Василий Мушинский

Стикс. Сломать Систему

Часть 4

Глава 1

«Начальская» комната на втором этажа трофейного коттеджа не отличалась шикарной обстановкой. Хотя по меркам вечной непристроенности Улья — это было царски комфортное обиталище.

На стильном кожаном диване шоколадной расцветки, подложив под голову обшитую кожей подушку изволил кемарить сам «Высокий начальник».

Не снятый камуфляж и берцы закинутые на подлокотник похоже не доставляли неудобства мирно сопящему молодому организму.

Тёплый желтый дневной свет, пробивавшийся сквозь жалюзи давал ощущение покоя и расслабленности.

Ляпота и блаженство духа…

Неожиданно раздался звук, громкий и режущий уши. И — невиданно редкий в Улье.

Радар резко открыл глаза. — Слышишь? Что случилось, как думаешь?

— Чего тут думать? Кто-то познал несовершенство нашей жизни. — Протянул Трот. Непохоже что бы это как-то побеспокоило его флегму. Он даже не изволил отвлечься от стола, где работал. Его «Абакан» лежал на изрядно поцарапанной столешнице в полуразобранном виде. Закончив несколько действий, блондин отложил шомпол и маслёнку.

— Чем нехороша доля руководства, так это тем что любой возникающий геморрой — он как бы общий.

Радар растянул губы в тонкую нитку. — Твоим словам не хватает поэтики и точности, мон шер. С кем близость имеешь — от того и подхватываешь. Это не геморррой. Это нечто более прекрасное, возвышенное и тонкое, даже скажу больше — венерическое.

Уже другим, жестким тоном продолжил. — Зови Чура с камбуза. Бери запасной ствол на вахте. Нет времени твой собирать. Идём трудится во славу любви к ближним и коллективу. Оно конечно не царское дело в ххх ковыряться, но, если не ты там работаешь — не ты и папа.

Парень потянулся, смачно зевнув, закинул на плечо лежавший рядом «асеевский» автомат и вышел.

Он остановился, ожидая товарищей на вахте, где сидел навостривший уши боец.

— Жук, ты не разглядел кто это там так воет?

— Нет, Командир. Отсюда не видно, угол закрывает, из какого окна не смотри. Но это где-то возле жилья охраны. Как человек плачет, прямо зверем воет …. Чё ж случилось?..

— Общий смысл — догадываюсь, просто по месту события. Там же наши трофеи, мать их, Венеру, красавицы. А что конкретно сейчас узнаем. — Радар обернулся на подошедших Трота и Чура.

Тройка спустилась на первый этаж. Уже перед выходом в дверь Чур «растаял» уходя в стелс. «Атаман» лишь одобрительно кивнул.

Одноэтажная кирпичная постройка, где прежде обитала часть охраны была чуть дальше через двор. Возле её дверей стояли трое бойцов, один из которых поглядывал на дорогу в поселок через открытые ворота.

…Так, ну кто тут у нас — это Мазут — ясно, он же за охрану девчонок в ответе, был бы косяк если бы его тут ещё не было. Этот, мрачный как чёрт — часовой. Третий, лица не вижу…Вроде — из вояк Сапёра…

Радар коротко оглядел «сборище». Крепкий парень с причёской ёжиком продолжал надрывно и горько плакать, закрывая ладонями лицо.

— Ну? И что тут у нас? — «Атаман» исподлобья сумрачно поглядел на Мазута.

Тот зло сплюнул. — Что тут скажешь? Приказано же было девчонок пока не дергать…Отхватит кто-то штрафных работ по самое, когда Сапёр подойдёт.

Часовой буркнул, глядя в сторону — приказано было девчонок не обижать, так их никто и не обижал. Даже слова плохого не сказал. Вовсе наоборот. А держать, как зеков на строгаче — указания не было.

— Ладно, ты не пестри, говори конкретно, что случилось? Как этот кадр здесь оказался?

— Ну, никто ж ничего плохого не делал…

— Конкретно, давай — Голос хлестнул довольно жестким командным тоном.

— Ну, друг попросил познакомить. А я и так ему задолжал. Всё равно девчонкам сидеть в заперти скучно. Не ну их пальцем никто не трогал, слова плохого не сказал. Всё чисто-благородно, как пионеры. Заходил человек поболтать — дня три, они ж только рады были. Оно всё даже к лучшему — в том смысле что мы сегодня тему успели сразу просечь, а то могло и что нехорошее выйти. — Часовой «вилял» голосом и мимикой.

— Перерождение? Сколько? — Радар жёстко «держал» собеседника взглядом.

— Да…Одна…Мы…

— Короче. Упаковали? — «Начальство» резко оборвало страдающее мычание.

— Да, мы …

— За Сапёром отправили?

— Да, Мазут…

— Хватит. Сапёр будет определять, чего и кому дальше. Прямого нарушения приказа не было. Но, не прыгать с крыши — не приказывают. Это идиотизм, который подлежит и без приказа. Кто там и чего хотел, а чего получал и чего ещё получит — теперь пусть определяет Сапёр. Для, так сказать, личного и коллективного полезного вразумления. — Радар хмуро отвернулся.

— А чего тут определять? Мальчишечка решил, что он самый хитрый. Опередить всех в очереди на знакомство, во всех ништяках, придумал. Вот и опередил. — Трот с недоброй флегмой оглядел, наконец поднявшего лицо из ладоней, парня.

Тот ещё раз мазнул ладонью по мокрой раскрасневшейся ряхе. И с тяжёлым надрывом выдавил. — Какая девчонка… Какая … Была.

— Ну в определённых местах и осталась. Я даже скажу — в самых нужных местах. Напиши заявку на «высочайшее имя», пади в ноги начальству и глядишь ещё разрешат попользоваться. Так что успеешь ещё, торопыга.

Пару недель, пока зубы выпадать не начнут этим телом ещё можно пользоваться только так.

Главное, от такой спешки, хоть в этом деле воздержись, а то никакого кайфа не поймаешь. Скорострел в любви, как стрельба без точного прицела. Никакой радости от процесса — одна лажа. — Экс мур слабо покачал головой.

Парень на какое-то время ошеломлённо «завис». Потом рука неестественно- напряжённо потянулась за спину.

Радар сделал шаг вперёд. Очень быстрый шаг. Длинные, тонкие, как у пианиста пальцы сомкнулись на чужом запястье. Кисть руки бойца резко побелела, он тихо зашипел от боли. — Успокоился, он не со зла. Мазут, прими оружие, у обоих.

Мазут деловито и грубо выдернул автоматы сначала у сидящего бойца, потом у часового. Закинув оба ствола за спину, он опять уставился на дорогу. — Вон там. Сапёр уже идёт. С ним ещё трое. Кто такие — отсюда не разберу.

Четвёрка довольно скоро дошла до ворот и подрулила к ожидавшей их компании. Это оказались Сапёр, боец бегавший за вестового, неизвестный боевик из стабовских — крепкий молодой мужик в камуфляже и один примечательный кадр.

Тип был одет в лёгкий «курортный» костюм шикарного вида. Эффектные кожаные полуботинки в тон. Несколько тонких колец с цветными камнями на пальцах и браслет с часами. Даже висящий на бедре, при помощи хитрого ремня, «узи» — образный ствол смотрелся модным аксессуаром.

Умеренно смазливая ряха была обычной, а вот зеленоватые глаза были приметны, они смотрели с заметной, своеобразной проницательностью.

В целом люто колоритный был тип. И это был старший сутенёр стаба — Пижон.

…Вот только тебя мне тут и не хватало. Для полного счастья … Радар невесело прикидывал в уме, что тому тут может быть надо и откуда он, и что, успел узнать.

…Пижон, что б тебе, твоей маме и твоей бабушке, разом и в извращённой форме… — Потом умеренно любезно, с достоинством, произнёс.

— Я вижу к нам важные гости?

В подъезде было достаточно светло, хотя и сумрачно. Так что было легко прочитать надпись большими буквами на краске стены — чьё-то мнение о половых привычках некой личности. И заметить стоящего в «охотничьей» позе возле дверей человека. Крепкий мужик в бежевых брюках и рубашке с закатанными рукавами вслушивался в звуки за дверями. Он задерживал дыхание, и казалось, только что ушами не шевелил, пытаясь услышать малейшие намёки.

Трое бойцов в камуфляже стояли парой шагов дальше. Расширенные глаза, раздувающиеся ноздри — не надо было сильно напрягаться что бы понять их состояние. Но дышать они старались ровно и глубоко…

«Гражданский» одним быстрым плавным движением распахнул двери. Застыл на миг, не отпуская ручку. Прищуренные глаза с красноватыми белками прощупывали окрестности.

Автомат, висевший на груди, взлетел прикладом в плечо, «кошачий» шаг в перёд. Разворот по сторонам… Тройка «камуфляжных» шагнула за ним. Какой-то миг стволы нервно «тудасюдакали» по сторонам.

Двор был пуст и безжизненен, только ветер играл листиками на клумбах.

У подъезда неподалёку стоял футуристического вида двухместный веломобиль. Рядом стояли прислонённые к стенке велосипеды. Рейдер опустил ствол и осторожно осмотрел технику. Тихо выдохнул — Вроде никто не тревожил, все «контролки» на месте. (он ткнул пальцем на кусочек жвачки казалось случайно наклеенный на багажник). Груз тоже. Значит — идём за пулемётом.

— Бахус, может ну его на? Жадность губит фраера… — Плечистый молодой парень с довольно красивым «тонко резанным» лицом бросил нервный взгляд на дверь подъезда. Настежь открытую дверь. Ту дверь что они оставляли плотно закрытой.

— Какая нах жадность? Пулемёт — наш шанс уйти живыми при встрече с шоблой «зараз» «костянок». Автоматы тут не вытянут. Забыл, чему учили?

Кто не умеет рисковать конкретно в масть, сливает игру верняком.

Веселей. — Рейдер блеснул хорошими зубами. — За мной в шаге, сбоку, волыны на готовность.

Красноглазый, с заметной для его плотного тела гибкостью, нырнул в подъезд. Его злой азарт, похоже «заразил» группу. Команда почти бесшумно миновала все лестничные пролёты.

Бахус без задержки вошёл в проём с выбитой дверью…Света из окон было достаточно, и картинка открывалась впечатляющая. На полу лежала вырванная с петлями стальная дверь. Дальше по коридору валялся уродливой серо-жёлтой массой мёртвый элитник. На полу стенах и даже потолке изобильно хватало черных, красных и красно-бурых потёков, лужиц и брызг. А местами и невразумительных кусков — комков, о происхождении которых очень не хотелось думать. Хотя остатки пропитанного кровью тряпья камуфляжного окраса, намекали на то, чем были некоторые из них.

Стронг перешагнул порог оценивающе щурясь на следы на полу. — Так, стойте у проёма. Внутрь не надо.

Всё также осторожно он «проплясал» мимо туши заражённого. Задумчиво поднял видимо отлетевший нож. Провёл пальцем по лишь чуть надрезанному споровому мешку элитника.

«Вальсируя» по относительно чистому полу Бахус прошел к окну и подняв РПК вынес его к бойцам. — Держите, Тролль бери на изготовку. Оно, даст Улей уже не понадобится, но на всяк пожарный.

Ещё раз прошёл по комнатам изучая следы. Кое где на полу были заметны отпечатки нечеловеческих ног. Он небрежно поднял изуродованный ударом «калашников», его ремень был цел — и ствол был повешен за него на плечо.

В последнюю очередь после изучения всей квартиры рейдер вернулся к битой туше. Бахус бросил короткий насмешливый взгляд на стоявших товарищей. Их глаза горели лихорадочным азартом. Рыбак, у которого клюёт, и ребёнок, вскрывающий подарки — бледная тень такого самозабвенно кайфа.

Он с показательной небрежностью, как банан очистил, вскрыл «споровый мешок». Непочтительно запустил руку в потроха мёртвого монстра не считая прокатал между пальцами шарики — отделяя спораны и бусины от оранжевой массы. В руке мелькнуло несколько чёрных, похожим на жемчуг штуковин. Раскидав трофеи в три пакета, стронг закинул их в рюкзак.

Всё, уходим. — Бахус без уточнений дернул вниз по лестнице мимо замерших бойцов.

Когда рейдеры его догнали, тот уже сидел в кресле велопода. Стронг возил по подошвам бог весть где взятой грязной тряпкой. Вокруг крепко пахло бензином.

Стронг глянул снизу-вверх на сверливших его взглядами товарищей. На их лицах был немой вопрос. Пачка острых немых вопросов. — Запах крови с себя убрать и подошвы от неё оттереть — это важно. И чем быстрее, тем лучше. Я знавал ребят, которые круто на таком впухали. Упс и удачные охоты заканчивались — ххх.

Следы я разобрал. Всей стаи тут было два рубера. Ххх. Было б нам полегче, да расклад получше, можно было б их догнать и замочить. Один из них вообще поймал очередь почти в упор, его и искать особо не надо следы сами наведут…

Но вот это как раз и будет…Жадность…

Наш покойничек сунулся потрошить элитника. Без опыта толком и сделать ничего не успел, а потом нарвался. Ну и — в одного ещё успел пальнуть, потом пошёл на хавчик. Маленькая стая вообще-то, часто бывает куда больше. Но ему хватило…

Ствол теперь только на запчасти. — Тихо болтая, небрежным и ироничным тоном, будто травя байки за пивом, Бахус продолжал работать тряпкой.

— Рюкзак его тоже в клочья, ничего подобрать не вышло. Но тут уж грех жаловаться.

Хабар будем делить на стабе, по понятиям. Устраивать делёж до возвращения…Типо, плохая примета. Типо, очень плохая примета. — Стронг закончил чистить берцы и закинул воняющую бензином тряпку в одно из открытых окон.

Всё, харе прохлаждаться. Все по сёдлам — нам ещё отсюда ххх. надо пока нас не засекли. Ещё где-то час гнать на север, потом можно открывать консервы и чутку выдохнуть.

Занявший своё место в велоподе Летун кое как пристроил РПК в «коляске». Тачка бесшумно двинула вперёд. Велосипедисты двинули следом. Пустой велосипед так и остался одиноко стоять у стены…

Странную зеленовато красную массу на обочине дороги, ближе к умеренно раздолбанному дому первым заметил Бахус.

— Жмурики. Так, надо разобраться кто их. Надо, Федя, уже за тем, чтобы не разделить их судьбу. А может и что полезное найдётся. Всё, слезай с сёдел, волыны в зубы — и за мной. — Он ощерился.

Радар мило и тепло улыбался, глядя на гостей. — Итак, чему обязан визитом дорогих гостей?

Зеленоватые глаза гостя блеснули схожей теплотой. — Дорогому хозяину повезло в рейде. Слухом земля полнится… За друзей всегда приятно порадоваться… Нехорошо только выйдет если хабарок спортится. По дурному, впрок не пойдёт. Тогда от него один убыток вместо радости выйдет… Для всех.

— С чего б ему вдруг портится? Если я правильно понимаю о чём речь? Ладно, б речь за хавчик была или патроны…Но этому то товару с чего? — тонкая бровь «атамана» театрально взлетела вверх.

— Бойцы у «сиятельного» славные и крепкие, чисто медведики… А два горшка мёда на тридцать медведей разом, это каждому по чуть-чуть понюхать и горшки пусты и разбиты. И разве только Господь способен спрятать, да усторожить от тридцати голодных мишек, сладкий мёд. Голодные мишки они на запреты…Плохо реагируют.

И нет — ни мёда, ни радости. Одно горе, да убыток.

С Господом в Улье сложно. Я предлагаю хорошее дело, можно сказать доброе, и реально выгодное.

Триста гороха, за «порцию» — Ладно? — бровь взлетела похожим «зеркальным» жестом.

И — будем друзьями. Либо … Я уйду расстроенным. И узнав что-то полезное могу забыть. А то и вовсе по нечаянности могут возникнуть сложности — меня на стабе многие уважают.

…Ах ты сука. Мало того, что ты меня разводишь, применяя психологические фокусы, так ещё и угрожать смеешь?.. И где уже прозвучало про перерождение? Откуда он успел узнать и что? Гнида ххх…

Парень сладко улыбнулся, как дитё на котяток. — Любовь и дружба в нашей жизни — это всё. Но вот слова стоит выбирать чуточку лучше. Мои ребята тоже меня очень любят и если кому-то из них нечаянно покажется, что мне угрожают — то палец на курке может нечаянно дёрнуться.

Мне конечно придётся его наказать. Но не слишком строго. Меня отвлечёт важное дело. А именно — пересчитать доходы с борделя, ведь твоему преемнику скидка в плате за крышу не полагается.

Пижон тепло улыбнулся и покивал — О, любовь великое дело, как и забота о своих бойцах. И я ведь уже оказал тебе поддержку в сложной ситуации — разве мы не одна команда? Любой преемник, кроме прочего, будет непроверенным и может преподнести неприятный сюрприз.

И разве я сейчас не оказываю помощь в самом нужном? В том числе скидками за нужнейший товар? Опять же «бусины» — это первейшая вещь для заботы о своей команде.

Скидку за пользование всем товаром — это вариант. Само собой, и за свежеприобретённый. Сиятельному атаману — за счёт заведения.

Замнут же девок. Или кони двинут, или себя кончат. Никому толком не достанутся. И тебе тоже.

Сделка — и расходимся друзьями. Ладно? Плачу «виноградом» сразу, информацией — потом. Иначе, всем же хуже будет…

Радар задумался — А информация у тебя есть? Такая что б сейчас? Авансом?

Ты в курсе что одна из девчонок переродилась? Думаешь, что остальные за ней не последуют? Прогоришь же на такой сделке.

— Аванс. Аванс бывает перед сделкой, это уже позитивно.

Что ж…В знак наших неизменно взаимовыгодных и дружеских отношений подкину кое что. Важное. Ты уверен, что стоит слушать всем?

— Говори на ухо, если я сочту что не врёшь. И оно того стоит…Разговор будет. — Лицо «атамана» свело в деревянную маску.

Пижон элегантно подошел и что-то несколько минут шептал в ухо.

«Деревянная маска» заострилась. — Да, это стоящий товар. Но если проданный товар угробится, ты что потребуешь новый?

— Нет, люди с той стороны перемычки бывали у нас на стабе. Да, и покойный Хруст неоднократно посылал туда группы. Некоторых я знавал и знаю. Посылал в том числе кого-то из лично своих корешей по каким-то щекотливым темам. Деталей не знаю. Вот тех не знаю, но точно посылал.

Это всё к чему? Я знаю сроки перерождения по тем кластерам до часов. Так что точно говорю перерождений больше не будет.

Ваш паренёк в полный голос при людях Сапёру, рассказывал про случившееся перерождение, что грустно — но это последнее. — Гость сделал паузу в душевном и ласковом словесном потоке, явно предлагая оценить его откровенность. — Кстати «перерождённый» товар, тоже возьму — тридцать «гороха» — Ладно?

…А ты ведь знал сроки. Знал и ждал. Но всё это, теперь, фигня. Теперь, пипец, вот свалилась же радость, хорошо хоть узнал с запасом времени…Что ещё ты знаешь?..

— Скажу я тебе так…Людьми мы не торгуем. Ну во всяком случае сейчас. Не наш бизнес. Девок, сейчас, мы недели две поднатаскаем на умение с оружием на «минималке». Ты не беспокойся — за это время с ними ничего не случится. Как и раньше не случилось. Потом — пусть сами решают. Или ствол в зубы и на общих правах в банду. Или отрабатывать долг. Да, тем самым. Если конечно кто-то не окажется ксером или ментатом.

Так вот если «тем самым» — то у тебя и с твоей долей. Твоей монополии только на пользу. Вишь, как о тебе заботятся?

В остальном — выбирать им придётся самим. Такие уж понятия в нашей «конной дивизии».

Перерождённую отдадим прямо сейчас. Мазут, собери всех бойцов что есть. Пусть упакуют тело и загрузят в машину. Заодно пусть все убедятся, что продаём…Уже не человека.

Пижон задумчиво выслушал и лишь в конце вскинулся. — Не надо вашей машины. Ваша машина — это танк для рейдов. Пушки из каждой дыры торчат. Если такое подкатит к нашу сладкому дому — перепугает всех. И девочек, и клиентов. Не надо нам такого счастья — уж лучше я вызову свою.

Он забрал у охранника маленькую рацию и минут пять говорил с кем-то из своих. Машина подъехал довольно быстро. Пижон забрал у бойца сумку-рюкзак. Он вынул оттуда несколько «колбасок» из полиэтилена, немного похожих на чурчхелу. Деловито отсчитал пальцем тридцать штук и отсыпал «бабки» в отдельный пакет, перетянув аптечной резинкой сверток.

Радар с небрежной цепкостью принял пакет, оценивая на глаз его содержимое. Засунув пакет во внешний карман камуфляжа, он кивнул — Забирайте товар — бойцы в помощь за дверью.

Устало зевнув, «начальство» протёрло лицо ладонью и наконец село на мягкий стул, оставленный видимо охранником при дверях.

Пижон вышел в дверь, вернувшись через минуту с четвёркой камуфляжных ребяток, не считая его собственного охранника.

Компания вытащила «под белы руки» товар из дальней комнаты. Несмотря на то что «при жизни» «зараза» была мелкой худой девчонкой скучать не приходилось всей пятёрке. Дёргано извиваясь на выкрученных связанных руках, тварь то и дело норовила вцепится зубами то в одного то в другого. Была в этом откровенная пробирающая жуть, этой манере поведения — нечеловеческой и не звериной. Человек бы орал, ругался и хрипел. Зверь бы выл и рычал. Ни тот, ни другой не стали бы так урчать. И так наплевательски относится к собственному телу и боли… И так блестеть пустыми бессмысленными глазами, в которых не было ничего вообще. Ни разума, ни чувства.

— Чего рот то не заклеили, олухи? — Радар с брезгливой гримасой глянул на следящего со стороны за процессом Мазута.

— Так никто ж не собирался её куда-то везти. Только предъявить, да башку проломить клювом. — Слабо трепыхнулся тот.

Передвижная картина «Бурлаки на Улье» переместилась за дверь. Радар уронил лицо в ладони. Стоящий рядом Трот странно глянул вслед уходящим, но промолчал. Чур с ничего не выражающим лицом стоял возле стула.

Прошла пара минут.

Во дворе раздались три хлопка подряд.

…Пистолет. Что-то малого калибра…

— Чур, стелс. Автомат на готовность. — Парень говорил тихо и устало. Он встал и вышел в дверь.

Во дворе была уже другая живая картина чем-то чуток похожая на «Иван Грозный убивает сына». А именно трупом в крови на земле и несколькими шокированными лицами вокруг. Но отличий всё-таки было больше чем сходства. Во-первых, на земле валялся маленький пистолетик. Во-вторых, среди полутора десятков, шокированных лиц- было одно красное, мрачное и зло удовлетворённое.

Радар деловито подошел к трупу. Тело свежей «заразы» уже даже не дергалось. Две дырки в голове и лужа крови — не надо быть суперэкспертом что бы понять, что это значит.

— Товар уже сменил владельца. И юридически теперь это не наши убытки. Но этот дятел всё же наш и территория наша… — «Атаман» выдохнул — Любить его за это, мы его будем сами, без смазки, но без порчи личности.

А сейчас вот. — Он вложил в руку всё ещё стоявшему в столбняке Пижону пакет. — В знак наших неизменно дружеских чувств. Уборку трупа и крови тоже берём на себя. А теперь прошу покинуть нас и предоставить нам самим разбираться с дальнейшими шероховатостями.

Всё так же молча, гость с потрясённым лицом влез на заднее сиденье машины и уехал. Ворота закрылись.

— Такие слабые нервы? Странно. В Улье за пару дней смертей навидаешься до полной вымороженности. — Радар задумчиво потёр подбородок, будто решая задачку по математике.

Выдвинувшийся из маленькой толпы Сапёр зло крякнул — Так человек же свою смерть увидел, я тож подумал, что наш козёл его пристрелит, когда третья пуля от этого, на палец свистнула. Но он только пистолет на землю бросил и всё.

— А чего сразу пистолет не отобрали? Сразу как он его вытащил? — Протянул «атаман».

— Так кто ж ожидал? Все ж растерялись. — Вояка зло скривился.

— Что тут скажешь. Давайте ко мне этого хероя. — Радар мотнул подбородком.

Стихийное исполнение указания было неаккуратным, тычково — пинковым, но быстрым.

Он пару минут молча изучал стоявшего напротив бойца. Непохоже что бы того беспокоил суровый взгляд начальства. Вид парень имел гордый и провокационный.

— Сапёр, прошу — не приказываю, пропиши товарищу разок люлей, пожалуйста. Без увечья, но доходчиво, а то боюсь перестараться. — «Начальство» мрачно поглядело искоса на «героя».

Выданная затрещина была крепкой и доходчивой. Голова бойца мотнулась и выражение лица чуток сменилось. Но не сильно.

Радар зевнул. — Нечем тебе особенно гордиться. Ты, считай у товарищей из общего котла три десятка гороха увел. Ресурсы в жёстком раскладе — это жизнь и смерть. Вполне возможно — это будет чья-то смерть. А может и не одного человека.

Так что отвечать за своё художество будешь по полной. Быть тебе штрафником и хабарником пока я не решу, что хватит.

А что б всем запомнилось…

Как тебя прежде звали?

— Сыр. — Протянул боец.

— Это с чего так?

— От фамилии.

— Теперь будешь — Штрафбат. Сапёр, забирай своего «орла». И всё, интересный митинг закончен, всем вернуться к житейской скуке. Расходимся, короче.

Скоро возле ворот осталось лишь трое — Радар, Трот и «проявившийся» Чур.

Трот вынул из кармашка в камуфляже пакетик семок, сплюнул шелуху. Повторил. Потом обернулся. — Ты, бабки обычно ныкаешь сразу и глубоко…А в этот раз положил во внешний карман. Что-то знал?

Было конечно эффектно, рылом по асфальту и всё такое…Но по мне, так лучше б не было.

— У нас не мордой по асфальту, а свежей прелестью ланит, да о поребрика культурный гранит — Радар криво и невесело ухмыльнулся — Ну как — знал… Догадывался, что и такое может быть. Может да, а может и нет.

Этот как с помершим котиком. Кто-то похоронит, а кто-то выкинет тушку в помойку. Зависит от того, что у человека внутри.

Пацан неровно дышал к той …Что переродилась…Как он поступит? Будет смотреть что из этого тела сделают? Или как? — Лицо парня размякло, на нём проступило выражение серьёзно расстроенного ребёнка.

— Могло закончится несколькими трупами. — Проговорил блондин неодобрительно.

— Могло закончится несколькими трупами при любом выборе. Например, если б он попытался залезть в бордель к Пижону мимо охраны. Или сильно обиделся на кого-нибудь.

Так, даже лучше — теперь я знаю, что парень с принципами и смышлён…Исполнил же что хотел? Быстро и чисто, причём не нарвавшись на очередь от охраны Пижона или наших…Если ещё и удачлив и переживёт штрафные работы — будет второй звеньевой, кроме Мазута или замена покойному Колосу. — Радар опять возвращался к непроницаемой «деревянной маске».

— Я так скажу, что это наименьший головняк из тех что у нас есть. Ты видел, как мне Пижон в ухо шептал? Так вот он дело говорил. У нас проблемы.

Глава 2

Волыны на готовность и смотреть по сторонам. Кто щелкнет клювом — пробью в бубен, если выживу. Усекли? Даже если жмурики без сюрпризов, на запах крови в любой момент могут подрулить гости. — Бахус осторожно, озираясь по сторонам подошел к двум телам, лежащим у стены дома. Автомат слабо качался у него на груди.

Покойники лежали в надломленных позах лицом вниз, один в шаге от другого и возле их голов растекались красные лужи. Рейдер сел на корточки рядом приложил по очереди два пальца куда-то на шею под челюсть.

— Конкретно свежие. Но готовы, верняк. — Сказал он тихо. Не двигая тел рейдер обыскал карманы лежащих. Поднял глаза с какой-то мыслью в них на товарищей.

— Тролль дай-ка леску, у тебя была для сапёрных нужд.

— Думаешь заминировано?

— Нех думать, надо проверить. Не, не думаю, разве что совсем кто-то отмороженный. Взрыв привлёк бы лишнего. Но если это ловушка под кого-то конкретного, то может быть какая-то сигналка на трупе.

— Так нафиг же нам её?.. — Парень удивлённо моргнул.

— Что бы знать, что тут есть охота. Потому что если засада, то нас будут убивать, просто как свидетелей. Лучше знать и быть готовым, чем нас видят — мы нет. — Бахус накинул петлю из толстой лески на ногу трупа.

— Отходим за угол, так на всяк случай.

Труп медленно пополз по асфальту, ладонь за ладонью.

Чисто. — Бахус перевернул тело, рассматривая бледное лицо и пробитый висок. Потом второе. Ещё раз обшмонал всё тело с ног до головы.

Смерил взглядом прищуренных глаз своих бойцов. Они всё так же «контролили» окружающую улицу.

Стронг, встал поправил автомат и двинул обратно к велоподу — Всё, уходим тема ясная, нашего интереса здесь больше нет.

Ещё час динамичной работы педалями прошел в молчании. Маленькая колонна заехала на относительно недавно перезагрузившийся кусок города.

Так, вон та офисная халабуда нам подойдёт. — Велопод объехал здание подъезжая к задней двери. Тихий, но жёсткий удар плечом попросту выломал замок

Видимо перезагрузка проходила в выходные или ночью — в комнатах не было ни следов людей, ни кровавых отпечатков перерождения. Вокруг были офисные столы, мебель, да кулер с водой.

Быстро забаррикадировав дверь шкафом с какими-то деловыми бумажками, рейдеры стали обустраиваться на отдых. Тишина и чистота вокруг настраивали на позитив.

Подтащив чей-то стол к мягкому дивану, компания начала вскрывать консервы. Клин привычным движением вскрыл банку тушенки охотничьим ножом. Сунул кусок в рот тем же ножом. Искоса глянул на Бахуса.

Тот всё молчал, лишь морщил лоб в тон каким-то своим мыслям. Наконец вояка прервал работу челюстями. — Всё думаешь кто были те ребята и за что их убили?

— Нет, тут вопросов нет. Это были трейсеры из бывших охотников. Относительно молодые, хотя и не свежаки. Их выследили на пути в стаб и вальнули — за добычу и хорошие пушки. Валили просто, но надёжно из дешёвых арбалетов. Такими пользуются что бы валить всякую мелочь из заражённых. Болт со свинцовым наконечником и тихий и стоит копейки. Пацанов как-то отвлекли, чтобы задержать в нужном месте и чпокнули свинцом по балде.

Мочил было самое меньшее двое — но может и трое — четверо… — Стронг продолжил жевать.

Клин хмыкнул с некоторым уважением — Дельно говоришь, чисто сыскарь. А откуда ты это всё узнал? И что ж тогда непонятно?

— Не, мусором, я отродясь не был — В прищуренных глазах блеснула весёлая искра. — А откуда узнал … Смотри.

Хорошо поднимаются в Улье, быстро и сразу — те, кто умеет хорошо охотиться. Спораны с заражённых бить — это быстрое бабло. Охотники — трейсеры уважаемые люди среди рейдеров. И именно они ходят небольшими группами в два три человека.

Те, кто гребёт барахло — сбиваются в стаи побольше, ещё и «лошадей» под тяжёлый груз часто берут из «свежаков», а иногда и из «залётчиков». Так иногда даже выгодней — им башлять потом не надо. Или ходят одиночками, чтобы легче гаситься от любой опасности.

Значит — маленькая кодла, хорошо прикинутая — верняк охотники. Причём почти свежаки. Подняться на хорошую снарягу они успели, а вот отрастить чуйку на опасность ещё нет. Потому и попали так.

Кто опыт имеет, ходит по канавам и от людей умеет гаситься конкретно. Улей. На кластерах любой в тебя может шмальнуть. Иногда, просто потому что захотелось.

— Значит быть опытным рейдером значит прятаться от всех по говностокам и стрелять первым, по всему что шевелиться? — Лицо Тролля исказила брезгливо грустная гримаса.

— Это в прежней жизни ты мог бакланить, что для пацанов есть дороги, а для опущенных канавы. Здесь у нас, сука, свобода. Здесь все свободны или ныкаться или сдохнуть. Каждый нах. Волыны то у каждого. Каждый псих может в тебя шмальнуть, просто потому, что его всё достало, и ты ему не нравишься. Или баблишка срочно нужно. Это, не считая тех, у кого споровая ломка и терять ваще нечего.

Далеко не на каждом стабе будут проверять прошлое. Да многим уже и насрать. Что себя кончить, что тебя.

И таких пацанов по кластерам лазает немало, а вокруг стабов, так и больше чем везде.

Так что привыкай. Это свобода. Она такая.

Понял? Ты попал в сказку. Чем дальше, тем страшней. Запомни. — Бахус весело хмыкнул.

Клин поднял нож, вымазанный в тушёнке, привлекая внимание. — Так, а не вяжется то что?

— …Будь это чья-то кодла — валили бы из нормальных волын. Ловушка на ребят из большой банды? Были б какие-то метки, ракета в небо под телом или что-то такое же, но из даров Улья.

