Черный Маг Императора 12

Глава 1

Поначалу Полина наотрез отказывалась давать мне номер Карачарова. Упиралась как могла.

— Это наше с ним дело. Как будет выглядеть, если ты начнешь ему звонить? — недовольно шипела она, чтобы не привлекать лишнее внимание посетителей.

На нас и так уже начинали коситься. Клиентов было уже не так много, но те, кто остались, точно считали нас бандой малолетних преступников. Все разного возраста, гости к нам странные подходят… Честно говоря, я бы и сам начал что-то такое подозревать, если бы наблюдал подобную картину со стороны.

— Нормально будет выглядеть. Точно так же, как если бы я взялся тебе помогать, и мы встретились с ним уже в Москве, — ответил я. — Какая разница?

Она открыла было рот, чтобы что-то возразить, но не придумала и закрыла его снова. Крыть было нечем.

— Все равно он будет знать, что мы действуем вместе, правильно? — продолжал я развивать успех. — Поэтому дай мне его номер, я хочу с ним поговорить.

— О чем?

— Потом расскажу, — пообещал я. — Этот звонок сэкономит нам кучу времени. Мне некогда торчать в Московском княжестве и изображать из себя детектива. Я поставлю ему начальные условия, которые мне необходимы для нормальной работы, а иначе просто не возьмусь.

Лазарева вновь задумалась. Выражение ее лица сменилось с нервного на сосредоточенное. Хороший знак. Как только она начинает руководствоваться головой, а не эмоциями, дело поворачивается в нужном направлении. По крайней мере, так было до этого момента.

— Вообще-то, мне тоже особо не хочется долго возиться с этим делом… — пробормотала Полина. — У меня с этим открытием куча заказов горит…

— Ну вот видишь, а ты еще раздумываешь.

— А что за условия ты ему собрался выдвинуть? — она вновь нахмурилась. — Обычно он сам ставит условия, а не ему. Графу может это не понравиться.

— Еще как понравится, не переживай, — заверил я ее, вспомнив наш с ним обмен заклинаниями. — В моем случае он сделает исключение. Лазарева, не тяни время, давай его телефон и говори сколько денег ты хотела получить за свою помощь.

— Об этом я еще как-то не думала… — растерялась она.

— Хорошо, тогда я сам подумаю, — пообещал я. — Раз уж я буду этим заниматься, то будет логично, если и сам цену выставлю.

Полина вновь собралась что-то сказать, но и на этот раз не нашла нужных слов. Какие тут могут быть возражения? Это был еще один железный аргумент, против которого ей нечего было возразить.

— Ты что, не доверяешь Максу? — решила добить ее Софья. — Если он говорит, значит сделает, поверь. Уж я-то его хорошо знаю.

— Угу, я тоже его отлично знаю, — ответила ей Лазарева. — Твой брат иногда может перестараться. Ладно… Пиши его телефон…

Я записал его номер и посоветовал Полине выкинуть графа на время из головы. Хотя бы до завтрашнего дня, когда я сообщу ей о результатах нашего разговора.

К этому времени «Бычий глаз» почти опустел. Все-таки воскресный вечер, многим завтра на работу.

— А кому-то в школу, — напомнил мне Дориан, намекая на то, что и нам пора уходить.

Я расплатился по счету, поблагодарил Овчинникова за прекрасный вечер, и мы вышли на свежий воздух. Полина сдержала свое слово и о Карачарове мы больше не разговаривали. Прогулялись по вечернему Мороку, который в это время был особенно хорош.

Нигде больше нет таких красивых разноцветных вывесок, как здесь. Это касается и вечерних фонарей, которые светили необычным мягким светом, отчего рядом с ними становилось тепло и уютно. Думаю, над ними явно артефакторы поработали и вставили внутрь что-то типа светокамней.

Домой возвращались на такси. Сначала завезли Полину, которая к этому времени выглядела совсем вымотанной и заснула на заднем сидении, положив мне голову на плечо. Причем крепко так заснула, похрапывала немного. Даже будить было жаль.

На прощание я еще раз пообещал ей, что позвоню прямо с утра и мы покатили домой. Какой длиннющий день сегодня выдался. Хотя, в отличие от Лазаревой, спать мне не очень-то и хотелось. Вечера уже были прохладными, так что прогулка меня приятно освежила. Самое то, перед разговором с Карачаровым. Ну а потом можно и отдыхать.

— Ты забыл про сюрприз для Вороновой, — решил напомнить мне Мор. — Неужели ты думаешь, что она отстанет от тебя и согласится получить его завтра?

Точно, еще и сюрприз для Софьи, я уже и правда забыл о нем. Ну хорошо. Значит разберемся с сюрпризом, а потом — отдыхать. Только начало одиннадцатого, детское время по сути.

Когда мы вошли в дом, дед спал, а по телеку шел какой-то канал про животных, который он любил смотреть. Я думаю, он использовал его в качестве снотворного, потому что едва он его включал, проходило всего несколько минут, и дед начинал посапывать. Вот как сейчас, например.

Мы не стали его будить, тихо прокрались наверх и разошлись по своим комнатам. Я пообещал Вороновой, что приду к ней сразу после того, как переговорю с графом.

— Если ляжешь спать, я тебе сломаю дверь, — пообещала она напоследок и скрылась за своей дверью.

Что-то мне подсказывает, что свое обещание она сдержит. Однако спать я не собирался. Вместо этого я наскоро умылся холодной водой и начал набирать Карачарова.

Вообще-то, время для звонка достаточно позднее, но в данном случае меня это не очень смущало. Если граф решил связаться с нами, то пусть привыкает, что темные маги не всегда ночью спят. Тем более, что в это время энергии и сил у меня было побольше, чем днем.

Я ожидал, что разбужу Карачарова, но, к моему удивлению, он ответил практически сразу.

— Слушаю, — ответил он. Спокойный ровный голос, никаких признаков недовольства. Даже неожиданно как-то. Я рассчитывал, что он будет нервничать и уже заранее приготовил слова, которыми собирался его успокоить.

— Добрый вечер еще раз, Лука Миронович, моя фамилия Темников, хочу перекинуться с вами несколькими словами, — я тоже старался говорить спокойно, что было непросто.

Я-то рассчитывал, что разговор сразу пойдет на повышенных тонах. Что же, надо отдать графу должное, к этому моменту он сумел уже дважды за этот вечер приятно удивить меня. Первый раз, когда сдержал своего крепыша охранника и второй раз сейчас. Посмотрим, что будет дальше.

— Максим Александрович? Тот самый молодой человек, которого я совсем недавно имел честь лицезреть в пивной? — спросил он и удивил меня в третий раз, что это было уже слишком.

Как-то сильно много для одного дня. Похоже я его недооценил. Если он знает меня, то прекрасно понимал, с кем пытается устроить ментальную дуэль. Теперь понятно, почему он остановил своего охранника. Просто заранее понимал, что если тот начнет руками махать, то ничего хорошего из этой затеи не выйдет.

— Угу, тот самый, — ответил я. — Лазарева мне рассказала, что между вами произошло, и я решил ей помочь.

— Мне известно, что вы с ней друзья, — сказал он. — И о вас я тоже наслышан. Жаль, что мне пришлось познакомиться с таким интересным молодым человеком в подобных обстоятельствах.

Полина была права, Карачаров очень обстоятелен. Перед разговором с ней успел основательно подготовиться. Даже изучил круг ее знакомых, а если так, значит думал о том, что может всякое случиться.

— Честно говоря, я бы не хотел, чтобы мы с вами ссорились, Максим Александрович, — тем временем продолжил он. — У нас с Полиной свои дела, я думаю, мы с ней все уладим. Если она вам и в самом деле все рассказала, то вы должно быть знаете, что я пока не обвиняю ее ни в чем. Существует множество вариантов как могло случиться. Я просто попросил ее о помощи.

— Вы ее попросили о помощи, она — меня, значит все сходится, — сказал я. — Я вам и звоню потому, что собираюсь ей помочь и даже не сомневаюсь, что она не имеет к вашему кладу никакого отношения.

— Вот я бы на вашем месте не был столь уверен, — сказал граф. — Поверьте моему жизненному опыту. Никогда не стоит доверять окружающим больше, чем это нужно.

— Я же сказал — она мой друг и я собираюсь ей помочь, — еще раз повторил я свои слова, только на этот раз чуть тверже.

На этот раз Карачаров о чем-то призадумался и около минуты я слышал лишь его дыхание.

— Хорошо, Максим Александрович, — наконец сказал он. — Я готов вас выслушать, что вы хотели мне сказать?

— Лука Миронович, так уж вышло, что по факту помогать вам буду я, поэтому у меня есть несколько условий, для того чтобы я согласился, — с ходу начал я. — Сами поймите, у меня ведь школа, а пропускать слишком много я не могу. Третий класс все-таки.

— Интересно было бы послушать ваши условия…

— Во-первых, это будет не бесплатно. Если окажется, что она действительно ни при чем, я бы хотел, чтобы вы заплатили Полине за всю эту историю, — начал я. — Я знаю, вы большой любитель артефактов, граф. Поэтому неважно что это будет — волшебная вещь или деньги, самое главное, чтобы Лазареву это устроило.

— Почему вы считаете, что я должен за это заплатить? — спросил он. В этот момент мне показалось, что он с трудом сдержался, чтобы не повысить голос. Ну ничего, пусть держится. Орлов-то на меня не орет.

— Ну как же… Если окажется, что вы совершенно напрасно подозревали ее, то выходит так, что она помогала вам в решении вашей личной проблемы, верно? — я помолчал немного и добавил. — Она отвлекается от своих дел, а я от учебы, разве это должно быть бесплатно?

— Звучит вполне логично, — согласился он. — Я согласен принять это условие. Если мои подозрения были напрасны, я готов компенсировать ваши неудобства. Есть еще что-то?

— Да. Во-вторых, мне нужно, чтобы вы предоставили доступ к мертвецам, которые были вместе с Полиной, — сказал я.

Снова молчание. Но на этот раз ему потребовалось меньше минуты, прежде чем задать мне вопрос.

— Что вы намерены с ними делать? — спросил он.

— Поработать немного и сэкономить себе массу времени, — честно ответил я. Что тут скрывать? Если он наводил обо мне справки, значит для него это не секрет. — Не беспокойтесь, ничего более страшного, чем уже произошло, с ними не случится.

— Я пока еще не совсем понимаю, как сделаю это, но допустим я соглашусь. Какое условие будет следующим?

— Никакого, — ответил я. — Будет вполне достаточно, если вы согласитесь выполнить эти два. Что скажете?

Карачаров ответил не сразу и снова сделал небольшую паузу. Видимо граф не только старательно подбирал слова, но и думал, во что могут вылиться его ответы. Лазарева однозначно была права насчет него, такого человека лучше иметь в союзниках, чем во врагах. Он не казался мне таким же опасным как дядя Игнат, но думаю, что при желании мог доставить хлопот.

— Какой интересный у нас с вами разговор вышел, — сказал Лука Миронович. — Вы удивительно здравомыслящий молодой человек и не попросили ничего такого, чего теоретически я бы не мог выполнить. Мне нужно подумать. Дайте мне времени до завтрашнего утра. Нужно уточнить кое-что насчет вашего второго условия.

— Тогда до свидания, — сказал я и отключился.

Что-то долго мы с ним общались. Хотя согласен с Карачаровым, разговор и в самом деле выдался интересным, и совсем не таким, как я его представлял. Мнение о нем менять было еще рано, но несколько плюсиков он себе заработал совершенно точно.

В этот момент в мою дверь раздался осторожный стук, а затем я услышал тихий голос Вороновой.

— Макс, ты долго там? Сколько можно штаны переодевать?

Я встал с кровати, приоткрыл дверь и посмотрел на недовольную Софью, которая уже успела переодеться в спортивный костюм.

— Пять минут потерпеть не можешь? Иди к себе, сейчас я приду.

— Никуда я не пойду, здесь тебя ждать буду, — заявила она. — Тебя только оставь в покое, так ты спать ляжешь. Еще придется и правда дверь ломать… Тимофея Игоревича из-за тебя разбужу…

Вот упертое создание! Откуда только взялась на мою голову!

— Ладно, черт с тобой. Жди здесь.

Мне потребовалось даже меньше пяти минут. За это время я переоделся в броню, нацепил на себя артефакты, затем взял коробку и вышел к Вороновой.

— Ты чего на себя броню напялил? И рюкзак нацепил еще… — удивленно спросила она. — У меня там в комнате монстров нет, я только что проверяла.

— Я их с собой захватил, — сказал я и покрутил перед ее лицом коробкой с сюрпризом. — Вот, видишь. Здесь три дракона, пять троллей и один бармаглот.

— Ври больше… — сказала Софья и с подозрением посмотрела на коробку. — Пойдем…

Стараясь идти как можно тише, мы пошли в ее комнату. Хотя можно было и не бояться. Судя по громкому храпу, который доносился с первого этажа, деда было и пушкой не разбудить.

— На, раскрывай, — сказал я, как только Воронова закрыла за мной дверь. — Только смотри не разбей.

Она торопливо разорвала коробку, затем вытащила из нее туго запакованный в прочную пленку сверток, и начала его разворачивать. Внутри было зеркало. Одно из самых старых истинных зеркал, которые мне удалось отыскать в магазинах, торгующих раритетами.

Было еще несколько зеркал постарше, но одно из них слишком большое, а другое с небольшим пятнышком на поверхности. Не знаю, можно было его использовать в деле или нет, но я на всякий случай решил не рисковать. Сюрприз все-таки, будет обидно, если оно не сработает.

— Ух ты… — с восхищением прошептала Софья, разглядывая зеркало. — Серебряное… Где ты его достал?

— Места знать надо, — ответил я и подмигнул ей. — Заказал в магазине, где же еще. Еле нашел. Их мало оказывается, серебряных.

— А ты думал? Конечно мало! Их и раньше-то трудно было найти, а сейчас — тем более, — Воронова погладила рукой сложный узор, который полностью покрывал тыльную сторону зеркала. — Надо будет завтра его обязательно исследовать!

— Сегодня, — поправил я ее. — Мы с тобой сегодня его исследуем. Ты думаешь я зачем броню напялил? Вместо пижамы?

— Ты серьезно? — недоверчиво спросила она. — Поздно уже. Ночь за окном, когда его исследовать?

— Завтра меня здесь не будет, так что давай начинать. Время-то идет. Ты же в прошлый раз очень хотела, чтобы я попробовал? Вот теперь не возмущайся, считай, что мне понравилось, — но Воронова все равно мне не верила и хлопала глазами. — Что смотришь, я серьезно тебе говорю — сегодня туда пойдем. Так что бери свой меч и вперед.

— Ну ты даешь, Темников, — усмехнулась она. — Ладно, сегодня, значит сегодня. Только ненадолго, хорошо?

— Угу, — с нетерпением кивнул я. — Одна нога там, другая здесь. Тебе переодеваться не нужно, я так понимаю? Ты говорила, что там вроде бы не холодно.

— Нет, не нужно, — покачала головой Софья и надела пояс, на котором болтался футляр с энергетическим мечом. — Только не сопротивляйся так сильно как в прошлый раз, хорошо? У тебя Барьер как стена какая-то! Ты что, не можешь ненадолго его совсем отключить и расслабиться?

— Да я вроде бы его отключал…

— Не знаю, что ты там отключал, но я вся вспотела пока тебя провела, — сказала Воронова и начала устраиваться на полу. — Так это просто была показательная прогулка, а сегодня совсем другое дело. Чтобы тебя в зазеркалье перетащить, мне намного больше энергии придется использовать. Если будешь мешать, то вообще ничего не получится, понял?

— Понял, — сказал я, затем уселся позади Вороновой и положил ей руки на плечи. — Так пойдет, или чтобы туда войти нужен какой-то другой ритуал?

— Не нужен, — сказала она, затем глубоко вздохнула и подняла руки, чтобы зеркало оказалось перед ее лицом. — А теперь закрой глаза… Темников!

— Что? — не понял я.

— Ты зачем меня за шею схватил? Придушишь! — прошипела она. — И вообще, расслабься, я тебе говорю! На плечи не дави… Я говорю — на плечи не дави… Вот так лучше… Давай попробуем вместе дышать…

Вдох… Выдох… Вдох… Выдох…

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

Напоминаю, что начиная с сегодняшнего дня мы вновь переходим на ежедневный режим выкладки. Пока никаких выходных!:)

Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора, чтобы не пропустить обновления. Ну и конечно же, прошу не забывать ставить лайки и оставлять комментарии!

💖 Еще раз благодарю вас за поддержку! 💖

Глава 2

С каждым новым вдохом мое дыхание замедлялось все сильнее, понемногу я расслаблялся и попытался приноровиться к Софье, чтобы мы с ней дышали в унисон. Поначалу было непросто, и она постоянно недовольно ворчала на меня.

Что поделать, если после тренировок с Бобоедовым я просто уже не могу дать своему мозгу команду полностью расслабиться. Он все время остается на стороже и при малейшей попытке отключить, сразу пытается врубить Барьер на всякий случай.

Наверное, это очень неплохо, если рассуждать об этом в общем, но вот в подобные моменты такая его реакция становилась помехой. Мне кажется, в прошлый раз мне было проще. Может быть, это связано с тем, что тогда Софья хотела только лишь показать мне зазеркалье, а сегодня мы с ней собирались туда отправиться.

Горячая волна накрыла меня сразу. Без предварительной подготовки в виде постепенного потепления. Вместе с ней пришла вязкая темнота, в которую я провалился будто в пропасть. На этот раз ощущения были совсем иными, у меня аж дух захватило.

Мне казалось, что я куда-то лечу. Я ждал, что вот-вот хлопнусь обо что-то твердое, но вдруг темнота передо мной рассеялась так же внезапно, как и навалилась несколько секунд назад. Мы с Софьей висели прямо в воздухе и держались за руки, а нас окружала хрустальная комната, которая переливалась холодным блеском.

На этот раз никаких неровных полов и сосулек. Все было в точности наоборот. Идеально гладкие и ровные стены, пол и потолок. Однако, при этом у меня не было ощущения, что мы с ней уже перенеслись сюда совсем. Какая-то часть моего мозга подсказывала мне, что в любое мгновение мы можем вернуться назад.

— Почему мы не опускаемся на пол? — спросил я у Вороновой.

Стоп… Погодите-ка… Не спросил, а просто подумал! У меня не получалось открыть рот! Какого черта? Я несильно сжал руку Софьи, требуя ответа на свой вопрос. Она повернулась ко мне, и в моей голове прозвучал ответ девушки:

— Не паникуй, Макс, и не ломай мне руку! — недовольно сказала она и ее рот при этом тоже не раскрывался, хотя слова я слышал четко и ясно, как и ее интонацию. — Здесь не обязательно раскрывать рты, чтобы разговаривать. Достаточно просто мысленно обратиться друг к другу.

— Предупреждать надо… — проворчал я и немного ослабил хватку.

— Извини, я как-то не подумала, что тебе нужно сказать об этом заранее, — ответила она. — Кстати, мыслеобразы мы здесь тоже можем передавать друг другу, точно так же как и слова.

— Прикольно… — сказал я, осматриваясь вокруг себя. — И как это работает, интересно знать?

— Понятия не имею, — сказала Софья. — Что касается твоего первого вопроса, то не опускаемся на пол мы потому, что нужно для начала осмотреться где мы оказались, и что нам ничего не угрожает.

— Я так и подумал. Мы уже внутри зазеркалья?

— Не совсем. Скорее пограничная зона, из которой можно мгновенно удрать обратно домой, если вдруг что-то случится, — объяснила Воронова. — Если мы перенесемся туда окончательно, то для возврата домой потребуется подготовка.

— А-а… Понятно тогда… И что, ничего не угрожает? — спросил я, рассматривая хрустальные стены, которые на первый взгляд не выглядели смертельно опасными.

— Вроде нет, пойдем.

Мы опустились на пол очень мягко, как будто нас поддерживало заклинание левитации, а следом за ним пришло необычное ощущение ясности мыслей. Некоторое время я пытался понять, какие процессы происходят в моей голове, и прислушаться к своим мыслям.

После того как немного разобрался, я мог сказать только одно — это было просто офигеть как круто! Каждая моя мысль была ясной и четкой. Как будто я принял какой-нибудь эликсир, усиливающий мышление, или наркотик, который давал тебе ощущение, что ты всемогущ.

Подобных наркотиков я не пробовал, но мне казалось, что в этот момент я примерно понимаю чувства, которые испытывают находясь под ними. Ощущения были очень необычными. Причем мысли неслись с гораздо большей скоростью чем обычно, и я каждую из них успевал обработать в своем мозгу.

Ради интереса я попытался припомнить несколько знаменательных дат из прошлогоднего курса по истории, и моя память тут же мне их подбросила. Охренеть просто… У меня даже мурашки по спине забегали от происходящего, настолько сильно меня все это взволновало.

— Слушай, Дориан, сейчас я ощущаю себя чертовым гением всех времен и народов! — поделился я своими чувствами со своим другом. — Мне кажется, я прямо сейчас могу начертить несколько новых формул заклинаний, которые до меня еще никто не придумал! Ты чувствуешь, что происходит со мной?

— Конечно чувствую! У тебя в голове мысли носятся со скоростью урагана! Такое ощущение, что ты спятил! — отругал меня Мор. — Прекращай немедленно, я уже не в том возрасте, чтобы пытаться угнаться за твоей шальной башкой!

Кстати, о заклинаниях… Я прислушался к своим ощущениям и уловил присутствие привычной мне магической энергии. Правда с некоторыми нюансами. Здесь она была несколько иной. Это как сравнивать на вкус мандарин и лимон. Вроде бы понимаешь, что они по вкусу чем-то похожи, но в то же время абсолютно разные.

Пока я привыкал к новому для себя окружению, Софья напряженно смотрела на меня и следила за тем, что со мной происходит. Видимо переживала, что я могу отколоть какую-нибудь штуку. Вообще-то, я ничего такого делать не собирался, а хотел просто попробовать чего-нибудь колдонуть ради интереса, но на всякий случай решил уточнить.

— Здесь же есть магическая энергия? — спросил я у Вороновой.

— Ну слава Богу, заговорил, — улыбнулась она. — Я уже начала переживать за тебя. Энергия здесь есть, только она какая-то немного другая. Поэтому и заклинания здесь работают чуть иначе. На самом деле, я ведь не так часто бывала в зазеркалье, всего несколько десятков раз. Так что сама еще многого не понимаю.

— Несколько десятков раз — это примерно столько же, как и количество моих визитов в некрослой, — ответил я. — Значит по сравнению со мной ты знаешь об этом измерении все.

Я подошел к одной из стен и погладил ее рукой. Зазеркальное стекло, как называла этот материал Софья, на самом деле и правда было немного теплым. Очень странно… Когда дотрагиваешься до стекла, как-то заранее готовишься к тому, что оно будет скорее холодное, а здесь все было наоборот.

Исходящее от него тепло было скорее приятным и, если задержать руку на нем, кажется, что стекло начинает слегка размягчаться и оживать. Самое интересное, что по внешнему виду стекло оставалось таким же и никаких изменений с ним не происходило.

Запах… Что будет, если глубоко вдохнуть… Нет, ничего особенного. Ничем таким в зазеркалье не пахло, как и в некрослое. Какого-то изменения температуры я тоже не заметил. Если в некрослое было холодно, то здесь никак. Достаточно комфортно и даже немного жарко. Но это скорее из-за того, что на мне была надета магическая броня.

Интересно, а какие будут ощущения, если дотронуться до Софьи? Я протянул руку в ее сторону, и в этот момент она на всякий случай отошла на несколько шагов.

— Что ты хочешь сделать, хотелось бы знать? — спросила она, не отрывая взгляда от моей руки.

— Ничего. Просто потрогать тебя. Какая ты на ощупь в этом измерении, — вместо ответа она подошла поближе и наши руки встретились. — Угу, понятно. Такая же как обычно. Слушай, а можно я активирую Светящийся Огонек? Он не взорвется здесь?

— Ну попробуй, по идее не должен.

Мне показалось, что даже с учетом моего навыка работы с этим заклинанием, на этот раз я активировал его вообще мгновенно. Лишь одной только силой мысли. По-моему, и формулу до конца не дочертил.

Надо мной появился желтый шар, который резко выделялся на фоне ровного белого света, который исходил в зазеркалье отовсюду. Вот только это был очень странный шар. Я опустил его пониже, чтобы он оказался прямо перед моими глазами, и стал с интересом рассматривать.

Он весь как будто состоял из крохотных стеклянных кубиков, которые все время были в движении. Из-за этого создавалось ощущение, что Светящийся Огонек переливается, как это и должно с ним происходить. Однако на самом деле это было нечто иное.

Еще одна странность была в том, что обычно это заклинание работает бесшумно. Ну светит себе и светит. Сейчас же оно работало с непривычным звенящим звуком. Это напоминало очень тихий звон хрустального колокольчика. Как будто стеклянные кубики во время соприкосновения между собой издают эти звуки. Забавно…

Практической пользы в заклинании не было никакой. Здесь и без Огонька было светло, поэтому я деактивировал его. Попробовал для разнообразия призвать скелет, и… ничего не получилось. Еще одна попытка. На этот раз пусть будет Жнец. Ну-ка…

Вжух!

Снова ничего. Понятно. Значит заклинания призыва здесь не работают. Что у нас с дарами демонов хаоса, интересно знать? Допустим, если попробовать применить дар Вагассо и попросить его показать мне вход.

Едва я проговорил нужные для активации слова, как от моих ног по полу протянулась ярко-синяя линия, которая затем перекинулась на стену и устремилась к потолку. Я поднял голову и в этот момент увидел над нашей головой портал, сквозь который была видна комната Софьи.

Так, значит опытным путем установлено — дары демонов хаоса работают в зазеркалье обычным образом, как и в некрослое. Это хорошо, значит при необходимости можно на них рассчитывать и не бояться, что с тобой приключится какая-нибудь странная штука.

Что насчет энергетических мечей и артефактов? Ага, с мечами проблем тоже нет. Отличная новость! Теперь я себя чувствовал намного увереннее. Даже если с заклинаниями ничего не выйдет, у меня всегда есть мечи, при помощи которых я смогу постоять за себя.

Артефакты… Все проверять не буду, но судя по наполненному магической энергией Вампиру, который пульсировал багровым светом, он здесь прекрасно себя чувствовал. Надеюсь, что и с остальными артефактами будет похожая ситуация.

— Макс, ну ты долго будешь крутиться? — услышал я в своей голове вопрос Софьи. — Кажется ты хотел прогуляться? Ну так идем.

Да, прогуляться я очень хотел, вот только пока мне было не очень понятно — куда здесь можно пойти? По сравнению с этой стеклянной комнатой, прошлая зазеркальная пещера выглядела просто огромным неисследованным миром. Здесь же, кроме наших с ней отражений повсюду, я больше вообще ничего интересного не видел.

— Куда идем? Обратно домой баиньки? — спросил я.

В этот момент Софья подошла к дальней стене, подняла руку, которая вдруг исчезла до самого локтя.

— Это какой-то зеркальный фокус? — не сразу сообразил я.

— Нет, здесь проход. Вот, смотри.

Через секунду она скрылась в стене. Забавно… Я присмотрелся повнимательнее, затем еще внимательнее, и только после этого увидел проход в стене, который там и в самом деле был. Ровный аккуратный проем, который будто вырезали в стене стеклорезом.

Ага, понятно. Значит вот здесь какие заморочки. Это было похоже на зеркальный лабиринт, в который мы ходили с Нарышкиным в прошлом году во время летних каникул. Помнится мне, тогда мы долго бродили по нему пока выбрались.

Нам очень помогли отпечатки пальцев на зеркалах, которые оставили прошлые посетители. Таким образом было легко и просто понять, где есть зеркало, а где его нет. Хотя были такие комнатушки, где отпечатков не было, и вот там-то приходилось сложнее всего.

Даже не всегда срабатывало правило правой руки, которым я обычно пользовался при прохождении лабиринтов. Случалось так, что мы заходили в тот же самый проход, из которого вышли, и все приходилось начинать заново.

— Как ты его заметила? — спросил я у Вороновой, шагая за ней по стеклянному коридору. — Есть какой-то секрет?

— Нет никакого секрета, — разочаровала она меня. — Со временем это становится не очень сложно. Ты научишься.

Будем на это надеяться… Эти дурацкие отражения повсюду основательно сбивали с толку. В этот момент я вдруг увидел впереди самого себя, который стремительно приближался. Выставил руку вперед и уперся в теплое зазеркальное стекло. Похоже, чуть в стену не врезался. Надо быть осторожнее, чтобы не расшибить себе лицо.

Вскоре я и в самом деле начал понемногу привыкать. Не то чтобы я с легкостью замечал проходы в стеклянных стенах, но дело шло. Я уже гораздо раньше замечал стены перед собой и несколько раз сам, без помощи Вороновой, обнаружил куда нам нужно идти.

Все это время мы шли, придерживаясь одной стороны. Все-таки правило одной руки никто не отменял, тем более, что здесь оно работало исключительно. По крайней мере, пока мы довольно успешно продвигались вперед и еще ни разу не возвращались на прежнее место. Ну… Если не считать одного тупикового направления, но от таких моментов никто не застрахован.

Уже прошли несколько комнат, каждая из которых была очень похожа на предыдущую, пока не забрели в нечто наподобие крохотного парка. Здесь было несколько деревьев со стеклянными листьями. Я видел такие в прошлый раз. При ближайшем рассмотрении оказалось, что листья на самом деле двигаются. Совсем чуть-чуть, но все-таки двигаются!

А еще на стволе одного из деревьев было женское лицо. Оно тоже было стеклянным, только другого цвета. Как будто с легкой позолотой. На глазах было чуть больше позолоты, чем на остальном лице, отчего создавалось впечатление будто она на тебя смотрит.

В какой-то момент меня охватило непреодолимое желание дотронуться до этого лица и посмотреть, что из этого выйдет, но Софье удалось в последний момент перехватить мою руку.

— Макс, давай без экспериментов, ладно? — разнервничалась Воронова. — Что за привычка вечно совать свой нос куда не следует? Пойдем отсюда, вон, смотри, там еще один проход.

Я с сожалением посмотрел на позолоченное женское лицо и пошел вслед за Вороновой, рассматривая по ходу небольшое стеклянное озеро, на берегу которого замерла бронзовая птица. Странная птичка. Она вся была из кубиков, как и Светящийся Огонек, который я активировал. Только на заклинании они двигались, а здесь нет, и кубики были не стеклянные, а бронзовые. Интересно, что будет, если до нее дотронуться…

— На твоем месте я бы не стал этого делать, — посоветовал мне Дориан, но было уже слишком поздно.

В этом измерении мои мысли и действия были быстрее его реакции на них. Поэтому к тому моменту, когда он договорил, я уже погладил красивую птицу и, наверное, зря я это сделал…

Крохотные бронзовые кубики, из которых состояла птичка, мгновенно пришли в движение, она издала громкий звук, похожий на металлический лязг, а затем вспорхнула вверх и полетела к тому самому дереву, на стволе которого была вырезана женская голова. Едва птица уселась на стеклянные ветви, как они пришли в движение, и мы услышали громкий звук. С таким обычно ваза разбивается об пол.

В тот же момент у меня в голове пронеслась мысль, что нужно поскорее скрыться в проходе, перед которым меня дожидалась Софья. Потому как если бежать назад, то нужно будет миновать то самое дерево, а прямо сейчас мне этого делать совсем не хотелось.

Звук разбивающейся вазы повторился еще раз. Только теперь к нему добавились новые нотки. Громкий стеклянный хруст, а вместе с ним и дерево начало поворачиваться в нашу сторону.

Я бы, может быть, и досмотрел чем это дело кончится, так как было очень интересно, но в этот момент Софья затащила меня в стеклянный коридор.

— Кто тебя умным назовет? — раздался в моей голове ее вопрос. — Вот как теперь обратно будем выбираться?

— А что это за голова? Ты знаешь?

— Понятия не имею! — ответила она, злобно зыркая на меня своими черными глазищами. — Неужели нельзя просто ходить и смотреть?

Можно, конечно, только так не интересно совсем. Кто же знал, что эта птичка стеклянную голову оживит?

— Может быть, если дальше пойти, то мы в этот парк с другой стороны выйдем? — предложил я. — Вдруг там тоже есть выход?

— Нет там никаких выходов! Я смотрела! — злилась Воронова и я обратил внимание, что она в таком состоянии даже еще красивее становится.

— Ну мало ли… Вдруг не заметила… — пожал я плечами.

В ответ она лишь фыркнула и быстро пошла вперед. Она шагала широкими шагами, а в мою голову начали время от времени прилетать всякие разнообразные эпитеты, которыми меня награждала Софья.

Надо же, а она оказывается знала их достаточно много! Причем некоторые были явно разучены совсем недавно. Ей бы с Люфиком поговорить, я думаю, они смогут многому научиться друг у друга.

Мы прошли еще пару комнат, затем еще одну, и оказались в месте, которое отличалось от всего, что я видел до этого момента. Здесь было намного темнее, и если бы не мое Кольцо Ночного Зрения, то мне бы пришлось напрягаться, чтобы что-то увидеть.

Вдоль стен стояло множество мешков, какие-то непонятные ящики… Все это было покрыто стеклом, а на тыльной стене был портал. Четкий ровный круг, точно такой же, как и тот, из которого мы пришли. Только в нашем была комната Софьи, а здесь… Это была чья-то другая комната!

Внутри нее тоже были мешки и ящики, как и здесь, причем… Стоп! Стеклянные мешки и ящики, которые сейчас стоят рядом с нами, это просто отражение того, что мы сейчас видим через портал!

— Софья, ты это видишь?

— Вижу, конечно, я же рядом с тобой стою, — ответила она и я почувствовал волнение в ее голосе. — Это выход в другое место…

— Куда, как думаешь? — спросил я и подошел поближе к порталу.

— Понятия не имею. Так же как и ты, я его впервые вижу.

— Так давай проверим, в чем проблема? — предложил я.

— В смысле? Во всем проблема! Ты что, не понимаешь как это опасно? — ответила она. — Мы же с тобой не в соседний дом попадем, а можем черт знает где оказаться!

— И что с того? Мы просто одним глазком глянем и сразу назад, — я подошел к ней поближе и подтолкнул немного вперед. — Не бойся, я с тобой.

— С чего ты взял, что я боюсь? — спросила она. — Я просто говорю, что это может быть опасно, понимаешь?

— Да что там может быть опасного, просто чей-то подвал с мешками. Хочешь я первым пойду? — предложил я.

— Не получится, нужно чтобы я это делала, а не ты, иначе ничего не сработает, — сказала она, приподнимаясь на носочки и пытаясь заглянуть внутрь подвала подальше.

Однако особого смысла в этом не было. Там было темным-темно. Даже мне с моим волшебным колечком ничего не рассмотреть.

— Ладно, черт с тобой, давай свою руку, — услышал я в голове ее голос. — Только одним глазком, понял?

— Само собой, даже не сомневайся, — сказал я и взял ее за руку. — Туда и сразу назад, обещаю.

Глава 3

— Хорошо, давай посмотрим, — согласилась Воронова. — Только я первая должна выйти отсюда, иначе ничего не получится.

— Как скажешь, — согласился я и пропустил ее вперед.

Она сделала несколько шагов, затем посмотрела на меня и усмехнулась.

— Теперь я понимаю почему за тобой такая слава в «Китеже» ходит, — сказала она. — Знаешь, когда со стороны на это все смотришь, как-то оно не так выглядит. Пока сама не начинаешь в них участвовать.

— Ты это про что? — не сообразил я.

— Про твою страсть ко всяким авантюрам, — ответила девушка. — Если бы я здесь была одна, то ни за что не пошла бы в этот портал.

— Так ты же не одна, чего переживать? — подбодрил я ее. — По крайней мере, мы узнаем, куда он ведет. Интересно же…

— Отец говорил, что это очень опасно, — на всякий случай предупредила она меня еще раз. — Совершенно неизвестно куда мы попадем.

— Да понял я, пойдем… Чего время тянуть?

Она осторожно сделала шаг вперед, затем еще один, и вскоре мы вынырнули из зазеркалья, оказавшись в подвале, который был забит разнообразными ящиками и тюками. Очень сильно пахло специями и еще чем-то очень знакомым.

— По-моему, цветами синей магнолии, — пришел на помощь Дориан.

— Точно! Как я сразу не догадался! — сказал я.

— Не расстраивайся, ты же тормозишь иногда, — быстро разобрался в ситуации Мор.

— Сам ты… Просто здесь очень много запахов смешалось, — ответил я и это было чистой правдой.

Любопытно, зачем владельцу помещения наверху так много запасов? Пока ясно одно, скорее всего он как-то связан с алхимией, иначе объяснить наличие цветов синей магнолии здесь было довольно сложно. В обычной жизни этот компонент был абсолютно бесполезен.

— Апчхи! — громко чихнула Воронова, и я аж подпрыгнул от неожиданности.

Я активировал Светящийся Огонек, посмотрел на нее и приложил палец ко рту.

— Тише ты! Чего расшумелась?

Вместо ответа она вдруг наморщила носик и вновь собралась чихнуть, но на этот раз я успел зажать ей рот, чтобы это было не так громко. Убедившись, что третьего раза не будет, я убрал руку и мы не спеша осмотрелись повнимательнее.

— Вот видишь, а ты боялась, — сказал я, глядя на мешок, на котором было отпечатано несколько иероглифов. Вот еще один такой… И еще… Насколько я мог их различать, эти иероглифы были похожи на японские, и на каждом мешке они различались.

Последнее открытие меня хорошенько так удивило. Вариантов было немного. Либо мы по-прежнему в Российской Империи и это результат международной торговли, либо…

— Ты же не думаешь, что мы могли оказаться в Японской Империи? — спросил я у Софьи и показал ей на иероглифы. — Ну или где-то в той стороне.

— Макс, ты что, не понимаешь? Я же тебе говорила, что мы где угодно можем оказаться! Ты как будто вообще не слушал меня! — недовольно прошипела Софья.

Я-то слушал, вот только поверить в это было сложно. Даже для меня, с учетом того, что всяких разных порталов я повидал великое множество. Просто одно дело, когда это портал в какой-нибудь домен хаоса и совсем другое, когда ты прошел максимум километр в неизвестном лабиринте и оказался за тридевять земель от родного дома. Как-то это уж слишком необычно выглядит.

— Это был не просто лабиринт, а другое измерение, если ты заметил, — решил напомнить мой Капитан Очевидность. — Как некрослой.

— Вообще не то совсем… — не согласился я. — Там-то ты не оказываешься ни с того, ни с сего черт знает где, как здесь.

— Смотри какое необычное, — сказала Воронова, глядя мне за спину.

Я обернулся и увидел зеркало на стене. По виду очень старое и давно забытое. Оно было покрыто толстенным слоем пыли, которую не вытирали с него уже лет сто, а может быть и все двести.

— Я таких больших истинных зеркал еще ни разу не видела. Интересно, зачем его здесь повесили? — спросила она.

— Понятия не имею… — совершенно честно ответил я. — Давай посмотрим, что здесь интересного. Не зря же мы сюда забрались.

— Только ничего не бери, — предупредила меня Софья.

— Я и не собирался, — сказал я.

— Что за ненужная спешка? — пробурчал Дориан. — Может быть, что-то интересное найдем.

— Отстань, Мор, — мысленно ответил я ему. — Оно же не наше.

— И что с того? — удивился он.

Я даже отвечать ничего не стал. У моего друга на этот счет были свои твердые убеждения. Он придерживался той точки зрения, что если можно раздобыть какую-нибудь полезную вещь бесплатно, то почему бы и нет? Хорошо, что это распространялось только лишь на артефакты и прочие штуки, которые имели отношение к магии.

Мы с Софьей медленно шагали по подвалу, с любопытством осматривая все вокруг. Подвал оказался довольно большим. Мешки, тюки, ящики…

Все они были похожи между собой и на большинстве иероглифы. Хотя иногда попадались с надписями на европейских языках, а на одном ящике я даже увидел арабскую вязь. На всякий случай я сделал несколько фотографий на телефон. Надо будет дома почитать, что в них было вообще.

— Ну что, давай наверх? — спросил я у Вороновой, когда мы обошли весь подвал и уперлись в добротную деревянную лестницу.

— Погоди, Макс, — сказала она и схватила меня за руку в тот момент, когда я уже поставил ногу на первую ступеньку. — Мы так не договаривались. Ты сказал мы просто глянем одним глазком.

— Так я от своих слов и не отказываюсь, сейчас глянем что там наверху и сразу назад. Это я и называю «одним глазком».

— А если нас там схватят, что тогда? — спросила она.

— За что это?

— Да хотя бы за то, что мы забрались в этот подвал. Подумают, что мы с тобой воры. Или ты будешь объяснять, что мы через зеркало сюда пролезли, просто посмотреть? — спросила она. — Я, например, не хочу, чтобы нас с тобой в тюрьму посадили.

— Софья, что за ерунда? За такое в тюрьму не садят, — уверенно сказал я, хотя на самом деле понятия не имел за что здесь можно оказаться в тюрьме. — Во-первых, мы с тобой все-таки дворяне, а не какие-нибудь мелкие воришки. Во-вторых, там наверху никого нет. Слышишь, как тихо?

Я поднял вверх указательный палец, и мы замолчали. Тишина стояла просто исключительная, как на уроке Щекина, когда он спрашивает кто пойдет отвечать.

— Слышишь? — еще раз спросил я. — Теперь пойдем. Только на этот раз я буду первым.

— Все равно мне это не нравится, — бурчала за спиной Воронова. — Потом не говори, что я тебя не предупреждала.

Я тем временем открыл защелку футляра и вытащил из него энергетический меч. Лишняя осторожность еще никому не вредила. В этот момент я вновь остро пожалел, что с нами сейчас нет какого-нибудь призрака, которого можно было бы попросить сгонять наверх и посмотреть, что там и как.

Стараясь все делать как можно тише, я осторожно попробовал приоткрыть тяжелый деревянный люк, который очень плотно прилегал к полу. Он оказался не заперт и сразу поддался. Петли даже не скрипнули, похоже хозяин хорошо следил за своим имуществом.

Люк вел в небольшую комнату, в которой тоже были ящики и мешки, а еще дверь на тыльной стене. Я быстренько выбрался наружу, затем помог вылезти Вороновой. Увидев в моей руке энергетический меч, она тут же вытащила и свой.

Я прислонил ухо к двери и прислушался. На этот раз мне удалось расслышать звуки. Очень похоже, что где-то рядом была автодорога или что-то типа того. Отчетливо слышались клаксоны и шум проезжающих автомобилей. Однако никаких человеческих голосов не было.

На всякий случай я погасил Светящийся Огонек, который врубил, когда помогал Софье выбраться, и попробовал открыть дверь. Она оказалась не заперта, а еще в появившуюся щель ударил солнечный свет. Значит здесь не ночь, как сейчас у нас дома. Прикольно…

Я распахнул дверь еще немного шире и понял, что мы оказались в лавке. По крайней мере, это было очень похоже на нашу вторую лавку, где мы торговали компонентами. Здесь все вокруг было заставлено прилавками, под стеклом которых лежали компоненты.

Рядом с ними были прикреплены ценники и названия. Разумеется, везде непонятные иероглифы. Судя по всему, это был лишь один из торговых залов, так как из него был проход в следующую комнату, и там я тоже увидел стеллажи.

Теперь уже шум машин был слышен намного громче. Даже никаких сомнений не было, что прямо за этими стенами была улица. Хотя здесь и светлее, чем в подвале, окон в комнате не было. Свет шел из соседней комнаты, куда я и пошел. Осторожно, на носочках…

Второй зал был намного больше. Здесь уже имелась и входная дверь, и несколько окон, в одно из которых мы с Софьей тут же с интересом уставились. За ним была улица.

Двухполосная дорога и тротуары вдоль нее, а на противоположной стороне несколько вывесок на старой кирпичной стене. На всякий случай я сфотографировал улицу на телефон, чтобы дома разобраться в какой стране мы оказались.

— Макс, смотри! — услышал я вдруг голос Софьи и резко обернулся.

В дальнем углу зала неподвижно стоял человек. Для начала я активировал меч, а потом пригляделся к нему получше. Странный он какой-то. Вообще не двигается, в руке стальной меч, и одет как-то странно. Стоп! Да это же самурай!

— Воронова, мы с тобой попали в Японскую Империю! — сказал я и пошел в сторону древнего воина. — Смотри, этот манекен одет в доспехи, как настоящий самурай, видишь?

— Тьфу ты, черт… — выдохнула она. — Испугал меня… Зачем он здесь нужен?

— Хороший вопрос, — усмехнулся я. — Ты же знаешь, они здесь все странные. Фэншуй, и все такое. Может быть, чтобы приносить удачу или богатство.

Я уже прошел половину комнаты, как вдруг раздался странный скрип. Такой звук издают несмазанные петли. Что это может быть? Мы с Софьей вопросительно посмотрели друг на друга и в этот момент скрип повторился. Только теперь он был громче и явно исходил с той стороны, где стоял самурай, который… Пошел прямо на нас!

— Это охранный конструкт! — крикнул я и бросился к Вороновой, которая не придумала ничего лучше, чем начать истошно вопить.

Тащить ее в соседнюю комнату оказалось непросто. Она почему-то упорно сопротивлялась и не переставала визжать. Самурай топал за нами, и от его тяжелых шагов звенели стекла на стеллажах.

Я обернулся, чтобы посмотреть где он находится прямо сейчас и понял, что удрать от него мы не успеем. Он прикончит нас как раз в тот момент, когда мы будем спускаться в подвал. Поэтому я отпихнул Софью поближе к двери, а сам развернулся к конструкту, намереваясь выяснить чей кунг-фу круче.

— Беги в подвал! — крикнул я ей и шагнул в сторону самурая, который тут же попытался достать меня своим длинным мечом. — И сиди там, не высовывайся!

Размерами этот парень был больше меня раза в полтора, но это было его единственное преимущество. Со скоростью у него явно были проблемы, потому что я легко ускользнул от удара, и его меч разрубил один из стеллажей.

На пол посыпались компоненты и разбитое стекло, а я тем временем шагнул к нему за спину и рубанул его по спине. Это было также легко, как отнять конфету у ребенка, вот только никакого толка от этого не было. Меч оставил глубокий след на светло-коричневом теле, но и все на этом.

Угу, понятно. Значит нужно идти другим путем.

Пока я раздумывал с каких частей тела начать его кромсать, он решил заняться тем же самым и попытался рубануть меня с разворота. На этот раз пришлось нырять вниз и вновь уходить ему за спину. Конструкт разнес очередной стеллаж, а передо мной вновь появилась его широкая спина.

На этот раз я ударил по его правой ноге. Энергетический меч прошел сквозь его ногу, как нож сквозь масло. Нога с тяжелым грохотом упала, конструкт нелепо взмахнул руками и рухнул на пол. Удар был такой силы, что со стен свалилось несколько стеллажей, а вокруг разлетелся стеклянный дождь из осколков. Ну это меня мало беспокоило, для брони из змееткани это просто ерунда.

Распластавшись на полу, неутомимый самурай вновь попытался достать меня мечом. Я подпрыгнул, пропуская лезвие под собой, затем опустился на пол и прыгнул еще раз, чтобы оказаться у него на спине. Едва запрыгнув на него, я тут же отсек ему руку с мечом, пока он ненароком меня не зацепил.

Теперь все, без оружия конструкт для меня никакой угрозы не представлял. Можно было бы отрубить ему и голову, так чтобы наверняка, но в этом не было никакого смысла. Достать меня он уже не сможет, а поставить на место руку и ногу, владельцу помогут в любой артефактной мастерской.

В этот момент распахнулась дверь в маленькую комнату, откуда мы пришли, и из нее выскочила Софья с мечом наперевес. Она уже успокоилась, и судя по ее решительному лицу, намеревалась мне помочь в разделке конструкта.

— Ты чего приперлась? — недовольно сказал я, пытаясь держать равновесие и не падать с размахивающего единственной оставшейся рукой конструкта. — Я тебе где сказал сидеть?

— Тебя слишком долго не было! — крикнула она, глядя на самурая. — Ты зачем на него залез?

— Делать нечего потому что, — ответил я и спрыгнул с его спины.

Затем вновь схватил Воронову и потащил ее к лестнице, ведущей в подвал. Конструкт в этот момент начал отталкиваться единственной ногой и пополз в нашу сторону. Он напоминал необычную гигантскую гусеницу, которую зачем-то нарядили в древние доспехи и напялили на голову рогатый шлем.

Первой вниз спустилась Софья, а следом за ней я. Лестница была достаточной крутой, поэтому оказалось, что подниматься по ней гораздо легче, чем спускаться. Поэтому, когда мне оставалось примерно половина, нога у меня соскользнула, и я полетел вниз.

По большей части приземлился я довольно удачно, если не считать коленку, которой врезался прямо в угол какого-то дурацкого ящика. Да так крепко, что у меня чуть нога не отнялась от боли.

— Твою мать! — прошипел я и со злости треснул по ящику кулаком, проломив его тонкий деревянный бок. Из образовавшейся дыры посыпались корни жабьего языка и в комнате резко завоняло дохлятиной.

— Макс, нашел время, когда ящики вскрывать! — услышал я голос Софьи, которая уже была возле зеркала. — Иди сюда скорее!

Морщась от боли, я пошел к ней, подтягивая за собой ногу, которая не хотела так быстро отходить. Теперь я намного лучше понимал, зачем Черткову трость, которой он помогал себе во время ходьбы. Я бы сейчас от нее тоже не отказался.

Софья торопливо смахивала пыль с зеркала, а я наконец догреб до нее и положил руки ей на плечи. Зараза… Больно стоять на одном месте!

— Ай! — воскликнула девушка, когда я за нее ухватился. — Темников, ты сломаешь мне кости! Сколько раз говорить?

— Тогда я упаду и буду держать тебя за ноги, — сказал я. — У меня колено разваливается.

— Схвати меня за талию, — посоветовала она, что я и сделал. Крепко обнял и практически повис на Вороновой.

— Теперь расслабься, — сказала она.

Я закрыл глаза и начал усиленно пытаться сбросить с себя напряжение, вызванное больной ногой. Непросто, однако у меня вроде бы получалось. Во всяком случае, мне уже начало казаться, что в моей голове начало теплеть, а это верный признак того, что магия Софьи начинает работать.

Мне становилось все теплее, а в этот момент случилась вот какая штука. Где-то там наверху громко хлопнула входная дверь, а следом за этим последовал возмущенный женский крик.

— Кокоде нани га окитеру нодеса-ка⁈ А-а⁈

— Воронова, давай быстрее, пока нас с тобой здесь не застукали, — послал я мысль Софье. Надеюсь, она меня услышала.

В ту же секунду над нами послышались торопливые шаги, еще один женский крик, а затем я провалился в темноту. Появилось ощущение полета, женский крик становился все тише, и вот передо мной появилась та самая комната, из которой мы попали в подвал. За одним лишь небольшим исключением…

Теперь в самом ее центре стояло дерево, на стволе которого было позолоченное женское лицо. Да ладно… Не может быть…

Глава 4

Мы с Вороновой висели в воздухе и активно обменивались соображениями насчет ситуации, в которой оказались. Точнее искали ответ на вопрос — это просто хреновая ситуация или совсем хреновая?

Судя по настроению Софьи, она больше склонялась ко второму варианту, а я вот пока все-таки к первому. Я же не знаю, что это за женское лицо в дереве, и чего от него можно ожидать. Хотя мой прошлый опыт подсказывал мне, что от теток, которые сидят в деревьях, ничего хорошего ждать не стоит.

— Долго мы еще будем здесь висеть? — спросил я у Софьи, когда мне стало все это немного надоедать. — Или ты можешь держать состояние перехода до бесконечности?

— До бесконечности не могу, — нервно ответила она. — Придется спускаться вниз, других вариантов нет. Если только мы не хотим возвращаться обратно.

— Какой в этом толк? — спросил я, глядя на застывшее дерево. — Даже если уладим все вопросы с девчонкой, которая там кричала, и компенсируем ей неудобства, то что дальше? Будем добираться до Белозерска самолетами? Так себе идейка. Предлагаю выяснить, что от нас хочет вот это дерево.

— Могу поспорить, что ничего хорошего, — занервничала девушка.

— По крайней мере, выглядит оно не слишком опасно. Щупалец не вижу, никаких острых предметов в ветках тоже, что оно нам может сделать?

— Понятия не имею.

— Значит нужно выяснить, — я попробовал активировать меч и ничего не вышло. — Софья, у меня меч не работает! Какого черта?

— Потому что мы еще не закончили переход, — ответила она. — Технически мы с тобой сейчас находимся между двух миров. Здесь не работают энергетические мечи и заклинания тоже, если что.

— Это немного хуже, я как раз хотел попробовать призвать трупную слизь и запечатать в нее это дерево, — с досадой сказал я. — Тогда так. Как только ты закончишь переход, не отпускай моей руки, что бы не происходило. Ясно?

— Угу. А что ты будешь делать? — настороженно спросила Воронова.

— Драпать от этой тетки с золотым лицом, а ты что думала?

— Отличный план, мой мальчик! — похвалил меня Дориан. — Не нравится мне это дерево. Слишком безобидно оно выглядит. Кстати, твоя нога… Ты точно сможешь бежать?

— Не волнуйся, Мор, все будет хорошо, — успокоил я своего друга.

— Вот я как раз волнуюсь почему-то… Если…

В этот момент наш разговор прервался, потому что Софья как раз завершила переход и мы плавно опустились на пол. Едва это произошло, как вдруг раздался громкий металлический лязг, а следом за ним из ветвей дерева выпорхнула бронзовая птичка. Вот зараза такая, я ее и не заметил даже!

Звук металлического эха разнесся по зеркальным коридорам, и в то же мгновение на золотом женском лице открылись глаза. На всякий случай я попробовал поставить вокруг нас Лунный Доспех и Благословенный Щит. Кто его знает, вдруг она из глаз сейчас начнет чем-нибудь по нам палить.

