом подхватил на руки спрыгнувшую спутницу. А дальше полилась рутина.

Монахи хорошо зачистили район вокруг своего проживания. За полчаса ходьбы им двоим встретилось всего шестеро зомби, причем обычных, низкоуровневых. Каждый раз при появлении нежити Ира вздрагивала, бессознательно сжимала кулаки, но быстро успокаивалась, и страх, поневоле, уступал место восхищению с толикой священного ужаса.

Потому что ее парень был великолепен.

Санитар не останавливался, не замедлял шаг, даже головы не поворачивал на выходящие из переулков или козырьков подъезда уродливые, скособоченные фигуры. Он лениво тянулся рукой к бедру, где темнело нелепое, пусть и искусное, изображение шашки. Что происходило дальше, Ира так и не смогла понять, пусть даже следила широко распахнутыми глазами за каждым движением.

Вспышка, тонкий свист вспоротого сталью воздуха, после которого зомби впереди распадается на одну, а то и несколько тлеющих в месте разреза половинок. Она не могла разглядеть ни меча, ни даже момента его сокрытия в ножнах.

Девушка даже засомневалась, а не хитрый ли это навык, не имеющий отношения ни к мечу, ни к рубке. Но нет, после пятого зомби Санитар протянул руку к изображению шашки, однако в этот раз никакой вспышки не последовало. Только проявился в его руках непонятно откуда взявшийся меч, который парень любовно протер тряпочкой, а затем прислонил обратно к бедру, снова сделал двумерным.

"Вау! Вау-вау-вау", — От смеси восторга вкупе с любопытством ей хотелось прыгать до потолка, хотелось насесть на партнера с вопросами, хотелось… Многое, на самом деле. Однако Ира нашла в себе силы просто идти чуть позади хитокири, да держать свою болтовню при себе. Лишь жадный от любопытства взгляд сверлил лопатки невозмутимого мечника.

Первые неприятности начались неожиданно, как это и бывает.

Они шли легко, как по проспекту. Даже слишком легко. Возникли из-за поворота словно чертовы призраки, назгулы, что идут по следу наивных смертных. И это появление заставило пробежать по спине невозмутимого прежде Санитара целый табун мурашек. Потому что "Контроль пространства" никак не засек целую толпу гребаной нежити.

"Что происходит?!", — Виктор неверящим взглядом уставился на нестройные, разболтанные ряды мертвецов. Рядом сжала тонкие пальцы на его широком рукаве Ира, но он даже не заметил давления. Лишь пялился на бредущую впереди нечисть.

"Ленточники, один черный ящер, эволюция рептилоида, несколько зомби-мечников, дюжина простых мертвецов, какой-то широкий, почти квадратный карлик с раздутой головой… Вот оно!"

Стоило Санитару бросить взгляд на незнакомый вид нежити, как его "Контроль пространства" словно вышел из спячки. По нервам разом ударили ауры тридцати восьми мертвецов. Всех, кроме мерзкого, затянутого в черный не то балахон, не то просто штору карлика.

— Отойди назад, — Сквозь зубы прошипел девушке хитокири. Нужно быстро понять, что не так с этой толпой. Прикрывать еще неуклюжую, низкоуровневую обузу просто нет времени.

К счастью, Ира не возникала. Найдя взглядом стоящий в пяти метрах позади киоск с журналами, она проворно шмыгнула за него. А после лишь бросала взгляды, то через створку на своего напарника, то себе за спину и на верхние этажи многоэтажки рядом.

— Ну что, погнали? — Мерзко ухмыльнулся Санитар. Страх уже успел отступить, но осталась нервозность и горячая, ничем не сдерживаемая ярость. Он перебьет всех этих тварей, хотя бы из стыда за секундную слабость.

Тем временем, строй мертвецов поменялся. Карлик впереди проворно нырнул в толпу, а на его место шустро выдвинулись зомби-мечники. Ленточники закрыли нежить в балахоне своими телами, черный ящер начал обходить Виктора по широкой дуге. И лишь обычные мертвецы брели как обычно, без всяких тактик и перестановок.

Впрочем, никакой злой разум не мог помочь против подавляющей мощи высокоуровневого игрока. Хитокири прошел строй мечников как нож сквозь масло. Прыжок вперед "Долгой прогулкой", удар из ножен Филиппой, от которого сразу два мечника и один простой зомби лишились головы.

Снова прыжок, удар, прыжок. Ленточники разваливались с одного удара, обычные зомби даже не замедляли замах шашки, что проходила сквозь гниющие тела как сквозь воздух. Даже невероятно прочные биолезвия мечников легко прорубались честной сталью Санитара.

Оставшиеся мертвецы, стоило трети из них упасть обугленными фрагментами тел, навалились разом, постарались лишить маневра. Напал сзади черный ящер, прыгнули, раскинув руки, ленточники и обычные зомби, а сквозь их тела в хитокири неслось четыре оставшихся лезвия зомби-мечников.

Воздух вокруг Виктора резко загустел. Стало тяжело дышать, трудно двигаться, даже думать. Словно находишься под водой, а кислород вот-вот закончится. Ужасная способность, будь она применена на заурядном воине. Он заурядным не был.

Вспышка-прыжок-круговой удар-вспышка прыжок. Куча-мала вокруг его тела осела, словно манная каша после "побега" из кастрюли. Замах черного ящера встретил пустоту, клинки зомби-мечников бессильно скользнули где-то возле его фигуры, слегка качнули широкие фалды тканевой брони.

Снова лязгнула сталь, скрипнули зубы доведенного до бешенства хитокири, что-то всхрюкнул карлик в балахоне. Виктору было все равно. Он сражался в своей стихии. Развалил строй, уничтожил большую часть нежити, затем вышел из прыжка сбоку ящера, пнул его ногой под задницу, превращая широкий замах в беспорядочное падение, смачно опустил клинок на чешуйчатый загривок.

Естественная броня, что держала даже автоматную очередь, поддалась легко, словно он резал докторскую колбасу, а не сплетенную из костей, чешуи и жил плоть противника.

Снова вспышка. Не успело тело черного ящера осесть на землю, как Санитар уже добил двумя скупыми ударами уцелевших зомби, после чего с предвкушающей улыбкой повернулся к последней оставшийся нежити. Его одного он оставил на сладкое.

— И кто же тут у нас такой? — Приторным голосом спросил его Санитар. На уродливом, со следами гнилья и опухолей роже не отразилось ничего. Ярость, страх или паника — все эти эмоции были неведомы нежити. Но в карлике не оказалось и признаков присущей мертвецам жажды человеческой крови. Тот словно робот в очередной раз вытянул руки, а хитокири пригнуло к земле очередной волной непонятной способности. Вот только какой в ней смысл, если упокоены все, кто мог помочь в убийстве?

— Ира, подойди сюда! — Крикнул Виктор, пока медленно, но неумолимо шествовал в сторону нежити. Тот так и держал вытянутые ладони на уровне собственной морды. Навык давался ему нелегко: вздулись чернушные вены по всему видимому телу, налилась гноем, а затем лопнула одна из наиболее мерзких опухолей над правым глазом, мелким и невзрачным. Его огромный выпученный собрат покраснел, а затем просто вывалился из глазницы, повиснув на тонкой ниточке нерва.

Сразу после этого стало намного легче — давление почти перестало чувствоваться. Санитар подошел вплотную, положил лезвие шашки на плечо своему противнику.

— Ты как-то не стараешься. Давай лучше! — Подбодрил он его, сам, в свою очередь, внимательно вслушиваясь в "Контроль пространства". Ничего. Словно гребаного карлика вообще не существует. Лишь свет души Иры, что с опаской подходила все ближе и ближе, моргал в сознании пастельными красками.

— Т-ты не убьешь его? — Слегка запинаясь спросила она.

— Как работает твое "изгнание"? — Проигнорировал вопрос мечник.

— Эм-м, не знаю точно, — Беспомощно отозвалась девушка, — Слабые зомби рассыпаются прахом, а использовать на других мне запрещали кураторы…

— Попробуй сейчас на нем, — Карлик дернулся, опустил было руки, но потом вновь поднял их с натужным хрипом. Давление при этом исчезло полностью, не оставило и следа. Вот только неправильность, точнее, ложная пустота в ауре на месте нежити никуда не делась. Эксперимент можно считать проваленным.

— Ладно, — Она вытянула вперед руку, совсем как карлик напротив, после чего дернула головой, закусила губу, а затем словно толкнула что-то невидимое ладонью.

Раздался глупый, похожий на "вжух" из мультфильмов звук, после чего карлик вздрогнул и пронзительно завизжал. Его плоть на голове словно бы истончалась, оплывала как воск от огня.

Девушку передернуло от этого зрелища, но хитокири не повел и бровью. Лишь безразлично наблюдал, как стекает, словно пластмасса, кожа на карлике, проваливается внутрь тела, как в каверны, стекает за широкий воротник балахона, вонючими каплями собирается в лужу под массивными, почти что слоновьими ногами.

— Все, мне пришел опыт, — Тихим, бесцветным шелестом объявила она, когда от головы нежити остался лишь огарок основания шеи. Тело так и осталось стоять с вытянутыми вперед руками, но никаких признаков жизни в нем Виктор не ощущал. Как и до этого.

— Ты уверена?

— Да, — Все также тихо подтвердила спутница, — Он называется кобольд, мне зачислили за него больше тысячи опыта. Написано, что это уникальный вид. У него даже имя было — Макнейр.

— Уникальный, значит. Надеюсь, он встречается редко, потому что это жопа полная! — Санитар все же дал волю своим чувствам и от души пнул остаток тела. Плоть мертвого карлика тут же унесло вперед и влажным шлепком впечатало в стену здания.

— Ур-род, — Выругался мечник, но уже без прежней злости, скорее задумчиво.

— Я не мог видеть, точнее, чувствовать своим навыком ни его, ни толпу, которую он вел. Остальные зомби появились на моем, гм, радаре, когда я остановил на них взгляд, но этот кобольд так до конца и оставался пустым местом.

— Так вот почему ты разозлился… — Удивительно, но в ее голосе слышалось не облегчение, страх или опаска, как он привык, а едва сдерживаемый восторг.

Виктор моргнул, посмотрел на свою спутницу, и наткнулся на полный восхищения и даже желания взгляд.

— Ты нечто, Савва, — Широко улыбаясь, сказала она, — Как ты их, а! Бах, прыжок, удар, дыдыщь, а они валятся, как пшеница на покосе. Как ты успел стать таким сильным?! Научи!

Он едва не отшатнулся от ее горящего взора. На мгновение Санитару даже почудились звездочки в ее пронзительно зеленых глазах. От такого зрелища ему стало неуютно, немного стыдно, но все равно лестно.

"Хоть кто-то не видит во мне монстра. Хотя, после церковников… Нет, она все равно ненормальная", — С улыбкой подумал он. В этом была вся Ира. Однажды увлекшись чем-то, девушка могла часами напролет говорить об объекте своей страсти, тщательно не замечать минусов, работать как проклятая в выбранном направлении, а также добиваться поразительных успехов.

"Ну, если она на почве борьбы с нежити и на моем примере будет вкалывать как тогда, на курсах баристы, то я даже пересмотрю отношение к ней как к балласту", — Решил Виктор, однако додумать мысль ему не дали характерные уже хлопки ПМа.

"Черт, ну кому тут опять неймется?", — С досадой подумал хитокири, однако все равно вычислил примерное направление, — "Впереди по дороге. Нет, чуть дальше, во дворах. Идти или нет?"

— Что это, автомат? Блин, там люди. Надо помочь им! — Не вовремя влезла в его размышления девушка. И тут же зажала себе рот рукой, вспомнив об обещании.

— Ладно, пойдем, — Добродушно махнул ей рукой мечник, — Но только если они дерутся против зомби. В чужие разборки я встревать не стану.

— Ага, — С энтузиазмом согласилась она.

Глава 7

Общество — это труп, его динамика — это динамика вечного разложения, там происходят хитрые процессы распада. Общество живо тем, что в него вкладывают люди, отдельные люди.

Иванов-Петров

К легкому сожалению Виктора, неизвестная ему группа людей сражалась именно против мертвецов. Стоило мечнику свернуть с дороги в сторону небольшого двора, заросшего деревьями и сорной травой, как он сразу понял всю затруднительность положения незнакомцев.

Их зажали на выходе из подъезда. Небольшая группа, всего-то пятеро человек, скорее всего, остановилась на ночлег в белой пятиэтажке, рядом с которой они и вели свой бой. Вышли в штатном порядке, наверняка расслабились и решили срезать. Вот только из-за высокой, по бедра, травы, они не заметили парочку прыгунов, чьи трупы теперь валялись неподалеку.

Перебинтованная нога одного из них показывала, почему отряд не пошел на прорыв, а к подъезду, из которого они вышли незадолго до боя, уже успело подойти целых три зомби ленточника.

— Фуух, ну ты и горазд побегать, — Рядом шумно выдохнула Ира, заставив Санитара удивленно втянуть воздух. Он специально оторвался от нее, чтобы успеть оценить обстановку, но девушка каким-то образом смогла удержаться на его скорости. Не то, чтобы хитокири выдал даже половину от возможной, но даже Коловрат не выдерживал подобного темпа. А он телепался в районе десятого уровня, если вовсе не одиннадцатого.

— Будем спасать? — Виктор никак не показал своего удивления. Сейчас не время и не место. Потом поинтересуется.

— Если ты не против, — Сказала она скованным тоном.

— Не против. Можешь идти за мной, только держись сзади и внимательно смотри по сторонам.

Тем временем, группа напротив что-то для себя решила, после чего пошла на прорыв. Они казались довольно странной компанией: нелепая мешковатая одежда, как у туристов-новичков в первом пешем походе, какие-то багры, заточенные арматуры, сумки с камнями и битым кирпичом.

Лишь у одного из них — видимо, лидера — имелся с собой огнестрел. Примитивный Макаров, причем, скорее переделанный из травмата, чем изначально боевое оружие.

"Ну и лохи", — Разочарованно подумал Санитар, когда один "боец" из команды, с железным обрезком трубы в руках, схлестнулся с зомби.

"Битва века", — Продолжал веселиться Виктор, пока медленным и размеренным шагом подходил к детской площадке у последнего подъезда, где и разворачивалось все веселье.

Парень с трубой, впрочем, своего оппонента победил довольно быстро, ловко размножив противнику голову, после чего поспешил на помощь приятелям. Те пока полностью оправдывали ожидания хитокири устроенным представлением.

Если бы Виктор работал в жюри, медаль самого веселого клоуна команды отошла бы невзрачному блондину в кепке. Тот беспорядочно махал багром во все стороны, периодически охаживая им одного из трех простых зомби, которые его окружили.

Самая же соль состояла в том, что в один прекрасный момент оружие банально застряло в гнилой плоти. Паренек вскрикнул, когда от рывка ему чуть не вывихнуло запястье, инстинктивно отпустил рукоятку, после чего… разрыдался. Нет, серьезно, этот деятель не то завопил, не то завыл, а потом начал всхлипывать и тереть грязными руками краснеющие глаза. От мертвецов он просто шарахнулся, а потом побежал к дереву и шустро на него залез.

Виктору даже пришлось немного притормозить, чтобы подавить гомерический хохот от спектакля этого клоуна без грима. Впрочем, на юмористическом фронте постапокалипсиса оставались еще и другие номинанты.

Медаль самого большого лузера команды уверенно отошла угрюмому мужику с жесткой, словно проволока, бородой по самые брови. Он уже успел отхватить до прихода Санитара, судя по наспех перевязанной ноге с пятнами крови. Теперь же мужик умудрился израсходовать все запасы патронов к своему пистолету, но не упокоить при этом ни одного мертвеца!

Самое забавное в том, что стрелял-то он отлично, попадал тоже неплохо, но вот его удача и выбор целей… Сначала владелец ПМа пытался застрелить ленточника, зачем-то именно в вену на голове. Ожидаемо, патроны просто отрикошетили. Затем боец перевел огонь на обычного зомби, но тот случайно качнулся в сторону и пуля пролетела мимо.

Затем, когда мертвецы подошли еще ближе и запахло жаренным, нервы у мужика не выдержали, и тот принялся в панике стрелять по зловещим фигурам. Даже подстрелил одного зомби. Вот только пуля, пробив насквозь сгнившую черепушку, отскочила от дерева в стороне от первоначальной цели, после чего прилетела незадачливому стрелку куда-то в лицо, отчего тот согнулся пополам и начал поливать матами все окрестности.

Следующие двое "выживальщиков", которые решили заманить нежить к горке и запутать, получили медаль одну на двоих. "Стратеги года". Парочка, вооруженная уже упомянутой трубой (низкий и щуплый) и заточенной арматурой (высокий и пухлый) заманила сразу четырех зомби и двух ленточников к горке, а затем попыталась зайти к ним с тыла. Вот только что-то пошло не по плану..

Эти дятлы не учли, что внутри самой горки есть небольшой просвет, через который один из зомби и схватил пухлого любителя арматур за ногу сначала одной рукой, а потом и второй. Ни удары молотком, ни пробитая железякой ладонь целеустремленного зомби не остановили, а бить сильнее два придурка боялись: не хотели не задеть ногу.

Наконец, оставшийся, вернее, оставшаяся (единственная девушка в команде) сделала одновременно самую простую и самую странную вещь из всей пятерки: она сначала деловито втащила какой-то мешок на ту самую горку, возле которой бегали два "стратега", а затем принялась кидаться в зомби камнями, едва удерживаясь на маленькой железной площадке.

Никакого видимого урона нежити она не наносила, камнями и колотым кирпичом попадала плохо, лицо имела слишком чумазое, а фигуру — костлявую, чем возмутила Виктора сильнее, чем все остальные ее сокомандники вместе взятые.

— Может оставить их как есть? Они же стараются, жалко, — Ровным голосом спросил он Иру, но глаза Санитара смеялись.

— Ха-ха. Очень круто стебать каких-то неудачников, когда сам — местный супермен. Тем более, вон, тех скоро жрать начнут.

— Они справятся, я в них верю. Просто нужна жестокая, в смысле жесткая тренировка. Ну, как в Рокки. Или это был другой фильм? Не важно. Короче, пусть сделают лицо помужественнее, намотают на кулаки бинтов побольше. Вон, у мужика все равно нога не сгибается, пусть там и возьмут. А если кровь опять потечет, то будет только драматичнее. Полный шик, в общем. А, забыл, нужно еще побить коровьи туши. А у нас еще лучше — мобильные коровьи туши. Или самобеглые. Прямоходящие?

— Блин, прекрати уже, — Девушка сама не удержалась от смеха. Особенно сравнивая потуги несчастной пятерки с той бойней, которую десятком минут ранее устроил Санитар.

— Ладно, пошел я спасать это позорище, — Виктор глубоко вздохнул, но все же ускорился. Шашку из ножен он и вовсе вынимать не стал. Против таких противников это было излишне. Да и не стоит лишний раз светить перед остальными своими способностями.

"Долгую прогулку тоже использовать не буду. Ну их нафиг, обойдутся", — Решил он. Первым делом хитокири направился к давешней горке, где сконцентрировалась большая часть команды. Несчастный пухляш все еще оставался в плену излишне цепкого мертвеца, а его сокомандник кое-как отбивался от наседающих с трех сторон противников.

"Такими темпами его сожрут за минуту", — Решил Санитар и начал действовать. Сразу двое ленточников, что опоздали к началу замеса, но быстро переключились на новую цель, получили по головам подобранным по пути железным прутом. Его мечник, ничтоже сумняшеся, выдрал из ограждения детской площадки.

Попутно он приласкал отставшего зомби, а также с легкой иронией на лице отбил неожиданно точно прилетевший в него кирпич. Вряд ли девушка на горке имела злой умысел. Просто в последний раз он не рассчитал, и ударом железяки отправил зомби в полет куда-то за ограду. Со стороны наверняка все это выглядело, как сцена из компьютерной игры.

А дальше пришлось вмешиваться более оперативно. Одного из неудачников успели повалить, и теперь только прочные кожанные рукава куртки не давали мертвецам впиться ему в горло. Второму, вместе с тем, приходилось отбиваться сразу от двух мертвецов. Те никак не могли пролезть сквозь прутья горки, но и отпускать свою жертву категорически отказывались.

"Прыгать или не прыгать? Ладно, просто ускорюсь и протараню гнилушек", — Принял Санитар компромиссное решение.

Сказано-сделано. От его удара плечом двух зомби возле мелкого дрыща просто вынесло на несколько метров и протащило по земле, оставив след как от трактора. Двух других он быстро приголубил железякой, буквально вдавив их гнилые головы обратно в плечи.

А одинокого ленточника, который все еще оставался на площадке после всех цирковых номеров несчастной труппы, Виктор упокоил откровенно рисуясь: ногой с разворота. Удар оторвал голову нежити, которая улетела куда-то далеко, как мяч после пинка.

Девушка на горке от такой демонстрации икнула и чуть не свалилась с высоты, лишь в последний момент удержалась за хлипкие перила. Парни внизу синхронно выпучили глаза, раскрыли рты, но так ничего и не сказали. Санитар сам хотел выдать что-нибудь пафосное, но у этого шапито еще оставалось целых два неспасенных клоуна, так что пришлось идти на помощь лузеру с пистолетом.

Там все оказалось еще проще. Мертвецы обступили его неплотной толпой, так что Виктор просто надавал им по голове. Разве что бил осторожно, чтобы гной и прочая гадость от зомби не попали на спасаемого.

Четвертый чек. Остался лишь блондинистый балбес. Тот пока номеров откалывать не спешил, только сидел на дереве и тихонько подвывал, пока мертвецы внизу пытались как-то схватить и съесть неугомонную дичь. Ну, или хотя бы понадкусывать.

С той тройкой нежити Санитар вообще не стал заморачиваться. Побил их железякой куда попал до состояния отбивной, а затем выкинул оставшийся инструмент в силуэт прыгуна, который решил спрятаться в высокой траве. Ну, с перебитым позвоночником ему станет даже проще. Движения выдавать не будут.

— Йоу, чел, ты нереально крут! — Первое, что сказал блондин, когда слез, вернее, свалился кулем с нижней ветки, — Спасибо что добил этих чуваков, а то я бы всю жопу отсидел на этой коре.

"Что? Так реально кто-то говорит, или он надо мной стебется?" — Недоуменно подумал Санитар и остановил на незнакомце свой коронный немигающий взгляд. Того отчетливо передернуло, однако раздражающая лыба лишь поползла вширь, немало удивив этим самого мечника.

— Вау, ухмылка вообще зачетная. Как у Фары в лучшие годы. Нет, ну ты просто прикинь, как мне не фортануло! Засекли же гады. Только хочу разбить им бошки, ну прям как ты вообще, а этот ходячий взял и споткнулся. Просто не повезло, ага! Бывает же, блин! Вот мой Фростморн и застрял. Прям в трупе. Кек, лол — прикол, да? Не, ну я за веткой и полез на дерево. Думаю: щас найду потолще, да как вхерачу по ним. Только дерево голое, как Людка из соседнего подъезда, гы. А потом ты пришел…

— Давай сначала дойдем до твоей команды, успеем еще наговориться, — Грубовато прервал его Санитар.

"Болтун находка для шпиона. Только я не шпион, нафиг мне не сдался такой геморрой".

За жалкие четыре минуты, что они шли к остальным людям, блондин уже успел присесть на уши своему спасителю: рассказал, что оружие назвал в честь меча из одной популярной игры (Не, ну ты же гонял в Вову? Реально крутая игра, чел), что команда ему нравится, а сам он с ними только неделю, но уже успел найти артефакт, и даже два (Только второй отдать пришлось церковникам, ну да и черт с ними. Там тоже не повезло, привратник жадный попался), а также на его счету уже числятся не только обычные мертвецы, но даже целый прыгун (Воон тот, ага. Это я ему в хэд прописал).

Поэтому когда двое игроков подошли к горке, где Ира уже начала щебетать о чем-то со второй девушкой, Санитар был готов раздавать профилактические побои направо и налево. Вместе с губозакаточными машинками и другими девайсами класса: "рот на замке".

С другой стороны, заросший бородой мужик, а также парочка Пат и Паташон, в смысле, мелкий дрыщ-высокий пухляш, явно опасались Санитара. Если не боялись до колик, то где-то близко, при этом не стесняясь пялиться на красивый изгиб шеи и прикрытую плащом грудь Иры. Это вызвало неожиданное раздражение мечника, но тот взял себя в руки. Еще не стоило бить по голове и так ущербных за простые взгляды.

— О, а вот и они, — Весело отозвалась его бывшая, — Меня, кстати, Ира зовут. А это — мой партнер…

— И рядом с ним — Иллидан, — Тут же влез в разговор блондин, с пафосно представив себя любимого. Получилось не так ужасно, как могло бы показаться. Но Ира ненароком порушила ему всю игру.

— Где Иллидан? — Округлила глаза отступница, а команда рядом зашлась в здоровом, пусть и слегка нервном смехе. Блондин густо покраснел.

— В смысле, это я — Иллидан. Кличка такая.

— Мы же говорили тебе не страдать фигней, — Неприятным дребезжащим голосом бросила ему девушка-сокомандник, — Какой из тебя Иллидан, лол. Назвался бы морлоком или гноллом…

— А почему сразу персонажи из игры? Можно же в честь животных! — Добродушно усмехнулся здоровяк, — Медведь, там, росомаха, усатая малакоптила…

— …Хохлатый питохуй, — Подхватил его шутку щуплый товарищ, — Горбатый калоед. Столько разных возможностей!

Виктор не стал смеяться немудреной шутке, но все равно улыбнулся куда более дружелюбно, чем обычно.

— Ладно, с Иллиданом вы уже познакомились, а меня зовут Зита. Для шутников — Гита осталась у нас на базе.

— Я Ди, — Представился высокий.

— А я Джей. Вместе мы создаем движ, — Снова вклинился низкий.

— Или лечим людей. Если наоборот прочитать, — Добродушный бас пухляка необъяснимым образом сглаживал испанский стыд от их шуток.

— Леший, — Буркнул заросший мужик. Он один выделялся возрастом и угрюмостью среди компании молодежи. Скорее всего, родственник кому-то или знакомый. Вроде учителя в школе.

— Еще раз спасибо, что спас! — Зита махнула Виктору рукой и стрельнула глазками, но тот не обратил внимание на ее ужимки, отчего она слегка разочарованно пожала плечами.

— Ага, чувак был просто огонь. Я даже не заметил, как он их расписал. Только посмотрел вниз, а там уже фарш во все стороны. Я и сам чуть фарш метать не начал, гы! — Привычно стал задалбливать блондин, но его никто не слушал.

— Блин, потом в блоге распишешь, Иля, либо в теме на Форуме, — Попыталась заткнуть его девушка, но безрезультатно, тот продолжал болтать.

— Так как тебя зовут-то? — Добродушно спросил пухлый Джей.

— Санитар, — Коротко представился он. После чего совсем не удивился воцарившейся тишине. Только Ира не слишком понимала в чем дело, лишь переводила недоуменный взгляд с одного перекошенного лица на другое.

— Тот самый? — Почему-то шепотом спросила Зита.

— А что, много Санитаров по городу бродит? — С едва заметной желчью осведомился Виктор. На самом деле ему даже интересно было узнать ответ на свой вопрос, однако девушка лишь потупила глазки.

— Здесь нет, а вот на Кулаково, скорее всего, найдутся, — Хмыкнул пухлый Ди. Его, казалось, не особо затронула личность их невольного спасителя.

— Так, отставить намеки на дом с желтыми стенами, — Шутливо подхватил его реплику Джей, хотя мелкому явно было не по себе.

— Вы про психушку, что ли? — Хихикнул блондин, а затем кинул случайный взгляд на Санитара. После чего резко стал как горошек — в прозелень.

— Расслабься, я не обидчивый. Ну, не слишком обидчивый, — Поправил себя Виктор с насмешливым хмыком.

Следующие десять минут прошли в куда более расслабленной атмосфере. Пока Зита перевязывала своего дядю Лешего, оставшаяся троица трепалась ни о чем, то и дело втягивая в свои шутливые перепалки как Санитара, так и его спутницу.

Молодые парни вели себя корректно, но хитокири видел, как кривятся их губы, раздуваются носы от сдерживаемых приступов любопытства. Но, стоит отдать им должное, начала интересующую тему все же Ира:

— Слушайте, а почему вы все так отреагировали на его кличку?

— Ты что, мать, не знаешь? — Полушутливо-полуудивленно протянул "Иллидан", — Да Санитар официально считается самым крутым, в смысле, самым сильным одиночкой в городе. Говорят, что его уровень выше восьмерки, а то и вообще — девятки! На Форуме целые ветки про него. Есть даже теория заговора!

— О, — Понимающе кивнула девушка, после чего все четыре пары глаз обратились на Виктора.

— Говорят, что кур — доЯт, — Буркнул он, но все же соизволил добавить, — Да, мой уровень выше восьми.

— Йес! Я выиграл у тебя десятку жетонов! — Громко провозгласил блондин погрустневшему пухляшу.

— Ниче-ниче, зато на диету сядешь. Все равно жрать в столовой Отряда нам пятерым сразу не по карману, — Дружески ткнул его локтем мелкий Джей.

— Слушай, а почему тебя никогда нет на Форуме? Там на твоей страничке уже мессаг двести. Я бы офигел от такой популярности, — Доверительно сообщил Иля Санитару. Тот от такого широкого жеста в восторг не пришел, однако вбитая привычка узнавать обо всем новом взяла верх, так что хитокири все же уточнил:

— Что еще за форум?

— ВОТ! — Театральным шепотом возвестил Джей, — Пока ты зависаешь в соцсетях враг, в смысле, соперник — качается.

— Да ладно вам, — Заныл блондин, — Я всего-то по часику в день. Все равно, пока напишешь, пока тебе ответят или картинку скинут — два дня пройдет. А то и больше, если в реале какие-то траблы. Я от одного чувака уже неделю комменты жду под тем моим видосом. Ну, который про бой в институте. Там даже видно кусок прорыва внутрь!

— Короче, Форум — это форум. Почти все как в нормальных соцсетях, только блоги, выкладка и комменты очень хитро придумали. Времени вроде не слишком много проходит, а именно чатиться через него особого смысла нет. Разве что не срочно. Совсем не срочно. Вот народ и балуется: кто видосы свои выкладывает, кто трупы новых зомби постит. Один художник собственные арты заливает — вообще отпад, — Пояснил Виктору Джей.

— И что он, у всех открыт?

— Нет, только с третьего уровня и надо вложить очко умений, — Подал голос замолчавший было пухляш Ди, — Можно и еще одно: тогда будет доступна модерация, всякие фишки, вроде аватарок, ну и так далее.

"В топку. Бесполезная хрень", — Тут же решил Санитар. В пользу такого вывода говорил один простой факт: никто из его окружения даже не упоминал о подобной возможности. Как вариант — просто не знали.

"Ладно, спрошу у Доминика, Серафима или другого игрока, которые не похожи на разухабистых придурков у обочины Апокалипсиса. Нужно сворачивать разговор и идти дальше. Я и так потерял с ними слишком много времени".

Однако мечника, уже открывшего рот для прощальных слов, грубо прервала бледная, непохожая на саму себя Зита.

— Леший заразился, — С болью и обреченностью в голосе сказала она.

Глава 8

Лучше от дураков погибнуть, чем принять от них похвалу.

Антон Павлович Чехов

— Подожди… — У нас же было зелье! — Ожидаемо начал паниковать блондин. Виктора даже забавляло его настроение, что постоянно скачет от жирного плюса к глубокому минусу.

"И как этот балабол вообще умудрился выжить в первые дни?"

Впрочем, его расслабленного, даже праздного настроения никто из присутствующих больше не разделял. Тут же помрачнели лицами местные Лелек и Болек, сжал кулаки от бессильной злости блондин. Даже Ира грустно вздохнула из-за маленькой трагедии этой группы.

— Ты же знаешь, что мы использовали его тогда. На тебя! — Тонкий пальчик с грязными, обломанными ногтями ткнулся прямо в грудь провинциальному "Иллидану". Тот еще больше помрачнел, забормотал что-то, отвернулся лицом в сторону. Наступила мрачная, тягостная тишина, которую прерывало лишь учащенное дыхание Лешего. Тот не вмешивался в диалог, лишь обильно потел да закатывал свои мелкие, словно жучиные глаза.

— А в чем проблема-то? — Прервал общее молчание Санитар. Нет, он примерно понимал, что зелья — товар дефицитный. Но не настолько же, чтобы не иметь их вовсе? Ах, было, но использовали? Ну, надо больше брать. В следующий раз, угу.

На фигуре хитокири тут же скрестились яростные взгляды всех собравшихся. Даже мужик на скамейке поднял на него свое бледное, восковое лицо.

— Как будто ты не понимаешь?! Его все же успел укусить тот прыгучий урод! — Взорвалась Зита, — Ах ну конечно, откуда это знать прокаченному перцу с голубой кровью?!

"Не в бровь, а в глаз", — Мысленно хмыкнул Виктор, — "Взять что-ли и уколоть себя чем-нибудь, чтобы продемонстрировать РЕАЛЬНО голубую кровь? Нет, чернушная шутка как-то затянулась. Да, они меня немного раздражают, но это не повод вести себя как моральный урод. Попрощаюсь, да пойду себе дальше".

— В нашей ситуации это обычный риск. Впрочем, соболезную вашей утрате, — Санитар попытался состроить грустное лицо, но получилось скорее пофигистичное. Ладно, сойдет и так.

— Он еще не умер! — Девушка сжала кулаки, но потом выдохнула, заставила себя успокоиться, а следом, после еще нескольких глубоких вздохов, снова подняла глаза на хитокири.

— У тебя же есть оно, правда? Зелье здоровья. Помоги нам, пожалуйста!

— Это не тот случай, когда уместна благотворительность, — Сухо отрезал мечник. Он все понимал, но тратить зелье просто так, на слабого и бездарного игрока? Да он сведет на нет весь эффект уже через пару часов. Потому что сдохнет от чего-нибудь еще. Ну, или они потеряют вместо Лешего кого-нибудь другого. В боевые навыки этой пятерки хитокири, после увиденного, не верил вовсе.

"Так стоит ли тратить ценный ресурс на потенциальных смертников? Нет. Так будет даже лучше — потеряют веру в себя, плохо, но зато осядут где-нибудь под крылом церковников, в безопасности. То есть хорошо. Лучше уж так, чем потом самому убивать зомби со знакомым лицом".

— Не просто так! — Отчаянно выкрикнул блондин, — Мы сделаем что угодно!

Виктор успел заметить, как поморщился низкорослый Джей от такой формулировки, но все же кивнул, как и его товарищ Ди. А вот взгляд бородача Виктору не понравился: тот, словно бы невзначай, опустил пистолет, а его дуло оказалось направлено точно на Санитара.

— Вам нечего мне предложить, — Покачал головой мечник. И тут же сместился влево, одним нарочито медленным, тягучим, но гипнотически выверенным движением уходя от выстрела.

— Дядя! — Неверяще воскликнула Зита, — Зачем?! Мы же…

— Да что вы понимаете, сопляки! — Взревел тот, — Ты же видишь этого ханжу. Не поделится он ничем. А так, впятером, — есть шансы. А ну навались всем вместе.

— Не советую! — Раздался холодный, совершенно не похожий на обычный голос Иры, — Резкий, не терпящий возражений тон словно по волшебству отменил раскручивающийся маховик насилия.

— Вы даже представить не можете, НАСКОЛЬКО силен человек перед вами, — Продолжила она, пока все остальные сомневались и переглядывались.

"Идиоты, если уж нападать — то сразу и без всяких благоглупостей. Либо вы бандиты, либо порядочные. Полумер здесь быть не может", — Мысленно поморщился Санитар. Эта команда даже врагом оказалась весьма отстойным.

— …Вся ваша команда ему на один зуб. Так что БЫСТРО БРОСИЛИ ОРУЖИЕ И ВСТАЛИ НА КОЛЕНИ! — Ее голос на середине предложения из шипящего, вкрадчивого полушепота возвысился почти до крика.

Помедлил только Леший. Остальные сделали так, как сказала напарница Виктора. Больше от неожиданности и привычки, чем действительно сознавая разницу в силе. Спустя томительно долгую секунду бросил оружие и бородач.

— Пропади ты пропадом, — Прохрипел он и сплюнул вязкую красную слюну.

— Вот и поговорили, — Спокойно заключил Санитар. Затем обернулся к своей спутнице и бросил, — Пошли, нас ждут великие дела. Мы и так задержались слишком надолго.

— Нет, стойте! — Зита все же нашла в себе силы снова подать голос. Даже больше — встать на пути у раздраженного мечника. Маленькая трагедия превратилась в фарс и склоку, чем убила все его благодушное настроение.

— У нас есть чем заплатить! Жетоны…

— Не интересно, — Бросил Виктор, — Уйди с дороги.

— Нет!

— Тогда я сам тебя подвину…

— Мы покажем вам тайные тропы! — Не выдержал блондин. Выкрикнув, он подошел ближе и осторожно, за локоток, отодвинул напарницу от опасного человека.

— Ха? — Виктор недовольно покосился на спасенного им парня, — Что еще ты мне предложишь? На руке погадать?

— Так ты не в курсе? — Облегченно спросил его "Иллидан", — Есть определенные места, через которые можно пройти гораздо дальше, чем по старой дороге или местам до Катастрофы. Поверь, чел, мы не обманем!

— И что, наймешься проводником?

— Лучше: я покажу, как их вычислить! — Твердо сказал блондин. И в этот раз даже не отвел взгляда.

"Не врет. Аура, мелкая моторика, сама личность. Точнее, верит в собственные слова. Ну-ну. Хотя послушать все же можно".

— У тебя есть пять минут.

— Эм-м, можно чуть подольше? — Виновато улыбнулся паренек, — Просто, чтобы ты лучше понял. Я сам-то до сих пор в аху… удивлен.