Муры? Те бы выпотрошили. Им это важнее всего.

А случайные бродяги, не только бы обобрали тела, но и сняли дорогой камуфляж и боты. Такой вот «комок», с наколенниками и налокотниками — немало бабла стоит.

Для голожопого утырка это крутая тема. Тут, не на один споран дело…

— Так камуфляж тот приметный его же на стабе наверняка узнают. — Ответил Клин.

Бахус прищёлкнул пальцами, словно разрешив какую-то задачу.

— Точняк. Эти беспредельщики собирались вернуться на стаб. Не, это не случайные бродяги. Это кто-то со стаба работал. С наводкой и готовым покупателем на волыны. Стабовская это гниль.

То-то меня смущало, как точно этим ребятам прилетело в висок. Так бить из арбалета — руку надо набивать. Редко кто случайно так умеет. Это опытные ребятки.

А под бродяг они лишь сработали… — Последнее Бахус произнёс задумчиво- встревоженно, понижая голос. Он быстрым шагом подошёл к большому тонированному окну. Стронг прищурившись вглядывался куда-то в даль…

Что-то видишь? — Тролль вскинулся, блеснув глазами. Из-за стола, впрочем, не встал.

— Слышу. Уже через полгода здешней жизни, начал слышать даже летучих мышей. Пищат сволочи… Что-то шелестит недалеко, странный звук. Такого не знаю.

Так. Кто забыл — к окнам вообще не подходить. — Задумчивый говорок завершился резким приказом.

Бахус вернулся к столу, дожевывая копчёную колбасу из упаковки. Взгляды команды сверлили его, как звезду сцены. Наконец он закончил жевать, сделав небрежную отмашку ладонью.

— Мутная тема. Такой, типо, стрекот может значить что-то летающее. Большое — с пилотом или маленькое с камерой. Хрен редьки не слаще.

Отсюда с высоты уже сам стаб видно. Ещё несколько сот метров и должны быть их посты наблюдения. Может это стабовские чем-то таким обзавелись?

Тогда фигня. Гнаться за нами, даже если вдруг засекут, им будет в лом. Горючку жечь, ноги бить…Не. Нах, не станут они.

Вот если внешники…Тогда, сука очень плохо. Но чего им делать так близко к стабу? То же что и всегда, охотиться. Вопрос только как?

Но, полюбасу, в такой теме попасть в замес, как плюнуть.

Что это за «шуршало-стрекотало»? Когда мы сюда шли я ничего подобного не слышал. И до того — я такой звук не знаю.

Может оно вообще не в тему и безобидное. Тем более так близко к стабу внешникам особенно делать нечего. Забитое мясо ещё надо вывезти. Ну пристрелят они с воздуха пару-тройку рейдеров, а кто сюда поедет их забирать?

Заметят с поста — и хана ребяткам. Миномёт штука полезная, даже против этих уродов.

Так, сидим ещё с полчаса, отдыхаем. Потом резко уходим на восток. Тут подходящая полоса будет с застройкой, в ней хорошо ныкаться. Было б что-то такое раньше, можно было б и не лезть так близко к этому… стабу. — Стронг говорил уверенно и небрежно, но глаза лихорадочно поблёскивали.

Рейдеры молча дожевывали пайки. Настрой был не то чтоб нервный…Но далёкий от расслабона.

Тролль потянулся — Может того? Покемарим часов так несколько, а за это время весь этот движ, чем бы он не был, пройдёт мимо?

— Ну если б я точно знал, что это не стабовские проверяют дорожку для какого-то своего выезда, сам бы такое предложил. Но если это они, и ребята собираются, например, провести колонну с местными жирными котами, проветриться от «трясучки», то следом за летуном пойдёт патруль.

В патруле будут спецы с дарами на обнаружение, и они нас засекут, как ни прячься.

Нет. Делаем как сказал. Заканчиваем отдых и сваливаем. Не паримся — тревога, это ещё не попадалово, даже не шухер. — Бахус ухмыльнулся. — Хотя кой какую страховку сделаем. Видел я тут рядом штуковину, она мне прикольную тему напомнила.

Он ушёл куда-то вглубь комнат и вернулся с манекеном на подставке под мышкой. Легко, как бумажный, он притащил манекен к столу и установил возле него. Судя по закреплённым на пластике одёжным крючкам это была такая вешалка.

— Шапкой на палке снайпера ловить, тема известная. А я помню, как Нокаут на похожую муйню добычу посмешнее ловил. Трасса, значит была, по которой часто свежаки лазали, а такие вот «птички» их днём и ночью валили. Ох, как на стабе народ на это ругался. Мы наслушались по самое.

Достал он значит такую куклу, налил внутрь горячей воды и поставил по-хитрому.

Тролль непонимающе скорчил «рожицу» — Воду то зачем?

— Так-время-то ночное — обнаружение идёт по тепловизору. Что б на человека такая штука была похожа — она тёплой должна быть.

Вояка чуть покачал головой — Ну засёк беспилотник манекен как живого человека и что? Отстрелялся и ушёл.

— Не просто отстрелялся. Ты, фишку то секи — муровская команда за битым мясом должна была подъехать. Они подъехали. А мы их в лучшем виде ждали.

Вот так мы неплохо поднялись на волыны и маслята.

Эх, как мы потом, на стабе оторвались, каких девочек любили… — Бахус мечтательно улыбнулся, вспоминая.

Клин потёр лицо, застывшее в гримасе задумчивости. — Можно тряпки какие-нибудь намотать и горячей водой облить. Улей ведает на какой режим там камера стоит. Воду я нагрею на спиртовке.

Делай. Только не сейчас, а через полчаса, что бы вода не остыла. — Стронг отмахнулся рукой и откинулся назад на мягкий диван.

Через положенное время рейдеры собрались на выход. Бахус осторожно подполз к окну, открывая его шире.

— Вроде тихо. Но всё равно надо проверить. Тащите сюда «болвана».

Тащить манекен ползком было не столько тяжело, сколько комично, несмотря на опасность ситуации. «Болван», наряженный в тряпки, похоже прежде принадлежавшие уборщице и натянутую на голову балаклаву — бывшую тряпкой для уборки, был подтащен к подоконнику. Манекен, изображающий осматривающегося рейдера, поднялся «в рост» перед окном.

Команда сидела под подоконником. Ожидая…Чего-нибудь. Минуты шли.

Кажись на этот раз пронесло. — Тролль улыбнулся. Он откинулся к стене, устраиваясь поудобнее в ожидании.

— Тогда ждём ещё минут пять, потом оставляем «кросавчега» местным на память и отваливаем с ветерком. — Стронг провел пальцами по татуированной щеке.

Негромко щелкнул звук разбиваемого пластика. Манекен опрокинулся, падая на пол. В его голове и груди было по немаленькой дыре.

Бахус поднял над подоконником маленькое зеркало на держателе, похоже взятом от штуковины для сэлфи.

С крыши стоявшего неподалеку строения поднялся плоский серый «треугольник» размером с велосипед. Здание — то ли радиоцентр, то ли студия красоты — бурый «кристалл» из тонированного стекла было невысоким, но из-за особенностей «среза» сегмента имело чистый обзор в сторону стаба и лишь некоторый, далеко не лучший — на сам сегмент. Может поэтому, проходя мимо, рейдеры его особо и не изучали.

Скрытые в корпусе «пропеллеры — турбины» издали тот самый «стрекот» поднимая машину вверх. Корпус постепенно менял цвет от серого бетонного — крыши, на голубой — неба.

— Сука, сюда летит. — Стронг снял «абакан» с предохранителя, меняя позу, на «готовность встать».

«Треугольник» подлетел к окну и завис рядом. Размер не позволял ему влететь в оконный проём. Беспилотник какое-то время «висел» над подоконником словно пытаясь разглядеть скрытое за ним упавшее «тело».

Потом тихо урча турбинами стал разворачиваться на месте. Движения Бахуса были мягкими, тихими и очень быстрыми. На пол оборота «треугольника» от окна, в проёме «в рост», возник стронг. Почти в упор простучала тихо, «жестяно», через глушитель, длинная очередь. Беспилотник быстро и неловко, как-то несуразно, кувыркнулся, падая.

Парой этажей снизу послышался своеобразный звук удара, словно разбился бампер в ДТП.

— Так, долетался, сука. — Стронг блеснул зубами. — Теперь быренько рвём вон в ту хату, откуда он прилетел. Там и дождёмся наших друзей.

Клин рассудительно покачал головой. — Слушай, может просто уйдём по-быстрому? Их там может быть слишком много для нас.

— Как раз и нельзя. Если ребятки обиделись они пошлют пачку «птичек» на пути отхода. И мы кааак раз и попадём под раздачу в пути.

Нет. Мы рискнём — с пользой. И отсидимся пока шухер, и, если пофартит, подымемся на снарягу. — Прищуренные глаза азартно блеснули. — Как раз там они нас искать не будут.

Глава 3

Бахус вышел из дверей мягкой «прощупывающей» походкой кота на охоте. Из левого угла рта в сторону торчала зубочистка. Рука демонстративно — небрежно лежала на висящем спереди автомате. Рейдеры змейкой двигались следом, невольно подражая его манере.

— Тролль, за тобой «растяжка» на дверь. А «колёса» пусть пока постоят внутри. Главное, что б их осколками не побило если что.

— Не должно, мы ж их не зря в глубину тащили. — Вояка развернулся к задней двери, вынимая из рюкзака гранату и леску.

Стронг подошёл к смятой дымящейся массе металла и пластика, прежде бывшей беспилотником. Машинку приложило конкретно крепко — с трудом узнавалась прежняя треугольная форма и одно крыло. Вокруг по асфальту валялись покорёженные «многогранники» пластика, прежде покрывавшие обшивку. Рейдер цепко разглядывал обломки что-то выискивая.

Закончивший свою работу, Тролль догнал группу. — Что ты так смотришь?

— Знак видишь на крыле? Из трёх синих треугольников? Помнишь, я такого же завалил в степи? — Тихо и как-то раздельно ставя слова произнёс рейдер.

— Знак такой же, да. Машинка вообще другая. — Вояка кивнул.

— Летучка другая. Та была попроще и шумела на лету так, что я её чисто на звук бы снял. И стреляла та, слава Улью, хреново. Вот такая падла куда опасней. Я такое первый раз вижу.

Но стрёмно тут не это. Сука, уходим быстро. В тот стеклянный домик, как и собирались.

Бахус очень быстро «дёрнул» с места. Мягкие и тихие шаги мелькали с такой скоростью, что группа, догонявшая следом, то и дело переходила на рысь.

Главный вход трёхэтажного «кристалла» из бурого стекла оказался открыт. Компания быстро миновала стол то ли вахты, то ли охраны на входе. Берцы протопали подъем на второй этаж. Что-то прикинув, рейдер миновал первый от лестницы кабинет заходя в следующий, по той же стороне.

Офис был немалых размеров, с видом из окна по прихоти Стикса приходившимся на открытый простор с коттеджными домами вдали. Собственно, эти дома уже и были стабом.

Стронг небрежно уселся на чей-то канцелярский стол, успокаивая дыхание.

Клин, зашедший последним, аккуратно прикрыл за собой очередную дверь. — Помолчав, он сел на офисный стул возле стола и осторожно произнёс — Вопросы можно?

— Если осторожно. — Бахус сломал зубочистку в пальцах и кинул её в стакан с карандашами на том же столе.

— Чего мы так…Остерегаемся?

— «Птички» боекомплект обычно не просто так тратят. Кто-то «битую дичину» забирает, я об этом уже говорил. Сечёшь?

А этот значок — ребят не с этого района. Не с этой внешки, а из-за «перемычки». У них тут своих муров быть не может. В Стиксе конечно всё бывает, но на чужом раёне, свою братву ххх искать. Даже ххх шнырей.

Значит где-то рядом внешники. Серьёзная кодла внешников, которая крутит свою тему. Достаточно серьёзная, чтобы не бояться никого из местных.

Какую бы тему внешники не крутили — нас они завалят при встрече по любому. Что у них тут за тема??? — Он скрипнул зубами. — Был бы чуть другой расклад, надо было бы со всех колёс катить к стабу. Предупредить…

— Так и сейчас можно. Прыгаем по колёсам и катим до стаба. Его ж в бинокль видно — долго ли долететь? — Тролль непонимающе сморщил лицо.

— Прыгаем, катим… Дальше что? Нас или перехватывает какое-то оцепление — «летун» или снайпер… Или мы всё же доезжаем — и попадаем «на подвал» к местной безопасности. Там нас начиняют конкретно колоть, типо «кто такие», сильно резкие. Тут как раз и случается то, что должно…Или не должно, всё-таки? Стикс его знает.

Нас мочат или внешники вместе со всеми или стабовские. Ты забыл, что мы все в «заказе»? Забыл с чего началось наше знакомство с Металлистом? Так вспомни. Думаешь эти сильно лучше?

Так что мы тупо дохнем, подставив всех наших, кто ждёт нашего возвращения с хабаром. Кто нашим живец обеспечит, особенно тем, кто лежачий? Радар, что б ему? Перед близкими у нас обязалово есть. Перед теми, кто за нас мазу тянет. А перед чужими — так на так, по случаю, что останется.

Тролль моргнул — Летун, не в «заказе». Он с Металлиста.

— А ведь, да. Это ты чётко заметил. Если ещё минут за двадцать ничего не подлетит и не подъедет — мы дергаем на восток к внешке. А ты, Летун, попробуешь дохромать до КПП Срубника. Расскажешь там про вот эту сбитую хрень, потребуешь у местных за неё подгон пожирней. За неё и за предупреждение…Если оно понадобится.

Риск не такой уж жёсткий, а навар может быть стоящий. Такой навар снять за пробежку в несколько сот шагов, не каждому за всю жизнь светит. Может так, а может и людей спасёшь. Если очкуешь потом добираться до Металлиста в одного — дождись каравана. Он точно должен быть. Решайся сам, приказывать не стану.

Двадцать минут хороший срок что бы определиться.

Летун ничего не ответил. Он всё так же молча стоял у двери и смотрел в сторону стаба через тонированное стекло. Энтузиазма парень не проявлял, впрочем, страха тоже.

Бахус достал из рюкзака мощный бинокль и принялся изучать окрестности, прощупывая взглядом и землю, и небо и коттеджи вдалеке. Хорошая оптика позволяла различать даже лица бойцов на КПП.

Внизу жестко, металлически хлопнула входная дверь. Звук режуще чужеродный мёртвой тишине Стикса.

Стронг первым шагнул к стене под дверь становясь на колено и снимая предохранитель. Любой шагнувший в дверь оказался бы под прицелом автомата. А потом и ещё трёх…

Ну и чего мы сюда пришли? На бурьяны любоваться? Так для любования есть время рассвета и заката — сейчас далеко и до того и до другого. Без них это жухлое сено сильно проигрывает много чему, в смысле удовольствия его видеть. Диванная подушка, например, или сиськи в борделе. — Трот как обычно кривил кислую ряху, но на дне глаз читалась тревога. Двое рейдеров стояли на небольшом пустыре в стороне от жилых домов

Радар хмыкнул — Пропадает в тебе поэт в наших бебенях. Тебе бы куда-нибудь в город фонтанов и мостов, знатный бы вышел поэт песенник, художник — чегонибудист или уж искусствовед, то — всяко.

Что пришли говорить за важное, ты уже и сам понял … — Лицо без перехода дернулось истерической злой гримасой — Ты говорил, что до визита внешников пара месяцев. Я и сам так же подумал. Ххррр. Стоило бы прикинуть что мы ж не знаем время их последнего контакта. Время может быть и сильно другим…

Обрадовал Пижон, конечно. Человечек в поселке появился интересный. Вроде как честный трейсер. Вот только после его визитов в прошлом периодически пропадали целые рейды — а у Хруста появлялись разные ништяки «пришедшие с караваном». Тот же велопод, стволы хорошие, патроны, даже тачки в хорошем тюнинге какие здесь не делают.

Хм. Смешно — этот кадр действительно появляется в среднем раз в два месяца.

Как он мне заявил … Мол догадываются за эту тему трое четверо на стабе. Точно знаю имена — только я. И сказал тебе это тоже только я. Должок за тобой.

Как этот… Вообще пришел …Он ведь реально себя видит спасителем- дартаньяном.

Миловидные тонкие черты свело в судорожную злую маску. Узкие ладони легли на лицо сдерживая шизофренический истеричный хохот.

— Сутенёр в роли рыцаря печального образа… Всё навыворот, как в мире мёртвых, вот, в точку, Улей ещё зовут Стиксом. Реально мир мёртвых. Но если ЭТО здешний Дон Кихот то, кто тут мы, скажи???

Радар выдохнул, успокаиваясь и продолжая растирать лицо. — Самое смешное тут в том, что нам действительно придётся с ним ладить.

Потому что если наши «трофеи» решат устроить себя дорогу жизни через «нижние врата», то нам придётся как-то решать этот вопрос. Сами мы этим заниматься тупо не сможем. Сладкая кость между собаками… Такое счастье в банде закончится тупо разборками с убийством.

А работать без грамотно действующей крыши для них будет значить — быстрый конец от урода из местных. Их тут слишком много.

Так что девчонкам или придётся становиться рейдерами по-настоящему — начиная с умения стрелять, или идти к тому же Пижону.

И ведь он нам действительно нужен, как Сатана Господу… Пастух чёрных козлов. Блин. — К концу парень уже вполне успокоился.

— Вай, пастырь «шкодливых козочек» звучит куда поэтичней. Скажешь ему в качестве комплимента при случае. Растает и даст скидку сверх. — Трот ухмыльнулся. — Чую, в тебе то же есть нечто от поэта.

Ты хочешь знать, что думаю за эти новости?

Радар ответил серьезным взглядом — Тебя это не тревожит? Как никак по наши туши пришла разведка.

Блондин пожал плотными плечами. — Тю. Пришло оно за нами. Оно что куда-то уходило? Жучки, прослушка всех видов, людишки разные… Никогда толковая разведка не бывает без проверки из других источников. И никогда она не бывает вот так — «изредка».

Как следили за нами сразу, так и следят. А человечек этот, какая-то связь по сделкам, но не больше.

Зайдёт — чаем напоим, или водочкой. Если тебе противно — я возьмусь. Надо же знать, что они нам сказать могут. Будет хамить — вставим в жопу дрын по гланды и на этом всё.

Вот если без разговоров начнут убивать…Возможно. Очень даже.

В любой день возможно, без всяких театров и истерик. Мысль у меня есть давненько. Может наше ПВО запитаем от генератора и запустим круглосуточно? Благо возможность есть.

По крайней мере страховка от авианалёта, уже неплохо.

Да, за нами могут прийти. Такова жизнь. Всему виною деньги, деньги — всё зло от них мне б век их не видать. За мной пришли спасибо за внимание, сейчас должно быть будут убивать. — Трот шутовски раскланялся. — Кстати караван подошел, главного у них как раз Флинт кличут. Тебе уже доложились?

Радар уже по-человечески улыбнулся — Нет в тебе почтения к высокому чувству и предчувствиям — Паааду ли я дрючком пропёртый, чи мимо прошпандорит вин? — Он хмыкнул. — ПВО можно так запустить. Там Клёст на посту стоял, врубить если будет нужно, по сигналу. При налёте успеет. Но против разведки это не катит… Оно конечно крутить машинку в постоянном режиме тоже риск, вдруг что-нибудь выработается? Где чинить будем?

Но пусть будет на недельку, а там решим. И Сапёра дополнительно спросить…Может чего надо? Может видел кто чего? У него четыре скрытки точно есть вокруг стаба, не считая тех же ребят что и раньше сидели, из местных.

Смешно, когда с тем же Ветром здороваешься на въезде. Будто не готовился его пристрелить если не повезёт…

Ладно…Этого хватит, а прочее пустое дёрганье.

Про караван знаю. Сам же смотрел, как бойцы отделяли долю патронов на обмен. Это мы скинем за спораны. Гороха или тем более жемчуга у этих барыг нет. Приличной снаряги тоже нет. Есть средненький камуфляж, немного стволов, себе так качества — у нас лучше.

В целом товарец не сказать, чтобы кринжевый, но так…. Как раз на такой стаб как этот.

Сапёр патрули по стабу выпасает, будет через час два… Берём его с собой и идём заключать «Великую Сделку».

Через пару часов грузовики с ценными ящиками подкатили к местному складу, выступавшему в роли «ярмарочной площади». Пара обшитых шипами «пикапов» сопровождали торговых гостей. Из башен торчали стволы модернизированных пулемётов «тонко намекая» на последствия любой попытки «кидка».

Свои грузовики и пикапы стояли и со стороны караванщиков. Был даже один броневик, отдалённо напоминающий БМП. Укороченный серо-зелёный плоский «жук» с чем-то похожим на АГС в колпаке сверху. Широкие колёса, прикрытые, как и корпус уже привычной шипастой решёткой из прутков. Правда всё выглядело аккуратным, ни разу не похожим на грубые поделки местных мастеров.

На деловые переговоры подъехали Трот, Сапёр, Радар и пара бойцов охраны, Чур, как незримый дух стоял за спиной не проявляясь из стелса.

Старший караванщик, встречавший «деловых партнёров», спокойно стоял со своими людьми на широкой стоянке.

Флинт «на глаз» не производил яркого впечатления. Средних лет, средней внешности, тёмный шатен. Человек абсолютно гражданского вида, на манеру стоять и двигаться, и на одежду тоже. Брюки со стрелками и цветастая рубаха в клетку. Бежевая кепка — бейсболка на голове, из-под козырька которой без особого интереса поглядывали голубые глаза. Новенький воронёный АКС, закинутый за спину, смотрелся у этого человека чужим.

… Жёсткости в лице — на водилу маршрутки, а не главу мафии. И тем не менее … Раз справляется и жив — значит чего-то стоит… Но, вот клянусь треуголкой, кем-то таким ты до Улья и был…

Радар умеренно дружелюбно улыбнулся и протянул руку здороваясь с ожидающим «купцом». Караванщик ни при знакомстве, ни теперь никак не отреагировал на молодость парня. Словно Улей отнял способность удивляться таким вещам. Да и вообще — общий тон переговоров не отличался остротой и напряжением. Тема не тянула не то что на гангстерский боевик, с напряжённым обменом под наведёнными пушками, но даже на проезд «зайцем» в маршрутке.

Или спор за цену товара на южном рынке.

Флинт сосредоточенно пересчитал взглядом подъехавший товар, ещё раз выслушал повторение предложения и цену. Просмотрел листок с цифрами, сунутый в руку. Потом покачал головой — Нет, такая сделка не выйдет.

Радар попытался поймать прищуренными глазами взгляд собеседника. — Как не выйдет? Оговаривали же уже цену — и что берёшь.

— Оговаривали. Но без общего количества. Я же ждал пару ящиков. А здесь несколько машин. Мы не сможем взять всё, даже со скидкой на опт. Даже если кой чего занять здесь у постоянных клиентов. Даже если выложить вообще всю нашу кассу, что делать крайне нежелательно.

Просто обычно мы здесь патроны продаём, а не покупаем. Здесь, и ещё пару тройку стабов по маршруту — всё распродаётся с запасом.

«Атаман» упёр руку в бедро. — Тебе же выгоднее всё у нас выкупить. Ты всё едино сумеешь это продать с немалым наваром. И на Металлисте цена на патроны не упадёт, отнимая у тебя прибыль в следующий приезд. И наваришься на наценке при продаже дальше по маршруту. Сам говоришь, два-три стаба и заберут всё.

— Три стаба и я загнал бы всю партию, с очень хорошим приварком. Но как я сказал — кассы не хватит. Ну это ж первый раз на моей памяти, когда на Металлисте есть что-то такое серьезное. — Купец по-прежнему отводил взгляд.

Радар хмыкнул. — Ну и кто тут из нас двоих купец? Соображай что-нибудь и предлагай. А я выслушаю.

Парень выжидательно замолчал.

Флинт потёр подбородок. — Что я тебе должен предлагать? Ну… Если доведешь нас до Коровьева парой броневиков и на своих грузовиках, то вот там я смогу выкупить всё. Придётся немало подзанять, но там это реально.

Он замолчал, уведя взгляд вверх в сторону.

— Я ещё не рехнулся что бы ехать на Коровьев самому, или посылать туда моих людей. Это закончится стрельбой. Если и не завалят, то уж попытаются всяко.

Ты уже в теме насчёт того, что случилось с Хрустом?

Купец слабо кивнул. — Знаю, слышал. Даже в пяти версиях. А до того слышал несколько историй про некий беспредел под Речником. И ещё кой-какие мутные байки про «сотрудничество» с внешниками, которые иногда называют грубее и проще.

Это ты, с твоими ребятами, круто прославился. Своего рода рекорд. Жить, когда сразу несколько серьезных ребят готовы заплатить за твою смерть. Не всех и вычислишь, кто ж это предлагает бабло-то, через этого посредника.

Сразу конечно по тебе стрелять не станут. Особенно если из броневика не выходить. И на допрос к ментату-безопаснику весь караван никто не потащит. Но одна утечка, кто ж это с нами приехал… И может найтись жадный дурак. Так и весь караван под огонь попадёт… Да, тут ты, пожалуй, прав, плохая идея…

Флинт ещё подумал, помолчал, потом похоже на что-то решился.

— Есть ещё вариант. Возле Коровьева, меньше часа езды без спешки есть один недостаб. Так, пятак в несколько десятков шагов от края до края. На нём, значит, три сарая — гаража…

Он вынул из нагрудного кармана блокнот, и ручку — что-то накидал на бумаге. Потом поднял глаза. — Но это за всю партию, плюс грузовик, плюс конвой хотя бы одной машины сопровождения до места.

Радар принял листок молча его рассмотрел. — Ладно, скатаю до этого твоего островка.

Ни лице караванщика появилось искреннее недовольство. — Сам? Достаточно нескольких твоих ребят. Ты же за главного в команде и на стабе. Если с тобой, не приведи Улей, что-то случится в моём караване, мне же в Металлист больше не заехать. А то и вовсе кто-то на «заказ» потратится.

Ты понимаешь, что в таком деле никаких гарантий нет и быть не может? Какие тут к бесу гарантии…

Мы в паре часов езды до стаба, две машины конвоя потеряли.

Жлоб за ЗУшкой даже дернуться не успел. Элитник вылетел из-за застройки…там скорость была, наверно под сотку…Как он так …Но это ж элитник. Настоящий, отожратый и здоровенный как грузовик.

Эх хороший был мужик, несмотря на погоняло. Да и не он один. Карусель там была, век бы не вспоминать. Две машины в мусор и людей эта мразь стала жрать не откладывая. Оголодал падла.

Хороших ребят потеряли. Но, он видать ожидал что мы зависнем или драпанём, а мы по нему из всех оставшихся стволов вжарили. Изо всех что были, я сам с максимки работал. — Флинт замолчал вспоминая. Его пальцы свело в характерный жест сжатия гашетки.

— Элитника то хоть взяли? — Радар заинтересованно поднял бровь.

— Маа. Какое там. — Купец вернулся в реальность, хмуро скривился и махнул рукой. Тварь мало того, что вся в костяной броне, так ещё и дар какой-то, типо как шильдер, но ясное дело в варианте заражённых.

Патронов расстреляли на нехилое состояние, на все калибры, а ему это тьфу. Разве что дар разрядился. А может уже нажрался … А может вспомнил, что у него молоко на плите убегает. (Флинт зло, невесело улыбнулся).

Развернулся урод и вжарил обратно. Так что нам осталось дело за малым — отстреляться от десятка тварей что на шум подвалили. С этими мы уже справились штатно, больше не потеряли никого. Собрали чуток споранов, разобрали обломки и свалили оттуда.

Хоронить там было уже нечего. Это наверно и к лучшему. А вот трёх наших ещё можно было спасти, если успеть доехать до Коровьева.

Змей — хороший водила, да и машину ему дали самую шуструю, так что если ему не выпало совсем уж непрухи — то ждёт нас на стабе, вместе с ребятами.

А мне теперь приходится обходиться без помощника. Есть конечно Васёк, он хороший боец, но… — Флинт наконец попал под взгляд в глаза.

…Но ты ему не до конца доверяешь, хоть мне этого и не скажешь…

Купец сглотнул и продолжил — В целом потеряли два пикапа из всего каравана. Бывало и много хуже. Так что прикинь сам кого выделишь для этой темы. В твоих интересах что бы это были хорошие бойцы, которым ты можешь доверять. И хорошая техника — по боевым качествам.

— Точно говорю — поедет человек, которому я точно могу доверить такую тему. Как боец — это вопрос сложный. Но он же не один поедет. Техника будет лучшая из того что есть и бойцы не худшие. Я уже сказал — я поеду сам. — Радар улыбался кривой тонкой улыбочкой нездорового веселья.

Флинт поморщился, но взгляда в глаза избегал и продолжать спор не стал.

Глава 4

На лестнице были слышны громкие шаги и голоса нескольких человек. Для рейдера уже привыкшего к тишине, как к норме, этот топот и звук подкованной обуви по бетону резал слух. Напрягал, как скрежет железа по стеклу.

Рейдеры. Так. Не ходят.

Один из шедших что-то сказал на незнакомом гортанно гнусавом языке. Другой ответил, резко, жёстко, что-то прозвучавшее приказом.

Шумное «стадо» ввалилось в первый от двери кабинет. Их разговор, без приглушения голоса, было прекрасно слышно через стену. Рейдеры не особенно прислушивались — глаза напряжённо «липли» к двери и прицелам. В любой миг она могла открыться…И…

Лишь у Клина мелькнуло какое-то странное выражение на лице. Бахус заметил это, но промолчал. Команда замерла в беззвучном, но лютом напряжении. Каждый хотел приглушить не то что дыхание, а даже стук сердца.

«Гнусавые» обменялись ещё парой фраз. Потом шумный «табун» двинул обратно вниз. Хлопнула дверь.

Бахус очень тихо, «на носочках» выглянул наружу. Со стволом наизготовку «втёк» в опустевший офис.

Сел на корточках у стены. Глаза лихорадочно блестели. — Клин, ты что-то понял в их бубнеже?

— Мы что-то похожее в школе учили. Не такое, но что-то понял. Всего я не понял, да. Но…

Вначале там было что-то про «детей собаки» и «найти».

Тот второй, главный похоже, сказал что-то про «дело», «обеспечивать», а не… тут я не понял. Потом они говорили про прибытие машин, посты и …какое-то странное слово, аббревиатура похоже.

Машины, говоришь? — Бахус прищурился на тонированное стекло окна.

На асфальтовый пятак перед «кристаллом» одна за одной выезжали незнакомые бронемашины.

Пикап был и вправду лучший из тех что остались. Бывший когда-то внедорожником размером с микроавтобус — автомобильчик был переделан с умением и даже любовью. Купол с оборотом на триста шестьдесят градусов. Дополнительно наклёпанная броня из металлического листа, какого-то легированного сплава. Аккуратно выполненная обварка шипами из прутка — стандартный для Улья приём от манеры заражённых «напрыгивать» тушей на машины. Острые гранёные штыри не позволяли ни запрыгнуть на капот, ни вырвать кусок корпуса, чтобы добраться до вкусного экипажа.

Былой ПК в башне был заменён на ствол, снятый с «Сивки». Может эта «бабаха» была и менее мощной чем ЗУ, но её хитро выделанный боеприпас (только сами внешники и знали, что там было) давал дополнительные шансы при встрече…Со всяким разным.

Ещё один пулемёт торчал на сошках, стоящих на капоте. против пассажирского сидения спереди, защищая водителя от атаки в лоб. Вырезка со щитком от ветра на лобовое стекло была одной из милых разновидностей незабываемого тюнинга «Улей навсегда», как и шипы на корпусе. РПК прикрывавший кабину может и был послабее чем калибры на корму, но зато он не отвлекался по сторонам.

Радар задумчиво провёл пальцем по неблестящей, матовой серо-зелёной краске корпуса. «Атаман» стоял у боковой двери пикапа, думая о своём.

…Интересная работа. И материалы тоже ой как интересны. Если мастер не мур и с ним можно сторговаться…Это было бы очень полезно…Или всё же мур? Больно уж всё качественное…

— Крестить нашу тачку всё же пока ещё рано. Хотя один раз она уже неплохо послужила, но поглядим что дальше будет. — Парень слабо улыбнулся мыслям вслух.

Трот сидел в стрелковом куполе, что-то проверяя короткими чёткими движениями. — А не плохая примета выйдет?

Голос из открытого люка был даже не сварливым, как обычно, а тоже задумчивым.

— Чего ж плохая? Броневик нам служил безотказно и в последней теме тоже сыграл сплошь положительную роль.

Хмм. Хорошо бы под случай его вообще вернуть. Внешникам он не нужен — утащить его не могли. Рейдеры туда тем более соваться бы не стали. Да и зона, где он стоит — вне прострела от их «блока». Дело за малым, как-то обеспечить отсутствие обстрела при… «Акции возврата».

Кто-то показательно откашлялся с другой стороны машины. На фоне светлого проёма открытых дверей стоял Сапёр. Для себя обычного он выглядел …Неловко.