Оба заклинания сработали, однако ауры были очень бледными. Думаю, это означало, что их эффективность здесь намного хуже, а значит нужно поскорее шевелиться, пока эта тетка не начала что-нибудь делать.

Я не собирался сражаться с деревом и намеревался воспользоваться даром Дона-Нефрита, чтобы телепортировать нас с Вороновой к выходу. Попытался быстро сказать нужные слова для активации дара и хрен там!

Мои мысли путались и в голове всплывали какие-то идиотские бессмысленные стишки. Да как так-то, я же только недавно повторил нужное заклинание, когда мы висели в воздухе! Сразу же как только подумал над этим вариантом!

Я бросил взгляд на дерево и увидел, что губы на женском лице активно двигаются, хотя никаких звуков я не слышал. Вместе с этим я почувстовал сильное жжение в районе груди. Вороньего Амулета там точно не было, тогда что это может быть?

Ну конечно же Лунное Перо! Артефакт из лунного камня, который подарила мне Лазарева. По идее, он должен защищать меня от заговоров и порчи. Я думаю, в данный момент он именно этим и занимался. Эта золотолицая сучка делала что-то такое, отчего мои мозги соображали намного хуже. Причем так мягко, что я даже не почувствовал никакого ментального воздействия. Да что там, при этом она смогла пробить мой Барьер!

Не теряя ни секунды, я тут же усилил Барьер, вкачав в него столько энергии, что у меня на мгновение поплыло перед глазами. В то же время я почувстовал, как Софья резко потянула мою левую руку вниз, и оказалось, что она просто упала.

Едва ее тело коснулось зеркального пола, как девушку потащило к дереву. Причем с такой силой, что и мои ноги заскользили вслед за ней по гладкому полу. Вот это да!

Мой Барьер сработал. Голова очистилась от тумана и вновь вернулась ясность мыслей, которая была свойственна этому измерению. Скороговоркой я выпалил наконец нужные для активации дара слова и Дон-Нефрит не подвел!

Меня вместе с Софьей рвануло в сторону выхода из этой опасной комнаты и через долю секунды мы оказались возле спасительного проема. Мне было вообще неинтересно, чем там занимается дерево в этот момент, я активировал дар еще раз.

Новый рывок и теперь мы еще дальше. Пока еще не в безопасности, но уже все гораздо веселее. Даже Лунное Перо сбавило обороты и уже не грозило прожечь в моей груди дыру. Сейчас меня больше всего беспокоила Воронова, которая лежала на полу как кукла, не подавая никаких признаков жизни. Нужно срочно приводить ее в чувство, иначе мы отсюда не выберемся.

Я поднял Софью на руки и вновь активировал телепортацию, чтобы оказаться еще дальше от дерева. Где-то там позади себя я слышал отвратительные звуки, как будто кто-то пенопластом по стеклу трет. Вполне может быть, что эта гадина таким образом передвигается. Оно же как-то оказалось в другой комнате.

Боль в ноге к этому моменту утихла и уже не была такой сильной. Я даже попытался перейти на быстрый шаг, но не вышло. Зато получилось просто шагать. Уже неплохо. Вот так я и шел, время от времени помогая себе телепортацией.

Однако дар Дона-Нефрита работал недолго. Когда-то давно какой-то из демонов хаоса предупреждал меня, что нельзя использовать один и тот же дар бесконечно, но я не сталкивался с этим еще ни разу. До сегодняшнего дня. По крайней мере нам удалось удрать!

Даже несмотря на мою больную ногу, обратный путь показался мне намного короче. Если бы еще и Софья весила поменьше, то было бы совсем хорошо. К тому моменту, когда мы наконец вновь оказались в комнате, где нас ждала дорога домой, мои руки уже просто отрывались. Когда я опускал Воронову на пол, я их уже практически не чувствовал.

Едва я положил ее, она вдруг застонала и открыла глаза. Как же я был рад слышать этот стон! Я уселся рядом с девушкой и начал копаться в рюкзаке в поисках подходящего эликсира. Как хорошо, что я все-таки захватил его с собой. Что бы мы сейчас без него делали?

— Ох… — выдохнула Софья и попыталась поднять голову. — Где дерево?

— Судя по звукам, далеко отсюда, — сказал я и вытащил заветный пузырек с «Вита Халарит». — На, пей! Только до конца!

Не задавая лишних вопросов, Воронова несколькими большими глотками выпила эликсир и вернула мне пустой пузырек. Я бросил его обратно и закинул рюкзак за спину.

— Вот видишь, а ты спрашивала зачем я с собой рюкзак взял, — сказал я, глядя как на бледном лице девушки появляется легкий румянец. — Ты как чувствуешь себя?

— Да вроде получше… — сказала она и уселась на полу.

— Встать сможешь? — я поднялся с пола и протянул ей руку. — Давай, цепляйся.

Она взяла меня за руку, и я одним рывком поднял ее с пола. В этот момент из глубины коридора вновь послышался тот самый мерзкий звук.

— Что это? — с тревогой в голосе спросила Воронова и сжала мою руку.

— Я думаю, это дерево с золотолицей дамочкой. Хочет узнать, куда это мы с тобой подевались, — ответил я и показал Вороновой на портал. — Я, конечно, не хочу нагнетать, но мне кажется, самое время валить отсюда.

— Хватайся за меня! — скомандовала Софья, которая восстанавливалась прямо на глазах. — Закрывай глаза и ни о чем не думай!

На этот раз у меня не было никаких проблем с моим Барьером. Видимо мозг настолько устал, что как только я дал ему команду расслабиться, он сразу же на нее отозвался.

Это был рекорд по вхождению в нужное состояние. Едва я закрыл глаза, как уже через несколько секунд меня окутала тьма, а спустя еще немного времени мы с Софьей оказались в ее комнате.

Почувствовав, что наши ноги коснулись мягкого ковра, мы тут же не сговариваясь уселись на нем, а затем с удовольствием растянулись на полу. Даже разговаривать не хотелось и слышно было лишь наше тяжелое дыхание. Да и что говорить? Живы-здоровы, а все остальное уже в прошлом.

Немного отдышавшись, я встал на ноги и спросил:

— Ну как тебе подарочек?

— Отлично… — ответила Воронова и улыбнулась. — Теперь в моей коллекции есть первое истинное зеркало, которое стоит сохранить. Мало ли, вдруг нам захочется побольше узнать о том месте, куда оно ведет?

— С меня пока точно хватит, — покачал я головой и похлопал себя по карману, где лежал телефон. — А вот что это было за место, я намерен вскоре выяснить.

— Расскажешь потом, мне тоже интересно… — попросила она и ее улыбка стала еще шире. — Помнишь, как там та тетка орала? Вот она удивится, когда никого не найдет в своей лавке. Подумает, что охранный конструкт вдруг взбесился и разнес там все к чертовой бабушке…

— Да, весело было, — попытался улыбнуться я.

— Ладно, спокойной ночи, Макс, — сказала Воронова и начала подниматься с пола. — На тебя смотреть жалко. Мне кажется, тебе нужно немного поспать.

— Согласен, денек сегодня выдался тот еще. Мне только одну штуку нужно проверить, — я активировал некросимвол и прямо передо мной пространство с треском разорвалось, открыв портал в некрослой. — Стой спокойно и ничего не делай, поняла меня?

После того как сработало Лунное Перо, мне не давала покоя мысль, что золотолицая тетка в дереве могла применить против нас что-то вроде зазеркального проклятия. Защитил же меня артефакт от чего-то, когда обжег мне грудь. Теперь я хотел убедиться, что на Софье ничего не висело, в отличие от меня, девушку никакой артефакт не защищал.

Опасался я не зря. Прямо на шее Вороновой сидела тварь, похожая на кузнечика, который был размером со сливу. Ага, понятно. Значит проклятия, наложенные в зазеркалье, работают схожим образом, и я могу их увидеть. Это хорошо. Шаг за шагом я узнаю об этом измерении все больше.

Я решил применить против проклятья Слово-Гниль. Мне уже давно хотелось испытать этот некросимвол и посмотреть как он работает. Наконец мне представилась такая возможность.

От серебристого кузнечика протянулись тонкие линии-паутинки, которые одна за другой мягко окутали меня, заставив почувствовать прилив силы. Он был совсем слабеньким, но достаточно ощутимым. Проклятье даже не успело переключиться на меня, как все было кончено.

Спустя всего несколько секунд проклятье полностью исчезло. Я выпил его досуха. Отличный некросимвол! Кстати, процесс перекачки энергии происходил гораздо быстрее, чем я думал, а значит с его помощью можно будет уничтожать заразу покрупнее.

— Что там? — спросила Софья, как только я вновь вернулся в комнату. — У меня было такое ощущение, что на спине лежала гиря, которая вдруг свалилась с меня. Даже дышать легче стало.

— Это у тебя от усталости, — соврал я, чтобы не пугать лишний раз девушку. Ей и без того сегодня досталось. — Все было чисто, так что только зря сходил.

— Обманываешь, наверное? — недоверчиво усмехнулась Воронова, но я в ответ лишь махнул рукой на прощание и вышел из ее комнаты.

Больше всего мне сейчас хотелось спать. Я даже толком не помню как раздевался. Рухнул в постель и сразу же заснул. Последней моей мыслью был вопрос — куда еще могут привести истинные зеркала? И если это нас привело в алхимическую лавку, то насколько верна теория, что все дороги в них ведут в места, как-то связанные с магией?

— Почему бы и нет? — спросил Дориан и начал развивать эту мысль дальше, но к чему он пришел, для меня осталось загадкой. Я заснул на третьем или четвертом предложении.

Дед разбудил меня ранним утром. Когда я смог разлепить глаза, то за окном еще даже толком не рассвело. Нужно было собираться в школу, чтобы не опоздать на первый урок.

— Доброго утра, Максим, — поприветствовал меня дед, когда я наконец уселся на кровати и завернулся в одеяло.

Последняя стадия перед подъемом, которую я крайне редко пропускал. Именно в этот момент, я окончательно прощался со сном и настраивался на новый день.

— Нарышкин звонил, сказал, что заедет за тобой через полчаса, — говорил мне дед, пока я зевал и хлопал глазами. — Иди умывайся. Только не копайся долго, на кухне завтрак остывает уже.

Больше всего не люблю такие вот подъемы. Когда толком не выспался, а при этом еще нужно спешить, чтобы все успеть — умыться, позавтракать, собраться… Все время что-то забываешь в этой спешке…

Холодный душ быстро привел меня в чувство. Даже настроение немного улучшилось. Стоя под холодными струями воды, я посмотрел на грудь, где красовалось красное пятно от Лунного Пера, и вспомнил наше вчерашнее приключение в зазеркалье.

Мысль о том, что при помощи истинного зеркала нам удалось оказаться так далеко от точки входа, не давала мне покоя. Какая все-таки интересная штука, это зазеркалье… Чем больше я об этом думал, тем больше вопросов у меня возникало. Кто еще владеет такой способностью? Есть ли сведения об изученных зазеркальных дорогах? Так много всего хотелось узнать. Вот только как?

Я выбрался из душа, наскоро собрал свои вещи и дважды проверил, не забыл ли я что-то важное. В такие моменты мне частенько помогает Дориан, но сегодня этот бездельник самым наглым образом дрых.

Закинув рюкзак за спину, я вышел из комнаты и с завистью посмотрел на дверь Софьи. Везет ей, еще как минимум полтора часа будет дрыхнуть… Эх, как иногда бывает несправедлива жизнь… Почему нельзя не идти в школу, когда не хочется?

Толком позавтракать я не успел. Едва уселся за стол и поддел вилкой кусок бекона, с которого намеревался начать, как с улицы послышалось несколько протяжных гудков. Я быстро выпил полчашки горячего чая, попрощался с дедом и выскочил из дома.

— Между прочим, у меня еще было пять минут в распоряжении, — сказал я, плюхнувшись на заднее сидение рядом с княжичем, который сидел с хмурым лицом. — Я из-за тебя позавтракать даже не успел.

— Все ты никак не наешься, — пробурчал он. — Ничего страшного, в «Китеже» позавтракаем.

Лимузин с гербом Нарышкиных на лакированных боках мягко тронулся с места, а мы с Лешкой тут же заснули. Видимо, ему тоже вчера пришлось несладко на торжественных ужинах, которые затеял его отец. Если все было так, как того опасался княжич, то закончились они все далеко за полночь.

Лишь оказавшись в столовой, мне удалось наконец более-менее проснуться, в тот момент, когда я пил вторую чашку кофе за сегодняшнее утро. К этому моменту я уже плотно поел и теперь смотрел в телефоне расписание на сегодня. Первый месяц оно у нас все время менялось, поэтому приходилось отслеживать что там и как.

В этот момент мне показалось, что в столовой как-то тише, чем обычно. Я посмотрел по сторонам, пытаясь понять что происходит, и заметил одну странную штуку, которая мне совсем не понравилась… Практически каждый на кого я смотрел, пытался отвести взгляд в сторону.

Можно даже сказать, что так делали абсолютно все, за исключением придурков из шайки Шуйского. Эти как раз лыбились и таращились на меня что стадо баранов. Плохой знак. Нарышкин тоже заметил, что происходит нечто странное и теперь так же как я, с удивлением глазел по сторонам.

Близилось время начала первого урока, столы понемногу пустели, а меня все сильнее мучало нехорошее предчувствие. Когда моим врагам хорошо, это очень хреново, а им явно было отчего-то весело.

Когда столовая опустела практически наполовину, к нам за стол села Ульяна Арапова. Мы с Нарышкиным смотрели на нее, а она на нас. Казалось, она что-то хочет сказать, но почему-то не решается сделать это.

— Максим, ты, наверное, не видел… — наконец собралась она с духом.

— Что я должен был видеть? — спросил я и к горлу подкатил нервный ком.

— Там Бродяга… — тихо сказала она. — Тебе лучше самому посмотреть…

Я вскочил со своего места и пошел к выходу. Следом за мной шагал княжич. Когда мы выходили из столовой, там стало совсем тихо.

Бывает такая давящая тишина, от которой хочется сбежать куда-нибудь подальше, и не знать чем именно она вызвана. Как жаль, что обычно это значит только одно — ничего изменить уже не удастся…

Глава 5

Мы нашли Бродягу там, где и рассчитывали — на его любимом месте, неподалеку от школьного озера. Рядом с ним сидел Борис и что-то тихо бормотал. Дуб при этом имел странный вид, как будто его наклонили на сорок пять градусов. Мы с Лешкой подошли поближе и поняли в чем дело.

Лишь половина корней Бродяги была в земле, а вторая половина оказалась на поверхности. Часть корней изломана, некоторые были отломаны вовсе и валялись рядом с деревом. При этом земля вокруг дуба была полностью перекопана. Такое ощущение, что сюда приезжал бульдозер и перекопал этот участок, по ошибке выкорчевав дуб.

Никакого бульдозера здесь быть не могло, а значит это сделали люди. Я даже догадывался кто именно это был.

— Буррум, Темников… — без особой радости в голосе сказал конструкт, когда заметил нас с княжичем. — Бродяга бадум… Барым…

Я подошел поближе к дубу, который при виде нас начал покачивать ветвями, и погладил его ствол. В ответ несколько его веток опустились вниз и легли мне на плечи.

— Борис, ты видел, кто это сделал? — спросил я у конструкта.

Тот в ответ лишь покачал головой и показал рукой в сторону основного корпуса.

— Парк барарум… Горки бум-бам…

Очевидно, он хотел сказать, что был в школьном парке и устраивал горку для первокурсников. Новое развлечение, которое он же сам и придумал. Он брал по одному ученику в каждую металлическую руку и начинал вращать ими как лопастями мельницы. У меня особого желания пробовать не было, но судя по их восторженным воплям, наверное, было весело.

— Обычно по выходным Борис отдыхает от учеников и старается ни с кем не общаться, кроме друзей, — сказал Нарышкин.

— Значит его могли отвлечь, — предположил я. — Как ни крути, а Борис никого прогонять не будет. Вполне может быть, что его увели подальше от Бродяги, чтобы он не смог его защитить.

— Будем выяснять кто из учеников отвлек конструкта и кто его об этом попросил? — задумчиво спросил княжич.

— Больно надо, — поморщился я и почувстовал, как кора под моей рукой вдруг потеплела. — Какая разница кто кого просил и что за это дал? И так ясно чья эта работа… Ты говорил Лизуновы специализируются на стихии земли? Для них сделать такое с Бродягой — пара пустяков.

В этот момент пошел дождь. Пока еще мелкий, но все равно неприятный. Холодный осенний дождь — не самая лучшая штука.

— Почему не на занятиях? — вдруг услышали мы, и я даже вздрогнул от неожиданности.

Роман Артемович Громов собственной персоной. Давненько я его не видел. С прошлого учебного года, если быть точным. Как он постоянно умудрялся незаметно подбираться, ума не приложу. У него видимо какая-то способность имеется, которая с тихим шагом связана.

— Нарышкин, бегом в класс, — скомандовал мастер темных классов, не дожидаясь нашего ответа.

Лешка похлопал меня по плечу и ушел. Точнее убежал, потому что дождь вдруг припустил чуть сильнее. Под таким не погуляешь.

— Бум-бам! Громов барарум! — сказал конструкт.

— Привет, Борис, — махнул ему рукой Роман Артемович и не спеша подошел ко мне.

Бродяга опустил еще несколько веток вниз, стараясь закрыть нас от дождя и это ему вполне удалось. На нас не попадало практически ни капли.

— Здравствуйте, Роман Артемович, — поздоровался я. — А злые языки говорили, что вы теперь в «Тирличе» преподаете… Будто видели вас там… Так и знал, что брехня…

— Не совсем брехня. Я там был в небольшой командировке, — ответил он и погладил кору. — Твой дуб?

— Угу.

— Кто это сделал, знаешь? — спросил Громов и строго посмотрел на меня своим единственным глазом.

— Понятия не имею, — соврал я, не собираясь делиться с ним своими соображениями на этот счет.

Зачем? Только лишнюю головную боль получу. Без доказательств все равно никто с Лизуновыми ничего делать не будет, а вот если с ними что-то случится, спросят с меня.

— Ясно, — ответил он и вздохнул. — За своего Бродягу не переживай. Я поговорю с наставниками кленовых классов, они его быстренько в порядок приведут. Будет как новенький. Прямо сегодня займутся этим вопросом.

— Спасибо, Роман Артемович, — поблагодарил я его.

— Теперь иди на урок, ты уже опаздываешь, — сказал он и легонько подпихнул меня в сторону главного корпуса.

На прощание я еще раз погладил Бродягу и побежал на занятия, по ходу думая, что бы такого приготовить для Лизуновых. От кипевшей во мне злости мысли путались. Мозг подкидывал самые разные варианты, но ни один из них мне не нравился.

— Можно устроить им кровавый понос на месяц, — предложил Дориан.

— Не то, — ответил я ему, шлепая ботинками по лужам, которые стремительно появлялись на парковых дорожках.

— А если они до конца жизни будут с дубами здороваться? — подкинул новый вариант Мор.

— Неплохо, но все равно не то. Хочу что-то поинтереснее.

— Можно сделать их скунсами-оборотнями, как тебе? Каждое полнолуние они будут превращаться в скунсов. Их будут называть Лизуновы-вонючки! — вдохновился мой друг. — Они станут легендарными учениками «Китежа»!

— Хороший вариант, но слишком рискованный. Могут догадаться, что это моих рук дело, — ответил я. — Мне кажется, Орлов в прошлый раз догадался, что это я тех засранцев частушки говорить заставил. Думаю, второй раз он не промолчит.

— Надо еще про Шуйского не забыть, — подсказал мне Дориан. — Я думаю, без него в этом деле не обошлось.

— Не переживай, на забуду, — пообещал я ему. — Для этого урода надо что-нибудь особенное придумать.

Я влетел в школу и решил отложить этот вопрос на потом. Думаю, когда злость немного утихнет и мысли придут в порядок, то я обязательно что-нибудь придумаю.

Под бдительным оком дежурного я тщательно вытирал мокрые ботинки об коврик, чтобы не наследить в школе, и в этот момент у меня зажужжал в кармане телефон.

Кто там еще? Точно, Карачаров же! Совсем забыл про него из-за этих дебилов Лизуновых.

— Слушаю, — сказал я и показал дежурному чистые ботинки.

— Доброе утро, Максим Александрович, — Карачаров говорил спокойно и размеренно. — Вам удобно сейчас говорить? Мне показалось, что я застал вас за утренней пробежкой.

— Что-то типа того, — не стал спорить я и остановился, чтобы немного отдышаться. — Слушаю вас, со мной все в порядке.

— Я готов принять ваше предложение, — Карачаров говорил спокойно и размеренно. — Я выполню оба ваших условия. Если Лазарева ни в чем не виновата, я принесу извинения и найду способ загладить перед ней свою вину. Что касается вашей просьбы… Это также возможно, только не раньше четверга. До этого момента меня не будет в Москве.

— Четверг вполне годится, — ответил я, сразу решив, что не будет ничего страшного, если я пропущу один день занятий по уважительной причине. — Только у меня будет не очень много времени.

— В таком случае, жду вашего звонка, — сказал граф. — Как только окажетесь в городе, звоните. Я распоряжусь, чтобы вас встретили.

— Спасибо, но это ни к чему. Сами справимся.

— Как угодно, — не стал настаивать Лука Миронович.

— До свидания, — я отключил телефон, сунул его в карман и потопал в класс.

Сегодня у меня первым уроком менталистика, и я опаздывал уже почти на четверть часа. Как только я зашел в класс, то первым делом отыскал глазами Шуйского. На его бледном лице играла улыбка.

Естественно, он знал, где я только что был, и почему опоздал, поэтому как только он поймал мой взгляд, тут же весело подмигнул мне. Вот сучонок! Ну погоди, дорогой, дай срок. Обещаю, я сотру с твоей рожи эту гаденькую улыбочку.

— Надо же, нас осчастливил своим появлением сам Темников! — воскликнул Бобоедов и улыбнулся. — Надо будет записать это событие в летопись «Китежа».

По классу прокатилась волна смешков, но сегодня их было меньше, чем обычно в подобных ситуациях. Уверен на сто процентов, все знали почему я опоздал и некоторые решили воздержаться от бурной радости.

— Прошу прощения, Кузьма Семенович, — извинился я. — Разрешите занять свое место?

— Конечно разрешу, только для начала ответь на вопрос, который я только что задал всему классу. Почему-то он вызвал трудности у ребят.

Блин, Горох не может без своих загадок. Мало мне их на индивидуальных занятиях было…

— Как разрезать торт на восемь частей, сделав при этом три надреза? — продолжил тем временем Бобоедов, и его улыбка стала еще шире.

Так. Значит… Делаем раз… Два… А как быть с третьим надрезом? Ага!

— Нужно сначала разрезать его крест-накрест и получится четыре куска, затем сделать последний разрез и разделить торт на две половины — верхнюю и нижнюю, — сказал я. — Получим восемь частей.

— Неплохо, быстро справился, — кивнул Кузьма Семенович, и по его лицу было видно, что он мной доволен. — Ах… Ну да… Как же я мог забыть? Ты уже у нас крупный специалист по тортикам!

Новая волна смешков. Теперь их было чуть больше.

— Ладно, проходи на свое место, — разрешил Горох. — После занятий подойдешь ко мне.

Задачка оказалась самым интересным из того, что было на уроке. Все остальное время Бобоедов выяснял насколько хорошо мы продвинулись в изучении Барьера. Почему-то переживал, что за лето заклинание, которое он считал самым важным, вылетит из наших голов.

Ко мне это не относилось, хотя для вида преподаватель проверил и меня, когда дошла моя очередь. Думаю, он это сделал просто ради того, чтобы не было лишних вопросов у остальных. Меня и так считали одним из его любимых учеников из-за того, что он проводит со мной индивидуальные занятия. Самое интересное, при этом никто не замечает, что и спрашивает с меня он больше, чем с остальных.

Я подошел к нему после урока и выяснилось, что он хотел поговорить насчет графика наших с ним занятий. Оказалось, Орлов его попросил об этом, чтобы у меня нашлось время для работы с Эмиром Михайловичем Голиковым.

Ну и обрадовал, что начиная со следующего занятия мне нужно приносить с собой все монеты. Учитывая то, что в прошлом году мы с ним остановились на тысяче, а их там всего было две тысячи сто…

Похоже мне нужно запланировать в ближайшее время пару ночных походов в Тенедом, чтобы не слишком сильно огорчить Гороха своими ошибками. Интересно, что он еще придумает, после того как я справлюсь с этой задачей?

Все остальное у меня уже получалось довольно сносно. Я даже мог разборчиво писать обеими руками сразу. Правда пока только печатными буквами, но это неважно, главное, что в принципе получалось.

Уроки сегодня тянулись ужасно медленно, я с трудом дотерпел до обеда. Я старался не обращать внимания на столы, которые были заняты коалицией Шуйского. Мне было достаточно лишь одного взгляда в сторону Лизуновых, и я сразу понял, что не ошибся в своих подозрениях. Теперь они смотрели на меня с каким-то вызовом, будто хотели спросить, чем я могу ответить. Даже не сомневайтесь, вы у меня запомните этот день надолго.

Нарышкин понимал, что у меня настроение сегодня не самое лучшее, поэтому все время пытался как-то подбодрить.

— Если Громов пообещал тебе помочь, то вообще не понимаю, чего ты переживаешь, — сказал он, когда мы вышли на послеобеденную прогулку по парку. Дождь к этому времени давно уже закончился, так что хотелось немного развеяться.

— Да я и не переживаю, — соврал я. — Просто настроение хреновое, вот и все. Слушай, Леха, у меня к тебе дело, кстати. Нужна твоя помощь.

— Внимательно тебя слушаю, — оживился он, обрадовавшись тому, что я перестал отмалчиваться.

— Мне в четверг нужен вертолет. Можешь попросить отца это устроить?

— Без проблем, — пожал плечами Нарышкин. — Для тебя он хоть три вертолета пригонит, если нужно. Зачем он тебе понадобился?

— Нужно смотаться в Москву на денек вместе с Лазаревой. Там с ней одна история неприятная получилась, — сказал я и рассказал ему про претензию Карачарова.

— Слышал о нем, — кивнул княжич, после того как я закончил.

— Надеюсь, что-то хорошее?

— Всякое разное, — ответил он. — Ты с ним поосторожнее, Макс. Я лично с ним не знаком, но отец его фамилию несколько раз упоминал. Точно не помню в какой связи. По-моему, что-то с черным рынком артефактов было связано. Он вроде бы даже контролирует какую-то его часть.

Вот так даже? Странно, что Лазарева мне об этом ничего не говорила. Хотя, может быть, она и не знает всего. Она же все-таки не князь Нарышкин.

— Слушай, у меня появилась идея… Давай и я с тобой полечу в Москву? — предложил он. — Орлов, конечно, не любит, когда школу пропускают, но один день можно. Самое главное, чтобы родители в курсе были. Я батю попрошу, он на денек меня прикроет, когда я скажу, что тебе помочь нужно.

— Тебе-то это зачем? — спросил я. — Просто прокатиться?

— Делать мне нечего, просто так в Москву кататься. У меня сейчас столько уроков, что я и так до ночи их учу, — нахмурился Нарышкин. — Дело в другом. Если Карачаров тебя вместе со мной увидит, то больше шансов, что ему в голову всякие дурные мысли не станут лезть.

— Какие это, например?

— Да мало ли какие… Может быть, и не к тебе именно, а к Полине. Ты же, наверное, за нее заступаться полезешь, если что, — усмехнулся княжич.

— Даже не сомневайся, — заверил я его. — Только с чего ты взял, что он Лазаревой захочет что-то сделать?

— Ты же не знаешь, чем дело кончится. Твоя проблема в том, что ты слишком сильно доверяешь людям, — он наклонился и сорвал ярко-красный мухомор, которые каким-то образом вырос возле школьной дорожки. — Я бы на твоем месте был более осмотрителен.

— Зачем ты меня об этом предупреждаешь? Лазарева мой друг. Она не стала бы меня обманывать, — уверенно сказал я.

— Тебе лучше знать, она же твой друг, а не мой, — сказал он, затем подбросил мухомор в воздух и буцнул его ногой, отчего гриб разлетелся на мелкие части. — Я тебе не конкретно за нее говорю, а так вообще…

— Ну если «вообще», то у меня и друзей-то немного, а тем, что есть, я доверяю, — сказал я и посмотрел на него. — У тебя не так?

— У меня и друзей-то никаких кроме тебя нет, — хохотнул Нарышкин. — Остальные так… Можно сказать, знакомые просто, разной степени полезности, из-за которых я бы точно не стал влезать в такие истории, как та, которую ты мне только что рассказал. Да мне и тебя вполне хватает, зачем мне еще друзья? Отец мне всегда говорил, что если меня о чем-то просят, то всегда нужно продумывать все варианты развития событий. Вот и все, что я хотел тебе сказать.

Я не стал ничего отвечать, так как знал отношение Лешки к таким вопросам. Он считал, что люди в этом мире делились на несколько классов. Были те, которым что-то нужно от него… Те, от которых что-то нужно ему… Ну и еще те, которые так или иначе зависели друг от друга. Типа дяди Игната, который был вассалом Нарышкиных.

Считал ли я себя исключением из этих правил? Скорее да, чем нет. Уверен, что, если бы мне угрожала опасность, княжич встал бы на мою защиту. Как он относился к остальным, меня интересовало меньше. По крайней мере, к моим друзьям он относился достаточно уважительно и этого было достаточно.

— Макс, смотри! Кто-то возится рядом с Бродягой! — отвлек меня от моих мыслей княжич, а я и не заметил, что мы уже до озера дошли.

Возле дуба и правда кто-то был. Сидел возле корней. Из-за черного плаща с капюшоном трудно было понять, кто именно. Мы с ним одновременно перешли на бег, скользя ботинками по мокрой траве и пытаясь не свалиться.

Когда мы подбежали поближе, фигура вдруг развернулась, и мы увидели Рябинину Яну Владимировну. Она преподавала магическую ботанику в кленовых классах.

Стройная, в большущих очках, она почти всегда улыбалась и была одной из немногих преподавателей, кому ученики до сих пор не дали никакой клички. Но сегодня был тот редкий день, когда улыбки на ее лице не было, скорее наоборот — Яна Владимировна выглядела очень расстроенной.

— А-а, это вы… — сказала она и поправила очки. — Нашли время по парку бегать, грязь месить. Почему не на уроке?

— Бабадум… — поддержал ее конструкт, который сидел рядом с дубом.

— Так большая перемена, Яна Владимировна, — ответил ей за нас обоих княжич.

— Пришли больного проведать? — спросила она, затем посмотрела на меня и на этот раз улыбнулась. — Ты не переживай, Максим, через пару дней мы его полностью восстановим. Будет бегать по парку как и раньше. Даже еще быстрее.

В ответ на это Бродяга пошумел ветками и мне показалось, что делал он это намного веселее, чем утром. Я посмотрел на его корни, рядом с которыми сидела Рябинина, и заметил, что они полностью покрыты бурой слизью. Понятия не имею что это такое, наверное, какая-то магия по лечению растений или что-то в этом роде.

— Кто это с ним такое сделал, не знаешь? — спросила она, вытянула руки вперед, и бурая слизь начала двигаться. — Руки бы поотрывать за такие шуточки. Обормоты!

Шуточки? Да нет… На шутку это похоже меньше всего. Если кто-то решил, что я должен расценить это именно так, то значит с чувством юмора у него просто беда. Ну ничего, посмотрим, как будет весело, когда шутить начну я. Появилась у меня одна неплохая идейка…

Глава 6

После встречи с Рябининой мое настроение неожиданно для меня улучшилось. Все как-то совпало.

Во-первых, я был очень рад услышать от Яны Владимировны, что на восстановление Бродяги потребуется всего несколько дней. Это была очень крутая новость. На мой взгляд, повреждения у него были очень серьезные, поэтому, даже после того как Громов сказал, что попросит кого-нибудь из преподавателей его вылечить, я думал, что на это уйдет никак не меньше месяца.

Тем более, что наступает осень и с каждым днем становится все холоднее. Ясно же, что процесс восстановления был бы успешнее весной, а не сейчас.

Во-вторых, я наконец придумал как наказать Лизуновых вместе с Шуйским. Идея пришла ко мне неожиданно, в тот момент, когда я рассматривал корни Бродяги, покрытые бурой слизью. Правда перед этим нужно будет смотаться в Тенедом и пообщаться с Хмельниковым, но это ерунда. Тем более, что давно пришла пора туда наведаться. Поднакопилось всякого разного.

Так что вторая половина дня пролетела намного быстрее, чем первая. Я даже умудрился получить пятерку по ритуалистике и заслужить похвалу от Щекина, который проводил с нами последние два урока.

Кстати, после того как прозвенел звонок, и все вылетели из его класса со скоростью звука, Борис Алексеевич снабдил меня книгой, о которой говорил в подземной оранжерее. Той самой, что мне нужно выучить до Нового Года, чтобы получить в награду столь необходимый мне глаз бури.

Ну а еще Борис Алексеевич сообщил, что в среду ждет меня вечером на собрании «Арканума» и я пообещал ему, что обязательно буду. Надо постараться в любом случае туда попасть и не влипнуть в какую-нибудь историю. Вряд ли Компонент обрадуется, если я проигнорирую его приглашение два раза подряд.

Понятное дело, что в первый раз у меня были уважительные причины, чтобы пропустить сбор «Арканума», но Щекина это мало интересовало. Даже если у меня и во второй раз найдутся не менее уважительные причины, чтобы пропустить встречу с ним, он вышвырнет меня без всяких раздумий. Я так думаю, во всяком случае.

За ужином мое настроение стало еще лучше. Приятно было видеть лица Лизуновых и всей их шайки, когда они увидели улыбку на моем лице. Это их явно встревожило, потому как они улыбаться перестали.

А после того как я послал им несколько многообещающих взглядов, так и вовсе расстроились. Вот и хорошо. Пусть теперь гадают каким будет мой ответный удар и когда я его нанесу.

Что касается Шуйского лично… С ним мы начнем работать буквально завтра и будем ежедневно придумывать для этого урода что-нибудь новенькое. Он у меня надолго запомнит историю с Бродягой.

Судя по всему, Мишка выбрал новую тактику в отношении меня — провоцировать до тех пор, пока я сам не решу напасть на него, и он вынужден будет защищаться. Вроде бы не делает ничего плохого мне лично, однако гадит моим друзьям через своих сподручных. Банда кретинов.

Больше всего меня бесит, что я ведь никого из них не трогаю без необходимости. Я понимаю Нарышкин, за которым тянется хвост из многочисленных древних родовых обид. У них столько кровников, что пальцев на руках не хватит, чтобы всех сосчитать. А у нас их вообще вроде бы нет ни одного.

Хотя… Кто его знает… Я никогда не разговаривал на эту тему с отцом или дедом. Но думаю, они бы и сами мне об этом рассказали, если бы такие были. Или нет? Могло быть такое, чтобы посчитали меня еще слишком молодым для этого? Нужно будет как-то пообщаться на эту тему. Лучше всего с дедом. Он не станет мне врать.

Вечером снова хлынул дождь, так что от вечерней прогулки пришлось отказаться. Вместо этого я решил посмотреть, где мы с Софьей оказались этой ночью, когда попали в алхимическую лавку. Фотографий я наделал целую кучу, так что думаю, в любом случае там окажутся те, которые помогут мне это выяснить. Если только мы не очутились в какой-нибудь параллельной вселенной и таких иероглифов в этом мире просто не существует.

Я нашел несколько онлайн переводчиков и принялся за работу. Мне пришлось потратить несколько часов, пока я начал получать ответы на свои вопросы. Выяснились довольно интересные подробности.

Для начала я верно определил происхождение иероглифов — они и в самом деле оказались японскими. Причем, судя по тому, что практически на каждом мешке фигурировал род Такамуко, эта лавка принадлежала именно им.

Вскоре я выяснил, что мои предположения оказались верными. Такамуко — это был древний японский род, который занимался практически тем же самым, чем и мы, Темниковы. Они специализировались на алхимии. Вот только с одним маленьким нюансом, Такамуко считались в Японской Империи лучшими по изготовлению лекарственных эликсиров.

Следом за этим я натолкнулся вот на какие новости… Оказалось, что мы с Софьей вчера разгромили одну из алхимических лавок рода Такамуко, которую они совсем недавно забрали за долги у другого рода — Имагава. Причем оба эти рода — непримиримые враги, и гадят друг другу вот уже несколько сотен лет.

Такамуко сегодня выдвинули официальное обвинение роду Имагава, что это они разнесли к чертям их лавку. Дословно формулировка звучала так: «теряя рассудок от бессильной злобы, вероломно совершили ночной погром». Имагава в ответ обвинили Такамуко «в вопиющей клевете и желании вновь раскопать топор войны, который благополучно зарыт уже несколько десятков лет».

Насколько я понял, прочитав несколько похожих новостей на разных сайтах, род Имагава сейчас испытывал определенные трудности. Поэтому Такамуко пытались воспользоваться их слабостью по максимуму и отобрать все что можно.

— Вообще-то, не ночной погром, а утренний… — пробурчал я, затем закрыл интернет и откинулся на подушку. — Как-то нехорошо получилось…

— Ты кого имеешь в виду, мой мальчик, Такамуко или Имагава? — решил уточнить Дориан.

— По всей видимости обоих, — вздохнул я. — Как бы они там не перерезали друг друга. Говорят, самураи слишком вспыльчивые…

— Согласен, только родовых войн мы еще с тобой не развязывали. Не то чтобы меня особо волновали их разборки, но ты правильно говоришь, неудобно получилось, — сказал Мор и тут же перешел на учительский тон, которым пользовался всякий раз, когда внушал мне какую-нибудь очередную истину. — Пусть это послужит тебе уроком на будущее. Каждая мелочь может повлечь собой серьезные последствия. Я надеюсь, впредь ты будешь осмотрительнее.

— Угу…

— Ну а теперь предлагаю забыть об этом и ложиться спать, — разрешил мне Дориан. — Не станешь же ты компенсировать им ущерб.

— Почему бы и нет, кстати говоря… — ухватился я за эту мысль, которая показалась мне вполне логичной.

По крайней мере, с моей точки зрения это казалось вполне справедливым. Если я устроил там такой бардак, да еще осложнил отношения между родами, почему бы мне и не разрешить эту ситуацию?

— Макс, что за дурацкая привычка все время тратить деньги без особой нужды? — недовольно пробурчал Мор. — Если каждому платить за причиненные неудобства, то мы по миру пойдем с протянутой рукой. Тебе хоть раз кто-то платил просто так?

— Это не просто так, это совсем другое, Дориан. Мне так нравится, когда ты начинаешь изображать из себя глупца, каждый раз, когда приходится расставаться с деньгами… Это тоже дурацкая привычка, как по мне.

— Потому что не вижу в этом смысла, — начал оправдываться Мор. — Случилось, так как случилось. Мало ли в жизни всяких неожиданных происшествий. Разберутся как-нибудь. Да и потом — как ты намерен это делать? Прийти и сказать, что это ты с Вороновой пробрался в лавку, нечаянно ее разгромил, а потом удрал? Такая себе история…

— Согласен, — не стал спорить я. — Выглядит как-то слишком странно. Поэтому я попрошу об этом дядю Игната.

Чем мне нравится Жемчужников, так это тем, что никогда не задает лишних вопросов, и еще ни разу не отказал мне. К тому же, все, о чем я его просил, всегда решалось самым лучшим образом. У барона был особый талант к решению всяких щекотливых вопросов.

— Он выступит от меня посредником, — продолжил я свою мысль. — Не будет называть фамилий, а просто объяснит, что так мол и так… Был небольшой магический эксперимент, который пошел не совсем по плану. Что-нибудь в этом духе. Дядя Игнат сам разберется, как нужно поступить, чтобы все остались довольны.

— По моему опыту, на то, чтобы все остались довольны, всегда уходит очень много денег, — не сдавался Дориан.

— Что поделать, такие вопросы просто словом добрым не решишь, — ответил я и не откладывая этот вопрос в долгий ящик, тут же набрал Жемчужникова.

Еще нет даже десяти вечера, вряд ли он будет спать в это время. Тем более, что мне не хотелось тянуть время. Мало ли… Кто их знает, что там в головах у этих нервных самураев?

Как я и ожидал, барон практически сразу ответил. Прошла всего лишь пара гудков, когда я услышал в трубке знакомый шипящий голос, который почему-то всегда действовал на меня успокаивающе.

— Что случилось, Максим? — первым делом спросил он.

— Дядя Игнат, тут вот какое дело…

Я постарался избегать ненужных ему подробностей и деталей, однако все равно мне потребовалось минут десять, пока Жемчужников наконец понял, чего именно я от него хочу. Согласен, дело необычное. Вряд ли его кто-нибудь хоть раз просил о чем-то подобном.

После того как он задал все уточняющие вопросы, какие хотел, барон ненадолго замолчал. Несколько минут я слышал лишь его тяжелое дыхание, прежде чем он наконец сказал:

— Это самая необычная просьба, которую я слышал за последние лет пять… — судя по голосу, настроение у него было что надо. — Похоже у тебя дар всякий раз испытывать меня на крепость и подкидывать задачки со звездочкой.

— Так уж получается, дядя Игнат. Я не специально, — честно признался я.

— Знаешь, хоть ты и не признаешься, но меня прямо разбирает от желания узнать, какого черта ты делал в подвале алхимической лавки этого Такамуко, — сказал барон.

— Говорю же, испытывал заклинание по телепортации… Неправильно формулу начертил…

— Ясно. Хорошо, Максим, завтра прямо с утра я займусь этим вопросом, — пообещал Жемчужников. — Может быть, даже сегодня… Мне нужно время, чтобы немного подумать.

— Спасибо, дядя Игнат, — у меня прямо как тяжелый камень с плеч свалился. — Только пусть это останется между нами.

— Само собой, Максим, разве я выдал хоть один твой секрет? Ложись спать и ни о чем не думай. Убийств не было, так что никого не прикончат, не переживай, — успокоил он меня. — Самураи ребята вспыльчивые, однако родовые войны из-за такого никто начинать не будет. Сейчас времена не те. В таком деле — деньги самое лучшее оружие, вот им и будем сражаться.

Закончив разговор с бароном, я успокоился, вытянулся на кровати и тут же заснул. Даже свет не успел выключить. Так и проспал всю ночь со включенной ночной лампой.

Мне снился Бродяга. Будто я сижу на его ветках, и мы с ним куда-то идем. Всю ночь топали, но так и не пришли куда нужно… Будильник, зараза, разбудил на самом интересном. Насколько я понял, мы как раз подходили к нужному месту.

Сегодня сразу после занятий я намеревался пойти в мастерскую Островской, чтобы познакомиться с ребятами из «Артефакториума», а заодно сделать ей приятное своим появлением.

Не то чтобы я собирался стать активным участником ее кружка, но она так настойчиво приглашала меня, что просто неудобно было отказаться. Тем более, что она не отказывала в моих просьбах и всегда помогала. Будет не очень красиво, если я проигнорирую ее приглашение. По крайней мере, один разок точно сходить можно, а дальше уже посмотрим, как оно будет.

Встреча «Артефакториума» проходила сразу после ужина. Лешка отправился в общагу учить уроки на завтра, а я в мастерскую к Виктории Артемовне.

Едва я вошел во владения нашего преподавателя по артефакторике, как сразу понял, что принял правильное решение решив пойти сюда. Островская просто светилась от радости, когда знакомила меня с остальными членами ее кружка. Ну как знакомила… Каждый из здесь присутствующих, в отличие от меня, и так прекрасно знал кто я такой.

А вот я ни с кем из них знаком не был, хотя всех, разумеется, до этого видел. К моему удивлению, я был здесь единственным учеником с третьего курса, все остальные ребята были постарше. Кстати, их оказалось всего пятеро, чем я был очень удивлен. Три парня и две девчонки. Почему-то мне казалось, что здесь должна быть чуть ли не половина учеников из стальных классов, но нет.

Видимо, здесь может оказаться не всякий желающий углубленно заниматься артефакторикой. От этой мысли мне стало как-то приятнее. Значит то, что я нахожусь сейчас в этой мастерской, говорит о том, что Островская по какой-то причине решила меня выделить среди остальных.

Как только Виктория Артемовна нас познакомила, мы расселись за огромным столом, и я с интересом стал наблюдать, что будет происходить дальше. Я ведь никогда не был на таких вот кружках и состоял только лишь в Змеином Ордене, где мы разговаривали про всяких тварей, которых нужно будет прикончить. Вряд ли здесь речь пойдет о том же.

Островская выдала всем кроме меня большие деревянные шкатулки, в которых, как оказалось, лежали компоненты для создания артефактов. Затем ребята занялись своими делами. Я так понял, здесь у каждого был свой индивидуальный проект, потому что компоненты у всех были разными. Убедившись, что все поглощены своими делами, Виктория Артемовна махнула мне рукой и мы с ней заняли небольшой стол в дальнем углу мастерской.

Здесь тоже стояла деревянная шкатулка, из которой она начала выкладывать компоненты. До этого я не видел ни одного из того, что оказалось на столе. Ну еще бы… Мы-то в основном занимались теорией, а практика заключалась в создании всяких простеньких вещей, вроде вечносвистящих свистулек и сияющей монеты.

Что касается меня, то в моих силах было сделать вещи посложнее, потому как Дориан довольно неплохо разбирался в артефакторике. Это был как раз тот случай, когда его слова совпадали с действительностью. Поэтому по предмету Островской у меня всегда был самый высокий балл. При всем этом глубоко залезать в этот предмет я пока не собирался.

Во-первых, это требовало очень много времени. Наука здесь была потоньше алхимии и любым неправильным движением можно было испортить компоненты. Поэтому, чтобы добиться успеха, нужно было смастерить сотни вещей. Мне просто некогда было этим заниматься.

Во-вторых, я не видел в этом особого смысла. Зачем тратить множество часов на то, о чем я могу попросить Лазареву? В конце концов, каждый должен заниматься своим делом. Она классно артефакты делает, а я могу с мертвецами разговаривать…

— Ты, наверное, сейчас думаешь, почему я тебя позвала? — спросила у меня Островская в тот момент, когда я разглядывал компоненты перед собой.

— Ну… Наверное из-за того, что у меня получается лучше всех в классе? — спросил я, потому что это так и было.

— Это одна из причин. Мне кажется, ты способен на большее, и я хочу попробовать пробудить в тебе интерес к артефакторике, — ответила она. — Вторая причина — меня попросила об этом Полина.

Вот это новость! С чего бы вдруг? Неужели в отместку за то, что я ее к Ткачу отправил заниматься?

— Похоже я тебя удивила? — улыбнулась Виктория Артемовна, глядя на мое лицо. — Не стоит удивляться. Она сказала, что вы с ней друзья и попросила научить тебя мастерить обереги.

— Почему именно их? — спросил я.

— Потому что обереги, которые изготовил артефактор для себя сам, намного мощнее тех, которые можно просто купить, — ответила Островская.

— Вообще-то, можно было и самому догадаться! — недовольно фыркнул Дориан. — Позоришь меня перед лицом такой прекрасной девушки!

— Отвали, Мор… — мысленно ответил я ему и вновь занялся изучением компонентов перед собой.

На столе лежал довольно странный набор. Кусок какого-то металла, похожего на серебро, несколько тонких полосок кожи, лист бумаги со сложным узором на нем… Еще здесь был кусок малахита, тонкое золотое кольцо и банка, из которой безуспешно пыталась выбраться маленькая серая мышь.

— Ты мне можешь сказать какие способы зачарования ты знаешь? — посмотрела на меня Виктория Артемовна.

— Ну… Классический, это когда в предмет закладывается нужная энергетическая схема, — начал я. — Затем еще есть рунный способ и ритуальный…

Об этом Островская нам рассказывала еще на самых первых занятиях. Лично мы будем изучать только классический способ. В стальных классах еще учат рунный способ, а ритуальный в «Китеже» вообще не изучают.

— Какой из них самый мощный? — спросила она.

— Ритуальный, конечно же. Но в школе его не учат, потому что он очень опасный, — ответил я.

— Именно, — усмехнулась она. — Вот именно им мы с тобой и займемся. Я научу тебя как правильно работать с этим способом, если захочешь. Если будешь слушать меня внимательно и активно работать, к концу пятого курса научишься делать обереги как настоящий мастер.

Она испытывающее посмотрела на меня и добавила:

— Только должна тебя предупредить, ритуальное зачарование — дело правда опасное и не самое приятное. Некоторые ритуалы тебе могут не понравиться, — Островская красноречиво посмотрела на банку, в которой копошилась мышь. — Очень многие из них связаны с чьей-то смертью, Максим… Если хочешь, мы даже начинать не будем и остановимся на рунном зачаровании. Учитывая, что в обычную программу обучения темных классов это не входит, тебе это также будет полезно.

— Виктория Артемовна, я ведь темный маг… У меня особое отношение к некоторым вещам… — сказал я и тоже посмотрел на мышь. — Так что давайте сразу с самого сложного. Чего зря время терять?

Глава 7

— Хорошо, начнем со сложного, — улыбнулась Виктория Артемовна. — Я даже не сомневалась, что ты примешь такое решение, но обязана была спросить. Ведь мы с тобой будем заниматься тем, чего я никогда не расскажу на уроках.

— А сами вы где этому научились? В Санкт-Петербургском магическом университете? — решил спросить я. Мне вдруг стало интересно, если ритуальное зачарование не изучают в школе, то откуда она его знает?

— Почему так решил? — спросила она и подмигнула. — Вдруг в Московском?

— Вряд ли. Лазарева мне говорила, что лучшие артефакторы в Санкт-Петербурге учатся, а не в Москве, — ответил я. — Она ведь тоже туда поступать думает, как только с делами более-менее разберется.

— А-а, вон оно что, — кивнула Островская. — Ну да, ты прав, я научилась этому в Санкт-Петербурге. Однако там тоже не всех желающих этому обучают. Ритуальная магия — это специальный дополнительный курс, который не входит в общую программу. Кстати, на этот курс преподаватели лично отбирают студентов.

— Значит вы меня тоже отобрали, получается? — спросил я и не смог сдержать улыбки.

— Да. Твои способности в артефакторике явно выше среднего уровня для третьего курса, — ответила она и пожала плечами. — Назови мне хоть одного преподавателя, которому не нравится работать с талантливыми учениками? Тем более, если их об этом просят лучшие друзья.

В этот момент я посмотрел на ребят и обратил внимание, что некоторые из них заинтересовано смотрят в нашу сторону. Однако мы сидели довольно далеко, чтобы нас можно было услышать. Нельзя было даже увидеть, что лежит передо мной на столе.

— Но я бы на твоем месте не расслаблялась, — посоветовала мне Виктория — Классическое зачарование сильно отличается от того, что мы будем с тобой делать. Кстати, за этим столом ты сидишь еще и потому, что о тебе хорошо отзывается Пальчикова.

Надо же, значит не зря я с ней предпочитал не ссориться и прилежно учил ее предмет. Честно говоря, не думал, что мне пригодится ритуалистика, но как оказалось, бывает даже так, благодаря нашей Стефании Ярославовне я получу уникальные знания.

— Она сказала, что поначалу у вас возникли с ней кое-какие трения, но вскоре ты взялся за ум, — продолжила тем временем Островская.

— Было дело…

— К твоему сведению, она считает, что у тебя очень хорошая память, и при твоем желании ты бы мог многого добиться по ее предмету. Жаловалась, что ты способный, но ленивый. С молодости губишь собственные таланты.

Ну да, как же… Знала бы она, что у меня даже на игровой приставке поиграть времени нет. Стоит, пылится… Подставка под вазу с конфетами… К тому же, ритуалистика в данный момент меня не сильно привлекала. Надо будет — займусь.

— Не обращай внимания, — улыбнулась она. — Я знаю, что ты не самый ленивый ученик в «Китеже». Пальчикова та еще вредина. Когда-то давно она и у нас ритуалистику вела, так что крови нам попила немало. В этом есть и свои прелести. Зато предмет знаешь хорошо.

— Угу… — без особого энтузиазма кивнул я.

— Ладно, давай немного поработаем. Скажи мне, что мощнее — заклинания или ритуал?

Хороший вопрос. Над этим я как-то не думал, если честно. Единственное, о чем я мог судить, это об эффективности. Пока заклинания, которыми я владел, были намного мощнее, чем ритуалы, изученные на занятиях с Пальчиковой. Это даже сравнить нельзя.

— Наверное, заклинания? — предположил я.

— Неправильно. Хорошо подготовленный ритуал всегда будет мощнее заклинания, потому что он накладывается в несколько энергетических слоев, каждый из которых подкрепляется не только словами, но и особыми действиями, — сказала Виктория Артемовна. — Причем каждое из них важно. Стоит ошибиться в какой-нибудь мелочи, и в лучшем случае ничего не получится. В худшем… Думаю объяснять не надо.

Она взяла в руку лист бумаги, показала его мне и спросила:

— Что это?

— Ритуальный узор. Его нужно начертить в самом начале ритуала, — ответил я, так как уже работал с этим на уроках ритуалистики. Правда там узоры были на несколько порядков проще.

— Правильно, это ритуальный узор. Каждая его линия имеет гораздо большее значение, чем формула магического заклинания, — сказала Островская и провела по листу бумаги пальцем. — Если ты ошибешься при начертании формулы заклинания, то максимум, что может случиться — оно просто не активируется. Лишь некоторые из них могут быть опасны для волшебника. Здесь же… Любая неверная линия может привести к самым разным последствиям и заранее их предугадать просто невозможно. Именно поэтому среди Одаренных так мало высококлассных ритуалистов.

Теперь я посмотрел на узор чуть иначе. После слов Виктории Артемовны, от листа бумаги повеяло тревогой.