— Ладно. Но не дай Бог ты сейчас впустую тратишь мое время… — Начал Санитар и осекся. Угроза не произвела на них ожидаемого впечатления. Даже наоборот: члены группы слегка расслабились, словно не сомневались в правильности информации.

— Да все будет тип-топ, чувак, вот увидишь.

— Ты уверен, Иля? — Вдруг подала голос Зита, — Это ведь наше самое большое преимущество…

— Уверен, — Твердо ответил ей блондин, — В прошлый раз мы потратили зелье на меня. Значит сейчас моя очередь вытаскивать нас из задницы.

— Единственная надежда? — С любопытством протянула Ира.

— А, просто мы — охотники за артефактами. Сталкеры, гы. Ставрополь — наша Зона. А в ней нельзя выжить, если ты не знаешь, где ходить, где не ходить, про аномалии, там, всякие, и другую лабуду, — Блондин с нескрываемым облегчением повернулся к девушке, лишь бы не смотреть в серую сталь глаз хитокири.

— И как это относится к вашим, гм, "тайным тропам"? — Напомнил о себе мечник.

— Самым непосредственным образом, — Вступил в диалог пухлый Ди, — Ты поймешь по ходу рассказа. Так что потерпи немного, ладно?

Виктор лишь кивнул, сделав блондину жест продолжать.

— Скажу сразу, это не навык или другой выверт Системы. Это то, чему я научился сам, пока ходил по городу, — Туманно начал свое повествование блондин, — Это тебе хорошо: чешешь, как по проспекту, а всяких зомби, мутантов и другую тварь выносишь на раз-два. Простым людям сложнее.

— Если ты решил поплакаться о своей несчастной жизни, то я начинаю отсчет времени.

— Не-не-не, просто для понимания, — "Иллидан" показал пустые ладони, улыбнулся слегка виновато, снова открыл рот:

— В общем, каждый, м-м-м, игрок после нескольких ходок начинает, ну, замечать, что-ли, некоторые приметы. Допустим, если в квартире есть мимик или другой паразит, то оттуда слегка тянет мокрым асфальтом. Слабо, но если уж учуял, то дрянь будет — сто процентов.

Также и с остальными: всякие ловушки на земле, вроде травы-лезвий или хищных цветков, палятся слишком чистым асфальтом или ровной, притоптанной землей. Да и не так много их, к счастью. Или, кстати, бывает плешь на траве. Тоже лучше обойти. Короче, жить захочешь — поймешь.

Виктор кивнул. Неплохо. Сам он подобным не заморачивался, но только из-за раннего навыка: "чувство опасности", который потом объединился с Дестрезой. Информация уже выходила довольно любопытной, даже если на загадочном Форуме это — общеизвестные сведения. Наверное, так оно и было, потому что напарники балабола ничуть не возражали против выбалтывания сведений, на которые договор не распространялся.

— То есть ты хочешь сказать, что по каким-то особым признакам можно увидеть эти ваши "тайные тропы"?

— Ага. Мы успели найти не слишком много — пять или шесть — но вариант рабочий.

— Только сначала дай зелье! — Встряла в диалог Зита. Виктор хотел огрызнуться, но посмотрел на нее и осекся. Девушка не сводила обеспокоенного взгляда со своего родственника, а ему на глазах становилось все хуже и хуже. Выступили на лице вены, стали раздаваться хрипы из легких, лицо приняло уродливый землистый оттенок. Не жилец.

— Я все еще не уверен, стоят ли ваши данные подобной помощи… — Он хмыкнул под яростными взглядами, цапнул из инвентаря бутылек "слабого зелья здоровья", а затем просто кинул его Зите.

Та удивленно выпучила глаза, но поймала пузырек и теперь благоговейно смотрела на бесцветное зелье в бутылочно-зеленом стекле.

— Спасибо… — Слегка заторможенно поблагодарила она, а затем бросилась к Лешему, вытащила пробку зубами и принялась вливать в него жидкость. Слишком быстро, как будто боялась, что Санитар передумает.

— Взамен вы еще покажете на карте, где находятся все увиденные вами тропы, — Сказал им хитокири. Группа не стала спорить.

— Ладно, зелье ты нам дал, спасибо кстати. Нет, реально, спасибо тебе, чел, огромное…

— Хватит. Хочешь поблагодарить — выполни свою часть сделки, — Махнул рукой мечник. Зелья было немного жаль, тем более, что он не слишком верил в полезность сведений. Однако эта информация явно оставалась самым ценным активом команды, так что все формальности хитокири для себя соблюл, и гнилой благотворительности удалось избежать.

— Тогда запоминай, — Посерьезнел блондин, — Первый — общий признак всех аномалий в домах: в зеркалах они отражаются совсем по-другому, чем видно глазами.

— Это я знаю, — Немного удивился Санитар. Действительно, полезная и редкая информация. Вряд ли о ней знает большое количество людей.

— Да? — Пришел черед удивляться "Иллидана", — Мы вообще-то случайно наткнулись.

— Я тоже. Когда уже был в самом здании. Там весь дом оказался одной такой аномалией, — Мрачно уронил Виктор. Команда напротив дружно спала с лица.

— И как ты выжил? — Задал общий вопрос мелкий Джей, — Мы даже в "плывущие" комнаты заходить боялись, а целый дом так и вовсе.

— Увидел случайно отражение в зеркале на площадке. Понял, что влип, купил через магазин декокт истинного зрения, а потом дрался с гребаным Вен… Монстром, который и породил всю эту ситуацию. Там еще был призрак и… По краю прошел, на самом деле.

— Жесть! — Благоговейным тоном откликнулся блондин, а вот Джей оказался более скептичен:

— Ты сейчас серьезно про аномалию? На Форуме есть парочка тем, но никто даже не слышал о выживших в такой заднице. Да и аномальных домов известно всего два или три.

— Теперь слышали, — Усмехнулся мечник. Убеждать в правдивости своих слов он никого не хотел, так что скомандовал своему собеседнику продолжать.

— Ну, зеркало — это первый признак проблем, — Почесал макушку парень, — Понятно, что все подъезды не прочекаешь, но если нужно во двор зайти, или, там, на ночлег остановится, то лучше проверить. Теперь второе — возле каждой такой хрени обязательно будет скрытая тропа. Она может быть в переулке рядом с домом, в соседнем от аномального подъезде, в квартире напротив стремной хаты, или вообще в глухом переулке где-то рядом. Но будет обязательно.

— Он забыл добавить, что тропу эту на самом деле легко увидеть, — Вмешался в диалог пухлый Ди, — Возле аномалии, в смысле. Нужно только прислушаться к самому себе.

— Ну да, — Пожал плечами блондин, — Но это и так все знают. Нормальный сталкер должен доверять своему чутью как себе. А от троп нервяк проходит. Ну, знаешь, как будто по локтю дали. Вроде слабо, а по нервам как кипятком прошлись.

— Ясно, — Виктор сумел удержать лицо и тон вежливой заинтересованности, пока внутри костерил себя на все лады.

"Вот же срань Господня! Как я вообще прошел мимо всех этих шестых чувств?! Еще и эти нубы говорят, как о чем-то само собой разумеющемся. Черт. Похоже я, сам того не подозревая, лишил себя целой ветки развития. А ведь замечал же, что Тедди и Крис гораздо лучше реагируют на всякую хтонь. Теперь надо будет настропалить Иру больше прислушиваться к себе.

Хотел ведь спросить у медведя! Все не до того было. А другим и так нормально, Серега, Жанна и остальные наверняка даже думать не могли, что у кого-то могут быть проблемы с этим. Одни мы с Коловратом два слепых чертилы. Тоже, наверняка, взял что-то похожее. Или просто отмахивался от ощущений. Эх, друг мой, что же ты так не вовремя ушел…"

— Но это не все, — Продолжал "Иллидан", не замечая загоны своего визави, — Есть тропы и без аномалий. Подозрительно чистый подъезд, или кусок стены, или подворотня без мусора. Что-то такое. Плюс резкое темное пятно, овальное или круглое. Такой вот портал. Работает всегда по разному, но выводит железно, и опасностей там нет. Только вокруг точно будет особо сильная гадость. Нежить, но не простая. Эволюция, бляха-муха!

— Хорошо, это уже больше похоже на что-то полезное, — Виктору все же хватило ума создать в Системе заметку и полностью добавить туда из "Журнала" слова блондина. Потом уже скомпонует и дополнит, а пока пусть висит как есть.

— Ага, теперь точно все. Только отметки на карте скину, — Он зашел в Систему, пару минут тыкал там пальцем по одному ему видимым кнопкам, а потом хитокири получил шесть меток на свою собственную карту Ставрополя.

— О, здесь недалеко как раз есть одна, — Обрадовался мечник вслух, — Напротив кадетского корпуса, там где еще оружейный магазин. Вы его использовали?

Люди вокруг вдруг замялись.

— Не ходили бы вы туда, — Неловко посоветовал им Ди, — Мы сами только издалека и смотрели. Вычислили место, там рядом была небольшая аномалия, да пошли себе.

— А как вы тогда узнали, что ход ведет до парковки рядом с краевой больницей? В комментарии к метке слишком много подробностей, — Санитар вновь вспомнил про все свои подозрения, и холодно уставился на зябко передернувших плечами ребят.

— Ты когда знаешь, что это тайная тропа, и пялишься на нее долго, то понимаешь, куда она приведет. Это не объяснить, — Ответил ему Джей, — Просто знаю. Также, как знаю, куда поставить ногу, или, там, руку вытянуть. Рефлекс, ё.

— Но там реально опасно, — Тоже поделился своими сомнениями "эльф-предатель", — Там вокруг терлось не меньше трех-четырех десятков зомби. Но это ладно, привычно уже. Они медленные, оторваться легко, или сбить их мясными шариками в крови. Кидаешь подальше, а они лезут, как тараканы в еду.

А вот какой-то длинный хмырь уже куда опаснее. Он метров трех, не меньше. Худой, как палка, весь замотанный в тряпки. Зато ладонь — как две моих, а когти вообще размером с хороший такой ножик. Мож ну их нафиг, Санитар?

Он впервые обратился к встреченному игроку по имени, но Виктор не оценил. Равнодушно пожал плечами, кивнул Ире, развернулся в правильную сторону.

— Больше ничего не хотите мне сказать? — Спросил он на прощание. Да, трюк грязный, но эта команда уже показала, что у них в загашнике есть много полезных "лайфхаков". Может еще чем и поделятся из чувства вины.

— Нет, все что могли — мы сделали, — Грустно ответил Ди.

— Эй, смотри на жизнь позитивней! — Встряла до сих пор молчавшая напарница хитокири, — Сейчас Са-а-анитар, — Она снова запнулась на его нике, но быстро продолжила, — Убьет этого монстра, а потом вы сможете пользоваться тропой.

— Ага, было бы неплохо, — Хмыкнула подошедшая к ним Зита. Ее дядя все еще сидел на скамейке и тяжело дышал, уронив лицо в ладони, — Осторожнее там, не рискуйте. И спасибо тебе еще раз. Вряд ли кто-то другой бы согласился за целое зелье купить кота в мешке, — Сказала она Виктору посерьезнев лицом.

— Пожалуйста, — Помахал ей рукой мечник, после чего он со своей спутницей скомканно попрощался с остальными, указал им на одиноко бредущего в траве рептилоида, а затем двинулся обратно ко входу во двор. Напарница же суетливо пристроилась у него за спиной.

— Удачи! — Крикнул им вслед не то блондин, не то Джей, — Виктор не разобрал. Он лишь сделал рукой прощальный жест, после чего они окончательно исчезли за поворотом.

— Я рада, что ты все же решил им помочь, — Сказала Ира после недолгого молчания.

— О чем ты? Это взаимовыгодное сотрудничество, — Ровным тоном отозвался мечник.

— Да уж. Сотрудничество между удавом и кроликами, — Фыркнула девушка, отчего вызвала у напарника невольную улыбку. Он был рад видеть, как оживает, перестает быть запуганной тенью самой себя его бывшая девушка. В конце-концов, он слишком устал от деструктивных эмоций, а такой источник позитива рядом лечил его железное сердце от следов ржавчины. Да и самолюбию льстило, как его добивается красивая, умная и гордая девушка. Пусть даже он не верил в ее чувства.

— Кажется, мы пришли, — Сказал хитокири спустя некоторое время, — Видишь вон то здание?

— Ты про кадетку?

— Ага. Напротив нее нужное здание. Сотня метров максимум, почти сразу за углом.

— Ты же слышал про зомби и остальных? Уверен что справишься? — Ей все еще было не по себе даже от одного вида монстров, не то, что драки с ними.

— Нормально, — Отмахнулся Виктор, — Заодно и магазин прошерстим. Понятно, что оттуда могли все выгрести, но нежити много, а если там еще и новый уникальный вид ошивается, то есть шанс на нормальный лут. Не бойся, этих я чувствую. Действуем как в прошлый раз.

— Тогда пошли, — Решительно ответила она.

Глава 9

Можно держаться на одном и том же уровне добра, но никому никогда не удавалось удержаться на одном и том же уровне зла.

Гилберт Кийт Честертон

Как и ожидал Виктор, сотня живых мертвецов не доставила ему особых проблем. Слабые, медленные, неповоротливые — они умирали от первого же удара, а иногда удавалось за один раз вынести даже двух-трех, особенно в плотной толпе.

Впрочем, лезть на рожон мечник не стал. Выманил сначала примерно треть толпы, вырезал ее, выманил оставшихся. Дождался, пока долговязое существо с большими когтями отойдет подальше, окончательно добил массовку, вычистил несколько зомби рядом, и только после этого направился в сам торговый центр.

Ира в этот раз держалась к нему так близко, как только могла. Нужно было поднимать ей уровень, а также отучать от страха перед мертвецами. Так что девушка "без сна и отдыха" кастовала свое "духовное изгнание" в толпу мертвецов. Сначала просто куда-нибудь, затем выбирала конкретных, потом — пыталась управлять мощностью, дозировать силу и так далее.

Удивительно, но у нее получалось. По крайней мере, "отступница" теперь чувствовала, сколько сил уйдет на конкретную нежить, распадется она прахом (возвращает силы) или начнет оплывать, как давешний кобольд (а вот это расходует без восполнения затрат, даже если зомби сдохнет).

Санитар старался направлять ее силы на редкие вкрапления продвинутых мертвецов в толпе нулевок. Кроме прыгунов — слишком мобильные и непредсказуемые. Интересно, что сложнее всего девушке далось упокоение ленточников — самых медленных и слабых, с точки зрения Виктора.

— Держись также, чуть позади. Как только эта дылда подойдет ближе — все внимание на него. Маловероятно, но он может оказаться скоростным типом. Поэтому, уже ты можешь оказаться в опасности.

— Может мне тогда вообще отойти? — Хлопнула глазами девушка, а потом до нее дошло, как выглядит такое предложение. Она густо покраснела, энергично замахала руками, — Нет, я не использую тебя…

— Я не про это, — Ровно отозвался мечник. Использует, конечно, но в ее ситуации других вариантов нет. А самому Виктору, раз уж он не может оставить ее у церковников или переться, теряя время, на территорию Ордена, нужно как можно быстрее превратить новую напарницу во вменяемую боевую единицу.

— Если ты отойдешь слишком далеко, то мы с тобой просто потеряемся. Если отойдешь чуть в сторону, как тогда, в битве с толпой кобольда, то скоростной тип сможет добраться до тебя быстрее, чем я. Понимаешь?

— Да, спасибо, — Облегченно кивнула она. Однако Санитар видел, что ей все еще стыдно за свою беспомощность, а также неловко и неуютно так сильно полагаться на другого.

"Вот и славно, потому как нельзя давать Ире привыкать к хорошему и садиться на шею. Даже если она и слишком горда и независима для этого".

— Идет, — Коротко бросил он уже через минуту. Они успели дойти до разбитых на мелкие осколки дверей в торговый зал. Затем маркер души неизвестной нежити замер, после чего начал стремительно приближаться к двум замершим у входа людям.

"Быстрый, но вряд ли упор на это. Ладно, прочитаю в бестиарии, когда убью", — Виктор немного подождал, пока монстр не покажется во всей своей красе, а потом прыгнул "Долгой Прогулкой" прямо ему под ноги.

Вспышка от удара Филиппой хлестнула нежить по глазам, лезвие шашки с хрустом впилось в опорную ногу твари. Та взревела, махнула по-обезьяньи длинными руками, но Виктор вовремя успел пригнуться. Так, из полуприсяда и прошел весь следующий бой. Мечник стелился по земле, уходил от атак, а затем рубил по открытой ране. Раз, другой, третий. И еще раз.

Ногу удалось перерубить только с пятой попытки. Плохо. Именно нижние конечности, как он разглядел уже после боя, оказались наиболее бронированными. Нежить не доставила много проблем, но свист рассекаемого когтями воздуха в считанных сантиметрах от головы настроения мечнику не прибавлял. Его противник обладал невероятно хлесткими, непредсказуемыми атаками.

Пальцы с полуметровыми когтями в момент удара выгибались в разные стороны, дополнительные суставы обеспечивали лучшую вариативность и гибкость, а возвратные движения после выпада оказались настолько опасными, что Виктор уворачивался только засчет своих "навампиренных" с прошлых противников характеристик. "Дестреза" вообще не слишком хорошо помогала с такими вот хлесткими, "кнутоподобными" атаками, особенно со спины. Равно как и с ударами по площади или множеством мелких атак высокой плотности. Слишком широкий веер вариантов, слепая зона или невозможность предсказания.

Тем не менее, даже после отрубленной ноги тварь создавала проблемы. Порывалась встать прыжком на одну ногу, вертелась как юла, размахивая руками на манер спиннера, гнулась на зависть любому йогу. Напоследок монстр сумел оттолкнуться уцелевшей ногой от асфальта и выстрелить своим телом в Виктора будто пружиной. К счастью, на такую прямолинейность "Контроль пространства" и был заточен, так что противник пропустил удар по позвоночнику. Шашка перерубила его начисто, прежде чем упереться в грудину.

— Ира! — Позвал ее запыхавшийся Санитар. Нежить оказалась неожиданно проблемной, причем ровно под его билд: слишком быстрая, слишком непредсказуемая, и слишком гибкая. Виктору больше нравились силовые варианты — просто лупишь, пока не сдохнет. Стрелки похуже, но тоже пойдет: легко можно увернуться, а потом блинком сократить дистанцию. А вот такие странные специалитеты, честно говоря, раздражали.

"Зря сразу полез на ближнюю дистанцию. Надо было рубить руки или пальцы, прыгать вокруг "Долгой прогулкой". Так бы завалил не особо напрягаясь. Герой, блин. Ну что, выпендрился перед девушкой?" — Саркастично думал он, пока лупил тупой стороной Филиппы полудохлого зомби.

— Ты хочешь, чтобы я кастанула на него "изгнание"? — В этот раз Ира сразу поняла, что от нее хотят. Но не могла поверить подобной щедрости.

— В нем же больше тысячи опыта, Савва! Я за одного карлика с тобой и за месяц не расплачусь…

— Хватит уже думать об этом в таком тоне. Я тебе не сумочку в бутике покупаю, — Раздраженно выдохнул мечник, — Мне даже лишняя тысяча даст сейчас не слишком много. Тебе же — быстро повысит уровень. Причем не столько личный, сколько способности. Сделай "изгнание" своим козырем, добей до десятого уровня. Возможно, в итоге мы получим отличный навык как раз для таких вот жирных и опасных целей.

Если ты сможешь ослаблять или вовсе убивать таких вот "боссов" на дистанции, может даже во время моего боя, не опасаясь "френдли-фаера" из-за слишком быстрых скоростей… Одна такая способность полностью окупит и твое обучение, и потраченные на тебя силы, опыт, время. Так мы сможем стать полноценными партнерами. Согласна?

— Милый, я… — Она прижала ладонь к лицу, сдержала внезапно выступившие слезы благодарности. С момента их встречи прошло всего два дня, а это уже лучшее, что случалось с ней за все время с начала Апокалипсиса, — Ты веришь в меня даже больше, чем я сама. Конечно, я сделаю все, как ты скажешь!!!

Она даже не заметила, что снова назвала его не привычным уже именем, следствием курьеза на первом свидании, а так, как привыкла раньше. До расставания. До крушения мира.

— Рад, что ты поняла, — Санитар снова огрел тварь по голове, теперь уже рукояткой, — Но давай уже начнем. А то эта скотина, по ходу, начала регенерировать.

Действительно начала: отрубленная нога на глазах стала покрываться плотью, чавкать чем-то, а глубокая рана на спине уже почти затянулась. Тем не менее, времени зализать раны монстру не дали. Снова жест рук от себя, мультяшный звук, и… Нежить распадается на пепел и черный дым, совсем как низкоуровневая шелупонь.

— Не понял, — Удивленный взгляд Виктора встретился с совиными глазами девушки, — Прочитай потом еще раз, как работает твоя способность. Повнимательнее.

— Ага, — Только и смогла обалдело кивнуть в ответ его напарница.

Торговый центр, к его большому сожалению, ничего интересного в себе не содержал. Даже одеждой — и той поживиться не удалось. То ли владельцы успели вывезти продукцию, то ли ее забрал кто-то другой, но большая часть прилавков стояли пустыми, а за закрытыми шторами находилась лишь пыль, да несколько голых манекенов.

Впрочем, Санитар особо и не рассчитывал. Они вдвоем с Ирой быстро прочесали здание, нашли в подсобке забытый кем-то гаечный ключ, что мерцал тусклым красным светом, как подсвеченное в играх оружие для миссий. Мечник быстро сунул его в инвентарь, а затем парочка вышла обратно на улицу.

— Ты слушала, о чем нам говорил тот, гм, "Иллидан"? — Вдруг обратился к ней Виктор.

— Эм-м, он много о чем говорил, — Хихикнула Ира, — Ты про их "тайные тропы"?

— Про них и аномалии, — Кивнул мечник, — Прислушайся к себе. Не ощущаешь ничего необычного? Пугающего, странного, манящего, давящего на голову, на нервы и так далее. Постарайся, здесь будет важна любая мелочь. Я, например, никакой тропы не чувствую от слова "вообще".

— Есть хочу, — После паузы ответила девушка, а потом нервно хихикнула от недовольного взгляда своего спутника, — Мне кажется, ТАМ что-то есть, — Выделила она небольшой пятачок между сеткой рабицы и краем дома. Как раз рядом с каким-то подвальным помещением.

"Как и написано в пометке на карте", — Удовлетворенно отметил Санитар, — "Не соврали значит".

— А ты не чувствуешь? Там же по нервам как наждаком проходятся, стоит только посмотреть мимо.

— Нет, из-за особенностей развития, — Неохотно выдал он. Понятливая напарница переспрашивать не стала.

— Ну что, тогда идем?

— Только заглянем в оружейный, — Кивнул мечник на вывеску.

* * *

— Вау, это просто… Да у меня слов даже нет! — Девушка прыгала по подвалу, вертела руками как мельница от обуреваемых чувств. Виктор напротив, тяжело прислонился к стене, пытался перевести дыхание, утереть холодный пот и развидеть проклятущий туннель.

— Бесконечное множество дверей, Савва, сто дорог, сто путей! Теперь я знаю, что значит свобода! — Воскликнула она театральным шепотом.

Да, коридор с нескончаемым рядом дверей, что постепенно закручивались в спираль, собирались в ленту Мёбиуса, хлопали и скрипели. Виктор думал, что чокнется еще там, в переходе от своего приступа избирательной клаустрофобии. Психоделическая картина вкупе со странными ощущениями ударила по мозгу, а психологическая травма усугубила эффект в несколько раз.

Он даже предположил, что это нормально, что "тропа" показывает человеку его страхи. Но нет, кажется, Ира видела ту же самую картину. Вот только у нее она вызвала ощущение свободы и счастья, прилив энтузиазма. Ну уж никак не приступ тревожности и удар по больному, как у ее спутника.

"Чтоб я еще раз воспользовался этим дерьмом!", — Ругнулся про себя Санитар, но так, без энтузиазма. Воспользуется, конечно, да еще не раз. Слишком уж удобно преодолеть дневной переход за какую-то минуту. Пусть даже субъективно для сознания она тянется не меньше часа.

— Ты знаешь где мы, милый? — Спросила его успокоившись девушка.

— Ты тоже знаешь, — Буркнул мечник. Тот болтливый блондин и здесь оказался прав: взгляд взглядом, однако уже в момент перехода хитокири точно знал, куда его выкинет в конечной точке.

Причем информация бралась не из его воспоминаний, а откуда-то еще: сведения, в том числе образы подвальчика и улицы за ним, мягко проникли в его голову, присоединились к воспоминаниям, стали неотличимы от лично прожитых.

— Нет, я про ситуацию в городе, — Легкомысленно махнула рукой его бывшая пассия, — В смысле, кто здесь водится, куда дальше идти, может бандиты какие есть.

— Бандиты всегда и везде есть. Также, как шныряющие по всем углам группки мародеров или добытчиков. Что одни, что другие, что третьи похожи друг на друга как сиамские близнецы.

— Да-да-да, люди говно, а мир — это крышка унитаза, — Несмотря на едкую отповедь, Ира все еще улыбалась. Приятный момент перехода наложился на ее новое оружие. Первое личное, а не выданный комендантом военкомата хлам.

Лук. Да, в том магазине они, совершенно неожиданно для себя, смогли найти искомое. К лучшему или к худшему, но весь огнестрел неизвестные "лутер Кинги" выгребли подчистую. Выгребли ружья, пистолеты, забрали патроны, вскрыли все сейфы, утащили даже большую часть ножей, походного снаряжения, другой вспомогательной лабуды.

Судя по масштабу, Виктор подозревал или Отряд, или церковников. Только они могли себе позволить вывозить содержимое магазинов целыми грузовиками. По итогу на разгромленных полках осталось сиротливо лежать несколько ножей, самый большой из которых Санитар презентовал Ире, несколько баллончиков и шокеров, которые он закинул в инвентарь на всякий случай (кроме парочки опять же рассованных по карманам девушки), а также остался выбор между арбалетом с треснутым ложем и парочкой луков, которые просто не взяли.

Жаль, но стрел нашлось лишь двенадцать, да и то — случайно. Видимо, вывезли с остальными луками, а эти не взяли в запарке или просто не заметили за массивным сейфом на продажу. Санитар, впрочем, остался не в обиде.

— Тебе бы еще копье какое сварганить, — Сказал он тогда, на что получил живейшее согласие девушки. Пришлось колхозить из какого-то пафосного зонта в виде трости. Благо верх удалось срезать достаточно чисто, а в отверстие как раз подошел легкий и тонкий, больше похожий на штык, шиловидный нож. Непонятно, для чего он позиционировался на продажу, но как наконечник для копья — весьма и весьма. Правда, пришлось спрятать слишком длинное оружие в инвентарь. И то — еле влезло из-за размеров.

— Значит так. Мы сейчас в чьем-то частном подвале. "Помещение", как-то так оно зовется на рынке недвиги. Голые стены, да дверь, сама видишь, брать нечего. Но нам и не надо. Сейчас выйдем на улицу, потом быстро дойдем до больничной парковки и повернем к жилому кварталу. Там, между домов, в двухэтажном магазине и будет наша цель.

— Я смогу пострелять из лука? — Только и спросила она, тиская в руках обновку.

"Ну хоть этому монахи успели научить. А из-за способности без проблем освоит хоть композитку, хоть кустарщину", — Со вздохом подумал мечник.

До парковки они добрались быстро, но без единого убийства. Одну крупную толпу зомби пришлось обойти по широкой дуге, а от мелких просто оторвались. Вступать сейчас в бой Санитар посчитал нецелесообразным. Слишком близко к Кошмарникам, еще привлекут лишнее внимание.

Только среди брошенных, а кое-где даже сгоревших машин проверили лук Иры, а также как ее навык "изгнание" с ним работает. Среди этого лабиринта грязных машин с характерными отверстиями от пуль и потеками крови бить зомби оказалось неожиданно легко. Слишком мало пространства, чтобы наскочить толпой, а пресловутый фактор неожиданности сводился на нет способностью самого хитокири.

— Тебе не кажется, что "изгнание" работает со стрелами даже лучше, чем если просто кастовать руками? — Спросила она, пока с брезгливой гримаской осторожно вырезала стрелу из ржавого бока легковушки. Снаряд пролетел сквозь простого зомби почти не задержавшись, превратил того в горстку пепла, после чего воткнулся в железо позади павшей нежити.

— Возможно. У нас потом будет время для испытаний. Просто держи в уме, что стрела будет лететь дальше и не станет застревать в трупах. Не во всех, по крайней мере, — Слегка рассеяно отозвался мечник.

Он как раз прикидывал, как упокоить настырного ловчего, который спрятался под днище грузовика и дважды бил в него языком. Ударил бы и в третий, да Санитар отрезал чужой орган. В итоге, он просто рубанул Филиппой прямо сквозь металл, прорезал и кузов, и того, кто под ним лежал.

— Пошли, время дорого.

— Блин, опять бегать от мертвяков, — Вздохнула напарница, но после парковки им не встретилось ни одного завалящего зомби. Как и предсказывал Доминик, рядом с целью зомби исчезли, словно их взяли и удалили из города какие-то санитары.

Не раздавалось знакомых хрипов из-под завалов, никто не копошился в траве, не шаркал по асфальту, не хрипел за разбитыми окнами. Перестали ощущаться серые души живых мертвецов, не терзал нос приевшийся запах ацетона, из-за чего в воздухе еще сильнее стали ощущаться нотки гари и гнили, пополам с осенней пылью.

Неприятная, противоестественная тишина, несмотря на далекие выстрелы или взрывы. Она убаюкивала, словно ты вошел в безопасную зону, но глаза говорили об обратном, отчего организм напрягался еще сильнее.

— Как-то здесь страшно, — Зябко передернула плечами девушка. Действительно. Жуткое ощущение покинутого города. Здесь не каркали вездесущие вороны, не пели редкие теперь птицы, не чирикали выжившие в кровавой слякоти Апокалипсиса воробьи. Даже собаки не лаяли — как живые, так и мертвые. Словно двое людей остались совсем одни наедине с целым миром. Умирающим, покинутым живыми миром.

Вскоре показалась и причина такого мертвого безмолвия. Стоило им зайти за угол типичной пятиэтажки с обугленными от пожара стенами, как Санитару открылся вид на широкий двор с деревьями и чахлыми придомовыми садами у подъездов, детской площадкой в центре, а также искомым магазином.

— Что… ЧТО это такое… — Тихим, безжизненным шелестом спросила его Ира. Она остановилась так резко, что не удержала равновесия, снова вцепилась в его рукав, как в первый день встречи. Ее страх перед нежитью уже успел притупиться, но зрелище впереди разожгло его с новой силой.

"И я прекрасно ее понимаю. Как и тех людей, которые назвали подобных тварей Кошмарниками", — Мрачно подумал Санитар, — "Потому что иначе и сказать нельзя".

Вся старая детская площадка с ее песочницами, турниками и горками стала одним большим перфомансом. Словно здесь побывал кто-то психически ненормальный, но вместе с тем обладающий извращеным художественным вкусом. Как один известный галерист в Перми, только с куда более широкими возможностями.

— КТО? — Девушка вплотную прижалась к его телу, ее начало трясти, — Какая траханая нелюдь могла сотворить ЭТО?!

— Не кричи, — С напускным спокойствием осадил ее Санитар.

— Да как ты вообще можешь… — Она осеклась, нашла что-то в его затуманенном взгляде, — Ты уже видел подобное, верно?

— Видел, — Все тем же ровным тоном бросил он. Действительно, видел. Все еще живые люди, насаженные на колья по пути к Драмтеатру. Композиции из частей тел во время штурма института. Здесь же все оказалось… масштабнее, но стиль остался знакомым.

Люди, собаки, разнообразные эволюции зомби, всем им нашлось место в охотничьих угодьях монстра. Два трупа маленьких детей в песочнице, посажены внутрь и согнуты, как будто играют. Рядом с ними весело блестит потускневшим за время боком красная машинка-грузовик. Два плотных, накаченных парня висят на перекладинах на одном подбородке. Глаза закатаны, потеки крови на футболках и лужа внизу.

Женщина с коляской, надетая на арматурный штырь так, словно она спешит куда-то, вот-вот сделает шаг вперед, покатит лохматую от дыр коляску. Шестеро мужчин у столика, головы лежат на сложенных руках, посередине конструкции — бутылка водки и упаковка пластиковых стаканчиков. Собака с поднятой ногой у столба, человек в костюме лежит на земле, над ним повисли друг на друге два скукоженных трупа в спортивках. Широкий красный круг со знакомыми лучами пентаграммы вокруг магазина, символ трискеле через равные промежутки в окружности. И многое, многое другое.

Создавалось ощущение застывшего времени. Будто все участники страшной сцены живы. Потом взгляд начинал подмечать детали: неестественно согнутые конечности, ввалившиеся лица, пустые бельма. И тогда накатывала страшная, потусторонняя жуть.

"Это место не должно существовать, даже если мне лично придется поливать бензином весь клятый квартал!"

— Добро пожаловать в логово Кошмарника, — С прорвавшейся в голосе злобой сказал Виктор.

Интерлюдия Кристины. Призрак драмы

Говорят, что пламя очистит все. Негасимый свет, подарок Прометея благодарным людям, божественное откровение. Или же просто реакция окисления молекул, случайность, удачное совпадение, что подарило людям шанс на выживание в доисторическую эпоху. Как бы ни называли этот процесс, сейчас он шёл на пользу поставленному на грань выживания человечеству.

Огонь взметнулся выше небес. Чадящий дым, видимый из каждого уголка главного города Северного Кавказа, невыносимый треск, что заглушал голоса и даже крики говорящих. А еще невыносимая пихтовая вонь пополам с гарью и мелкодисперсной угольной пылью.

Террариум горел. Там не осталось ничего, что могло представлять ценность для людей и отдельно взятого Ордена в частности. Никто не знал, где Картограф взял столько горючих веществ, чего ему стоило пронести их в каждый уголок враждебного людям места, сколько жертв принесла эта операция. Сражаться с Серыми, заполонившими настоящие джунгли посреди города, сражаться с остатками «естественных» для Террариума тварей и изменённых Системой людей…

Однако игра стоила свеч. Теперь Террариум, сгорая сам, светил другим.

Пламя жадно пожирало ослабевшие, утратившие мистическую защиту от огня деревья, зверей и те остатки Серых, которые не сумели прорвать цепочку блокады воинов Ордена. У тварей больше не осталось удобного плацдарма для своих действий, а также кормовой базы. «Непотопляемый авианосец» человека, что возомнил себя творцом, пошёл ко дну.

— Это победа, — хвастливо провозгласил Цианид, зарядил свою картофельную пушку очередной химией, выстрелил прямо в толпу противника.

— Рано ещё радоваться, — Раздраженно буркнула Жанна. Ее взгляд метался от горящего леса к остаткам обороны Драмтеатра, которую вдумчиво перемалывали люди ЦУМа. Почти дюжина заточенных на оборону бойцов, «танков», дополнительно экипированных ростовыми щитами, сдерживала большую, но разрозненную толпу Серых.

Бойцам авангарда помогали многочисленные стрелки, которые прореживали опасные участки, ослабляли давление то на одного, то на другого танка. Помогали удары по скоплением врагов от менее точных коллег, всевозможные щиты как мистической природы, так и банальный металлолом.

Отдельная пара менталистов путала мозги стрелкам противника, сбивала касты умений, направляла таранных монстров в обратную от танков сторону. К этим двум присоединилась и Альфа.

Девушка выделялась даже среди опытных и куда более взрослых боевиков. Ее силуэт моргал и двоился от направляемых ей призраков, а бьющие от нее волны жути оставляли пустое пространство вокруг. В таком состоянии к ней боялись приближаться.

Крис было все равно. Она сжимала зубы, жгла яростным взглядом ряды противника, бормотала команды для своего бестелесного воинства.

Белая прядь у виска, вьющиеся серебром кончики волос, а также новая, страшная способность ее существ. Которой она не замедлила воспользоваться в самой масштабной битве со времен защиты ЦУМа.

"Черное солнце мертвых", так еще называли коловрат. Так назывался и ее новый навык. Он появился сразу после пробуждения, вместе с десятью тысячами опыта. Ее мертвый друг передал весь свой накопленный в институте опыт, три очка умений, а его суть, его личность, его душа, с которой соприкоснулась Альфа, подарила одно единственное умение.

Но оно стоило десяти других.

"Пользователь получает возможность призвать до пяти призраков погибших в бою игроков. Они существуют следующие полчаса, имеют одну пятую от прижизненных сил, а также полностью подчинены воле призывателя.

Дополнительные навыки призраков: "бестелесность", "ненависть к живым", "жажда крови", "эктоплазменный взрыв".

Время перезарядки: один призрак — десять минут. Полный каст — полчаса. Лимит не может быть превышен, но не распространяется на уже привязанных к сущности призывателя душ".

Сильная способность, страшная способность.

Она не говорила никому, ни о том, кого видела, с кем общалась, ни пределов того, что теперь может. Осунувшееся лицо, изменение цвета волос и характера удалось списать на плохое предчувствие.

"Слава Перуну, что все вокруг такие суеверные. А еще — что здесь не принято лезть в чужую жизнь", — Отстраненно подумала она, отправляя следующего призванного духа.

К ее облегчению, первое применение способности не потребовало от Альфы вытаскивать с того света души погибших товарищей. Хватало и Серых: каждый из них при жизни был человеком или "дикарем" из Террариума. Да, сами по себе они и так были довольно слабы, а уж одна пятая от этих сил вовсе казалась каплей в море.

Вот только призраки являлись незримой, бестелесной нежитью, что впивалась в глотки ее противников, рвала их тела, с урчанием алкала кровь. Обычное оружие на призраков действовало плохо: получив фатальное для живого повреждение, они лишь замирали на месте на минуту другую, а потом продолжали свое черное дело.