Радар обошел «пикап» вокруг капота. В окно выглянул Чур, кемаривший в кресле водителя.

«Атаман» вежливо улыбнулся — Снова привет. Хочешь что-то сказать перед тем как мы уедем?

— МЫ, уедем вместе. Я еду с вами.

— Да? А стаб на ком останется?

— На Мазуте. И, кроме того, если дело разваливается от отсутствия руководителя за сутки- двое — значит он плохо поставил работу. Качество организации хорошо проверять временным отсутствием.

Я хочу посмотреть, что и как будет происходить, когда меня здесь не будет. Проветриться от трясучки и …

— И тебя тоже достала такая жизнь. Стаб то по сути хуже деревни — ни тебе книжек, ни телевизора. Даже с водкой сложно.

Ну тебе посмешнее, у тебя есть колесо рутины на высоких оборотах… Но и это видать уже приелось. «Пикничок», с реальным риском, какая никакая, а-развлекуха. Так? — Радар смотрел поверх носа собеседника и улыбался. По-человечески улыбался.

— Прошу, как человека. И дополнительный ствол в деле, может и ох как пригодиться. — Сапёр не особенно «театралил», но говорил «от души».

— Что ж … Инструктируй заместителя на случаи «всякого разного» и занимай место согласно «купленному билету». Чай, кофе, газированная вода… Не полагаются. Остановки на попытки нас угробить и всякое-разное — мерзкое… Не по расписанию.

Через пару часов колонна из грузовиков и машин прикрытия набирала скорость выезжая из стаба.

Путь каравана шёл без особого напряжения и приключений. С одной стороны, в просветах между разными домами, причудливо выхваченными из деревень, посёлков и даже похоже небольших городков виднелась степь. Проклятая и опасная «перемычка», но всё же на достаточном удалении. В другую сторону шла такая же непредсказуемо перемешанная «нарезка» из застройки разной свежести. Бывали и мрачные, но на самом деле безопасные развалины и почти «как живые» относительно недавно прилетевшие сегменты. Вот от последних и можно было ожидать неприятностей.

Дорога шла уже больше двух часов, когда из такого вот «ущелья» мёртвой улицы, резко, словно по команде, вылетела расширяющаяся «волна» заражённых. Десятки скалящихся тварей в буром и сером хитине плотной толпой гнали к вкусной цели. Впрочем, самый развитым среди них был всего лишь рубер бежавший во главе.

Бронированная «горилла» припала на руки наклоняясь вперёд и набирая скорость. Сверху стал виден горб спорового мешка. Стукнула скупая очередь Трота. Огромная туша вбилась в землю даже не дёргаясь.

… Похоже споровый мешок пробило. Только он такой эффект даёт…

Радар начал азартно стрелять длинным очередями по «растекающейся» волне заражённых. Вокруг стучали пулемёты с других машин. Часть из «пикапов» резко развернулись кормой в сторону врага, на манер тачанок. Грузовики, не останавливаясь, стали разворачиваться в сторону степи уходя от места боя. В целом колонна действовала слаженно и сработанно. Растерявшихся не было и хитиновую волну буквально захлестнул перекрестный огонь. По массе бегущих словно несколько раз прошли косой. Даже для серьезных тварей пулемётная очередь с дистанции меньше сотни метров — это не мелочь.

Жестяной стук пулемётов через глушители. Омерзительный «хрюк» заражённых. Кровь натурально «плескающая» из ранений. Две, может три минуты — и на земле остались лишь тела. Часть из них ещё дергалась или даже пыталась ползти.

Радар убрал руки с пулемёта и обернулся. Глаза азартно блестели. — Как мы их?

Сапёр, сидевший на лавке позади, как-то очень внимательно глядел через смотровые щели на колонну вокруг — Интересно.

Его лицо было каким-то очень сосредоточненным.

— Ты чего? Что-то опасное чуешь? — Парень наклонил голову.

— Ммм. Нет. Просто для того что бы вот так сработать — людей надо было не раз и не два прогнать по тренировкам. Это не первый раз друг друга видят, это долго и дорого людей «срабатывали».

— Так и есть. Этот караван идёт не через один стаб и не через два. Тут не такая тема, как у нас была. Эти в долгую работают… И судя по тому, что с конкурентами у них кисло, хотя свободные возможности есть — не так это просто. Даже эти — две машины на элитнике потеряли.

А щёлкали бы клювом — и на такой вот засаде половину своих бы оставили.

Ладно, хорош трепаться, а то трофеи без нас соберут. Я забираю, вы прикрываете. — Радар выпрыгнул из кабины.

Какое-то время он ходил от туше к туше, работая ножом и весело препираясь с другими рейдерами. Рука уже давно «встала» на разделку и даже споровый мешок рубера был выпотрошен всего за пару минут. Янтарные нити ушли в один пакет, драгоценные «шарики» в другой.

О чём-то вполголоса переговорив с тройкой рейдеров от каравана, «атаман» вернул узкий нож в ножны на поясе и поднялся в кабину.

Чёрные пакеты с добычей ушли в рюкзак.

Чур и Сапёр молча смотрели вопрошающими взглядами. От купола послышался скрипучий голос Трота.

— Что там с трофеями?

— Споранов около сотни и гороха десятка два, расход патронов окупит с запасом. Твою долю отсчитаем, как на стаб вернёмся. В том числе и горохом из рубера.

Неплохо вышло. Васёк засранец пытался долю с нашего рубера отжать. Но я, в героическом поединке слова, легенд достойном, восстановил священную справедливость. — Радар нескрываемо излучал удовольствие.

— Это тот, который помощником при генеральном караванщике? — Уточнил экс мур.

— Этот самый. Чего не могу понять — чуется мне что Флинт ему не полностью доверяет, а поставил на такое дело. Трофеи собирать это ж такая тема…Тут и крысятничать можно и просто руки кривые иметь — всё выйдет боком. Так, какого чёрта?

— Как раз и хорошая тема для того, кому полностью не доверяют. Если б совсем не доверял — не поставил бы помощником. А вот на таких делах Флинт его и смотрит…Ставлю пару горошин, против стреляной гильзы, как-то он своего человечка пасёт. Фишек для этого считать не пересчитать.

«Атаман» потянулся в водительском сиденье, глядя через стекло, как машины перестраиваются в колонну. — Нам это всё не особенно важно. Нам скорее важно, как бы тот элитник, что сожрал прошлого помощника, не стал уже для нас …неприятностью.

Я так подумал, что караванбаши этого всерьез боится. Иначе не стал бы так крутиться змеёй что б сторговать дополнительную охрану.

Сверху раздалось скептическое хмыканье. — Не этого он боится. Этого бы только дурак боялся. Ни один хищник, кроме совсем уж больных, на всё что можно, не станет возвращаться туда где нашумел.

Вот нападение других весёлых зверьков на ослабленную добычу, особенно раз пошла непруха — это по жизни сплошь и рядом.

Радар фыркнул сдавленным смешком. — Умеешь ты успокоить.

Чур дал по газам, «встраивая» «пикап» в общий ряд. Караван двинул дальше по причудливо состыкованным кускам пути из разных дорог.

Трот продолжил — Ты Флинта не спрашивал почему они АГС не используют? Или что там у них из башни торчит…

— Угу, АГС есть, а боекомплекта к нему нет. Пара неудачных разборок, где не надо — и всё. На здешних стабах ничего приличного не докупишь.

— Ааа вот как. АГС без боекомплекта. ЗУшку пролюбили. В таком раскладе мы с него могли бы потребовать златые горы и секс услуг лично за обратный конвой.

И оказал бы только так, потому, что жить охота. Джентельмен без удачи.

Радар качнул головой вбок. — Не. Не стоит. Нам нужны караваны и у нас и так такая известность, что далеко не каждый станет иметь дело.

Так что — эт тот случай, когда стоит быть умеренным в желаниях. И вообще ты уверен, что хотел бы секс услуг от потрёпанного мужика? У тебя и так постоянная пассия, не считая заходов к Пижону. Неужто мало?

Парень насмешливо хмыкнул, внимательно разглядывая очередной дом справа от дороги.

Трот ответно хмыкнул, заканчивая разговор. По ходу болтовни вполголоса, рейдеры, не отрываясь «пасли» окрестности через прицелы. Но к хорошему или к плохому — дорога больше не преподносила никаких сюрпризов.

Привычная, скучная опасность. Выматывающий, не азартный риск. Норма жизни в опасных краях.

«Пятак» недостаба был невелик и уныл. Всего то на всего песчаный островок несколько сот шагов вдоль и поперек. Укатанная площадка, где стояли разбитые, давным-давно выпотрошенные гаражи, да куски дороги в две стороны. Впрочем, стены мрачных коробок из серого силикатного кирпича выглядели ещё крепкими.

Для нескольких десятков машин было не разгуляться, но кое как разместились все. Импровизированная автостоянка с обеденным перерывом…Только с часовыми при пулемётах на вышках-куполах по сторонам. А в остальном люди отдыхали — немудрёно и обыденно. До стаба оставался примерно час езды — если не гнать. Поэтому никто не располагался всерьез расслабляться.

Радар и Трот неспешно шли к машине «главкараванщика». Чур остался в кресле водителя, устало уронив голову на руль. «Караванбаши» стоял в обществе помощника Васька и трёх охранников. Парень молча смерил Флинта вопросительным взглядом.

Тот кивнул, уточняя — Идём, это отсюда в трёх шагах. Васёк, забери лопаты из кузова.

Когда нужный инструмент был доставлен, компания без спешки словно на прогулке двинулась к пустым гаражам. Картинка была довольно уныла. Заржавевшие полуоткрытые двери скрипели на лёгком ветру.

После коротких указаний «руководства» охранники стали снимать тонкий слой песка с площадки через дорогу напротив от тройки «гаражных останков». Желтая «крупа» была переброшена в «горку» открывая стальную плиту.

Флинт, до того стоявший в расслабленной позе наблюдателя, шагнул вперёд. Он сел на корточки, подкапывая пальцами песок возле одного из углов прямоугольной плиты. Потом просунул кисть руки в подкоп, что-то там делая. Встав, караванщик рефлекторно стряхнул песок с ладони об штаны. — Всё, теперь можете поднимать.

Охранники и помощник довольно ловко зацепили руками край стальной «дуры» поднимая её «на ребро». Судя по тому, как у крепких мужиков раскраснелись лица, а жилы повздувались — весу в плите было немало.

Флинт нагнулся к открывшейся яме и вынул оттуда стальной прут. На плите и бетонированном крае темнеющего проёма обнаружились пазы, куда чётко и вошли концы прута. Он выпрямился — Всё, можете расслабиться.

Под плитой обнаружился качественно бетонированный прямоугольный «окоп», похоже когда-то служивший для ремонта автотехники.

Радар смотрел вниз, насмешливо кривя губы. — Яма с пиратскими сокровищами должна быть грубо выкопана в жирной земле, да так что б с корнями. Вот, и что б на дне стоял пузатый сундук с пиастрами. А рядом кости матросиков, которые его тащили.

Вот так. А что у тебя тут — я пока не понимаю. Ты про это не рассказывал.

Бетонный «окоп» был уставлен разноразмерными пенопластовыми ящиками, небрежно замотанными цветным скотчем.

Флинт молча снял с «дверной» плиты чёрную коробочку, отлепив крепивший её скотч. Быстро осмотрев штуковину, он убрал её во внутренний карман куртки.

Караванщик мягко спрыгнул в свободную щель у стены окопа. Он вынул из кармана связку ключей — и засунул в один из них, по сути длинный стерженёк, в маленькую дырку в бетоне.

Один из бетонных квадратов узора стены выпал кирпичом. Флинт сунул руку в открывшийся тайник и вынул пластиковую коробку. Торгаш ловко, будто кассир, считающий банкноты, просмотрел связки длинных полиэтиленовых «чхурчхел» внутри.

Поставив коробку обратно на срез ямы, он легким движением вылез обратно.

— Твои пять штук. Этого более чем достаточно за всё. — Отдав долю Радару, мужик распихал остальное по карманам.

Задумчиво покрутив в руках пустую коробку, он сунул её Ваську — Отнеси в машину. Пригодится ещё.

Караванщик замер, уходя в воспоминания. — Давненько я этот резерв закладывал. Чисто на тот случай, когда в передряге теряешь всё — кроме жизни. Вот и пригодилось.

— Непрравильные у тебя сокровища — Радар улыбался. — Скелетов лишних свидетелей не хватает. Только ловушка от разных… любителей.

— Вот чего нема, того нема. Лучше всего этот тайник берегло то, что про фокус с вторым тайником никто не знал. А прочее тут — в общем мусор. Меньше чем ничего.

Кроме разве что си четыре в нескольких верхних коробках.

Парень вопросительно поднял бровь — Это как?

— Так. Называется — убыточная тема. Оно ж «не было у бабы забот, да купила она порося». — Флинт улыбался своим мыслям и воспоминаниям.

— Давненько эта тема была. Случилась у меня сделка с компанией молодых рейдеров. Несколько серьезных элитников сумели вскрыть базу внешников. Не каждый день такое случается. Ну а пацаны, так уж им повезло, крутились рядом и остались живы. Пограбили они ту базу хорошо. Среди прочего пригнали очень хороший бронированный фургон — сейф с грузом на стаб. Думали — как вскроют, озолотятся. Ага, вскрыть то его вскрыли, тонкий кинетик не на каждом стабе есть, но не так что б великая редкость.

Только на этом мне и спасать пришлось, что б им всем стабом зубы не повышибали.

За что это? — удивился Радар.

— Так ить, тот ценный груз был — нолдовские беспилотники. Разумеешь? В их технике же жучков-маячков дофига. У внешников пожиже, можно хотя бы смотаться подальше что бы след оборвать. С этими не выйдет. Засекут и выследят. Пацаны получается на стаб глаза внешников притащили. За такое иногда и убить могут.

— Но ты их взял. На своих условиях, но взял. Значит какой-то вариант получить от этого выгоду видишь. — Утвердительно проговорил парень.

Флинт приглушённо засмеялся, сочным довольным смешком. — И да, и нет. Товарец я этот забрал в нагрузку к стволам и боекомплектам. Нолдовские стволы — это на жирных стабах не просто ВЕЩЬ, за которую конкретно отвалит любой трейсер. Это статусная вещь, за которую жирные коты переплачивают в разы.

А электроника… Есть такой дар — «электрожёг». Название такое — есть и другие… Это вроде «гремлина», но по электрике и электронике. Дар не слишком то частый и полезный, куда реже чем ксер, лекарь или тот же ментат.

Оно и понятно, жизнь он не особенно спасает, да и тянуть — кормить за него на стабе не будут.

Но он есть, и он не кабацкая байка вроде радужного жемчуга или фартоноса…

Кого? — Переспросил Радар.

— Дар такой. Управлять судьбой и удачей. Но это голимая байка. А вот способность жечь проводку и электронику — это бывает. При опыте такой кадр может находить и убирать «жучки». Если бы повезло найти и сторговаться — навар вышел бы реально жирный.

Но — не прокатило. За всё время слышал только про двоих, совсем зелёных, и обоих сожрали прежде, чем я успел что-то сделать.

Значит…Если вдруг найдёшь такого — с тебя пяток «почищенных» птичек, остальное можешь взять себя. Их тут несколько десятков.

В стороне за машинами что-то непонятно прошумело. Флинт встревоженно вскинулся. — Не нравится мне это. Похоже… — Он резво, почти рысью зашагал к источнику шума.

Охранники поспешили догнать своего шефа. У ямы с коробками остались лишь двое рейдеров.

Трот тихо проговорил тихо и задумчиво, почесав пальцем нос. — Как думаешь у этого, в тайнике, что ещё может быть такого ценного? Не ради палёной электроники же, чувак потратился на мину с зарядом. И не ради заначки гороха. Что-то он тут ещё сховал. Я так мыслю.

— Может быть и так. А может и нет. Помнишь, как мы проверку на крысу устраивали? Если вопрос за крысу — серьезный, то и потратиться на мину — не велика цена. В любом случае я копаться в этом хабаре не полезу…По крайней мере сам.

Хотя…Если припрёт, то кое-что можно помутить… — Радар скосил глаза вверх в такт мыслям.

Тем временем из-за ряда машин «вывалилась» толпа «караванных». В центре группы вели под руки двоих рейдеров. Один из них был водила в синих брюках и зелёной майке. Его грубое длинное лицо было в крови. Он то и дело сплёвывал кровавую слюну из разбитого рта. Вторым был шедший с каменным лицом Сапёр.

— И что тут у нас, такое интересное? — Радар с выражением «царственного высокомерия» поднял брови.

Флинт, топавший чуть позади, отмахнул рукой — Вот это мы сейчас и будем выяснять. Все участники и свидетели тут, два раза бегать и переспрашивать не придётся.

Перец, ты там был. Давай связно что видел?

Мелкий рейдер в сером «комке» был щегольски перетянут ремнями. У него было яркое, характерно южное лицо с чёрными глазами. Энергично жестикулируя и хлопая себя по бёдрам, он заговорил пулемётной скороговоркой.

Видел. Всё видел, да. Этот, что с Металлиста, подошел к нам. Говорит машина чей? Вот тот. Верблюд говорит — мой, да. Тот ему — отгони машину. Не так стоит. Случись что, другим будет мешать и ехать, и стрелять.

Верблюд ему — отсоси, потом проси. Так и сказал. Да.

Флинт брезгливо скривился. — Дальше ясно. Верблюд, ты совсем нюх потерял? Посылать человека ты должен был ко мне. Тут я решаю, как машины ставить. Ко мне. Не на. Не в. Не к.

И нарываться на подачу — тут тоже не время и не место. Ты не в кабаке на стабе, чтобы кулаки в охотку чесать. Нам перестрелка с ребятами с Металлиста не нужна.

Зубы целы?

Водила показал зубы. Похоже ему их несколько обкололо — но выбитых не было.

— Твоё счастье. Вали в машину и что бы до стаба я тебя не видел. Ещё раз отколешь что-то подобное и вылетишь из каравана. Понял? Повтори.

Верблюд угрюмо буркнул под нос и захромал прочь.

Флинт обернулся на Сапёра. — Ты тоже хорош. Караваном командуешь не ты. Я тут за всё отвечаю. Если что-то хочешь сказать — говоришь мне.

Всё, расчёты окончены. Мы отчаливаем…

Караванщик потянулся к пруту намереваясь его выдернуть.

Радар вскинулся — Подожди. Ты, вроде не возражал если мы пару машинок заберём.

— Хоть всё. Но я тебе как человеку говорю — это реально опасно. Не один стаб по наводке такой вот хрени вырезали.

— Я беру на себя ответственность. — «Атаман» блеснул мутными глазами.

— Короче, у меня уже брюхо давненько мечтает о горячем вареве. Да что бы повар был хороший. Не хочу тут и минуты лишней торчать. Дверь оставлю открытой, возьмёшь сколько захочешь, погрузишь себе. Людей тебе хватит. Весит оно немного. Потом прут толкнёшь — оно само упадёт как надо. Всё я поехал. — Флинт крепко «поручкался» с Радаром и быстро зашагал к своей машине.

Скоро заурчали моторы.

Глава 5

Радар стоял у края ямы о чём-то думая. Заметив смотрящего на него из машины Чура, он подзывающе махнул рукой. Потом оглянулся на перестраивающиеся в выезжающую колонну машины каравана. Чур подогнал «пикап» поближе и остановился. Он не задавал вопросов и похоже не желал перебивать мысли «атаман — ага».

Молодой рейдер смотрел вслед колонне, он залюбовался красотой отработанного манёвра и быстрым набором скорости.

Караван шёл к своей цели. Шёл слаженно, умеренно быстро и по-своему красиво. Не «птица тройка» — зато с минимумом дурной случайности и неизвестности. А в серьезных делах точность протокола будет получше, чем красота поэзии.

Хвостовая машина каравана была уже на грани видимости, когда за гаражами фыркнул мотор и к стоящим рейдерам подъехал «пикап».

Простенькая легковушка с «максимом» на вертушке позади. Трот хмуро оценил подъехавших тяжёлым косым взглядом. Абакан в его руках висел «по патрульному» спереди — и перехватить его для выстрела было вопросом полусекунды. В машине было трое — считая водителя за рулём. Оружия не было ни у кого.

…Твою мать. Ещё один станер… Радар зло уставился на подъехавших, по телу разливалось уже знакомое омерзительное оцепенение.

Трое «караванных» быстро вылезли подойдя вплотную. Один из них был узнаваем — Васёк, собственной персоной. Двух других вспомнить не получалось. Тот быстро распоряжался — больше короткими жестами, чем словами.

Показ пальцами — и из машины вытащили замершего в смешную и страшную «корягу» Чура. Отмашка — и двое лихо обшмонали застывшую тройку рейдеров.

— Давайте стволы в яму. Глядишь пригодятся ещё. Осторожно, не бросайте, а кладите. — Васёк обернулся к машине.

…А двигаться всё же можно хоть и с трудом. Дааалеко тебе, до что б ему, Дьяка… Не было страха, не было растерянности — была тяжёлая, ледяная злоба.

— Что …задумал…сволочь? — Прохрипел Радар. К челюсти казалось прицепили здоровую гирю, но говорить было можно.

— А сам не видишь? Ты тормоз или медленный газ? Думаешь его васьком назвали по паспорту? Хренушки — от василиска. — Мелкий плюгавый рейдер в сером камуфляже, сально улыбался, куражась.

Васёк выбил прут, и стальная дверь глухо хлопнула по песку. Все четыре отобранные «пушки» остались под ней…

— Что с горохом? — Мелкий крутил в ладонях всё что вытащил при обыске у Радара.

— Оставь в бардачке их машины.

— Не, ну может…

— Не может. — У помощника Флинта обнаружился вполне командный жёсткий голос. — Всё? Давай, Свистун, ищи уже «веселуху». И осторожней ххх. Нам элитник не нужен. Он ведь и догнать может.

Плюгавый замер, его невзрачная крысиная мордочка застыла отрешённой маской. Глаза смотрели в никуда.

Потом лицо приобрело осмысленное выражение. — Готово, компаха спидеров, вроде рыл в пятнадцать, скоро будет тут.

Ххх, дэбил, ты их что уже и позвал? Сматываемся! — Караванные прыгнули в машину и врубили по газам. Пикап вильнул кормой с пулемётом и подняв тучу песка рванул вслед за колонной.

Радар «оглядывался» одними глазами. Оставшаяся возможность двигаться не позволяла толком шевелиться. От злобы и беспомощности хотелось плакать. Секунды и минуты тянулись бесконечной пыткой. Движения ценой огромных усилий не позволяли даже медленно шагать.

Время тянулось…

Рядом, скрипя зубами, сумел завершить шаг Сапёр. И ещё один. И ещё. Рядом начал движение Трот.

— В гараж…Там…Есть шансы…

Двое, зацепив парня за одежду плохими деревянными куклами-зомби поковыляли к цели. Смешное и страшное «хромое шествие» по чуть- чуть набирало ход. Серые «ракушки» приближались.

Радару досталось сильнее от парализующего дара. Он всё пытался — и не мог начать двигаться самостоятельно. Тело бревном волочилось на чужих руках.

Когда его стоймя прислонили к стене в гараже, он только выдохнул. Потом прохрипел. — Чура, если сможете.

Вторая ходка. Страшная трагикомедия продолжалась. В пользу рейдеров пошло то, что чёртов паралич всё же начал проходить. Заражённые еще были где-то — не здесь… Тело Чура в идиотской сидячей позе лежало на земле. Тащить его было ещё сложней, чем Радара — весил он куда больше, да и позу поменять так и не мог.

Успели…

Закрыть двери на замок было невозможно — замок превратился в покорёженный ржавый комок металла. Движения рейдеров уже походили на нормальные. Они кое как осмотрели «ракушку». Внутри было грязно и пусто, но в углу нашлось две штык лопаты в хорошем состоянии и длинный лом.

Железные двери кое как закрыли, и темноту освещал лишь узкий луч из щели.

Радар начал отходить от паралича. Он сделал несколько нетвёрдых шагов и ухватил одну из лопат. Оперевшись на неё, парень напряжённо вслушивался в звуки снаружи.

Трот с мрачноватой ухмылкой качал в руках лом — Не бойся ножа, а бойся лома — один удар три перелома.

Сапёр что-то проверял на ощупь, взяв оставшуюся лопату. Чур так и лежал у дальней стены, не имея сил даже распрямиться.

Прибытие голодных «гостей» вышло довольно шумным. Твари топали урчали и издавали странные костяные стуки. Даже не видя можно было легко понять куда прибежало это «стадо».

Потому, когда без звукового предупреждения железные двери резко окрылись это было отчасти неожиданно…

Но лишь отчасти.

В гараж хлынул яркий солнечный свет. В освещённом проёме рост стоял «бегун». Тварь ещё довольно сильно походила на человека…Пусть и утратившего одежду и признаки пола. Этакая жилистая мертвоглазая обезьяна. Бурая кожа и высокий рост — но при этом фигура ещё почти человеческая.

Миг — зверюга тянула воздух носом оценивая «картинку». Следующий и — «бегун» резко, как собака на кинутый кусок, рванул к людям.

Вввух, вибрирующе свистнул лом. «Копейный» удар-тычок ударил в морду над носом. Брызнуло красным и тело с разбитым черепом отлетело назад, складываясь в конвульсиях. Это было начало — как запуск действия…

Стая, замершая у закрытой ямы, развернулась на цель. Сразу три «обезьяны» попытались влететь в дверь одним рывком. Одна отлетела назад к стене с пробитым между глаз черепом. Вторая осела вниз, пытаясь зажать «рукой» кровь, бьющую из шеи. Удар лопаты разрубил артерию где-то под челюстью.

Третья отшатнулась назад с разбитой ударом наискось мордой, и на миг замешкалась. Но уже через мгновенье остервенело рванула вперёд. И за ней уже в нескольких шагах бежали остальные

В расставленных для захвата лапах, в этой какой-то насекомой позе и манере, человеческого уже не было.

Схватить! Свалить! Загрызть! Утробное жуткое урчание объединяло всю стаю в едином порыве. Если бы зверьё умело строиться или хотя бы не мешать друг другу было бы хуже. Если б могли сообразить собраться в одну единую массу. Вышло бы иначе. А так им приходилось лезть в узкий проём не больше чем по трое.

— Бей как я. Тычок в шею. — выдохнул Сапёр.

Уже почти дотянувшаяся до вкусной человечинки тварь поймала горлом мощный «от бедра» «штыковой» удар отлетая назад в проход.

На миг следующая волна притормаживает. Потом лезет вперёд и — оседает вниз. Два дёргающихся тела с порванными глотками, одно с разбитым всмятку черепом.

Рейдеры действовали на автомате.

Полная лютая волевая концентрация. Холодное ожесточение. Рефлекторные движения драки. Жёстко и быстро. Нет чувства времени. Не гнев даже — остервенение.

Удары. Ещё. Ещё. Кровь. Кровь. Брызги. Струи.

Буро-голокожее тело корчась летит вперёд, а не назад. Чей-то берц длинным пинком «от бедра» бьёт куда-то в грудь или голову, но туша отлетает к входу. Падая на другие — такие же.

Счёта нет. Времени нет. Есть напряжение. Есть удары. Есть сопротивление чужих тел, отдающее в руки. И мерзкие звуки при ударах.

«Прорыв» на уровне колена, согнувшись и рванув на всех четырёх, оскаленная зверюга пытается проскочить вперёд. Дотянуться. Удар кованным каблуком в морду над носом. Тело отлетает даже не дергаясь.

Ещё. Ещё.

Что? Где? А, больше, никого?

Радар стоял тяжело дыша. Он опирался на лопату, как на палку, чтобы не упасть. Лицо свело в нечеловеческую «гипсовую маску». А глаза были потухшими, чем-то похожими на те, что сохли на искажённых мордах в шаге рядом на земле. Парень с трудом сглотнул пересохшим горлом, разглядывая картину перед собой.

Вокруг был натуральный фильм ужасов. Пол, стены и даже потолок был так залит красным, будто здесь прорвало трубу. Трубу где текла кровь вместо воды.

На входе, одно на другом буро-красной грудой валялись тела. Некоторые ещё слабо подёргивались. Из темноты позади неловким плохо гнущимся манекеном «проковылял» Чур. С трудом не падая, и цепляясь за стену он вылез из гаража.

Через неизмеримый отрезок времени он вернулся. Теперь Чур двигался уже почти по человечески и в его руке была плоская фляга Радара, отнятая при обыске.

Он протянул её парню — Здесь это от всего. И от души, и от усталости, и от ранений. И ведь помогает.

Радар сделал пару жадных глотков. В этот миг смесь вкуса коньяка со старыми носками — был вкусом самой жизни. Он тяжело выдохнул и протянул плоскую флягу за спину, не глядя кто её возьмёт. Живец пошёл по кругу — и опустевшая жестянка вернулась в карман.

В глазах «атамана» начала появляться осмысленность. Взгляд скользнул по лопате руках. По залитой кровью рукояти. По погнутому и выщербленному о чужие шейные позвонки «штыку».

— А ведь мы не люди. Люди так не делают. Не могут просто. — Хрипло, тяжело разделяя слова, подумал он вслух.

— Люди не швыряются молниями с пальцев, не «ксерят» предметы в руках, не отбивают пули хером, да дофига ещё чего…Но вот по части мокрухи и потрохов наружу, бывает и покруче корки мочат. Особенно, когда жить хотят. — Ядовитый «скрип» Трота, негромко прозвучал из-за спины. Он был верен себе. — Сапёр, а ты ххх хорош с лопатой. Из пятнадцати жмуриков — семеро твоих точно. Надо было нам тебе с самого начало лопату вместо ствола выдать. Мы бы уже весь Улей нагнули.

— Угу. Лопата в руках егеря — оружие массового поражения. — Вояка кивнул с каменной мордой.

— Радар блеснул глазами — Нее, надо сапёрную лопатку и чайный пакетик. И на том точно хана всем вражинам. От элитника до внешников.

Лицо парня возвращалось в человеческий вид. Он повёл шеей разминаясь. — Трот, давай за пулемёт, Чур, потроши падаль. Сапёр, в бардачке был домкрат, доставай — будем поднимать крышку. Поехали. Время-жизнь.

Радар шагнул вперёд, обходя груду окровавленного мяса. Неловко поскользнулся на луже крови, опёрся на лопату чтобы не упасть и двинул дальше.

Из багажника появились ломик и домкрат. Типо, работа пошла. Собственно, работал — Сапёр, и взялся за дело столь рьяно, что обошёлся без чужой помощи и довольно быстро. Металлическая плита откинулась. Рейдер ловко спрыгнул в яму.

Радар так и стоял, опираясь на лопату. Лицо было задумчиво отрешённым — он ушёл в себя.

Чур в темпе работал длинным ножом. Тела весили немало, да вдобавок были измазаны кровью, так что действовать приходилось с полной отдачей. То и дело он зажимал рукоять ножа зубами, освобождая руки. Грубо перевернув очередную тушу затылком вверх, рейдер быстрыми, жесткими ударами вскрывал драгоценный нарост. С ножом парень был реально ловок, горсть за горстью, содержимое споровых мешков летело в пакет на земле.

Вояка по очереди выложил на край четыре автомата, потом вылез следом. Поднял за ремни всю связку — два абакана, калаш и скропионо-образный ствол внешников.

Радар мотнул головой, всё также отрешённо глядя в одну точку. Сапёр повесил ему автомат на шею, закинув три остальных себе на плечо. Вояка стал педантично отряхивать одежду ладонью, поглядывая на заканчивавшего работу Чура.

Тот выпотрошил последнюю тварь, валявшуюся мордой в луже крови чуть в стороне от остальных и подошел к яме. Он покачал в руке увесистый полиэтиленовый пакет. — Здесь всё. Хороший табыс. Патроны же не тратили, только железом работали. Как же их шайтанов лихо порубали…И как много…

Смуглое лицо было искажено гримасой горечи. — Ай, какая драка без меня прошла. До смерти горевать буду.

Сапёр закончил чиститься и критически оглядел камуфляж. Потом снял калаш с плеча, отдавая его парню. Глаза у него были невесёлые, взгляд нехороший, угрюмый. — Наилучший рукопашный это тот без которого обошлись. Лучший рукопашный — это авиаудар. Прекращай дурить по этому поводу. Лучшая драка — та без которой обошлись.

— Да? А кто только вот разборки устраивал? Кто караванному зубы бил? Ты тут шутить не стал, да. Джигит. Огонь. Настоящий мужчина. Зачем же мне так говоришь? — Парень горячо блестел глазами.

Вояка перевесил свой абакан на грудь, под руку и минуту цепко его рассматривал, что-то прикидывая в уме. Потом принял какое-то решение и вернулся к разговору.

Шутки и юмор — это гибкость оценки. — Сапёр говорил, как костяшки на чугунных счётах подбивал. Лицо было серьёзным и жёстким. — Хорошо шутить — значит уметь гибко и разносторонне оценивать, и определять вещи, ситуации, людей. Это как пляска — что бы хорошо сплясать, надо иметь здоровое гибкое тело. И удовольствие схожее — как от живой горячей крови. Хорошо пошутить, это как в охотку поразмяться — ух весело кровь по жилам бежит.