— Ты чего напрягся? Не переживай, те узоры, с которыми вы работаете на уроках, особого вреда ни причинят, — усмехнулась она.

— Я не переживаю, — честно ответил я. — Там и ошибиться-то практически невозможно. Те узоры, которые мы учим на ритуалистике, только дурак не запомнит.

— Как думаешь, сможешь запомнить этот? — спросила она.

После слов Островской об опасности проведения ритуалов, я рассмотрел узор более основательно. Как-то не хотелось, чтобы со мной приключилась какая-нибудь неприятность на ровном месте. В такие моменты начинаешь понимать, что магия иногда бывает смертельно опасной и может не простить ошибки.

Чем дольше я изучал узор, тем больше мне казалось, что он не особо сложный. Да, немного непривычная структура, однако ничего критического. Запомнить его мне было бы вполне по силам. Я уверен, что если потратить на работу с ним хотя бы пару часов, то смогу безошибочно начертить его.

— Смогу, — уверенно сказал я. — Только мне нужно будет время, чтобы его запомнить.

— У тебя будет время, не переживай. Ритуальные зачарования не проводят на столе, для этого здесь слишком мало места, — сказала она, затем встала и пошла к книжному шкафу.

— Что, боишься? — спросил у меня Дориан.

— Ну не то чтобы… Скорее волнуюсь… — ответил я, пытаясь объяснить поселившуюся во мне тревогу. Она была совсем крохотной, но все же была, чего уж тут.

— Нельзя стать великим волшебником, если всю жизнь зажигать Светящиеся Огоньки, — поделился очередной мудростью Мор. — Рано или поздно наступает момент, когда приходится столкнуться с опасными вещами. Я тебе больше скажу — чем мощнее ты будешь становиться, тем опаснее будут энергии, с которыми ты будешь работать.

— Почему ты все время думаешь, что я хочу стать великим волшебником, я понять не могу? — спросил я, глядя на мышь в банке, которая устала и прекратила свои бесполезные попытки выбраться.

— Разве нет? — усмехнулся он. — Не обманывай себя, все этого хотят. Только некоторые в этом не признаются, даже сами себе.

В этот момент вернулась Островская, которая положила на стол небольшую книгу в потертом кожаном переплете. Она бережно развернула ее, пролистала несколько пожелтевших от времени страниц и остановилась на одной из них.

— Вот здесь подробно описан ритуал, с которого мы с тобой начнем. Я дам тебе неделю на его подробное изучение, — сказала она и посмотрела на меня. — За это время тебе нужно будет выучить ритуальный узор, общий порядок проведения ритуала и словесную последовательность. Перед этим попробовать пробудить ядро каждого компонента. Я думаю, этому вас Пальчикова учила, это не сложно. Справишься?

— Попробую… — ответил я и посмотрел на банку. — А с мышью что делать?

— На этот раз ничего, — улыбнулась Виктория Артемовна. — Она здесь просто для того, чтобы проверить твою решимость всерьез заняться ритуальным зачарованием. Когда-то может быть момент, что для ритуала тебе придется забрать чью-то жизнь, и ты должен быть к этому готов. Я имею в виду животных, само собой.

— Понятно, — сказал я и с облегчением посмотрел на мышку.

Не то чтобы мне было бы очень сложно ее убить, все-таки я темный маг и мне частенько приходилось заниматься не самыми приятными вещами. Просто конкретно к этой мыши я уже как-то привык за время нашего разговора с Островской.

После того как мы закончили, я еще на час задержался в мастерской, так как мне было интересно чем заняты остальные ребята. Больше всего меня заинтересовала работа Любы Охотниковой. Худенькой блондинки с четвертого курса.

У нее был очень необычный цвет волос — именно белый, без желтоватого оттенка. С учетом того, что к этому всему у нее еще было и белоснежное лицо, с яркими оранжевыми веснушками, ее внешность была необычной и привлекала к себе внимание.

Люба занималась созданием Почтовых Свитков с высокой степенью стабильности. При помощи этих артефактов можно было передавать информацию на расстоянии. Достаточно было написать что-нибудь на одном свитке, как эта же фраза появлялась на другом.

В теории очень удобные штуки, если нужно поддерживать связь в таких местах, где не работают телефоны. На практике же ими практически не пользовались из-за того, что они были крайне ненадежны.

Временами просто не работали по какой-то необъяснимой причине, а кроме того, довольно часто передавали информацию в искаженном виде. Такое себе удовольствие. Сейчас такими пользовались либо дети, которые использовали Почтовые Свитки в качестве развлечения, либо старики. Среди последних было очень много таких, которые не доверяли новомодным мобильным телефонам и предпочитали общаться между собой по старинке.

В общем, если у Охотниковой получится что-то достойное, я бы и сам прикупил у нее несколько для связи. С учетом моего образа жизни, мне такой артефакт был бы очень полезен. Мало ли в какое подземелье занесет между делом.

Вдоволь насытившись разговорами про артефакторику, я потопал в общагу. Вытащил книгу с ритуалами из рюкзака, разложил компоненты рядом со своей коллекцией артефактов и завалился спать. Мне не терпелось дождаться следующего дня, когда я решил начать понемногу работать с Мишкой. Лизуновы пока подождут своей очереди.

Не откладывая дело в долгий ящик, я начал прямо с завтрака, на котором княжич Шуйский вдруг начал ржать как конь. Причем отдавался этому с большим энтузиазмом. Сам-то он не понимал, что вместо слов из него льется громкое лошадиное ржание. Лишь только после того, как вся столовая начала с него смеяться, молодой жеребец понял, что с ним что-то не так. Причем сильно не так, если от него шарахаются даже приближенные.

Шуйский вылетел из столовой, красный как вареный рак. Но это было лишь самым началом долгой истории его необычных приключений, которые мы с Дорианом для него придумали.

Конским ржанием я наградил его ненадолго, так чтобы он смог явиться на занятия. Мне хотелось веселиться и дальше, поэтому его сидение в общаге или в медицинском отделении пока в мои планы не входило.

Я терпеливо выждал первый урок и когда пришел черед Евы Денисовны Бирюковой с ее уроком предсказаний, решил продолжить. Она как раз диктовала нам что-то насчет эзотерических связей между числами и характером человека, когда Мишка вдруг встал со своего места, вышел к доске и начал с того, что уроки Бирюковой несусветная дурость, а сама Баба-Яга зашоренная старая маразматичка.

Ох и тишина была в классе в этот момент, просто гробовая, в натуральном смысле слова. Шуйский говорил с большим воодушевлением и смог привлечь к себе внимание. Особенно Евы Денисовны, которая от неожиданности хлопнулась на свой стул и сидела с открытым ртом.

Мишка тем временем отжигал дальше. Сообщил всем, что он истинный гений предсказаний, а затем поделился с классом теорией гадания на еловых шишках. Это мы с Дорианом такую штуку для него придумали.

Суть этой магической практики заключалась в том, что нужно было раздобыть еловых шишек, а затем написать все свои желания на маленьких бумажках, которые затем в шишках и спрятать. Все смешать и вытащить наугад одну из них. Какое желание попадется, то и сбудется. Шишку затем нужно съесть.

Поделившись откровением, Мишка вытащил из кармана шишку и сожрал ее. Со стороны это выглядело так, как будто это была самая вкусная вещь, которую он пробовал в своей жизни.

С классом случилась истерика. От дикого хохота тряслись стены и все закончилось тем, что успокаивать нас прибежал наш мастер — Громов. Он долго не мог понять, что здесь вообще происходит. Баба-Яга что-то торопливо сказала ему, и он вывел Шуйского из класса.

Как впоследствии оказалось, Мишка все-таки оказался в медицинском блоке, о чем я искренне сожалел. У меня на сегодня для него было еще несколько сюрпризов. Ну ничего, он их обязательно прочувствует. Я для него приготовил столько всего интересного! Надеюсь, он запомнит этот период своей жизни навсегда.

Слухи о сегодняшней истории на ритуалистике разнеслись по школе со скоростью звука. Уже на обеде только о том и говорили, что о Шуйском. Чтобы не привлекать к себе внимание раньше времени, я старался вести себя как обычно.

В мои планы не входило раньше времени выдавать свою причастность к удивительным переменам в Мишкиной жизни. Во-первых, это могло вызвать лишнюю осторожность со стороны Лизуновых. Во-вторых, мне хотелось как можно дольше продлить веселье.

Впрочем, это было не слишком сложно. С учетом того, что Шуйский и его дружки досаждали в «Китеже» не только мне, то отомстить им мог кто угодно. Пусть разбираются.

Что касается меня, то на собрание «Арканума» в этот вечер я отправился в самом прекрасном настроении. Даже Щекин спросил, отчего это я сегодня такой довольный?

Я, конечно, сказал ему, что счастлив от того, что смог наконец попасть на собрание избранных алхимиков, но мне почему-то показалось, что он мне не очень поверил.

Если в тот момент, когда я увидел в мастерской Островской пятерых человек, я удивился их малому количеству, то малочисленность «Арканума» была для меня вполне ожидаема. Я был всего лишь третьим учеником, которому посчастливилось здесь оказаться.

Обоих парней я знал, так как следил за успехами учеников в рейтинге успеваемости по предмету Щекина. Все-таки родовой дар у меня алхимия, поэтому волей-неволей приходится поглядывать на успехи конкурентов. Ребят, которые могли сравниться со мной, было немного, однако они были, и двое из них сегодня находились здесь.

И один, и второй были пятикурсниками. Егор Сафонов и Карл Эвальд. Сафоновы издавна конкурировали с нашим родом, однако особых конфликтов, насколько мне известно, у нас никогда не было. В отличие от нас, Сафоновы специализировались на ядах.

Причем были большими специалистами по этому делу. Сам-то я не пробовал, но некоторые их яды даже использовались целителями для лечебных целей. Как это работало — понятия не имею. Пока мне было это ни к чему.

Тощий как палка, с зеленым лицом, сплошь покрытым оспинами, Егор оказался отличным парнем. Хотя со стороны производил впечатление весьма странного типа. Из тех, которые все время на своей волне.

Что касается Эвальда то я знал о нем лишь то, что его семья перебралась в Российскую Империю из Тюрингии, где занималась производством лекарственных эликсиров. Хотя случилось это уже лет двадцать назад, Карла все равно считали в «Китеже» иностранцем. Одним из немногих, кто учился в нашей школе.

В отличие от Сафонова, Эвальд был добродушным толстяком, который все время улыбался и шутил, поэтому он часто оказывался в шумных компаниях.

После недолгого знакомства, Щекин усадил нас за стол и начал небольшую лекцию про компоненты, которые могут выступать модификаторами готовых эликсиров. Один из самых сложных и интересных вопросов. С помощью модифицирующих эликсиров можно было запросто сделать зелье в несколько раз мощнее, добавив всего лишь пару капель модификатора.

После теории мы приступили к практике, и для начала Щекин показал нам как готовить модифицирующий эликсир для зелий, которые направлены на лечение и остановку кровотечений.

Надо ли говорить, что здесь, в отличие от «Артефакториума», я чувствовал себя словно рыба в воде. Каждое слово Бориса Алексеевича мне было понятно на каком-то интуитивном уровне, а практика давалась легко и свободно. Казалось, кто-то сверху говорил мне как и что нужно делать.

В итоге я и сам не заметил, как пролетели почти три часа, а я за это время смог сделать свой первый составной эликсир, который состоял из модификатора и стандартного эликсира лечения.

— Молодец, Темников, — похлопал меня по плечу Щекин в тот момент, когда я рассматривал пузырек с красной жидкостью, которая все время меняла свой цвет и становилась то алой, то темно-бордовой. — Отличная работа для первого раза. Можешь оставить эликсир себе в качестве награды.

Не поверив своим ушам, я посмотрел на Компонента — неужели я дождался первой подобной похвалы от него за все время учебы? Да ладно! Только ради одного этого стоило попасть в «Арканум».

В общагу я возвращался довольный собой с улыбкой идиота на лице, которая не хотела покидать меня. Даже холодный дождь, который капал мне за шиворот куртки, не мог испортить мне настроение. И лишь только после того как я оказался в своей комнате, я вспомнил о том, что сегодня уже среда, и завтра мне предстоит путешествие в Москву на встречу с Карачаровым.

Кстати, а сколько времени сейчас? Я ведь обещал Лазаревой и Нарышкину позвонить, чтобы договориться о встрече завтра утром. Совсем из головы вылетело!

Вот Лешка! Мог бы и сам меня набрать, чтобы напомнить! Или он до полуночи ждать собирался, пока я ему позвоню?

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

В ожидании продолжения рекомендую свой собственный цикл «Истинный дворянин». Цикл полностью закончен! Надеюсь вам понравятся приключения Владимира Соколова и Тосика:)

Прошу: https://author.today/reader/235589/2118956

Глава 8

Неподалеку от Белозерска было всего две вертолетных площадки, и мы выбрали ту, которая находилась подальше от города, чтобы не привлекать лишнего внимания. Она была недалеко от Кабаньего Оврага, практически на территории охотничьего хозяйства. Обычно ею пользовались как раз вот в таких случаях, чтобы поменьше видели.

Честно говоря, я не очень понимал, зачем нам так тщательно скрываться, но на этом настоял дядя Игнат, который считал, что лишняя безопасность еще никому не вредила. Кстати говоря, именно он нас и провожал в это холодное раннее утро. Никаких вопросов не задавал, просто пожелал нам удачной поездки, и все на этом.

Едва мы оказались внутри теплого салона, как дружно надели наушники и завалились спать. Я уже знал, что разговаривать в вертолете то еще удовольствие. Даже в наушниках и с микрофонами это лучше было делать лишь в крайнем случае.

Никакого удовольствия от разговора. Поспать — это гораздо интереснее. Тем более, что, судя по тому, как сразу мы все втроем отрубились, как раз именно этого нам больше всего и не хватало. Нас с Нарышкиным в школе уроками замучили, Полина над артефактами корпит круглосуточно. Как не воспользоваться предоставившейся возможностью?

Мне снился Тенедом. Короткий, но яркий сон, в котором Хорнборн завел себе еще одну жену, а Лакримоза почему-то решила заняться рыбалкой. До этого мне не приходилось видеть ее с удочкой возле реки, и выглядело это забавно.

Самое интересное, что компанию ей составил Хмельников, который все время ругал ее за напрасно потраченное время. При этом уговаривал ее бросить в реку стихийный эликсир с зарядом молнии и покончить на этом с рыбалкой. Алхимик говорил, что это его секретный способ рыбной ловли, благодаря которому при минимальной затрате времени можно получить максимальный эффект.

Я как раз собирался его отругать за варварские способы рыбалки, когда почувствовал, что меня кто-то тормошит. Это была Полина, которая жестом показала мне, что мы уже прилетели, и пора на выход.

В Москве светило солнышко. Я посмотрел по сторонам и сразу узнал, что это Подмосковное имение Нарышкиных, где я неоднократно бывал на летних каникулах. На залитой солнечным светом полянке, рядом с вертолетной площадкой, стоял князь и Лешкина мама. Его старшего брата не было.

Николай Федорович обнял княжича, следом меня и пожал руку Лазаревой. Затем то же самое сделала его мама, которая прижала меня так, что на мгновение мне показалось, у кого-то из ее предков явно есть общие корни с родом Хорнборна. Она даже прослезилась немного, чем заставила меня несколько смутиться.

После теплой встречи нас повели завтракать. Вообще-то, я хотел сначала заняться делом, а потом уже тратить время на еду, но князь даже слушать ничего не хотел. Сказал, что специально ждал нашего приезда и не садился за стол, а отправляться по своим делам голодным у него никакого желания не было.

В отличие от меня, Полина была здесь впервые, поэтому с интересом осматривалась вокруг. Судя по ее лицу, увиденное ее впечатлило. Согласен. Имение Нарышкиных было весьма внушительным и лишь немного уступало по размерам городскому парку в Белозерске. При этом территория выглядела гораздо богаче и ухоженнее.

Стол был накрыт с размахом. Меньше всего это было похоже на завтрак, а больше на званый ужин, на который пригласили человек тридцать. Чего здесь только не было. Закуски на любой вкус. Одних паштетов видов пять.

Лешкина мама зорко следила, чтобы мы с Полиной не сидели с пустыми тарелками, а сам княжич в это время только посмеивался. Лишь после того как мы с Лазаревой попробовали половину блюд, нас оставили в покое.

Князь не стал подробно расспрашивать нас зачем мы пожаловали в Москву, но я думаю, что Лешка и так рассказал ему все, что посчитал нужным. Николай Федорович, например, знал, что мы приехали по делу Полины, и с кем будем встречаться, тоже был в курсе. Разве что не был посвящен в предмет разговора. Во всяком случае, так он нам сказал.

Ну а что касается Лешкиного брата, то оказалось, что он до сих пор под наблюдением целителей. Процесс восстановления идет довольно сложно, но Нарышкины надеялись, что на родительское воскресенье уже смогут взять его с собой в «Китеж».

Хорошие новости. После истории с проклятьем Иван выглядел очень плохо. Чертков даже не был уверен в том, что он сможет оставаться на должности черного мага императора после этой истории. Нарышкиным он об этом не говорил, да и я не стал расстраивать Лешку ненужной для него информацией.

Какой в этом смысл? Уверен, Ивану и без того обеспечен самый лучший уход, который только возможен, поэтому эти сведения не принесут никакой пользы. Разве что заставят еще больше переживать семью княжича.

Даже сейчас по Лешкиным родителям видно, что беспокоятся. Как только я завел разговор про Ивана, у его матери опять появились слезы на глазах, а во взгляде князя появились холодные искры.

Хотя Чертков и рассказал о возможных последствиях только мне, я думаю, Николай Федорович и сам кое о чем догадывался. Как раз тот момент, когда ты испытываешь страх за будущее своего сына, однако ничем помочь не можешь. Остается только ждать…

Покончив с завтраком, князь уехал, а я набрал Карачарова, который явно ждал моего звонка.

— Доброе утро, Лука Миронович, — поздоровался я с ним, и не теряя времени сразу приступил к делу. — Где мы с вами встретимся?

Мне показалось, он не рассчитывал на такое начало разговора и планировал разговаривать на правах хозяина, а тут ему сразу вопросы задают.

— Я уже вас заждался, Максим Александрович, даже думал, что у вас изменились планы… — ему потребовалось несколько секунд, чтобы подумать над тем, как снова взять инициативу в свои руки. — Давайте мои люди заберут вас. Назовите адрес и в течение получаса за вами прибудет машина.

— Это ни к чему. Мы сами сможем добраться, — ответил я. — Просто скажите куда нам нужно ехать, и ждите. Так нам будет удобнее.

— Как угодно, — ответил Карачаров и мне показалось, что он немного расстроился.

Оказалось, что граф ждал нас в Зорино. Маленький городок, который находился совсем недалеко от Москвы. Если верить навигатору, от имения Нарышкиных нам ехать около часа.

— Гляди-ка, с эскортом, — сказала Полина, после того как из имения в сторону Зорино выдвинулись две машины. В одной ехали мы, а другую князь выделил в качестве сопровождения. — Леша, ты всегда по Москве с охраной передвигаешься?

— Не-а, — покачал головой княжич. — Отец настоял. Он в последнее время весь подозрительный какой-то. Ну ничего, так даже лучше. Еще надежнее будет.

Чем ближе к Зорино мы подъезжали, тем больше я ощущал волнение Лазаревой. Она практически не разговаривала и все больше смотрела в окно. С каждой минутой ее лицо хмурилось все сильнее, а к тому моменту, когда мы приехали в городок, она и вовсе была похожа на мрачную черную тучу.

Место, куда мы в конце концов приехали, выглядело не очень весело. Я бы сказал, что раньше на этом месте был какой-то завод, который по неизвестной причине забросили. Ну или что-то в этом роде. Высокие кирпичные здания без окон, но с огромными воротами, явно говорили о том, что раньше они были цехами.

Возле въезда на территорию нас встретили люди Карачарова и пригласили следовать за ними. Мы остановились возле здания, рядом с которым стояло несколько ржавых грузовиков без колес. Наверное, до этого здесь был гараж.

Солнышко к этому моменту уже успело спрятаться за серыми тучами и теперь все вокруг было похоже на заводской район в Белозерске. Там тоже все вокруг было развалено, зато на глаза время от времени попадались дорогие автомобили, которые смотрелись там как на корове седло.

Мы выбрались из машины и под ногами хрустнул битый кирпич. Вполне ожидаемо. На таких местах вокруг всегда почему-то много битых кирпичей. Специально их, что ли, сюда завозят?

Граф встретил нас в компании громил, которые были одеты в одинаковые черные костюмы и выглядели как большая дружная семья братьев-близнецов, которых уродилось семь штук за один раз.

Едва мы вышли из машины, Карачаров жестом показал своим подопечным стоять на месте и не спеша пошел к нам на встречу. В этот момент я не смог сдержать улыбки, потому что мне вспомнился какой-то старый фильм про бандитов.

Там они тоже все время приезжали друг к другу на такие вот встречи, которые, как правило, заканчивались жестокими перестрелками и массовыми убийствами. Надеюсь, у нас сегодня до этого не дойдет.

— Рад вас видеть в хорошем настроении, — поприветствовал меня граф, растерянно глядя на мое улыбающееся лицо.

Он посмотрел на Полину, поприветствовал ее, а затем остановил свой взгляд на Лешке. Быстро осмотрел его, лишь немного задержавшись на родовом перстне, который Нарышкин демонстративно поправил. Карачаров бросил взгляд в сторону нашей машины сопровождения и снова перевел его на меня.

— Вы не говорили, что будете с другом… — сказал он. — Наше дело несколько щекотливое…

— Я так не думаю, Лука Миронович, — ответил я. — Ничего щекотливого в нем нет. Дело как дело. К тому же, Алексей здесь лишь в качестве нашего попутчика. Просто решил составить компанию Полине, чтобы она не скучала, пока будет дожидаться нас.

— Понимаю… — кивнул граф и усмехнулся. — Что же, тогда я к вашим услугам. Я пока не знаю, что вы будете делать, поэтому буду рад, если вы подскажете чем я могу вам помочь?

— Для начала отведите меня к вашему наемнику. Вы ведь привезли тело? — спросил я.

— Разумеется, — кивнул он и показал рукой в сторону гаража. — Оно там, внутри… Правда выглядит это все… Сами понимаете, тело некоторое время уже пролежало в земле…

— Ага, понимаю, ничего страшного, Лука Миронович, — ответил я. — Не переживайте, я не стану падать в обморок.

— Да-да, конечно… С вашим-то Даром… — растеряно пробормотал он.

— Кстати, вам не обязательно идти вместе со мной, я прекрасно справлюсь и без вашей помощи, — сказал я.

— Как скажете, — с облегчением выдохнул граф и замер на месте.

Меня всегда удивлял этот момент — как быстро теряют привычное для себя равновесие люди, когда речь заходит о мертвецах. Взять хотя бы этого Карачарова. В Белозерске он излучал уверенность, а теперь с такой радостью остался на улице…

Кстати, может быть, это из-за того, что он увидел здесь Лешку? Почему бы и нет. Все-таки фамилия Нарышкин звучит посерьезнее, чем Лазарева или Темников…

— До поры, до времени, — высказал свое мнение Дориан. — Поверь, мой мальчик, пройдет еще совсем немного лет и от фамилии Темников у твоих врагов будет зубы сводить.

— Вот объясни мне, почему для тебя главное, чтобы боялись? — спросил я у него, открывая скрипучие ворота. — Разве нельзя обойтись уважением?

— Можно, — согласился мой друг. — Но уважение из-за страха работает надежнее. Ты уж мне поверь.

В метрах десяти от входных ворот было небольшое возвышение из поставленных друг на друга серых паллетов и прочего хлама. На самом верху лежал черный пластиковый пакет, о содержимом которого я догадывался.

Крыша была вся в дырах, стены тоже будто неделю долбили стенобитным орудием, так что света внутри здания было вполне достаточно. Вот еще бы сквозило поменьше, и было бы совсем хорошо.

Я подошел поближе к пакету с мертвецом и закрыл глаза. Мне так было легче сосредоточиться и тратилось намного меньше энергии, чтобы установить контакт с телом.

На этот раз я хотел испробовать новое заклинание, которое появилось в моем арсенале — Посмертный Взгляд. По идее, при помощи этого заклинания я должен был увидеть последние мгновения перед смертью этого человека, и мне уже давно хотелось применить его в деле.

Практически сразу я настроился на нужную мне энергетическую волну, установил между нами связь и вздрогнул от неожиданности. Картинки из сознания мертвеца полились на меня нескончаемым потоком. Одна сменяла другую с такой скоростью, что я не всегда даже успевал уловить смысл увиденного. Такое ощущение, что передо мной мелькала вся его жизнь. С первого до последнего момента.

Поток становился все медленнее, вот мелькнула Лазарева, затем еще множество смен декораций и наконец все замедлилось до состояния немного ускоренного фильма. Медленнее, еще медленнее…

Какая-то комната, в которой много людей. Четверо сидят за столом. За спиной одного из них несколько человек. Они очень похожи на тех парней, которые сегодня явились сюда вместе с Карачаровым. По крайней мере, выглядели совершенно одинаково. Здоровые как горы, короткостриженые, в черных костюмах…

Я смотрю на все это глазами одного из сидящих за столом. Он сидит как раз напротив этого типа с громилами. Мне кажется, он что-то говорит, но слышно лишь какой-то шум в голове, и больше нечего. Вот он кладет на стол какой-то сверток и двигает его в сторону собеседника.

Тот осматривает его, затем сильная вспышка в глазах и… Дальше все. Похоже для парня, глазами которого я только что смотрел, это была конечная. Жаль, что картинка замедлилась так поздно… Если бы это случилось раньше, может быть, я бы еще кое-что интересное увидел.

— Чем больше у тебя будет энергии, тем больше ты сможешь увидеть, — напомнил мне про принцип работы заклинания Дориан.

Но это я знал и без него, я так… Просто мне хотелось посмотреть чуть больше, это было и впрямь интересно. Ну да ладно. Вполне достаточно было того, что мне удалось увидеть. Полина здесь ни при чем. Впрочем, я и так был в этом уверен.

Теперь было бы неплохо узнать фамилию парня, с которым они разговаривали. Судя по вспышке, это явно было какое-то заклинание, тем более, что я не видел, чтобы его помощники доставали какое-то оружие. А если так… Вполне может быть, что перед смертью эти ребятки беседовали с каким-то Одаренным, которому почему-то собирались передать клад, принадлежащий графу. Но это меня уже мало беспокоило, пусть Карачаров с этим сам разбирается.

Разве что попробовать узнать у трупа его фамилию…

После необычного сеанса чувствовал я себя не очень хорошо. На меня накатила волна слабости, которая накрыла меня темным омутом. Перед глазами замерцали разноцветные огни и мне пришлось схватиться рукой за постамент из паллетов, чтобы не свалиться на землю.

Это был энергетический откат. Так бывает, если использовать какое-нибудь мощное заклинание, которое одним махом практически опустошает тебя. После таких стрессов организму необходимо немного времени, чтобы прийти в себя. Со мной так несколько раз было в Тенедоме, когда мы с Дорианом разучивали новые заклинания.

Подобные вещи очень опасны в критические моменты, когда каждое мгновение нужно держать ситуацию под контролем, если не хочешь закончить свою жизнь как это парень в черном пластиковом пакете. Сейчас со мной ничего страшного произойти не могло, поэтому я позволил себе немного расслабиться. Кто мне мог угрожать в пустом заброшенном здании, где гуляет лишь ветер?

— Нашел для себя оправдание? — недовольно пробурчал Дориан. — Удобно, нечего сказать. Сколько раз тебе нужно повторять, что настоящий волшебник не может себе позволить расслабиться ни на секунду! Даже во сне!

— Ну ладно, не рычи… Знаю я все… — мысленно ответил я ему и сделал глубокий вдох.

Затем еще один и все понемногу стало становиться на свои места. Разноцветные огоньки сначала сменились темнотой, которая вскоре стала полупрозрачной, а затем и вовсе исчезла.

Спустя минуту я полностью пришел в себя. Однако решил, что полноценный разговор с мертвецом я не потяну. Да это мне и незачем. Достаточно будет задать ему лишь один вопрос и получить на него ответ. Вот и все, что мне от него нужно.

Очень осторожно, стараясь расходовать свою оставшуюся энергию по минимуму, я сконцентрировался и практически сразу почувствовал ответную темную энергию смерти. Настроиться на нужную волну в этот раз было совсем просто, я ведь недавно уже некоторым образом общался с ним.

Вот и нужный мне отклик… Тело внутри пакета зашевелилось, затем послышался какой-то треск. Даже думать не хочу, что там у него порвалось…

— Агхххррр… — сказал мертвец. — Кто ты?

— Неважно, — сказал я, затем привычно уже достал телефон и включил на нем диктофон. — Моя фамилия Темников, и я некромант.

— Агхар… Агр… — прорычал труп пытаясь что-то мне сказать. — А я… Агрхххх…

— В данный момент это не столь важно, так что можешь не напрягаться. Сейчас ты мертвец, так что все остальное в прошлом, — не знаю, утешило ли его это, но рычать он перестал. — У меня к тебе всего один вопрос, кто тебя убил? Назови мне фамилию.

— Ахррх… Кха-кха… Кхар… — начал говорить мертвец и в этот момент мне в голову пришла мысль, что звуки, которые он издавал, очень похожи на кашель Черткова. Я тут же отогнал ее прочь, однако осадок от нее все же остался. — Харк… Харитонов… Агхгар…

Ну вот и славно. Больше мне ничего от этого парня не надо. Он пытался еще что-то сказать, но больше говорить с ним было не о чем, а тратить силы просто так в данный момент я позволить себе не мог.

— Извини, дружище, может быть, еще свидимся, — пообещал я ему и перекрыл энергетический канал.

Мертвец вновь обмяк в своем пакете, а я отключил диктофон и спрятал телефон в карман. Я оперся на гору паллет, еще немного отдохнул, чтобы чувствовать себя увереннее, и потопал к воротам. Настроение у меня было просто отличным. Если не считать Дориана, который вновь взялся меня отчитывать, как только я закончил свою беседу с мертвецом, то все вышло просто прекрасно.

Думаю, после этого вопросы к Лазаревой отпадут и у Карачарова появится новая проблема — что бы такого придумать в качестве подарка для Полины, дабы загладить свою вину перед ней. Ну а я постараюсь сделать так, чтобы сделка ее устроила.

Надо же, целый учебный день из-за этого графа пропустил! Кто, спрашивается, вместо меня будет пропущенные темы отрабатывать? Карачаров? Нет, так или иначе, а нужно с него что-то полезное стребовать… Зря я, что ли, энергетические откаты ловил?

Глава 9

Как только я вышел из гаража, блеснула молния, а следом за ней раскатисто грянул гром. Надо же как удачно совпало с моим выходом. Надеюсь, со стороны это выглядело достаточно эпично… Юный некромант в свете молний, и все-такое…

Первым делом я бросил взгляд на Полину, которая с тревогой смотрела на меня и подмигнул ей, чтобы немного успокоить девушку. Даже с расстояния пары десятков шагов я заметил, как она облегченно вздохнула, и на ее лице появилась улыбка.

Лешке подмигивать не нужно было, он все прекрасно понял по моему довольному лицу. В тревожном ожидании оставался лишь Карачаров, который смотрел на меня хмуря брови. Покинув компанию своих телохранителей, он двинулся мне навстречу, поглядывая при этом на обшарпанные ворота в гараж. Судя по всему, он ждал что оттуда вот-вот появится мертвец из черного пакета.

— Как все прошло? — к этому времени граф уже смог взять себя в руки и в его голосе начала появляться былая уверенность. Он еще не выглядел так же высокомерно, как в «Бычьем Глазу», но говорил решительнее.

— Отлично. Парень оказался очень контактным, — ответил я. — Сначала я посмотрел интересное кино, затем мы с ним немного побеседовали… Как я и предполагал, вы зря подозревали Полину. Она не имеет отношения к вашему кладу, поэтому вам придется принести свои извинения.

Правый глаз графа нервно дернулся.

— Могу я каким-то образом получить доказательства ваших слов? — спросил он.

— Разумеется. Предлагаю посмотреть кино, которое мне показал мертвец еще раз вместе. Правда я не очень люблю два раза смотреть одно и то же, но другого выхода все равно нет, — сказал я и посмотрел в глаза Карачарова. — Только у меня к вам будет небольшая просьба. На этот раз вам нужно будет практически полностью отключить Барьер, чтобы я смог передать вам мыслеобраз.

В этот момент серое небо снова прорезала молния. Я мысленно посчитал до десяти и в этот момент громыхнуло. Почему-то после молнии гром гремел на счет десять. На этот раз было особенно громко. Однако дождя пока не было.

Мое предложение явно напугало графа, так как былая решительность вновь сменилась растерянностью. Только теперь к ней прибавился еще и страх, который на мгновение мелькнул в его глазах.

Оно и понятно, есть от чего разволноваться. Полностью убрать Барьер — это большой риск. По большому счету, он меня практически не знал, моих способностей тоже… В принципе, я бы мог нанести его мозгу очень сильный вред при особом желании. Восстановиться после которого будет большой проблемой. Можно даже сделать так, что это будет просто невозможно.

Я не уверен, что моих сил хватит, чтобы повредить его мозг настолько сильно, но в теории это было возможно. Именно поэтому граф сейчас задумчиво жевал нижнюю губу, размышляя как ему следует поступить.

Сложное решение, что сказать… Довериться незнакомому темному магу… Не каждый на это отважится… Да еще гром этот с молниями жути нагоняет…

— Лука Миронович, поверьте, я не собираюсь вам как-то навредить, — я решил его немного успокоить. — Даю вам слово дворянина. Мне нужно передать вам мыслеобразы и другого варианта у нас, как вы понимаете, нет.

— Хорошо, — наконец решился граф. — Но если я вдруг что-то почувствую…

— Ну я же уже дал вам слово, неужели вам этого мало? — в этот момент я перестал улыбаться.

После такого вопроса самым умным решением будет согласиться, иначе он нанесет мне обиду. Причем совершенно незаслуженную. Никакого повода не доверять моим словам я ему не дал.

Тем более, что его предупреждение было совершенно бессмысленным. Даже если он почувствует угрозу в тот момент, когда снимет Барьер, будет уже слишком поздно что-то предпринимать. Такой мастер-менталист как, например, наш Бобоедов, за секунду сделает из Карачарова психа, способного лишь пускать слюни сидя на стуле.

— Вы не против, если мы будем смотреть ваше кино в моей машине? — спросил Карачаров. — Я думаю, там нам будет удобнее.

— Без проблем. Только в машине моего друга, — сказал я. — Мне там будет легче работать.

Граф молча кивнул, и мы пошли к машине сопровождения Нарышкина. Несмотря на долгие размышления, Карачаров оказался человеком слова и не предпринял никаких попыток закрыться от меня Барьером.

Мне потребовалось несколько минут, чтобы передать ему все то, что ему нужно было увидеть. Лишними мыслеобразами, которые не относились к делу, я решил не нагружать ни его, ни себя. К чему ненужные траты магической энергии, когда в этом нет особой необходимости?

— Забавно… — мрачно произнес граф после того, как я передал ему все что хотел. — Выходит эти крысы хотели продать книгу какому-то проходимцу…

Ага, значит внутри свертка была книга. После этой информации мне даже стало любопытно что в ней. Не знаю почему, но книги у меня вызвали какой-то особый интерес. Ведь они хранили особые тайны… Вот про Вороний Амулет, например…

— Выглядит именно так, — согласился я с графом. — Правда, на мой взгляд он как раз меньше всего выглядит как проходимец. Мне кажется, последняя вспышка как раз была заклинанием, а значит он Одаренный. Может быть, даже дворянин.

— Дворянин тоже может быть проходимцем, — пробурчал Карачаров. — Одно другому не мешает.

Вот здесь я был с ним полностью согласен. Даже на моем недолгом жизненном пути уже попалось достаточно редкостных негодяев.

— Знать бы еще кто он такой… — вздохнул граф. — Уверен, что никогда прежде мне не доводилось его видеть. Но я займусь его поиском. Благо теперь я знаю как он выглядит, а это уже немало.

— Кстати, я могу помочь вам облегчить его поиски, — сказал я и вытащил из кармана мобильный телефон. — Пусть это будет вам бесплатным бонусом от меня.

Я включил диктофон и положил мобильник на сидение. Граф поначалу не очень понял, что именно он слышит, но когда понял, тут же раскрыл рот от удивления и выпучил на меня глаза. Я жестом показал ему, что не следует сейчас ничего говорить, а нужно просто слушать.

— Извини, дружище, может быть, еще свидимся… — закончился разговор в телефоне.

Я услышал собственный голос, после чего взял телефон в руку и отключил диктофон.

— Как-то так, — сказал я ошалевшему графу. — Думаю, теперь вам будет немного легче найти вашего проходимца. Правда я мог этого не делать, если невиновность Лазаревой уже установлена…

Карачаров посмотрел на телефон в моей руке, затем снова на меня, после чего перевел взгляд в сторону гаража:

— Вы хотите сказать, что он там сейчас ходит? — удивленно спросил он. — И может говорить?

— Нет, — покачал я головой. — В его случае ничего не изменилось, он по-прежнему лежит в пакете, в котором вы его доставили. Я хочу сказать, что ненадолго привел его в чувство для этой беседы, вот и все. Так что не переживайте, сражаться с мертвецом вам не придется.

— Просто поразительно… — впервые за все время я увидел восторженную улыбку на лице графа. — Должен признаться, я поражен… Слышал всякие слухи про вас, но это… Позвольте пожать вам руку, Максим Александрович. Вы очень редкий специалист!

— Пфф… — фыркнул Дориан в тот момент, когда мы с Карачаровым пожимали друг другу руки. — Что значит редкий? Уникальный, вообще-то! Развелось дилетантов!

— Спасибо, — ответил я. — Насколько мне известно, таких как вы тоже немного в Российской Империи.

Он отпустил мою руку, задумчиво посмотрел на меня и сказал:

— Знаете… Мне пришла в голову одна прекрасная мысль… А ведь мы с вами могли бы быть друг другу очень полезны. Бывают моменты, когда мне бы совсем не помешала помощь такого человека как вы, — в этот момент граф нетерпеливо заерзал на сидении. — Со своей стороны я бы мог щедро вознаградить вас за услуги.

— Вы хотите сказать, что намерены предложить мне такое же сотрудничество как с Полиной? — спросил я.

— Я считаю, что каждый должен заниматься тем, что у него лучше всего выходит и достойно за это получать. Лазарева умеет одно, вы — другое… — сказал он. — Но в целом вы верно меня поняли. Было бы очень хорошо, если бы я мог рассчитывать на вашу помощь. Вы ведь не станете игнорировать меня из-за всего случившегося?

— Предлагаю вам для начала решить все вопросы с Полиной, — ответил я. — Ну а насчет всего остального… В данный момент мне совершенно некогда заниматься чужими проблемами.

— Я и не прошу в данный момент, — торопливо заговорил граф. — Мы же сейчас говорим гипотетически… На будущее…

Не могу сказать, что Карачаров мне не понравился, но в данный момент у меня не было никакого желания давать ему какие-то конкретные обещания. Хитрый жук, этот граф… Надо же, «гипотетически»… Оно-то так, но стоит мне сейчас дать ему положительный ответ, как этот тип будет считать, что может на меня рассчитывать. С чего вдруг?

— Всего вам доброго, Лука Миронович, — сказал я и открыл дверь машины.

Между прочим, пока мы разговаривали с графом, хлынул хороший такой ливень. Судя по тому, что Лешки с Полиной не было видно, они уже забрались в машину, а вот вся охрана была на улице — и наша, и графа. Причем зонтов у каждой компании было по одному. Однако забавно видеть, как эти огромные парни пытались уместиться под зонтиками.

Граф что-то говорил мне вслед, но слов я не расслышал. Дождь лупил с такой силой, что единственное, чего я в данный момент хотел — поскорее очутиться рядом со своими друзьями в теплом автомобиле. Охранники мое появление восприняли с большой радостью, и как только я добежал до машины на которой мы сюда приехали, тут же разбежались. Наши к себе, а охрана Карачарова сопровождала графа в его автомобиль накрыв его единственным имеющемся у них зонтиком.

— Все нормально, можем ехать, — сказал я, как только закрыл за собой дверь.

Едва я оказался на заднем сидении, как услышал радостный визг Лазаревой, которая крепко обняла меня.

— Максик! Сладенький ты мой! — говорила она, прижимая меня к груди. — Какой же ты молодец!

В этот момент у Лешки, который сидел на переднем пассажирском сидении и развернулся к нам, чуть глаза не выпали.

— Само собой… А ты сомневалась? — спросил я, как только она немного ослабила объятия. — Ты-то чего волновалась, если знала, что не имеешь к этому никакого отношения?

— Ну мало ли… Откуда я знаю, что там на уме у Карачарова, и каким образом ты собираешься устанавливать истину, — сказала она и вновь обняла. — Что ты, кстати, сделал? Расскажи, интересно же…

— Да ничего особенного, так по мелочи…

Без особой спешки я начал свой рассказ, а наши машины тем временем мчались обратно в имение Нарышкиных. Закончив говорить, я еще пару раз посмотрел кино, которое к этому моменту видел уже дважды, а затем дал прослушать ребятам запись с диктофона.

— Харитонов… — задумчиво проговорила Лазарева. — Понятия не имею кто это. Что-то знакомое вроде бы, но где я могла слышать эту фамилию, даже ума не приложу.

— У нас в Империи три дворянских ветви с фамилией Харитонов, — сказал Нарышкин, который ориентировался в этих вопросах как рыба в воде. — Во время первых родовых войн род разделился на две ветви, а во время вторых родовых войн появилась еще одна. Да и бастардов с этой фамилией по Империи столько бегает, что всех не сосчитать. Так что не просто будет отыскать нужного человека.

— Такой как Карачаров найдет, — уверенно сказала Полина. — Этот тип и звезду с неба достанет, если ему очень сильно нужно будет. Кстати, на чем вы остановились? Претензий же ко мне больше нет?

— Обижаешь, Лазарева… — с притворной обидой в голосе сказал я. — Пусть скажет спасибо, что у тебя к нему претензии не появились. Он намерен тебе компенсировать все неудобства, так что пользуйся моментом. Граф торжественно обещал, что готов любыми средствами загладить доставленные тебе неудобства.

— Ого! Что-то не похоже на него… — с сомнением в голосе сказала она. — Ты уверен, что он именно так сказал?

— Абсолютно, — кивнул я. — Кстати, хочешь знать, что было в свертке, который достался Харитонову?

— Спрашиваешь! — загорелись глаза у Полины. — Интересно же, с чем связано столько суеты.

— Там была какая-то книга. Только не спрашивай меня какая именно — понятия не имею. Просто Карачаров обмолвился, что это была книга, вот я и запомнил, — сказал я и пожал плечами. — У меня к ним необъяснимая слабость. Особенно ко всяким необычным и старым.

Мы с Полиной переглянулись и одновременно тяжело вздохнули. Мне кажется, в этот момент оба с сожалением подумали, что было бы неплохо выяснить, какую именно книгу спер у графа Харитонов.

Справились мы настолько быстро, что можно было даже не особо спешить обратно в «Китеж», а спокойно пообедать и даже погулять по имению Нарышкиных. Дождь закончился еще пока мы ехали, так что почему бы не пофутболять оранжево-желтую листву, которой были усыпаны прогулочные дорожки.

Карачаров к этому моменту уже дважды набрал Лазареву и сделал ей несколько предложений, которые ее приятно удивили. В первом случае деньги, во втором несколько артефактов на выбор из его собственной коллекции. Она пообещала подумать.

Я был уверен, что она выберет артефакты, просто не хотела сразу давать ответ. Все правильно. Пусть граф помучается какое-то время и подумает — может быть, она вообще откажется от его предложения. В таком случае он сразу лишится возможности дальнейшего сотрудничества с ней, а также и со мной в том числе. Я-то ему намекнул, что для начала нужно с Полиной помириться.

— Как в старые добрые времена! — громко сказал княжич, который шел на несколько шагов впереди нас и с удовольствием пинал листву. — Помните, как мы вместе за ключом к Атрибуту Распада лазили? Сто лет уже с тех пор прошло. Полина, ты, наверное, его уже и нашла давным-давно? Мощная штука… О, кстати… А что ты с ним сделала?

Лешка даже остановился в ожидании ответа.

— Ничего, — улыбнулась Лазарева. — Я его еще не достала. Но если горишь желанием, можешь пойти с нами за последней частью ключа к его местонахождению. Только я еще не знаю, когда именно это произойдет. Думаю, когда у вас как раз осенние каникулы будут.

— Так я с удовольствием! — воскликнул он и посмотрел на меня с обидой. — Макс меня никуда не берет… Болтается везде один…

Доля истины в этом есть, у меня и правда много собственных секретов, о которых Нарышкину знать не нужно, но с другой стороны — кто виноват, что он постоянно занят или по курортам разъезжает во время каникул?

— Было бы сказано, — отмахнулся я. — Я посмотрю, как ты в этот раз с нами пойдешь. Специально будешь в Белозерск на каникулах приезжать?

Ответить княжич не успел, так как в этот момент его набрал отец и сказал, что пришло время отправляться обратно в школу. Хороший выдался денек, я доволен. Все на удивление гладко вышло. Честно говоря, я до самого конца сомневался в графе. Думал, что в последний момент он устроит нам какую-нибудь пакость. Однако он оказался вполне себе честным человеком.

— Кроме того, теперь должен тебе за услугу, которую ты ему оказал, — напомнил мне Дориан. — Всегда приятно знать, что тебе должны, а не ты кому-то.

— Возможно, — не стал спорить я с Мором. — Кстати, как думаешь, почему он согласился убрать Барьер? Неужели лишь потому, что я дал ему слово дворянина?

— Может быть, хотел в этот же момент покопаться в твоей голове, Макс? Ты уверен, что он не спер у тебя какое-нибудь важное воспоминание? — спросил он. — Ты же в Белозерске понял, что он неплохой менталист.

От такой мысли я даже замер от неожиданности и стал вспоминать тот момент, когда я передавал ему мыслеобразы. Попытался восстановить свои ощущения и вскоре понял, что это ложная тревога. Я не ощущал со стороны графа никаких попыток пробраться ко мне в сознание.

— Да, он не пытался этого сделать, — сказал Дориан. — Однако в следующий раз имей в виду, что теоретически Карачаров мог это сделать. В момент создания такого мощного ментального канала твоя защита также ослаблена, если она есть… А ты в тот момент даже не поставил Барьер.

— Ну ты прямо вовремя мне об этом сказал! — разозлился я от собственной глупости. — Почему тогда не предупредил?

— Предупредил бы, как только почувстовал опасность, — ответил он. — С твоим уровнем владения Барьером ты бы успел его поставить. Но если бы я сказал тебе об этом тогда, а не сейчас, то ты бы не получил своего урока, мой мальчик.

— Ты самый крутой специалист по обучению, Дориан! Чертков по сравнению с тобой просто жалкий дилетант! — недовольно пробурчал я.

— Еще бы… — судя по его голосу он был очень доволен тем, что заставил меня понервничать. — Тебе со мной явно повезло.

Вот же тип! Ну ничего, когда-нибудь я припомню ему его уроки! Величайший воспитатель человечества!

* * *

От автора:

Дорогие мои читатели! Очень скромный автор просит вас поставить лайк тех, кто дошел уже до конца 9 главы, но этого не сделал. Вас так много читает, а лайков (сердечек) как-то меньше, поэтому я просто уверен, что многие попросту забыли про него) Я знаю, такое очень часто бывает))

💖 Спасибо вам огромное! Благодарю за поддержку! 💖

Глава 10

В обратную дорогу Лешкина мама снарядила нас сладостями по полной программе. Ей показалось, что мы недостаточно упитанно выглядим. К тому же, она была уверена, что в «Китеже» нас таким не накормят, и домашнее в любом случае вкуснее.

Особенно тяжелый груз достался мне. Сумка, которую она мне выдала, была больше похожа на огромный мешок. Я его еле дотащил до вертолета. Лешиной маме помнилось, что я большой любитель сладостей. Правда я их уже давным-давно не ел в таком количестве, но ее это мало интересовало.

Всю обратную дорогу мы благополучно продрыхли. Опытным путем выяснилось, что в вертолете просто прекрасно спится, особенно после нервного дня. Он хоть и выдался в целом неплохим, но все равно напряжение в момент встречи с Карачаровым присутствовало.

Когда вертолет садился на площадку, меня посетило легкое чувство дежавю. Шум вертолетных двигателей, а внизу Жемчужников в развевающемся плаще и сложенными за спиной руками.

— Ну как, справились со своими делами? — спросил у меня дядя Игнат, когда помогал тащить мешок с гостинцами из Москвы.

— Ага, лучше и быть не может, — ответил я и мы закинули мешок в багажник.

— Время позднее, предлагаю всем остаться в Белозерске, — сказал Жемчужников, когда мы сели в машину. — Ну с Полиной все понятно, а вас, судари, завтра утром доставим в школу в самом лучшем виде.

— Дядя Игнат, давайте меня сегодня в «Китеж», — сказал я. — Там у меня уроков много невыученных. Завтра двоек нахватаюсь, потом отрабатывать буду.

— Да ладно! С каких это пор тебя стали заботить невыученные уроки? — удивленно воскликнул Нарышкин. — Я тебя прямо не узнаю!

— Сон плохой приснился, — соврал я. — Будто Щекин меня заставил целую сумку светопыли собирать.

— Целую сумку это, конечно, круто, — хмыкнул княжич. — Это до конца твоей жизни, получается. Хотя нет, одной, наверное, даже не хватит. Ну если такое дело, тогда тебе и правда лучше в школу ехать. Ты же у нас странный парень, вдруг у тебя еще и сны иногда вещими бывают.

На самом деле никаких уроков я учить не собирался и планировал эту ночь использовать совсем для других целей. За день я выспался с большим запасом, поэтому почему бы мне не выделить эту ночь для Тенедома? Это же несколько дней там провести получится!

— Как минимум три, — помог мне более точно определиться Дориан.

— Вот я и говорю, когда еще такой шанс выпадет? — мысленно спросил я у него. — Тем более, что у меня там дел накопилось немеряно.

— Хорошо бы запасы темных сфер у Лакримозы проверить, — задумался Мор. — Может быть, я тебе что-нибудь новенькое покажу.

— Тем более… Значит решено, эту ночь посвящаем Тенедому! — сказал я и у меня тут же появилась идея куда будет лучше всего отнести мешок со сладостями.

Устрою Бормотуну маленький праздник. Ему такого мешка надолго хватит.

— Минут на двадцать, — рассчитал Дориан. — Это при условии, что этот проглот будет растягивать удовольствие, а не сожрет все сразу.

Первым завезли Нарышкина, который был счастлив как маленький ребенок. Сказал, что у него был лучший день за последние несколько месяцев. Напоследок пригрозил, что если мы не сдержим обещания и не возьмем его с собой в поход за третьей частью ключа к Атрибуту Распада, то мы кровные враги навсегда.

Следом за ним была Полина, которая еще раз обняла меня и поцеловала в щеку.

— Спасибо тебе, Максим… — сказала она. — Ты знаешь, я иногда вспоминаю тот день, когда впервые увидела тебя в своей мастерской, и думаю… С тех пор ты меня столько раз выручал, как бы я без тебя обходилась?

Кхм… Чего это она вдруг? Я даже не сразу сообразил что нужно ответить.

— Ну не бесплатно же, — сказал я и подмигнул. — Зато ты с меня за опознание артефактов денег не берешь…

Она улыбнулась, пожала мне руку и молча выскользнула из машины. Оставив меня в весьма необычном состоянии. Скорее даже непривычном и каким-то новым. С момента нашего знакомства, Лазарева уже, наверное, раз сто благодарила меня, но сегодня это было как-то совсем по-другому.

Я провел рукой по щеке, где еще теплился ее поцелуй, и посмотрел в окно, за которым мелькали ночные улицы Белозерска. Почему мне показалось что улыбка, с которой она вышла из машины, была немного грустной? Мы же с ней вроде бы не прощаемся… Нет, все-таки странные существа эти девчонки…

В этот момент я услышал многозначительный вздох Дориана.

— Что ты там вздыхаешь? Хочешь мне что-то сказать?

— Нет, Макс… Во всяком случае, не сейчас. Может быть, как-нибудь позже.

— Тогда и не вздыхай! Взял моду вздыхать и не говорить ничего!

Остальной путь до «Китежа» мы с ним проделали молча и больше не разговаривали. Я пытался как-то расшифровать наш короткий последний разговор с Полиной, а Дориан, судя по всему, дрых. Ну и правильно. Лучше так, чем странно вздыхать все время.

К тому моменту, когда автомобиль остановился на стоянке перед школой, я уже перестал думать о Лазаревой, потому что все равно ничего не понимал. А Мор, если и понимал, то ничего мне не говорил. Тоже мне друг называется.

Водитель Нарышкиных помог мне закинуть мешок на спину, и я потопал в общагу. Едва я вошел в холл, то сразу посмотрел на часы, которые висели над дежурными, и мое настроение немного улучшилось. Надо же, оказывается до одиннадцати еще целых пятнадцать минут! Это значит, что я даже не попаду в журнал как нарушитель режима. Ну хоть что-что…

— Темников, ты что там припер? — спросил меня один из дежурных и загородил мне проход к лестнице на верхние этажи. — Что там у тебя в мешке? Надеюсь, ничего запрещенного?

— Личные вещи и крокодильи яйца, — ответил я. — Буду в ванной розовых крокодилов разводить.

— Каких-каких? — спросил он.

— Розовых… Редкий вид такой из Северного Занзибара… Их кожа на вес золота продается…

— Угу, как же, так тебе и поверил, — прищурился дежурный и с тревогой посмотрел на мешок. — Хотя от тебя всего можно ожидать. Ладно, шагай. Но если что…

— Да-да, конечно, меня ждет исключение за нарушение режима, — закончил я за него и потопал по лестнице наверх.