Немного лучше действовали природные силы: поток воды, огонь, ветер. От концентрированной атаки чем-то похожим они просто развоплощались. Но не беда — Альфа тут же призывала другого духа, быстро отправляла сеять панику в ряды противников. Там же действовало и четверо ее старых слуг.

Бармен координировал действия временных духов, выбирал цели, указывал на слабые места, не давал увлечься потрошением уже мертвых врагов.

Алкоголик в нелепой майке оказался на диво хорош в саботаже: невидимый и неощутимый, в отличие от остальных призраков, он толкал големов под руку, сбивал каст немногочисленным вражеским игрокам, перенаправлял срывающиеся с кончиков пальцев навыки.

Тощий доходяга работал по монстрам. Стоило ему пройти сквозь свою цель, как летающая химера штопором падала вниз, уродливые полубыки-полулюди впадали в ярость и бросались на всех вокруг, включая союзников, а мелкие змеи — настоящий геморрой танков — от такого и подавно валились замертво.

Последним в ее списке шел убитый при давней стычке с Отрядом 9-19 копейщик. Он особо не заморачивался, банально сражался бок-о-бок с живыми. Когда кто-то из Серых или химер наносил ему фатальное повреждение, то тело теряло материальность, однако после нескольких минут снова становилась как новое, и воин опять шел в свой очередной бой насмерть.

Битва шла тяжело, сложно, авангард гнулся, как толедская сталь, но все стоял и стоял. А потом, в какой-то момент, Серые стали заканчиваться. Крылатых химер повыбили почти сразу, большинство союзных Менгеле игроков либо отступили обратно в театр после ранения, либо погибли, а монстры-быки бушевали на левом фланге в боевой ярости. Убивать их не было смысла: большая часть их ударов приходилась именно на Серых.

Цианид оказался прав: они выигрывали. Выгрызали у врага землю пядь за пядью, рубили, кололи, стреляли, жгли, взрывали, кипятили мозги и выворачивали конечности. Враг огрызался, конечно. Альфа с болью смотрела на шесть плоских, невидимых никем, кроме нее, фигурок погибших товарищей. Они ждали своего часа, не в силах отправиться на покой рядом с носителем навыка "Черное солнце мертвых". Она не звала их. В этот раз хватало и других помощников, а тревожить своих братьев по Ордену даже после смерти казалось ей кощунством.

"Долго ли продлиться твоя щепетильность?", — Насмешливо прошептал ей в ухо внутренний голос вкрадчивым голосом бросившей ее матери.

"До первого серьезного боя с нежитью", — Подумала Кристина с почти физической болью. Розовые очки разбились вместе с уходом Коловрата. Теперь она не могла больше игнорировать реальность и прятаться за спины тех, кто готов сделать за нее всю грязную работу. Пришел черед Альфы замарать руки.

Она помедлила, не стала воплощать нового духа, когда упокоили одного из пятерки. Серые и так проигрывали, все быстрее отступали сначала к подножию, а затем и к ступеням Драмтеатра. Натиск людей становился яростнее с каждой минутой, а их враги начали допускать ошибки, спотыкаться, банально уставать.

"Надо дождаться, пока не уничтожат еще парочку духов, а потом пустить их на этих ублюдков разом. Ударить так, чтобы окончательно прорвать оборону", — Решила она. Разбить силы Менгеле и обеспечить плацдарм для захвата его подпространства — именно такую цель поставил перед ними Картограф.

Еще один призрак ушел на покой. Третий последовал сразу за вторым, а четвертый, повинуясь ее приказу, врубился в центр вражеского построения и ненадолго оттянул на себя внимание. Дал пространство для маневра Ордену.

"Пора", — Решила Альфа. Вот только все пошло не по плану.

Портал у входа в Драмтеатр вдруг засветился, исторг из себя очередное подкрепление. Но не чахлый ручеек привычных ей Серых. Нет, в этот раз на поле боя вступили новые творения одиозного химеролога.

"А его ли?" — Невольно подумала девушка. Новые бойцы совершенно не походили на уже виденные творения Менгеле. Одинаковые черные балахоны, разнообразное оружие в руках, человекоподобные фигуры безо всяких животных примесей и направленных мутаций.

Если бы не землистые, впалые лица с закатанными глазами, она бы решила, что перед ней живые люди. И дело даже не в человекоподобном виде: в руках бойцов Кристина заметила многочисленное оружие, которым до этого момента не пользовались ни одни из творений их врага. Даже союзные Менгеле игроки предпочитали чистые умения, поэтому не имели при себе или не доставали в бою никакого оружия.

Новые воины оказались под завязку набиты всевозможными орудиями убийства. Автоматические винтовки, пистолеты, мечи, в том числе биолезвия зомби, древковое, метательное оружие, даже разные кастеты, биты, велосипедные цепи.

"Как будто они просто дали то, чем эти люди пользовались при жизни!" — Догадка вспышкой мелькнула в мозгу Крис. Она хорошо, слишком хорошо видела подобные нюансы. В конце-концов, призраки тоже дерутся тем, что имели при жизни.

Подкрепление изменило исход боя. Немногочисленные Серые перестали держать оборону, бросились вперед. Сдохнуть, но забрать с собой хоть немного врагов, смять, не дать перегруппироваться и подготовиться к новой угрозе.

После первого залпа врага девушка с болью на лице отвела взгляд. Не меньше трети авангарда пало в первые же секунды от самоубийственной атаки Серых и дальнобойного оружия. Поддержка и стрелки Ордена слишком расслабились, не ожидали дальнейшей эскалации, считали бой уже выигранным. За что и поплатились.

Дальнейшее смешалось в ее памяти в мешанину вспышек, выстрелов, отблесков солнца на лезвиях, криков. И крови. Тягучего, густого запаха крови, перекрывшего даже пороховое облако.

— Держать строй! Встаньте в круг! — Кричал где-то впереди Хек, пока какой-то здоровяк похожим на фонарный столб шестопером не проломил ему голову.

— Огонь, огонь! — Надрывался позади нее Курильщик. Неизменный интендант Ордена не утерпел, пошел в бой вместе с остальными, и теперь кашлял кровью, пока ждал откат очередного зелья. Его растерянные подчиненные садили в белый свет как в копеечку, но плотности огня все равно не хватало.

Начали сдавать и другие бойцы. Лопнули воздушные щиты Жанны, рухнули обратно на землю железные листы вкупе с прочим металлоломом, которым Майор прикрывал остальных, один за другим падали от истощения обладатели дальнобойных навыков.

— Отступаем! Это приказ! — Раздался над полем боя могучий бас Картографа, так не похожий на его привычную речь.

Мир вокруг Альфы мигнул, перевернулся, словно указатель на интерактивной карте "Гугл мапс". Она моргнула, вытянула вперед руку, в панике призывая очередную пятерку призраков, но это оказалась лишь способность их лидера. Тот ненадолго поменял местами площадку перед входом в Драмтеатр и их боевые позиции.

Стрелки Ордена радостно выдали залп прямо в спины неожиданного подкрепления. И откуда только силы взялись? Вражеские бойцы авангарда, в свою очередь, затормозили, растерянно озирались и поднимались с земли после перехода. Кристина тоже послала вперед духов, внесла свою лепту в уничтожение кадавров. Спустя несколько секунд ощущение дезориентации повторилось, все вернулось на круги своя.

Однако контратака Менгеле захлебнулась. Они уже не могли идти своим победным маршем — почти половина бойцов так или иначе вышла из строя. Впрочем, Орден Карающей Длани тоже оказался не в состоянии продолжить бой. Дальнейшее наступление без авангарда, с истощенными силами и моралью было чревато лишь поражением.

— Что ты здесь стоишь, как чучело в огороде?! Перегруппировка! — Цианид грубо взял ее за локоть. Потащил назад, к заранее приготовленной второй линии обороны. Вовремя.

Портал снова пришел в движение. Однако из него вышла не очередная партия бойцов, как в тайне боялась девушка, а всего лишь четыре странные фигуры, которые быстро встали по краям площадки.

С расстояния оказалось сложно различить детали, но Альфа могла поклясться, что одной из них оказалась девушка-змея, причем довольно крупных размеров, вторым — сатир, а третьим — большая антропоморфная крыса. Четвертая фигура казалась вполне себе человекообразной, но бесформенный капюшон скрывал все остальное.

Тот, последний, остался единственным, кто не стал подходить к краю площадок. замер посередине площадке, окруженный не то охраной, не то конвоем из немертвых бойцов, а затем сел и принялся возиться с чем-то прямо на полу.

В свою очередь, странная троица не то химер, не то мутировавших людей вытянула вперед руки (лапы, конечности?), сделала надрез ножом. Затем они разом сорвали с шей какие-то амулеты, окропили их своей кровью, после чего вокруг Драмтеатра соткался эфемерный, отливающий изумрудом барьер.

Один из стрелков Ордена попытался пробить его выстрелом из автомата, но тот легко устоял, а пуля застряла в нем, как в желе, чтобы безвредным куском металла упасть на землю.

Попробовал свои силы и Цианид, но его кислота все также безвредно растеклась по зеленому шестиграннику. Ветер Жанны, граната, огонь от умения орденца, каменный клык — все это было нипочем вражеской защите.

— Я попробую своими призраками! — Отрывисто бросила Крис тяжело дышащему Цианиду. Тот едва нашел силы на кивок, а его синюшное лицо лучше всяких слов говорило, о том, что парень выложился по полной. Как и остальные люди.

К сожалению, откат "Черного солнца мертвых" должен был идти еще целых двадцать три минуты, поэтому Альфа послала неразлучную троицу духов из тетради. Возле себя оставила лишь копейщика. Тот все равно недавно потерял тело, так что пока был ни на что не годен.

Пока люди вокруг нее спешно вставали за баррикады и пили системные аналоги энергетиков, призраки шустро доплыли до барьера, стали медленно просачиваться внутрь. Вот только в этот самый момент человек в балахоне успел закончить свое творение.

Не было ни резких шумов, ни уколов предчувствия, ни других знаков. Просто на земле вокруг барьера начал появляться сначала круг темно-красного, венозного цвета, затем по его периметру стали расцветать древние кельтские символы — трискеле. В заключении от круга поползли внутрь лучи, собираясь в одну большую пентаграмму.

— Госпожа, уводи нас обратно! — Резанул по ушам панический голос Бармена. Крис моментально отдала команду призракам возвращаться, но успел лишь "паникер" и копейщик рядом. Алкаш с Доходягой слишком сильно увязли в барьере. Она не смогла быстро до них дозваться, а потом стало поздно.

Пентаграмма засветилась резким, неестественно красным светом. Так мерцают неоновые вывески в злачных местах или гирлянды на Кремлевской ёлке, но никак не страшные ритуальные знаки.

Однако одной подсветкой ничего не закончилось. Все духи, еще остававшиеся на поле боя, разом завибрировали, стали видимы обычным людям. А затем начали терять очертания, становиться просто бесформенным куском эктоплазмы. После чего влетели в символы трискеле и растворились в них без остатка.

— Что там происходит? — Непривычно резкий Картограф подбежал и встряхнул за плечи своего единственного специалиста по "паранормальному", — Это твоя работа?

— Нет! Они проглотили и моих тоже, — Звонко отозвалась она, давя непрошенные слезы. Почему он начал обвинять ее? Разве Кристина хоть раз давала повод…

Могучим усилием воли она задавила обиду и жалость к себе, снова открыла рот, но Картограф уже не слушал.

— Если Менгеле набрал столько душ разом, то дело дрянь. Мы уходим! — Сказал он, тут же бросился отдавать распоряжения своим замам. Как бы ни был уход похож на поспешное бегство, у лидера Ордена все же остались резервные силы для контроля ситуации.

Недостаточно, чтобы пойти в новый бой, даже просто бросить их вместе с остальными вышло бы слишком опрометчивым шагом, но низкие уровни с выданным оружием все еще оставались способны нести патруль на третьей линии обороны. Плотному ряду баррикад, плит и оборудованных стрелковых гнезд, еще с того времени, как Террариум оказался признан угрозой новообразованному ЦУМу. Оставлять подозрительные телодвижения врага без контроля магистр не собирался.

— Все, кто еще способен держать оружие — принимают командование и расставляют Силы Обороны на посты. Те, у кого уже не осталось сил или маны — помогают с ранеными!

Кристина тут же бросилась к носилкам, помогла дотащить чудом выжившего танка, спустя пару минут уже поила зельем израненного стрелка, в одиночку тащила до машины потерявшего сознание кастера и многое, многое другое.

Из механического состояния девушка вышла уже по дороге в ЦУМ. Рядом сидела уставшая до изнеможения Жанна, напротив примостился угрюмо сопящий Цианид. Долгий день, наконец, подходил к концу.

Собрание на следующий после битвы день выдалось… нерадостным. Альфа уже успела забыть, каково это — приходить последней. Раньше большая часть людей опаздывала, или бродила в поисках горячительных напитков по сопредельной территории, но сейчас все стало по-другому. Ровные спины, собранные лица с легкими следами усталости, отсутствие смешков, перепалок и других неформальных отношений.

"Шутки кончились", — Со вздохом решила девушка, пока усаживалась на привычное ей место. Рядом уже сидела Жанна. Сегодня она изменила своей обычной манере левитировать над стулом со скрещенными ногами: села вполне цивильно, не огрызалась и не комментировала вслух бумаги, которые читала. Лишь кусала губы да морщилась.

Ее напарник также изменил своей привычке вклиниваться в любое обсуждение. Он молча ждал лидера, лишь вертел в руках очередную склянку с чем-то мутным внутри. Неопасную, потому что боевые смеси приносить на собрание не разрешали.

Место на левой стороне пустовало. Причем два кресла одновременно: Курильщика ранили слишком серьезно, вдобавок он измотал организм зельями, так что теперь отлеживается в лазарете. Хек же погиб во время атаки тех странных кадавров с оружием, как и девять десятых его бойцов.

"Если бы я среагировала быстрее, отправила призраков раньше…"

От грызущего изнутри чувства вины девушку отвлекло появление Картографа на пару со своим верным помощником Шпалой. Компания в креслах лишь вяло отреагировала на своего лидера стандартным приветствием. Только невозмутимый Джек-Строитель как всегда чопорно поклонился магистру Ордена.

— Сегодня я не буду ходить вокруг да около, призывать вас к порядку, тишине, лелеять чужое эго, игнорировать бестактности, как делаю обычно. Те, кто не готовы к серьезному обсуждению, могут встать и покинуть зал. Приказы они получат постфактум. Нет таких? Тогда потом не жалуйтесь.

— Для начала, почтим минутой молчания память Хека, а также других наших братьев. Всех, кто погиб вчера во время битвы за Драмтеатр, — Со скрываемой болью на лице сказал магистр. На эту минуту он прикрыл глаза, чтобы в деталях вспомнить своего верного, бесхитростного и яркого подчиненного. Первого, кто поверил в Картографа как в лидера. Первого, кто возглавил его личный отряд во времена, когда ЦУМ еще оставался прибежищем одиночек. Первого, кто высказал идею военного Ордена.

"Тебя больше нет, Андрей, но дело твое живет", — Печально подумал он и открыл глаза, ровно вместе со всеми.

"Первый раз за время своего лидерства я потерял уверенность", — С едкой усмешкой над самим собой подумал мужчина, — "Захват ЦУМа давал огромные возможности, его оборона от волны нежити — тоже, а здесь… Только лишние смерти за политическую выгоду. Дождись я монахов — пришлось бы пойти на уступки, прогибаться под Доминика. Не номинально, как сейчас, а полностью уходить под его крыло. И за эту независимость треть регулярной армии отдали свои жизни".

Если бы Картограф мог говорить со своими умершими соратниками, он бы ограничился лишь одной фразой: "мне жаль". Ему действительно было жаль, но все бойцы сами знали, на что шли. Они сами выбрали его лидером. И видит Бог, он затеял это все отнюдь не ради личного обогащения и жажды власти. Поэтому совесть магистра была чиста.

— Полагаю, каждый из вас уже успел ознакомиться с результатами вчерашнего боя, — Прервал лидер Ордена гнетущее молчание. В ответ раздалось несколько скомканных ответов, но ясного понимания в глазах он не нашел даже у Жанны, — Хорошо, но я все же кратко подведу итог.

— Во-первых, мы потеряли тринадцать бойцов ближнего боя из двадцати одного. Из них Хек — 10 уровень, два восьмых, а остальные — седьмые. Кроме них погибло еще девять человек, из которых трое — восьмого, остальные седьмые. Также в безвозвратные потери нужно записать десять шестых и пятых уровней. Напомню: у нас только один человек имеет уровень выше десятого — это я. Еще трое — девятого — Жанна, Цианид, Курильщик. Восьмерок же теперь осталось меньше дюжины, при этом боевой потенциал имеет только Альфа, Майор и еще четверо. То есть половина. Вы понимаете, чем это грозит?

— Вайпом, — Мрачно бросил Сергей, но понял, что он имеет в виду, только лидер и Жанна.

— Раскрой свою мысль, — Картограф мягко опустился в кресло, кивнул своему бессменному секретарю, а тот шустро поставил перед начальником кружку дымящегося зеленого чая. Другие лишь завистливо проводили напиток глазами, но просить ничего не стали.

— Вы намекаете, что у нас слишком низкий общий уровень. Да, народу в Ордене много, но большинство — четвертый, пятый, а то и вовсе третий уровень. В армию не берут ниже шестого, в Силы Самообороны — ниже пятого, но их уровни растут медленно, а зомби становятся все опаснее.

— И причем здесь вайп? — Подал голос обычно молчащий на собраниях Шпала, — Насколько я могу судить, это игровой термин, — Он наморщил лоб, — Полное уничтожение группы.

— Верно, — Кивнул Цианид, — В разных ММОРПГ-шках такое могло произойти даже из-за самых мелких оплошностей, вроде лива одно-единственного игрока из сотни в рейде, или слишком высокого пинга…

— Теперь даже я перестала тебя понимать, — Буркнула под нос Кристина, но недостаточно тихо, потому что даже Картограф невольно улыбнулся, а Жанна и вовсе задавила лезущий наружу смешок. Атмосфера на собрании тут же перестала быть вежливо-протокольной, слегка снизила накал.

— Ладно, объясню проще, — Покровительственно улыбнулся ей Сергей, — Если в рейде на босса соберутся нубы — они сдохнут. Если ливнет или подставится один из топов — они сдохнут. Если им в спину ударит хотя бы один-единственный убийца — они сдохнут. К сожалению, наша ситуация немногим лучше таких вот рейдов.

— Вспомните Кошмарников, — Взял слово Картограф, — А потом представьте, что наша армия, состоящая из пятерок с семерками во главе, встретится с ним в голом поле, внезапно и без подготовки.

— Он разделает их как Бог черепаху, — Безразлично сказал Джек-Строитель, — Они, конечно, смогут его убить, но потери окажутся чудовищными. Если тварь вовсе не сбежит. Помешать этому у низких уровней мало шансов.

— Именно. А ведь Кошмарники не единственный вид высокоуровневой нежити. Доминик послал мне несколько описаний из бестиария. Твари во время зачистки института попадались весьма мерзкие, а их способности иногда просто поражали.

— Так что вы предлагаете, уважаемый лидер? — Все с той же безукоризненной вежливостью спросил Джек.

— Поменять общую стратегию развития Ордена. До этого вы делали упор на тренировки и отработку взаимодействия, как военная структура. Сейчас я хочу сделать Орден Карающей Длани больше похожим на гильдию авантюристов из всяких ДнД. Выделить группы или подтолкнуть самих людей к их созданию, ввести систему рангов и поощрений за каждый взятый уровень, привязать материальные блага к боевой мощи или вкладу в развитие, сделать подобие культа силы, но без ухода в примитивизм.

Что касается регулярной армии, то в нее можно набирать людей из костяка высокоуровневых бойцов, плюс более слабые группы на подхвате, как в Римской Империи с основным войском и вспомогательными отрядами союзников.

— Это будет целая куча головной боли, — Простонала Жанна, — Пойдут аморальные уроды с ЧСВ до небес, повысится преступность, вырастет пропасть между низкими и высокими уровнями, появятся перегибы местечковой власти, месть, и это даже не начало всего длинного списка проблем!

— Я понимаю, — Тяжело вздохнул Картограф, — Для этого и озвучил предложение так рано. В ближайший месяц я на подобный радикализм не пойду, а продуманная структура, плюс система сдержек и противовесов, позволит избежать хотя бы части будущих проблем. Впрочем, это лишь задел на будущее, материал для размышлений. Рассуждать предметно мы начнем только после решения проблемы с Драмтеатром.

Все снова помрачнели. Щелчок по носу Ордена, даже если не брать во внимание чисто человеческие потери, вышел знатный. Как же — так долго готовились, осуществили самый сложный и неоднозначный план с поджогом Террариума, почти без потерь перемололи основную массу противника. И тут на тебе!

Конечно, сыграло свою роль отсутствие у Менгеле полководческих талантов вместе с талантами управленца — он просто не смог воспользоваться доступными ресурсами даже с минимально приемлемой эффективностью. Тем обиднее оказалось проигрывать не от хитроумных планов противника или умелой засады, а банального "Бога из машины", натуральной "кавалерии из-за холмов". Подобным тропом часто грешат неумелые авторы примитивных боевичков, и ощутить себя в шкуре литературного злодея не понравилось никому из присутствующих.

— К счастью, у противника все тоже не так гладко, как бы ему хотелось. Большая часть армии уничтожена, прибывших через портал хватает только на оборону площадки перед входом. Делать вылазки они не могут из-за нашей линии обороны, Террариум все еще горит, дым валит на их позиции и дополнительно грузит барьер. Плюс две трети от границ Театра этот самый Террариум и скрывает. Нам же меньше придется растягивать силы.

Я бы назвал это "статус-кво", но у подпространства есть один жирный минус: там нет ресурсов. Поэтому наша война из быстрой, тяжелой, но победоносной превращается в позиционную. Снабжения у Менгеле нет, его возможные союзники думают, продолжать ли поддержку или проще выдать нам голову доброго доктора, эти кадавры в балахонах много не навоюют, численность не та. Остались только Серые, которых наш общий знакомый наверняка клепает сейчас как не в себя.

— Не только их, — Подал голос Сергей, — Курильщик еще позавчера все же занес мне результаты вскрытия некоторых странных тварей. Есть основания полагать, что он решит использовать и более, хм, "бюджетную" версию своих тварей.

— А, ты про Желтых, — Удовлетворительно кивнул Картограф, — Да, химеры на основе зомби вышли любопытными. Но они не такие живучие как зомби, не такие быстрые и сильные, как Серые из людей, не так держат удар. В общем, военный эрзац. В итоге, самыми опасными остаются именно те бойцы, которые и не дали нам выиграть бой. И где только достал…

— Я думаю, Менгеле не имеет к ним отношения, — Сказала молчавшая до сих пор Альфа и изложила свои соображения, которые пришли ей в голову еще во время боя. Всё про странности в "конструкции", использование оружия и другие детали. Как такой же "творец", она четко могла видеть "стиль" подобных химерологов. И в новоприбывших кадаврах чувствовалась мрачная грация, которой не хватало перекачанной и провернутой через мясорубку мутаций фауне Менгеле.

— Любопытно, — Признал Картограф, — Скажу больше: эта версия теперь мне кажется наиболее вероятной. То есть у нас есть два вида врагов: Серо-Желтые големы, которые сами по себе мало на что годны, заваливают лишь численностью и фанатизмом…

— Вот именно! — Не сдержался Сергей! — Если бы не гребаная помощь, то загнали их в какой-нибудь подвал театра, а потом закидали бомбами или газ пустили. Живо бы вылезли, даром что мозгов нет! Эти Серо-Желтые только мясом выступать и могут! "Бывшие люди", вот кого надо так называть!

— …Плюс "иностранные наемники" какой-то неизвестной мне организации, — Проигнорировал спич Цианида его начальник, — Они хороши, но для такой операции их слишком мало. Впрочем, выступать поддержкой, огневым прикрытием, а также пару раз заткнуть дыры их хватит. Вероятно, эта же непонятная группировка организовала поставку спецов для барьера, а также, неизвестное мне тяжелое оружие плюс накопитель в виде пентаграммы. Неприятно.

— А ведь я говорила вам разобраться с этими жуткими культистами, — Вскинулась Жанна, ткнула в Картографа ухоженным пальчиком.

— Какими еще культистами? — Начал тот, но быстро замолчал, когда Шпала молча достал из стеллажа и протянул ему небольшую папку.

— Ах, эти… — С досадой отозвался лидер ЦУМа и перелистнул страницу.

— Да, эти! Убийство всех жителей квартиры, общины или убежища, большая пентаграмма с этими завитушками на окружности, странная жуть от одного взгляда. Мне известно уже три таких случая, а вы отправляли на них всякую шелупо… шуше… гм, новичков. Естественно, они ничего не нашли. Да и не сильно пытались, я думаю.

— Понимаю твое недовольство, — Магистр помассировал горящие от напряжения глаза, — Но что я еще мог сделать в преддверии такого боя? Хорошо, что ты вообще о них сейчас вспомнила. Теперь, когда началась игра в "кто кого пересидит", это расследование должно иметь высший приоритет.

— О большем я не прошу, — Смягчилась девушка, — Только кого теперь отправлять?

— Джек и Шпала мне нужны здесь, как и ты, Жанна. Цианид… — Он задумчиво побарабанил пальцем столешницу, — Я бы хотел, чтобы ты сосредоточился на своих смесях в лаборатории, к тому же твоя способность плохо подходит и для расследования, и для силового противостояния.

— То есть остаюсь я, — Спокойно резюмировала Альфа, хотя внутри у нее все сжалось от обиды.

"Как же! Были призраки — Кристина, ты мое лучшее приобретение. Стоило мне потерять большую часть, так катись колбаской по Малой Спасской…".

— Я не отсылаю тебя, не потому что остальных жалко отрывать, или ты перестала быть полезной, — Картограф словно почувствовал ее настроение и верно понял причину, — Я же говорил, это задание имеет высший приоритет. Призраки очень хорошо помогают тебе дойти до истины, видеть суть вещей. Ты сильна, имеешь голову на плечах, а также похвальное для своих лет хладнокровие.

Кроме того… Есть и еще одна причина. Тот барьер впитал всех духов, в том числе и призванных тобой. Мало ли, как это может отразится на тебе в момент, когда они решат потратить накопленную энергию. К тому же… Скажи, я не прав, или они действительно набрали бы меньше, если бы не твои навыки?

— Не знаю, — Буркнула она чистую правду. Кристина действительно не знала: с одной стороны, "Черное солнце мертвых" держало души живых сверх необходимости, даже если Альфа не призывала их лично. С другой стороны, барьер явно обладал теми же самыми свойствами, а многие его потенциальные жертвы она подняла в виде духов и развоплотила об самого врага.

— Ты согласна провести расследование этого инцидента? — Педантично уточнил у нее Картограф, — Разумеется, не в одиночку. С тобой пойдет еще двое семерок, а кроме них я лично дам тебе портальный артефакт, привязанный к месту у ворот ЦУМа.

— Вау, — Присвистнул Цианид, — Такие артефакты стоят дороже, чем все цацки Жанны вместе взятые. А мне таких щедрот не перепадало. Может тоже волосы покрасить?

Альфа раздраженно пнула его ногой под столом, но тот лишь весело оскалился.

— Я согласна, — Кивнула она, — Только не надо дергать никаких семерок. Я справлюсь сама.

— Не глупи, милая, — Тут же влезла Жанна, — Какой бы сильной ты ни была, нельзя путешествовать в одиночку. Даже твой адреналиновый манья… друг нашел себе такого же отбитого приятеля.

Упоминание о Санитаре и его напарнике опустили ее настроение еще ниже плинтуса. Может быть поэтому она и не сдержалась:

— Коловрат погиб. Там, в институте.

Жанна неловко кашлянула, но взгляд не отвела:

— Прости, Крис, я не знала, — В голосе звучит раскаяние, но кому оно нужно? — Но я все же считаю, что тебе не стоит ходить одной. Прошу, хотя бы ради меня…

Она действительно выглядела расстроенной, и Кристина, даже в состоянии злости на девушку, легко поняла почему. Они действительно хорошо сдружились за эти десять дней. Сначала поиск Вика из-за слетевшего с катушек Сталевара, потом оборона ЦУМа, совместные задания, уже будучи членами Ордена, посиделки в совете и после него. Много чего произошло за такой, казалось бы короткий срок.

Пожалуй, именно Жанна сейчас прочно заняла место ее самого близкого человека. Вик был далеко, и претендовал в ее сердце совсем на другую должность, Лисса оставалась странной, непонятной личностью, к тому же слегка пугала, а остальные не зашли дальше обычных товарищей по Ордену.

Даже отец Кристины успел отойти на второй план. Она так и не смогла простить его за собственную боль и равнодушие, но и злости уже не держала. Просто отпустила эмоции и перестала лишний раз думать о нем, чтобы не травить себе душу.

— Я пойду одна, — Упрямо повторила она, — Мне хватит одних призраков. Если враг окажется силен — просто сбегу.

— А если… — Не унималась Жанна.

— А если, — Повысила голос Альфа, — Враг будет настолько силен, что я даже сбежать не смогу, то чем мне помогут две семерки?! Только лишнее внимание привлекут.

— Резонно, — Отметил молчавший до сих пор Картограф, — Что ж, одобряю твой план. Однако, — Выделил он голосом последнее слова и показал пустую ладонь Жанне, призывая молчать, — Я вчера общался с Домиником, и он тоже слышал о подобных инцидентах. Как и у меня, у церковников они имели низкий приоритет, но после моего рассказа о бое он его пересмотрел.

— Я веду к тому, — Картограф усмехнулся в ответ на нетерпение остальных, — Что он поручит разобраться с этим делом самого Санитара. Как только тот вернется со своей текущей миссии, разумеется. Правда, вычислять маньяка тот будет попутно, по дороге к армейцам. Все лучше, чем ничего, ну а там как получится. Может быть ты согласишься встретиться с ним и поработать над заданием вместе?

— Соглашусь, — Степенно кивнула Кристина, стараясь не показать то радостное предвкушение и приятное волнение от скорой встречи, которые поселились в ней после предложения лидера.

— Хорошо. Тогда последнее объявление, и я вас отпускаю. Не далее как вчера, через несколько часов после окончания боя, со мной связалась одна странная группа.

Они представились как Измененные. Выглядят как фрики, хотя речь правильная и безумными не кажутся. По всей видимости, Система изменила человеческие тела, из-за чего новоявленные монстры начали скрываться и сбились в одну группу. Интересно, что изумрудный барьер, оказывается, это их рук дело.

— А пентаграмма?

— Нет, они утверждают, что ни Измененные, ни сам Менгеле не имеют к ней никакого отношения. Свежо предание, как говорится.

— А зачем они вообще вышли на нас? — Полюбопытствовал Сергей.

— Хотели предложить свои услуги в борьбе против Менгеле в обмен на признание равных прав с простыми людьми. Я сказал, что подумаю, но… Полагаться на помощь озлобленных, измененных самой Системой тварей я не стану. Какими бы хорошими людьми они ни были до Катастрофы. Все мы знаем, как Система меняет людей. Тем более, не так уж и важна их роль в общем деле. Барьер мы перегрузим и своими силами.

— Да, действительно, — Рассеянно согласилась с ним Альфа. В глубине души она уже думала о своей встречи со старым напарником и новой роли Ната Пинкертона. Слабая догадка, что забрезжила в ее сознании при описании "фриков", мелькнула и погасла, унесенная волной подростковых фантазий.

Глава 10

Нужен поиск приемлемой формы, позволяющей высказать выстраданную правду с максимальной полнотой оттенков и оговорок.

Томас Манн

Вблизи человеческие скульптуры казались еще страшнее. Уродливые, обезображенные агонией лица, вытащенные из тел собак внутренности, одежда, надетая на мертвых зомби прямо поверх их собственной рвани. Это место нагоняло жуть всем: тишиной, тоскливым серым небом над головой, чахлой, бесцветной травой под ногами, почему-то никем не вытоптанной.

Даже отсутствие запаха разложения от всех этих тел еще больше взвинчивало напряжение. Создавалось впечатление нелепой буффонады, музея восковых фигур, но никак не местечкового аналога Волыни, Бухенвальда или Бабьего Яра.

— Эта тварь…

— Она здесь, в своем логове. Я чувствую ее гнилую душонку, — Отрывисто бросил Санитар. Очень сложно говорить, когда зубы скрипят от ярости, а в голове набатом стучит кровь.

— Держи свое копье, — Он вытащил из инвентаря оружие, не оглядываясь бросил Ире. Та едва успела поймать его. Сжала, до белых костяшек пальцев. Потом вскинула голову, произнесла решительно:

— Я тоже буду сражаться!

— Нет, не будешь, — Оборвал ее хитокири, — Твоя задача — просто не подпускать монстра близко к себе, если он вдруг прорвется. Думаю, пару секунд ты в любом случае продержишься, так что проблем нет. Даже одна секунда для боя — большой срок. Оставлять тебя далеко, как я и говорил раньше, бессмысленно и опасно.

— Но…

— Никаких но, — Его голос упал до вкрадчивого злого шепота, — Вы с ним в другой лиге. Никаких геройств, слышишь? Только меня под удар подведешь. Будем действовать вместе, как только наберешься опыта. Гм, во всех смыслах, — Почти спокойно закончил хитокири.

— Я поняла, — Ира подавила возмущение. В конце-концов, Савва знает лучше. Тем более, она обещала слушаться парня во всем без исключений. Даже маленькая возможность расставания из-за ее своевольности все еще пугала девушку до колик. К тому же… Постыдное облегчение разливалось где-то внутри. Ей не нужно будет сражаться с НАСТОЛЬКО опасной тварью. Он сделает это за нее. Как и все остальное в этом походе.

— Тогда слушай диспозицию. Монстр сейчас в главном зале. Рядом есть еще две комнаты: для персонала и туалет. Нельзя убегать ни туда, ни туда: слишком тесное пространство, с твоим копьем тебя просто порвут. Как только я атакую монстра — забиваешься в угол и держишь оружие наготове. А, и избегай всяких "укрытий": прилавки или что там еще может быть. Кошмарник прорвет их тараном или вовсе впечатает в тебя. По крайней мере, большая часть сильной нежити, с которой я дрался, без проблем так делала.

— Учту, — Пообещала Ира.

— Тогда вперед, — Санитар дождался, пока девушка поравняется с ним, вместе с ней дошел до дверей, а затем одним ударом вышиб обе створки.

Главный зал магазина, в котором и обслуживали покупателей, сейчас представлял из себя весьма странное зрелище. Большая часть пространства оказалась свободна: белая плитка со следами грязи и пыли, закопченный верх стены, изжелта-белый потолок рядом с перекошенной дверью в туалет, мусор да осколки стекла на полу.

Лишь ближайший правый угол представлял из себя футуристическое нагромождение из остатков прилавка, бревен, железных конструкций, выдранных с детской площадки и других "стройматериалов". Он образовывал как бы отдельную комнату с черной норой посередине, в которую можно было протиснуться только нагнувшись и сунув туда голову.

"Весьма недурно для тупой кровожадной мрази", — Решил Санитар, краем своего сознания отметив детали. Большая часть его внимания, ожидаемо, досталась именно противнику.

Высокий, выше двух метров, гуманоид казался тощим, как узник Освенцима. По болотного цвета коже змеились бугристые вены, на впалой груди отчетливо выделялись ребра, а руки были непропорционально длинными, с кривыми, практически птичьими когтями на концах.

Его можно было принять за брата-близнеца той твари, которую когда-то захватил Серафим и держал в убежище, если бы не голова, шея и верхняя часть торса, до ключиц. Последние представляли собой чудовищное переплетение вен, пополам с мыщцами и бугрящимся отростком.

С другой стороны, голова казалась на этом фоне слишком нормальной. Слишком маленькая для такого массивного "держателя", с клоком волос на темени. И никакой карикатурной маски с грубыми чертами вместо лица. Морда этого Кошмарника являлась чем-то средним между человеком и продвинутым зомби: грубые, оплывшие, но пропорциональные черты не вызывали инстинктивного отвращения, однако все равно казались чуждыми, нечеловеческими.

"Наверное, так видели африканцев прибывшие на Черный Континент европейцы", — Бесстрастно отметил Виктор, пока его тело уже прыгнуло к твари "Долгой Прогулкой".

— Вирус Эболы! — Взвизгнул монстр неожиданно высоким голосом, когда шашка вспорола ему бок. Рванул когтями по человеку, но попал лишь по воздуху. Снова вспышка, снова удар, теперь уже по конечности. Санитар учел прошлую ошибку, не стал сразу лезть в клинч, держал дистанцию.

— Закрыть границы! — Третий удар Кошмарник не пропустил. Вывернулся из-под молниеносного слэша Филиппы, слепо замахал конечностями, вынудил хитокири отпрыгнуть в сторону.

"Черт, это навык!" — В момент прыжка пасть монстра открылась. Широко, как не умеет ни один человек, а из нее быстро, словно под давлением, вылетела широкая струя фиолетовой жидкости.

Виктор успел. Бросился навзничь, перекатился вбок, задержал дыхание.

"Яд? Нет, кислота", — Жидкость не нанесла никакого урона казенному кафелю на полу, но без всякого шипения или иных эффектов в ноль растворила довольно крупную ветку.

"Взаимодействует с органикой", — Хитокири шагнул "Долгой Прогулкой" за спину твари, рубанул по впалым ребрам. Пусть со скрипом, но Филиппа смогла прорезать кость. Он не стал доводить удар до конца, вытянул клинок на себя, когда почувствовал, что прорубил левый ряд ребер.

"Нельзя дать мечу завязнуть", — Кошмарник развернулся быстро, проскользил когтистыми лапами по полу словно на коньках. Очередной выпад лап Санитар проигнорировал. Лишь слегка отклонил корпус: ровно на то расстояние, когда когти практически чиркают по его костюму, но все же не касаются ткани.