При геморрое, артрите, переломе или поносе лезгинку не спляшешь. Больной на голову или просто получивший травму души — шутить не способен, как и понимать юмор.

Но. Суставы не гнут, как не положено. Шутить, оценивая человека в говно — значит определять человека в говно. Такие шутки ведут к постоянному определению на это место. Сам так никогда не делай и другим не позволяй. Если, конечно, речь не о говне, претендующем на неположенное.

Потому — за тупые шутки в зубах должны быть промежутки.

Пока он говорил из машины вылез Трот. Он забрал свою пушку, закинув её за спину. На скуластой ряхе «растеклась» кривая сальная улыбочка. — Гибкость в иных местах означает позорное бессилие и неплодотворность. И случаи эти простираются от плотской любви к женщине, до высокой к Родине. А уж за, предписанную уставом, любовь к себе красивому и своему командирскому авторитету разбить борзое рыло — тема прям скажем святая.

Сапёр на миг замер. Потом лицо расправилось в невольном смешке. — Это да. Без должной твёрдости — ни на женщину, ни за Родину.

Экс мур продолжил. — С кем и как доведётся в реальной большой драке иметь дело — это всегда вопрос удачи. Выходит, как выходит. Радуйся, что, жив, после. А прочее фигня.

Давай уже за баранку, отчаливать пора. Горизонт чист во все стороны, но не стоит лишний раз проверять удачу.

Радар, ты как? Скажи у нас своеобразная удача? Второй раз уже, на финале темы нас вот так пытаются прикончить. Тенденция, однако.

Радар сморгнул. Потом глаза зло сузились — Тенденция, говоришь? Будем ломать такую тенденцию. Мы не будем сваливать, мы сейчас пойдём нести высшую справедливость.

Обычно добром и справедливостью после дела называют того, кто остался жив и победителем. А живым остаётся тот, у кого было правильно обыгранное преимущество.

У кого тут есть крупный, бронебойный калибр способный шить броню пикапов? У нас он есть. У них его нет.

Все по местам. Чур, курс на Коровьев. Дорога прямая — не заблудишься. Вперёд.

Парень первым полез на своё сиденье, возле водителя.

Было нечто в этой злой, давящей и какой-то больной уверенности. Что-то заражающее и давящее на кнопку в мозгах. Во всяком случае никто из рейдеров не стал возражать. Экипаж быстро занял «места по расписанию» и «бронепикап» стартовал к стабу.

Серые «ракушки» были уже позади, когда из стрелкового купола послышался голос.

— У поста их наверняка притормозят. По — минимуму хотя бы на полчаса, но скорее всего дольше. Стаб немаленький и, что важно, ещё живой, значит безопасностью не пренебрегают.

Будут и придуманные формальности, будут и реальные проверки. Хоть несколько вопросов у ментата ключевым участникам. Хотя б мельком, но сунуть нос в каждую машину.

Это всё-таки не «островные» у которых многолетняя репутация и следят за ней жёстко. Этих будут проверять.

— Так может и больше проваландятся? — Радар, сидевший возле водителя задумчиво, смотрел поверх пулемётного ствола. Пулемёт на капоте слегка вздрагивал, когда колесо попадало на выбоины асфальта. Дорога мелькала мелкими приметами, деревьями и ямами по обочинам, приближая цель.

— Слишком долго, тоже не будут. Если нет надежды выбить бабок за скорость, и страха за шкуру сверх нужного — дальше уже пойдёт нормальная лень.

Так что полчаса — час и отправят на стоянку или что там у них для такого случая. И всё же у нас реальные шансы успеть их догнать до того, как заедут внутрь через КПП.

— Ладно. Поглядим. Чур, гони, гони дорогой, как можешь.

Смуглый рейдер, блеснув зубами, выжал газ. Машина ещё прибавила скорости.

Крашенный металл лихо рассекал воздух. Хороший асфальт позволял выдавать неплохой темп. Гонка!

Радар держал у глаз мощный бинокль. Верный инструмент пережил в рюкзаке очень многое. Он был памятен ещё первым стабом. Но — сейчас, сентиментальных мыслей не вызывал.

Настрой «атамана» был скорее деловой, чем романтичный, жёсткая концентрация на деле. Лишь нутро жгла осознанная, лютая, ледяная злоба.

…Поймаем. Так или иначе поймаем. Догоняем на въезде или пробиваемся через КПП и ловим уже на отдыхе. Главное, чтобы не успели разойтись по всему стабу…Нельзя такое спускать. Нельзя…

Глава 6

Дневной свет падал в машину из смотровых щелей и сквозь железные «жалюзи» на лобовом стекле. Он ложился на лица яркими, дрожащими полосами. Так что рейдеров было хорошо видно в деталях, словно в каком-то кино.

Сапёр сидел на боковой лавке с внешне равнодушным, жестким выражением лица. Это выражение ясно говорило — штатная ситуация, работаем. Ни азарта, ни энтузиазма — только глаза с цепким прищуром «держат» направление, просматривавшееся через смотровую щель.

Поза не напряжена, руки на коленях. Впрочем, кроме рук там лежал «абакан», правда на предохранителе.

Чур был полной противоположностью. Былая досада сменилась сильным азартом. На резких скулах проступала краска, глаза блестели.

Из пулемётного купола послышался характерный скрипучий голос. — Так всё-таки какой план? Просто догоняем, мочим всё живое, разом из всех стволов, собираем трофеи и в темпе валим? Или что-то более сложное?

Простота залог безотказности. Шо маемо, то маемо. Только если где-то на блокпосте или рядом с ним есть гранатомёт, типо «мухи» или хуже того агс, то наше прощание с жестоким миром Улья будет…громким. И быстрым

Чур обернулся от дороги, тёмные глаза сверкнули. — Веселей. Когда яйца стальные — и елда шашка. Справимся.

Радар вернулся из «медитации», на пулемётный ствол. — Какой план? Чего гадать, пока раскладов не видим. Подъедем разберёмся.

Нам бояться особенно нечего. Сразу по нам стрелять не станут. А потом…Потом — не должны смочь. Ствола у нас четыре — и как раз от нас зависит, что бы никто ничего не успел…

Неожиданность и первый выстрел за нами. Значит — шансы сильно в нашу пользу.

Сапёр чуть оживился — Судя по тому, что я видел на остальных стабах — на КПП у них реальных бойцов не будет. Туда обычно сажают не спецов из ветеранов реальных боёв, а бросовое мясо. Шум поднимут, пока их убивают — и хватит. Такой шаблон.

Что б там сидели действительно профессионалы, с правильными рефлексами и качественной снарягой…Только если уж нам очень сильно не повезёт.

Говорил вояка спокойно, но жёстко, даже не повернув головы. Голубые глаза по-прежнему отслеживали свой сектор, с холодным прищуром проглядывая окрестности.

Он продолжил. — Если действовать быстро, то всё пройдёт как на вазелине. Даже свидетелей не останется. Пулемёт в башне немного слабее зушки, но мощнее кпвт — по бензобакам отработать — самое то.

Разве что командирскую машину лучше работать по кабине. Там на телах и в тайниках должно быть столько разного полезного на трофей, что может в разы окупить и все расходы, и все риски.

Радар чему-то поморщился, по-прежнему глядя на дорогу. Он опять поднёс бинокль к глазам. — Сначала глядим расклад. Потом — по ситуации. Не стоит делить шкуру, не зная, что там в берлоге или типо того.

Стоять, ххх, тормози. — Радар уже неплохо мог командовать. Голос был резким и с жёстким прожимом. Парень выдохнул, чуть опустив бинокль. Колёса чиркнули по асфальту, тормозя.

Успели. — Губы разъехались в непроизвольной улыбке.

— Да, ххх. — Чур блеснул «зубастой» улыбкой. — Что теперь?

— Ща решим. — «Атаман» вернулся к биноклю. — Кого я вижу…Вон под КПП стоит красавец. Флинт собственной персоной. Пара охранников с ним и тройка местных напротив… О чём — то перетирают.

Автоколонна стояла вдоль дороги своеобразной «ёлочкой». Тогда как «командирская» машина с отрывом вперёд, почти уткнулась в шлагбаум поперёк дороги.

Радар продолжал изучать расклад через оптику, не оборачиваясь, он проговорил. — Трот, видишь?

— Что именно? То, что главнюк ещё болтает с «местной таможней»? Вижу. А ещё понимаю, что это довольно скоро закончится, если не поторопиться — уедут внутрь. Оптика у меня на пушке хорошая, в принципе можно попробовать их всех разом отсюда снять.

— Не то. Стволы у них, на машинах колонны направлены либо вперёд на стаб, либо назад на дорогу. И разворот у их тачанок не велик, это не наш купол. Тут только кузова и колпаки.

— Ну и что? Зато закрыты от атак с боков. Случайный заражённый стрелка из кузова не выдернет, и шальная пуля не возьмёт. А так они всё равно держат под прицелом и стаб на случай сюрпризов, и дорогу позади себя на случай если что-то начнёт догонять.

Что здесь смотреть? Что они местным не верят, чисто на «стрелу» прикатили? Ну и местные им, ясен хрен. Так если вдарить по стабовским через головы, да отвалить резко может, чё интересное и получится. Но тут как повезёт. Может и не получиться.

Ребята тоже не олени, так встать, как они стоят, чтобы накрывать всё огнём и вперёд, и назад, не мешая друг другу — это уметь надо.

— Не то… — «Атаман» скривил губы. — Гляди — «командирская» машина впереди с отрывом и неудачно стоит. За ней в стороне слепая зона на прострел несколько метров. Вооон там — вбок от КПП. Вот туда нам надо встать с разгона. И развернуться, к лесу мордой — к стабу задом.

Чур, справишься? Шлагбаум не снесёшь?

— Даже не поцарапаю. — Уверенно ответил рейдер.

— Ладно…Вот как встанем — я выйду…Пару слов сказать…Может быть пару вопросов задать…А может и нет. Но хоть в глаза гляну.

Когда дам знак — врубите из всех стволов.

Какой знак? — Прозвучало шокированным хором.

— Скажу «дракарис». — Губы парня растянуло в жутенькой тонкогубой улыбке. Глаза блестели мрачным «графитным» блеском. — Шучу. Вот как ххх лопатой по рылу — так и начинайте веселье.

Сапёр ошалело сморгнул — Почему лопатой?

— Потому, что, если я пойду вперёд с автоматом на изготовку — получу пулю сразу. А я всё-таки хочу подойти и поглядеть в глаза. Перед тем — как.

А после — дело за вами. И насчёт гранат, и насчёт гранатомётчиков и чего угодно.

Трот фыркнул. — Оно того стоит? Ты же всё-таки не шильдер, а шальная пуля — это шальная пуля. Страховка таки отсутствует.

— Ша, зато присутствует страховка от шальной гранаты или равноценного ей дара. Ими то, как раз по тачке попробуют. А мне чего? Сплошная безопасность, как у бога за пазухой. — Радар коротко и невесело хохотнул.

Трот хмыкнул в тон.

Парень продолжил — Так что быть зоркими, как орёл в небесах и резкими, как понос посреди праздника.

Ладно — всё, выдвигаемся. После стрельбы — как получится. Но, так или иначе придётся дёргать по дороге назад…На всей возможной скорости… Ну и поплеваться свинцом по сторонам придётся щедро.

Сапёр — ты, как хочешь? С «абаканом» от борта работать или за пулемёт в кабину?

— Сначала в кабину. Потом, как будет лучше по раскладу. — По лицу вояки было видно, что план он уже приняли воспринимает без удивления.

— Что ж, да будет с нами воля Улья. Вперёд. — губы парня свело в тонкую улыбочку.

«Бронепикап» выполнил манёвр точно. Усиленный защитными полосами капот прошел в паре ладоней от шлагбаума. Тачка с шумом прошла по гравийной обочине развернулась и замерла.

В нескольких шагах от широких колёс, у КПП, удивлённо замерла говорившая компания.

Флинт и пара его людей прервали неспешный скучающий разговор, обернувшись на идущего к ним человека. Их собеседники — тоже. Тройка бойцов в неновом камуфляже и кепи с незнакомыми кокардами — стабовские постовые, были до безобразия типичными ребятами с блок поста. Но все шестеро были впечатляюще удивлены неожиданным видом…

Радар негромко захлопнул дверь кабины и теперь с ленивой небрежностью шёл вперёд. Он опирался на лопату в руке, как на посох.

Молчание нарушил Флинт. — Ты, решил нарушить свои планы? В чём дело?

Лицо караванщика было удивлённым…Но — не шокированным.

Лопата тихо стукала по асфальту…Шаг. Шаг. Шаг. Ещё ближе.

Флинт с тем же изумлением на лице пробежал взглядом по деталям приближающегося собеседника. — Зачем тебе лопата?

— Заражённых хоронил. — Лицо парня было как пациента дурки. Неестественная кривая улыбка и мутный пристальный взгляд.

Расширенные глаза «караванбаши» бегали, разглядывая выщербленный штык лопаты и потёки, брызги крови, пачкавшие железо и дерево до самых рук на черенке. — А чего лопата в крови?

— Так выкапывались ххх.

Флинт сглотнул, но лицо было жестким, уверенным — Так, а теперь подробнее. Что случилось?

Радар стоял уже на расстоянии вытянутой руки — Ты хочешь сказать, что не знаешь? И Васёк тебе ничего не рассказал? Не доложился, твою мать?

Не доложился о чём? — уточнил караванщик деловым тоном. Он стрельнул глазами на телохранителя. — Череп, Васька сюда, быстро и по-любому.

— А он справится то с василиском-станером в одну морду? — спросил Радар юродски гримасничая.

— Ты откуда…А, вот что… Да. Он справится. Череп, ты слышал? Так что аккуратнее.

— Телохранитель пожал плечом — Станер, не станер, не впервой, но ствол отбирать может придётся. Я возьму Ниггера и Бритву для контроля?

— Бери, но в темпе, чем быстрее, тем лучше.

Боец рысью «отбыл» к колонне.

Череп вернулся довольно быстро. Вернулся он не один, а сам четвёрт. Причём четвёртого иочееень узнаваемого волокли под руки.

Боец доложился, с некоторым удивлением в лице и голосе.

Подхожу я к нужной машине, гляжу Свистун и Грабля уже вдалеке к стабу в обход КПП чешут, аж пятки сверкают. Васёк высунулся в дверь и завис, всё пытается углядеть что там у КПП.

Я ему — давай вперёд нас к шефу — он вызывает — Хэ, этот придурок пытается на меня даром работать.

Флинт собранным серьезным взглядом оценивал добычу. — Говоришь, Свистун и Грабля сдёрнули? Видел, попали они на стаб или нет? Чего ловить не стал?

— Приказа их задерживать не было…Бегут — и пусть бегут. Может за водкой по-тихому дёрнули или по своим делам. А стаб на который можно запросто проникнуть и не попасться — быстро станет мёртвым стабом. Пусть местные крутятся. Если надо, займёмся позже.

Вот если уйдут ногами в вольное плавание — то искать их придётся со спецами, но найти опять же не сложно. — Череп был ощутимо убеждён в своём выборе.

«Караванбаши» переключился на полу висевшего между двух крепких ребят «помощника». — Череп — иммунный к любым ментальным атакам…Помню, была хохма, когда нас втихую пытались на бабки развести, подсунув «нимфу». Девочка нас хорошо под ментальный контроль взяла… На Речнике это было вроде? Или на Радости?

Охранник хмыкнул — На Речнике, точно.

— Да уж, это у меня провалы в памяти не иначе от твоего приклада. — саркастически куражился Флинт.

— А что было делать? Когда я девку подачей по башке вырубил, вы ж со Жлобом меня чуть не пришили. — Череп слабо пожал плечами.

— Дааа. Грустно без старины Жлоба. Уж он умел всё знать и просчитывать, как никто, и только от нимфы мог одуреть…Даже водкой его не пронимало… А ты, дурак, так и не сподобился узнать кто есть, кто, по дарам Улья, в караване? — Глаза караванщика стали очень жёсткими.

— А стоило бы, Васенька, такое знать, если хотел на место зама. Ты меня значит вот как решил обмануть??

Сказал, что притормозил забрать Свистуна. Вроде как тому по нужде приспичило задержаться. Вскользь упомянул что видел нашу охрану возле гаражей живыми и здоровыми. Мол оружие при них — чего им сделается?

Радар мрачно от комментировал. — Живыми и здоровыми — но парализованными. Оружие при нас — но за закрытой дверью. И чего нам может сделаться — если ключи зажигания тоже за дверью, а грёбанный Свистун вызвал стаю заражённых. Хорошая такая стая была, под полтора десятка спидеров.

Ххх, ххх, ххх, твою мать. — Флинт выразил чувства негромко, но с пламенным накалом. Живая душа полыхнула открытой печкой, выразив «матомным взрывом» обжигающую искренность. — Как живы то остались?

— Дрались. — Коротко ответил парень. Перехватил жадные от любопытства взгляды и продолжил. — Кто сдаётся — тот чаще погибает. Кто действует — имеет больше шансов выжить.

Мы успели чуток отойти от паралича, залезть в гаражи, а там уж в две лопаты и ломик устроили «мясные ворота».

Флинт кивнул — Так бывает…Скорее всего у вас ещё и какой-то дар в рукаве был. Но, это уже ваше право, скрыть что там было…Он обернулся на пленника — Зря ты, гнида, сразу не сбежал. На дар понадеялся и на случай. Да? — Он резко взял собеседника за подбородок «гипнотизируя» его взглядом удава.

— Кто тебе, сука, заказ дал? Кто? Имя? — Лицо караванщика страшно перекосило.

— Голди. Голди. — Васёк захрипел, дёрнувшись на удерживавших его руках.

— Что обещала?

— Чёрный жемчуг, долю в партнёрстве, себя… — Рейдер хрипло и зло выталкивал слова, желая и одновременно не желая говорить.

— Вот так просто подошла и предложила? Всё и сразу? А может ты сам к ней пришёл? Например, меня заказать, а она уж сменила заказ? То, что они с Хрустом не одну группу «потеряли» на быстрых кластерах я знаю давно. Некоторых даже знавал — и караванных и рейдеров. Небось решил наводкой заработать? Да?

— Нет. Нет. Чем угодно клянусь. На ментате проверь. Флинт, не убивай. — Васёк захрипел пересохшим ртом, ускоряя слова. — Я к ней, не за тем вообще пришёл. Женщина видная, ты ж её видел. И одна сейчас.

Ну сели, выпили. Не дала. Но сказала, что, если завалю Радара — будет тебе всё и не по разу. А нет, так нет — если каждому давать обломается кровать.

Я тогда и не думал, как такое можно провернуть. Кто ж знал, что Жлоба элитник сожрёт? Что останемся без большей части тяжёлых стволов? Откуда мне было знать, что в охрану к нам сам Радар и набьётся?

Тут всё одно к одному, всё одно к одному. Такой шанс, как больше не бывает. Я эту тему только на гаражах увидел, как это можно сделать. И ведь так всё красиво сходилось.

Мало ли народу заражённые на кластерах жрут, так что и следов не остаётся?

Пропали бы эти — какие к нам претензии? Если бы тебя спросили на ментате в Металлисте — ты бы ответил всё честно. И всё — съехал бы ты с темы без всяких предъяв. Флинт, нет, не против тебя.

Флинт растёр лицо раскрытой ладонью. — Ой, дурррак. Кто бы стал устраивать следствие с ментатами в таком раскладе? Этот ушлёпок, кореш половине боевиков стаба. Если бы мы вот так запросто заехали ещё раз на тот стаб нас бы постреляли просто так, с горяча. Это даже если перед этим не пошла бы малява от той же Голди. А она бы пошла. Чисто для разогрева. Конкретно, что бы не забыли и не перепутали. Что вот те САМЫЕ. Вот и пошла мясня. Они нас. Мы их. И всё — большая часть банды, которая положила Хруста и его кодлу ложится в замесе.

Ты понял? Нас бы подписали под чужой замес — и всё из-за тебя.

Это ж всё как два пальца. Тут только надо уточнить — Ты должен был лечь вместе с нами или действительно лёг бы с бабой на Коровьеве?

Когда все за одного козла ложатся подыхать, а ты такой красивый за всех с шикарной бабой…Это пххх как некрасиво. — Караванщик резко прервал речь дёрнувшись-оборачиваясь всем телом на одного из стабовских бойцов.

— Миксер, рацию отложи. Здоровее будешь. — Глаза Флинта зло блеснули.

Уже не тоном угрозы, а мягко как доктор психиатр, продолжил — Ты, оглянись, сколько вокруг тебя пушек и все направлены сюда. Случись какая-то шумиха, тебя ж первого не то, что изрешетит — размажет в кисель.

Сам же слышал эти дела — ссоры стабу не угрожают. Всё это чужие разборки. Так что, если ты о них доложишь чуть позже и останешься жив и здоров…Так никто ж не против?

Ты, опусти, опусти машинку то — тебе же ещё жить, да жить.

Боец с выражением неловкости на лице, как подросток пойманный на стыдном, убрал рацию в один из карманов. — Ну я это…Флинт, я ж машинально. Я ведь понимаю.

— Вот, вот — и понимай. Слышал разговор? Тут выходит красотка, которая у вас завелась, чуть небольшую войну не организовала. Причём руками моих людей. Я как-то очень не люблю, когда меня так употребляют. Нехорошее это дело.

За такое надо спрашивать головой и задницей.

Значит мы сейчас едем к дому где она поселилась — и ты нас ведёшь. Становишься богаче на тридцать споранов… И остаёшься здоровым, а не как при другом раскладе.

Боец глянул на одну машину с торчащими стволами…На другую, чуть задержав взгляд на башне из которой торчал ствол пушки еще муровского броневика.

— По десять ребятам — и сорок мне. Машину я проведу только одну. — Он нервно провёл ладонями по брючным карманам. — Как разберётесь, возвращаетесь на КПП, заканчиваем дела и заезжаете уже как полагается.

— Сойдёт. Ты — с нами в кабине, показываешь дорогу. Остальные двое тихо и аккуратно, как мышки, стоят у шлагбаума и не делают резких движений. — Зловеще наставительно выговорил Флинт. — Радар, ты с нами поедешь?

Радар задумчиво поглядел на свой бронепикап, повернув голову. — Да. Мне стоит съездить на это мероприятие. Только возьму кого-нибудь из моих людей.

«Атаман» неспешно вернулся к машине. — Залезая в кабину, он проговорил с задумчивым лицом. — Интересное кино выходит. Значит заказала нас Голди и заказала только одному человеку из каравана.

Помнит её кто? Это пассия покойного босса с Металлиста. Остальные вроде как не при делах.

Он быстро пересказал услышанную историю. Трот выслушал равнодушно, словно уже знал всё сказанное. Сапёр внимательно впитывал все детали, но особенно не горячился. Чур наоборот эмоционально переживал и в конце хлопнул себя кулаком по ладони. — Вот шайтан баба, жаль, что её в ту ночь, когда стаб брали, в дом не было.

Сапёр поморщился — Выдающаяся стерва. Я бы с ней… познакомился. Перед…расставанием.

— Ага. Я бы тоже — разиков, шесть-семь, всесторонне и глубоко. — Трот ухмыльнулся.

Ээээх и это называется взрослые мужики. Блин, чисто школьники старших классов. — Радар покачал головой сдерживая смех.

Трот менторски разъяснил-

Тюю. Улей он такой. Понимать надо. Как он на людей действует? Ускоренная регенерация во все места — вот те раз. Молодость с откатом на годы — вот те два. Так что вспомнить школу это фигня. Ты ещё не видел, как себя ведут люди, к которым возвращается гормональная живость после полного угасания.

«Озабоченность» как у малолеток фигняяя. Бывает веселее. Видел бы ты, как на некоторых стабах, от голодного недотраха, гомосятина цветёт и пахнет. Тебе, красивому, ещё свезло с попаданием.

А то был бы ты не Радар, а Мальвина — к примеру.

— Да тьфу на тебя. — Парень с трудом, гримасничая, вернулся к серьезности. — Пожалуй я возьму с собой двоих. Сапёра в открытую и Чура в стелсе. Не доверяю я этим ребятам. В любом случае — не доверяю. Если что — может пригодится. Даже если не пригодится и вскроется… То скажу, что запрета на это не было.

— Ага и эффектно извинишься. — саркастически уточнил Трот.

— Перетопчутся. — Радар хлопнул ладонью по приборной панели. — Хорош шутковать. Если не вернёмся в разумные сроки — тебе придётся прорываться к стабу. И что-нибудь мутить, что бы это дело получило иное завершение. Я думаю, у тебя намного больше шансов добраться живым до стаба, чем у Сапёра. Просто за счёт рейдерского опыта.

Трот стоял в кузове внимательно глядя на собеседника. В коротких «гляделках» искрой проскочила мысль, которую никто не сказал вслух, но оба поняли.

— Всё, хорош лясы точить. Время — жизнь. — Парень показательно ухмыльнулся, продемонстрировав белые зубы.

Через минуту пара рейдеров деловито шагала к КПП.

Миксер сел на место пассажира в кабине и показывал дорогу. Рейдеры и караванные ехали в кузове. Все молчали и в воздухе висело странное напряжение.

Тачка Флинта в прошлой жизни похоже была автобусом внедорожником… Ну или чем-то с подобной претензией. Возить ораву народа по бездорожью и с удобством — цель определила стиль. И даже типовая для Улья переделка техники этого не изменила. Хоть на корпус и наварили листы металла, броне жалюзи и решётки с шипами, пусть сверху, на люк, был приварен колпак с торчащим пулемётом — но кузов был просторен и в нём остались мягкие кожаные кресла.

После жёстких лавок, узкого «танкового» пространства Сивки и «трофейного» пикапа — царская роскошь. Можно прикрыть глаза, расслабить седалище в мягком сиденье, скучающе потянуться… Представить себя богатеньким уродом на сафари. И сладко забыть окружающий мир.

Только надо «незаметить» жопу «купольного» стрелка висящую в сиденье перед глазами. Улей всё-таки Улей. Скорее он отменит тебя, чем ты отменишь его реальный колорит.

Поездочка оказалась на удивление короткой и даже приятной — типо «туристической». Как и бывает, когда реальную тягость работы выполняет кто-то другой. Флинт с бойцами сидевший у кабины работал штурманом, а парень с КПП лоцманом. Караванный водила был мастер — тачка ехала с неплохой скоростью, но мягко и точно попадая в повороты.

«Обиталище» нужной персоны оказалось довольно оригинальным. Это был автотрейлер на колёсах — но стоящий на участке, огороженном качественным кирпичным забором высотой больше двух метров.

Радар тихо присвистнул, разглядывая цель поездки через ворота из витых стальных полос. — Как-то оно такое, слишком скромно для этакой вот персоны.

Стабовский боец раздражённо ответил — Может где-то она и персона. А у нас — всего лишь новичок. Никто и звать никак. И так, вон участок отличный ей продали — укреплён так, что иного элитника остановить можно.

Вообще, может где-то в Улье и живут в небоскрёбах, но я не видел. Электричества на «высотки» где столько брать?

— Небоскрёбы не небоскрёбы, но народ выкручивается. И на угле бывает станции делают, и на дизеле.

Ладно, это я не в упрёк стабу. Просто от этакого персонажа ожидал чего-то более эффектного. — Парень задумчиво поглядел на запертые ворота.

Флинт качнул головой и криво ухмыльнулся, поглядев на Радара. — К чёрту дверь.

Тот хмыкнул сдавленным смешком.

Водитель выжал газ, разгоняясь. С жутким грохотом бампер вышиб ворота. Ажурные стальные полосы погнуло и отбросило в сторону. Петли с облаком пыли вырвало из стен.

Пикап провернул петлю по площадке, разворачиваясь задом к трейлеру.

Радар прищурился на «колёсный дом». — Стрелять не стоит, нет там никого. Хотя …

Что там есть…Непонятное. Меньше человека…Сильно меньше. Видно, правда, честно говоря, плоховато.

Флинт смерил взглядом дверь. — Черныш, вышибай окно. Откроешь изнутри.

Боец несколькими ударами приклада вынес оконное стекло. Прочный стеклопакет упорно не хотел поддаваться и в конце концов почти целиком выпал из крепления вовнутрь.

Парень закинул автомат за плечо и взялся за край окна руками в перчатках. Секунду примеривался — и ногами вперёд впрыгнул внутрь.

Через минуту дверь открылась.

Рейдеры невеликой толпой ввалились внутрь. Комната была невеликая, но вполне комфортная. Чисто, аккуратно и явно обжито. Складная кровать, стол, шкафы с одеждой и посудой — всё было убрано, хотя и носило следы использования.

Из одёжного шкафа раздалось трагически печальное — Мяяяу.

Ах вот у нас тут кто. — Радар, смягчившись лицом, потянулся к дверке.

Рука отлетела в сторону от резкого удара. — Ты что охренел? Больно же. — Парень оглянулся на Сапёра.

Лицо вояки было страшным, искажённым бешенством. — Мы так пару хороших ребят потеряли в своё время. Старый фокус, но неплохо работает — на мобилизованных особенно.

Каждая закрытая дверь может быть заминирована. Каждая вещь — особенно ценная.

А вот такое — оно особенно паскудно. Но потому и ставится, что часто срабатывает. Откроешь дверь, выпустить животину — бууух.

Парень обиженно растирал отбитую руку. — С тем же успехом там может быть просто запертая несчастная животина. Что б не сбежала, например, или не гадила. А держать где-то нужно, если уж попалась.

Кошаки же в мультиверсуме редкость. Жрут их заражённые уж больно здорово. Специально охотятся и выслеживают, азартнее чем людей даже. Любят, да. Как лакомство, но любят. Ну и рейдеры тоже любят, для счастья. Без кота и жизнь не та. На стабе такую зверюшку можно и продать не за одну горстей споранов.

— Значит не только жалость, но ещё и жадность. Самое то — для наживки. — отрубил Сапёр.

Радар выдохнул. — Ну если уж всё так печально, можешь осмотреть и открыть это дело сам?

— Нет, такие штуки ставятся на неизвлекаемость. И ставятся вовнутрь. Даже пытаться не стану. Могу попытаться открыть дистанционно, если найдётся леска. — Вояка был твёрд.

А у тебя нет? — Парень удивлённо поднял брови.

— С собой — нет.

— В машине была. Для немного других целей…Но была. — Флинт обернулся. — Череп, принеси сюда.

Сапёр скривил губы — Для растяжек запас?

Караванщик кивнул. — А как же? Лагерь обезопасить. Стоянку подстраховать. Тайник от дурака защитить. Леска и граната, в прямых руках — как водка и пиво, две вещи очень здорово сочетающиеся.

Вернулся боец с полупрозрачным мотком.

— Все в дверь и машину тоже отгоните, что бы случайным осколком не поцарапало. — Вояка деловито забрал леску, прикидывая что и куда крепить.

Рейдеры ушли к пикапу — зарычал мотор, и тачка откатилась, сначала за стену, потом ещё на несколько метров.

Через пару минут к маленькой толпе подошел Сапёр с мотком в руке.

— Пришлось извращаться, заводить лесу через ножку стола, что бы ручку шкафа дёрнуло с нужной стороны. Неудобно, но сработает.

Поехали. — Он дернул конец лески.

Громыхнуло. Ударило по привычным к тишине ушам. В небо взлетел огненный столб, расшвыривая куски железа.

Рейдеры рефлекторно упали на землю, закрывая руками головы. Сверху с шумом падали отдельные обломки. Мусорный град прошёл по окрестностям, заставляя вжиматься в землю.

Прекратилось…

Компания, наконец, поднялась на ноги в общем порыве — поглядеть на результат взрыва. На месте трейлера была яма, из которой ещё шёл чёрный вонючий дым. От самого автодома не осталось почти ничего, его буквально разметало, разорвало в куски.

— Ставить такой заряд на человека — это перебор. Но талант минирования выдающийся. Это ж как его …что б оно вот так? Я бы, пожалуй, поговорил с тем, кто это сработал… — Сапёр был изрядно удивлён.

Радар чесал затылок, глядя на поднимающийся дымок. — Реально важный вопрос не в том. Вопрос — после вот такого взрыва оно сейчас едет от нас, чтобы ударить в другой раз? Или оно едет к нам с развесёлой компанией, чтобы добить выживших?

Глава 7

Сапёр обернулся, оценивающе просматривая окрестные дома и заборы, потом ответил — От нас. Если бы у этой ххх хватало возможностей организовать реальную атаку на группу, она бы скорее сидела в засаде где-то рядом. Маскировка, снайпер, а лучше пяток — и вопрос решён.

Если не сделала — значит не может. Мина — это хороший фокус и задёшево. Да и поставить её можно заранее.

Нет. Атаки не будет. Не может она.

Радар слабо кивнул, соглашаясь со сказанным. — Думаешь, побоялась жемчуг разменять? Всё-таки деловой опыт у бабы серьёзный. Если б она это провернула ей бы хватило на реального киллера по мою душу, а не это убожество. И ещё на нескольких бойцов на всякий случай.

— Может побоялась. А может и не было у неё жемчуга. Она его конечно обещала… Но обещать не то же, что собираться исполнять.