На этот раз мне попались два самых плохих дежурных, с которыми никогда не договоришься. Даже возле общаги посидеть лишние пять минут не дают и сразу заносят в журнал, как злостного нарушителя режима. Я-то хотел перед Тенедомом еще Бродягу навестить и посмотреть как он там. Сегодня же второй день его лечения, получается.

Если Рябинина не преувеличила, то мой дуб должен быть уже в полном порядке. Ну или близится к этому состоянию. Но с этими типами разве посмотришь… Ладно, завтра утром узнаю.

Добравшись до своей комнаты, я свалил мешок на пол, немного отдышался и начал собираться в путь. Жалко, что на этот раз я никому ничего не привезу, кроме Бормотуна и Лакримозы.

Книжки про любовь для моих преподавателей еще было ладно, а вот перед Хмельниковым неудобно. Он меня слезно просил компонентов ему притащить для работы, которых в Тенедоме не достать. Придется потом специально для этого еще раз смотаться.

Проверив, что ничего не забыл, я уселся на кровать, оперся спиной о стену, затем активировал Портальный Ключ и начертил узор, а вслед за этим оказался на полянке.

— Он здесь! — истошно завопил чей-то незнакомый голос, а следом за этим звонко зазвонил колокольчик.

Рядом с поляной стоял незнакомый мне человек и что есть мочи тряс колокольчиком. Судя по его одежде, родом он был из Лаламура.

— Ты кто такой? — спросил я у него.

— Он здесь! — продолжать орать он вместо ответа. — Спаситель вернулся!

Причем только сейчас я заметил, что у него во рту какая-то металлическая штука, которая усиливала его вопли, от которых у меня начало закладывать уши.

— Если не перестанешь орать, я тебя стукну! — пообещал я незнакомцу, и в этот момент он бухнулся на колени.

— Спаситель! Госпожа приказала сразу же доложить о твоем появлении! — он оторвал голову от земли и посмотрел на меня глазами полными слез. — Как я счастлив, что твое пришествие случилось именно в мою смену! Боги милостивы ко мне!

— Ты что, обалдел? — спросил я у него, удивляясь новым порядкам, которые завела здесь госпожа. Насколько я понимал, речь идет о нашей красотке Лакримозе.

— Даже не сомневайся, мой мальчик, — хохотнул Дориан. — На сто процентов уверен, что это ее рук дело.

— А ну-ка встань, — сказал я незнакомцу и потряс его за плечо. — Нечего у меня в ногах валяться.

— Ни за что, Спаситель… — ответил он и прижался к траве еще сильнее.

Вот балбес… Устроили тут из моей любимой полянки храм какой-то… Вместо того, чтобы помочь мне с мешком, этот счастливец расселся на траве и боится голову поднять от свалившейся на него внезапной радости…

— Макс-Дориан! — наконец услышал я знакомый голос, а потом увидел, что ко мне мчится гном.

От мощных шагов Хорнборна земля под ногами немного дрожала, и мне кажется, я даже немного подпрыгивал. Я смотрел на быстро приближавшуюся в мою сторону гору с бородой и думал только об одном — если он меня сейчас обнимет, то вероятно это будет последний день в моей жизни.

— Хорнбо… Хек… — я хотел попросить его не делать этого, но не успел.

Теперь болтался безвольной гусеницей в его огромных лапах и надеялся на чудо, которое должно было меня спасти. Видимо сегодня мой ангел-хранитель гулял где-то неподалеку, потому как чудо все-таки произошло.

Гном поставил меня на траву и по своим ощущениям я понял, что обошлось без переломов. Похоже мне нужно всерьез задуматься над приобретением рыцарских доспехов к своему следующему появлению в Тенедоме, иначе он рано или поздно меня просто раздавит.

— Здорово, Хорнборн, — сказал я, после того как немного пришел в себя. — Что это за тип на траве?

— Это Лакри придумала, чтобы весь Тенедом знал о твоем приходе! — радостно сообщил он. — Классно, правда? Они еще храм в твою честь построили. Там твой портрет висит, а они ему молятся.

— Вы что, сдурели, что ли? — от услышанного у меня даже волосы зашевелились на затылке.

— А еще дары приносят, — продолжал меня добивать гном свежими новостями.

— Бери этот мешок и пойдем в дом, — сказал я Хорнборну, намереваясь разобраться с этим вопросом внутри Тенедома, где не было посторонних.

Я старался поторапливаться, чтобы не случилось еще чего-нибудь неожиданного, однако успел заметить новое здание, которое появилось на территории иноземцев. Оно находилось как раз между двумя представительствами Бабаша и Лаламура. По виду напоминало башню, наверху которой что-то светилось. Обалдеть просто…

Оказавшись в доме, я первым делом осмотрелся на предмет каких-нибудь перемен. Вдруг и здесь на стенах появились мои портреты… Но к счастью, так далеко все не зашло. Внутри Тенедома все осталось без изменений.

— А где Лакри? — спросил я Хорнборна, который, по-моему, застрял в проходе между комнатами. — И чем здесь так воняет?

— Вроде бы из дома не выходила, — ответил гном. — Я в последнее время нечасто сюда захожу. Если еще больше расширить дверные проемы, то это уже будут ворота… К тому же, у меня теперь свой дом есть. Нормальных размеров.

— Сладенький мой, это ты там наверху? — донесся из подвала голос ведьмы. — Мне кажется, я слышала сигнал о твоем пришествии…

Ага… Сейчас мы и поговорим…

Оставив гнома наверху, я быстро спустился в лабораторию Лакримозы и увидел, что ведьма осторожно переливала из небольшой банки что-то коричневое в крохотный пузырек. Вонища в комнате стояла знатная. У меня даже слезы появились от невыносимой рези в глазах.

— Извини, мой милый, не могу тебя встретить лично… — сказала она, не прекращая заниматься своим делом. — Но если я не разолью сейчас все это по пузырькам, то можно считать, что последние полгода я просто бездельничала.

— Фу… Что это за дрянь ты сварила? — сказал я и зажал пальцами нос.

— Здесь много всякого-разного… Хмельников придумал… — ответила она. — Эта штука делает яды более стабильными. Если добавить такое в яд, то противоядие будет практически бессильным. Здорово, правда?

— Ага… Просто отвал башки… — согласился я гнусавым голосом. — Зачем это тебе?

— В хозяйстве все пригодится, сахарочек. Была бы у меня эта жидкость лет на сто раньше, то цены бы ей не было. Столько неприятностей можно было бы избежать… Я назову это Эликсиром Раскаяния! — торжественно сообщила Лакри. — Красиво, правда?

— Слушай, ты не против, если я тебя наверху подожду? — спросил я. — Твой Эликсир Раскаяния воняет просто омерзительно.

— Ты прав, попахивает немного… — согласилась ведьма. — Нужно будет попросить Хмельникова, чтобы он добился чего-нибудь более нейтрального…

Тем временем я поднялся наверх и сел на стул, чтобы немного отдышаться. Несколько раз глубоко вдохнул, посмотрел на радостного гнома, который по-прежнему торчал в дверном проеме и вдруг заметил, что мешок со сладостями куда-то пропал…

— Хорнборн, ты случайно не видел куда делся мешок, который ты притащил?

— Бормот? — услышал я знакомый голос из-под стола.

— Ну вот, — хохотнул Дориан. — А ты говорил Бормотуну этого минут на двадцать хватит… За минуту управился. Причем вместе с мешком.

Глава 11

Это был, наверное, первый раз, когда я видел Бормотуна таким счастливым. Даже когда он слопал Ибрагима, он радовался меньше, чем сейчас. С довольным видом он развалился под столом и издавал звуки, отдаленно похожие на кошачье урчание. Только в его исполнении это было гораздо громче.

Я наклонился и похлопал его по толстому животу, мысленно радуясь тому, что не оставил рядом с мешком свой рюкзак. Нет никаких сомнений, что он бы и его сожрал вместе со всем содержимым. Пришлось бы потом заставлять его возвращать артефакт для Лакримозы…

К тому моменту, когда она освободилась, я успел проверить Книгу Тысячи Мест и с сожалением обнаружить, что пока еще ей нечего было предложить нам с Дорианом. Однако новая картинка к этому времени была видна немного четче. Хотя все равно еще слишком слабо. Нельзя было даже прочитать название следующего демонического владения.

— Ты где, сладенький мой? — наконец услышал я голос Лакри и спустился вниз.

Хорнборна там уже не было. Он смог освободиться из дверного проема, обошел дом и теперь смотрел на нас через открытое окно в гостиной.

Снизу еще немного тянуло Эликсиром Раскаяния, но запах стал намного слабее. По крайней мере, можно было нормально разговаривать, не опасаясь свалиться в обморок.

— Не переживай, сейчас все будет нормально, — успокоила меня Лакри. — Он быстро выветривается. Съешь чего-нибудь? У меня есть мясной пирог с луком.

— Бормот? — спросил из-под стола Бормотун.

— Ты обойдешься, — отмахнулась от него ведьма. — И так уже весь дом обожрал, зараза серая.

— Я тоже воздержусь, — сказал я, решив, что лучше будет перекусить, когда в доме воздух будет почище.

— В таком случае, можем выйти на свежий воздух, — предложила Лакримоза. — Только мне нужно будет переодеться и снять с себя рабочую одежду.

— Нет, давай лучше здесь поговорим. Мне тут как-то спокойнее, — в этот момент из открытого окна донесся громкий протяжный звук. Что-то такое очень знакомое… — Лакри, только не говори мне, что сейчас звонит колокол.

— Именно он, — кивнула она. — Это подарок Танутамона. Тебе нравится? Между прочим, он звонит в твою честь, мой милый. Первый раз, с тех пор как появился в Тенедоме.

— Это я уже понял, — сказал я и посмотрел на гнома, который светился от радости. — Хорнборн уже рассказал мне о некоторых изменениях, которые здесь произошли. Хотя кое о чем я догадался сам, когда услышал вопли того странного человека, который чуть заикой меня не сделал своими криками. Кстати, он говорил о какой-то госпоже… Ты случайно не знаешь, кого именно имел в виду этот парень?

— Меня, разумеется, кого же еще, — пожала плечами ведьма и поправила свое декольте, которое на ее рабочем халате было не таким глубоким как на остальных нарядах. — Ненаглядный мой, почему мне сейчас кажется, что тебе это все не нравится?

— Потому что это так и есть! Эти придурки построили в честь меня храм и приносят мне дары! — возмущенно воскликнул я. — Такое ощущение, что я какой-то идол!

— Между прочим, это моя идея, — проворковала она. — Чем большее распространение в их мире получают эликсиры — тем известнее становится имя Спасителя, котик. А после того, как произошел первый выпуск моих милых ведьмочек, которые разлетелись по Лаламуру и Бабашу, ты стал известен там даже детям.

— Как кто? — непонимающе уставился я на нее.

— Как Спаситель, который принес в их мир жидкую магию, само собой, — пожала плечами ведьма, как будто это было вполне очевидно. — Они стали меньше болеть, научились травить друг друга, лечиться противоядием и еще много всяких других вещей, которые раньше не умели. Как-то Джабар с Шапуром поделились со мной этой новостью и грех было этим не воспользоваться. Всего-то и нужно было лишь немного усилить их любовь к тебе. Что-то подправить, где-то надавить…

Лакри замолчала, посмотрела на меня и сложила губы бантиком.

— У тебя такая милая мордашка, когда ты злишься… — проворковала она и я почувствовал, что ведьма подключила свои чары, которые начали обволакивать мой разум. — Кстати, это очень хорошо отразилось на торговле, а в качестве даров они приносят драгоценные камни… У меня их уже целый сундук в подвале…

— Почему драгоценные камни? — спросил я и поставил Барьер, защищаясь от ее обаяния. Этому научил меня Дориан, когда я понял, что не всегда хочу находиться от нее в полном восторге.

— Потому как я сказала, что это твой любимый дар, — ответила она. — Это ведь лучше, чем золото, разве нет?

— Угу… Понятно… Что ты еще придумала? — спросил я, и ведьма начала рассказывать.

Как оказалось, она крепко взялась за дело и сделала очень много. Мало того, что у меня появился собственный храм в Тенедоме, подобные сооружения должны были появиться в каждом мало-мальски значительном городе Бабаша и Лаламура.

Мой портрет теперь считался чудотворным и его можно было прикладывать к разным больным местам. Как к этому относиться, я еще окончательно не решил, но Дориан просто укатывался со смеху. Вот только мне почему-то было не смешно. Как-то все это было слишком необычно.

Я смотрел на Лакримозу и в какой-то момент мне показалось, что не все так гладко, как она говорит. Уж слишком часто мне приходилось ставить Барьер против чар, которыми она пытались меня околдовать.

— По-моему, ты мне что-то не договариваешь… — сказал я. — Ты же мне не врешь? Мы ведь доверяем друг другу…

— Конечно не вру! Как ты мог такое подумать? — ответила она. — Просто я еще не договорила…

Вот, оно самое! Похоже сейчас будет что-то интересное.

— На самом деле, это была не только моя идея… — сказала она и в этот момент ее лицо стало невинным, как у ребенка. Не знаю, как она это умудрялась проворачивать. — Когда Джабар и Шапур принесли мне эту новость, мы немного ее доработали совместно… Так, чтобы всем было выгодно, понимаешь?

— Понимаю, продолжай… — кивнул я.

— В общем, теперь у нас есть план построить рядом с «Ведьминым котлом» еще одно здание… Что-то типа жреческой школы… — сказала Лакри. — Ну просто в храмах же должен кто-то работать, а их всех нужно учить, чтобы все везде было одинаково, по правилам… При условии, что ты не будешь против, разумеется…

Вот это новость, так новость. Конечно же, сама Лакримоза не смогла бы это все придумать. Это ушлые мудрецы сразу поняли, где можно заработать денег на собственных подданых. При помощи меня, понятное дело. Ну и как это называется?

— Просто бизнес, Макс, как еще? — сказал Дориан. — По сути, то же самое, как твоя идея с продажей эликсиров и обучением ведьм, только немного сбоку. Если у них там уже есть храмы, почему бы не появиться еще одному?

— В мою честь? — мысленно спросил я у него.

— Почему бы и нет? Ты же для них правда Спаситель. Лакри права, кто как не ты принес в их мир жидкую магию? Мне кажется, тебе нужно посмотреть на это дело с другой стороны, — дал совет Мор, который редко упускал возможность заработать. — К тому же, драгоценных камней много не бывает… Кстати, ты заметил, насколько изящное решение? Камни ведь и правда лучше золота.

— В практичности Лакримозы я не сомневался, — ответил я. — Мне иногда кажется, вы с ней прямо как брат и сестра.

Кстати, насчет драгоценных камней…

— Лакри, мне нужно увидеться с Джабаром, — сказал я.

— Хочешь, чтобы мы все вместе обсудили эту идею? — с надеждой спросила ведьма. — Тогда было бы справедливо пригласить еще и Шапура. Большая часть идей исходила от него.

— Это еще успеется… Соберемся, после того как я все обдумаю. Пока я еще ничего не решил, — сказал я. — Может быть, я вообще запрещу все эти храмы, которые понастроили без моего разрешения.

— И очень неправильно сделаешь… — заступился за нее Дориан. — Послушай моего совета, не руби сгоряча. Переспи с этой мыслью, а потом уже будешь решать — запрещать их или нет.

Это был тот редкий момент, когда ведьма решила промолчать. Надо же, оказывается бывает и такое. Надо будет записать на чем-нибудь день, когда это случилось.

— У меня с Джабаром свои дела, — я посмотрел на ведьму, а затем на гнома, который внимательно слушал наш разговор, продолжая при этом улыбаться как ни в чем ни бывало. Его радовал сам факт моего присутствия, а всякие храмы мало интересовали.

— Хорнборн, милый, сходи в представительство Бабаша и сообщи им, что Спаситель хочет видеть Джабара, — попросила его ведьма

— И скажи им, чтобы перестали звонить! Голова трещать начинает! — сказал я ему и он тут же исчез.

— Ты злишься, сладенький мой? — вновь взялась за свое Лакри. — Но я ведь ради нашего общего блага старалась. Разве мне нужны эти драгоценные камни?

— Только не говори, что не нужны… — нахмурился я.

— Разве что совсем немного… Там есть несколько, которые мне приглянулись…

Я лишь покачал головой и пошел искать Хмельникова. Вот что с ней делать? Стоит оставить одну, как тут же что-то придумает. Нет, однозначно нужно почаще сюда наведываться. Время как быстро летит, уже и первый выпуск в школе ведьм был, надо же!

Как я и ожидал, Андромед был в своей лаборатории в «Ведьмином Котле». Бедолага сильно расстроился из-за того, что я не привез ему компонентов, но после того, как я пообещал ему в ближайшее время притащить целую гору, немного успокоился.

Стоило мне достать из рюкзака его записи, алхимик и вовсе позабыл об этом. Его теперь больше интересовали эликсиры. Какие из них я уже сделал и что из этого вышло. Порадовать Хмельникова мне пока было нечем, но его устроило и то, что я очень серьезно отнесся к его разработкам.

Алхимику было приятно узнать, что его опыты с местными компонентами не пройдут даром, и я намеревался использовать их при производстве наших фирменных эликсиров. Кроме того, хотел наладить производство омолаживающих мазей из синего мха. Оставалось только продумать механизм бесперебойных поставок компонентов из Тенедома в наш мир.

Но я думаю, это будет не самым сложным вопросом. Учитывая способности Лакри, в которых я убедился в очередной раз, стоило ей поставить такую задачу, как компонентов у нас будет хоть отбавляй. Даже больше, чем нужно.

Хмельников очень досадовал на то, что не может физически помочь в реализации моих планов, но я убедил его, что в этом нет никакой необходимости. Гораздо полезнее он будет здесь, в Тенедоме. Пусть только не забывает мне говорить, если ему вдруг понадобится какое-нибудь оборудование, которого здесь нет.

Ну а напоследок мы с ним обсудили один мой личный вопрос, который касался братьев Лизуновых. Нужно было все сделать очень тонко. Я ведь не хотел их прикончить, а всего лишь проучить как следует, чтобы в следующий раз при упоминании моей фамилии у них руки трястись начинали.

Пока мы разговаривали с Андромедом, я и не заметил, что прошло так много времени, и когда вышел из «Ведьминого Котла», уже смеркалось, а перед школой ведьм в ожидании меня собралась небольшая делегация. Мои наставники, Джабар, Хорнборн под руку с Нарциссой… И отряд учениц из нового набора, которые начали радостно аплодировать, как только я оказался в школьном дворе.

В этот момент я почувстовал себя какой-то знаменитостью, которой нигде не давали прохода и хлопали в ладоши, стоило мне просто зевнуть. Никогда не думал, что могу устать от всеобщего внимания и больше всего мне сейчас хотелось оказаться в тишине.

Я посмотрел на Хорнборна и гном все понял по моему взгляду. Как огромный ледокол он подошел ко мне, рассекая толпу, и потащил меня к воротам «Ведьминого Котла», а как только мы вышли оттуда, направился к реке.

Было там одно местечко, где мы с ним часто любили сидеть, когда я только начал приходить в Тенедом. Точнее это было его место. Это гном однажды привел меня туда. Кроме меня и Хорнборна о нем знал только Бормотун.

Раньше мне казалось, что оно совсем рядом от моего дома, но сегодня мы топали туда довольно долго. За это время гном рассказал мне о своей новой жизни с Нарциссой… О том, что у них появились двухголовые козы редкой породы, которых ему подарил лично Тахос Проклятый в один из своих визитов, а также сообщил новость, о которой пока знать буду только я… Через несколько месяцев у Хорнборна появится наследник…

— Да ладно! — закричали мы одновременно с Дорианом.

— Угу… — шмыгнул носом гном и вытер огромной лапой слезы со своего лица. — Макс-Дориан, представляешь… У меня будет сын…

Мы с ним обнялись, и я похлопал его по могучей спине. Звук при этом был такой, как будто я бухал в большущий барабан.

— Сын… — всхлипнул он над моим ухом. — Представляешь… Я даже уже и имя ему придумал… Его будут звать Совнборн, сын Хорнборна! Классно, правда?

— Правда… — ответил я, похлопывая его по спине. — А вдруг дочь? Как будут звать ее?

В этот момент гном затих. Мне почему-то показалось, что такой вариант он даже не рассматривал. Он отстранился и с тревогой посмотрел на меня.

— В смысле, дочь, Макс-Дориан? — удивленно спросил он.

— Ну я просто предположил… Такое ведь может быть? — осторожно спросил я.

— Хм… — вот и все, что сказал гном и задумчиво потопал к нашему месту.

Я шел следом за ним, на всякий случай молча, не мешая ему размышлять. Мало ли… Мне совсем не хотелось разозлить Хорнборна. Достаточно было того, что однажды я уже прятался от него на дереве и второй раз это повторять у меня никакого желания не было.

В молчании мы пришли к реке, уселись на траву и стали смотреть на воду, в плавном течении которой отражалась луна. Где-то совсем рядом стрекотал сверчок. Гном по-прежнему обдумывал мысль, которую я закинул в его большую бородатую голову, а я просто наслаждался этим прекрасным вечером, понемногу успокаиваясь и приводя свои мысли в порядок.

— Нет, Макс-Дориан, будет мальчик, — примерно через час сказал гном. — Совнборн, сын Хорнборна.

— Бормот, — подтвердил Бормотун, который, оказывается, тоже был где-то рядом.

Ну сын так сын, настаивать на том, что может быть иначе, я не стал. Зачем портить такой вечер забегом к ближайшему дереву? Я думаю, второй раз версии о девочке мне гном не простит.

* * *

Школа магии «Китеж».

Жилой блок учеников.

Комната Шуйского.

Княжич Михаил Шуйский вдруг открыл глаза и посмотрел на часы, которые показывали, что через пять минут будет четыре часа утра.

Ровно десять часов прошло с того момента, как его отпустили из медицинского блока, так и не найдя никаких причин для того, чтобы он находился там дальше. Как и объяснений тому, что это с ним такое было. Утром в столовой, затем странное поведение на уроке по теории предсказаний…

Мишка закрыл глаза и натянул одеяло до самого подбородка. Давно он не чувствовал себя таким идиотом. Надо же, выставить себя полным придурком при всем классе! Да что там, при всей школе! Интересно, кто это так подшутил над ним?

Темников? Нарышкин? Медников? Орловский? Нет, так он никогда не угадает. Фамилии можно было перебирать бесконечно. В «Китеже» было слишком много разных уродов, которых он терпеть не мог и постоянно доставал чем мог.

Долбаная школа! Почему отец считает, что учителя в темных классах здесь лучше, чем в «Тирличе»? Все его друзья учатся там, а он…

В этот момент его вдруг осенила гениальная мысль! Шуйский рывком сбросил с себя одеяло и посмотрел на часы. Пятнадцать минут пятого! Ну конечно, самое время рассказать этой дуре Бирюковой, что она абсолютно не соображает в предсказаниях!

Тем более, что он намерен открыть перед ней новый способ гадания, который только что пришел ему в голову — гадание на колорадских жуках! Ну конечно же! Как это раньше не пришло ему в голову⁈ Сейчас он выскажет ей все, что думает про ее отсталые методы! Старая мымра!

С этой мыслью Мишка выскочил из своей комнаты, даже не успев как следует одеться. В одном ботинке… Без носков… В куртке, но без штанов…

Впрочем, его это не очень сильно заботило. Могучая идея, которой нужно срочно поделиться с Евой Денисовной, вот что сейчас было важнее всего!

Глава 12

Есть все-таки нечто такое, отчего в Тенедоме я всегда высыпался лучше, чем в своем мире. Нет, дело не в том, что ночь здесь всегда длиннее дня, причем намного. Здесь что-то другое…

Сам воздух в этом измерении был пропитан какой-то незнакомой мне энергией, присутствие которой я в полной мере ощущал, но понятия не имел как ее можно использовать. Дориан, кстати говоря, тоже говорил мне об этом.

В те времена, когда он мог приходить сюда, он испытывал схожие чувства и также как и я не мог найти применение этой энергии. Надеюсь, наступит момент, когда я разберусь с этим вопросом.

Кстати говоря, как раз из-за того, что ночь в Тенедоме необычайно длинная, почти половину времени я не спал. Мы с Дорианом раздумывали как лучше всего поступить с идеей Лакримозы и наших иноземных умников, которую они придумали. Сама затея неплоха, вот только нужно придумать как правильно ее оформить…

Лакримоза разбудила меня ранним утром, как я ее и просил. Я хотел использовать время, проведенное в Тенедоме, на полную катушку, поэтому дрыхнуть до обеда это было бы верхом расточительства.

К этому моменту ведьма уже успела испечь пирог к завтраку с какими-то местными ягодами, которые она собрала в лесу ранним утром. При этом она облачилась в один из своих любимых нарядов, против которого никакой Барьер не работал, и все утро ворковала как будто не было вчера напряженного разговора между нами.

Кстати, зная ее, я был абсолютно уверен, что она ведет себя так именно потому, что он состоялся. Сто процентов она хотела к нему вернуться, но немного позже. После того, как я немного привыкну к новой информации. Мор придерживался точно такой же точки зрения и советовал мне потомить ее до завтра.

Но я ее пожалел… Все-таки встала рано утром, не поленилась, позаботилась о том, чтобы я вкусно позавтракал, да и вообще… Она же хотела как лучше. Со своим интересом, конечно же, но сути дела это не меняет.

— Спасибо за пирог, — поблагодарил я ее, когда покончил с едой. — Пальчики оближешь!

Он и правда был просто шикарным. Причем ягода с необычным вкусом, который мне очень нравился. Это, как если бы смешать малину, клубнику и черную смородину. Малиничная клубникородина получается. Причем ягоды размером с небольшой абрикос и без косточек. Ну не прелесть?

— Не за что, сладенький мой, — проворковала она, вновь начиная вплетать чары в свой бархатный голосок. — Я надеюсь, ты не передумал и останешься здесь до завтра? Хочу приготовить тебе на обед что-нибудь вкусненькое.

— Нет, до завтрашнего обеда останусь точно, а там видно будет. Может быть, даже и до вечера задержусь. Посмотрим, как будет складываться, — ответил я. — Кстати, что там с Джабаром? Удалось его вытащить из Бабаша?

— Он еще вчера был здесь, — сказала ведьма. — Я не могла тебя найти, чтобы сказать об этом. Даже не думала, что здесь есть места, в которых от меня можно спрятаться. Но ты такое, похоже, нашел, да, мой милый?

Нет, Лакри неисправима… Даже сейчас она пытается выведать, где это я пропадал вчера до позднего вечера вместе с Хорнборном. Кстати, нужно будет сказать гному о том, чтобы он помалкивал и держал язык за зубами. Иначе она у него все узнает, он ведь никаким Барьером пользоваться не умеет, а иначе как перед ней устоять?

Я бы расстроился, если бы она узнала о моем секретном месте, которое, кстати говоря, когда-то являлось таким и для Дориана. Не то чтобы я в чем-то не доверял ведьме или что-то такое. Просто хотелось иметь возможность сделать так, чтобы меня никто не мог найти, и я получил возможность отдохнуть от всего и спокойно собраться с мыслями. Вот как вчера, например. Ну и так, на всякий случай… Мало ли что…

— Лакри, ты можешь сделать так, чтобы к вечеру сюда и Шапур попал? — спросил я, не став отвечать на ее вопрос. — Устроим ужин вчетвером, а заодно поговорим насчет вашей идеи с этими храмами.

— Запросто, сердечко мое, — на лице ведьмы появилась улыбка. — К ужину он будет здесь. Что ты решил, сахарочек?

— Вот вечером и узнаешь, а пока сообщи пожалуйста Джабару, что я буду ждать его в «Ведьмином Котле», — попросил я ее. — Если я сам в представительство Бабаша пойду, они ведь опять колокольный звон на весь Тенедом устроят.

— С удовольствием, золотко, — она наклонилась над столом и вопросительно вскинула бровь. — Может быть, что-нибудь еще?

— Да… — я достал из кармана артефакт, который привез для нее и положил его на стол. — Вот твой браслет, который Полина для тебя идентифицировала… Он называется Черная Роза…

Лакримоза тут же перевела взгляд на браслет и в ее глазах вспыхнули огоньки. Вот теперь она снова была той самой ведьмой, которая разделалась с каргой. Куда девалась ее милая улыбка и нежность?

Вот сейчас она была настоящей, с горящими огнем глазами и хищным лицом… Опасная и непредсказуемая ведьма, которую крайне не рекомендуется иметь среди врагов…

Однако, едва браслет оказался у нее в руках, как огонь в глазах потух, и за одно мгновение Лакри вновь превратилась в красивую женщину, с игривой улыбкой на лице.

— Ты меня балуешь, сладенький мой… — проворковала она, рассматривая Черную Розу. — Что умеет эта прелестная вещица?

— Лазарева сказала, что с его помощью можно стать хозяином сразу нескольких фамильяров… — ответил я. — Там какой-то обряд нужно провести…

— Как мило… Примерно об этом я и подумала, когда снимала его с руки той злобной сучки… Не могли же ее волколаки появиться из ниоткуда, — она надела браслет на руку и осмотрела артефакт с разных сторон. — Красивенький, правда?

— Угу, — кивнул я. Браслет и в самом деле смотрелся на ее руке очень хорошо. Да что там, по правде говоря, Лакримозе вообще очень шли драгоценности, какие не надень.

— Обряд, говоришь? Кажется я понимаю о чем идет речь, — не отрывая взгляда от артефакта сказала ведьма. — Надо будет заняться этим вопросом после твоего отъезда. Я давно себе хотела еще помощника… У меня даже есть один на примете…

Она убрала руку, посмотрела на меня и наградила воздушным поцелуем.

— Спасибо, Максим, ты просто прелесть. Отрезать тебе еще пирога?

— Будет с меня, и так уже два куска съел, — сказал я и встал из-за стола. — Пойду прогуляюсь немного перед встречей с Джабаром.

Лакри начала убирать со стола, а я тем временем решил сходить к реке. В это время возле нее особенно хорошо. Солнце еще не слишком донимает, так что можно насладиться прохладой с реки.

Без особой спешки я шел вдоль берега, любуясь нежным зелено-голубым светом, который в некоторых местах пробивался сквозь толщу воды. Очень крутой эффект давала местная достопримечательность — светящиеся подводные светокамни такого вот необычного оттенка.

Особенно красиво это выглядело в тех местах, где было не слишком глубоко. Тогда еще видно было и водоросли, которые подсвечивали светокамни. Они медленно колыхались под водой, создавая необычную иллюзию того, что это сами водоросли светятся. В темноте это все вообще выглядело фантастически, можно было смотреть хоть всю ночь напролет.

Я и сам не заметил, как вышел на дорожки, вдоль которых были рассажены цветы. Отсюда начиналась территория «Ведьминого Котла». Лавочки для отдыха, на них женские вещи, очень похожие на форму учениц… Стоп! Не понял…

В этот момент я услышал звонкий девичий смех нескольких девчонок. Совсем рядом, прямо за камышами… Это получается они там купаются с утра пораньше, а я…

— А ты за ними подглядываешь, — помог закончить мне мысль Дориан. — Только по правилам это не так делается. Не видно же ничего. Надо затаиться и дождаться пока они из воды на берег выйдут. Так будет намного интереснее.

Я замер на месте, лихорадочно соображая, что делать. Подглядывать я, разумеется, не собирался… Оно случайно как-то так вышло… Таиться я тоже не планировал — не хватало, чтобы меня здесь увидели. Спаситель, который подглядывает за девчонками, такое себе… И что мне сейчас делать? Блин… Зараза такая… Прямо первый раз со мной такое.

— Ну… Если ты окончательно решил не подглядывать и если тебе не интересно… — задумчиво проговорил Мор.

— Причем здесь не интересно? Просто решил не подглядывать, это другое совсем, — мысленно возмутился я и почувствовал, что мое лицо начинает жечь огнем.

— Тогда нужно бежать, — подсказал мой друг. — Причем срочно.

Сказать по правде, я и сам склонялся к такому решению, а тут еще и Мор со мной согласился. Так что я пригнулся пониже, а затем медленно потопал в обратном направлении. Вдруг мне показалось, что смех стал чуть громче, да еще вроде бы камыши зашумели…

В общем, я ускорился, поднялся повыше и припустил вперед. Причем хорошо так ускорился. Настолько хорошо, что даже слышал, как ветер в ушах свистел. А еще слышал как ржет Дориан… Еще бы не слышать… Коняра…

Увидев спасительную башню моей комнаты, я понял, что отбежал достаточно далеко, и теперь мне ничего не угрожает. Резко остановился и наклонился вперед, чтобы немного отдышаться. Мне потребовалось несколько минут, чтобы вновь прийти в норму.

— Я давно тебе говорил, что пробежки по утрам очень полезны для здоровья, — не унимался Мор, который к этому времени уже устал смеяться и издавал какие-то сдавленные писки. — Наконец-то ты прислушался к моему совету…

— Отвали, Дориан… Ничего смешного, между прочим, — сказал я, затем несколько раз глубоко вдохнул, выпрямился, сложил руки за спину и потопал к школе Лакримозы.

При этом я усиленно делал вид, что уже давно так иду. Неспешно. Просто гуляю. А у самого, между тем, сердце продолжало стучать в груди как молот. Я шел к «Ведьминому Котлу» и меня мучил один вопрос — я надеюсь, меня никто не видел возле реки?

— Зря надеешься, — тут же поделился соображениями Мор. — Ты думаешь почему они так смеялись? Ясное дело с тебя!

— Дориан, я же тебе сказал — отвали! — разозлился я на него, а он снова начал ржать. Ну и кто он после этого?

По правде говоря, этот звонкий девичий смех до сих пор у меня в ушах стоял. Но подсознательно я был уверен, что меня никто не видел. Я ведь ничего не видел… Ну, почти ничего, если уж совсем по-честному…

— Ага, ты поэтому и стоял там столбом, так долго убеждая себя в том, что на самом деле ты думаешь над тем, как быть дальше, — не унимался мой друг и начал меня порядком подбешивать!

— Мор! Или ты заткнешься, или я с тобой разговаривать не буду! — пригрозил я ему. — Пять дней не буду! Обещаю!

Дориан затих. Хотя некоторое время я еще слышал его сдавленные смешки, которые продолжали меня нервировать. Но, по крайней мере, он перестал нагло ржать, так что технически можно было сказать, он меня услышал. Неблагодарный…

Пока мы с ним переругивались, я и не заметил, как подошел к школе. Для занятий было еще слишком рано, так что вокруг было необычайно тихо. Я открыл ворота и направился к зданию, поглядывая в сторону реки.

Меньше всего мне сейчас хотелось видеть кого-нибудь из девчонок, которые купались там внизу, поэтому шел я довольно быстро. Мне оставалось сделать всего пару десятков шагов, как вдруг я вновь услышал знакомый смех, а вскоре показались и пятеро девчонок, которые шли с реки. Пришлось вновь перейти на бег…

Я заскочил в здание школы и устремился по коридору в сторону лестницы, которая вела на второй этаж и в кабинет, где я обычно занимался со своими наставниками. Лишь только после того как заскочил в спасительный кабинет и увидел там дожидающегося меня Джабара, я наконец расслабился и почувствовал себя в безопасности.

— Спаситель, — поклонился Джабар. — Рад вас видеть в добром здравии. А я слышу кто-то бегает по коридорам, думал ученицы… Оказывается это вы…

— Испытывал новый вариант заклинания по ускоренному перемещению, — ответил я, стараясь говорить серьезно и не обращать внимание на хрюканье Дориана. — Похоже работает как нужно.

— В который раз убеждаюсь, что небеса не случайно послали вас к нам, — вновь склонил голову Джабар. — Никогда еще в своей жизни мне не приходилось видеть человека, который бы столь ревностно относился к самосовершенствованию. Подумать только, вы продолжаете стремиться к большему, даже когда просто идете по коридору!

— Кхм… Разумеется… — немного смущенно ответил я и сел за стол. — Надеюсь вы порадуете меня хорошими новостями насчет нашего прошлого разговора, и ваши камневики помогут мне стать еще лучше.

В этот момент лицо мудреца из Бабаша приняло весьма скорбный вид, и я понял, что в этом деле появились пока еще неизвестные мне затруднения.

— У вас такое лицо, как будто вы только что проглотили лимон, — сказал я.

— Ах если бы… — в его голосе вдруг появилось столько печали, что я и сам чуть не скривился от накатившей на меня тоски. Нет, все-таки они с Шапуром настоящие таланты. Сразу видно, что не зря занимают места рядом со своими Повелителями.

— Ну ладно, хватит вздыхать, — попросил я его, иначе это могло продолжаться до бесконечности. — Рассказывайте, в чем проблема? Тахос не захотел, чтобы я изучал этот ваш аракт?

— Не совсем… — осторожно ответил Джабар и посмотрел на большую сумку, лежащую на столе, рядом с которым он все это время стоял. — Он не против, чтобы вы изучали аракт. Хотя вы правы, поначалу эта идея ему очень не понравилась. Все-таки это наша тайна, которую мы тщательно храним в секрете. Повелитель даже хотел самолично отрубить мою дурную несчастную голову, после того как узнал, что я самолично рассказал вам об этом.

Мудрец сделал небольшую паузу, будто раздумывал что говорить дальше. В этот момент дверь в кабинет со скрипом приоткрылось и я увидел заспанные лица Асмодея и Йорика. Как только они меня увидели, на их лицах тут же появились радостные улыбки:

— Максим вернулся! — в один голос сказали они.

— Ну хорошо хоть не Спаситель, — проворчал я и посмотрел на своих учителей. — Идите пока, готовьтесь. Дайте нам переговорить с Джабаром с глазу на глаз.

Дверь закрылась и я вновь посмотрел на мудреца.

— Кажется вы говорили, что Тахос хотел вас казнить? — напомнил я ему на чем мы остановились. — Однако, насколько я понимаю, передумал.

— Лишь благодаря вашей мудрости, Спаситель. Я последовал вашему совету и сказал, что вы воспользовались мощным заклинанием, которое сделало меня безвольным червяком, — сказал Джабар. — Находясь в таком состоянии, я выдал вам все наши тайны с потрохами.

— Понятно… Ну и что было дальше?

— Мой Повелитель обдумывал мои слова несколько дней, прежде чем решил, что при всем нашем уважении, мы не можем пустить вас в крепость камневиков, — с прискорбием в голосе сообщил мне мудрец. — Однако… Тахос настолько благодарен вам за все, что вы сделали для Бабаша, что приказал мне передать вам книги, которыми пользуются наши камневики, изучая свою секретную магию.

В этот момент Джабар положил руку на сумку и бережно провел по ней рукой.

— Здесь копии, которые сделаны специально для вас в крепости камневиков. Тахос Проклятый уверен, что если вы получите доступ к этим книгам, то прекрасно справитесь сами… С вашим блистательным умом, который…

— Дайте мне посмотреть какую-нибудь книгу, — прервал я сладкую речь мудреца и протянул руку.

Он вытащил из сумки одну книгу и протянул ее мне. Я пролистал несколько толстых страниц и понял, что они написаны совсем не на том языке, который я разучивал, когда пытался активировать заклинания Асмодея и Йорика. Здесь вообще какие-то точки, закорючки и галочки…

— Они написаны на священном для нас аракте, — пояснил Джабар.

— Угу, я понял…

Я посмотрел на мудреца, который тут же опустил голову вниз, чтобы я не видел его хитрых глаз. Судя по всему, они с Тахосом решили не сдавать мне секрет, о которым я просил. Выдали книги, чтобы я отстал. Думают, что я не справлюсь с этими завитушками и откажусь от своей затеи.

Хрена с два, дорогие мои… Есть у меня один парень, который живет в красивом кубике… Для него любые закорючки на один зуб. По крайней мере, я очень надеюсь, что он справится.

— Спасибо, Джабар, — сказал я и закрыл книгу. — Давайте сюда все остальные книги, я думаю, справлюсь и без ваших камневиков.

Он удивленно раскрыл рот, но смог быстро взять себя в руки.

— Спаситель! Я даже не сомневался, что для вашего великого ума нет задач, с которыми он бы не смог справиться! — в этот момент он посмотрел на деревянный потолок. — Не зря мы решили построить в вашу честь храм!

— Кстати, насчет храма… Приходите-ка сегодня вечером ко мне на ужин… — сказал я и посмотрел на растерянного мудреца. — У меня есть для вас отличное предложение…

Глава 13

Джабар ушел от меня в смешанных чувствах. Интуиция подсказывала мне, что мудрец рассчитывал на другой результат нашего разговора. Я думаю, он был уверен, что я откажусь от своей затеи, и это было бы вполне логично, не будь у меня Люфицера. Разобраться в этих бессмысленных закорючках без учителя было просто невозможно.

Почему-то мне кажется, что теперь Джабар будет думать, что я немного сумасшедший. Иначе объяснить мой поступок было сложно. По крайней мере, что-то такое читалось на его лице, когда он закрывал за собой дверь.

— Не обязательно так, мой мальчик, — сказал Дориан, который к этому времени уже взял себя в руки и перестал безостановочно ржать как идиот. — Еще он может подумать, что ты и в самом деле не совсем обычный парень, и идея выстроить храм в твою честь была очень верной.

Как бы там ни было, но теперь книги были у меня и оставалось только верить в моего демоненка. Надеюсь, хотя бы копии сняты с оригиналов верно, и Тахос с Джабаром не задумали надурить меня таким способом.

— Не думаю, — высказал свое мнение Мор. — Кто знал, как будут развиваться события? Тахос Проклятый хоть и жестокий Повелитель, но явно не безумный.

Я был полностью согласен со своим другом. Учитывая то количество выгоды, которое Бабаш получает от нашего сотрудничества, было глупо так рисковать. Просто он пытается дать мне меньше, чем уже дал, вот и все. Или, как вариант, ждет от меня каких-то новых предложений за возможность обладания новыми знаниями. Не дождется.

Следующие часы я провел в компании моих наставников — Асмодея и Йорика. Они оба расстроились из-за того, что я не привез им никаких новых книг, однако я им пообещал, что в скором времени притащу двойную порцию. Все равно я собирался заскочить сюда, чтобы отдать Хмельникову компоненты, которые ему пообещал.

После этого они воодушевились и Асмодей научил меня новому заклинанию, которое называлось Святой Знак. Он уже давно хотел поделиться им со мной, но думал, что я с ним просто пока не справлюсь. Наставник оказался прав, оно оказалось самым длинным из всех заклинаний, которым он научил меня до этого.

Большую часть проведенного времени в школе я потратил именно на него. Мало того, что оно само по себе было длинным, так еще и последовательность звуков, которые мне нужно было издавать, выглядела дикой какофонией. Как будто кого-то пытают. Отчасти так оно и было, для меня это оказалось еще той пыткой.

Причем сложностей было сразу две. Во-первых, сложное наложение Святого Знака, само собой. Во-вторых, его деактивация, которая была еще сложнее. Нужно было повторить заклинание активации в обратном порядке. Для меня это было непривычно, так что пришлось повозиться еще и с этим.

Однако заклинание само по себе было полезным. Теперь я мог наложить на поверхность знак, который по сути являлся охранным и представлял из себя обычный круг. Максимальный диаметр его был около трех метров, а суть заключалась в том, что всякий наступивший на него одновременно получал множество самых разных негативных воздействий.

Для начала энергетический удар, который наносил повреждения примерно как ослабленный Огненный Шар. Убить не убьет, но с ног свалит однозначно. При этом еще активируется Ужас, Паника и Безнадежность. Ну и чтобы получилось совсем хорошо, по словам Асмодея, все это дело сопровождается адской болью, от которой запросто можно потерять сознание.

Использовать такую штуку в бою будет, конечно, сложно и вряд ли нужно. Скорее оно несет защитную функцию, как и большинство заклинаний, которым учил меня наставник из Лаламура. По его словам, это одна из самых полезных вещей, которые ему приходилось учить в своей жизни.

Ну не знаю… Пока я не был в таком же восхищении как Асмодей. Хотя штука, безусловно, полезная. Мест, где можно было применить его, было достаточно. Тем более, что оно не могло нанести вред самому заклинателю и работало несколько дней.

Для начала я бы ставил такое в своей комнате общежития в «Китеже» каждый раз, когда уезжаю из школы или ложусь спать. Зная, что тебя оберегает такая мощная штука, как-то спокойнее себя чувствуешь.

Затем его запросто можно было использовать в моих приключениях с Лазаревой, когда хочется прикрыть себе спину, или наоборот, запечатать им какой-нибудь проход, который вызывает опасения.

Да что там, я бы и в подземной оранжерее поставил Святой Знак на всякий случай, но это будет сложно. Как объяснить Щекину, что нечего ему там шастать? Неправильно поймет…

И был еще один момент, который мне не очень нравился. Жаль, что заклинание не отличало друзей от врагов и работало против всех, кроме меня. Так бы я его еще и у деда в доме поставил. Причем сразу несколько штук. За воротами, за входными дверями и на всякий случай у нас с Софьей в комнатах по одному.

Ну да ладно, в целом можно сказать, что я был доволен новым заклинанием. Мне уже не терпелось поставить его в своей комнате, перед тем как уложусь спать.

А вот Йорик преподнес мне небольшой сюрприз… Заметив сумку с книгами, наставник хитро прищурился и спросил:

— Все-таки решили попробовать осилить аракт? — удивил он меня своим вопросом. Вообще-то, до этого момента я думал, что это только наши дела с Джабаром.

— Откуда тебе об этом известно? — спросил я.

— Кое-кто спрашивал моего мнения насчет ваших шансов на изучение тайного языка, — сдал мудреца с потрохами мой толстый наставник.

— Угу, понятно, — кивнул я. — Ну и что ты ответил?

— Правду. Никто не сможет изучить его без чужой помощи, — пожал плечами Йорик. — Однако на самом деле считаю, что в вашем случае может быть исключение. Не знаю, как вам это удается, но я никогда еще не видел более талантливого ученика, чем вы, Максим. Вполне может быть, что вы и правда не человек, а неизвестная сущность.

Не знаю, радоваться мне было или огорчаться, но неизвестной сущностью меня еще никто не называл. Какая-то диковатая мысль, если честно…

— Ничего, привыкнешь, — утешил меня Дориан. — Я ведь тоже поначалу не мог понять, почему ты считаешь меня чем-то вроде болячки, которую ты неизвестно где подхватил.

Тем временем мы с Йориком смотрели друг на друга, и в этот момент он удивил меня еще раз.

— Не знаю, что у вас из этого выйдет, но я могу обучить вас очень хорошему заклинанию, — сказал он. — Дастся вам оно просто, а вот если ваши опыты с арактом будут удачными, то заклинание станет для вас очень полезным. Я могу научить вас менять форму камней.

— Драгоценных? — уточнил я, прикидывая в это время степень полезности заклинания.

— Любых. От самых крохотных до внушительных валунов, размером в пару шагов, — ответил он.

О! Вот это уже хорошо. Даже очень хорошо. Изменять форму драгоценных камней это, конечно, очень полезно, но у нас хватает и ювелиров, которые и без меня отлично справятся с этой задачей.

Лично для меня гораздо интереснее была работа с валунами, которые можно двигать. Это же получается, если стена в пару шагов толщиной, значит и в ней можно отверстие проделать? Гм… Любопытно… А как, интересно знать, это заклинание будет работать с обычной кирпичной стеной?

Вопросов, на которые я хотел получить ответы, было много. Даже очень много. Поэтому я решил, что как только вернусь в «Китеж», то сразу же займусь практической стороной дела. Пока, для начала, его следует разучить.

Вот здесь никаких сложностей у меня не возникло. Форма Камня оказалась несложным заклинанием. После пытки Святым Знаком, я выучил его буквально за час.

Из «Ведьминого Котла» я вышел в очень хорошем настроении. Какой полезный денек выдался! Только за одними заклинаниями стоило сюда приехать, а ведь у меня на плече еще и сумка с книгами. Тяжелая, зараза такая… Вот где Хорнборн, когда он так нужен?

Еще я почувстовал, что очень хочу есть. Пока занимался с наставниками, это было как-то не очень ощутимо, но сейчас в моем животе бурлил целый вулкан, который срочно требовал какой-нибудь еды.

Время обеда давным-давно прошло, так что оставалось надеяться на ужин, за которым я намеревался поделиться с Джабаром и Шапуром своим видением затеянного ими проекта.

Кстати, оба они терпеливо дожидались меня около дома, сидя на лавочке рядом с дверью, как бедные родственники. В тот момент, когда я пришел, они как раз что-то горячо обсуждали. Настолько горячо, что если бы я опоздал хотя бы на минуту, то боюсь Джабар отходил бы своего собеседника толстой узловатой палкой, которую он использовал вместо трости.

Завидев меня, они тут же перестали ругаться, а их лица растянулись в приветливых улыбках. Вот жулики…

Из дома тянуло чем-то очень знакомым и вкусным. По-моему, Лакри решила побаловать нас запеченной курицей, которую я очень любил. Тоже лиса еще та, конечно… Видимо совсем не желает, чтобы разговор повернул не туда, куда ей бы хотелось.

— Что за шум, господа мудрецы? — спросил я у них, поставив тяжелую сумку на траву. Все-таки правду говорят, наука — тяжелая штука, даже вспотел весь, пока дошел.

Услышав мой голос, из двери показалась ведьма, которая была одета… Ну, наверное, с ее точки зрения это было черное платье. Причем даже довольно длинное по ее меркам. Вот только почему-то совершенно прозрачное.

Увидев ее, иноземцы тут же потеряли ко мне интерес и уставились на Лакри с раскрытыми ртами. Я думаю, в первую очередь для них и предназначался ее наряд. Я-то ее в разной одежде видел, а вот Шапур с Джабаром, думаю, нет.

— Все-таки умница она у нас, — поделился мыслью Дориан. — Для тебя — курица, для них — платье… Такую умную ведьмочку еще поискать! Не зря я ее выручил в свое время.

— Ну наконец-то, сладенький мой, — обрадовалась мне Лакри и прижала к себе, как будто мы с ней не виделись лет пять. — Ко обеду не пришел, заставил меня поволноваться. Спасибо девчонки принесли весть, что ты в школе до сих пор.

При слове «девчонки» я немного напрягся, но решил, что это просто совпадение и ничего больше. Шапур с Джабаром так и стояли как столбы, не двигаясь с места. Пришлось их подтолкнуть, чтобы они вошли первыми. Гости все-таки…

Первым делом решили поужинать, а потом уже начинать разговор. Точнее это я так решил, все равно кроме меня и Бормотуна никто особо не ел. Лакримоза положила себе одно крылышко, которое мучила весь ужин, мудрецы пялились на ведьму, а я налегал на еду, не забывая подкармливать Бормотуна.

После ужина Лакри заварила ароматный чай из местных трав, а Шапуру с Джабаром предложила пиво, которое делал Хорнборн. Стукнув чашкой по столу чуть сильнее чем следовало, я отвлек внимание мудрецов от прелестей ведьмы и привлек его к себе.

— Значит так, дорогие мои дельцы, — сказал я, затем сделал несколько глотков чая и добавил в него пару ложек меда. — Вчера вечером Лакримоза в общих чертах рассказала мне, что вы тут придумали пока меня не было, и вот что я вам скажу…

Повесив в воздухе многозначительную паузу, я сделал еще несколько глотков чая и удовлетворенно кивнул. Теперь он был сладким как нужно.

— В общем и целом идея мне нравится, — сказал я и мудрецы облегченно вздохнули, а на лице ведьмы промелькнула еле заметная улыбка. — Однако я против формата, который вы придумали. Во-первых, что за это за храм с колоколом и какой-то светящейся чепухой наверху? Во-вторых, про какие-такие портреты мне рассказывала Лакри? Какой болван это придумал?

На несколько минут повисла тишина. Видимо все трое обдумывали полученные вводные и теперь размышляли, как лучше всего повести разговор. Первым начал Шапур.

— С колоколом это моя идея, Спаситель, — признался он. — Чтобы привлекать побольше внимания. Оно так будет лучше.

— А с портретами — моя, — подключился Джабар. — Народ должен видеть кому он преподносит дары. Вот в наших храмах стоят статуи, а в вашем будут портреты. Какая-никакая новинка. Но вы не волнуйтесь, на портрете вы сами на себя не похожи… Глаз у вас два, а не четыре… Рогов тоже нет…

— Нормальные такие новости! Там еще и чудо-юдо какое-то нарисовано? — возмутился я.

— Бормот! — икнул Бормотун и срыгнул какую-то гадость на пол. По-моему, это был кусок от мешка со сладостями, который он сожрал вчера вечером.

— В общем так… — сказал я и допил чай. — Никаких храмов с колоколами не будет. Мне не нравится эта идея. Однако сам факт того, что народ готов приносить дары, это хорошо. Тем более, что чисто технически основание для этого есть — эликсиры у вас появились. Однако в этом не только моя заслуга, но и Лакримозы в том числе. Поэтому я предлагаю заменить храмы на что-то попроще. Может быть, небольшие пирамиды или что-то такое…

Джабар с Шапуром переглянулись и вновь посмотрели на меня. Теперь уже с большим интересом. Еще бы, ведь речь пошла о технической стороне вопроса.

— Мой портрет убрать, а заменить его статуей котелка. Точно такого же, как изображен на эмблеме «Ведьминого Котла», которая прибита к школе, — продолжил я. — Всякую ерунду с поклонами Спасителю тоже ликвидировать. Достаточно будет даров, которые будут оставлять в котелках, ясно?

Мудрецы кивнули, а Лакри налила мне еще одну чашку чая. Она знала, что я его очень люблю. У нас ведь такого нет.

— Но и дары они не должны подносить просто так, — сказал я, накладывая себе меда в чашку. — Как-то это неправильно, когда человек ничего не получает взамен. Мы с Лакри разработаем специально для этого Спасительный Эликсир, который нужно будет выдавать дарителям взамен.