"Начинаю привыкать", — Он не дал монстру еще раз использовать дыхание. Взялся свободной рукой за пролетающую мимо лапу, использовал как рычаг, оттолкнулся вверх и рубанул шашкой наискось. С хеканьем, с удовлетворенной оттяжкой по чужеродной харе немертвого садиста.

— Каранти-ин! — Торжествующе взревела тварь. В воздухе мечник был совершенно беспомощен. Несмотря на раны, на вскрытую грудину, на раскроенную до тяжелых надбровных дуг башку, Кошмарник атаковал все также сильно, быстро и уверенно, как в самом начале боя.

Воздух застонал, когда обе когтистые лапы рванулись к нему. Слишком быстро, не уйти, не оттолкнуться, не спастись.

"Выкуси!" — Вспышкой мелькнула злорадная мысль. Такой же вспышкой Санитар ушел за спину своему врагу. "Долгая Прогулка" не оставила монстру ни единого шанса.

В этот раз он не стал останавливать Филиппу. Длинное, остро заточенное лезвие шашки вгрызлось в начавшую затягиваться рану, снова вошла в проделанное отверстие, двинулась дальше. С кровожадным чавканьем клинок прогрыз плоть, кости, кожу с другой стороны, запоздало свистнул о воздух в ореоле брызнувшей гнилой крови и мясных шматков.

— Закрыть границы! — Захрипел монстр, шлепнувшись на пол. Его вторая половина — поясница с ногами — так и осталась стоять, лишь потрескалась от напряжения плитка под когтистыми пальцами.

— Границы ключ переломлен пополам, — Торжествующе хмыкнул Виктор. Пинком отбросил с дороги нижнюю часть тела, поднял меч над шеей все еще живой верхней половины.

"Добить, и это все закончится".

— Сав-ва! — Раздался откуда-то сбоку истошный крик девушки. Он почувствовал, как вспыхнула еще одна гнилостная аура в его восприятии. А затем пришла боль.

"Твою мать, я слишком увлекся!" — Удар оказался страшен. Ладонь монстра врезалась ему в бок, так сильно, что человек едва не переломился пополам, бросила хрупкое человеческое тело как мяч в волейболе.

Моментально сломались ребра, кости грудины прошлись по сердцу, оставляя царапины. В ошметки порвало печень, раздавило селезенку и мочевой пузырь, появился разрыв живота, обширное внутреннее кровотечение. Если бы не его "Аристократ крови", то вряд ли болевой шок дал бы хитокири продолжить бой или даже просто остаться в сознании. А зелье… Зелью нужно время, чтобы его выпить.

Санитар с грохотом врезался в дальнюю стену, обильно выкашлял из себя неестественно-синюю кровь. Дрожащие ноги не удержали тело, согнулись в коленях. Однако не успел он сползти вниз по стене, как новая тварь оттолкнулась ногами и прыгнула вперед. Две лапы сложены одна к другой, корпус вытянут, словно пловец перед заплывом.

"Долгая прогулка!" — Он успел уйти за какую-то долю секунду от атаки. Оглушительный грохот от попадания тела второго Кошмарника в стену ударил по ушам, а все остальное здание тревожно завибрировало. С потолка начала сыпаться побелка, в стене зазмеилась трещина, заскрипели жалобно перекрытия. А тварь, между тем, почти без усилий смогла вытащить свое тело из сквозной дыры.

"Дерьмо! В таком состоянии я с ним не справлюсь", — Хитокири рванул в сторону, превозмогая боль, наплевав на трещащий от напряжения организм, на затуманенное сознание и полный крови рот.

"Добить, добить, добить первого, чтобы вылечить раны", — Это все, что мог предложить ему паникующий мозг.

— Получа-а-а-ай! — Голос Иры резко вклинился в его сознание, разогнал кровавую муть.

"Дура, стой! Не надо", — Конечно же, она не стала подчиняться его приказам. В конце-концов, бездумное подчинение всегда казалось девушке чем-то отвратительным. Сколько уж копий было сломлено раньше в спорах из-за этой ее черты — не счесть. Вот и сейчас, на глазах Санитара, девушка отбросила в сторону копье и с диким, первобытным криком начала всаживать в монстра стрелу за стрелой. Неожиданно быстро, слишком быстро для ее, смешно сказать, шестого (или уже седьмого?) уровня.

— Горячо! — Пробасило чудовище, стоило первой стреле врезаться в его впалую грудь. Снаряд не прошел сквозь, не заставил гнить и внутренности, как наверняка надеялась девушка. Просто след от ожога, да набухшие вокруг вены — вот и весь эффект.

"Нет, не весь", — Тварь мотнула башкой, сделала первый шаг вперед. Слишком медленный, слишком неловкий. Как человек после удара током.

За первой стрелой последовала вторая, третья, четвертая. Пока Виктор потерянно шарил глазами в поисках полумертвого врага, Ира держала тварь на месте, не давала приблизиться к себе жалящим роем. Однако Кошмарник все увереннее шел вперед, будто сквозь бурю или метель. Шаг, шаг, быстрый шаг, рывок!

Тварь сблизилась с человеком вплотную, одним ударом лапы отбросила хрупкое тело напарницы прямо в нагромождение рухляди.

— А-а-а! — От тонкого, болезненно-надрывного вскрика у Санитара дрогнуло сердце. Он понял, что не успеет и добить врага, и прийти ей на помощь.

"Если не вылечиться, сдохнете оба. Нет, я не могу потерять ее снова. Закончишь как Коловрат! Какой в этом смысл, если бросать на смерть напарников? В этот раз она уйдет навсегда!" — Мысли опережали тело и сознание. С момента "Долгой Прогулки" Санитара прошло не больше двух секунд. Не успеть ни добежать до тела первого Кошмарника, ни откупорить зелье.

"Если бы я только сразу потянулся в инвентарь за клятой бутылкой! Но кто бы мог подумать…"

Мысли кончились, будто внутри повернули рубильник. В них больше не осталось нужды — Санитар принял решение. Плевать на блинки, на зелье, на добивание и тактику. "Не каждый ассасин — дд, но каждый дд в душе — ассасин", — Так говорил ему Цианид, когда весело разносил своего друга читерным билдом в онлайн-играх.

Виктор кинулся на монстра. Длинно, неестественно длинно вытянул тело, почти стелясь по земле. Максимальная скорость, ускорение от глубокой трещины в полу, рука с Филиппой по-идиотски вытянута вперед, в стиле офицерской команды "гусары — в атаку". Что ж, в этот раз роль кавалерии из-за холмов примерит на себя "презренная пехтура".

Кошмарник не смог увернуться. Быстро переключившись на новую цель, он в этот момент пытался догнать, растоптать, уничтожить слабую девушку, которая посмела нанести ему так много болезненных царапин.

— Ешь, пока не остыло, — В гулком басе послышалось злорадство. Монстр подскочил к распростертому телу Иры, поднял ногу на уровень ее головы, но опустить ее не успел.

Шашка хитокири с хрустом влетела прямо в поясницу чудовища. Глупо, неэффективно, в разрез со всеми фехтовальными стилями, конструкционной особенностью оружия, здравым смыслом, наконец. Голая мощь четырнадцатого уровня преодолела все. Скрытое солнечным светом лезвие Филиппы пробило кость, вышло из живота твари, моментально исцеляя самые тяжелые раны Санитара. Все еще не работала печень и хрустели сломанные ребра, но в новом состоянии уже можно было сражаться.

"Долгая прогулка", — Санитар возник сбоку от Кошмарника. Рубанул с оттяжкой, и только потом, когда его враг лишился головы, с ужасом посмотрел вниз. От его первого удара монстр невольно качнулся, переступил ногой. Прямо по вздымавшейся груди девушки.

Санитар застыл от ужаса. Фоном прошло собственное исцеление от убийства Кошмарника, пьянящее удовлетворение от чистого разреза, что получился впервые, звук падающего тела врага, и отдельно, его головы.

"Мертва, мертва, теперь — совсем мертва", — Шептали его губы, пока руки сами собой вытягивали из инвентаря среднее зелье исцеления. Потому что высшее убьет ее из-за низкого уровня.

"Она уже мертва".

Он видел, что это бесполезно. Та каша из крови, мелких фрагментов кости и органов не могла больше служить для дыхания, не могла принадлежать живому человеку.

"Бесполезно".

Он видел, но ничего не мог с собой поделать. Вылил туда все драгоценные капли, прислонил флакон к губам, чтобы отдать остаток через рот.

"Я поняла", — Раздался в ушах ее звонкий голос.

— Нет, не поняла. Не захотела понять, — Глухим, замогильным голосом пробормотал он, пока лил на страшную рану свое лучшее зелье.

— Почему меня никогда никто не слушает? — Снова зашевелились его губы, — Костя вот тоже не стал…

Его зрение отметило какое-то подозрительное шевеление на периферии. Филиппа взметнулась без участия сознания, и вторая голова мягко покатилась по полу. Раненая тварь попыталась напасть на своего убийцу, вгрызться зубами в чахлое человеческое тело. Не вгрызлась.

— Я же просил… — Снова зашептал он, — Почему так сложно поступать правильно?

Он все смотрел в ее бледное, без кровинки лицо, вглядывался в пустые, без жизни и без мысли глаза, с каким-то мазохистским наслаждением заставлял рассматривать себя кровавые потеки у рта и вываленный черный язык.

— Еще один экспонат музея Мадам Тюссо за окном, — Хрипло рассмеялся он, пока по лицу против воли не стали течь слезы.

"Главное, опять не запереться на неделю в депрессии", — Внутренне хмыкнул Санитар, — "Ничего, спасусь черным юмором. Буду шутить, пока не станет тошно даже себе самому. Уже стало", — Он поднялся с колен, зачем-то отряхнул от грязи свою дурацкую броню, лишь еще больше размазав чужую кровь по фалдам.

Та начала потихоньку исчезать, полностью оправдывая навык "самоочистка" в описании костюма. Почему-то его разозлил такой утилитаризм. Не успела кровь Иры свернуться, а ее уже смывает с одежды бездушный механизм системной вещи.

"Так проходит слава мирская", — Произнес он на латыни, а затем все же заставил себя провести рукой по лицу девушки. Прикрыть глаза, стереть кровь с подбородка и уголков глаз, захлопнуть челюсть. Сложить руки на груди он не решился. Не из-за раны, нет. Никакого контроля над силой — в таком состоянии он сдавить кисти до кровавых брызг.

"Надо сжечь тело", — Отстраненно подумал он. Бушующие еще минуту назад эмоции словно бы выжгло. Осталась лишь какая-то обреченная усталость и понимание, что мир уже не станет лучше. После смерти Коловрата это ощущение успело замереть, притупиться за неделю, почти уйти из-за встречи с Ирой, с ее открытыми эмоциями словно голыми нервами.

— Как будто я сам собираюсь жить вечно… — Покачал головой он. Вечно первый в яростном бою, вечно на острие атаки, вечно проходит по черте. А умирают вокруг все, кроме него одного. Нелепо, как затянувшаяся шутка.

"Нет, не буду выносить тело на улицу. Не стоит хоронить Иру вокруг гнилого перфоманса пары тварей. Просто сожгу весь магазин к херам вместе с ней внутри. Женские тела горят хорошо, даже костей не остается. С мужчинами сложнее. Хоть здесь повезло, хах", — Смешок перешел в надрывный всхлип.

Второй перебил рвущийся наружу вой. Он спрятал лицо в ладони, усилием воли заставил себя отвернуться, не смотреть дольше на мертвое тело. Лишь бросил через плечо, словно сомневаясь в способности уйти не оглянувшись:

— Покойся с миром, — И шагнул обратно, в жестокий, чуждый человеку мир. Мир, ставший меньше на еще одну часть его души.

Шорох, скрип ногтей по полу.

"Нет, только не зомби. Только не сейчас. Я не смогу, не хочу, не буду убивать тебя лично, когда уже убил своей самонадеянностью!" — Виктор сделал еще один шаг вперед, — "Пускай остается здесь. Неважно, я все равно сожгу мертвое тело, так или иначе.

— Ну знаешь, это было грубо. Я еще тебя переживу! — Раздался в ответ хорошо знакомый голос.

Глава 11

Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной. Только с горем я чувствую солидарность. Но пока мне рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность.

Иосиф Бродский

— Ну блин, Савва, долго ты еще будешь дуться? — Сколько они так просидели в помещении с двумя мертвыми Кошмарниками, Санитар не знал. Полчаса, час, весь день? Вряд ли дольше сорока минут. Однако он совершенно не чувствовал себя отдохнувшим.

В голове поселилась пустота. Но не та черная дыра душевной боли, а, скорее, приятный, освежающий нихиль. Наверняка, мозг пытался адаптироваться к слишком быстрым изменениям и латал расшатанные нервы.

— Я поверил, что ты погибла. Окончательно, а не… вот так. Уже хотел сжечь тело, потом решил сделать это вместе со всем зданием, — Хриплым голосом отозвался он.

— О, заговорил, — Неловко улыбнулась Ира, — Прости меня еще раз. В том состоянии я не могла сказать тебе или как-то подать знак. Лежала бревном и ждала отката.

— Тебе не привыкать, — Буркнул мечник.

— Ну вот, теперь и детские подколы в ход пошли, — Засмеялась девушка, — Мы оба знаем, что это неправда. А вообще — молодец, догадался полить меня зельем. Иначе я бы до вечера там куковала.

— Вряд ли ты бы смогла в таком случае восстать из огня, феникс ты засратый.

— Может быть. Но это ладно. Тебе, наверное, интересно, как я выжила? Ну интересно же, не отпирайся, — Ира легонько потыкала его пальцем в щеку, затем села рядом на холодный пол, прижалась к нему плечом. С этой пары можно было писать картину в духе единства противоположностей: мрачный, опустошенный мужчина со взглядом матерого убийцы, а рядом вся такая радостная и беззаботная девушка с сердечками в глазах. Воздушная настолько, что, казалось, сейчас взлетит на крыльях счастья.

Она до последнего не знала, зачем вообще решилась умолчать о новой грани своей способности. Побоялась, что ее (бывший) парень сочтет навязанную обстоятельствами напарницу достаточно самостоятельной для одиночных странствий? Что перестанет так оберегать ее? Что подумает об обмане? Все вместе, и еще много другого до кучи.

Теперь же, несмотря на чувство вины, Ира была счастлива. Она действительно дорога ему, неважно даже в каком качестве. Живое напоминание о прошлом, связующая нить прежних беззаботных дней и мрачной действительности, или же в самом прямом смысле, как привлекательная женщина. Она не знала, но испытанные им эмоции грели душу так сильно, что напрочь заглушали чувство вины.

— Так вот, о моем навыке. Когда я получила новый уровень от той страховидлы, моя способность "Духовного доспеха" слишком быстро эволюционировала до 5 уровня, и "отступник" сам его дополнил. Все мои очки умений потратил, зараза. А ведь там и за задание дали! В общем, у меня появилась, м-м-м, своего рода неуязвимость.

— Твои развороченные внутренности не слишком на это похожи, — Снова пробурчал хитокири.

— Блин, ты еще дуешься. Ну захотела я тебя проверить, ну прости, милый. Любимый?

— Хватит уже. Я увидел цену твоим словам. Называй меня Санитаром, — Оборвал он напарницу.

— Нет, — Капризным тоном отказала она, а затем пояснила, так серьезно, что Виктор перестал пялиться на исцарапанный кафель и перевел взгляд на девушку:

— Я люблю тебя. Любила до Катастрофы, а сейчас сохну по тебе, как последняя дура из любовных романов. Можешь говорить, что хочешь, делать, что хочешь, но я прятать свои чувства не стану. Хватит уже, надержалась в себе, спасибо тоталитарной секте!

— Как будто я могу тебе верить…

— Не верь, — Легко согласилась Ира, чем вывела парня из меланхолии. Тот посмотрел на нее удивленным взглядом, но переспрашивать не стал, только в сомнении поднял бровь.

— Не гони меня, это все, что я прошу. Глупо настаивать на отношениях, как до Катастрофы. Слишком многое поменялось, — Она вздохнула, поежилась от сквозняка, обняла руками колени, — Только… не флиртуй ни с кем у меня на глазах. Ладно?

— Я и не собирался… — Санитар осекся.

"Вот же хитрая девка! Своим мнимым соглашательством повесила на меня обещание, да еще в таком ключе, будто между нами уже что-то есть! Верно люди говорят насчет профдеформации, а она все же психиатр. Дипломированный специалист, черт ее возьми. А, пофиг. Слишком сложно все переигрывать. В конце-концов, пусть порадуется. Будет мне урок, а Ире — подарок, за то, что осталась жива".

— Так вот, насчет неуязвимости, — Как ни в чем не бывало продолжила девушка, — Это, скорее, стазис. Если во включенном доспехе мне наносится смертельная рана, то тело вроде как деревенеет, а рана медленно начинает исцеляться.

— Звучит слишком круто. В чем подвох? — Санитар спрашивал скорее для поддержания разговора. Усталость и не думала уходить, так что сейчас ему больше всего хотелось поспать, а не копаться в чужих навыках. Но раз уж сон в ближайшее время ему не светил, то можно и поговорить.

— Ага, ты прав. Излечивается только смертельная рана. Скорее всего, я могу истечь кровью, или умереть от других ран, или меня могут добить. Тело становится твердым, как камень, но те твари, вон, целую стену снесли на фу-фу.

— А я ведь говорил тебе не высовываться.

— Говорил, — Согласилась она, — А еще — мое вмешательство спасло тебе жизнь! Я вообще не понимаю, что ты так размяк. И это — сильнейший одиночка Ставрополя? Человек-легенда, с которым считается сам Доминик? Кажется, кто-то слегка переоценен, — Закончила она намеренно провокационным тоном, но Виктор его не поддержал.

— У меня друг умер, аккурат под конец штурма. Он тоже пошел куда не надо и делал то, о чем не просили. Сильный одиночка выше десятого уровня. А в итоге, меня спасла сраная мистика. Гребаная рулетка, в которой я получил нужный номер, а Коловрат — нет. Я как раз отходил от его смерти, — Ровно сказал Санитар под конец.

— Я не знала, — После томительной паузы покаянно ответила она, — Не стоило…

— Не стоило, — Оборвал ее мечник, — Но ты все равно сделала. Ситуацию уже не переиграть, сделанного — назад не вернешь. В будущем постарайся не играть моими чувствами. Я и так на грани. Вряд ли люди обрадуются сильному убийце, у которого капитально течет крыша.

— Вряд ли, — Эхом повторила Ира. Ее "воздушное" настроение сдулось как лопнувший шарик, зато чувство вины усилилось в несколько раз. Она же видела, как тяжело Савве. Слышала его тихие стоны ночью, видела пробуждение с криком и в холодном поту. Но нет, надо было и ей потоптаться по его больному месту. Чертов эгоизм…

— Что будем делать теперь? — Перевела девушка тему, стараясь не говорить подавлено или виновато.

— Надо проверить помещение. Из гнезда идет странный сигнал, да и в целом осмотреться не помешает. Уже пять вечера, через пару часов стемнеет. Нужно подготовить место для ночлега, — Виктор по-дедовски закряхтел, уперся руками в колени, поднялся на ноги.

— Я могу рассчитывать, что ты все же будешь слушаться меня в дальнейшем? — Спросил он.

— Можешь, — Ира потупилась, — Я постараюсь!

— Ладно, — Он не стал продолжать. Подошел к трупу второго Кошмарника, задумчиво покатал ботинком отрубленную голову, специально не замечая, как морщится от его действий бедовая напарница.

— Повезло, что я сумел так чисто ее отрезать. На тренировках у меня с Филиппой так не получалось. Привыкаю, значит. С первым монстром, правда, такой фокус один хрен бы не прошел, — Он покосился на лежащий рядом труп Кошмарника, — Да и вообще, какие-то они слишком сильные. Я видел подобную тварь у Серафима: тот двигался куда медленнее. Да и настолько живучим не был. Иначе никакие молитвы бы его не поймали.

— Серафим поймал Кошмарника? — Забавно округлила глаза девушка, — В смысле?

— В прямом. Посадил на цепь, поставил охранять собственное убежище. Честно говоря, есть рядом с ним тогда было стремно. А сидеть спиной так вообще… Еще и фразы орал, прям как эти двое. Думал, поседею от такой фигни.

— Почему они так делают, кстати? И как монах поймал такую тварь? И почему ты считаешь наших Кошмарников другими? Зомби ведь одни и те же, правда? Даже эволюции: ленточник, там, прыгун, — Иру захлестнула волна любопытства.

Крестоносцам о таких нюансах не рассказывали: только дали перечень из двенадцати самых распространенных монстров, показали как их бить, отработали командный бой толпа на толпу, но против продвинутой нежити никто бойцов не готовил. Лишь сухо рассказали о возможности появления особо сильных чудовищ, да выдали протокол на такой случай (связать боем, вызвать высших иерархов, держаться до подкрепления).

— Почему говорят — не знаю. Серафим вывел теорию: чем сильнее зомби — тем больше в нем проявляется человеческих черт. Кошмарники повторяют фразы, которые часто использовали при жизни. Ну, или в последние дни жизни. Подобные твари уже имеют продвинутый разум, какие-то отличные от животных желания, слабо предсказуемые реакции.

Как поймал — не знаю. Наверное, просто бил навыком до полусмерти, а потом поставил особое клеймо. А наши Кошмарники определенно другие, — Терпеливо ответил Санитар на все вопросы, — Смотри: у первого началась мутация верхней части тела, кроме головы. Шея, ключицы, лопатки. У второго, наоборот, усиленные ноги. Причем и то, и другое — качественно лучше их прежнего тела. Хорошо, что я успел завалить монстров, иначе пришлось бы собирать большой рейд. А уж сколько смертей удалось предотвратить — даже думать не хочется.

— Да уж, — Поежилась девушка, — Как-то они слишком быстро эволюционируют. Как ты думаешь, в других районах также?

— Вряд ли, — Подумав, ответил мечник, — Здесь ситуация сложилась очень для них удобная. С одной стороны, людям оказалось не до них — церковники грызлись с Отрядом, другие обходили спорные территории по широкой дуге. С другой — путь оживленный и нужный. Прям-таки "из варяг в греки". Вот и отъелись на одиночках да местных жителях.

Санитар закончил осматривать гнездо. Покосился на дыру, но лезть в нее не стал: вместо этого привычно уже рубанул мечом. В получившееся отверстие без проблем прошли бы даже прежние владельцы. Не то, что более низкий и менее плотный хитокири.

— Фу, чем здесь воняет? — Поморщилась Ира, когда они протиснулись внутрь.

— Мясом, — Коротко отозвался Виктор, указал на внутренние стенки. Света в нору попадало мало, но даже так можно было легко разглядеть несколько товарных стеллажей с малоаппетитными кусками.

— С холодильником они решили не заморачиваться, — Санитар кончиком шашки поддел кучу тряпья, явил на свет сморщенное, похожее на раздутого до размеров овчарки младенца существо.

— Что это?

— Детёныш, — Мрачно ответил он, а затем одним ударом ноги размножил голову заоравшему ублюдку.

— Зачем?! — Вскинулась Ира

— Ты серьезно? Видела же мой бой против Кошмарников. Представь, если такая тварь будет не медленно эволюционировать, а начнет изначально на их уровне. Что из нее вырастет, Сатана? Бафомет? Ктулху? Уж точно не плюшевые звери с улицы Сезам.

— Иногда мне кажется, ты специально показываешь себя с максимально худшей стороны перед людьми, — Поделилась Ира наблюдением, пока они вдвоем обыскивали остальное помещение. Ожидаемо, ничего не нашли. Только парочка вечных ламп продолжала светить в пустой подсобке. Санитар забрал себе одну: у Дормидонта подобного товара не нашлось, а вторая лампа оказалась расколота, вынимать ее из гнезда не имело смысла.

— Все, мы закончили? — Ира с нескрываемым облегчением вышла из магазина, с наслаждением потянулась, как бы невзначай демонстрируя спутнику все преимущества своих верхних девяносто.

— Нет. У нас во дворе стояло похожее здание. Насколько я помню, здесь еще должен быть подвал. Но я его не наблюдаю.

— Может просто планировка разная?

— Вряд ли. Попробуй почувствовать аномалию, — Предложил он.

— Ла-а-адно, — Девушка закрыла глаза, помассировала пальцами виски, сосредоточенно нахмурилась.

— Нет, извини. Либо тут пусто, либо я не настолько продвинутая, — Сказала она через пару минут.

— Хорошо, попробуем по-другому, — Виктор вытащил из ножен Филиппу, упер ее острием в стену, начал медленно идти вдоль кирпичной кладки.

— А вот сейчас мне стало тревожно. Ты слишком зациклился… — Она осеклась. На полпути меч Санитара уперся во что-то невидимое, затем снова пополз, но не вперед, а на девяносто градусов правее.

— Невидимая стена, — Удовлетворенно кивнул себе хитокири, — Если это такой же подвал, как у нас, то вход… — Он отошел немного в сторону, пару раз пнул воздух рядом с собой, после чего прямо из воздуха соткалась железная дверь.

— Я же говорил, — Виктор снова не стал мудрить: прорезал петли и поставил ее рядом, прямо на невидимуюстену.

— А это зачем? — Полюбопытствовала Ира.

— Просто так, — Хмыкнул он, пока крепил себе на лоб небольшой фонарик.

Внутри помещения оказалось неожиданно уютно. Сразу за ступеньками они преодолели еще одну дверь, на этот раз решетчатую. Санитар просто взломал ее мультитулом, так как она не вызывала в нем таких же деструктивных эмоций, как сплошное дерево или металл.

После нее напарники оказались в небольшом предбаннике, представляющем собой аналог гостиной. Мягкий диван с постеленным на него ковром, более толстые ковры на стенах, небольшой телевизор напротив, журнальный столик с полупустой бутылкой шампанского и тремя стаканами.

— Здесь жили, — Отметила девушка очевидный факт, — Причем точно после Катастрофы.

— Скажу больше: здесь жили еще несколько дней назад, — Мечник с внезапно проснувшимся интересом начал исследовать комнату, — Вон, хлеб на полке рядом со второй дверью. Вскрыли его недавно — даже плесени нет. Шампанское тоже не успело выдохнуться. Здесь точно куковали с Кошмарниками под боком.

— Да ну нафиг! — Поежилась девушка.

— Не скажи. Решение интересное. Смелое да, но если соблюдать осторожность и иметь запас пищи — то более безопасного места сложно придумать, — Виктор наконец вскрыл вторую дверь, заглянул внутрь, а затем, после паузы, добавил:

— Правда, местным такая хитрожопость особо не помогла.

Вторая комната оказалась куда просторнее первой. Двухъярусная кровать, еще один диван, пара кресел. Всюду видны следы налаженного быта: пепельница рядом с форточкой на уровне чуть выше земли, рассыпанная колода карт, вскрытые коробки с банками тушенки, кулер с водой, две десятилитровые бадьи рядом, распахнутый настежь шкаф с рядами одежды, прислоненное к дверному косяку ружье.

И уже набившая оскомину картина резни.

Их убивали долго, расчетливо, со вкусом. Три полуголых тела — одно женское, два мужского. Последние — в веревках, грубо брошены в центре комнаты.

Женщину в возрасте убили сразу — тело лежало навзничь, широко раскинув руки. В горле застрял столовый нож, который неизвестные налетчики не потрудились вытащить. Мужчин же взяли тепленькими, связали, сняли верхнюю одежду, а затем долго пытали. Никаких следов сопротивления, кроме ран от пыток и синюшных запястий со следами веревки.

Самым же неприятным открытием оказалась небольшая, метра полтора в диаметре пентаграмма, точно повторяющая наружную. Если прикинуть расположение магазина, то именно в этом месте приходится центр уличного символа.

— Давай переночуем где-нибудь еще, — Севшим голосом предложила девушка.

— Определенно, — Согласился с ней Санитар, — А еще, мне нужно будет лично поговорить с Домиником насчет всей этой чертовщины. Ты ведь не думаешь, что это Кошмарники взяли с собой банку краски, потащились мазать круги вокруг своего гнезда, а потом рвать найденным людям ногти плоскогубцами.

— Здесь был кто-то еще, — Кивнула напарница, — Группа людей, которая сумела пройти мимо тех тварей, убить здесь семью, потом накалякать свою чертовщину снаружи. Это просто охренеть, как тяжело!

— Даже я не владею таким уровнем маскировки, — Согласился Виктор, — Впрочем, вряд ли она заточена на людей. Скорее на монстров. Нельзя быть крутыми во всем, а эти парни явно имеют какой-то титул в ритуалистике.

— Ты же найдешь их? — Требовательно спросила девушка. Виктор с подавленным вздохом обнаружил в ее глазах знакомый ему праведный гнев.

— Тут люди гибнут от монстров каждый день, а они! — Ира задыхалась от возмущения, — Ведь видели же, что творят Кошмарники. Но нет, ради своих тараканов в голове запытали людей до смерти и ушли, как ни в чем не бывало!

— Ну, может они пополнили галерею снаружи, хотя я в этом сомневаюсь, — Кивнул мечник, — А раз так, то мы имеем дело с хорошо отлаженной группой отбитых маньяков с непонятными целями. О таком церковникам стоит знать в первую голову.

При упоминании Новых Христиан плечи Иры поникли, а сама она как-то резко съежилась, невольно дернулась в сторону выхода.

— Нам придется к ним зайти, да? — С тоской спросила напарница.

— Придется, — Кивнул ей хитокири. В голове тут же возникла шутка с представлением новой напарницы и Доминика друг другу, но тут же пропала. Не стоит топтаться на чужих мозолях, пусть даже в отместку за тоже самое.

— Не волнуйся: наденешь плащ, маску любую, хотя бы медицинскую, остановишься в моем номере. Наружу ни ногой, но мы задержимся ненадолго, так что плевать. Никто тебя не узнает. У меня достаточный кредит доверия, чтобы по таким мелочам церковники не задавали вопросов.

— Надеюсь, — Вздохнула девушка. Она все еще боялась идти в Андреевский Собор, но уже без обреченных ноток.

"Ничего, потерпит. Скорее всего, она со мной надолго: возможно, до очищения города от нежити. А значит, все заинтересованные лица все равно наведут справки и докопаются до сути. Ладно, это все дело будущего. Сейчас есть более насущный вопрос: где бы остановится на ночлег?"

Глава 12

"Дышать вонью не так страшно. А восставать против властей — грех. Ибо всякая власть от Бога".

Настоятель Богородице-Рождественского и Воскресенского храмов города Волоколамска, Михаил Поляков

Обратно в Андреевский собор они добрались без приключений. Тайная тропа работала и в обратную сторону, так что дорога не заняла бы дольше четырех часов. И все равно им пришлось остановиться на ночь еще раз, чтобы не ходить по ночному городу.

Задержались напарники из-за Санитара. Он лично снял распятые, насаженные на штыри и арматуру тела, в том числе трупы зомби и животных. Сложил их в давешнем магазине, аккуратно, но без лишнего пиетета. Затем поджег, благо у брошенных машин в округе некому было сливать бензин и Виктор "снял сливки".

Магазин не хотел гореть. Дымно чадил, вонял пластиком, горящим мясом, чем-то химическим. Пришлось поджигать его изнутри, телами. Хитокири справился с этим, но ему очень не понравилось возиться с мертвецами, даром что неходячими. К счастью, трупный запах исчезал из его костюма вместе с любыми другими пятнами, прорехами и рваными дырами.

Оставалось еще несколько часов до заката, однако Санитар приказным тоном сказал остановится на ночлег уже сейчас. В конце-концов, у них обоих было чем заняться: ревизия трофеев, нелегкие размышления о странном культе, отдых, Система, наконец!

Благодаря напарнику, Ире удалось взять шестой, а также больше трети от седьмого уровня. Кроме неожиданного апа "Духовного Доспеха", ее своевольный титул вложил полученное от миссии за убийство Кошмарников очко в ее "Владение луком". Сначала девушка хотела возмутиться, но потом, после прочтения, даже не знала, что и думать.

— Савва, подскажешь? — Она доверчиво открыла ему свое Окно Персонажа.

— Хватит уже называть меня так. Шутка затянулась, — Он раздраженно сжал зубы, прикрыл глаза, вывел на передний план ее Систему. "Владение луком" действительно поменялось. Во-первых, перешло из общих навыков в специальные, как и "духовный доспех", во-вторых, обзавелось подпунктом "Духовные стрелы (ур. 1)".

"Тип: снаряд. Может быть использован только для лука или арбалета.

Урон: проникающий.

Материальная форма: стандартный снаряд для текущего снаряженного оружия.

Формула коэффициента усиления:[1,5Х*0,5С*Н*0,3Z]

(где Х — уровень навыка, С — уровень навыка "Владение луком", Н — уровень навыка "Изгнание", Z — уровень цели, если она является нежитью).

Перезарядка: отсутствует. Предмет материализуется в инвентаре каждые (1 час). Не занимает места, не может быть передан третьим лицам, продан в Магазине или удален из инвентаря."

— Интересно, — Пробормотал Санитар, — Причем, как твоя ненормальная скорость прокачки, так и сам навык. А сколько уже стрел успело накопиться?

— Четыре штуки.

— Как раз хватит для проверки, — Решил Виктор, — Тем более, ты же успела поломать половину обычных стрел? За один присест, хочу заметить. Тогда "духовные" будут более чем к месту. Радуйся, нормальный апгрейд.

— Я не потеряла, они поломались об Кошмарника! А где будем испытывать?

— Да прямо во дворе, — Виктор нехотя отодвинул шкаф от окна, выпрыгнул со второго этажа найденной квартиры. В последнее время от все больше привыкал ходить в дома через окна, чем входные и подъездные двери. И ему нравился подобный подход. Ире — наоборот, но он ее не спрашивал.

— Стреляй сначала просто в мишень, — Мечник указал на баскетбольный щиток детской площадки. К некоторому облегчению девушки, засунуть в корзину рядом чью-нибудь голову твари не додумались, так что никакой дрожи мишень не вызывала.

Ира вытащила из инвентаря системный снаряд. Стрела ничем не выделялась среди своих товарок, разве что блекловатой краской, а также отсутствием каких-либо конструктивных особенностей, отклонений или мелких недостатков. Девушка цокнула языком, сказала что-то про идеальный баланс, после чего послала ее в нарисованный красной краской круг.

"Духовная стрела" ушла в цель абсолютно беззвучно. Не щелкнула тетива, не раздалось жужжания древка о воздух, также как и звука соприкосновения с целью. Снаряд ударил в баскетбольный щиток, после чего моментально растворился в легкой дымке светящейся изнутри белесой пыли.

— Теперь обычной стрелой, — Резкий вжух, звук удара о лакированное дерево.

— Духовная лучше по всем параметрам. Быстрее, мощнее, нет отдачи, не нужно дополнительно учитывать слабый воздух, и еще много чего!

Виктор не стал слушать ее восторги. Повел искать зомби, чтобы проверить навык уже на нем. Спустя двадцать минут они все же наткнулись на сидящего под козырьком подъезда ловчего. Девушка и нежить заметили друг друга одновременно, однако Отступница оказалась быстрее. Ее стрела попала зомби в грудь, после чего тот лопнул изнутри облаком серого праха.

— Да, эффект явно вышел сильнее, чем у обычных стрел, — Резюмировал хитокири, — Теперь сама поройся в настройках, разбери формулу, подумай над тактикой и так далее. Я пока помоюсь от всего этого…

Больше они в тот день не разговаривали, а на утро Иру ждал утомительный марш-бросок до столицы церковников. Виктор решил форсировать ее обучение, поэтому они нарочно продирались сквозь группы, а то и толпы мертвецов, отстреливались и отмахивались от нежити на бегу, петляли домами, прыгали по подъездам, уходили окнами да задними дворами.

Несколько раз девушку успевали зацепить, притормозить, иногда даже уронить. После чего немертвая орда навалилась с еще большим энтузиазмом. Спасал ее хитокири, причем делал это настолько непринужденно, что мог бы легко испортить самооценку кому угодно, но у напарницы, наоборот, скорее вызывал восхищение.

Спустя час "марафона" Ира внезапно для себя зауважала одиночек и мелкие группы. Оказывается, им тоже бывает нелегко. Не только крестоносцы ставят жизнь на кон в каждой вылазке.

На втором часу она пересмотрела свое снисходительное отношение к встреченному отряду "Иллидана". Смешные и слабые люди теперь предстали совершенно в ином свете. Малейшая ошибка чревата схваткой, которую они могут не выиграть. Любая, даже самая быстрая схватка влечет за собой лишний шум, привлечет других мертвецов. Эффект бесконечной рекурсивной петли, когда свежие зомби все приходят и приходят на место убитых.

А кроме этого, нужно двигаться по городу без предвидения Санитара, опасаться ловушек, всевозможных мимиков и прочую плесень, которую он засекал без проблем. Тратить время на поиск аномалий, на поиск безопасного места для ночлега, на поиск артефактов, которые можно продать. Как они вообще успевают прокачиваться, девушка искренне не понимала.

Через три часа Ира поняла, что от зомби почти невозможно убежать. Не потому, что какие-нибудь рептилоиды или прыгуны не слишком уступали людям скорости. Нет, просто город таил в себе и другие опасности, помимо разных видов зомби. К тому же, множество путей оканчивались тупиком, новыми монстрами, засадами продвинутой нежити или банально перегорожены техникой.

Пару раз им попадались ихтиноиды: низкорослые зверолюды, похожие на человекоподобных тритонов. В одной недостроенной многоэтажке она лично провалилась в подвал, где рябило в глазах от кучи неестественно красных, желтых, фиолетовых и синих цветков. Виктор их порубил, но Иру потом еще двадцать минут шатало от их выделений из стеблей и лепестков.

"Хорошо, что они не успели пустить в ход свои побеги или что это у них было. В смысле, в меня не успели. Савва как обычно прошелся по ним взбесившейся газонокосилкой".