Флинт скривился в кислой, жёсткой гримасе. — Хватит попусту гадать. Давайте по машинам и сваливаем отсюда. Если попадём на разбор к местным «смотрящим» за порядком — нехорошо будет. Конкретно и каждому.

Они конечно обленились и будут раскачиваться битый час. Но всё равно не слишком долго. Так что надо успеть…

Рейдеры молча переглянулись и в темпе вернулись по машинам. Обратный заезд до КПП прошёл в невесёлом молчании.

Трот, так и сидевший за баранкой, внешне никак не выразил каких-то чувств. Только изобразил лицом немой вопрос.

Зато один из стоявших охранников от стаба, молодой парень с простоватым лицом азартно заполошно затораторил. — Это чё было ваще? Бабахнуло так, что здесь стёкла дрожали. Я уж думал хана вам всем.

Миксер вылез из машины делая рукой жест отмашку утихнуть. Рядом «посыпались» «караванные» со своим боссом.

Следом вылез Радар поправляя висевший под рукой автомат. — Да, хозяйка нам очень уж сильно рада была. В тротиловом эквиваленте граммов так … многа. И от всей радости оставила нам пламенный привет на весь эквивалент.

— Несколько килограмм там было — Уточнил Сапёр.

— Вот-вот. Жаль только мадам не задержалась разделить этот громкий и яркий успех с нами. Увы, она покинула нас под влиянием неотвратимых и роковых обстоятельств, не успев даже оставить нового адреса. — Радар улыбался кривой нездоровой улыбочкой.

— Что живы, уже прекрасно. Считай вторая днюха. Что теперь? Будем искать — догонять? — Трот флегматично почесался.

— В Улье как на войне — каждый день за день рожденья. Праздник всегда с тобой. Ссссука, мир вечного праздника.

Ладно… Гнаться за ней плохая идея. Даже если мы нагоним её на стабе … А это ещё надо угадать на какой она поехала — нам там рады не будут.

Но по-хорошему, надо бы объявить награду за её башку. В качестве встречной благородной любезности — всё-таки она меня оценила в чёрный жемчуг, а народ на быстрых кластерах убивают и за споран.

Грех не вернуть должок.

Гороха конечно жаль, но если не решить вопрос, то эта деятельная натура нам доставит ещё … любезностей.

Блондин открыл дверь «бронепикапа» кивком приглашая садиться. — Что ж, не погонимся — значит не погонимся. Вообще то спецы по поиску следов не великая редкость и найти такого на стабе за умеренный прайс, вполне реально.

И попробовать догнать и прикончить пусть даже и на стабе то же вполне реально.

Только гнать по Улью на скорости и дуром — значит искать досрочного избавления от тягот здешней жизни.

Пусть эта… мадама ищет счастье радостных встреч — по высшей планке элитной. Глядишь и найдёт.

Флинт какое-то время молча следил за этим обменом любезностями, потом приказал стоявшему рядом в позе «вольно» бойцу. — Череп, тащи сюда Васька.

У тебя к нему ещё вопросы есть? — Обернулся он к Радару.

Тот лишь хмыкнул — Нет. Да и смотреть на эту гниду больше желания нет.

Это как раз решаемо. — Флинт коротко, по птичьи, глянул на болтавшегося между двумя мордоворотами пленника. Парень еле заметил очень быстрый знак пальцами правой руки.

Одним обманчиво мягким движением рука Черепа с укороченным «клювом» прошла от пояса к голове бывшего зама. Тот обвис мешком несколько раз дёрнувшись мелкой дрожью. Равнодушно и чётко, будто выполняя многократно отработанный ритуал, караванный обтёр боёк тряпочкой и вернул её в пакет, а пакет в карман камуфляжной куртки.

«Боевой молоток» вернулся в оригинальную кожаную петлю закреплённую на бедре.

Вынув из рюкзака полиэтиленовый пакет и скотч Череп быстро «запаковал» голову свежего покойника.

Миксер зло скривился — Вы чё опухли? Кровь возле стаба лить? Вы хотите заражённых к нам подманить?

Спокойно, сам же видел запаковали быстро — натечь не успело. Но если так уж стережёшься — плесни сверху чуток бензина, да подожги. Или первый день в Улье и не знаешь, как это делается? — Флинт был уверен в себе, хотя и не наслаждался происходящим. Он проводил взглядом тело, уносимое к одной из машин каравана. Потом караванщик обернулся к Радару — Можно было бы конечно замутить что-то более долгое, зрелищное и впечатляющее. Такое шоу полезная вещь для дисциплины. Только вот долгая смерть — ненадёжная смерть.

Любые затяжки и усложнения — это всегда шансы на срыв темы. Как по мне, такой шанс в этом раскладе стопудово лишний.

Раз уж случилась такая мутка, надо как-то эту тему компенсировать. Бери себе тачку этого урода. Если в ней чего найдёшь полезного — то же твоё. Череп тебе отдаст ключи и покажет какая машина и где стоит.

На этом и разойдёмся — с уважением.

«Караванбаши» протянул пятерню для рукопожатия. Радар промедлил миг, потом пожал протянутую руку.

Караванные засуетились и скоро караван, машина за машиной, пропал в глубине стаба.

«Атаман» подкинул в ладони ключи от машины. — Не будем здесь задерживать. Чур, бери — тебе тачка.

Ключи «растворились» в воздухе.

Трот, ты посвежей будешь, давай за баранку броневика. Всё двигаем, залюбило меня тут всё, хочу домой.

«Броневик» и следовавший за ним «пикап» летели на довольно неплохой скорости по куску дороги с хорошим асфальтом. Застройка была относительно далеко, как и проклятая степь с её воздушной опасностью. Это давало какую-никакую безопасность… Или её иллюзию.

Радар задумчиво постукивал пальцами по лежавшему на коленях автомату. Пассажирское сиденье возле водителя давало хороший обзор, но парень вопреки обычаю смотрел куда-то в одну точку. — Думаешь этот кадр реально «не рубил», что мутил его зам? Такой матёрый зверь и вот так лопухнулся? Вот такой вот прокол?

Крутивший баранку Трот пожал плечами — Прокол на гандоне — это рулетка жизни. Весь мир казино — пока живёшь и долбишься, как не старайся, а играешь. Только на резиновом — ставка одна жизнь и иногда даже в плюс… А на двуногом бывает и целые страны в минуса улетали.

Страхуйся не страхуйся — иногда всё равно будешь проигрывать, каким бы ты игроком не был. Это жизнь.

Будь ты хоть живым богом собственной персоной — всё равно иногда будешь нарываться.

— Думаешь так? А меня что-то грызёт, хотя сейчас не понимаю, что. В любом случае там не стоило лезть в бутылку, а уж тем более задерживаться для разборок.

На будущее надо прикинуть на случай такого вот номера «жалует царь, но не жалует псарь». Но это всё потом. Сейчас…Как же я хочу вымыться… Да что б с мылом и горячей водой.

Сапёр подал голос из «бронекупола», слова звучали немного глухо из-за искажения стенками. — Трот, всё хотел тебя спросить — вот эта физическая сила, она за дар Улья считается? Как она развивается?

— Не совсем. Дары обычно активируются на время. И они у всех разные. Бывает конечно и на силу — не без этого. Но вот то, что ты видел на гаражах это, как и регенерация развивается у всех.

Хотя тоже зависит от времени проведённом в Улье и выпитого раствора. Но и ещё конкретно от физ нагрузок на мышцы. Так-то можно не особо и прокачаться. На яйца разве что — если по бабам бегать или лысого гонять. Регенерация усиливает то что «грузится» — так что селяви. Так что здесь те нагрузки, которые раньше бы покалечили делают реально круче.

Но…Бусинный раствор не только дары усиливает — тело тоже меняется. Да и мозги …перерождаются. Между матёрым иммунным и элитником не всегда такая уж разница, кое в чём.

К чему говорю. Хочешь быстрее стать сильнее — тренировка в помощь. Но учти — перед любым, кто достаточно попил не просто «живца», а «бусинника» на особые преимущества не надейся.

Так что здесь твои десантные фокусы с отжимом на одной руке или жима с хлопком — полезны условно. Держи это в памяти — рулят всё равно дары. А сила и регенерация — это только против свежаков.

На жёстком лице Сапёра мелькнула тень смущения. — А ты откуда… Где видел мои тренировки?

— Какая разница? Родина слышит, Родина знает.

— Это не ради какого-то скрытого преимущества. Это скорее просто привычка. Привычка, которая натура.

— Та я ничё. Просто привычки десантуры. — Трот слегка провернул руль на стыке дорожных полос от разных сегментов. Асфальт сменил цвет, но по-прежнему был неплохого качества.

— Десант тут причём? Десантная — бывает операция. А часть бывает егерская, у нас по уставу положено такое. — Сапёр ответил автоматически, с искренним непониманием.

Радар «включился» выходя из задумчивости. — Похоже какая-то разница в специфике миров. У вас кого используют для десантных операций?

— По-разному. Штурмовую пехоту включительно морских пехотинцев, иногда тяжёлую пехоту или егерей. В крупных операциях и линейную пехоту.

— А если надо провести заброс с воздуха?

— Смотря по специфике операции. Автокапсулой могут кинуть кого угодно. Ясен хрен, что обычно используют штурмовиков. Но кидают всех. Если надо работать только «куполами» и тактически гибко — тогда егеря. Но умеем не только мы — разные спец части так тоже могут.

Даже у штурмовиков разведроты на «купол» натаскиваются. Хотя они ясное дело больше по тяжёлому вооружению и координации с техникой поддержки. — Сапёр говорил ясно и легко, будто озвучивал азбучные истины.

— А так что бы целиком род войск был «авиадесант», вроде морпехов что ли, такого нет?

— Нет, такого нет. Зачем? Не настолько часто такие операции возможны, чтобы под них готовить специальные силы.

— Ну это у вас так решили. Тут наверно ещё надо уточнить что там за капсулы, которыми обычную пехоту кидают? Я про такое первый раз слышу.

А у нас есть воздушно десантные войска. Ребят натаскивают на парашют специально для десантных операций. И называются они попросту «десантурой». — Уточнил Радар. Потом опять замолчал, уходя в задумчивость.

Какое-то время машина ехала в неловком молчании. Потом Трот обернулся — Атаман, вроде все темы закрыты. Чего ты так жестко зависаешь?

Парень потёр лицо ладонью. — По параллелям. Если эта тема с подставой от Васька делалась мимо босса, значит такое возможно. Помнишь ту подставу? Возможно игра шла и против Дьяка. И тогда, выйдя на контакт с Дьяком можно и подняться на что-то крайне полезное. А то и покруче…

Но если это была его игра — то пискнув мы попадём под удар, который вряд ли переживём. Возможности и умение там такие, что пережить следующую попытку может получиться только милостью Улья.

А её не хотелось бы испытывать лишний раз. И так постоянно под ней ходим.

Вот и гляди. Я помню, что мы сейчас в тупике.

Снаряга портится, люди выбывают. Что там с группой Бахуса? Сколько пропадёт в рейдах? Вернутся или Улей забрал? Кто скажет? Мы слабеем и будем слабеть. До чего дойдём? Будем свежаков и чужаков внешникам сдавать, просто ради снаряги, как покойный Хруст?

Куда-то прорываться? Нам нигде рады не будут. А силы убывают. Всё риск и время давит.

Короче — дилемма зоофила с ёжиком. А… Прорвёмся.

Радар изобразил кривую улыбочку и начал мурлыкать под нос.

Я в губернии Тобольской

Был единый анархист.

Редингот носил я польский,

Хаер длинный был нечист.

Mon papа́ — советник статский,

Он в Присуствии сидит,

Мать имеет паспорт датский,

Лечит в Ницце свой гастрит.

Я дороден, как кабан,

У меня есть свой наган,

По Бакунину я шарю,

Нахожу его charmа́nte.

Первый сударь на уезд,

Не найти милей окрест,

Э-э-эй, да вот те крест!

Мне papа́ сулитъ карьеру,

Шлёт mamа́n меня в лицей,

Ну, а мне милее оппы

Террористы мне милей!

Феминистки-профурсетки

Не приемлют нас, как класс —

Я им тёр про роль прогресса

Посередь амурных ласк.

Я дороден, как кабан,

У меня есть свой наган,

По Бакунину я шарю,

Нахожу его charmа́nte.

Первый сударь на уезд,

Не найти милей окрест,

Э-э-эй, да вот те крест!

Сверху послышался оклик Сапёра — Там справа! Смотрите!

Глава 8

Всё четверо от Бахуса до Летуна «прилипли» к биноклям. Рейдеры ошеломлённо наблюдали как на асфальтовом пятачке выстраиваются странного вида бронемашины. Вся техника была покрыта теми же серо-жёлто-зелёными многогранниками, уже знакомыми по прежним встречам. Та же пластиковая чешуя со способностью включать эффект хамелеона. Только здесь она покрывала не «летунов», а многочисленную тяжёлую технику. Грузовики — кунги, тяжёлые грузовики со странной «мордой», похожей на срезанную сферу, броневики со скорострельными пушками на куполах и какая-то хрень на гусеницах со здоровенным «ящиком» сверху, на горбу — всё это довольно тихо и слаженно занимало свои места.

Всё было какого-то одного «дизайна», футуристичного и своеобразного — но одного стиля. Всё свеженькое и чистое, все поверхности покрыты камуфляжной чешуёй или небликующей краской. Даже решётки из острых пластин закрывавшие окна и борта техники от чудовищных ударов заражённых были немятые — небитые. По сравнению с пиратской пестротой, разнообразием и запылённостью рейдеров, здесь чувствовалась СИСТЕМА и система очень круто отлаженная.

Бахус зло кривился, глядя как техника выстраивается в какой-то порядок. — Так, подымаемся ещё на этаж. Нам там будет видно лучше. А вот нас похуже. Там стекло с тонировкой под большим углом.

Четвёрка поднялась быстро, с каким-то злым игровым чувством, соединяющим команду, позволяющим действовать слаженно.

Расположенная этажом выше клетушка и в самом деле давала лучший обзор.

Клин махнул рукой назад — Смотри, здесь нет дверей за спиной, если что, то отбиваться будет куда как хуже.

Плевать. Ты видишь, какой цирк приехал? Если нас засекут, нам полюбасу не жить. Даже забрать с собой никого не успеем. — Стронг щурил красноватые глаза, как злящийся кот.

Тогда может спустимся в подвал? Так меньше всего шансов что нас чем ни будь накроют. Чем-то типо тепловизора или датчика движения. — Клин ткнул рукой вниз.

Поздно уже. Теперь уже сидим и ждём. А там — как карта ляжет. Наслаждайся пока кино — не каждый день такое бывает. Цвета хреновые, зато движуха — огонь. — Бахус вернулся к биноклю, изучая суету внизу.

Толстое зеркальное стекло и правда искажало цвета. Но оно же давало слабое чувство безопасности и быть может иллюзию, того что их не видят.

«Гусенечная хрень» выстроилась в линию подняв «короба» на «спинах» вверх. Из кунгов горохом высыпали бойцы, одетые в помесь скафандра с бронежилетом.

— Похоже на систему залпового огня…Только мелковаты тачки… — Завороженно протянул Тролль.

— Один хрен какой-то миномёт. И я догадываюсь для чего. — Стронг не отрываясь как на гипнозе глядел вниз.

Коробки начали «чихать» дымными струями из двух рядов круглых «сопел».

Пх. Пх. Пх. Пх.

Точно миномёты. Только тихие. У нас таких не было. А у вас? — Клин оторвал глаза от бинокля и поглядел на товарищей.

Тролль продолжал смотреть вниз. «Серо-жёлтые» сноровисто принимали из подошедшего грузовика жестяные коробы. Грузовик, подъезжая, мигнул хамелеоновой расцветкой, становясь заметнее. Прошёл миг после того как он подъехал — и вновь краски на машине поплыли как у хамелеона, сливаясь с асфальтовой серостью.

— Какая камуфляжка…Нам бы такую. Нет, у нас такой техники тоже не было. Бахус, а ты таких видел? Это же вроде нолды?

— Я много кого видел. И мочил тоже много кого. Нолдов тоже случалось… Обижал… Только это не они. Такие твари мне не попадались. Но вот что они делают я знаю. — Бахус переводил бинокль от стаба к «миномётам» и обратно.

С броневика, стоящего в центре по крутой дуге, свечой взлетел треугольный беспилотник. На мгновенье он завис вертикально, уууух и стрелой ушел к стабу.

Бойцы продолжали перезарядку миномёта заправляя жестяные коробы в «пасть» техники.

Бахус продолжил. — Это они «мясолов» распыляют. Такую дрянь многие внешники используют. А иногда и муры. Дрянь вроде боевой химии — даже матёрого иммунного вырубает на сутки намертво.

Значит, вон та машина у них командирская и там сидит какая-то шишка, не будут же они данные с беспилотника докладывать в другую тачку.

— А нам то что с того? Всё равно мы ничего сделать не можем. Был бы гранатомёт — ну другое дело. Или что-то предлагаешь? — Клин непонимающе нахмурился.

— Другое? Нет, гранатомёт нам ничем бы не помог. Ты же видел какие у них «летающие глаза». Только высунь нос — и тебя засекут. Пристрелят — пискнуть не успеешь.

Так что пока сидим тихусенько, как мыши под веником. Может и сумеем уйти живыми если Улей даст.

А вот чётко ежеминутно срисовывать и запоминать расклады — привыкай.

Бахус помолчал минуту и продолжил. — Братан, честно, ты ведь служил, может и в серьёзной части, но на реальной войне с мокрухой не был? Да?

Клин ответил несколько резко — А тебе то, что за вопрос?

— Потому что это привычка. У многих, кто под смертью ходил, такая тема есть — чётко сечь расклады, что где понадобится не знаешь, но запоминаешь и пытаешься понять.

Кусаться не будем, а учиться учись. Пока батька учит — учись. Расклад просекай всегда. Конкретно, на привычке. Может и жизнь спасти. Это первая из моих шести любимых заповедей.

Сейчас расслабляемся и ждём пока ребятки закончат свой фильм ужасов.

Перезаряженные «ноздри» в коробках вновь «зачихали» дымными струями из рядов круглых «сопел».

Пх. Пх. Пх. Пх. Пх.

Рейдеры безотрывно наблюдали происходящее в четыре бинокля. Люди на стабе начали прятаться ещё после первых разрывов — и поэтому видимых эффектов заметно не было. Лишь ветер играл туманными клочками над домами и дорогами. Видимо внешники что-то наблюдали с «летающих глаз» — и последовал неслышный зрителям, но ясный приказ.

Один из кунгов выкатился к поселению. Следом ехал броневик. Доехали. Замерли. Высыпавшие бойцы стали вытаскивать из укрытий тела. Сначала они зашли за укрепления блокпоста, потом в ближайшие дома — и каждый раз возвращались с грузом. Всё было на ладони как в театре. Хорошо различимые в оптику мягкие фигуры грузились на носилки — а потом укладывались в штабель возле КПП.

Следом проехал длинный грузовик выбросив «сходни», и бойцы стали загружать в него свои «трофеи». Камуфляжник. Камуфляжник. Гражданский в брюках и куртке. Женщина в джинсовом костюме. Камуфляжник. Всё это было таким… Жутко обыденным. Обыденной жутью. Словно курей на птицефабрике грузили. Разве что серо-желтые бронескафандры всё же отличались от затрапезных передников птицезабойщиков.

Тролль с нездоровой весёлостью предложил — Слушайте, а может пока они пялятся на стаб, по-тихому через задний двор и отвалим? Доберёмся до наших колёс и вжарим отсюда. А? Руки в ноги — и успеем же?

Ты же слышал, они собирались прошерстить окрестности, как закончат операцию. Ну на ххх нам этого ждать?

Бахус был бледноват, глаза лихорадочно блестели, но говорил ровно и спокойно. — Перешерстить? Это они могут. — Он вытащил из нагрудного кармана зубочистку в бумажке. Небрежно вскрыв упаковку стронг кинул тонкую деревяшку в угол рта.

— Ну так чего ждём? Рвём когти пока можем. — Продолжил Тролль

— Нет это они могут сделать, а могут и не сделать. Вот то что любые ребята, которые могут себе это позволить, ВСЕГДА чётко держат район с воздуха — это шаблон.

Сечёшь разницу? Не могут. Держат. Верняк.

Если б базар был за муров или кодлу со стаба — то б было совсем другое.

Это спецы — реальные и круто прикинутые. Засекут с воздуха и пристрелят, как оленя, в спину с воздуха.

— А не лучше сыграть с их летунами, чем ждать пока нас, вот так как скотину траванут и упакуют? Всё лучше, чем во так. Как скотину. Как скотину…

Загорелое лицо стронга стало очень жёстким. Он взял собеседника за воротник и встряхнул. — Тебе по ххх дать или так в себя придёшь? Для близкого пххх не жалко.

Красноватые глаза следили за лицом собеседника, увидев нужную реакцию, он отпустил воротник. — Это у тебя не голова идеи подаёт, а очко играет.

Зубочистка улетела в другой угол рта. — Вот тебе вторая из моих заповедей. Игривое очко завсегда на чужой кукан садится. Сечёшь? Кто испугался, тот всю тему, и свою жопу, отдал другому. Теперь, её держит кто-то другой. Не ты. А дальше уж как повезёт. Но если темой рулит кто-то другой, то твоё место по любому будет далеко от форточки. Это если повезёт. Может и кранты выйти.

Усёк? Хоть лом очком перекусывай, но себя держи жёстко. Иначе хана. Иногда хуже, чем хана.

Так что сидим пока и отдыхаем, как туристы в кабаке.

Парень сменил выражение лица на детскую обиду и злость. — Ты меня за труса не держи. Отдыхаем? Хорошо, давай отдыхать. Может в картишки перекинемся? У меня колода в рюкзаке, как раз пару партий в «дурака» успеем.

— В картишки не стоит. Хорошая штука, но внимание заберут полностью. А нам надо следить за раскладом и в жёсткую. Вот байку я вам расскажу, в тему как раз. — Бахус ухмыльнулся, показывая крупные зубы.

Стронг сменил позицию, устраиваясь на корточках около стены в метре с гаком от обзорного стекла. Поёрзал прислоняясь плотными плечами к стене. Не прекращая наблюдение в бинокль, он начал говорить. Речёвка была тихая низким голосом с хрипотцой. Что бы слышать, надо было вслушиваться и это добавляло пробирающего эффекта.

— Сам я в этой истории не «куражил», но человек, который мне её рассказал, был правильный человек, проверенный. На пустом «свисте» его никто и никогда не ловил.

Дело было отсюда за три перемычки на север. Был там стаб такой Утюг. Смешное название, а по смыслу вообще просто. Там здание было здоровенное, треугольником, видно издалека, от него и окрестили.

Ну, стаб как стаб. Сотни на три рыл. Трейсеры, рейдеры, торгаши да технари. Бывают и здоровые стабы где тысячи народу живут — но это там, где жрачку можно грузовиками с близких сегментов тащить, а горох и спораны бьют здоровыми «загонами» на большие стаи, идущие от Пекла.

Бывал я на паре таких. Красиво живут, базару без. Но… гнило. В натуре, тухлятины на таких больше чем везде.

Ну, а на Утюге жили как обычно. Жили не кашляли.

И вот, как-то день как день и тут на КПП вылетает тачка. Вся, значит, покоцана-побита, будто через стаю заражённых пробивалась. Видели, когда ни будь как матёрая тварь автомобильную жесть когтями рвёт? От такого обычно как раз шипы и полосы наваривают. Вот такое, так что куски по сторонам болтаются. Шипы вырваны, бампер вырван, а фары разбиты в брызги.

Оттуда вываливается типок — глаза чисто при лютом запоре, с кулак размером и во лбу. И начинает он хрипеть-кричать — мол давайте горючку, и я сваливаю.

Народ значит ясен хрен приседает на измену — Что случилось то?

Тот кидает спораны и кричит дальше — Горючку срочно. Остальное потом.

Пацаны что на охране стояли, подогнали ему канистру. Он залился. Пока заправлялся, типо выдохнул. Базарит, что попал в большую толпу заражённых, вроде от Пекла шла. Тварей бессчётно. И спасло только то, что они вообще ошалелые вконец. Даже не охотятся, тупо ломят как морская волна. И тачка хорошая, быстрая — так что сумел всё-таки выскочить и удрать.

Кто не в теме — Пекло это просто много сегментов из крупных городов. Человечины туда постоянно прилетает тоннами и на этом мясе твари отъедаются здоровые и рапаны и элитники. Потом их что-то перемыкает, и они всем стосом дёргают к внешке. По пути всё что видят в клочья рвут. Стаи бывают по много сотен рыл. Их и внешники с их техникой не всегда могут остановить без потерь.

А мелкому стабу тут вообще ничего не светит. Страшное дело. Артиллерийской батареей их конечно можно перемочить. Или миномётами, если их у тебя до хрена. Зушками тоже хорошо.

Только это всё — у больших и богатых стабов, тех что на тысячи рыл.

У Утюга — миномётов пяток, да пулемётов десяток — с мурами можно разобраться… Внешники тоже предпочтут добычу полегче если охотничья команда невелика.

Было дело — налетали. И — как налетали, так и отхватывали.

Но тут, если волна накатит, всем не жить. И все про такую тему в курсе.

Ясно? Братва стабовская — очко жим-жим. Стали его переспрашивать. А где ты их видел? А в какую сторону волна шла? За тобой далеко гнались?

Тот хмырь только зенки пучит — мол не вкурил я. Обосрался конкретно, гнал как мог, только поэтому вообще жив остался. За горючку благодарю — и всё, валю ка я дальше. И — по газам.

Пацаны от этого всего конкретно на истерике — и паханам доложились и по стабу разнесли.

Те как могли начали готовиться, тачки собирать-заправлять, чтобы если валить, так было на чём. И что бы свалить в темпе и не с пустыми руками.

Тут вылетает на КПП ещё тачка. В ней значит чувак, трейсер. Он не раз на Утюге добычу продавал, знали его в лицо. Хайло тоже перепуганное. С ходу подкатывает к барыгам, что бензином торговали. Кидает несколько горошин — не спораны даже, а горох. Ты, секи момент. Мол бензин давайте, на все.

Те ему — Что? Где?

Он — Бензин сначала, потом базары.

Заправили его, а он и говорит мол волна заражённых идёт. В натуре, за мной волна. Я их хорошо если на полчаса обогнал, может и на двадцать минут, а может и на десять. Так что всем счастливо, всем бывать — не кашлять — и вжаривает оттуда на максимуме.

Народ и так уже на измене был, а после такого ломанул сломя голову. Кто на чём мог.

Кореш мой, что это всё рассказывал уже тогда стронгом был. Повидал такого, что поседел бы — ка бы в Улье оно бывало, седина тобишь. И чё т ему во всём этом не понравилось. Вроде и словами так не скажешь — а шкуру свербит. Мутно чёт.

Подходит он к пахану местному и говорит мол, браток, дай тачку пошустрее, съезжу в ту сторону на разведку. Глядишь чего и узнаю.

Только тот уже в истерике. Наорал только — Мол решил свалить как самый хитрый на самой быстрой тачке?

Пацан ему — Ну хочешь, вместе давай съездим.

Тот только слюнями с матом брызгает — ххх тебя и всё.

Кароч, сколько там на стабе народу было? Сотни три четыре? По головам то кореш их не считал. Но многие, кто мог и не мог, оседлал что ездило и сломя голову в известном направлении по дороге вжарили.

А он значит решил чутку по-другому. Сел на велосипед и в сторону от стаба, поперёк той дороги.

В бинокль поглядывает — а педали крутит. Прикинул значит, что дома всё равно заражённых привлекут. Людей там было много, запах, должен был остаться. Опять же не все ж рванули на выезд — кто-то живой, да остался.

Значит, пока заражённые будут стаб потрошить можно успеть упасть на пузо и отползти.

От себя скажу — рискованно он конечно сделал. Могло и не повезти, среди зверья пиипец какие зоркие твари бывают. И чуйку тоже многие лютую имеют.

Опять же стая может бежать чем-то типо колонны, а может и вроде цепи. Тогда шансов что засекут куда больше.

В общем так делать не лучший вариант — но тоже можно, особенно если про бинокль помнить. Лучше было бы уходить по косой, вдоль дороги. Так шансов больше всего. И спрятаться в застройке или в кустах можно.

Только всё вообще по-другому вышло. Он ещё и отъехал то всего ничего, как услышал пулемётный перестук. По его словам — ствола всего три, ну может четыре. С дороги — да…

Он — тихо-тихо в ту сторону. Нашел удобное место на крыше в застройке, откуда можно было как раз дорогу увидеть. Насмотрелся. Такого насмотрелся, что и после литра вспоминать не хотел.

Засада это была. Муровская. Всей банды то — три калеки при мизере стволов. Их бы при прямом нападении на стаб положили без шансов.

Так они сработали. Смастырили залепуху. Пугнули пацанов, а потом на дороге в узком месте встретили из пулемётов. Трейсер тот ххх скурвился, очень им в тему подошёл. Тем, кто вроде как свой верят куда охотней.

Корешок рассказывал, там вся дорога от крови красная была, по канавам стекало. А тачки как дуршлаг побитые, паровозом стояли.

Помочь он там уже никому не мог. Муров всё-таки был не один десяток, и пулемёты…У них были — у него не было. Так что он вернулся на стаб и тему эту там рассказал. Остались там… Три калеки.

Народ кто мог на миномёты сел, думали может эти уроды решат после этого всего ещё и на стаб налететь? Жадность штука такая. Аппетит приходит во время еды….

Но нет — они столько добычи взяли и требухой людской и снарягой и споранами, что им уже было видать в лом куда то ещё лезть.

Такая вот история.

А если б всё-таки провели разведку тогда — все живы были бы.

Сечёте салажата? Заигравшее очко садится на чужой кукан. Крепко это помни. Всегда это помни. И зажимай его крепко.

— Интересный рассказ, я запомню. — Клин отошёл вглубь комнаты, садясь на жёсткий ковёр. Он скрестил руки на коленях и закрыл глаза.

— Запомни… Ага, вот и первый грузовик с добычей. Ммм. Встал. Интересно чего это они грузовики и командирскую машину держат на расстоянии от стаба? Рискованно… — Бахус всё также безотрывно следил за происходящим.

Клин поднял лицо — Как раз наоборот. А ты видать никогда не имел дело с командованием похожим мероприятием.

Если подойдёт подкрепление к стабу — оно придёт как раз на стаб. Там и стрелять начнёт. Или не подкрепление, а просто банда из рейда вернётся.

Что бы ни случилось — ценный груз окажется в стороне от стрельбы. Как и самые ценные руководящие кадры.

Неожиданной атаки при таком плотном контроле с воздуха они не боятся. Но груз — как могут берегут. Не удивлюсь если у них на этот счёт есть соответствующий параграф в уставе.

Тягостное наблюдение тянулось вязким гудроном. Из четвёрки только Бахус по-прежнему следил за движением внизу. Остальные в разных позах сидели и лежали в глубине комнатки.

Громыхнуло два взрыва. Где-то за КПП стаба.

— Гранаты. Похоже кого-то недотравили. Видишь его? — Клин продолжил сидеть. Голос был зло равнодушный.

— Не, за домами не видно. Не вышло у чувака отсидеться — нашли. Сейчас его будут дочищать…

Грохнул «отбойный молоток» двумя короткими очередями.

Глухое «Буб бум. Бум бум» было слышно даже через толстое стекло окна.

— КПВТ — Клин заулыбался дурной улыбкой, «прилипая» к биноклю.

— Вон с той желтоватой башенки садит.

— Точно. Хорошее место для пулемёта, оттуда весь район на ладони. Молодец парень, ребятки видать его ловили на попытку сбежать, а он прорвался к пушке. — Бахус качнул головой скалясь.

Буб бум. Бум бум. Бум бум.

Что ж он так грохочет…Сколько в Улье хожу мне через раз втирают, что тут пёрнуть то погромче опасно. — Тролль азартно вглядывался, пытаясь что-то увидеть или понять по звукам.

Стронг ответил — Ну видать это у них стояло на крайний случай. Когда уже всё равно. Вот он и наступил. Это тот случай, когда если и прибежит кто — то будет даже лучше.

С неба протянулась дымная полоса, закончившаяся на башенке. Хлопнуло.

Треугольник беспилотника завис над стабом, приблизившись к цели, видимо изучая результат выстрела через камеру.

Буб бум. Бум бум. Бум бум. — «Шайтан птицу» буквально разбрызгало в яркой огненной вспышке.

— Промахнулся ракетой что ли? — Тролль заметно переживал за невидимого стрелка.

— Или кроме пулемётчика был ещё один. — Обычно отмалчивавшийся Летун впервые подал голос. Судя по лёгкой краске на щеках его тоже пробил азарт.

Тем временем на крыше командирской машины внешников откинулись «дверки» люка. И в воздух вертикально поднялся ещё один «треугольник»

Поленился дядя ещё раз химией работать или она у него окончилась? Последнюю птицу в полёт выпускает, ай яй яй. — Бахус потёр щёку пальцами. Синяя змея на загорелой коже проступила ярче.