Эту идею мы с Дорианом придумали, решив, что классический Эликсир Бодрости для этого вполне подойдет. Он очень приятный на вкус, поднимает настроение, легко готовится… В общем, куда ни глянь, везде плюсы.

— Математика простая, один дар — один эликсир. Можно даже разносить его по домам и продавать всем желающим, — объяснял я и, судя по улыбкам на лицах мудрецов, им эта идея начинала нравиться. — А вот продавать эти эликсиры и следить за порядком в пирамидах будут те самые люди, для которых вы хотели выстроить новое здание рядом со школой Лакримозы. Только называться они будут не жрецы, а продажники.

— Продажники? — хором спросили Джабар с Шапуром, услышав новое понятие для себя.

— Ну да, это такие люди… В общем, чтобы вам было проще понять, это такие жрецы торговли, — объяснил я. — Их задача будет состоять в том, чтобы каждый человек в Лаламуре и Бабаше не представлял себе жизни без этих полезных эликсиров. Тем более, что они и в самом деле будут оказывать положительное влияние. Вот для их обучения можете выстроить здание, которое вы хотели. Только называться оно будет не школа жрецов, а «Дом Торговли». Понятно?

Мне кажется, было понятно всем. И мудрецам, лица которых светились от счастья, а глаза закатывались вверх от перспектив, которые они себе нарисовали… И Лакримозе, которая довольно улыбалась, явно увидев в этом всем чуть больше, чем Шапур с Джабаром… В плане проницательности у нее был особый дар.

В какой-то момент иноземцы не выдержали и их охватило радостное возбуждение. Они что-то быстро друг другу говорили и шума от них становилось все больше. С каждой минутой идея увлекала их все сильнее. Они уже даже вступили в ожесточенный спор насчет того, как именно должны будут выглядеть будущие пирамиды.

Чтобы их успокоить пришлось вновь стукнуть чашкой по столу.

— Господа, давайте вы об этом потом поругаетесь? — предложил я. — Будет еще лучше, если сделаете несколько проектов, а мы с Лакри потом выберем. А теперь, если ни у кого нет вопросов, то я бы хотел отдохнуть… Давайте детали обсудим потом.

Моего намека оказалось недостаточно, оба остались сидеть на месте. Видимо кое-какие вопросы у них все-таки были.

— Тогда спрашивайте, — разрешил я.

— У меня такой вопрос… — замялся Шапур. — Насчет распределения доходов…

— По справедливости, само собой, как же еще? — сказал я и мудрецы заерзали своими тощими задницами на стульях. — Треть вам, все остальное нам.

Они перестали ерзать и замерли с улыбками на лицах. Видимо они представляли себе справедливость немного иначе.

— Ну а как вы хотели? — пожал я плечами. — Нам же нужно как-то компенсировать издержки. Одна закупка компонентов сколько будет стоить… Цены сейчас ого-го какие высокие… Да и потом: логистика, подготовка продажников, содержание «Дома Торговли», и это еще не говоря о трудозатратах на изготовление… Все это изрядно стоит. Так что все по-честному.

— Мы от твоей щедрости по миру пойдем… — пробурчал хозяйственный Дориан. — Зачем ты им целую треть пообещал? Четверти с головой бы хватило… Даже пятой части… Расточитель малолетний…

Глава 14

Засиделись допоздна. Мудрецы все никак не хотели уходить. Увлеченные раскрывшимися перед ними перспективами, они наперебой делились друг с другом мыслями, спорили и ругались. В конце концов мне это все надоело, и я решил прогуляться перед сном в компании Хорнборна.

Гном — это самая подходящая компания, если хочешь привести свои мысли в порядок. По большей части он любит помалкивать, предпочитая разговору солидное мужское молчание, а если говорит, то в основном по делу.

Сегодня говорил в основном я. Рассказал ему последние новости, и что рядом с «Ведьминым Котлом» вскоре появится «Дом Торговли», в котором будут жить преимущественно мужчины. Этой новости Хорнборн скорее обрадовался. Сказал, что слишком много девчонок в последнее время развелось в «Тенедоме».

Ну и кроме того, обрадовал его еще одним нововведением. На его могучие плечи ложится задача проконтролировать строительство нового здания, и организовать там подсобное хозяйство. Только с таким условием, что ученики «Дома Торговли» сами будут следить за ним.

В задачу гнома входит лишь сделать так, чтобы никто не отлынивал, и в свободное время все занимались делом, точно так же, как и девчонки в «Ведьмином Котле», которым не давала скучать Нарцисса. В общем, Хорнборн назначается управляющим, с возможностью карать провинившихся как ему вздумается. Но без перегибов, само собой.

От последней новости гном повеселел, но через некоторое время его вдруг охватила тревога, что он может не справиться с этим делом. Что поделать, уж такой он есть. Всякое новое дело поначалу его сильно настораживает. Хорнборн долго привыкает к переменам.

Успокоился он лишь после моих слов о том, что уж если Нарцисса с этим справляется, то он точно как-нибудь сладит с этой задачей. Как ни крути, а с девчонками намного сложнее работать.

— Это да… — задумчиво сказал Хорнборн и погрузился в раздумья.

Ну а я оставил его размышлять на нашем месте и потопал в Тенедом, где меня еще ждали сферы силы, которые припасала для меня Лакримоза.

Когда я вернулся, Джабара с Шапуром уже не было. Представляю каких трудов стоило ведьме их выпроводить. Сама она к этому времени уже успела переодеться в более привычную для меня одежду, убрала со стола и скармливала Бормотуну остатки нашего ужина.

Сфер накопилось немало. Не так много, как в прошлый раз, но все равно достаточно для того, чтобы меня после них распирало от количества поглощенной энергии. Чтобы успокоить бурлящие внутри меня энергетические потоки, я решил немного задержаться и выпить еще чая перед сном.

Лакри с удовольствием составила мне компанию. После не самого простого для меня дня и шумного вечера, было очень здорово просто так посидеть в полумраке. Ведьма уловила мое настроение, поэтому разговорами меня не донимала.

Впервые в жизни я проводил свой вечер вот так. Сидя в уютном кресле, сделанном собственными руками Хорнборна, и наслаждаясь необычными запахами Тенедома. Так в кресле я и заснул…

Меня разбудил Бормотун, который возился на кухне в поисках чего-нибудь съестного. Кроме того, что оставила мне на столе ведьма в качестве завтрака, больше ничего не было. Я проснулся в очень подходящий момент, этот серый обжора как раз пытался залезть на стул, чтобы добраться до моего пирога.

Самой Лакримозы уже не было. Как правило, рано утром она уходит на сбор компонентов и возвращается уже к обеду. Сегодня я ее уже вряд ли увижу. Еще вчера вечером я предупредил ее, что сразу после занятий с Дорианом собираюсь уйти. Пора уже было возвращаться домой.

Ничему новому в этот раз Мор меня учить не стал. Вместо этого он решил поработать со мной над усилением мощности тех заклинаний, которыми я уже владел. Это означало, что мне необходимо было проверить каждое из них и посмотреть, как оно будет работать теперь.

Вроде бы ничего сложного, но провозились мы с ним несколько часов. Зато результатом я остался очень доволен. Теперь даже обычные скелеты, которых я призывал, существенно отличались от того, что было прежде. Сейчас они почему-то появлялись в шлемах и железных панцирях. Ржавых, конечно же, но даже такая броня лучше, чем никакой.

То же самое касалось и всего остального. Ауры стали работать в несколько раз эффективнее, Стрела Тьмы теперь разносила в щепки даже самые толстые деревья. Хотя прежде максимум чего мне удавалось добиться — пробить этим заклинанием дерево насквозь. Да и то не такой толщины.

Когда я возвращался обратно в Тенедом, чтобы забрать книги, которые притащил мне Дажабар, заметил, что храм уже разбирают. Вот за это мне мудрецы нравились, что уж тут говорить. По части исполнительности они были на высоте. Хорошо, что я так и не посетил его ни разу и не увидел свой портрет. Рогатый трехглазый Темников, это то еще зрелище… Для людей с очень крепкими нервами…

Первое, что я услышал, когда вновь очутился в своей комнате общежития, настойчивый стук в дверь. Я бросил взгляд на часы, которые показывали семь часов утра, затем спрятал мешок с книгами под кровать и пошел смотреть кто там ко мне ломится.

Оказалось, парочка тех самых дежурных, которые расспрашивали меня насчет мешка. Только теперь еще к ним присоединился Егор Никитич Борисов, наш школьный мастер-смотритель.

— Чем обязан? — спросил я и сделал удивленное лицо.

— Темников, есть информация, что ты нарушаешь правила «Китежа», — сразу взялся за дело Борисов, выйдя на первый план.

— Каким это образом, интересно знать? Вроде бы не стучу, ночами не кричу, с мячом в комнате не играю… — я посмотрел на дежурных и нахмурился, чем заставил их спрятаться за спину мастера-смотрителя.

— Говорят, что ты опасных животных решил разводить… — сказал Егор Никитич и посмотрел мне за спину. — По школьным правилам, этого делать нельзя. Только коты, хомяки и прочая безвредная живность.

А-а… Вот оно что… Вот же два засранца… Все-таки решили настучать про мое позднее возвращение с подозрительным мешком…

— Разреши я проверю, что у тебя и как? — спросил Борисов.

Такое право у мастера-смотрителя было, поэтому я молча отошел в сторону, пропуская его в комнату, а затем захлопнул дверь прямо перед носом у дежурных, которые собрались было идти вслед за ним.

Комната была небольшая, поэтому Егор Никитич справился буквально за пару минут. Это еще с учетом того, что он на всякий случай проверил и ванную.

— Что же они говорили, что крокодилов каких-то припер целый мешок? Вот остолопы… — разочарованно сказал Борисов, затем заглянул под кровать и на его лице появилась радостная улыбка. — Что это там у тебя такое?

— Мешок.

— А что в мешке? — прищурился мастер-смотритель.

— Книги, — ответил я, затем вытащил мешок и показал его содержимое.

— Первый раз вижу, чтобы книги в мешке под кроватью хранили… — разочарованно сказал он. — Полки же есть… Да еще старые какие-то все… Это что, гримуары?

— Типа того, изучаю древние манускрипты в свободное время, — ответил я и взял в руки пару верхних книг. — Вот это, например, эльфийско-гоблинский разговорник. А вот это, большой справочник драконьих матерных слов на языке первых людей.

Борисов удивленно посмотрел на меня, переваривая услышанное, а затем посмотрел на книги и спросил:

— Какие эльфо-драконы с гоблинами? Шутишь?

— А какие могут быть крокодилы, Егор Никитич? — спросил я и сложил книги обратно. — Я им ничего такого не говорил, что за детский сад? Просто они над вами подшутили, вот и все. Сами знаете, как оно бывает… Меня ведь не особо любят в школе, вот они и решили мне утро испортить с вашей помощью.

Обдумав мои слова, мастер-смотритель нахмурился и недовольно посмотрел на дверь, за которой дожидались его дежурные. Видимо, моя мысль показалась ему логичней, чем крокодилы.

— Всего доброго, Темников, — растерянно кивнул он. — Извини за вторжение.

Едва за ним закрылась дверь, как в коридоре послышалась какая-то возня. Затем недовольный голос Борисова, который угрожал этим засранцам докладной запиской и неуверенные извинения. Все это меня вполне устроило. Можно сказать, что пятница началась удачно.

Однако одной докладной будет маловато. Надо будет им еще ночью пару сюрпризов устроить в виде снов, которые они надолго запомнят. Чтобы в будущем мысли глупые в головы не лезли.

Я постучал по Шкатулке Люфицера и позвал демоненка:

— Люфик, хватит спать, пришло время немного поработать.

— Тц… На самом интересном месте! Желтый снег тебе в холодильник! — запищал он. — Стоило дождаться первого нормального сна за последний месяц, как тебя сразу будят! Ну что ты за вампир теплокровный?

— Не бурчи, у меня для тебя сюрприз, — сказал я, затем взял книгу и протянул ему. — Там столько работы тебя ждет, просто разжиреешь от вдохновения! Вот, смотри-ка…

— Ты чего так долго не приходил, чайник бритый? — пробурчал он, но книгу все-таки взял.

— Прикольно! — хохотнул Дориан. — Ты не против, если я тебя так тоже иногда буду называть?

— Перебьешься, — мысленно ответил я ему, приходя в себя после эпитета, которым наградил меня демоненок. Зараза мелкая…

— Что тут у нас… — тем временем пищал Люфицер из своего квадратного домика. — Ага… Как интересно… Ты где это взял, тапок пушистый?

— Места знать надо, — ответил я. — А почему спрашиваешь?

— Потому, что это — аракт. Один из языков, которыми пользуются мои родственники, — ответил он. — Ты что, спер ее у демона хаоса?

— Вообще-то нет, — сказал я, раздумывая над словами Люфика.

Если верить демоненку, выходит, что аракт — это язык демонов, правильно я его понял? Если так, то получается я буду пытаться разучить язык демонов? Хмм… Эта мысль была настолько необычной, что мне понадобилось немного времени, чтобы ее переварить.

— Ну что здесь такого? — спросил Мор. — Не вижу никаких причин вот так удивляться. Ну язык демонов, и что с того? Тем более, что сам язык ты вряд ли разучишь. Скорее некоторые слова на нем. Я когда-то тоже хотел его выучить, когда увлекался их призывом. Только буквы в моих книгах выглядели чуть иначе.

— Тебе-то зачем это понадобилось?

— Как это? — удивился мой друг. — Бывает призовешь их штуки три, а они между собой что-то обсуждать начинают. Вдруг они про меня какую-нибудь хреновину замышляют?

— Что-то раньше ты мне не рассказывал, что у тебя подобные увлечения были… — сказал я.

— Так я и сейчас об этом ничего не рассказываю. Рано тебе еще знать о таких вещах, а то ты мне тут понавызываешь… — пробурчал Дориан. — Я просто сказал, что не будет ничего плохого в том, что ты разучишь один из языков этих тварей.

— А где ты ее тогда взял, если не спер? — отвлек меня от разговора Люфик.

— Один добрый человек подарил, чтобы я тайным знанием овладел, — сказал я. — Я хочу научиться будить энергию камней после этого. С твоей помощью, само собой.

— Не получится, барабан квадратный… — пропищал он. — С одной книгой не выйдет ничего. Надеюсь, тебе этот добрый человек не за деньги ее подарил? Если за деньги, то он тебя обманул, хозяин. Я бы на твоем месте казнил его жуткой казнью, огонь лягушачий.

— Так у меня она не одна, он мне целый мешок подарил, — сказал я и поднял мешок с пола. — Вот, держи.

На этот раз из кубика вылезли сразу две синие ручонки и с легкостью подхватили мешок, как будто он и не весил ничего. Вскоре послышался шелест страниц, а затем удивленный возглас демоненка:

— Вот это уже кое-что! С этим материалом можно работать! Но все-таки, я думаю, что ты это все где-то спер… Такой материал просто так на дороге не валяется…

— Просто знакомые разные бывают, — ответил я и щелкнул по Шкатулке. — Ты кто такой, чтобы сомневаться в словах хозяина? Какая тебе вообще разница где я их взял⁈

— Ну ладно, я понял, больше не буду, — жалобно пискнул он. — Верно ты говоришь, добыл и добыл… Теперь объясни толком — от меня-то ты чего хочешь? Педагог с меня так себе, если что… Я понимать понимаю, а объяснять не очень умею. Не смогу я тебя языку выучить.

— Значит и не учи. Дался мне ваш язык, как ежу футболка. Я же тебе нормальным языком объясняю — мне знания нужны, а не язык, — объяснил я ему. — Просто перепиши это все в таком виде, чтобы я понял. Транскрипция и все-такое… Кто у нас гений, в конце концов, ты или я? Вот и отрабатывай свое высокое звание.

— Легко сказать — просто перепиши… Павлин голозадый… — задумчиво пробормотал Люфицер. — Здесь хорошенько подумать нужно, обмозговать… Ладно, что-нибудь придумаем.

— Совсем другой разговор, — сменил я гнев на милость. — Когда работу сдашь?

— Трудно сказать… — пискнул он. — Зайди на недельке, а там видно будет…

— Ты давай особо не затягивай. Может быть, тебе для энтузиазма принести что-нибудь? — сменил я гнев на милость и вспомнил, что давно уже обещал Люфику чего-нибудь вкусненького.

— Слушай, хозяин, мне бы демоницу какую-нибудь в помощь, а? — с надеждой в голосе пропищал он. — Она бы мне тут по хозяйству помогала, пока я работой занят. Так дело бы быстрее пошло, ясен-пень!

— Где я тебе ее достану? — удивленно спросил я. — У нас тут, знаешь, демоницы по улицам не бегают за между прочим.

— Так призови, какие проблемы? Я могу помочь, если что, — оживился Люфик. — Была у меня одна на примете… Такая… С большой… Красивая в общем.

— Обойдешься, в моем мире демонология не в особом почете, — огорчил я его. — За эти дела можно и по ушам получить. Еще какие-нибудь пожелания будут?

— А как насчет четырехдневной рабочей недели? — спросил демоненок. — Как вариант, тоже сойдет.

— Все, пока, — сказал я и еще раз щелкнул по Шкатулке. — Заскочу на недельке.

Мне уже пора было выходить, если я не хотел опоздать на первый урок. Тем более, что перед этим я собирался не только позавтракать, но еще и успеть навестить Бродягу, о котором думал все эти дни. Больше всего мне хотелось увидеть, что Рябинина справилась, и с моим дубом все в порядке.

Накинув на голову капюшон школьного плаща, я хлюпал по лужам, а по мне лупили тяжелые дождевые капли. Давненько нас не заливал такой сильный ливень. Школьные дорожки напоминали реки, а газон вообще превратился в непролазное болото. Ноги то и дело разъезжались в разные стороны и утопали в грязи по щиколотку, но по-другому к озеру не попасть. Не было к нему дорожек.

Еще на подходе я понял, что Бродяга явно пошел на поправку. Начать хотя бы с того, что на прежнем месте его не было, и дуб перебрался поближе к беседке, из которой мы с Нарышкиным любили наблюдать за озером. Рядом с ним сидел и Борис, а под ногами конструкта уселась целая стая уток, которые громко что-то обсуждали.

Обрадовавшись, я ускорил шаг и вскоре уже был возле Бродяги. Мои ожидания оправдались, он был в полном порядке! Все-таки Рябинина молодец, знает свое дело. Сказала, что за два дня сможет вылечить его, и вот тебе пожалуйста.

— Баррум… Бам-бам! — обрадовался мне Борис. — Бродяга бада-бада-бум! Бамс!

От его громкого голоса утки с возмущенным кряканьем разлетелись в разные стороны. Оказалось, еще точно такая же по размерам стая отсиживалась и в беседке.

— Как же я рад тебя видеть! — говорил я дубу, пока он обнимал меня своими ветвями.

В какой-то момент мне даже показалось, что он стал еще выше и шире, после лечения. Или это просто в тот момент он настолько хреново выглядел, что создается впечатление будто он подрос?

Было и еще кое-что… Я гладил его руками по мокрой коре и вдруг явно ощутил теплоту, которой раньше не чувствовал. Легкое покалывание, как будто по моим ладоням били крохотные молнии. Это что-то новенькое.

Стоп… Погодите-ка… Может быть, своими заклинаниями Рябинина не только вылечила его, а случилось нечто большее?

— Дориан, как думаешь, могло так случиться, чтобы наш Бродяга стал живодревом? — спросил я у него.

— Вообще-то, я в таких заклинаниях не очень силен, — задумчиво ответил Мор. — Если чисто теоретически, то почему бы и нет? Мне кажется, не будет ничего страшного, если ты прямо спросишь об этом у преподавателя. Она мне показалась толковой девчонкой, не думаю, что она отправит тебя на отработку за это.

Да, именно так я и поступлю. Найду сегодня в течение дня Яну Владимировну и расспрошу ее. С этой мыслью я попрощался с Бродягой, а вот конструкт подхватил меня на руки и потопал к главному корпусу. Видимо как-то понял, что если я буду идти сам, то могу остаться без завтрака. Я сидел у него на плече и несмотря на ливень, который поливал нас с Борисом, улыбался во весь рот.

Два хороших события за одно утро! Давненько со мной такого не случалось! Однако, это оказалось еще не все. День принес мне еще один приятный сюрприз — я не увидел Шуйского за его столом! Надо же, я и забыл совсем, что приготовил для него ночное приключение.

— Привет, Макс, ты что, в канаву по пути свалился? — спросил меня Лешка. — Мокрый весь. Тебя хоть выжимай. Я тебе сырников взял с клубничным вареньем. Ты пока проснешься, все разберут.

— Да меня с утра Борисов навестил с дежурной сменой студентов, — сказал я, затем наколол на вилку сырник и начал его купать в блюдце с вареньем.

— С какой это радости? — округлил глаза княжич.

— Черт его знает, — пожал я плечами. — Я тоже толком не понял. Крокодилов каких-то искали.

— Каких крокодилов? — не понял Нарышкин.

— Розовых вроде бы, — ответил я и откусил половину сырника.

— А-а… — протянул Лешка, затем посмотрел по сторонам и протянул в мою сторону бумажку. — Сегодня вечером сбор Змеиного Ордена. Наверное, будем нового главу выбирать.

Стараясь не привлекать внимания, я развернул записку и прочитал текст:

«Полный сбор З. О. Девять вечера, известное место».

— Известное место, это старая конюшня, что ли? — спросил я и сунул бумажку в карман.

— Наверное, где же еще? — пожал плечами княжич. — Первый раз за все время всех ребят из Ордена увидим. Интересно, да?

— Ага, любопытно, — кивнул я и сунул в рот вторую половину сырника. — Кстати, а где Шуйский, ты случайно не знаешь?

— В медицинском блоке вроде бы, — ответил княжич. — Говорят у него ночью опять приступ был. Вроде бы всю ночь его по парку охранники ловили. Я как раз у тебя хотел спросить, что там с ним приключилось, или ты тоже не в курсе?

— Эх, жаль я пропустил такое зрелище, — вздохнул я и наколол второй сырник. — Я бы посмотрел на этот забег. Кстати, он ведь еще ночью к Бабе-Яге наведался со своей новой теорией по предсказаниям. Хочешь расскажу? Тебе понравится…

Глава 15

Нарышкину моя идея с колорадскими жуками и в самом деле понравилась. Он ржал так, что на него с интересом смотрели все ученики в столовой. Я думаю, им тоже было очень интересно узнать, о чем таком смешном мы говорим.

Особенно настороженно на нас пялились друзья Шуйского. Уверен, они чувствовали, что между задорным смехом княжича и отсутствием Мишки за завтраком, есть какая-то взаимосвязь.

В общем, по своим классам мы с ним разошлись в прекрасном настроении. Хотя три радостных повода за одно утро — это, пожалуй, слишком много. Мне почему-то казалось, что с моим счастьем таких дней быть просто не может, а значит что-то обязательно должно случиться.

Однако, день шел как обычно, без особых происшествий. На большой перемене я отыскал Рябинину, которая в это время собиралась проверить как там дела у Бродяги. Я решил ее сопроводить, а заодно и поговорить насчет своих ощущений сегодня утром, когда был рядом с ним утром.

Дождь к этому времени уже давно закончился, так что прогулка получилась вполне себе приятной. Первым делом я поблагодарил Яну Владимировну за помощь в лечении моего дуба и пообещал притащить ей огромный торт. Шоколадный с вишнями.

— Торт? — как всегда с улыбкой спросила она и посмотрела на меня из-за своих огромных очков на половину лица. — Вообще-то, я бы его и так полечила, как ты понимаешь, но идея с тортом мне нравится. Какая девочка откажется от сладкого? Только почему именно шоколадный с вишнями?

— Не знаю, наверное, потому что это мой самый любимый, — ответил я. — И я знаю где его в Белозерске лучше всего готовят.

— А-а… В таком случае это меняет дело, — рассмеялась она. — Я согласна на шоколадный. Только огромный мне не нужен. Давай небольшой, чтобы мы его вместе с чаем съели.

Вот это хорошая идея. Я, конечно, не девочка, но тортик пропускать не буду. Тем более такой.

— Что касается твоего вопроса… Видишь ли, вообще-то, это обычное заклинание восстановления и превратить твоего Бродягу в живодрево оно не должно, — ответила она. — Хотя, в случае конкретно этого дуба может быть и по-другому.

— Почему это?

— Ну он же и сам по себе немного необычный у тебя. Ведь ты его пробудил, — объяснила Рябинина. — Причем получилось нечто среднее между живодревом и обычным дубом. Уникальный случай, можно сказать.

— Угу… — кивнул я. — Со мной такое часто бывает…

— Так что будем наблюдать. Может быть, мне удастся увидеть единственное в своем роде превращение обычного дуба в живодрево, путем пробуждения его духа, — в этот момент она звонко рассмеялась. — У твоего любимого Щекина после того урока до сих пор глаз дергается, когда я ему про историю с Бродягой напоминаю. Он до сих пор радуется, что у вас магическая ботаника только во втором классе.

— Могу себе представить, — усмехнулся я, вспоминая как офигел Компонент, когда увидел дуб, ломанувшийся к школьным воротам.

— Кстати, не забудь его тоже пригласить на наше чаепитие, — сказала Яна Владимировна. — Он тоже участвовал в восстановлении дуба. Между прочим, потратил на твоего Бродягу очень редкие и дорогие эликсиры из своих личных запасов.

Хм… Вот как… Я и не знал…

— Приглашу, конечно, — пообещал я. — Спасибо, что вы мне об этом сказали.

— Не за что. Ну а твои необычные ощущения в тот момент, когда ты прикасался к дубу, можно объяснить работой заклинания, которое может проявляться по-разному, — подвела она итог нашему разговору. — Поэтому я бы на твоем месте не придавала этому большое значение. Пока, во всяком случае.

Так, за приятным и неторопливым разговором, мы подошли к школьному озеру, где нас ждал неожиданный сюрприз. Моего дуба возле беседки не было. Озеро было, конструкт был, утки вокруг него тоже были, а вот Бродяги не было…

— Ну и как это понимать? — спросила Рябинина, затем сняла очки, протерла их и надела вновь. — Куда подевался твой дуб?

Поначалу я тоже разволновался, как бы чего не вышло, и эти придурки Лизуновы не решили покончить с моим другом навсегда. Тем более, что они явно начинали догадываться благодарю кому жизнь Шуйского в последние дни наполнена самыми разнообразными и удивительными приключениями.

Но немного поразмыслив, решил, что с Бродягой все в порядке. Учитывая, как он поправился за пару дней, до обеда он как раз мог окончательно выздороветь и отправиться на прогулку. На поиски какого-нибудь живодрева, например. Я же его просил об этом перед тем, как с ним случилась беда.

— Я думаю, он ушел погулять, — сказал я Яне Владимировне, которая в этот момент удивленно смотрела по сторонам. — У него такое бывает. Он ведь уже несколько дней стоял на одном месте, вот и решил прошвырнуться по округе.

— Да? — растерянно посмотрела она на меня. — Ну если бывает… Тебе, конечно, лучше знать…

Почти весь обратный путь в школу мы с ней проделали молча. Мне показалось, она усиленно раздумывала над чем-то, и я оказался прав. Когда до главного корпуса оставалось метров сто, она поделилась со мной своими мыслями:

— Послушай, Максим, в последнее время я все больше склоняюсь к мысли, что нужно написать научно-магическое исследование насчет твоего Бродяги, — сказала она. — Довольно любопытный случай, вообще-то. Тем более, что с дубом происходит дальнейшая трансформация. Как ты смотришь, если мы возьмемся за эту работу вдвоем? Как минимум, заработаешь себе дополнительный учебный рейтинг.

Как-то так сложилось, что с рейтингом у меня и без всяких исследований был полный порядок. По некоторым предметам я, конечно, не мог похвастаться абсолютным лидерством, но зато были такие, по которым я был далеко впереди всех. В результате я все время болтался в верхней пятерке лучших учеников своего курса, а если отклонения и происходили, то они были незначительными.

— А в чем будет заключаться моя роль? — спросил я, еще окончательно не осознав, как я отношусь к этой идее.

— В наблюдении, само собой. Будешь записывать изменения, которые происходят с твоим дубом, а потом мы с тобой будем заниматься анализом. Я думаю, тебе это будет интересно, — улыбнулась она. — Все-таки Бродяга твой приятель.

— Друг, — уверенно сказал я.

— Тем более. Так что скажешь?

— Давайте попробуем, — согласился я. — Никогда еще не участвовал в научно-магических исследованиях.

— Вот и отлично! — сказала Яна Владимировна и протянула мне руку. — В таком случае, найди меня на следующей неделе, хорошо? У меня уже есть на этот счет кое-какие наработки.

— Постараюсь, — пообещал я, пока еще не зная, как выкроить для этого время в моем плотном графике разнообразных кружков и дополнительных занятий.

Следующими уроками у нас была стихийная магия, на которой мы начали разучивать Огненную Стрелу. Одно из самых простых заклинаний, которые входили в наш курс. Оно было даже слабее Огненного Шара, но что поделать, у некоторых из моих одноклассников даже толком не получался Светящийся Огонек, куда им сложные заклинания.

Лично для меня Огненная Стрела не была чем-то сложным. Мне понадобилось не больше четверти часа, чтобы запомнить его и суметь безошибочно повторить. Поэтому я практически с самого начала урока уставился в окно, чтобы не смотреть на потуги ребят. Вон, наш ботан Игнатий Вешняков, аж покраснел от натуги.

Несколько раз я ловил на себе взгляды Голикова, однако теперь они совершенно отличались от тех, которые он бросал в мою сторону на первом уроке. Видимо решил, что эксперимента со Светящимся Огоньком было вполне достаточно.

После второго урока он меня попросил ненадолго задержаться. Вытащил из ящика своего стола пару книг и положил передо мной. Нижнюю я не видел, а вот на той, которая лежала сверху, было написано: Эмир Голиков «Некоторые аспекты криомантии».

После того как прочитал заголовок, я посмотрел на Эмира Михайловича чуть иначе. Как и он на меня после прошлого урока.

— Ваша работа? — спросил я и взял книгу в руку, обнаружив, что под ней лежит еще один его труд, который назывался «Природа холода в чистом виде. Некоторые рассуждения». — Ого! Да ладно! Еще одна!

— Угу, — кивнул он и его лицо тронула легкая улыбка. Несмотря на то, что он пытался это скрыть, ему явно была приятна моя реакция. — Я бы советовал тебе начать с «Природы холода». Если ты захочешь добиться в этом деле хороших результатов, то так будет правильнее. Лично я сделал бы именно так, будь у меня в руках нечто подобное в свое время.

Я пролистал несколько страниц, затем закрыл книгу и положил ее обратно на стол.

— Круто, конечно…

— Приятно, что юный гений так высоко оценил мои скромные труды, — на этот раз его улыбка стала чуть шире. — Вообще-то, всего у меня их тридцать две.

— Офигеть… И все про лед и холод? — восхищенно сказал я.

— Ну не все, но большинство из них — да. Это моя основная специализация, — ответил он. — Да и вообще, я считаю криомантию одним из самых перспективных направлений современной стихийной магии.

— Понятно, — кивнул я. — Тогда почему вы нас учите огненным заклинаниям?

— Во-первых, потому что именно эти заклинания идут у вас в начальной программе, — ответил он. — Во-вторых, считается, что стихия огня самая простая для изучения. С начальными заклинаниями обычно справляются практически все Одаренные.

В этот момент из коридора в кабинет ввалился какой-то первоклассник с ошарашенным лицом. Чьи-то руки ухватили его за ноги и утащили обратно в коридор, где вовсю шла школьная перемена.

Голиков встал со своего стула, подошел к двери и закрыл ее на замок. Видимо для того, чтобы нам больше не мешали таким наглым образом.

— Надеюсь, дверь они не прошибут… — пробурчал Эмир Михайлович и вернулся на свое место. — О чем я тебе говорил? Ах да… Лично я считаю, что при должном усердии можно справиться с элементарными заклинаниями практически любой школы. За исключением разве что твоего Дара, Максим… Если это не дано, то научиться этому крайне сложно. Разве что каким-то самым примитивным вещам, которые ты делаешь просто щелкнув пальцами. Ну и еще кое-каким вещам обучиться непросто, а все остальное — было бы желание.

— Я тоже так думаю, — ответил я, так как знал это наверняка.

— В этом я даже не сомневался, — хмыкнул преподаватель. — Именно поэтому ты сейчас здесь и сидишь. С тобой я решил сразу начать с криомантии. Если уж и тратить силы, то только на самое лучшее.

Звучало вполне логично. Особенно с учетом того, что эти самые силы мне следовало расходовать как можно экономнее. Как и свободное время.

— Что мне нужно сделать с книгами? — спросил я и убрал их в рюкзак.

— Для начала прочитать, постараться уяснить смысл и рассказать мне о сделанных выводах, — сказал Голиков и посмотрел на дверь, в которую вновь что-то бухнуло. Не удивлюсь, если в нее опять прилетел тот самый парень с ошарашенным лицом, либо кто-то из его приятелей. — На последних страницах «Аспектов криомантии» есть несколько заклинаний. Для нашего следующего разговора будет достаточно, если ты выучишь любое из них.

— Сколько времени в моем распоряжении?

— Не переживай, я не буду тебя торопить, — успокоил меня Голиков. — Мне нужно, чтобы ты хорошенько разобрался в том, что читаешь, и уяснил все как следует. Думаю, недели вполне хватит, как считаешь?

Недели⁈ Да вы что, издеваетесь надо мной? Когда мне все это успевать, интересно? Чувствую опять нужно будет в Тенедом наведаться… Только теперь уже постараться сделать так, чтобы меня там никто не тревожил. Засяду в своей комнате и буду заниматься себе спокойно.

— Что с твоим лицом, Темников? — спросил Эмир Михайлович. — Или ты готов вновь удивить меня своими способностями и сообщишь, что справишься гораздо раньше?

— Не-а, — покачал я головой. — Это я так… О своем подумал…

— Тогда не задерживаю, — сказал он и посмотрел на часы. — Советую тебе поспешить, если не собираешься опоздать на следующий урок.

Я открыл дверь и в меня тут же врезался чей-то школьный рюкзак, который какой-то умник швырнул в дверь. Вот засранцы! Тут, оказывается, собралась целая банда первоклашек, которые вместо улицы решили поиграть в футбол прямо здесь, в школьном коридоре.

Со всех сторон послышались шепотки:

— Темников…

— Смотрите-ка!

— Говорят он ночью превращается в черта с рогами!

— Бледный как смерть…

— Кощей!

Стараясь не ронять завоеванный авторитет, кропотливо созданный моими руками за предыдущие два года, я грозно осмотрел первоклашек и зыркнул на них Страхом. Надо же, мы с ними были одногодками, но у меня было ощущение, что даже со стороны я выгляжу старше. Хотя кое-кто из них даже был выше меня ростом.

Я вложил в заклинание совсем немного магической энергии, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы они с визгами разбежались в разные стороны. Лишь один из них так и остался на своем месте. Он стоял с раскрытым ртом и смотрел на меня испуганными глазами. Надо же, а среди них оказывается есть смельчак!

— Ага, как же, — хохотнул Дориан. — Просто его рюкзак у тебя.

А-а… Ну да… Точно…

— Держи, — сказал я и протянул пацану рюкзак.

В этот момент прозвенел звонок, ученик выхватил у меня из рук рюкзак и помчался вслед за своими одноклассниками, а я потопал на рунологию. После небольшого акта возмездия настроение заметно улучшилось. Будут знать, как в футбол в коридорах играть… Взяли моду, спортсмены юные…

После уроков меня набрала Софья. Мы как раз с Лешкой ужинали в столовой. На этот раз из-за непогоды в школе осталось больше ребят, чем обычно, поэтому мне пришлось даже выйти, чтобы не кричать в трубку и самому нормально слышать Воронову.

— Ну ты даешь, Максим, хоть бы предупредил… — расстроилась она, узнав, что сегодня вечером я не приеду. — Мы тут с твоими дедом ужин классный приготовили… Ты же обещал, что приедешь, а утром обратно к своему Черткову вернешься.

— Да тут одно срочное дело образовалось, — ответил я. — Одна встреча. После нее поздно уже будет в Белозерск ехать. Я тебе завтра расскажу.

— Почему не сейчас?

— Потому что сейчас не могу, — сказал я и посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не слушает. — Особенная встреча просто.

— Ладно… Кажется я поняла… — сказала Софья. — Завтра, значит завтра… Надеюсь, ты не забыл, что в воскресенье мы с тобой собирались за дыханием предков?

— Помню, конечно, как я мог забыть? — ох как быстро пролетела неделя. В тот момент, когда мы с ней об этом договаривались, мне казалось, что еще столько дней впереди.

— Смотри, погода портится, а там места сам знаешь какие. Еще немного, и вообще болота непролазные будут, — предупредила меня Воронова.

— Да помню я…

— Ну хорошо, спокойной ночи тогда, — попрощалась она и я вновь вернулся за стол, где Лешка уже почти расправился с третьей порцией крабов, которые сегодня были на ужин. Такие как я люблю, с горячим топленым маслом, зеленью и чесноком.

Достигнув тревожного состояния, когда в нас уже больше просто не влезало, мы с княжичем с тяжелыми вздохами выбрались из-за столов и решили прогуляться перед встречей Змеиного Ордена. До нее оставался еще почти час, так что для прогулки времени хватит.

Я рассказал ему последние новости насчет Голикова и его трудов по криомантии.

— А ты что, не знал? — удивился он. — Эмир Михайлович один из лучших мастеров по стихийной магии, почти магистр. Надо будет сказать Орлову, чтобы тебе отдельно еще раз курс по «Истории Одаренных Родов» прочитали. Там же написано про них…

— Вот ты пристал со своими родами… Скукотень… — скривился я.

— Ну и зря ты так, — сказал Нарышкин. — Каждый нормальный дворянин должен разбираться в этих вопросах и знать ответы на них как дважды два.

— Надо будет — выучу. Пока у меня такого желания нет.

Слово за слово, пришло время выдвигаться в сторону старой конюшни. Хорошо, что хлюпать по грязи не нужно было. Я уже столько за день находился по ней, что мне надоело мыть ботинки.

Конюшня была совсем рядом со старым жилым корпусом, а до него проложена дорожка, которую в этом году немного обновили, и теперь уже можно было идти с комфортом. Правда она все равно была не в очень хорошем состоянии, а в некоторых местах вообще был насыпан гравий, но это было лучше, чем грязь, которая была здесь раньше нормальным явлением.

Вскоре мы увидели здание конюшни, а вскоре и знакомый скрип двери. Это, наверное, кто-то перед нами зашел внутрь. Третий год прошел, а смазывать дверные петли никто не собирался, поэтому скрипела она все так же.

Вот она скрипнула, когда закрывалась за нами, и в нос ударил неприятный запах, который также был привычным делом для этого места. Слышались голоса и Светящийся Огонек над местом сборов горел чуть ярче обычного.

Я толкнул нужную нам дверь и разговоры смолкли. Мы с Нарышкиным уставились на ребят, которые довольно плотно сидели на лавках, а они на нас. Как много, однако, знакомых лиц… Надо же…

Во главе стола сидел никто иной как Костя Собакин, который смотрел на нас с радостной улыбкой.

— Ну вот, теперь почти все в сборе, — сказал он и махнул рукой. — Проходите, чего встали как неродные?

Глава 16

Пока мы рассаживались по лавкам, пытаясь хоть как-то устроиться на них, пришел еще один ученик, пятикурсник. Я его много раз видел, понятное дело, но лично знаком не был.

— О! Полна коробочка, — воскликнул Собакин, глядя на вновь прибывшего. — Теперь точно все в сборе.

Еще несколько минут суеты, пока все толкутся и пытаются рассесться на двух не самых длинных лавочках, но в итоге всем удается найти себе местечко. По крайней мере, на полу никого не было. Правда мне неприятно давил в бок острый локоть Нарышкина, но тут уж такое дело, в тесноте да не в обиде, как говорится.

После того как все заняли свои места, наступила тишина. Лишь слышно было как ветер воет в трещинах старого деревянного здания. Судя по взглядам, с которыми мы рассматривали друг друга, мы с Лешкой не были исключением — все видели Змеиный Орден в полном сборе впервые. Всего девять человек.

Если говорить о личном знакомстве, я был знаком с тремя присутствующими. Само собой с Костей Собакиным, которого я знал с первого класса. Кроме него еще Аркаша Рахманинов из багрового класса и Федор Соловьев из кленового.

В основном все с четвертого и пятого курса. Еще один парень с третьего и какая-то девчонка со второго. Ее я часто видел на переменах, суетливая такая, как егоза… Правда симпатичная… Если я не ошибаюсь, она с астрального класса… Или, может быть, с небесного, точно не знаю.

Так… Ну то, что среди нас Рахманинов и Соловьев, это хорошо. По крайней мере фехтуют они очень хорошо, а это уже кое-что. Плюс ко всему я давно собирался с Аркадием поговорить насчет магии крови. Уверен, то что мы с ним оба в Змеином Ордене, сыграет мне на руку в этом смысле.

— Итак, поехали слева направо, — начал Собакин, после того как все хорошенько рассмотрели присутствующих, и тишина начала давить. — Начнем с самых маленьких, наша новенькая, княжна Урусова Прасковья Никитична. Очень способная, но, как и все девочки, весьма обидчива, поэтому прошу иметь в виду, когда будете подкатывать.

После этих слов Прасковья скривила свое худенькое личико и посмотрела на всех с вызовом, а в этот момент Лешка пихнул меня в бок локтем. Надеюсь, потом он мне объяснит, что хотел сказать в тот момент.

— Максим Темников, собственной персоной, — продолжил Костя и кивнул в мою сторону. — Думаю, в особых представлениях не нуждается.

Блин… Терпеть не могу, когда все так внимательно смотрят на меня, как будто впервые видят…

— Бремя славы, мой мальчик, — глубокомысленно заметил Дориан. — Ты уж потерпи как-нибудь.

Терплю, что мне остается?

Следом за мной был Матвей Творогов. Второй парень с третьего курса, который оказался стихийником огневиком. Собакин сказал, что он редкий талант. Пока поверим на слово, в деле я его не видел. Возможно, и не увижу, мы же всей толпой на задания не ходим.

Потом было трое четверокурсников — Нарышкин, Соловьев, и Рахманинов. Ну и в заключение трое пятикурсников: Собакин, Ольга Гагарина — специалист по молниям и Артемий Огибалов, биомаг из кленового класса.

Вот и вся наша компания. Должен сказать, что никто из присутствующих меня особо не раздражал и это было хорошей новостью. Даже не знаю, как бы я смог сработаться с людьми, которые мне не нравятся, если бы мне пришлось оказаться с ними в одном бою. Наверное, никак…

После того как все таким образом перезнакомились, Костя перешел к сути вопроса. Во-первых, нам нужно было выбрать главу Ордена. Во-вторых, было бы очень хорошо, чтобы мы все познакомились друг с другом.

Против последнего пункта никто особо не возражал. В свое время я спрашивал у Медведева, кто еще из учеников «Китежа» состоит в Ордене, но он ответил, что это секретная информация. Не то чтобы мне не доверяли, просто так принято в целях безопасности. Если узнают про одного члена Ордена, еще не значит, что станут известны все.

Собакин сказал, что он решил изменить эту традицию. Костя считал, что, когда каждый знает, кого он может предать, ответственности гораздо больше. Ну а почему именно Собакин взялся всех собирать, выяснилось довольно просто.

Костя зачитал нам всем письмо, которое оставила для всех нас напоследок Варвара Гвоздева. В нем она долго рассказывала, как сильно расстроена тем, что окончила школу и покидает Орден, а потом перешла к самому главному — заключению. В качестве своего преемника она предлагала Собакина, и поэтому именно через него передает прощальное письмо.

Закончив читать, Костя положил письмо на стол и окинул нас всех вопросительным взглядом:

— Прошу высказываться, дамы и господа. Кто за, кто против… — он пожал плечами. — На самом деле, это письмо совершенно ничего не значит, и я сделал это исключительно по просьбе Гвоздевой. Если кто-то хочет выставить свою кандидатуру вместо моей, то я буду только рад. Честно говоря, состоять в Ордене и быть его главой — две большие разницы. У меня и без того хлопот полон рот…

— Угу, ты же еще не весь Белозерск своими торговыми сетями покрыл, да, Костя? — усмехнулся Огибалов и поднял руку вверх. — Лично я не против твоей кандидатуры. По крайней мере, под твоим началом можно точно рассчитывать на хорошую оплату. У тебя на плохие сделки аллергия…

Все дружно рассмеялись, а спустя несколько секунд выяснилось, что Собакин устраивал абсолютно всех собравшихся.

— Надо же, какое удивительное единение, — усмехнулся Костя. — Я так надеялся, что у нас найдется еще какой-нибудь желающий. Эх… Ладно, что делать. Во всяком случае, справились быстро и не пришлось сидеть здесь до глубокой ночи. Терпеть не могу старую конюшню… Место, конечно, для Ордена знаковое, но вот этот запах… У меня от него все время голова болеть начинает.

В этот момент я подумал о том, что у нас без дела простаивает Бункер и можно обговорить с Нарышкиным идею по перебазированию Ордена туда, но немного поразмыслив я решил не спешить. Все-таки это секретное место, мало ли для чего оно нам понадобится. А вот то, что из конюшни нужно было переезжать, идея неплохая. Запах тут и в самом деле не очень.

— Так что, всем предлагаю подумать над вариантом нового размещения, возможно кому-нибудь в голову придет хорошая мысль, — продолжил тем временем Собакин. — Теперь предлагаю всем расходиться. Естественно, не всей толпой, как вы понимаете. Кстати, в дальнейшем полный сбор участников будет происходить лишь в исключительных случаях. Не вижу необходимости каждый раз собираться всем вместе.

Народ потихоньку начал покидать конюшню. Мы с Лешкой и Собакиным выходили самыми последними. Ничего удивительного, Костя с Нарышкиным ведь давным-давно друг друга знают.

— Вот тебя угораздило, — хохотнул княжич. — Не хотел бы я оказаться на твоем месте. Раньше только о сделках своих заботился, теперь вот и о заказах думать начнешь.

— Заказы — это те же сделки, по сути, — ответил Костя. — Просто с небольшими нюансами. Вы, кстати, шевелите ногами быстрее, я еще сегодня вечером в Белозерск хочу попасть.

— Что там интересного ночью может происходить? — удивился я. — Или у тебя круглосуточно всякие торговые дела ведутся.

— Типа того, Макс, — ответил он, ускоряя шаг.

— Каждую неделю в ночь с пятницы на субботу в районе старого причала черный рынок магических кристаллов работает, — объяснил мне Лешка чем вызвана поспешность Собакина. — Там наемники в основном торгуют. Ну знаешь… Те, которые не любят, когда у них спрашивают, где они взяли камни… Обычно там всякая дешевка, для нашей лавки не годится.

— Ну теперь уж конечно! Куда им до «Волшебного Базара» и ваших клиентов, — усмехнулся Костя. — Но вообще-то, иногда там можно найти очень хорошие экземпляры. Редко правда… Но если такое случается, то заработать можно очень хорошо.

— В твоей практичности я никогда не сомневался, дружище, — сказал княжич и хлопнул приятеля по плечу.

В какой-то момент мы с Собакиным разделились. Он пошел в сторону школьной стоянки к своей машине, а мы потопали в общагу.

— Ты чего с ним не поехал? — спросил я Нарышкина, когда мы остались вдвоем. — Или тебе тоже завтра нужно с наставником заниматься?

— Как в воду смотришь, — ответил он. — Артамонов вчера вечером позвонил и сказал, что закончился мой отдых от него. С завтрашнего дня начнет меня гонять по полной программе. Так что завтра после занятий в Белозерск вместе поедем. Ты же собираешься?

— Само собой. У меня уже все воскресенье распланировано, — ответил я. — С раннего утра с Софьей уезжаем, а когда вернусь не знаю. Ты меня не дожидайся, если что, возвращайся в «Китеж» один.

— Куда это вы собрались? — хмуро спросил Лешка.

В этот момент я подумал, что если он сейчас захочет поехать с нами, то я не буду ему отказывать. Помощь княжича лишней не будет, а раскрывать перед ним всех секретов от меня не потребуется. Пока достаточно будет сказать лишь о том, что мне нужно достать дыхание предков для одного артефакта.

— На загородную прогулку. Она мне башню какую-то хочет показать. Там вроде бы когда-то страшный темный маг жил.

— А-а… Везет вам… — мрачно сказал он и тяжело вздохнул. — Я бы тоже с удовольствием к вам присоединился, но не могу.

— Что так?

— У нас с Дашковой на завтра встреча назначена на Приозерном. Будем серьезно разговаривать, — ответил княжич. — Думаю, это надолго затянется.

— О чем разговаривать будете? — спросил я, почувствовав легкое облегчение после его слов. С одной стороны, я был не против, чтобы он поехал с нами, а вот с другой… Вдвоем с Софьей — это другое совсем.

— Как это о чем? Как дальше жить будем, ясное дело…

— Солидно. Слушай, может быть, еще в столовку зайдем? — предложил я. — Еще полчаса до закрытия. Я бы сейчас не отказался от какого-нибудь медового коржика.

— Пойдем, почему нет? Все равно я в последнее время часов до двух заснуть не могу… — пожаловался Нарышкин. — Всех овец в Империи пересчитал…

* * *

В этот раз с Чертковым мы занимались только лишь до обеда, хотя обычно наши тренировки затягивались почти до вечера. Наставник выглядел совсем плохо, и хотя он усиленно пытался не показывать мне насколько ему хреново, актер из него был так себе.

Настал момент, когда я сам предложил ему прекратить, сославшись на то, что сегодня чувствую себя как-то не очень и планирую сразу после нашего занятия отправиться в медицинский блок.

— Я в твои годы мог в проруби купаться в свободное время, — сказал он на это. — А тут сквозняком подуло и уже все… Спасите-помогите… Кха-кха…

— Слабость какая-то в теле образовалась, Александр Григорьевич, — пожаловался я, делая вид, что мерцающая сабля вот-вот выпадет у меня из рук.

— Это лень у тебя образовалась, а не слабость… Бездельник… В следующий раз будет двойная тренировка, семь шкур с тебя спущу, так что готовься, — пригрозил мне старик на прощанье. — Свободен…

Я подождал пока он выйдет из главного корпуса и проводил взглядом его удаляющуюся фигура. Очевидно, что Чертков терял силы с каждым днем, а значит нужно поторапливаться с эликсиром. Нужно постараться поскорее попасть на прием к Петру Апостолу. Да и Бродяга, надеюсь, не просто так пропал.

Кстати говоря, перед тренировкой с Чертковым я специально ходил на школьное озеро, чтобы проверить не объявился ли дуб, но нет. Кроме Бориса, который стребовал с меня обещание привезти ему новую музыку, больше никого там не было.

В отличие от меня, Лешку Артамонов держал долго. Почти до четырех. Я за это время успел пообедать, подышать свежим воздухом и даже взялся за книгу Голикова, которая оказалась весьма любопытной. Та самая «Природа холода», что он советовал прочитать первой.

Особенно меня поразила одна из самых вводных аксиом, которые приводил Эмир Михайлович. Для того, чтобы сделать нечто холодным, нужно просто забрать у него все тепло… Довольно простая фраза, которая заставила меня кое-над чем поразмыслить.

Нарышкин после тренировки был не особо разговорчивым и практически всю дорогу молчал. А когда я ему пожелал хорошего воскресенья, он и вовсе расстроился. Видимо ничего хорошего он от него не ждал. Не знаю, какой день завтра будет у меня, а вот вечер точно выдался просто чудесным.

Когда я приехал, деда еще не было. Он задержался в нашей новой лавке. Ведь сегодня была суббота, а на выходных в Мороке всегда намного больше клиентов, чем в будни.

Зато дома была Софья, которая специально вернулась пораньше, чтобы приготовить для нас ужин. Вчера на курицу я не попал, зато сегодня у нас будет кролик. Она вычитала какой-то сложный средневековый рецепт и надеялась нас удивить.

От моей помощи она отказалась, так что мне представилась возможность заняться своими делами. Нужно было хорошенько подготовиться к завтрашней поездке, чтобы не терять на это время утром.

Для начала я проверил наш квадроцикл, на котором намеревался завтра стартануть к башне темного чародея, сгонял на заправочную станцию и наполнил бензином запасную канистру. Мало ли как оно там сложится. Затем броню, все артефакты…

Когда дошел до эликсиров, выяснилось, что не зря решил заранее все проверить. Не мешало бы пополнить их запасы, а некоторые вообще заменить. Ведь теперь у нас появились улучшенные версии.

Пришлось смотаться в Морок и наведаться в старую лавку, которую мы оставили за собой под лабораторию и склад. У нас было так много товара, что в новом помещении он весь просто не помещался, а для некоторых компонентов и условия там были неподходящие. Были такие, для которых идеальным местом хранения были погреба в старых лавках.

Заодно я провел некоторую ревизию по имеющимся компонентам, о которых меня просил Хмельников. Если чего-то не хватало, нужно было срочно заказать. Я ведь ему пообещал, что вернусь совсем скоро и на этот раз мне не хотелось подводить Андромеда, который очень рассчитывал на меня.

Ну а кроме того, проверил все ли здесь есть для того, чтобы приготовить мои эликсиры мести, которыми я намеревался угостить Лизуновых. Я собирался заняться их приготовлением завтра.

Можно было бы и сегодня, но это не лучший вариант. Кто знает, как завтра сложится наша поездка. Будет лучше, если я хорошенько высплюсь этой ночью. Ну а завтра хоть до утра можно будет провозиться.

Все необходимые мне компоненты были. Поэтому я с радостным ощущением на сердце заглянул в «Волшебный Базар», где помог закончить деду рабочий день, а потом мы вместе поехали домой. По дороге он рассказывал мне как здорово идут дела в новой лавке, и что он всерьез подумывает над тем, что скоро нужно будет добирать еще людей.