На четвертый час девушка начала мысленно извиняться перед своим родным городом за то, что считала его маленьким, провинциальным и скучным. Они в рамках одного квартала бежали не меньше двух часов, что уж говорить про остальную громаду территорий! А если там кто-то поселился, то продвижение вообще останавливается до десятка метров в час!

На пятый час ей уже было все равно. Она устала анализировать, подмечать особенности, какие-то трюки, ошибки всевозможных враждебных сущностей. Они даже наткнулись на какого-то призрака. Тонкогубый очкарик попытался что-то сказать сладкой парочке, однако Санитар с каким-то странным остервенением принялся рубить эктоплазму и делал это, пока дух окончательно не растаял.

"Так вот зачем он каждый день поливает меч святой водой!" — Мелькнула у нее в голове догадка.

За прошедшее время, проведенное с Виктором, Ира могла сказать точно: ее бывший парень приобрел сильную антипатию к трем вещам. Призракам (логично). Дверям (похоже на отзеркаленную клаустрофобию с привязкой к определенному предмету). А также недомолвкам (похоже, в новом мире беднягу дурят все кому не лень. Личная сила от такого помогает плохо). Над последним выводом она посмеялась, но так, тихонечко. Потому что от бега в боку все еще кололо, а ее мучитель вполне способен еще больше взвинтить темп.

К ее вящему ужасу, Санитар пошел на шестой час "пробежки". Более того, он принялся учить ее, как поесть на бегу, как попить на бегу (не прямо на бегу, но максимально быстро и не упуская наблюдение по сторонам), а также как быстро справлять нужду.

Еще и рявкнул на взмолившуюся Иру в духе: "либо ты учишься быстро делать свои дела, либо я покупаю на базе церковников упаковку памперсов. Ничего, снайперы и убийцы пользуются, так что и тебе будет не зазорно!"

"Гад паршивый!" — Злобно пыхтела она, когда дергала застрявшую ширинку на брюках.

"Садист латентный" — Когда натертости внутренной поверхности бедер касались кожи.

"Женоненавистник, сексист, зверюга", — Когда на просьбу "любви и ласки" предложил "кнута и смазки".

"Но все равно спасибо", — Когда он подхватил ее падающее в обморок тело и понес на себе.

За шесть часов подобного ада девушка валилась с ног. За семь — силы окончательно ей отказали, от чего недовольный мечник полчаса тащил на себе бессознательное тело. Затем забег повторился еще один час.

Не для конкретной цели, как остальные часы, каждый из которых Виктор выделил под определенную тему. Нет, последний час оказался повторением пройденного, и чуть снова не вогнал девушку в обморок. К ее счастью, за это время они уже успели выйти на территорию церковников, поэтому Санитар резко свернул программу молодого бойца.

Несмотря на все свои странные маневры и обходные маршруты, они закончили путешествие куда быстрее, чем если бы просто пошли из пункта А в пункт Б без использования "тайной тропы".

Так что девушка наслаждалась ходьбой, переводила дыхание, а также и думать уже забыла об угрозе Новых Христиан, ее бывших кураторов и самого Доминика в частности. Хитокири парой фраз в духе: "вон смотри, твой любимый военкомат виднеется" слегка вернул ее с небес на землю, после чего презентовал тканевую маску в тон плащу, а также похвалил за стойкость в сегодняшнем марафоне.

— Кстати, все никак не возьму в толк: почему ты вообще позволила какой-то там секте промыть себе мозги? Ты же вроде изучала что-то похожее?

— Шизофреногенные паттерны. Моя дипломная, — Скорее задумчиво, чем мрачно отозвалась она, — Эти ублюдки вовсю ими пользовались, шпарили как по методичке. Я растерялась тогда, не поняла сразу, только через пару дней…

— Что же ты тогда оттуда не сбежала?

— Это задним умом все легко и просто, — Проворчала Ира, — А когда тебя спасли от зомби, согрели, накормили, и взамен просто попросили сидеть на проповедях… Подвох начинаешь видеть в последнюю очередь. Да я не то, чтобы сильно осуждаю эту систему. В конце-концов, в крестоносцев определили людей с бесполезными способностями, при этом склонных к бунту или проблемам. Отрицательная выбраковка, хах, — Нервно пояснила она, пока грела пальцы над горячей чашкой. Приноровилась во время ходьбы. Хоть какая-то польза от его тренировок.

— Ты после защиты своей дипломной везде видишь эту хрень. Может такая одержимость тоже своего рода… патоген? — Прищурился Виктор.

— Паттерн! — Гневно поправила его девушка

— То есть это все, что тебя смущает?

— Нет… Да… Что ты вообще хочешь от меня услышать? — Девушка возмущенно посмотрела на него, даже шаг замедлила, — Я такая дура, дала промыть себе мозги теми же методами, которые изучала? Да, дура. Но там не только психология была. НЛП, давление на чувство вины, манипуляция на страхе быть выгнанной обратно.

Плюс — какие-то препараты, затуманивающие сознание. Благовония не давали мыслить здраво, их святая водичка ощущалась слишком круто — ей поощряли самых рьяных. То есть положительное подкрепление. Кроме всего прочего, еще и коллективная ответственность: когда за косяк одного наказывали целую группу. Они профессионалы, милый, — Грустно закончила Ира, — А шансов не оказаться втянутой в секту почти нет, когда альтернативой служит мертвый город.

— Да, извини. Не знаю, как бы я сам справлялся в такой ситуации, — Виновато закончил он, — Ну, зато тебя теперь на мякине не проведешь! Если еще и мои тренировки освоишь, то круче тебя будут только вареные яйца и Кавказские горы, — С фальшивым энтузиазмом закончил Санитар.

— Знать бы, зачем ты вообще гонял меня со всей этой полосой препятствий, — Тихо проворчала она.

Хитокири услышал, но отвечать не стал. Ира умная девочка — сама догадается. А все поставленные цели данное мероприятие закрыло с большим успехом. Даже с перевыполнением плана!

Во-первых, Санитар за один день передал ей знания, на обучение которым в более неспешном темпе ушло бы до месяца. Во-вторых, показал город без купюр, выделил опасности в концентрированном виде. Многое она не знала, к чему-то относилась слишком беспечно, те же квартиры, а зомби, наоборот, боялась сверх меры. Они опасны, но не более.

Потом девушка сама все разберет, разложит по полочкам. Выделит и главные, и второстепенные опасности, а также способы с ними справиться. В Иру он верил. Точнее, в ее въедливость вкупе с привычкой препарировать прожитый день и извлекать оттуда самое важное. Помнил о такой ее черте, привык к ней, даже сам взял на вооружение.

В-третьих, хитокири таким образом протестировал ее физические характеристики. Которые оказались на голову выше, чем положено шестому уровню. Он подозревал что-то подобное, но не в такой степени! Тоже следствие бытия крестоносцем, к гадалке не ходи. Еще бы понять, чем такая физическая мощь аукнется в будущем.

В-четвертых, Виктор измотал ее, забил новыми впечатлениями подавленное состояние от встречи с Кошмарниками, жертвами ритуала культистов, тем ужасным перфомансом с трупами. Да и ощущение собственной смерти не то, что стоило бы ментально пережевывать снова и снова.

Ну а в пятых, мечник не дал ей погрузиться в свои страхи и самоедство. Как меня встретят церковники? Что будет, если Санитара поставят перед выбором? А если попросят снять маску? А если, а если, а если… Зато, за время забега, от нее не доносилось ни единого вопроса не по делу. Да и по делу, временами, тоже. Слишком уж он взвинтил темп.

Было и в-шестых, но уже для самого хитокири. Он проверял пределы собственного тела. Тренировки это одно, а вот такой марафон — совсем другое. Да, он не выложился на полную, как его напарница, однако ему пришлось страховать ее, точно дозировать силу, при этом думать за двоих: многое из того, что мог он, не могла девушка. Запрыгнуть на высоту третьего этажа, к примеру. В общем, тест-драйв нового тела, который Виктор прошел на уровне и успел многое понять. А также сравнить с более слабой вариацией.

— Ты молодец, правда. Держалась до последнего! — Санитар одобрительно (и чуток покровительственно) улыбнулся Ире, — Такими темпами скоро и вовсе меня догонишь. Надо только проводить марафонов побольше.

— Не-е-ет! ~

Девушка только головой покачала. Ее напарник поступил в лучших традициях тупоголовых сержантов из учебки: максимально нагрузил подчиненного физически, чтобы у него не осталось никаких желаний, кроме, собственно, отдыха. Впрочем, если тактика подействовала, то стоит ли на нее обижаться?

— Вот и я думаю, что не стоит, — Вслух произнесла она в пустой комнате. Рывком села на кровати, раздраженно сдула прядь с щеки, — А вот на то, что он бросил меня в незнакомой комнате, на незнакомой территории с потенциально враждебными монахами вокруг, обидеться можно, и даже нужно!

Она снова откинулась назад, со вздохом провела рукой по шерстяной ткани одеяла. Ей было неуютно находится в этих стенах, таких знакомых и незнакомых одновременно. Но еще более неуютно — идти по Андреевскому Храму после уже прошедшей битвы.

Их встретили дважды. Первый раз — когда с правой стороны дороги показался институтский забор. Трудолюбивые жители успели создать свой вариант бетонной стены, соединив ограду СКФУ со зданием напротив, и даже сделали аналог ворот с системой бетонных блоков и шлагбаума перед ними.

Их пропустили без вопросов, стоило Савве назвать себя и прикоснуться рукой к простенькому артефакту-определителю. Девушка только головой покачала на такие новшества. Еще дней десять назад эта территория находилась под контролем зомби, некоторые крестоносцы погибли примерно в этих местах. Например, вон в том магазинчике метров за пятнадцать до новой бетонной стены засада зомби положила половину группы.

Второй раз их затормозили уже непосредственно перед Андреевским храмом. Вообще-то, правильно называть его собором, но Ире было плевать. После Катастрофы она всегда называла это место "Белая Церковь". С придыханием и щепоткой благоговения. Что это было — навязанное сектой благочестие или искреннее преклонение перед символом человеческого сопротивления — она не могла сказать даже сейчас.

Величественные белые стены. Они всегда вызывали у нее гордость, чувство защищенности, покой. Символом потерянной свободы навсегда остались ворота бывшего Военкомата (что, в определенной степени, было иронично), но никак не Белая Церковь рядом.

Теперь ее вряд ли можно считать красивой или величественной. Или даже белой. Разрушенные стены, со следами копоти и битого кирпича, вызывали у нее противоречивые чувства. Постыдное злорадство, а вместе с ним — грусть. Не смогли, не защитили. Глубокая воронка во дворе и вовсе привела в ужас: она легко могла представить себя на месте защитников. Или того, что от этих защитников осталось.

"Все хорошо, все в порядке, крестоносцы теперь в прошлом. Меня никто больше не отправит насмерть, особенно Савва. Но он сейчас говорит с Домиником… Нет, он не такой! Я буду в него верить", — Она так и заснула, раз за разом повторяя немудреные слова успокоения.

— Говоришь, их оказалось двое? — Они встретились в том же самом кабинете. Снова очередь из недовольных посетителей, косые взгляды монахов, разве что снующих туда-сюда людей в храме прибавилось еще больше. Хотя, казалось бы, уже некуда.

Вторая аудиенция у Доминика, в отличие от первой, слегка расслабляла. Им было нечего делить друг с другом, все острые вопросы решены, сиди да пей чай и думай на благо города. Приятное ощущение, пусть Санитар и не спешил расслабляться полностью.

Все тот же стол, беспорядок на книжных полках рядом, заварочный чайник. Разве что вместо китайского зеленого теперь загрузили Иван-чай. А вот лицо собеседника слегка изменилось: немного разгладились морщины вокруг глаз, посвежела кожа, стали гуще волосы. Алтарь усиливал своего главного пользователя не по дням, а по часам.

"Может он еще и бессмертным станет? А что, омолодиться лет так до тридцати, и застынет в этом возрасте, как муха в янтаре. Так, стоп, о чем мы говорили? Ага, он уточнил про двоих Кошмарников".

— Да, двое, причем необычных. И у одного, и у другого началась переходная стадия эволюции. Плюс, я обнаружил детеныша. Их общего, скорее всего. Правда, половых признаков у тварей я не нашел. Не то, чтобы сильно рассматривал, но на виду ничего не болталось. Допускаю, кстати, мысль про третьего, гм, осеменителя.

Санитар принялся долго, нудно, не упуская ни малейшей подробности, рассказывать своему визави сначала про встречу с монстрами, затем — про ход боя, наблюдения, подмеченные странности, особенности поведения и так далее. Лишь тему Иры он, в своем повествовании, обошел как мог. Сказал, что подобрал знакомую по прошлой жизни, и на этом все. Переспрашивать Доминик не стал, пусть ему и было любопытно. А вот отпрыск Кошмарника вызвал в нем ожидаемую опаску.

— Детеныш, — Обеспокоенно повторил за хитокири лидер Новых Христиан, — Ты понимаешь, какие проблемы несет это новое обстоятельство?

— Лучше, чем большинство народу. Предлагаете скрыть детали, чтобы не возникла паника? — Безразлично спросил мечник.

— Нет, — Доминик задумчиво огладил короткую аристократическую бородку, — Даже наоборот, стоит трезвонить во все колокола, чтобы донести твою информацию до каждого. Если уж убили нежить, пусть ищут всех. Такая стратегия гораздо выгоднее создания красивой картинки в глазах обывателей. Расслабляться им пока рано — а то пойдут вопли о комфорте и опасные сейчас гражданские инициативы.

— А, как с избирательными правами женщин в Англии? — Хмыкнул Санитар. Мужчина напротив него довольно блеснул глазами, улыбнулся одобрительно.

— Ты и это знаешь? Воистину, ВиктОр, ты полон сюрпризов. Да, именно так. Перед Первой Мировой женщины уже созрели до равных избирательных прав, но через них могла идти военная инспирация со стороны Франции или Германии. А там вышло бы как с первой российской думой — дурак на провокаторе сидел и шпионом погонял.

— Поэтому процесс специально затормозили несколькими провокаторшами, — Подхватил Санитар, — Движение суфражисток во главе с Панкхерст. Типичный английский юмор, если смотреть на фамилию.

— На русском звучит, как бугор шпаны или что-то в этом духе. На французском, кстати, все еще веселее, — Поощрительно улыбнулся мужчина.

— Ну и дела они начали в соответствии с фамилией. И кто бы мог подумать, что плескать кислотой в глаза представителям ЛИБЕРАЛЬНОГО же парламента было все же не слишком хорошей идеей.

— Как и последующие уличные погромы во имя женщин, изготовление бомб, штурм парламента и прочие милые вещи.

— Такое чувство, что кто-то специально приказал почтенной матроне бороться за права женщин с таким разрушительным радикализмом, что этот вопрос убрали в долгий ящик с полного одобрения тогдашнего общества.

— Ох уж эта Европейская история. Каждый молодой интеллектуал может сделать выводы по таким вот, как сейчас говорят молодые? Кейсам, да. Надо лишь знать метОду. Впрочем, тем, кто жил в вашей стране весь двадцатый век, такие вот метОды успели набить оскомину, верно? За все хорошее против всего плохого. Какие правильные установки, — Тихо рассмеялся первосвященник.

— Верно. Однако мы сейчас решаем проблему Кошмарников, — Сухо напомнил собеседнику Санитар. Желание обсуждать что-то помимо работы пропало начисто.

— Думаю, она уже решена. С вашей же помощью, дорогой ВиктОр, — Тонко улыбнулся церковный иерарх, — Уровень угрозы вы показали, головы сдали в прокураторскую, информацию до заинтересованных лиц я донесу. Вряд ли можно сделать что-то больше: рейды по белым пятнам на карте и известным скоплениям монстров пока преждевременны и неэффективны.

— Хорошо. Тогда у меня есть еще одна новость, — Вздохнул хитокири.

Рассказ об обнаруженных культистах Доминик слушал уже без своих улыбок. Молча дождался конца, задал несколько общих вопросов: рисунок пентаграммы, положения тел в ней, характер нанесенных ран, какие-то особенности начертательной техники. Санитар даже вспомнил странное отклонение линий и предположил, что неизвестный культист — левша.

Доминик благодарно кивнул, записал информацию, а затем огорошил своего визави известием, что вокруг Драмтеатра раскинулся точь-в-точь похожий рисунок. Причем все с тем же характерным креном в левую сторону.

— Мой, точнее, орденский специалист также отметил, что преступник — левша. Поэтому с уверенностью могу сказать: эти случаи тесно связаны друг с другом. Более того, мне известно еще два таких же инцидента. Ритуальные убийства, пентаграмма, кельтский трискель.

Еще три подтвержденных случая прислал Картограф. Все они совершены в относительно небольшом квадрате Ставрополя. Предположу, что место имеет какой-то смысл для ритуалистов, поэтому они и дальше будут действовать в этой же зоне.

— Маньяков нужно поймать, причем как можно скорее. Я посчитал эту группу достаточно опасными после одной-единственной находки. Однако вы показали еще пять таких же инцидентов, плюс шестой у Драмтеатра. А это уже связь с Менгеле и этими Измененными… Нет, их точно необходимо найти и уничтожить.

— Не буду спорить, — Покивал Пастырь, — Мне самому очень не нравится такая ситуация. Однако подлецы правильно подобрали время: сейчас у Новых Христиан наблюдается недостаток людей. Я не могу снять монахов со службы патрулирования, или из странноприимных домов, или лечебниц, или других социальных и оборонительных постов.

Люди идут плотным потоком. Каждого необходимо принять, обогреть, продержать сутки на карантине, убедиться в его безопасности, найти подходящую работу, обеспечить внутреннюю и внешнюю безопасность, а также приглядывать за ним. Это очень нелегко, мы буквально зашиваемся.

С другой стороны, наш враг, Отряд 9-19, потерял контроль над большей частью территорий. Множество живущих там групп, общин или даже временных убежищ остались без глобальной защиты. Треть из них приходились и на выделенный мной квадрат, поэтому люди там могут рассчитывать лишь на самих себя. Не самая надежная защита, как по мне.

— Это если сами культисты там не прячутся, — Задумчиво протянул хитокири, — И не режут втихомолку соседей в обмен, например, на опыт или очки умений.

— Такое тоже может быть, но вероятность довольно мала. Мало кто будет гадить там, где живет, а культисты уже показали себя опасным противником с широкими возможностями. Глупцами их назвать сложно, особенно после проведения ритуала под носом двух Кошмарников.

— Есть такое, — Признал мечник, а затем поинтересовался, — Вы сказали, что ни Отряд, ни церковь не могут помочь тем людям на бывшей территории Вулкана. Что насчет кого-нибудь другого? Орден, там, или Армия.

— С ними тоже все не так просто, как может показаться сначала. Орден сосредоточился на Террариуме, он не может пока распылять силы, как делал раньше. Армия далеко, другие независимые группы сами себя не всегда защитить способны, а Сфинкс не кажет и носа за свою территорию.

— То есть опять никто, кроме меня, — Тяжко вздохнул Виктор, — Что ж, ожидаемо. А как насчет ваших крестоносцев? Может их послать в те районы?

— У бойцов слишком низкий уровень, — Поморщился Доминик, — К тому же, каждому отряду нужен свой пастырь. Офицер должен будет следить, чтобы никто из наших младших братьев не влез, куда не надо, не впал в буйство, не пошел в разнос на повышенной дозе препаратов. Ни о каком расследовании или даже тихом патруле не может быть и речи.

Крестоносцы это молоток, причем молоток скорее одноразовый. Они хорошо показали себя при штурме института, но такие шумные акции — предел их возможностей. Что-то более сложное группы крестоносцев не потянут. Так что я просто потрачу людской ресурс…

— Вы давали… даете им препараты? — Резко оборвал его Санитар. Доминик нахмурился.

— Не думаю, что это ваше дело, молодой человек, — Начал он, но потом посмотрел на Виктора, слегка смягчился и протянул нарочито старческим, дребезжащим голосом:

— Эх, молодость, молодость. Хочется справедливости и награды для всех, чтобы никто не ушел обиженным… — Он поменял тембр, сделал голос более молодым, гулким, веским:

— Когда-нибудь ты не только поймешь, но и примешь сердцем один неприятный факт: некоторые люди совершенно не заслуживают большинства общественных благ.

— Хотите сказать, что у вас в крестоносцах обретаются только всякие ублюдки, маньяки, убийцы и прочая уголовщина? — Все также холодно задал вопрос хитокири.

— Нет. Разумеется, нет, — Пренебрежительно махнул рукой церковник, — Сомневаюсь, что таких людей, уголовников, да, там найдется больше одной десятой. Остальные — это рохли, тюти, раскисляи. Мамины сынки с мусорным титулом, лишним весом или, наоборот, дистрофией, околонулевой фертильностью и такой же мотивацией.

Ты, думаю, сталкивался в жизни с подобными людьми. Хронические неудачники, которые не любят свою работу, не любят свою жизнь, не имеют ни увлечений, даже самых примитивных, вроде сериалов, ни стремлений. Живут по-инерции, плачутся и устраивают холивары в интернете.

Им ничего не хочется, ничего не интересно, они громогласно уведомляют о скором суициде всех вокруг, но ничего не происходит. А после Катастрофы такой тип людей не то, что пошел — побежал по чужим головам ради своей жалкой жизни. Таких крестоносцев у меня куда больше. Они бесполезны для человечества, однако в качестве инструмента все еще способны оказать пару услуг.

Кроме них среди воинов Господа есть и другие человеческие типы. Например, агрессивные, самоуверенные уроды. Они не имеют ничего за душой, как и первый тип, зато любят гадить всем вокруг, не признают авторитетов, хотят жить не по средствам, хапнуть больше — лететь дальше, и так далее.

Хочешь еще описаний? Изволь. К нам попадают и женщины. Как правило, в возрасте, молодых мы берем редко. И, сказать по правде, они заслуживают подобной участи куда меньше, чем вышеперечисленные мужчины. Однако меньше — не значит, что не заслуживают вовсе.

Часть из них также бесполезна, как первая категория. Другие — любят интриги, как вторая. Но таких мы берем редко, в конце-концов, женские интриги сводятся скорее к созданию личного комфорта и уводам мужиков у соперницы. Ничего страшного в мире, где все сильнее входит в права классическая полигамия.

Я говорю больше о третьей категории, категории поборников справедливости. С мужчинами проще — наша церковь сразу дает то, что им нужно, без обмана и принуждения. С женщинами не так. Эти искательницы высшего блага узколобы, плохо видят границы, начинают использовать мужчин в своих интригах, роют землю в поисках правды, а найдя — обращают внимание не на суть, а на внешние атрибуты и эмоции. С ними невозможен принцип меньшего зла. Потому что зло для них — всегда наибольшее.

— И все же… — Неуверенно произнес Виктор. Он был согласен с большей частью эмоциональной речи Доминика. А еще, скрепя сердце, признавал: все сказанное справедливо для Иры полной мерой. Она действительно скорее внесла бы разлад в работу местных, чем помогла сделать жизнь лучше. Отступница — титул, подходящий ее личности, как никакой другой.

— Думаешь, можно остаться чистым на обломках рухнувшего мира? — Почти сочувственно спросил его церковник. И Санитар впервые за долгое время не нашелся, что ответить. Потому что здесь не было предмета для спора: они оба видели мир в одинаковых красках. А самое страшное — такая позиция почти перестала пугать хитокири.

— Мы все же остановились на таблетках, — Спустя небольшую паузу, снова сказал он.

— Ах, таблетки. Да, кроме определенных трюков из раздела психологии, психиатрии и так далее мы вполне успешно использовали фармацевтику. Не для промывки мозгов, — Отрицательно покачал он, отвечая на невысказанный вопрос Санитара:

— Для улучшения физических показателей. Все же низкие уровни мало что могут сделать тем же рептилоидам или ловчим. Про Кошмарников и говорить не приходится. Благодаря таблеткам у них появился шанс.

После приема в течение недели полного курса усилителей, у крестоносцев в два с половиной раза возрастала сила, в полтора — скорость, в один и двадцать пять — выносливость. Плюс — невосприимчивость ко многим органическим ядам. Плюс… Там много чего еще, на самом деле. Вряд ли тебе интересны технические подробности.

— И почему тогда все монахи до сих пор не могут швыряться автомобилями, или, там, сдвигать горы на одной силе веры? — Скептически поинтересовался Санитар.

— Потому что побочки там просто чудовищные, ВиктОр, — Обыденным тоном ответил Доминик, — Достаточно сказать: ни один подопытный не дожил до сегодняшнего дня, а их набрали чуть меньше месяца назад. Скорее всего, уровень все же влияет на продолжительность жизни, но даже у тебя под препаратами осталось бы года два, максимум — три.

Единственный вариант лечения — постоянно поднимать уровень. Скорее всего, после какой-то планки эти яды бы уже перестали быть летальными. У тебя, к слову, как раз есть шанс на такую возможность, — Доминик призывно сверкнул очками, но Санитар не стал "брать Бога за бороду" и вежливо отказался. Возможное усиление совершенно не стоило рисков.

— То есть в среднем, крестоносец проживет месяца полтора-два? — Как можно более спокойным голосом поинтересовался хитокири. Зубы аж сводило от желания удавить старую сволочь напротив, но он держался. Этот человек все еще нужен городу, да и самому мечнику тоже.

"Глупая месть ничего не даст. Не даст, но все равно противно…"

— Да, где-то месяц для первых уровней. Такими были наши, гм, бета-тестеры. Около двух для третьего-четвертого уровня, шестой бы получил три-четыре месяца, но у нас таких крестоносцев всего двое, — Кисло отметил Мессия.

— Вот как… — Виктор не помнил, что он еще говорил, и на какие вопросы отвечал. Он просидел там еще целый час, однако самообладание вернулось только на последних десяти минутах от одной простой мысли:

"Это ведь Система, детка!"

Глупая, но, вместе с тем, до невозможности логичная сентенция. Действительно, чего он так переживает? Да за два-три месяца у него накопится целая куча вариантов возможного решения! От банальной прокачки опыта, до старшего зелья, которое вряд ли тратили на крестоносцев. Да и нет среди них десятых уровней, то есть лиц, кто теоретически способен выдержать такую нагрузку системной фармы на тело.

Исцеляющий, или откатывающий время для тела артефакт, какой-нибудь специфичный декокт или амулет, старшее зелье исцеления, эликсир увеличения жизненной силы — организм вырастет только на время, но это может быть достаточно для запуска естественной регенерации. И так далее — еще куча вариантов!

Поэтому хитокири покинул кабинет Доминика если не в хорошем, то вполне себе ровном настроении, наказав себе не беспокоиться прежде времени. На этой же волне он аккуратно свернул обсуждения "воинов Господа" и запросил карту квартала с уже отмеченными точками убийств культистов.

На самом деле, он просто решил не оставлять неприятное впечатление последним разговором о крестоносцах, но карта неожиданно увлекла Виктора. Красные точки инцидентов располагались неравномерно, рисунок шести отмеченных мест убийств не напоминал ни сходящуюся к какому-нибудь центру спираль, ни круг, ни другую геометрическую фигуру.

Однако Санитар чувствовал, что у культистов есть какая-то логика, последовательность. А раз она имеется, то ее можно угадать и предотвратить следующую бойню. Или хотя бы поймать тварей на горячем.

Он сделал на всякий случай несколько копий карты на принтере прямо в кабинете главы Церкви, сунул их в свой инвентарь и скомкано попрощался с Домиником, увлеченный новой интересной загадкой. Про свою новую цель — визит к армейцам — он почти не слушал. Все подробности церковник указал в довольно толстой папке, которую мечник перечитает уже в номере.

"Будут вопросы, зайду завтра с утра еще раз. Но если он не стал дальше затягивать встречу, значит задание не слишком сложное. На словах и вовсе — доставить оборудование для переговоров, попутно расследуя преступления культистов. По возможности, ага. Эх, подумаю об этом на досуге".

После передачи пакета документов, мечник посчитал встречу оконченной. Доминик было заикнулся о награде за убийство Кошмарников, но Санитар лишь отмахнулся. Обсуждать еще и ее он посчитал излишней. В конце-концов, что ему эти жетоны или какие-то вещи? Свое есть. А чего нет — не проблема добыть или обменять.

"Запишите на мой счет в кристаллах некроса", — Вот и все, что он ответил. Лишь по выходе из главного здания, хитокири кое-как сумел унять исследовательский зуд. У него все еще оставалось время, так что стоило нанести один визит, пока он опять не ушел в город.

* * *

— Здравствуй, Элла.

— Привет, Санитар.

Он нашел ее в местной столовой. Как тогда, при первой (точнее, второй после собрания) встрече. В этот раз женщина ужинала в одиночестве, без своей робкой подопечной или других членов команды.

— Как ты? — Осторожно спросил он, подсаживаясь рядом со своим подносом.

— Держусь, — Дернула плечом она, — Что мне еще остается? Команда подавлена, мы никогда не теряли на рейдах больше одного человека. А тут — добрая треть. Ничего, они славные ребята, переживут и не такое. Всем сейчас тяжело.

— Всем, — Эхом повторил Виктор, а потом вдруг предложил, неожиданно даже для себя самого, — Как насчет выпить и поговорить в каком-нибудь другом, более уютном месте?

Комната Эллы мало отвечала его представлениям об уюте. Больше апартаментов Санитара эдак вдвое, если не втрое, она вся была заставлена спортивными снарядами, полуразобранным огнестрелом, какими-то подозрительными бутыльками в вытяжном шкафе и многими другими, совершенно не женскими предметами.

Единственным напоминанием того, что у квартиры есть своя очаровательная владелица, оказалось розовое постельное белье, да развешанные на бельевой веревке в углу маечки-трусики-лифчики-боевой комбинезон.

— Что смотришь? Садись, наливай, — Он сел на диван, что кое-как влез в захламленную сверх всякой меры комнату, потянулся к стоящей на этажерке рядом бутылке шампанского, чуть не опрокинул пепельницу и брезгливо вытер испачканные в саже пальцы об собственную броню.

Женщина рядом никак не прокомментировала его действия. Сбросила куртку, оставшись в чем-то вроде эластичной (явно артефактной) футболки и мешковатых штанах. Ботинки она снимать не стала.

— Что, не похоже на спальню мамкиной принцессы? — Невесело хмыкнула она.

— Ну, тут есть свое очарование. Особенно вон в той гантеле в углу. Прямо вижу, как ты кидаешь ей в нерадивых подчиненных.

— А что, идея не хуже прочих, — Она слегка расслабилась, упала в кресло рядом, потянулась к уже наполненному Санитаром бокалу.

— Ну что, давай за тех, кто не вернулся из боя. Банальщина, но что поделать. Стиль есть стиль, — Она рывком опрокинула в себя бокал, словно стопарь с водкой, а не дорогой напиток из французской провинции.

— За тех, кто остался там вместо нас, — Угрюмо бросил следующий тост хитокири.

— Тех, кого мы любили, — Поддержала Элла.

Постепенно первичный лед оказался сломан. Они все более подробно описывали каждый тост, начали обсуждать какие-то побочные темы, даже нашли в себе цинизм посмеяться над нерадивыми монахами и их основательно подкопченной обителью.

— Да-а-а. Не думала я, что все так повернется. Умной себя мнила, а все равно тыкаюсь вокруг, как слепой кутенок. Вулкан, вон, тоже считался круче собственных яиц. А один-единственный бой спустил в унитаз всю его долгую работу. Так что, Санитар, нельзя ничего загадывать. И быть уверенным в чем-то тоже нельзя. Ни тебе, ни, тем более, мне. Поэтому давай просто выпьем за еще один прожитый день, — С тоской сказала она посреди разговора.

После этого у обоих словно прорвало плотину. Они взахлеб принялись говорить о погибших друзьях, их чертах характера, выделять любимые и раздражающие качества. Элла вспомнила Костю, еще когда тот работал у нее, рассказала о всех его косяках и опозданиях. Виктор засмеялся. Впервые за всю эту сумасшедшую неделю.

— Только не пропадай, парень, — Сказала Элла после очередных возлияний. Бутылка шампанского давно показало дно, и они догонялись дешевым вином откуда-то из Молдавии, — Проси помощи, когда это нужно. Я же вижу: ты стараешься не из шкурных интересов, и не по воле хитрожопых уродов, которые встали у руля группировок. Спасти город… Вот уж точно, романтизм Дон Кихота. Последний рыцарь Ставрополя, чтоб тебя. Никогда бы не заподозрила такую черту у крутого сверх всякой меры засранца с рожей матерого убийцы.

— Все мы люди, — Прикрыл глаза мечник, — Каждому нужна цель, идея, смысл жизни. Хотя бы доказательство того, что все было не зря.

— Все было не зря, — Эхом повторила Элла, — Да, пожалуй ради этого мы и живем.

— Ради этого и умрем, — Подытожил он.

— Се ля ви (такова жизнь), — Пьяно рассмеялась она.

— Тогда уже се ля морт (такова смерть), — Хмыкнул Виктор. Они одновременно потянулись к полупустой бутылке, женские и мужские пальцы встретились, отпрянули, а затем медленно и неловко сплелись в безотчетном жесте. Секунда, и Санитар падает на диван рядом, а его губы уже ищут губы сильной и независимой женщины. Прерывистое дыхание, запах вина и невысказанных слов.

После долгого поцелуя она отстранилась, потянула за край футболки, сняла с себя. Взгляду предстал простецкий лифчик, однако от его вида Виктор возбудился сильнее, чем от кружевного белья.

Элла под ним выглядела великолепно. Едва заметные кубики пресса масляно блестели от пота, большая грудь не нуждалась в подчеркивании, а ее запах и край черных трусиков, что виднелись из-под мешковатых брюк, сводил с ума.

Он снова потянулся к ее губам, попутно сбрасывая с себя неудобный плащ. Его партнерша одной рукой расстегнула лифчик, а другой притянула его лицо к своему…

Однако рука остановилась на полпути.

— Прости, я не должна была… — Она через силу остановила себя, отвернулась в сторону, закрывая ладошкой объемную грудь, — Просто все эти потери…

— Я понимаю, — Санитар выпрямился, мягко обнял свою даму, зашептал ей что-то нежное. Ему безумно хотелось продолжить, но вместо этого он укрыл ее пледом из своего инвентаря и предложил плечо, на котором она и проплакала. Так, в обнимку, они и встретили рассвет.

Он ушел, когда Элла уснула. Мягко уложил ее на диван, подложил подушку под голову, укрыл одеялом, поставил на тумбочку рядом минералку и вышел из комнаты. А потом она, проснувшись через пару часов, долго смотрела на остатки вина в бокале, бездумно крутила стеклянную ножку в руке и тихо вздыхала в такт вою осеннего ветра.

Интерлюдия Коллекционера. Арпеджио Вороньей Слободки

— …Мы атакуем еще раз на следующий день, сразу после того, как Курильщик вернется в строй. Больше не будет ни опрометчивых атак, ни стандартной тактики из говеных корейских онлайн игр. Действовать будем так…

— Вы слышали, босс, — Загадочно улыбнулась Леди, когда Коллекционер одним небрежным жестом разорвал трансляцию.

— Слышал, — Спокойно ответил он, — У нас есть еще два дня. Однако… Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, верно? — Осклабился мужчина, а девушку перед ним мысленно передернуло. Они знали друг друга еще до Катастрофы, но она так и не смогла понять старого друга отца. Ни его мотивы, ни его так называемый модус операнди (линия поведения). Даже угадать новые приступы вот такой вот бравады, смешанной с безумием. В прошлый раз он погнал их зачищать кладбище. В этот раз под раздачу попал всего лишь Менгеле.

"Охо-хо, даже нашу Железную Маску, гм, есть чем пронять. Забавно".

— Собирай наших. У них есть час. Опоздавшие, ну, пусть лучше приходят во время, — Он подмигнул бледной Леди, надел свою шляпу-борсалино и ушел на кухню, весело насвистывая мелодию из какого-то старого фильма.

Они выдвинулись спустя полтора часа. Маленькая, откровенно смешная для такого дела численность — всего девять человек, не считая их лидера. Вот только каждый из них находился на девятом-десятом уровне минимум. Каждый имел уникальный титул, вдумчивое развитие с использованием всех возможных средств, мощное артефактное оружие и снаряжение.

Общая цель, командная работа на уровне не то, что тренированном — интуитивном, плюс гениальность. По мнению Коллекционера, такой отряд стоил больше, чем несколько десятков кое-как экипированных семерок, про более низкие уровни и говорить нечего.

"В конце-концов, они — избранные. И не каким-то там Богом или судьбой, а личной мной", — Мысленно хмыкнул он, когда их транспортное средство на полной скорости влетело в одну из пространственных дыр. Сборище глупцов и идиотов, которые составляют подавляющее большинство игроков, видели в них всего лишь "тайные тропы".

"Ха! Если бы эти посредственности только знали, чем в действительности являются такие вот кротовые норы! Да за одно право владеть участками уже бы шел бой. Еще бы, целое измерение-коридор с выходами-дверьми. Абсолютная мобильность в пределах целого района, а иногда — и всего города. Эх, жаль, что самородка, открывшего глаза на истинную природу подобных аномалий, пришлось пустить на ингредиенты. Зато ни я, ни мои птенцы больше не зависят от воли и капризов одного-единственного человека".

"Птенцы", тем временем, скучились в кузове старой, ностальгично-желтой маршрутки с сорок вторым номером. Яна раздраженно отпихивала от себя Леди: девушка прижалась к ней слишком сильно и бархатная, отливающая серебром полумаска неприятно впивалась в щеку фальшивыми драгоценностями. Ее напарник, Вальтер, опять чистил шелковой тряпочкой свой пистолет, при этом принципиально отказываясь ставить оружие на предохранитель. После обретения "легендарного" статуса, его оружейный фанатизм начал напрягать даже сокомандников.

Масляно улыбался и пожирал глазами девушек Скайнет. Он сел позади всех, лишь короткие, как у Форда, усики виднелись в полумраке эдакой чеширской улыбкой. Рядом с ним что-то напевал себе под нос чернявый подросток Вран, махал пальцем на манер дирижерской палочки.

Накачанный Ипполит раздраженно тер ладонью грязное окно, пьяно хихикал как всегда поддатый Дядя, а его шестнадцатилетняя дочь Карма пыталась вытащить флягу из узловатых пальцев. Не получалось, конечно, зато острый девичий локоток пару раз чуть не заехал по чувствительному для любого мужчины месту ее ровесника — Таро. Парень громко возмущался.

Все вместе они создавали шумный и слегка нервный гомон, который вибрировал в одном диапазоне с ревущим мотором старенькой маршрутки, а также приятно заглушал бесконечное нытье Ипполита. Тот, впрочем, опять на что-то обиделся и освежающе молчал.

Суету не создавал лишь новоиспеченный член отряда. Коллекционер лично привел его всего около недели назад, однако молодой человек уже успел вписаться в коллектив. В основном, своей безынициативностью. Даже сейчас длинный, нескладный хлюст в хипстерском пиджаке и почему-то армейских брюках тупо спал.

— Выходим из подпространства, — Веселый голос Коллекционера на мгновение заглушил общий гвалт, — Точка назначения на самой границе Террариума. Яна, готовься зажечь, — Хохотнул он.

— Опять что-то сгорит, ну сколько можно, а? Я только вчера постирал куртку. Теперь будет вонять гарью… — Все-таки не утерпел и пожаловался атлет.

— Может он уже в кожу въелся, и это от тебя вещи воняют костром? — Хмыкнул Скайнет, — Попробуй залезть в стиралку и прокрутить себя на двух сотнях оборотов.

— Глупости!

— Леди, убери свои руки..!

— Так меньше трясет!

— Я щас всю душу из тебя вытрясу!

— Ла-ла-ла-ла…

— Вран, куда тычешь своим пальцем?!

— Дядя, хватит пить!

— Бойся своих желаний, девочка моя…

— Ау, аккуратнее! Мне теперь ракушку носить, что ли?

— Jasny gwint, чуть не выстрелил! Ja pierdolę эти сраные колдобины…

— Какого черта?!

Общий выкрик совпал с резким торможением, отчего в салоне образовалась куча мала. Пистолет все-таки выстрелил, чудом проделав дыру только в обшивке маршрутки, а не в шкуре ближайшего сотоварища.

— Охренеть, как из пушки… Да я в эту дыру могу голову просунуть!

— Уйми свое либидо. Успеешь еще куда-нибудь сунуть, извращенец, — Скайнет задумчиво хмыкнул, пошевелил усами. Он первым выбрался из транспорта, после чего куртуазно подал руку девушкам. Впрочем, Карма его проигнорировала, Леди подхватил слегка смущенный происшествием Вальтер, а Яна последовала за Ипполитом. Тот раздраженно пнул уже имеющееся отверстие, и выпрыгнул наружу с другой стороны.

— Да кто бы говорил! — Шестнадцатилетний подросток аж задохнулся от возмущения и воровато оглянулся на Карму. К счастью, та опять была занята своим отцом и на гнусные инсинуации Скайнета внимания не обратила. Таро облегченно выдохнул, однако затем маршрутка слегка качнулась, и его согнуло пополам в приступе тошноты. Благо парень сумел сдержать все в себе.

По итогу, в салоне остался лишь зеленоватый от поездки Таро, да новичок Ахмад осоловело моргал глазами и тянул зевок. В конце-концов, обоих за шкирку вытащил Коллекционер, да еще встряхнул. Ну так, чисто чтобы пришли в себя.

— Напоминаю. Этот вонючий костер — бывший Террариум. За ним — Драмтеатр. Наша цель — Менгеле, а также все, кто там находятся. Людей по возможности оставлять в живых, остальное уничтожить. Давайте, быстрее начнем, быстрее закончим. Вошли-вышли. Приключение на двадцать минут! — Хмыкнул он от их кислых физиономий.

— Тогда я начинаю, — Прикрыла глаза Яна. Их пикировки могут продолжаться до бесконечности, особенно если подключатся Ипполит с Враном.

— Трансформа: переход! — Она вынула из инвентаря двухлитровую бутылку из-под колы. Изнутри тут же потянулась струйка серебристо-черной жидкости.

— Трансформа: ускорение. Трансформа: облачение. Металл вышел из бутылки словно под давлением, потянулся к отпрянувшим людям, затек на одежду и застыл тонкой молекулярной пленкой.

— Ты же только с огнем могла, — Леди и не думала сдерживать любопытство в голосе.

— Все вопросы потом, — Прервал ее Коллекционер, после чего Яна продолжила. Из рукава показалась потрепанная латунная зажигалка. Ее скромный, отливающий синевой огонек на фоне пылающего леса казался незначительной игрушкой.

"Из искры да возгорится пламя", — Довольно улыбнулась девушка, несмотря на стучащую в висках кровь. Контролировать сразу два элемента было ее пределом, и давался тот отнюдь не легко.

— Трансформа: удержание. Трансформа: стабилизация.

Огонек зажигалки тут же вытянулся в пламенную нить, соединился с лесной зарницей. Яна тяжело вздохнула, закусила губу.

— Таро, твоя очередь, — Скомандовал босс.

Парень моментально вышел вперед, вынул из кармана вакуумный пакет с защелкой. Зашарил внутри. Вран из любопытства заглянул ему через плечо. Пакет оказался почти доверху напичкан всевозможным игровым хламом. Ламинированные карточки с покемонами и супергероями, какая-то откровенно детская колода из журнала с мультяшными изображениями разных пиратов карибского моря, игральные кубики, фигурки из Вархаммера, простецкие колоды карт, а также шашки, кости домино, полураздетые фигурки аниме и многое другое.

— Вот! Как знал, что пригодится! — Он достал крупную игрушку, в котором Коллекционер со скрипом узнал популярного в свое время Бионикла, — Таху, Повелитель Огня.

— Дарю его тебе! — Парень торжественно вручил фигурку тяжело дышащей Яне. Та, вопреки его опасениям, не стала язвительно прохаживаться по подарку. Только сухо кивнула и вцепилась в него дрожащими пальцами.

— Эхе, первый раз вижу. Что это за зверь такой? — Дядя с чмоканием оторвался от фляги, подошел ближе, — Это вот за колесики крутить надо, шоб рубилка рубила, да? А огурцы он резать сможет? Вот бы мужики в гаражах обзавидовались…

Его поведение привычно проигнорировали. Девушка положила фигурку себе за пазуху для прямого контакта с телом, после чего, уже без прежнего напряжения, убрала зажигалку в карман. Огненная нить и не думала исчезать.

— Скайнет, — Требовательно произнесла она. Тот патетически развел руками, дескать, ничего без меня не могут, подмигнул ей, после чего также дотронулся до нити. Последняя тут же раздвоилась, затем разтроилась, и, уже через пару минут, огненная сеть огромным коконом охватила пылающий Террариум.

— Вот теперь можно идти. Дядя, Ахмад, Ипполит — вы на шаг впереди. Дальше идут Вальтер, Карма, Вран. Потом мы с Яной и Скайнет. Леди замыкает. Поймай себе кого-нибудь, девочка.

— Все свое ношу с собой, — Маска загадочно сверкнула отраженным солнечным светом, а в руках девушки сам собой возник небольшой футляр. Под напряженными взглядами собравшихся она вытряхнула из него три черных шарика, после чего просто вылила на них воду из бутылки.

Упавшие на землю предметы набухли, стали резко раздаваться в размерах. И вот, перед своей хозяйкой уже стоят три странных, но свирепых даже на вид существа. Они походили на огромные комки глины, которым кто-то прилепил внизу по паре коротких, как у корги, лапок, а также нарисовал чудовищную пасть и ярко-красные, налитые кровью глаза. Как глиняные тыквы Хэллоуина, только с парой уродливых конечностей под ними.

— Сойдет, — Кивнул Коллекционер.

Лес они прошли без приключений. Пару раз на отряд выбегали из пожара обезумевшие звери, еще больше оказалось полусгоревших деревьев, которые любой ценой пытались остановить захватчиков. Тщетно: тройка в авангарде без проблем справлялась с любой угрозой, а Вальтер своими выстрелами уничтожал монстров на флангах.

— Теперь начинается самое интересное, — Протянул лидер группы, когда они вышли из перелеска. На их странный отряд начали оборачиваться бойцы Ордена, что стояли на страже у Драмтеатра. Основные баррикады стояли западнее, но пара десятков метров — слишком малое расстояние, чтобы действительно рассчитывать на незаметность.

— Нам убить их, или… — Безразлично спросил Вальтер.

— Ну что ты, мы же не злодеи, — Погрозил ему пальцем Коллекционер, — Ты иногда чересчур увлекаешься, друг мой. Хватит и одной из моих погремушек.

Рука в белой латексной перчатке привычным движением поправила шляпу, а затем пальцы мужчины сноровисто пробежали по защелкам его стального кейса. От баррикад уже раздавались выкрики, шли какие-то команды, бойцы сноровисто разворачивались к новой угрозе, но все еще медлили с атакой. Как выяснилось, зря.

"А чего еще ждать от сколоченного наспех сброда? Постоянной бдительности?" — Пренебрежительно хмыкнул Коллекционер. Его кейс раскрылся, но тут же сомкнулся обратно, стоило его владельцу получить желаемое. Предмет сам прыгнул к нему в ладонь, не дожидаясь руки.

Это снова был револьвер. Коллекционер понимал, что повторяется, но ничего не мог с собой поделать. Тяга к эпатированию окружающих в этот раз проиграла его любви к карманным пушкам. В конце-концов, какая разница, из чего стрелять? Главное все равно результат!

Как и остальное его оружие, револьвер был лишь средством вывода. Таким же незатейливым инструментом, как спусковой крючок. Главная интрига всегда крылась в пулях.

Выстрела не услышали даже стоявшие близко Яна с Враном. Не услышали его и люди Ордена. Лишь увидели направленное на них оружие, да успели дать пару коротких очередей из автомата, пока лидер группы пафосно целился в них из своего антиквариата.

Пули низкоуровневых бойцов бессильно стекли со стальной брони членов отряда, зато выстрел Коллекционера произвел настоящее опустошение в рядах противника.

— Резонанс! — Невероятно довольным тоном объявил мужчина, прежде чем бахнуть из револьвера. Огромный, совершенно не подходящий небольшому стволу заряд с противным жужжанием вылетел в сторону баррикад. Неспешно, даже лениво спланировал к бросившимся в укрытия бойцам, после чего взорвался.

Несмотря на небольшое расстояние, группа не услышала ни единого звука. Зато каждый из десяти человек успел рассмотреть ту мешанину из воздушных завихрений и белых полос, словно от летящего в небе самолета, что расцвели в расположении Ордена на манер бутона.

И все закончилось. Большинство людей просто повалились на землю без всяких признаков сознания. Еще часть орала и каталась по земле, зажимая кровоточащие уши.

— Ты же понимаешь, что сейчас набегут остальные? Это только один пост. Сколько их там еще? Пять, шесть? — Все также невозмутимо спросил Вальтер.

— Зачем мы вообще их атаковали?! А-а-а, теперь опять Картограф разозлится. Меня еще с прошлого раза мутит…

— А я бы в их баре пива выпил. А то бутылочное уже надоело…

— А ну-ка цыц! — Шикнула Леди, отчего все заткнулись. Скорее от удивления, но тем не менее.

— Теперь у нас есть окно. Минут пять выиграли, куда уж больше? — Коллекционер осклабился, помахал кейсом в левой руке. Правая все еще сжимала револьвер. Его он неспешно сунул в карман, поправил зачем-то свой замызганный плащ, потом скомандовал:

— Бегом, марш!

Они побежали. Сто метров до изумрудного барьера Драмтеатра, семьдесят, пятьдесят. Шагов за тридцать Яна размахнулась, бросила в него свою зажигалку, крикнула срывающимся голосом:

— Падайте!

В этот раз никто спорить и жаловаться не стал. Послушно растянулись там, где их застала команда. Даже твари Леди уродливыми колобками закатились в ближайшую яму. Яна незамедлительно последовала примеру группы, лишь пробормотала в полете:

— Трансформа: направление. Трансформа: высвобождение! — Последними словами чуть не прикусила себе язык, но дело уже было сделано.

Огненный кокон за спинами треснул, начал покрываться бахромой сорванных нитей. Огонь взревел пуще прежнего, взметнулся выше небес, а затем, словно неохотно, стал стягиваться в одну точку. Закручиваться гигантским веретеном.

Огненный протуберанец загудел, обращая в пыль деревья под ним и вокруг, а потом вдруг рванул вперед. Как будто ракета, пущенная из тяжелой огнеметной системы.

"Вот это я понимаю, Солнцепек"! — Шляпа упала во время падения, поэтому ничто не мешало Коллекционеру по-цыплячьи вытянуть шею и наслаждаться представлением.

Гудящее огненное копье врезалось прямо в центр барьера, дрогнуло, расплющилось слепяще-ярким потоком по изумрудной глади. Вокруг эфемерного купола зазмеились трещины, раздался резкий скрежет, а пламя начало проникать внутрь сколов, расширять повреждения.

Коллекционеру хотелось досмотреть представление до конца, узнать, что окажется сильнее: атака или защита. Жаль, но, скорее всего, второе. Судя по тому, как засуетились фигурки внутри, как забегали странные, нечеловеческие тени, как они потянулись к краям площадки, раскинули руки. Определенно, не просто бездумный хоровод вокруг разрушающегося щита. Этот барьер имеет собственных техников.

"Ну и ладно. Того, что есть должно хватить"

— Скайнет, отдавай команду, — Он поднялся на четвереньки, бросил подчиненному пульт от телевизора с вручную подписанными кнопками.

Тот козырнул, с претензией на элегантность, но все равно паршиво, потыкал в несколько клавиш, сморщился от головной боли и прикрыл глаза. Никаких внешних проявлений его силы: спецэффектов или свечения, на которые щедра Система.

"Зато какой результат!" — Довольно покивал лидер группы. Встал на ноги, нашел свою шляпу, парой движений отбил с нее пыль. Рядом поднимались остальные его сокомандники, сами строились в принятую формацию. Как раз вовремя.

Барьер перед ними вдруг замигал и лопнул с тихим колокольным перезвоном, а происходящее на площадке перед порталом на Ту Сторону стало видно как на ладони.

Кадавры. Мертвые тела людей, которых Коллекционер, в свое время, клепал пачками по договору с Отрядом 9-19. Трупы и ингредиенты Вулкана, вместе с парочкой полезных лаборантов. А что ему? Всего лишь половина "изделий", которые он любезно продал паникующему Менгеле парой недель ранее. В конце-концов, нужно же проявлять великодушие, хотя бы изредко. От него не убудет.

Зато от войск Драмтеатра убыло, и значительно. Кадавры ударили им в спину. Развернулись, направили оружие в беззащитных тварей, дали залп из всех стволов. Жиденькую толпу Серых и Желтых тварей выкосило как пшеницу трактором. Одна из Измененных со змеиным телом безвольным мешком упала куда-то вниз, к подножию здания. Еще двое медленно отползали за колоннаду, оставляя за собой кровавые полосы. Последний же ушел или замаскировался, но ситуацию один-единственный уродец изменить не мог, так что пусть его.

— А сразу так нельзя было? — Спросил Ахмад, парой хлестких ударов своей плетки добив оставшихся Серых.

Плетка была декоративная, из ограбленного сексшопа, чего молодой еще парень стеснялся, неумело разыгрывая неосведомленность. Впрочем, в этот раз его никто подкалывать не стал. Остаток группы сноровисто посбрасывал часть тел вниз, после чего девять человек слаженно встали перед мерцающим порталом. Кадавры позади них вновь собирали пострадавшие баррикады и занимали круговую оборону.

— Нельзя. Все равно ломать пришлось бы, — Рассеянно отозвался лидер.

"Так, быстро мои трупики не сомнут, поборются немного, а дальше мне уже не интересно. К главному блюду Картограф все равно опоздает. Слишком много мнимого контроля. Все же, что такое теория перед старой-доброй импровизацией? Тем более, мой бедный народ так театрально слаб в первом, и силен во втором", — Криво ухмыльнулся Коллекционер, а затем встал в строй.

— Готовность: одна минута, — Объявил он, завороженно рассматривая мистический блеск самого настоящего портала…

— Счастливые часов не наблюдают, — Мрачно пробурчала Яна после слов о минутной готовности. Ей не нужно было это время — зажигалка в кармане, привычный, как любимое одеяло, навык дрожит на кончиках пальцев, резонирует с решимостью в сердце. Прямо под тлеющими углями ненависти.

Перед глазами снова встало лицо той мрази, что приняла облик их погибшего товарища. Оборотень. Человек, уничтоживший ее маленькое уютное гнездышко вместе со всеми родственниками, ублюдок, меняющий лица, срезая их с бывших владельцев.

Они разнесли ту базу подонков и рабовладельцев по кирпичику, совместно с отколовшейся частью других десантников. Тех, кто помогал выжившим людям. Тех, кто не потерял человеческий облик вместе с представлениями о чести и совести.

Оборотню не хватило каких-то минут, чтобы уйти. Она лишь в последний момент заметила, как он поменял свою мерзкую рожу на лицо измученной, умирающей от голода женщины. Яна одними пальцами содрала прилившую маску, наслаждаясь воем и стонами кровника. А затем медленно, на самом слабом доступном ей огне сжигала убийцу. Жаль, что он так и не стал валяться в ногах и просить о пощаде. Настоящие солдаты, даже превращаясь в скурвившихся ублюдков, остаются стойкими и идут до конца.

Еще больше жаль упущенного главаря. Самоназванный командир базы успел уйти с помощью какого-то артефакта. Исчез прямо на глазах Коллекционера, на секунду опередил выпущенную пулю. Ничего, как только все закончится, ее босс завершит свой ритуал поиска. Тогда настанет и ее черёд закончить свое затянувшееся возмездие.

О том, что делать и куда идти дальше девушка уже не думала. Новая команда стала ее домом, а злобные, непредсказуемые, самодовольные напарники — ее второй семьей. Потому что тех, кто уже вошел во внутренний круг не бросали даже в самых безнадежных ситуациях. Верность друг другу — самый ценный капитал после Катастрофы.

— О, а вот и грачи прилетели! — Прервал ее мысли задорный голос Врана.

— Это вОроны и ворОны. Грачи давно в теплых странах, нюхают гниющее там мясо, — Мрачно отозвался Вальтер. Он сидел на ступеньках рядом с порталом и опять нянчил свой пистолет. Точнее, просто щелкал спусковым крючком, едва-едва не доводя до выстрела.

"Вот придурок", — Подумала Яна.

— Вот придурок, — Сказал Ахмад.

— Вообще конченый. Тебе маршрутки мало было?

— Вы ничего не понимаете, это фаллический символ. На самом деле, наш друг просто стесняется показать миру собственное Я. Вот и вертит перед нами своим, гм, пистолетом.

— Я щас возьму дробовик, как у Джона Коннора, и этот фаллический символ ты будешь доставать из собственных кишок. Посмотрим, насколько они не тонкие, чтобы дерзить мне, Скайнет…

— Так-так, — Захлопал в ладоши Коллекционер, прерывая новый раунд перепалки, — Раз все готовы, то можно и начинать?

В ответ раздался нестройный гул подтверждения. Где-то внизу кадавры начали вяло отстреливаться от подходящих сил Ордена, мелькали где-то в тенях на краю площадки фигуры Измененных, беззвучно и таинственно мерцал портал, хлопали крыльями многочисленные вороны, что-то крякали злобные глиняные шары Леди.

Один из них вдруг вмялся, изменил свое тело с яйца на причудливый эллипс. Словно дешевое кресло-мешок, которое меняет форму под задницу конкретного владельца. Таким пользователем и оказалась девушка. Загадочно одарив всех улыбкой, она с ногами уселась в получившуюся выемку, после чего глиноподобный материал облепил ее фигурку. На виду осталась лишь темная амбразура на месте глаз.

— Скайнет, запускай свой навык.

— Уже, — Коротко отозвался мужчина. Потер виски в безотчетном жесте, хлопнул по плечу Врана. Тот понимающе закивал, шевельнул кистью, после чего ближайший ворон уселся Скайнету на плечо, а все остальные члены группы почувствовали секундную слабость.

— Сеть запущена, — Пафосно сказал он и послал Карме слащавую улыбку. Девушку передернуло, но она не стала ничего высказывать. Молча встала в строй вместе с остальными, вытащила из инвентаря горсть каких-то фенечек, амулетов, колец, сноровисто нацепила на пальцы и кисти рук. А затем группа слаженно вошла в портал.

Чужой мир встретил их блеклым, почти невидимым солнцем, полным отсутствием облаков вкупе с багрово-красным небом. Словно на исходе дня. Они стояли на обычной бетонной дороге с остовами разрушенных зданий по краям, а впереди виднелся большой двухэтажный особняк, к которому бетонка и вела.

Само подпространство оказалось не слишком большим. Вряд ли больше четырех-пяти сотен квадратных километров. Зато насыщенна она была сверх всякой меры.

Чужое, неуютное небо закрывали летуны всех видов форм и размеров: стаи насекомых, какие-то птеродактили, обычные на вид голуби. В руинах зданий по краям дороги мелькали тени Желтых — гуманоидных тварей с острыми когтями, сильным ударом, но низкой скоростью и прочностью. У ворот особняка патрулировали своры собак, сидели у костров группки Серых с обязательным игроком-командиром, а конец бетонки увенчали собой две четырехметровые статуи воинов в античном стиле.

— Вперед, — С предвкушающей улыбкой скомандовал Коллекционер. Он не обратил никакого внимания ни на численность врагов, ни на их разнообразие или возможные ловушки. Он уже собрал все, что сейчас было нужно для победы.

И они пошли. Всего десять бойцов легким, совсем не строевым шагом двинулись по иному измерению. Стаи ворон с раздражающим карканьем врезались в темную орду летающих тварей, из руин жилых домов потянулись в их сторону Желтые, бросились на нарушителей псы-химеры, под встревоженные крики командиров Серых.

Бой за измерение Менгеле начался.

— Трансформа: умножение. Трансформа: усиление. Трансформа: направление. Трансформа: бесконтрольное умножение! — Речитативом произнесла Яна. Рядом также раздавались крики или монотонный бубнеж навыков остальных членов группы. Заухал пистолет Вальтера, собирая первую жатву, разорвалась впереди бомба Коллекционера, затрещал асфальт под пальцами Ипполита: атлет без труда вырвал целый кусок дорожного покрытия, наплевав на целую кучу физических законов и закрыл им группу, словно исполинским щитом.

Огонь сорвался с рук Яны, маленькое пламя зажигалки разожгло целое инферно. Огненными хлыстами оно обтекло союзников, после чего пылающим адом обрушилось на головы аборигенов. Таро тут же принялся метать туда огромные, карикатурно нелепые огненные шары, ледяные стрелы и прочую фэнтезятину. Ровно то, что попадалось ему на карточках Magic: The Gathering и других настолок.

Они не выглядели ни слаженной командой, ни боевым отрядом, ни даже опытной партией сильных, но разнонаправленных бойцов. Скорее странной, почти молодежной бандой с их расхлябанной походкой, рыхлым строем, расслабленным поведением.

Только застывшие в напряжении лица да постоянные движения рук выдавали в людях напряженную работу. Срывались с пальцев энергетические атаки, стреляло ручное оружие, переливались и вибрировали от попаданий защитные экраны вокруг фигур приспешников Менгеле.

Их было мало, особенно если сравнить с полчищами всевозможных монстров на пути к мрачному особняку с пробитой крышей. Однако именно эти люди действительно подавляли.

Вран с помощью воронов мгновенно выяснял местоположение врага, типы атак, от которых гибли птицы, необходимую силу удара. Видел ответные удары врагов, вычислял их мощь, опасность, предполагаемую природу.

Их ноги создавали вибрацию, отдающуюся в почве. Носы улавливали запахи, что обычно не доходили до мозга. Кожа чувствовала влажность воздуха, ощущала присутствие самых мелких примесей, уши игроков высокого ранга слышали даже самый тихий звук, вроде открываемой двери в особняке, пусть даже их владельцы не могли этого осознать.

Все эти, а также еще многие другие данные, минуя сознание, сбрасывались в особый ментальный банк и обрабатывались создателем «биосети» — Скайнетом. Удивительный, не имеющий равных титул позволял ему держать у себя в голове, под особым ментальным слоем, все умения, способности, сильные и слабые стороны сокомандников.

Их кулдауны, тонус мышц, сомнения и страхи, боевой дух, а также сотни других параметров вместе с уже полученными данными врага и окружающей среды обрабатывались, вычислялись, образовывали сетку вероятностей, калькулировались в потенциальные возможности с минимальной погрешностью.

После чего шли расчеты. Указывалась приоритетная цель, направление атаки, та личность, которая ее проведет. Тоже самое с ответными ударами врага: кто, где, когда, от чего следует защищаться, куда сместить тело, чтобы не встать на линии огня, когда пригнуться, а также многое другое.

Под прессом незримой сети Скайнета остальные члены команды превращались в аналог биороботов. Не люди, но уникальные боевые единицы на тактической карте.

Весь процесс, от вычисления данных и принятия решения до отдачи команды, занимал сотые доли секунды. Он позволял группе развить собственное взаимодействие на невероятном, недоступном даже современным боевым системам и нейросетям уровне.

Им больше не нужно было видеть, куда бить. Им больше не нужно было знать, куда двигаться, какие навыки использовать, какое решение принять. Способности Скайнета в буквальном смысле указывали бойцам как ходить, как поворачиваться.

И это работало.

Вот с крыши особняка раздается слаженный залп из гранатометов, автоматов, даже примитивных луков и арбалетов. Рой снарядов закрыл собой остатки красного неба, но команда уже отдана. Карма вскидывает запястья, трясет фенечками и кольцами, а пули и гранаты начинают вилять в воздухе, выписывать непредсказуемые траектории, взрываться раньше времени или просто растворяться в воздухе.

Вот из руин выбежали на группу несколько гигантских, бронированых быков-химер. Невероятная скорость в двести километров в час не оставляла оккупантам ни единого шанса, но… Вальтер повернулся раньше, чем те выбежали из руин, произвел ровно три выстрела, точно в уязвимую точку над переносицей. Так быстро, что его палец на спусковом крючке размазывался для постороннего наблюдателя. Три грузных тела упали за пару метров от левого фланга — исключительный результат.

Вот вздыбилась земля под ногами отряда. Повалил ядовитый зеленый дым, стали рваться припасенные мины. Не помогло: Дядя делает шаг вперед, с силой вдыхает отравленный воздух, заставляя ядовитые пары закручиваться спиралью и все, без остатка, исчезать в его утробе. Взрывы убирал Ахмад. Сильно и мощно бил ногой, создавал встречный удар, который гасил направленный импульс. Словно активная броня на танке.

Снова и снова полыхал огонь Яны, щедро разбрасывал "заклинания" из настолок Таро, отводила снаряды Карма, ухал револьвер Коллекционера, сухо щелкал ему в унисон пистолет Вальтера, хрипел Дядя, плюясь изо рта спрессованным воздухом, топал ногами Ахмад, тащил вперед свой щит Ипполит.

Их нельзя было убить, остановить, обратить в бегство, даже просто замедлить. Команда шла единым многоруким, многоногим, многоглавым чудовищем. Словно хтонический монстр, она без остатка поглощала тающие на глазах силы теробороны, рвала в клочья Желтых, Серых, химер, била в спину убегающих игроков.

Даже внезапно ожившие статуи не стали помехой победоносному шествию. Големы Леди с чавканием вгрызлись в белый, неуязвимый для огня, пуль или ударов мрамор. Один уродливый шар раздавили ногой, другой — насадили на копье, но античные воины проиграли свой бой.

В вотчине Менгеле не было место ни победе Фермопил, ни подвигу трехсот спартанцев. Всех защитников мира под сенью Драмтеатра ждала лишь надгробная речь Перикла.

В особняк команда вошла все той же расслабленной на вид походкой. Редкие очаги сопротивления безжалостно задавили, беспомощного в прямом бою Менгеле спеленали прямо в секретной комнате, после чего Коллекционер заперся с ним тет-а-тет. Лишь оставил сторожить за стенкой Ипполита с Кармой.

Скайнет отменил свой навык, обессиленно упал прямо на битое стекло возле панорамного окна. Дядя остался отпаивать его из своей фляги. Леди убрала уцелевшего монстрика обратно, взяла с собой Врана и Таро, после чего пошла на поиски трофеев.

Остальным пришлось поработать в роли надсмотрщиков, с помощью криков и такой-то матери сгоняя всех уцелевших людей на широкий двор поместья. Их оказалось на удивление много: тридцать девять человек, не считая тяжело раненых, которых просто оставили умирать.

— И что с ними теперь делать? — Раздраженно спросил Ахмад, когда они с Вальтером, наконец, сумели выстроить пленников вдоль широкой стены.

— Это уже не твоя забота, — С противоречивыми чувствами сказал ему парень. В нем боролась банальная лень, гордость от личной просьбы Коллекционера, а также предвкушающая нотка начинающего садиста.

— Босс сказал отсортировать их на нужных и ненужных, — Все тем же тоном продолжил Вальтер, — Нам тоже требуются свои люди. Исследования, подготовка и прочее дерьмо занимают слишком много времени. Даже бытовуха. Готовить, стирать, мыть полы… To cholerna bzdura. Почему мы сами должны этим заниматься?!

— Ну да, логично. Только чем нам эти все помогут? Не проще поломойку в городе найти?

— Лаборанты, исследователи, просто люди с полезными навыками. Коллекционер сказал, что всех, кто был у Менгеле на подхвате, брать точно, а остальных по возможности. Но не больше двадцати.

— Ладно, — Пожал плечами хлюст, — Я тогда здесь в сторонке постою, чтобы не сбежали.

— Только кинь на них оцепенение, — Кивнул ему сокомандник.

Ахмад поморщился, однако послушно топнул по земле. В этот раз никаких разрушений и ударной волны не было. Вибрация прошла точно сквозь землю и ударила по ногам стоящих перед ними людей. Все они резко застыли и почти перестали шевелиться. Лишь стали плакать или подвывать от страха.

— Заткнулись все! — Рявкнул на них "порученец", — А теперь поднимите руки, а kurwa, широко откройте рты каждый, кто работал лаборантом или исследователем у Менгеле.

Разумеется, рты открыли все. Пришлось пинками, зуботычинами и наводящими вопросами самим определять ценный актив. Их оказалось всего восемь, но зато каких! Пришлось даже отпоить парочку зельями здоровья, снять паралич, усадить на наспех принесенную лавку рядом со стоящим перед строем Вальтером.

— Ладно, а теперь начинается самое интересное…

— Имя.

— П-п-Питкин

— Реально?

— Нет, ник…

— Неважно. Титул, уровень, род деятельности.

— Плотник, четвертый уровень, навык есть полезный: ложить крест накрест…

— Ты что, лесби, чтобы крестиком ложиться? Ножницы мне тут еще покажи. Неинтересно. Так, среди вас к нему есть претензии? — Глянул он на сидящих лаборантов. Те сначала дружно замотали головами, потом увидели его выражение лица и тут же начали что-то мямлить.

— Он, сволочь, у меня к жене приставал, еще до Катастрофы! Выкрикнул один.

— А у меня опыт украл!

— Избил меня в первый же день приезда!

— А у меня…

— Все-все, я понял. Пропащий для общества человек, — Вальтер вынул пистолет, молниеносно вскинул его на уровень плеч. Грянул выстрел. Тело несчастного дернулось и влетело в стену. Его соседи завыли еще громче, но после окрика замолчали. Лишь застучали зубами от страха.

— Следующий.

— Сталь, шестой уровень. Титул — управляющий. Менгеле держал меня в заложниках! У него в городе есть моя семья! Мы враги!

— Враг моего врага не мой друг. Жалобы на него есть?

*Раздается нестройный хор мелочных придирок*

— Значит есть, — Выстрел, труп, обмоченные штаны у половины стоящих игроков и части лаборантов.

Так погибло еще девять человек. Уже даже Ахмад стал посматривать на товарища со страхом и отвращением, но Вальтера это не останавливало. Раздувающиеся от возбуждения ноздри ловили терпкий запах крови, руки нежно сжимали рукоять пистолета.

— Имя, титул, уровень, род деятельности.

— Тохтамыш, седьмой уровень, Повар. Повар я и есть. Кашеварю, значит, — Немолодой уже мужчина затрясся под его изучающим взглядом.

— Что имеете против него?

Среди лаборантов тишина. Молчание. Отводят глаза, вздрагивают, но ничего не говорят. Тохтамыш глупо улыбается.

— Ничего не имеете против? Идеал? Идеалов нам не надо.

И человека пристрелили, как бешеного пса.

Следующий за ним опрометчиво посмотрел в глаза Вальтеру. Но не увидел там ничего: лишь равнодушие и смерть глядели на него через призму холодной синевы.

— Давай уже, говори. Имя, титул… — Вальтер осекся, когда человек перед ним упал на колени и принялся, заливаясь слезами, восхвалять ум и волю своего палача. Он не просил его пощадить, лишь говорил о том, какой человек перед ним проницательный, и как он будет преданно ему служить.

Вальтер помолчал немного, а затем солидно так ответил на это:

— Хорошо. Именно такие нам и нужны.

Следующую пятерку раболепство не спасло. Не хватило искренности на пылающих страхом и ненавистью лицах.

Наконец, осталось всего трое.

— Лях, пятый уровень, повар. Работал помощником главного по кухне.

— Хм, Лях… — голос Вальтера меняется. — Смотрю, крестик на тебе другой. Католик?

— Как есть!

— Откуда ты?

— Предки в Познани жили, а сам я из Поволжья. Родители на Родину уехали еще в нулевых, а меня оставили с двоюродной бабкой, раззявой местной, здесь, на Юге.

— Может ты и Мицкевича читал?

— Читал.

— А что тебе кажется самым лучшим?

— "Пан Тадеуш".

— Хорошо, будешь нам еду готовить.

Следующий человек его не заинтересовал. Пистолет уже начал двигаться в сторону обреченного, как послышались нарочито гулкие шаги. Коллекционер прервал его на горячем, когда сам молодой человек еще не успел опустить оружие. Мужчина зашел во двор, остановился, молча посмотрел на картину расстрелянных тел, потеков крови, почуял витающий запах…

— Иногда ты перегибаешь палку со своим шовинизмом, друг мой. Если так сильно хочется истязать людей, ограничивайся, пожалуйста, зомби. Я, конечно, сказал — не больше двадцати — но здесь одних выживших осталось всего тринадцать. Ладно, там их семьи нашли. Больше, чем я рассчитывал. Как раз три-четыре десятка наберется. Остальных отпустим — слышишь Вальтер?! — отпустим!

— Слышу. Я еще этих двух не проверил… — Голосом ребенка, у которого отобрали игрушки, ответил он. Босс только рукой махнул.

— Оставь Ахмаду собирать здесь людей… Кстати, — Коллекционер задумчиво потеребил поля шляпы, — А почему именно Ахмад? Что, просто по имени, как Яна?

Молодой человек не сразу услышал его вопрос — все пялился на расстрелянные тела. Невинный диалог выглядел чересчур дико на фоне устроенной бойни. Затем с усилием оторвал взгляд, сказал с запинкой:

— Ну-у, я чай Ахмад люблю, — Пожевав губами, пробубнил он, и даже Коллекционер сразу не нашелся с ответом.

— Ага, забавно. Что я там говорил… Да. Вальтер, гони этих босяков внутрь, там Леди уже выносит все, что не приколочено. Потом выдвигайтесь обратно к порталу. Особняк сжечь, больше тут, по словам Менгеле, ничего нет. А все, что осталось… Забрать не сможем, отдавать Ордену жалко. Пусть радуется, что хотя бы проблема устранена, — Хмыкнул Коллекционер напоследок, развернулся и вышел.

— Вы без нас? — Окликнула его Леди.

— Подготовлю почву, — Загадочно (как он думал) улыбнулся мужчина, и помахал ручкой всем присутствующим.

Дорога до портала заняла у него меньше десяти минут, а переход подарил привычное уже ощущение мягкой перины, что подхватывает и несет тебя в дальние дали.

Зато точка приземления оказалась куда менее уютной. Кадавров как раз зажали среди колонн и теперь методично добивали бойцы Ордена. Медленно, но неумолимо, стремясь избегать потерь собственных бойцов.

Картограф уже был на месте. Стоял чуть поодаль, вместе со своей компанией приближенных. Повернулся на звук шагов, отчетливо поморщился, затем с явной неохотой сделал знак опустить направленное на оппонента оружие.

Коллекционер на это издевательски поклонился, демонстративно поставил кейс на землю, поправил лайковые перчатки на руках.

— Удивляюсь, как тебе хватило наглости заявиться перед моими глазами. И вообще, и после того, что ты сделал.

— Какая холодная встреча! Твои слова ранят меня в самое сердце, уважаемый глава Ордена.

— Перестань паясничать. Что тебе нужно? Я не поверю, в необходимость коридора. Ты мог уйти через какую-нибудь крысиную нору в том измерении. Или сделать что-нибудь другое, в подобном жанре.

— Эх, молодежь. Вечно куда-то торопятся, кого-то подозревают… А ведь тебе стоило быть благодарным, друг мой. Мы сделали за вас всю работу, — Радостно осклабился Коллекционер, — Но это подождёт. Не хочешь поговорить где-нибудь в более подходящем месте? После того, как отпустишь мою команду из портала, разумеется.

— Скажи им ждать внутри. Мы обсудим выход, это приемлемо, — В очередной раз вздохнул Картограф и повернулся, чтобы унять недовольный ропот подчиненных.

— Слышал, Скайнет? Сегодня вы ночуете внутри! — Мужчина демонстративно постучал пальцем по маленькому наушнику в правом ухе.

— Переговоры это хорошо, я всегда за мирное решение проблем, ты же знаешь! Но перед этим, в качестве, так сказать, жеста доброй воли. Расскажешь мне про один небольшой пустячок?

— Какой? — Мрачно покосился на него магистр Ордена.

— Где я могу найти Санитара…

Глава 13

Общество виновато во всем том, что совершается в его пределах; всякая дрянная личность самим фактом своего существования указывает на какой нибудь недостаток в общественной организации.

Дмитрий Писарев

"Ну надо же, сколько слушал рассказов о похмелье, а в итоге даже голова не болит", — Иронично подумал Санитар, — "Однако пить все равно не стоит. Вкус противный, контроль теряю на раз, да еще и гадкое чувство, что не соответствовал ожиданиям. Эх, а какая грудь и задница у этой язвы…"

— Тебе не кажется, что зомби стало меньше? — Вклинилась в его размышления Ира. Это был первый за полдня раз, когда она вообще подала голос. Конечно, не считая фырканий, кивков, кривляний, а также других полу- и невербальных жестов обиды и пренебрежения.

"А всего-то стоило завалиться пьяным под конец дня. "Ты что, ПЬЯНЫЙ?", "Чем… КЕМ от тебя пахнет?", "Вот и спи теперь на своем уютном и мягком полу!". Ну пах я чужими духами, а кто сейчас не пахнет? Обязательно из-за этого кидать меня в игнор? Сама же сказала про свободные отношения. Тем более, ничего не было. Вечно женщины раздувают из мухи слона…"

— Да, меньше, — Ровным голосом подтвердил Санитар. Идти на поводу у слишком много о себе возомнившей напарнице он не стал, как и выяснять отношения. Сделал вид, что ничего не было. Судя по закушенной губе и бросаемым исподтишка взглядам, Ира все поняла правильно и теперь винила себя за бессмысленную сцену ревности.

— И ни одного действительно сильного противника, — Задумчиво протянула она.

— То есть прыгуны с ленточниками тебе уже серьезной силой не кажутся? — Хмыкнул Виктор, — Кошмарников теперь подавай? Тоже мне, Баффи Истребительница Вампиров.

Его напарница аж споткнулась от таких слов. Открыла рот для гневной отповеди. Потом также закрыла, покачала головой, задумчиво посмотрела вдаль. После короткой заминки она ответила. Медленно, словно катая слова на языке:

— А ведь и правда, уже не кажутся. Хотя для крестоносцев они всегда были опасными противниками. Даже пара-тройка таких вот улучшенных зомби вместе со свитой обычных слабаков давала прикурить группе послабее. Сейчас я одна их вынесу.

— Сомневаюсь. Одно дело расстреливать их с безопасного расстояния при поддержке, а другое — реально оказаться одной против толпы нежити. Духовные стрелы у тебя не бесконечные. Сколько их осталось после той кучки? Две, три?

— Семь! И у меня еще есть копье!

— А вот навыки с копьем мы сейчас и проверим, — Хитокири указал рукой на фасад очередного здания. Спустя несколько секунд оттуда вышло несколько человеческих силуэтов, прошаркало нетвердой походкой куда-то в бок. Однако затем, шедший впереди зомби замер, резко повернулся в сторону живых, после чего с куда большим энтузиазмом потрусил в их сторону.

— Эм-м, давай только без ленточника. Я с ним не очень уверена… — Тут же дала заднюю Ира.

— Там только он из второго ранга. Остальные девять — простые зомби. Ничего, справишься. А то после мнимой смерти тебе сам черт не брат.

— Ты же подстрахуешь меня? — Заискивающе глядя в глаза спросила она. Все-таки некоторые привычки слишком трудно изжить, вот и девушка чуть что, сразу теряла инициативу, начинала полагаться на авторитеты или искать помощи. Неприятная черта, которую стоит убрать.

— Естественно, — Махнул рукой мечник. Он бросил напарнице копье, демонстративно облокотился об столб. После чего ей оставалось только тяжко вздохнуть, да выступить против зомби с оружием на изготовку.

— Бей уверенно, не проваливайся при атаке, избегай попадать по их венам. В переносицу не целься, лучше в глаз, но вполсилы. Этим хватит. Потом сама приноровишься.

— Хорошо, — Она прерывисто вздохнула, скользнула навстречу врагам мягкой, стелющейся походкой. Одинаковой для всех, кто достиг хотя бы седьмого уровня. Санитар двигался куда лучше, но он и титул имел боевой, и уровень вдвое больший, про навыки даже говорить не стоит. А для новичка координация тела вкупе с силой у нее были на уровне.

— Сдохни! — Она не стала разбегаться перед ударом, как Виктор боялся, запомнила его советы. Девушка остановилась в паре метров от ленточника, поводила копьем у него перед носом, словно дразня, начала уводить от более медленных зомби. Затем, улучив момент, перехватила древко ближе к середине и вонзила острие в лицо нежити.

Ее боевой выкрик совпал с хрустом костей. Все-таки не смогла попасть в глаз, ударила в лоб. Однако даже такого топорного исполнения хватило, чтобы зомби дрогнул, остановился, а затем сломанной куклой рухнул к ногам победительницы.

"Сила есть — ума, то есть умения, не надо", — Вздохнул Санитар. Все же ее уровень в навыке "владение копьем" оставался пренебрежимо низким. Палку держит как надо, лезвие ходуном не ходит — вот и весь бонус.

С обращенными она держала себя смелее. Больше двигалась, не боялась бить в определенные места, специально не добивала одним ударом: явно поставила целью выработать привычку к оружию, а не тупо закончить побыстрее и свалить.

"Молодец", — Довольно кивнул Виктор. На всю десятку ушло не больше четырех-пяти минут, зато Ира стала чуть-чуть свободнее владеть своим оружием. Все же копье больше предназначено для строя. В таком качестве оно крестоносцами и использовалось. Для одиночных схваток требовались другие схемы, которыми она не владела и теперь наверстывала.

— Неплохо, — Мечник даже в ладоши похлопал, — Лучше, конечно, найти тебе огнестрел, но как орудие ближнего боя — сойдет. Меч или топор, или даже бита подошли бы лучше, однако ты им не владеешь. Без навыков их брать бессмысленно. Здесь вопрос не к тебе, а к тупым монахам.

— Ну, в командной работе они не нужны, — Неловко пожала плечами девушка, — Так что их логику понять можно. Ты, кстати, не мог бы подрезать древко? Сантиметра на четыре, чтобы удобнее использовать.

— Без проблем.

— Кстати, что там насчет ритуалов? Ты спросил Препо… Доминика? Вчера я от тебя так ничего и не услышала, — Все же не удержалась она от шпильки.

— Спросил, — Напарники снова пошли дальше. Их конечной целью являлась школа номер один, в которой сейчас расположились армейцы. Внутри разместился офицерский состав и большая часть солдат, а двор отвели под парк военной техники. Автономные отряды, гражданские, а также еще несколько групп ютились в здании неподалеку. По крайней мере, так было сказано в Писании, в смысле описании миссии, что дал ему Пастырь.

— В общем, такие ритуалы уже проводили пять или шесть раз, не помню точно. У меня есть карта и инфа на руках, так что все нормально, — Начал оправдываться он в ответ на ее неодобрительный взгляд, — Как бы то ни было, зацепки есть, нужно только вдумчиво над ними посидеть. Последний ритуал провели на днях, у Драмтеатра. Не знаю подробностей, но вышла серьезная заварушка. Поэтому сраные сектанты резко стали общей проблемой.

— И ее поручили тебе.

— Ага. В смысле, не только. Из Ордена уже отправили одну из руководства — Кри… Альфу. Она довольно умная девочка, для своего возраста. И титул для такого дела самый подходящий. Буду рад ее встретить.

— Подожди, они отправили на расследование кровавых убийств группой маньяков с явно текущей крышей ребенку?!

— Стоит уже привыкнуть — все наши нормы до Катастрофы идут к черту. Альфа уже убивала людей, выбиралась из таких передряг, что взрослые курят в сторонке, к тому же у нее очень сильные навыки. Да и уровень повыше твоего будет.

— Как-то ты хорошо ее знаешь, — Подозрительно прищурилась Ира.

— Естественно. Она — моя бывшая напарница. Первое время мы путешествовали вместе, спасали друг другу жизни и все такое. Короче, мы хорошие знакомые, даже друзья! Потом, правда, дороги разошлись: девочка решила остаться в Ордене, а я пошел дальше — с Коловратом, — Мечник моментально помрачнел, но его напарница обратила внимание совсем на другое.

— Хм-м. Интересные у тебя знакомства, — Ее глаза расширились от внезапной догадки, — Ты же не… Вы НАСТОЛЬКО друзья?

— Что? Нет! — Злобно перебил ее Виктор, — Ей всего тринадцать! Ну, максимум, четырнадцать. Серьезно, хватит во всем искать скрытый смысл. Мы хорошие напарники, она много раз выручала меня из полной задницы. Так что не надо видеть в ней соперницу! И считать меня каким-то похотливым животным. Я не педофил!

— Конечно, нет! Я и не собиралась, — Отвернулась Ира, чтобы скрыть покрасневшее лицо. Мечник наивно понадеялся, что от стыда, но почему-то не верилось.

— Короче, пока отклоняться от маршрута я не хочу. Тут рядом есть пометка: ритуал проводили дальше по Лермонтова, делать крюк ради непонятно чего я не буду. Загляну к армейцам, организую им контакт с Домиником, а там и Альфа подтянется. Втроем мы быстро разгадаем эту загадку, — Сухо сказал ей Санитар.

Последовало неловкое молчание. Оно могло продолжаться довольно долго, если бы не странности, на которые хитокири все же пришлось обратить внимание.

Во-первых, по пути им стало попадаться слишком много людей. По крайней мере, четыре крупные группы и не менее дюжины пар или троек. Конечно, Санитар определял их раньше, чем они входили в зону прямой видимости, после чего споро уводил Иру в сторону. Встречаться с людьми не хотелось, но сам факт! Откуда столько народу?

Конечно, вокруг Андреевского собора и окрестностей блуждало куда больше людей, даже не считая членов группировки, но там понятно — самая защищенная база в городе! Пусть и на стадии освоения, расширения и строительства. А здесь-то что?

Во-вторых, точно также исчезли и все зомби. Даже примитивные организмы, вроде хищных растений, мимиков или другой ерунды почти не попадались. Прямое следствие частых групп людей. Да и вообще, чем сильнее напарники удалялись от центра, тем безопасней становилось вокруг. Действительно сильную нежить и вовсе можно было встретить не чаще, чем китайскую Пасху.

В-третьих, вся эта подозрительная флуктуация шла откуда-то спереди. То есть, они и так шли к источнику ненормальной оживленности квартала. Виктор не стал ничего менять — его вел банальный интерес и потребность разобраться в происходящем.

Разумеется, за время путешествия он редко встречал действительно безлюдные районы, разве что рядом с Кошмарниками, но подобное столпотворение (по меркам заполненного нежитью города) встречалось все-таки не часто.

— Очередная группировка? Или просто община? Надо посмотреть, только аккуратно.

Он коротко объяснил все Ире, после чего удвоил осторожность. Тщательно обходил команды игроков, петлял между улицами и домами, даже наткнулся в какой-то квартире на целое гнездо ихтиноидов, после чего тихо их уничтожил. Хотелось проверить, как действуют на них духовные стрелы, но тут на первое место встала конспирация. Если они столкнуться с враждебной группировкой, даже он от всех не отмахается. Сам уйдет без проблем, однако Ира…

— Жди меня здесь, — Не терпящим возражения тоном сказал он девушке, — Я пойду на разведку. Посмотрю, что там за оживление такое. Если община нормальная и я смогу договориться, то сегодня ночуем в человеческом обществе, — Кисло добавил он.

А вот Ира явно обрадовалась. Ей не нравилась перспектива ждать в глухой квартире у моря погоды, но кредит доверия к себе напарник обеспечил, а поговорить, да хотя бы просто отдохнуть в обществе нормальных людей, было для нее необходимо. Та ночевка у церковников не в счет — постоянные опасения за свою свободу, вкупе с одиночеством в пустой комнате нельзя считать за нормальный отдых.

— Хорошо, я подожду, — Взволнованно сказала она.

— Главное, ни с кем не говори, от людей прячься. Если что — отделывайся общими словами, никому не верь и готовься за себя постоять, — Напутствовал ее мечник. Напоследок неловко похлопал ее по плечу и спрыгнул вниз, прямо с третьего этажа.

— Блин, почему нельзя просто пройти через дверь? — Нервно засмеялась она, но Санитар ее уже не слышал. Он был весь в предвкушении неожиданного приключения.

Первым делом мечник набросил капюшон на голову, пригнулся так низко, как только мог, заскользил вперед, практически стелясь по земле. Туда, где горели маяки десятков, а то и сотни человеческих душ.

Кривая вывела его к зданию администрации Ленинского района. Серое, кое-как облицованное четырехэтажное здание до Катастрофы выглядело куда лучше, чем сейчас. Не так угнетающе-депрессивно. Лишь огромная надпись "Отель" украденными где-то железными буквами смягчала первое впечатление.

Вместо аккуратных клумб по периметру — жухлая трава да полутораметровые кусты в качестве забора, явно выращенные с помощью Системы. Густые настолько, что Виктор сомневался, возьмет ли их вообще пуля. Взрыв какой-нибудь гранаты — вообще без вариантов.

Вместо доски почета — листы с фотографиями и надписью красным маркером поверх: "Разыскивается". Вместо парковки напротив — подобие ворот с будкой охранника (тоже выращенной, правда, из дерева) и блокпостом.

Убрали флаги и назойливую рекламу, оборудовали на просторном козырьке огневую точку, чем-то доработали стекла, которые стали выглядеть антрацитово-черными, сделали во дворе какой-то аналог трансформаторной будки с по-колхозному накинутыми проводами. Последние тянулись к крыше здания, прямо на несколько воткнутых туда тарелок кабельного телевидения.

Вокруг "Отеля" постоянно сновали люди, хотя бы по одному-по два. Пару раз даже заходили внутрь. Никаких долгих и тщательных проверок не проводили: лишь показывали красную карточку охраннику в будке, да лениво шлепали ладонью по прибитому к шлагбауму куску металла. Тот загорался зеленым, после чего новоприбывшие исчезали внутри.

"Итак, варианты действий. Первый: пробраться внутрь. Сложно, но можно. Правда, ждать до темноты придется. Второй: узнать информацию у людей, которые оттуда выйдут. Проследить, оружие отобрать, пару раз дать по морде — выложат как на духу. Нет, это какое-то деструктивное поведение. Что первый, что второй вариант. Проще надо быть, проще.

Попробую подойти к охране и включить дурачка. Если откроют огонь или совсем допекут — разрублю там все, что можно. Ту же будку Филиппа точно насквозь пройдет. Бетон туда-сюда, а вот дерево — без проблем. Даже если оно из навыка".

Сказано-сделано. Виктор огляделся по сторонам, выпрямился в полный рост, вышел на дорогу. Идущая впереди троица игроков нервно на него оглянулась, но звать или делать знаки не стала. Лишь ускорили шаг, чтобы побыстрее исчезнуть в недрах самого здания.

— Эм, привет! — Хитокири хотел дружелюбно улыбнуться, однако вовремя вспомнил про реакцию окружающих, и сделал лицо попроще. Внутри пост оказался куда просторнее, чем на вид, а охранник — внушительнее, чем он представлял.

В смысле, такого толстяка с пивным пузом и осоловелыми глазками он среди охраны даже в прошлой жизни редко видел, чего уж говорить про бытие после Катастрофы. Там, правда, сидел и второй, но молодой человек с оттопыренными ушами и веснушками во все лицо вовсю хомячил консервы с хлебом. На новое лицо он не обратил ровным счетом никакого внимания. Только чаем из кружки стал сербать громче.

— Карточка постояльца, — Кинул заученную фразу мужик.

— Я тут впервые. Мне бы узнать, что у вас здесь за, м-м-м, "отель" такой. Правила, там. Особенности, — Санитар все же не удержался, растянул губы в улыбке. Охранник спал с лица, дрожащими пальцами потянулся вбок.

"Если нажмет на тревожную кнопку — точно угандошу", — Мрачно подумал мечник. К счастью неизвестного мужика, тот не стал звать подкрепление, а протянул отпечатанный на сложенных вдвое листах А4 буклет.

— Вот, здесь все написано, — Более дружелюбным, даже заискивающим тоном сказал он, — У нас — лучшая гостиница в городе! Круче только в Ордене, но туда еще дойти надо. В общем, вы пока почитайте, а что непонятно, дык я отвечу!

— Хорошо. Покажу пока команде. Вместе и подойдем. Ждите новых постояльцев, — Иронично ответил Санитар и помахал ему буклетом. Судя по всему, ему все же придется ночевать в подозрительном месте среди незнакомцев. Не то, чтобы он против, просто слишком все неожиданно.

"Но Ира точно будет всеми руками за", — Вздохнул хитокири, — "Ну не отказывать же напарнице в такой мелочи? Пусть отдохнет, чего уж там. Потом будет не до этого. А для меня появляется отличная возможность узнать новую информацию. Может и о культистах здесь слышали. Главное на неприятности не нарваться. А то все у меня не понос, так золотуха…"

С такими противоречивыми чувствами он и пошел сообщать девушке радостную новость. Предстояло еще прочитать, что этот "Отель" из себя представляет и вбить в красивую рыжую головенку напарницы правила поведения.

"Надеюсь, оно того стоит", — Вздохнул мечник.

Глава 14

Мы советуем нашим русским товарищам не разговаривать с некоторыми людьми без протоколов.

Владимир Ленин

Маленький буклетик оказался пропитан большим пафосом. Вся первая страница отводилась под самовосхваления: идеальная защита, усиленные стены, специальные артефакты для отгона нежити, выверенная система охраны и проверки постояльцев. Нижняя треть содержала в себе объявление про малый алтарь, насчет которого велись переговоры с церковниками. Обещали лично прислать священника.

Доминик явно не торопился с подобными жестами, если даже у Ордена пока такой алтарь только собирались поставить. А уж всякие "отели" вообще идут по остаточному принципу. На это намекала и приписка буклета, что они начали строительство часовенки под это дело. Вот когда построят… Скорее всего, на это и был расчет.

Следующий за первой страницей разворот посвятили красотам отеля. Рассказали о номерах первого, второго и третьего класса, ввели расценки: пять, десять и тридцать жетонов соответственно. Либо натуральный обмен на эквивалентную сумму. Много это или мало Виктор не знал. Вообще не утруждал себя запоминанием местных аналогов денег. Есть же кристаллы Некроса, так чего заморачиваться?

То, что они слишком редкие и ценные даже для высоких уровней он успел позабыть. Равно как и о вкладке "Магазин", которая вообще открыта разве что у первой половины его топ-списка игроков. У Иры дела обстояли не лучше: крестоносцы жили на полном обеспечении Церкви, так что в местных реалиях она разбиралась даже хуже Санитара, что, вообще-то говоря, непросто.

Более-менее информативным оказался лишь третий, последний разворот. В нем кратко описывалось внутреннее устройство вкупе со сводом правил для постояльцев. Ничего особенного: распорядок завтраков и ужинов (обеды не предлагались), расположение номеров, а также комнат отдыха, вроде бара, кинотеатра, пары кафешек, ресторана и полигона.

Правил тоже декларировалось немного, но карали за их нарушение строго. Первое: внутри Отеля запрещались конфликты в любом виде, оружие сдавалось на входе в охраняемую оружейную. Второе: во время нападения волны нежити все постояльцы должны были оказать посильную помощь.

И третье, самое странное: администрация отеля не несет ответственности за отношения между заказчиком и исполнителем, однако гарантирует безопасность на своей территории. Возможна верификация сделки (то есть Отель выступит гарантом), но условия оговариваются отдельно с администратором.

Этот пункт Виктор сначала не понял, но потом увидел небольшую заметку, где говорилось о доске заказов. По всей видимости, любой человек (или, гм, юридическое лицо, в том числе сам отель) могли разместить там миссии с оплатой.

Наказания. Их было немного, но они были. За нарушение внутреннего порядка на первый раз назначали штраф в сто жетонов (учитывая пятерку за ночь в самой дешевой комнате — выходило много), на второй — выкидывали с волчьим билетом без права дальнейшего обслуживания. За убийство, попытку несанкционированного проникновения, диверсию или саботаж — суд с возможностью высшей меры.

Оставалось только последнее правило: каждый человек, пришедший в Отель впервые, должен получить карту посетителя. Никаких бонусов она не давала, но показывала, что человек прошел проверку и в дальнейшем мог беспрепятственно проходить на территорию. Стоимость карты — пятьдесят жетонов. Натуральный обмен не принимался.

"И где тогда брать жетоны всяким слабосилкам?" — Лениво подумал Санитар, а потом его словно молнией ударило, — "Так, стоп. А где, в таком случае, взять эту чертову валюту нам с Ирой?"

Он оглянулся на девушку. Его спутница, казалось, смаковала каждый пункт, написанный в этой дряной распечатке. Раздражение само вылезло на лицо. Теперь еще и с этим разбираться. Но переигрывать все назад не хотелось.

"Два варианта: либо обменять у людей снаружи, либо… забрать, ага. Нет, вторая опция точно в пролете. Убивать людей я не буду, а если не убить, то заложат. Ничего страшного, конечно, но репутация пострадает, и внутрь могут не пустить. Дерьмо. Придется обменивать".

Перспектива торгов Санитара не вдохновляла. Определенно, никто просто так, по справедливому курсу, ничего ему не обменяет. Будут выжимать вплоть до штанов, особенно когда заценят экипировку. Странная то она странная, но высокоуровневую снарягу не разглядит в ней только слепой.

"Ладно, поговорю с охраной. Что-нибудь придумаем. На крайняк, отдам им парочку зелий. Сколько там еще осталось той мелочевки, восемь? Нет, уже семь. Пофиг, двух, трех, максимум — четырех хватит за глаза. Но как же неохота…"

— Так мы идем или нет? — Ира просто светилась энтузиазмом, и Виктор не решился рассказывать ей о внезапной проблеме. Все равно он ее решит, так или иначе.

"А она еще более неприспособленная, чем я ожидал. Даже не спросила насчет жетонов. Вряд ли потому, что привыкла быть нахлебницей. Просто святая, кхм, простота".

— Идем, конечно, — Хитокири вздохнул, с показным кряхтением поднялся с такого уютного и нагретого линолеума, взвалил пискнувшую напарницу на плечо, а затем резко, без перехода, сиганул в окно.

— Ну почему мы никогда не можем выйти нормально-о-о? — Раздался снаружи ее крик души.

На их группу пялились. По пути в Отель паре попалось навстречу, по меньшей мере, человек двадцать в составе самых разных команд. Но ни одна из них не могла похвастаться одеждой, сравнимой по ценности с его тканевой броней или плащом Иры.

Пару раз Санитар замечал на себе алчные взгляды, особенно этим грешила команда из семи человек в потрепанных куртках да полицейском бронике главаря. Тот даже собирался их окликнуть, вальяжно повернул к ним свою самодовольную физиономию… И молча прошел мимо, старательно не обращая внимание на недоумение своих спутников.

"Правильный выбор", — Мысленно одобрил хитокири.

Раздражение читалось на его лице огромными буквами, придавая и так жестким, бескомпромиссным чертам выражение матерого злодея. Забрызганные кровью Кошмарников ботинки прилагались. В отличие от плаща, функцией самоочистки они не обладали. А люди, в свою очередь, прекрасно знали, что у нежити кровь не идет. По крайней мере, не в таких количествах и яркости. Другие монстры имеют другой цвет лимфы, про высокоуровневую нежить тут вообще если и слышали, то в виде баек.

Вот и получалось, что идущие мимо люди сначала пялились на лицо Иры, потом переводили взгляд на Санитара, и быстро подмечали такую специфическую деталь. Желающих поговорить после нее — не оказалось.

— Это снова я, — Виктор подошел к давешней будке охранника, — Мне бы получить карту посетителя. Мне и моей спутнице.

— Сто жетонов, — Вежливо сказал ему охранник, — И вам нужно будет пройти проверку.

— Ничего такого, — Тут же зачастил он, видя неудовольствие мечника, — Всего лишь доказательство, что вы люди, и что не находитесь в розыске.

— Подтверждение личности, — Прервал его второй охранник, тот самый ушастый, вихрастый и веснушчатый паренек, который трескал консерву при первом его появлении. Если вы не бандиты, то и боятся нечего. А про навыки или титулы тут никто не спрашивает.

— Ладно, проводи, — Пожал плечами хитокири.

— Сначала оплата, — Заважничал молодой, — Сто жетонов.

— Ничего другого не принимаете? — Мрачно спросил Санитар.

— А что, все на броню истратили? — Зависть вкупе с пренебрежением в голосе откровенно бесили, но Виктор решил оставаться вежливым. В конце-концов, нельзя все время решать проблемы силовым путем. Вот и будет ему тренировка.

— Раньше не требовались.

— Да подожди ты, Чайка, — Толстяк раздраженно отпихнул напарника и сам показался у окошка, — Уважаемые посетители, к сожалению мы не принимаем на проверке натуральный обмен. Только жетоны или поручительное письмо от глав группировок.

— Блин, знал бы, попросил у Доминика, — Пробурчал Санитар достаточно тихо, чтобы его не услышали. Однако он забыл, что даже низкие уровни уже обладают улучшенными органами чувств, по сравнению с простыми людьми.

Оба охранника от его реплики выпучили глаза, немного пошептались, после чего толстяк еще более приторным голосом сказал, что существует возможность обменять сто жетонов на два кристалла Некроса.

— Хрен с ним, давайте, — Виктор устал спорить и просто положил им в окошко таинственно мерцающие камни.

— Эм-м, только потерпите пару минут, мы проверим подлинность, — И скрылся внутри сторожки.

— Эй, долго там тебе еще? — К Отелю уже успела подойти другая группа из четверых человек, а их лидер, мужчина слегка за тридцать, раздраженно посмотрел на странную парочку.

— Слушай, парень, мы шли целый день. Почти двадцать часов на ногах. Давай ты быстренько пропустишь нас внутрь, а потом колупайся на входе сколько влезет. Пока тебя проверят, пока оформят. А мы быстро проскочим.

Его команда поддержала предложение нестройным гулом.

— Тогда и нас тоже, — Ко входу успела подойти еще одна тройка, — Мы быстро: только пропуск покажем и все. Минуты не пройдет, — Молодой парень сопроводил свои слова дружелюбной улыбкой, только почему-то девушке рядом, а не самому хитокири.

— Нет. Ждите, — Сухо отозвался Санитар. Ира явно была с ним не согласна, но помалкивала, оставила переговоры на откуп напарнику.

— Что, самый крутой тут, да? Кристаллами Некроса швыряешься, одежку себе где-то подобрал модную. Ничего, и не таких обламывали, — Последнюю фразу он сказал свистящим шепотом, вплотную подойдя к хитокири.

— Здесь ведь еще не территория Отеля, охрана ничего не сделает, даже если мы тебя за ноги к дереву подвесим.

— И почему каждый раз, когда я пытаюсь быть вежливым, всякая плесень считает возможным выкатить мне какие-нибудь претензии? — Задумчиво протянул мечник. Лица у обступивших его игроков вытянулись от удивления. Действительно: расклад семеро против двоих кого угодно заставил бы проявить вежливость. Вот только с Виктором все обстояло с точностью до наоборот. Он терпеть не мог давления на свою персону и реагировал соответствующе. Разве что в хорошем расположении духа он оппонентов троллил. Однако сейчас его настроение находилось куда ниже подобной отметки.

— Хватит! Вы тут драку собрались устроить? — Прервал их голос одной из сокомандниц мужика, заварившего всю эту кашу, — Пусть его. Не надо слушать всяких козлов, Ара.

— Пфф, — Кличка оппонента изрядно повеселила Санитара, — Слышь, Ара, пох чка. И времени на тебя тоже чка.

Его визави еще больше побагровел, начал поднимать руки. Пришлось невзрачной девчушке держать его на пару с более рослым напарником.

— Нет, ну вы же слышали! Он гребаный расист! — Надрывался игрок.

— А что он сказал? — Полюбопытствовал блондин из второй группы.

— Братан, денег нет, — Тут же просветил его сам хитокири. Раздалось веселое хмыканье.

— Прошу прощения, за задержку. Камни подлинные, — Створка будки отворилась и охранник обвел столпотворение нервным взглядом. Затем мотнул головой и вновь обратился к мечнику:

— Скажите свои клички, в смысле ники, чтобы я их вписал в документ.

— Я Санитар, она… — Виктор помедлил, лихорадочно пытаясь за несколько секунд придумать ей нормальную кличку, — Рыжая.

Ира возмущенно вскинулась, но опять смогла себя перебороть и не сказала ни слова. Лишь сделала натужный кивок куда-то в сторону охранника.

— Ты сказал, Санитар? — Неверящим голосом спросил его все тот же парень, — Тот самый?

— Других не знаю. Где пройти проверку, — Виктор отвернулся от опешевшего собеседника, задал вопрос толстяку.

— Охрене-е-еть. Что происходит вообще? Сам Санитар, — Забормотали сзади.

— Кто это? Что за перец? Где-то я слышал такую кликуху… — Раздался со всех сторон громкий шепот.

— Вы че?! Это же самый сильный одиночка в городе. У него левел просто зашкаливает. Выше десятого точно!

— Брехня!

— Вау!

— Да ну нах…

Возгласы уже начали откровенно задалбывать. К счастью (окружающих, а не самого мечника), охранник показал ему сначала на жестяной лист у шлагбаума, затем на железное кольцо, вбитое прямо в толстую древесину сторожки. Металлический лист моргнул зеленым, кольцо вообще никак себя не проявило. У Иры оказалось тоже самое.

— Вот ваши пропуски, в смысле, карты посетителя. Добро пожаловать в Отель! — Пафосно объявил толстяк.

— Благодарю, — Виктор подхватил Иру за локоток, скользнул внутрь, не слушая вопросов и просьб в спину.

— Да не, не может быть он. Или он, но не такой уж крутой. Просто чел с хорошей снарягой, только строит из себя… — Раздалось очередное перешептывание, но переход во внутренний двор моментально отрубил посторонние звуки снаружи.

— Ваше оружие, — Услышали они вежливый, но твердый голос. Оказывается, прямо напротив будки охранника местные все из той же древесины смогли вырастить себе неплохой склад. Довольно маленький, больше похожий на просторную раздевалку, зато с кучей закрывающихся на замок секций.

Напарники переглянулись. Сдавать оружие им не хотелось. Ни Филиппу Санитара, ни лук Иры. Пришлось вынимать из инвентаря копье, на которое охранник покосился с иронией, а самой девушке вываливать в железный ящик горку электрошокеров, перцовых баллончиков и другой ерунды, которую ей присудобил Виктор.

— А это что? — Охранник ткнул пальцем в изображение шашки на бедре хитокири.

— Просто модный принт, — Не моргнув глазом соврал он. Мужчина презрительно хмыкнул, но настаивать не стал, — Вот ваши номерки, не потеряйте, — Напутствовал он, и скрылся где-то в недрах склада вместе с их оружием.

— Ты посмотри, прямо местная знаменитость, — Ядовито сказала ему Ира, стоило им немного отойти от пристройки, — Спасибо, что снизошел до меня, в смысле, до Рыжей.

— Да блин, ну не придумал я ничего лучше, извини! Какая разница, в самом деле? Ара звучит хуже.

— Ара значит «друг». Почему это хуже?! А Рыжая — сраный цвет волос! Я же не зову тебя Тускло Русым, или, там, Палевым. О, кстати, хорошо звучит! Рыжая и Паленый. То есть Палевый, извини.

— Все-все, брейк. Потом другое придумаем и поменяем. Пофиг на жетоны, просто купим тебе новый пропуск.

— Мой ник уже прописала Система, придурок! — Выкрикнула она со слезами на глазах, наконец-то выплеснув накопленное. Впрочем, гнев напарницы испарился, или, скорее, утих, стоило им зайти внутрь.

От обстановки государственного учреждения не осталось и следа. Здание явно переделывали, причем радикально: сломали большую часть перегородок первого этажа, объединили все или почти все комнаты в один большой зал, поставили внушительную стойку напротив входа, добавили еще одну — по типу кафе или бара, за которой можно есть заказанную еду, выпивать, или просто с задумчивым видом стоять рядом и пристально рассматривать каждого посетителя.

Красная ковровая дорожка, ненавязчивые пейзажные картины на целых обоях, а также десяток небольших, но уютных деревянных столиков по три стула каждый довершали картину благопристойного отеля где-нибудь в провинции.

«Даже думать не хочу, где они все это достали. Хотя, здесь же наверняка и налутали. Благо госучреждения у нас снабжают не чета бесплатным поликлиникам или школам. Все лучшее — детям. Детям чиновников и бизнесменов», — Саркастично подумал мечник.

— Вау! Живут же люди! — Восторженно прошептала ему Ира. Санитар только пожал плечами. ЦУМ при Ордене может и не выглядел настолько помпезно, однако был оборудован, снаряжен, а также продуман и защищен куда лучше местных. Да и впечатлял больше всего Отеля одним только своим входом. Хотя сравнивать третью по степени влияния группировку с точкой сбора одиночек было не слишком правильно.

Странно, но, несмотря на приличное количество народу, столы на этаже стояли почти пустые. Большая часть новоприбывших в холле не задерживалась: либо шла в полноценный бар на втором этаже, либо поднималась в комнаты после краткого разговора с администраторшей.

Виктор вдвоем с напарницей подошел к стойке. В глаза тут же бросился большой, метра четыре в ширину, стенд, поделенный рейками на четыре части. В ближайшей к ресепшену находились объявления для посетителей, две других делили миссии на категории, а последняя отводилась под объявления самих постояльцев. В основном, поиски пропавших людей, предупреждения об опасности того или иного района, а также другая подобная информация.

Отдельно выделялась толстая книга. Там любой желающий мог оставить данные погибшего или живого человека. За это даже давали небольшое вознаграждение в один жетон. Не слишком полезный формат: все же большинство людей либо пропали, либо обратились в зомби. Но даже так, кому-то подобный список может помочь найти родственника или близкого человека.

— Добрый день. Мы бы хотели снять комнату, но у нас нет жетонов! — Ира взяла быка за рога и первой обратилась к пухлой жизнерадостной девушке за стойкой. Лампочка возле администраторши мигнула синим, после чего та профессионально улыбнулась и ответила:

— Тогда вам в начале придется произвести обмен. Это вторая дверь налево. Там сидит оценщик. К сожалению, у него сейчас перерыв, но вы можете подождать в зале. Примерно через сорок минут он будет на месте.

— Но…

— Хорошо, мы подождем, — Санитар подошел к напарнице, случайно зацепив при этом пальцами лакированное дерево ресепшена. Давешняя лампочка моргнула и вдруг лопнула с тихим, печальным звоном. Глаза администраторши округлились. Несколько секунд она переводила растерянный взгляд с Виктора на пустой патрон в гнезде, а затем испуганно отшатнулась.

— Что-то не так? — Нахмурился мечник.

— П-прошу прощения. Я позову начальницу, — Она развернулась на каблуках, быстро скрылась за дверью подсобки.

— Что ты опять натворил? — Злым, свистящим шепотом спросила у него Ира.

— Ничего! — Возмущенно отозвался напарник, — Хватит меня уже винить во всех грехах!

— Может я это делаю потому, — Начала горячиться девушка, — Что ты постоянно лезешь в бутылку? Серьезно, каждая встреча с людьми доходит у тебя до драки! Как ты вообще сумел найти общий язык с этой своей Альфой?

— Она не моя, она общая. Блин, то есть своя собственная. А придурки на входе первые начали, — По-детски ответил хитокири. Ира открыла рот для ответа, однако тут дверь подсобки хлопнула, и к ним подошла «начальница».

Это оказалась миловидная брюнетка средних лет в строгом деловом костюме с короткой прической, а также длинной челкой, закрывающей правый глаз. Она окинула двух постояльцев бесстрастным взглядом, после чего произнесла:

— Добро пожаловать в наш Отель. Прошу прощения за доставленные неудобства. Могу я попросить вас уделить мне время? В более приватной обстановке, — Ее взгляд сместился к ним за спину, где в открытую дверь уже заходили давешние игроки.

— Разумеется, — Пожал плечами Санитар, радуясь возможности уйти от неприятного разговора.

— Тогда пройдемте в переговорную, — Она кивнула своей подчиненной, дала ей знак снова встать к ресепшену, затем развернулась и пошла к самой дальней от входа двери.

— В буклете ничего не сказано о «переговорной», — Прервал молчание Виктор.

— Мы оказываем услуги посредников, — Мягко ответила она, осторожно открыла дверь. Помещение представляло из себя ряд из десяти небольших кабинетов по обеим сторонам. На каждой двери стоял номер, а также висела табличка «занято» или «свободно». Занятой оказалась лишь одна, самая ближняя ко входу. Женщина сменила табличку на «занято» у противоположной двери, после чего приглашающим жестом отворила ее.

Ира зашла вперед Санитара, а тот вдруг заколебался. Его фобия снова подняла голову, заставила трястись и непроизвольно сжимать кулаки от напряжения. К облегчению самого хитокири, страх уже не ощущался так отчетливо, как раньше. Виной тому его приключения с Ирой, или банальный «Аристократ крови», который ограничивал уровень кортизола, но мечник все же сумел пересилить свой страх и шагнул внутрь следом за напарницей.

Глава 15

„Праздник — это разрешенный, более того, обязательный эксцесс.“

Зигмунд Фрейд

— Сейчас принесут чай. Присаживайтесь пожалуйста, — Брюнетка первой подала пример, примостившись на левой стороне стола. Виктор с напарницей уселись на диванчик справа. Воцарилось напряженное молчание.

Через пару минут незнакомая женщина в фартуке принесла напитки, небольшой чайник и сладости, однако ни один из сидящих в комнате людей не спешил притрагиваться к еде.

— Эта лампочка замеряет уровень силы, верно? — Прервал молчание Санитар.