Почему думаешь, что последнюю? Может у них где-нибудь в грузовиках ещё десяток — Клин недоумённо поднял брови.

— Эээ нет, это птичка непростая — эта птичка золотая. Это не тот хлам, который даже муры могут использовать. Это хорошие птички — и значит дорогие птички. Не просто так их командир одну штуку в собственной машине вёз. А значит там больше места ни под что другое — нет. Не так много у них таких штук. Если пустил в ход — значит последняя.

Тем временем полупрозрачный от хамелеоновой окраски треугольник мелькнул стрелой к башенке.

Тролль цокнул языком — Красивая всё-таки … сволочь. Это ж он «вентиляторы» переключает хоть вертикально, хоть горизонтально.

Бум бум бум бум Бум бум. Тяжело стукнул пулемёт. Мимо.

Беспилотник выписал в воздухе несколько кривых петель словно бешенная стрекоза. Резко, свечой, поднялся над башенкой. Почти незаметно мелькнуло нечто, каплей птичьего дерьма влетевшее в узкое окошко. Громыхнуло, из стрелковой щели пошел дым.

Мини бомба. Хана стрелку, такого ему не пережить. Закончилось кино. — Подытожил Клин. — Зе энд.

Это смотря сколько их там с начала было. — Летун увлечённо всматривался в башенку — Если кто-то ещё остался, может быть продолжение.

— Это вряд ли. Взрывом должно было накрыть всю клетушку, если кто рядом был, он тоже не боец теперь. — Качнул головой Бахус.

Это если рядом стоял, а если внизу, тогда должен был остаться в стороне от взрыва. — Летун в горячке хлопнул себя по бедру. — Должен был остаться. — повторил он ещё раз, словно убеждая сам себя.

Призрачный треугольник мелькнул туда-сюда возле слабо дымившего окошка. Потом завис, подлетев почти вплотную.

— Если лезет так нагло — значит видит труп. Готов стрелок. Но ребятки видать и правда стерегутся что там кто-то выжил. — Мрачно от комментировал стронг.

Бах. Бах. Откуда-то снизу лестницы в башенке ударило два выстрела. Слышимость, несмотря на расстояние было прекрасная.

Картечь. Какой-то автоматический дробовик. — «На автомате» определил Бахус. — Они что в эту башню стащили весь хлам, которым ни один вменяемый рейдер пользоваться не будет? Типо «склад самоубийцы»? Сколько свежаков, возомнивших себя крутыми, от такого дерьма загнулось — считать не пересчитать. Шумни такой штукой на свеже перезагрузившемся кластере и всё матёрые твари — твои. А дальше — или достаточно крутой перец просто примет свинец на панцирь, а потом похавает. Или стая задавит стрелка числом, а потом опять же похавает. Итог один — от громкой бабахи, вроде дробовика рейдеру больше беды чем пользы.

Тем временем треугольная «птичка» словно получила крепкого пинка. Удар свинца с такого расстояния отбросил беспилотник на заметное расстояние. Впрочем, он не упал. «Летучка» сделала петлю, отлетая в сторону и набирая высоту.

— Хорошая машинка, сука ххх. Картечь корпус не пробила. Ххх его мать. — Зло проговорил Тролль.

«Треугольник» выровнялся, зависая «вертолётом» в вышине. Потом выпустил тонкую струю дыма, шатнулся в сторону, задымил всерьёз и начал снижаться. Приземление так и не стало падением, но «чёртов глаз» всё же пропал где-то за домами. Ни звука взрыва, ни звука удара.

— Сел-таки, сволочуга… А ты, молодец — накаркал ему. — Видать в движок всё-таки прилетело.

— Служу любимой Родине. — Тролль шутовски вскинул ладонь к зелёному кепи. — Слушай, Бахус, а ведь теперь у этих мразей глаз наверху не осталось! Может пугнём их сзади по затылку? Глядишь шугануться, а тогда уже свалим красиво, через застройку на востоке? Реально ж может получиться!?

И хрен они нас поймают. У беглецов сто дорог, а у погони одна.

Стронг улыбнулся горькой улыбкой. — Их там рота. При бронетехнике и опытном командире. Я это говорю, не от балды, а потому что чую, чисто по тому как они действуют.

Ага, и их рота. Не десять. Не двадцать. И это не муры на расслабоне, а натасканные профессионалы, сидящие на измене.

Надо различать расклады, когда можно и нужно брать на понт, а когда стоит точно оценивать свои силы.

Заруби себе на чём следует. Заповедь. Чётко прикидывай чё ты реально можешь в теме, которую собираешься мутить.

Можно по приколу вдуть паре баб разом. Если особо одарённый, можешь и троим.

Я как-то раз с отходняка после жёсткого рейда, да на кураже в борделе разом шестерых взял. И, сука, ни одну вниманием не обошёл, кое кого и не по разу.

Клин с выражением лёгкого офигения на лице выдал — Свистишь.

— Мамой кляанус, да. — С комичным кавказским говором побожился Бахус.

Но, тот дурак, который попытается взять себе больше баб чем позволяют яйца — получит люлей от всех неудовлетворённых. Смешно и сука, больно.

Сечёшь? Кто пытается вдуть ляди не по силам ххх получает. Да не тех что с волосами — а тех что руками и ногами.

Тролль фыркнул невесёлым смешком. — Понял. Понял. Но всё-таки теперь можно и не ждать финала этого «представления».

Мы тут часа три уже «наслаждаемся». Ссать охота. И, согласись, расклад поменялся.

Расклад поменялся. Базару без. Но лезть наружу ещё рано. Чую я так. Поверь мне — чутьё штука полезная. — Бахус мотнул головой в сторону. — А по нужде, не страдай фигнёй, сортир по коридору. Топай по-быстрому.

Жопой чую, когда настанет время интересного действовать придётся быстро — и лучше бы тебе в этот момент не маяться такой фигнёй.

Парень кивнул и молча скрылся в тёмном дверном проёме. Вернулся он довольно скоро, довольно лыбясь. — Точно говорю, я знаю где у людей находится душа. Откуда выходя все говорят ух полегчало на душе?

Вооот. И не поспоришь.

Уже другим тоном он продолжил со скрываемой нотой напряжения в голосе. — «Кино» всё то же? Что там со стрелками из башни?

Бахус проговорил, не отвлекаясь от бинокля. — Всё то же и всё те же.

Кончили стрелков. Но, по-тихому — отсюда не видно и не слышно.

Верняк кончили — вон опять суки по улицам ходят, чисто по грибы.

Уже пятый грузовик оттуда сюда подгоняют.

Он изменился в лице, что-то увидев. — О, да у нас никак новые лица в шоу… Хотя… Это не лица скорее морды.

Устало сидевшие на полу рейдеры вернулись к биноклям.

— О красава, как подкрались…

Перед глазами пошло новое шоу, более забавное, чем прежде.

Улей ведает, как элитник сумел спрятаться среди домов, как сумел скрыть здоровенную, больше тигриной, тушу этак побольше легковушки в длину, пока подкрадывался, но у него получилось. Был ли это какой-то дар Улья или просто ловкость хищника — но до самого броска никто его не заметил.

Ууух-бросок, быстрое мелькание серой туши в полёте и один из идущих в поиске бойцов отлетел со сломанной шеей. Мелькание, мелькание, быстрые кошачьи рывки, и еще трое ребят в бронескафандрах валяются сломанными куклами. Никто даже не успел вскинуть чудные автоматы, похожие на израильские таворы.

Цок Цок Цок — заработал крупный калибр из башни броневика прикрытия. Глушитель у внешников был хороший — звука почти не было слышно. Лишь бледный огонь на конце ствола показывал, что пулемёт жарит длинными очередями.

Не сработало. Не пробило броню? Не пробило дар Улья, не попал в быстро, шокирующе быстро, двигавшуюся тварь? Гадать — не угадать.

Виден был результат.

Серая, в гранёных многоугольниках брони, тварь подлетела к броневику. На миг зверюгу можно было разглядеть получше. Огромная тварина килограмм на пятьсот. Метра полтора в холке и под четыре в длину. Двигалась она как обезьяна, припадая на более развитые передние лапы. От глаз до пяток покрытая состыкованными костяными бляхами серого цвета в чёрных и бурых разводах, массивная зверина двигалась с неестественной быстротой и ловкостью.

Элитник подсунул лапы под днище броневика и одним движением перевернул его. Громыхнуло жестяным ударом, как при дтп.

Стрельба захлебнулась.

В следующий момент тварь кошачьим прыжком взлетела вверх, на секунду зависла, ухватив когтями край плоской крыши двухэтажного дома и в мах приземлилась на крышу другого броневика, выезжавшего из переулка на помощь.

Закреплённые по всему корпусу острые полосы сослужили свою службу — удержаться на крыше броневика тигрообезьян не сумел, слетев вниз. И всё же успел ударить лапой по стрелковой башне. Крупные когти снесли защитные полосы и разнесли саму башню как пластмассовую

Командирский броневик и танкоообразный вездеход с торчащим орудием, похожим на зенитный эрликон, рванули к стабу. На площадке, у дома — «кристалла» где затихарились рейдеры, остались полные и пустые грузовики и семеро бойцов в серо жёлтой броне, занимавшие посты — позиции. Один из них стоял за мобильной треногой какого-то пулемёта, со здоровенным коробом. Остальные, выстроенные сложным многоугольником, отслеживали все стороны.

Тем временем тигрообезьян метался по стабу, гоняя разбредшихся бойцов. Двое успели дать по длинной очереди, перед тем как их настигли… Пятеро — нет. Результат был один — жесткая отмашка лапой, разрывавшая горло и ломавшая шею.

— Вот смотри, свежачки, почему серьёзные люди так относятся к шуму на кластерах. И это ещё не самая лютая тварь. Бывают и хуже. — С занудно учительским выражением лица выдал Бахус. — Запретов что-то делать в Улье конечно нет. У нас тут, сука, полнейшая свобода. Бухать в рейде? Можно. Курить на сегменте со свежей перезагрузкой? Тоже можно. И бабахать так что б тебя верняк все услышали — можно. Только подохнешь.

Прикольно…. Он оторвался от своих ххх или они чего-то ждут?

— Каких ххх? — Уточнил Клин

— Забыл уже о чём я вам тёр? Голова с ушами. Такие матёрые твари чаще ходят со своей стаей. А вовсе не в одиночку.

Одиночки бывают, но намного реже….

Где его ххх «гарем»?

— А, ты об этом, да помню, помню. С чего думаешь, что он не одиночка? — Переспросил Клин

— С того, что пока не видишь обратного, стоит считать именно так. Всегда.

Бахус потёр змею на щеке. — И даже если видишь.

Глава 9

Рейдер задумчиво проговорил вниз, опустив татуированное лицо — Цирк весёлый, базару без. Можно смотреть и смотреть, кайф в «долгую». Типо, четыре лучших темы на позырить. Как горит огонь, как течёт вода, как тебе отстёгивают бабки — и как чморят уродов.

Такоё всё да…Но тему надо просекать. Где его кодла? Если, когда мы будем сваливать, нам не повезёт на неё наткнуться, эт будет стрёмно.

Смешная и жуткая охота элитника на внешников тем временем продолжалась.

Бойцы, не паникуя, небольшими командами, попрятались по домам Судя по взлетавшим фонтанам пыли вокруг метавшегося монстра — кто-то ещё и пытался по нему стрелять. Видимого прока это не приносило. «Живой броневик» двигался слишком быстро что бы пули нашли какую-то уязвимую точку. Этого не было видно, но наверняка из града автоматных пуль немалая часть всё же попадала по монстру. Увы — его броня была слишком хороша.

Никакого заметного результата…

Элитник с разбегу ударил костяным плечом в кирпичную стену. Стена, обрушилась, посыпалась кусками и пылью. Тварь нырнула внутрь, круша кого-то невидимого.

Всё дело занимало минуты и секунды, но казалось долгим до бесконечности…

С ближайшей улицы выехал чудной танк внешников. Его пушка скорее походила на скорострельную зенитную, чем на крупный калибр.

Не сбавляя скорость танк открыл огонь. Звука выстрелов рейдерам слышно не было, но яркий огненный цветок возле дула показывал главное — пушка стреляет и стреляет яростно.

Элитник что-то крушивший в им же разбитом доме, развернулся, выныривая назад.

— Увернулся гад. До чего ж ловок. — Тролль шипел в злом азарте.

— Эт не самый ловкий, бывают хуже. — Бахус был намного спокойней.

Тварь сделала быстрый рывок вроде зигзага, припала к земле — и в башню танка улетел здоровенный кусок стены. Кирпичи, связанные бетоном, с жутким грохотом, разбились о корпус башни и пушечный ствол.

Шарахнуло так что передёрнуло даже наблюдавших издалека рейдеров. Ещё раз громыхнуло и ствол пушки разлетелся уродским металлическим цветком.

Танк вильнул, врезаясь в стену ближнего дома. Замер, дымя тонкими струями из щелей.

— Гааатов, Пушкин хренов. Кто ж с элитником стреляется один на один? Долбоящер. Не, я был лучшего мнения об этих ребятах. — Бахус брезгливо скривился.

Клин рассудительно ответил — Так пацаны работали по схеме, с учётом авиаприкрытия. Кабы они видели всё с воздуха — у них было бы время построиться и встретить любого гостя из нескольких стволов. Строго по параграфу устава. Тогда, будь тут элитник или пачка элитников — пошло бы оно всё на мясо. Но сегодня им не повезло три раза подряд. Вот и действуют кто во что горазд. Заметь — не паникуют и не разбегаются сломя голову.

Непруха — это смерть. Все мы под Ульем ходим. Хотя кое кто тут имеет слишком много понтов. Сегодня Улей точно не за них. — Стронг кивнул. — Что тут скажешь…Смотрим дальше. Чем больше внешников даст дуба, тем меньше останется. Тем лучше…

Командирский броневик на широких колёсах и ещё один легкий танк подъезжали к месту боя почти одновременно, слаженной парой. Элитник заметил их издалека. На долю секунды замер, глядя большими, чёрными, вроде крысиных, глазами.

Потом элитник побежал.

Тварь превратилась в мелькающую серую тень, стелясь над землёй. Убегая прочь. Мелькая в проулках между домами.

Огромная махина стала обманчиво лёгкой и плохо заметной. Элитник словно «тёк» над землёй, то и дело делая зигзаги и резкие рывки.

— Вот сволочь, от огня уходит, будто его в казённой конторе учили «маятник качать» — Клин говорил, без азарта, но со смаком.

— А ведь уйдёт сволочь. — Глаза Тролля восхищённо блестели.

Похоже так же решил и командир одного из выезжавших с оцепления лёгких танков. Машина выехала из узкого переулка и стартанула набирая скорость, догоняя убегавшего.

Расстояние между ними сокращалось. С танковой башни пару раз били короткие очереди, пытаясь зацепить ловкую тварь. Для рейдеров видимость зрелища была всё хуже и хуже — чем дальше, тем больше скрывали дома.

И казалось беглец с погоней уже скроется из вида, когда рухнула стена одного из домов. Из открывшегося пролома в преследователя полетели камни. Здоровенные, с мужскую голову и больше, куски камня и кирпича градом сыпались на танк. На всю округу грохотал чудовищный звук словно повторяющееся ДТП. Сила ударов напоминала не человеческий бросок, а какую-то дикую артиллерию. Камни и кирпичи разлетались в мелкие осколки, оставляя после себя глубокие вмятины и снося к чёрту защиту из острых шипов и полос.

— Сколько их там? Двое или трое? — Тролль поерзал, пытаясь всмотреться получше в происходящее вдалеке.

— Четверо, самое меньшее. Но руберов только двое. Остальные кидают мусор поменьше. Хоть что-то любопытное — первый раз вижу, что бы твари меньше элиты чем-то кидались. Обычно им на такие приколы сображалки не хватает.

Не, не то что б они тупые, очень даже смышлёные, твари. Всё что выше свежего пустыша уже порой опасные корки мочит. Но вот так — всё-таки первый раз. Видать прикол такой именно этого элитника. — Бахус показывал всем лицом сосредоточенную флегму, будто картошку чистил.

Тем временем танк, дребезжавший под лютым каменным градом попытался развернуться назад и одновременно развернуть башню и перевести огонь на новую опасность.

Не вышло. Не получилось ни то, ни другое. То ли что-то повредило в управлении то ли водила ошалел от грохота, но машина пьяно вильнула на ходу и вбилась в ближний дом. Удар обрушил стену, засыпав танк лавиной из обломков стены. Башню буквально погребло под битым кирпичом. Огонь захлебнулся.

Клин качнул головой — Красавцы, твою ж мать. Где они только столько «боекомплекта» набрали? Пролетарии хреновы. Не с собой же в карманах принесли. Где взяли? Где? В пиххх? Так у них её нет.

Бахус продолжал наблюдение держа бинокль двумя руками. Он чуть дёрнул углом рта. — Это как раз просто. «Элите» стену в куски поломать проще, чем тебе кусок хлеба. Вот то что он это сделал заранее, когда засаду поставил — вот где тема. Ххх Смышлёный урод.

Командирский броневик и лёгкий танк выехали на улицу стаба слаженной парой, двигаясь параллельно. Отвернувшая машина так или иначе перестала заслонять возможность для стрельбы. Почти мгновенно ударил мощный залп одновременно из нескольких стволов. Кроме двух башенных работали и бортовые пулемёты меньших калибров.

Проём из которого летели камни буквально накрыло огнём. Видно не было, но было несложно представить каков результат такого удара. От крупного калибра с такого расстояния не спасла бы и броня элитника. Стаю же изрешетило в кусок сыра и отбросило назад.

За те минуты и доли минуты, которые заняло событие элитник вырвал ещё несколько десятков метров расстояния. Он бежал на всех четырёх уродской помесью гепарда и обезьяны. Хотя уродство не мешало неестественной, неживой скорости — он буквально размывался в серую полосу.

Монстр миновал расчищенную полосу, окружавшую стаб, меньше чем за минуту и скрылся среди домов за ней.

— Стаей значит пожертвовал, корешами своими, а сам ушёл. Типок точно не рыцарь. — Тролль насмешливо фыркнул.

Стронг поучающее поднял руку. — Это муйня. Более развитые «заразы» тех что послабее вообще жрут на раз. Если людей нет — так запросто. Видел я такое не единожды.

А элитнику новую кодлу набрать — как тебе хлебушка купить… В прошлой жизни.

Этот — реально опасный говнюк. Бывает и хуже, но далеко не каждый. Будь у внешников чутку меньше техники — тут бы он их всех и сожрал. А нашему брату рейдеру такая встреча и вовсе без шансов.

Вот сейчас хорошее время, свалить по-тихому. Хотя…

Бахус замер, как кот увидевший добычу.

Из кабины одного из стоявших на площадке длинных грузовиков вылез боец. Такой же, как и боевики, грузившие «мясо» и воевавшие на стабе, также одетый в серо-желтый камуфляж с бронежилетом и закрытый шлем маску. Но вот занятие у него случилось несколько более вольное и даже приятное.

Проще говоря, он стал обильно ссать под колесо.

— Что, интересуешься как он так делает, не снимая герметичных штанов? — насмешливо спросил кто-то через плечо.

— Нет. — Бахус сложил из большого и указательного пальцев крестик вроде прицела. Он навёл его на водилу целясь отведённой рукой. Тот на миг замер, потом схватился за голову и упал, загибаясь в болевом спазме.

Стронг повторил тот же фокус с расстановкой в несколько секунд на бойцов из охранного оцепления. Семь «выстрелов» — семь корчащихся тел на асфальте. По смуглому лбу скатилась крупная капля пота. — А теперь бегом за мной. — Бахус рыкнул с тяжёлым хрипом, будто только что затащил шкаф по лестнице.

Стронг одним движением «улетел» вниз по лестнице вниз. Следом подхватив оружие и рюкзаки, олимпийскими бегунами стартовали трое рейдеров. Тролль и Клин вырвались вперёд. Летун култыхавший на протезе поотстал, хотя тоже бежал на пределе сил.

Было в беге стронга что-то звериное, не так как бегают спортсмены. Некрасивое, но дающее хороший результат. Так или иначе скорость и ловкость впечатляли. Расстояние от здания «кристалла» до площадки с грузовиками он преодолел не за минуты, а за секунды.

— Ключи зажигания, где ключи? Порву ххх! — Красная мокрая морда нависла над корчившимся боевиком. Крупные пальцы сжали глотку лежавшего. Услышав тихий задушенный ответ, он отбросил тело в сторону.

Прыжок, прыжок ни подножку и стронг открыв дверь уже в кабине. На асфальт из двери грузовика вылетело серо желтое тело.

Грузовик завёлся мгновенно и без шума. Так или иначе, но техника у внешников было действительно высококлассная. Машина вильнула, разворачиваясь по площадке по направлению к «кристаллу».

Рейдеры поравнялись с катившим встречно грузовиком… Первым в открытую настежь дверь кабины на ходу прыжком влетел Тролль. Едва коснувшись ногой подножки, он уже оказался в кресле и протягивал руку Клину. Тот сработал не менее ловко. Вдвоём они поймали за руки Летуна, затаскивая его наверх.

Дверь кабины захлопнулась. Рассекая воздух футуристической полусферной кабиной грузовик резко набирал скорость.

Бахус счастливо щерился красной как рак мордой, выжимая педаль газа.

Вся компания дышала загнанными лошадьми. Время исчезло в потоке чувства отходняка.

Наконец спустя неизмеримый отрезок времени Клин выдохнул — Так куда всё-таки едем? Надо всё-таки что-то прикинуть насчёт курса.

— Да пох. Главное запас горючего. Чем дальше отъедем — тем меньше шансов что нас возьмутся догонять. Горючки у них по любому без лишнего запаса.

Тролль, дай живца. — Бахус продолжал лыбиться, крутя двумя руками здоровенную «баранку». Приняв в ладонь армейскую флягу, он сделал несколько жадных глотков.

Клин оценивающе поглядел на приборную доску. — Да, пожалуй, уже не погонятся. Хватит уже гнать. Ты же сам говорил, что в Улье это плохая идея — куда-то гнать «сломя голову». Типа лишний риск и всё такое.

— Нет. Ещё минут пятнадцать — двадцать для страховки надо катить так же. Потом можно и сбавить скорость. А можно и вообще встать. Типо похавать отлить. Нужду справить.

Дело это важное и ответственное.

Просекли? Видали насколько это ответственно дело? Пролюбить можно любые ништяки и в любом количестве, Но сегодня мы внешниковв натуре особо нежно абыдели — Просрать грузовик это конкретно обидно.

Глава 10

Бронепикап смачно подпрыгивал на выбоинах в асфальте. Дорога была не из лучших — изрядно разбита, местами покрыта трещинами, а кое-где и размыта до щебёнки. Из множества трещин торчала желтоватая трава, топорщившаяся колючками и усиками. Она с шелестом качалась под ветром, поднимаемым едущей машиной.

Плотный мужик за рулём тихо ругался сквозь зубы, пытаясь как-то объезжать особенно глубокие ямы. Водянистые голубые глаза цепко «держали» «супершоссе» выискивая более-менее приемлемый путь.

На очередном ухабе зубы лязгнули особо крепко и русский мат, табачным дымом висевший в воздухе, обрёл предельно зверскую ядовитость.

Сидевший в кресле пассажира рядом парень провёл ладонью по лицу. У него были красивые тонкие черты, правда общая красота портилась неприятным мутным взглядом. Этот взгляд вызывал ту неловкость, которую человек испытывает рядом с реально больным на голову…Особенно, когда тот не забавный дурачок в смирительной рубашке.

— Веселей, Трот. Нам с этой дорогой ещё без малого час трахаться. А секс должон быть с любовью, как пылкая любовь с сексом — иначе никак. Проникнись высокой истиной связи — глядишь удовольствие получать начнёшь.

Мужик сбросил скорость, объезжая очередную яму. Потом снял кепи, проведя рукой по соляно-белому «ёжику». — Не. Имел я как-то секс в «первом классе» поезда, но не скажу тебе, что это был первоклассный секс. Больше скажу, если б ту бабу заменить на первоклассника, то и это ничего бы не изменило в качестве мероприятия.

Да уж моральный настрой, иногда не заменит работающего кондиционера.

Экс-мур криво ухмыльнулся опять, выжимая газ и делая очередной вираж.

Ё. ххх. ххх. — Раздалось разом из нескольких глоток. — В нескольких десятков шагов впереди без предупреждения, как включившийся экран, возникла туманная стена. С запозданием в окно донесло невыносимую кислую вонь.

— Перезагрузка. — Трот озвучил вслух истину и так понятную каждому рейдеру. — Он резко вывернул руль разворачиваясь на месте. — Мы тут недалеко проезжали поворот на север. Надо туда сворачивать. Петля выйдет почти в день езды — но так будет лучше.

Радар протянул задумчиво. — Лучше? А может всё же рискнуть и рвануть прямо? Душу конечно рвёт с тех видов что по свежей перезагрузке бывают… И «заразы» будут опасные… — Но выиграем время, возможно возьмём трофеев — той же еды. Да и споранов в два тяжёлых пулемёта набить можно.

— Душевные раны эта тема канешно трагичная…. Но их водкой залечить можно, если нужно. Вот пулевые — опасней будут.

Слишком тут близко до степи и баз внешников. А повадки этих уродов я помню хорошо. Странно будет если они, по такому удобству, «залётов» не подъедут ловить.

Человечина со свеже перезагрузившегося сегмента конечно не такая нажористая, как ливер стронга — зато она и не отбивается, как тот стронг. И наловить её можно легко и очень много.

Мне надо объяснять, что от полного охотничьего рейда внешников при встрече нам не скрыться, не оторваться и не отбиться? Авиаразведка, хорошая быстрая техника и охренительное численное превосходство побеждаются одним способом — быстрым драпом.

Лучше хорошо съёххх, чем плохо ехх.

Радар как-то странно посмотрел на товарища, потом ответил. — Тебе точно, «погремуху» от тротила дали? А то я эту поговорку раньше слышал. У …Ну неважно.

Ладно, убедил. Хотя чую я, что-то вроде интуиции что прямо было бы лучше.

— А я не чувствую… Но я никогда не чувствую. Не моё. Приходится выживать на одном расчёте… — Трот окончательно развернул машину и начал петлять обратно.

Немногим меньше часа продолжалась езда по убитой дороге среди нежилой местности. Отдельные дома и хозяйственные постройки, видные с дороги, выглядели настолько грязно и разрушено, что не вызывали ни малейшего желания их как-то исследовать.

Когда на дороге обозначился срез, за которым начинался ровный красивый асфальт, а вдали стояло несколько высоток рейдерам повеселело.

И не только потому что появилась возможность прекратить буквально задолбавшую скачку по колдобинам… Но и потому что свежие дома не так давили на психику, как бесконечные убогие развалины.

Трот, как думаешь, какой срок с последней перезагрузки у этого куска? — Парень с интересом изучал окрестности через окно.

— Пара недель, плюс-минус дни. Это я могу определить достаточно точно. — Блондин чуть выдохнул, и вдохнул ветер из окна, расслабляясь на ровной дороге без подлых подскоков.

— Откуда такое точное знание? — Парень заинтересовался.

— Ооо. Это такое сильно могучее секретное колдунство. Ему учат только монахи тайной секты, со стаба спрятанного за внешкой. И, разумеется, они берут за свою помощь офиглиард гороха, с каждого ученика.

Но только как своему, почти родному — пару сот гороха и научу. Поверь, полезная тема, работает почти без исключений.

Сзади из-под пулемётного купола раздался удивлённый голос Сапёра. — Если действительно что-то умеешь и это не местный дар — объясни. Не дело в таком жмотничать. Полезные знания в одной команде не жидят.

— Тьфу, на тебя. — Трот криво ухмыльнулся. — Окошко открой, и нюхни воздух. Он выждал паузу. — Ну? Дошло?

— Аааа. Ты в этом смысле. Да, понял. Понял. — Сапёр наглухо замолчал.

— Вы о чём? — Радар был заметно раздражён.

Блондин продолжал лыбиться мазутной улыбкой. — Атаман, ты же видел несколько раз, что творится на свежем сегменте с перезагрузки. Обычно всё прилетевшее население жрётся в ноль за несколько часов. Хотя, Улей есть Улей, тут всё бывает и по-всякому. Иногда муры или внешники всех вычищают. Вспоминай, как это всё бывает и что после этого остаётся.

Разумеешь, чи ни? Что будет там, где было тысячи свежаков, с плотного сегмента где, например, высотки, как здесь?

Были тысячи людей, стали тысячи объедков, разной степени обглоданности. И что у нас с ними? Какой запах над этим всем стоит? Через пару дней после прилёта, на кластер лучше заходить только сначала чем-нибудь заткнув нос.

Дышать нечем, это, правда, несмертельно, если речь не о боевой химии. По таким кластерам уже часто и очень охотно работают рейдеры. Гы, догадайся, откуда я это знаю?

Ну, а через пару недель остатки догрызаются отбросами заражённых или просто выветриваются. Плюс — мухи, они и в Улье мухи.

Вот тебе и всё. Повидаешь достаточно, сможешь и сам по уровню гнилого запаха определять сроки перезагрузки.

Здесь он слабый, еле заметный. Но, если ты не свежак, ещё не отвыкший от табака и парфюмов, засечь уже можно. Всяк, кто не совсем дурак и пережил первый выход, отвыкает.

Рейдерская мода навсегда — не светиться и не пахнуть. Кошмар для понтореза, родной ад жизнелюбивых ублюдков.

А так — воздух нюхнул, уже кое-что о кластере понятно. И не только о кластере…

Сапёр, ты свои погоны на настоящей войне нажил, так? Раз запах просёк? На сладкие сентиментальные воспоминания не тянет?

— Нет. И… Война пахнет не так. — Голос сзади звучал ровно и глухо.

— Шо, порохом и розами? — Трот чуть сбавил скорость просматривая высотки вдоль дороги.

— Нет. Гнилое мясо, трупный запашок…Он бывает. Я его знаю. Но это не так часто.

Часто — застарелый пот, сортир и гарь. И порох, он тоже, да. Вот роз, ровно, как и любых других цветов, я не помню. Наверно мне не повезло — мою часть ни разу так не встречали. — Сапёр говорил медленно и тяжело. Он реально что-то вспоминал и эти картинки не вызывали у него ни тепла, ни улыбки.

Радар изучал окрестности чуть прищурившись. Для того что бы использовать дар это было ненужно, но так было легче. Как «якорь», запускавший привычное действие. Он обернулся назад — Пот понятно, мытьё организуешь не всегда и н везде. Гарь — тоже. Где и быть гари, как не на войне. Порох … ну не вопрос. Ясно.

Вот сортир, то с чего??? Медвежья болезнь с перепугу в массовом порядке?

— Нет. — Сапёр хмыкнул в нос. — Бывает конечно и такое, и не такое. Но вообще, обычно просто некогда бегать вдаль по нужде. Часто это ещё и опасно.

Хорошо если есть возможность — это дело хотя бы откопать-прикопать. Не так что бы редко такой возможности нет. Счастье уже, если есть кусты — лучший друг солдата.

Радар поднял руку наполеоновским жестом. — Всё, время сентиментальных воспоминаний откладывается. Дивизия, вашу мать. Время становится на отдых.

Трот, видишь воон там вывеску? Продуктовый магазин, точно. Нам туда. Паркуйся где-нибудь рядом, на твоё усмотрение. До стабов с хорошими поселениями отсюда прилично, так что верняк, точка слабо разграбленная. Затаримся консервами, да и посидим чуток, отдохнём часа два-три.

Машина подъехала к восьмиэтажке, на первом этаже которой безошибочно узнавалась вывеска продуктового магазина. Дверь главного входа была открыта — вероятно перезагрузка случилась в рабочий день.

Бронепикап вильнул, разворачиваясь кормой к двери — капот на выход. Рядом похожий манёвр сделала тачка свежепокойного караванного.

Трот сосредоточенно выкручивал баранку маневрируя пикапом. Тяжёлая броня и пушки, не предусмотренные изначальной конструкцией, не добавляли машине лёгкости в управлении. Тачку сильно заносило. Затормозив, он бросил короткий взгляд на вывеску, моргнув белёсыми ресницами.

— До стабов отсюда далеко, это так точно, Ваше Сиятельство. Вот до свеже перезагрузившихся сегментов можно шагом дойти — это да. Хотя…То, что может быть опасно активно потребляет свежее мясо и сюда лезть интереса не имеет. Если будет на то воля Улья — пройдём без приключений.

— Вот-вот топаем. — Парень махнул рукой Чуру. Тот высунул коротко стриженную чернявую башку из окна машины, которую вёл, и ухмыльнулся.

Компания весело собиралась возле открытых дверей. Предвкушение отдыха и еды после напряжения заранее улучшало настроение. Только автоматы у всех висели спереди под руками…И — были сняты с предохранителей.

«Атаман» характерно прищурился в открытую дверь и пару минут помолчал, потом выдохнул. — Вроде чисто.

Можно сказать, кушать подано. Садитесь жрать, однако.

Чур без дальнейших указаний сделал шаг вперёд, разминая ноги и «замерцав», исчезая. Тяжёлая дверь чуть скрипнула, открываясь шире под невидимой рукой.

В это же время в окно салона машины караванных застучала рука. Она вяло, но довольно громко долбила в стекло изнутри.

Радар скривился как от запаха говна. Повёл шеей разминаясь. Потом он шагнул вперёд, открывая дверь салона. Из тёмной глубины наружу «выпал» почти на четвереньках мужик. Дядька был плотный, даже толстый, с конкретным пивным пузом. Ряха у него была обычнейшая — хоть в контору, хоть за баранку. Он с трудом стоял, пошатываясь на ватных ногах и держась за коротко стриженную голову. Шмотки у человека были под стать ряхе цивильные брюки и рубашка. Что выдавало скорее работягу жопной мозоли из конторы, чем заводских мозолей на ладонях.

Впрочем, цивильными его брюки и рубашка были вечность назад — теперь они выглядели так, будто их владелец прополз километр по песчаному карьеру. А после героически, как воин-Марафонец пробежался по глиняному. Или наоборот.

Лицо у мужика было ошалевшим и уставшим, а глаза за толстыми стёклами очков то и дело пытались пьяно «поплыть».

Радар задумчиво изучал стоявшего, глядя недобрым взглядом искоса.

…Упрямство занятное. Всё пытается встать ровно, хотя по всему видно ощущает себя как после крепких люлей…

Из дверей появился Чур, он довольно и белозубо скалился. — Я всё проверил. Командир — чисто.

О, а наш «залёт» то ещё в своём уме. Точно свежак. Что с ним делать то будем?

«Атаман» продолжал смотреть на мужика как Разин на княжну. — Посмотрим ещё немного. Избавляться от свежака по жёсткому — обычай не велит. Но и тащить его нахаляву на своём горбу — тоже.

Надо бы его крестить, раз уж сразу мимо не проехали. Но вот как? На уме пока только варианты — трабл, проблемс и гемор.

Останавливает то, что он так или иначе может быть будет потом с нами в одной лодке до стаба. А как вы яхту назовёте, так она и поплывёт.

То бишь это нам же и расхлёбывать потом.

Оказался бы всё-таки заражённым, честно говоря, проблем было бы меньше. Значит атаман будет думать дальше.

Радар криво улыбнулся одними губами, глядя как толстого шатает и как он пытается устоять на разъезжающихся ногах. — Трот, дай ему живца чутку. Видишь, как его колбасит? Значит всё — уже не переродится.

У тебя был в рюкзаке резервный живец на твоём «уксусе».

Трот снял со спины рюкзак. — Свой на коньяке бережешь? А…И правильно, нечего на дерьмо хороший продукт переводить.

Он вынул флягу с мерным стаканом колпачком.

Блондин аккуратно отмерил дозу пойла в стакан, бурча под нос. — Никаких от тебя Шарик доходов, расходы одни.

Трот поднёс стакан ко рту свежака — Пей — полегчает. И не вздумай выплюнуть, второго не дам.

Пузатый с трудом сфокусировал «плывущий», как после удара по голове взгляд и неожиданно ровно для своего вида спросил — Это наверняка поможет от головы?

— «Наверняка» от головы помогает только топор. Причём — раз и навсегда. Эта штука помогает, точно. Пей. — Блондин сунул стаканчик в зубы собеседнику. Тот одним духом вытянул пахнущий кислятиной раствор, после чего хмыкнул и выпучил глаза.

— Ты…В этом что свои старые заношенные трусы застирал?

— Молодец, угадал. Причём неоднократно, для большей силы зелья.

Можешь мне поверить — в трусселях моих божья благодать пребывает. А в пердеже — святой дух.

Если есть сомнения, прислушайся к своим ощущениям. — Трот развёл руками. Потом отобрал стаканчик, аккуратно навернул его на фляжку и убрал её в рюкзак.

Хорош балаболить. — Радар скривился полусмешком полугримасой. — Сапёр, ты у нас самый свежий, да и стрелок лучший. Посиди пока на охране, за пулемётом. Если что подозрительное увидишь — можешь отработать, не спрашивая паспорт. Родина в тебя верит.

Мы за хабаром и на обеденный перерыв, твоя очередь отдыхать будет где-то через час. Если будет что-то ценное твою долю выделим в обязательном порядке.

Ты, свежак, двигай за нами. Будем мы из тебя погрузочную животину делать. Типо ездового пёселя. Делаешь что говорят и не выделываешься.

Трот хмыкнул — И радуешься на всю морду, что ездовым животным будешь чисто в грузовом смысле. А то знаешь, как здесь женской ласки не хватает?

Мы по здешним меркам вообще святые ребята.

Толстый шагнул вперёд уже увереннее. Болезненное головокружение и «ватные ноги» заметно проходили. Возвращалась возможность более-менее ясно воспринимать происходящее. Он сморгнул, продираясь через всё сказанное и тихо пробормотал про себя. — Собака, почему собака, ездовые же лошади.

— До реальной «лошади» «Улья» тебе ещё как до Луны раком. Физическая форма у тебя далеко не та. Тебе и до собаки то ещё расти. — «Атаман» говорил небрежно, не оборачиваясь и одновременно заходя в магазин.

Внутри был полумрак, но света из окон хватало для хорошей видимости. Стеллажи с товарами были почти не повреждены и товары так и лежали на полках. Консервы, крупы, пластиковые пакеты с разной едой от лапши до свежих овощей — правда, разумеется уже погнивших.

Хотя несколько стеллажей всё же было сдвинуто, а пара так и вовсе опрокинута. Бессловесным свидетельством того что тут происходило. Перезагрузка действительно случилась в разгар рабочего дня, когда в магазине было немало людей. Тут они и остались. В смысле то, что от них осталось.

Разодранные на отдельные кости и куски скелеты, обглоданные кости валялись повсеместно. Некоторые части из них — например расколотые остатки черепов были вполне узнаваемы.

Характерный запах от всего этого был намного крепче чем снаружи.

Давай в складские помещения, тут на отдых не сядешь. — Радар деловито прошёл насквозь, открывая дверь с табличкой «для персонала».

Тут не было остатков человечины и следов ставшей обыденностью постоянной трагедии. Даже запаха почти не было — вероятно из-за направления сквозняков из открытых окон.

Чур, помоги стол от стены отодвинуть, тогда как раз хватит места всем сесть. — «Атаман» первым взялся за канцелярский стол.

— Вы…Собираетесь здесь есть??? — На позеленевшем лице свежака отразился шок.

— И пить. И расслаблять булки, пока можно. — Радар устало плюхнулся на стул. — Улей ведает, когда в следующий раз доведётся. Он выдернул из одного из ящиков на складском стеллаже коробку сока и жадно присосался к ней.

Рейдеры размещались по своим местам за столом, доставая из рюкзаков столовые приборы.

Я там, в зале хлеб видел в полиэтилене. За неделю не должен был пропасть. Сейчас принесу. — Трот встал.

— Давай. Мы подождём. — Радар улыбался, работая консервным ножом. Чур выкладывал на стол новые банки, пакеты и упаковки, вынутые из различных ящиков.

Блондин вернулся, выкладывая на стол различные батоны в пластике.

— Ну почти как белые люди, разве что без горячего. Но горячее и чай только на стабе…Если Улей даст добраться. — Радар начал «рубать» свою консерву пластиковой вилкой.

Глава 11

Рейдеры ели со увлечённым смаком, даваемым долгим переходом и знанием того, что следующий раз будет неизвестно когда.

Свежак наоборот нервно оглядывался, ничего не взяв со стола. Он сидел то и дело неловко ерзая, поглядывая на окружающих. Наконец, всё же взяв мелкую коробку с каким-то соком он жадно затянулся и его прорвало.

— Что же происходит? Где мы? Кто вы? Вы же так ничего тогда и не объяснили…Тогда…

Трот ненадолго отвлёкся от куска хлеба, который он с видимым удовольствием грыз. — А зачем нам было что-то объяснять-распинаться? Ты и так перед нами чуть на колени не упал что бы мы тебя с собой взяли.

Оно, строго говоря и правильно было — шансов выжить с нами у тебя стало больше. Вот только нам от тебя пока никакой пользы нет и не ожидается.

Радар сделал паузу в жевании, проведя вилкой по воздуху. — Ну вообще есть шанс что польза всё-таки будет, несколько позже. Так на так шансик, но есть.

Выбрался же он как-то со свеже перезагрузившегося сегмента. Это уже что-то.

Коротко разъяснить происходящее? Для свежака, насколько возможно. Жаль брошюрок не осталось, на такой случай.

Слушай сюда, короткий ликбез.

Ты в месте — вроде паррралельного мира. Только это ненастоящий мир, а собрание кусков от кучи самых разных. Периодически эти куски «обновляются» появляясь заново в таком виде, как будто из какого мира выдрали, кусок живой, как есть. Со всеми людьми и пейзажем.

За то, что тут всё состоит из таких обновляемых кусков, вроде пчелиных сот, это место мы называем Ульем. Есть ещё словцо Мультиверсум, для любителей умных слов.

Есть в здешнем воздухе какая-то зараза, почти все сюда попавшие её подхватывают. От неё человек становится вроде злого насекомого. Начинает жрать всех, кого видит. Хуже, чем бешенная животина. Похоже на фильмы про зомбаков. Но есть отличия…

Бывают ребята, которым сомнительно повезло пережить заражение, не став типо «зомби». Это и такие как мы и… Не такие. Выживаем как можем, собирая нужное для этого, там, где нарезка миров обновлялась не слишком давно. Дело это не простое по многим причинам.

Ты глотай сказанное и переваривай шустрее, а то на роже написано, что хреново ты меня понял.

Парень без перехода вернулся к еде, забыв о собеседнике.

Тот ошеломлённо смотрел перед собой, то переводя взгляд с одного рейдера на другого, то замирая и глядя в одну точку.

— Нет. Этого не может быть. Этого не может быть. Не может. Не верю.

— Да мне как-то перпенисуально во что и чему ты веришь. Мы не в театре, и ты не режиссёр.

Понял? Ты не Станиславский и если что, ни Склифософский ни Кащенко тебе не светят. Тут всё решается проще и грубее. — Радар с брезгливой гримасой аристократа утрудившегося выволочкой лакею отвернулся от толстяка.

Чур покачал головой — Командир, ты, бы это ясными словами что ли попробовал?

Радар выдал тонкогубую улыбку торкнутого клоуна. — Могу, другими словами. Вот так примерно.

Объективная реальность брутально инфлюцирует на персоны безотносительно к их визинированию.

Вот тут уже вся компания поглядела на шефа с «лёгким недоумением», даже прекратив жевать.

Уже с намного более адекватным лицом парень буркнул. — Кирпичу, влетевшему тебе в морду, пофигу, веришь ты в него или нет. Тратить время на дурака, который не желает воспринимать что есть, мне, честно, лень. И я этим заниматься не стану.

С заражёнными ты уже в любом случае виделся. И чего-то болтать сверх того разумному не надо.

И не говори, что чего-то недовидел. Когда стоял у дороги и просил взять тебя с собой, уж больно у тебя вид был взъерошенный.

Ладно, рассказывай лучше, как сумел в живых остаться? Мне аж любопытно стало как так можно при такой форме и без оружия выжить в перезагрузке.

Как ты от «зомбаков» уйти то сумел?

Свежак затравлено поёжился. — Я расскажу. Всё расскажу. Только это теперь как? Это так везде?

— Нет. Часто намного хуже. Валяй. Я слушаю.

— Сижу я в офисе, за монитором. Документ доделываю. Тут мне сзади в шею как зубами — рааз. Хорошо укус был в общем слабый, слабее чем просто у человека даже. Больно конечно неслабо, но не так что б реально прокусить.

И тело сзади наваливается…Я его стряхиваю, оборачиваюсь.

Это сосед, коллега, твою мать. Я ему — «ты охренел?» а… а, он урчит и в горло мне вцепиться пытается… а глаза как у рыбы пустые, такое не сыграешь, Валерик худой и мелкий, я его без особого труда от себя отталкиваю, а тут из дверей ещё подруливают, с теми же звуками…С такими же глазами. Много. Много. Я всех знаю.

Да что ж что творится — не понимаю. Только двигаются они как-то тупо, рывками…И вообще каккието…В дверях типо пробки вышло.

Я решил — да ну нафиг. Валерика в них швырнул, окно рывком распахнул и в то окно сиганул.

— Ну свежие заражённые тупые и слабые, даже двигаются плохо. Это как раз обычно. — Радар уточнил. — А этаж какой был?

— Второй. Повезло что ничего не сломал. Одежду только порвал. Гляжу по сторонам, а там такое же всё и хуже. Лллюдей реально жуют, с кровью на мордах.

Я и бегом по улице, просто что бы подальше…От…От этого. Летел как на крыльях, вокруг уже всё вообще не то. Не то что должно было бы быть. Как чужой район вообще. Границу будто ножом прорезали. Вот тут-то что надо — а тут вообще чужое. И пустыри каких не было.

Меня тут … заплохело мне резко, голова и всё тело. Может даже сознание терял. Но вроде всё вперёд двигался, даже полз одно время.

Потом вроде дорога пошла, асфальтовая — так я вдоль неё и пошёл. Подумал — может она куда-то выведет.

Сколько шёл не считал и на часы не глядел. Потом увидел машину. Сообразил, что эти машину вести не смогли бы — ну и стал руками махать.

Радар оценивающе поглядывал на собеседника наклонив голову вперёд. — Значит всё время — вот так на истерике и бежал? Не сообразил какой-нибудь ломик с пожарного щита взять? Или даже ствол у охранника отобрать из тех «рыбоглазов»?

— Какой ломик в офисном районе? Какой? А уж тем более на пустырях? Чего там отбирать? Там же не одиночки — там же толпами начали… Лезть к стае? Я ж понимаю, что, если ухватят стаей — порвут.

— Ладно, я понял. Слушай, нет в твоём районе хороших хозяйственных или туристических магазинов?

Нам бы не помешало взять оружия или хотя бы сухого спирта для горелок — жрали бы горячее.

— Нет. Есть два цветочных и три одёжных. Кафе всяких разных дофига. А, там ещё подальше ювелирный есть — если он попал на тот же кусок что все. Продуктовых несколько.

Если вам еда нужна — там всяких деликатесов набрать можно.

— Еда нам нужна. Но не настолько что бы за ней лезть на свежий кластер. И это ещё одна вещь которую тебе стоит запомнить.

Заражённые, когда жрут мясо, начинают меняться. Не как при колдовстве, но быстро. Нереально быстро.

Становятся быстрыми. Сильными. Отращивают мускулатуру даже не как у качка, как у слона. И растут — всё время растут. При этом на шкуре отрастает костяная броня, да такая, что пулю способна удерживать.

Такие здесь тоже бегают. И там, где есть свежее мясо, там шанс встретиться с такими куда больше. Например, на обновившемся сегменте. Туда они набегают охотиться.

Понял? То, что ты жив, так это только потому что повезло не встретиться ни с одним таким.

Называют их по-разному, есть даже классификация. От пустыша до элиты. Сам потом изучишь.

Понял? За оружие мы бы может и рискнули. Пулемёты у нас есть. А так просто — оно того не стоит.

Бывают такие бронированные слоны, что танковые колонны жрут. Охотиться то на эту животину всё равно надо. Только вот выбирать для этого лучше тварей попроще. И не лезть туда, куда они сбегаются крупными стаями. Тут не то что пулемёты — скорострельные пушки не всегда спасают.

Убивать заражённых надо, есть на то конкретная причина. Тот живец что ты попробовал, он из них делается по сложной схеме с хитростями. И пить его тебе теперь до конца, пока не сожрут. Пить как диабетику инсулин, теперь это обязательно. Ясно? Не выпьешь своевременно — начнёшь подыхать в муках.

Поэтому живец здесь жизнь и смерть. За флягу могут пристрелить, как два пальца.

Именно поэтому кое кто из моих орлов тобой чуть-чуть недоволен — пользы от тебя пока почти предвидится, а вот живец уже надо тратить.

Так вот, по окончанию нашего отдыха ты можешь присоединиться к нам до поселения, а уж там будем решать, что с тобой делать. Но если так — ты полностью принимаешь наши правила. Сказано упасть-отжаться — выполняешь рысью, круче чем в армии.

Или можешь идти в любую сторону, даже остаться здесь, если хочешь. Дело твоё.

Ладно, это всё. Разве что, если остаёшься, объясню кратко за живец.

Радар невесело и жёстко поглядел на мужика. Лицо было чуть наклонено вперёд, мутные глаза «щупали» собеседника.

Человек ему откровенно не нравился. Он не вызывал и каких-то позитивных надежд или сочувствия. Даже желания играть в лотерею даров не хотелось — лучше живец для проверенной банды, чем мутный бесполезный тип, который и свалить может, в лучшем случае. Уроки человеческой благодарности не прошли даром. И всё же просто взять и дать пинка свежаку было поперёк души.

Толстый слабо кивнул. Его лицо не оставляла идиотская гримаса полного ошаления.

— Ещё. — Радар облокотился обеими руками на стол. — Важный момент, который тебе придётся жестко уяснить независимо от того останешься ли ты с нами или пойдёшь своей дорогой.

В нашем Улье-Мультиверсуме есть такое явление как экспедиции из настоящих миров. Да, тех самых, кусочки которых составляют здешние соты.

Так вот они сюда приезжают не ради науки или туризма.

Мы не знаем деталей, но из органов таких как мы, «иммунных» они гонят что-то полезное для себя. Что-то реально ценное.

Ценное настолько, что всякие там бивни слонов, шкурки соболя, оленьи понты или тигриные кости нервно курят в стороне.

За это они нас убивают. Убивают как зверьё и относятся так же.

Уразумел? Для чего я тебе это разъясняю? Что бы не вздумал, увидев людей, радостно выбежать к ним навстречу или заорать, привлекая внимание. Особенно людей в шлемах и респираторах.

Впрочем, в одно лицо можешь и сделать. Способ расстаться с жизнью не хуже других. Но если попробуешь так подставить группу — пристрелю сам.

Усваивай что человек — это здесь самый опасный зверь.

Ладно. Со временем все привыкают. Такие вот ребята в Улье зовутся внешниками. Это здесь самое гадское зверьё, хуже элитников иногда.

Остаёшься или сваливаешь это тебе надо знать.

Мужик прохрипел — Остаюсь. Я остаюсь…А есть здесь что-нибудь хорошее? Хоть что-нибудь хорошее, кроме всего вот этого?

Плотный блондин насмешливо наблюдавший за разговором со своей стороны стола вступил в разговор.

— Есть тут хорошее, есть. Если тебя не сожрут здешние милейшие зверьки, не разделают, как оленя, внешники или рейдеры из их бизнес-партнёров (есть и такие — зовутся мурами), не прикончит споровый голод без живца, или не вальнут рейдеры в делёжке чего-нибудь ценного…То ты имеешь возможность постройнеть, вылечиться от всех болячек, от кариеса до простатита и даже сможешь читать без очков.

Водянистые голубые глаза под белёсыми ресницами насмешливо блестели.

Свежак резко встал и пошёл к штабелю коробок у дальней стены. Вернулся с большим пакетом белого вина. Грубо вскрыв пакет толстыми пальцами, он жадно присосался к его содержимому.

Когда толстяк оторвался от вина лицо было уже осмысленное, и с какой-то внутренней уверенностью.

— Читать без очков? Это пальцами что ли? Нет уж, я лучше, как привык. — Он деланно улыбнулся своей шутке.

Радар хмыкнул. — Это вообще-то важная часть здешнего очаровательного колорита. Никаких болезней, кроме ран от пуль и зверья. Да и те, если выжил, зарастают довольно быстро. Только живец при этом надо пить помногу.

…Что ж если способен задавить истерику без оплеухи уже хороший знак…

Есть в Улье обычай, если свежака принимают на обучение основам, хоть даже на один разговор — его крестить надо. По поверьям это даёт ему удачу выживать и дальше.

Как же я тебя назову… — Он задумчиво зевнул, прикрыв рот ладонью. — Чем-то он на тебя, Трот, похож. Вроде братишки. Братишка? Братик? Браток?

Что, старина, узнаёшь брата Колю?

Трот брезгливо оглядел свежака косым взглядом из-под белёсых ресниц. — Может мне и приходилось бывать в положении «джентльмен в поисках десятки», но таких братьев у меня отродясь не было.

Какой он мне брат?

Одних тем мы с ним вместе не поднимали, в одной банде не служили, неее…Нах, сопливый свежак, несколько часов как в Улье на брата кому-то здесь не тянет. Сынок он, вот кто. — Мужик насмешливо скривился.

Сыыынок? А что есть в этом что-то.

Слышал? Ты теперь Сынок. Так теперь и отзываешься.

Я зовусь Радар. Я тут атаман нашей развесёлой конной дивизии. Она правда не с нами, но, если даст Улей ещё поглядишь.

Вот он — Трот. Тот чернявый — Чур, мой нукер. Шибко серьёзный тип, оставшийся на пулемёте — Сапёр. Приказы любого из них исполняешь бегом, сразу после моих.

Чуток поедим, отдохнём и собираемся в дальнюю дорогу. Дорожка наша лежит в родное пиратское логово. Есть тут такие «соты», которые не перезагружаются или делают это очень медленно. Вот их и называют стабами. На них и живут между рейдами.

Туда и стремимся…надо будет несколько ящиков консервов и бухла загрузить с собой. Причём грузить будешь ты.

А нам охранять с оружием на готовность. Шутка — вдруг война, а я уставший здесь ни разу не шутка.

— А как мне оружием разжиться? — Свежак кинул вполне осмысленный взгляд. Он заметно оживал.

— Не стабе спросишь Сапёра. Что ни будь да даст. Только до стаба ещё добираться и добираться. Слишком много планировать тут плохая примета Я уже пару раз проверял.

Атаман вернулся к своей консерве, да и прочие рейдеры. Больше никто ничего не говорил. Общая усталость тела и души, как и голод не располагают к развлекательным беседам. А свежекрещённый рейдер Сынок, ушёл в свои мысли.

После отдыха пошла погрузка. Работы получились в довольно неплохом темпе — даже при том что грузчиков был аж целый один боец.

Удивительно, но мужик не жаловался на дедовщину, не возмущался и даже не задавал вопросов. Он довольно сноровисто, для его комплекции, тягал ящики с бухлом и консервами на магазинной металлической тележке-корзине, перекладывая их в машины.

Кстати, насчет интересного. — Тролль с выражением сильной неловкости на лице поглядел в глаза стронгу. — Я не понял, внешники — конкретное зло, мы же сами, сами их ненавидим…

И что? — Бахус по-прежнему следил за дорогой, не отвлекаясь и не отвечая больше.

— Почему ты никого из восьми не прикончил?

— И вообще на обыск времени не потратил? И оружия не забрал? — После паузы добавил Клин. На его лице тоже был вопрос.

Лишь Летун молча и расслабленно глядел на дорогу. Четверка плотно набилась в кабину, как рыба в консерву создавая тесноту и духоту. Только он с удовольствием расслаблялся у окна. Рейдер от души пользоваться удачей и преимуществом свежего воздуха. Лицо блаженно замерло в блаженной гримасе и лишь нос жадно вдыхал встречный ветер из открытой щели.

Бахус небрежно скривился — Во-первых, из девяти. Девять их было, Девять нах.

За баранкой ещё одни сидел в кабине. Ты его не посчитал. Это раз. Два — ты видел, как они за своих на выручку кидались? Мы все смотрели. А ты видел? Должен был увидеть если не совсем ушибленный. Смотри.

Это не муровская банда, это серьезные ребята, им свои дороги. За оружие у них был бы один интерес — за технику другой. А за головы своих — совсем другой.

И нам в том раскладе было лучше эту разницу не трогать. Оружие забрать, да можно было. Конечно…

Но все это — лишние минуты и секунды. Те секунды, которые отделяли на нашу задницу от верной смерти. Стремно, конечно, но… Это та тема где лучше пережить что — то без чего — то, чем сдохнуть вместе с ним. Барахло не болт, новое будет. Жадность губит фраера.

Тролль, получив такой отпор, лишь неловко улыбнулся — Да мы что, мы просто понимать хотели. Это круто, как ты пробежал, я, офигел. Ты же говорил соотносить силы смотреть расклады и все такое, и тут такой пипец.

Офигительная была наглость, мы все опухли, вообще опухли.

— А это финальная заповедь, которую скажу. Финальная, только не последняя по важности. — Бахус ухмыльнулся, показав в оскале хорошие белые зубы. — Жизнь без куража — хуже смерти.

Так, что — знай себя. Просекай расклады. Но уже если карта прёт — лови момент, секи струю.

Лучше залечить триппер при неудаче, чем упустить любовь жизни.

Напряжение долгого изматывающего марафона разрядилось общим хохотом.

Когда все отсмеялись, Клин привлёк общее внимание. — А серьезно, но смех смехом, а ведь у нас реально проблема. — Жестко проговорил он.

— Ты, о чем? — переспросил стронг.

— Мы едем с внешниками на хвосте и полным кузовом трупов.

Нас могут, и того — перестрелять, не успев разобраться при встрече на дороге или в стабе. Примут за муров или внешников и на упреждение изрешетят.

— Внешников на хвосте у нас, скорее всего, нет. Потери них такие, что лишних людей на рискованные темы они не выделят. Да и нет у них горючего, чтобы гонять технику куда — то далеко от курса. Какой — то запас, конечно, наверняка есть на всякий случай, но трогать его так… Нет.

Главное тут было только в том, чтобы какой-нибудь горячий малый не сдернул без приказа на свой страх и риск. Ну, за это я уже базарил, и это все слышали. Начнут думать всерьез, брать ответственность — и остынут. Так что насчет погони, погоня — это х****.

Вот насчет трупов — тут ты вообще насмешил. Миротворец вырубает надолго, но не убивает. Никто никого пока не убивал — грузили просто тела в отключке, усек? Это такой грёбанный практицизм. Нафига нужны сложности с холодильником и мясом, которое может испортиться, если можно перевозить просто тела под наркотой? Вообще не проблема. Забой и разделка уже на месте — невеликая проблема.

Нам же этих балбесов сдать вообще, как плюнуть. — Бахус еле заметно поморщился, это последнее, все — таки не вызывало у него гусарского куража.

Тролль ошалело уточнил. — Так мы что, спасли несколько десятков человек?

Клин качнул головой — Мы пока не спасли никого, даже собственные задницы, еще не спасли.

Вот когда заедем на стаб…А нам ещё нужно выдержать правильный курс…Когда разберёмся с закладками и маячками из грузовика, когда сдадим наш груз местным хилам и объяснимся с людьми из — за пролюбленного велопода… И проваленную задачу… — Он говорил ровно, не горячась — То тогда можно будет что-то говорить про то что вы что-то там сделали. А так нас ещё будет атаман оценивать…Вот это будет еще тот вопрос.

— За всё не скажу, но такой грузовик должен пойти по неплохой цене, так что за велопод должны, по крайней мере, не особо звиздеть. — Бахус ответил уверенно и твёрдо.

Точно скажу, что никто никого не будет дрючить. Мы выжили под перезагрузкой и в стычке с внешниками — темы реально крутые.

Ты в одном, пожалуй, прав — нам ещё нужно добираться до Металлиста и по быстрее. Если меняться за баранкой и гнать без остановок, то где-то за неполные сутки. Если, конечно, будет угодно Улью…

Глава 12

— Держи, твоя доля. Масленица. Можешь расслабляться. — Радар передал наклонившемуся из кресла стрелка Сапёру пакет.

«Начальство» изволило пребывать в добром расположении духа. Парень слабо улыбался, глядя в глаза собеседнику. — Не видел, кого-чего подозрительного?

— Нет. Всё норм. — Сапёр, откинул со стены полку-стол и сел есть.

Радар с молодым удовольствием залез в башенное кресло. Он деловито просмотрел все стороны света через «оптические глазки», потом слез. — Хотелось бы обойтись без часового — но это здесь опасная тема… Так, лишнего не нагружать! — Парень высунулся в дверь.

Снаружи шла погрузка ящиков с водкой в машину Чура.

Мало ли чего ещё встретим. Если придётся быстро драпать, перегруз — это смерть. Всё, остальное бросай. И едем.

Пора, труба зовёт, солдата в поход. — Радар поправил кепи. — Слышь, Сынок, поедешь с Чуром в кузове, как и раньше ехал.

Два пикапа стартовали по ровному асфальту с ходу набирая хорошую скорость.

Рейдеры «шли» по дороге, проходившей в нескольких десятках метров от «застройки» в четыре-пять этажей. Типовые дома городских и поселковых районов, без интересных магазинов в умеренно плохом состоянии — малоинтересный и типичный район Улья.

Сапёр сопел на лавке накрыв лицо кепкой. Может спал, а может просто отдыхал. Трот крутил баранку. Курс на юго-восток был выверен и прочерчен ещё на отдыхе, с использованием грубо «наклёпанных» на бумаге карт. Экс-мур лишь изредка вынимал из бардачка пачку листов, прикидывая ориентиры — в остальном дорога была почти скучной.

Над головами, на шипах обварки, грохнул взрыв. По броне «пикапа» простучало характерными ударами осколков. Решётка из заострённого прутка, предназначенная, в основном, защищать от милой манеры высших заражённых рвать корпуса машин, приняла на себя первый удар. Бронелист крыши местами прогнулся под ударами, но выдержал.

Машину жёстко тряхнуло. Трот резко выворачивал руль виляя то в одну то в другую сторону.

ХХХ. Твою мать! Что это? Никого не вижу! — Радар поочерёдно глядел во все оптические «глазки».

— Значит беспилотник. Ракетой. С предельной дистанции. — Блондин выдыхал слова сквозь зубы, бросая машину в кривые зигзаги. Он свернул с основной дороги в переулок ведущий в застройку. Старые «панельки» с выбитыми стёклами могли послужить неплохим убежищем если не для техники — то для экипажа.

Атаман развернул башню так, что пулемёт «уставился» в небо. — Вот он сука! Вижу его! Разворачивается!

В ясном голубом небе, параллельно дороге парил маленький двух фюзеляжный «крест», похожий на фашистскую «раму» времён второй мировой войны.

Застучал пулемёт. Радар оскалясь садил длинными очередями по заходящему на прицельный вираж «кресту».

Сапёр умудрившийся не свалиться на пол в ходе происходящего «нарисовался» возле кресла стрелка. На лице, обычно державшем покерфейс читалась страсть, Шекспира переплёвывавшая. Жёсткое боренье между желанием немедленно выкинуть парня из-за пулемёта — и пониманием, что делать этого нельзя, перекашивало покрасневшую морду.

«Рама» спикировала на цель. От неё протянулась белая полоса. Пикап подбрасывало на ухабах и кидало по сторонам в неправильном кривом зигзаге.

Грохнуло чуть в стороне возле заднего колеса. По броне опять простучало.

— Колёса? — Радар нагнул голову к водителю.

— Вроде целы — ответил Трот. Он выжал педаль газа в отчаянном рывке под защиту зданий.

— Сапёр, ты, давай за пулемёт, а я его попробую из своего ствола отработать. Мне он привычней — может и получится. — парень откинул люк в крыше, ткнув кроссовки в наваренные ступеньки на борту. Высунувшись по пояс из люка, он стал увлечённо выцеливать шайтан-птичку. Радар целился, глядя в оптику прицела — и потому очень хорошо видел, как проклятый «летун» сделал разворот и ушел в даль.

— На юг ушёл. В степь. Видать ракеты кончились. До чего же паскудная штука…Выдыхаем и едем дальше, как раньше. — Радар плюнул на асфальт и опустил «пушку».

Трот остановил машину и почти «лёг» на руль. Он дышал загнанной лошадью. — Нельзя как раньше. Всё, приехали.

— В смысле? А мы что возвращаться на стаб не собираемся? — Радар неслабо охренел.

— В прямом. Если уж нас засекли с воздуха, так по нам будут работать до финала. Наш курс и скорость они «сняли». Направление и местность им известны — прикинуть куда идём и где, когда будем вообще не проблема.

Тут даже похрен он охотится на кого получится или вылавливает именно нас. Замеченную дичь будут добивать.

Нам в общем повезло, что ракета не влетела в кабину или по колесам. А ему не повезло. Но в другой раз как два пальца может свезти уже ему. С начала остановить — потом добить. Так это и делается.

— Хммм. Вообще странная тема. Тут вроде таких водиться не должно. Откуда он здесь взялся? Не нравится мне такое. — Радар перевесил ствол за спину и слез в кабину. Он что-то думал, то и дело стягивая губы в нервные гримасы.

— Улей. Тут бывает что угодно, где угодно и когда угодно. К этому не привыкнешь. И всего не предусмотришь. Но помнить стоит. — Трот выдохнул «вставая» с руля.

— Так ты что предлагаешь крюк сделать? На юг или на север? — Парень уселся поудобнее в кресле пассажира.

— На юг — значит к степи. Места, там открытые прятаться негде. И база внешников там. Какая бы, она не была — стационарная или несколько машин, она там. Чем ближе тем им проще и тем лучше они «держат» район.

Остаётся попробовать взять на север. Хорошо так километров десять самое меньшее. Если повезёт — ребята нас потеряют.