Хотя Андрей Зубов пытался показать, что они прекрасно справляются и втроем, но для дела будет лучше, если добавить еще хотя бы парочку сотрудников. По словам деда, у нас заметно прибавилось клиентов, которые не любят ждать. Да и вообще предпочитают индивидуальное обслуживание в индивидуальных комнатах для особо важных персон.

Кстати, этих самых комнат, как оказалось, нам тоже парочку не мешало бы добавить. Насколько я помнил, там для этого особо не было места, так что придется их множить за счет уменьшения площади уже имеющихся.

Надо же, но я заметил, что мне было интересно слушать все эти новости. Про магазин… Про торговлю… Слушать как дед рассказывает про новых поставщиков, которые после нашего открытия стали специально приезжать к нам из самых дальних уголков Российской Империи… Про разные хозяйственные моменты…

Еще прошлой весной я занимался всеми этими вопросами скорее принимая это как необходимость, от которой никуда не деться. Не только же деду этим заниматься, если я тоже в этом участвую и сам подбил его на это дело. К тому же, ему приятно, когда я ему помогаю, видно же.

Так было раньше, а сейчас все почему-то немного изменилось. Мне правда становилось интересно. Не просто интересно, я с удовольствием слушал его и принимал участие в разговоре. Кто знает, почему так происходит?

— Может быть, все дело в том, что ты немного повзрослел? — предположил Дориан. — Мозгов в голове прибавилось… Хотя нет, со вторым пунктом я, пожалуй, немного погорячился…

Глава 17

Уходили мы с Софьей ранним утром. За окном еще было темно, а часы показывали начало пятого утра. Самое время отправляться в башню колдуна.

Стараясь не разбудить деда, мы ходили по дому чуть ли не на носочках. Даже позавтракать решили не сейчас, а возле башни, чтобы не греметь на кухне. Воронова упаковала нам десяток бутербродов с ветчиной, приготовила термос с горячим кофе и даже не забыла взять себе йогурт. Я их как-то не очень, а вот ей нравилось.

Я как раз открывал входную дверь, изо-всех сил стараясь не скрипнуть, как в прихожей загорелся свет, и мы с Софьей замерли как мелкие воришки.

— Куда собрались, дети мои? — спросил дед.

— Я же тебе вчера говорил, у нас сегодня одно важное дело запланировано, — напомнил я ему.

— Было, — кивнул он. — Только я что-то не помню, чтобы ты говорил про то, что на это дело нужно будет отправляться ночью. Еще ты забыл сказать, что туда нужно будет обязательно идти в магической броне, обвешавшись всеми артефактами, которые у тебя есть.

— Так не ночь… Утро же уже, — сказал я и показал ему на окно, за которым по-прежнему было темным-темно.

Некоторое время все молчали. Дед смотрел на нас, а мы дырявили взглядами пол.

— Завтракали? — наконец спросил он.

— У нас с собой, Тимофей Игоревич, — сказала Софья и подняла вверх сумку, которую держала в руке.

— Утра, я так понимаю, дождаться не получилось? — задал дед следующий вопрос.

— Нам ехать далеко нужно, в район Дубравино, — сказал я, не став уточнять, что после этого нас ждет дорога на Черное Озеро, рядом с которым стояла башня. — Пока доедем, туда-сюда… Хочется по светлому вернуться.

— А что там такого интересного в Дубравино, если не секрет? — дед оперся об косяк и улыбнулся в свою густую белую бороду. — Только не вздумайте мне врать.

— Я и не собирался, — сказал я, хотя на самом деле собирался, конечно же. — Там место одно есть любопытное. Хотим его осмотреть. Так что это скорее туристическая поездка. Экскурсия выходного дня, можно сказать.

— А-а… Понятно, — кивнул дед и почесал бороду. — Теперь на экскурсии в магической броне ходят?

— Оно в лесу просто… Звери дикие и все-такое… — объяснил я и погладил рукой по броне. — На всякий случай надел.

— Ладно, Бог с вами, — махнул он рукой. — Я надеюсь, ты не стал бы тащить с собой Софью, если бы там было и правда опасно.

— Не волнуйтесь, Тимофей Игоревич, я буду за ним присматривать, — улыбнулась Воронова и вновь похлопала рукой по сумке. — Даже покормлю, чтобы он не отощал ненароком.

На этом дед перестал на нас ворчать, помог разместиться нам со всеми запасами в квадроцикле и проводил нас в дорогу. К тому моменту, когда мы выехали из ворот, уже начало светлеть. Поэтому нам надо было поторапливаться. И без того уже слишком сильно задержались, на мой взгляд.

Я посмотрел в боковое зеркало назад, увидел деда, который не спешил закрывать ворота и смотрел нам вслед, а затем поддал газу. Квадроцикл ответил басовитым урчанием и рванул вперед, а Софья покрепче ухватилась за меня руками и вжалась в мою спину.

Вот бы дед удивился, если бы узнал, что это не я тащу Воронову в опасное место, а она меня. Хотя нет… По правде говоря, мы оба туда тащимся.

Судя по тому, что я видел, солнце сегодня не планировало показываться даже на секунду. На темном свинцовом небе ни одного просвета. Всю дорогу я переживал как бы не пошел дождь. Разъезжать на квадроцикле, когда сверху льются потоки воды, так себе идея на самом деле.

Однако обошлось. До Дубравино мы добрались самым лучшим образом. Лишь когда ехали неподалеку от «Китежа», на нас с неба упало несколько тяжелых капель, но и все на этом.

Ранним воскресным утром поселок спал. Причем до того крепко, что, когда мы проезжали по Дубравино, вообще никого не увидели. Ни одного человека. Лишь собачий лай во дворах в ответ на рокот двигателя нашего квадроцикла.

Наверное, это хорошо. Не люблю когда вокруг слишком много любопытных глаз. С другой стороны… Если с нами что-то случится, никто не будет знать, что ранним утром в сторону леса промчался квадроцикл, на котором ехали два человека.

— Вечно тебе дрянь всякая в голову лезет! — проворчал Дориан, который тоже сегодня решил встать пораньше. — Почему обязательно что-то должно случиться? Параноик…

Тем временем мы въехали в лес, а спустя еще немного времени оказались на том самом месте, где сворачивали с дороги, когда приезжали сюда с ребятами прибить бармаглота. Однако Софья показала, что останавливаться нужно не здесь. Мы проехали еще несколько минут, прежде чем она похлопала меня по спине и указала рукой в сторону леса.

Все-таки в который раз убеждаюсь, что для вот таких поездок, квадроцикл — просто чудо! Самое лучше средство передвижения, которое можно было только придумать. Разве смогли бы мы на машине забраться так далеко в глушь? Нет конечно. Даже на самом мощном внедорожнике.

До поры до времени нам удавалось довольно быстро двигаться вперед, но постепенно становилось все сложнее. Приходилось все время маневрировать и проявлять чудеса мастерства, чтобы не врезаться в какое-нибудь дерево.

Спустя примерно полчаса на горизонте показалась башня. Высокая, темная… Она возвышалась над деревьями как грозный великан, который присматривает за этими местами.

Одновременно с этим произошло несколько неприятных событий…

Во-первых, дальнейший путь на квадроцикле был попросту невозможен. Деревьев стало намного меньше, зато почва под нами понемногу превращалась в жидкое болото, и все чаще мне приходилось закидывать петли, чтобы не увязнуть насовсем.

В какой-то момент я решил, что гораздо благоразумнее будет остановиться и дальше пойти пешком. Едва я ступил на землю, как меня буквально ударило мощным порывом темной энергии. Будто по всему телу прошлись маленькими иголочками, хотя обычно все начиналось с покалывания ладоней. Это стало второй не самой приятной новостью.

— Что-то не так? — спросила меня Софья в тот момент, когда я с тревогой смотрел в сторону башни.

— Я чувствую присутствие темной энергии, — сказал я. — Меня буквально окатило волной из иголок.

— Неудивительно, — ответила она, вытаскивая из небольшого багажника сумку с едой. — Говорю же тебе, колдуна этого внутри запечатали. Вот он там и умер. Я думаю, это ты его душу чувствуешь.

— Возможно…

Тем временем энергетический прилив понемногу спал и это тоже было странно. Такое ощущение, что ее источник вдруг отошел дальше от нас и пока я не очень понимал, как такое могло быть.

Если кто-то заинтересовался нашим присутствием и пришел посмотреть кто это пожаловал, то почему я никого не видел? Судя по количеству энергии, источник должен был быть где-то рядом. Однако я никого не видел.

Ерунда какая-то…

— Ты готов? — спросила у меня Софья, в тот момент, когда я закидывал рюкзак за спину. — Иди за мной и смотри под ноги. Я смотрю болото уже и сюда добирается потихоньку. Раньше здесь такого не было.

Воронова шла осторожно, тщательно проверяя почву перед собой длинной палкой. Здесь сухостоев было на любой вкус, так что я нашел парочку отличных толстых веток, которые запросто годились на роль посохов. Для ходьбы по болотам — самое лучшее дело.

Однако наши опасения были напрасны. Кое-где почва и в самом деле больше напоминала густую вонючую жижу, в которой с неприятным чваканьем утопали наши ноги, но таких мест было немного. К тому же, все они были сравнительно неглубокими и неопасными для жизни. Можно было идти довольно смело.

Тем временем темный силуэт башни колдуна все сильнее нависал над нами, отчего становилось немного жутко. Вороны еще эти… Откуда их столько берется, я понять не могу? Как только появляется какое-нибудь мрачное, позабытое всеми место, они тут как тут. Медом им, что ли, здесь намазано?

— Софья, ответь мне, откуда вороны берутся возле всяких магических мест? — спросил я, глядя на очередную черную парочку, которые сидели на ветке и молча смотрели на нас.

— Понятия не имею… Ох… — вскрикнула она и ее правая нога утонула в черной жиже по колено. — Смотри осторожно, здесь глубоко… С чего ты взял, что я должна знать ответ на этот вопрос?

— Как это? — удивился я. — Ты же вроде бы как… Ну… Тоже была вороном…

— Я была человеком в облике ворона, это большая разница, — ответила она и угодила в новую лужу. — Ух ты черт… Вспомни, ты когда показывал мне как умеешь превращаться в паука, разве перестал быть человеком?

Я попытался припомнить как оно было. Нет, полностью пауком я себя точно не чувствовал. Остался таким же человеком. Разве только странноватого внешнего вида.

— Ну вот видишь, так же и я, — продолжила Софья, будто прочитала мои мысли.

— То есть каркала ты тоже от нечего делать? — спросил я, почувствовав, что по мне вновь прошлась волна темной энергии.

— Не совсем. Скорее наугад. Просто наблюдала за ними и все. Со временем оно как-то само приходит, — объяснила она. — А что касается тебя, то я просто выражала свои мысли. Ты даже меня понимал иногда, помнишь?

— Угу… А еще некоторые вороны умеют разговаривать по-человечески, — сказал я. — Мы могли сэкономить много времени, если бы я знал что и как.

— Разговаривать — это слишком громкое слово. Скорее говорить отдельные слова, смысл которых они не понимают. Лично у меня почему-то не получалось, — сказала она и показала мне веткой в сторону башни. — Видишь камни? Раньше там был вход в башню. Потом ее замуровали, а сверху засыпали камнями.

Когда до башни оставалось не больше пары десятков шагов, земля под ногами вновь стала твердой и наконец-то можно было шагать с комфортом. Вблизи башня была немного иной, чем казалась издали. Чуть шире в окружности, чем мне представлялось, но при этом гораздо ниже.

— Что-то не верится, что внутри этой башни можно было с комфортом разместиться — с сомнением сказал я, подходя поближе.

— Насколько я понимаю, это всего лишь верхушка, а все остальное находится там, — Софья показала пальцем вниз. — Под землей.

В этот момент я увидел на одном из камней табличку и подошел поближе, чтобы прочитать.

«Это проклятое место будет навсегда закрыто печатью старшего черного мага Его Императорского Величества. Тот, кто посмеет сломать ее, будет проклят навеки и смерть будет повсюду преследовать его».

— Слушай, Софья, может быть, ты, конечно, сильно удивишься, но мне уже приходилось видеть подобную табличку, — сказал я. — На Змеином Колодце, из которого вытащили Кольцо Кровавой Звезды для Лакримозы. Там внутри него были ведьмы, если что. Много ведьм. Очень много…

— Думаю, здесь их не будет, — уверенно сказала она. — Ни разу не видела, чтобы здесь околачивалось много людей. Максимум пара-тройка человек.

— Допустим… — сказал я и подошел еще на несколько шагов. — Вторая проблема — проход в башню. Предлагаю призвать кого-нибудь из моих ребят и проломить в башне дыру. Например, Отродье Дракона для этого должно подойти. Пара ударов хвостом, и здесь будет отличный проход.

— Не уверена, что получится, — усмехнулась она. — Я думаю, такие магические печати драконом не прошибешь.

— Если ты хочешь предложить, чтобы я поковырял эту стену Огненной Стрелой, то я тебя огорчу — это затянется надолго. Месяца на два, — предположил я. — Или на три. Как пойдет.

— К чему такие жертвы, Максим? — рассмеялась она. — Здесь есть еще один проход внутрь. Проще попасть через него. Он тоже запечатан, но там рунные ловушки. Я думаю, ты с ними справишься.

— Тогда вперед, чего стоим? — сказал я.

— Правда там есть один нюанс… Раньше через него сливали нечистоты и всякое такое… — она пожала плечами. — Ну ты понял, что я имею в виду… А потом просто затопили, поставили несколько решеток и защитили ловушками.

Затопили? Нет, что-то мне это не очень нравится. Плавать в воде с нечистотами совсем не то, чего мне сейчас хотелось бы. Стоп! Какого черта? У меня же теперь есть отличное средство для таких моментов, как я про него забыл?

— Кажется я придумал, — сказал я и начал вспоминать последнее заклинание, которому научил меня Йорик. — Смотри и восхищайся! Сейчас ты увидишь, как работает Максим Темников! Повелитель Скалы и Глыбы!

Едва я сказал эти слова, как почувстовал, будто нас ударило порывом ветра, а вслед за этим в воздухе послышались знакомые мягкие переливы. Воздух вокруг нас начал наполняться разноцветными искрами, которые в этот серый день смотрелись даже ярче, чем обычно.

Воздух стал чистым как родник… Блин… Как же хорошо и легко дышится, когда начинается магический шторм… Вот только жаль, что одними искорками это дело обычно не заканчивается. Надеюсь, где-нибудь рядом с нами не появится Искажение?

— Ты чего лыбишься, Макс? — услышал я голос Софьи, которая стояла за моей спиной. — Шторм начинается!

— Классно дышится, правда? Я прямо чувствую, как меня распирает от магической энергии вокруг! — ответил я и вновь начал настраиваться на заклинание, усиленно вспоминая слова, которые мне нужно было произнести.

Видимо магический шторм был виной тому, что я не смог их вспомнить мгновенно. Мелодичный звук в воздухе не давал мне как следует сосредоточиться, а мне это было нужно. Все-таки я практически впервые применял Форму Камня в боевой обстановке.

— Нашел время дыхательными упражнениями заниматься! Ты будешь колдовать, или бежим ко второму проходу⁈ — начала нервничать Воронова.

— Я пытаюсь… — ответил я и в этот момент нужные слова пришли сами собой.

Первым делом я начал убирать камни, которые мешали подобраться к стене. Это мне удавалось, причем работал я достаточно быстро. Несколько заклинаний и путь был полностью расчищен. Теперь мы уперлись в стену, которая была запечатана магической печатью. Причем очень большой такой печатью. Еле заметный полупрозрачный барьер тянулся по всей нижней части башни от самой земли, на высоту примерно трех метров.

— Круто, Максим! Я и не знала, что ты умеешь двигать камни! — восхищенно воскликнула Воронова.

— Недавно научился, — сказал я, размышляя тем временем, как быть с магической печатью.

Для начала я все-таки попробовал шибануть по барьеру Стрелой Тьмы. Все-таки я недавно прокачал все свои заклинания, вдруг сработает. Стрела врезалась в барьер с мощью пушечного выстрела и в сторону разлетелись черные энергетические сгустки.

Место, куда ударило заклинание, покрылось темными молниями, извивающимися словно клубок змей, но и все на этом. По магической печати прошлась легкая рябь, а затем оно вновь стало прежним. Как будто и не было никакого заклинания.

Все понятно, значит в лоб с ним не справиться и Отродье Дракона здесь тоже не поможет. Нужно попробовать другой способ. Что, если попытаться Формой Камня поработать с каменной кладкой над магической печатью? По идее должно сработать. В «Китеже» работало, а какая разница между зданием школы и башней колдуна?

Вскоре опытным путем было выяснено, что никакой. Над барьером появился черный проход в стене, а ровный кусок стены я аккуратно поставил на землю. Получился вполне себе нормальный проход, размером полтора на полтора метра. Нам с Софьей больше и не надо. Теперь осталось дело техники. Воспользоваться даром Дона-Нефрита и левитировать туда.

— Видала? — с гордым видом повернулся я к Вороновой. — Это еще что. Я немного разберусь в этом заклинании и вообще смогу башни двигать с места на место.

— Я в полном… — всплеснула руками Софья, вот только закончить она не успела.

Раздался громкий сухой треск и сразу штук семь молний врезались в землю прямо за ее спиной. Всего мгновение, и вот уже перед нами появилось яркое белое сияние.

— Искажение! — крикнул я, затем схватил Софью за руку и подтащил ее ближе к себе, чтобы она оказалась подальше от места разрыва пространства, из которого бил яркий свет. Не хватало, чтобы оно еще ее засосало…

— Предлагаю спрятаться от этой шутки в башне, — сказала Воронова, которая вцепилась в меня с такой силой, что я всерьез начал опасаться, как бы она не разодрала броню. — Я их боюсь…

— Я правильно понял, что внутри Искажения ты еще ни разу не была? — спросил я и взял ее за руку, попытавшись хоть немного ослабить ее цепкий хват.

— Конечно нет! Ты что, с ума сошел?

Так… Значит по зазеркалью болтаться ей не страшно, а Искажений она боится. Интересная логика.

— Тогда делаем вот что. Я сейчас оставлю тебя в этой башне, а сам пойду внутрь Искажения и закрою его, — сказал я и пальцы Софьи сжались еще сильнее. Да блин… — Воронова! Тебя чему учат преподаватели твои, скажи по секрету? Как пальцами гвозди гнуть? Ты мне сейчас кусок мяса вместе с броней вырвешь!

— Извини, — спохватилась она, не отрывая взгляда от Искажения. — Мне послышалось, будто ты сказал, что собираешься бросить меня здесь одну.

— Я не так сказал… — вечно эти девчонки слышат так, как им удобно! — Я имел в виду, что ты просто подождешь моего возвращения, вот и все.

— Ага, как же… — хмыкнула она и посмотрела на квадратную дыру в башне. — Чтобы оттуда вылез колдун и напал на меня? Ничего умнее ты, конечно, не придумал.

— Ты же сказала он умер?

— Я этого не говорила, чем ты слушаешь? — прошипела она. — Я сказала его здесь запечатали. Это разные вещи совсем.

С этим я не спорить не стал. То, что здесь водилось нечто неприятное, это ясно как день. Чувствовал же я чью-то темную энергию.

— Послушай, Софья, мы не можем оставить Искажение торчать здесь просто так. Рано или поздно из него выберется какая-нибудь гадость, понимаешь?

— Я понимаю одно — совсем не обязательно делать это самому. Для этого есть ратники! — воскликнула она и вибрация воздуха вокруг Искажения вдруг усилилась.

— Ты не понимаешь, как это работает… Прежде чем оттуда кто-то выберется, оно может простоять неделю, а может и несколько часов, — попытался я достучаться до ее логики. — Я должен туда идти, а если ты боишься, то предлагаю тебе подождать меня здесь.

— Одна я здесь не останусь, — сказала она и вновь сдавила мне плечо с такой силой, что я аж присел от боли. — Прости…

— Тогда идем в него вместе! — я щелкнул футляром и вытащил один из энергетических мечей. — Возьми меня за руку и ничего не бойся. Ничего страшного не случится… Доверься мне!

Вообще-то там могло случиться все что угодно, но показывать Софье в этот момент свое волнение я просто не имел права.

— Это ты молодец, Макс! — поддержал меня Дориан. — Давай хватай ее за руку и иди. Пока ты будешь здесь языком чесать, кто-то и из башни вылезет, и из Искажения. Будешь сразу со всеми драться. Так себе расклад на самом деле.

Я шагнул в сторону Искажения и протянул девушке руку:

— Ты идешь, или как?

Вместо слов она молча взяла меня за руку. Теперь уже была моя очередь покрепче сжать ее руку, чтобы она не потерялась по дороге, а затем я шагнул в Искажение…

Глава 18

Внутри Искажения была ночь и тишина… Только холодные звезды на черном небе. Кстати, очень много звезд, света которых было достаточно для того, чтобы осмотреться и даже примерно понять, что именно нас окружает. Самое главное, что сразу на нас никто нападать не собирался и время для этого у нас было.

Софья в этот момент буквально вжалась в меня. Я чувствовал ее порывистое дыхание и как сильно бьется ее сердце. Сейчас она совсем не выглядела той самоуверенной девчонкой, которую я знал до этого. Скорее испуганным ребенком, который первый раз остается в детском саду и не очень понимает, куда делись родители и кто все эти люди вокруг?

Искажение оказалось небольшим и лежало перед нами как на ладони. Вот только этот факт меня мало радовал. Перед нами было два небольших острова, которые буквально висели в воздухе. Первый был чуть меньше, второй — побольше, а еще на нем была башня. Отдаленно напоминающая ту, в которой я недавно проделал дыру.

В этот момент у меня появилась догадка. Я обернулся, и точно… Позади нас тоже была башня. Хм… Если так, то значит и в нашем мире позади первой башни есть вторая? В таком случае, почему я ее не видел?

— Ты чего головой вертишь? — прошептала в ухо Воронова. — Что-то случилось?

— Пока нет… Скажи, Софья… А там, откуда мы только что пришли, только одна башня, или нет?

— Есть еще одна неподалеку, — ответила девушка. — Но она давным-давно разрушена. Когда я впервые оказалась в тех местах, так уже было, поэтому если ты хочешь знать кто ее разломал…

— Вообще без разницы кто это сделал, — честно признался я.

— Тогда почему спрашиваешь? — спросила она и немного ослабила хватку. Похоже она начинала понемногу приходить в себя после шока, связанного с переносом в новое для нее измерение.

— Обычно Искажение внутри должно отдаленно напоминать местность, из которой мы пришли, — объяснил я. — Здесь две башни, а значит и в нашем мире их должно быть две. Поэтому я и спросил. Хотя так происходит не всегда… Бывают случаи, когда Искажение совсем не похоже на место ухода из нашего мира.

— Это что-то значит, или просто случайность? — насторожилась Воронова.

— К сожалению не случайность. Чем больше отличий в Искажении, тем оно опаснее. Вот это, например, меня очень сильно настораживает… — сказал я, чувствуя, что окружавшая нас тишина начинает неприятно давить.

— А оно сильно отличается, да?

— Софья, когда мы уходили, ты видела рядом с башней летающие острова?

— Я их вообще не видела, если честно… Ни там, ни где-либо еще… — ответила она.

— Ну вот, а здесь они есть. Считаю, что отличие достаточно большое. Особенно сильно меня смущают движущиеся огоньки на втором острове, — признался я, только сейчас их заметив. Может быть, и правда их раньше не было.

Далеко впереди что-то щелкнуло и эхо разнеслось по всему Искажению. Воронова вздрогнула и потянулась рукой к футляру с мечом.

— Не нравится мне здесь, Максим, — сказала она. — Дурацкое место какое-то. Зачем ты ходишь по этим Искажениям?

— Так-то твое зазеркалье тоже не самое приятное местечко, — усмехнулся я. — Ладно, пора начинать наше приключение. Чем дольше будем стоять на одном месте, тем хуже. Ты уж мне поверь.

— Что здесь нужно сделать вообще? — спросила Софья.

— Уничтожить проклятье, что же еще. Я так понимаю, оно вон там, — сказал я и показал в сторону дальнего острова. — Обычно так происходит — самая опасная тварь сидит дальше всех.

Я активировал меч, затем начал окутывать нас с Вороновой защитными аурами.

— Как красиво! — восхищенно сказала она и попробовала дотронуться рукой до одной из аур. — Что она делает?

— Конкретно эта называется Святой Щит. Защищает от физического урона. Давай я тебе дома все их покажу и расскажу для чего какая нужна, — сказал я, затем крепко обнял ее за талию. — А теперь держись крепче и постарайся не упасть. Могу ошибаться, но, по-моему, между этими островами пустота. Я даже понятия не имею куда ты попадешь, если свалишься с меня.

— Как скажешь, — сказала она и вцепилась в меня мертвой хваткой.

Это у нее получалось просто отлично. Наверное, когда вороном была, научилась за ветки цепляться, больше я ничем не могу объяснить этот ее необычный навык.

— Сейчас мы с тобой попробуем перелететь сразу на большой остров, — начал я рассказывать Вороновой свой план, чтобы она была к нему готова. Как правило, когда человек знает, что его сейчас ждет, он задает намного меньше вопросов.

— Почему не на первый? — тут же спросила она и разрушила мою стройную теорию. Похоже это правило на девчонок не распространяется. Вопросов от них не избежать.

— Потому что на первом острове нас может подстерегать опасность, и если есть возможность ее избежать, то почему бы этого не сделать? — разъяснил я ей, словно маленькому ребенку.

— А-а… Логично…

— Держишься? — еще раз спросил я и прижал ее к себе посильнее.

— Угу…

— Тогда вперед! — я активировал дар Дона-Нефрита, и мы с ней взмыли вверх.

— Ух ты! — выдохнула она, оказавшись в воздухе. — Как же это круто!

Воронова оказалась гораздо легче, чем я ожидал. Не могу сказать, что я был настолько силен, что совсем не ощущал ее веса, но, честно говоря, думал, что будет тяжелее. Причем намного. Я даже запросто нашел в себе силы, чтобы задать ей вопрос:

— Ты чего так радуешься? Уже тысячи раз летала же!

— Ну ты сравнил! Это ведь разные ощущения совсем!

— А-а…

— Макс, смотри! — воскликнула девушка и показала мне куда-то вниз.

Я пристально вгляделся в темноту, но ничего толком не увидел. Лишь какие-то непонятные бледные тени. Похоже Софья приобрела от ворона не только умение цепко держаться за все, что удастся ухватить, но и заметно улучшила свое зрение.

В этот момент мне показалось, что тени вроде бы поднимаются вверх, и я решил, что пора внести некоторую ясность. Терпеть не могу сюрпризов! Тем более, что нас уже все равно, похоже, обнаружили, а значит какой смысл скрываться?

Активированный мной Светящийся Огонек вспыхнул в этом темном царстве словно солнце. Бледные тени оказались какими-то летающими тварями, которые издалека мне напомнили горгулий. Может быть, это они и были, с такого расстояния трудно рассмотреть.

По правде говоря, меня это вообще не интересовало и больше я был озабочен их количеством. Сколько их там? Двадцать, тридцать, а может быть сорок? Хрен его знает, но много!

Едва вспыхнул Огонек, как тишину разорвали их пронзительные крики, от которых у меня зазвенело в ушах. Горгульи шарахнулись от заклинания в разные стороны и на какое-то время потеряли ориентир, их полет был больше похож на виражи пьяного орла.

Я вовсе не собирался ждать пока они придут в себя, а также у меня не было никакого желания выяснять с ними отношения лично.

Во-первых, их здесь была целая стая, а дружные горгульи и дракона слопать могут.

Во-вторых, дары демонов Хаоса имели одну очень неприятную особенность. Они могли перестать работать в самый неожиданный момент, поэтому лучше было применять их с запасом. Поэтому я просто призвал Отродье Дракона, мою единственную летающую боевую единицу.

Едва Дракон появился, он тут же сообщил о своем прибытии громким криком, от которого даже Софья вскрикнула.

— Не переживай, это свои, — сказал я ей и на всякий случай повесил прямо рядом с нами еще один Светящийся Огонек. Если горгульям так сильно не нравится яркий свет, значит его должно быть побольше.

Однако им было явно не до меня. Пользуясь тем, что горгульи еще не отошли от светового шоу, которое я для них устроил, Отродье Дракона стремительно сокращал их поголовье. Некоторых он просто ловил в воздухе и перекусывал пополам, ломая им крылья и кости. Кому-то доставалось зарядами кислоты, которыми он довольно щедро и метко поливал летающих тварей.

Мы же тем временем стремительно приближались ко второму острову, который с каждой секундой становился все ближе. Даже с этого расстояния башня казалась просто огромной. Намного больше той, которая осталась в нашем мире.

Кроме того, теперь мне удалось рассмотреть, что за светящиеся огоньки я видел. На самом деле это были летающие змеи. Длинные, плоские, с широким телом… Они были похожи на наших мурен или угрей. Только на морде у них имелись длинные отростки, на конце которых болтались светящиеся огоньки.

Я еще ни разу не сталкивался с этими тварями, но знал об их существовании. Их называли змея-рыбачок. У нас они тоже время от времени встречались, а тот самый огонек на их морде, на самом деле очень ценный и редкий компонент — мерцающий змеевик.

Вообще-то, считалось, что если попасть чем-то по мерцающему змеевику, то его хозяина ждала мгновенная смерть. Жаль только, что сам компонент после этого приходил в полную негодность и не подходил для дальнейшей работы. Пробуем ничего не портить для начала, а там будет видно…

— Хорошо, что я научил тебя всегда носить с собой на всякий случай пузырек для сбора компонентов! — радостно воскликнул Дориан. — Будет куда складывать мерцающие змеевики, когда ты их отрежешь у этих червяков.

— Вообще-то, это Ибрагим меня научил… — восстановил я справедливость.

— Да? А кто тебе все время напоминал, чтобы ты его не забыл? — не сдавался Мор. — Ты просто неблагодарный тип!

Вот что мне сейчас меньше всего хотелось делать, так это спорить с Мором. Тем более, что несколько змей уже увидели меня и медленно покачивая своими могучими телами поплыли в мою сторону. Я как раз раздумывал над тем, как эффективнее всего будет покончить сразу со всеми, как дар Дона-Нефрита перестал действовать и мы с Софьей полетели вниз.

Воронова визжала мне в ухо от страха, а я тем временем попытался вновь активировать левитацию, не понимая почему на этот раз заклинание перестало работать так быстро. Неужели из-за того, что я был не один, а в компании Вороновой?

Если так, то получается, что чем тяжелее объект, который нужно левитировать, тем быстрее оно заканчивает свое действие? Интересное и полезное открытие. Вот только жаль, что оно произошло именно сейчас, в тот момент, когда под нами черная бездна.

Вжух!

И хрена с два дар сработал… Мы даже на мгновение не замедлились, а Софья увеличила громкость своих воплей в два раза. У меня аж глаз задергался от этого крика. Кажется, если бы мне в ухо ревела пожарная сирена, то это было бы намного мелодичнее. Как можно работать в такой нервной обстановке…

Хорошо, что я заранее продумал как буду действовать в подобной ситуации, поэтому рядом с нами появилось еще одно Отродье Дракона, которое спикировало вниз и подставило нам свою спину.

Ляп!

Ох ты блин… Никогда бы не подумал, что у него такое твердое и липкое тело… Тем временем дракон мощными взмахами крыльев начал подниматься выше, а я с интересом посмотрел вниз.

Каждое Искажение имеет свои границы в виде стен из непроходимого тумана. На небе я ни разу не видел ничего подобного, как и в пропастях, которые попадались мне в приключениях. Поэтому я думал, что нижних и верхних границ просто нет, но оказалось, что я ошибался.

Сейчас, когда мы успели упасть довольно глубоко, мне удалось рассмотреть где-то там вдалеке серую пелену тумана. Вот интересно, что будет, если все-таки рухнуть на него с такой высоты? Он смягчит падение или мы бы разбились в лепешку?

— Нашел о чем думать! — занервничал Дориан. — Ты бы лучше переживал о том, чтобы с дракона не свалиться!

— Свалишься тут… — я попробовал оторвать руку от липкой шкуры Отродья Дракона и это получилось с большим трудом. — Тут скорее нужно беспокоиться, чтобы намертво к нему не прилипнуть, пока до острова долетим.

Тем временем башня была все ближе и ближе, а заинтересовавшихся нами змеев все больше. Как только они оказались на расстоянии кислотного плевка наш дракон тут же взялся за дело, однако без особой пользы. Попал он лишь в самый первый раз, а затем летающие твари начали запросто уворачиваться от его кислотных выстрелов.

Они оказались намного шустрее, чем неуклюжие горгульи, так что нужно было срочно думать, что с ними делать. Я попробовал запустить в ближайшего к нам змея Стрелой Тьмы, но он легко увернулся от заклинания, как будто оно в него летело со скоростью улитки.

Попытка с Лучом Смерти тоже не увенчалась особым успехом, хотя первым выстрелом мне все же удалось задеть змея. По нему пробежались яркие зеленые молнии, и он рухнул вниз. Я было обрадовался, но когда до острова оставалось всего ничего, он вдруг пришел в себя, а затем снова направился ко мне.

— Лети на башню! — скомандовал я дракону. Это была самая высокая точка на острове, а значит пока они доберутся до меня, я попробую еще один вариант. Надеюсь, уж он-то точно сработает.

Дракон мощными ударами крыльев рванул вперед и ввысь, затем сделал крутой вираж в сторону башни. О том, чтобы с него упасть, даже речи быть не могло, прилипли мы довольно крепко. Хотя Софья на всякий случай все же держалась за меня и визжала при особо крутых пике, как и положено всякой нормальной девчонке.

Хотя змеи двигались достаточно быстро, со скоростью нашего дракончика это все же не сравнить. Поэтому, когда мы опустились на черную башню, до ближайшего змея было как минимум метров сто. Разместившись на башне, наш дракон вновь принялся обстреливать змеев, видимо надеясь ухлопать хотя бы одного.

— Максим, он не попадает по ним! — прокричала мне в ухо Воронова, как будто я внезапно ослеп и сам этого не видел.

Вместо ответа я призвал Трупную Слизь, которой приказал атаковать змея-рыбачка. Получилось как надо. Даже лучше, чем я предполагал. Как только змея окутала слизь, он сразу же потерял возможность к передвижению и камнем полетел вниз. Все на что он был способен — пытаться шарахнуть по Трупной Слизи молнией, но ей это как мертвому припарки.

— Ты убил ее! — радостно закричала Софья за моей спиной, а Отродье Дракона удивленно фыркнуло.

— Еще нет, но очень надеюсь, что скоро это сделаю, — крикнул я ей в ответ, наблюдая как в нашу сторону движется множество огоньков.

Я подождал пока они подплывут поближе, а затем принялся плодить Трупные Слизи, которые окутывали змеев одного за другим. Их оказалось двадцать семь. Именно столько кубов серой слизи лежало внизу башни, внутри которых отчаянно сражались за свои жизни змеи, пытаясь поджарить врагов молниями.

Мне оставалось сделать всего два заключительных штриха. Для начала активировать Могильное Связывание, а затем попасть по кому-нибудь из тварей Лучом Смерти, чтобы аккуратно разрезать тела и не испортить мерцающие змеевики. Сейчас никаких трудов для меня это не составляло, теперь и Отродье Дракона уверенно попадал по ним.

Можно было бы вовсе ничего не делать и подождать пока всю работу за меня сделает дракон, чтобы сэкономить немного энергии… Но я решил не рисковать и ускорить процесс.

Выглядело это эффектно…

Буквально пара секунд и никаких тебе молниевых разрядов. Вокруг тишина и покой. Лишь только изрубленные Лучом Смерти тела змеев лежат внизу, не подавая признаков жизни.

Я выждал немного времени, чтобы окончательно убедиться в удачном массовом убийстве, затем отозвал всех Трупных Слизей. Хотя, нет… Это же одно существо, просто каждый раз, когда я его активирую оно делится на части, так вроде бы мне Дориан объяснял. Странная штука, конечно…

В этот момент я услышал громкие хлопки крыльев — это наше первое Отродье Дракона расправилось с горгульями и возвращалось обратно.

— Теперь мы можем улетать отсюда? — с надеждой спросила у меня Софья и я вынужден был ее огорчить.

— Не-а… Среди убитых тварей не было проклятья, так что сейчас начинается самое интересное, — сказал я. — Думаю, оно сидит в башне.

— Откуда ты знаешь, что его не было? — с досадой в голосе спросила она. — Может быть, ты его просто просмотрел?

— Нет, — усмехнулся я. — Поверь, когда оно умирает, происходит такая штука, которую лично мне сложно не заметить.

— А ты… — понятия не имею, что хотела сказать Воронова, но в этот момент башня под нами начала дрожать.

Я дал дракону команду на взлет и сделал Светящийся Огонек ярче, чтобы можно было видеть получше. Внутри башни что-то происходило, однако совершенно не понятно что именно. Никаких бойниц или окошек, лишь одни трещины, сквозь которые лился яркий свет… Он был подозрительно похож на свет, который дают мерцающие змеевики, и судя по яркости, там их целая орава.

Отлетев немного подальше, я стал прикидывать сколько энергии у меня еще осталось и хватит ли сил, чтобы провернуть такой же финт с заклинаниями?

— Софья! — громко крикнул я, не спуская глаз с башни, свет внутри которой поднимался все выше и выше.

— Что?

— Вороний Амулет на тебе? — спросил я, надеясь в крайнем случае взять его, чтобы использовать хранившуюся в нем магическую энергию.

— Конечно! А что?

— Пока ничего, если что…

Договорить я не успел. В этот момент поток света словно ракета устремился вверх, трещины в башне начали увеличиваться и из нее с грохотом вырвался змей-рыбачок… Огромный как поезд он взлетел вверх, на некоторое время завис там, а затем начал спускаться вниз, укладываясь передо мной кольцами.

Мощная махина… Я смотрел на него и думал, насколько сильно мне может помочь в этом случае Вороний Амулет со своим запасом энергии… Вряд ли я смогу остановить эту тварь Трупной Слизью…

— Можно попросить Софью превратиться в… Ну не знаю, в кого там она может превратиться при помощи Вороньего Амулета? — спросил Дориан.

Тем временем змей завис всего в паре десятков метров от меня, издавая мерзкие звуки своей шкурой, чешуйки которой соприкасались от его постоянных движений. Его огромный мерцающий змеевик висел прямо перед его мордой. Как было бы здорово лупануть по этому огоньку Стрелой Тьмы…

Судя по тому, что мои драконы начали атаковать его кислотой, им эта идея тоже пришла в голову. Несколько плевков даже пролетели довольно близко от мерцающего змеевика. Однако змей лишь покачнул им в сторону и с легкостью избежал опасности. Так… Значит и Стрелой я в него вряд ли попаду…

— Можно еще попробовать… — вновь заговорил Мор.

— Погоди-ка, Дориан, — сказал я и потянулся к своему поясу. — Кажется у меня появилась идея.

Очень медленно, стараясь не нервировать змея, я расстегнул кожаную защелку чехла с ножом, и мне в руку сам собой скользнул Перчик. Как там говорила Лазарева, этот нож всегда попадает в цель и пробивает все что угодно?

Мне кажется, самое время проверить его в действии… Сейчас как раз тот случай…

Глава 19

Я постарался метнуть ножик как можно сильнее. Ну насколько это позволяла обстановка, учитывая то, что я сижу верхом на драконе. Метание в данной ситуации не самая простая штука. Но я постарался по максимуму и вложил в бросок все свои силы. Нож ярким красным росчерком сверкнул в свете моего Огонька и со скоростью молнии полетел в сторону огромного змея.

Это было очень быстро. Настолько, что у твари даже не было никаких шансов увернуться от ножа. В последний момент змей качнул своим мерцающим змеевиком, пытаясь избежать артефакта, но Перчик будто вильнул вслед за ним и вонзился прямо в самый центр огонька. Туда, куда я и метил.

В тот же момент змей сжался в тугой узел, а я выставил руку и почувстовал, как через мгновение в моей ладони оказалась рукоять кроваво-красного клинка. Я даже не заметил, как он летел обратно.

Что же, похоже одно свойство артефакта явно сработало — он и в самом деле возвращался к своему хозяину, а как насчет остальных? Надеюсь, этого огромного змея не просто так скрутило в узел.

Ответом на мой вопрос стала реакция твари, тело которой начало раскручиваться словно могучая спираль. Она била мощным хвостом в разные стороны, а пространство вокруг наполнилось громким треском от молний, покрывших ее тело.

Я дал команду Отродьям улетать подальше, и в то же мгновение прямо над нашими головами пролетел хвост змея, лишь чудом не задевший нас и врезавшийся в соседнего с нами дракона. От мощного удара тот жалобно вскрикнул и рухнул вниз. Судя по тому, что я видел — у него были переломаны крылья.

Мы же поднимались все выше и выше, а под нами происходил настоящий Армагеддон. Змей крушил своим мощным хвостом все вокруг. Снес половину башни, а в воздух летели куски земли и каменные глыбы, которые он вырывал своим мощным телом.

Тем временем я отозвал покалеченное Отродье Дракона, которое жалобно кричало внизу, снова и снова пытаясь взлететь, а мы с Софьей смотрели сверху на змея. Посмотреть было на что, впечатляющее зрелище, которое редко увидишь. В последний раз я наблюдал что-то подобное, когда грохнул гигантскую демопендру.

Красочная агония продолжалась несколько минут. Движения змея становились все медленнее, а мерцающий змеевик, который продырявил Перчик, терял свою яркость прямо на глазах. Вскоре все было кончено. Гигантский змей-рыбачок перестал дергаться и затих.

Едва это произошло, как все его могучее тело вспыхнуло миллиардами разноцветных сине-белых искр, которые медленно кружились в воздухе. Это означало, что змея теперь можно не бояться, поэтому я дал команду дракону спускаться вниз.

Когда до земли оставалось не больше пары десятков метров, искры могучей рекой полетели ко мне и начали вливаться в мое тело, напитывая магической энергией. Как же я люблю такие моменты! Только ради этого стоит участвовать в таких битвах!

Дракон опустился на землю, а я обернулся к Софье, которая по-прежнему сидела молча, вцепившись в меня своими цепкими пальцами. Судя по ошарашенному лицу Вороновой, она находилась под сильным впечатлением. Бледная, с выпученными глазами…

— Софья, ты как? — осторожно спросил я, боясь ее испугать. Мало ли что… Все-таки не каждый день такое случается…

— Нормально, — ответила она после небольшой паузы. — Ты поглотил эту штуку, я правильно поняла?

— Что-то типа того, — ответил я. — С некоторых пор у меня появилась такая особенность. Умею насылать проклятия и, как видишь, их поглощать.

— Жаль только, что мерцающий змеевик с этой твари снять не получилось, — сказал Дориан. — Представляешь сколько можно было бы выручить за него?

— Я думаю нисколько, — ответил я. — Вряд ли он представляет какую-то ценность, после того как его проткнул Перчик. Давай лучше проверим, какой магический кристалл он нам оставил. Вон там что-то блестит, по-моему…

Мор лишь протяжно вздохнул в ответ. Видимо, успокоил себя тем, что по крайней мере, мы соберем мерцающие змеевики у остальных тварей. Я попробовал слезть с дракона и это оказалось непросто. Броня прилипла к нему довольно крепко. Вот зараза… Чем они шкуру свою мажут, интересно знать?

Я сделал еще несколько попыток, но все они оказались тщетными. Влипли мы с Вороновой основательно. В конце концов я решил поступить радикально и просто отозвал Отродье.

Хххррртть…

Сработало!

— Ну наконец-то! — воскликнула Софья, которая к этому времени уже немного пришла в себя и теперь ощупывала себя. — Гадость какая липкая… Джинсы мне испортил… Фу…

— Нашла о чем переживать, — сказал я и проверил свою броню.

Она была в целости и сохранности, хотя тоже вся в липкой слизи дракона. Надеюсь, она отстирывается… Броня из змееткани — не джинсы, каждый день новую покупать никаких денег не хватит.

Я сделал Светящийся Огонек немного ярче и пошел к тому месту, где по-моему мнению блестел кристалл. Так и есть. На этот раз зеленый. Честно говоря, я рассчитывал на фиолетовый, но зеленый тоже отлично. Тем более, такого размера и чистоты как этот. Уверен, что он будет ненамного хуже.

— От них всегда остаются магические кристаллы? — спросила Софья.

— Только от проклятий. От обычных тварей нет никакой пользы кроме компонентов для эликсиров, — ответил я и снял рюкзак. — Вот с этих тварей, например, можно срезать мерцающие змеевики.

Я вытащил пузырек и начал прикидывать сколько примерно змеевиков в него влезет. Судя по тому, что Дориан вновь начал что-то недовольно бормотать, мой друг переживал, что все однозначно не войдут.

— Зато мы сможем отобрать самые лучшие, — приободрил я его.

— Такое себе утешение… — буркнул он, и я понял, что угадал насчет его тревоги.

— Ты же сам учил меня видеть во всем только хорошее, — сказал я и пошел в сторону тварей, мерцающие змеевики которых уже давно потухли.

Но это было неважно, главное, чтобы они оказались в целости и сохранности. Надеюсь, мне удалось не повредить их своим Лучом Смерти. Будет обидно, если не получится ничего заработать на таком солидном улове змеев.

— Максим, что это за звук? — вдруг спросила у меня Софья.

Я остановился и прислушался. Вокруг было тихо. Настолько, что в какой-то момент мне показалось, что от этой тишины у меня начало звенеть в ушах. Стоп… Это какой-то необычный звон…

Я бы даже сказал, что это скорее всего колокольчик. По крайней мере, больше всего похоже именно на него. Чистый и ровный звук переливался будто ручей. Хотелось слушать его не отрываясь.

— По-моему, это где-то там, — сказала Воронова и показала в сторону башни.

Мы одновременно посмотрели на черную, практически до основания разваленную башню и замерли. Похоже Софья была права, звук шел именно оттуда.

— Интересно, что это такое? — спросила она, на всякий случай подойдя ко мне поближе.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Но если будем стоять на одном месте, мы этого точно не узнаем. Пойдем, проверим.

— А вдруг там что-то опасное? — с тревогой спросила девушка и посмотрела на меня. — Звук, конечно, мне нравится, но бывают же существа, которые специально завлекают чем-нибудь, а потом… Ну в общем…

После слов Вороновой я еще раз прислушался к своим ощущениям, но ничего подозрительного не почувствовал. Никакой темной энергии или чего-то такого. Мне кажется, можно смело идти и смотреть что там такое. Тем более, что проклятье я уже уничтожил, кого бояться?

— Я бы на твоем месте все равно проверил на всякий случай, — сказал Дориан. — Для Искажений это что-то новенькое. Девчонка права, мало ли, что там такое.

— Совсем меня параноиком сделаете, — мысленно возмутился я, но все-таки решил прислушаться к совету Мора и вызвал Жреца Смерти.

Эти парни больше всего подходили на роль разведчиков. По крайней мере, они хотя бы соображали своей головой и могли доложить обстановку. От скелетов в этом смысле пользы было гораздо меньше. Единственное по чем можно было бы понять, что там проблема — это по звуку их костей, которые стучали бы по камням, после того как их разберут на запчасти.

Сразу после появления Жрец подозрительно уставился на Воронову. Видимо, размышлял не вызвал ли я его для того, чтобы он ее шарахнул заклинанием? Особой угрозы он в ней не почувстовал, поэтому перевел взгляд на меня:

— Меня зовут Ролло, хозяин. Вызывали?

О! Это что-то новенькое! Наконец-то парни начали сами представляться и избавили меня от необходимости все время угадывать, кто именно откликнулся на мой призыв.

— Да. Видишь вот эту черную башню? — спросил я у него и показал в сторону развалин.

— Башню, хозяин? — с сомнением в голосе уточнил он.

— Ну совсем недавно она была башней, — заверил я его. — Впрочем, это неважно. Там внутри нее что-то звенит, слышишь?

На некоторое время мы дружно затихли.

— Что-то такое есть… — наконец сказал Жрец, а затем поделился своими соображениями. — Мне не очень нравится. Я больше люблю что-то погромче, типа барабанов или трубы.

— По-твоему, я призвал тебя, чтобы ты послушал со мной мелодию?

— Разве нет? — удивленно спросил он. — Никакой угрозы для вас я не вижу, поэтому решил, что именно для этого.

— Пойди в башню и посмотри, что это там звенит, а потом вернешься обратно и расскажешь, — приказал я ему, изо всех сил стараясь не заржать.

Ролло кивнул и потопал к развалинам.

— Слушай, Дориан, мне кажется, или с каждым призывом они становятся все более разговорчивыми? — спросил я у своего друга, глядя Жрецу в спину.

— Тебе не кажется, — ответил он. — Однако в этом нет ничего необычного, мой мальчик. Чем чаще ты призываешь кого-то, тем больше вы сближаетесь. Ты ведь заметил, что даже Отродья Дракона тебя стали понимать гораздо лучше?

Хм… Дориан был прав. На этот раз драконы и правда реагировали на мои команды гораздо шустрее, чем обычно. Только сейчас, после того как Мор сказал мне об этом, я понял, что так оно и было.

— По-моему, я не видела этого парня, — прервала наш разговор Софья. — Раньше ты призывал какого-то другого. Такой весь в черном, с огромной синей косой. Этот мне больше нравится, не такой страшный.

— Того звали Жнец, а это Жрец Смерти, — ответил я. — Точнее Жрецы. Их там целая банда.

Тем временем Ролло спустился в развалины, немного побыл там и вскоре выбрался обратно. Угу, понятно. Значит я оказался прав, ничего опасного на развалинах нет.

— Что там звенит? — спросил я у него, как только он подошел поближе.

— Какая-то маленькая светящаяся штука, — сказал он. — Размером не больше мизинца. Думаю, она не представляет опасности, но, если нужно, я вернусь и уничтожу ее, хозяин.

— Не нужно. На этом, пожалуй, остановимся. Спасибо, Ролло, — сказал я, затем развеял Жреца и посмотрел на Софью. — Опытным путем было установлено, что там ничего страшного нет. Можем идти смотреть на светящуюся штуку, о которой говорил Ролло.

После буйства гигантского змея-рыбачка идти было сложно. Приходилось перепрыгивать с камня на камень и все время следить, чтобы ненароком не навернуться. На всякий случай я окружил нас защитными аурами от физического урона, чтобы избежать ненужных повреждений, если вдруг кто-то неудачно прыгнет.

Самое сложное было, когда мы взбирались на остов башни. Во всяком случае мне. Софья оказалась половчее и забралась на нее со скоростью прыткой ящерки. Она даже подала мне руку, чтобы помочь взобраться.

Как и говорил Жрец, внизу что-то светилось. Мягкий, дрожащий свет. Это было похоже на пламя свечи, которое немного дрожит от легкого ветерка. Только этот свет был не желтым, а белым, немного с серебром. Очень необычный свет.

Мы осторожно спустились вниз и присели, чтобы рассмотреть эту штуку получше. Больше всего это было похоже на подснежник, который смог чудесным образом пробиться между двух камней, из которых был сложен пол. Вот только по сравнению с ним это растение выглядело еще более нежным и хрупким. Совсем тоненький стебель, листочки словно паутинки…

Оно было таким хрупким на вид, что мне казалось, стоит лишь дотронуться до него, как цветок сразу же осыпется на землю светящейся пылью. Да и вообще… Почему-то мне казалось, что своим прикосновением я нанесу ему вред.

— Как думаешь, что это такое? — спросила Софья.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Ни разу не видел в Искажениях что-то подобное. Все, с чем мне приходилось сталкиваться раньше, либо уже нападало на меня, либо планировало это сделать. Цветок я вижу впервые. Даже не думал, что здесь может оказаться нечто подобное.

— Красивый, правда? Смотри, он дрожит! Такое ощущение, что он живой…

У меня тоже было похожее чувство. Цветок не пытался как-то ментально связаться со мной, как это делали растения в некрослое, но все равно было ощущение, что он и в самом деле живой. В каком-то смысле…

— Ты что намерен делать, Макс? — спросил у меня Дориан, как будто не мог читать мои мысли. — Только не говори, что ты всерьез решил забрать его в свой мир.

— Зачем спрашивать, если ты и так все мои мысли видишь? — сказал я, размышляя как бы взять это растение, чтобы не повредить его.

— Не поверил тому, что увидел, — пояснил Мор свой вопрос.

— Что тебя смущает?

— Мне кажется, это не лучшая идея, — с сомнением в голосе сказал он. — Ты верно сказал, ничего хорошего в Искажениях пока не было. Вполне может быть, что твоя девчонка права, и этот цветок в самом деле вредный.

— Во-первых, она не моя девчонка. Во-вторых, он не выглядит опасным. Никаких проклятий на нем нет, темной энергии я тоже не чувствую, так что страха на меня не нагоняй, — сказал я. — Вдруг мы с тобой нашли классную штуку, которая нам пригодится?

— Интересно каким образом? — спросил Дориан. — Будет тренькать у тебя в комнате и мешать спать?

— Пока не знаю, чем оно будет полезно, но интуиция мне подсказывает, что я буду жалеть, если не заберу его отсюда, — ответил я и полез в рюкзак за пузырьком для компонентов. — Я его отдам на исследование Рябининой. Думаю, она мне за это будет благодарна. Будем считать, что это мое спасибо за лечение Бродяги.

— Ты что, собрался класть его в пузырек для компонентов? — занервничал Мор. — А как же мерцающие змеевики? Там их целая гора!

— Не могу же я его в карман положить, — справедливо заметил я и осторожно потянул за стебель.

Цветок легко скользнул мне в руку, и я почувствовал приятный холодок, а еще… Он был совсем не мягким на ощупь и меньше всего был похож на растение в этом смысле. Если бы цветок не дрожал, можно было бы сказать, что растение сделано из хрусталя. Странная штука, вот что я скажу.