— Верно, — Не стала жеманничать или отпираться брюнетка, — Поэтому я и настояла на приватной беседе. Видите ли, это простенький артефакт, он настроен воспринимать ауры людей уровня, так, примерно до одиннадцатого. Двенадцатый заставит моргать от напряжения, проверено. А вот еще более высокие… — Она не закончила фразу, принялась демонстративно помешивать сахар в чае маленькой серебряной ложечкой.

— Насколько я помню, в правилах не запрещено иметь высокий уровень, — Ровно сказал мечник.

— Не запрещено, — Отозвалась она, — Это… личная инициатива. Разумеется, выслушать мое предложение или развернуться и уйти хоть сейчас — решать только вам. Никаких препонов мы чинить не станем. Просто наслаждайтесь сервисом в качестве постояльцев.

— Крепко же вас приперло, что даже освоиться внутри не дали. Комнату забронировать, в туалет сходить, — Усмехнулся Виктор.

— Дверь в конце коридора, — Тонко улыбнулась его визави. Ухмылка мечника ее нисколько не испугала и даже не напрягла, чем она тут же заработала несколько очков в глазах хитокири.

— Потерплю. Надо же услышать очередное уникальное предложение.

— Благодарю, — Она склонила голову, а затем продолжила, откинув ироничный тон, — Вы здесь впервые, поэтому не ошибусь, если скажу: вы смутно представляете себе, что это за место, верно?

— Верно.

— Если коротко, то мы — нейтральная территория. Временный приют для людей. Не важно, входят они в группировки или нет. Перевалочный пункт в центр и на северо-запад, куда более опасные земли, чем наша.

— Вы хотите сказать, что ваш Отель важен для людей в округе?

— Именно. Безопасных мест сейчас очень немного, а наша территория — островок стабильности в окружающем море хаоса, — Она беззвучно отпила из чашки, взяла печенье, но не стала есть, лишь мяла в аккуратных наманикюренных пальцах.

— У нас довольно мало действительно опасных угроз. Ежедневные миссии от Отеля позволяют держать в чистоте квартал, люди начинают меньше гибнуть, находить новых выживших, брать уровни. Я ВИЖУ, как улучшается жизнь вокруг. Однако наша экосистема все еще слишком хрупкая.

— Достаточно одного сильного монстра, чтобы остановить ваш тихий прогресс, даже если сам Отель в безопасности, — Догадался хитокири.

— Вы очень быстро поняли проблему, — Вздохнула брюнетка, — Так и есть. Средний уровень бойцов в нашей охране — шестой. И это ровно на два выше, чем в целом по кварталу. Люди объединяются в группы, что сильно повышает шансы на выживание и уничтожение угроз. В тоже время, они медленно растут в уровнях. Самый сильный игрок среди наших постоянных посетителей имеет восьмой уровень, а его команда — шестые-седьмые. Еще есть тройка седьмых, но на этом все. Остальные — ниже.

Четыре пятерки во главе с семеркой, восемь пятерок, четыре шестерки и так далее. Титулы, кстати, редко имеют чисто боевую направленность. Как ваш, например, — Она бросила взгляд на рисунок шашки поверх тканевой брони, — Резюмируя, мы не можем посылать слишком много народу на одного или пару уникальных монстров. Они просто сбегут. Мы не можем посылать только одну группу — она не справится. Остается лишь просить группировки из более опасных мест о помощи. Последними, кто откликался, был Отряд 9-19, но…

— Его уничтожили церковники. Остатки заперлись на ж/д вокзале как крысы и бросили своих, м-м-м, вассалов на самих себя, — Безжалостно продолжил мечник.

— Именно так. Мы узнали эту новость пять дней назад, но за это время не появилось вменяемого решения. А теперь нам не на кого надеяться. Речь начала идти о крайних мерах и сопутствующих жертвах… И тут появляетесь вы — чертовски сильный человек, к тому же в группе с восьмым уровнем! Если кто и может выполнить задание, то только ваша команда!

— Как удобно, — Проворчал Виктор, откинувшись на спинку дивана, — В последнее время я только и слышу: Санитар, пойди туда — убей того. Санитар, пойди туда — убей другого. Это ради города, чтоб его черти взяли!

— Должна ли я понимать ваши слова как отказ… — Маска невозмутимости треснула после слов оппонента, оставив растерянность и каплю страха. Не за себя, впрочем, что выгодно отличало ее от других функционеров. Администраторше было не все равно. Больше дело, особенно в среде зубастых политиков.

Брюнетка после его слов прерывисто вздохнула, нервно сжала печенье, рассеянно стряхнула крошки на стол, как-то робко глянула на хитокири.

— Нет. Не знаю, — Поправился он, — Для начала, неплохо бы ознакомиться с вашей целью. Не хочу опять покупать кота в мешке и идти на неоправданный риск.

Сидящая рядом Ира поежилась от его слов. Она прекрасно поняла шпильку. В прошлую ночь ей снился кошмар с участием убитых тварей. Только там, в мире грез, у нее не было "Духовного Доспеха". Естественно, после пробуждения страх, боль и чувство вины не давали ей уснуть до самого подъема.

— У меня есть материалы! — Поспешно выкрикнула администраторша. Затем прикусила губу, достала из инвентаря папку с документами, протянула ее хитокири. Тот скривился, но все же взял. Быстро пробежал глазами листы один за другим.

— Показания очевидцев, инциденты, количество пропавших в том районе людей… Давайте вы мне вкратце опишите тварь — и все. Не хочу опять копаться в бумажках, — Он передал папку напарнице, а брюнетка лишь согласно кивнула:

— Это нежить. Предположительно — третий ранг эволюции. Скорее всего, от рептилоида. Мы сами толком не понимаем, с чем столкнулись, но одна группа сумела отследить монстра из бинокля. Они говорят: у него антрацитово-черная кожа, скорее даже чешуя, ростом метра два, может больше.

Невероятно быстрый и сильный — удар лапой разрубил дорожный фонарь. Шкура очень прочная — пули из автомата его не берут. Плюс, имеет интеллект — ушел от ловушки, не дал себя загнать в угол. Другая группа видела его бой с теми невезучими охотниками, — Вздохнув, открыла она источник таких подробностей.

Ира моргнула, наморщила лоб, словно пытаясь что-то вспомнить, а потом хлопнула ладонью об ладонь:

— Это, случайно, не Черный Ящер? Ну, который был с тем карликом, кобольдом Макнейром!

— Горазда же ты запоминать всякую дурь. Ну да, похож, — Покивал Виктор.

— Так вы знаете эту тварь? Сталкивались с ней? Если нужны напарники, то могу порекомендовать несколько…

— Не стоит, — Расслабленно ответил Санитар. Напряжение отпустило и захотелось весело рассмеяться. Гребаный Черный Ящер. Он убивал его еще будучи не то девяткой, не то вообще восьмеркой. Противник сильный, но ему он опасен лишь в составе толпы нежити, причем тоже высокого уровня.

— Вы правы, это третья ступень эволюции. Вторая — от рептилоида. Я с ними уже сталкивался.

— То есть вы знаете их слабости? Что это, глаза? Подмышки? Куда нужно бить? — Она осеклась, сбавила свой энтузиазм, сказала слегка виноватым тоном, — В смысле, если вы не против поделиться информацией. Разумеется, мы хорошо за нее заплатим. Как и за устранение.

— Слабости? М-м-м, не знаю, — Пожал плечами хитокири, — Я просто рублю его мечом и все. Меньше мороки, — Осклабился он в ответ на хлопающую глазами женщину.

— Вот как, — Она попыталась успокоиться, — Тогда давайте обсудим награду. Это миссия высшего, четвертого ранга опасности. Так что мы можем дать вам триста жетонов. И еще — закрепленную лично за вами комнату второго уровня комфорта! — Добавила она, видя отсутствие энтузиазма на лице исполнителя.

— У меня и так уже есть две — у Ордена и церковников. Зачем мне еще одна? — Пробурчал он.

— Две комнаты… — Кажется, ему опять удалось ее шокировать.

"М-да, как они вообще выживают здесь, с такими-то наемниками. Хотя, может это я уже слишком крут? Не зря же Доминик вцепился в меня, как репей в собаку".

— Две комнаты, мне и ей, неограниченный доступ к полигону, триста жетонов, плюс вся информация, которую вы можете предоставить по определенному запросу. Не насчет Системы, навыков или личных дел посетителей, — Добавил он.

— Вам же это раз плюнуть, — Саркастично заметила брюнетка, — Почему такая огромная цена? Информация может стоить дороже всего вышеперечисленного!

— Не надо преувеличивать мою силу. Это все еще опасная тварь. А насчет инфы… Вам же будет лучше, если я смогу ей воспользоваться. Речь идет о сраных культистах, которые малюют пентаграммы и запытывают в них людей до смерти. Это мои условия. Соглашаться или нет — ваш выбор, — Он отзеркалил ее давешнюю фразу.

— Туше, — Улыбнулась женщина, — Я должна посовещаться с руководством, но предварительное согласие у вас есть. Когда ваша команда сможет приступить к работе?

— Зависит от того, где Ящер сейчас обитает. Если далеко…

— Он в паре кварталов отсюда. Полчаса ходьбы, нежити почти нет. Кроме него, конечно.

— Полчаса туда, полчаса обратно. Ир… Рыжая, сколько сейчас времени?

— Без четверти четыре.

— Два часа есть, до того, как начнет темнеть. Сойдет. Ладно, быстро начну — быстро закончу. Приготовьте пока комнаты. Все технические, в смысле, хозяйственные вопросы можете обговорить с моей напарницей.

— Хорошо. Прошу вас подождать здесь еще чуть-чуть. Это не займет много времени.

Она поспешно вышла, взволнованно цокая каблуками по паркетному полу. Виктор задумчиво посмотрел ей вслед, затем прикрыл дверь и потянулся к чашке. В конце-концов, подкрепиться можно и печеньем.

— Спасибо, что согласился, — Подала голос Ира, — Только… Ты уверен? Вдруг он окажется сильнее, чем другие Черные Ящеры?

— Плевать. Я как-то дрался с четвертой ступенью эволюции и победил. Вот там была жесть, да, — Санитар помрачнел, вспомнив бой с эволюцией ловчего, потерю своего старого клинка, исполненные страха и отвращения взгляды окружающих.

— Дай мне пойти с тобой! — Внезапно выпалила девушка. Санитар чуть печенюшкой не подавился, а она упрямо продолжила, — Я не хочу опять сидеть и ждать, вернешься ты или нет.

— Там делов-то на час с небольшим. К тому же, на кого я могу оставить наши интересы здесь, если не на тебя? О задании ты знаешь, карту культистов я тебе высылал по Системе. Выбей из нее всю информацию, которую сможешь, у тебя это получится лучше, чем у меня.

На самом деле он просто не хотел снова тащить ее в опасность. Да и одному такие задания выполнялись куда комфортнее. Не нужно трястись за напарника, а после института этот аргумент стал еще более актуален.

— Хорошо, — Вздохнула Рыжая. Печально хрустнула вафлей.

— Эй, выше нос! Я же говорю: и не таких тварей бил. Причем со слабой снарягой и уровнем на парочку ниже, чем сейчас. Все будет нормально. Зато представь, как круто, если я вернусь, а здесь уже и комнаты приготовлены, и еда в номере, и информация получена. В любом случае, на это уйдет время. Чем нам двоим ждать, лучше разделить силы.

— Ты прав, — Через силу улыбнулась она, — Женщина должна устраивать быт своего мужчины, — Ира мягко обняла его, прошептала на ушко:

— Только не рискуй.

— Не буду, — Скованно ответил он.

Девушка улыбнулась, провокационно выставила вперед свою грудь, но снаружи послышался знакомый цокот, так что она разочарованно отстранилась. Администраторша как на крыльях влетела в кабинет, молча показала пальцами знак "окей", попыталась отдышаться. Хитокири даже налил ей чаю и вежливо протянул кружку.

Та с благодарностью хлебнула, чуть не закашлялась, но потом все же начала говорить:

— Руководство…одобрило…ваши…уф…требования. Информацию можете получить прямо сейчас, комнаты приготовят в кратчайшие сроки, жетоны — только после выполнения.

— Приемлемо. Тогда оставляю дальнейшее обсуждение на вас двоих.

— Счастливого пути, — Серьезно произнесла брюнетка. Ира только кивнула головой и отвернулась, пряча лицо.

— Ну, я пошел, — Санитар неловко повернулся к двери, облегченно скользнул в коридор. Все эти прощания были не для него.

* * *

Для разнообразия, в этот раз все прошло более-менее гладко. В смысле, данные совпадали и сюрпризов не предвиделось. В указанном районе хитокири действительно ощутил довольно сильную ауру нежити. При этом она все еще уступала как Кошмарникам, так и тварям в институте. Ошибки быть не могло.

Спустя пару минут Черный Ящер действительно показался мечнику на глаза. Однако повел себя странно: вместо того, чтобы напасть на одинокого человека, он замер, повел провалом на месте носа по воздуху, пару раз выстрелил своим длинным раздвоенным языком на манер змеи, а затем… Развернулся, явно решив убежать.

— Ах ты тварь! — Санитар тут же применил "Долгую Прогулку". Дождался кулдауна, прыгнул еще одной, потом еще. На четвертой он заметил, что его противник не просто убегает, а движется в какой-то тупичок между двумя магазинами.

"Заманивает, что ли? Вот придурок!"

Однако придурком оказался именно хитокири. Стоило ему выйти из очередного блинка прямо перед загнавшим себя в тупик монстром, как асфальт разошелся под ногами, словно швы у неопытного студента, и Виктор по шею рухнул в явно искусственное отверстие.

"Не рой другому яму… Чтоб им икалось в посмертии, этим дохлым идиотам!" — Он уже понял, что попал в ту самую ловушку, в которую пыталась загнать Черного Ящера уничтоженная им группа. Нежить запомнила, и, более того, творчески переработала их план. "Контроль пространства" не помог — это ведь не сам Ящер рыл эту яму.

Тот уже несся на человека, широко раскинув передние конечности с матово блестящими когтями.

"Он еще и ядом их смазал, что ли?" — Раздраженно подумал Санитар. Сидеть внутри было нестерпимо стыдно, но хотя бы просторно. Готовили-то для Ящера, так что хитокири хотя бы мог двигать руками. Сразу кромсать все, чтобы выбраться, или отталкиваться руками он не стал. Подождал пару секунд, пока монстр подойдет достаточно близко, даже заминку от испуга изобразил. А затем просто рубанул широким замахом воздух перед собой.

Вжикнула сталь Филиппы, сверкнула вспышка. А тело Черного Ящера отлетело на пару шагов назад, только чтобы влажно шлепнуться на заплеванный асфальт двумя неровными половинками. Вместе с нежитью широкий удар Санитара разрубил бетонный столбик, сорную траву у самой стены тупичка, а также срезал нехилый такой кусок асфальта с землей. Аккурат на уровне его груди, то есть замаха с мечом.

"Сила есть — ума не надо, правда? А еще на Иру наговаривал. Блин", — Он вышел оттуда сразу, как откатила "Долгая Прогулка". Потоптался рядом с трупом, но все же решил отрубить ему голову, замотать ее в несколько слоев ткани и бросить в инвентарь. Мало ли, еще доказательств потребуют.

— А вот сейчас я бы съел чего-нибудь горяченького. И посмотрел бы тоже что-нибудь горяченькое. И даже принял участие в чем-нибудь… Чертов адреналин.

Он воровато огляделся по сторонам, прислушался к своим ощущениям от навыка, но рядом не было никого из живых. Так что конфуз Санитара свидетелей не имел.

"Ну и славно. А впредь будет мне наука: не стоит недооценивать даже слабых противников. Имейся здесь хотя бы парочка прыгунов, например, на крышах магазинов, или какие-нибудь ловчие, то даже мне бы пришлось попотеть.

Вот уж действительно: детские ошибки допускают две категории людей: новички, которые еще не знают, как и за что браться, и старички-профессионалы, которые все уже знают и плюют на правила с высоты собственного высокомерия. А результат — один и тот же".

В этот раз охранник на входе долго его не задержал. Бросил беглый взгляд на пропуск, а затем молча открыл калитку. К счастью, время было уже позднее, так что поток клиентов успел иссякнуть. Виктор так ни с кем и не столкнулся. А в Отеле его уже ждала радостная от встречи Ира с кипой листов в руках и яркой улыбкой на лице.

"И все же красива, чертовка", — Не без восхищения отметил он, пока легкомысленно махал ей рукой и плюхался на стул за стойкой. Давешняя девушка на ресепшене нервно на него покосилась, но ничего не сказала. Только достала очередную лампочку и бросила на него исполненный сомнения взгляд.

— Вы что-то хотели?

— Эм-м, простите, а что с заданием? — Почему-то шепотом спросила она.

— Выполнено, — Пожал плечами Санитар, — Здесь доставать?

— Что доставать? — Не поняла она.

— Голову конечно, — Хмыкнул Виктор, глядя на ее бледнеющее лицо, и только сейчас заметил, что в зале вдруг воцарилась тишина.

А потом та дюжина человек, что, оказывается, следила за ним во все глаза из-за приятных круглых столиков, разразилась ликующими криками.

— Братан, ты правда его убил?!

— Отомстил. Валя, за тебя отомстили, слышишь?!

— Чувак! Ты даже не представляешь, как я рад это слышать!!!

За какую-то минуту его обступили более двух десятков людей разной степени экзальтированности. А к ресепшену уже набегали новые.

— Прости, я был неправ, — Хмуро повинился Ара, протянул руку, — Спасибо!

— Да, все в порядке. Я тоже погорячился…

— Я же говорил, он настоящий! — Радостно возопил смутно знакомый блондин. Кажется, он тоже просил уступить ему очередь и шушукался за спиной.

— Внимание всем! — В зал вошла брюнетка, торжественно подошла к удивленному напором людей Виктору. Затем повернулась к десяткам лиц вокруг, залихватски улыбнулась и произнесла:

— Монстр убит! Система отметила выполнение!

Что тут началось. Свист, крики, какие-то невнятные проклятия пополам с благодарными воплями. Двое тучных бородатых мужиков сноровисто выкатили бочку с самогоном, объявив это угощением за счет заведения. Вечер резко перетек в какой-то разнузданный сабантуй.

Через какое-то время Виктор обнаружил себя в компании с группой Ары и того блондина, что подошли после них. Парень представился Крезом, другие тоже назвали свои имена, но Санитар их быстро позабыл. Пошли душевные разговоры, которые он обычно терпеть не мог, однако…

В этот раз из него не сделали монстра. Никто не стал пялиться на него неприязненным или испуганным взглядом, называть его чудовищем, тем более — наставлять оружие. Рассказывать о своей битве с Черным Ящером такой благодарной аудитории оказалось весьма приятно. Виктор не стал скрывать попадание в ловушку, лишь добавил деталей-свидетельств хитроумности нежити, да чуть-чуть продлил бой. Чисто, чтобы скрыть уровень сил.

Но даже так собеседники недоверчиво качали головами или восторженно гудели. Через полчаса на свет появилась отрубленная голова, которая вывела пьянку на новый уровень. Незнакомый игрок тут же законсервировал ее навыком, и Санитар торжественно вручил ее Отелю в подарок. Те быстренько нацепили трофей на деревянный щиток и прибили тот к стене, а мужчина, представившийся как один из трех учредителей, пообещал сделать под ней настоящий камин.

Несмотря на полную трезвость и принципиальный отказ от алкоголя, мечнику было весело. Он за час услышал больше интересных историй, чем за прошлые две недели. Получил кучу положительных эмоций, торжественно поспорил, что попадет ножом в любую мишень, и, конечно же, не попал. Однако не получил никаких глумливых улыбок или злорадства — лишь здоровый смех.

На этот вечер он был героем. Человеком, который, как в средневековой балладе, вышел один на один против чудовища и победил его, спас томящийся под нечистым игом народ. И за это народ выражал ему свою благодарность.

Оказывается, Черный Ящер поселился там уже давно. Из хитрости или по каким-то своим соображениям, но он долго не проявлял себя. Пощипывал редких одиночек или потрепанные после боя группы, шакалил на телах после нападений мародеров, коих выбили совсем недавно, и лишь потом достаточно обнаглел, чтобы в открытую нападать даже на крупные, хорошо вооруженные компании.

— Ты не представляешь, сколько крови нам попортила эта тварь. Сколько жизней сгубила. Мы ведь сперва на бандитов думали, даже пытались вычислить, кто из нас крыса. А оно вон как оказалось. Будь ублюдский Ящер чуточку поумнее — не избежать нам внутренних разборок, — Голос Ары, сиплый, но при этом четкий и хорошо поставленный, Виктор слушал неожиданно внимательно.

Тот вообще оказался компанейским мужиком, просто не любил "всяких выскочек и паровозов". Распространенная практика, оказывается. Высокий уровень из группировки качает себе помощника, чтобы тот бегал по его поручениям. Разумеется, снаряга и опыт доставались таким вот "паровозам" по блату, абсолютно незаслуженно. А самомнение зашкаливало. Они довольно часто гибли, несмотря на всю опеку, но успевали изрядно испортить жизнь окружающим.

— Слушай, а ты бывал в Террариуме? — блондинистый Крез нравился ему меньше, но рассказывать что угодно собеседнику, который с восторгом ловит каждое слово, было приятно. Поэтому Санитар щедро делился опытом. Пускай, никакой тайны он не открывает, а информация по различным монстрам может спасти чью-то жизнь. Он не забыл обещания Коловрату спасти город. Но жители в нем все еще должны были уметь постоять за себя.

— Бывал. Жуткое место…

Пьянка начала заканчиваться лишь глубокой ночью. Участники постепенно разбредались по номерам, отключались, один за другим, артефакты-гасители звука, а профессиональные работники Отеля разносили по комнатам сомлевших прямо за столами посетителей.

Санитар сидел в углу рядом с храпящим Крезом и клюющей носом девчонки из его команды. Ира уже давно ушла в номер, а он все оставался в баре, сам толком не зная почему.

— Здорова, охотник. У меня есть информация, которая может тебе пригодиться.

Виктор поднял голову. Над ним возвышался неприятный тип в кожаном плаще и с надвинутым на голову капюшоном. Его края свисали вниз, полностью скрывая в своей тени верхнюю часть лица. Можно было разглядеть лишь небритый подбородок, да тонкий рот с возрастными складками.

Странный тип, он ошивался неподалеку от ресепшена и в первый, и во второй заход Санитара внутрь. Мечник уже умел подмечать такие вещи, даже не заостряя на них внимания.

— Охотник? Моя кличка — Санитар, — Поправил он.

— Так мы зовем друг друга. Игроки звучат по-детски, наемники — не отражают суть. Собиратели — оскорбительно. В итоге остановились на охотниках. Ты даже этого не знаешь? Откуда ты вообще такой взялся? — Недоуменно спросил его наглый тип.

— Я слишком устал для лекций или проповедей. Давай в другой раз, — Отшил его хитокири, однако мужик в капюшоне ничуть не обиделся.

— И не собирался. Следующая информация может выйти тебе в копеечку, Санитар.

— Торговец информацией? — Сон и апатию как рукой сняло, — Ты-то мне и нужен. Но не сейчас. Приходи завтра, когда я прочитаю, что там накопал по моему запросу сам Отель.

— У меня есть много эксклюзива, — Кивнул тип, — Но не факт, что по твоей теме. Чувствую, там что-то совсем уж специфическое. Сейчас я торгую одной интересной папкой на целую группировку. Отель в этом не слишком заинтересован, а другие люди столько платить не станут. Как уникальному клиенту дам тебе персональную скидку.

Он бесцеремонно отодвинул стул из соседнего столика, поставил его напротив собеседника и нагло на него уселся.

— И как тебя звать, эксклюзивный? — Против воли хмыкнул Виктор.

— Брокер. А моя информация касается Армии. Точнее, ее бедственного положения, которое никто не хочет видеть. Ну как, продолжаем разговор? — Показал зубы тип.

— Скажем так, ты сумел меня заинтересовать, — Медленно ответил хитокири, а по спине уже пробежал холодок предчувствия. Взятое задание в деле налаживания связи церковников и военных обещало быть пустяковым, но, видимо, не в этот раз.

— Хорошо. Только определимся с суммой…

Эпилог. За кулисами событий

— Прости Вулкан, но я остаюсь.

Слова упали в оглушительной тишине, отразились эхом от потолка и бетонных стен, ввинтились в уши побледневших членов группировки. Их осталось мало: всего тридцать восемь. Тех, кого сам лидер счел достойными.

Остальные ушли или были уничтожены. Отряд 9-19 всегда отличался авторитаризмом, однако теперь, после разгрома, эта черта оказалась доведена до абсурда. С лидером и раньше старались не спорить, а уж сейчас, когда Вулкан вспыхивал по поводу и без, вовсе стали ходить на цыпочках.

— Объяснись, Сабр, — Властно потребовал глава группировки.

— Я лично присоединюсь к ним. Приложу все усилия, чтобы довести дела до конца. А затем устраню Культ, чтобы потом нам не пришлось сталкиваться с угрозой.

Убедительные слова, море правды с плавающими в ней гренками лжи. Бывший член Ветра Свободы не лгал: он действительно хотел довести дела до конца, посмотреть на гибнущий город с мрачной радостью Нерона или Герострата. Однако была и иная причина. Возвышение.

Тот монстр, которого хотят вызвать их омерзительные союзники, потрясал воображение. Вряд ли слабые, раздираемые противоречиями, разрозненные человеческие группы способны составить ему угрозу. Ведь они не знают куда бить.

Сабр знал. Это знание пришло к нему внезапно, собрало кусочки мозаики из разговоров сектантов, аналитики Отряда, а также собственной, усиленной навыком, интуиции. Хтоническое чудовище, практически полубог, которого пытаются призвать культисты, должно было стать машиной смерти без уязвимых мест. Но даже Ахиллеса убил Гектор.

Пятой Твари из Недр были узы, что свяжут его с энергетикой города, закольцуют ее вокруг демонической сущности. И сабельщик, что встал на путь духовного перерождения, понял, как это использовать к собственной выгоде. Стать Парисом этой новой Трои.

Потому что тот, кто убьет дракона — сам становится драконом. Потому что тот, кто получит сердце монстра — встанет с ним на одну ступень.

— Я тебя услышал. И не могу не спросить, откуда такая преданность делу? Понимаю твое желание вдоволь полюбоваться на уничтожение Церкви, на унижение жалких и слабых жителей, но стоит ли оно риска?

— У меня есть возможность покинуть город. Риск минимален, — Ответствовал он.

— Знаю. И все же… Дело в мести? — Вдруг догадался он, — Тот паренек, который не дал тебе убить Серафима, он стал большой фигурой. Мечник номер один в городе, так я слышал.

— Легко быть первым, если не дрался со вторым, — Проскрежетал зубами Сабр. Он тоже помнил Санитара, но мстить ему сейчас? О, нет. Он подождет. Настоящие герои всегда умеют ждать.

— Будь по твоему, — После долгой, томительной паузы, сказал ему Вулкан, — Я оставляю на тебя последний ритуал. Не дай им помешать, и… Не дай им закончить. Убей их прежде, чем они подчинят тварь.

— Как прикажете, — Поклонился воин.

На этом собрание вернулось к своему последнему обсуждению. Операция: Исход. Именно ее прорабатывали все эти семь дней. Унизительный, вынужденный уход с доски крупных игроков Ставрополя становился единственным шансом на выживание. Вместо того, чтобы играть с шулером-Домиником, они решили смести всю партию.

— Последний ритуал будет проведен где-то через неделю. Однако у нас нет столько времени: на окраине города, в наших бывших землях, собирается новая толпа нежити. Подняли голову военные, снуют вокруг шпионы Новых Христиан. Даже жалкие бандиты — и те пробуют нас на зуб! Как будто не я жег две недели назад все их вонючие гнезда!!!

— Мы подготовили оптимальный маршрут, транспорт, а также все необходимое для долгого путешествия, — Сказал ему Холод.

— Прекрасно. Как я и говорил, ждать у моря погоды бессмысленно и опасно. Мы выдвигаемся завтра, на рассвете. Поедем колонной, без использования тайных троп. На броне поедет Холод, внутри БТРа размести пророков. Дальше я в джипе с тремя бойцами дальнего боя. Остальные по схеме без изменений.

— Есть.

Рассвет разбитый, но не сломленный Отряд 9-19 встретил на парковочном месте возле пустого, покинутого ж/д вокзала. Гремели оружием бойцы, безмолвно стояли и пялились в пространство кадавры, полученные от Коллекционера, что-то подкручивали и шепотом ругались техники. Наконец, машины подготовили к рейду.

Впереди катил колеса старый, официально списанный БТР-70. На деле машина едва ли не сверкала и находилась в идеальном состоянии. Улучшенная различными артефактами, политая укрепляющими броню составами, с бесконечным запасом топлива — данный представитель автопарка Отряда считался его жемчужиной, украшением, а также последним шансом. Следующим в колонне шел армейский джип. Бледный водитель вцепился в руль с такой силой, что железо начало хрустеть под пальцами, рядом невозмутимо стоял на сиденьи Вулкан.

Третьим и четвертым номером ехали грузовики с личным составом. Пятым и шестым — всевозможное оборудование, стационарное оружие и прочие вещи, что не смогли оставить или положить в инвентарь боевики. Затем следовал еще один грузовик, после него — два армейских джипа. Предпоследний — с кадаврами, которые набились туда как сельди в бочку, благо дышать и двигаться, как живым людям, им было не нужно. Замыкающий — с наваренным на него станковым пулеметом и Застрельщиком в качестве поддержки. Отряд хорошо подготовился к своему отбытию.

Это случилось уже на выезде из города. Ставрополь они покинули неожиданно легко: несколько толп низкоуровневой нежити уничтожил БТР, огромный вал с боковой улицы выжег Вулкан, одним-единственным умением создав истекающую магмой трещину между ними и колонной, а всякую мелочевку отстреливали кто во что горазд.

Покинув свою малую родину боевики расслабились, не стали следить за лесным массивом по левую сторону с той же тщательностью, как за извилистыми городскими улочками. И поплатились.

Шипение РПГ не спутать ни с чем. Низкий, угрожающий, но очень быстрый звук, он шел словно со всех сторон. Три ракеты пронеслись мимо БТРа, чтобы врезаться в джип Вулкана, еще две попали в замыкающий.

Оглушительный взрыв, крики, треск автоматной очереди. Из леса валом повалили ихтиноиды. Слабые бойцы даже по сравнению с четвертыми-пятыми уровнями, они обычно брали численностью и умелыми засадами. Сейчас — просто численностью. Пятнистое море из-за крон деревьев моментально затопило вставшую колонну.

Среди Отряда началась паника. Люди стали выпрыгивать из грузовиков, истерически садить по ихтиноидам изо всех стволов, кричать имя Вулкана. Один даже решил сбежать. Его первого и сжег невредимый лидер группировки, когда поднялся с земли в ореоле сгоревших остатков одежды.

— Отставить панику! Пророки, вычисляйте, откуда били. Холод — на тебе подавление огня противника. Остальные — работайте площадными по толпе.

Он быстро подал пример: призвал свое излюбленное детище, лавовый вулкан, прямо в центре наступающей волны монстров. А затем прыгнул в толпу, орудуя огненными кулаками. Примитивное оружие дикарей его не брало, их герои и шаманы падали замертво от одного-единственного удара, а навалиться пчелиной тактикой на манер зомби у них не хватало отваги.

Чем занимаются кадавры? — Крикнул он, но вдруг ощутил, как истончается его огненный щит. Полыхнул запоздалый страх, и Вулкан разом выпустил остатки маны на круговой огненный удар. В нем сгорели как все его противники-ихтиноиды, так и те пули со снарядами, что избрали лидера Отряда своей целью.

Кадавры не бездействовали, как он сперва подумал. Они сначала вдумчиво добили остатки выживших в арьергарде, попутно расстреляли беззащитных техников и исследователей в кузове грузовика перед ними, а следом сосредоточили огонь на Вулкане.

Продержались они недолго. Уже после второго залпа боевики Отряда парочкой навыков повторно упокоили ставший бесполезным актив. Такая же судьба ждала и ихтиноидов. Люди не знали, что погнало трусливых и осторожных тварей в такой вот "зерг раш", но первичная растерянность исчезла, а дальше пошла рутина. Точно так же они день за днем, неделя за неделей упокаивали нежить в своем родном городе.

Таинственные нападавшие больше не стреляли. Затаились или ушли? Никто не знал точно, но бдительность не снижали. Холод так и не принял участие в схватке, педантично следуя приказу. Может поэтому, он первый заметил огромную стаю воронья, которая пикировала на колонну из-за низких дождливых облаков.

Опытный солдат, он не стал дожидаться приказа. Заморозил умением больше двух третей птиц зараз. Однако и тех, что все же добрались сквозь плотный заградительный огонь, хватило на две детонации. Хитрый враг спрятал среди множества птиц дюжину со взрывчатками. Долетело две, после чего один из грузовиков с оборудованием вспыхнул как свечка. Взрыв вовремя убрал Вулкан, но спасти содержимое автомобиля не представлялось возможным.

Нападение отбили. Шестнадцать человек из тридцати восьми, двое из четырех оставшихся высокоуровневых членов Ветра Свободы, половина всех вещей, четыре машины, а также все кадавры и обслуживающий персонал.

— Коллекционер!!! — В ярости завопил лидер группировки на равнодушное свинцовое небо. К счастью для ближников он был пуст, так что удалось избежать дополнительных жертв. Вот только боевой потенциал группировки снизился вдвое, а их возможности и вовсе стоило теперь делить на десять.

Уникальные исследования, уникальные, пусть и не боевые титулы, обслуживание автомобилей, изучение Системы, налаживание базы — все эти перспективы погибли вместе со специалистами от подлой атаки послушных прежде кадавров. Неизвестные нападавшие только что слили весь потенциал уходящих врагов в утиль, обнулили их потенциальную угрозу. И Вулкан знал, кого в этом винить.

* * *

Наверное, впервые за все время с начала Катастрофы Тедди радовался своему плюшевому телу. Его лапы не дрожали, негативные эмоции быстро подавлялись навыком "контроль гормонов", а пули, стрелы или энергетические атаки лишь уродовали внешнюю оболочку. С остальными Измененными это оказалось не так.

Группа Коллекционера безжалостно прошлась по Драмтеатру, с эффективностью часового механизма выбила всех, не разбираясь в правых и виноватых. Единственный, о ком Тедди не жалел, ну, кроме Серых, это так и оставшийся неизвестным культист.

Менгеле принял союз со скрипом, называл их фриками, уродами, высмеивал на собраниях каждое предложение. В отличие от двух ублюдков с масками на лицах и тьмой в мыслях. Все равно лучше, чем быть полными изгоями, а перспективный план должен был положить этому конец. Жаль, что никто не учел в нем других переменных.

— Не грусти, Тедди, — Нюйва говорила глухо, глотала текущую из раны кровь, чтобы сказать хоть слово, и все равно выплескивала ее вместе с очередным бессмысленным набором звуков.

Женщина-змея нравилась ему больше остальных товарищей по несчастью. Волевая, харизматичная, сильная и невероятно проницательная. Кажется, именно о такой девушке он мечтал в прошлой жизни. В этой… В этой он превратился в асексуальную игрушку, что мечтает вместо полового партнера стать человеком. Какие уж тут матримониальные планы? И все же…

— Ты должен найти Санитара, — Она выкрикнула фразу на одном дыхании. Вытолкнула из своих легких вместе с частичкой уходящей жизни, — Скажи ему… — Глаза наги остекленели.

Тедди кивнул, попытался закрыть их лапами. Ах да, у змей же не бывает век. Значит его подруге придется вечно пялиться в вечернее небо Ставрополя своими желтыми вертикальными зрачками. Потому что плюшевые игрушки не созданы для рытья могилы.

— Надеюсь, эта летучая мышь смогла уйти, — Произнес он и вдруг возненавидел самого себя. За писклявый мультяшный голос, за свою беспомощность, за бессмертие и легкомыслие. Даже за то, как непозволительно сблизился с новыми друзьями.

— И что мне теперь сказать Санитару? Извини, я дрался на стороне Менгеле? А, передай привет Крис. Я видел, как ее призраки всасывает та сраная пентаграмма. Надеюсь, она не пострадала от отката…

Поньк-поньк-поньк.

И за этот звук при ходьбе Тедди тоже себя ненавидел. Конечно, он исполнит последнюю волю умирающей. Естественно, не из уважения к дурацкому обычаю. Мертвецам уже все равно. За эти полтора месяца зомби-апокалипсиса подобную истину усвоили даже самые упертые тугодумы.

— Просто мне больше не к кому обратиться, — Печально покачала головой плюшевая игрушка.

Поньк-поньк-поньк. Подальше от трупа мертвой подруги. Подальше от краха их надежд.

Он оставит послание для сатира в условленном месте, пойдет искать давнего товарища. Все началось с Санитара, все им и закончится. А там будь что будет. Убить его все равно нельзя. Впрочем, насчет своего друга был не уверен. С ним вообще ни в чем нельзя быть уверенным. Хорошо ли это? Черт его знает.

По крайней мере, те сведения, которые им удалось добыть, должны помочь городу. Может быть, Вик простит его, если Тедди будет полезным. И тогда у Измененных снова появится шанс. Потому что безжалостный убийца самого высокого уровня в Ставрополе станет самым лучшим гарантом их верности.

Послесловие

Эту книгу вы прочли бесплатно благодаря Телеграм каналу Red Polar Fox.

Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора подпиской, наградой или лайком.

Страница книги: Меч Реконкисты

Content

Макар Ютин
Меч Реконкисты

Пролог

Интерлюдия Кристины. Живые и мертвые

Характеристики

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Интерлюдия Лиссы. Вопросы и ответы

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Интерлюдия Кристины. Призрак драмы

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Интерлюдия Коллекционера. Арпеджио Вороньей Слободки

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог. За кулисами событий

Послесловие