Радар тяжело вздохнул — Как же оно мне всё… — Потом высунул голову в окно. Рядом в нескольких шагах стоял пикап Чура.

— Чур, надо крюк делать. Если этот козёл наведёт на нас ещё один налёт, то ничем хорошим это не кончится. Так что сворачиваем с прежнего курса и идём не север. Услышал?

Тот кивнул — Да, командир.

— Тогда всё…Сапёр ты тогда уже сиди за пулемётом, а я поеду в люке, чтобы обзор иметь вовсе стороны. Тоже хреново…Ракетой может зацепить. Но второй раз так лопухнуться «прощёлкав» атаку — не охота. До привала уже едем без удобств. И чую я привал наш будет не дома. Не судьба, мать её.

Путь на север не заладился с самого начала. Хороших путей на этом кластере просто не было. Дорога выходила кривой и раздолбанной из-за чего приходилось тратить много времени двигаясь не в ту сторону. И когда поперёк дороги «возникла» грязная река полностью перекрывавшая путь — это было уже практически закономерно.

Где не везёт дважды — обязательно не повезёт и в третий — таков закон жизни.

То, что до перезагрузки было типичной городской «речкой говнотечкой» полтора метра в ширину и полметра вглубь превратилось в нечто вроде горного потока. С маленькой поправкой на дикое количество мусора и общую лютую грязь.

Рейдеры мрачно наблюдали как бурая вода тащит по шумящим струям пустые бутылки, ветки и непонятные обломки. Над когда-то перекинутым мостом бурлил быстрый поток — и из-за грязи в воде даже не было видно реальной глубины.

Где-то выше по течению кусок озера прилетел, или реки. — Трот задумчиво оценивал картинку.

— Может плюнем и проедем в течение поперёк? На скорость? — Чур высунувшись из кабины махнул рукой вперёд.

— Так будет неправильно. Точно тебе говорю. — Угрюмо ответил Трот.

— Не понял?

— Если мы окажемся в этом течении, то в течение минуты нас нахрен опрокинет, а то и сбросит с дороги. Понял, как правильно?

Чур слегка побурел под смуглой кожей.

Прежде чем он высказался в ответ, Радар раздражённо буркнул. — Как правильно и неправильно тут решать мне. Я тут типо главный, если кто забыл.

И я говорю, что правильно тут двигать вниз по течению. Глубина здесь такая что хрен разберёшь…С краю можно наверно каким-нибудь прутком пощупать…Но вовсе не обязательно что там дальше так же.

Мост мог просесть, его могло размыть, или подмыть опоры…

Так что сунувшись через мост есть большой шанс эпично улететь нахрен, и тупейше подохнуть в этом говностоке.

Чур пожал плечами похоже проглотив всё что собирался сказать насчёт правильно-неправильно. — Как скажешь командыр. Только с горючим тогда будем нехороший вопрос. Со всеми этими петлями бензин идёт к тому что бы кончиться, когда не надо.

— Это понятно. Значит активно смотрим по сторонам. Вокруг застройка, по карте тоже ещё впереди будут подходящие районы. Где-нибудь на относительно свежем сегменте сольём со стоящей тачки. Не впервой.

Если уж совсем будет нам немилость Улья, придётся оставлять технику снимать пушки и топать пёхом сколько выйдет.

Крайне…Было бы неприятно.

Но — жадность хуже, чем холера, жадность губит флибустьера.

Рисковать настолько тупо загнуться, из-за риска потерять пару машин и несколько ящиков хабара…Нет, оно того не стоит.

Нет. На крайняк вспомним пехотное прошлое. А если так уж не хочется бить ноги — смотрите по сторонам во все глаза.

Ладно, всё. Поехали.

Перспектива топать ногами многие километры, одновременно таща на горбу пуды груза включая харч и пулемёты не радовала никого.

Поэтому, когда впереди в дорожном узле появился безошибочно узнаваемый здоровенный сине-жёлтый щит с указанием цены за литр все заметно повеселели.

Ну значит на нашей улице всё же праздник. — Трот дал по газам направляя бронированную машину к стоянке. Под навесом выстроились в ряды привычные колонки бензо заправки.

Когда до стоянки осталось метров десять Радар неожиданно резко рыкнул — Стой.

Водила ударил по тормозам на автомате. Следом без указания встала едущая хвостом машина Чура. Может тот и не слышал приказа, но понял что почему то встали.

Радар замер, сверля всё вокруг напряжённым взглядом.

…Чисто. Чисто. Чисто…Тогда почему меня так колотит?.. Парень с диким выражением лица оглядывался по сторонам вновь и вновь.

Видишь что-то даром сенса? — Трот флегматично вынул бинокль из рюкзака, висевшего на кресле и то же начал оглядываться.

— А вот Улей его… Вроде и не вижу. А как будто изморозь по коже, как будто запах, что ли. Будто подташнивает …

Словно… — Радар покрутил тонкими пальцами подыскивая подходящее слово — словно что-то рядом. Что-то непонятное. И конкретно недоброе.

— Элитник под маскировкой из дара? Было бы несколько неловко…Или внешники со своими технопримочками засадой работают? — Ай яй. блондин не побледнел, но заметно подтянулся.

— Кстати мысль. Может оптика внешников что-то найдёт, как тогда на Клыке.

Хорошо, что я её с собой взял, пусть она и тяжелее бинокля. — Радар встал, уходя вглубь машины. Контейнер в брезентовом чехле с лямками для переноски был перетащен в кабину. Парень аккуратно распаковывал сложный аппарат. Он чувствовал нечто странное — несмотря на уже сложившуюся привычку к риску, к частой встрече со смертью, что-то теребило душу. Из глубины на сознание накатывал какой-то необъяснимый иррациональный страх.

Радар нажал на отпирающие крышку защелки сильнее чем надо, унимая дрожь в пальцах.

Глава 13

…Что ж меня так колотит? Жопа что-то чует или с ума схожу в этом грёбанном дурдоме?..

Радар вдохнул носом и медленно выдохнул через сомкнутые зубы унимая давящую на сознание истерику. Повторил.

Он пристроил «обзорную технику» на опорный выступ перед стрелковой щелью и приник к окулярам. Тощая спина замерла в напряжённой позе.

Минуты тянулись колонной старых улиток, а парень всё смотрел и смотрел.

Наконец Трот вполне нейтрально спросил. — Видишь, что ни будь?

Радар нехотя «отлип» от аппарата. — Нет. Ничего не вижу, ни этой оптикой, ни даром…

Он зло скривился, проведя тонкой ладонью по лицу. — А вот чувствую что-то…

Вот нельзя туда. Нельзя и всё.

— Ну нельзя и нельзя. Запишем в графу интуиция и едем дальше. — Блондин пожал плечами, ожидая продолжения.

— Нет. А вдруг у меня тупо кукушка едет? И там ничего нет, а мне лечиться пора? Хотя где здесь лечиться…

— Тогда пошли свежака принести сюда канистру другую горючки. У нас как раз сейчас, для такого случая, подходящий есть.

Лучший способ отличить ноль от фазы — это когда провод тебе подает кто-то другой. — Трот равнодушно зевнул, не прикрывая рот рукой.

— Меня звать не Шурик и я не комсомолец… Но это всё-таки не наш метод. — Радар растянул губы в тонкогубую гримасу. — Вон видишь там впереди метров через пятьдесят стоит двухэтажка в красном сайдинге?

— Ага. Красно бурая гофрированная жесть. То ли цветочный магазин то ли похоронное бюро.

— Вот, кати туда. Там встанем и осмотримся. Вот тогда уже что-то решать будем.

Трот молча помахал рукой в окно, показывая Чуру направление и развернул машину.

Коротко шурхнув по асфальту машины встали на небольшой автостоянке возле строения.

Радар вышел из машины морщась и озираясь. Трот стоял рядом, равнодушно поглядывая то на парня, то по сторонам. Чур и Сапёр похоже не разделяли тревоги, но и не вели разговоров, хотя скорее просто по рейдерской привычке — меньше слов, меньше шума.

«Атаман» повернулся к зданию — Похоже магазин автозапчастей. И здесь не так несёт… Этим.

Трот косо глянул на закрытую дверь — Зато пахнет кой-чем другим. Впрочем, здесь этим пахнет везде.

Он поправил висящий под рукой «Абакан», оглядываясь

Радар решительно взялся за ручку двери — Мы поглядим, что здесь есть полезного. Сапёр, давай за пулемёт. Туда что полезет или оттуда… Если что — прикроешь. Родина в тебя верит. И — в хороший калибр с боеприпасом внешников, до сих пор он нас не подводил.

Этот … пусть сидит в кузове у Чура. Тут он не нужен.

Парень открыл дверь и выставив «пушку» вперёд, на манер гитлеровского автоматчика, зашел внутрь. Следом с оружием на изготовку скользнули двое рейдеров. Чур не стал включать стелс на этот раз — благо такого приказа он и не получал.

Внутри был прилавок с кассой, размещённые на стенах и вдоль них технические прибамбасы и автодетали. У дальней стены был закрытый опускающейся дверью выход в гараж.

Радар несколько выдохнул, не видя ничего опасного — даже дохленького пустыша или следов обыденных для перезагрузки трагедий. Трот наоборот вертел головой что-то ища.

Наконец мужик подошел к рубильнику управлявшему подъемной дверью и резко его дернул. Похоже система была механической, а не электронной — дверь пошла вверх.

Прошло несколько десятков секунд прежде чем рейдеры осознали увиденное. У всех троих глаза резко расширились…

Впрочем, никто не шарахнулся и не согнулся в приступе тошноты.

Внутри лежали сложенные в какие-то странно геометрически правильные формы, вроде штабелей или пирамид человеческие тела и останки. Иные — голые скелеты в остатках как-то неузнаваемо «вскрытой» одежды. Ни нож,

ни ножницы, ни даже клыки зверя — не могли оставить таких следов. Словно ткань разрывали… Металлической щёткой? Иные — просто тела. Судя по гражданской одежде и камуфляжу тут были и рейдеры, и «залёты» с перезагрузок.

Трот шарил взглядом по «пирамидам», потом шагнул вперёд что-то ища. Товарищи автоматически шагнули следом нервно, поводя стволами, снятых с предохранителей «пушек».

Через пару шагов он похоже увидел то что искал. В штабеле, с краю лежало человеческое тело. Лицом в потолок, вытянутый как «стрелка» Флинта, спиной на других телах. Судя по камуфляжу и короткой стрижке — типичный рейдер. Его ноги и руки уже были скелетированы, но корпус и голова были целы и даже не выглядели «трупно». Ни пятен разложения, ни синевы. Граница между скелетом и телом была покрыта засохшей кровяной коркой.

— Вот оно что тут пахло застарелой кровью. А я-то подумал, что тут просто кого-то недавно сожрали, как обычно. — Трот кивнул на тело.

В этот момент глаза лежащего открылись. Это были живые и абсолютно безумные глаза. Челюсть задрожала, пытаясь — и не сумев, закричать.

Из тёмного угла медленно, со скоростью черепахи выползло три крупных, толстых как батон «варёной» колбасы червя. Тонкая «червячная» кожа белая и блестящая, неловкие и медленные движения это не выглядело опасным. «Червяки переростки» вызывали скорее брезгливость, чем страх.

Но лежащий рейдер, заметив их, мелко задергался, содрогаясь в бесплодных истерических попытках совершить хоть какие-то движения.

Один из «червяков» согнулся, подняв верхнюю часть, там обнаружилась круглая, как у миноги, мясная «дырка», усеянная мелкими острыми зубами и странный орган вроде глаза из пяти мелких круглых глазков чёрного цвета. Они слабо поблескивали.

Радар тихо прошипел — Что бы это не было — не оно ребят добыло и парализовало… Пусть оно их и жрёт заживо.

Трот медленно сделал шаг назад разворачивая автомат на червей. — Ты забыл о дарах. Используя дар и такая мерзость может и парализовать, и жрать.

— Парализовать может. Но я не представляю дар, который поможет вот так сложить тела в пирамиды. И тела ведь ещё надо было сюда притащить.

Нет. Охотилось и собирало добычу что-то другое.

Так что обожди стрелять, хотя бы для того что бы иметь все патроны в магазине на случай встречи…С их…Типо мамой.

— Вот дерьмо. Но если оно попробует в меня вцепиться, пристрелить тварей всё равно придётся. — лицо Трота перекосило от брезгливости. — Если их мамо то, что я думаю, нам надо валить отсюда, бегом.

— Если их мамо, то что думаю я, и оно сидит там, где думаю я… То беги не беги это ни хрена не поможет. Нас уже видят и ждут момента, когда побежим… — Радар был бледен как мел, но говорил ровно, без дрожи в голосе. — Можно начать стрельбу — это тоже будет запуск «веселья». Нет, так просто отсюда нам не убраться.

Блондин кисло уточнил. — По такой логике нас уже должны жрать. Вот прямо сейчас. Мы ведь залезли в гнездо с (он скривился) личинками.

— Может он не может сюда влезть? Например, вход узкий и по размеру не проходит.

— Как-то же он сюда тела затаскивал? И по красивому раскладывал. Значит может. — Трот развернулся, так что бы дверь была сбоку, а не сзади.

— Вопрос без ответа. — Радар на секунду «выпал» в задумчивость. Потом «вернулся», взгляд стал «цепким». — Чур, иди назад, там среди товаров сумка была. Здоровая такая, из толстого брезента.

Тащи её сюда.

Трот поднял белые брови. — На кой? Слушай, может просто отчалим в темпе, пока можем.

— Нет. Если нас могут тронуть, то и тронут. Тут уже без разницы как — как добычу, как чужаков, сунувшихся куда не надо, или тупо как свидетелей. — Радар ткнул пальцем на «червей» — А вот это мы заберем. Если у них будет «охрана», по крайней мере будет чем в неё кинуть что бы отвлечь.

— Гарна мысль. Тока… Чур, бери там тогда уже и лопату, плюс брезентовые рукавицы. Это дерьмо ведь придётся как-то грузить. И как по мне так лучше это делать не голыми руками. — Последние слова он говорил уже в спину уходящему рейдеру.

Радар произнёс тихо и задумчиво. — И ещё… Помнишь байки, что Бахус травил? Ту, что про рейдера, который залез в логово скребберов и чего то там нажрался, превратившись в супернагибатора? Так, что потом сумел даже куда-то вырваться из Улья?

— Помню. Только там вроде что-то про «мёд» было. А эти твари жрут явно не мёд. И ничего похожего на соты тут нет.

Это не то что «неправильные пчёлы» — это вообще нихрена не пчёлы.

И кроме того — байка она на то и байка, что к реалу может вообще никакого отношения не иметь.

— Там было толи мёд, толи яйца, то ли личинки. Типа «а может это дворник был, что шёл по сельской местности.» Никто толком не знает.

Да и пофигу. Важно, то что эти байки стопятьсот не только Бахус слышал.

И значит дофига людей с реальным баблом заимело мечту. Реальных людей. С реальным баблом.

— А, ты в этом смысле…Добре… — Трот сально улыбнулся. — Только дело остаётся за малым, пустяк тема — свалить отседа живыми.

Чур вернулся с новенькой лопатой, похоже предназначавшейся для уборки снега и здоровенной сумкой-баулом из толстой синей ткани. — Рукавиц там не было. — отчитался он.

Давай эту гадость на лопату и в сумку. — Радар морщился и оглядывался по сторонам, нервно бегая глазами. Автомат под рукой был зажат до побеления костяшек пальцев. — Может тут и ещё что-то полезное есть, но копаться мы больше не будем. Грузи — и валим отсюда.

Чур уточнил — Оно сумку может прогрызть.

— Может и прогрызёт. Только не за пять минут же. Донести до машины хватит А уж там найдём подходящий ящик. Грузи. — твёрдо заключил «атаман».

Короткие толстые черви лишь слабо извивались, когда их подцепляли на широкое жало лопаты и скидывали вниз. Здоровенные, противно белые твари, размером побольше варёной колбасы, одна за одной улетали в сумку. Впрочем, никакой прыти к спасению или опасных способностей они не проявляли. Так что вся погрузка уложилась в пару минут.

Трот ухмыльнулся. — Тащи счастливчик и наслаждайся. Ноша — мечта рыбака. Прикинь как бы тебе в прошлой жизни все окрестные рыбаки завидовали? А? Как бы на такое клевало то?

Разок закинул — и все щуки твои, а може и что из красной книги.

Чур отмахнулся. — Что бы тебе в теш иметь то, что на такое клюнуть может.

Радар развернулся на выход, положив ладонь на косяк. — Хорош. Тащи теперь. Этот груз на тебе. Но если скажу бросить — бросишь сразу, причём далеко в сторону, чем дальше, тем лучше.

Трот, ты возьми кого-нибудь из этих, на свой выбор. Такого что бы можно было в себя привести и пораспросить. Может узнаем больше про вот это вот всё — глядишь пригодится.

— А если из него, из нутра, как в фильме ужасов такое вот вылезет? — Трот поднял бровь.

— Раздавишь. Судя вот по этим, оно само мало что может.

— А если … — Трот кивнул наружу к входу.

— Если — скинешь. Тебе это секунда. Тебя что учить надо? Всё, берём что сказано и валим. — Радар говорил уже довольно резко.

Трот кивнул, потом он быстро прошёл по полутёмной комнате, выбирая. Он поднял из пирамиды некрупное тело в дорогом камуфляже. Прикинув вес на руках, рейдер закинул добычу на плечо, головой за спину, задницей под левую руку.

— Всё, отчаливаем в темпе, все за мной. — Радар вышел.

Рейдеры успели выти из двери и сделать пару шагов к машине, когда с одной из построек бензозаправки стало происходить странное. Сарай, рекламный щит возле него, даже мусорная урна стали словно «складываться», как крыло насекомого. Привычная «бытовая» картинка, шокируя глаз «разбивалась» на цветные «пластинки». А они «стягивались» и поднимались в …нечто. Всё происходило очень быстро. Секунды — и вот уже рядом с бензозаправкой стоит на множестве тонких ножек здоровенная, больше грузовика, тварь. Такая, что и не опишешь толком. Если очень приблизительно — то помесь палочника с богомолом.

Шипастые лапки торчали в несколько рядов вниз и вверх. Сегментированое тело в крупных хитиновых пластинах, стоящее на множестве длинных условно-тонких ножек. По хитину, местами серому, местами причудливо сохранялись цвета сарая, реклам, а где-то и урны. Тело покрыто какими-то торчавшими «щёткой» волосками. Треугольная башка, чуток поменьше автокабины, со жвалами и острыми «хоботками» глядела с высоты второго этажа. Какие-то разноцветные ассиметричные наросты поблескивали, там, где у насекомых глаза.

Насекомое под микроскопом вызывает отвращение… Это…. Это вызывало тошнотворный пробирающий до нутра неразумный ужас.

Не было ни рычания, ни топота, ни шелеста или какого-то другого звука. Всё происходило в гипнотизирующей тишине — и по секундам.

Пять секунд, за которые рейдеры ещё не успели завершить начатые движения, а вот уже на месте сарая голая земля. И в десяти шагах от них «летит» в броске, быстро перебирая хитиновыми ножками огромная махина.

В тишине «грохнул» стрёкот пулемёта. Пусть и снабжённый хорошим глушителем — но работающий пулемёт — это слышно.

Сапёр успел. Успел засечь неладное. Успел засечь бросок. И последнее по месту, но не последнее по важности — успел взять упреждение при стрельбе по быстрой цели.

Хоть и очень быстрая, но очень большая мишень «поймала» всю очередь из тяжёлого станкового пулемёта. Былой пулемёт «Сивки» с боеприпасом, модернизированным, как раз против элитников не раз выручал в прошлом. Не промахнулся и сейчас.

«Многорукий богомол» затормозил в броске, получив тяжелейший удар потоком свинца. Тварь шатнулась и «замерла» повернув башку. Не было видно никаких повреждений или других следов пуль на хитине, но «оно» всё же притормозило.

Цветные наросты на башке, красные, зелёные, чёрные — словно изучали окрестности.

Рейдеры наконец прореагировали.

Радар вскинул автомат внешников к плечу. Красная точка целеуказателя заплясала на голове твари. Опустевший магазин улетел в сторону. Следующий из кармашка встал на его место.

Трот упал на колено что-то выцеливая в оптику «абакана». Невезучее «тело» с плеча распахало лицом ближнюю клумбу.

Чур вертел головой, не сообразив, что делать.

В этом момент воздух прорезал омерзительный, оглушающий, ни на что толком не похожий звук. Этакая смесь из свиста чайника, радиопомех и пляски острого железа по стеклу.

Омерзительный своей какой-то неживой и неприродной сутью, пробирающий и сокрушающий свист-визг «соловьиной трелью» пронёсся над окрестностями.

А затем…

Трот и Чур, всё же выпустивший сумку и перехвативший Ака, — не видели ничего. А вот для Радара это выглядело как отделившийся от всего тела скреббера переливчатый пузырь, отдалённо похожий на мыльный. Долю секунды он сохранял былую форму, летя вперёд, а потом стал «закругляться» и «отращивать» что-то вроде языков пламени во все стороны.

Чем бы оно ни было, оно за секунду преодолело расстояние до рейдеров, включая всё ещё стрелявшего из купола Сапёра.

А потом была темнота, тишина и боль…

Глава 14

По пыльной просёлочной дороге неспешной походкой шли два рейдера. Крепкий, атлетического телосложения мужик в бежевых брюках и рубахе того же цвета, и молодой крепкий парень в камуфляже.

Ребята небрежно и эффектно, как коты по забору, месили пыль берцами. Кусок просёлка перед КПП как раз выполнял роль забора — где с одной стороны симпатичные кошки (которым надо нравиться), а с другой злые собаки (которых надо выбешивать). Получалось у парочки душевно — даже воронёные стволы за плечами смотрелись парадно-подиумно.

Боец, сидевший на стуле за мешками с песком, поднял глаза от журнала. Оценивающий взгляд пробежал по идущим, на секунду задержавшись на эффектном «абакане» с дорогой оптикой, выглядывавшем из-за спины мужика.

— Бахус, ты я вижу, из рейда в минусе идёшь? Минус два бойца и велопод с пулемётом?

Так я не понял, чего ж такой весёлый, как именинник?

Рейдер ответил прямым взглядом с ухмылкой. Тёмные глаза с красноватыми белками чуть ехидно щурились.

— Ветер, в рейд ходить — со смертью танцевать. Кто сплясал не в последний раз, тот заново родился. Конкретно, эт тема для счастья.

Ты в теме где сейчас наш «бигбосс»? Перетереть надо, в натуре срочно.

— Радар в рейд ушел с караванщиками, к Коровьеву. Два дня как, третий пошёл.

— Да? Тогда кто за старшего сейчас? Сапёр? Трот?

— Мазут. Сапёр и Трот уехали с Радаром.

— ХХХ. А он сейчас где?

— Ветер почесал за ухом. — В большом гараже был. А что у тебя за дело к нему? Если не любовь жизни шёл бы ты лучше сейчас отдыхать, а за рейд уже базарил бы с Радаром, как вернётся.

Сегодня третий день как уехали. До Коровьева езды меньше дня. Так что сегодня-завтра должен уже вернуться.

— Братишка, с Радаром я в своё время обязательно пообщаюсь. Сейчас мне нужен любой из старших, кто есть. Мазут, значит Мазут. Он точно в гараже?

— Был там. А мог и закончить, и уйти куда-то. Я ж его не пасу. — равнодушно уточнил Ветер.

— Тролль, чешем в темпе. — Бахус двинул с места вроде и без видимой спешки, но на секунду задержавшемуся парню потребовалось перейти на рысь что бы его догнать.

Стаб Металлист был по сути невеликой деревней и добраться до нужного места занимало несколько минут.

Ангар, приспособленный под общий гараж, был открыт. Бахус чуть нагнулся, заходя в низкую дверь, вырезанную в больших воротах.

Недалеко от входа у стены возле верстаков с инструментами стояло несколько бойцов.

Один из них, молодой мужик лет тридцати с умеренно жёстким лицом и некоторой смышлёностью во взгляде, оттирал тряпкой руки от смазки. Он как раз закончил свою занятие, когда стронг весело протянул ладонь.

— Здарова, вольные бродяги. — Бахус поручкался с компанией.

Мазут с лёгкой улыбкой отложил тряпку. — И тебе не болеть. Жив и весел, как я вижу? Тебя тут уже некоторые списали, когда в срок не вернулся.

— Будет момент, обмоем моё воскресение. Я точно не бог, так что можно без протокола и чего там ещё полагается?

Сейчас я жив, и я нехило поднял хабару. Но тут есть одна заморочка, даже две.

Не так что бы стрёмные, но шевелиться надо резко.

Я по фарту у внешников тачку подрезал. ХХХ тачка точно говорю. Только её надо на закладки проверить, ты знаешь уже, как внешники любят на своё барахло жучки-маячки мантулить.

— Знаю подходящих спецов на это дело. Но это не спешно — вернётся Радар, и займёмся. Может даже я сам кое-что попробую. А может и кое кого из здешних подрядим, но это дело особой спешки не требует. — Мазут внимательно посмотрел на стронга.

— Гы. Вот тут типа нюанс. Занесло нас волей Улья под стаб Лесорубник. А там как раз охотничий рейд внешников. Я их ххх много видал, но именно таких — в первый раз.

Эти весь стаб «мясоловом» накрыли и чисто курей по тачкам грузили.

Мы ребята не пальцем деланные, и фарт с нами. А Улей в тот раз тоже был за нас.

Короче, я у них грузовичок угнал с грузом вместе. Сечёшь?

— А ты, твою мать, хвост за собой не привёл? — Мазут не повысил голоса, но лицо стало очень жёстким.

— Нет. Не те у них были расклады что бы за нами гонять. Они и так слишком много людей и техники потеряли в разборках. Сначала стабовских не всех сумели выбить по-тихому. Потом ещё с элитой долго зарубались.

Но…Бережёного бог бережёт, не бережённого караул стережёт.

Не просто так я тот грузовик оставил тут, в нескольких километрах в застройке. Клин за ним присматривает. Я в эти игры дольше твоего играю, уважай опыт.

Со шмоном тачки на маячки лучше не затягивать. Тачку надо отработать и пристроить к делу. Не стоит ей лишнего на перезагружаемых сегментах стоять. Бывают перезагрузки, бывают и рейдеры, кому не в падлу чужой хабар увести. Но с живым грузом надо шустрить вообще резко.

Когда мы их увозили — народ был в отключке. Но когда придут в себя чем они займутся? Без оружия, без снаряги? И на месте сидеть, и к стабу топать одинаково стрёмно. Сожрать могут всех и на раз.

Опять же сколько они будут приходить в себя и в каком виде будут?

Их же и пёхом не поведёшь, и в машину не загрузишь. Придёт такой тип в себя, решит, что попал к мурам — и привет. Огребай веселье.

Мазут кивнул. — Понятно. Пикап я тебе один дам, не лучший, но для этого дела хватит. Вон тот — с одним РПК на площадке.

Людей не дам. Тема твоя — занимайся сам. У нас тут каждый боец посчитан, чтобы их тупо сливать в рейдах.

И понимай сам, если ты вдруг пропадёшь — то стабы меж собой очень даже связаны, ты сам это знаешь. Весточка летает даже через перемычку.

Спроси грузовик у Креста. У него точно есть. И сейчас он на ходу.

Если уболтаешь решишь проблему в один заезд. Сколько там тех людей? Два десятка? Три?

— Не я их грузил. А потом времени пересчитывать как-то не было. Но в кузов должны влезть.

Крест у себя в кабаке, как всегда?

— Да. Он как раз хавчик из рейда только-только принял.

Здорова, деловой. — Бахус жизнерадостно обменялся рукопожатием с крепким мужиком в зелёном камуфляже. Крепкая мускулатура, стрижка под ноль, манера двигаться человека, тренированного на рукопашный бой, в сочетании с грубым жёстким лицом — кадр скорее походил на боевика, чем на предпринимателя.

Тем не менее Крест вполне успешно содержал кабак и небольшую торговлю разным барахлом, взятым как доля за снаряжение рейда или скупленным. Не брезговал он и сам периодически ходить в рейды.

Прямой взгляд серых стальных глаз был вполне дружелюбен, хотя и без экспрессии. — Здравствуй, здравствуй. Вернулся значит?

— Типа, ещё не совсем. Добычу, я взял хорошую — но пришлось оставить тут недалеко, километров пять, в схроне. Так что прежде чем на всё забить и расслабляться — забирать надо.

— Что за добыча? — просто спросил Крест.

— Хорошая добыча. Жирная. Тачку видишь? Мазут выдал для охраны, как забирать двинусь. А тереть за детали, прежде чем бабосы лягут в карман, примета конкретно плохая. Ты сам матёрый, ты это знаешь, учить не надо. Что вслух прозвучало чаасто пилоткой накрывается. От сказки-мистики или от сказочных уродов…Хоть так, хоть так — всё одно не ништяк.

Сейчас тачка нужна под груз. Можно на стабе взять и даже подешевле — но это время придётся тратить. А время — это время.

Не будешь ломить лишнего, поделюсь с навара по-братски.

— Не виляй, Бахус. Как расплачиваться собираешься? Споранами, ясную цифру, или некой долей с непонятного?

— Можно так, а можно и этак. Только, один хрен, во сколько оценивать барыш — решать будет Радар. Он в рейд снаряжал — ему и добытое разбирать. Он же и будет расплачиваться по счёту.

За себя отвечаю — дам глянуть сразу чего и сколько. Сам сможешь посчитать, чего и сколько — и чего тебе лучше просить.

Сейчас вопрос — грузовик заправлен?

Грузовик заправлен. — Крест говорил ровно. Голова на крепкой шее держалась прямо, без наклонов — иные люди проявляют больше интереса при обсуждении варки супа. — Так ты ходил в сверхуспешный рейд на несколько дней и при этом не завалил даже дохлого бегуна? Настолько был успешный рейд?

Он равнодушно следил за реакцией собеседника.

Бахус ухмыльнулся — Ты не подххх. Бывает и такое иногда. Но в этот раз кое-кого жирного валили. Я валил лично.

— Вот и хорошо. Выкладываешь добычу в залог и берёшь грузовик. А я тебе даже водилу дам, если есть нужда.

Стронг показал зубы в широчайшей улыбке. Он эффектно, как в театре, вынул из разгрузки перетянутый резинкой полиэтиленовый свёрток, явно приготовленный заранее.

— Я уже боялся, ты не предложишь. Дополнительные руки и ствол в рейдерском деле, это часто конкретно тема козырная.

Теперь, как говорил правильный пацан Юра — поехали.

Через минуту пара машин уже мчала по пыльным и разбитым просёлкам. Дороги свевались в узор петель, дикий для прошлой жизни, но всё же ведущий к цели. Бахус сидел за рулём пикапа, который гнал на немалой скорости. Он то и дело закладывал лихие виражи на поворотах. Тролль стоявший за пулемётом в кузове, при этом лязгал зубами от рывков.

Наконец он всё-таки не выдержал. — Слушай чего ты так гонишь? Нам же особо торопиться некуда.

— А по кайфу. Быстрая езда, когда сам за рулём, это не ххх такая развлекуха.

Лови момент, когда можешь — жизнь из них состоит.

— Кайф штука хорошая. Но если я от этой тряски всё-таки обблююсь, то всё полетит на тебя. Будет до слёз обидно и мне и тебе.

— Спокуха. Видишь те домишки? Мы считай уже приехали. — Бахус ощерился в тридцать два зуба.

Скоро пикап въехал в нужный двор. Это была площадка с клумбой и детскими сооружениями разом нескольких маленьких двухэтажных домов, образующих скрывающее «кольцо». Не въезжая вглубь, машины встали на везде развернувшись кормой к грузовику

Грузовик был спрятан от случайных глаз при помощи импровизированной маскировочной сети из растянутых бельевых шнуров и всякого тряпья. Полог из пёстрой ткани накрывал технику поставленную плотную к стене. Такая маскировка, ясное дело, проигрывала почти любой профессиональной, но всё же случайный взгляд издалека и с воздуха — грузовик — не видел.

Стронг деловито полез в рюкзак, стоявший возле ноги. Вытащив здоровенный мощный бинокль, Бахус без «рисовки», как-то иначе — обыденно и собранно, застыл в наблюдении. Он пару минут изучал окрестности, потом вылез наружу, размахивая руками. Из кабины грузовика вылез Клин. Он шел навстречу, стирая с лица капавшую кровь какой-то неузнаваемой тряпкой.

Стронг заинтересованно произнёс. — Здоров. Ты как? Проблемы какие-то?

Вояка плюнул тягучую красную струйку на асфальт. — И, да и нет. И нет и да.

У меня или у нас, или есть или нет.

— Ты ххх мульку не пестри. Конкретно базарь. И плеваться заканчивай. Мы не в хате, но ты чё забыл, что такое запах крови в наших краях? — Бахус был крайне резок.

— Это уже похер, плюйся не плюйся, всё едино ещё с носа течёт.

— Конкретно? Ну слушай. — Не менее зло ответил Клин.

Content

Василий Мушинский
Стикс. Сломать Систему
Часть 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 13

Глава 14