В этот момент мелодия вдруг прекратилась, но спустя несколько секунд заиграла вновь. Почему-то я решил, что это хороший знак. Затем я переложил его в пузырек и плотно закупорил пробкой. Звук стал немного тише, однако не исчез насовсем.

— Променять мерцающие змеевики на эту блестящую свистелку… — простонал Мор. — Кто наказал меня этим ребенком? Потерять столько денег на ровном месте… Еще немного, и мы с твоим отношением к жизни заглянем в глаза голодной смерти…

— Дориан, не прибедняйся, — посоветовал я ему. — У нас денег — девать некуда, а такой цветок нам попался впервые. Возможно, он вообще единственный в своем роде.

— Сколько раз тебе повторять, что денег никогда не бывает слишком много, — не унимался он. — Каждый золотой в твоей сокровищнице…

— Закладывает фундамент моей могущественности и уверенности в завтрашнем дне, — закончил я за него фразу, которую он мне говорил время от времени. — Я знаю, но это совсем другое.

Он продолжил читать мне мораль, но я его не слушал. Зная своего друга, он будет припоминать мне эту историю не один день. А если цветок еще окажется и бесполезным в конце концов, то я буду слушать про мерцающие змеевики еще год как минимум.

Выбираться из башни было намного легче. Едва мы оказались снаружи, я сразу предупредил Софью, что планирую использовать часть Вороньего Амулета, чтобы левитировать обратно. Как я и предполагал, она с легкостью согласилась. Второй раз лететь на липкой спине Отродья Дракона у нас никакого желания не было.

— Прощайте, мои змеевички… — с тоской в голосе причитал Дориан, когда остров с башней остался за нашей спиной.

— Судя по твоим стонам, мы здесь целую гору золота оставили, — усмехнулся я. — Скупердяй.

— Молчи, глупый мальчишка… Два дня не буду с тобой разговаривать…

Это он приврал. Не пройдет и часа, как уже будет снова ругать меня. Дориан, в отличие от меня, в этом плане никогда не держал своих обещаний и не мог долго меня бойкотировать.

Тем временем мы уже почти подлетели к нашему порталу и как только остров оказался под нашими ногами, я сразу же приземлился. В этот раз энергии на перелет нам вполне хватило. Конечно, не нужно же было отвлекаться на всяких горгулий.

— Сейчас мы выйдем отсюда и Искажение исчезнет, — сказал я Вороновой, чтобы она знала, что будет происходить.

— Вот и хорошо, — нетерпеливо сказала она. — Мне хочется поскорее выбраться из этого мерзкого места. Понять не могу, зачем ты ходишь по ним?

— Интересно, — честно ответил я и похлопал себя по карману. — К тому же полезно. Теперь у нас есть отличный магический кристалл и половина его стоимости твоя. Скоро сможешь положить на свой счет кругленькую сумму.

— Оно того не стоит, — фыркнула Воронова и в этот момент портал вспыхнул, а вслед за этим из него вылез паук, размером с канализационный люк.

— Какого хрена⁈ — удивился я и влепил по нему Стрелой Тьмы, которая разнесла его в клочья. — Откуда он взялся?

В этот момент мы с Софьей переглянулись, и я все понял. Ну конечно… Там ведь в башне осталась дырка… Твою мать…

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора, чтобы не пропустить обновления. Ну и конечно же, прошу не забывать ставить Лайк 💖 , если нравится произведение)

Благодарю вас за поддержку!

Глава 20

— Максим, как думаешь, там еще есть пауки? — спросила Софья, пока я накидывал на нас ауры со всякими полезными свойствами. — Какой он был огромный и мерзкий…

— Конечно есть, — сказал я на всякий случай, чтобы она не расслаблялась. — И думаю, что это еще не самый большой паук, который нас там поджидает.

— Наверное ты прав, — с тоской в голосе сказала она и вздохнула. — Проклятое место какое-то…

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, поправляя броню.

— Это не первый такой вот паук, которого я здесь видела. Когда с ведьмой жила, то они здесь часто встречались, — объяснила Воронова. — Она даже парочку в кладовой сушила для своих ведьмовских дел.

— А потом что с ними случилось? Не могли же они исчезнуть сами по себе?

— Понятия не имею. Просто перевелись и все, — пожала плечами девушка. — Были-были и исчезли.

Что за логика у этих девчонок? Никогда ее не понимал. Как это были и исчезли? Должна же быть какая-то причина для этого.

— Не расстраивайся, Макс, как видишь, они не все исчезли, — сказал Дориан, который обещал со мной два дня не разговаривать. — По меньшей мере, один точно остался. Между прочим, все из-за твоей беспечности… Я думаю, он как раз из башни вылез, в которой ты дырку забыл закрыть перед тем, как сюда топать.

— Ну забыл и забыл, что теперь об этом говорить? — фыркнул я, немного злясь на самого себя.

На самом деле я ведь не то что забыл ее закрыть, а просто даже не подумал о том, что не мешало бы это сделать. Ну да ладно, сам прошляпил, сам и расхлебывать буду. Не в первый раз.

— Угу, — поддакнул Мор. — Тебе не привыкать. Оно ведь куда интереснее потом все поправлять, вместо того чтобы сразу головой подумать.

Даже отвечать ничего не буду. Что за привычка мне все время морали читать?

— Софья, я пойду первым, а ты выжди немного, а затем топай за мной, поняла? — спросил я у девушки и активировал свои энергетические мечи, готовясь к бою.

— Немного — это сколько? — нахмурилась она и с тревогой осмотрелась.

— Пару минут как минимум. Не бойся, здесь тебе нечего бояться, — успокоил я ее. — Проклятье мы убили, так что… Две минуты как минимум, хорошо?

— Ладно… — с неохотой сказала она, а я тем временем шагнул в переливающийся портал.

Хрусть… Хлюп… Чвак…

Едва я вышел из портала, как сразу же наступил на паука, который как раз собирался посетить Искажение. Этот был почти в два раза меньше предыдущего, поэтому я раздавил его как таракана. Ну… Очень большого таракана…

Из него вытекла лужа какой-то темно зеленой жидкости и в воздухе резко запахло протухшей рыбой.

— Фу… Гадость какая… — пробормотал я и попытался струсить дохлого паука, который прилип ко моему кроссовку как банный лист.

Ты посмотри, не сбрасывается! Вот зараза такая! В этот момент передо мной хлопнулся еще один паук, и я на время прекратил попытку отделаться от дохлятины.

Этот был просто огромным, не меньше пары метров в диаметре. Едва он оказался на земле, не стал терять времени и тут же сиганул прямо на меня. Учитывая, что нас разделяло всего каких-то десять шагов, мне пришлось постараться, чтобы увернуться от него. Если бы не Кольцо Ветра, хреново бы мне пришлось…

Я ушел в сторону, и в тот момент, когда он пролетал мимо меня, рубанул по нему мечом. Энергетический клинок не встретил никакого сопротивления, поэтому мне показалось, что я его не достал, однако это было приятной ошибкой.

Пока он неуклюже разворачивался в мою сторону, я увидел, что тело у него в полном порядке, а вот нескольких длинных ног явно не хватало. Я не стал дожидаться пока он плюнет в меня каким-нибудь ядом или придумает другую пакость, поэтому шарахнул по нему Стрелой Тьмы, которая разорвала его на части.

Разделавшись с пауком, я быстро осмотрелся, пытаясь понять — нет ли здесь еще таких же? Но никого не увидел. Или их не было, или они куда-то удрали. Это было бы не очень хорошо, расплодятся снова…

На всякий случай я решил оббежать вокруг башни, чтобы проверить, не спрятался ли какой-нибудь паучок за ней?

Хлюп… Хлюп… Хрртьь… Хлюп… Хлюп… Чвак…

Да долбаный паук! Прилип как кусок смолы! Сволочь!

Я начал шкрябать кроссовкой по земле, пытаясь таким способом отделаться от мертвого тела, но хрена с два. Лапы я у него все пообломал, а вот само тело никак не хотело покидать мою обувь.

В этот момент за моей спиной вспыхнуло, на мгновение осветив все вокруг ярким светом. Это прибыла Воронова, за которой исчез портал в Искажение. Судя по ее решительному выражению лица, она была намерена порубить пауков в капусту мечом, который угрожающе выставила вперед.

Кстати, между делом, я обратил внимание, что уроки с Ткачом для нее явно проходят с пользой. Теперь она смотрелась с мечом не так жалко, как в начале ее тренировок. Во всяком случае, знала как правильно его держать, чтобы не пораниться.

Хлюп… Хлюп… Хррть… Чвак… Хлюп…

— Больше никого нет, — сказал я, быстренько нарезав кружок вокруг башни и подойдя к Вороновой.

— Фу… Ну и вонища… По-моему, когда мы отсюда уходили, здесь пахло по-другому… — наморщила нос Софья.

— Раньше пахло так, теперь вот так, — ответил я и еще раз поводил подошвой по земле. Без толку.

— Смотри! — воскликнула она и показала пальцем на башню.

Из дыры вновь выглядывал паук. Этот оказался трусливее своих родственников, поэтому вылезать не спешил. Я бросил в него Стрелу Тьмы, но, по-моему, не попал. Прыткий гаденыш оказался!

Я убрал один из мечей и отправил в башню Светящийся Огонек. Затем схватил Софью за руку и активировал дар Дона-Нефрита, чтобы телепортироваться на стену.

— Ух ты! — воскликнула Воронова, когда мы оказались на стене. — Прикольно!

— Еще бы… — сказал я, глядя вниз.

Там были довольно широкие каменные ступеньки, которые уходили куда-то вниз. Нечто подобное я уже видел, когда был в башне, в которой жили карги. Там тоже была лестница с подземельем.

Ничего опасного я пока не видел. Лишь паук, который недавно удрал от меня, вновь шмыгнул в лестничный пролет, улепетывая подальше.

Я сжал руку Вороновой, и мы телепортировались на лестницу.

Чвак… Хлюп…

Да блин…

— Ты слышал? — встрепенулась Софья. — Что это был за звук?

— Это к моей ноге паук прилип, вонючка такая… Я его раздавил, а он…

Договорить я не успел, потому как из лестничного пролета на нас вылетел призрак. Это была высокая стройная женщина, примерно лет сорока. Когда-то давно, может быть, даже симпатичная, но сейчас ее холодное бледное лицо было уставшим и равнодушным.

Едва она показалась в полный рост, как я услышал звук множества ног, которые семенили по каменным ступеням. Вскоре показался первый паук, затем еще, и еще…

В этот момент Софья отчаянно завизжала, а призрак разразился заливистым смехом. Что касается меня, то орава пауков не испугала. Даже очень удобно получилось, чтобы они собрались все вместе. Недолго думая, я применил против них Могильное Связывание, ощущая, как заклинание находит для себя все новые и новые цели.

Как только я почувстовал, что заклинание перестало вытягивать из меня магическую энергию, я понял, что его работа на этом закончилась. Пришло время Стрелы Тьмы…

Пауки, которые успели выбраться из подземной части башни, лопнули как переспевшие дыни, с ног до головы забрызгав нас с Вороновой своими вонючими внутренностями. Воздух вокруг наполнился неприятным спертым запахом, а где-то там внизу слышались все новые и новые звуки разлетающихся на части паучьих тел.

Не прошло и минуты, как все затихло. Воронова перестала кричать и теперь лишь часто и громко дышала. Призрак тоже перестал хохотать… Женщина удивленно уставилась на нас, а затем тишину в башне разорвал ее отчаянный крик:

— Твари! Какие же вы твари! Будьте вы прокляты!

Хорошо, что Софья сейчас не видит эту дамочку. Она девчонка впечатлительная, думаю после пауков это было бы уже слишком. Я подождал пока призрак вдоволь наорется, и как только возникла небольшая пауза, тут же ее заполнил.

— Женщина, может быть, хватить орать, а? — спросил я у нее в тот момент, когда она готовилась осыпать нас новой волной проклятий. — У меня от ваших воплей уши закладывает.

Она закрыла рот и удивленно уставилась на меня.

— Ты со мной говоришь, паскудник? Малолетний расхититель гробниц!

— Ну давай-ка полегче, хорошо? — терпеть не могу, когда призраки начинают перегибать палку, думая, что они какие-то особенные и непостижимые сущности, которых никто не видит. — Я ведь и развеять могу, если что…

— Максим, ты с кем говоришь? — спросила Софья, пока женщина соображала как ей быть дальше и взвешивала серьезность моей угрозы.

— Да тут дамочка одна проживает в башне, как оказалось, — объяснил я Вороновой. — Насколько я понимаю, она недовольна нашим приходом.

— Призрак, что ли? — удивленно спросила девушка.

— Угу, — кивнул я. — Причем очень нервный.

— Конечно недовольна! — сказала женщина и показала мне рукой в сторону пробоины в башне. — И пятидесяти лет не проходит, как какие-нибудь засранцы сюда ломятся! Расхитители колдунской собственности, черт бы вас побрал! Вот… Теперь еще и башню разломали… Кто ее теперь чинить будет, спрашивается? Мало того, что через черный ход лезут, а теперь еще и тут дырка…

Я молча подождал пока она закончит, время от времени поглядывая на лестничный проем, опасаясь, как бы оттуда не вылезла новая семейка пауков. Но нет, больше никто не появлялся.

— Ты что, меня правда видишь? — наконец спросила женщина, прекратив истерику и взяв себя в руки.

— Вижу, конечно, с кем я, по-твоему, разговариваю? Между прочим, гостей пауками не встречают, — сказал я. — Это твои, что ли?

— Нормальные гости через стены в дома не вламываются, — сказала она в ответ. — Еще и пауков моих перебил… Вредитель… С кем я теперь разговаривать буду? Теперь жди сто лет, пока новая партия подрастет… Ты кто такой вообще, и почему по лесу ходишь без присмотра?

— Не волнуйся, я сказал родителям куда пошел, — успокоил я женщину. — Меня Максим Темников зовут. Учусь в «Китеже» на третьем курсе. А ты кто?

— В «Китеже»? Одаренный значит? — на ее лице появилось что-то вроде кривой улыбки. — Что-то маловат ты для третьего курса… Или туда теперь прямо из люльки забирают?

— Раньше. Меня в первый класс отдали, едва я успел родиться, — сказал я.

— И с тех пор только в третий перешел? — хмыкнул призрак.

— Умом не блещу. Каждый раз на второй год оставляют. Держат только из-за родословной, — сказал я. — По блату, можно сказать.

— Не врешь? — прищурилась женщина.

— Чего мне врать? Все равно тебя кроме меня никто не видит.

— Это да… — вздохнула она. — Эх, такая школа была хорошая, и ту испортили… Безобразие.

Пару минут помолчали. Я решил дать призраку немного привыкнуть к новым обстоятельствам, а потом ждать, в какую сторону разговор дальше пойдет.

— А это кто с тобой? — спросила женщина и подлетела поближе к Вороновой. — Подружка твоя?

— Угу, — кивнул я. — Из параллельного класса. Тоже второгодница.

— Ты сейчас о ком? — спохватилась Софья.

— Да так, ни о ком, — соврал я.

— Подружка твоя значит? — спросил призрак, облетая ее со всех сторон. — Хороша… Сразу видно, что породистая. Не то что ты — бледный как мел. Худой… Ухватиться не за что… Такой вид, будто вот-вот помрешь…

— Слушай, я так-то добрый парень, но всему есть предел, — не хватало, чтобы каждый призрак с большой дороги мне тут гадости говорил! — Я тебя до сих пор не развеял только из уважения к женскому полу. Поэтому хочу предупредить — еще одно слово, и оно будет последним в твоей призрачной жизни.

Я посмотрел на Воронову и махнул ей рукой:

— Пойдем, поищем твоего колдуна.

— А с призраком что? — спросила девушка.

— Да ну ее… Разговаривает слишком много…

Хлюп… Хлюп… Хррть… Чвак… Хлюп…

— Стойте! — вдруг закричала женщина и попыталась загородить мне проход, как будто могла как-то помешать нам своим эфирным телом. — Зачем вам понадобился колдун?

Я молча прошел сквозь нее, подсвечивая себе путь Светящимся Огоньком, а следом за мной топала Софья. Лестница оказалась не очень длинной, но вот идти по ней было сложно. Повсюду валялись останки пауков, поэтому приходилось идти очень аккуратно, чтобы не поскользнуться на ступеньках. Тем более мне, когда на подошве этот дурацкий паук, который никак не хотел отлипать.

— Ну погодите же! Куда вы? — тем временем причитал призрак, пока я смотрел по сторонам, размышляя откуда будет лучше всего начинать поиски.

— Я думаю, начнем справа, — сказал я Софье и указал в темный коридор энергетическим мечом, усиленно делая вид, что не замечаю женщину. А не надо было мне всякие гадости рассказывать!

— Тебе виднее, — не стала спорить Воронова. — У тебя в этих вопросах опыта больше. Только смотри осторожнее, вдруг здесь кто-нибудь похуже пауков водится.

— Максим Темников, остановись! — призвала меня женщина и стала передо мной, раскинув руки в стороны. — Скажи мне, зачем тебе колдун, и что ты намерен с ним делать?

— Это мое личное дело и тебя не касается, — сказал я. — Как для призрака, ты слишком много говоришь. Вообще не понимаю какое тебе дело до этого демонопоклонника?

— Самое прямое, я его возлюбленная! — сказала женщина и гордо вскинула подбородок. — И не потерплю, чтобы какой-то мальчишка осквернил его останки!

Так… Ну это уже совсем другое дело. Хоть что-то начинает проясняться. По крайней мере, мне теперь стало понятно, что она здесь делает.

— Софья, хочешь новость? Призрак говорит, что колдун ее возлюбленный, — поделился я новой информацией с Вороновой. — Что скажешь?

— Да ладно? Ух ты как интересно! — загорелись глаза у девушки. — Было бы интересно на нее посмотреть. У него там было несколько наложниц в заточении. Правда их потом освободили… Что она еще рассказывает?

Вот девчонки! Готовы целыми днями про любовь слушать…

— Ничего не рассказывает, — пожал я плечами. — Я пока больше ничего не спрашивал.

— Так спроси! — воскликнула Софья. — Неужели тебе не интересно?

— Не-а… Совсем причем, — честно ответил я. — Знаешь сколько я всяких историй от призраков выслушал в своей жизни? С ума сойти можно…

— Тем более! — не сдавалась Воронова. — Одной историей больше, одной меньше. Попроси ее, пусть расскажет.

Я посмотрел на Софью, затем на женщину, которая по-прежнему стояла передо мной с раскинутыми руками. Да блин, не дадут спокойно по подземелью побродить…

— Ладно, — согласился я и оперся спиной о холодную стену. — Рассказывай. Только постарайся поскорее, а то нам еще домой возвращаться.

На все про все у женщины ушло минут пятнадцать. Удивительно мало, если учесть, сколько ненужных деталей мне пришлось услышать. Однако, если по сути, то дело было так…

Звали ее когда-то Спешнева Таисия Глебовна, дочь купца из Вологды. Там ее и выкрал колдун, когда ей исполнилось пятнадцать лет. Оказывается, для него спереть девчонку — это было обычным делом. Они ему для всяких колдовских практик нужны были, особенно те из них, которые непорочные.

Кто-то из них здесь надолго задерживался, кто-то нет… А вот Таисия умудрилась через несколько лет жизни в башне влюбиться в него. Единственная из всех. Даже когда башню опечатывали, отказалась бросить его здесь, все-таки два десятка лет вместе прожили. Так с ним и запечатали, как блудную деву в демоницу превращенную. С тех пор она его покой охраняет…

— Только все равно лезут всякие вроде тебя, — закончила она. — Все надеются здесь сокровища найти какие-то… Расхитители проклятые… Придут, половину пауков перебьют, сопрут все что плохо лежит и гвоздями не приколочено… Даже светокамни со стен поснимали… Одна мебель только и осталась…

— Как же они сюда приходят, если печать на башне? — удивленно спросил я, так как магический барьер, которым была окружена башня, был очень мощным.

— Так они, в отличие тебя, не с парадного входа лезут, а с черного, — ответила женщина. — Там решетки сплошные с рунными ловушками. Они живность какую-нибудь притащат и бросают на ловушки, чтобы они сработали. А потом сами лезут, живодеры… Раз в полста лет комиссия специальная от Императора приезжает, снова ловушки поставят, и все тут. Потом пройдет лет двадцать и опять… Вот в этот раз ты со своей барышней заявился, непонятно зачем. Тоже сокровища ищете? Так у нас их нет. Ни у Елистрата, ни у меня.

— У кого? — удивленно переспросил я.

— Мага Елистратом звали, — вздохнула она.

— Дориан, ты слышал? — мысленно спросил я у своего друга. — Что у них за мода была на имена странная? У нас в Тенедоме Андромед живет, этого Елистратом звали.

— Бывает… — глубокомысленно ответил тот. — Когда-то давно я знал одного кузнеца, которого звали Радостин, а фамилия у него была Сук, так вот он…

— Давай об этом позже, ладно? — попросил я его.

— Ты чего молчишь, Максим? Что она рассказывает? — нетерпеливо спросила Софья.

Я коротко пересказал трагическую историю любви Таисии и Елистрата, после которой Воронова погрустнела, а на ее глазах появились слезинки.

— Ты-то чего? — нахмурился я, потому как терпеть не могу, когда девчонки плачут. Тем более близкие… — Он же колдун-демонолог!

— Так я не его, а ее жалею… — шмыгнула носом Воронова. — Бедная девушка…

Тьфу ты черт! Теперь и призрак еще разревелась!

— Ну ладно, хватит вам, — решил я прекратить это мокрое дело. — Слезами делу не поможешь, а я сюда за дыханием предков пришел, и без него отсюда не уйду.

— За каким-таким дыханием предков? — настороженно спросила Таисия. — У нас такого добра отродясь не водилось, небом клянусь.

— Мне нужен кусочек кожи твоего Елистрата, — объяснил я. — Совсем крохотный.

— Зачем это? — удивилась она, затем наклонилась поближе, посмотрела мне в глаза и спросила. — Слушай, Максим Темников, а ты часом не блаженный? Странные у тебя желания какие-то… Ладно бы сокровища, а тут кусок кожи моего Елистратушки…

— Это он для тебя Елистратушка, а для меня — просто темный колдун, который продал душу демонам. Мне нужна его кожа для одного эликсира, понимаешь? Я намерен ее получить. Хотя бы немного.

— Знаешь, с такими желаниями ты тоже не особо светлый колдун получается, если хочешь с мертвого кожу срезать, — сказала Таисия и прищурилась. — Ты часом не некромант?

— Некромант, само собой, — кивнул я. — Причем перворазрядный. В темном классе учусь и довольно неплохо, между прочим.

— Эвона как… — удивленно сказал призрак. — Даже не таишься…

— Чего таиться, если у нас за это уже на плаху не отправляют? — усмехнулся я. — А теперь сделай доброе дело, не мешай пожалуйста. Давай мы сделаем свое дело и уйдем, хорошо? Все равно ведь ничем не помешаешь.

— А дырку в башне так и оставишь? — с обидой спросила она. — Сделал дело — гуляй смело? Так, что ли, получается?

— Дырку я заделаю, не переживай, — успокоил я ее. — Даже Святой Знак поставлю, чтобы к твоей башне вообще никто не подходил.

— Какой еще знак? — недоверчиво спросила она. — Название какое-то, не некромантское вроде…

— Название как название. Такое особое заклинание, которое будет всех отпугивать, — объяснил я. — Очень хорошее. Тебя больше ни один расхититель не побеспокоит.

— Да? Это хорошее дело, — кивнула она. — Слушай, Максим Темников, а может быть, ты мне и на черный ход такой знак установишь?

— Ну не знаю… — сказал я и задумчиво почесал затылок. — Колдунство мощное слишком… На много знаков у меня энергии может не хватить.

— А если я тебе взамен подарок сделаю? — прищурилась она. — Например, артефакт говорящий? Он как раз для темных колдунов подходит.

— Ты же сказала одна мебель осталась? — улыбнулся я, стараясь не показать, что крайне заинтересовался ее последними словами.

— Мало ли, что я сказала, — отмахнулась Спешнева. — Так что, интересуешься? Ты такого больше нигде не найдешь!

— Ладно… Рассказывай, что там у тебя припрятано…

Глава 21

Подземелье оказалось на удивление большим. В былые времена Елистрат разместился здесь с большим комфортом. Оказалось, что до того, как он поселился в этой башне, она служила пограничным укреплением, в котором находился небольшой военный гарнизон.

Вокруг Белозерска вообще довольно много подобных мест, которые в прежние времена активно использовались, а потом оказались никому не нужными и заброшенными. Вот и селились в них не пойми кто, с темными наклонностями, как правило. Вроде этого колдуна демонопоклонника.

Таисия вела нас по холодным темным коридорам и рассказывала про артефакт, которым она намеревалась расплатиться со мной за установку Святых Знаков вокруг башни и со стороны черного входа.

Ну как рассказывала… По правде говоря, знала она о нем совсем немного. Это было кольцо, которое Колдун никогда не снимал со своей руки, а она ни разу не надевала его, даже после смерти Елистрата. Очень сильно боялась.

При жизни колдуна она расспрашивала его про разные артефакты, которыми он владел. Конкретно про этот он говорил, что носить его могут лишь очень сильные темные маги, иначе кольцо поработит его и в конце концов уничтожит. Еще Таисия знала, что называется оно Кольцо Потерянных Душ, и это, пожалуй, все.

— Не густо, — расстроился я, выслушав ее недолгий рассказ. — То есть по факту ты даже не знаешь, что оно может делать… Тогда с чего ты взяла, что мне от него может быть какая-то польза?

— Ну как же… Ты ведь сам сказал, что некромант, правильно? А Елистрат говорил, что для темных магов это самая полезная вещь, которая только есть на свете, — убежденно сказала женщина. — Он мне никогда не врал!

Ага как же… Так я и поверил…

— Ладно, допустим он тебе не врал, — не стал я спорить с призраком, который на протяжении нескольких сотен лет был в чем-то убежден. — Про то, что артефакт разговаривать умеет, это тоже он тебе рассказал?

В этот момент из-за угла выбежало несколько большущих пауков.

— Ох! — испуганно вскрикнула Софья, которая шла за моей спиной и держала меня за руку от страха.

— Не трогай их, Максим Темников! — воскликнул призрак и лишь каким-то чудом успел это сделать до того, как я уничтожил их. — Пока я с вами, они не будут нападать.

Таисия не соврала. Как это было ни странно, но нападать они не стали, даже наоборот. Несколько секунд потоптались на месте, а затем удрали обратно за угол. Какие странные паучки. Неужели они как-то видят призрака? Необычно…

— Почему они тебя слушаются? — удивленно спросил я, заинтересовавшись этим вопросам.

— Сама не знаю, — ответила женщина. — Это Елистрата пауки, он их разводил. Но они и меня слушались, что тогда, что сейчас… Понятия не имею почему так происходит. Как-то раз я попыталась с ними заговорить, и они откликнулись. Иногда я как будто слышу их мысли. Понимаю о чем они думают.

— Как интересно… А что они здесь жрут?

— Все что найдут. Червей, жуков, крыс всяких-разных, — объяснила Таисия. — Знаешь сколько их сюда через черный ход забегает? Там же решетки…

— Софья, представляешь — эти пауки слушаются призрака. Первый раз такое вижу! — удивленно поделился я с Вороновой. — Получается, что они у нее что-то типа домашних животных. Питаются вроде червяками всякими и крысами.

— Крысы, червяки… Фу какая мерзость, — скривилась девушка и с опаской посмотрела на потолок, как будто опасалась, что с потолка на нее свалится червь.

— Так что там с артефактом? — напомнил я призраку тему нашего разговора до пауков. — Откуда узнала, что кольцо умеет говорить? Елистрат рассказал?

— Нет. Это я уже сама узнала. Он ведь раньше меня умер почти на полгода… — сказала она. — Его душу демоны как-то ночью забрали. Там у него с ними был какой-то уговор, но я толком об этом ничего не знаю. Он про свои колдунские дела со мной не особо любил разговаривать.

— Мы же все еще про кольцо? — спросил я у нее, опасаясь, как бы она не ударилась в долгие воспоминания. С призраками это запросто приключается. Вспомнить только старуху Огородникову… Весь мозг мне вынесла…

— Так я и говорю, забрали они его, значит, а кольцо-то осталось… Не выдержала я как-то раз и сняла с его пальца, — женщина перешла на шепот. — Надевать побоялась, а вот в руки взяла, а оно мне сразу и говорит страшным голосом: «Как посмела ты, тварь бесталанная, взять меня своими грязными лапами?».

— Сильно, — сказал Дориан. — Мне нравится, Макс, лихо оно ее. Все правильно, нечего хвататься за все подряд.

— Погоди, Мор… Если она не врет и ей не почудилось, то кольцо — это разумный артефакт? — спросил я.

Честно говоря, это меня немного взволновало. Мысль о том, что я могу стать обладателем разумного артефакта, одновременно и радовала, и в то же время пугала. Как правило, это были очень мощные артефакты, однако и крайне опасные.

— Я бы на твоем месте не спешил с выводами, — сказал Дориан. — Если артефакт умеет разговаривать, это еще не значит, что он разумный. Вполне может быть, что это одно из его волшебных свойств. Это первое, а второе — даже разумный артефакт не сможет просто так получить контроль над тобой, если ты его просто наденешь. Для этого нужно время.

Обдумав слова своего друга, я пришел к выводу, что он совершенно прав. Если кольцо не проклято, то сразу же как-то мне навредить оно не сможет. Однако даже в этом случае лучше перестраховаться и активировать Барьер при его использовании. Мало ли что…

— Чего замолчала? — спросил я у Таисии. — Рассказывай, что было дальше? О чем вы еще с кольцом разговаривали?

— Нашел дуру с ним разговаривать! Я со страху чуть не померла на месте, когда его услышала! — сказала женщина. — Бросила его на пол и два дня боялась в комнату заходить.

— Это правильно, — одобрил я и улыбнулся. — Нечего трогать артефакты, которые для темных магов предназначены. А что через два дня случилось?

— Решила попробовать сначала рукавицы надеть, в которых Елистрат зелья с ведьмой варил… — ответила она. — Жила здесь одна неподалеку, а он с ней знакомство водил. Может и сейчас живет, не знаю. Я из башни никуда не выхожу. Помню как-то…

— Надела ты рукавицы, а дальше что? — направил я Таисию в верное разговорное русло.

— И ничего, молчало оно, — сказал призрак. — Я его сразу и запрятала подальше. Там оно и лежит в укромном месте… Наверное…

Тем временем, с каждым нашим шагом я все сильнее начинал чувствовать темную энергию. Тот самый мощный поток, который встретил меня, когда мы подходили к Башне. Может так случиться, что призрак сейчас ведет нас в ловушку и никакого Кольца Потерянных Душ на самом деле не существует? Вполне, почему бы и нет?

— Я тебе еще два года назад говорил, что нечего с ними связываться, — недовольно пробурчал Дориан. — Никогда меня не слушаешь, остолоп.

— Таисия, в этом подземелье есть еще кто-то кроме тебя и пауков? — спросил я, а сам тем временем активировал ауры и энергетические мечи, которые до этого момента просто нес в руках.

— Только я, пауки и Елистрат, — ответила женщина. — Небом клянусь.

— Какой Елистрат? — не сразу сообразил я, что именно она имеет в виду.

— Мертвый, какой же еще? Мы с ним в его комнате лежим… Я когда помирать надумала…

— Даже слушать не хочу, — сказал я и покачал головой. — Ужас какой…

— Что случилось? — встревожилась Софья, услышав мои последние слова. — Какой ужас? И ты зачем нас аурами окутал?

— Да тут одна дамочка жути наводит… Не переживай, все под контролем, — успокоил я ее, хотя сам в этом не был уверен. Тревожное ощущение меня не покидало ни на секунду.

В этот момент меня ударило темной волной, и я замер, удивленно осматриваясь по сторонам. Я не видел источника, от которого должна была бы исходить эта волна!

— Дориан, как такое может быть?

— Понятия не имею, мой мальчик… — ответил он и я почувствовал, что он недоволен тем, что, как и я, не понимает происходящего. — Хотя у меня есть предположение — это может быть душа Елистрата. Ты ведь не можешь ее видеть… Она не призрак…

— Душа? Та самая, которую должны были забрать демоны? — уточнил я у него.

— Хороший вопрос, Макс… Тогда, возможно, ее часть, которая находится здесь по какой-то причине? — предположил он.

Гадать можно было до бесконечности. На данный момент ясно одно — мы с Дорианом не могли объяснить, что сейчас происходит. Может быть, Мор и прав, это могла быть часть души Елистрата. Чувствовал же я темную энергию, которая исходила от Чернопятова, правильно? Хотя тоже не видел его…

Однако, если так, то по какой причине она здесь задержалась? Блин, как же я не люблю вопросы, на которые не знаю ответов! Тем более в таких вот ситуациях, когда находишься в подземелье, рядом с тобой призрак и Софья, вообще даже не догадывающаяся об опасности, которая может свалиться на нас в любую секунду.

— Вот мы и пришли, — сказала Таисия, остановившись перед серой деревянной дверью, которая была покрыта ржавыми железными полосами. — Это личные покои Елистрата… Ты говорил, тебе нужен кусочек его кожи…

Я деактивировал один из мечей, спрятал его в футляр и подергал за металлическое кольцо на двери, которое было здесь закреплено в качестве ручки. Дверь оказалась закрыта.

— Заело ее, что ли? — спросил я у призрака, и без особого успеха дернул кольцо ее еще пару раз.

— Она закрыта изнутри, — ответила Таисия. — Я сама ее заперла перед тем, как принять зелье и обрести покой. Единственное место, куда до сих пор не добрался ни один из расхитителей.

В этот момент в дальнем конце коридора послышался какой-то шум. Я сразу же отправил туда Светящийся Огонек, который выхватил из темноты пару человеческих скелетов и несколько пауков. При виде света пауки сразу же удрали.

Сколько тут скелетов вообще? Мы пока сюда шли, я насчитал штук пять, вот еще двое… Похоже права была Таисия, лезли сюда, как будто медом намазано.

— Софья, отойди немного в сторону, — попросил я девушку, затем вставил энергетический меч в дверной проем и провел сверху вниз. С той стороны что-то тяжело лязгнуло и дверь сама по себе вдруг приоткрылась.

Изнутри потянуло спертым воздухом и чем-то кислым. Однако это было самое неприятное, что произошло. Больше никакой опасности внутри не было, а значит в засаду нас Таисия не привела. Хорошая новость.

— Там внутри, по идее, два мертвеца, так что, если не хочешь на них смотреть… — предупредил я и посмотрел на Воронову.

— Не хочу, — недолго думая ответила она. — Ты только дверь не закрывай, чтобы я тебя видела.

Я вошел в комнату колдуна и почувствовал, как волна энергии прошла сквозь меня, будто кто-то пустил мне ее вслед. Покои, как назвала комнату Елистрата призрак, оказались обычной спальной комнатой. Ничего интересного здесь не было. Кровать с двумя иссохшими мертвецами, парочка шкафов, небольшой столик с маленьким стулом… Так, а это что?

— Мое любимое зеркало, — сказала Таисия, когда я протянул руку к нему. — Раньше я любила смотреться в него, а теперь оно доставляет мне лишь страдания. Все время видеть в нем отражение своего прошлого и былой красоты, это выше моих сил.

Хм… А зеркальце, между прочим, истинное… Даже мне это было ясно, хотя я в этих вопросах пока еще не очень хорошо разбираюсь.

— Могу забрать, если оно тебе так сильно не нравится, — сказал я и вытер рукавом куртки пыль с него. — Милая вещица, мне нравится.

— Сделай такую милость, Максим Темников, — сказала она. — Пусть лучше твоя подружка в него смотрится. Она у тебя хорошенькая, пока еще…

— Хозяин — барин…

Я снял рюкзак, спрятал в нем зеркало и вытащил специальную стальную шкатулку для сбора органических компонентов из школьного набора, которые нам раздали в начале года. Следом за шкатулкой — специальный нож под номером два, и подошел к Елистрату, который лежал на кровати с широко раскрытым ртом. На лежавшую рядом с ним Таисию я старался не смотреть. Этот вариант даже по сравнению с бледным призраком был жутким.

Мне показалось, что самым лучшим вариантом будет взять кусочек кожи с руки. Стараясь ничего не сломать и не повредить лишнего, я осторожно срезал кусочек сухой кожи, который сразу же рассыпался в пыль.

Зараза… Надо, наверное, срезать немного больше… Вот так… На этот раз неплохо… Так, теперь еще один кусочек на всякий случай. Вдруг у Лазаревой что-то пойдет не так, и Душегуб не получится с первого раза…

— Ну вот, теперь все в полном порядке, — сказал я, затем осторожно закрыл шкатулку и спрятал ее в рюкзак. — Переходим ко второй части нашего приключения, где кольцо?

— Иди за мной, Максим Темников, — сказала призрак, и в тот же момент меня вновь окатило волной темной энергии.

— Все сделал? — с надеждой спросила Софья, как только я вышел из комнаты. — Можем уходить из этого проклятого места?

— Место и в самом деле не очень, но уходить пока рано, — огорчил я ее. — Мы договорились с призраком, что она покажет тайник с артефактом, а я установлю охранные Святые Знаки вокруг башни и на черном ходе.

— Какой еще артефакт? — нахмурилась Воронова. — Что-то мне это не нравится, Максим. Может быть, ну его к черту, и пойдем отсюда, а?

— Нет. Я думаю, там что-то интересное. Не переживай, все будет нормально, — попытался я успокоить девушку. — Если на нем будет проклятие, я это почувствую и надевать не стану. Просто заберем с собой, а там пусть Лазарева с ним разбирается. Я же не враг своему здоровью? Культурно обращаться с артефактами умею…

Софья что-то пробурчала в ответ, но что именно я не разобрал. По-моему, что-то насчет моей целеустремленности.

— Она сказала, что ты упертый как баран, — помог мне Дориан.

— Спасибо, дружище, как бы я без тебя…

— Не стоит благодарности, мой мальчик. Ты же знаешь, я всегда готов прийти тебе на помощь, — хохотнул он.

Мы шли еще несколько минут и все это время я удивлялся насколько все-таки большим оказалось подземелье. Здесь было очень много комнат и, как вскоре оказалось, даже не один этаж. Прежде чем Таисия указала мне место с артефактом, мы спустились на три этажа вниз и оказались в большом помещении с низкими потолками. Не хватало всего каких-то сантиметров, чтобы мы с Софьей не задевали их своими головами.

— Что это за место? — спросил я, глядя на множество клеток, которые здесь стояли. В некоторых из них были человеческие скелеты. Обычное дело для этого места. — Похоже на тюрьму…

— Здесь Елистрат держал… Расходные материалы… — ответила Спешнева, и я решил больше ничего не спрашивать. Понятное дело, кого держал здесь ее любимый колдун в качестве расходного материала.

Мы прошли почти к самой дальней клетке, прежде чем призрак остановился и указал мне на одну из них.

— Вот здесь, — сказала она. — Под досками в глиняном кувшине.

Вскрыть пол при помощи энергетического меча оказалось делом пары минут. Я даже немного не рассчитал и одним из ударов разрубил пополам кувшин, в котором лежал артефакт. Кольцо блеснуло в лучах Светящегося Огонька, привлекая мое внимание.

Воздух вокруг меня буквально дрожал от количества темной магической энергии. Интересно, это все та же энергия, которая преследует меня с того самого момента, как я подошел к этой башне, или колечко добавило немного от себя?

Я присел, чтобы рассмотреть артефакт получше, а затем протянул к нему руку, чтобы проверить его насчет наличия проклятий. Из-за бушующих энергетических волн вокруг меня, работать было непросто. Мне понадобилось несколько минут, прежде чем я смог с более-менее высокой степенью вероятности поставить диагноз.

— Дориан, по-моему, оно чистое… Я не чувствую в нем никакого проклятия…

— Молодец, мой мальчик, ты справился, — радостно сказал он. — Приятно осознавать, что ты все-таки на что-то способен. Все верно, в нем ничего нет. Хотя артефакт очень мощный… Мне кажется, он даже посильнее Вороньего Амулета… Будь с ним поосторожнее и не забывай про безопасность…

— Само собой, — пообещал я ему и активировал Барьер, а вслед за этим осторожно протянул руку и взял артефакт.

Кольцо Потерянных Душ лежало на моей ладони и переливалось в свете Огонька. Оно было полупрозрачным, как будто сделано из янтаря, что было бы не удивительно — все-таки это один из лучших материалов для хранения мощной магии.

Я осторожно взял кольцо и надел его на палец… В тот же момент меня будто ударило током, а затем обдало ветром, и я услышал грубый мужской голос, который сказал лишь одно слово: «Спасибо…».

После чего все стихло… Темная энергия, которая окружала меня всего несколько секунд назад, вдруг исчезла… Совсем… Будто ее и не было вовсе… Похоже на то, что Дориан был прав. Только что я освободил часть души Елистрата, который по какой-то причине все это время был здесь. Я посмотрел на кольцо на моем пальце… Может быть, это и есть та самая причина?

— Ах… Как приятно вновь почувствовать родную силу… — услышал я в своей голове незнакомый голос. — Отныне и навсегда ты мой владыка… Как твое имя, некромант?

— Охренеть… Дориан, ты слышал этот голос? — спросил я, восхищенно рассматривая кольцо. — Оно, оказывается, девочка!

— Девочка? — удивился Мор. — С таким-то голоском? По-моему, демоница какая-то… У нашего Хорнборна голосок нежнее…

— Ну и что? Демоница тоже может быть девочкой, — парировал я. — Просто у нее голос немного грубоват, вот и все.

— Что я слышу? — вдруг с тревогой спросило кольцо. — Со мной говорят сразу два голоса, как это возможно? И один из них совсем ребенок…

— Между прочим, не такой уж и ребенок, мне почти пятнадцать лет, — сказал я. — Кстати, я твой новый владыка, если что. Меня зовут, Максим Темников, а ты кто?

Хм… Оно застонало, или мне просто показалось? Дориан прав, голосок у колечка еще тот…

Глава 22

Кольцо причитало еще минут пятнадцать, пока смирилось с тем, что я не седовласый старик, который живет уже не одну сотню лет благодаря своим некромантским способностям. За это время мы с Дорианом обсудили наши первоначальные ощущения от кольца. Все-таки разумный артефакт не самая безопасная штука в мире, всякое может случиться.

К счастью, наши тревоги оказались напрасны. Со мной все было в полном порядке и чувствовал я себя просто прекрасно. Голова не кружилась, в пот меня не бросало, руки и ноги тоже вроде бы как не отнимались. Жаловаться было не на что.

— Все правильно, это так и должно работать, — подвел итог Дориан. — Даже если это кольцо и может как-то влиять на твое сознание или изменить его насовсем, то для этого потребуется не один год. Сразу такие вещи не случаются. По крайней мере, если на артефакте нет проклятия.

Однако кое-какие изменения в моей голове все-таки произошли… Причем довольно-таки значительные, и с ними нужно было что-то делать прямо сейчас. Потом может быть слишком поздно.

Вопрос вот в чем… Если мы с Дорианом без проблем слышали кольцо, значит и оно слышало нас обоих, а меня это не устраивало. Я не хочу, чтобы артефакт был в курсе всех наших разговоров с Мором. По крайней мере до тех пор, пока мы с ним не познакомились как следует.

Честно-говоря, мысль об этом меня даже немного пугала. Кто знает, что на уме у кольца, которое приветствует только темных магов и некромантов? Вдруг оно вообще сумасшедшее или кольцо-маньяк! Нет, здесь нужно быть очень осторожным.

Именно поэтому, как только я понял, что жив-здоров и помирать прямо сейчас не собираюсь, я взялся за эксперименты с Барьером. Оказалось, что даже с моим не самым маленьким опытом обращения с этим заклинанием, отключить колечко не так просто, как я думал изначально.

Первая сложность была связана с тем, что для начала его нужно было как-то идентифицировать и найти в своем сознании. В случае с Дорианом я уже давным-давно делал это интуитивно. Это удавалось мне так же легко, как дышать, например. Стоило мне подумать о Море, как я тут же находил его в своем мозге.

Я попытался вспомнить как это было в самом начале, в тот момент, когда я впервые познакомился с Дорианом, но не смог этого сделать. Точнее сказать, я помнил сам момент знакомства, однако при этом не мог вспомнить своих ощущений. В один прекрасный день он просто появился в моей голове и все. Кроме того, я ни разу не пытался блокировать его, так что для меня это был вообще новый опыт.

Пока я пытался отыскать артефакт, у меня даже голова разболелась от напряжения. Но через несколько минут мои попытки увенчались успехом — я его увидел. Почему-то мне представилось это так, будто внутри моей головы вдруг появился какой-то шарик.

Это было, мягко говоря, необычно и совсем не так, как с Дорианом. Если Мор поселился в моем сознании и нисколько не мешал мне, то в случае с кольцом я испытывал дискомфорт. Такое ощущение, будто в мою голову заснули какую-то говорящую хреновину, которая теперь мне немного мешает.

Ну ладно… Будем считать, что это дело привычки. Вполне возможно, что пройдет немного времени и я перестану замечать присутствие артефакта. Или, хотя бы, он не будет мне мешать, как сейчас.

Следующим шагом стала попытка заблокировать его постоянное бормотание, которым артефакт сопровождал свое недовольство внезапной сменой хозяина. Его ругань шла на пользу моей работе, так как я слышал кольцо, и мне это очень помогало.

Я попробовал один раз, второй, третий, четвертый… Поначалу ничего толком не выходило. Мне никак не удавалось оказать на него хоть какое-то воздействие. Только голова разболелась еще сильнее и настроение начало портиться, вот и все чего мне удалось добиться.

Получаться начало раза с пятидесятого, а может быть и больше. К тому моменту я уже потерял счет своим бесконечным попыткам это сделать. Однако, в какой-то момент мне показалось, что я немного заглушил голос кольца. Не веря своей удаче, я тут же попробовал еще раз и у меня получилось!

В этот момент я даже улыбнулся и подмигнул Софье:

— Пошло дело! Сейчас мы с ним разберемся!

— Максим, с тобой все в порядке? — осторожно спросила Воронова, которая до этого момента молча смотрела на меня и опасалась беспокоить.

Все-таки приятно, когда рядом с тобой девчонка с мозгами! Видимо, Софья прекрасно понимала, что разумный артефакт — это не шутки, а потому просто стояла и ждала результатов. Очень правильный подход к делу.

— Угу, все просто отлично, — ответил я. — Дай мне еще немного времени и будем выбираться из этого мрачного местечка.

После того как мне удалось немного заглушить голос кольца, все пошло намного легче. Я понял принцип, по которому нужно было использовать Барьер в данном случае. Так что через несколько минут я уже мог не только приглушать голос артефакта, но и полностью отключать его.

Как только я научился делать это легко и практически не напрягаясь, мне сразу стало легче. Теперь оставалось надеяться, что моя догадка верна и таким способом я действительно блокирую артефакт, а не просто делаю его немым для себя.

Чтобы проверить свою догадку мне пришлось ждать пока кольцо наконец угомонилось и замолчало. Для пользы дела я выждал еще немного и мысленно спросил у него:

— Кольцо, ты слышишь меня?

— Разумеется, я тебя слышу, Максим Темников! Я же все-таки разумный артефакт, а не цацка бесполезная… — ответило кольцо. — Что за темные времена настали в этом мире, если колдун задает мне такие вопросы? Раньше, перед тем как завладеть такой ценной вещью как я, хоть что-то узнавали про нее…

Так, а теперь попробую задать тот же самый вопрос в тот момент, когда заблокирую его… В ответ тишина…

— Молодец, Макс! — похвалил меня Дориан. — По правде говоря, я уже начал немного уставать от нее. Впервые слышу, чтобы женщина так долго ругалась. Прямо как наш демоненок!

Я слушал Мора и на моем лице играла радостная улыбка. В этот момент я вспомнил Бобоедова и отправил ему мысленную благодарность за уроки, которые он провел со мной. Если бы не он, черта с два у меня получилось бы провернуть такую штуку с артефактом.

Надо же, Максим Темников умеет блокировать разумные артефакты! Ну не круто? Может быть и не все артефакты, конечно, но я был в полном восторге от собственных успехов.

Это была просто прекрасная новость, которая означала, что даже при всем своем желании кольцо не сможет воздействовать на меня ментально. Ну а что касается всего моего организма, здесь Дориан был совершенно прав. Для того чтобы заметить это, потребуется время.

Но даже если я стану обращать внимание на какие-то вещи, которые, возможно, начнут происходить со мной, то и в этом случае можно будет найти выход. Например, не носить его все время, для начала. К тому же, я и так не собирался все время таскать его на пальце. Ну а как самый крайний вариант — вообще прекратить с кольцом какое-либо общение.

Кроме того, существует вероятность, что мне вовсе незачем будет его надевать и оно мне не пригодится. Я ведь еще даже не знаю, что оно делает, поэтому все мои рассуждения пока это просто как вариант защиты от него, если вдруг волшебные свойства артефакта окажутся мне полезными.

Я вновь отключил блокировку кольца и сказал:

— Если ты закончило со своим негативом, то предлагаю знакомиться. Мое имя ты знаешь, теперь я хотел бы услышать твое, если не хочешь, чтобы я тебя все время называл просто кольцом.

Артефакт немного помолчал, а затем все-таки решил представиться:

— Меня зовут Фрея.

Оно и правда женского рода! Надо же, я умудрился найти разумный артефакт и тот оказался девчонкой. Я вообще думал, что все подобные штуки в основном мужчины, а тут…

— Я бы на твоем месте не удивлялся, — посоветовал мне Дориан. — С тобой вечно происходят всякие странности. Так что, можешь считать это одна из них.

— Как ты нашел меня? — прервало Мора кольцо. — И что за тип тут еще с нами? Он тоже некромант, или ты настолько могуч, что владеешь еще одним разумным артефактом?

— Угу, он тоже некромант, — ответил я. — Даже покруче меня.

— Хм… Прямо первый раз со мной такое… — сказала Фрея. — Погоди-ка… Может быть такое, что в процессе работы над каким-нибудь заклинанием ты спятил и заработал раздвоение личности?

— Не-а, уверен это другое, — ответил я

— Уверен? Тогда это хорошо… — немного успокоилось кольцо. — Терпеть не могу работать со всякими психопатами. От них все время столько хлопот и всяких неудобств… Так как ты говоришь меня нашел?

Продолжить наш разговор я решил в другом месте, пока будет достаточно знакомства. Я снял кольцо с пальца, положил его в карман и посмотрел на Таисию, которая терпеливо дожидалась пока я обращу на нее внимание.

— Ну что, работает? — с надеждой спросил призрак.

— Угу, — кивнул я. — Еще и как. Теперь самое время перейти к твоим проблемам и выбираться наружу. Еще немного, и у меня клаустрофобия разыграется.

— Что сделается? — насторожилась Таисия.

— Одна досадная неприятность, — не стал я вдаваться в детали. — Ладно, хватит трепаться, показывай, где твой черный ход, с него и начнем.

Впервые за день на уставшем лице призрака появилась улыбка:

— Я до последнего момента думала, что ты меня обманешь, Максим Темников. Украдешь кольцо и сбежишь вместе со своей девчонкой!

— Ну я же не расхититель, а честный темный маг, — ответил я. — Так что заканчивай со своими оскорбительными подозрениями и показывай куда нам идти, пока я не передумал.

Призрак тут же устремился к выходу из этой мрачной комнаты, а я махнул Софье рукой:

— Уходим.

— Ну наконец-то, — обрадовалась девушка. — Терпеть не могу такие места. Как ты по ним ходишь? Куда приятнее в зазеркалье. Все светлое, чистое, не воняет, пауков нет…

— Дело привычки. Зато из такого вот подземелья проблематично попасть в Японскую Империю, — сказал я.

— Ага, гораздо легче на тот свет, — пробурчала Софья и мы ускорились, чтобы успевать за призраком, который на радостях помчал показывать мне черный ход.

На все про все мне потребовалось не больше десяти минут. Я расставил Святые Знаки везде, где просила Таисия, и даже поставил парочку дополнительных на всякий случай. Призрак был настолько этим тронут, что даже пригласил меня заходить в гости по случаю. Ну а в заключение, как и обещал, заделал дырку в башне, чтобы все здесь было так, как и до нашего вторжения с Софьей.

К тому времени, как мы вновь оказались на свежем воздухе, было уже три часа дня. Когда мы с Вороновой были в Искажении, в мою голову закралась мысль, что было бы неплохо наведаться и во вторую башню, но Таисия мне объяснила, что в этом нет смысла.

Все проходы в ней были завалены, да и вела она в то же подземелье, откуда мы только что вышли. Жаль… Я надеялся, что и там может быть что-то интересное. Пришлось утешить себя тем, что мы и без того возвращались с очень богатым уловом.

Мало того, что дыхание предков добыли, так еще разжились магическим кристаллом, разумным артефактом с неизвестными свойствами и старинным истинным зеркалом. Софья больше всего радовалась зеркалу, которое я показал ей, когда мы укладывали наши вещи на квадроцикл. Всех ворон распугала своими радостными криками.

Я хоть и взял с нее клятвенное обещание, что без меня она это зеркало осматривать не будет, но на самом деле очень сомневался в правдивости ее слов. Пришлось пригрозить, что, если нарушит свое слово, больше никаких зеркал от меня не дождется.

Обратный путь оказался намного легче и быстрее. Прошло совсем немного времени, и мы уже были на развилке, с которой начиналась дорога к «Китежу». С каким бы удовольствием я сейчас вместо Белозерска поехал в школу, чтобы закончить разговор с Фреей, но пришлось немного потерпеть.

От деда я выехал лишь около восьми часов вечера. Он с нетерпением дожидался нашего возвращения и приготовил отличный ужин. Разве можно отказаться от утиной грудки с грушей и брусничным соусом? Я вот не смог… Едва услышал этот волшебный аромат еды, как мой желудок сразу дал понять, что кольцо может немного подождать, и я был с ним полностью согласен.

После ужина дед стал уговаривать меня остаться и поехать в школу ранним утром, но я отказался. Эликсир, который я собирался приготовить для Лизуновых, сегодня уже не успею сделать. Да и лучше заниматься этим на свежую голову, а не после такого дня, какой выдался сегодня для нас Софьей. Завтра, например. Ну и кольцо же! Как не закончить наш разговор? Хотя… По правде говоря, после такого обеда мне было очень сложно отказаться от предложения деда, что тут говорить…

К тому моменту, когда я оказался в школе, практически вся общага уже спала. Как правило, осенью ученики всегда расходятся по своим комнатам раньше, чем в другие времена года.

Ну а что делать? Столовка к этому времени уже закрыта, в школьном парке гулять — слишком холодно. Это зимой можно хотя бы в снежки поиграть или еще что-нибудь придумать, а осенью что? Скукота… Пора несбывшихся желаний, как иногда говорил мой дед…

Пока ехал в такси, я успел немного вздремнуть, так что чувствовал себя на удивление бодро и готов был к продолжению разговора с артефактом. Едва я надел кольцо на палец, как Фрея прочла мне лекцию насчет того, что я должен носить артефакт все время и снимать лишь в самом крайнем случае. Когда, например, ему угрожает опасность. Нормально? Не мне, а ему, самое интересное…

Затем я наконец ответил на вопрос, который сильно беспокоил артефакт, и рассказал ему как именно его нашел. Своим рассказом я его немного расстроил. Фрея думала, что я узнал о кольце в какой-нибудь запретной легенде, и прежде, чем завладел им, провел не один смертельный бой с коварными конкурентами.

— Даже не верится, что ты не был на грани смерти… — низким женским голосом сказал артефакт. — И не истекал кровью, получается?

— Выходит так, — подтвердил я.

— А Елистрата жаль, конечно. Хороший был темным колдун, — перескочило на новую тему кольцо. — Я его многому смогла научить. До знакомства со мной его и темным-то называть нельзя было в полной мере. Так… Серый, разве что… Теперь вот вообще мальчишка достался… У тебя хоть характер мерзкий?

— Отличный просто, — вновь расстроил я Фрею.

— Хм… Как же ты собрался демонов вызывать? — удивленно спросило оно. — Своей душой, что ли, расплачиваться с ними будешь?

— С чего ты взяла, что я их собираюсь вызвать? — не понял я.

— Разве нет?

— До этого момента, во всяком случае, не собирался, — признался я. — Только не говори, что ты умеешь их вызывать, и именно для этого тебя смастерили.

— Я и не говорю, — ответила Фрея. — Понятия не имею как их вызывать. Просто обычно меня хотят заполучить те, кто как раз с ними работают.

— Давай-ка с этого момента поподробнее, — попросил я ее и почувстовал, как напрягся в этот момент Дориан. — При чем здесь ты и демоны?

— Как же тяжело с детьми работать… Все приходится разъяснять… — вновь начало жаловаться кольцо. — Вот раньше как было? Все про меня разузнают, вынюхают, а потом уже режут друг друга…

— Ближе к теме, — сказал я и пригрозил. — Или опять в карман спрячу.

— Я же объясняю, если демонов вызывать, с ними же как-то расплачиваться нужно, а самая лучшая плата — это душа, — пояснило кольцо.

— Моя⁈

— Почему твоя? Не обязательно… Я ведь как называюсь — Кольцо Потерянных Душ, и всякую душу могу хранить в себе до поры до времени, — разъяснило оно. — Когда понадобится тебе расплатиться, пожалуйста бери, мне не жалко.

После этих слов я начал понимать, зачем, собственно, Елистрат девушек похищал…

— Ага, душа непорочной девицы — очень хорошая плата, — сказало кольцо, которое я опрометчиво забыл заблокировать. — За такую душу можно много чего попросить. Молодец, что сам догадался. Мне кажется, у нас с тобой большое будущее, Максим Темников! Младенцы еще спросом пользуются…

— Ну ты и зараза, Фрея! — сказал я и посмотрел на янтарное кольцо на своем пальце. — Это сколько же ты магов за все свое время научила людей убивать?

В этот момент я подумал о том, что лучше сделать? Отдать кольцо на продажу или уничтожить? Второй вариант мне нравился больше. По крайней мере, эта гадина больше не сможет попасться в руки какому-нибудь уроду вроде Елистрата!

— Стоп! — загудело в этот момент кольцо. — Давай только без резких движений, хорошо? Про младенцев это просто шутка такая. Девчонок тоже вспомнила по случаю… Душа ведь у любого существа есть… Всякой расплатиться можно…

Я снял кольцо и осторожно положил его на стол. В свете ночной лампы янтарь необычно переливался, отчего казалось, что внутри кольца играли крохотные язычки пламени.

— Что скажешь, Дориан? — мысленно спросил я у своего друга. — Как будем избавляться от этой штуки?

— Избавляться? — задумчиво спросил он. — Я бы на твоем месте не спешил. Здесь нужно хорошенько подумать…

Глава 23

Мысли о кольце не покидали меня еще несколько часов. Все это время я вертелся в постели и переговаривался с Дорианом. Что касается Мора, то он был абсолютно уверен в том, что избавляться от кольца с моей стороны было бы крайне глупо. По крайней мере, прямо сейчас.

— Что ты знаешь о демонах, Макс? — задал мне риторический вопрос Мор, после пары часов нашего спора.

— Смотря о каких. Если ты имеешь в виду демонов Хаоса, то насколько тебе известно, с некоторыми из них я даже завел полезные знакомства, — ответил я. — Хотя не могу сказать, что особо этому рад.

— И что их всех объединяет, по-твоему? — спросил Дориан таким тоном, как будто это было очевидно.

— То, что всем им от меня было что-то нужно? — предположил я.

— Вот именно, мой мальчик! — обрадовался Мор. — Каждому из них нужна была услуга от тебя, и заметь, все они щедро расплатились с тобой. Разве был хоть один дар, которым бы ты остался недоволен?

— Нет, — сразу ответил я, так как это было очевидно. — Ну и что ты хочешь этим сказать?

— Прежде я хочу задать тебе другой вопрос, а что ты знаешь о демонах вообще? — спросил он.

— Глупый вопрос, Дориан. Сам же знаешь, что теоретическую демонологию я начну учить лишь в следующем году, а практическую вообще на последнем курсе. Если это, конечно, можно назвать практикой. Говорят, там ничего опасного не происходит, — сказал я, не понимая к чему он ведет. — Ты меня тоже еще ничему не учил, если ты помнишь.

— И не буду пока. Я и сейчас считаю, что тебе слишком рано этим заниматься. Вызов демона — это опасный и сложный ритуал, к которому ты еще не вполне готов. Чтобы призвать даже низшего демона, требуется четкая и слаженная работа, а у тебя пока еще ветер в голове гуляет, — сообщил мне Мор. — Мысли как зайцы, с одного места на другое все время скачут.

— Да? Не замечал… Ну тогда тем более не понимаю, зачем нам это кольцо? — сказал я и посмотрел на лежавший на столе артефакт, который поблескивал в лунном свете.

— Но я не сказал, что вообще против этого, — продолжил Дориан. — Видишь ли… Демоны много чего умеют и при правильном подходе от общения с ними можно получить большую пользу. С этим кольцом ты можешь сделать задел на будущее.

— Ты сейчас о чем? — не совсем понял я его.

— Фрея сказала тебе чистую правду — расплатиться с демонами за их услуги можно не только человеческими душами. Для этого сгодятся любые живые существа. Теперь давай-ка вспомним, сколько ты их перебил только в этом году? — спросил он. — Да ты только за сегодняшний день целый паучий выводок ухлопал, а ведь были еще горгульи со змеями… Кольцо Потерянных Душ помогло бы тебе сохранить все их души, которыми при случае ты мог бы воспользоваться с выгодой для себя…

— Ну не знаю… — с сомнением ответил я.

Определенная логика в словах Дориана была. С этим артефактом вполне себе можно было накопить душ, если в будущем мне вдруг захочется побольше разузнать про демонологию. Избавиться от артефакта можно в любой момент…

Больше я опасался, что Фрея как-то попытается подтолкнуть меня к тому, чего мне не очень хотелось бы делать. Почему-то я уверен, что Елистрат тоже не сразу начал девственниц похищать. Кто знает, может быть, там еще и младенцы были, а Таисия мне об этом просто не сказала.

— Во-первых, если что-то такое начнет происходить, мы с тобой поймем, — сказал Мор. — Такие трансформации сознания не происходят за пять минут. Во-вторых, ты еще слишком мало знаком с этой Фреей. Кто знает, вдруг она не такая уж гадина.

— Ладно… Давай спать, — решил я, бросив взгляд на кольцо.

Мысль о том, что прямо сейчас мне не нужно принимать срочного решения, немного успокоила. В таких случаях время всегда помогает принять правильное решение. Вообще-то, опасная игрушка… Из-за такой можно и жизни лишиться…

Как это часто бывает на ночь глядя, в голове еще какое-то время бродили мрачные мысли, а потом я наконец-то заснул. Ну а когда проснулся, то вся эта история уже не казалась мне безрадостной и зловещей. Правильно говорят, утро вечера мудренее и сложные решения лучше принимать на свежую голову.

Теперь я не видел особой проблемы в обладании Кольцом Потерянных Душ и был полностью согласен с Дорианом — при желании от него всегда можно будет избавиться. Да и потом… Нас же с ним двое, как никак… Если вдруг Фрея что-то задумает — заметим.

С этой мыслью я и отправился на завтрак, где меня поджидал довольный Нарышкин. Как оказалось, причиной для радости стало мировое соглашение, которое они вчера заключили с Дашковой.

Настя пообещала, что больше не будет трепать ему нервы и вообще все будет по-другому. Где-то я это уже слышал в прошлом году… Причем даже не один раз. Что-то мне подсказывало, и в случае с княжичем надолго их мир с графиней не затянется.

Но пока они ежеминутно переглядывались и обменивались улыбками, поэтому я не стал его расстраивать своими предположениями. Мало ли, ну а вдруг в его случае будет исключение, и у них все будет хорошо? Зачем портить другу настроение, тем более, что сейчас он все равно воспримет мои слова в штыки.

На вечер княжич уже запланировал с Дашковой пикник в школьном лесу, на который пригласил и меня, но я отказался. Во-первых, я им там точно не нужен. Во-вторых, у меня на сегодняшний вечер была запланирована поездка в Белозерск, которая могла затянуться до позднего вечера. Могло даже случиться так, что я останусь ночевать у деда и вернусь в школу ранним утром.

Для начала я собирался все-таки приготовить эликсиры, до которых у меня все никак руки не доходят. А затем мы запланировали с Ибрагимом поход в «Черный Плющ», где я намеревался встретиться с Апостолом.

Не могу сказать, что Нарышкин сильно расстроился из-за того, что я отказался. Хотя ради приличия княжич конечно же сказал, что им с Дашковой будет меня не хватать. Ага, как же, особенно Насте, которая с некоторых пор меня недолюбливала и смотрела как на негодяя, бросившего ее подругу.

По крайней мере, у княжича глаза светятся от радости, так что будем считать их перемирие хорошей новостью. Ну а еще одним приятным событием было отсутствие на своем месте Шуйского.

Лешка сказал, что по его информации, Мишку отправили домой на недельку, чтобы он там немного отдохнул. Судя по тому, что информация пришла от Дашковой, которая была в курсе всех школьных сплетен, можно считать ее достоверной.

Я был очень доволен результатом, вот только неделя отдыха Шуйскому не очень поможет. Это еще не все сюрпризы, которые я для него приготовил, так что с нетерпением жду его возвращения. Судя по приунывшим физиономиям его дружков, им тоже явно не хватало присутствия их лидера.

День выдался неплохим. Никто из преподавателей не нагрузил меня какими-то дополнительными уроками, не принял ни в какой новый кружок, что было просто прекрасно. Понедельник был единственным днем среди учебной недели, когда я мог полностью посвятить себе вечер, не игнорируя никакого кружка.

Если бы сегодня не получилось вырваться в Белозерск, пришлось бы ждать выходных, которые тоже были не безразмерными. К большому моему сожалению. Поэтому я не стал терять ни минуты и даже не стал искать Рябинину, чтобы отдать ей цветок. Начнутся вопросы, а пока на все ответишь — много времени уйдет.

К тому моменту, когда я приехал в нашу старую лавку, Ибрагим был уже там и дожидался меня в лаборатории. Как мы и договорились, он был в своем эфирном состоянии, чтобы никого не смущать в «Черном Плюще» своим присутствием. У нас с ним была подготовлена особая легенда, чтобы меня впустили к Апостолу, и Турок в нее явно не вписывался.

В это время дня лаборатория, как и все здание бывших «Уникальных эликсиров», пустовало. После огромного нового магазина, который мы открыли в «Волшебном Базаре», старая лавка казалась просто маленьким магазинчиком. Да так оно, по сути, и было.

Правда при этом мне все равно здесь было намного уютнее. Все здесь было какое-то свое, родное… Небольшой торговый зал, лаборатория, крохотная комнатка для переговоров, где мы неоднократно пили чай с дедом и Нарышкиным…

Все помещения, кроме лаборатории, теперь были превращены в большой склад, где мы хранили компоненты, пузырьки и прочие необходимые вещи. Надо же, раньше под склад нам хватало одной комнаты, а теперь все здесь было забито до отказа, да еще и в новом магазине хранилась часть товара.

Мне нравилось работать в этой лаборатории. Благодаря стараниям деда, здесь все было оборудовано по последнему слову техники и находилось на своих местах. Просто небо и земля по сравнению с рабочей лабораторией Щекина, в которой мне всегда чего-то не хватало.

Все время казалось, что рабочее пространство организовано неудобно. Хотя, Компоненту я, конечно же, об этом ничего не говорил. Никакого желания собирать ранним утром торфяной муск возле школьной башни у меня не было.

Ибрагим мне не мешал, поэтому дело спорилось. Он знал, что я терпеть не могу, когда меня отвлекают в такие минуты, поэтому молча стоял в лаборатории, дожидаясь пока я закончу.

Спустя полчаса у меня в руках был маленький пузырек со светло-розовой жидкостью, которой я намеревался уже завтра найти применение. Самое главное, чтобы я не нарушил инструкции Хмельникова, и действие эликсира не слишком затянулось. Еще был риск, что оно и вовсе окажется необратимого действия, чего мне очень не хотелось бы. Но до этого, надеюсь, не дойдет…

Когда я оказался перед воротами «Черного Плюща», у меня на мгновение возникло ощущение, что я провалился в прошлое. Причем хорошенько так провалился. Лет на триста, а, может быть, даже и еще дальше. Уж на что некоторые постройки в «Китеже» мне казались старыми, а здесь…

Одни ворота чего стоили. Огромные, с два моих роста высотой, оббитые железными полосами массивные серые доски. Глядя на такие, сразу кажется, что пришел в какую-нибудь древнюю крепость, которая теперь просто архитектурный памятник. Даже калитка в воротах имелась. Над ней был подвешен старомодный фонарь, внутри которого нежным голубым светом горел светокамень.

Вообще-то, в «Черный Плющ» был еще один вход, которым пользовались ученики этого заведения. Но Турок сказал, что в нашем случае нужно идти через этот. Тот вход считался служебным и там со мной даже никто и разговаривать бы не стал. Им могут пользоваться только преподаватели и ученики.

Я взялся за металлическое кольцо и громко постучал по воротам. Вообще никакой реакции. Пришлось постучать погромче. После этого калитка открылась и в ней появился привратник в такой же форме, в какой ходили и ученики «Черного Плюща».

На мой взгляд, она была необычной и странной. Все было пошито из черной кожи, включая шляпу и длинный плащ. На куртке множество карманов, на кожаных штанах все в шнурках и опять же куча карманов…

Надо будет потом расспросить Ибрагима зачем им такая форма. Убийцы Чудовищ не те ребята, кто будет что-то делать просто так, а значит какая-то необходимость в этом всем была.

Привратник был выше меня почти на голову, с огромной черно-серебряной бородой, которая доходила ему до груди. На вид ему было лет сорок, точнее сказать не могу. Из-за бороды всегда трудно определить возраст.

— Это Андрей Шварц, — сказал мне Ибрагим, который стоял рядом со мной. — Прусак у него кличка. Ему как-то дрейк хвостом ногу перебил, с тех пор он хромой.

Бородач лениво окинул меня равнодушным взглядом и шмыгнул носом:

— Чего надо?

— Я виконт Максим Темников, — представился я и пошел дальше по заранее заготовленному тексту. — Учусь на третьем курсе в «Китеже» и пишу доклад про «Черный Плющ» и знаменитых Убийц Чудовищ.

— Что-то не очень ты похож на ученика третьего курса, — сказал Шварц и осмотрел меня еще раз. — Разве что первого, да и то с натяжкой…

— Меня за особые заслуги раньше времени взяли, — не вдаваясь в подробности сказал я.

— Понятно… — прогудел в бороду Прусак. — А сюда зачем пришел? Про «Черный Плющ» и наших знаменитостей можно было в интернете почитать, не обязательно сюда тащиться.

— Хотел с одним Убийцей Чудовищ лично пообщаться, чтобы вопросы позадавать, так у доклада рейтинг выше будет. Да мне и самому интересно, я ведь после «Китежа» тоже хочу к вам поступать, — это, конечно же, было вранье чистой воды, но Ибрагим сказал, что должно сработать.

— Сразу после школы не получится. Мал еще будешь, — сказал Шварц. — Сюда за особые заслуги раньше положенного возраста не берут, так что придется малость обождать.

— Подожду, чего уж, — пожал я плечами и попытался сделать так, чтобы взгляд мой в этот момент стал твердым и решительным. — Два года не срок. Ради мечты можно и потерпеть.

— Мечты говоришь… — усмехнулся привратник и погладил бороду. — Ну и с кем именно ты хотел лично пообщаться? У нас здесь много интересного народа обитает.

— С Петром Эртелем, — сказал я, чем весьма удивил Прусака, который удивленно вытаращился на меня, а глаза у него стали размером со сливы.

— Ого! Ну у тебя и запросы, молодой человек… Сразу видно, что такому как ты руку дай, так он по локоть откусит. Почему именно с ним? — спросил он. — Эртель старик ведь уже совсем и к тому же не большой любитель разговаривать.

— Подвигов у него много. Хочу послушать, как он с серебряным драконом сражался, — по словам Ибрагима, это была одна из самых известных историй, связанных с Апостолом, и при желании об этом можно было легко найти информацию.

— Он теперь больше предпочитает у камина греться, чем про подвиги свои рассказывать, — усмехнулся Шварц. — Тебе бы с кем помоложе поговорить. Вот он бы тебе такого порассказал, ни в каком интернете не найдешь. А про серебряного дракона в любой книжке можно прочитать. Вот у меня, например, есть пара историй… Хочешь расскажу?

— Могу поспорить, что одна из историй будет про то, как он на спор ведро пива в «Бычьем Глазе» выдул, — сказал Ибрагим. — Тоже мне, герой легендарный. Прямо Матвей Кошкин…

— Нет, давайте я ваши истории в другой раз послушаю, — сказал я, затем вытащил из кармана мобильник и демонстративно посмотрел время. — Мне сегодня еще в школу нужно успеть вернуться. У вас же подвигов много, наверное, за пару минут не справитесь.

— Да… — сказал он и задумчиво поскреб щеку. — Тут ты прав, за пару минут всего не расскажешь. Ну ладно, проходи. Сейчас узнаю у Эртеля, захочет ли он с тобой разговаривать.

Привратник отошел в сторону, дал мне зайти внутрь, а затем закрыл за мной калитку на засов.

— Стой здесь и никуда не уходи, я за тобой сам приду, — сказал он. — У нас по территории не положено чужакам шастать.

— С места не сдвинусь, — пообещал я. — Вы только передайте Эртелю, что у меня для него кое-что есть. Подарок. Ему будет приятно его получить.

— Хорошо, передам, — кивнул Шварц. — Интересный ты парень, как я посмотрю. Апостола ему подавай… Стой здесь, понял?

— Да понял я, понял…

Привратник оставил меня одного, а я с интересом начал глазеть по сторонам. Блин, интересно же на территории «Черного Плюща» оказаться! Если Лешка узнает, что я был здесь без него, просто помрет от зависти!

Территория этого заведения была не такая огромная, как у нас. Оно и понятно, «Черный Плющ» же внутри города находится, да еще в Мороке, где каждый метр земли на счету. Однако места все равно заведение занимало много.

В самом центре высокая крепость, к которой пошел Шварц. Этажей шесть, не меньше, а то и все семь. Трудно сказать точнее из-за большого количества разных башен, которых понастроили где только можно. Понятия не имею, зачем их столько. Это, наверное, у них типа нашего главного корпуса.

Вон там еще какие-то здания стоят… Одно деревянное, а второе из камня… Повсюду ученики в своих странных нарядах… Хотя я ожидал, что народа здесь будет побольше. У них же тоже, наверное, уроки закончились или тренировки — черт его знает как правильно.

— Ибрагим, а почему людей так мало? — спросил я у Турка. — Или все в город вышли?

— Так ужин сейчас, мой господин, — объяснил он. — Здесь не так как в «Китеже», ждать никто не будет. Это у вас там столовая, считай, что круглые сутки работает, а здесь все по времени. Не успел к ужину — твои проблемы и будешь сидеть голодным. Никакое происхождение не поможет.

— Жестко здесь у вас… — хмыкнул я. — А что там вдалеке за фигуры стоят?

— Памятники, мой господин. Что-то вроде Аллеи Героев «Черного Плюща», — объяснил Ибрагим. — А прямо за ней — кладбище местное. Там хоронят Убийц Чудовищ, у которых нет родственников и всю свою жизнь они здесь провели. Ну и так, вообще, за особые заслуги…

Последние слова Турок сказал немного с грустью. Видимо сам он такой чести не удостоился, но спрашивать его об этом я не стал и вместо этого попросил рассказать про здания, которые видел. Жаль, что начало темнеть и многие из них исчезали из поля зрения прямо на глазах.

Ибрагим с радостью отвечал на мои вопросы. По нему было видно, что ему нравилось рассказывать мне про «Черный Плющ». Оно и понятно, я ведь знал, что годы, проведенные здесь, он считает лучшими в своей жизни. Была бы его воля, он как Апостол прожил бы здесь до конца своих дней.

Тем временем стемнело окончательно, и я уже начал подмерзать, когда наконец вернулся Шварц с фонарем в руке. При виде его я занервничал. А ну как старый Убийца Чудовищ не захочет со мной встречаться?

— Считай, что тебе повезло, парень, — махнул мне рукой Прусак и поднял фонарь повыше, чтобы я видел его лицо. — Иди за мной, Эртель уделит тебе немного времени. Только не больше часа, понял? И если он вдруг заснет, то его не будить, ясно?

— Хорошо, не буду, — пообещал я.

Надеюсь, он не заснет хотя бы до моего прихода?

Глава 24

Мы шли к крепости, а я продолжал с интересом осматриваться вокруг. Все здесь мне казалось необычным. Жаль, что уже стемнело. Хотел бы я сюда по-светлому попасть. Хотя вариантов для этого не много.

Экскурсий в «Черный Плющ» не проводят, так что единственная возможность здесь официально оказаться, это записаться в кружок Терлецкого. Там занимаются ребята, которые намерены после «Китежа» сюда поступать и для них проводят здесь некоторые занятия.

Но это уже был бы явный перебор по кружкам. У меня нет такого количества свободного времени. Тем более, что заниматься у Терлецкого — само по себе испытание для сильных духом, а я вроде бы как в «Черный Плющ» не собирался, так что идти на такие жертвы не готов.

Едва мы подошли к массивным входным дверям, которые были очень похожи на наши, установленные в главном корпусе, как они вдруг распахнулись и оттуда начал валить народ.

— Отойди в сторонку, Максим, — посоветовал мне Шварц. — Затопчут и не заметят. Бездельники, черт бы их побрал.

Да, ученики здесь были явно постарше, чем в нашей школе. Все взрослые, можно сказать. Пока они вежливо приветствовали Прусака, тот на них бурчал, а я лишь вежливо кивал в ответ на любопытные взгляды местных студентов.

Кстати сказать, здесь были не только парни. К моему удивлению, мне удалось увидеть и нескольких девушек. Что интересно, одеты они были точно так же как парни, в кожаные костюмы и необычного вида такие же кожаные шляпы, с загнутыми краями.

Как только поток народа немного ослаб, Андрей тут же подпихнул меня внутрь, пока из здания не начала выкатываться новая волна. Сразу за дверью был огромный холл с очень высокими потолками, под которым висели большущие люстры.

По сравнению с нашей школой, света здесь было совсем мало. У меня даже возникло желание зажечь Светящийся Огонек, чтобы все получше рассмотреть. Даже с моим колечком Ночного Зрения было некомфортно. Однако, вскоре глаза понемногу привыкли и у меня получилось увидеть кое-что интересное.

Например то, что все стены здесь были увешаны головами разных существ. Тех, которые водятся только лишь в Искажениях, ну и просто всяких опасных гадин, которых можно встретить на просторах Российской Империи. Большинство из них я, конечно же, раньше никогда не видел и, честно говоря, совсем об этом не жалею. Среди них попадались настолько огромные и жуткие на вид головы, что было даже удивительно, где они отыскали таких монстров?

— Мой господин, этот холл одновременно является трофейным залом, — комментировал тем временем Ибрагим. — Здесь по большей части висят чучела чудовищ, которые добыли давным-давно. Для новых трофеев, как видите, здесь просто нет места.

Так и есть. Головы монстров висели довольно плотно. Некоторых из них разместили так высоко, что толком и не рассмотреть, чья там голова висит. Но в целом любопытно. Гораздо интереснее чем в краеведческом музее, где я побывал, когда искал информацию про Вороний Амулет. Здесь бы я с удовольствием задержался надолго, чтобы все осмотреть.

Хотя мне и без того удавалось многое заметить. При всем желании, Шварц, со своей хромающей походкой, не мог идти слишком быстро, так что у меня получалась своего рода экскурсия.

— Мой господин, видите там лестницы? — снабжал своими комментариями наше путешествие Турок. — Та, которая справа, ведет в малую оружейную комнату, а левая — в общий зал. Вечером там собирается много учеников возле камина. Бывает очень интересно. Точнее, бывало… Когда-то…

Я услышал грусть в словах Ибрагима, который после этих слов ненадолго замолчал. Не удивительно, все-таки с этим местом связана часть его жизни. Причем, почему-то мне кажется, что сам он считает годы, проведенные здесь, лучшими. Жаль, что он замолчал. Я бы с большим удовольствием послушал и про остальные лестницы, которых здесь было просто пруд-пруди. Как они сами в них не путались?

Тем временем мы поднялись на второй этаж, куда вели каменные ступени. Очень похожие на те, по которым нам с Чертковым каждую субботу приходилось спускаться, чтобы попасть в наш рабочий кабинет. Ну а еще в учебные дни, на уроки Терлецкого. В кабинет с его любимыми крысами.

— Второй и третий этаж этого крыла замка заняты жилыми комнатами, — вновь продолжил свой рассказ Ибрагим, когда мы миновали пролет второго, а затем и третьего этажа. — На четвертом — наставники и гости «Черного Плюща».

Я открыл было рот, чтобы спросить у Турка кого он имеет в виду, когда говорит про гостей, но вовремя спохватился, что впереди меня топает Шварц. То-то бы он удивился… Блин, здоровый замок, получается. Раза в два больше нашего главного корпуса. Представляю сколько здесь всего интересного. Комнаты секретные, да и вообще…

— Средненькая крепость, — высказал свое мнение Дориан. — Ничего особенного. Кто знает, может быть, когда-нибудь я покажу тебе, что значит по-настоящему большая крепость.

— Да ты уже весь в долгах, как в шелках. Столько мне всего обещал показать при случае, что у меня на это полжизни уйдет, — мысленно ответил я ему.

— Поверь, в сравнении с вашим, мой мир полон разных интересностей, — сказал он. — Это как сравнивать болото с чистой водой.

— Ну ты полегче со своими сравнениями. Вообще-то, я здесь живу, — напомнил я ему. — И в данный момент ты, кстати, тоже.

— Эх… — с грустью вздохнул Мор.

— Я думаю, мы идем в Свечную Башню, — сказал Турок, после того как мы миновали четвертый лестничный пролет. — Это что-то типа общего зала, только для стариков. Они там собираются, чтобы в сотый раз рассказать друг-другу о своих подвигах. Раньше между собой мы называли это место Пенсионным залом. Думаю, с тех пор ничего не изменилось и его называют все так же, хотя вообще-то его правильно называть Свечным залом.

Неудивительно, что мне пришлось так долго ждать Шварца возле ворот. С таким количеством этажей и лестниц, можно целыми днями здесь бродить, чтобы попасть в нужное место.

Наконец мы оказались возле оббитой железом деревянной двери. Она была очень низкой, лишь на полголовы выше меня, а Прусаку и вовсе пришлось сгибаться почти пополам.

Внутри Свечного зала было раза в два темнее, чем в холле, так что пришлось привыкать чуть дольше. А еще здесь было очень душно и почему-то сильно пахло пчелиным воском, табачным дымом и еще чем-то кислым. Понятия не имею, что это был за запах. Надо же, а ведь здесь и правда нет электрического света и лишь кое-где горят свечи. Теперь понятно почему здесь так темно.

Зал был абсолютно круглым и довольно большим. По всему периметру стояли большущие кресла. Рассмотреть в подробностях сидящих было довольно сложно, так что я мог судить лишь по темным силуэтам, что занято было три кресла, а все остальные пустовали. Откуда-то слышался тихий неспешный разговор, который не прекратился и после моего прихода.

Хм… Вообще-то, я надеялся, что мы будем разговаривать с Эртелем тет-а-тет… Что же, видимо у местных обитателей нет друг от друга секретов. Да и ладно, по большому счету никакой тайны в моем вопросе нет.

— Сюда, парень, — шепотом скомандовал тем временем Шварц и показал мне на кресло недалеко от камина, которое стояло ко мне тыльной стороной.

Честно говоря, глядя на горящий камин я не очень понимал для каких целей его разожгли. От царившей здесь духоты у меня на лбу выступил пот, пришлось снять куртку, чтобы не свариться в ней ненароком. Над креслом поднимались клубы густого сизого дыма. Судя по запаху, вишневый табак.

Я сделал еще несколько шагов и увидел тощего старика в кресле, который по своему сложению напоминал подростка. По правде говоря, я ожидал увидеть кого-то помощнее. Бывший Убийца Чудовищ все-таки…

В руках старик держал длинную изогнутую трубку, из которой шел дым. Глаза у него были полузакрыты и могло показаться, что он дремлет. Я бы так и подумал, если бы несколькими секундами раньше не увидел столб дыма над креслом. Явно ведь трубка так чадить не могла.

Подтверждая мою догадку, он поднес трубку ко рту и глубоко затянулся. Подождал немного и не спеша выпустил внушительное сизое облако. Мы стояли в паре шагов от него, но он делал вид, что не замечает нас.

— Мастер Эртель… Здесь этот молодой человек, — тихо сказал Прусак, который вдруг из немного развязного типа превратился в вежливого и учтивого мужчину. — Максим Темников…

Апостол открыл глаза и медленно повернул голову в мою сторону. Ох и взгляд у него… Сразу видно, что этот человек видел очень много на своем веку, так что я готов взять свои слова обратно насчет первого впечатления, теперь все в норме.

Особенно сильно меня впечатлила левая сторона его лица, по сути, сплошной уродливый шрам. Его левая ноздря представляла собой тоненькую щелочку, а глаза на пострадавшей стороне вообще не было, как и волос. Такое себе зрелище на самом деле.

— Спасибо, Прусак, — тихо сказал он. — Теперь оставь нас.

Шварц указал мне на пустое кресло рядом с Апостолом и пригрозил пальцем. Наверное, хотел напомнить о своих словах насчет Эртеля, что, если старик заснет — будить его не нужно. Я кивнул в ответ, мол, все помню и не забыл его наставлений.

— Здравствуйте, — сказал я, как только мы остались вдвоем. — Меня зовут Максим Темников и я пришел к вам по делу.

— Это я уже понял. Говори зачем пожаловал? Ума не приложу, по какой причине я мог бы понадобиться мальчишке вроде тебя, — он повернул голову ко мне и огонь в камине осветил левую сторону его лица, отчего возникло ощущение, что его шрамы начали двигаться. — Андрей мне что-то плел про какое-то сочинение, которое ты пишешь в своей школе, но толком я ничего не понял.

— Я его обманул, никакого сочинения я не пишу, — сказал я и посмотрел на Ибрагима, который уселся на пол возле камина, так, чтобы видеть нас обоих. — Я пришел к вам по делу.

Старик кивнул и занялся трубкой. Сделав пару затяжек, он пошамкал губами и на правой стороне его лица появилась улыбка.

— Вообще-то, старшим врать нехорошо, но ты меня заинтриговал… Какое же у тебя ко мне может быть дело?

— Мастер Эртель, — обратился я к нему, как учил меня Ибрагим. — Мне нужна ваша помощь. Так сложилось, что мне позарез нужно раздобыть прах кашалота. Это вопрос жизни и смерти.

— Жизни и смерти говоришь? — вновь усмехнулся он. — От мальчишки твоих лет слышать такое забавно. В твои годы самой большой проблемой у меня было как стащить у отца немного табаку и не попасться на этом.

— Вообще-то, это правда… — нахмурился я. — Просто вы великий Убийца Чудовищ…

— Тогда говори и не трать мое время попусту, — вдруг разозлился он и поерзал в кресле своим тощим задом. — За каким чертом тебе понадобился пятнистый кашалот?

— Расскажите ему все как есть, мой господин, — посоветовал мне Турок. — Так будет лучше всего. Все, что можете.

Я и рассказал. Не все, конечно. В этой версии истории вовсе отсутствовала Софья с Вороньим Амулетом, зато присутствовал Чернопятов, который из-за моей одаренности решил заполучить мою душу и вот уже несколько лет охотится за мной. Заключительным аккордом стало мое желание самому прикончить его.

Все то время пока я рассказывал, он курил и лишь иногда бросал на меня неопределенный взгляд, по которому ничего нельзя было понять. К тому моменту, когда я закончил, его трубка давным-давно уже потухла и он просто посасывал ее как леденец.

— Чувствую я, что история твоя — вранье чистой воды, — подвел итог Апостол, обдумав все как следует. — Однако, кое-что возможно и правда. Кто-то же тебя надоумил прийти ко мне со своим вопросом, а чтобы об этом узнать, нужно было крепко постараться. Теперь скажи мне вот что, кто тебе рассказал, что у меня можно спросить про пятнистого кашалота? У кого-то из наших бестолковых учеников слишком длинный язык?

— Угу, — кивнул я. — Скажем так — бывших учеников. Теперь он уже мертв.

— В каком смысле уже мертв? — удивленно выкатил на меня свой единственный глаз Эртель и мне было приятно, что я тоже могу его кое-чем удивить.

— Я некромант, — сказал я. — И могу видеть призраков. С некоторых пор вожу знакомство с одним из ваших бывших учеников.

— Как любопытно… Никогда не думал, что мне будет так интересно разговаривать с мальчишкой на старости лет, — сказал он и шмыгнул носом, забавно хрюкнув. — Продолжай. Как его зовут?

— Ибрагим, по кличке Турок, — ответил я.

— Да ладно? — привстал в кресле Апостол. — Ты знаком с Турком? Врешь!

— Нет, не вру, — улыбнулся я, глядя на реакцию старика, который вел себя как удивленный ребенок. — Он просил передать вам привет и сказать, что вы напрасно храните магические кристаллы в матраце. Это из-за них вы вертитесь всю ночь и не можете заснуть.

— Откуда тебе об этом известно? — прошипел Эртель, прищурив единственный глаз.

— Я же вам объясняю — я вижу призраков, а Ибрагим сейчас именно призрак. Они ведь эфирные создания, — напомнил я ему. — Поэтому могут передвигаться где угодно. Даже сквозь стены ходят…

Старик еще немного посмотрел на меня, затем покачал головой и откинулся на спинку кресла.

— Маленький засранец… Вечно сует нос куда не просят… — проворчал он. — Скажи ему, что это не его ума дело! Где считаю нужным, там и храню. В матраце — это самое надежное дело.

— Так сами скажите, — улыбнулся я и показал на Турка. — Вот он сидит и слушает наш разговор.

Апостол метнул взгляд на то место, где сидел Ибрагим.

— Ты правда здесь? Не верю! Не знаю, откуда этот парень все узнал, но не верю! Проклятые волшебники… — он вновь пошамкал губами и решил провести каверзный эксперимент, который должен был вывести меня на чистую воду. — Если ты здесь, Турок, то значит можешь сказать этому пацану чего я лишился как-то раз по твоей милости?

В этот момент я залез в карман и вытащил красный магический кристалл, который принес специально для этого случая. Правда по нашей с Турком задумке предполагалось, что я сам должен буду напомнить Апостолу про этот случай, если вдруг он позабыл, кто такой Ибрагим.

— Он уже мне сказал, — я протянул Эртелю кристалл. — Однажды по его вине вы утопили такой в болоте…

Старик открыл рот и уставился на магический кристалл, в котором отражались алые языки пламени играющего в камине огня. Прошла минута, прежде чем он пришел в себя. Он посмотрел на меня, затем на место, где сидел Ибрагим. Жаль, что он не видел ехидной улыбки, которая играла сейчас на лице призрака.

— Турок просил передать вам камень и напомнить о том, что он обещал вам его вернуть, — сказал я. — Как видите, он сдержал свое обещание. Можете вычеркнуть это из вашего блокнота, куда вы заносите неоплаченные долги.

— Вернул… Ложка к обеду дорога, между прочим, — тихо сказал Апостол, затем осторожно взял кристалл из моей руки, будто боялся обжечься об него. — Кстати, тот был больше в два раза, если мне память не изменяет. Этот мелкий как горошина…

В этот момент Ибрагим возмущенно засопел и тут я был полностью на его стороне. Даже мне было понятно, что Эртель, мягко говоря, лукавит. Это был прекрасный магический кристалл, который мы с Туркам специально отобрали в магазине для этого случая. Он был чистейшим, размером со сливу, а не с горошину.

— Ладно, будем считать, что долг оплачен, — сказал Апостол и кристалл исчез в недрах его одежды. — Значит ты можешь видеть призраков, парень?

— Так я вам про это и говорю, — пожал я плечами. — У меня такая способность необычная, с детства.

— Наверное родители тебя головой обо что-то здорово треснули? — предположил Эртель.

— Вот видишь, не один я так думаю, — тут же ввязался в разговор Дориан. — Сразу видно мудрого человека. С первого взгляда понял, что ты немного с приветом. Призраки это, конечно, моих рук дело, но в остальном…

Я посмотрел на Ибрагима, которому тоже вдруг сделалось смешно после слов Эртеля, как и Мору. Едва он поймал на себе мой взгляд, как тут же прекратил улыбаться и уставился в пол.

— Прошу прощения, мой господин… Шайтан попутал…

Вот засранцы! Причем все трое! А дед, я смотрю, тот еще шутник!

Глава 25

— Наверное, интересно призраков видеть, — задумчиво сказал старик, после того как я пропустил его вопрос насчет моей головы мимо ушей. — Среди них много интересных личностей попадается?

— Не сказал бы, — ответил я. — Но вообще да, всякие есть.

Эртель замолчал и уставился на огонь. Так прошло несколько минут. За это время из комнаты кто-то вышел и, по-моему, кто-то вошел. Я уже стал опасаться, как бы старик не заснул. Как-то совсем не хотелось ехать сюда еще раз. Вдруг после этого он откажется со мной встречаться или вовсе забудет кто я такой и чего от него хотел. Людей в его возрасте память иногда подводит, кто знает, вдруг он тоже подвержен таким провалам.

Спустя еще несколько минут я всерьез начал подумывать насчет того, чтобы снять рубашку. Просто удивительно, как можно находиться в такой духоте. Я ограничился тем, что расстегнул несколько верхних пуговиц, чем привлек внимание Эртеля, который посмотрел на меня и кивнул:

— Да, здесь немного душновато. Однако, это единственное место в крепости, где старики могут погреть свои косточки, — он махнул рукой за спину. — Где-то там должны быть кувшины с водой, можешь попить, если хочешь.

— Спасибо, я лучше потом, — сказал я и решил напомнить, что в крепости я по делу. — После того, как мы закончим наш разговор.

— Вот что я тебе скажу, парень… Я не стану допытываться зачем тебе прах кашалота, все равно правды ты мне не скажешь, — абсолютно верно предположил он. — Да мне, честно говоря, все равно. Будем считать, что причина у тебя достаточно серьезная, если ты заявился ко мне вместе с Турком. Уверен, он понимает, что эта охота — дело сложное и опасное. Не в парк сходить на каруселях покататься.

Старик вновь пососал свою давно потухшую трубку и посмотрел на то место, где сидел Ибрагим, и спросил, будто тоже видел его:

— Ты ведь не забыл, что пятнистый кашалот относится к седьмому рангу опасности?

Турок от неожиданности даже не нашелся, что ответить, и молча покачал головой.

— Он не забыл, — перевел я ответ призрака.

— Хорошо, — кивнул Эртель. — Тогда я должен тебя предупредить, парень. Уж не знаю какой ты там маг и что еще умеешь делать кроме того, что видеть призраков, но я думаю, если ты пойдешь на эту охоту, она станет для тебя последней.

— Не станет, — уверенно сказал я. — У меня есть хорошая группа поддержки из семи… кхм… человек. Специальный отряд, который любит такого рода делишки. Я там так… Сбоку припека… В качестве психологической поддержки буду присутствовать.

— Тогда это меняет дело, — оживился Апостол и отложил в сторону свою трубку. — А как ты из него прах будешь добывать? Рог со лба нужно в специальной печи обжечь и потом истолочь в порошок. После того как он сдохнет, само собой.

— Я еще немного алхимик, — сказал я. — Что-нибудь придумаю.

— Ну вот это уже что-то, — одобрительно сказал Апостол. — Одними призраками сыт не будешь, а изготовление эликсиров профессия хорошая. С голоду не умрешь, если будешь нормально учиться в своей школе и научишься варить хорошие зелья.

— Угу, — кивнул я. — Стараюсь. Кое-что даже получается.

— Значит к делу… — Эртель наклонился к нам поближе. — Единственное место, где можно добыть пятнистого кашалота, это Чарозеро, других я не знаю. Знаешь, где это?

Чарозеро находилось далеко за Липиным Бором. Ни разу там не был, но Щекин обещал в следующем году устроить туда экскурсию для лучших учеников. Там место с какой-то особой энергией, где растет очень много магических растений, которым там не место. Ну и вообще, много всяких необычных странностей там.

— Знаю, — кивнул я. — Оно вроде бы не замерзает никогда. Ну и так… Место там необычное.

— Верно говоришь, — сказал Эртель. — Необычное это мягко сказано. Там нужно быть поосторожнее.

— Будем, — пообещал я. — Лучше расскажите, как его ловить?

— Есть свои секреты, конечно… — важно сказал Апостол. — Мои собственные находки, между прочим. Ты первый будешь, кому расскажу, а все остальные в крепости узнают после моей смерти. Когда мемуары отыщут в моей комнате.

— Спасибо, мастер Эртель, — поблагодарил я его, стараясь придать голосу торжественности, чтобы он понял, как я тронут подобным вниманием с его стороны.

— За «спасибо» мы не работаем, парень, — сказал он. — Каждая услуга должна быть оплачена. Одно из нерушимых правил Убийц Чудовищ. Как дело сделаете, с тебя еще один магический кристалл. Красный сойдет, если что.

Я посмотрел на Ибрагима, который развел руками в ответ:

— Мой господин, такие правила… Он еще мало просит…

— Хорошо, будет вам красный кристалл, — пообещал я, хотя не очень понимал зачем ему эти кристаллы, если он все равно хранит их в матраце?

— В страсти к накоплению ничего плохого нет. Кто знает, какие штуки ты в старости будешь откалывать, — сказал Дориан. — Мой прадед, например, иногда думал, что его хотят убить, и прятался в нашем фамильном склепе. До сих пор помню, каких трудов нам стоило уговорить его выбраться оттуда.

— Тогда слушай правила охоты на пятнистого кашалота, — продолжил Апостол и вновь взялся за свою трубку. — Первое: на дело нужно идти ночью, ближе к полуночи. В это время они чаще всего отзываются. Второе правило: на берегу Чарозера должен лежать снег. Еще лучше, если прямо в момент охоты идти будет.

— Получается, на него зимой нужно охотиться? — уточнил я.

— Можешь летом, если снег вдруг выпадет, — проворчал он. — Тебя не учили, что перебивать не вежливо, Максим Темников? Потом свои вопросы задашь.

— Извиняюсь…

— Самое важное третье правило — наживка нужна подходящая. Это и есть моя самая секретная находка, — в этот момент на его лице появилась гордая улыбка. — Мясо заживо сгнившего магического зверя! Самое любимое лакомство пятнистого кашалота! Его нужно будет в воду бросить, а потом еще на берегу несколько кусков оставить. Ясно тебе?

Фу… Ну охренеть… Это где я его должен раздобыть, интересно знать?

— Да вроде бы ничего мудреного, — вздохнул я. — Кроме последнего пункта.

— С этим как раз проблем нет, — скривился старик. — Любая тварь из Искажений подойдет. В лавке для Убийц Чудовищ закажешь, они сделают. Спросишь Ибрагима, он тебе все расскажет.

— Об этом не беспокойтесь, мой господин, — кивнул мне Турок.

Тогда ладно. Если с этим мясом проблем нет, то получается все гораздо проще, чем я думал. Правда я пока не очень понимал, что такое седьмой ранг опасности по меркам «Черного Плюща», но думаю, Ибрагим меня насчет этого просветит.

И еще один момент немного расстраивал — обязательное наличие снега. Это означает, что раньше зимы добыть прах кашалота мне не светит. В самом лучшем случае — поздняя осень. Как правило, в ноябре снег уже есть. Правда его еще не так много, и кто знает, как оно будет на этот раз?

Старик замолчал и, казалось, устал от нашего с ним разговора. Он обмяк в кресле и вновь погрузился в полусонное состояние. Я спросил у него, что мне еще не мешало бы знать насчет предстоящей охоты, но он мне ничего не ответил. Лишь бросил усталый взгляд в мою сторону.

Шварц как будто стоял за дверью и дожидался этого самого момента. Как только я подумал, что ничего нового Апостол мне уже не скажет и пришло время уходить, как он сам вошел в Свечной зал.

— Парень, уже десять минут как твое время закончилось, — сказал он, чем меня удивил. Мне показалось, что прошло не больше получаса.

— Мы уже закончили, — сказал я, затем застегнул верхние пуговицы на рубашке и встал с кресла. — Спасибо вам, мастер Эртель.

Я не ожидал от него ответа, но старик вдруг посмотрел на меня и сказал:

— Пусть Ибрагим еще побудет со мной немного, — тихо прошептал он. — Мне приятно, что он решил навестить меня и вернуть долг старому наставнику.

— Он слышит вас и останется здесь после моего ухода, — пообещал я Апостолу и подмигнул Турку, который кивнул мне в ответ.

Шварц растерянно смотрел то на меня, то на Апостола, и как только мы вышли из зала, удивленно спросил:

— Парень, о чем это говорил Эртель? Какого Ибрагима вы с ним имели в виду?

— Понятия не имею, — соврал я. — Просто решил подыграть ему. За то время, что мы с ним беседовали, у него проскакивали странности в разговоре.

— Да… — задумчиво протянул Прусак. — Стареет мастер, что тут говорить… Ну а как поговорили хоть? Узнал ты про битву с серебряным драконом?

— Угу, вот так поговорили, — ответил я и показал привратнику большой палец. — Я теперь такую работу напишу — закачаешься.

— Ну вот и славно, — сказал Шварц.

Судя по его тону, ему было приятно, что наша встреча со стариком оказалась мне полезной, а я спускался по ступенькам и впервые за сегодняшний день почувствовал, как сильно устал. Ну да, почему бы и нет? Если так подумать, то за день было сделано много чего. Жаль только, что в «Китеж» вернусь поздно…

В этот момент у меня вдруг мелькнула мысль, что я могу не успеть до одиннадцати, и вытащил из кармана мобильник, чтобы проверить время. Оказалось, что еще есть два часа. Впритык, но должен успеть. А еще у меня был пропущенный звонок от Жемчужникова, которому я перезвонил сразу же после того, как вышел из ворот «Черного Плюща» и заказал такси.

— Добрый вечер, дядя Игнат, — поприветствовал я барона, который как всегда практически сразу же ответил на звонок. — Вы извините, я занят был. Телефон на беззвучный режим ставил.

— Привет, Максим, — блин, приятно было слышать знакомый хриплый голос. — Что ты за парень такой? Как ни позвоню, все время занят. Надо же и отдыхать время от времени.

— Скоро буду, — пообещал я. — Еще несколько часов и в койку.

— Я что звонил-то, собственно говоря, уладил я все вопросы с твоими самураями, — сообщил он. — Сказал про твою ошибку с заклинанием телепортации, доставили несколько ящиков саке кому нужно, так что можешь спать спокойно — ни у кого нет претензий друг к другу.

— Спасибо вам, — сказал я. — Выручили вы меня.

— Ерунда, — хмыкнул барон. — В следующий раз только будь с заклинаниями поосторожнее. Спокойной ночи, Максим.

— Спокойной ночи, дядя Игнат… — сказал я в пустоту. Он отключился, не дожидаясь моего пожелания.

Я спрятал телефон в карман и проверил, застегнул куртку или нет. Что-то после душного Свечного зала на улице было слишком холодно. Пора уже шапку вечером надевать, а то так и до простуды недалеко.

Морок к этому времени уже опустел. Большинство лавок закрылись и людей вокруг практически не было. Кому охота гулять по такой холодрыге?

В этот момент мне показалось, что недалеко от меня возле одной из лавок кто-то стоит. Свет от вывесок падал так, что ничего толком не рассмотреть даже с моим колечком Ночного Зрения. Просто чей-то темный силуэт и все. По спине пробежался тревожный холодок. Уж не по мою ли душу он там стоит? Явно ведь не просто так. Что он забыл в темном проулке между лавками?

Порыв ветра растрепал мне волосы и поднял с земли несколько газет, которые валялись возле урны. В тот же миг на улицу медленно вкатился автомобиль такси. Свет от фар прорезал темноту и на мгновение осветил тот самый проулок, вот только сейчас там никого не было.

Странно… Не могло же мне привидеться? Галлюцинациями я вроде бы не страдаю. Кто это мог быть, интересно знать, неужели Чернопятов? Как жаль, что история с Душегубом откладывается до зимы. Раньше ведь никак… Кашалот — зимний зверь, оказывается, да и глаз бури мне Щекин лишь к Новому Году обещал. Эх…

Я открыл дверь подкатившего ко мне такси, расположился на заднем сидении.

— В «Китеж», — сказал я и снова посмотрел в проулок.

— Как прикажете, сударь, — ответил таксист и автомобиль плавно тронулся с места.

— Кстати, я тут подумал… Есть еще один вариант с Чернопятовым, — сказал Дориан через несколько минут. — Может быть, попробовать не уничтожать его душу, а использовать с толком? Она может стать очень достойной оплатой при случае.

— В каком смысле? — удивленно спросил я и в этот момент меня осенило — ну конечно же, он имеет в виду Кольцо Потерянных Душ! Хотя стоп…

— Что тебя смущает, мой мальчик?

— Никаким мечом кроме Душегуба не получится нанести ему урон, вот что меня смущает, — ответил я. — Что случится с душой, если я ударю его мечом и кольцо будет на мне? Она попадет в гости к Фрее или будет уничтожена?

— Хороший вопрос… — сказал Мор. — Об этом я пока не думал. Мне кажется, здесь только экспериментальным путем придется выяснять.

— Вот и я так думаю, — сказал я и закрыл глаза.

В салоне автомобиля было тепло, уютно, и меня начало клонить в сон. Такси уносило меня все дальше от Морока, как и от мысли о Чернопятове и темном силуэте.

Кто знает, может быть, мне и правда показалось?

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

На этом месте заканчивается двенадцатый том приключений Максима Темникова. Надеюсь, вы с удовольствием следили за ними.

Еще раз хочу поблагодарить вас от всего сердца! Сказать вам огромное спасибо за оказанную поддержку, вашу теплоту, лайки, покупки, награды, стихи, картинки и добрые слова — поверьте, для меня это очень важно и приятно.

В такие моменты вижу, что делаю эту историю не зря, и это придает дополнительных сил и вдохновения в работе. Спасибо вам!

Кому все понравилось, но про лайк он забыл — ставьте прямо сейчас! Так уж работает механика сайта, когда лайки для автора — это не только сигнал о том, что вам все понравилось, но и двигатель книги вверх!

Делитесь впечатлениями в комментариях насчет финала двенадцатого тома и не забывайте — ВЫ САМЫЕ ЛУЧШИЕ! Я же, в свою очередь, постараюсь радовать вас продолжением этой истории и делать ее как можно интереснее!

Ну а теперь, прошу в путь! Тринадцатый том и новые приключения ждут вас прямо сейчас! Там, как всегда, будет много всего интересного, это я вам обещаю)

Для тех читателей, кто пользуется приложением «Автор Тудей» не обновляя его, специально прикладываю ссылку на новый том:

Вот она: https://author.today/work/396419

Ну а для всех остальных внизу появится соответствующая кнопка.

ЖМИТЕ!)

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Черный Маг Императора 12

Content

Черный Маг Императора 12

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene