Я буду летать

Екатерина Боброва

Глава 1

Алекс остановился. Под ним, погруженный в усталую вечернюю тишину, лежал ангар. Он прошелся взглядом по рядам хищных силуэтов истребителей, по замершим в карауле у стен ремонтным автоматам, по ярко-желтым заправочным станциям, торчащим из пола, словно шляпки грибов и удовлетворенно кивнул: внизу царил порядок.

Глухо стукнули подошвы его ботинок о ступени. Он начал спускаться, направляясь туда, где пятой в ряду стояла его машина.

Алексею нравилось это время: вечером, без толпы сокурсников, строгих окриков старших и предполетной суеты. Только он и «Страж». Постоять рядом, вдыхая запах топлива и масел. Провести рукой по прохладному металлическому боку. Спросить с хрипотцой: «Соскучилась, детка?». Посидеть в кабине. Прикрыть глаза, представив, как открываются двери ангара, ревет двигатель, в крови бурлит адреналин, и они вдвоем с деткой проваливаются в темное, утыканное звездами нутро космоса.

Прерывая благостный настрой, по ангару разнесся острый звон, заставив Алексея настороженно замереть. Что-то упало на пол, покатилось, подпрыгивая, а следом донесся звук удаляющихся быстрых шагов. Похоже, кто-то нарушил покой ангара до него.

Алекс нахмурился. Конечно, это глубокий тыл. Орбита Земли. Военная академия. Но их учили, что для пилотов нет мелочей. Да и не столь это сильное нарушение правил — посещение ангара в неположенное время, чтобы панически убегать.

— А ну, стой! — крикнул Алекс, переходя на бег.

Разводной ключ блестел, валяясь на полу, у его машины. Алекс запнулся о него взглядом, остановился, прислушался — вдали хлопнула дверь нулевого уровня. Неизвестный поспешил убраться прочь.

— И что ты разводишь панику? — протянул с ленцой Мишка, садясь на койке. — Подумаешь, кто-то уронил ключ. Какой-то механик из инженерного решил повторить материал к зачету, а ты его напугал. Бедняга. Удирал небось, теряя подметки.

— И зачет он решил повторить в кабине моей машины, — не скрывая сарказм, отозвался Алекс.

— Ты уверен? — нахмурился Ник, отрываясь от планшета. — Странно, зачем его вообще понесло в кабину? Еще и когда посещение ангара запрещено?

— Вот именно, — Алекс плюхнулся на свою кровать, вытянул руку, подбросил ключ, поймал. — А если он там что-то испортил? Когда я выглянул в коридор, там было полно народу, так что поганцу повезло затеряться. Подметок, увы, он не оставил. Так что я вернулся, поднялся в кабину — а колпак не закрыт. Хотя я его точно блокировал после вчерашних полетов.

— Доложишь? — поинтересовался Мишка, зевая и потягиваясь — друг обожал поспать, за что не раз получал нагоняй от преподавателей.

— Не, — мотнул головой Алекс, разглядывая ключ — блестящий, явно только со склада, — даже для меня сейчас это выглядит случайностью. Разберусь сам. Может, кто-то из новеньких плохо выучил правила…

— Первый курс вообще в ангар не пускают, — возразил Николай, устало потирая лицо — вот кто обожал учиться. Алекс часто недоумевал, что Ник с его мечтой об экспедициях забыл в академии. На что друг с усмешкой отвечал: хочет быть уверен, в дальнем космосе он не застрянет на планете из-за того, что некому будет сесть за штурвал. — Ну а старшие курсы прекрасно знают о том, что в кабину без пилота им соваться запрещено. Так что ты прав. Это подозрительно. Я поспрашиваю у ребят, может, кто заметил еще что-то странное.

— Лично я, кроме победы Нетопыря, вообще ничего странного не заметил. — Мишка плюхнулся обратно на кровать, лег, заложил руки под голову, разглядывая выученный до черточки за эти годы потолок каюты. — И откуда только вылез? Позывной еще дурацкий. Нетопырь? Серьезно? Вы его результат на трассе видели? Это сокол, а не нетопырь. Обошел наших с разгромным счетом. Самое смешное — никто не признается, кто это.

— Малышей спрашивали? — не отрывая взгляда от планшета, уточнил Ник.

— Детский сад? Первый курс? — возмущенно скривился Мишка. — Только звезды смешить. Они же недолетки!

Алекс выразительно кашлянул, не одобряя пренебрежения к кому-либо.

— Ну чисто теоретически… — протянул Михаил, добавив уверенно: — Хотя на уникума никто из них не тянет. Мы спрашивали — одно блеяние в ответ. Половина так вообще за «Цитадель» не садилась. У нас же версия 15.0, а они дома в основном на десятой тренировались. Слушай, — оживился друг, приподнимаясь, — ты же не сильно сейчас занят? Проект сдал. До экзаменов половина семестра. Может, вернешься в игру? Делов-то — прогнать разок по трассам. Выбьешь Нетопыря с первого места, а то наши переживают… Уже пятикурсники интересовались, не девчонке ли мы проигрываем, как будто не понятно, что Нетопырь — это он. Так как, поможешь?

Ник оторвался от планшета и тоже вопросительно посмотрел на Алекса.

Симуляторы были частью обучения. Первый и второй курс тренировались лишь на них, используя «Цитадель», «Галактику», «Крылья», чтобы после сдачи на них летного экзамена быть допущенными к настоящей технике. Но курсанты не были бы курсантами, если бы не превратили занятия в соревнования. Доработали несколько трасс, добавили нереалистично сложные уровни для интереса, ввели дуэльные бои между истребителями. Преподаватели не вмешивались, считая соревнования частью обучения. Играли азартно. Вместо денег использовали отработки и поощрительные баллы, которые можно было тратить на развлечения, кафе или дополнительные выходные.

— Ты же лучшим был в прошлом году, — заискивающе проговорил, садясь на кровати, Мишка. — Никто не смог побить твой результат. Не хочешь вернуть лидерство?

— Нет, — сухо ответил Алекс, вставая и убирая ключ в ящик стола, — и вам давно пора понять, полеты — не игрушка. Симулятор не заменит реальность.

Ник жестом изобразил «дурак», Мишка побледнел, осознав свою оплошность. Старший брат Алекса, многократный победитель Гран-при виртуогонки в прошлом году разбился на катере, попав в сильную турбулентность. Многие винили тогда производителей игры, мол, виртуальность дает обманное чувство собственных сил, а в реальности нельзя обмануть законы физики и механики.

С тогда дня Алекс предпочитал проводить вечера в ангаре, а не в зале симуляторов.

Час назад

Софи шла по коридору, с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Сердце так сильно билось в груди, что казалось, оно сейчас несется прочь от ангара, убегая в страхе, а Софи вяло топчется позади, стискивая до боли ладони, дабы не выдать себя.

Бегать перед отбоем по академии? Только идиот захочет привлечь к себе внимание преподавателей. Точнее идиотка. Одна.

— Чуть не попалась, — прошептала Софи, привычным жестом убирая челку с глаз.

— Дура! — простонала в отчаянии, ощущая стойкое желание постучаться головой об стену. Идущий навстречу парень посмотрел изумленно, и Софи склонила голову, поспешив исчезнуть из поля его зрения. Какие тут все… подозрительные. И все так отличается от школы!

А что ты хотела? — язвительно пропел внутренний голос. Военная академия. Рассадник паранойи. Надо было в медицинскую идти, как предлагал отец. Ну или сразу в воспитательницы детского сада, как настаивала бабушка, свято веря, что девочкам не место в таком ужасе.

Но Софи с детства знала, что будет пилотом. Ей снились полеты с тех пор, как она начала осознавать себя. Взрослые смеялись: «Растешь», и только брат трепал по волосам, приговаривая: «Летай, сестренка. Пилотом станешь. Вместе к звездам полетим». И она зажмуривалась, ощущая, как сладко ноет в груди от его слов.

Старший брат был для нее всем: жизнью, воздухом, защитником, примером для подражания. Она ела то, что ел он. Делала то, что делал он. Ходила за ним хвостиком. Частенько спала в его постели. Таскала его рубашки.

Родители возмущались, но Олег смеялся и называл «Моя звездочка», совершенно не тяготясь ее детской навязчивостью.

«Ты растешь пацанкой!» — ругалась мама, когда она отказывалась надевать платья, коротко стригла волосы и носилась по улицам на аэродоске в компании ребят. Единственное, в чем Софи никогда не получала упреков, так это в учебе. Первая Космическая Академия брала лишь лучших. Таких, как ее брат. А значит, лучшей должна стать и она, Софи.

Она ждала коротких его приездов на каникулы больше, чем подарков на праздники. Жадно впитывала подробности. Копировала конспекты. Зачитывалась непонятными фразами. Разбирала их потом со словарем и прыгала от счастья, когда удавалось удивить брата своими знаниями.

«Да ты прирожденный пилот, сестренка», — сказал он однажды на полном серьезе, а потом принялся объяснять, как взрослой, ее ошибки, показывать, как надо. И на день рождение подарил последнюю версию «Цитадели», потратив на него годовую стипендию.

В семье не сразу, но смирились с тем, что оба ребенка выбрали стезю пилота.

«Ничего, — утешал отец мать, — было бы хуже, если бы Олег пошел в космический десант. Она бы за ним и туда поперлась. А пилот… Даже неплохо. Да и девушки там есть».

Мама только вздыхала, а бабушка хваталась за сердце. В ее молодости девчонки меж звезд лишь пассажиров да грузы возили.

Олег же никогда не указывал, что ей делать.

«Выбирать тебе, мелкая, — частенько говаривал он, — твоя жизнь — твой выбор — твои ошибки. Никто, кроме тебя их не совершит и не исправит. Хочешь летать — летай. Если звезды сложатся, ты станешь лучшим пилотом, чем я. И если бы я был преподавателем, я бы сейчас взял тебя на второй курс. Ты справишься».

Только вот… Она остановилась, ноги принесли ее на обзорную палубу, откуда открывался вид на бледно-желтый, с синяками кратеров на поверхности шар луны, бархатную бесконечность космоса и россыпь ярких точек-звезд на нем.

Она не справилась. Они оба не справились.

Софи кашлянула, прогоняя застрявший в горле ком. Времени прошло немало, но каждый раз, когда она думала о брате и своем провале, ей до сих пор хотелось плакать.

Хотелось, но она так и не смогла проронить ни слезинки.

«Поплачь, милая», — ласково уговаривала ее бабушка, гладя по голове, но она отворачивалась, выдергивала голову из-под морщинистой руки и уходила-убегала от горьких мыслей.

«Он жив! — твердила заклинанием Софи. — Просто пропал без вести. Он вернется, он обещал».

Взрослые отводили взгляды, вздыхали горестно, а она упрямо сжимала губы, не желая терять надежды.

Столько всего ей пришлось вынести, чтобы не потерять не только надежду, но и свою мечту… Слезы матери, причитания бабушки: «Один безголовый пропал, теперь вторая туда же».

Положение спас давний друг отца, пилот дальней авиации. Выйдя на пенсию, он частенько бывал у них дома.

«Не мешайте ей, — сказал он однажды, застав очередной скандал. — Брат для нее был всем. Хочет — пусть идет по его стопам. Никто не знает своей судьбы. Можно попасть в неприятности, где угодно. Даже по дороге на работу в детский сад. Но одно я знаю точно — потерявшие мечту не живут счастливо».

И ей разрешили сдавать вступительные в академию.

Первая Космическая, элита элит, могла позволить себе жесткий отбор и огромный конкурс. Экзамен можно было сдать лишь раз. Никаких «на следующий год» и вторых шансов. Готов, значит, готов. Они действительно брали лучших и гордились этим.

Софи не сомневалась, что сдаст. Высшие балы за выпускные в школе. На симуляторе она летала круче любого в городе.

И что там она… Все вокруг были уверены — поступит. Как говорится, если не она, то кто?

Софи стиснула ладони, глаза обожгло сухими слезами. Тот день в памяти остался калейдоскопом из уверенности, надежд и полного краха. Она так и не поняла, почему сбилась на трассе. Преподаватели утешали: «Бывает. Переволновалась. Ничего страшного. С такими баллами ты можешь поступить, куда угодно».

Она не хотела, куда угодно. Она хотела только в Космическую. Ходить по тем же коридорам, по которым ходил брат. Смотреть на те же звезды. Сидеть за тем же столом в столовой. И никаких компромиссов. Никаких пассажирских неповоротливых лайнеров или неуклюжих грузовозов. Для нее не существовало иных кораблей, кроме истребителей.

«Упрямая», — разводили руками преподаватели.

«Дурная», — ругался отец.

«Бедная», — вздыхала бабушка.

«Ломаешь себе жизнь», — пророчила мама.

А Софи паковала вещи, чтобы отправиться в ПКА на инженерный факультет.

— Что заснула? Отбой скоро, — грубо одернул ее второкурсник.

Софи тихонько вздохнула. Моргнула, возвращая четкость этому миру.

Кто же знал, что удержаться от полетов, когда рядом они — дотронься рукой — будет так тяжело.

Попасть в ангар после занятий не составило труда. Сначала она ходила вокруг. Касалась рукой холода серебристого металла. Улыбалась гордым силуэтам, как старым знакомым. Потом стала забираться в кабины: посидеть, вдыхая ни с чем не сравнимый запах рабочей машины. Помечтать…

И все было хорошо, пока ее уединение не нарушили так грубо…

Софи отвернулась от обзорного окна, зашагала к себе. Курсант прав — скоро отбой. Лучше не рисковать — первокурсников, дабы сразу привить дисциплину, наказывают строже остальных. А она и так… по краю ходит.

Но кто же там был, в ангаре? Голос молодой. Явно кто-то из курсантов. Видимо, забыл что-то растяпа. А она чуть не попалась… Еще и этот ключ. Софи потянулась к карману на бедре. Сунула туда руку и застонала от досады. Прорез! А ведь комбезу от силы неделя. Гадство! И даже гадать не надо, кому она не угодила. Рыжий! Возненавидел ее с первого дня. Единственная девчонка в бригаде. Еще и заучка. Кто с такими баллами идет гайки крутить? Даже для ПКА — перебор. С ней точно каши не сваришь и соревнование не выиграешь. Будет их бригада вечно в отстающих.

Что рыжий ее невзлюбил, да гадости говорил часто — полбеды. А вот то, что пакости делать стал — хуже. Выживает ее подлюка. Хочет, чтобы сама ушла, да не мешала их мужской компании чувствовать себя свободно, а то даже ругнуться матом в ее присутствии нельзя.

И Софи поняла, что в шаге от ненависти ко всем рыжим на свете.

Она подняла ладонь, коснулась замка — дверь медленно поехала в сторону, открывая проход в каюту, которую она делила с двумя девчонками. Обе с медицинского — на их этаже только она носила оранжевый комбез техслужбы. Девчонки, конечно, были и на инженерном, на первом курсе аж целых семь, но к пятому, выпускному, останется в лучшем случае две.

Сложные работы, где требовалась физическая сила. Выходы в открытый космос. Смазка. Вонючие масла. Ну и перспективы… На пост старшего инженера станции все предпочитали нанимать мужчин.

— Что так поздно? — недовольно спросила Ира, демонстративно зевнув. — Опять ходила на пилотов глазеть?

Хохотушка Диана фыркнула, закатив глаза.

Ее поймали давно. На новостях, которые она жадно просматривала в попытке найти любые намеки о брате или об его отряде. На подписках в группы, где сплошь сидели пилоты: профессионалы и любители. На том, как стояла, смотря с тоской на идущих по коридору старшекурсников. В тот момент ей казалось — на брата смотрит, а еще на тех, с кем в будущем должна была служить. Теперь же они все стали для нее небожителями… Недостижимыми, как и ее мечта летать на истребителе. И каждый парень в синем комбинезоне напоминал о брате, а еще о ее провале…

— Дурная ты, Софи, — наставительно произнесла вечно правильная Ирина, — ты технарь. Для них — обслуживающий персонаж. И уж прости: ни рожи, ни кожи. Даже если кто-то и позарится, то поиграть и бросить. Ты лучше на своих взгляни. У вас там видные парни есть. Тот же рыжий.

— Бе-е-е, — Софи сделала вид, что ее сейчас стошнит.

Макс был хорош для всех, кроме нее: лидер бригады, отличный инженер-механик, заводила, весельчак. Ее он просто ненавидел. Она его тоже.

Софи вспомнила прорез на кармане, выпавший ключ.

Это война, — решила она. Только рыжий зря надеется. Она не уйдет. Ни за что. И академию закончит, как обещала брату перед его заданием. Тем самым. Последним. А потом поступит в гражданскую летную. И будет водить медленные пассажирские лайнеры. Что всяко лучше, чем гайки крутить. Тут рыжий прав. Механик из нее отвратительный.

— Я выяснил! — Мишка с воплем ворвался в каюту, закрутился на месте, пытаясь одновременно держать в поле зрения обоих друзей. — IP Нетопыря. Друг помог. Залез в программу и IP игроков раздобыл. Так что мы знаем, когда он играл, на какой машине и сможем его вычислить.

— Знаешь пока только ты, — педантично поправил его Ник, проворчав: — Дался тебе этот Нетопырь? Ловить он его собрался, словно шпиона…

— Точно! — хлопнул себя по лбу Мишка, совершенно не обратив внимание на ворчание друга. — Вот! — и вытащил из-за пазухи лист с перечнем цифр.

Парни сгрудились, изучая.

— Какого черта! — возмутился Мишка, найдя нужную строку. — Кто ему позволил играть по ночам? Куда руководство смотрит?

— Может, кто-то из преподавателей развлекается? — задумчиво предположил Алекс.

— Им-то зачем? — отмахнулся Мишка. Почесал подбородок. — Нет, тут явно какая-то тайна.

— Пятый курс? Помните, тот здоровый? Лев, да? — прикинул Ник. — Он был хорош.

Мишка замотал головой:

— Я видел его недавно. У него рука повреждена. Это не он.

— И точно не кто-то из старших курсов, — проговорил Алекс. Ник нахмурился.

— Поясни, — потребовал.

— Все дело в манере. Пусть у каждого она своя, но нас всех учат одинаково, а этот парень… Явно талантливый самоучка. Правда, есть одна деталь, которая не дает мне покоя… Я когда увидел, как он проходит трассу Смерти, думал, призрака встретил. Просто так же кольца проходил лишь один человек… — Алекс замолчал, потом добавил тихо: — Вы знаете, о ком я.

— Феникс, — потрясенно вымолвил Михаил.

— Не может быть, — потряс головой Николай, потер лоб. — Это невероятно, но теперь, когда ты сказал об этом, я готов с тобой согласиться. Этот парень летает не хуже Феникса. А может, Феникс сам его обучал?

Парни переглянулись.

— Бред, — отверг идею Мишка. — Зачем это ему? Да я и не слышал о том, чтобы кто-то занимался наставничеством среди курсантов. Если только…

И он подобрался, напрягшись.

— Если только, — перешел на яростный шепот, — этот кто-то учился у него уже после его исчезновения. Ходили же слухи, что последним заданием Феникса была разведка приграничья в секторе F14-583. Там же видели корабли айкаров. А эти уроды…

И Мишка умолк, захлебываясь эмоциями.

Земная Федерация включала в себя около шести десятков планет. Объединиться не получилось — люди, так и остались людьми, потому в Федерацию входило восемь секторов. Северо-Американский, Китайский и Русский были самыми крупными.

— Ты бредишь, — одернул Мишку Ник, — и слишком много читаешь комиксов. Не выдумывай лишнего.

— Я, может, и выдумываю, — обиделся Мишка, — зато проявляю бдительность. Не знаю, как вы, а я намерен этого Нетопыря найти и задать пару вопросов. Вы со мной?

Друзья переглянулись. Алекс вздохнул, уже понимая, что влез в это дело еще тогда, когда решил посмотреть запись полета хваленого чемпиона…

— Ты же без нас попадешься, — усмехнулся он и спросил: — Когда на охоту?

Глава 2

— Твой брат был очень талантлив.

Эту фразу Софи слышала так часто, особенно после того, как Олег пропал без вести, что успела ее возненавидеть, но сейчас случай был особым. Она стояла в зале славы академии вместе с полковником Березиным. Со стены, в окружении звезд на них смотрели лица тех, кто учился здесь и отдал жизнь за родину.

Софи смотрела на родное лицо, на светящуюся алым подпись: «Серов Олег Евгеньевич» и едва сдерживалась, чтобы не подойти, сломать голограмму, крикнув: «Олег жив, ему не место среди мертвых».

— Знаю, ты поступала на летный, — в голосе полковника прозвучало сочувствие. — Я видел твои результаты. Чуть-чуть не хватило до проходного. Жаль.

Софи повернулась к нему, взглянула изумленно.

— Олег говорил, ты прирожденный пилот, — пояснил свой интерес полковник. — Почему, провалившись у нас, не пошла в гражданскую авиацию?

Софи нахмурилась и отвернулась, пряча лицо. Она уже устала слышать этот вопрос, но хуже было то, что ответ перестал казаться ей верным. Дома все было правильным: данное брату слово, поступление в Космическую, а потом сомнения принялись одолевать ее и становились все сильнее с каждой выходкой рыжего, с каждым вечером, проведенным в ангаре. Она ведь обещала Олегу летать, а не гайки крутить! Еще и рыжий этот… Словно специально послан, чтобы сделать ее жизнь невыносимой.

— Ясно, — хмыкнул мужчина, не дождавшись ответа. — Если я могу что-то для тебя сделать — дай знать.

Софи вздохнула… Она не собиралась ни о чем просить, но рыжий… Ей нужна разрядка, чтобы не сорваться и не прибить урода.

— Я могу получить доступ в зал симуляторов в любое время?

— Не хочешь пользовать вместе со всеми? Боишься, что засмеют? — нахмурился полковник.

Ну да… Извечное противостояние тех, кто летает и тех, кто крутит гайки. Но Софи боялась не этого… Сочувствие, жалость — вот, что было хуже пытки. Наслышалась уже от родных и знакомых. А тут… срезавшийся на вступительных экзаменах пилот пошел перебирать двигатели. Рыжий будет в восторге.

— Не хочу привлекать внимания, — призналась она честно.

— Хорошо, я подумаю, — не стал ничего обещать полковник.

Через пару дней какой-то старшекурсник передал ей конверт. В нем лежала карточка с допуском и записка: «Попадешься — отберут».

— А девчонка неплоха, — Владимир Сергеевич отвернулся от экрана, где блестящий черный истребитель, модель «ШИП», с белым силуэтом летучей мыши на борту с изящной наглостью проходил кольца Сатурна — самый опасный участок трассы, посмотрел на Березина. — Сестра Серова? Навыки у нее, конечно, отменные. Видно, что брат готовил. Самоуверенности много, но с этим мы бы справились. Знаешь, что она думает делать дальше? Отдавать такой талант инженерам… Только губить.

— Вот и я о том же, Володь, — вздохнул Березин, — однако правила не нами придуманы. Я уже запросил данные с сервера, где она проходила вступительные. Хочу внимательнее на них посмотреть. Если ничего подозрительного… Руководство не пойдет на перевод.

Владимир выругался. Откинулся на кресле.

— Тогда пусть не мается дурью и уходит. В гражданской ее с руками оторвут.

— А если не захочет? — задумчиво спросил Березин. Взгляд девчонки на голограмму брата не давал ему покоя. Столько тоски там было и злости… Упрямой такой злости.

— Тогда устрой так, чтоб отчислили. Не маленький, сам знаешь, что делать, — грубо отрезал коллега. — Ты запись с камер видел? Она так и продолжит путаться под ногами. Лезть в ангар. Еще истребитель угнать попробует, вот увидишь. Я таких знаю… Отчаянные. Да, что я говорю… — и он махнул рукой. — Феникс, только в юбке.

— Ничего о нем не слышал? — осторожно поинтересовался Березин, и Владимир покачал головой.

— Поисковую операцию свернули, он официально признан мертвым. Это все.

И они замолчали, каждый думая о своем. О тех, кого они учили. Учили ради будущего, ради счастливой жизни, но у кого-то эта жизнь получалась слишком короткой.

— Так, заучка, у нас сегодня практика.

Этими словами ее обрадовали, стоило появиться в классе. Софи стиснула зубы. Сдержаться. Ее специально провоцируют. Космос требует хладнокровия. Любой скандал, любая истерика будут отражены в личном деле, а после… беседа с психологом, тесты, и если она их не пройдет — ее вышвырнут из академии пинком под зад.

Слабым в космосе нет места. Тем более в военной академии.

— Результат войдет в общий зачет, — продолжал давить рыжий. Он даже соизволил подняться с места, подойти и нависнуть, словно специально давая понять, какая она мелкая и ничтожная по сравнению с ребятами в группе. — Если ты нас опозоришь, пеняй на себя.

Технарей, в отличии, от пилотов, всегда учили работать в группе.

«Ваша работа — командная. Невозможно провести оперативный ремонт системы водоохлаждения на крейсере. И даже на истребителях следует использовать принцип «двойного глаза». К тому же одиночке проще совершить ошибку, а ваша ошибка — это жизнь пилота и его машины. Учитесь проверять себя и других», — часто повторяли им преподы.

Их группы назывались «бригадами», а результаты зачета были не просто баллами. Отстающие не получали увольнительных, им назначались дополнительные занятия, даже стипендия в Космической зависела напрямую от позиции бригады в общем рейтинге. А что такое стипендия? Это возможность посидеть в безалкогольном, но все же баре «Астронавт». Поиграть в разные симуляторы. Посмотреть кино в объемном кинотеатре. Купить пирожных в кафе. За все развлечения на базе академии курсанты расплачивались баллами.

Когда Софи запорола первый из практических тестов, и группе прилетел общий штраф, ее чуть не побили. Так что теперь она считалась балластом.

А ведь она так привыкла быть лучшей. Всегда и везде. Ну кроме дисциплины. Тут характер давал о себе знать. И если бы не ее дерзость, привычка водиться с пацанами, ее бы смяли в первый же месяц. А так… куратор бригады посмотрел на ее перепалки с рыжим и сказал: «Знаешь, я не буду тебя снимать с довольствия на следующий год».

Софи, потом вдохновленная его словами, ходила. Ровно до следующего зачета.

Теория давалась ей легко. Математика, механика, физика, термодинамика… Тесты она писала лучше некоторых в группе. Но вот практика… Пальцы в толстых перчатках — на ее ладонь не было нужного размера — ощущались чужими. И она решительно не понимала указания мастеров:

«Вот ту загогулину требушни. Слегни чуток. А потом вперед, до щелчка».

Но парни-то понимали! И это было обидно.

Был бы рядом брат — он бы поддержал. Но рядом никого не было. Ее семья лишь обрадуется, услышав о неудачах и будет настаивать на уходе. Друзья… Даже они ее не поддержали, многие покрутили пальцем у виска, сказав, что Софи с жиру бесится. Если не удалось поймать журавля в небе, так надо держаться за синицу в руке. Конечно, истребитель — не гражданский лайнер, но лайнеры тоже летают в космосе.

— Не хочешь, чтобы я вас опозорила, — Софи постаралась вложить во взгляд все свое негодование, — лучше помоги.

Да. Она дошла до того, чтобы наступить на гордость и попросить помощи. Позор. Но и подводить парней из бригады не хотелось. Они не виноваты в ее выборе пути.

Макс ответил презрительным фырканьем.

— Тебе бесполезно помогать! У тебя же руки-крюки.

Софи задохнулась от гнева. Эти «руки-крюки» мастерски держали штурвал симулятора, тонко чувствуя ход полета машины, мгновенно реагируя на возникающие препятствия.

А гайки крутить особого ума не надо.

— Значит, справлюсь без тебя.

Софи шагнула в сторону, обходя живое препятствие. Парни недовольно загудели, но открыто выступать не стали. Преподаватели жестко пресекали любые конфликты в группе. Причем, наказанию подвергались все: и виноватые, и невиновные.

«Привыкайте, — повторял им куратор, — бригада несет общую ответственность за проделанную работу. Никто не станет разбираться, кто именно не докрутил болт или не поставил правильно фильтр. Потому проверка друг за другом и взаимопомощь должны стать вашей второй натурой. И это прекрасно, что именно в вашу бригаду попала София».

Софи не разделяла восторга куратора, как и парни в группе. Будь ее воля, она бы предпочла индивидуальное обучение, как у пилотов. Конечно, их учили летать вместе, выполнять групповые задания, но каждый в полете отвечал сам за себя.

А у них?

«Без разницы, кто запорол свой участок работы. Не смогли собрать двигатель? Незачет всем».

И главное, даже если Софи справлялась, ее все равно винили во всех неудачах. Репутация, чтоб ее…

Первый курс был самым нудным и бесполезным с точки зрения будущей работы. До абсурда. Их не допускали до «живых» машин. Заставляли практиковаться на старье. Перебирать двигатели вековой давности, как будто они когда-нибудь им встретятся?! Практиковаться на древних системах. Без нормальных зондов, диагностов и датчиков. Еще и специально выбирали настолько заржавевшее оборудование, что у Софи не хватало силы пальцев раскрутить зажим.

Эдакая система отбора для технарей.

Если пилотов гоняли физически, выматывали эмоционально, то их испытывали грязью, ржавчиной и прочим старьем.

Мозоли, порезы, не отмывающиеся пятна и въевшаяся вонь… Мир техники был по-мужски суров.

Софи заподозрила неладное, когда их повели на зачет в новый зал. «Выклянчили», — с мрачным удовлетворением подумала она, оглядывая муляж системы жизнеобеспечения. Парни уже давно ныли, прося мастера дать им что-то новенькое, а то три месяца разбирать двигатели им порядком надоело. Вот Софи с удовольствием бы вернулась к знакомому двигателю, чем лезла в эту громадную страхолюдину.

Целиком система в зале не поместилась бы, но и та ее часть, которую они лицезрели, внушала трепетное уважение.

— Итак, господа курсанты, — голос мастера был полон нездорового энтузиазма, — перед вами центральная часть системы обеспечения крейсера «Незабудка» второго класса.

Он еще не закончил фразу, а мозг Софи уже выдавал справку: «Крейсер второго класса. Численность экипажа: двадцать человек. Грузоподъемность… Максимальная дальность полета… Скорость… Оружие…». Брат в свое время неплохо натаскал ее, но толку-то от ее знаний, если придется, как обычно, работать руками.

Она нервно поправила перчатки.

— Вводная: «Незабудка» получил пробоину по правому борту в результате попадания в метеоритный поток и столкновения.

Вводная была так себе… Нормальный пилот не допустит попадания в поток, облетит. Проще изменить курс, чем получить такой «подарок». Защита выдержит пару попаданий, но и ее резерв не бесконечен.

— Была повреждена система жизнеобеспечения.

В подтверждении свет выключился, раздался скрежет, в центре, под потолком рванул, ослепляя, сноп искр. Потом заискрилось уже в нескольких местах.

— У вас час на ликвидацию последствий. Дальше весь экипаж будет считаться мертвым. Вы, соответственно, тоже.

Включился красный аварийный свет, завыла сирена, из-под пола вырвался, заставив всех дружно подпрыгнуть, столб пара.

ПКА готовила специалистов высокого уровня, используя способ обучения максимально приближенный к реальности.

Софи ощутила, как у нее мурашки побежали по коже. Сирена била по ушам, в глазах все прыгало от мерцающего красного света. Пол под ногами затрясся, имитируя теряющий управление корабль. Если не знать, что за стенкой — станция, полное ощущение, что они терпят бедствие.

— Так, парни, собрались. Работаем.

Максим первым, как и положено бригадиру, включился в работу, распределяя задания.

— А ты, — взгляд в сторону Софи, — просто постой в сторонке.

— Не получится, — мрачно ответила девушка, — нам не засчитают работу, если я просто постою.

— Черт с тобой! — махнул рукой парень.

Договорились быстро — надо было заменить пару труб. Да и сложно было ошибиться — пробоину подсвечивали снопы искр. На самом деле починка подобной системы была заданием третьего курса, сейчас их проверяли на слаженность и умение работать в экстремальных условиях.

— Нужна сто двадцатка! — донеслось с правого края пробоя.

— Сейчас! — Софи спрыгнула с помоста и понеслась к углу, где еще раньше приметила сваленные в кучу — чтоб курсантам жизнь медом не казалась — коробки с запчастями. Нужную — не зря она изучала маркировки — нашла быстро. Вытянула, вытряхнула трубки, начала свинчивать, но парни отобрали.

Трое вырезали поврежденную часть, ловко орудуя лазерными резаками, остальные начали прилаживать замену. В зале, заглушая вой сирены, стояла рабочая обстановка. Кто-то ругался, кто-то требовал инструменты, жужжала сварка, щелкали пневматические кусачки, шипели резаки.

— Время! — подгонял всех Макс. — Монтируем.

Труба была длинной, поврежденный участок большой — мастер хорошо рассчитал, всем досталось, где подержать.

Софи оказалась на левом краю, парень, стоявший там, неожиданно подвинулся, а потом и вовсе ушел за каким-то инструментом. Так что ей ничего не оставалось, как вставить трубу в соединитель и держать, пока прикручивали правый фланг. Фиксировать одновременно не получалось — гибкую трубу и так вело от остаточного давления, она просто не встала бы плотно везде, если начать прикручивать оба конца разом. Это называлось менять «на живую», встраивая в действующую систему. Опасная вещь. Мастер точно сошел с ума, устроив им подобный тест.

Воздух в зале стал липким, тяжелым, и девушка прокляла наставника, решившего повысить ставки и добавить достоверности. Воздух в зале потихоньку откачивали, точно они и вправду теряли кислород.

Она постаралась дышать реже, экономя то, что осталось. Парни рядом работали в мокрых спецовках, да и у нее пот тек по спине.

Труба вдруг запрыгала в руках, точно живая, в лицо ударила струя пара.

— Прорыв системы охлаждения! — раздался истошный вопль.

— Всем держать! — заорал Макс. — Не дадим кислород — подохнем.

Не подохнем, конечно, — Софи вцепилась в извивающийся, точно змея, гибкий шланг, — но баллов никто не получит, еще и вычтут.

Она плюнула на правила, зубами стянула одну перчатку, вторую. В полумраке авось мастер не заметит, что она нарушила технику безопасности.

Пальцы сжались на гладкой поверхности, и Софи сразу почувствовала себя уверенней.

— Пошло давление!

Новая напасть. Труба под пальцами начала ощутимо нагреваться.

— Серый переключай на резерв. Надо снизить температуру. Парни, держим. Чуть-чуть осталось!

Софи сцепила зубы. Кожу пекло, пальцы ныли от напряжения, воздуха категорически не хватало, кружилась голова, в легких горело.

— Все, мы близко! Отпускай, я перехвачу, — прозвучало властное над ухом.

Софи вздрогнула и попыталась разжать сведенные от напряжения пальцы.

— Не могу, — просипела она.

Макс придвинулся, заглянул через плечо.

— Твою же… Черт. Не дергайся.

На ее ладони сверху легли широкие, мужские. Надавили, заставляя разжать пальцы.

— Федор, какого ты оставил ей самый сложный участок? Жить надоело?

За спиной что-то невнятно пробурчали.

— Сильно обожгла? — уточнил Макс.

Софи пожала плечами. Во рту было так сухо, что слова застревали в горле.

— Я тебе вечером мазь принесу и таблетки. Справишься?

Его дыхание раздражающе касалось шеи, рыжий был слишком близко, и эта близость вызывала злость.

Софи откашлялась, злость придала сил. Ответ вышел едким:

— Справлюсь, не бойся. В медпункт не пойду.

И она, морщась, натянула перчатки. Вынырнула из-под рыжего, оставив его фиксировать последний остаток трубы. А потом зажмурилась от ярко полыхнувшего света и сразу пошел живительный кислород, от которого приятно закружилась голова. Они успели.

— Пять минут до срока, — мастер шагнул в зал, — я впечатлен. Молодцы.

Софи подавила желание спрятать обожженные ладони за спину.

— На сегодня свободны. В душ и отдыхать. Завтра разбор.

Уф-ф-ф. Неужели никто не заметил ее хитрости? Повезло.

Рыжий пришел, когда она успела принять душ, переодеться в пижаму и перестать плакать. Рукам не помогла даже холодная вода, они продолжали гореть, точно она держала в каждой по горсти углей.

— Дай посмотрю, — парень, не дожидаясь, грубо схватил ее за запястье, и Софи не сдержала вскрик. — Черт! Заучка! Прости, — мгновенно извинился он, и хватка стала нежнее.

— Не дергайся, — попросил Макс, принявшись аккуратно наносить прохладный гель на кожу. — Будь я мастером, честно, выпорол бы тебя. Слушай, если ты решила испортить себе жизнь, то давай без подстав. Парни-то в чем виноваты?

Софи опустила голову. Рыжий прав. Если бы ее поймали на нарушение техники безопасности, выписали бы штраф всей группе, а если бы установили, что она пострадала… Месяц все сидели бы без стипендии. Она сглупила, конечно.

— Зачем ты сняла защитные перчатки?

Софи молча достала одну, положила сверху свою ладонь, спросила зло:

— Думаешь, в таких можно что-то сделать?

— Почему раньше не попросила? — нахмурился рыжий.

— Мастер и так самую маленькую пару нашел, — пожала плечами девушка.

— Разберемся, — кивнул Макс, забирая перчатки и закрывая тюбик мази. — Наноси два раза в день. Это таблетки. Одну сейчас, вторую завтра.

На кровать легли две капсулы. Софи даже не стала спрашивать, откуда они у Макса — проносить лекарства, кроме согласованных с врачами, на территорию академии было запрещено.

— И Софи, — девушка посмотрела на него удивленно. Кажется, это был первый раз, когда рыжий назвал ее по имени, — я не знаю, что ты здесь делаешь, но если решила свести счеты с жизнью, придумай способ попроще. Я запрещаю тебе рисковать, когда ты работаешь под моим руководством.

И рыжий глянул так, что стало ясно: он здесь на своем месте. И если Софи всем сердцем мечтала стать пилотом, то Макс так же страстно желал стать тем, кто обеспечивает летунам исправность их машин, и никто ему в этом не помешает.

Глава 3

— Полчаса до отбоя, — предупредил Николай, глядя на часы. — Еще немного и не успеем вернуться.

— Еще пять минут, — попросил Мишка, с надеждой вглядываясь в пустой коридор. Алекс со вздохом покачал головой… Другу надо было в следователи идти, а не в пилоты. Они уже третью ночь торчали около зала симуляторов, а Нетопырь и не думал появляться. Сладко спал, поди, в это время. Но Мишка не сдавался. Куратор уже осторожно интересовался, что такого забыла их троица в подобное время, да еще и в столь странном для свиданий месте. Вразумительно Алекс ответить не смог, чем заработал еще больше подозрений и многозначительное: «Ну-ну».

— Идем, — Алекс дернул Мишку за рукав. Они уже привлекли внимание дежурных и сейчас их перемещение будет отслеживаться с особой тщательностью. Выстроенная на дисциплине и соблюдении устава академия на дух не переносила вольнодумства и нарушения этой самой дисциплины.

— Не понимаю, как ему удалось проскочить незамеченным? — рассуждал Мишка, пока они быстрым шагом двигались в направлении каюты. — Он пришел за полчаса до отбоя, но ушел через час после него. Я специально проверял — нарушений в тот день зафиксировано не было. Еще немного, и я поверю, что у нас на станции завелся невидимка.

— Который обожает гонки, — поддержал его со смешком Ник.

— Да ну вас, — обиделся Мишка.

— Все просто, — сжалился над другом Алекс, — у него вездеход старшего дежурного. Такой дают лишь пятому курсу. Так что он имеет доступ везде, даже в преподавательский сектор. А если ты помнишь, один из входов как раз через коридор направо отсюда. Коридор вполне можно проскочить незамеченным, а дальше, как повезет, но если не соваться к жилым комнатам, можно пересечь сектор, не нарвавшись на преподавателя, спуститься на другой уровень и выйти уже, — Алекс задумался…

— Знаю, где там можно выйти, — проворчал Мишка. Он чувствовал себя уязвленно из-за того, что сам не додумался до такой простой версии, — у девчонок или у первого курса. И это приводит нас к тому…

— Что искать надо на первом курсе, — закончил его мысль Ник, добавив: — Даже интересно, кого у нас такого талантливого принесло, еще и скромного…

— Мне не дает покоя мысль, почему он скрывается. Глупо ведь. С такими навыками он был бы лучшим на курсе. А тут… — и Алекс неодобрительно покрутил головой. — Какая-то странная скромность.

— Вот-вот, — подхватил Мишка. — И самый большой вопрос — где этот первокурсник раздобыл вездеход дежурного? Нарушение, я скажу, немаленькое… За такое по головке не погладят. Да и знаю я эту мелюзгу… Они своей тени боятся не то, что сунуться в преподавательский сектор или нарушить режим. А девчонки… чуть что — сразу глаза на мокром месте. Вдобавок, я ни за что не поверю, что девчонка может так летать.

И все трое согласно кивнули. Среди женщин было немало талантливых пилотов, но вот так, залихватски и безбашенно, проходить трассу мог лишь пацан.

Руки уже почти не болели. Мазь рыжего творила чудеса. Софи сжала и разжала ладонь, полюбовалась на ровно-розовую кожу. Красота.

Она бы не сказала, что отношение парней к ней изменилось после зачета, но ей самой дышать стало легче. Что-то такое появилось новое внутри. Зародилась уверенность, что справится, сможет доучиться. Не просто упрямое: «Я хочу и буду», а более весомое: «Я смогу».

Софи стояла на своем любимом месте у обзорного окна. Вначале учебного года здесь было полно народа: новенькие залипали на виды, теперь они всем приелись, и остались лишь такие фанаты как она.

На нее бросали удивленные взгляды. Ну да… Техники, они ближе к тому, что под руками. У медиков свои интересы. Навигаторы сплошь в вычислениях витают, да звездные карты зубрят. Электронщики в схемах ковыряются целыми днями. Ну а пилоты… — Софи тяжело, не скрывая зависть, вздохнула — ближе всех к звездам. Это она неправильная такая… Не на своем месте. Тут рыжий прав.

Она провела пальцем по холодной поверхности. Где-то там, в направлении Росс сто пятьдесят четыре пропал Олег. Они шли звеном — три «Лютика». Обычная разведка, но крейсер потерял с ними связь и на борт не вернулся ни один. Поиски ничего не дали. Так ей сказали. И все же она верила, что брат жив.

— Держи, — ее стукнули по плечу.

Софи вздрогнула, обернулась. Рыжий стоял с хмурым лицом. В руке он держал рабочие перчатки.

Девушка взяла. Удивленно покрутила.

— Как? — ахнула, заметив, что те стали в разы меньше.

— Девчонок с медицинского попросил ушить, — отмахнулся Макс. — Им все равно швы надо было практиковать накладывать.

— Но разве так можно? — искренне удивилась Софи.

Устав академии был объемным, и она не успела еще запомнить все графы, но то, что оборудование запрещалось менять без согласования, помнила.

— Не можно, а нужно, — ее обидно щелкнули по носу, — перчатки относятся к личным средствам безопасности, а для них разрешен подгон по размерам. Или ты хочешь, чтобы при высадке, например, у тебя штаны сползли, потому что на складе не нашлось нужного размера?

Софи замотала головой.

— Так же и с перчатками. Пилоты вон свои комбезы всегда ушивают, чтобы нигде не болталось. Тебе надо было сразу подойти к куратору и сказать о проблеме или ко мне.

Софи представила, как она подходит жаловаться рыжему и нервно сглотнула. Ни за что!

— Спасибо, — натянуто поблагодарила.

— Пользуйся, — криво усмехнулся Макс, — главное, запомни: никаких фокусов. Хочешь дурить — иди в другое место, но у меня в бригаде не смей больше нарываться. Мне плевать, что ты хотела как лучше. У нас есть правило: лучше сделай как надо, а не как лучше. Так что никакого героизма. Да и не героизм это, а дурость. И честно, заучка, уходила бы ты. Можно наизусть инструкцию выучить, схему зазубрить, только тебе это не поможет. Тут интуиция нужна, скорость, реакция и сила. А ты… — и он выразительно осмотрел ее щуплую фигуру. — Так что вали вниз, на Землю. А если в космос хочешь, иди в Гражданскую. Вон у биологов всегда недобор. Будешь в экспедиции летать, со зверюшками общаться.

— Зверюшки — это зоологи, — мрачно поправила его Софи, — биологи растениями занимаются.

— Да мне… — проглотил ругательство Макс. — Ну ты поняла.

— Я поняла, — Софи посмотрела на парня с ненавистью. Одно то, что приходилось смотреть на него снизу вверх — вымахал верзила — бесило. — Только не ты здесь главный, так что я уйду, когда захочу.

И отвернулась к иллюминатору.

— Посмотрим, — многообещающе донеслось в спину. Их война открывала следующий раунд.

И рыжий ушел, а вот проблема осталась…

Софи выдохнула, стиснула кулаки. Уголки глаз защипало. Она не плакала, когда получила новость о брате, когда завалила экзамен, но рыжий… Каждый раз ухитрялся довести ее до слез. И она плечом стерла влажную дорожку на щеке.

— Снова глаза на мокром месте? — добродушно поинтересовались сбоку.

Софи вспыхнула, мучительно покраснев. Скосила взгляд. Синий комбинезон. Пилот. Четыре полоски на рукаве. Еще и старшекурсник. Можно сказать, она перед мечтой опозорилась. Вот же засада!

— Я тебя часто здесь вижу, — парень качнулся с пятки на носок. — Обижают? — уточнил. И так по-доброму спросил, что у Софи аж в носу зачесалось от слез.

Еще не хватало разрыдаться, — рассердилась на себя девушка. И это военная академия! Прав рыжий. К зверюшкам ей надо, ну или к цветочкам.

— С чего ты взял? — спросила с вызовом. Моргнула, возвращая четкость плавающему в глазах миру. — Аллергия у меня. — Ага, на рыжих. — Тебе какое дело? — выплеснула зло. Кажется, она начинает ненавидеть всех парней на свете.

— Ну да, — ни капли не поверил ей курсант. — Меня Алексеем зовут, — он протянул ей руку и улыбнулся так светло и открыто, что она замерла, потом опомнилась, пожала в ответ.

— Сильная, — улыбка парня стала шире, и Софи зачаровано улыбнулась. — Ты обращайся, если что. Спроси пятую группу. Подскажут.

Он так и стоял, не выпуская ее ладонь из руки.

— Если бы у меня была младшая сестра, я бы не хотел, чтобы ее обижали, — сказал он тихо, уверенно так сказал, глядя ей в глаза.

А она, не выдержав, отвела взгляд, ощущая, что в шаге от того, чтобы разрыдаться на груди у парня. Горло перехватило, грудь сдавило и глаза уже горели от слез.

— Прости, — выдернула руку, в панике устремляясь прочь. Подальше от парня и его жалости, ведь сколь угодно можно плакать — рыжий будет только рад — делу это не поможет.

— Стоять! — ее перехватили на центральной палубе.

Парень из группы — Виталий — ухватил за плечо, притормозил и развернул к себе, практически уткнув носом в грудь. От неожиданности Софи даже забыла, что хотела плакать, вдобавок комбез одногруппника напрочь провонял смазкой и теперь в носу чесалось уже от нее.

— Беда у нас, — торопливо, глотая слова и воровато озираясь по сторонам, зачастил парень, — в «Астронавт» пришли с проверкой, а там наши… Ну… отмечают.

Точно, вспомнила Софи, группа сегодня собиралась отметить недавний зачет, словно они на самом деле починили систему и спасли кучу жизней. Смешные… Ее, естественно, не позвали. Она не обиделась. Велика радость сидеть и слушать их разговоры. Все о том же: движки, диагносты, дроны, растворители и масла.

— И что? — спросила нетерпеливо, стараясь отодвинуться от парня, а главное — от смазочной вони.

— Так это… — Виталик сглотнул, притянул ближе и зашептал жарко на ухо, обдавая чесночным ароматом недавно сгрызенных сухариков: — Мы пару фляжек принесли. Ерунда. Попробовать всем по глотку. Но не успели. Главный нагрянул с проверкой. Похоже, кто-то слил. Если найдут — кранты.

Софи уперлась ладонью, отодвинулась, отвернула голову и сделала глубокий вдох, радуясь свежему воздуху.

Н-да… Попали парни…

Спиртное на станции было под запретом. Даже в себе пронести было невозможно. Но курсанты ухитрились из списанных запчастей собрать самогонный аппарат и под строжайшим секретом, меняя локации, гнали крепкое питье.

— Я еле уговорил меня выпустить. Мол, живот прихватило. И сразу за тобой. Тебя обыскивать не будут. Поможешь? — и Вит требовательно заглянул в глаза.

Первой мыслью было: «Так им и надо… Алкоголикам. По заслугам», а потом в памяти всплыли рассказы Олега о курсантском братстве, о том, что «сам пропадай, а друга выручай», еще и этот умоляющий взгляд… Прям в сердце проник, зараза.

Братства лично она не ощущала. Скорее ее пытались выжить, чем подружиться, но традиция… это свято.

— Пошли, — мотнула головой, уже зная, что пожалеет.

В баре, несмотря на работающую систему вентиляции, было жарко, а в воздухе витало ощутимое напряжение. У стены и барной стойки выстроились в ряд курсанты — вся группа целиком, кроме оставшегося в коридоре нервно кусающего губы Виталия.

Софи оценила построение «смирно», взгляды куда-то в подпространство перед собой, сосредоточенные лица — у кое-кого на лбу блестели капельки пота — и обреченное выражение: капец котенку.

Перед жертвами облавы с предвкушающим видом прохаживался куратор курса — полковник Капывалов. Рядом переминался с ноги на ногу, бросая сочувственные взгляды на парней, старший мастер Антон Вадимович. Двое пятикурсников споро и привычно проводили обыск «малышей».

Софи прикинула диспозицию. До последнего, практически сползшего по стене курсанта с лицом — краше лишь в гроб кладут — оставалось еще три жертвы. Минут пять и Сашку — а у кого еще могли быть фляги? — запалят со спиртным, а с ним и всю группу заодно. На первый раз не отчислят, но откатят в конец рейтинга. Плюс нагрузят отработками, чтобы дорогу в бар забыли.

— Господин полковник, простите, я немного задержалась. Можно встать в строй?

При звуке ее голоса лицо Сашки, которому доверили опасный груз, посветлело, сменив обреченную мертвенную бледность на румянец, в глазах заблестела лихорадочная надежда. Взгляд, правда, остался буравить пространство перед собой.

— Тебя тут не было, — не оборачиваясь, предупредил Сергей Георгиевич, — но если желаешь присоединиться, — пауза давала шанс передумать и не разделять ответственность с парнями, — вставай.

Судя по всему, полковник был уверен — алкоголь они найдут. Так что, если она сейчас присоединится, наказания ей не избежать. Но заветы брата… Вот они сейчас и заставляли ее промаршировать мимо застывших по стойке смирно парней и встать последней в ряд. Аккурат за Сашкой. Расправить плечи — смирно, так смирно — и устремить взгляд перед собой, точнее на портрет какого-то красавчика в синем комбинезоне на противоположной стене бара. Белобрысый здоровяк — ее макушка оказалась вровень с плечом парня — сдвинулся так, чтобы наполовину ее прикрыть.

— Кхм, господин полковник, можно вопрос? — рыжий мгновенно вступил в игру, отвлекая внимание на себя.

«Ему в политики надо, а не в технари, интриган проклятый», — мелькнула едкая мысль, но тут в бедро Софи ткнулась плоская фляжка и она, затаив дыхание, перестала слушать, что там вещает рыжий. Не дыша, чуть развернулась и аккуратно убрала флягу в набедренный карман. При желании в их комбезы можно было целый ящик инструментов поместить, ну почти весь, особенно если разгрузку на пояс прицепить.

Тихонько дернула парня за рукав, мол, вторая где.

Получила вторую.

Заработала подозрительный взгляд пятикурсника — тот был уже совсем рядом и применила свое тайное оружие: улыбнулась широко, светло, радужно. Парень точно удар под дых получил: вскинул брови, застыл на мгновенье с открытым ртом, устремив взгляд куда-то в пустоту. Этого хватило, чтобы вторая фляга заняла свое место.

Все. Теперь она контрабандист в расположении береговой охраны. Главное, следить за лицом, ну и взгляд снова на того… в синем. Красивый чертяка. Небось, звезда какого-нибудь курса.

Пятикурсник отмер, шагнул к ней.

Твою же… Страшно-то как.

— Меня тоже будешь обыскивать? — поинтересовалась Софи невозмутимо у пятикурсника — у самой внутри сердце провалилось в пустоту. Парень замялся нерешительно, покраснел и обернулся вопросительно к полковнику.

Его напарник закончил обыскивать Сашку и тоже повернулся к старшему, показательно развел руками.

— Что? — удивился полковник. — Ничего?

Пятикурсник помотал головой.

— Надо же, — Сергей Георгиевич задумчиво пожевал губу, видимо, прикидывая, где произошел сбой.

— Я же вам сразу сказал: мы ни при чем! Чисты, как стеклышко! — радостно завопил рыжий, и полковник поморщился: говорунов он не любил.

— Ладно, — обвел он парней тяжелым взглядом, от которого воспрявшие было духом, курсанты приуныли, — будем считать это не вам повезло, а мы не доработали. Все. Свободны.

— А эта? — забеспокоился тот самый, сраженный ее улыбкой, пятикурсник, и Софи застыла, покрываясь корочкой ледяного страха. Она внезапно вспомнила, что правый карман, тот самый, из которого выпал ключ, она так и не удосужилась зашить. Фляжка, конечно, потолще ключа будет, но что если тоже выпадет? Прямо под ноги проверяющим? По спине противно потекла капля пота, во рту пересохло, сердце бухало в груди, выдавая ее с потрохами.

Мучительно-долгие секунды по ней скользил взгляд Сергея Георгиевича, потом полковник махнул рукой и скомандовал:

— Отставить, — и стремительно вышел из бара.

С его уходом из Софи словно стрежень вынули. Она выдохнула, облокотилась о стойку бара. В ушах зашумело, ноги обмякли.

— Слушай, — пятикурсник так и мялся напротив, — тебя как зовут?

Софи все еще пребывала в пограничном состоянии: попалась или пронесло, а потому не сразу поняла, что от нее хотят. Бедром она прижималась к стойке, контролируя флягу. Старший мастер остался, и до нее доносились громовые раскаты его голоса: «Ну, черти! Едва под монастырь не подвели! Смотрите у меня!».

Спас рыжий. Обнял парня за плечи и проникновенно так сказал:

— Как ее зовут, не твое дело. Вали давай. Дай людям отдохнуть.

Курсант побагровел лицом, бросил на Макса убийственный взгляд, но что возразить не нашел. Развернулся и вылетел из бара, словно его пнули под зад.

Софи прикрыла глаза, ощущая себя сдувшимся шариком.

Мастер продолжал что-то вещать, заказывая двойной эспрессо. Услышав знакомое: «А вот как-то по пути…», Софи застонала. Антон Вадимович был неплохим человеком, с богатым прошлым и фанатично преданным своему делу. Его единственный недостаток был в том, что он обожал делиться этим прошлым с окружающими.

— Надолго, — подтвердил ее опасения рыжий.

— Черт! — выругалась Софи, ощущая себя диверсантом в тылу врага. В карманах по гранате…

— Да не боись, — Макс понизил голос, придвинулся, нависнув, — сейчас выйдешь в туалет, там камер нет, отдашь мне. Дальше я сам. Все путем.

— Ты дурак! — выдохнула Софи, ощущая, как от злости внутренности разъедает кислотой. Нет, можно было попытаться всучить фляги рыжему прямо сейчас, но «Астронавт» уже наполнился народом. Шумной толпой ввалились навигаторы. Софи взглядом отыскала пару преподавателей. В баре варили лучший кофе на станции, так что народ любил сюда захаживать. Ну и безалкогольное пиво с орешками было только здесь.

В такой толпе кто-то может заметить их маневр… Рискованно.

— Ты мне карман пропорол, идиот! — она пальцами вцепилась в край стойки, стараясь успокоиться.

— Черт! — рыжий мгновенно осознал масштаб проблемы и нервным жестом взъерошил волосы. — Это же две недели назад было! — воскликнул он.

Софи покраснела, потом одернула себя. Какого она чувствует вину?

— Я ждала, что ты раскаешься и сам мне его зашьешь, — прошипела.

Макс посмотрел на нее как на идиотку.

— Ладно, — его взгляд смягчился, — идем вместе. Нога к ноге.

Софи неверяще воззрилась на рыжего. Что?

— Не дрейф, — подмигнул парень. — Все решат, что мы развлекаемся. Правая или левая?

— Правая, — прошептала девушка, вдруг ощутив, что сердце бьется быстро совсем по другой причине.

Его ладонь легла ей на талию, Макс дернул девушку на себя, прижал тесно, заставляя бедром ощутить идущий от него жар.

— А теперь правой, шагом марш, — скомандовал парень.

Более дурацки Софи себя никогда не чувствовала. Под смешки окружающих и вопли рыжего:

— Посторонись! Боевой крейсер выходит на орбиту! — они двинулись в сторону туалетов.

— Ладно, заучка, должен признать, с тобой можно иметь дело, — проговорил рыжий, пряча фляги в карманы. — Возьмусь за твое воспитание, человека сделаю, — пообещал он.

— Лучше из себя его сделай, — досадливо фыркнула Софи, стараясь встать в тень так, чтобы покрасневшее лицо не бросалось в глаза.

— И это… — рыжий вдруг смутился, — держись от других парней подальше. Ты же глупая. Враз обманут.

А от него, значит, подальше держаться не надо, — с насмешкой подумала Софи.

— За собой следи, бригадир, — вернула его же слова, — а то доведешь группу до отчисления.

— Много ты понимаешь?! — вмиг разозлился рыжий.

— Больше твоего, — и она выразительно посмотрела на карманы, где прятались фляжки со спиртным.

— И что ты тут забыла? — вопрос застиг ее около серебристого бока «Стража». Того самого, приглянувшегося ей чем-то еще с первого раза.

Софи выдохнула, прокляла про себя любопытствующего и медленно, понимая, что бежать бесполезно, задрала голову.

Колпак поехал вверх и оттуда на нее глянуло знакомое лицо. Хм. Четверокурсник. Как же его зовут? Кажется, Алексей. Точно, Алексей.

Не худший вариант. Парень вроде неплох и не станет на нее докладывать преподавателям.

— Нельзя? — спросила с вызовом, отступая, чтобы лучше видеть курсанта.

Курсант нахмурился, и Софи прокляла собственную несдержанность. Привыкла на улице с пацанами разговаривать так, словно за ней целая дивизия стоит.

Мысленно дернула себя за уши и опустила голову:

— Прости, я знаю, что нельзя, просто очень хотелось. Всегда мечтала… — она запнулась, прикусывая язык. И почему этот простой в целом парень с короткой стрижкой темных волос и серыми, очень внимательными глазами вызывал у нее желание поделиться сокровенным?

Надо держаться от него подальше, — решила она, делая короткий шаг назад.

Парню ее маневр не понравился. Он прищурился, а потом одним слитым движением выпрыгнул из кабины на приставленную лестницу. Присел на корточки, смотря на нее сверху вниз.

— Это твое? — подкинул в ладони разводной ключ, который не известно когда успел достать из кармана.

Софи напряглась, а Алексей вдруг швырнул ключ точно в нее.

— Дурной? — завопила девушка, перехватив свой же инструмент в паре сантиметров от головы.

— Хорошая реакция для технаря, — одобрил курсант, спрыгивая на пол ангара.

— А если бы не поймала? — она зло посмотрела на Алексея. Тот насмешливо пожал плечами. Все ясно. Развлекается. Поймал первокурсницу на запрещенке и теперь чувствует свою власть. Софи стиснула ладони, ощущая, как внутри поднимается волна гнева.

— Хочешь? — внезапно предложил парень, взглядом указав на открытый колпак.

Софи от удивления даже дышать перестала.

— А можно?

Парень приглашающе отступил в сторону.

Повторять не пришлось. Софи убрала ключ в зашитый наконец-то карман и белкой взлетела наверх. Перешагнула через борт, с благоговением опустилась в кожаное кресло. Прижалась к прохладной поверхности спиной. Обвела взглядом датчики, тумблеры, штурвал.

Сколько раз она видела все на экране «Цитадели». Не погасшую черноту приборной доски и заснувшие датчики, а расцвеченную огнями, цифрами, с уносящейся вперед вселенной.

Ладони сами легли на штурвал.

— Ты решила его угнать? — нарочито лениво поинтересовались сбоку. Парень облокотился о край, но девушку не обманула его расслабленная поза. Небось, уже пожалел, что пустил ее в кабину. Она сама бы начала нервничать, расположись кто чужой на ее кресле.

Персональных истребителей было немного. В основном на одной машине летало, чередуясь, несколько пилотов, но лучшие удостаивались права на личную машину.

Она заметила пару наклеек на приборной доске. Пушистую игрушку-талисман. Небрежно брошенные перчатки. Похоже, это была машина четверокурсника, а значит, он лучший на курсе.

— Скажешь тоже, — мотнула головой Софи, стряхивая отросшую челку с глаз. — Но если ты разрешаешь…

И парень клюнул. Завелся.

— Даже если бы разрешил, ты бы не включила систему. Молчу, что ангар не смогла бы покинуть, не снеся стойку.

И такое пренебрежение было в голосе, что Софи тоже не выдержала, прикрыла глаза и монотонно, по памяти, начала перечислять инструкцию по запуску истребителя малого класса.

Руки сами летали по приборной доске, касаясь нужных тумблеров. Когда она перешла к оборотам прогрева двигателя, курсант не выдержал:

— И что такая умная делает на инженерном?

Софи словно ледяной водой окатило. Она распахнула глаза, сглотнула, лихорадочно соображая сколько успела сболтнуть. Выходило много.

— У меня прекрасная память, — процедила враждебно, — прочитала один раз, вот и запомнила.

— Ну-ну, — ей ни капли не поверили.

— Спасибо за опыт, — она поднялась, оказавшись вплотную к парню, — мне пора.

Он не сдвинулся, перекрывая доступ. И ей категорически не понравился его взгляд. Вымораживающий такой… Вспомнилась давняя шутка брата о том, что все пилоты суеверны и страдают паранойей. А тут она… умная такая.

Нет, никакой опасности не существовало. Если курсант доложит о своих подозрениях кому надо, ему мягко укажут на место, мол, не его ума дело. Но ведь может решить разобраться сам… Вдобавок, ее сразу предупредили, чтобы не высовывалась и не привлекала внимания. Раз твердо решила учиться на инженерном, нечего смущать народ своей страстью к полетам.

— О Нетопыре слышала? — спросил вдруг парень, вцепляясь в нее взглядом.

Паника нахлынула, сковывая ноги льдом. Грудь сдавило. И тишина сделалась такой, что она услышала в ушах удары собственного сердца.

Откуда он узнал? Она только раз летала. Хотела инкогнито, но система заставила зарегистрироваться. Софи даже результатов дожидаться не стала, да и не важны они ей были. Полетала, отвела душу и хватит. Она себя в тот момент маньяком ощущала, которому приспичило. И не было сил бороться против той жажды.

— Нетопырь? — вскинула брови, стараясь, чтобы голос звучал максимально прохладно. Эх жаль, нельзя заморозить словами. Она бы с удовольствием превратила парня в ледяную статую, а потом толкнула на пол. Как говорится — нет человека, нет проблемы. — Это зверь такой. Внесен в Красную книгу. Я в заповеднике один раз видела.

Парень продолжал сканировать ее лицо, и Софи чудом держалась, чтобы не выдать себя. Смотрела прямо. Не моргала. Ой, кажется, даже не дышала, потому как в груди начало печь, намекая, что еще немного и она сама себя задушит.

— Верно, — согласился он после мучительно долгой паузы, отвел взгляд и она, наконец, позволила себе вздохнуть. — Так как, говоришь, тебя зовут?

Отказаться назвать себя было бы подозрительно, а сбежать — невозможно. Ее мастерски заманили в ловушку, устроив допрос.

— София, — буркнула, досадуя на свою доверчивость. Она не Нетопырь, а овца.

— София, — протянул парень, добавив с насмешкой: — Ты странный техник, София. Не видя цвет твоего комбеза, я бы и не сомневался, что ты пилот. Не хочешь рассказать, как так получилось?

— Нет! — практически выкрикнула девушка. Паника нарастала. Она не была уверена, что имя брата сможет ее защитить, если наставникам станет известно об ее прогулках по ангару в неположенное время. И не только о прогулках. Она все еще жила мыслью, что будет летать. Что вселенная отзовется на ее просьбу и сделает так, чтобы вернуть день экзамена и все исправить. Глупо, конечно, надеется на подобное. Но именно об этом молила Софи звезды, когда всматривалась в них с обзорной палубы до рези в глазах. Об этом, а еще о брате.

— Нет, так нет, — не стал настаивать Алексей. Легко спустился по лестнице. Протянул руку, чтобы помочь ей, но девушка проигнорировала жест джентльмена.

В академии не было мальчиков и девочек, были курсанты, — так много раз им повторяли в начале года. Пришли сюда? Нечего рассчитывать на послабления. Софи и не рассчитывала. Она ждала чуда, что было еще хуже.

— Но если тебе понадобится помощь, дай знать, — и отошел в сторону, давая понять, что она свободна.

Глава 4

На обзорной палубе Софи притормозила. Не могла не остановиться: взглянуть на звезды и постараться успокоиться. Один провал ничего не значит. Один заподозривший пилот не приговор. Но дальше надо быть осторожнее.

На обзорной палубе «Избушки», как ласково звали меж собой курсанты орбитальную станцию ПКА, всегда царил полумрак, чтобы свет не отсвечивал на стекло и не мешал любоваться звездами. Сейчас было лучшее время для наблюдения: солнце ушло за Луну, Земля еще не показалась справа, так что перед станцией лежала бескрайняя чернота, подсвеченная далекими звездами, да огнями деловито пересекающих это пространство кораблей. Если присмотреться, можно увидеть в дальнем углу вечно догоняющую их, как шутили курсанты, китайскую орбитальную станцию. Это было, конечно, не так. Просто у обеих станций были схожи орбиты. Китайская академия являлась их ближайшей соседкой, все остальные старались держаться подальше, свято веря, что от новичков, которых выпустили в космос, еще и на истребителях, добра не жди. Им даже отдельный сектор выделили для полетов, чтобы курсанты, своими виражами, не смущали пассажирские и торговые суда, активно курсирующие между лунными городами и Землей. Американцы свою академию вообще на орбиту Марса вынесли.

На земной орбите фактически оставались лишь пересадочные станции, да цеха по сборке кораблей, плюс оборудование связи. Все остальное — из-за перегруза трафика — убрали подальше.

Ходили разговоры, что давно пора центральной сделать планету в созвездии Альфа Центавра — ближе к остальным планетам будет. Однако, разговорами все и закончилось.

Сектора заключали союзы, организовывали совместные экспедиции, учения, порой устраивали мелкую грызню, но полноценные конфликты остались в прошлом. Ибо перед лицом более высокоразвитых цивилизаций неудобно было оставаться кровожадными и глупыми дикарями, даже если эти дикари создали гипердвигатель. Так что сор из избы старались не выносить и решать конфликты максимально быстро и тихо.

Софи положила ладони на стекло. Последнее время ей казалось, что вселенная откликается на ее просьбы. Вот и сейчас что-то теплое коснулось груди, растекаясь внутри сочувствием, и дышать стало легче, ушла обида на поймавшего ее в ангаре курсанта, а собственные страхи показались ужасно глупыми.

Софи улыбнулась, поблагодарила звезды за поддержку и помчалась к себе. Время отбоя стремительно приближалось.

Ночью ей снилось что-то пушистое, невидимое, но теплое. Оно обнимало, нежно прижимая к себе, гладило по голове, отчего внутри рождалась смешная щекотка, а еще оно мурлыкало. Иногда это мурлыканье обретало форму слов:

«Забавная пылинка… Глупая… Но я уже близко. Скоро встретимся, пылинка».

Софи со всем соглашалась. Кто спорит со сном?

А еще теплая пустота знала, где брат. И даже готова была помочь его найти.

Утром Софи проснулась с улыбкой на губах и теплотой в груди. Конечно, ничего в ее жизни не изменилось, но она чувствовала себя так, словно весь мир признался ей в любви.

— Нет, ты видел? Сердцем чую — угнать хочет, поганка, — и Владимир Сергеевич гневно сунул под нос Березину планшет. На них недовольно покосились — завтрак проходил тихо, а тут такие эмоции…

Березин со вздохом отложил в сторону вилку и активировал запись — не отстанет же, он Володю прекрасно знает.

На экране отобразился ангар и две фигурки: одна в оранжевом комбинезоне, вторая в синем. Николай Александрович усмехнулся. Кто-то настолько сильно переживает за драгоценные «Стражи» и «ШИПы», что готов заподозрить в диверсии даже маленькую девочку.

Просмотрел, вернул планшет, пожал плечами.

— Ничего странного не вижу. Подумаешь, встретились. Разошлись без скандала. Уверен, курсант тревогу поднимать не станет, а если придет к тебе — замнешь.

— Стран-н-ного он не видит! — пропел Владимир, посмотрел неодобрительно, потом спохватился, понизил голос: — У девчонки пропал брат. Сам говоришь, любимый. И судя по всему, не только любимый, но и объект для подражания. Раз пошла к нам, значит, не смирилась с его потерей. Точно есть нарушения психики, я тебе отвечаю.

Николай Александрович только вздохнул. «Отвечает» он. Вечно ищет плохое там, где любой другой мимо пройдет.

Между прочим, у него яичница остывает, как и каша.

— Тест она сдала без нареканий. Претензий у психологов к ней нет, — заметил он.

— Слышал я, как местные тест проводят, — отмахнулся ложкой коллега, — исключительно для галочки. И ты прекрасно знаешь, как космос воздействует на психику. Любой, даже малой проблемой можно сломать. Мы вон со Ждановым сколько возились? И продолжаем возиться. Но признаюсь честно, если бы парень не был так чертовски талантлив, отчислил бы. Ну или запретил дальние полеты.

— Так София и не на летном учится.

Владимир взглянул осуждающе.

— А в ангар она ходит, чтобы полюбоваться? И не улыбайся. У нас пара «Незабудок» пристыкована. Подберет команду — один уже есть — и полетит на поиски брата. Чем не план? А главное, сразу появляются цель, мотив и стимул учиться у нас.

— Тебе бы сказочки писать, Володя, — укоризненно покачал головой Березин, пододвигая к себе тарелку с яичницей. — Девочка мечтает летать. Согласен. Но более чем уверен, учиться она бросит к концу года и уйдет в гражданскую. Так что успокойся. Никто твои драгоценные истребители не тронет. Лучше присмотри за Алексеем Ждановым. Не нравится мне его хождение в ангар по вечерам.

— Присмотрю, — пообещал Владимир, — а ты пообещай устроить первокурсникам тест. Поговори с психологами. Пусть проведут полную оценку личностей. Особенно технарей. Там и проверим: кто прав, а кто слишком добрый.

— А ты не трогай ее пока, — попросил неожиданно для самого себя Березин, испугавшись вдруг непонятно чего.

— Посмотрим, — хмуро отрезал Володя, явно желая избавиться от всего, что могло представлять угрозу спокойной жизни в академии.

На очередное занятие Софи чуть не опоздала. Влетела в класс буквально перед носом мастера. Заняла место за столом. Выложила перешитые перчатки, полюбовалась — красота. Натянула, пошевелила пальцами — совсем другое дело.

— Доброе утро, курсанты! — голос мастера, усиленный встроенным в гарнитуру микрофоном, разнесся по классу.

— Доброе утро, господин мастер! — слаженным хором гаркнули курсанты. Тонкий голосок Софи потонул в оре луженых глоток.

Мастер одобрительно кивнул и продолжил:

— Сегодня мы с вами разбираем систему охлаждения ускорителей. Она примерно идентична на всех судах, дело лишь в размерах, да в расположении деталей. Начнем со сложного и крупного — с фрегата, простое сами потом освоите.

На столах замерцали проекции. Софи внимательно вгляделась в свою. Так, этот блок с насосами ей знаком, тут непонятно, что накручено, а там вентиляторы, их сложно с чем-то перепутать.

— Вам нужно разобраться и найти поломку на схеме, потом исправить ее на модели. Посмотрим, как хорошо вы изучили ускорители.

Софи сняла перчатки. Что же… сначала легкая часть.

Работать с голограммами ей нравилось. Знай себе пальчиком води, увеличивай, уменьшай, поворачивай. И никакой грязи. Все бы занятия так проходили! Но мастер был приверженцем старой школы, считая, что мозг лучше всего запоминает вместе с руками. Мол, даже если голова забыла, руки вспомнят и в нужный момент подскажут.

Кажется тут, — решила девушка, разглядывая клапан термостата. Помнится, мастер говорил, что клапаны — самая ненадежная часть системы.

Она нажала кнопку на столе, которая означала готовность приступить к практической части. Голограмма погасла, крышка стола разъехалась и на платформу поднялась модель.

Ну-с. Рискнем.

Софи надела перчатки. Оглядела изрядно подкопченный стенд, на котором была приделана конструкция — угрожающе немаленькая по сравнению с ней. И почему на голограмме всегда просто, а тут не знаешь, с чего начать?! И девушка, стиснув зубы, полезла откручивать защитную решетку, чтобы добраться до клапана.

— Клапан хочешь проверить, да? — рядом нарисовался рыжий. Бесцеремонно заглянул через плечо, укоризненно поцокал языком: — А слона-то мы и не приметили. Там же правый вентилятор не работал.

Софи вспыхнула. Ну да… Она рассматривала голограмму в статике, не удосужившись запустить систему или провести исследование зондом. Сказали же, что не работает, вот и махнула рукой на диагностику… Дура.

Посмотрела с сомнением на подсказчика… По первости она нередко обращалась к парням за помощью, только те частенько давали неправильные ответы, желая избавиться от единственной девчонки в группе.

— Зуб даю, — жарко заверил рыжий и улыбнулся так, словно улыбка могла стать подтверждением его слов. — Давай, Софи, не тормози. До конца осталось не так много времени.

И он отправился в дальний конец класса за инструментом.

Легко сказать «не тормози», — расстроенно думала девушка. Если вентилятор — одну часть разбирать надо, если клапан — другую. Обе она точно не успеет проверить.

— Серова, долго медитировать будешь?

Еще и мастер злой. Обычно он никогда к ней не цеплялся, а сегодня она кожей чувствовала его раздраженный взгляд на себе. Неужели узнал про перчатки? Нет, тогда бы ее уже отчисляли…

— Никак нет, господин мастер! — ответила звонко. Громким и четким ответам их научили в первый же месяц. Так что мямлей и шептунов в группе не осталось.

Софи решилась и принялась отвинчивать панель, за которой прятались вентиляторы. Ладно, так и быть, в последний раз она поверит рыжему.

— Ну что же, — мастер обвел взглядом притихших курсантов, — все молодцы, кроме Серовой. Незачет.

Девушка застыла, неверяще глядя на мужчину. Она прекрасно слышала, как парни дружно обсуждали замену вентилятора. Неужели ошиблась и заменила не тот? Нет, не может быть. Перегоревшие провода сложно было перепутать.

— Антон Вадимович, почему? — завопил Макс и осекся под тяжелым взглядом наставника. На летном направлении, где дисциплину ставили во главу угла, ему бы за выкрик выговор впаяли, но мастер позволял небольшую вольницу курсантам, считая, что важнее правильно знать виды зондов и их применение, чем тянуться по стойке смирно и орать: «Есть! Так точно!».

В классе повисло недоброе молчание. Курсанты отрывались от работы, оборачивались на Софи, та стояла, опустив голову, чувствуя, как горит лицо. Мастер всегда был на ее стороне. Поддерживал, даже когда парни фактически объявили ей бойкот. Был строг, но справедлив.

Она не смогла поднять взгляд, заметив, что мастер остановился рядом с ее стендом.

— «Почему», Круглов? — мастер редко выходил из себя, но тут разозлился. — Инструменты не убраны, — принялся перечислять Антон Вадимович, и задние ряды торопливо зазвенели, — контур не закреплен, на одном болте болтается, решетка не поставлена. Достаточно?

И пусть мастер спрашивал рыжего, ответила Софи:

— Да.

Прикусила губу, запрещая себе плакать. В конце концов, это практическое задание. Одно из многих. Мастер прав, конечно — она не доделала его до конца, но первый курс за подобное не гнобили, делая послабление новичкам. И потому обида жгла грудь, несправедливость требовала отмщения, но Софи спокойно убрала инструменты, вернула стенд с моделью в стол и только потом, чувствуя, как не хватает воздуха, выскочила из класса.

Рыжий догнал ее в коридоре, развернул за локоть, прижал к стене, угрожающе навис. Мимо них, обтекая, двигался поток курсантов. Кто-то хохотнул и отпустил неприличный комментарий. Софи смутилась, дернула руку, потребовала:

— Отпусти.

Но Макс ее протеста даже не заметил:

— Что это было, заучка? — выдохнул яростно. Зеленые глаза аж потемнели от гнева. — Что ты такое натворила, что Вадимыч злой, как черт?

Софи задохнулась от несправедливости. Дернулась с удвоенной силой и рыжий внезапно отпустил, даже в сторону шарахнулся.

— И что здесь происходит? — лениво так поинтересовались за спиной у Софи. Девушка обернулась. Синие комбезы. Трое. Элита академии, частью которой она должна была стать.

А-а-а, махнула рукой на гордость. Хватит страдать по тому, что уже не исправить!

Скользнула взглядом выше и опешила. Снова он!

— Ничего не происходит, — с ленивой угрозой протянул рыжий, — обсуждаем, почему член моей бригады ведет себя так, словно ваш Феникс, а сама завалила простейший зачет.

— Это правда? — вскинул брови Алексей, в глазах мелькнуло сочувствие. Софи ощутила, как стыд сдавил горло, а лицо снова горит. И почему всем есть до нее дело? Заняться нечем?

— Я разберусь и пересдам, — искренне ненавидя заступников и радетелей, буркнула девушка. Может, четверокурсник сам ее выдал начальству. К мастеру пришли на нее с докладной, вот и взъелся.

— Надеюсь, — процедил рыжий и удалился, ухитряясь спиной выражать неодобрение: вредная девчонка опять подставляет под удар его драгоценную бригаду.

— Это всего лишь зачет, плюнь, — щедро посоветовал второй пилот, с копной светлых вихрастых волос. После третьего курса парням разрешали не стричься под ноль. Девчонкам в этом плане было проще: или короткая, чуть ниже ушей прическа или аккуратно заплетенные в косы и собранные на затылке волосы — не дай Бог, в механизм затянет.

— Сама справлюсь, — нервно дернула плечом Софи. Наверное, больше всего на свете она ненавидела такое сочувствие: пустое, бесполезное, давящее на плечи.

— А почему он тебя Фениксом назвал? — спросил вдруг третий, и Софи поняла, что страшнее сочувствия бывает любопытство. Еще более пустое и опасно-ядовитое.

— Дурак, потому что, — отрезала девушка и сбежала, не попрощавшись. Умом понимала: бегство не выход, но ноги сами понесли в сторону каюты, где можно было спрятаться под одеяло от злого мастера, вредного рыжего и непонятного четверокурсника…

И дернуло рыжего за язык сравнить ее с братом. Заметил, как она пролистывает на планшете новости об Олеге, увидел знакомую фотку — она и не знала, насколько брат популярен в академии. Был. Вот Макс и решил: непутевая механик — фанатка Феникса. Взбеленился еще больше. Ворчал, что надо схемы учить, а не на пилотов заглядываться, пусть и таких крутых.

Софи вдруг осознала, что прет, не глядя, по коридору, с пыхтением разозленного ежа, а парни со смешками убираются с ее пути, бросая вслед замечания о вредности отдельных гномов.

Беда любого замкнутого пространства — публичность.

Софи замедлила шаг, заставила себя задышать ровно и перестать кусать болевшие уже губы.

«Ты меня слышишь, Пылинка?», — раздалось вдруг в голове, и Софи запнулась, застыла с поднятой ногой, устремив ошалевший взгляд перед собой.

Пылинка? Среди бела дня?

Паника хлестнула по нервам, и девушка осознала, что этот ужасный день и не думает менять гнев на милость.

— Забавная она, — задумчиво хмыкнул Мишка, излюбленным жестом взъерошив непокорные волосы, — похоже, дрянной из нее механик. У меня было чувство, что тот чел, бригадир, придушит малышку, не вмешайся мы. Видать, серьезно их достала. Сам знаешь, какая в бригадах грызня за успеваемость. А этот… высоко метит. Карьерист, — и он неодобрительно покачал головой.

— Она не забавная, а странная, — заметил Николай, поправляя манжет комбинезона с таким видом, точно на нем был фрак, — механик из нее дрянной, зато в ангар таскается по вечерам и знает в деталях процесс предполетной подготовки. А ты видел, как она испугалась, когда ее назвали «Фениксом»?

— Она испугалась всего и сразу, — не согласился Алекс, — нас, бригадира, несданный зачет…

— Могла бы и поблагодарить за помощь, а не драпать, — несогласно проворчал Михаил и вдруг предложил: — А давайте прогуляемся сегодня вечером?

— Опять к симуляторам? — с иронией посмотрел на него Алекс.

— И туда тоже заглянем, — не стал спорить Мишка.

Нет, нет, никаких голосов в голове. Софи сидела на кровати, завернувшись в одеяло и сжимая виски пальцами. В групповом чате только что прислали предупреждение, что завтра их ждет важный психо-тест. Просили обеспечить стопроцентную явку.

Как совпало, заодно и новоявленную сумасшедшую выявят, — с иронией подумала Софи, пытаясь отрешиться от звучавшего в голове:

«Пылинка, ты должна меня слышать. Я рядом. Ответь. Я чувствую твой страх. Не бойся меня. Я не причиню тебе вред».

Уже причиняет тем, что завтра ее с треском выгонят из академии, как эмоционально неустойчивую.

И Софи застонала, уткнув в ладони лицо.

«Слышу я тебя, слышу!», — буквально крикнула в себя, истово желая, чтобы этот кошмар закончился. Нет, она знала — космос влияет на психику, но всегда была уверена — проклятие черного пространства ее не коснется. Только сегодняшний день решил поставить рекорд по развенчанию наивности.

«Тогда готовься, Пылинка».

Голос и не думал униматься.

«Тебе надо до меня добраться. Я не могу подойти вплотную, мои стыковочные сканеры отмерли, боюсь, я фатально что-нибудь поврежу. Тебе надо найти летное средство, чтобы долететь до меня».

Софи аж дышать перестала, ощущая себя маленькой девочкой, идущей по узкой тропинке в густом лесу, где из кустов вещают невидимые монстры, зазывая к себе в гости.

Бред, но какой занятный!

И девушка поддалась — все равно завтра психологи обнаружат нарушение ее психики и спишут на Землю. Прощай возможность летать. Разве что в курьеры можно будет устроиться и доставлять людям пиццу, ставя рекорды по скорости и получив звание «Самого быстрого доставщика». «Прекрасная» карьера. Олег бы оценил.

«Ты кто?»

«Я Имхар, номер создания 368».

«Ты искин? Бортовой компьютер?» — спросила Софи и сама же себя одернула. Бортовые компьютеры, какими бы умными ни были, в голову залезть не могли.

«В том числе».

Исчерпывающий ответ.

«А скажи мне, Имхар, что тебе от меня надо?»

«Это тебе надо, Пылинка», — мягко заметил голос. Интонациями он напоминал доброго дядюшку: сплошная мудрость, сочувствие и понимание, но у Софи не пропадало ощущение, что ее к чему-то подталкивают. Ненавязчиво так, но настойчиво.

«Ты сама меня разбудила и позвала».

То есть она еще и виновата.

«Ты просила найти брата. Я обнаружил схожие ментальные потоки в ловушке эхсманов. Если поторопимся, сможем его достать до того, как он полностью растворится».

«Что?!»

Софи подпрыгнула на кровати. Она понятия не имела, кто такие эхсманы и почему они расставили ловушку. Важным было одно: брат жив, но скоро его не станет, если она ему не поможет.

«Ты уверен? Он там? И как мы его достанем?»

Это было глупо, несуразно и по-детски — верить незнакомым голосам в голове, но Софи привыкла доверять интуиции. Брат не раз повторял: хорошего пилота от лучшего отличает чутье. «Ты должна сердцем чувствовать машину, знать, когда повернуть, когда выйти из виража. Интуиция еще не раз спасет тебе жизнь». Он верил, сестра станет пилотом, а она… Софи тяжело вздохнула. Будущий курьер по доставке пиццы. Ага.

«В прошлом я уже вскрывал такие ловушки. Не сомневайся, я справлюсь», — от голоса повеяло гордостью.

Интуиция согласилась: вскрывал и действительно может помочь.

«Не ты ли верила, что брат жив?» — мягко напомнила она.

«Допустим, — Софи ухватила себя за мочку уха, потянула, — я поверю. Но мне нужно добраться до тебя, так?»

Воображение рисовало, как из темноты космоса ей навстречу выступает клинообразный силуэт фрегата первого класса: экипаж до пятисот человек, усиленная броная и мощное вооружение.

Вот же глупая! — одернула себя Софи. Какой экипаж с таким странным искином?!

«У тебя на борту есть люди?»

Голос ответил не сразу, словно проверял протоколы.

«Последний контакт с живым существом был зафиксирован три тысячи двести тридцать два года назад. После этого я получил приказ впасть в анабиоз».

Софи подавилась воздухом. Сколько? Неужели это древние, о которых постоянно ходили слухи и чье существование так и не было доказано? В галактике нередко находили следы разрушительных войн, но кто их оставил, так и не было выяснено.

«Ты корабль?» — поинтересовалась осторожно Софи.

«Конечно», — уверенно отозвался голос.

«Тогда, — она тяжело вздохнула, — чтобы добраться до тебя мне придется угнать «Стража».

— Уверен, он не придет, — Николай был недоволен тем, что его оторвали от чтения дневников очередного переселенца, а потому был занудно ворчлив.

— Посмотрим, — азартно воскликнул Мишка, явно считая делом чести изловить Нетопыря.

Небось, поспорил с кем-то, — усмехнулся про себя Алекс, — вот и завелся — не остановиться. Да и учеба на станции со временем становилась однообразно-скучной, а тут такое развлечение — выслеживание таинственного супер-пилота.

— Почти дошли, — примирительно заметил Алексей и кивнул на дверь в зал симуляторов.

— Ладно, заглянем, раз пришли, — пожал плечами Ник.

Мишка бросил взгляд на часы — полчаса до отбоя — и поднес идентификационный браслет к экрану. Мигнул зеленым свет допуска, и дверь поехала в сторону.

Парни шагнули в полумрак класса. Мишка первым поднял руку, указывая на тонкую полоску света, бегущую между рядов спящих машин.

— Он здесь, — прошептал одними губами и покрался вперед.

Все шло отлично. Софи добралась до зала, не встретив ни патруль, ни преподов. Попала внутрь — допуск не отменили, уже удача. Активировала машину, надела шлем. Сегодня она здесь не ради гонок. В голове насмешливым предупреждением звучал голос четверокурсника: «Молчу, что ангар не смогла бы покинуть, не снеся стойку».

А если он прав? Она всегда летала ради развлечения, не обращая внимания на такие мелочи, как взлет с палубы. Глупо будет после всех приготовлений опозориться и даже не покинуть станцию.

Софи загрузила учебную программу «Крылья» по отработке взлета.

Выдохнула. Вытерла вспотевшие ладони о штаны.

Черт. Если она сейчас так нервничает, что будет завтра?

Может, пока не поздно, пойти и покаяться? Признаться? Да, отчисление неприятно, но это ерунда по сравнению с тем, что ей грозит за угон военного истребителя.

А как же брат? Если это последний шанс его спасти? Пусть и такой странный, но, похоже, единственный, потому что остальные уже внесли его в список мертвецов.

Софи прикусила губу, поправила шлем и положила ладони на штурвал, запуская прогрев двигателя. Она должна отработать проклятый взлет, чтобы завтра не совершить ни единой помарки, не то что ошибки!

Глава 5

С пятого раза Софи прошла идеально. Система, замигав восторженными фейерверками, поставила высший балл.

Еще пару раз для закрепления, — решила девушка, удовлетворенно вздохнув, — и пора.

Она как раз успеет добраться к себе до отбоя. Надо будет лечь пораньше, ибо завтра ее ждут поистине великие дела. Рыжий будет в восторге: заучка оказалась угонщицей и свалила, наконец, из академии, правда, несколько странным способом.

Жаль, мама расстроится. И папа. Но они поймут. Жизнь брата дороже. Да и истребитель она берет на время. Потом обязательно вернет.

И тут ей на плечо легла чья-то рука.

Софи подбросило в кресле, она рванула шлем с головы, скатилась через бок, влетела во что-то мягкое, отозвавшееся стоном от слишком резкого соприкосновения с ее локтем, оттолкнулась от пола сумасшедшим прыжком и попыталась удрать. И ушла бы — чемпионом улицы по догонялкам была в детстве, но гостей оказалось несколько, и они заранее перекрыли путь отхода.

— Стоять! — завопила темная фигура, ловким захватом выкручивая ей руку назад и стальными тисками зажимая девичье запястье. Софи дернулась — достать ногой, отмахнуться, но парень выкрутил сильнее, шагнул ближе, прижимаясь бедром и блокируя возможность удара. Еще и за шею прихватил для надежности. Девушка взвыла, изогнулась от боли, из глаз брызнули слезы.

— Свет! — скомандовал кто-то, лампы под потолком ярко вспыхнули. Рядом чертыхнулись и поправили: — Яркость в два раза меньше. Да, отпусти ты ее, Мих, руку сломаешь или придушишь.

— Да? — засомневался неизвестный, чей силуэт Софи видела размытым из-за слез. — Даром, что девчонка, а быстрая вон какая. Ник после ее удара до сих пор разогнуться не может.

— Порядок со мной, просто от неожиданности пропустил, — просипели с другой стороны, и хватка все же ослабла. Софи дернула руку на себя — парень разжал пальцы. Отпустил ее, шагнул в сторону, не отводя настороженного взгляда. Девушка, болезненно морщась, прижала ладонь к груди, растирая запястье.

— Я даже не удивлен, — спокойно, словно и не было этой короткой стычки в полумраке, проговорил Алекс, смотря на ту, которая слишком часто в последнее время оказывалась у него на пути. Черные короткие волосы сейчас были встрепаны, челка вызывающе торчала в разные стороны. На шее — не оттертое пятно от смазки. Губы искусаны. Кожа бледная. Нос мелкий и курносый. Сама, как говорится, от горшка два вершка. А глаза… Огромные, с пушистыми ресницами и таким взглядом, что он хотел бы, да не мог выкинуть его из головы.

— И что ты тут делала? — спросил, уже зная ответ.

— Развлекалась!

Девчонка приняла оборонительную позу, мотнула головой, стряхивая челку на глаза, ладошки сжала в кулаки, но в окружении трех рослых четверокурсников это выглядело скорее забавно, чем устрашающе.

— Тренируя взлет? — Ник уже сунул нос в симулятор, проверил историю и теперь недоверчиво хмурил брови.

— Я инженерный решила бросить и поступать на летный в гражданскую, — мелкая их ничуть не испугалась и сейчас метала гневные взгляды от одного к другого, явно выжидая случая слинять.

— А к нам почему не пошла? — удивился Мишка. — Ты же классно летаешь. Круче любого первокурсника.

Отвечать девчонка не хотела.

— Потому, — буркнула, отворачивая в сторону взгляд.

— Тебя пытать, что ли? — тут же завелся Мишка. — Говори, какое ты имеешь отношение к Фениксу?

— Что? — удивленно заморгала мелочь. Глаза сделались несчастными, заблестели, и Алекс почувствовал, что девчонка едва удерживается от слез. Выругался про себя — вот только слезопада им здесь не хватало.

— А то! — наставительно произнес Николай, продолжая копаться в машине, словно там могла быть ошибка, и вместо мелкого недоразумения в оранжевом комбезе Нетопырем окажется нормальный пацан. — Ты трассу смерти прошла быстрее всех в ПКА. А там участок один есть. Непростой. Если не тормозить — разобьешься. Слишком быстро к кольцу проходишь. Феникс какой-то способ придумал, но какой — никому не сказал. Мы пытались повторить, никто не смог. А ты вот… — и он выразительно помолчал, добавив: — Один в один, как Феникс его прошла.

Девчонка стояла, опустив голову, и Алекс видел, как по тонкой шее ползут алые пятна.

— Просто ответь и можешь уходить, — произнес он, уже жалея, что затеяли допрос. Видно же, что девчонке и так несладко на инженерном приходится, а тут они… Набросились, словно право имеют на любопытство.

— Экзамен завалила? Летный, да? — спросил вдруг Мишка, и мелочь вздрогнула. — Слили ее, — утвердительно уже добавил друг. — Слышал о таком. Участков много. Всех не проверишь. Вот и пользуются этим, чтобы убрать сильных претендентов. Маленький сбой программы — чем-то узконаправленным фигачат: ни следов, ни доказательств, а ты выбываешь из списков. Ну а кое-кто, естественно, закрывает на подобное глаза. А… — и Мишка махнул рукой, мол, в жизни полно сволочей и никуда они со временем не деваются. Закон такой. Спасает то, что хороших людей все же больше.

— Ты апелляцию подавала? — поинтересовался Алекс, уже прикидывая, кого из друзей отца можно попросить об услуге. Если удастся добыть доказательства вмешательства, академия даст ей повторный шанс на следующий год.

Мелкая шумно вздохнула, шмыгнула носом и кивнула, не поднимая головы и не отрывая взгляд от ботинок.

Алекс усмехнулся, ощущая, как чувство ответственности — он словно старший брат — потихоньку заполняет душу. И ведь не сможет теперь забыть дурочку и не помочь.

«Благородство и доброта однажды тебя погубят», — пророчески обещал отец, когда он ввязывался в очередную историю, помогая однокласснику. Но Алекс меняться не собирался. Его устраивали и благородство, и доброта, как и поколения предков-офицеров его семьи.

— Фамилия у тебя как? — уточнил Николай, вылезая из кресла и бросая красноречивый взгляд на экран. Машина была неумолима: Нетопырь стоял перед ними и ошибки тут быть не могло.

— Серова, — еле слышно прошептала мелочь.

— Как? — вздернул брови Алекс.

— Серова! — крикнула София, поднимая на них покрасневшее лицо.

— Ты же… — начал было Мишка, но девчонка его оборвала:

— Его сестра, да. Никуда не годная сестра. Обещала летать. Он сам тренировал. А я… — и она все же заплакала, размазывая слезы по щекам.

Мишка среагировал первым. Обнял, неловко прижимая к себе и гладя по спине, по узким, трясущимся плечам.

— Ладно тебе, — пробасил он, — подумаешь, срезалась. Бывает. Ты все равно круто летаешь. Пойдешь в гражданскую. Какая разница.

— Я слово дала, — всхлипнула девчонка.

— Твой брат… — Алекс сглотнул ком, застрявший в горле.

Феникс был лучшим. Гордость академии. Победитель военных соревнований. Герой, спасший, столкнувшегося с астероидом, товарища. Ему прочили блестящую карьеру. А потом это глупое исчезновение… Многие в его смерть не верили, потому что, кто угодно, только не Феникс. Он же из любой беды выход найдет.

— Твой брат, — откашлялся Алекс, — не стал бы тебя винить за провал на экзамене. Он, — в носу вдруг защипало, — часто говорил, что сильнее всего на свете любил младшую сестру.

Только вот Феникс никому не рассказывал, что сестра тоже пилот. Готовил, видать, сюрприз. Что же… сюрприз удался.

— Ему было бы все равно, поступи ты в гражданскую. Главное, чтобы ты была счастлива, а не как сейчас… — и он выразительно замолчал.

— А рыжему я все же нос разобью, — внезапно добавил Мишка, — чтобы не смел тебя обижать.

Они проводили ее до каюты, постояли, игнорируя выразительные взгляды патруля и еле слышное фырканье: «Четверокурсники, а ведут себя нагло, будто выпускники».

— Она на него не похожа, — первым нарушил молчание Николай.

— Не скажи, — не согласился Мишка, — Феникс тоже задиристым был и роста невысокого.

— А я ее помню, — вдруг признался Алекс, — он мне ее голограмму показывал, когда я лучше всех трассу на первом курсе прошел. Я тогда забыл, а сейчас вот вспомнил. Только у нее хвостики были, и челка приглажена.

И они втроем не удержались от смешков. Сейчас сестра Феникса скорее напоминала растопырившего колючки ежа, чем нормальную девчонку.

Патруль выразительно покашлял, намекая, что до отбоя остались считанные минуты.

— Погнали, — спохватился Алекс, и они бегом рванули в свой сектор.

Макса перехватили по пути на завтрак. Трое пилотов с четвертого курса окружили с добродушными лицами, только взгляды были отнюдь не добрыми. Макс судорожно заозирался по сторонам — как назло, ни одного из своих на горизонте. Нет, если его начнут бить, за него встрянут механики даже с четвертого курса и встрянут с удовольствием — когда еще удастся начистить физиономии выскочкам пилотам, но от разговора спасать не станут. Вступил в неприятности? Перебежал путь пилотам, еще и со старшего курса, изволь разгребаться сам. Тут не песочница. Никто за ним игрушки подбирать не станет.

— Ого, Ник, смотри, цельный бригадир!

И Макса одобрительно похлопали по плечу, заботливо смахнули пылинку.

— Молодец! Такой юный, а уже начальник.

Лицо курсант скривил так, что стало ясно — в гробу он подобных начальников видел.

— Что вам надо? — дернулся было Макс удрать. Знал он, чем заканчиваются такие встречи… Ему дисциплинарное взыскание даром не далось. Говорили, с первого курса за драку могли и пинком под зад.

— Поговорить, — сухо известил его брюнет. Макс вспомнил, что видел его голограмму среди лучших курсантов. Жданов, кажется. А еще эти трое вступились вчера за Софию… И какой вывод? Заучка нашла себе кавалера?

— Так говори, — пожал плечами Макс, чуть отступая в сторону, а то они полкоридора перегородили — на них уже ворчать стали.

— У тебя в бригаде механик есть, — начал было Жданов, но его перебил второй:

— Ты знал, что у нее фамилия Серова? — спросил яростным шепотом, глянув так, словно Макс лично девчонке голову открутил.

— Ну знал, — не стал отрицать очевидное Макс. — А что? — взглядом пихнул патлатого в грудь, жаль нельзя кулаком. Из академии может и не вышвырнут, а вот из бригадиров за драку точно попрут.

Парни переглянулись с таким видом, словно полного идиота встретили. Макс ощутил, как у него от унижения начинают гореть кончики ушей.

— Она на него даже похожа, — глянул на него с жалостью третий курсант.

— На кого? — округлил глаза Макс, понимая, что ничего не понимает.

— А ты сходи в зал славы, — посоветовал Жданов. — Сам и увидишь.

И троица пилотов величественно удалилась по коридору, оставив его в полном недоумении.

— Да ну на… — высказался от души Макс, почти бегом устремляясь в столовую. Завтрак он проглотил, не замечая вкуса. Из головы не шел разговор с пилотами. Если бы заучка приглянулась кому-то из них, нажаловалась, с ним говорили бы по-другому. Нет, здесь было что-то не то. Он три раза решил никуда не ходить, передумав на четвертый.

— Ты куда? — окликнул его товарищ, когда они вышли из столовой.

— Я быстро, — отмахнулся на бегу Макс.

В зале славы было тихо, сумрачно и оттого ему всегда становилось здесь не по себе. Он вытер ладони о штаны, поправил верх комбинезона, словно эти, смотрящие с голограмм, мертвецы могли сделать ему замечание за неопрятный вид.

— И что тут искать? — пробормотал с досадой, уже подозревая, что троица его просто разыграла. Решили поиздеваться над детским садом, как они называли первый курс.

Хотел было уйти, но взгляд зацепился за последний портрет в ряду и самый молодой из всех.

— Олег Серов, Феникс, — прочитал вслух Макс и замер, как пораженный молнией.

Утром Софи проснулась удивительно спокойной. Нервозность исчезла, словно ее и не было. Внутри зрела решимость — все получится.

На завтрак она не пошла, решив потратить время на изучение расписания и проработку плана угона.

— Что? Влюбилась? Аппетит потеряла? — насмешливо поинтересовалась соседка. — Слышала, тебя с пилотами видели. Красавчиками. Не хочешь рассказать? — и замерла выжидательно, но Софи лишь сильнее вцепилась в планшет и замотала головой, так что девчонки плюнули, предупредили: «Смотри, поймают» и ушли завтракать без нее.

Романы на станции академии не запрещались — молодость не удержишь, но и не поощрялись, а вот физические отношения были под строжайшим запретом, как и их демонстрация от поцелуев до держания за руки.

«Все розовые нюни за бортом. Хотите любви — валите на Землю», — при первой же встрече сказал им куратор курса. Так что романы буйно разрастались в виртуальных чатах, продолжаясь во время каникул и увольнительных.

Софи открыла планшет. Романа у нее не было — зря девчонки завидовали — ни реального, ни виртуального. Зато были дела… Например, угон истребителя.

Полеты у третьего и четвертого курсов были поставлены после первой пары. Это значило, придется идти на занятия. Как бы ни хотелось «спасать вселенную», учебу прогуливать нельзя.

С планом проблем не возникло. Софи с первых дней пребывания в академии не упускала возможности посмотреть на пилотов. Пялилась на них, буквально раскрыв рот. Караулила у раздевалки, где они переодевались в скафы и важно вышагивали, словно пингвины, в тяжелых ботинках, неся подмышками шлемы.

Она смотрела, видя среди них себя. Душа рвалась от боли, а глаза не могли наглядеться. Ее личный наркотик…

Отрезвило ледяное: «Что втюрилась уже? Спорим, из-за этих красавчиков тебя сюда и принесло?»

Рыжий умел бить точно в цель. Он был как лекарство: горькое, противное и действенное.

Зато теперь Софи знала, что последним в раздевалке останется Витя. Смешной малый, чуть полноватый, невысокий и обстоятельно-неспешный. Кто-нибудь, уходя, обязательно крикнет: «Поторопите Витю, Вите надо выйти».

Вот он и станет частью ее плана.

В класс она входила, полная мыслей о том, что случится буквально через две лекции. Перемена короткая, если она не вернется с нее, это сразу же вызовет подозрения. Придется отпрашиваться с урока.

Первые занятия отсидела, не замечая ничего вокруг, механически делая пометки в планшете, практически не вслушиваясь в монотонную речь препода.

Второй парой была практика. В другое время Софи расстроилась бы, но тут спокойно прошла на место, включила голограмму. Очередной механизм. Какая разница какой. Через полчаса она уже покинет базу. Мастер задерживался, так что Софи ждала, когда можно будет отпроситься.

И тут рядом нарисовался неугомонный рыжий. Все лекции он сверлил ее взглядом, словно у нее на спине неприличная картинка была нарисована. Еще и парней к чему-то шепотом агитировал. Раньше она забеспокоилась бы — неужели очередной бойкот — но сейчас ощутила лишь раздражение: не вовремя эта активность. Впрочем — хихикнула про себя — когда она была вовремя?!

— Так Софи, я все знаю, — «убил» ее рыжий.

Девушка застыла, ощущая, как холодом покрывает спина, как слабеют ноги, а сердце проваливается куда-то в желудок.

— Не бойся, мы тебя вытащим. Главное — слушай меня, да и парни помогут. Не знаю, что ты думаешь делать дальше, но первый курс ты у меня закончишь и экзамены сдашь, поняла?

Софи заморгала. Какие экзамены? О чем это он? Какая помощь? Он бы еще помочь угнать «Стража» предложил.

Потрясла головой, прогоняя из нее слова рыжего и свое удивление.

Макс не знал о побеге — и это главное.

— Слушай, — замялась, стараясь, не смотреть на парня, дабы не выдать себя, — спасибо, конечно, но я справлюсь сама.

— Не справишься, — уверенно заверил ее Макс.

Она представила, как рыжий помогает с угоном и едва сдержала нервный смех.

— А ты не мог бы… Понимаешь, мне надо отойти, прикроешь, а? — спросила, не решаясь выдать заготовленную версию о том, что ей срочно надо в каюту, ибо наступили те самые дни.

— Конечно, София, — кивнул рыжий, не задав ни единого вопроса, — иди. Мастеру я скажу, что у тебя живот заболел.

Девушка вдруг ощутила, как от благодарности — а Макс не так уж и плох — просыпается совесть.

— Спасибо, — выдохнула и добавляя, поддавшись порыву: — Будут опрашивать, говори: ничего не знал.

— О чем ты? — насторожился рыжий.

— Ерунда, — светло улыбнулась Софи, и парень завис с затуманенным взглядом, а девушка уже торопилась к выходу, чтобы не столкнуться с мастером.

— Сейчас иду, — раздалось раздраженное, когда дверь раздевалки с шипением поехала в сторону. Повезло, выданный ей наставником пропуск сработал и сюда.

— Ты что тут забыла? — со скамейки удивленно поднялся Витя.

— Тебя! — честно призналась Софи, шагая ближе и протягивая к нему руки. Парень шарахнулся в сторону, но девушка была быстрее — сдавила пальцами виски и расслабилась, как ее учил корабль. В голове словно что-то взорвалось, а потом потоком рвануло по рукам, вливаясь в парня. Тот почти сразу обмяк.

Корабль обещал: Витя не пострадает. Вырубится и поспит. Но она на всякий случай проверила пульс — ровный. Выдохнула. Руки немного тряслись, в голове мутилось и ее тошнило. Пришлось дать себе пару драгоценных секунд прийти в себя.

Дальше она схватила скаф Вити — копуша даже не успел его натянуть. Надела прямо на рабочий комбез. Сел хорошо. Следом ботинки. Тут, конечно, придется идти аккуратно, дабы не запнуться. Ну и шлем. Его сразу на голову. Экран темный. Ее лица не будет видно. Последнее — перчатки.

Все. Она готова.

В ангаре все прошло отлично. Ее уже нетерпеливо ждали — механик с пятого курса подгоняюще замахал рукой, стоило ей появиться.

Софи взобралась по лестнице. Залезла в кабину. Перевела дух. Подключила гарнитуру, напоминая, что позывной у нее «Сова» и отвечать надо басом. Нервировал горящий над панелью огонек камеры, но тут уж ничего не поделать.

Дальше руки сами щелкали нужные тумблеры, мозг докладывал о работе системы, считывал показания. Софи наблюдала за всем словно со стороны. Внутри нарастала паника… Еще не поздно все исправить! Пойти признаться!

«Думаешь, попытка угона будет наказана меньше, чем сам угон? — ехидно поинтересовался внутренний голос. — А как же нанесение вреда курсанту? Или тебе недостаточно доказательств? Раньше ты не могла вырубить парня, просто положив ему ладони на виски».

— Сова, приготовится.

Девушка вздрогнула.

— Сова! — нетерпеливо рявкнули в наушниках.

— Сова готов! — испуганно завопила она, боясь, что ее раскроют, но ворота шлюза начали открываться. Впереди засветился зеленый свет — ей давали разрешение на взлет, и она тронула ручку газа. Сомнения испарились с первым толчком машины. Вместо них пришел восторг.

Она за штурвалом! Готовится на взлет! Душу затопила дикая радость.

«Страж» послушно встал на исходную точку, сзади с шипением поехали, смыкаясь ворота шлюза.

Софи смотрела на то, как мигают цифры отсчета. Как начинают раскрываться створки, демонстрируя лежащее за ними, утыканное сверкающими точками, пространство. Слышала, как в наушниках раздается голос начальника полетов:

— Сова, взлет разрешен, ваш курс на экране.

Взревел двигатель, и Софи аккуратно тронула с места машину, устремляясь вперед.

— Тебе не кажется, что Сова сегодня на себя не похож? Стартовал идеально. Прямо на высший бал, и машину ведет уверенно. Смотри, как на курс лег, — мужчина всмотрелся в экран, — а нет, свернул. Хм, и куда его понесло? — он нажал кнопку микрофона: — Сова, срочно вернитесь на заданный курс, ваше отклонение уже пятнадцать градусов.

Глава 6

— Что у нас опять? — лениво поинтересовался Николай. Сегодняшние полеты были простой «групповухой»: лететь группой по маршруту из точки А в точку В. Рутина.

— Сова блудить пошел, — хихикнул Мишка.

— Вот же… непутевый, — высказался Алексей и спросил: — Командир, мы вернем блудную овцу в стадо?

— Давайте, Ждун ты ведущий, — отозвался после паузы командир и попросил: — Только аккуратно там. Не вспугните.

И сразу несколько смешков нарушило эфир. С командного пункта донеслось многозначительное покашливание.

Три машины отсоединились от группы и легли на курс «догони товарища».

Связь Софи вырубила почти сразу, но Башня включила резервный канал и теперь в кабине монотонно и нервирующе раздавалось: «Сова, вернитесь на курс. Сова, отзовитесь. Сова, у вас все в порядке? Предупреждение: вы приближаетесь к границам полетного сектора».

Конечно, она к ним приближалась. Стоило прикрыть глаза, как на веках пунктиром возникал нужный курс.

Хм, а что у нее нового в тылу, кроме отдающих истерикой призывов Башни?

Девушка прошлась пальцем по экрану, прокручивая изображение. Плотная кучка зеленых огней продолжала держаться прежним курсом, однако три точки уверенно направлялись к ней — на перехват.

Черт!

Только гостей не хватало. И что им надо? Машину жалко? Так она вернет. Не прям сейчас, потому что сейчас ей самой нужнее. И Софи медленно потянула ручку газа на себя: вибрация усилилась, звезды потекли по переднему стеклу, словно капли дождя.

— Сдурел? — первым среагировал Мишка. — Пьян? Или дури наелся?

— Вышел на максимальную. Курс, — Николай завозился с вычислениями, — направляется к Марсу.

— Башня, есть связь с Совой? — уточнил Алексей, исполнившись дурных подозрений. Никогда еще курсанты не сбегали с базы, тем более на военном истребителе.

— Ждун, Сова не отвечает.

— Как только он пересечет границу сектора, — стиснув зубы, проговорил Мишка, — Башня отправит запрос патрулю, и Сове хана. Такое нарушение ему не спустят.

— Не понимаю, какая муха его укусила, — согласился Алекс и скомандовал: — Максимальное ускорение. Попробуем перехватить, идиота.

Троица не отставала, но ситуация была патовой. Машины у них одинаковые, максимальная скорость, которую можно выжать из движков, тоже. Но у Совы была фора.

— Ничего не понимаю, — проговорил Владимир Сергеевич, вглядываясь в экран, — Сова в жизни так быстро не летал. Даже на симуляторах не рисковал, приходя в последних рядах, зато был стабилен и аккуратен, а тут… Ты смотри, как чешет… Еще и взлет этот… Слушай, — и он начал поворачиваться к заму, чтобы тот на всякий случай убедился, что в кабине точно Сова, как тут в диспетчерскую влетел бледный Березин.

— У нас ЧП, — выдохнул он, задыхаясь и хватая ртом воздух. — Я решил пока лично, чтобы панику не поднимать. Там не Сова, — он указал пальцем на удаляющийся по экрану огонек истребителя, — там София.

— Что?! София? — Владимир бросил быстрый взгляд на табло, выругался — огонек связи с группой горел. Он отключил связь и потребовал: — Подробности, живо.

Нашел взглядом трансляцию с А86. Попытался заглянуть за темное зеркало шлема, но, конечно, ничего там не разглядел.

— Сову, то есть Виктора, нашли спящим в раздевалке. Что она применила — пока не определили, но состояние парня в норме. Девушка отпросилась с занятий, в каюту не вернулась, сразу направилась в раздевалку. Дежурный тревоги не поднял — не первый раз там околачивается… Сам понимаешь — девчонки всегда по пилотам сохнут. Устанешь гонять. Вот и все, — и Николай Александрович развел руками.

— А я предупреждал, — зловеще протянул Владимир Сергеевич, прикидывая, что можно сделать: управление перехватить или все-таки попытаться уговорить. Непонятно, в каком она состоянии. Датчики показывают повышенный пульс, но для полета это норма. А если она запаникует и попытается катапультироваться, когда развернут машину назад? — Напринимают разных, а нам потом отвечать. И что с того, что она сестра Феникса?!

В диспетчерской раздался дружный «Ах». Командир полетов повел ледяным взглядом в сторону подопечных, и курсанты дружно уткнулись в приборы, считывая показатели.

— Летает, согласен, неплохо, но мозги у нее… Точнее, их полное отсутствие. Вот куда ее понесло? Топлива хватит еще на час. А дальше? У нее там свидание что ли?

Березин промолчал. Вряд ли свидание, но девчонка явно не просто так рванула за лунную орбиту. Значит, была цель.

Полковник чувствовал вину и досаду. Вину за то, что позволил Софии учиться в академии, несмотря на психологические проблемы, а досаду… потому что верил — девчонка справится со смертью брата, но коллега в итоге оказался прав. Еще и угон предсказал, точно знал.

— Ждун, отставить преследование, — голос Башни зазвучал в кабине, заставив Алексея оторвать ошалелый взгляд от экрана. Он знал лишь одну девчонку по имени София, которая могла вести истребитель, более того — вчера как раз отрабатывала взлет. Но если там, за штурвалом, сестра Феникса, им вряд ли удастся ее догнать.

Какого черта происходит? И он возмущенно стукнул кулаком в боковой иллюминатор.

— Дело передано патрульным, они займутся беглецом. Приказ: присоединиться к основной группе и вернуться к выполнению поставленной задачи. Как поняли, Ждун?

Вот и все. Конец игре. Девчонку перехватят быстро. Сначала потребуют, чтобы она сдалась. Если не послушает — ударят предупредительным залпом, а потом… Сильно зависело от того, кого пошлют в погоню. По инструкции патруль имел право на боевой. Целиться будут, конечно, в двигатель, но истребитель — не крейсер. Выжить при попадании шансы пятьдесят на пятьдесят.

Алекс стиснул зубы. Перед глазами стояла щуплая фигурка в оранжевом комбезе, мальчишечья прическа, длинная челка и черные, просто невероятные глаза.

Не могла она просто так сорваться с базы. У нее явно был план.

— Башня, вас плохо слышно. Повторите. Тут какие-то помехи, — быстро, пока не передумал, произнес Алекс и отрубил основной канал связи.

— Алекс, ты серьезно? — спросил Ник.

— Вас с собой не зову, — огрызнулся Алекс.

— Слушай, из-за дурной девчонки… — начал было Ник, но Мишка поддержал:

— Она сестра Феникса. Я тоже не верю, что по глупости удрала. Все это: и тренировки, и «вездеход» похоже на план. Думаю, поступила она сюда, чтобы это провернуть. Так что я с тобой. Просто очень интересно, что она задумала.

— Я не верю в эту сказку, но я с вами, парни, — «Страж» Ника качнул крыльями, — догоним, дурочку, и выпорем. Раз Феникс не успел ее воспитать, значит, сделаем это сами.

И троица, не сбавляя скорости, устремилась следом за одиноким истребителем.

— Они должны уже понять, что я — это я.

Разговаривать с собой было дурной приметой, особенно если вокруг пустота и звезды. Опытные пилоты говорили: только дай слабинку, и пустота залезет в душу, просочится в голову, осядет там густым туманом, выкручивая мозги дурными иллюзиями.

Но сейчас Софи было не до пустых страхов.

— Сообщат властям, те передадут ближайшему патрулю приказ меня остановить.

Она всмотрелась в черноту, пытаясь разглядеть Имхара.

Будет обидно, если патруль найдет ее первым. Такой позор Софи не переживет.

«Не бойся, я рядом», — прозвучало успокаивающе в голове.

И тут Башня вновь подала голос.

— Нетопырь, это Березин. Знаю, ты меня слышишь. Это индивидуальный канал. Ты можешь смело поговорить со мной. Без свидетелей. Я готов выслушать и помочь. Просто скажи, чем именно. Я все сделаю. Не ломай себе жизнь, София. Ты же талантливый пилот. И твой брат всегда хотел, чтобы ты летала.

София стиснула зубы, запрещая себе раскисать. Спасибо закалке от рыжего. Теперь ее устойчивость в разы сильнее, чем раньше. Но Березин ей нравился. Да и без его пропуска у нее бы ничего не получилось.

«Я вижу тебя. Сбавляй скорость».

— Николай, она покинула пределы сектора. Дальше не наша юрисдикция. Еще и парней за собой увела. От женщин всегда одни проблемы.

— Я все равно попытаюсь. Ребенок ведь.

Софи сбавила скорость, до боли в глазах вглядываясь в бархат темноты. Прямо по курсу постепенно проступал округлый силуэт корабля. Больше всего он походил на какой-то плод. Изрядно подпорченный, местами подгнивший, но все еще внушающий уважение своими размерами.

В центре открылось сияющее белым отверстие. Девушка выдохнула, убирая обороты двигателя до минимума.

Как там говорится: взлет — фигня, а вот посадка…

Но перед этим…

Она щелкнула микрофоном:

— Башня, это Нетопырь. Николай Александрович, я обязательно верну «Стража», обещаю. Как только найду и спасу брата. Простите меня, если сможете.

А теперь медленно и не торопясь направить машину в центр неизвестного корабля.

— Ты видишь то же, что и я? — изумленным шепотом прошелестел динамик.

Алекс моргнул, выныривая из сюрреалистического видения, где неизвестный шар проглатывает крохотный истребитель.

— За ним! — скомандовал он, и трое светящихся точек устремились к кораблю.

— «Страж» Совы пропал с экрана, — доложил один из курсантов.

— Что? — отвлекся от переговоров с патрулем Владимир Сергеевич. — Как исчез? Куда?

— Не могу знать, — отчитался курсант, и мужчина сам рванул к экрану проверять данные.

— Десять минут до прибытия на место патруля, — доложил Березин, перехвативший канал связи с военными. — Но визуального контакта пока нет.

— Дьявол! — выругался Владимир Сергеевич.

— Тройка Ждуна, — начал было курсант и опасливо замер.

— Говори уже! — рявкнул Березин, набирая по связи начальника академии. Ситуация явно выходила из-под контроля.

— Тоже пропали, — тихо закончил доклад диспетчер.

— Дыра там черная что ли? — простонал Владимир Сергеевич. — Четверо курсантов за пять минут? Это конец. Еще эта безумная… Брата полетела спасать. Куда? Почему? А главное как? Не женщина, а сплошная загадка.

— Патруль сообщает, он на месте последних координат. Машин не наблюдает.

— А того, кто их пожрал? — мрачно пошутил начальник полетов.

Березин покачал головой.

— Они продолжают поиск, но без маячков… — и полковник выразительно замолчал.

— Ладно, — махнул рукой Владимир Сергеевич, — идем на доклад. Группу экстренно вернуть на базу. И чтобы никто по пути не пропал. Лично отвечаете. Доклад данных с патруля каждые пять минут. А мы с тобой, — он глянул на друга, — идем получать по фитилю.

Патруль продолжал прочесывать сектор, где последний раз фиксировался сигнал от истребителей, но результат оставался нулевым. Датчики упорно показывали пустоту, сканер не определял ничего: ни скопления металла, ни живых объектов, ни следов от пространственного перехода. «Стражи» словно в никуда провалились.

Даже если допустить, что истребителей захватил неизвестный корабль, ушедший потом в подпространство, то он должен был быть уровня крейсера, не меньше — четыре истребителя в яхту не поместятся. Однако на таком расстоянии сканеры базы и яхту отследили бы, не то что крейсер, как и зафиксировали уход в подпространство.

— И что нам докладывать наверх? А что говорить родителям? — с досадой вопрошал начальник академии. На совещании присутствовали куратор первого курса, старший мастер, начальник полетов и полковник Березин. Для консультации позвали и профессора физики. Сейчас он, раздраженно хмуря брови, изучал материал.

— София хорошая девочка, — начал было Антон Вадимович, но замолчал, наткнувшись на суровый взгляд полковника Копывалова.

— Хорошие девочки истребители не угоняют, — едко прокомментировал Владимир Сергеевич, остро переживая потерю четырех «Стражей» за один день.

— Отставить, — обронил начальник академии, и в кабинете повисла угрюмая тишина. Игорь Валерьевич устало потер лоб и принялся отдавать распоряжения: — В каюте полный обыск, все данные с планшета лично мне. Сам проверю «хорошую девочку». Допросить окружение. Может, кто заметил, что странное. Пилотов пока не трогать. Думаю, те трое случайно за ней увязались, но проверить, не общались ли они последнее время. А то еще массовый сговор прошляпим — совсем позор будет. На сегодня ставлю две задачи: понять, что задумала курсант Серова и узнать, как именно она провернула свое исчезновение. Со своей стороны я попробую неофициально выяснить, не появились ли у наших дорогих партнеров по Содружеству новых технологий и не могут ли они быть причастны к этому случаю. Но насколько мне известно, в Галактическом содружестве нет кораблей, которые мы не смогли бы отследить, молчу, про визуальный контакт. А тут… Взяли — и исчезли… Словно в пространственную дыру провалились… А что касается причастности… Даже представить не могу, чем их могла заинтересовать Серова. Разве что в деле есть связь с пропажей брата. Вот тут если подумать… Не похоже на случайность то, что оба члена семьи за короткое время пропадали бесследно, еще и при схожих обстоятельствах. Боюсь, как только информация об этом уйдет наверх, расследование возьмет себе КСБ*.

— Насчет пространственной дыры… Версия, конечно, интересная, — вмешался профессор физики, продолжая разглядывать изображение, передаваемое патрульным крейсером «Луна 15», — но «Стражи» пропали с разницей в пару минут, а это очень много для нестабильного пространственного прокола, существование которого, хочу напомнить, не было подтверждено официально. Опять же патруль не зафиксировал никакого возмущения, которое обычно бывает при подпространственном перемещении, пусть и вызванном естественными причинами. Впрочем, в существовании хаотично возникающей дыры, куда можно провалиться, я, простите, не верю. Давайте тогда уж рассмотрим версию с черным странником, который поглощает корабли.

Мужчины отреагировали нервными смешками. Космос был полон легенд, но страшилка о черном страннике — загадочном корабле, который создали непонятно когда и непонятно кто, была самой популярной.

— Давайте сосредоточимся на более, гм, правдоподобных версиях, — поморщившись — вот только страшилок ему на подведомственной территории не хватает — сказал начальник академии. — Родителям пока не сообщать. С министром я сам свяжусь, а пока перетряхните мне все, но найдите, куда направилась эта девчонка.

Три «Стража» один за другим нырнули в отверстие — на створки шлюза оно мало походило — неизвестного корабля. Замерли в просторном помещении, где уже находился первый истребитель. Откинутый колпак и пустая кабина говорили о том, что шустрая девчонка успела куда-то ускакать.

Одна! — стиснув зубы, выругался Алекс. — Еще наверняка без защиты.

— Шлемы в полную герметичность. Надеть кислородные баллоны, — приказал он по связи команде. Проверил связь с Башней, но на линии стоял треск. Значит, они без поддержки. Холод понимания — он тут главный и отвечает за ребят — пополз по спине, но Алекс встряхнулся и запретил себе паниковать. Он четверокурсник, а не «детский сад». Его учили и таким вот нестандартным ситуациям.

Шлем зашипел, становясь одним целым с скафом. Алекс прижался плотнее к спинке кресла, утопил левую панель, и из спинки выдвинулся рюкзак с кислородом. Скользнули защелки на плечи и живот. Все, он готов.

Выбрался на крыло, огляделся.

— Это на чей-то желудок похоже, — в наушниках раздался нервный голос Ника.

— А мы здесь за пищу? — хохотнул Мишка, но в смешке явственно прозвучала паника.

— Не каркай! — мрачно осадил друга Алексей.

За их спинами отверстие зарастало мембранной пленкой. В нее они чуть не влетели, почти уткнувшись носами, но пленка пропала, едва они к ней приблизились, позволяя им попасть внутрь.

Само помещение, несмотря на странность, явно знавало лучшие времена. Потолок зиял дырами, откуда свисали непонятные трубки, точно кишки неизвестного животного. Все вокруг было красно-желто-коричневого раскраса, какие-то участки стен бугрились, напоминая морскую губку — такого Алекс ни у одной цивилизации не встречал. И раскрас, и структура, нервируя парней, действительно напоминало внутренности какого-то живого существа.

Алекс прошелся по крылу, спрыгнул на пол, который мягко спружинил под ногами и на поверхности коричневыми капельками выступила какая-то влага. Алекс содрогнулся, ощущая, как мозг впадает в ступор, не в силах понять и проанализировать увиденное.

Но девчонка здесь как-то прошла! Эта мысль придала ему ускорение.

— Туда, — он мотнул головой в сторону коридора, который начинался в десятке шагов от них.

Догнать дурочку и вернуть обратно — вот его план, а анализировать он будет позже, когда время появится.

В коридоре картина была получше. Светились, словно фосфоресцируя, бежевые стены. Лишь кое-где в них встречались неопрятные провалы.

— Смотри, — около одного из них замер Ник, указал на полупрозрачную трубку, по которой бежала кислотно-зеленая светящая жидкость. — Что это? Охлаждение? Диаметр маловат. На переработку не похоже. Освещение? На стенах ни намека на зеленый свет. Он вообще тепло-белый.

— Воздуховод, — предположил Мишка.

— Зеленый? Жидкий? — насмешливо поинтересовался Ник. — Нет, парни, тут явно что-то другое. Даже не могу предположить, кто это построил.

Они все думали так же, перебирая варианты, куда их занесло. Точнее занесла одна бедовая девчонка.

— Ргаллы? — предположил Мишка.

Николай отрицательно покачал головой. Ргаллы пусть и были самой закрытой, вдобавок не гуманоидной расой, но их корабли привычно состояли из железа и пластика.

— Биопластик и у нас используют, но никогда не слышал, чтобы из него целиком строили корабли, — Ник ткнул пальцем в трубку. Та вдруг червяком вильнула в сторону и ушла в стену.

— Вы видели? — возбужденно подпрыгнул парень. — Точно живая.

— Угу, как и все здесь, — угрюмо согласился Мишка, явно не расставшись со страхом стать для кого-то едой. — А если… — он вдруг побледнел, — это странник. Ну тот самый… который черный.

Алекс посмотрел на него укоризненно — нашел, когда вспомнить эту чушь. Космос не место для прогулок, так что корабли время от времени пропадали по вполне банальным причинам. Большинство, кстати, находили, но не все…

Мелькнула мысль: а вдруг Мишка прав и их не найдут? Феникса же не нашли… Не помогли ни маячок, ни опыт пилота.

— Идем, — поторопил он парней, ощущая, как страх неприятно холодит спину, а плечи придавливает паникой, ноги становятся чужими, не желая идти вперед. Но там была Софи и была одна. И кто знает, в какие неприятности она ухитрится влезть до того, как они ее найдут.

Дальше они уже не шли, свободно посматривая по сторонам, а осторожно крались.

Подъем начал закручиваться пологой спиралью вверх. В стенах появились какие-то технологические отверстия, вокруг которых располагался нанесенный разноцветными выпуклостями непонятный рисунок. Что-то геометрическое абстрактное и совершенно непонятное. Глаз где-то дорисовывал солнце, треугольник, спираль, но это были лишь догадки.

— Эх, заснять бы, — с сожалением вздохнул Мишка.

— Камеры на шлемы нам давно обещали, но так и не поставили, — тоже вздохнул Ник.

Внезапно пол под ногами завибрировал. Алекс присел, положил ладонь на пол.

— Двигатели, — проговорил он сквозь стиснутые зубы.

— Что? — Мишка панически оглянулся назад. Алексей и сам оглянулся. Если эта тварь тронулась с места, то кто знает, куда она их потащит? На другой конец Вселенной?

— Надо быстрее найти девчонку, — принял решение Алекс. И убираться отсюда. Только без Софи они не уйдут — пилоты своих не бросают.

И парни ускорили шаг.

Коридор привел их в рубку.

— Ух! — только и сказал Мишка. Алекс согласился: и ух, и ах, и вот это да!

Потолка не было. Такое чувство, что они оказались в открытом космосе. И лишь пару томительных секунд спустя глаз смог уловить прозрачную пленку, покрывавшую верхнюю часть рубки.

Корабль увеличил скорость — и звезды блестящими линиями рванули навстречу. Пленка начала темнеть, превращаясь в более-менее привычный бело-серый потолок.

Но Алексу было не до чудес странного корабля, его внимание привлекла к себе фигурка в громоздком для нее комбинезоне.

— Ой! — воскликнула Софи, увидев вошедших. Испуганно попятилась.

И Алекс, в нарушение всех инструкций по безопасности, поспешно нажал на крепление на шее, снимая шлем. София все это время дышала местным воздухом и жива, значит и им можно. Теоретически.

— София, не бойся, это я.

Глаза девушки округлились.

— Вы? — проговорила она растеряно, парни рядом тоже избавлялись от шлемов. — Какого? — вдруг разозлилась, выкрикивая: — Вы! За мной! Поперлись!

Алекс ощутил, будто его под дых ударили. Они, рискуя собой, ее спасали, а что в ответ?

— Похоже, нам здесь не рады, — тихо обронил Ник.

И он был чертовски прав.

— Не знаю, что ты задумала, но курсант не имеет права покидать ПКА без разрешения, — строго проговорил Алекс, уверенный в своих мыслях: «Глупая дурочка запуталась, наломала дров, сама не понимает, что делает», добавив для веса: — Мы не оставим тебя здесь, если понадобится — утащим силой.

Пилоты своих не бросают, даже если «свои» категорически против. Так девчонка же… Малышня… Что с нее взять?

— Да? — выразительно изогнула бровь девушка, глянув так, что стало понятно — добром не пойдет.

— Ты, конечно, крутой пилот и сестра Феникса, но правила едины для всех. Мы еще можем вернуться, пока не покинули пределы Солнечной системы, — почти умоляюще произнес он. — Здесь нас за пару часов подберет любой патруль. С кораблем… — тут он задумался, но решил, что все к лучшему, — решай сама. Если получится доставить его на Землю, тебе только спасибо скажут. Может, и наказание скостят, — и он улыбнулся, мол, щедрое же предложение, давай, соглашайся.

Софи хмуро свела брови, мотнула головой и бросила коротко:

— Забудь, — а потом вдруг вопросила в пустоту. — Ты их пустил? Зачем? Ах, для переработки…

Мишка громко икнул.

— Тогда ладно, пусть остаются. Только под ногами чтобы не мешались.

— Лешенька, радость наша, — в моменты сильного волнения Мишка всегда переходил на уменьшительно-ласкательные слова, — ты оглянись, дорогой мой, только медленно, без резких движений.

И Алексей с самым дурным предчувствием обернулся.

Из пола торчали три черных извилистых щупальца, каждое из которых заканчивалось антроцитово-блестящим жалом. И сейчас они едва заметно подрагивали, словно от нетерпения вонзиться в тела гостей.

Интересно, скаф выдержит удар? — мелькнула мысль. — А если на кончиках яд?

— Ты нас убить решила? Отравить? — бросил он резко, ощущая внутри растущую злость на упрямую девчонку.

— Судя по пятну прицела у тебя на груди, — задумчиво проговорил Ник, — больше на лазер похоже.

Алекс похолодел. Бросил взгляд на грудь. Едва сдержался, чтобы не потереть пятно пальцем. Вот же… Сюрприз за сюрпризом.

А поганка, словно ничего и не происходило, повернулась к ним спиной, принявшись водить руками по жидкому зеркалу того, что можно было опознать как консоль управления.

— Это боевой корабль? — просипел Алекс, понимая, что план летит ко всем чертям, как и авторитет, про силовой перевес тоже можно было забыть.

Думал, не ответит.

— Имхар может быть боевым, пассажирским, транспортным или любым. Он живой, Леш, и я ему нужна, — тихо сказала девушка.

Николай присвистнул.

— Не может быть, — возмутился Мишка. — Живых кораблей не бывает. Сказки это.

Один из лазеров изогнулся, ткнул парня в бедро и тот шипя, отпрыгнул в сторону, потирая ушибленное место.

— Ладно-ладно, ты исключение. Живое, — и он примирительно поднял руку.

— Я Имхар, — глубокий голос наполнил рубку, — создание номер триста шестьдесят восемь. И если уважаемые гости желают убраться, им следует поторопиться. До границы вашей системы осталось десять земных минут. Малышам пора домой, пока не заблудились, — закончил голос с неожиданным сарказмом.

— Не тебе нам указывать, железяка, тьфу, даже не знаешь, как тебя правильно назвать! — взорвался негодованием Мишка, все еще морщась от боли в бедре.

Николай укоризненно кашлянул.

— А не соблаговолит ли уважаемый Имхар озвучить причину нашего похищения, — спросил он максимально вежливым тоном.

— Нет никакого похищения, — насмешливо фыркнула Софи, — вы можете быть свободны. Никто вас сюда не звал. Я справлюсь одна.

— Справишься с чем? — уточнил Алекс, уже смиряясь с тем, что сегодня в академию они не вернутся. Думать о том, что случится, когда все же вернутся, категорически не хотелось. Как и о том, что скажет отец.

— Мы летим за Олегом, — глухо ответила девушка. Обернулась, глянула предупреждающе из-под длинной челки, мол, только попробуй не поверить.

— Он жив? — изумился Ник.

— Жив, но в ловушке и скоро умрет, если ему не помочь. Имхар знает, как ее вскрыть.

И она снова вернулась к работе с системой.

Парни растеряно переглянулись. О таком они даже подумать не могли. Феникс жив?! Но и не поверить нельзя — доказательство сейчас несло их в неизвестном направлении. Если только Имхар не задумал чего другого, используя имя брата, чтобы заманить Софию на борт. Но зачем ему девушка?

— Феникс один из нас, — тихо проговорил Ник, проглотив слово «был».

— Лучший, — поправил его Алекс, думая: а нашелся бы на свете человек, который бросил бы вызов всему миру, угнал истребитель, самовольно покинул станцию, чтобы спасти его самого.

— Пилоты своих не бросают, — подвел итог Мишка, покосился на живые лазеры и крикнул в спину девушке: — Слышь, малышня, мы с тобой. Ты же без нас не справишься.

Софи в ответ пренебрежительно дернула плечом, явно имея на это иное мнение.

— Мне вот только одно интересно, — задумчиво сказал Ник, — как они общались на базе. Он же как-то ее оттуда выманил. Софи, — спросил он громко, — ты с Имхаром как в «Избушке» связь поддерживала?

Девушка ткнула пальцем себе в голову.

— Да ну… — расстроился Мишка, — телепатов не бывает.

И тут на дисплее что-то истошно заверещало, замигав ослепительно синим.

Руки девушки замелькали в два раза быстрее.

— Что там? — Алекс первым оказался у нее за спиной.

— Имхар только из анабиоза вышел, — отрывисто поясняла Софи, что-то переключая и явно понимая, что делает, словно ею кто-то руководил, — еще не восстановился полностью.

— Если нужна помощь… — намекнул Ник.

— Точно, — девушка замерла, повернулась к парням и попросила: — Сходите на пятый уровень, там что-то с насосами, давление падает.

Она сделала жест рукой, на консоли возникла проекция корабля, в которой алой точкой замерцала их цель.

— Инструменты Имхар вам даст и подскажет, что делать надо.

Проекция соскользнула в воздух и зависла перед парнями. Они переглянулись…

— А кто его создал, ну Имхар этот? — спросил неуверенно Мишка, все еще помня слова о переработке.

— Кто знает, — пожала плечами Софи, — кто-то из древних. Сейчас их в живых уже нет. Имхар последний из своих. Его хорошо спрятали, вот и не нашли.

Система заверещала совсем уж неприятно, и парни заторопились на выход.

— Не знаю, — Ник задумчиво шагал по коридору, — у нас телепатов нет, но слышал, что среди льярсов они встречаются.

— Что не удивительно, ты их уши видел? — хмыкнул Мишка.

— Однако, Софи и Имхар точно общаются без слов, — заметил Алекс. — Вряд ли она умела управлять живым кораблем до того, как они встретились. Значит, он ее обучает.

— У меня самого мозги от всего этого лопнут, — пожаловался Мишка, растирая лоб.

— Зато представьте, что скажут на Земле, если мы приведем это чудо? — и Ник мечтательно улыбнулся, представляя заголовки новостных таблоидов: «Герои-курсанты».

— Думается, Имхар скорее нас переработает, чем согласится стать подопытным, — осадил его Алекс. Корабль управлялся не просто искином, а сам являлся разумным существом, еще и с непростым характером. Вон, малышами их, издеваясь, назвал. — Предлагаю сначала спасти Феникса, а потом уже решать, что делать дальше.

И друзья дружно закивали, соглашаясь.

*КСБ — Космическая Служба Безопасности.

Глава 7

Голограмма, медленно паря в воздухе — словно ей не требовался проектор, и она тоже была живой — привела их в тупик.

— Гм, — кашлянул Алекс, готовясь пообщаться с Имхаром, как тут стена выгнулась, точно в нее вдавили кулак, обтекла в небольшое пространство — ровно для них троих.

Летающая схема вплыла первой, следом, неуверенно переглянувшись, шагнули парни. Бело-желтые стены без намека на какие-либо отверстия или кнопки светились ровным светом, который мигнул и сменился на синий, стоило им оказаться внутри. Проем беззвучно зарос за их спинами. Парней качнуло — кабинка начала движение вниз. Свет сменился на желтый, потом на розовый, остановился на зеленом, и левая стена начала таять, открывая проход за ней.

— Ты видел?! — возбужденно зашептал Николай. — Вот это управление! Спорим, он создает проходы прям на ходу.

Алекс пожал плечами. Его больше волновало будущее и ответственность за команду. Со слов Софи все было просто: долетели, вскрыли ловушку, достали Феникса и вернулись на базу. Дальше Имхар скорее всего свалит, мало обрадованный встречей с земными учеными. Хотя… может, его и уболтают остаться. Один лишь живой лазер чего стоит. Однако силой Имхара задержать вряд ли получится. Если только наполовину уничтоженным. И мысль о том, что на Земле Имхара могут захотеть получить хоть по кусочкам, неприятно кольнула сердце.

Прорвемся, — решил парень, шагнув в низкий, явно технический коридор. Здесь было влажно, стены странно подрагивали, за ними что-то шумело, вздыхало и гудело, пол под ногами пружинил, и если верить догадки Ника, они шли по свежевыращенному коридору.

Мы как ремонтные клетки, — усмехнулся Алекс. Сравнение понравилось. И он принялся насвистывать песню космонавтов. Друзья дружно поддержали — чужая атмосфера, полная непонятных запахов и звуков, нервировала, так что Мишка запел первым:

— Звезды стали нам домом…

И только через пару минут они осознали, что в слова фоном вплетается музыка, а стены не просто подрагивают, а подстраиваются под ритм.

— Какого… — ошеломленно выдохнул Ник, останавливаясь.

— Мне понравилось, — вежливо донеслось сверху.

Мишка с шумом выдохнул сквозь стиснутые зубы и пожаловался:

— Я тут с ума сойду.

— Вероятность нарушения работы мозга меньше пяти процентов, — обнадежил его корабль. — Уровень пульса в пределах нормы, реакция зрачков тоже, возможно, потовые железы работают с излишней активностью, но не думаю, что это опасно для вашего организма.

— Он еще и это отслеживает, — простонал Мишка, принюхиваясь к себе.

— Думается, не только это, — глубокомысленно заметил Ник, и Мишка испуганно засопел.

— Давайте лучше работать, — предложил Алекс, не считая, ситуацию критической. Да, они внутри живого корабля, но враждебности тот не проявляет, более того пытается быть дружелюбным. Они ему явно интересны. Даже о здоровье заботится. Разве что относится к ним как к детям. С другой стороны… они для него дети и есть.

И кстати, Имхар прекрасно разбирается в языковой матрице, по крайней мере проблем с языком у них нет.

Стена сбоку от них прогнулась, открывая проход в зал, где от пола до потолка висели трехметровые сосуды, в которых перемещалась разноцветными сгустками жидкость.

— Точно живые, — Мишка стащил перчатку, приложил ладонь к тонкой, мягкой стенке, — и теплые.

— Заснять бы… — сокрушенно выдохнул Николай, обходя чудо иноземной техники.

— Лучше найдите проблему, а то застрянем где-нибудь в ста парсеках от ближайшей системы. И что делать будем? Связи, считай, нет. На полпарсека добьет, максимум. С едой непонятно что. Пайка, если экономить, на пять дней хватит, а дальше, что жрать будем? Это если с воздухом проблем нет.

Парни помрачнели, вспомнив слова Софи о том, что Имхар только из анабиоза вышел и еще не восстановился. А если не сможет восстановиться?

— С воздухом проблем нет, — заверил их мягким баритоном Имхар, — с водой тоже, я подобрал нужную степень очистки, питательная масса поставлена на выращивание. Вкус гарантировать не могу, но все нужные элементы добавлены.

Мишка скорчил такую гримасу, что Алекс ощутил легкий приступ тошноты.

— Спасибо, — проговорил он, сглотнув. Показал другу кулак, мол, не нарывайся. Их видят и слышат без всяких камер и стоит быть благодарными даже за питательную массу. Хотя лично он предпочтет сначала съесть паек. — Давайте, приступим к работе.

— Мы пилоты, не ремонтники, — недовольно пробурчал Мишка, оглядывая ближайший к нему сосуд. — Вот тут может быть проблема, — и он провел ладонью по участку, где проплывало темное пятно. — Но как эту хрень исправить… — развел руками.

Сосуд вдруг дрогнул, подался вперед, мучительно изогнувшись к шарахнувшемуся от него парню, еще и задрожал — точно пес перед хозяином.

— Кажется, ему понравилось, — прошептал Алекс, округлив глаза, и велел: — А ну-ка погладь.

Мишка посмотрел на него, как на сумасшедшего, но послушно провел рукой по стенке сосуда, сначала осторожно, потом смелее. Поскреб кончиками пальцев. Стенка сосуда вспыхнула в том месте желтым светом, а внутри, меж сгустков, затанцевали золотые искорки — точно туда запихнули сотню светлячков.

Алекс поймал себя на том, что стоит и завороженно пялиться на поднимающиеся и тонущие сгустки, вспыхивающие разными цветами, на хаотичное перемещение между ними огоньков.

— Точно нравится, — выдохнул Мишка, принявшись оглаживать и почесывать бока трехметровой бочки. Та затрепетала под его руками.

Алекс подумал, что обычно «ремонтники» не обхаживают механизмы перед ремонтом, хотя механизм вряд ли будет подходящим здесь словом.

— Ваши инструменты.

Из пола выдавились трубки, спицы с крючками на концах и тоненькие палочки.

— Трубкой проходите стенки, находите засор, сжигаете его. Все просто.

Алекс кашлянул.

— Засор?

— Темные участки. Подцепляете крючком, втыкаете палочку. Вы справитесь, — заверил их Имхар таким тоном, словно они были первоклассниками, получившими очень простое домашнее задание.

На деле оказалось все не так и просто. Темные пятна мигрировали по всему объему насоса. Протыкать стенку надо было аккуратно трубкой, внутрь заводить спицу с крючком, ловить темное пятно, подтягивать его к отверстию и там уже втыкать в него черную палочку. Та сгорала, сжигая с собой и пятно.

Алексу этот процесс напоминал извращенную рыбалку, и с них пять потов сошло, пока они очистили насосы от пятен. Еще и сосуды оказались жадными до почесываний и поглаживаний. Приходилось одной рукой шуровать спицей, второй почесывать не желающий стоять ровно насос. Зато от почесывания жидкость внутри подсвечивалась смешными огоньками и черные пятна становились отчетливее.

— Вроде все, — удовлетворенно кивнул Ник, внимательно обходя сосуды.

Комбезы они скинули до половины, оставшись в тонком термобелье, которое было мокрым — Имхар не соврал, текло с них в три ручья, а о душе можно было лишь мечтать.

— Помыться бы, — простонал Мишка, с отвращением проводя ладонью по липкой шее и лохматя мокрые волосы.

Парни страдальчески вздохнули. Алекс повел, разминая, плечами. Труд ремонтников оказался в разы сложнее, чем полеты. Нет, и у них бывали сложные моменты, когда пот в три ручья, но все же они при этом сидели, а не копались во внутренностях насоса.

— Я приготовил для вас очистительную зону, — обрадовал их Имхар.

Курсанты даже шаг ускорили от таких новостей. В знакомой кабинке вознеслись на другой уровень, вышли и попали в стерильно белую комнату, совершенно пустую.

— Одежду сложите на квадраты для обработки.

На полу загорелись три зеленых пятна.

Алекс откашлялся и первым потянулся стащить увесистый полетный комбинезон. Плевать, если Имхар за ними наблюдает, главное, чтобы не дал доступа к наблюдению Софии, а то неудобно получится…

— Имхар, какой уровень приватности данного помещения? — уточнил все же.

Пауза была выразительно долгой, а ответ сухим:

— Данное помещение квалифицируется как личное, доступ ограничен только для присутствующих. Если этого недостаточно, я могу сделать его еще более ограниченным, — и воздух между парнями вдруг уплотнился, потемнел, став матово-белым. Одиночество столь резко ударило по нервам, что Алекс задохнулся, в голове зашумело. — Хотя я читал, что особи одного пола не требуют полного уединения, — добавил задумчиво Имхар.

— Ты прав! — сдержаться и не заорать оказалось сложно, но Алекс справился. — Верни, пожалуйста, как было. Полное уединение требуется лишь в туалетной комнате.

Стены неспешно сделались прозрачными, пропадая.

Алекс поймал больной взгляд Ника, уловил потерянное выражение лица Мишки и понял, что разделение оказалось болезненным не только для него. Парни взглядами вцепились друг в друга, выдыхая. А он и не подозревал, что команда может так много значить… Представил, как оказался бы тут один и похолодел от ужаса…

— Вы имеете в виду комнату для удаления отходов организма? — предельно вежливо осведомился Имхар.

— Да, именно ее, — ответил, собравшись, Николай. — И нам бы хотелось ее посетить.

— Готовлю, — заверил их Имхар.

— А жизнь-то налаживается, — оживился Мишка, стащил через голову верх термобелья, бросил на синий квадрат.

Ну да, согласился Алекс, следуя его примеру, что еще надо для счастья? В данным момент лишь насущное: помыться, поесть. После можно и о будущем подумать.

В комнату удаления отходов он, как командир, отправился первым. С приятным удивлением осмотрел обычного вида унитаз. Воспользовался. Не нашел нигде кнопку слива и начал было расстраиваться, как тут крышка захлопнулась, унитаз с причмокиванием сглотнул, а потом выразил одобрение громкой отрыжкой, еще и облизнулся, превратив крышку в огромный, белый язык.

Алекса вынесло из комнаты прочь.

— Ну как? — нетерпеливо осведомился Николай.

— Нормально, — выдавил из себя Алекс, пытаясь отдышаться и успокоить зашедшееся сердце.

— Да? — товарищ подарил ему подозрительный взгляд, но надобность уже поджимала.

— Твою же… — раздалось громкое через пару минут.

Ник вылетел так, словно за ним все монстры ада гнались.

— Что там? — переменившись в лице, испуганно спросил Мишка.

Ник ненавидяще глянул на Алекса, набрал полную грудь воздуха и выдал:

— Незабываемый сервис. Тебе понравится, — и практически пинком отправил туда друга, оставшись стоять, прислонившись к стене и положив ладонь на грудь.

Мишки не было так долго, что они уже начали волноваться, а когда он вышел, то бросил мрачно:

— Уроды вы! Могли бы и предупредить.

Алекс не выдержал первым, заржал. Ник присоединился, хлопая себя по голым ляжкам. Мишка продержался недолго, булькнул смехом, потом согнулся пополам.

— Ну как он… еще и отрыгнул, а?

После такого сервиса они было готовы ко всему, но душ полил их тремя видами воды: первые две пахли чем-то химическим, обдал горячим сухим воздухом и выпустил наружу, где уже лежали на квадратах вычищенные комбинезоны и комплекты термобелья.

— Вы, как хотите, но я так, — и Ник закинул комбинезон на плечо, оставшись в термобелье.

Мишка поддержал. Алекс оглядел себя, вздохнул и махнул рукой… Таскаться в тяжелом комбинезоне порядком надоело.

Софи обнаружилась там же — стоя за панелью управления. Девушка обернулась, выразительно вздернула бровь на их наряд, но ничего сказала. Зато Алексей успел заметить, насколько измученным стал у нее вид. Она тоже избавилась от полетного комбинезона, оставшись в оранжевом ремонтном.

— Вот кого надо было отправлять насосы чистить, — ткнул его в бок Мишка: — Профессионал!

Алекс лишь с досадой отмахнулся. Нашел тоже профессионала… Детский сад. Вдобавок, технарь из Софии так себе…

— Тебе надо отдохнуть, — он подошел, встал у нее за спиной, пытаясь понять, что она делает, но графики, таблицы данных, схемы мелькали слишком быстро.

— Потом, — отозвалась глухо девушка.

— Сейчас, — он положил ладони на плечи, развернул к себе.

— Ты не понимаешь! — воскликнула Софи, страдальчески прикусывая губу. — Имхар был создан работать в паре. Без пилота он не сможет восстановиться полностью!

— Если ты свалишься, это ему никак не поможет, — указал на очевидное Алекс.

— Слушай старших, мелкая, — поддержал его Мишка. Бросил комбинезон на пол. — Сейчас мы тебе лежбище организуем. Отдохнешь пару часов, а то на тебе лица нет.

— Отличная идея, только связь с башней организуй и можешь идти отдыхать, — Ник тоже добавил свой комбинезон к «лежбищу».

— Связь? — удивилась Софи, сбросила руки Алекса, шагнула назад, нахмурилась. — Зачем вам связь?

Алексей вздохнул… Он подозревал, что девушка вряд ли обрадуется их предложению, но связь была нужна…

— Ты не представляешь, что сейчас творится в «Избушке», да и в целом, — начал он миролюбиво.

— Угу, тревога на оборонных станциях, войска в боевой готовности и весь флот за нами в погоню, — принялся восторженно перечислять Мишка.

— Надо дать знать, что у нас все хорошо, — добавил Ник.

— Имхар, какова вероятность того, что нас догонят? — спросила хмуро Софи.

— Отрицательная, — мигом отозвался корабль. — Меня невозможно засечь вашими средствами наблюдения, и я блокирую поисковые маячки.

Парни потрясенно переглянулись. То есть никто не знает, где они… Даже не подозревает.

— Мы не знаем, получится ли спасти Олега, я не хочу никого обнадеживать. Так что нет.

Мишка завелся с пол-оборота, словно у него внутри повернули ручку газа.

— Слышь, мелкая, тебе командир приказывает обеспечить связь. Сказала «есть» и сделала! Тебя субординации не учили?!

Алекс поморщился. Зря Мишка наседает. Сам он был уверен, что с командирством у них возникнет проблема… София не из тех, кто станет слепо повиноваться, характер слишком независимый, а дисциплину инженерам, как и субординацию не вбивают круглые сутки, в отличие от пилотов или стрелков.

— А тебя вежливости? — взорвалась Софи. — И кто выбрал его здесь командиром? — она ткнула пальцем в Алекса. — Ты? Ты? — еще два тыка. — Вот и подчиняйтесь, а ко мне не лезьте.

— Могу я спросить? — голос сверху легко перекрыл возмущение Мишки. — Кто такой «командир»?

— Тот, кто управляет кораблем, — начал было отвечать Ник и поправился: — Точнее людьми на корабле. Кораблем управляют пилоты, но пилот подчиняется командиру.

— Мне достаточно пилота, — заверил их Имхар, игнорируя яростное шипение Мишки, что всякие там летающие разумные не имеют права нарушать вековой давности устав.

— Ясно? — вопросила Софи, задирая подбородок и складывая руки на груди, мол, попробуете возражать — пешком пойдете.

— Ладно, — отступил Алекс. Не так уж и страшно, что нет связи, просто это означает, что они работают без поддержки и случись что — никто не поможет. С другой стороны, а что он сказал бы базе? Что на борту живого корабля? И большой вопрос — поверили бы ему… — Но отдыхать ты пойдешь. Сейчас.

Софи несогласно засопела.

— Иначе попрошу Имхара проверить тебя. Пульс там. Зрачки. Потоотделение…

— Все, я поняла, — замахала руками девушка и припечатала: — Диктатор.

Мишка тайком показал большой палец.

Они устроились на полу. Вдвоем. Парней Алекс отправил вниз, к истребителям, за пайками, запретив по одиночке перемещаться по кораблю. Имхар, конечно, был не агрессивен, но сам по себе настолько странен, что велик шанс по незнанию попасть в переделку.

Аварийный запас в истребителях был скорее данью традиции, чем чем-то серьезным и рассчитан на незапланированное приземление на обитаемой планете, а не на помощь в космосе. На учебных машинах его не стали убирать, хотя единственное место, куда могло занести курсантов, была Луна, где выживание зависело от запаса кислорода, а не консервов. Но сейчас Алекс был рад тому, что у них есть паек. Думать о выращиваемой биомассе не хотелось.

Он покосился на устроившуюся на комбинезонах девчонку. Как и думал, та вырубилась почти сразу. А вопила: «Не буду спать, не буду»… Уломало беспроигрышное: «Ты уже страшная, как смерть!».

Софи застонала, перевернулась и попыталась натянуть на себя рукав, точно мерзла. Алекс аккуратно передвинулся ближе, легонько коснулся лба девушки, нахмурился — кожа была ледяной. И это при том, что в рубке было довольно тепло. Хорошо, что он попросил парней принести весь аварийный комплект, там должны быть термо одеяла. Но не дело, что она настолько вымоталась. Надо будет поговорить с Имхаром, чтобы тот берег своего единственного пилота.

Все же интересно, как они связаны? Неужели на самом деле ментально? Алекс покачал головой, не в силах принять эту мысль.

За пару часов до этого…

Горящий огонек камеры в кабине нервировал не меньше, чем голос с базы, так что Софи хорошенько стукнула по нему кулаком, прерывая трансляцию. Хотя, что там транслировать… В шлеме лица все равно не разобрать.

Но надо торопиться… Мало того, что на хвосте трое, так еще и управление могли перехватить. Брат, правда, говорил, что перехват работает лишь на близких расстояниях, а она уже успела покинуть пределы полетного сектора. Теперь за ней скорее всего отправят патруль, и вот с ними встречаться совсем не хотелось.

Внутрь чужого корабля Софи влетела, не помня себя от восторга и ужаса. Ее первый полет и первая посадка! Торопливо заглушила машину. Стащила перчатки, вытерла вспотевшие ладони. Откинула фонарь, сняла шлем и замерла, оглядываясь. Это не было похоже ни на что. Вообще ни на что знакомое.

— Тебе по проходу наверх, я жду, — мягко поторопил голос, но звучал он уже сверху, а не в голове. И Софи решилась — чего бояться, раз она уже здесь. Вылезла на крыло, спрыгнула — пол непривычно пружинил под ногами. Девушка встала на цыпочки, коснулась края крыла «Стража», мысленно поблагодарила за полет и попросила не скучать.

Коридор встретил тяжелым полумраком. Воздух был липким и настолько чужим, что Софи начала задыхаться, а ноги отказывались идти дальше. Она уже пожалела о том, что оставила шлем в машине.

— Прости, — повинился Имхар, — я сейчас все исправлю.

Яркий свет полоснул по глазам, выбив слезы.

— Слишком ярко, — с досадой проговорил голос, понижая интенсивность освещения и попросил: — Потерпи, состав воздуха уже корректируется.

Софи только кивала, утирая слезы и пытаясь дышать ртом через ладонь.

— Похоже, мне нужны еще экземпляры вашей расы, — задумчиво вдруг проговорил Имхар, — слишком рискованно настраивать систему, используя лишь тебя.

— О чем ты? — удивилась девушка, но Имхар не ответил. Свет вдруг полыхнул розовым, воздух посвежел, приобретя приятную сладость, и голос торжественно объявил:

— Добро пожаловать на борт, мой живой пилот.

Софи не удержалась нервного смешка. Коридор на глазах терял свою мрачность, ровнялись поверхности, с пола ускользали какие-то щупальцы. Даже окрас стен изменился на розовый, вокруг все стало ванильным и настолько девчачьим — только шариков с бантиками не хватало, что девушка простонала:

— Только не розовое.

— Как скажешь, — согласился Имхар, меняя оттенок освещения.

Дальше она шагала по закручивавшемуся вверх коридору с нарастающим ощущением сказки. Почти принцесса, которая спасает принца. Немного не по канону, ну и пусть. Зато личный дракон есть: чуть неумелый, неприбранный и странный, но главное — он готов нести ее в глубины космоса.

Наверху ее ждал сюрприз. Потолка не было. Вместо него на нее смотрели звезды. Такие яркие, что глаза снова заслезились.

— Начнем? — нетерпеливо осведомился Имхар, и Софи захлопнула рот. И ведь должна была привыкнуть к подобному зрелищу, но панорамные окна на станции все равно оставались окнами. Здесь же не было заметно никакое преграды между ней и космосом. Она себя песчинкой ощущала.

— Ты очень важная песчинка, — поправил Имхар, — и мне нужна твоя помощь. Мои системы работают со сбоями. Им требуется полная проверка и настройка. Я создан так, что полноценно могу работать лишь в паре.

Софи очнулась. Встряхнулась.

— Прости, — извинилась, заставляя себя отвести взгляд от звезд и сосредоточиться на возникшей перед ней стене. Ну как стене…

— Я вижу… — прошептала она, оглядывая, расцветший графиками, показаниями, схемами мир. Тронула одну, схема оторвалась от стены, подплыла к ней по воздуху, зависла, мигая горящими цифрами перед лицом.

— Трансляция идет на панель и в мозг, так быстрее будет, — пояснил Имхар. — Все можно увеличить касанием, раскрыть, сделать запрос на расширение.

Софи прикрыла глаза. Данных стало больше. Мир расцветал цифрами, показаниями, огоньками.

— Перевожу на привычные тебе символы и запускаю диагностику. Следи за показаниями. То, что выходит в красную зону, смещая вот сюда. Будем разбираться позже. Все, что желтое — оставляй по центру. Синее в правую часть.

Софи поспешно принялась сортировать, пока ее не прервали…

Глава 8

— Как думаешь, мы здесь надолго застряли? — спросил Ник, идя по знакомому коридору вниз. — У меня через неделю увольнительные, — горестно вздохнул Мишка, — на Землю хотел слетать. Своих давно не видел, соскучился.

— А мои далеко… Только на каникулах полечу. Если…

И Ник замолчал, останавливаясь перед поворотом. Впереди что-то подозрительно зашуршало. Парни переглянулись.

— Я себя прям в кошмарном сне ощущаю, — пожаловался Мишка, зябко потирая ладони. — Не знаю, кто придумал этот ужас, но боюсь, нас он в конце концов переварит, как биотопливо для какой-нибудь системы.

— Глупый ты, Мих, — не согласился Николай, — это же чудо, а не корабль. Думаешь, здесь всегда была земная атмосфера? Или вода, подходящая нам по минерализации? Могу на что угодно поспорить, Имхар подстраивался на ходу и до сих пор подстраивается. А вот мы вряд ли смогли бы за считанные минуты переоборудовать любой из наших кораблей под, скажем, углекислый газ и водород.

Мишка нервно рассмеялся, мотнул головой и признал:

— Ты прав. Надеюсь, Имхар не ошибется с настройкой и не обольет нас соляной кислотой вместо воды.

И они дружно шагнули за поворот, обозрели пустой коридор и, не сговариваясь, прибавили шаг. Чудо-чудом, но вернуться в рубку хотелось побыстрее.

Ангар встретил их тишиной. Николай с вздохом облегчения оглядел стоящие в ряд машины. Все на месте, все целые.

Мишка сразу рванул к своей, Ник с неодобрительным вздохом — сказано же не разделяться! — отправился следом. Все равно им в каждую лезть за пайком.

— Ах ты! — друг пораженно замер, забыв слова, тыкая пальцев в нечто, устроившееся сверху на носу «Стража».

Ник пригляделся.

— Похоже на цветок, — неуверенно сказал он, — только странный какой-то, весь зеленый и с шерстью на лепестках.

— Цветок?! — взорвался яростью Мишка, и цветок нервно дернулся, пополз на другую от них сторону.

— Стоять! — заорал парень, помчавшись следом. — Живо! Слез! С моей! Пчелки!

— И что так нервничать? — сокрушенно спросил сам у себя Ник, заметив, как переднюю стойку оплело темно-фиолетовое… Воображение мгновенно нарисовало, как они выдирают «Стражей» из местных джунглей. Нет, это никуда не годится. Если им повредят движки, как они взлетать будут?

— Имхар, можно тебя отвлечь? — крикнул курсант в пустоту ангара.

— Внимательно слушаю, — отозвался корабль.

— Эй, мозги в коробочке, — донеслось злобное с той стороны истребителя.

— Не могли бы вы избавить наши машины от своих обитателей, — Ник повысил голос, стараясь перекричать друга, а то пустят их на переработку за хамство в воспитательных целях.

— Конечно, — легко согласился Имхар.

Через пару мгновений сверху раздался подозрительный цокот. Ник задрал голову, наблюдая, как отъехала в сторону одна из панелей и оттуда…

— А-а-а! — заорал, рывком уходя под истребитель, Мишка. Ник, примороженный, остался на месте, смотря, как черная метровая капля обрастает суставчатыми лапами — десятью, как величественно, под мерзкий стрекот она стекает по тонкой, вибрирующей струне. Как перед приземлением из капли показывается мелкая голова, открывается черная пасть, передние лапы тянутся схватить цветок… Ник словно наяву услышал хруст, с каким цветок исчезает в пасти чудовища, но тут произошла заминка. Десятиногая капля зависла, покрутилась недоуменно, потом скользнула по корпусу на один бок, перетекла на другой.

Ник тоже ощутил недоумение, наклонил голову, заглядывая под брюхо истребителя и только успел заметить мелькнувшую под хвостовой частью спину друга.

Капля поползла туда же.

— Никушка, солнце наше, скажи ей пусть убирается, — панически шипел Мишка и, судя по топоту, успешно передислоцировался под соседнюю машину. — Чего прицепилась?

— Сам попроси, — предложил Ник, предупредив: — Только вежливо.

Капля перепрыгнула на следующий истребитель.

Мишка выругался и помчался, петляя меж «Стражей». В конце ангара откашлялся и сиплым голосом, старательно гася панические нотки, попросил:

— Имхар, спасибо, помощь больше не нужна. Мы тут сами… как-нибудь. Отзывай свою… свое… Короче, ну вот это вот.

Струна неуловимо зазвенела, и капля спрыгнув с третьей по счету машины, недовольно стрекоча, уползла обратно на потолок.

— Фу-у-х, страхолюдина какая, — красный от бега Мишка вытер вспотевшее лицо, второй рукой зажимая ворот термобелья.

— Всего лишь живой уборщик, — пожал плечами Ник, с подозрением присматриваясь к выпуклости на груди друга. — Не понимаю, почему он к тебе прицепился…

— Это не уборщик, а сущий монстр. Зачем на маленьких бросаться?! — продолжал кипеть негодованием Мишка.

— Мих, — прищурившись, протянул Ник, — ты ничего не хочешь рассказать?

Парень округлил глаза, отчаянно замотал головой и вдруг сменил тон на сладко-успокоительный:

— Не трясись, маленький. Никто тебя не съест. Обещаю. Дядя Миша о тебе позаботится, да, малыш?

Из-за ворота термокофты показался подрагивающий зеленый лепесток. Ник мученически закатил глаза…

Девушка в очередной раз застонала — ей явно снился кошмар, и Алекс решился. Сел ближе, аккуратно поднял, переложил голову себе на колени, одну ладонь пристроил на ледяной лоб, второй обхватил, согревая, ладони.

Н-да… видел бы его отец. Рыцарь в качестве обогревателя. Только вот принцесса… Знакомые девчонки всегда следили за собой: волосы, глаза, губы, постепенно становясь похожими друг на друга: эдакие куклы с большими глазами, гладкой кожей и идеальными, длинными волосами. Только красота тоже приедается… Так что Алекса давно было не удивить женской красотой, а тут…

София явно не прибегала к корректировкам своей внешности. Темные, жесткие, чуть курчавые волосы, непослушной шапкой лежали вокруг головы. Челка до самых глаз, вечно живущая отдельной, от хозяйки, жизнью. Не идеальная кожа. Тонкая. Почти прозрачная. Мелкий курносый нос. Как сказала бы его соседка по поселку, где он жил с родителями в коттедже: «Такие давно не в моде!». И презрительно задрала бы свой, идеально ровный — творение дорогого хирурга.

А руки… Пальцы у Софи были длинными, тонкими, но в каком состоянии!

Хмурясь, он разглядывал многочисленные шрамики, некоторые совсем свежие, обломанные ногти. Наверняка, поганка, нарушала технику безопасности при работе с инструментами!

И куда ее в технари?! — с раздражением подумал он. Сама себя загубит! Если случится чудо и они достанут Феникса, он с ним серьезно поговорит. Пусть вправит мозги сестре. Не ее это — гайки крутить.

Длинные ресницы кидали тень на скулы, и Алекс улыбнулся, вспомнив, как в первый раз его поразил ее взгляд. Черные глаза, темные, словно бездна. И улыбка… Такая светлая, открытая… Она стояла, встречая их, пилотов, возвращавшихся с полетов. И во взгляде было столько всего, что он даже споткнулся. Кто-то грубо пошутил, мол, очередная запала, и улыбка увяла, смявшись, точно букет цветов под грубой подошвой сапога. Алекс долго корил себя потом за то, что промолчал и не вступился, ища взглядом знакомую копну черных волос…

А как она летала в «Цитадели»! Чувствовалось, обучал Олег, но и сама упорно тренировалась. Нет, о чем только думали в приемной комиссии, не разглядев прирожденного пилота?! Ясно же, что человек не может без неба.

— И что у нас есть? — Игорь Валерьевич оглядел собравшихся преподавателей. На станции время близилось к вечеру, но у него не было времени ни на ужин, ни на обед, как и у остальных, а потому начальник академии распорядился принесли в кабинет бутерброды с чаем.

— Пришли результаты внутренней проверки вступительных экзаменов курсанта Серовой, — первым слово взял Николай Александрович. — Я видел, как она летает на симуляторе. Для наглядности, — и он вывел на экран прохождение трассы Нетопырем. Игорь Валерьевич одобрительно вскинул брови, глядя на шустро скользящий меж колец истребитель. — Потому и решил уточнить, что помешало ей с такими данными сдать вступительный экзамен. Есть подтверждение, что имело место внешнее воздействие на машину, которое и привело к сбою, а также зависанию в передаче данных. Сбой был в пару секунд, но на таких скоростях, как вы знаете, даже пару секунд критичны. Я попросил инициировать расследование в отношении данного приемного пункта и аннулировать результаты пострадавших с правом пересдачи на следующий год.

— Похвально, Николай Александрович, похвально, — нерадостно прокомментировал его речь начальник академии, — мы уже поняли, что курсант Серова достойна своего талантливого брата и летает ничуть не хуже. Без тренировки, знаете ли, угнать «Стража»… Я бы сказал, она талантливее Феникса. Но, боюсь, ваши добрые намерения пропали в пустую, ибо теперь курсанту Серовой светит не пересдача экзамена на летный факультет, а расследование, обвинение и приговор.

— Это если мы ее вернем на базу, — сварливо заметил Владимир Сергеевич.

Игорь Валерьевич предупреждающе кашлянул:

— Не если, а когда. Иначе, нас самих, гм, отсюда под белы рученьки. Четыре пропавших курсанта, это вам не топливо на сотню литров списать. За это нас… — он поморщился и продолжать не стал.

Преподаватели кисло переглянулись. Хотелось бы верить, что они справятся, но…

Проверка не дала особых результатов. Наставники характеризовали девушку с положительной стороны: звезд с неба не хватала, но старалась. По теории была одной из лучших. Практику знала слабее, но не всем же гениями быть. С ребятами не конфликтовала. Все остальное, по мелочи, не вписывалось в картину угона: «На пилотов заглядывалась. Вечерами на обзорке пропадала. Зубрилой была. А про брата мы вообще только сегодня узнали. Скромная. Не хотела привлекать внимания родством с Фениксом».

На личном планшете девушки кроме подтверждения того, что Серова серьезно увлекалась полетами, больше ничего стоящего не нашлось.

— Так что жду идей. Самых бредовых. Нам нужен результат, — начальник академии обвел присутствующих выжидательным взглядом.

— Случайность? Диверсия? Может, нам хотели проблем подкинуть? — принялся перечислять полковник Капывалов.

— Кто? Китайцы? Так вроде мы их устраиваем, как соседи. В прошлом году они нас размазали на гонках, чертяки, — и Владимир Сергеевич, как ответственный за полетную подготовку, горестно вздохнул. — А было бы у нас побольше таких, как Серова, мы бы им надрали задницу. Это что получается, Игорь Валерьевич. Мы здесь сидим, ждем талантливых пилотов, как манну небесную, а их там, на Земле, сливают, чтобы сын какого-нибудь генерала продолжил традицию семьи, хотя у этого сынка таланта ноль?!

— Не кипятись, — осадил его начальник академии, — не все эти сынки бесполезны. Возьми того же Жданова. А что касается сливов… Расследуем, не переживай. Докопаемся и до заказчика, и до исполнителя. Накажем. Надеюсь, в следующий раз это отпугнет желающих пролезть не на свое место. Но с Серовой надо решать. То, что она пострадала, не извиняет того, что угнала истребитель.

— А если она не врала? — поднялся с места Березин. — Ее последние слова были о том, что она летит за братом. Если это правда?

— Это чушь! — возмутился Капывалов. — Ее брат пропал за пределами Солнечной системы.

— Погодите, — поднял руку начальник академии. — Допустим, это так. И что нам дает?

— Если предположить, что кто-то сказал ей, что брат жив и может к нему доставить. Зная, насколько они были близки, она бы точно согласилась.

— Хорошая версия, — одобрил Игорь Валерьевич. — Остался вопрос: кто и на чем. И откуда такие технологии, что у нас даже патруль ослеп и не смог ничего разглядеть? А маячки перестали работать.

— У меня есть отчет о медицинском состоянии пострадавшего курсанта, — открыл на планшете нужную страницу Березин. — Медики предполагают мощное кратковременное воздействие на мозг.

— Чем? — не понял Игорь Валерьевич.

Березин развел руками.

— Я бы сказал: чем-то энергетическим, — добавил он и спросил: — Мы можем получить запись всех сигналов в промежутке времени данного воздействия? Есть у меня одна идея, хочу проверить.

Начальник академии разрешающе кивнул, и Капывалов заскользил пальцами по экрану планшета, оформляя запрос.

Связисты сработали быстро. Подключились по видеосвязи и доложили, что в то время, когда Виктора лишали комбинезона, были совершено три личных входящих звонка — учебное время, звонки поступали обслуживающему персоналу, плюс работали пять линий связи предполетной подготовки, ну и стандартных три открытых канала с Землей и два с Луной.

— Проверьте все частоты. Мы ищем любые помехи, любой внешний сигнал, присоединившийся к основной передаче. Что-то постороннее, без допуска. Он должен быть чем-то более осмысленным, чем просто шум, — командовал Березин, и связисты заработали, проверяя.

— Есть! — доложил один из курсантов минут через пятнадцать, когда преподаватели успели уничтожить бутерброды и наливали себе по второй чашке чая. — Вот тут очень странная сигналограмма. Сейчас отфильтрую, попробую замедлить и усилить звук.

Сначала кабинет наполнило шуршание белого шума, а потом в него плелся ни на что не похожий голос: «Спа-а-ать!».

Березин успел даже открыть рот, чтобы скомандовать: «Отставить», но голова уже упала на руки, и он погрузился в сладкий, полный радостных сновидений сон.

Проснулся он от того, что его трясли за плечо. Открыл глаза, какое-то время непонимающе смотрел на наклонившееся над ним лицо начмеда. Тот был в костюме полной защиты, и пластик бликовал от светильников, делая лицо мужчины трудно узнаваемым.

— Николай Александрович, вы меня слышите? — глухо, как из-под воды, до него донесся голос подполковника Егорова.

Березин кивнул. Мысли после резкого пробуждения путались и отказывались просыпаться.

— Как вы себя чувствуется? — настаивал на ответе мужчина.

Березин поднял голову, огляделся — кабинет заполнили люди в белых громоздких костюмах. Кого-то из коллег уже разбудили, но кое-кто продолжал сладко спать, похрапывая и открыв рот.

— Что случилось? — спросил Березин, растирая ладонями лицо и пытаясь призвать мысли к порядку.

— Мы бы тоже хотели это знать, — пробубнил Егоров. — Связисты и вы. Больше никто не пострадал. Берем пробы воздуха. У курсантов уже взяли кровь. Показатели в норме.

И он пожевал губу, явно недовольный тем, что загадка не поддается быстрому решению.

— Не трудитесь, — Березин зевнул, спохватился, прикрыл ладонью рот, — это был звуковой сигнал. Он вырубил сегодня утром курсанта Веселова, а потом и нас. Мы сглупили, усилив его без проверки. Утром же, если я прав, усилителем выступила курсант Серова.

Начмед нахмурился, просмотрел какие-то данные на планшете и потянул застежку костюма.

— Похоже, вы правы, — проговорил он, снимая защиту с головы, — воздух в норме. Вы говорите звуковой сигнал? Который отправил в сон стольких людей? Невероятно. Я могу его услышать?

— Можете, — согласился Березин, — только без меня и в наушниках. Еще желательно в постели. Вообще, неплохо бы запатентовать данную технологию, если, конечно, удастся ее повторить. Идеальное же снотворное.

Начмед его энтузиазма не разделил, продолжая недоверчиво разглядывать потенциального пациента.

— И все же я попросил бы вас пройти полное обследование, — заявил он, наконец, — не нравится мне это.

— И мне, — честно признался Березин. — Скажите, док, вы слышали о подобных технологиях?

Подполковник задумался, посмотрел на потолок, потом на проснувшегося начальника академии.

— Я состою в ОМСВ (Открытое Медицинское Сообщество Врачей) и в курсе последних разработок, однако волновые воздействия на мозг не моя специализация. Впрочем, я могу поспрашивать.

Березин с благодарностью кивнул, подозревая, что расспросы вряд ли дадут что-то полезное. Похоже, его версия с неким кораблем — не к ночи упомянутым черным странником — обретает все более правдоподобные черты. Хотя черный странник не заманивает к себе добровольцев на борт…

Они не стали засиживаться — большинство из пострадавших с трудом давило зевоту и Игорь Валерьевич волевым решением отправил всех отдыхать, мол, утро вечером мудренее. Если дети попали на борт к неизвестной, но явно высокоразвитой цивилизации, вряд ли им грозит что-то серьезное прямо сейчас.

— Уверен, этим сигналом, при определенной модуляции, и мозги вскипятить можно, — высказался Капывалов. — То, что был выбран мирный вариант, говорит о многом. Да и Серову они уговорили отправиться к ним добровольно, пообещав найти брата. Или же брат и так у них.

— Принимается за версию, — кивнул начальник, — утром жду всех с новыми соображениями. В обед у нас гости — доклад сегодня ушел наверх, так что к их приходу мы должны иметь на руках нечто большее, кроме догадок.

Увидев парней, Алекс сразу заподозрил неладное. У Мишки столь вдохновленное выражение лица было лишь раз, когда ему удалось хитростью обойти соперников на эстафете. Результат тогда аннулировали, но Мишка все равно гордился своим почти чемпионством. Вот и сейчас он бодро шел впереди с лицом победителя, повесив на шею, словно шарф, спасательное одеяло.

Ник держался от друга на почтительном расстоянии, еще и поглядывал так, словно тот был прокаженным.

— Не орать, — шепотом предупредил Алекс открывшего было рот Николая, тот понимающе кивнул, аккуратно сложил упаковки с аварийным запасом на пол.

Мишка опустил свою ношу и громким шепотом воззвал к потолку:

— Имхар, дружище, не мог бы ты создать нам, где посидеть? А то на полу неудобно как-то.

Алекс потрясенно посмотрел на Мишку. «Дружище? Посидеть?»

— Его укусил кто-то? — спросил он тихо у Николая.

— Хуже, — мрачно ответил тот.

От обсуждения странного поведения друга их отвлек вздыбившийся буграми пол. Бугры чуть растеклись, принимая удобную для сидения форму.

То есть он еще и слушается?! — ошалело подумал Алекс.

Мишка замурлыкал:

— Прекрасно, спасибо.

Алекс сглотнул, ощущая себя опоздавшим на последний поезд. И что же там произошло внизу, что относящийся с подозрением к Имхару Мишка вдруг проникся к нему теплыми чувствами?

— Парни, налетаем, — Мих зашуршал упаковкой.

Софи теперь укрывали три одеяла, и она перестала пугать холодностью кожи, так что Алекс мысленно поздравил себя хоть с одной решенной проблемой.

Они каждый взяли по саморазогревающемуся контейнеру, и от запаха еды живот предательски заурчал. Алексей потянул уже ложку в рот, но застыл на месте, заметив, как нечто зеленое высунулось из-под края одеяла, требовательно коснувшись шее Мишки.

— Какого?! — вскочить возможности не было — голова Софи продолжала лежать у него на коленях, так что Алексу осталось лишь тыкать пальцем в грудь друга. — Что это?!

— Новый член экипажа, — безрадостно ответил Николай, запихнул полную вилку мясного пюре в рот, прожевал и добавил: — Паразит, которого приютили.

— Сам ты «паразит», — обиделся Мишка, погладил по топорщившейся ткани, — он хороший.

И сунул руку за пазуху, доставая «морскую звезду» зеленого цвета и повышенной пушистости. Подцепил пальцем кусочек мяса, протянул. «Звезда» изящно сняла его одной из конечностей и запихнула куда-то в центр. Миг: волоски примялись, распрямились и кусочек пропал.

— Ишь ты, — восхитился Мишка, — нашу еду уважает.

— Хищник, — прокомментировал Николай, добавляя: — Вот сейчас ты заснешь, и он начнет тебя тихонько жрать.

— Где вы его взяли? — выдохнул Алекс, давя желание встать, встряхнуть обоих и заставить осознать, что они не в игрушки играют. Не время для питомцев или глупостей.

— С «Пчелки» сняли, — ответил за Мишку Ник, поедая паек.

Запах оказался сильнее нарисовавшейся проблемы, так что Алекс начал есть, решив, что позже со всем разберется.

После еды их всех неумолимо потянуло в сон. Имхар без просьбы изменил форму кресел, вытянув по длине. Мишка завалился на спину, уложил «паразита» на грудь и принялся его почесывать, отчего тот начал менять шерсть с зеленой на малиновую и обратно.

— Он тепло любит, — сказал, ни к кому не обращаясь, Мишка, — и маленький еще. Обидеть могут.

И он красочно принялся рассказывать о спасении малыша от злобной черной твари. Выходило душераздирающе и эпично.

— Не оправдывайся, — фыркнул Алекс, мужественно назначая себя первым на дежурство. Хотя глаза слипались, но кто-то должен был приглядеть за обстановкой. — Учти, сам взял — сам отвечаешь. И до первой проблемы с Паразитом, понял?

Мишка облегчено выдохнул и сразу повеселел, а через пару минут успокоено засопел носом.

— Разбуди меня, я следующий, — сонно попросил Ник.

Алекс стиснул зубы, ощущая, как дрема накатывает все сильнее, а глаза слипаются так, что сил нет противостоять и голос шепчет в уши: «Спа-а-ать».

Глава 9

Еще не открывая глаз, Алекс понял, что проспал все на свете: и дежурство, и Софию — девушки рядом не было.

Выругался с отчаянием, подозревая, кому сказать «спасибо» за сладкий сон, сел рывком, огляделся. Он лежал на все тех же скафандрах, заботливо прикрытый одеялом. Рубку наполняло уютное сопение — парни крепко спали. Ник тоже обзавелся одеялом, а Мишке досталось сразу два, видимо, второе полагалось дрыхнувшему на его груди Паразиту.

И даже гадать не нужно было, кто о них позаботился. Вот, стоит на своем рабочем посту, спорит о чем-то мысленно с Имхаром. По крайней мере, жестикуляция была именно такой… агрессивно-протестующей.

Спелись парочка… Один их усыпил — Алекс даже не почувствовал, как проснулась Софи, как устроила его удобнее и накрыла одеялом, а должен был без вариантов среагировать — у него всегда был чуткий сон.

Вторая…

Он бросил взгляд на пол, где остался нетронутым контейнер с едой. Даже не поела! Алекс стиснул кулаки, чувствуя, как внизу поднимается горячая волна гнева. Ладно, его приказы не воспринимает. Считает себя умной и самостоятельной. Но при этом совершенно не заботится о себе! А это уже ни в какие ворота…

Первый порыв проорать «Курсанты подъем!» Алекс подавил. Смысл? Пусть спят. Неизвестно, что случится, когда они достигнут места заточения Феникса. Может, сутками спать не придется. Да и воспитательные беседы лучше проводить без свидетелей.

Он поднялся, одернул термобелье, расчесал пятерней волосы.

Подошел, встал за спиной у девушки. Посмотрел на летающие под ее руками изображения. На каких-то Софи останавливалась, увеличивала и начинала беззвучно обсуждать с Имхаром. По крайней мере Алексу так казалось.

— Кхм, — кашлянул он, ощутив внезапную неловкость. Девушка недавно приняла душ и от мокрых волос приятно пахло свежестью. — Ты почему не поела? — спросил он, раздражаясь от неожиданного чувства.

Софи замерла, а потом, не поворачиваясь, с насмешкой поприветствовала:

— И тебя с добрым утром.

Алекс смутился окончательно, обозвал себя тупоголовой железкой — о вежливости-то забыл!

— Я поела, — добавила девушка. — Меня Имхар покормил и, кстати, он оборудовал туалетную комнату, вот там, — она махнула рукой в сторону, где на стене виднелась вполне привычная дверь, еще и с золотой ручкой в виде львиной лапы. Это ручка — с претензией на дворцовую роскошь — добила его окончательно.

— Поела, — тупо повторил Алекс. — И что именно?

— Мясное пюре, батончик, фруктовое пюре и чай, — перечислила Софи, добавив: — Кстати, вкусно было. Рекомендую.

Алекс моргнул, пытаясь сообразить, каким образом содержимое аварийного запаса оказалось у Имхара.

Получается, он его скопировал?! А они еще угорали над тем, что Паразит жрет все подряд, даже кубик сублимированного чая попытался в себя запихнуть. Отобрали, конечно, но выбросили, как испорченный. Потом, кстати, тот куда-то пропал. Чай, конечно, не Паразит. Зеленый найденыш с Мишки не слазил.

Похоже, его стоило назвать не Паразитом, а Копиркой. Других версий, как Имхар смог заполучить образцы еды, у Алекса не было.

— Ладно, — согласился он, понимая, что спорить бесполезно. — Молодец, что поела. Имхар, если можно, нам то же самое. Три порции.

Нечего откладывать неизбежное. Пайки скоро закончатся, надо переходить на местную еду. София вон жива и невредима после трапезы. А они что? Трусливее девчонки или нежнее ее желудка?

— Будет сделано, — пропел вдруг Имхар голосом Софии.

Алекс округлил глаза.

— Прости, — девчонка обернулась, продемонстрировав виноватую физиономию. — Имхару нравится мой голос.

— Да я не против, — закашлялся парень, скрывая смущение, — мне он тоже… Ничего так. Сойдет.

И он поспешил удалиться в комнату с львиной лапкой вместо ручки.

Тут было все еще более по земному: раковина, душевая кабина, туалет. Алекс заморгал от неожиданности. На мгновенье показалось — на Землю вернулся, но он заставил себя шагнуть к зеркалу, посмотреть на отражение и приказать самому себе:

— Ты справишься!

Отражение ласково улыбнулось, одобрительно кивнуло головой и когда он в ужасе отшатнулся — шаловливо подмигнуло.

Сил не осталось даже на ругательства, потому Алекс прикрыл глаза, досчитал до десяти — дедовский способ работал даже спустя сотни лет — и открыл кран. Плеснул в лицо ледяной воды. Зачерпнул, полил на голову — волосы встали мокрым ершиком. Поскреб подбородок, жалея, что бритва осталась в академии. На себя он принципиально не смотрел.

К унитазу подходил с опаской, но тот решил ради разнообразия притвориться обычной сантехникой. Даже слив воды появился.

Ради девчонки старается. Боится испугать единственного пилота, — не без зависти подумал Алекс, выходя из комнаты и вздрагивая, когда сквозь уже закрытую дверь до него донесся знакомый звук ожившего унитаза.

Некоторые вещи не меняются, — подумал он с облегчением и рявкнул со всей дури:

— Курсанты, подъем!

Парни скатились с лежаков, с сонными глазами выстроились по стойке смирно и только потом до них начало доходить, где они.

— Черт, Алекс, что пугать так? — выдохнул Мишка, и сидящий у него на плече Паразит укоризненно качнул конечностью.

— Голос, как у нашего прапора, — согласился Лешка. — Мне аж со сна показалось, что мы в «Избушке».

— Так, курсанты, отставить разговорчики! — Алекс сурово сдвинул брови. — То, что мы на инопланетном корабле, не дает вам право маяться дурью. Пять минут на водные процедуры, потом зарядка, завтрак и будем с Имхаром продолжать восстанавливать корабль.

Софи отозвалась одобрительным смешком.

— А кстати, — Алекс повернулся к ней, — может, наш уважаемый пилот подскажет расчетное время прибытия к заданной точке?

— Расчетное время прибытия, — пропел девичий голос сверху, — десять земных часов. Я подготовлю список работ, мальчики. Завтрак будет подан через ваши тридцать минут.

Алекс полюбовался на отвисшие челюсти друзей и напомнил:

— Пять минут на мытье. Дверь вон там.

— Две Софии перебор, — жаловался Мишка, убирая со лба влажные волосы. — У меня такое чувство, что Имхар становится похож на нее, а она на него. Ты ее взгляд видел? — и парень с опаской покосился на девушку. — Прям мурашки по коже.

— Придумываешь, — пожал плечами Алекс. Лично он ничего странного не наблюдал, лишь усталость и напряжение от сложной работы. Сам бы он, наверное, чувствовал себя еще хуже. Все же такая ответственность — управлять живым кораблем.

В ожидании завтрака он попытался выяснить у Софи, чем конкретно она занимается.

— Понимаешь, — хмуря лоб, пояснила девушка, — Имхар — живой организм. Неисправная часть у него будет болеть, как, например, у нас больная печень или сердце. Так что сейчас я практически врач. Моя задача ощутить то, что он чувствует, разобраться в этих ощущениях, найти проблемную зону, оценить сложность поломки и проверить эффективность ремонта, гм, лечения.

Алекс лишь головой покачал. Это настолько расходилось с тем, чему его учили в академии… «Дурдом», как любил говаривать Мишка.

— Ты чувствуешь корабль? — спросил он потрясенно.

— Начинаю, — призналась девушка. — По чуть-чуть. Для моего мозга это слишком сложно, так что Имхар не торопится давать мне полный доступ. Сейчас, например, я сканирую и оцениваю двигатели. Странное чувство. Ощущаю их, как часть себя.

— Дай знать, если тебе что-то понадобится или возникнут проблемы, — Алекс сочувственно посмотрел на Софи и отошел, чтобы не мешать.

— Мы ничего не знаем об их связи, — решил высказаться Николай, перейдя на шепот, — но уверен, ментальная связь влияет на мозг. Я бы присмотрел за девчонкой. Если начнет чудить…

— Мы не станем ничего делать, — оборвал его резко Алекс. Друзья все время упускали из вида тот факт, что сами они Имхару не нужны. Если с Софи что-нибудь случится, корабль выкинет их за борт, как ненужный балласт, требующий много ухода: еды, воздуха, питья. — А насчет чудить… Сами хороши, — и он указал на Мишку, который нежно почесывал лежащего на коленях Паразита.

Истекли обещанные полчаса, часть пола провалилась внутрь и на платформе вверх поднялся столик со стульями. Горели синим потусторонним светом пять свечей на серебряном подсвечнике. На белоснежную накрахмаленную скатерть было больно смотреть. От голубых, с золотым орнаментом тарелок веяло роскошью и титулом не меньше графа. Ножей не наблюдалось. Зато вилок было аж три. Чашки больше напоминали кукольные по размеру, а рядом с каждой тарелкой присутствовало накрытое колпаком блюдо — все по этикету.

— Завтрак подан, господа, — торжественным голосом дворецкого в …дцатом поколении объявил Имхар.

Мишка потрясенно крякнул. Встал, с опаской приблизился к столу. Ткнул пальцем в скатерть, точно та была живая. Беспомощно посмотрел на парней и дрожащим голосом предложил: — Может, пайком обойдемся? У нас даже галстуков нет, молчу о смокингах. А куда за такую красоту без смокинга?

Мишка был родом из модного эко-поселка, где жители занимались восстановлением навыков работы на земле, выращивали овощи, заводили животных и жили очень скромно, исповедуя принцип «простота во всем». Так что подсвечник парень сейчас первый раз в жизни видел, как и подобную посуду.

— Имхар, у тебя есть доступ к земной информации? — поинтересовался Алекс, подозревая, что им случайно достался вариант аристократического завтрака.

— Скачал несколько пакетов. В одном был показан прием пищи особями вашей расы, но я добавил кое-что от себя, — подтвердил с гордостью Имхар и озабоченно уточнил: — Вам не нравится?

— Нет, все прекрасно, — от чистого сердца заверил Алекс. Сам он частенько бывал на приемах, которые устраивала его семья для друзей. Так что белоснежными салфетками его было не удивить. — Просто неожиданно, — честно признался он. Махнул рукой, командуя: — За стол, господа курсанты. Руки, надеюсь, у всех чистые? Живность на скатерть не пускать.

И первый занял место, постелил салфетку на колени, снял колпак с блюда…

— Нет, в целом, есть можно, — признал Мишка, слизывая с энергетического батончика мясное пюре. — Только в следующий раз хорошо бы все не в одну тарелку, а разделить. Но главное, вкус — не отличить от нашего, а так… лучше не думать, из чего оно сделано.

Да, признал Алекс. Вкус действительно не отличить. И организм — он прислушался — принял все без последствий.

Чай пришлось по несколько раз разливать в кукольные чашки, еще и держать их двумя пальцами, дабы не раздавить.

— За успешную миссию, — салютнул Ник своей крохотулькой.

— За то, чтобы мы все вернулись домой, — поддержал его Мишка, стукнул пальцем по потянувшейся к чашке конечности — Паразит занял свое любимое место на плече парня.

— За Феникса, — присоединился Алекс, и Софи ему благодарно улыбнулась.

— За нас! — одним глотком осушила она чашку и заторопилась обратно — на пост.

Потом они исполняли роль ремонтных клеток: меняли, перебирали, чистили, заливали новую жидкость в баки, совершенно не понимая, что делают, но по словам Имхар «отлично справлялись».

А затем раздалось долгожданное: «Один земной час до цели».

Они успели принять душ, вычистить одежду, поужинать копией аварийного пайка и занять места в креслах перед ставшей прозрачной стеной.

От заглянувшего внутрь космоса повеяло холодом. Софи поежилась, ощущая себя крохотной пылинкой, да и парни выглядели напряженными, словно готовились к драке.

В стороне далекой пушистой спиралью закручивалась галактика Андромеда. Загадочно мерцали незнакомые звезды. Но рядом со звездолетом не наблюдалось ни планеты, ни звезды, лишь черная пустота смотрела на них оттуда с тревожащей душу жадностью и чувствовался чей-то взгляд. Чужой. Неприятный.

— Не похоже на земной сектор, — озабоченно высказался Ник.

— Феникс пропал около Росса сто пятьдесят четыре, — припомнил Алекс, пытаясь взглядом найти красный карлик, ну или гигантов созвездия Стрельца. — Имхар, где мы?

— Пытаюсь наложить ваши карты на мои данные, — бодро отчитался девичий голос.

— Не так уж и важно, где мы, — проворчал Мишка, — главное, где ловушка и Феникс. Если здесь стоит такая же защита, как на Имхаре, мы вообще сможем ее разглядеть?!

— Восстановление системы шестьдесят три процента, — заверил их Имхар.

— А этого хватит? Если ловушка не только с пассивной защитой, но и с активной, мы отобьемся процентами или нас разнесут, как тарелку в тире? — допытывался Ник.

— Ловушка скорее всего мигрирует. Вряд ли она привязана к какой-то точке, — попытался рассуждать Алекс. — Значит, с момента попадания в нее Феникса, она могла сместиться к Скорпиону или Южной короне. Имхар, что требуется, чтобы вскрыть ловушку?

— Подбираю режим сканирования.

Черное пространство перед кораблем подернулось белой полупрозрачной дымкой, мигнуло в серый, потом в зеленый, и до Алекса дошло, что это мигает не космос, а экран перед ними. Имхар перебрал еще несколько режимов, остановившись, когда темнота приобрела объемную бархатистость, и на ней серебряными линиями прорезался узор, вычерчивая сложную фигуру, похожую на вырезанную из бумаги снежинку.

— Фиксирую три ментальные активности.

Где-то в центре снежинки мигнули, загоревшись три алые точки.

— Олег, — ахнула Софи и заторопилась, нервно сжимая ворот комбеза. — Имхар, быстрее. Ты же говорил, что знаешь, как вскрывать такие ловушки.

— Знаю, — в голосе Имхара появилась нотка вины, — и вскрывал с наставником, но один, без старших, не пробовал.

— Без старших? — ребята обеспокоенно переглянулись.

— Я не успел полностью вырасти, когда разразилась Последняя война, — голос Имхар наполнился печалью, — меня спрятали и отправили в сон. А потом я проснулся… И не нашел никого из своих. Тогда я решил отыскать хотя бы пилота, но тот все не находился. А потом я услышал зов…

— Капец, — прошептал потрясенно Мишка, — он еще и ребенок!

— Сам ты ребенок! — возмутилась Софи. Повернулась к парням. В глазах горело возмущение. — Да он умнее всех нас вместе взятых! Имхар, не переживай, мы поможем. И не бойся. Я вот вчера впервые села за штурвал «Стража» и ничего, справилась.

— Поможем, — торопливо добавил Мишка, — только скажи, чем. Ну и насчет возраста. Прости… погорячился. Ты вон сколько спал. У нас говорят — во сне растешь. Так что ты уже точно вырос. И больше не маленький.

— Поможем, — подтвердил Ник, озабоченно прикидывая размеры «снежинки». Выходило, несоразмерно больше, чем их корабль. — Мне только интересно, чьи технологии мы собираемся взламывать и какая там сложность защиты…

Обзорное стекло потемнело, на нем возникло изображение чьей-то битвы. Неизвестные корабли стреляли синими энергетическими пульсарами, пытаясь пробить защиту противника, те в ответ отстреливались чем-то непонятным, похожим на торпеды, которые, подлетая к кораблям, облепляли их защитное поле, буквально проедая его.

— Старшие говорили, мы были слишком разными, чтобы жить в мире. Эхсманы верили в силу материи. Они даже свои тела уничтожали, заменяя его на сплавы металлов. Они черпали силу в мертвом, мои же создатели — фальены — в живом… Война с эсхманами длилась долго. Она то затухала, то вспыхивала вновь, пока эсхманы не создали оружие, способное уничтожать целые планеты, взрывая их ядра. Создатели почти сразу потеряли шесть планет.

Перед лицами потрясенных ребят разворачивалась трагедия планетарного масштаба. Взрывались, разлетаясь на множество обломков, целые планеты, становясь облаком каменного мусора.

— И тогда фальены сделали единственное, что могли, чтобы остановить собственное уничтожение, они создали смертоносный вирус. За считанные месяцы он уничтожил цивилизацию эсхманов — после них осталось ржаветь их столь любимое железо.

На экране песком заметался металлический остов какого-то корабля, хозяйничали лианы, покрывая собой опустевший город.

— Но вирус каким-то образом проник на территорию фальенов. Эпидемия вспыхнула сразу на нескольких планетах. Думаю, это было последней диверсией эсхманов. Что случилось дальше — я не знаю. Меня спрятали, погрузив в анабиоз, а когда я проснулся, то не смог связаться ни с кем из своих.

Стекло снова стало прозрачным, демонстрируя идеальную геометрию ловушки.

— Н-да, — протянул Николай, — эпично, после такого наша история кажется блеклой и скучной.

— Тьфу на тебя! — скривился Мишка. — Не хватало только этих монстров, наполовину из металла сделанных, встретить. И что ты ему противопоставишь? У него одна рука с легкостью сотку жмет. Разве что с дальней дистанции расстреливать, так еще попробуй его сплав пробить. Кстати, а в этой ловушке их не осталось? Ну там… погрузили как тебя в анабиоз… Вдруг мы, попав внутрь, случайно этих спящих красавцев потревожим? А у нас из оружия только слово. Или ладно, пусть самих эсхманов там нет, но андроиды-то могли остаться. И кстати, с чего это такое долгожительство? Ты, понятно, спал, а она? — и Мишка ткнул пальцем в серебристую снежинку.

Парни тревожно переглянулись. Алекс ощутил, как по спине ползет неприятный холодок. Идея встретить набитого металлом эсхмана ему категорически не понравилась. Да и с вирусом не понятно что. Если тот живучий… Не хватало только принести на Землю заразу, уничтожившую две цивилизации. Он, конечно, подозревал, что легко не будет, но столько осложнений сразу… Голова аж болеть начала от всех этих мыслей.

— Ловушка автономна, не обитаема и живет за счет поглощаемых ею кораблей, — ответил Имхар. — А эта выжила столько времени, потому что повезло с траекторией.

— Черный странник, — с ужасом ахнула Софи, и все четверо по-новому посмотрели на парящую перед ними снежинку.

Мишка попытался погасить эмоции ругательством, но в итоге ограничился яростным мычанием, перемежаемым предлогами и междометиями. Алекс его мысленно поддержал. Ситуация была… Причем полный.

— Жирная какая, — с ненавистью проговорил Мишка, — разожралась, поди, на наших кораблях, тварь.

— Подорвать бы чем, — поддержал, сжимая и разжимая кулаки, Ник.

Алекс больше не видел в снежинке красоты. Теперь бархатистая тьма казалась ему жирной пиявкой, повисшей среди звезд.

— Сначала достанем оттуда наших парней, — возразил он, ощущая, как в груди начиная печь от ненависти, — а потом будем уничтожать. Имхар, я прав? Нам придется идти внутрь?

— Шансы на выживание при локальном изъятии составляют больше пятидесяти процентов, — одобрил его план Имхар.

— А без изъятия? — с подозрением уточнила София. Выглядела она не очень: лицо бледное, взгляд застывший, словно она пыталась им дотянуться сквозь пространство до трех, мерцающих внутри снежинки точек.

— Не поддаются просчету, — ушел от ответа Имхар.

— Врет, — громким шепотом известил Мишка.

Алекс нахмурился, состроил строгое лицо, мол, не нарывайся. Даже если Имхар не хочет расстраивать своего пилота, ничего плохого в этом нет. Итак понятно, что невозможно остаться в живых при уничтожении ловушки. Впрочем, не известно, хватит ли у них сил, чтобы взорвать эту дуру. Мишка правильно сказал «разожралась». Они против нее слабовато выглядят. Одна надежда, что у Имхара есть хитрый способ, как превратить хищницу-снежинку в пылевое облако обломков.

— Я с вами, — категорично заявила девушка, и парни переглянулись с кислыми лицами.

— Не получится, — Алекс постарался, чтобы его голос звучал ровно и спокойно, — чтобы вытащить наших оттуда нужен скафандр. Желательно три, но лучше мы совершим три ходки, чем разделимся. Даже вдвоем идти риск.

— Кто-то же должен нас спасти, если все пойдет не по плану, — Мишка примиряюще улыбнулся нахмурившейся девушка. — Ты по крайней мере сможешь привести сюда помощь, а если мы потеряем единственного пилота…

Ник мученически возвел глаза к звездному полотну. Они все здесь были пилотами, впрочем, Мишка прав. Они были хорошими пилотами, но обычными. Никто из них не слышал голос Имхара у себя в голове.

— Пожалуйста, останься, — попросил Алекс, стараясь не сорваться на приказной тон. Не время вспоминать, что он тут главный.

Девушка расстроено кусала губы, на лице застыло выражение досады и разочарования. Парни замерли, ожидая ответ.

— Хорошо, — тряхнула волосами Софи, привычно убрала челку с глаз, — но нам нужна связь.

— И оружие, — вдохновленно потер ладони Мишка.

— И защита, — азартно добавил Ник.

— Нам нужно обеспечить доступ Имхару внутрь, а он уже обеспечит связь, найдет для нас местоположение парней, ну и получит возможность вскрыть ловушку, — определил круг задач Алекс.

Связь решили использовать ту, что была в скафах. Имхар подключился к «Стражам», обеспечив трансляцию в рубку.

— Ваши глаза, — торжественно возвестил он, и к ноге Алекса бодро приползо… нет, все-таки протопала светло-коричневая многоножка. Не став медлить, уцепилась за штанину и поползла по окаменевшему парню.

— Ненавижу пауков, — простонал рядом Ник. Алекс скосил взгляд, чтобы увидеть, как по спине друга на плечо заползает что-то лохматое и многолапое.

— Паразитушка, солнце мое, ты у меня самый симпатичный, — лучащимся от радости голосом заявил Мишка.

— Я его прибью… — мрачно заявил Ник, не став пояснить кого: Мишку или своего нового соседа, но ухмылка на лице друга стала еще шире и злораднее…

— Оружие? — без энтузиазма — воображение рисовало исключительно ползающие гадости — уточнил Алекс.

— Будет сопровождать, — заверил их Имхар.

Алекс представил, как они топающей, шуршащей толпой вваливаются к эсхманам и не удержался от нервного смешка. Хорошо, что ловушка не обитаема, а то хозяева знатно бы удивились. Впрочем, они же привыкли воевать с фальенами, так что их живыми лазерами не удивить.

— А как мы туда попадем? — уточнил Мишка, поглаживая Паразита.

— На «Стражах», — ответила вместо Имхара Софи. — Ловушка поглощает корабли. С прошлой трапезы прошло, — она запнулась, — почти два года. Она явно проголодалась.

— Ты хочешь, чтобы нас сожрали? — возмутился Мишка. — Ни за что! Не желаю, чтоб меня переварили как кусок мяса.

— Вы не успеете пострадать, — без уверенности пообещал Имхар, — как только вы окажетесь внутри, я получу доступ и остановлю процесс переработки.

Алекс кивнул. План рабочий. В теории.

— Нам нужен канал эвакуации. Мы не сможем взять лишнего человека на борт.

— Обеспечу, — заверил Имхар. — Вскрыть часть обшивки не сложно. Ловушка очень старая. Защита еле держится. Проблем с доставкой на борт быть не должно.

— Тогда работаем, — Алекс встал, указал на дверь туалетной комнаты. — Всем посетить. Ник, на тебе подготовка скафа Софи. Нужно забрать запас кислорода с машины. Мих, возьмешь остатки аварийного запаса, вернешь на место. Не знаю, что нас там ждет, так что пусть будет. Имхар, можно обеспечить дополнительный воздух?

— Я попробую, — пообещал корабль.

— Отлично. Софи, у меня для тебя особое задание.

И работа закипела.

Глава 10

Имхар отошел подальше от ловушки и три «Стража» покинули его борт, легли на курс, изображая патрулирование. Алекс надеялся, что изображают они его правдоподобно, хотя вряд ли Черный странник разбирался в подобных вещах.

— Я маленькая пчелка, летаю тут жужжу, — отчаянно фальшивя, бодро напевал Мишка по общей связи, — прогуливаюсь мимо, приятность навож-ж-жу.

— Заткнись, — хором попросили его парни.

— Я, между прочим, непринужденную обстановку создаю, — насупился Мишка.

— Мальчики, не бойтесь, если что, мы с Имхаром вас вытащим, — звонкий девичий голос наполнил собой кабину. Алекс не удержался, фыркнул. Он четверокурсник, почти выпускник, отличник и один из лучших пилотов, мужчина, наконец, а тут «Мальчики не бойтесь». Обидно, между прочим. С другой стороны… Имхар их единственная поддержка. Случись что… В академии даже не знают, в какой стороне вселенной их искать.

— Парни, готовность, — на экране замигала точка их цели. Так-то они снежинку визуально не наблюдали, но Имхар заложил курс в бортовые компьютеры.

Без привычного голоса Башни в кабине было непривычно — Алекс себя уязвимым ощущал, а потому перебрасывался репликами с парнями чаще обычного.

— Если не клюнет? — засомневался Ник.

— Будем соблазнять, — в шутку предложил Алекс и качнул крыльями. — Облетаем, — скомандовал он, и тройка «Стражей» красиво легла на крыло, отворачивая чуть в сторону.

Следующая петля должна была привести их в плотную к снежинке.

Софи, стиснув кулаки, наблюдала за истребителями. Имхар обрисовывал машины контуром, чтобы легче было за ними следить. А рядом… в чернильном бархате слабо мерцали три точки… Одна из которых ее брат.

Девушка прикусила губу, заставляя себя успокоиться, но тревога лишь нарастала, сердце уже стучало в ушах, живот скручивало, а голова была полна пугающих мыслей. Софи боялась. Не за себя, за тех, кто сейчас сидел за штурвалами «Стражей».

Угоняя машину и покидая академию, она готова была рисковать собой. Но вот рисковать другими — нет. Пусть это было их решение — отправиться в ловушку, но Софи предпочла бы сейчас сама вести «Стража», подвергать себя опасности и спасать брата, чем стоять перед экраном и смотреть, как ее работу выполняют другие.

Алекс настаивал, чтобы Софи дала обещание: если у них ничего не получится, она отправится за помощью. Одна ее часть соглашалась: взрослые разберутся лучше, у них есть опыт, сила и корабли. Вторая отчаянно протестовала: нет у них средств, которые могли бы засечь ловушку, не говоря уже о том, чтобы вскрыть ее или уничтожить…

Ничего толком не решив, она понадеялась на лучшее.

Ждать было невыносимо, и Софи, чтобы убить время, занялась просмотром данных, которые нашел об эсхманах Имхар.

Когда в кабине внезапно погас свет, умерло табло и стало тихо-тихо — заглохли двигатели и в голове аж зазвенело от тишины, Алекс запаниковал, хотя и ждал нечто такого. Грудь сдавило, пульс ускорился, во рту пересохло, в ногах поселилась слабость. Возникло чувство, что его заживо похоронили, но по плечу ободряюще стукнули, мол, все нормально, не паникуй. К ноге прижался кто-то, напомнив, что в кабине он не один.

«Страж» сейчас летающим зверинцем можно было назвать. Алекс до конца так и не сосчитал своих напарников. То ли пять, то ли восемь помощников отправил с ним Имхар.

Потом вспомнилось «Мальчики не бойтесь», и он выдохнул, расслабляясь. Заставил себя отпустить штурвал. Попробовал связаться с парнями — ожидаемо глухо. Связь с Имхаром тоже не работала.

«Ждем», — приказал он себе, вглядываясь в черноту за стеклом.

Приземление он почувствовал толчком. Машина замерла, перестав покачиваться.

По плечу нетерпеливо постучали, мол, давай, не тормози. Алекс нерешительно потянул на себя рычаг открытия колпака. Тот пополз вверх и… ничего не изменилось. Вокруг все так же лежала непроглядная темнота. Только тьма приблизилась, жадно облизала стекло шлема, и Алекс подавил приступ тошноты.

Колпак еще не успел открыться полностью, как по коленям кто-то рванул наверх. Пихнул в плечо, отталкиваясь. Внутри скафа к шее прижалась многоножка, то нагреваясь, то становясь холодной — похоже, устанавливала связь, и Алекс опомнился, устыдившись своему бездействию.

Да и нет времени раскисать. Кислорода у него часов на пять осталось.

Он достал из-под сидения фонарь, закрепил на плечо, включил.

Тонкий луч света пробивал тьму буквально на пару шагов. Но лучше так, чем ничего.

Дальше надо было выбираться из «Стража», искать парней, осматриваться. Алекс отстегнул ремни, нащупал оружие, проверил резак на поясе и вылез на крыло.

Касательно оружия у них вышла громкая перепалка. Мишка требовал хоть что-то, хоть швабру и с пустыми руками лезть в ловушку отказывался.

Имхар продемонстрировал зеленый «шланг», Мишка разорался об оружии настоящих мужчин, Ник поддержал. Зрел бунт. И тогда Софи предложила распотрошить ремонтные ящики «Стражей». На скорую руку разобрали, смотали, соорудив что-то вроде копий, больше для уверенности, чем для драки. Ну и резак в ножнах неплохая вещь.

— Ждун, прошу ответь. Леша, все в порядке? Вы живы? Вихрь, Умник, вы меня слышите? — голосом Софи булькнула вдруг многоножка. Алекс чуть не упал от неожиданности.

— База, это Ждун, — голос от облегчения дрогнул, — мы внутри. Вы видите картинку?

— Пока нет, но Имхар работает. Минутку, — и девушка отключилась, Алекс спрыгнул вниз и… ноги не коснулись пола. Он полетел дальше, запаниковал, дернулся, завертел головой, растопырил руки, пытаясь за что-нибудь зацепиться.

— А-а-а, — голосом Мишки вдруг заорала многоножка. Алекс попробовал найти взглядом фонарь друга, но вокруг была все та же тьма, в которой он куда-то летел.

— Ник, если меня слышишь, оставайся на месте! — крикнул Алекс.

— Поздно, — с мрачным спокойствием известила его многоножка.

Алекс изогнулся, попытался сместиться вправо — может получиться достать до стены и там зацепиться хоть за что-то. И тут в луче фонаря мелькнула какая-то конструкция. Алекс пихнул ногами воздух, рванул вперед и влетел во что-то твердое, покатился. От удара перехватило дыхание, заныло правое запястье, и некоторое время он просто лежал, переводя дух. На шее завозилась многоножка, Алекс выдохнул — цела.

— Парни, тут платформа. Я зацепился, — отчитался он, понимая, что вряд ли это поможет.

— Есть картинка, — вдруг заявила многоножка. — Ждун, можешь покрутить головой?

Сначала надо встать, — усмехнулся Алекс. Приподнялся. Попытался нащупать выроненное при падении копье.

— Левее, — подсказала многоножка, — пара метров.

Алекс предпочел их проползти на четвереньках. Нащупал копье, с его помощью поднялся, огляделся.

Связь взорвалась нечленораздельным воплем, через пару секунд сменившимся торжествующим:

— Есть! Приземлился. Но, судя по ощущениям, ниже тебя, командир.

Вот только этого не хватало — разделиться! — поморщился Алекс, с тоской представляя свое одинокое путешествие по чужой темноте.

— Умник, — позвал он, однако Ник не ответил.

— База, есть связь с Умником? Где он сейчас можете определить? — голос звучал спокойно и ровно, но внутри все сжималось от страха за друга.

— Работаем, — так же сухо отозвалась Софи.

Алекс стиснул зубы, заставляя себя успокоиться. Он должен принять непростое решение. На нем ответственность не только за жизни парней, но и за успешность операции. Придется разделиться. Если Ник ранен, Мишка и один его вытащит. Вдвоем надежнее, конечно, но в таком случае об операции можно будет забыть. А ему хотя бы добраться до цели, оценить, в каком состоянии пилоты… Есть у него подозрение, что не все так просто. Ловушка зачем-то сохранила им жизнь. Еще и поддерживала: питание, кислород… Один только вопрос: зачем.

— Вихрь, на тебе Умник. Найди его.

— Есть! — донеслось по связи. — Не переживай, мы с Паразитушкой его быстро найдем.

Алекс кивнул. Он и не сомневался. Несмотря на всю несерьезность характера и любовь к глупым шуткам, Мишка был отличным товарищем.

— База, где цель? Далеко?

— Ждун, они в паре уровней выше тебя, — с сомнением отозвалась Софи и предложила: — Может, вам не стоит разделяться?

— База, веди меня, — приказал Алекс, не до конца понимая, как передвигаться в корабле, который представлял собой гигантскую трубу с хаотично расположенными внутри узкими платформами. Тяготение здесь присутствовало. Так что без реактивного ранца нечего было и думать о том, чтобы взлететь обратно.

— Сейчас поднимем, — отозвался Имхар, и что-то гибкое скользнуло на талию парня, обвилось, потащило вверх.

Алекс почти не испугался, еще и ухватился рукой за толстое щупальце, ощущая себя кем-то вроде дикого парня на лиане. Его почти нежно поставили на очередную платформу, погладили по стеклу шлема. Он даже не отшатнулся, начиная уже привыкать к напарникам.

— Это транспортные линии, — решил вдруг пояснить Имхар. — Детали кораблей спускают сверху, каждая отправляется в свой цех по нужной платформе.

Алекс задрал голову, оценивая размеры переработочного завода. Н-да… «Стражи» тут за легкую закуску сойдут. Да и крейсер легко поместится.

— Тебе направо, — нервно поторопила его Софи.

Он сделал пару шагов, как вдруг наткнулся на что-то, отозвавшееся стоном по связи.

— Ник! — Алекс рухнул на колени. Выхватил с крепления фонарь, осветил скафандр друга, оценивая повреждения. Так. Фонарь разбит, но все остальное выглядит целым. Алекс перевел дух — хоть что-то хорошее.

— Ты как? Слышишь меня? — затормошил он Ника за плечо.

— Ждун, это база, мы определили местоположение Умника, и он… — голос Софи дрогнул, — рядом с тобой.

— Да, я на него почти упал, — подтвердил Алекс. — Данные можете считать? Пульс, давление.

— В порядке я, — хрипло отозвалась связь. — Упал неудачно. Кажись, рука сломана. Левая. Помоги встать.

Алекс подставил плечо. Ник, шатаясь, оперся. Шумно выдохнул.

— Показатели выравниваются, болевого шока нет, — бодро заявился база. — Вихрь поднимается, скоро будет у вас.

— Идти сможешь? — с тревогой спросил Алекс, подозревая, что у Ника еще и сотрясение. Не просто так тот сознание потерял.

— Норм, — кивнул тот.

— Парни, лифт зашибись, — радостно оповестила их темная фигура, оказываясь на платформе. — А тут ничего так. Темновато, правда, как в за… гм. База, скаф не потеряли?

— У вас за спиной, — оповестила их база.

Что же… Доставка не подвела и это радовало. Алекс обернулся — очередное щупальце помахало ему, обнимая кольцами запасной скафандр.

— Умник, может, нас здесь подождешь? — предложил Алекс, но Ник помотал головой.

— Парни, я с вами, — прохрипел он. — Справлюсь.

— Я подстрахую, — предложил Мишка, и они втроем медленно двинулись по платформе.

Два пятна света скользили по проходу, пробивая на пару метров темноту. Материал, из которого была сделана ловушка, был незнаком. Но здесь, в отличие от Имхара, все было привычным: ребра жесткости, какие-то балки, решетки на потолке.

— Если тут такая темень, то нет живых, — рассуждал Ник. — Роботы наверняка по меткам передвигаются, команды же получают по сети. Свет им не нужен. Кислород тоже.

— Тогда как? Наши? — опешил Мишка.

— Скорее всего анабиоз, — ответил за Ника Алекс.

Парни замолчали. Мысли у всех были нерадостные.

— До цели тридцать метров, — оповестила их Софи.

— База, когда здесь поймут, чем мы занимаемся? — поинтересовался Алекс, прикидывая шансы выбраться без потерь. Если ловушка выяснит, что на борту завелись диверсанты, что она предпримет? Скорее всего выведет роботов на охоту. Любой разборщик техники может превратиться в опасного врага со своим лазерным резаком. С другой стороны… здесь такая древность… Непонятно, как вообще не развалилось. Можно надеяться, их примут за очередной сбой, которые, вероятно, тут не редкость.

Такой маленький сбой в три личности.

— Я дам знать, — уклончиво отозвался Имхар.

И парни невольно ускорили шаг.

— Здесь, — остановила их Софи. Щупальце из-за спины рвануло к стене, вскрыло обшивку, что-то нажало и часть стены поехало в сторону. Они шагнули внутрь.

Помещение было небольшим. Около стен гробами застыли вертикальные саркофаги. Пара десятков штук, не меньше, прикинул Алекс. Синим светом светились лишь трое.

Мишка первым добрался до такого и, не сдержавшись, замысловато выругался. По связи испуганно охнула Софи, и Алекс пожалел о том, что нельзя прервать трансляцию.

Сам он, стиснув до боли челюсти, смотрел на того, кто когда-то был человеком. Обе руки до локтя у парня были металлическими. Одна нога по бедро тоже. На груди пластина. На лысой голове шрамы.

На фото в зале славы Феникс выглядел иначе. Там он улыбался. А сейчас кожа обтянула скулы, глаза были закрыты, бледные губы скорее подходили мертвецу, только выдыхаемый в трубку воздух говорил о том, что Феникс еще жив. Он висел в подсвеченной синим жидкости, опутанный трубками-шлангами, воткнутыми прямо в тело.

Алекс сглотнул, прогоняя тошноту.

— Она что? — потрясенно прошептал Ник. — Пыталась сделать из них эсхманов?

— Не только Имхар скучает по своим хозяевам, — пожал плечами Алекс. Внутри бушевала буря эмоций и хотелось разнести тут все за бесчеловечность опытов, но в кипящую ярость настойчиво вплетался страх: а остались ли бедолаги людьми? Кого они в итоге спасут? И надо ли таких спасать?

— Эй, парни, гляньте на этого, — позвал их внезапно Мишка, и что-то такое было в его голосе, что Алекс понял — не все сюрпризы на сегодня закончились.

Он подошел к третьему саркофагу и с недоверием прошелся взглядом по синей коже, удлиненному черепу, чуть продолговатым ушам, выдающимся вперед надбровным дугам и ярко-синим губам.

— Это кто? — шепотом уточнил Мишка. — Синюк какой-то. А где наш третий?

Ник предостерегающе покачал головой, мол, не сейчас. Ясно же, что подобные опыты выдержит не каждый, иначе не было бы столько пустых саркофагов. Ну и логично, что снежинке плевать на то, чьей расы жрать корабли и кому вживлять железо.

— Плохо же ты учился, — недовольно проворчал Ник, прижимая к животу поврежденную руку и морщась от боли, — знакомься — айкар. Особь мужская. Гм, половозрелая. Возраст сложно определить, хотя татуировка у него на груди говорит о том, что он совершеннолетний. И он явно здесь дольше остальных, — Ник осуждающе покачал головой, явно не одобряя обе металлические ноги у айкара.

— Ладно, черт с ним. Надо наших вытаскивать, — завелся Мишка.

Алекс уже размышлял над этим.

— Стекло толстое, должно выдержать, — постучал он по нему, и отшатнулся — айкар вдруг открыл глаза. Они оказались у него черными, словно космос. Он скривил губы, явно пытаясь что-то сказать, дернулся и снова отключился.

Алекс моргнул, прогоняя из памяти умоляющий взгляд. Айкары… Всегда были против землян. Фактически единственная раса, принявшая новичков в штыки. Никаких контактов. Нарочитое презрение на собраниях Галактического совета. Такое поведение ни могло не насторожить, так что Земля ответила взаимной нелюбовью, подозревая айкаров во всех грехах.

— База, мы можем отсюда пробить обшивку и вытащить саркофаги в космос? Есть канал отхода?

Имхар долго не отвечал. Мишка успел два нервных круга сделать по комнате.

— Обшивка через один технический отсек. Начинаю готовить пробой и три троса.

— Какие три? — завопил Мишка. — Зачем три? Командир, мы что? Еще и синюка с собой потащим?

— Он тоже живой! — запальчиво возразила голосом Софи база. — Вытаскивать, так всех. Я не собираюсь его убивать.

— Он айкар, дура! — всерьез разозлился Мишка.

— Сам дурак! — отреагировала база.

— Хватит! — вмешался Алекс, вздохнул — решение снова было непростым, но умоляющий взгляд никак не шел из головы. — Забираем троих. Сдадим нашим. Пусть на Земле с ним разбираются.

— Имхар, помощь нужна? — уточнил он, старательно игнорируя обиженное сопение Михи. Пусть обижается. После поймет, что решение командира было верным. Каким бы ни был засранцем айкар, он не заслуживает такой судьбы. Смерть, конечно, была бы милосердием, но после всего, что тот испытал, проходя вживление, Алекс не мог его воспринимать врагом. Айкар теперь был для него одним из трех бедолаг, из которых пытались сделать чудовищ.

— Если вы хотите вернуть свои летательные аппараты, вам стоит поторопиться, — вместо ответа прозвучало по связи.

Парни радостно переглянулись. Еще немного и они покинут ловушку, а после Имхар ляжет на обратный курс. Алекс внезапно понял, насколько он соскучился по палубам «Избушки», по преподавателям и одногруппникам. И ведь всего-то пару дней прошло, а кажется — целая вечность.

— Ты справишься здесь без нас? Если мы отправимся за «Стражами»? — с сомнением уточнил Ник. — И как мы вылетим? Там же защита?

— Защиту я сниму, — заверил их Имхар, — как и выделю сопровождение, правда, процент удачного исхода операции при разделении падает до тридцати.

Мишка присвистнул. Ник выругался. Они потрясенно замолчали, переживая новость о том, что эвакуация «Стражей» будет стоить жизни каждому третьему. А им нужны сто процентов, иначе какой смысл?

Но «Стражи»… Истребители давно перестали быть для парней лишь машинами. У каждого было свое имя. С ними разговаривали, их ругали, хвалили, ими хвастались девчонкам. И вдруг бросить? Фактически боевого товарища. И это не говоря о том, сколько они стоят… Н-да, в академии их за потерю по головке не погладят. Впрочем, они уже столько натворили, что потеря «Стражей» на этом фоне просто теряется.

Саркофаги равнодушно мерцали синим, ожидая их решения.

— Нет, мне Пчелку, конечно, жаль. Черт! Да, я как подумаю о том, что на смерть ее обрекаю… Прибить кого-нибудь хочется. Но если выбирать между Пчелкой и Фениксом… — первым высказался Мишка.

— В конце концов это всего лишь машины, — хладнокровно поддержал его Ник.

— Тогда решено, — кивнул Алекс, радуясь тому, что парни проявили здравый смысл. — База, — обратился он к Имхару, — мы остаемся. Будем эвакуироваться вместе с капсулами. Только скажите, что от нас требуется сделать.

— Вам нужно будет по команде отсоединить капсулы от снабжающих их шлангов и отрезать крепление, — взволнованным девичьим голосом отозвалась база, — используйте для этого резаки.

— Но в таком случае… — начал было Ник.

— У нас будет максимум пять минут, чтобы доставить их на борт и подключить кислород, — подтвердила Софи, добавив: — Мы справимся. Имхар подойдет вплотную.

Ник с сомнением покачал головой — космос есть космос, однако спорить не стал. Алекс его понимал: слишком много «но». Над телами парней знатно поработали. Неизвестно сколько всего они выдержали. И справятся ли с переохлаждением и гипоксией? Теоретически да, а вот практически…

— Вы зацепитесь за капсулы, — продолжала инструктировать ребят Софи, — Имхар подстрахует, чтобы вас не оторвало при переброске.

Алекс заглянул за саркофаг. Осветил фонарем шланги, идущие в стену. В целом работы на минуту. Ничего сложного.

— Умник, ты сможешь? — уточнил он у Ника.

— Не переживай, — бодро отозвался тот, — у меня же левая рука сломана. Справлюсь, командир.

И тут пол под ними содрогнулся, по станции прокатился вымораживающий душу звон. Парни замерли, вслушиваясь.

— Нас засекли, — мгновенно внес ясность в суть происходящего Имхар, и Алекс порадовался тому, что они сейчас здесь, а не пробираются к «Стражам». Хотя здесь до них тоже доберутся, просто не так быстро.

— Блокируем двери, — приказал Алекс, — Умник, не вмешивайся, мы сами. Береги руку. База, можно вырубить управление?

Одно из щупалец скользнуло к панели, справа от дверей, выломало в ней дыру, рвануло какие-то провода, и комнату озарил сноп искр.

— Боюсь, этого будет мало, — озабоченно проговорил Мишка, — и скоро здесь будет жарко, — он поднял копье.

— Помоги, — позвал друга Алекс, врубая резак, — я правый, ты левый, строим баррикаду.

Шланги резались легко, над креплениями пришлось чуток повозиться, но справились они за полторы минуты. Неплохо, хотя нужно быстрее.

— Заваливаем, — крикнул Алекс, и Мишка поспешил к нему. Капсула рухнула, перегородив собой проход. Со второй пришлось попотеть, но они ее подтащили с помощью Имхаровых помощников и водрузили сверху.

— Это их немного задержит, — высказал надежду Алекс. И в тот же момент сильный удар сотряс дверь.

— Ах ты ж… — Мишка отшатнулся и рванул к следующей капсуле — укреплять баррикаду.

Алекс попытался оценить позицию и понял, что бой они тут не удержат. Вдобавок, любая перестрелка грозила нарушить целостность капсул, и тогда парням хана.

Ник думал так же, а потому заработал резаком. Алекс поспешил к нему — помочь.

— Прикрыться надо, — пояснил парень, повернув к нему бледное от боли лицо. Алекс молча оттеснил его, заканчивая работу. Потом толкнул плечам капсулу, и та рухнула, отгораживая их от двери.

— Начинаю отсчет, — прозвучало по связи. — Через две минуты будьте готовы отсоединить капсулы.

В дверь забили с удвоенной силой, оттуда донеслось шипение, по темным стенам забегали желтые искры.

— Взрезают, гады, — прокомментировал Мишка, вставая около левого саркофага и поднимая резак.

— Успеем, — выдохнул Алекс, мысленно скрещивая пальцы. Ему досталась центральная капсула.

За лежащим набок саркофагом вполне профессионально заняли позицию щупальцы, готовясь открыть огонь. Остальные напарники были заняты подготовкой отхода.

Внезапно стена у плеча нагрелась, на ней появилась быстро продвигающаяся по периметру алая линия.

Комнату теперь вскрывали с двух сторон. И непонятно, кто успеет первым.

Алекс заставил себя отвлечься от шипения и вслушаться в отсчет.

— Сто один… сто два… Сто двадцать… Пора! — поторопила их Софи, и Алекс рванул ручку активации резака.

Первая же отрезанная трубка плюнула в шлем чем-то рыжим. Алекс выругался, размазывая жидкость. Дальше он резал почти вслепую.

— Готов! — радостно завопил Мишка.

— Закончил, — подтвердил Алекс, шаря рукой в щели и проверяя, все ли отрезал. Повезло, что успел потренироваться на пустых капсулах.

— Еще немного, — попросил Ник, и Алекс метнулся к нему. Отодвинул друга, закончил резку. За спиной с грохотом поддалась баррикада, послышался скрежет, стук — что-то тяжелое пробиралось внутрь, а потом перед лицом, ослепляя, промелькнула вспышка, и на стене расцвело алое пятно.

— Вытаскивай нас! — заорал Алекс, осознав, что их обстреливают. Обнял Ника, ухватился за ручку капсулы, вжимаясь в бок камеры. Щупальце сдавило талию так, что перехватило дыхание, а потом рухнула стена, и их с чудовищной силой потащило прочь. Алексу показалось — с него скаф вместе с кожей сдирают.

Мелькнула чернота космоса — он даже моргнуть не успел, а затем их внесло в знакомый уже ангар, где одиноко стоял «Страж» Софи. Хватка ослабла, и Алекс повалился на пол, пытаясь вздохнуть — ребра дико болели. Повернул голову к проходу. Последним в зарастающую дыру заскочило совсем уже странное чудовище, похожее на черный гигантский еж. Стряхнуло с колючек какую-то алую мелочь, которая шуганулась в стороны.

— Минирование завершено, — торжество возвестил Имхар, и Аль с уважением покосился на ежа.

Пол завибрировал, двигатели заработали, и снежинка начала стремительно удаляться. Рядом застонал Ник. Аль опомнился, поднялся, повернулся к покрытым изморозью капсулам и замер — в одной из них красовался пробой. Из прожженной дыры торчало, затыкая собой, черное, порядком потрепанное и какое-то поникшее щупальце.

Вокруг капсул уже суетились помощники, вскрывая крышки.

Щупальце дернулось раз, другой и, ожив, выскользнуло из дыры на саркофаге, а затем медленно уползло куда-то под пол.

— Кислород, — скомандовал Алекс, и парни отмерли. Сняли шлемы, отсоединили кислородный резервуар.

— Немного осталось, — озабоченно проговорил Ник, смотря на датчик. Мишка, быстро справившись со своим, бросился помогать другу.

— Ничего, им только на первое время, дальше Имхар что-нибудь придумает, — ответил Алекс, доставая встроенную в шлем маску.

Крышки на капсулах поддались, на пол вытекла прозрачная жидкость. При более ярком освещении лица парней выглядели еще хуже — без содрогания смотреть невозможно, лишь айкар выглядел стабильно плохо.

Алекс закрепил маску на его лице, проверил подачу кислорода. Кожа у него была ледяной, глаза закрыты, дыхание незаметно. Он хотел уже попросить Имхара снять показания с парней, но тут корабль сильно тряхнуло. Алекс еле удержался на ногах, уцепившись за край капсулы.

— Кому-то хана, — многозначительно заметил Мишка, и Ник вымученно улыбнулся, баюкая сломанную руку.

Глава 11

Софи влетела в ангар, застыла на пороге, разрываясь, к кому броситься первой. Победил сестринский долг, и она подбежала к Фениксу.

— Олег! — наклонилась, с ужасом вглядываясь в бледно-серое, словно вылепленное из белой глины, практически неживое лицо брата. Прикусила губу, сдерживая слезы. Кислородная маска скрывала почти все, и мало что можно было разглядеть, кроме ввалившихся глаз, да залегших под ними глубоких теней. Лысая, со шрамами голова, казалось, принадлежала чужому человеку — даже бровей не было.

Софи с трудом сглотнула, заставляя вспомнить брата другим: смеющимся, таскающим ее на спине, с гордостью заявляющим, какой она крутой пилот. Вот это было главным! А остальное… Волосы отрастут. Шрамы можно убрать. Главное, чтобы не сломался, остался собой. Хотя сейчас главным другое — он дышал! Медленно, тяжело, с сипением, но дышал!

— Не плачь, — до руки дотронулись. Она подняла на Алексея полный слез взгляд. — Мы отправим его в лучший центр. Там его обязательно поставят на ноги. Он еще и летать будет.

У нее нашлись силы кивнуть.

С шипением заругался Николай. В ангаре стремительно теплело, и парни решили избавиться от скафандров. Мишка, помогая, задел сломанную руку друга.

— Ой! Ты же ранен! — всплеснула руками девушка и полезла в последний оставшийся истребитель за аптечкой.

Пока она возилась с Ником, пока вкалывала ему обезболивающее и противовоспалительное, пока накладывала шину, парни занялись спасенными. Из всех троих только Ник, в силу своего интереса к разведывательным экспедициям в дальний космос, имел общее представление о медицине. Но сейчас он был занят, так что пришлось разбираться самим.

— Оставлять их здесь не очень хорошо, — хмуря брови, рассуждал Мишка, пытаясь нащупать пульс у второго пилота и вдруг, резко побледнев, выдохнул: — Нету.

— Пусти! — Алекс лихорадочно бросился проверять зрачки.

— Браслет на него напяль! — завопил Ник, пытаясь вывернуть шею из-за Софи и разглядеть, что там у них происходит.

Мишка содрал свой, нацепил на руку, которая не подверглась пересадке. И тот тут же разорался тревожным писком, а показатели на экране засветились алым.

— Массаж сердца! — Ник отпихнул девушку и с не домотанной шиной устремился к ним.

Алекс покрылся холодным потом. Он проходил первую помощь, но то было три года назад на первом курсе. Мозги с трудом реагировали, пытаясь вспомнить, что там надо делать. Он запрыгнул в капсулу, положил ладони на грудь парню, с силой нажимая по счету.

— Так?

— Ребра не сломай, — поморщился Ник, безнадежно глядя в серое лицо пилота — браслет продолжал захлебываться истеричным писком — потом повернулся к Софи и потребовал: — Адреналин.

Та зарылась в аптечку, подала шприц.

— Хорошо, хоть одна рука у него нормальная, — ворчал Ник, щупая вену. Алекс его знал — за ворчанием тот скрывал страх. Алекс и сам понимал — шансы выжить у парня небольшие. То, что после пребывания под инопланетной ИВЛ двое других задышали сами было чудом. Этот третий просто оказался слабее.

— Черт! Не могу нащупать вену. Вообще ничего не вижу, точно у него ее нет. Придется по старинке в сердце.

Софи испуганно охнула.

— Справишься? — уточнил Алекс. Он такое лишь в фильмах видел. Но времени просить Имхара создать реанимацию у них не было — слишком долго объяснять, да и не помнит он нужное напряжение тока.

— А варианты? — все тем же злым брюзгливым тоном уточнил Ник. Глянул на пациента так, словно тот был лично виноват в остановке сердца. — Да, слезь с него уже и помоги! — бросил Алексу. Тот повиновался, открыл упаковку шприца.

— Механизм отключи. Вручную колоть буду, — распоряжался Ник, распыляя дезинфекционный раствор на грудь парня и себе на руки.

Алекс вытащил шприц из автоматической подачи, протянул другу.

Ник пальцами прощупал грудь, замер, прислушиваясь. Взял шприц, оперся на сломанную руку и с силой всадил иглу в грудь. Тело дернулось. Поршень пополз вниз. Через пару секунд обнадеживающе пискнул браслет.

— Есть пульс! — радостно завопил Мишка.

Ник вытащил шприц, выдохнул, покачнулся и Алекс спешно подставил ему плечо.

— Снотворное, — проговорил тот, зевая, — они все так же добавляют снотворное к противовоспалительному. — Спать рубит, аж в глазах темно. Она мне двойную дозу с перепугу вколола.

— Ложись, — предложил Алекс.

— А вы как? — мотнул головой Ник и потер глаза. — А если еще остановка сердца?

— Браслеты с датчиками на всех нацепим, да и Имхар будет отслеживать показания. Реанимацию сварганим. Ты все равно сейчас не помощник.

Ник вяло кивнул, снова зевнул и сдался:

— Мне угол какой-нибудь организуйте. Я рядышком подремлю. Если что — будите.

Лежанку ему вырастил Имхар рядом со «Стражем», и Ник завалился на нее, вырубившись почти сразу.

Мишка развил кипучую деятельность. Разрезал единственное оставшееся одеяло из аварийного запаса на три часа, прикрыл парней, дабы не смущать Софи. Потом отправился готовить помещение для спасенных — не в ангаре же им оставаться.

Софи надела браслет на предплечье брата, Алекс пожертвовал свой айкару, и те замигали красными показателями, но хотя бы не включали больше тревогу из-за остановки сердца.

— Имхару сложно отследить их состояние, много металла, — виновато пояснила девушка. — Он попробует провести диагностику, но… — и Софи скорбно поджала губы. Потянулась за единственной аптечкой — перебрать то, что там было и отложить полезное.

— Ничего, справимся сами, — поддержал ее Алексей. — Всего-то надо продержаться два дня. А после передадим их на Землю.

Два дня — это он, конечно, храбрился. Без работающей капсулы в организм не поступало больше воды и питания. Обо этом следовало срочно позаботиться. Хорошо, что парни самостоятельно начали дышать, но кислород в баллонах скоро закончится.

Словом, проблем было столько, что он не знал, за что хвататься.

— И что они сделают? — зло спросила Софи, отбросив упавшую на глаза челку. — Уберут металл, поставят вместо него протезы? Пусть мы делаем их из синтезированного биопластика, но какая разница?! Это все равно не живой материал, и он никогда не станет частью тела. А мы даже не знаем, что у него внутри! И сможем ли это исправить? Или он навсегда останется… таким, — она отвернулась, скрывая слезы.

— Я могу вырастить подходящую по характеристикам часть тела, — неожиданно донеслось сверху. Алекс опешил, требовательно посмотрел на Софи. Та задумалась, видимо, мысленно общаясь с кораблем. Потом озадаченно подтвердила:

— Правда, может. Только постепенно. Для удаления и приживления потребуется время. Но с моей помощью…

И тут из дальней капсулы донесся задушенный хрип.

Станция Первой космической академии

— Владимир Сергеевич, вы уверены, что полученные данные верны? — нахмурившись, спросил начальник академии. Тот развел руками и проговорил смущенно:

— Так принял ретранслятор, жаль лишь один, так что точное место определить будет сложно. Сигнал явно шел несколько часов, направление — глубокий космос, но сомнений быть не может — это точно сигнал от маячков наших «Стражей». У меня знакомый на исследовательской станции работает. В Южной короне. Он связался со мной, пробив коды по базе. Представляете, как он удивился, когда понял, кому они принадлежат?

— Уж как мы удивились, — пробормотал Березин, начиная искренне переживать за здравость собственного рассудка. Глубокий космос? Южная корона? Да, они за двое суток покрыли такое расстояние, какое земным кораблям и не снилось. На чем они там перемещаются? И почему сигнал лишь от трех маячков? Где четвертый?

— Поздравляю, — Игорь Валерьевич повернулся к Березину, — ваша версия про черного странника становится все более правдоподобной. Мне нужна вся информация о том секторе. Запросите министерство внешнего космоса. Я понимаю, участок большой, но там вряд ли что-то часто происходит.

Через час на столе начальника станции лежал доклад о зафиксированной в том районе вспышке неизвестной природы.

— Похоже на взрыв, но никто не заявлял об исчезновении корабля, никаких сигналов о помощи, да и никого из наших там быть не должно. Если только пираты… но это совсем уже странная история, — Березин возбужденно мерил шагами кабинет начальства.

— Знаете, Николай Александрович, — Игорь Валерьевич задумчиво побарабанил пальцами по столу, — версия с пиратами мне нравится больше, чем с черным странником. Выключить регистрационный сигнал не сложно, как и заглушить маячки. Вопрос в одном — какие у них двигатели, что они так быстро перемещаются?! Отправьте в тот район патруль. Пусть просканируют пространство. Может, удастся что-то найти. А этим… — начальник поморщился, покосился на дверь — на палубах работали следаки, шерстя всех курсантов, — пока не будем ничего говорить. Пусть продолжают искать у себя по носом.

Мужчины понимающе переглянулись. Следаков недолюбливали. А кому понравится, когда чужаки хозяйничают, как у себя дома? И ведь не докажешь, что искать на станции бесполезно, когда птички давно покинули гнездо.

Алекс метнулся к крайнему саркофагу, с ужасом думая о том, что дозы адреналина больше нет. И чем они реанимацию проводить будут? Пальцем? Надо срочно просить Имхара прислать кого-то из помощников, кто может генерировать ток. Главное, определить шкалу напряжения, чтобы вместо спасения не поджарить случайно.

Остальное же… Никто из них не имел точного понятия об оснащении современных реанимаций, большинство из которых управлялось ИИ. Так что придется по старинке. Зато просто и надежно.

Алекс склонился над синекожим айкаром, пытаясь определить размер проблемы, и вдруг на горле, сдавливая, сомкнулась металлическая ладонь. Он захрипел, вцепляясь в нее пальцами, ощущая, как кислород перестает поступать в легкие, и те начинают гореть. Замахнулся — вырубить. Удар по горлу — ближайшая и удобная точка поражения — должен был сработать, как айкар распахнул глаза, выгнулся, застонал и прохрипел еле слышно с таким удивлением, точно его посетило святое видение: «Файя», а после содрогнулся всем телом и затих, и в ту же секунду рядом упал кто-то еще.

Алекс мысленно заорал. Задергался. В глазах уже темнело, металлические пальцы хоть и ослабили хватку, но разжимались с трудом, явно не желая так просто отпускать добычу. Алекс, стискивая зубы, ломая ногти и напрягая до судорог мышцы, разжимал один за другим.

— Да какого?! — донесся до него возмущенный вопль Мишки. — Ах ты, падла синяя!

Алекс еле успел перехватить направленный в голову айкара кулак. Отодрал от горла последний вцепившийся в него палец и с облегчением сделал вдох.

— Он убить тебя хотел! — возмутился Мишка, с ненавистью глядя на лежащего мужчину.

— Не-е-е, — начал было говорить Алекс, но горло отозвалось такой острой болью, что он мучительно, до слез закашлялся.

— А где девчонка? — вдруг с тревогой спросил Мишка, и Алекс похолодел. Сморгнул муть с глаз, обвел взглядом ангар и рванул на ту сторону капсулы. Едва не споткнулся о лежащую на полу Софию, рухнул на колени, судорожно пытаясь нащупать на шее пульс.

— Имхар! — истошно заорал Мишка, присаживаясь рядом на корточки и хватая Софи за руку.

— Она в порядке, — заверил их спокойно корабль. — Перенапряжение после ментального удара вполне естественно для новичка. Она очень талантлива, — с гордостью закончил он.

Мишка круглыми глазами посмотрел на Алекса.

— После чего? — переспросил он потрясенно. — Какого удара?

Алекс показал себе на голову.

— Да не, — не поверил парень. — Не может быть. Это же сказки.

Алекс пожал плечами. Мол, как разница…

Мотнул головой — помоги.

Они вдвоем подняли девушку. Имхар, не дожидаясь просьбы, вырастил лежанку. На ней они Софи и устроили.

Мишка демонстративно: «Уу-у тварь!» содрал с айкара браслет, надел на запястье девушки.

Браслеты курсантов сочетали в себе несколько функций: на них дублировались сообщения с планшетов, приходили массовые оповещения по сетке, с них можно было связаться с кем-нибудь на базе, а еще они отслеживали основные физиологические показания: пульс, давление, температуру, частоту дыхания, уровень кислорода.

К такому быстро привыкаешь и сейчас без браслета Алекс себя голым ощущал.

— Норма, просто спит, — констатировал Мишка, считав показатели. — А этот, — он покосился на айкара, — даже проверять не буду. Сдох — туда ему и дорога. Хотя что-то мне подсказывает — живучая тварь. Смотри, первым очухался, еще и в драку полез. А ведь ему даже капсулу в бою пробили. Зря, наверное, Имхар его спас, заткнув дыру, — и он неодобрительно покачал головой.

Алекс мог возразить, что айкар принял их за мучителей, за врагов, да мало ли за кого можно принять парня, склонившегося над ним после пробуждения… Он мог и не соображать, что делает, а действовать на инстинктах. Только эти инстинкты означали, что перед ними подготовленный воин, еще и наполовину киборг. Да он их одной левой сделает… Если захочет.

— Может связать? — Мишка думал в том же направлении. — У нас и ремни есть.

Алекс мотнул головой, досадливо потер ноющее горло и показал руками, как разрывает ремни.

— Н-да, ты прав, с такими-то ручищами, — и Мишка покосился в сторону капсулы. Вздохнул, пожаловался: — Здесь даже наручники не помогут. Только усиленные.

— Я присмотрю, — пообещал Имхар, и над третьим саркофагом выросло, покачиваясь, толстое щупальце с костяным наростом на конце. Было оно угольно-черным, а нарост — блестяще антрацитовым. И смотрелось вполне угрожающе.

— Отлично, — Мишка повеселел, да и Алекс почувствовал себя уверенней. — И пусть этот синюк только дернется — вырубай сразу, понял? — предупредил он Имхара.

— Слушай, — понизив голос, поинтересовался он у командира, — а с ней-то что делать будем? Если она его… Можно сказать, голыми руками вырубила. Страшно представить, на что она еще способна. А с виду и не скажешь. Мелкая. Еще и челка эта смешная.

Мишка пожевал губу, явно удивляясь такому исходу: киборга вырубила слабая девчонка. Ну не забавно ли?!

Алекс сделал страшные глаза, поднял ладонь, обхватывая пальцами воздух и понял, что не может изобразить ответ: «Не майся дурью. Еще придумал — девчонки бояться».

— Да ты что! — отшатнулся, побледнев, Мишка. — Как я могу ее бить? Она же девочка!

Алекс только досадливо поморщился на недогадливость друга, махнул рукой и отправился к аптечке. Как он будет командовать без голоса?!

— Ух, хорошо же я выспался! — Ник сладко зевнул, сел, потянулся и едва не свалился на пол — лежанка под ним плавно покачивалась, над головой проплывал бежевый потолок, сбоку шли знакомые узоры на стенах. Снизу доносился нервирующий мозг перестук, точно его пара десятков карликов несла. Хотя откуда на корабле карлики?

— Эй! Вы куда меня тащите! — завопил беспокойно Ник, готовясь спрыгнуть и дать деру.

— Спокойно, чел, ты под надежной охраной, — донеслось до него спереди, и парень обрадованно обернулся.

— Мишка! — заулыбался он, понимая, что до смерти рад видеть друга. Тот замедлил шаг, повернулся, криво улыбнулся в ответ. Лежанка тоже притормозила, и Ник, пользуясь моментом, спрыгнул, дошагал до него и коротко, с чувством, обнял.

— Да ты чего?! — смутился тот, хлопнул парня в ответ по спине. — Нормально все. Никого не потеряли. Тебя вот в рубку перемещаем. Надежнее, когда все вместе. Капсулы уровнем ниже опередили. Имхар пытается для них медицину наладить, ну и охрану тоже. Потом сходишь посмотришь.

— Охрану? — вскинул брови Ник, понимая — он явно что-то пропустил, пока спал.

Мишка не ответил, нахмурился. Потянул друга за здоровую руку.

— Идем, нас уже ждут. Софи должна проснуться.

Рубка встретила парней суетой. Из пола вырастали столы, стулья, кресла, какие-то странные загогулины. Алекс с чем-то молча соглашался, где-то мотал головой, чиркал что-то в планшете и показывал в пустоту. Та внимательно изучала рисунок и корректировала мебель.

Ник какое-то время наблюдал за командиром — тот стоял к ним спиной, не замечая их появления, потом ткнул локтем в бок Мишки.

— Это что?

— Мы, похоже, здесь надолго, — недовольно пояснил тот, — вот решили обустроиться.

Алекс их услышал, обернулся и тут же потянулся к планшету, на сиреневом чехле которого Ник с удивлением увидел наклейку «Первая космическая» и сердечко. Он вскинул брови, пытаясь сообразить откуда у командира девчачий девайс. Посмотрел на Софи, которая спала, свернувшись калачиком и только потом сообразил, чей это планшет.

Пилотам брать планшеты в полеты не разрешали, а девчонка спрашивать не стала. Просто не выложила из кармана, когда угоняла машину.

«Как ты?» — написал Алекс и посмотрел вопросительно.

Брови у Ника поползли еще выше. Что же такого он пропустил?

Он шагнул к Алексу, вгляделся в него, ткнул пальцем в наливающиеся чернотой следы на шее.

— Это откуда? — спросил с тревогой.

— А это синяк со сна решил, что мы на него нападаем. Ну или не знаю, о чем он там думал, когда пытался Лешеньку убить. Мы с Паразитом в шоке и считаем, что кому-то место за бортом. Если он сейчас такой невменяемый, что будет, когда наберется сил и очнется? — Мишку понесло. — Он же своими кулаками нас в кровавую лепешку превратит.

Алекс укоризненно поморщился, написал:

«Я в порядке. Только голос пропал. Имхар за айкаром присматривает».

— Голос быстро не вернешь, но я заморозку видел. Болеть точно меньше будет, — обеспокоенно проговорил Ник.

Алекс слабо улыбнулся в ответ. Заморозка — это отлично.

— А с девчонкой что? Снова перетрудилась? Просто Мишка так орет, странно, она даже не проснулась, — спросил Ник, копаясь в аптечке.

— Можно и так сказать, — с загадочной улыбкой ответил Мишка. Алекс предупреждающе зашипел. — Ну а что? — насупился тот. — Все равно узнает.

— Узнаю о чем? — поинтересовался Ник, подходя с заморозкой к командиру. Встряхнул баллончик.

— О том, что наша София супергерой, ну или монстр. С какой стороны посмотреть, — Мишка уселся в одно из выращенных кресел, откинулся на спинку, покачался и одобрил: — Класс! И теперь у нас есть собственный выжигатель мозгов в команде, ну или бесконтактный вырубатель. Правда, работает лишь однократно, после чего вырубается сама.

Алекс кашлянул, привлекая к себе внимания, и Ник озадаченно посмотрел на него, потом на свою руку, которой он продолжал методично встряхивать баллончик с заморозкой.

— Прости, — извинился, — задумался.

Нанес белую пену на горло друга.

— Такие дела, н-да, — проговорил он растеряно, — никогда не думал, что увижу живого менталиста. Надеюсь, она мысли читать не может.

— Что? — подскочил с кресла Мишка, и расположившийся было с комфортах на коленях Паразит повис, недовольно стрекоча, зацепившись за ткань термокофты. — Мысли?

— Это всего лишь предположение, — дернул плечом Ник, с усмешкой глядя на побледневшее лицо друга. — Даже если и так — мне скрывать нечего.

Бледность на лице Мишка стала розоветь, превращаясь в румянец.

— Нам с Паразитушкой тоже, — нахохлился он, отворачиваясь.

«Уверен, наши мысли ей не интересны», — написал Алекс.

Софи просыпалась тяжело. Тело ощущалось жутко разбитым словно после болезни. Слабость придавила к постели. Глаза отказывались открываться. И Софи решила начать с воспоминаний.

В памяти резко, вызвав дрожь, всплыли картинки чужого корабля: темнота, перекрученные конструкции, узкие лучи фонарей. Ее кидало от дикой надежды до паники. Страх за ребят. Ужас и радость при виде Олега. Снова страх. Много страха. И работа, которой она его заглушила. Имхару требовалась ее помощь — корабль не до конца восстановился. Парням тоже требовалась поддержка. Ну а брат… Если Имхар прав, у Олега появился шанс стать прежним. Тот уровень технологий, с которым работал Имхар, недоступен на Земле. Если кто и мог вырастить ногу или руку так, чтобы она прижилась и стала родной, то только он.

А потом она вспомнила, почему вырубилась. Синекожий. Напал на Лешу и начал душить своей жуткой клешней. Как же она за него испугалась! Хотела ударить тем, до чего могла дотянуться — ящиком с лекарствами. Прокрутила в мыслях удар, добавив сильное желание, подпитанное страхом и сразу накатила дикая слабость, а после она свалилась на пол.

«Леша!» Подскочила с этой мыслью. Обвела диким взглядом такую знакомую рубку.

«Все трое индивидуумов целы и здоровы, — успокаивающе прозвучало в голове. — Правда теперь они тебя опасаются».

— Ты проснулась!

Ее пробуждение заметили. Парни повскакивали с мест. Окружили.

— А мы тебе еды оставили, — просипел Алекс.

— Будем считать это ужином, — добавил Ник.

— Какая разница, что это, если на завтрак, обед и ужин одно и то же, — ворчливо заметил Мишка.

— Не ной, — осадил его Алекс, — лучше так, чем ходить голодным. Ты как? — и он испытывающе посмотрел на девушку.

«А что такого я сделала, что они меня опасаются?» — поинтересовалась Софи у Имхара. Парни вели себя обычно. Улыбались. Глядели доброжелательно. Даже слишком. Только Мишка смотрел исключительно в сторону, словно стесняясь.

Ей приятно стало от их заботы. Еду вон оставили. В рубку переместили. Нет, зря она думала, что справится одна. Теперь понятно, что шансов вытащить из ловушки всех, а потом еще и поддержать жизнь, у нее было мало. Она обязательно запаниковала бы и все испортила.

Непонятно, правда, почему упала в обморок.

«Ты нанесла ментальный удар! — огорошил ее Имхар. — Неосознанно, но все же… Такой прогресс…Я поражен уровнем обучаемости вашей расы».

Это от страха, — хотела было оправдаться Софи, но внезапно застыла, пораженная пришедшей в голову мыслью.

— Я что, — спросила с ужасом, — его убила?

Спросила вслух и ей ответили сразу все.

— Не переживай, он жив, — хрипло заверил, закашлявшись, командир.

— Лучше бы сдох. Алекса чуть не убил, — разозлено добавил Мишка.

«Твоей силы пока недостаточно для нанесения непоправимого поражения мозга, — внес уточнение Имхар. — Но ты быстро прогрессируешь».

Ник просто показал большой палец, мол, круто и спросил, улыбаясь:

— Мы ведь друзья?

Софи растеряно кивнула.

— Ты ешь, ешь, а то голодная, — и Мишка пододвинул к ней столик со стоящим на нем накрытым колпаком блюдом.

Алекс ничего не сказал, только улыбнулся так, что Софи сразу успокоился. И вот чего распереживалась? Пилоты не из пугливых, не станут ее опасаться. Ну а сама с собой она как-нибудь сладит. Не считать же себя монстром? Да и глупо думать, что от себя можно убежать.

— У нас гость, — объявил Имхар, когда Софи успела привести себя в порядок и доесть скромный ужин.

Мишка побледнел, зашарил взглядом в поисках оружия, но то было составлено в углу — не дотянуться.

Сначала они услышали тяжелые металлические шаги. Софи привстала, с надеждой всматриваясь в проход. Сердце забилось с силой, захлебываясь от радости.

— Олег, — прошептала она, когда в проходе показалась знакомая и одновременно чужая фигура. Тот шел, пошатываясь, передвигаясь лишь на металлической ноге, вторая волочилась по полу. С двух сторон вместо костылей его поддерживали щупальца, помогая не упасть — парня прилично мотало из стороны в сторону. На бедрах был повязан кусок термо одеяла. Видно было, сколько усилий Фениксу стоило сделать следующий шаг, и шел он на чистом упрямстве. Парни подскочили — помочь, усадить.

— Я думал — сплю, — голос у брата остался прежним, лишь потерял легкость. Он говорил медленно, делая паузы, с трудом подбирая слова. И в кресло сел с видимым облегчением. Потянулся вытереть пот металлической рукой, поморщился. Софи достала из кармана упаковку салфеток — куда механикам без них, и сама обтерла ему лицо.

Она сидела рядом с ним, чувствуя себя совершенно счастливой и абсолютно несчастной: сердце сжималось от боли каждый раз, когда она бросала на него взгляд. Такой… весь в шрамах… Еще и эти жуткие руки.

— До сих пор не верится, что ты рядом, — и он сильно, до боли, сжал ее ладонь. Девушка едва заметно поморщилась, но убирать руку не стала. — Спасибо, парни, что вытащили, — с чувством выдохнул Олег.

— Да, мы то что, — возразил Мишка. — Это все она, — кивнул на Софи, — а мы за ней просто увязались. Случайно вышло.

— И хорошо, что увязались, — честно призналась девушка, — если бы не вы — я бы точно не справилась.

Парни окончательно смутились. Феникс понимающе хмыкнул и начал рассказ:

— Я и не заметил, как мы в ловушку влетели. Просто раз — вырубилось все. «Лютик» вскрыли, как консервную банку. Я к смерти приготовился, но лучше бы убили, чем так… — и он тяжело замолчал. Молчали и парни. А что тут сказать? Любые слова прозвучат фальшью.

— Мне там сны снились. Всякое. Ты, сестренка, еще мать с отцом, друзья. Когда не спал, с Догмаром общался. Он в голову умеет влезть. Правда, недолго. Но лучше так, чем только с собой… — и Олег снова замолчал, передыхая.

— Догмар это айкар, — утвердительно спросил Алекс. Олег кивнул, и парни многозначительно переглянулись. Киборг умел не только драться, но и обладал ментальным даром? Только этого не хватало.

— А тут захожу — и вы. Не поверил. Я много раз со всеми прощался. Себя хоронил. Парней. Ромку вот в капсуле увидел. Лежит. А Димка?

— Не было его, — сглотнув ком в горле, сипло ответил Алекс. — Только вас трое. Ты, Роман и айкар.

— Ясно, — протянул Олег, помолчал и добавил, глядя в пустоту и явно вспоминая павшего товарища: — Да, будет путь его легок, а новый мир лучше прежнего.

— Да, запомнят его звезды, а мы не забудем, — подтвердил торжественно Ник.

— Жаль, не узнает, что мы за него отомстили, — вздохнул Мишка и почесал примостившегося на плече Паразита. Олег посмотрел вопросительно.

— Имхар взорвал ловушку. Нет больше черного странника, — пояснила Софи, понимая, что начинает привыкать к новому облику брата. И она несмело прижалась к его боку.

— А вы отличная команда, — признал Олег, и парни расцвели довольными от похвалы улыбками.

Глава 12

Феникс оказался отличным парнем, легким в общении, а еще он умел слушать и задавать правильные вопросы. Говорить ему все еще было тяжело, некоторые слова не вспоминались и он, морщась, тер костяшками себя по лбу. В такие моменты лицо Софи становилось особо несчастным.

— Не понимаю одного, — сказал Олег, когда основной рассказ был закончен, — почему ты одета в костюм техника.

Он отложил в сторону ложку, испытующе посмотрел на сестру. Жевал Олег медленно, заново привыкая ко вкусу мясного пюре во рту.

И пока Алекс подбирал слова — никого не обидеть, а Софи заново переживала свой провал на экзамене, Мишка без раздумий выпалил:

— Ее слили на вступительном испытании, но она, молодец, все равно поступила, пусть и на инженерный. Ты не думай, мы бы добились пересмотра ее результатов. Такого пилота глупо упускать, она же офигенно летает. Твой рекорд, правда, не побила, но нашего чемпиона подвинула.

— Вся в меня, — довольно прищурился Олег, — а об угоне мы потом поговорим, — и он нахмурился. Парни тоже приуныли — возвращаться резко расхотелось. Алекс как представил о том, что начнется… Желудок противно заныл.

Это же… конец карьере. Из академии попрут. Еще и сколько на допросах промурыжат. Хорошо, если не посадят.

Он-то ничего, а вот отца жалко. Старший на гонках разбился, а младший… Никто не поддержал честь семьи, продолжив военную карьеру прошлых поколений.

— А может… ну не сразу… возвращаться-то? Сообщить, что у нас все хорошо и там… Имхару помочь с восстановлением, — выразил общий настрой Мишка. — Я тут понял, что ремонтом заниматься не так уж и скучно.

Софи сидела, держа брата за руку. Внутри все обмерло, когда Мишка начал говорить. Стало жалко себя, брата. Он столько старался, чтобы она поступила… Хотя… не это уже главное. Главное — он жив. И провал на экзамене вдруг стал казаться глупой мелочью. Было и было. Теперь прошло. Надо смотреть вперед. Софи не боялась возвращения и готова была к любому наказанию, но вот парней было жаль. Они настоящие герои и машину не угоняли… Более того, пытались ее остановить. Обидно, если они тоже пострадают.

— Всю вину я возьму на себя, — произнесла девушка тихо, получив в ответ сразу три возмущенных:

— Нет!

— Еще чего!

— Всю славу себе забрать хочешь?

— Разберемся, — жестко оборвал дискуссию Олег. — И ответственность на старшем по званию, то есть на мне. Как и командование, если никто не возражает.

Возражающих не нашлось, Мишка просиял, толкнул Ника в бок, мол, только представь — мы под командованием легендарного Феникса, но тот восторга друга не оценил, настороженно следя за Олегом, словно подозревая его в чем-то.

— А насчет задержаться, — со вздохом начала девушка— слова Мишки много чего всколыхнули, напомнив о семье, наставниках. Даже Рыжий и тот вспомнился, хотя ему явно ничего не грозило, — Имхар готов попробовать поработать с твоим телом. Вернуть все, как было, сложно, но он может попробовать вырастить тебе нормальные руки вместо этих, — и она с мрачным видом кивнула на металлические конечности брата.

А в следующий миг задохнулась от сомкнувшейся на шее ладони.

Глаза брата залила пугающая чернота. Хриплый голос яростно зашептал незнакомые слова. Лицо исказилось, став совершенно чужим и оттого страх перерос в панику.

Девушка забилась, но куда ее жалкое трепыхание против силы киборга?

— Олег, — слабо просипела она с надеждой, что ее услышат. Не может это чудовище быть ее братом. Всю жизнь Олег ее защищал, помогал с уроками, не сюсюкал, как взрослые и всегда честно отвечал на самые каверзные вопросы. Он был для нее всем… И сейчас он там, где-то внутри этого ужаса.

— Олег, это я, Софи, — предприняла она еще одну попытку пробиться к разуму брата.

На плечах киборга повисли парни.

— Олег, она твоя сестра! — орал в одно ухо Мишка.

— Феникс, борись, это не ты! — вопил в другое Ник.

— Слушай приказ, курсант! Отставить! — Алекс примеривался чем таком половчее вырубить обезумившего Феникса.

Паразит соскользнул на ладонь, пытаясь разжать металлические пальцы.

И тут Олег протяжно застонал, затрясся всем телом, оттолкнул от себя девушку, повел плечами — парней расшвыряло по сторонам. Перехватил направленный ему в голову пневмомолоток, легко согнул его, отбросил. Закрыл лицо руками. Согнулся, качаясь. Потом рухнул на пол и на руках, помогая себя металлической ногой, пополз прочь.

— Олег, — просипела Софи, бросившись было следом. Алекс еле успел поймать, перехватить.

— Оставь, — проговорил он — на душе было так погано, как никогда в жизни, — ему надо побыть одному.

О том, что рядом с Олегом вообще опасно, говорить не стал. Софи все равно не согласится оставить брата, даже если тот стал наполовину чудовищем. Причем, не только внешне, но, как оказывается, и внутри.

Его затошнило от понимания, что здравый смысл приказывает убить товарища. Причем не сколько из опасения за собственную жизнь, сколько из жалости. Вряд ли Феникс рад тому, что творит — сестру он любит больше всего на свете. А тут непонятно, может ли он вообще удержать свое второе «я» под контролем.

И можно забыть о том, чтобы расслабиться, передать власть старшему и не заморачиваться решением проблем. В таком состоянии Феникс не командир… И Алекс хмуро подумал о том, что главным снова быть ему.

А тому… синекожему… он власть сам не отдаст.

— И что это вообще было? — ошарашенно выдохнул Мишка, потирая ушибленный при падении бок. — Софьюшка, солнышко, ты как? Не пострадала?

Девушка мотнула головой, прикусила губу, едва сдерживая слезы.

— Паразитушка, ты где? — заволновался Мишка. Полез шарить по полу, заглядывать под мебель — пушистой звезды нигде не было.

— Я поищу, — вызвался Алекс, подозревая, что Паразит сейчас пребывает на другом плече.

— Я с тобой, — рядом встал Ник, глянул многозначительно, мол, разговор есть.

— А… — начал было Мишка, но осекся, бросил взгляд на Софи и со вздохом подтвердил: — Тут останусь.

— Имхар, где Олег? — спросил Алекс, когда они вышли в спиральный коридор.

— Объект находится рядом с вашим летательным аппаратом, — отозвался корабль.

— Видишь, даже Имхар не считает его человеком, — заметил Ник.

— И что ты предлагаешь? — взорвался Алекс. — Выкинуть в космос? Всех троих?

Ник посмотрел осуждающе.

— Предлагаю уточнить у Имхара о способах борьбы с киборгами. Должны же были его создатели оставить хоть какие-то инструкции? Нам надо обезопасить себя на случай подобных приступов. Но если хочешь услышать мое мнение, Олег больше человек, чем киборг. Стыд, знаешь ли, железякам не ведам, — криво усмехнулся он, — однако Софи права. Тащить его на Землю в таком виде, это обречь на опыты… Да и с сестрой его разлучать нельзя. Пока она рядом, он будет стараться оставаться собой.

— Ему это расскажи, — хмуро заметил Алекс, прислушиваясь к невнятному бормотанию, доносившемуся из ангара.

Олег сидел на полу, облокотившись о переднюю стойку шасси. Сидел с таким видом, словно одно лишь присутствие «Стража» придавало ему сил. На плече у него, распластавшись, лежала пушистая звезда, и Феникс осторожно гладил его, едва касаясь металлическими пальцами.

— Не побоялись прийти? — криво усмехнулся Олег. Он явно услышал их заранее, и Алекс сдержался спросить, знает ли Феникс о том, что ему улучшили, пытаясь превратить в эхсмана.

— Почему бы не прийти поболтать с хорошим человеком, — согласился Алекс, усаживаясь рядом на пол. Киборг покосился на него, но ограничился глубокомысленным хмыканьем.

— С ней все в порядке, она умная девушка и понимает, что ты не хотел ей навредить, — проговорил Ник, тоже садясь на пол.

Олег ничего не сказал, однако расслабился. Вытянул металлическую ногу, руками поправил вторую.

Какое время они сидели молча, накрытые тенью от нависающего сверху истребителя.

— Так странно, все чужое во мне сейчас работает на отлично, а вот мое собственное работать отказывается, нарушил тишину Олег.

— Это нормально, — запротестовал Ник, — ты столько времени лежал. Чудо, что вообще можешь передвигаться.

— Это не чудо, это технологии, — качнул головой Олег. — Как их там? Эхсманы, да? Думаете, это была последняя ловушка? Больше не осталось?

Парни пожали плечами.

— Быть сильным заманчиво, но… — Олег поджал губы, скривился, — я бы отдал все на свете, чтобы вернуть свою слабость и контроль над телом. Правда, должен предупредить, если решите помочь — буду сопротивляться. Точнее не я… А что-то внутри меня.

— Сочту за честь вырубить тебя лично, — мрачно пошутил Алекс.

— Надорвешься, — широко улыбнулся Олег, потянулся, поднес руки к лицу, полюбовался блеском металла и выдохнул: — Как же хорошо, парни, быть живым! Сидеть на полу, с куском фольги вместо трусов и обсуждать собственное уродство. Меня сейчас даже не раздражает тот камушек, что впился в задницу. А этот чудик, — он погладил довольно заурчавшего Паразита, — хоть и вызывает много вопросов, но я готов смириться с его присутствием. Кстати, если кто и может вырубить меня, так это он. Не спрашиваете, как я это определил. Знаю и все. Я вообще много чего об этом месте знаю… Словно, кто вшил в мозг. И вы не представляете, как мне хочется здесь все разнести.

Ладонь зависла над пушистой шерсткой, сжала воздух, Паразит испуганно пискнул и рванул по спине Олега прочь.

Парень поморщился, тяжело вздохнул.

— Останавливает то, что без корабля я не выживу. Но если решите выкинуть в космос — поддержу. И не смотри так, — он усмехнулся Алексу в лицо, — сам знаешь — здравое решение. Мы с вашим Имхаром враги. Давние и заклятые. Меня от ненависти к нему трясти начинает. Я уже с ума схожу от страха, что потеряю контроль, очнусь — а вокруг ваши трупы. Сам себя убил бы, если б мог. Но… — и он скривил губы, — три конечности из четырех мне плохо подчиняются. Вот такой расклад, малыши. Не повезло вам со страшим.

Ник молчал, да и Алекс не знал, что сказать. Расклад действительно был скверным. Феникс перестал быть Фениксом, а стал…

— Ты справишься, — вдруг уверенно начал Ник. — И хватит ныть. Ведешь себя точно баба. Видел бы ты себя со стороны! Убийца без штанов. Дохлее только трупы. Думаешь, испугаемся? А ты не бойся. Мы крепкие. И насчет Имхара ты ошибаешься, он не враг тебе, враг ты сам. Ты себя сейчас больше боишься. Только пилоты своих не бросают, мы поможем, хочешь ты этого или нет, — и он положил ладонь на металлическую руку, сжал. Олег вздрогнул, посмотрел недоверчиво.

— Поможем, — подтвердил Алекс, — не зря же задницами рисковали, тебя вытаскивая. Так что забудь о смерти. Ты жить должен. После всего, что вынес — глупо сдаваться на финише.

— Финиш… — криво усмехнулся Олег, облокотился на стойку шасси, прикрыл глаза, — до этого финиша еще дожить надо, командир.

И Алекс ощутил, как внутри что-то оборвалось от этих слов. Феникс признал его страшим, значит дело действительно дрянь.

— Эй! — до них донесся крик Мишки. — Давайте наверх, там синюк очнулся.

Ник мученически закатил глаза, пробормотав:

— Еще один.

Алекс его понимал. Сейчас у них был пусть и смешной, но перевес: трое против одного. Софи брать в расчет не стоило даже с ее непонятным даром. Во-первых, дар был нестабилен, и девушка лишь начала обучаться у Имхара ментальным штучкам, а во-вторых, Алекса сильно беспокоила потеря сознания. Если Софи после каждого воздействия так вырубаться будет?! Это ж вредно для организма.

Их тоже трое, — мелькнула в голове пугливая мысль, и Алекс поморщился. Трое против троих. Хотя, как можно сравнивать даже подготовленного пилота с киборгом? По-хорошему, следовало торопиться с операциями. Вошедшие в полную силу киборги точно станут проблемой.

Алекс еще надеялся, что айкар просто очнулся в капсуле и лежит себе спокойно, как полагается глубоко больному человеку, то есть инопланетянину, но синий обнаружился в рубке, причем на коленях перед Софи.

— Какого он творит?! — горячо возмутился Мишка.

— Ты зачем ее одну с ним оставил? — разозлился Алекс, чувствуя, как от вида стоящего перед девушкой айкара сердце начинает печь, а мысли становятся далеко не дружественными. — Совсем мозгов нет?

— Когда я уходил, он из капсулы выбраться не мог, — попытался оправдаться Мишка.

— Выбрался на нашу голову, — проворчал Ник, бочком заходя за спину синекожему.

— Спокойно, космо, я разберусь с ним.

— Ну да, — согласился Мишка, глядя, как Олег, подволакивая ногу, подходит к айкару, наклоняется, кладет руку ему на плечо, что-то говорит. Кивает на испуганно застывшую девушку. — Только киборг может понять киборга.

А потом айкар встает и с силой, аж кости затрещали, обнимает Феникса, выдыхает:

— Брат!

Парни потрясенно переглянулись — синий говорил по-русски.

Софи с ужасом смотрела на приближавшегося синекожего парня. Тот шел пошатываясь, неуверенно переставляя свои металлические ноги, точно те были чужими. Впрочем, так оно и было.

Айкар с облегчением ухватился за спинку дивана, давая себе передышку, и та жалобно затрещала под его хваткой. Дальше он перемещался по рубке от одной мебели до другой. И можно было обмануться его слабостью, но Софи прекрасно знала — киборг свернет ей шею, даже не вспотев.

Она мучительно, до дрожи чувствовала собственную слабость, а вот непонятная сила, которая помогла прошлый раз, не ощущалась. Совсем. Софи панически отступила на шаг. Айкар показался ей громадиной — она ему по грудь. Еще и плечи широченные… Лысая, в шрамах, как у брата, голова. Взгляд… непроницаемо черных глаз. Паника нарастала. Софи с ужасом подумала о том, что айкар мог понять, кто нанес ему ментальный удар. И прийти отомстить.

Ноги успокаивающе коснулось что-то живое. Девушка выдохнула, вспомнив, что надо дышать. Имхар, конечно, заступится, но ей бы не хотелось убивать того, кого они с таким трудом спасли. Да и Олег утверждал, что айкар неплохой.

И она, закусив от волнения губу, осталась на месте, смотря на приближающегося киборга, а тот вдруг опустился на колени, глянув так, что у нее во рту пересохло, а сердце от волнения заметалось в груди.

— Файя, — прошептали ярко-синие губы, и парень попытался поклониться еще ниже, словно перед ним была монаршая особа. Тут шумно, с негодующими воплями в рубку ворвались курсанты, и под их ошарашенными взглядами Софи окончательно смутилась.

— Как думаешь, о чем они там говорят, — шепотом спросил Ник. Алекс пожал плечами. Тем, кто прошел через пытку вживления, есть о чем поговорить. — И откуда знает русский? — продолжал нервничать друг.

— Оттуда же, откуда Олег знает айкарский, — ответил Мишка, к чему-то напряженно прислушиваясь — еще и ухо положил на лежащего у него на плече Паразита.

— Дай послушать, — мигом догадался что к чему Алекс и потянулся к пушистой звезде.

— Нечего там слушать, — стукнул его по руке Мишка, — они на айкарский перешли.

— Подозрительно, — мигом напрягся Ник. — А если они обсуждают, как нас прибить, а корабль захватить?

— Зачем им вражеский корабль? — не согласился Алекс. — Ты же слышал, они враги. Им живое поперек горла. Меня больше беспокоит другое. Как мы заставим их обратно лечь в капсулы? Я заглядывал на уровень — Имхар уже утащил две из трех на переработку. Использует их как основу для операционной. Но если мы хоть намекнем нашим металлическим друзьям, что хотим избавить их от неживых частей тела, то снова пробудим, гм, их темную сторону.

— Усыпить? — предложил Мишка. — Транквилизатор в бок, заряд посильнее… Дайте мне, я не промахнусь. Дротиком кинуть могу, если Имхар сделает. Только заряд пусть как на слона.

— Дротик… — скривился Ник. — А если у них боты в крови, которые в секунды расщепят снотворное на безопасные составляющие? И засунут тогда тебе этот дротик, — он выразительно покосился на нижнюю часть тела друга.

Мишка вспыхнул. Буркнул, что видел он этих киборгов… В далеком месте.

— Давайте поговорим с Олегом. Только аккуратно и без Софи. Намеками. Ему так легче контроль держать будет, — принял решение Алекс. На том и порешили.

— Твоя сестра красива, — Догмар начал разговор с неожиданного, Олег аж ушам не поверил. Глянул на айкара, недовольно прищурился: шутит? Но друг был серьезен.

— Симпатяга, — согласился он, а губы сами поползли в улыбке и взгляд прикипел к мелкой фигуре в оранжевом комбинезоне. До сих пор не верилось, что она рядом: повзрослевшая, серьезная, с каким-то новым выражением лица и неизменной челкой.

И это чудо. Его чудо. Он чуть не убил. Лучше бы себя придушил, подонок, — со злостью подумал Олег.

— Софи самый крутой пилот, которого я знаю. Мы называем таких «прирожденные», — добавил он, не в силах сдержать гордости за сестренку. В будущем он сделает все, чтобы она стала пилотом. Не обязательно военным. Можно и гражданским. Но мелкая должна летать. Грех такой талант в землю зарывать. — Я же рассказывал, как ее учил.

— Рассказывал, но тогда я не знал, что она файя. Твоя сестра должна учиться. У нас.

Олег моргнул — нить разговора, как и логика терялись. Ему плевать, кем там Догмар считает Софи, пусть хоть феей называет — синий имел право на свои причуды, но учиться? У айкаров? Отпустить к чужим сестренку, которую он только обрел после долгой разлуки? А больше ничего не требуется? Замуж там выдать?

И он с раздражением посмотрел на Догмара.

— Я слышал, ты пытался убить одного из курсантов? — спросил. Собственное дыхание вдруг стало тяжелым, сердце застучало быстрее.

— Ты винишь себя в чем-то, когда смотришь на нее, — спокойно заметил Догмар, напоминая, что ему доступно больше, чем простому человеку. — Не хочешь поделиться почему?

Олег стиснул зубы, отвернулся, сдерживая порыв дать айкару в морду. Жажда крови вдруг накатила с такой силой — аж красные точки перед глазами заплясали. Он сжал кулаки, пытаясь удержать контроль над телом.

Эмоции синий считывает… В душу лезет, когда не просят. Прозорливец нашелся. А сам на Софи пялится. Причем заинтересованно так… А Олег не готов к его заинтересованности. И ладно бы это был один из юнцов — пережить можно, но Догмар воин третьего уровня из какой-то там крутой касты. Служил старпомом на корабле. А Софи… девчонка еще, ребенок. Куда ей с таким тягаться… Да и непонятно, с чего вдруг такой интерес…

— Еще скажи, ничего не понимаешь? — рявкнул Олег, едва сдерживаясь: не бить морду, не бить. Похоже, что-то намудрила ловушка с гормонами. Его прямо рвет от агрессии. — Вину чувствуешь… Больше ничего? А ты попробуй представить, как тебе пальчики отрывают, а вместо них нормальные приставляют. И как? Поплохело?

Он с черным удовлетворением всмотрелся в ставшее голубым лицо друга — у того так бледность проявлялась. Самому Олегу в этот раз контроль дался легче. Смог убедить внутреннего урода, что это глупая фантазия — никто вытаскивать металл из его тела не собирался. Не сейчас.

— Только дернись, — прорычал он, видя, как капля пота стекает по лбу Догмара, тело сжимается, как перед прыжком, а в черных зрачках мелькают голубые всполохи, — мой удар тебя точно вырубит.

Айкар задышал чаще, посмотрел на сжатые в кулаки ладони — металл отливал серебристым блеском, потом глубоко вздохнул, выдохнул и глянул на Олега уже осознанным взглядом.

— Нам нужна файя, — заявил он.

Олег закатил глаза. И снова здравствуйте.

— С какой целью? — уточнил он, ощущая, как подозрительность требует убрать угрозу для сестренки. Он никогда не считал, что конфликты можно решать кулаками, дрался вообще крайне редко, но сейчас тело диктовало свои условия, взрываясь агрессией на любую проблему. В голове словно красная лампочка загоралась: проблема — убрать. Мертвый не доставит неприятностей.

Догмар соединил ладони в замок, тряхнул головой и посмотрел с усмешкой.

— Мы до конца разговора не доживем, сцепимся.

Олег криво ухмыльнулся в ответ. И кулаки прям зачесались попробовать себя в драке.

— Сцепимся, — согласился он, — но не здесь, в ангаре. И я постараюсь не попортить твою нежную шкурку.

Айкар радостно ощерился в ответ.

— А я буду нежен с твоей убогой ногой. Только без малышей. А то еще разнимать полезут.

И они обменялись понимающими взглядами.

Спустились вниз, помогая друг другу идти — два инвалида. И не полноценные киборги, и не люди.

Первый удар Олег пропустил. Челюсть пронзила острая боль, в голове зашумело.

— Она моя сестра! — он сплюнул кровь из разбитой губы на пол.

Странное дело сейчас, в драке, он чувствовал в голове свободу. Словно тот, кто толкал его на махание кулаками, получив свое, отступил. И контролировать себя стало легче.

— Она наше спасение! — прорычал Догмар, даже не уворачиваясь от бокового в скулу. — Пусть необученная, но она может поставить блок. Без него ничего не выйдет, — выдохнул он, нанося удар в грудь.

Олега словно грузовик толкнул, он подлетел в воздух, со всей дури рухнув спиной на мягко спружинивший пол, проехал по нему, захрипел, ловя ртом закончившийся в легких воздух.

— Ты как? — с тревогой спросил, наклонившись над ним Догмар.

— Нормально, — выдохнул Олег, ловя его за шею и проводя бросок с подсечкой. Айкар рухнул тяжело, лязгнув ногами. Но почти сразу перекатился, не давая противнику шанса навалиться сверху.

— Софи причинить вред не дам! — рявкнул Олег, неловко поднимаясь.

— Не поставим блок — рано или поздно сорвемся, — Догмар замер напротив, растопырив руки, готовый к броску — повалить и запинать.

Он и бросился, но скользнувшее на пояс щупальце легко оторвало его от пола, и айкар повис в воздухе, смешно перебирая ногами и дергая руками.

Олег хотел пошутить, что друг похож на пойманного жука, как что-то живое нежно обняло его и вздернуло вверх.

— Какого?! — заорал он, ударяя кулаками по гладкой поверхности щупальца.

— На борту драки запрещены, мальчики, — сладким — Олега аж передернуло — голосом известил их корабль. — А если кому-то нужно размяться, так я легко могу это устроить.

И их потащило куда-то вверх, через разошедшийся потолок. А потом… Олег дрался. Много. Его толкали, пихали, растягивали, скручивали. Он рычал, бил, рвал, пинал в ответ. Казалось, его окружал миллион щупалец. Набедренная повязка слетела почти сразу. Пот заливал глаза. Во рту пересохло. Мышцы сводило от боли. Но он не сдавался, продолжая махать руками.

— А классно размялись, — нормальным — без прежнего напряжения — голосом сказал Догмар, когда они без сил — двумя желе — валялись на полу в душе.

Олег, с трудом повернув голову, проследил, как щупальце аккуратно разглаживает на полу два куска термо одеяла — одежку им вернули. Прикрыл глаза, улыбаясь. Да, классно размялись, а главное — он себя человеком почувствовал. Нормальным. Почти.

А Софи… Догмар в ментальных штуках понимал больше него. Если он сказал — без блока никак, значит, никак.

— Хорошо, — прошептал Олег, чувствуя, как его неотвратимо накрывает сон, — пусть пробует. Только если сама согласится. Никакого принуждения, понял?

— Слово, брат, — так же шепотом отозвался айкар.

Глава 13

Они появились в рубке, встреченные подозрительными взглядами. Софи испуганно ахнула на потрепанный вид, рванула было навстречу, но остановилась, словно наткнувшись на стеклянную стену.

Олег ощутил, как раздражение на самого себя выплескивается разъедающим внутренности ядом — в глазах сестренки он отчетливо прочитал страх. Боль полоснула по сердцу, стиснула горло, но легла на плечо, сжимая, ладонь Догмара.

— Ты еще завоюешь ее доверие, — прошептал он еле слышно, и поддержка друга заставила боль отступить. Олег вздохнул свободнее, отвел взгляд от сестры, запретив себе приближаться к малой, чтобы не пугать лишний раз.

Повисшее в рубке напряжение разбил нарочито веселый голос Мишки:

— Я ж говорил, киборги всегда поймут друг друга.

— Не хотел бы я такого понимания, — тихонько проворчал Ник, неодобрительно косясь на побитые рожи парней. — Как и оказаться грушей для битья. Только представь, что они с нами сделают.

Алекс заметил, как насмешливо дернул плечом айкар.

— Ты в курсе, что их слух скорее всего тоже модифицирован, — заметил он, и синий, в подтверждении, повернулся к отшатнувшемуся Нику, ощерился в кровожадной ухмылке, облизнулся и заявил с наглостью людоеда:

— Малыш, я проголодался.

Мишка испуганно икнул. Обнял Паразита и прижал его к груди, словно айкар мог на него претендовать.

— И что едят айкары? — осторожно поинтересовался Алекс. Он бы предпочел, чтобы синий питался цветочками, но с такой рожей тот явно предпочитал мясо. Почему-то именно айкар заставлял его нервничать больше всего. Олег тоже был киборгом, но киборгом понятным, говорившим на русском и думающим на том же языке. Вдобавок, он был киборгом, которого можно было накормить. Ну а сытый киборг в разы менее опаснее голодного. Синий же… Говорил на русском с явным акцентом, думал не пойми что, вдобавок, относился к землянам с явным пренебрежением, делая исключения лишь для двух человек: Олега и Софьи. И было непонятно, что они станут делать, если окажется, что их скудный паек — Имхар пытался экспериментировать со вкусом, но все равно это было мясное пюре, питательный батончик, фруктовое пюре и чай — не подойдет синему? Оголодавший киборг станет опаснее вдвойне.

— Конечно, мы предпочитаем сладких малышей. С Земли. Едим их отварными. Жаль, попадаетесь вы не часто. Так что земляне у нас только по праздникам.

Айкар явно издевался. Уж больно довольной выглядела его побитая рожа.

— Малышей здесь нет. Обломись, — Мишка завелся с пол оборота, лицо аж покраснело от злости. — Будешь выпендриваться — вообще ничего не получишь.

— Ай-я-яй, — укоризненно покачал головой Догмар, — как грубо. Еще и со старшим.

— Достаточно, — остановил его Олег, видя, как Софи кусает губы, готовясь вмешаться, и вид у сестренки был несчастным. — Твой желудок, уверен, все переварит.

— Я изучил остатки питательной смеси из камеры, — донесся сверху голос Имхара, — и смог ее восстановить.

— Только не это, — простонал Догмар, рухнул в кресло, закрыл лицо руками: — Я готов на вашу еду. На любую еду. Даже на ту, в которую ты плюнешь, малыш. Главное, чтобы она пахла хоть чем-то.

Ник отчетливо скрежетнул зубами.

— С чего это мы должны делиться? — выдохнул он с язвительной злостью. — Ешь свою питательную смесь, малыш. Подгузник, надеюсь, не потребуется? А может, тебя покормить? С ложечки?

Желание накостылять обоим стало столь явным, что Алекс с трудом смог его удержать в себе. Внутри крепла уверенность — с такой командой никакой враг не нужен. Сами себя изничтожат.

— Тебе есть что-то сказать?! — медленно поднялся с места айкар. Он словно выше стал, массивнее. Лицо застыло высеченной из синего камня маской.

Алекс с Мишкой одновременно шагнули вперед, готовясь встать между ними. Софи быстро водила руками в воздухе, принимая собственные меры.

— Есть! На «Покорителе» были мои бабушка с дедушкой! — выпалил Николай. Лицо исказила гримаса ненависти. Кулаки сжались. Взгляд сделался бешенным. Парень весь подобрался, явно плохо контролируя себя.

Алекс припомнил тот случай с «Покорителем вселенной». Кажется, это было научно-исследовательское судно. Ник происходил из семьи потомственных исследователей дальнего космоса. Отсюда и обширные знания о планетах, открытиях и путешествиях. Его семья жила на Проксима Центавре. Родители регулярно пропадали в экспедициях, как и дедушка с бабушкой, воспитывая единственного отпрыска по очереди, пока…

Память сама подкинула сведения. Расследование признало неудачный маневр. Корабль пытался избежать плотного метеоритного потока и столкнулся с астероидом-убийцей. Такими называли небесные тела, плохо поддающиеся отслеживанию из-за высокой скорости и малой площади. Астероид попал ровно в центр. Фатальное поражение. Но часть экипажа осталась жива и отправила сигнал о помощи. Только помощь пришла слишком поздно… Еще выяснилось, что на камеры попал чужой корабль. Специалисты опознали принадлежность к айкарам.

Алекс не знал, что на «Покорителе» были родные Ника. Зато теперь понятно, почему друг выбрал стезю военного пилота — в надежде отомстить. А если бы даже и знал… Что он мог сказать тому, кто уверен в вине синих — поймали сигнал, подошли, но помогать не стали. А ведь закон космоса един для всех: помоги сейчас, после помогут тебе.

Догмар нахмурился, взгляд ушел в себя.

— «Повелитель», — повторил он задумчиво, хмурясь потер пальцем лоб.

— Разведывательный корабль, класс 6Р. Пять лет назад потерпел крушение в секторе 45Е48АТ, — выпалил Ник, используя для обозначения сектора единую систему координат. — Ваши поймали сигнал, но помогать не стали. Признайся, мы для вас недостойные, да? Так с чего тебе дышать с нами одним воздухом и принимать от нас еду? Мы же для вас низшая раса! Не противно стоять рядом?

Айкар нахмурился еще сильнее.

— Достаточно, Ник, — оборвал его Алекс, ощущая, как от друга волнами расходится ненависть. — Уверен, Догмара на том корабле не было.

— Как будто это что-то меняет, — раздраженно дернул плечом тот, — они же всей расой нас презирают.

Догмар тяжело вздохнул. Видно было, ему непросто вести этот разговор и не сорваться. Но куда уйти, когда они заперты в маленьком пространстве?! Да и взгляд Олега просил об откровенности.

— Вы такие… — замялся айкар, подбирая правильные слова, — лживые и противоречивые. Даже сейчас, ты ненавидишь меня, хочешь убить и одновременно боишься, что я приму вызов, потому что знаешь — шансов выжить у тебя нет. Ваши эмоции — точно грязная вода. Рядом с вами мы и себя грязными ощущаем. А уж ваши политики… Ни слова истины.

Олег рядом понимающе хмыкнул.

— И малыш, — айкар улыбнулся в перекошенное лицо Ника, — я провел в ловушке шесть лет. Мне жаль твоих родных, но я к этому не причастен.

Шесть лет! Алекс ошеломленно посмотрел на синего. Вот это сила воли. Продержаться такой срок…

— Я один остался из десяти.

Он поймал его взгляд, помрачнел, отвел глаза. Посмотрел куда-то в пустоту, за спину Алекса.

— Они уходили один за другим, а потом появились земляне, — айкар невесело усмехнулся, словно принимая злую шутку вселенной свести его с теми, кого он презирает. — И оказалось, брат может слышать мысли. Это дало мне сил продержаться еще немного. К тому же, — он бросил быстрый взгляд в сторону девушки, — я очень хотел познакомиться с его сестрой.

— Слышь ты, — разъяренно зашипел Мишка, вставая перед Догмаром, — даже дышать в ее сторону не смей! Мне плевать на вашу расу, но если потянешь к ней грабки, я тебе их в задницу засуну, понял?

Алекс удивленно покосился на друга. С чего такое рвение?! Мишка никогда не отличался рыцарским поведением, а тут вдруг…

Лицо айкара исказило радостное предвкушение. Он повел плечами, разминаясь, и Алекс в который раз пожалел о том, что именно он тут главный. Если эти двое сцепятся… Нет, когда они сцепятся, ему же и разнимать.

— Ты читаешь только эмоции или мысли тоже? — тихо спросил он, но услышали все. Ник замер, растеряно хлопая глазами. Мишка побледнел, отступил. Оба, поглощенные собой, не обратили должного внимания на слова айкара. А зря…

— Эмоции, — подал голос Олег, он с комфортом расположился, вытянув ноги на диване и, казалось, совсем не переживал о конфликте. — Для чтения мыслей ему требуется совместимость и открытый канал. А это чертовски сложная вещь, парни.

— Я не хотел, чтобы об этом узнали так быстро, — признался айкар, занимая кресло рядом с другом.

Парни потрясенно молчали. А что тут еще сказать? Менталистика из сказки превращалась в реальность. А главное — землян столько лет за нос водили, не объясняя причин неприязни.

— Если все все сказали, давайте займемся делом, — раздался звонкий девичий голос. — А то вы только драться и можете, как погляжу, — добавила Софи с упреком. Она устало взлохматила волосы, тряхнула челкой. — Имхар скинул на мой планшет то, что ему оставили создатели.

Олег потянулся было, но Алекс успел первым. Взял планшет у девушки, заглянул в открытый на экране документ. Имхар собрал то, что у него было из приемов борьбы с киборгами, но большинство терминов были непонятны, либо вовсе не переведены. Из полезного перечислены слабые и сильные стороны киборгов. Последних в разы больше. И сразу становилось ясно — одолеть такого даже взводом будет непросто.

Алекс передал планшет парням, перехватил взгляд Олега, помотал головой, давай понять, что ему такое читать нельзя — разнесет корабль по кусочкам.

— Для нашего дела Имхару потребуется почти вся мощность. Так что мы встаем на стоянку.

Потолок и стены в рубке стали прозрачными, демонстрируя зависшую напротив планету с шикарными многоярусными кольцами. Сбоку от нее был виден крупный шар голубого цвета, а где-то за планетой должны были быть еще две. Тройной голубой гигант.

Алекс вопросительно посмотрел на девушку.

— Звезда Тау, созвездие Большого Пса. Здесь нам никто не должен помешать.

— Вся мощность — это включая маскировку? — озабоченно уточнил Мишка.

— Пока сложно сказать, — пожала плечами Софи, — надеюсь, что нет.

— Сколько у нас времени? — спросил Алекс.

— Примерно часов десять.

— Касательно блокировки, — подал напряженный голос айкар. Алекс глянул в его сторону и не сдержал ругательств. Синий отчаянно — на лице проступили вены — боролся с внутренним демоном.

— Имхар передал мне ваш разговор, — Софи была само спокойствие, — мы разрабатываем варианты решения проблемы. Не бойся, я не откажусь помочь.

Олег тихо простонал сквозь стиснутые зубы. В его памяти сестра все еще была ребенком и сейчас от этого ребенка зависело столь многое, что его раздирало на части от противоречивых эмоций. Одна часть требовала прекратить, защитить, спрятать. Вторая отчаянно желала, чтобы ему помогли. Третья боялась этой помощи. Четвертая того, что он с ней может сделать, если сестра решит поставить блок.

В рубке повисла напряженная пауза. Оба киборга пытались успокоиться.

— Тогда слушай мою команду, — Алекс повысил голос, привлекая к себе внимание, — Догмар — прием пищи. И лучше своей, а то после нашей тебя нечем откачивать. Ник — проверить состояние третьего освобожденного. Софи — в рубке, контроль и взаимодействие с Имхаром. Остальные — на ремонт. У нас ведь полно всего, что надо починить, так, Имхар?

— Точно так! — подтвердил корабль.

— Я не буду оправдываться, — предупредил Догмар. Алекс вместо ответа передал ему выдранное из стены щупальце, покрытое толстым слоем желтой слизи. Киборг ухватил его двумя пальцами, брезгливо осмотрел, держа на расстоянии вытянутой руки, потом легко порвал на две части, уклонившись от брызг и бросил в кучу к таким же.

Имхар быстро восстанавливался, но ему нужна была помощь в удалении сломанных деталей. Это как отрезать высохшие листья у растения или убирать погибшие побеги. Этим парни, собственно, и занимались. Отмершее отправлялось дальше на переработку, чтобы из полученного сырья корабль мог вырастить новое и полезное. Алекс малодушно запретил себе думать о том, что их еда получается из таких вот переработок.

— Тебя никто и не просит, — заметил он, засовывая руку по плечо в стенной проем и ощупывая там пространство. Все живое само уберется с дороги, а то, что не убралось, окажется в переработке.

Брезгливость он отбросил еще в самом начале. Алекс пытался объяснить про перчатки, но Имхар то ли не понял, то ли не захотел понять. Так что сдохшее приходилось доставать голыми руками, пальцы давно покрывал слой слизи разных цветов, с тошнотой Алекс пока успешно боролся и уже не сглатывал горечь, доставая высохшие до состояния мумий создания.

Догмара Алекс взял в пару осознанно. А что оставалось? За киборгом требовался пригляд, Ник с Мишкой же заняли позицию: «Синяя вражина». Еще и обиделись на то, что он выставил их из рубки. Нет, придумали тоже устроить шоу: айкар ест кашку. Пари заключили: поморщится или нет, стошнит или в себе удержит. Совсем мозгов нет. Догмар эту кашку шесть лет ел, каждый день, без вкуса и запаха. А они…

Когда Ник вернулся, доложив, что третий спасенный не очнулся, но начал дышать самостоятельно, Алекс невольно испытал облегчение. Ему хотелось оттянуть тот момент, когда число активных киборгов на борту возрастет до трех, и проблемы с ними, а точнее с их тараканами, тоже вырастут втройне.

Ну а пока сей момент не наступил, Олег отправился с парнями ремонтировать правую часть корабля, ну а он с Догмаром чистили «конюшни» в левой.

Глядя на легкость, с какой киборг рвал на части толстые канаты щупалец, Алекс позволил себе помечтать о том, как хорошо было бы иметь на станции такого работника, у которого и силища, и координация, а главное — мозги. Киборг все же не простой робот.

Угу, работник. Убийца, — ядовито заметил внутренний голос. У них агрессия потому и зашкаливает, что маньякам требуется регулярно кого-то убивать.

— Если ты заметил, нам вообще от тебя ничего не надо. Можем даже не привлекать к апгрейту, а просто отправить домой. Если помнишь канал связи, я попробую связаться, организуем передачу где-нибудь в уединенном месте…

— Не стоит, — оборвал его Догмар, и Алекс посмотрел на него удивленно.

Киборг же выразительно глянул на сваленный комок чего-то страшного в руке парня и тот, спохватившись, передал добычу айкару. Тот его помял, примериваясь. Алекс благоразумно отвернулся. Раздался чавкающий звук, и куски полетели в кучу утиля.

Алекс подозревал, Имхар специально придумал подобное занятие для киборгов и на самом деле кораблю все равно мелкие или крупные детали перерабатывать. Но возражать он, понятное дело, не стал.

Однако было странным, почему придурок не пожелал вернуться к своим.

— Не понимаешь? — голос айкара был полон ядовитой насмешки, словно он легко читал мысли Алекса, и парень, спохватившись, вспомнил уроки самоконтроля. — Мои сочтут вас ценными гостями, а корабль — бесценным подарком и вряд ли отпустят домой. Если хочешь поменять родину, так намекни, я с радостью устрою переселение.

Алекс сжал кулаки, ощущая, как злость берет свое, несмотря на медитацию, в которую он торопливо пытался погрузиться: «Думать о бабочках, красивых таких, порхающих».

— Не боишься, что наши поступят так же? — спросил парень, копируя и позу, и ядовитый тон.

— Уверен в этом, — пожал плечами киборг.

Алекс задохнулся от возмущения. Одно дело знать правду самому и другое — выслушивать обвинения от чужака. Но если признать, что синий прав…

Отпустив айкара домой, они допустят утечку информации. С учетом того, что технологии во вселенной давно вышли на первое место по ценностям… За живой корабль развернется настоящая борьба.

Алекс с ненавистью посмотрел на синего — нарисовалась проблема. Тот поморщился, но взгляд не отвел. И как поступить? Проще всего — выпнуть в космос, но Алекс прекрасно знал, что так не поступит, да и Олег не даст. Они, считай, побратимы с айкаром.

И что делать? В технологии древних вцепятся обе цивилизации. И вряд ли какая уступит. Так и до военного конфликта дойдет.

— Я и не жду, что ты меня полюбишь… — заметил киборг, растягивая губы в пакостной улыбке.

— Не читай меня! — раздраженно потребовал Алекс, с трудом напоминая себе о пользе медитаций. И ведь зачет по самоконтролю на отлично сдал. Только самоконтроль отпуск взял. Рядом с этим парнем, одетым лишь в кусок спасательного одеяла, с металлическими руками и ногами, с чуждой синего цвета кожей, еще и черными, совершенно непроницаемыми глазами у него самого такие демоны просыпались, что аж страшно становилось.

— Ты не просто излучаешь эмоции, ты ими фонтанируешь, — хмыкнул Догмар, — от такого тяжело отгородиться.

Алекс выпустил воздух сквозь стиснутые зубы. Дожил. Он всегда считал себя уравновешенным, спокойным и рассудительным. А его истеричкой обозвали.

— Наши с вашими не договорятся, — авторитетно заявил Алекс, уже представляя себе эти переговоры… — Ты можешь соврать о том, где был? И как мы тебя спасли?

Синий посмотрел на него как на идиота.

— Меня шесть лет не было. Ты представляешь, где я мог бы скрываться все это время?!

— На одной из новых поселенческих планет земного сектора. Там и двадцать проторчать можно, никого не встретив.

— А следы хирургического и ментального вмешательства, мне местные обитатели поставили, да? — язвительно уточнил айкар. — Меня поймают на лжи почти сразу. Если буду упрямиться, устроят ментальный допрос, а это, скажу, не очень приятная штука. Мозги наружу выворачивать.

То есть они еще и ложь чувствуют, — мелькнула в голове мысль, но Алекс ее уже не испугался. Даже азарт появился. Захотелось самому вывернуть синего наизнанку.

А что они, по факту, знают об айкарах? Ничего. Тут же такой шанс разжиться информацией…

— Если чувствуете ложь, значит, вранье для вас не имеет смысла. Тогда почему ты соврал, что землянами питаешься?

Догмар неожиданно смутился. Потер пальцем подбородок. Посмотрел на цвет ладони и выругался, причем на русском.

— От вас научился, — буркнул с досадой он.

Ну конечно… Алекс сложил руки на груди, разглядывая синего. Чему земляне могут научить? Только врать и ругаться. Свои-то, по-видимому, ни лгать, ни эмоции излучать не умеют. Безэмоциональные уроды. А потом другие народы обвиняют в том, чего сами лишены.

— И что делать будем? — спросил Алекс, окончательно успокаиваясь.

Синий посмотрел одобрительно, мол, действительно решать надо и лучше обсудить план здесь, без свидетелей, а то некоторые балаган устроят — не поговорить нормально.

Киборг вдруг подпрыгнул, коснулся рукой потолка, через секунду сжимая в руке отчаянно сопротивляющееся щупальце. Потянулся было порвать, но наткнулся на осуждающий взгляд Алекса и сконфуженно отшвырнул в сторону.

— Рефлекс, — пояснил он, присаживаясь на пол у стены и вытягивая ноги.

Алекс кивнул, мол, понятно, рефлекс. Убийцы они такие… Зазеваешься — шею свернут. И он присел чуть в отдалении.

Какое-то время они молчали.

— Все равно сцепимся, — покачал головой Алекс, перебрав пару десятков вариантов.

— Наши не позволят вашей, гм, цивилизации завладеть столь серьезными технологиями, — подтвердил Догмар.

Слово «недоразвитой» он дипломатично пропустил.

— Корабль наш! — запальчиво возмутился Алекс, ожег айкара гневным взглядом. — Его София первой нашла.

— И ее тоже заберут. Файе не место среди землян.

Алекс снова напомнил себе о самоконтроле, но тот решил покинуть хозяина окончательно:

— Слушай ты, синяк недобитый, про Софи лучше забудь, иначе я тебе обещаю: домой отправишься пешком и без скафа.

Айкар в ответ зло оскалился, но смог взять себя в руки и ответить медленно, чуть ли не по слогам, как маленькому:

— У нас ей будет лучше. Мы позволим ей стать тем, кем захочет: пилотом, врачом, ученым. Одаренные в большом почете на моей планете. И побратиму там будут рады.

— Да? — ядовитая желчь так и просилась выплеснуться наружу. — У нас она дома, с родными и семьей. Таланты мы тоже ценим не меньше. Да, и Софи уже стала пилотом, как хотела.

— Тогда почему у нее комбинезон другого цвета?

Алекс проклял синего за наблюдательность, а еще за эту понимающую усмешку — айкар поймал его на лжи.

— Если мы засветим Имхара — будет война, — озвучил свой довод Алекс, решив пока сосредоточиться на одном. Все равно там, где Софи, там и корабль.

— И что ты предлагаешь? Высадиться на какой-нибудь планете, отправить корабль, а самим послать за помощью?

— Ну не пешком же добираться? — ехидно усмехнулся Алекс. — Предлагаю проще: Имхар добросит нас домой. Незаметно. Сначала тебя, потом нас.

— Думаешь, я тебе поверю? Лживому землянину? — возмутился Догмар.

Парень пожал плечами. Придется.

— Я хотя бы могу обмануть своих и сказать, что корабль не вернется. Нас такому, знаешь ли, учили на случай плена. А вот тебе придется туго…

— Справлюсь, — глухо буркнул айкар. — Значит, мы оба уверены, что Имхар без Софи никуда не денется.

Алекс кивнул.

— И ты планируешь отпустить ее одну?! — возмутился Догмар. — Маленькую девочку, еще и необученную?!

Тот взглянул с иронией.

— Я должен это обдумать, — синий явно озадачился открываемыми перед ним перспективами.

Все равно не возьмем, — с мстительным удовлетворением подумал Алекс, уже прикидывая, как убедить Софи взять лично его.

После ремонта был душ — по-военному быстрый, Имхар любезно отчистил одежду и неожиданно — киборги аж лицами просветлели — выдал им новое обмундирование: шорты и футболки. Немного странные. Подозрительно разноцветные. Еще и мохнатые.

Догмар долго мял в руках свою футболку. Косился на Паразита. Сравнивал. Нет, цвет вроде как не совпадал. Пушистик был зеленого окраса. Но все остальное наводило на мысль, что для пошива данного комплекта пришлось ошкурить пятерку таких вот Паразитов.

Олег, если и подумал о схожести, заострять внимание не стал. Он был готов ходить в чем угодно, даже в женском халате, лишь бы не переживать каждый раз о сползающем с бедер куске одеяла. Еще и перед сестрой! А за один только призрак улыбки, промелькнувший на ее губах, Олег мог и клоуном нарядиться, лишь был Софи перестала его бояться.

Зато парни оценили. Алекс даже кулаком погрозил, заметив похабные ухмылки и уловив едва слышное: «Паразитов прибыло» от Мишки.

Олег. Тот лишь усмехнулся — сам недавно курсантом был — и любил незамысловатые шутки над товарищами, а вот Догмар не отреагировал. И это отсутствие реакции встревожило Алекса больше всего — ясно мстящую пакость задумал. Одно успокаивало — арсенал для пакостей у киборга был ограничен. К живому — а оно тут повсюду — он лишний раз и притрагиваться избегал.

На ужин парни собрались в рубке: трое в обтягивающем термобелье и двое в пушистых, разноцветных комплектах. Такие разные, но одинаково желающие выжить и вернуться домой.

— Тебе надо отдохнуть.

Невзирая на слабые возражения Софи, Алекс утащил ее на диван, усадил между собой и Мишкой. Олег проводил сестру больным взглядом, дернулся было забрать к себе, но сдержался, оставшись пушистой статуей каменеть на своем диване.

Мишка успел шепнуть командиру, что разговор по душам состоялся не только у него с Догмаром. За ремонтом Олег скупо, явно переживая все заново, рассказал о том, как провел последний год. Честно и откровенно. Про то, как после ампутаций система поддерживала его в сознании — для лучшего приживления новых конечностей. Как обезболивающее переставало действовать то ли из-за привыкания, то ли боль являлась часть процесса вживления — он не знал этого. Как общение с голосом в голове — долгое время он считал его частью личного бреда — было единственным развлечением. Как они отвлекали друг друга от боли, как прощались каждый раз, не зная, доживут ли до следующего сеанса связи.

— Он тратил на меня крупицы сил, которые накапливал. Хотя разумнее было использовать их для блокировки собственной боли. А мог ведь и не связываться с никчемным землянином, как только узнал кто я. Но ему был интересен я сам, моя семья. А еще то, почему я могу его слышать. Догмар сказал — они недооценивают землян. Если у нас встречаются такие как я, наш народ не так уж и безнадежен и с нами можно иметь дело. Еще сказал — нас надо учить. Выявлять подобные таланты и обучать. Тогда мы станем лучше, нормальнее… В их понимании, конечно. Не знаю, что из этого получится, но уверен, это шанс, если не подружиться, то хотя бы перестать по-глупому враждовать нашим народам.

Ник слушал молча, с мрачным лицом. Он явно предпочел бы вражду. Лютую. Чтобы сполна удовлетворить пышущую внутри жажду мести. Но авторитет Феникса — пусть и ставшего киборгом — был слишком высок, чтобы с легкостью отмести его слова.

— Нужны нам мыслеломатели! — первым возмутился Мишка. — Да ну на… Жили без них столько лет, не заботясь о том, что кто-то узнает, что у тебя внутри, проживем и дальше. А так…

— Айкары эмпаты, не менталисты, — возразил Олег. — Так что твои мысли в безопасности, ну а чувства можно и контролировать. Начать. Взрослый уже.

Он не стал озвучивать свои опасения о том, что менталисты существовали и среди айкаров. Иначе не было бы их связи с Догмаром и его странного интереса к Софи, а еще этого непонятного «файя». Он хоть и знал айкарский — начал учить, чтобы не сойти с ума в капсуле, но этого слова не знал. Даже связанные одной судьбой: пойманные ловушкой, жаждавшей возродить киборгов, они всегда помнили о том, что принадлежат разным народам. Олег никогда не говорил о службе на флоте, Догмар же не углублялся в те вещи, которыми айкары не делились с внешним миром.

Братство братством, но предавать своих никто не собирался.

После ремонта хрупкое перемирие было достигнуто.

Ник больше не рвался лично наказать Догмара за смерть родных, Софи перестала бледнеть при виде брата, ну а Олег все больше обретал контроль над собственным телом, держа темную сторону в глубинах сознания.

На ужин Имхар выставил уже знакомый стол-аристократ, за которым они выглядели пришельцами, случайно оказавшимися в особняке графа. А вот пюре на тарелках выглядело незнакомо. Алекс принюхался. Ник с угрюмым видом размазывал по тарелке подозрительную субстанцию до боли знакомого рыже-серого цвета, даже на Мишкином лице — а тот любил поесть — читались сомнения.

— Что это? — дрогнувшим голосом поинтересовался у корабля Алекс. Как же его достали все эти неожиданности! И вроде он капитан, но почему-то команда, а в первую очередь корабль, делают то, что хотят.

Имхар голосом вышколенного дворецкого отчитался:

— Согласно произведенному сравнительному анализу остатков питательной смеси из капсул и вашему питательному набору, выбор был сделан в пользу смеси.

Догмар совершенно неприлично хрюкнул. Лицо Мишки стало кислым, точно перед ним поставили миску лимонов, а Ник решительно отодвинул тарелку от себя. Олег же сидел с таким видом, словно его повторно позвали на собственные похороны.

— Состав смеси богаче минералами, витаминами и аминокислотами на тридцать два процента, — голосом завзятого маркетолога продолжал вещать Имхар, — она содержит необходимый вашему телу белок, а еще пару интересных молекулярных связок, которые ускоряют метаболизм и усиливают иммунитет.

Алекс вспомнил опутанные проводами капсулы, плюнувший в него рыжим шланг и содрогнулся, ощущая, как желудок сжимают рвотные позывы. Однако тридцать два процента! Убойная аргументация. Тут нечего возразить.

Успокаивало одно: Феникс год это жрал и ничего. У него, конечно, выбора не было, но выглядел киборг на зависть здоровым. Капсула явно и мышцы стимуляциями в рабочем состоянии поддерживала. Кожа была, конечно, бледновата. Шрамы опять же… Но киборг точно не выглядел задохликом. Скорее законченным бандитом, отсидевшим полжизни в одиночной камере.

И Алекс со вздохом — командир должен подать пример остальным, потянулся за ложкой. А то вон Догмар глядел столь ехидно, явно намекая на трусость курсантов.

— Отличная кашка, — одобрил свою еду айкар, отправив полную ложку в рот, — а уж питательность… прям нектаром на языке растекается.

Это было откровенным издевательством. Мишка привстал, закипая, Николай потемнел лицом, Алекс стукнул ложкой по столу, призывая к порядку — нет, он точно с ума сойдет с такой командой. А ведь по управлению персоналом у него тоже отлично в табели стояло. Надо будет перепройти курс. Где-то он что-то недопонял, раз не выходит у него поддерживать дисциплину в команде.

— На самом деле вкусно, — донеслось с противоположного конца стола, где сидела — подальше от киборгов — Софи, — грибами пахнет.

Мишка густо покраснел, плюхнулся обратно и со злостью запихнул себе полную ложку пюре в рот. Догмар откровенно веселился. Алекс мог представить, что тот сейчас испытывал, наблюдая не просто выражения их лиц, а чувствуя эмоции. После шести лет одиночества такой цирк для него прям наслаждение.

Алекс осторожно попробовал. Хм, действительно рыжая масса имела слабо выраженный грибной вкус. Спросить, откуда его взял Имхар, он не успел, корабль похвастался сам:

— Смог выделить из вашей еды. Ноль целых три десятых процента. Пришлось повозиться с усилением.

— Спасибо, — с чувством поблагодарил Алекс, — очень вкусно.

Если не думать о составе, а просто наслаждаться вкусом.

— Жаль, для нашего синего гостя, не удалось сделать подобного. Но я могу провести биологический анализ и проверить, что вам подходит из земной еды, — с огорчением добавил Имхар.

— Не стоит, — остановил его айкар, — не трать ресурсы. Я не привередлив.

А потом они устроились на отдых. Ну как на отдых. Алекс жутко нервничал, да и друзья напряженно косились в ту сторону, где между киборгами сидела Софи, готовые в любой момент вмешаться.

Она, правда, просила не провоцировать. Имхар тоже обещал, что никто не пострадает, а в случае чего — он примет меры, но доверия к нему у Алекса не было — ребенок же. Может ошибиться и недооценить силу киборгов.

— Постарайтесь уснуть. Мне легче работать будет.

Олег лежал, боясь шелохнуться. Прохладная ладошка сестры на лбу приятно напоминала тот момент, когда он, болея, страдал от высокой температуры, а она сидела рядом, вот так же держа ладонь на его горящем лбу.

— Прости меня, — еле слышно прошептал он. Чуть запрокинул голову, пытаясь заглянуть ей в лицо, но Софи надавила, запрещая шевелиться.

— Это был не ты, — сказала твердо, — тебе не за что извиняться. Главное, ты жив. А с остальным мы справимся.

— Файя, моя жизнь в твоих руках.

От пафоса в словах побратима, Олегу захотелось его придушить. Нашел, к кому подкатывать! Она же маленькая еще! Да и не мог он представить сестру с синим. Просто не мог. Если уж на то пошло, Алексей подходил ей больше. Олег помнил его по академии. Лучший на курсе, серьезный, ответственный, из семьи потомственных офицеров. Он будет надежной опорой. Олег смирился бы даже с тем вихрастым парнем, который не сводил с Софи глаз, наивно полагая, что его никто не замечает.

Олег видел всех. И темная сторона требовала их убить. Странное дело, она смирилась с тем, что Софи неприкосновенна — Олег смог настоять на своем — и включила ее в зону «Мое». Так что теперь любой чужой взгляд в сторону сестры, любое прикосновение к ней заставляло его испытывать мучительную боль собственника и подавлять жадное желание убить всех вокруг Софи.

Зато темная сторона позволила и уложить себя рядом с девушкой, и усыпить — Олег ощутил, как глаза постепенно смыкаются, а тело расслабляется. Рядом мерно дышал Догмар, и последней мыслью Олега было то, что синий, похоже, воспользовался той же методикой, включив Софи в круг личных интересов, обеспечив тем самым безопасную постановку ментального блока. Но это значило, что ревность к девушке для них теперь общая проблема.

Глава 14

Дышать было легко. Голова ощущалась свежей и чистой, точно мозги вытряхнули от туда и промыли хорошенько под струей воды. Давно он себя так свободно не чувствовал. Наверное, последний год. Прошлая жизнь до плена воспринималась чужим фильмом, который Олег смотрел жутко давно. В ней, той жизни, он был гордостью семьи, любимым братом, лучшим курсантом и отличным пилотом.

А теперь? Полукиборг, получеловек. И прежняя уверенность в собственной успешности казалась издевкой.

Сейчас он считал за счастье то, что жив и может контролировать собственное тело, без опаски сорваться и превратить корабль в летающий морг.

Монстр перестал быть чудовищем. Он все еще оставался монстром, но уже точно мог сказать, что это он отдал приказ руке подняться и в голове присутствуют лишь его мысли.

Олег прислушался к себе. Определенно больше не хотелось убивать, а злость не висела красной пеленой перед глазами.

Он улыбнулся. Попытался. Губы непослушно растянулись в улыбке. Точно кривой и жуткой, но все равно это был прогресс. Пошевелил плечами, проверяя, не почудилась ли появившаяся в них легкость. Нет, она действительно была. И Олег успокоился. Он снова человек. По крайней мере мысленно.

Расплатится ли он когда-нибудь с сестрой за то, что она для него сделала? Вряд ли. Но попытается закрыть хоть часть долга.

— Я сделаю все, чтобы ты была счастлива, мелкая, — шепотом пообещал себе, а потом посмотрел на крышку капсулы, где, погруженный в зеленую жидкость, лежал айкар. И улыбка стекла с губ. Олег постарался расслабить стиснутые кулаки. Не получалось. Тело боялось. Оно помнило капсулу, дни в ней и накатывавшую раз за разом боль. Оно требовало уничтожить угрозу.

Олег не понимал, как Догмар заставил себя лечь туда. Ему самому придется, похоже, просить парней стукнуть его по голове. По доброй воле, он туда точно не полезет.

Синий вызвался быть первым. Так и сказал:

— Не стоит, брат, рисковать обоим. Пусть Имхар на мне потренируется. Тебе легче будет. И не спорь. Посмотри на сестру и перестань мучиться совестью. К тому же моя регенерация лучше твоей. Ты это знаешь.

Олег знал, но все равно надо было поспорить. А не стоять молча, кусая губы и глядя, на ставшее от бледности голубым лицо друга и не думать о том, что сейчас с ним творит Имхар. Можно было, конечно, спросить у корабля, как там дела. Или подойти к сестре, которая помогала с операцией. Но Олег остался на месте, не желая отвлекать их пустым беспокойством.

Вернулся в рубку. Разговор тут же оборвался, и Олег ощутил себя чужим.

— Как он? — первым нарушил молчание Алексей. Хороший парень. И командир из него получится неплохой. Со временем.

— Дышит.

Вот не хотел, а ответ прозвучал резковато. Взгляд потянулся к сестре. Та стояла, активно общаясь с пустотой. Что-то передвигала руками. Возражала. Спорила. Без звучно.

— Сам-то как? — а это Ник. Умный, но с придурью. Мог бы стать сволочью, однако не стал. Впрочем, будущее покажет.

— Готов избавиться от лишних железок, — с нескрываемым удовольствием произнес Олег. Покрутил ладонью перед лицом. Сжал, разжал пальцы.

Пусть свои в разы слабее, зато свои. Собственные.

На Земле какое-то время назад увлекались подобным усовершенствованием, но быстро обнаружили, что человеческий организм принимает новые конечности только в обмен на изменение психики. И когда такой вот псих разгромил лабораторию, превратив в кровавое месиво своих создателей, опыты запретили. Биопластик пусть не давал большого преимущества перед обычным телом, зато легче приживался, становясь идеальным протезом.

— Тогда тебе будет интересно узнать, что киборги не только металлическими конечностями отличались, — Алекс протянул ему планшет.

Олег активировал экран, вчитался.

Что же… ожидаемо. Эхсманы совершенствовали не только тело. Иначе вышла бы цивилизация сильных, но тупых существ, а судя по уровню их техники, дураками эхсманы не были.

— Не ощущаешь никаких изменений? — с интересом поинтересовался Михаил, выразительно постучав себя по лбу.

Олег глянул с раздражением. Какие изменения? За год создать в его голове супермозг, способный напрямую подключаться к сети? Думается, останься кто из эхсманов в живых, даже для них такая задача была не под силу.

Так что он остался все тем же землянином, с уровнем айкью выше среднего и скоростью реакции, значительно превышающей средние показатели. Впрочем, других в пилоты и не брали. Хотя поумнеть он бы не отказался, как и от знаний о древних технологиях. Но только без того кровавого безумия, которое требовало уничтожить все живое вокруг.

— Спроси у Догмара, он там дольше был, — вернул Олег планшет.

— Спросишь, как же… Этот никогда не признается, — тяжело вздохнул Мишка.

И тут в рубке мигнул, выключаясь свет и помещение залил голубой свет звезды Тау, а по стенам потянулись густые тени. И все стали выглядеть, как родственники Догмара.

— Спокойно, это временно, — раздался уверенный голос девушки.

— Угу, спокойно. Все мощности забрал. Надеюсь, хоть маскировка не слетела, — проворчал Мишка, вставая и подходя к обзору. На его плече островком зелени разлегся Паразит.

Алекс хотел было предложить всем лечь спать, но не стал. Сам сейчас не заснет. Нервное ожидание выматывало хуже любой опасности. Поэтому он тоже поднялся, подошел к Мишке, встал рядом, от нечего делать принявшись пересчитывать кольца на планете. Эх, слетать бы. На разведку. Все же есть что-то бесконечно привлекательное в открытии новых планет. И в праве самому придумывать им названия.

— Слушай, командир, а ты не помнишь, кому данный сектор принадлежит? — каким-то очень напряженным голосом уточнил Мишка. Поднял руку, указывая на правый верхний угол обзора.

Алекс вгляделся и похолодел. Две точки двигались явно быстрее окружающих их звезд.

— Софи, — позвал он шепотом, словно гости уже висели рядом и могли их чудом услышать.

— Не отвлекай ее, — так же шепотом потребовал Олег, добавив: — Сами разберемся.

— Может, не заметят? — с надеждой проговорил Ник, когда выяснилось, что мощностей едва хватает на поддержку систем жизнеобеспечения: тепло и воздух подаются, но вода не циркулирует, а про маскировку и говорить не стоит. Ее у них нет. Совсем. И в данный момент они висят на виду у всей вселенной, словно товар, выложенный на прилавке магазина.

— Смотря, с какой целью здесь. Если патрулируют, мы их точно заинтересуем, если куда торопятся, может, и пронесет, — рассуждал Мишка, вглядываясь в черноту за обзором.

— Сектор условно нейтральный, обитаемых планет нет, пригодность к колонизации низкая, для добычи редких металлов планеты малоисследованы, да и далеко от основных путей, — припомнил Олег то, что знал о звезде Тау — голубом сверхгиганте. Тройном гиганте. Остальные две звезды были загорожены от них планетой Тау 1–2.

— Нечего здесь патрулировать, — подтвердил Алекс, — и нас засечь они только визуально могут, ведь мы…

И он вдруг резко побледнел, а потом рванул вниз, в ангар.

— Маячок, — хлопнул себя по бедру Ник, догадавшись, в чем дело, — если Имхар перестал подавлять его сигнал, нас стало не только видно, но и слышно. Не думал, что буду скрываться, точно пират, причем от своих не меньше, чем от чужих, — Ник раздраженно помотал головой, — еще и с айкаром на борту. Наши, конечно, киборгам обрадуются, но тебя точно не устроит быть подопытной крысой, — и он покосился на Олега.

Тот не стал отвечать. А смысл? И так все очевидно.

— Нам всем достанется, когда вернемся, — примирительно проговорил Мишка. — Рассадят по клеткам и начнут допрашивать. Или думаешь, тебя по головке погладят?!

— За Имхара? Конечно, — уверенно ответил Ник. — Еще и наградят.

Олег скривился. Наградят-то наградят, а вот Догмара вряд ли отпустят. Впрочем, все будет зависеть от того, что выберут власти Земли: наладить отношения с айкарами, вернув их соотечественника домой или скрыть факт существования живого корабля с технологиями древних. И что-то подсказывало Олегу — власти выберут второй вариант.

— Кажись, мимо, — неуверенно проговорил Мишка, наблюдая, как огоньки скрываются за кольцами планеты. Он выдохнул, повеселел, принявшись наглаживать лежащего на плече Паразита.

— Я выключил маяк, — Алекс вернулся в рубку, — правда, пришлось разбить.

Парни переглянулись. Маяк был последним связующим звеном с домом, а они его… собственными руками.

— Ладно, мы уже три машины потеряли в ловушке, — пожал плечами Мишка, — чего там один испорченный маяк…

И тут из-за дальнего кольца, с другой стороны вынырнули два огонька. Теперь они были значительно ближе и, судя по траектории, направлялись в их сторону.

— Какого…! — с эмоциональным негодованием высказался Мишка, тыкая пальцем в обзор. Паразит согласно встопорщил щупальца, тоже не одобряя незваных гостей.

— Надо убираться, — озабоченно потер подбородок Ник. Олег был с ним в принципе согласен, но Догмар…

— Прервем операцию, брат может погибнуть.

— А не прервем, нас возьмут на абордаж, — со злостью отрезал Ник, смотря в упор на Олега.

— Вопрос только кто, — протянул Мишка, сдвигаясь так, чтобы перекрыть дуэль их взглядов. — Я вот слышал, у талейцев смешанные экипажи. Всегда хотел познакомиться с талейкой. Они такие… — он развел руками, еще и причмокнул, демонстрируя степень восхищения.

— А мне все равно, кто там. Я даже талейской подопытной крысой быть не согласен, — мотнул головой Олег.

— Поздно, нас засекли, — прервал их дискуссию Алекс, и все прилипли к обзору.

Там, на фоне планеты, к ним медленно, не торопясь, подплывали два корабля. Вспыхнули огни по ребрам конусообразные силуэты, подсветив навесы оружия. Габаритами гости тянули на тяжелые крейсера, отметил с унынием Алекс. Против таких не повоюешь. Хотя в их ситуации против кого повоюешь? Имхар еще не восстановился после уничтожения ловушки, отдав все ресурсы. У них же не обычный корабль, а живой. Он выращивает то, что ему требуется. И на это нужно время.

В рубке, залитой голубым светом гиганта, повисла напряженная тишина. Судя по унылым лицам парней, все уже оценили шансы на противостояние. Как и варианты: драпать или сдаться.

— Паразитушка, зеленушечка ты моя, а не айкары ли это к нам пожаловали?

Алекс похолодел, всмотрелся до боли в глазах в обзор и спокойно — командир не должен поддаваться панике — подтвердил:

— Очень похоже.

А что? Даже объяснение есть. Айкар сейчас лежит в капсуле. Но кто знает, может, ему удалось подать сигнал своим? Вот их и нашли.

Алекс от безысходности готов был к любой версии, а вот в совпадения он категорически не верил.

— Мы можем принять их сигнал? — спросил он у корабля. Но Имхар, похоже, и связь отключил. По крайней мере ему никто не ответил.

— Могу ручкой помахать, — с нервным смехом предложил Мишка.

— Маши, — согласился Олег, — у айкаров это знак внимания к противоположному полу. А на военных кораблях ты вряд ли найдешь айкарок. Но если хочешь завести друга…

Мишка нервно сглотнул, помотал головой и спрятал на всякий случай руки за спину.

— И что нам делать? — он оглянулся на замершую Софию. — Отвлекать нельзя. Принять сигнал тоже. Мы сейчас повисим так. Помолчим. Да и получим чем-нибудь в бок. Мы же голые, считай. Без защиты.

— Вряд ли айкары без причины будут атаковать корабль неизвестной цивилизации, — обнадежил его Алекс. — Так что ждем, когда Имхар освободится.

В рубке снова повисла тишина. Мишка не выдержал первым. Подтянул кресло к обзору. Уселся в него, заложил ногу на ногу. Пожаловался:

— Жаль, закуски нет. И пива. У нас тут затянутое шоу ожидается.

— А ты экшен ждешь? — хмыкнул Алекс, тоже вытягивая кресло к обзору. — Обстрел? Или абордажную команду? Чтоб скуку развеять?

— Я бы лучше поскучал, — с намеком произнес Ник, устраивая и свое кресло в линию.

Олег посмотрел на их затылки. Потом на айкаровские крейсера. И решил, что делать нечего, кроме как ждать.

Айкары видимо думали так же и какое-то время ничего не происходило, а потом передний крейсер замигал огнями, погасил все, оставив три: красный, синий и зеленый.

— И кто помнит галактические световые коды? — лениво спросил Олег, намекая, что старший здесь он. А некоторым еще полтора года учиться.

— Кто их вообще использует, старье такое? — возмутился Мишка.

— А вам не кажется странным, что они решили их применить? Будто знали, что мы поймем?

После слов командира все задумались.

— Это получается, они нас специально искали? Нет, — тряхнул головой Ник, — слишком много совпадений. Я еще поверю в то, что нас могли вычислить наши, но айкары…

Цвет огней сменился на голубой, синий и желтый.

— А что так быстро-то! — проворчал Мишка. — Я еще прошлый не разгадал.

— Что тут гадать, — хмыкнул Олег, — на свидание приглашают и на сеанс связи. Просят ответить любым способом.

— Хоть фонарь со Стража выламывай, — вздохнул Мишка.

— Держим паузу, — принял решение Алекс. Доломать истребитель они всегда успеют.

Это было даже красиво. Крейсер мигал и на фоне бело-желто-серых колец планеты смотрелся новогодней игрушкой.

— У нас гости? — донеслось долгожданное сверху. — У меня все каналы забиты их сообщениями. Что за нетерпеливая раса!

— Как там брат?

Олега сейчас больше интересовало состояние Догмара, чем висящий напротив крейсер.

— Идет процесс приживления, — обнадежил его Имхар, — процент удачного исхода у данного индивидуума больше пятидесяти. Отличная регенерация.

Движение за спиной Олег не увидел, но почувствовал и на интуиции бросился к сестре — подхватить, прижать к себе холодное тело, застыть в ужасе.

— Опять перестаралась, — Алекс был само спокойствие. — Давай, ее на диван. Ноги надо растереть и руки. Еще бы укрыть чем.

Олег стащил свою пушистую футболку, прикрыл Софи. Потом принялся растирать ледяные ладони, греть их своим дыханием.

— Имхар, можешь обеспечить связь с гостями?

Алекс еще не успел обговорить параметры, как обзор потемнел, став экраном, и на нем высветились фигуры гостей.

Айкаров было трое. Все мужчины. Двое, судя по светлым бело-голубым волосам, в возрасте и один средних лет с роскошной темно-бирюзовой шапкой густых волос.

— Приветствую экипаж «Вечного странника», — несколько пафосно начал было на галактическом старший, но разглядев, кто на него смотрит, сбился и замолчал, глядя на землян с округлившимися глазами. Он явно не ожидал увидеть их на борту корабля.

Пауза затягивалась. Алекс понимал, что надо что-то сказать. Объяснить. В голове метался десяток мыслей, одна глупее другой, и ему никак не удавалось сосредоточиться.

— Догмар здесь? — внезапно осипшим голосом уточнил айкар. И Алекс поздравил себя с верной догадкой. Синие искали своего. Непонятно только, как они смогли их найти.

— Приветствую главу клана, — вперед шагнул Олег, — мой побратим жив и находится на лечении. Сейчас он не сможет с вами пообщаться, но вы можете его навестить.

— Ты с ума сошел приглашать их сюда! — шипел Мишка. Ник высказался не менее протестующе, и даже Алекс поддержал.

— Мог бы хоть посоветоваться, — посетовал он, намекая, что Олег сам передал ему командование.

Н-да… нехорошо вышло. Тащить на борт айкаров. Без подготовки. Без условий. Но Олег не раскаивался. Повезло быстро выполнить данное Догмару обещание. Все-таки отправиться к потенциальному противнику для военного пилота целое дело. Практически шпионский роман.

Так что первое, о чем он подумал, глядя на главу клана При-Альски, он же «Танцующая смерть»: «Вовремя!». Пятьдесят процентов выживания — не сто. Если побратим умрет, он хотя бы сейчас успеет передать свои посмертные слова. И Олегу не надо будет ломать голову над тем, как выполнить обещание. Да он в жизни ничего так старательно не учил, как те чертовы слова!

Для айкаров посмертные слова были важной частью похоронного ритуалом. Они придумывались заранее в течение всей жизни. Одно-два предложения. Весь смысл существования. И после смерти высекались на каменной табличке, чтобы потом быть установленной на семейном алтаре предков и остаться в вечности, когда тело сгниет.

Считалось, что без последних слов дух умершего не сможет навещать родных и заботиться о них. Своего рода ключ к памяти о предке и общению с ним. Для айкаров с их кастовостью, кланами и главенством старшим не успеть передать их было серьезным нарушением гармонии духа. Потому Догмар и заставил Олега выучить последние слова погибшего экипажа айкаров, еще и поклясться самым дорогим, что тот их передаст.

Они вдвоем встречали айкаров в ангаре. Мишка с Николаем остались в резерве прикрывать, если что пойдет не так, ну а Софию единогласным решением оставили в рубке. Не хватало еще, чтобы айкары заинтересовались пилотом и попытались ее выкрасть.

Догмар хорошо описал своего деда. В подробностях. Тот возглавлял клан При-Альски уже тридцать лет. И действительно напоминал хищную птицу. Особенно выразительны были глаза, которые сейчас с требовательным прищуром сканировали его, изучая. Белая шапка густых волос имела сходство с хохолком. Лицо было гладким — возраст у айкаров сказывался на цвете кожи — та начинала бледнеть, из синего становясь голубой, да на цвете волос. Седина у айкаров была белоснежной.

Рядом с главой клана стояли двое. Один тоже в возрасте, внешне похож на главу, назвавшийся Радгар-Тон, второй молодой, сильный, опасный — Фалк-Ран. Он обменялся с Олегом оценивающим взглядом, явно прикидывая, сможет ли завалить киборга в честном бою. Олег вызов принял, приглашающе улыбнувшись, пока старшие произносили приветственные слова, выражая сдержанное уважение к землянам.

— Мы благодарны за доверие, — проговорил глава При-Альски, с любопытством осматриваясь по сторонам. Они поднимались по коридору из ангара. — Понимаю, вы рисковали, приглашая нас сюда и поверьте, мы высоко это ценим.

Алекс выразительно хмыкнул. Они здесь, без прикрытия, под прицелами двух боевых крейсеров. И все из-за одного айкара, которому в данный момент приживляли новые конечности. Словом, ситуация практически патовая: ни слинять, ни бой принять.

Алекс понимал, что Олег настроен к айкарам дружелюбно из-за побратимства с Догмаром, но сам побороть чувство подозрительности не мог. К синему цвету кожи он попривык, как и к ярко-синим губам, а вот черные глаза вызывали опасение. Мысль, что айкары эмпаты или даже телепаты, никак не выходила из головы. Так что Алекс сделал над собой усилие и улыбнулся, напомнив себе, что его чувства могут считать.

— Спасибо, но нам до сих пор непонятно, как вы смогли нас найти, глава, — озвучил он то, что не давало ему покоя.

Айкар ответил не сразу. Он остановился напротив украшенной орнаментом стены, восхищенно покачал головой.

— Думаю, вы уже знаете, наше духовное развитие опережает ваше.

В словах главы не чувствовалось превосходство, лишь констатация факта.

— Некоторые техники позволяют нам заглянуть за горизонт настоящего. Конечно, результаты не всегда точны, но помогают решить некоторые проблемы.

Речь айкара была полна намеков и недоговоренностей. Алекс ощутил, как у него голова начинает болеть в попытке уловить скрытые смыслы. Нет, земляне в этом плане более прямолинейны, особенно славянские народы.

— Намекаете, что можете предвидеть будущее? — нахмурившись — у них еще и провидцы есть — уточнил Алекс.

— Насколько я осведомлен о вашей истории, капитан, провидцы и у вас есть, правда, встречаются крайне редко, — парировал глава.

Возразить на это Алексу было нечего. Действительно в истории упоминались такие люди, но проверить их пророчества часто не представлялось возможным.

— Вы правы. Они у нас были. В прошлом. Сейчас мы предпочитаем аналитику и факты.

Айкар не стал отвечать, намекая молчанием, что у каждого свой подход к информации. Однако они здесь. Значит, смогли узнать время и место возможной встречи с Догмаром.

— Прошу, — Алекс посторонился, пропуская гостей в помещение, которое они называли лабораторией.

Капсула уже была без крышки. Догмар лежал в ней, погруженный в белесую жидкость по шею — одни лицо торчало над поверхностью. Трубок заметно не было. Дышал айкар сам. И это обнадеживало, несмотря на бледность лица, обескровленные губы и прорезавшую лоб морщину.

— Догмар-сан, — тихо позвал глава, и парень открыл глаза. Увидел деда, слабо улыбнулся. Прошептал:

— Глава. Брат. Дядя, — и обессиленно прикрыл глаза.

Олег коротко перевел Алексею. Тот кивнул, принимая к сведению, что к ним пожаловала семейка синего. Странно, отца нет. Но мало ли… Может, он на втором крейсере прикрывает.

Глава подался вперед. Глаза его заблестели. Руки стиснули край капсулы.

— Что с ним? — спросил он дрогнувшим голосом.

Олег начал рассказывать. Без подробностей. Без упоминания сестры. Без объяснения откуда взялся Имхар. Просто ловушка, в которой осталась целевая программа по созданию киборгов. Нет, что за цивилизация ее создала он не знает. Никогда таких технологий не встречал. А потом их спасли. Тех троих, кто выжил.

— Я слова посмертные вам хоть сейчас могу передать. Догмар заставил их выучить. От всех, кто в экипаже был, — предложил Олег, испугавшись вдруг, что побратим больше не очнется.

Глава взглянул на него с одобрительной благодарностью.

— Внук всегда заботился о других, — он с любовьюА посмотрел на Догмара. — Мой клан не забудет того, что вы потратили время спасения на этот долг.

Олег вдруг ощутил, как глаза зачесались, а в носу защекотало. Он отвернулся смущенно.

— Да, что я там потратил… У нас этого времени на целую эскадру было. Я и ваш язык выучил, чтобы не сойти с ума.

В помещении повисла озадаченная тишина.

— Вы тоже лежали в капсуле? — осторожно так, словно сомневаясь в разумности самого вопроса, уточнил глава.

Олег кивнул.

— Бред! — с сильным акцентом на галактическом воскликнул молодой айкар. — Как они могли слышать друг друга, находясь в закрытых капсулах! Там же герметичность должна была быть!

Глава уже открыл было рот, чтобы извиниться за горячность внука, но Олег ответил первым.

— Так побратим ко мне в голову приходил. Он же умеет. Вы знаете.

Алексей никогда в жизни не видел удивленных айкаров. Но вынужден был признать, что с округлившимися глазами, открытым ртом и ошалевшим выражением лица, они напоминали мультяшных героев: милых и забавных.

На аватар такого хочу, — решил он, уже прикидывая, как тайком снять айкаров на планшет Софии.

— Не может быть! — затряс головой Фалк-Ран. — Ты не мог его слышать. Это исключено.

А глава шагнул к Олегу, вцепился взглядом тому в лицо. Киборг отшатнулся. Выставил вперед руку и потребовал:

— Не лезьте ко мне в голову.

— Вы и это чувствуете? — удивился глава и прошептал: — Невозможно. Мы проверяли землян. Ваши духовные каналы закрыты.

— Мы разные, — счел возможным вмешаться Алекс, — а проверить всех нельзя.

Глава задумался. Потрясенное выражение все еще не сходило с его лица.

— Вы правы, — признал он, — мы упустили из виду, что ваша цивилизация уникальна своим разнообразием и готовы провести новые переговоры с вашими представителями. По возвращению, конечно же. Ну и вы можете рассчитывать на любую награду. За спасение моего внука и за «Странник». Повторюсь: на любую. А возможности у нашей цивилизации огромны.

Глава 15

— Нам не нужны награды, — поспешил отказаться Алексей. — Но корабль наш. Вы не можете на него претендовать.

В лаборатории установилась напряженная тишина. Айкары были без оружия. По крайней мере Олег ничего не наблюдал на их обтягивающих тела комбинезонах, но кто знает, какими технологиями они обладают. Так что на всякий случай он сместился чуть ближе к молодому и самому опасному.

— Вы не понимаете, — очень мягко, как маленьким, улыбнулся глава, — мы ни в коем случае не отбираем у вас корабль. Но это «Странник». Вы успели уже заметить, насколько он отличается от других кораблей. Чтобы управлять им требуется особый талант. При всем моем уважении к вашей расе, — он скорбно поджал губы, мол, с убогих какой спрос, — даже у нас найти подходящего пилота большая удача. Так что мы предлагаем обмен. Наш крейсер на ваш корабль. Согласитесь, выгодное предложение. Вы все равно полноценно не сможете им управлять.

— Имхар, — вытолкнул из себя Алекс, глянул прямо на старшего айкара — плевать, пусть чувствует его негодование, — корабль зовут Имхар. И вы сами можете спросить у него, хочет ли он менять экипаж.

Глава глянул озадаченно, задумчиво пожевал губу, что-то прикидывая.

— А что тут думать?! — взорвался Фалк-Ран. — Вы еще дети, а Странник не игрушка. Мы могли бы его силой забрать, но из уважения к спасенному брату, предлагаем честный обмен. Ваши давно мечтают о наших технологиях. Продадите им наш крейсер. Будете до конца жизни жить без забот. Щедрое предложение. Соглашайтесь.

Этого Алекс уже стерпеть не мог.

— Я! — шаг к молодому айкару, палец совершенно недипломатично воткнулся в прорезиненную ткань скафа. — Пилот! Военный! И жить без забот не хочу! Понятно?!

— Спокойно! — Олег положил ладонь ему на плечо, сжал. Уж если кому и тыкать в айкара, так это ему. Палец киборгу он точно сломать не сможет. Силенок не хватит.

— Имхар, — позвал Олег громко, искренне надеясь, что корабль не занят сейчас чем-то важным, — ты доволен своим экипажем? А то тут замену предлагают. Тебе синий как? Нравится?

Фалк зашипел что-то ругательное, но поймав насмешливый взгляд Олега, осекся.

— Да-да, — подтвердил тот, — и эти слова мы с Догмаром проходили.

— Я не совсем понял сути вашего вопроса, Олег, — донесся сверху голос корабля, — но к малышам я уже привык. Забавные они.

Фалк показательно закатил глаза, мол, даже корабль считает их малышами. Так о чем еще говорить? Отобрать и передать старшим, пока не сломали.

— А пилот? Кто вами управляет? — въедливо уточнил глава, и Олег похолодел. Софи. Не хватало, чтобы синие узнали о сестре. Он не знал, в чем конкретно проблема, но озвученное Догмаром «файя», как и упорное желание заманить сестру к себе на планету, вызывали сильную тревогу.

— Ради своего пилота я пол вселенной пролетел, — прозвучал ответ, и Олег мысленно застонал, глядя, как удивленно вытягиваются лица айкаров. В который раз за сегодня. И как они многозначительно переглядываются…

— Скажите, капитан, а мы может познакомиться с вашим пилотом? — повернулся к Алексу глава. Тот растерянно посмотрел на Олега. Н-да… неудачно вышло. Засыпались почти сразу. А эти-то… Сразу в стойку. Охотнички… От жгучего интереса аж глазки заблестели.

— Пилот занят пилотированием, — сухо отрезал Олег, давя возникшее желание придушить гостей. Неудобно, их трое, а рук у него только две. Это же перехватывать придется…

— Мы поняли, — дипломатично отступил глава и быстро завершил визит, пообещав вернуться за Догмаром, когда тот очнется.

— «Странник», — передразнил со злостью Алексей, когда гости покинули борт корабля. — И хватило же наглости заявить такое! — он стукнул кулаком по стене лаборатории — они, не сговариваясь, завернули сюда. — Еще и пилота им подавай! Уроды синюшные!

— Спокойно. Силой они действовать не станут, а с остальным мы как-нибудь разберемся.

Олег наклонился над Догмаром, прислушался. Брат дышал ровно и размеренно, только напряженное лицо и стиснутые губы говорили о том, что с ним не все в порядке. Олега кольнул страх — а сам-то он справится? Выдержит ли сердце столь сложную операцию?

— Скорее бы им этого отдать, — Алекс неприязненно покосился на Догмара. Нет, против синего он лично ничего не имел. Парень оказался неплох и даже мог здраво рассуждать, а вот его родственники… Не семья, а сплошная проблема, отягощенная двумя боевыми крейсерами. — Слушай, не понимаю, откуда у них крейсера? Вроде как личные. Как такое может быть?

— Каста воинов, — пожал плечами Олег, — им разрешено иметь собственное оружие и корабли. Это как частная мини армия. Если требуется, государство их призывает на выполнение задач.

— А здесь они с частным визитом, — задумчиво кивнул Алекс, — поиск сородича. И ты заметил, они так и не попросили слова… Эти, которые последние. Значит, уверены, он выживет.

— Ну или уверены, что вернутся, — озвучил свою версию Олег. — Есть еще одно. Они назвали Имхара «Странником». Похоже, встречали подобные корабли.

— Мне тоже показалось, что они точно понимают, с кем столкнулись. Еще понимают, как именно он управляется. Однако они правы — без Софи корабль не станет нам подчиняться. Мы для него забавный балласт, не более.

— Меня еще кое-что беспокоит, — поделился своими мыслями Олег, — технологии. Айкары нас, конечно, зря дикарями считают, но в чем-то я с ними согласен. До подобного уровня нам ой, как далеко. Если уж айкары не смогли его достичь с живым образцом, что говорить о нас.

— Предлагаешь, обменять Имхара на их крейсер? — нахмурился Алекс.

— Нет. Сестру я им не отдам. Боюсь только, айкары не отступят. Уверен, для них живой корабль большая ценность. Так что в ближайшее время нам стоит ждать крайне заманчивых предложений.

Алекс потемнел лицом и на нем заиграли желваки.

— Догмар предупреждал, что так будет. Говорил, айкары вцепятся в корабль, а если будем искать защиту у своих… Возможны любые провокации, вплоть до войны. Мне, знаешь ли, не хочется возвращаться домой на таких условиях.

— Тогда остается одно, — Олег задрал голову и спросил у потолка: — Имхар, каков сейчас процент мощности?

— Мы встали на планетарную орбиту, — девичьим голосом отчитался Имхар, — свет трех светил позволит восполнить потраченную энергию за шесть земных часов. И я запущу деток в кольца поискать нужные материалы.

— Хорошо, — расслабился Олег, прикидывая, что терпения айкаров должно хватить на шесть часов, — как только будешь готов, уходим отсюда.

— А Догмар? — ошарашенно спросил Алекс.

— Мой побратим свяжется со своими, когда очнется. У Имхара остались их коды. Захочет вернуться — пожертвуем «Стражем». Но я не желаю проводить какие-либо переговоры под прицелами. Нервничаю слишком, — криво ухмыльнулся Олег.

— Значит так и поступим, — поддержал его Алекс.

Терпения у айкаров хватило на четыре часа. Софи отдыхала после тяжелой операции, Имхар вовсю занимался восполнением мощности — в кольца то и дело отправлялись полупрозрачные шары, возвращались они потемневшими, раздувшимися. А еще Имхар старался вобрать в себя как можно больше энергии звезд, подставляя под их свет то один, то другой бок. Потому положение корабля внезапно резко менялось, заставляя команду хвататься за все, что под руку попадется, лишь бы не упасть. Обзор темнел, защищая от излишнего ультрафиолета, и рубка погружалась в полумрак.

Николай с Алексом спали, только Мишка маялся бессонницей. Да Олег нес вахту около спящей сестры.

— А ничего, что мы к ним задом повернулись? — приставал парень к киборгу. — Еще обидятся.

— Ничего, — сдержанно, сквозь зубы и напоминая себе, что терпение нужное качество, отвечал Олег. — Они понимают суть наших маневров.

Видимо, айкары понимали их слишком хорошо, потому как через четыре часа после визита поступил вызов с корабля. Глава выглядел возбужденно встрепанным, и Олега накрыли дурные предчувствия.

— Земляне! — начал он торжественно на галактическом.

— Что? — спросонья удивился Ник. Поднял голову, узрел синего на обзоре и, застонав, накрылся скафом.

— Мы обсудили создавшуюся ситуацию и решили, что это прекрасный шанс преодолеть разногласия между нашими народами.

Айкар старательно улыбался, демонстрируя белозубый оскал. Острота зубов намекала, что синие относятся к хищникам, которые внезапно и очень сильно захотели подружиться.

Алекс хмуро глянул на Олег, мол, я же говорил… Поднялся, приглаживая волосы. Растер лицо, прогоняя с него сонливость. Часа три от силы удалось поспать!

Олег поставил себе мысленную зарубку поговорить с Имхаром. Нечего соединять их со всякими без предварительного согласования. Мало ли какая у них ситуация в рубке…

— Мы могли бы прямо сейчас начать культурный диалог, — вдохновленно продолжал вещать синий, но, наконец, разглядел недовольную рожу командира, всмотрелся в полумрак рубки и смущенно уточнил: — Я не вовремя?

— Уже нет, — обреченно махнул рукой Алекс, давя зевок. Все равно разбудили. Да и Олег вон сигнализирует — тянуть время. — Так что там с улучшением отношений?

— Предлагаю ответный визит. Мы с радостью покажем вам крейсер. Вы оцените перспективность обмена.

Алекс ощутил, как лицо у него вытягивается, а в голове раздается гул от замельтешивших там мыслей. На борт крейсера? Отправить кого-то заложником? Сделать предметом торговли?

— Ой, кто это? — с дивана поднялась заспанная Софи, и Алекс стиснул зубы, ощущая, как по коже заходили желваки, уж больно лицо у синего сделалось удивленно обрадованным и таким предвкушающим, что Алекс стиснул кулаки, давя желание потребовать у Имхара обрубить связь.

— Родственники Догмара, — коротко представил он гостей. — Прилетели забрать.

— Отлично, — улыбнулась девушка. Шагнула к столику, подхватила с него чашку с фруктовым пюре и объявила: — Я работать.

Алекс в отчаяние попытался встать между ней и обзором, потому как прищур главы сделался слишком уж заинтересованным.

— София наш лучший техник, — гордо объявил Мишка, обнимая опешившую девушку за талию и аккуратно утягивая ее в сторону выхода, не давая и шанса возразить: — Пойдем, проверим наших бедолаг.

Алекс с удовлетворением поймал разочарование на лице главы. Вот так. Нечего некоторым знать то, что не положено. И уже спокойно ответил:

— К ответному визиту мы пока не готовы. Людей не хватает. Сами видите — некомплект. Работаем, не покладая рук. Еще и с Догмаром сколько провозились…

— Мы готовы оказать любое содействие, — голос синего был полон сладкого сочувствия. — Скажите, сколько людей вам понадобится, я пришлю. Странники большая редкость. Нельзя допустить разрушение столь хорошо сохранившегося корабля.

— Расскажите, что вы знаете о них, — попросил Олег, желая отвлечь синего от мыслей о сестре.

— Мы встречали их в прошлом… Большей частью мертвыми. Они либо вставали на вечную орбиту около какой-нибудь планеты, либо их притягивал к себе крупный астероид. Но пару раз нам удалось застать в них жизнь. Один мы потеряли из-за собственной глупости, решив исследовать его, — парни многозначительно переглянулись. Похоже, живые корабли нельзя было разобрать на запчасти, не убив их при этом, — второй удалось сохранить довольно длительное время, пока… — лицо главы исказила страдальческая гримаса, — оставался жив его пилот. Мы не смогли подобрать достойную замену. Как видите, я полностью откровенен с вами. Странник — большая ответственность. Подумайте, готовы ли вы взять ее на себя.

В рубке повисла задумчивая тишина. Парни молчали, не зная, что ответить. Готовы ли они? А готова ли Земля к подобным технологиям?

Ну а какие еще варианты — зло тряхнул головой Алекс. Без Софи корабль умрет. Это уже понятно. У айкаров не получилось подобрать другого пилота, значит, методика передачи утеряна. Чудо, что корабль вообще смог найти девушку, настроиться на нее и забрать. Так что про замену с синим цветом кожи и думать не стоило. Ну а Софию они айкарам не отдадут. Это даже не обсуждается. Олег вон уже губы кусает, сдерживаясь, чтобы не сорваться. Глава же старательно вглядывался в каждого из них, пытаясь визуально определить пилота. Надо будет попросить кого-то из парней подыграть. Мишка не подойдет — простоват, а вот Ник вполне справится.

— Не вижу никаких затруднений, — Алекс постарался, чтобы голос звучал максимально уверенно, — наш пилот, — он выразительно покосился на стоявшего перед обзором с безмятежным видом Николай, и глава мгновенно схватил наживку, — прекрасно справляется со своими обязанностями. Да, признаю, до идеального состояния Имхару далеко, но мы работаем над этим.

— Вы, — голос синего дрогнул, — осознаете, что возможно это последний из Странников во вселенной?

— Даже если так, — посуровел Алексей, — проводить опыты над собой он не даст, разобрать не получится, ну а подобные технологии просто так не скопировать. Это как дикарям пытаться повторить ракету. Мы, да и вы тоже, отстаем от фальенов на пару уровней развития. Пусть даже Имхар и последний в своем роде. Тем более мы должны дать ему возможность выбора.

Синий мужественно держал лицо, ни намеком не высказав недовольство.

— Уважаю вашу позицию, — сказал он, глядя исключительно на Ника, — и признаю ее целесообразной. Однако, хочу заметить, не все ее разделят. За вами начнется охота.

— Значит, я попрошу вас о молчании, — пожал плечами Алекс, слабо надеясь, что с этим согласятся. Так-то детский сад, а не серьезные переговоры. Странно, что им не попеняли юным возрастом и отсутствием опыта, мол, детям планер не игрушка.

К его удивлению, синий согласно склонил голову.

— Разумное предложение, у меня лишь одна просьба: один из членов моего экипажа болен. Гнилостная лихорадка. Разрушение организма мы остановили, но саму болезнь изгнать не удалось. В прошлом только Страннику удавалось излечивать таких пациентов. Я отправил вам описание болезни. Буду безмерно благодарен, если сможете помочь.

Алексей уже открыл было рот, чтобы отказать: у них не лечебница, но осмысление сказанного заставило замереть. Если Имхар получил описание болезни и просьбу о лечении, то это значит…

— Мы согласны, — прозвучал девичий голос в рубке.

— Нет-нет и нет, — Мишка был само негодование. — Мало нам одного синюка на борту, так еще и второго возьмем? Чтобы он у нас в головах копался? Надо сворачиваться. А то доиграемся. Сначала больного айкара подсунут, потом на культурный обмен уломают, затем и на обмен кораблями. Что останется? Только Софию замуж за синего выдать.

Девушка возмущенно задохнулась.

— Ни за кого замуж я не пойду! — выпалила она раздраженно. — Придумали ерунду.

— Ерунду, — весомо так подтвердил Олег, что всем стало понятно — женихам сестры он быстро поотрывает все лишнее.

— Это я так, — смутился Мишка, — ляпнул, не подумав. Но от синих надо избавляться. Да и зачем он нам со своей гнилью? Чтобы заразить?

— Болезнь передается при близком контакте, — Софи, усмехнувшись, посмотрела на парня, — при очень близком контакте. Я нашла описание в базе Имхара. Болезнь старая. Создатели корабля сталкивались с такой. Переносится, как лихорадка с поражением кожи и внутренних органов. Больной начинает гнить снаружи и внутри. Успешно лечится антибиотиками. Проблема в одном. Болезнь разрушает ментальные каналы. А их восстановление не лечится.

— И с чего мы должны ему помогать? — несколько успокоено, проворчал Мишка.

— Чтобы укрепить связи между нашими народами, — предположил Ник. — Ты только представь — целый военный клан у нас в долгу за спасение своих. Наши дипломаты рыдать от счастья будут.

— Добраться бы еще, — кисло заметил Мишка, — до этих дипломатов…

— Закончили треп? — ледяным тоном уточнил Алекс, и народ в рубке удивленно замер. В пылу спора они и не заметили состояние командира. А тот был в бешенстве — лицо аж побелело от злости. — Не понимаю, зачем вам командир, когда вы сами принимаете решения?

Софи смущенно потупилась, покраснев.

— Еще и озвучиваете их третьей стороне, не обсудив. С этого момента я снимаю с себя полномочия командира. Пусть у нас Софи за старшего будет. Она же пилот.

Девушка страдальчески поморщилась.

— Не перекладывай свою ответственность на других, — очень спокойно заметил Олег, положив, подбадривая, руку на плечо сестры. — Думаешь, командовать так легко? С экипажем работать надо. Пресекать ненужные инициативы. Вот сколько народа у тебя в команде? — спросил он.

— Четверо, — процедил Алекс, уже жалея, что затеял этот разговор. Хотя все равно пришлось бы… Это как вскрыть болезненный нарыв и вычистить его. Больно, противно, но надо.

— А на самом деле семь, — усмехнулся Олег, — и каждый — разве что кроме Ромки, он пока тебе проблем не доставит, нуждается в контроле. Особенно Имхар. Ты пытался с ним говорить об уставе боевого экипажа? О субординации? Нет. Он у тебя связь с айкарами включает, не спросив. Так если у тебя такая обстановка на корабле, с чего ты злишься? Ты сам не считаешь себя командиром, почему остальные должны это делать?

Алекс с потемневшим от ярости лицом выскочил из рубки. Мишка потянулся было следом, но Олег остановил.

— Нет, ему надо самому все обдумать и сделать выводы.

— Ты слишком жестко с ним, — упрекнула Софи, — я виновата, не он. Я пригласила айкара, не подумав, мне и отвечать. Могу попросить Имхара связаться с ними. Придумаю, как отказать, если все так серьезно.

— Серьезно будет, если мы позволим айкарам думать, что у нас бардак на корабле, — не согласился Ник, — или что мы не держим слово. Политика, слышала о таком?

Софи прикусила губу, сдерживая раздражение. Она уже жалела, что поддалась эмоциям. Но после того, как ей удалось поддержать в Догмаре жизнь, два раза запустив ему сердце, что-то новое родилось в ее душе. Девушке всегда казалось — она создана летать на боевых истребителях. Но выяснилось, что спасать кого-то не менее увлекательно, чем носиться в космосе на скоростях. Вот и обрадовалась очередному пациенту. Совсем забыла, что айкары им не друзья. Ник прав… Политик из нее…

— Мы не можем отказать, — подтвердил слова курсанта Олег, — иначе они забудут о добрых намерениях и отберут корабль силой, так что давайте готовиться. Имхар, сколько понадобится времени на восстановление ментальных каналов айкара?

— Невозможно дать прогноз без оценки масштаба повреждений, — отозвался Имхар.

Олег развел руками.

— Тогда подготовь, пожалуйста, отдельное помещение для гостя. Достаточно кровати и стола. Удобствами он может пользоваться теми, что ты создал на нижних уровнях. Ну а мы все прекращаем болтать, думаем, что говорим, а еще лучше вообще меньше думаем. Вспомните свои любимые мелодии, вот и крутите их в голове. Айкары отправляют к нам шпиона. Его цель — найти пилота. Софи, ты пока техник. А пилотом у нас будет… — Олег обвел взглядом напрягшихся парней.

— Ник, — донеслось от порога. — Айкары уже в курсе.

Глава 16

— А это наша рубка, так сказать сердце управления корабля, — Алексей обвел рукой помещение, — и наша команда.

Он коротко представил всех, не упомянув ни званий, ни рода занятий, чем заработал презрительно-недоуменный взгляд гостя. Общество айкаров строилось на жесткой иерархии, и теперь синий не понимал, как себя вести с теми, чей уровень ему не известен. Еще и земляне в ответ просто помахали руками, обозначив, что Николай, это тот парень с коротким ежиком темных волос, а Михаил с копной светлых, вьющихся. Ну а Олега вряд ли можно было с кем-то перепутать.

— Вы здесь живете? — несколько ошарашенно уточнил Фалк-Ран, осматривая похожую на студенческую общагу рубку. Нет, парни честно подготовились и даже прибрались. Расставили мебель. Свалили скафы в угол. Убрали грязную посуду со стола. Но от рубки боевого крейсера им было, как от бального платья до военной формы.

Алекс оправдываться не собирался, как и объяснять. Много чести язык ломать. Тем более, что именно к Фалку у него возникла стойкая неприязнь. Слишком порывистый, нетерпимый, упрямый. С его присутствием Алекса примиряло одно: дурная болезнь, которую подхватил синий.

— Неудобно же, — не дождавшись объяснений, продолжил допытываться Фалк, — особенно столь прекрасной даме среди мужчин, — и он добавил к словам милую улыбку.

Дама ответила неодобрительным взглядом. Она пребывала не в лучшем настроении. Сначала расстроилась из-за собственной глупости — пригласила, не посоветовавшись, айкара на борт, потом из-за мальчишеских игр. Прячут ее, точно ключ от сокровищ. И она с тоской посмотрела на рабочее место, где с потерянным лицом топтался Ник, не зная, то ли просто стоять, то ли руками помахать для достоверности.

— Прекрасной даме вполне удобно, — парировала одна, — рядом с братом.

Брат выразительно расправил плечи, скорчил зверскую гримасу, глянул так, что стало понятно: с ним дама в полной безопасности. Ото всех.

Фалк со жгучим интересом покосился на киборга, но что возразить не нашел, а вот Алекса его слова зацепили. Так-то синий прав, Софи нужна отдельная комната. Все же спать в их компании ей действительно неудобно — Мишка вдобавок еще и храпит. А он, болван, даже не поинтересовался, не нужно ли ей чего. Командир из него… Забыл, что девушкам регулярно, каждый месяц, требуются определенные вещи.

Он напряг память, вспоминая, видел ли в аварийном наборе в аптечке нужный предмет. Вроде был. Среди пилотов было немало девушек, так что составители набора позаботились и о них. Алекс смутно помнил, что чаша была не одноразовой, но на этом его знания заканчивались.

Нехорошо, конечно, что мозг вычеркнул из памяти услышанное, мол, лично не требуется, значит, забыл. Хотя преподаватель, принимавший зачет по выживанию, требовал от курсантов продемонстрировать использование чаши на макете, аргументируя тем, что у них в пострадавших и женщина может оказаться, так что знание применения не помешает.

Однако с каютами надо что-то решать. И с припасами. Загрузить корабль нормальными вещами, а не получать выращенную странность.

И Алекс подавил вздох, понимая, что сложности только начинаются.

— А защита у вас на обзоре сколько единиц? — нашел новую тему для разговора синий. — Так-то обзор впечатляющий. Я такие только у ганьеров видел. Но как он выдерживает метеоритный поток? И блокирует излучение? Вот у нас защита до пятидесяти трех единиц по Ланксу. Автоматическое затемнение. Сенсорное управление. Кресла очень удобные. Я как-то две вахты провел, так спина даже не почувствовала.

Алекс ощутил себя на экзамене въедливого преподавателя. И вроде отвечать не обязан, но обидно, что по факту ответить нечего. Кто знает, какая там защита у Имхара? Не до измерений было…

— Нас все устраивает, — сдержанно ответил он, стараясь не коситься на стоящего за спиной у айкара Мишки. Тот решил побыть кривым зеркалом синего. Надувал щеки. Страшно округлял глаза. Важно бил себя кулаком в грудь. Вытягивал губы трубочкой.

Софи старательно отворачивала лицо, пряча улыбку.

— А двигатели? — не унимался айкар. — Хотя, о чем это я… У вас же другая система. Непросто, наверное, было приспособиться? У нас все проще, стандартнее. Четыре атмосферных. Два маневровых. Шесть основных, ну и гипер, конечно. Второго класса. Быстрый, как комета. И послушный, как… — тут он запнулся, подбирая сравнение на космо, но не нашел и смял концовку. Резко обернулся. Наткнулся на дебильно-восторженную улыбку Мишки.

— Прям второго класса? — выдал тот, и заползший парню на голову Паразит помахал гостю щупальцем.

Фалк озадаченно моргнул, вглядываясь в странную прическу, но решил в подробности не вдаваться и важно кивнул.

— У нашего клана только лучшее. «Звездный поток» отличный корабль, практически новый. И десяти лет полетов нет. Не то, что Странник… Это же древняя рухлядь, того и гляди развалится.

Паразит стек с Мишкиной головы на плечо, угрожающе застрекотал, выставив щупальца и синий поспешил извиниться:

— Исключительно уважаемая древность, но вы бы все-таки подумали. Просто «Звездный поток» в разы новее и проще. Его даже столь малым экипажем можно управлять. И ремонт недорогой. Мы даже вооружение вам оставим. Турболазерные батареи. Протонные торпеды. Счетверенные лазеры, — голос синего наполнился гордостью. У Алекса возникло чувство, что ему настойчиво — до соблазнения — подсовывают крейсер… Прям продавливают…

Мишка торопливо водрузил Паразита обратно на голову. Все дружно сделали вид, что ничего странно в этом не видят.

— Мы поняли, — с тоской — и почему именно он должен с ним возиться?! — кивнул Алекс, лихорадочно придумывая, чем бы еще занять гостя. Рубку они ему показали. Каюту тоже. Капсулу с Догмаром навестили, состояние проверили. Лечение же планировалось после усыпления. Но спать вроде как еще рано…

— Вы не хотите освежиться? — с радушной улыбкой предложил Алекс, ощущая, как внутри поднимается волна злорадного предвкушения. — Не волнуйтесь, у нас все стандартно. Для гуманоидов.

Фалк посмотрел с подозрением, но Алекс старательно улыбался, напевая про себя последний хит танцпола. Не то, чтобы ему сильно нравилась мелодия, но у нее было одно важное преимущество — в голове она застревала намертво.

— Конечно, — расслабился айкар и отправился в ванную комнату.

Команда замерла в предвкушении.

— Мих, последний раз предупреждаю — не нарывайся, — понизив голос, попросил Алекс.

— Мы с Паразитиком сама радушность, — отверг обвинения Мишка. — Я, между прочим, проверял его способность к экранированию, — парень поправил сползающего с головы питомца.

— И как? — заинтересовался Ник.

— Уж какими словами не крыл, какие только гадости не думал, а тот ничего не почувствовал, собака синяя, — с гордостью поделился Мишка.

— Или сделал вид, что не заметил, — не согласился Алекс. — Заканчиваем с провокациями, а то мы войну с вами прямо здесь развяжем.

— А сам-то, — выразительно глянул на дверь ванной комнаты Мишка.

Алекс не успел возразить. Синий с диким воплем, бешено вращая черными глазами, вылетел из ванной, захлопнул дверь, прислонившись к ней спиной.

Софи хихикнула первой, следом поддержал Мишка, дальше смех заразой пошел по рубке.

Фалк сначала окаменел, потом понял, что никто его убить не пытался, расслабился, отлип от двери и даже криво усмехнулся.

— Ой, простите, — извинилась Софи, — мы-то уже привыкли.

— Ничего, — меняя цвет лица с фиолетового на нежно-голубой, величаво простил их Фалк, — я был готов. Знал, чего ждать. Просто хотел вас повеселить своим испугом. У вас прекрасный смех, София. Слышать его одно удовольствие.

Мишка кисло улыбнулся — выкрутился поганец, а вот Алекс с Олегом обменялись встревоженными взглядами. Интерес синего к Софи настораживал. Что, если их маскарад уже раскрыт?

Айкар был настойчив до зубовной боли. Не получив ответ на вопрос, синий заходил с другой стороны.

— А какие у вас планы на будущее? Куда отправитесь? Как вы встретили Странника? И кто дал ему имя? Он что-то рассказывал о себе? А вы сами откуда родом? Где учились? Есть проблемы с ремонтом? А София?

Настолько измотанным Алекс себя даже во время экзаменов не чувствовал. Синий наседал без стыда и совести. Видел, что собеседник раздражается, избегает ответов или ограничивается чем-то односложным и, кажется, получал от этого удовольствие. Прям эмоциональный вампир какой-то.

Цеплялся к парням. Пытался и Софи доставать, но там на пути вставал Олег, так что синий неизменно извинялся, ограничиваясь заинтересованными взглядами на девушку.

Алекс уже всерьез планировал вырубить назойливого гостя — плевать на дипломатию, но тут в рубке раздался насмешливый голос:

— Я думал показалось… Очнулся, а тут родными мыслями повеяло. Не поверил. Решил — почудилось с бреда. Не утерпел. Уж больно сильно фонило… Рад тебя видеть, брат.

Догмар выглядел бледновато: кожа поголубела, лицо сильно осунулось, скулы обтянулись. На лице и остались, считай, что глаза. С ног до головы он был закутал в длинную хламиду, знакомого мохнатого окраса — словно в газон себя замотал. И сидел на странном, скрученном из щупалец кресле, на котором и приехал сюда.

Алекс не знал, как Догмар уговорил Имхара все это организовать, но как-то уговорил.

Узреть брата Фалк явно не ожидал, а потому в первый момент не удержал лицо — скривился с досадой, но тут же поспешил изобразить радостную улыбку.

— Ты очнулся, брат!

Угрозу ощутили все. Испуганно вскрикнула Софи. Алекс рефлекторно дернул рукой к поясу — хоть какое бы оружие, а в следующий момент голову прострелило болью, из носа потекло. Он зашатался, с трудом удержавшись на ногах, перед глазами все плыло, в голове звенело, его тошнило. Рядом рухнул как подкошенный Фалк, захрипел, выгнулся и затих.

Досталось всем. Парни ругались, Олег раздраженно тер виски, только Софи, кажется, не пострадала, только испугалась.

— Не забыл еще, как бить-то, — довольно протянул Догмар,

— Урод ты, — зло бросил Мишка, размазывая кровь по лицу.

— Перестарался, — признался ничуть не расстроенный айкар, — боялся, не достану, но братец так и остался слабаком.

— Да пошел ты! — выразил общее мнение Мишка, шмыгая носом — кровь никак не хотела останавливаться. Паразит утешающе погладил его по плечу.

— Софи? — Олег обнял сестру, прижал к себе.

— Пилот в норме, — с гордостью — точно лично все сделал — ответил за девушку Имхар, — выставленная ею защита выдержала удар.

— Так по касательной задело-то, — не удержался от замечания Догмар, — но все равно молодец.

Алекс, наконец, смог перебороть тошноту, голову немного отпустило. Он рукавом вытер текущую из носа кровь. Ему и Мишке, похоже, досталось сильнее всех — они ближе стояли к Фалку.

— Жив? — Алексей присел на корточки у лежащего на полу синего. Не то, чтобы он сильно расстроился, но мертвый синий на борту однозначно стал бы проблемой. Причем межгалактической.

— Жив, — равнодушно кивнул Догмар и стало ясно — труп его тоже не сильно огорчил бы.

— Зачем? — уточнил Олег, напряженно глядя на побратима.

— Зачем? — усмехнулся тот, обвел взглядом их команду и звенящим от злости голосом спросил: — А вы о чем думали, позволяя ему вести себя как дома? У вас даже защиты нет! Он почти закончил взлом! Опоздай я, и вы у него мотыльками в руках порхали бы. Совсем мозгов нет? Или имя клана «Танцующая смерть», вам ничего не сказало?!

— Я думал, речь о другом танце, — смутился Олег.

— Нет, — отрезал Догмар, — речь о танце противника, которого заставляют дрыгать ногами перед смертью. Ну или падать замертво, когда сил танцевать больше нет. Семейная традиция, — криво усмехнулся синий, — правда, мы давно такое не практикуем, но для землян, думаю, сделали бы исключение. Вам повезло, что они отправили Фалка. Тот всегда был слабаком и для взлома ему требовалось время.

— А дальше? — глухо, чувствуя себя одураченным, уточнил Алекс.

— А дальше, — синий глянул снисходительно, — зависело от цели. Мог просто информацию собрать. Мог натравить вас друг на друга. Заставить поубивать. Забрать корабль себе. Софи уговорить шантажом. Ты же согласилась бы на все ради их жалких жизней?!

Софи расширенными от ужаса глазами посмотрела на парней, потом тряхнула головой и со злостью заявила:

— Я бы еще посмотрела: кто кого. Заставь он плясать командира или брата, ноги бы ему поотрывала. Имхара взять под контроль ему точно было бы слабо. Оружия при нем не было. А голыми руками не повоюешь.

— Значит, воровал бы информацию незаметно, собирая сведения, — пожал плечами Догмар. — И этого было бы достаточно, чтобы до моего клана дошло: кучка недоученных пилотов, киборг и один техник заграбастали себе ценнейший образец чужих технологий. Думаете, они стали бы с вами церемониться? Кстати, откуда они вообще здесь взялись?! Когда меня снова распиливали на части, их здесь не было и быть не должно.

— Твои сородичи каким-то образом учуяли, ну или нагадали точку, где ты будешь. Имхара они увидеть были не готовы, — ответил Алекс.

— Приятная забота, — Догмар откинул голову, утомленно прикрывая глаза, и кресло изменило форму, подстраиваясь и поддерживая, — не ожидал. Видать, Фалк совсем плох. И дедушка отчаялся сделать из него наследника. Впрочем, — он встряхнулся, — это мои дела.

— Вот именно, — хмуро подчеркнул Олег. — Твои. Думаешь, простят? — он кивнул на валяющегося на полу синего.

— А сам как думаешь? — огрызнулся Догмар.

— Тогда почему? — не отставал Олег.

— Потому что вы мне жизнь спасли. Дважды. А важнее долга жизни ничего нет. Пока не рассчитаюсь, считайте, я на вашей стороне.

Парни переглянулись. Так-то мощное заявление. При условии противостояния с кланом — полезное. Но насколько оно стоит доверия?

— Значит, остаешься, — усмехнулся Олег. — А как же клан?

— У меня его теперь нет, — пожал плечами Догмар.

— Не скажу, что рада тому, что ты отказался от клана, — улыбнулась вдруг Софи, — но за помощь спасибо и добро пожаловать в команду. Только с ним мы что делать будем?

— Поднимаем и тащим вниз, я настрою катер на возвращение — отправим братца домой. Ну а мы рванем куда-нибудь подальше отсюда. Имхар, хватит мощности?

— На шестьдесят пять процентов, — заверил корабль, — как только скажете — подниму защиту и мы станем недосягаемы для их сканеров.

— А как же помощь? Он же был болен гнилостной лихорадкой? — нахмурилась девушка. Парни страдальчески переглянулись, а Догмара просто перекосило.

— И ведь не соврали даже, — покачал он головой. — Имхар, — позвал, — ты продиагностировал нашего гостя?

— Да, конечно, сразу же. Повреждение ментальных каналов в пределах семнадцати процентов признано не угрожающим для здоровья.

— Вот черт! — выругался Мишка.

— Развели все-таки, — стиснул кулаки Алекс.

— Брат тогда совершеннолетие отметил, ну и подарком к отмечанию получил лихорадку. Повезло. Быстро поправился. Каналы почти не успели повредиться. На молодых оно меньше влияет, — пояснил Догмар.

— У-у-у, гнида, — погрозил кулаком синему Мишка.

— Просто отправьте его назад, — попросила Софи, — и давайте признаем… Мы почти провалились.

— Не переживай, — обнял ее Олег, — справимся. Мы ведь команда.

Игорь Валерьевич пребывал в мерзком настроении. Собственно, это тягостное, скребущее недовольством, предчувствие неприятностей преследовало его все последние дни. И началось оно аккурат с момента исчезновения курсантов. Весь опыт руководства академией не давал усомниться в том, что дети не исчезли бесследно и скоро они о них услышат.

Мысленно Игорь Валерьевич готовился к худшему. Что могут натворить курсанты, собравшиеся в количестве больше двух человек, он прекрасно знал. И даже вел дневник, в который тщательно заносил выписки полицейских отчетов, объяснительные виновных и показания свидетелей. Материал выходил богатый — хоть сейчас роман пиши.

Однако во всей истории академии не было случая исчезновения сразу четырех курсантов вместе с машинами. Настолько странного исчезновения, что у руководства, да и у самого Игоря Валерьевича и мысли не возникало считать их погибшими, хотя запас кислорода, как и топлива в «Стражах» давно иссяк. Невозможно представить, что сестра Феникса сбежала в пустоту, зная о том, что дышать ей осталось несколько часов. Ее ждали. Вопрос лишь в том: кто и зачем.

Занимаясь текучкой, общаясь с министерством и родителями пропавших, Игорь Валерьевич морально готовился к любым новостям: атаке силами четырех истребителей на стратегический объект в космосе, налет и взятие на абордаж контейнеровоза — детки растут, деткам кушать надо. Он запросил сводки происшествий за последние дни, выискивая следы четверки. Потому что в одном сестру Феникса нельзя было обвинить: в отсутствии решительности. Угнать машину, покинуть базу военной академии… У девицы явно отбитые мозги. Выговор отборочной комиссии он уже написал. На что ему пришел не менее злобный ответ, что именно такие «отбитые» и становятся лучшими курсантами при правильном контроле и привитие дисциплины, за то они, комиссия, уже не отвечают.

Ответ комиссии вызвал волну недовольства, направленную уже на самого себя.

Допустим, с группой Ждуна они успели поработать. Три с половиной курса. И какие-то мозги у парней имелись. А с девчонкой? Что такое полгода? Ничего. Еще и техники, как правило, всегда стояли на втором месте после пилотов. Нет, у них тоже имелись и занятия по слаживанию, по развитию психологической устойчивости при работе в экстремальных условиях, но все же… все же…

Каждый раз, когда кто-то из его детей — а всех курсантов он считал своими — совершал глупость, Игорь Валерьевич в первую очередь спрашивал с себя и других преподавателей: где именно не доработали, что упустили, а потом уже выносил наказание провинившемуся.

Девчонка — а он видел в ней корень проблем — не давала покоя.

«Точно втянет парней в блудняк», — пожаловался он портрету своего предшественника. Мысль, что курсанты бросят девчонку в беде, Игорь Валерьевич даже не допускал. Не так он их воспитал… Вопрос только в том, что станут делать после… Ждун отличный парень. Явно возьмет командование на себя. Опыта, конечно, у парня маловато, но за этим дело не станет…

— Игорь Валерьевич, — помощник влетел в кабинет с таким лицом, еще и без предупреждения, что начальник академии приготовился услышать худшее.

— Что там? — со вздохом, принимая неизбежное — дети его ответственность — спросил Игорь Валерьевич.

— Там… Там…

Вот никогда помощник не терялся, даже когда к ним самое высокое начальство жаловало, а тут… еще и глаза пучить моду взял. Не человек, а заикающийся пучеглаз.

— Ну! — поторопил его Игорь Валерьевич, вспоминая, что сердечное у него под рукой, в верхнем ящике стола. Спиртное в левой части сейфа. Номер медслужбы в экстренных. Под цифрой пять.

— Айкары встречу запрашивают, — выдохнул, справившись с волнением, мужчина, — утверждают, что наши курсанты одного из них похитили и удерживают в плену, а на еще одного напали.

Игорь Валерьевич задержал дыхание, потянул на себя ящик стола, достал ампулу, закатал рукав рубашки, приложил к коже. Легкий укол — и лекарство пошло в кровь. В голове сразу перестало шуметь.

— Какие к черту айкары?! — сдержаться все равно не получилось.

— Вот и я не понял, — перешел помощник на жаркий шепот, — три раза уточнил, но МГД (Министерство Галактических Дел, бывший МИД) сами в шоке. Айкары к нам впервые обращаются. Думаете, это наши? — шепот стал еле слышным.

— А кто еще? — хмуро посмотрел на него Игорь Валерьевич. Он еще не знал подробностей, причин, но чутье твердило: «Наши. Те самые. Четверо». Однако, айкары… надо же… Такого даже он не ожидал. Ладно, еще синему морду набить. Мог и сам нарваться, но зачем им понадобилось одного из них похищать?

— Не понимаю, как они у айкаров вообще оказались, — признался помощник, — это же такое расстояние…

— Могли и на нейтральной территории встретиться, — сходу предположил Игорь Валерьевич и потребовал: — Что там с подробностями? Претензию выдвинули?

— Настаивают, что при личной встрече, — развел руками помощник. — Но самое интересное, никаких претензий. Обмен информацией и только.

Игорь Валерьевич выругался. Хитрые бестии…

— Что наши думают? — поинтересовался он, потому как личные встречи с айкарами, с учетом имеющейся про них информации, были чреваты… Залезут в голову и никакой тебе государственной тайны.

— Военное министерство против.

Ну эти-то понятно, — подумал Игорь Валерьевич. Им проще запретить, чем придумывать противодействие.

— МГД сказали, что сожрут всех, если откажемся. И в первую очередь, посмевших нарушить межгалактическое право курсантов.

Политики, конечно, такой шанс не упустят… Когда еще айкары сами в гости проситься станут.

— А министр, гм, неофициально велел передать, что если информация про набитие синей морды правда, то он никого жрать не позволит. Особенно таких бравых молодцов.

С военным министром Игорь Валерьевич был знаком давно и вполне представлял себе полную версию высказанного. Только вот айкары…

— Хоть кто к нам в гости собрался? — уточнил Игорь Валерьевич.

Помощник активировал планшет, заглянул и громко отчитался:

— Клан При-Альски. Неофициальное имя «Танцующая смерть».

Игорь Валерьевич ощутил, как дыхание перехватывает, а сердце заходится, несмотря на принятые лекарства.

— Да, выхлоп им всем в зад! — выругался он повторно.

Помощник глянул с недоумением. Молод еще, конечно. Историей мало интересуется. Зато теперь понятно, с чего такое воодушевление у министра. Награды, небось, уже готовит.

— Историю про секту «Вечных» слыхал? — спросил Игорь Валерьевич. Помощник задумался, потом кивнул.

Вечные тогда хорошо разгулялись. Пару планет под себя подмяли. А когда их прижимать стали, теракты пошли. Со смертниками. Галактический круиз. Тысяча триста пятьдесят жертв. Этого им уже не простили.

— Так вот верхушку секты При-Альски как раз брали. Лично нынешний глава, он тогда помоложе был, участвовал в обезвреживании основателя вечных. Взяли чисто. Без жертв. И массовое самоубийство членов секты удалось предотвратить. Так что клан знаменитый. И вот ты мне скажи, — Игорь Валерьевич поднялся, упирая кулаки в стол, — как три пацана и одна девчонка смогли набить морду айкару из боевого клана, а второго взять в плен?! Они что у нас? Круче вечных? Супероружие нашли? Хотя какое там оружие… Айкарам и оружие не требуется, чтобы мозги врагу вскипятить. Достаточно в глаза посмотреть.

Помощник побледнел, нервно сглотнул и вытянулся вдруг по струнке.

— Не могу знать!

Ну да… Армия учит в любой непонятной ситуации обращаться к уставу и отвечать исключительно вбитыми в мозг фразами.

— Вольно, — махнул рукой Игорь Валерьевич.

— Родителям будем сообщать? — уточнил помощник, с опаской разглядывая на планшете уведомление о визите, словно одно лишь упоминание о клане могло ему навредить.

Игорь Валерьевич задумался. Конечно, он обещался держать родителей в курсе. О пропаже детей те отреагировали сдержанно. Знали, что не в балетную школу отправляют.

Игорь Валерьевич звонил всем лично. Отец Жданова выслушал его виноватую речь молча, сухо ответил: «Понял. Держите в курсе». Родители Михаила отреагировали более эмоционально, выспрашивали подробности, связывались каждый день. У Николая семья была в дальнем поиске, так что до них информация о пропаже сына пока не дошла. Хуже всех новость восприняли Серовы. Игорь Валерьевич к ним даже психолога отправил — поддержать.

И вот сейчас он стоял перед сложным выбором: обнадежить или не давать ложных надежд.

Нет, пусть сначала айкары подтвердят личности курсантов, тогда и сообщу, — решил он.

— Родителям позже. После встречи. Если будет, что говорить, а пока ответь министерским, что мы согласны на встречу, — и усмехнулся: — Ждем с нетерпением.

Глава 17

Под встречу выделили целый круизный лайнер — не в академию же айкаров тащить. Разместились на границе Солнечной системы. Не совсем, чтоб в полной заднице, но и не дома. Уважение проявили — вон планеты все как на ладони, сразу за цепочкой боевых спутников. Не заслоняют, не? Ну и хорошо.

Игорь Валерьевич вымученно поправил воротник парадного кителя — давил, собака. Придирчиво оглядел белоснежные перчатки. Предшествующие сутки вымотали больше, чем неделя выпускных экзаменов. Кажется все, кто хотел, отправили ему многоэкранные формуляры о встрече, частью противоречивших друг другу. Помощник за голову хватался, пытаясь их совместить, пока не последовал совету начальства: «Забить».

Из-за этой встречи к его профилю прибавилась пара уровней секретности. А еще он потратил кучу времени на видео-встречи, выслушивая, все «можно и нельзя». Точно зеленый пацан, честное слово. А уж сколько скрытых и явных угроз прозвучало… Словно он лично мог разрушить ценную и многолетнюю дружбу с айкарами. И никого не волновало, что дружбы этой никогда не существовало. Не дипломаты, а мечтатели…

Однако и польза все же была. Игорь Алексеевич украдкой пощупал запястье, где был защелкнул и убран под рукав кителя инопланетный прибор. На вид — женский браслет. Пятерка прозрачных кристаллов, хитрый узор. На деле защита самого ценного — мозга, которая стоило столько…

— Жизнью отвечаете, — предупредил молодой человек, надевая на Игоря Валерьевича браслет, что-то там подкручивая, отчего камни нагрелись и полыхнули белым.

И жизнью, и печенью, и всеми пятью оставшимися родными зубами, — хмыкнул про себя Игорь Валерьевич, ставя очередную подпись в очередном документе.

Но браслетами дело не ограничилось. Министерские серьезно озаботились безопасностью встречи, ну и престижем. Потому как встречать гостей «голыми» позволительно было лишь дикарям, а земляне всеми силами стремились избавиться от этого позорного прозвища.

— Вы не представляете, во что нам обошлось его приобретение, — пожаловался ему Данило Симич. Серб по национальности, он возглавлял отдел Русского сектора в МГД. Игорь Валерьевич покосился на светившийся мягким белым светом шар, установленный в углу на треноги. На вид — просто шар. Источник света, правда, непонятен. За мягкими стенками не разобрать. Но шарик явно не тянул на высокую цену. Однако…

— Своих технологий нет. А чужие продают по таким ценам, что годовой бюджет спустить можно. Но по-другому никак. У айкаров сильная поддержка в Галактическом совете. Мы не можем игнорировать их запросы. А ходить перед ними без защиты… — и он скривился так, что стало понятно — в курсе слухов, распускаемых айкарами о землянах, — все равно, что голыми дефилировать. Враз прочитают.

Игорь Валерьевич сочувствием не проникся. У него были другие заботы. Сотня парней и девчонок. Снабжение. Питание. Обучение. Какие там игры с айкарами? Тут бы найти источник спиртного… Гонят где-то, собаки. А где именно — непонятно. Талантливые черти.

— Тревожно мне, — признался Игорь Валерьевич, и серб глянул с сочувствием.

— Вы, главное, не торопитесь. Им что-то от нас надо. Так что никаких поспешных решений. Я буду рядом. Но вмешиваться смогу только в крайнем случае. Иначе айкары сочтут ваши полномочия недостаточными и все переговоры насмарку.

Игорь Валерьевич с тоской оглядел царящую в зале суету. Флагов не поставили — встреча неофициальная, на столе бутылки с водой, цветы, встроенные экраны: общий и персональные, для заметок. Рядом, на отдельном столике, легкая закуска.

Прорвемся, — решил Игорь Валерьевич. Это министерским важны переговоры, а ему — дети.

Глава При-Альски прибыл с одним сопровождающим, который демонстративно за стол не сел, отойдя к стене и заняв дальнее кресло. Серб вынужден был к нему присоединиться. Протокол встречи один на один, — всплыло в голове у Игоря Валерьевича. Ну-ну… Тут бы вместо воды — что-нибудь покрепче. Гладишь, договорились бы. И он настороженно улыбнулся гостю.

После взаимных приветствий сели за стол. Игорь Валерьевич снял фуражку, пристроил рядом, выжидательно посмотрел на гостя. Тот ответил благожелательной улыбкой.

Изображение айкара Игорю Валерьевичу во всех ракурсах крутили, но техника не смогла передать оттенка кожи — ближе к голубому, ярко-синие губы и черные, почти без белков — сразу вспомнились детские страшилки про монстра под кроватью — глаза, ну и главное — внимательный взгляд. Пронизывающий такой… Прямо сканер.

— Понимаете, Игорь Валерьевич, — на галактическом айкар говорил чисто, — у нас с вами одна цель — дети. Их безопасность. Вы же осознаете, насколько опасно путешествовать одним, без поддержки. Все же космос — не место для прогулок. Понимаю, у вас может быть другой подход к воспитанию, но мы серьезно обеспокоены. Если я правильно оценил возраст ваших подопечных, они еще ритуал взросления не прошли. А девочка… Совсем ребенок. Одна. Пусть с ней брат, но все же… Не поймите неправильно. Мы не высказываем неодобрения, лишь беспокойство.

Игорь Валерьевич вцепился пальцами в край стола, чтобы не начать тереть в раздражении лоб. Очень хотелось спросить: «Что?», а еще «Какую хрень вы несете?». Но в голове сидели сотня и одна инструкция, где ему предписывалось ни в коем случае не показывать слабость и неосведомленность.

Ладно, допустим девочка — София. Но кто тогда брат? Если только один из курсантов не выдал себя за него…

— И уж простите, что лезу не в свое дело, но поверьте нашему опыту, эксперименты с вживлением металла в живую материю к добру не приведут. А тут… Почти полный цикл киборгизации.

Игорь Валерьевич ощутил, что его накрывает волна безумия… И мозги отказываются анализировать озвученный бред.

Еще и киборга где-то подобрали, — с тоской подумал он. Ну почему не котенка, щенка, наконец! Киборг-то им зачем?

— Дети, конечно, придумали какую-то ловушку. Дурацкое объяснение. Какие могут быть ловушки в космосе? В наше-то время!

Айкар выжидательно замер.

Надо что-то ответить, — понял Игорь Валерьевич.

— Конечно, — вяло кивнул, — какие ловушки. Ловушки?!

Серб предупреждающе кашлянул, но Игорь Валерьевич вычеркнул тот угол зала из своего внимания.

— Где вы их встретили и как? — потребовал он, наплевав на рекомендации. Не будет он строить из себя дипломата. Дети важнее.

— Значит, я был прав в своих предположениях… Ваши дети сбежали, ну или ушли, не спросив разрешения. И вы потеряли с ними связь.

Признаваться в том, что его дети сбежали, было…

— А ваш, так понимаю, сбежал вместе с ними. Еще и кому-то из родни перепало?

Айкар не удержал лицо, и сквозь треснувшую невозмутимость проглянула досада.

— Только не надо врать, что это мои дети смогли похитить айкара вашего клана.

— Мы не врем, — раздраженно поморщился айкар. — Да, мой внук сделал странный выбор. Но мы с вами на одной звезде. Детей надо вернуть. Предлагаю объединить усилия.

— Вы ему верите? — уточнил серб, просматривая протокол встречи. — Заметьте, сколько всего он не договорил.

— Знаю, — Игорь Валерьевич потер лоб — голова разболелась, и сейчас он мечтал об обезболивающем, — тип корабля, место встречи, суть разговора с ребятами, планы, чем они вообще занимаются… Ничего конкретного. Только беспокойство. Единственное, что подтвердил — на истребителе, который они видели, был логотип академии. Странно, правда, что он упомянул лишь об одной машине…

— Но вы пообещали уведомить его о появлении кого-либо из пятерки. Кстати, не понял, почему их стало пятеро. У вас же пропало четверо.

Игорь Валерьевич больным взглядом посмотрел на серба. Покрутил в руках перчатки.

— Не считайте меня за сумасшедшего, — тяжело вздохнул, — но курсант София никогда не верила в гибель брата. И ради его спасения, думаю, да нет, уверен, именно ради нее она «Страж» и угнала бы. А если представить, что ей действительно удалось его спасти…

— Сказочник вы, Игорь Валерьевич, — фыркнул серб, — еще скажите, что киборг — это ее брат и есть. Ни за что в такое не поверю. Но одно хорошо — ваша четверка жива. И лучше бы им вернуться побыстрее… А то вопросов к ним становится все больше. Но вот что меня действительно удивило, так это запрос на посещение Земли. Сроком на полгода. Для десяти членов клана. Как думаете, зачем им это?

Игорь Валерьевич пожал плечами. Он действительно не мог представить, зачем айкарам понадобилось посещать Землю. Но пусть у министерских об этом голова болит, у него своих проблем хватает.

Софи сидела вот уже полчаса, бездумно чертя узоры на боку капсулы. Надо было вставать, отправляться в рубку и приступать к операции, но она никак не могла решиться покинуть лабораторию.

«Не боись, сестренка, все будет хорошо, — голос брата был беззаботен и весел. — Я и подумать не мог, что мне выпадет шанс увидеть тебя снова. Так что не переживай слишком, если что-то пойдет не так, ты уже сделала невозможное для моего спасения», — и Олег успокаивающе чмокнул ее в кончик носа, а потом спокойно улегся в капсулу, подмигнул напоследок и расслаблено прикрыл глаза, отдаваясь ее воле.

Легко сказать — не переживай! Софи плечом вытерла щеку, по которой скатилась предательская слеза. Она все губы искусала, пытаясь справиться со страхом. Когда синего помогала оперировать, азарт был: получится или нет. Боевой настрой. А тут… Раскисла. С места не сдвинуться, хотя пациент готов: дыхание ровное, пульс редкий.

Рядом застыл, покачиваясь и пуская пузыри, сосуд с белесой биожидкостью. На краю капсулы, свесив конечности, распласталась зелено-желтая звезда, готовая переползти на лицо пациенту и подавать анестезию. Еще одна — малинового цвета — отвечала за инъекции и сейчас меланхолично покачивала щупальцами, на концах которых поблескивали черные иглы. Остальные «приборы» ждали своего часа.

Методика апробирована. Первый пациент выжил, но Софи все равно было страшно.

Имхар не торопил. Знал, что она чувствует холодный ужас при мысли, что операция пойдет не так. Синему сердце запускала, не дрогнув, а тут… Еще ничего не началось, а страшно уже так, что сил подняться нет.

— Не помешаю?

Синий. Вспомнишь айкара, он и появится.

Девушка мотнула головой — заходи.

Айкар вплыл на своем кресле. Добрался до изголовья капсулы, вгляделся в лицо Олега, одобрительно кивнул.

— Твой брат — боец. Не переживай, он сильный, справится.

— Я за себя переживаю, — проворчала Софи.

Догмар повернул голову, посмотрел внимательно.

— Мы не сильно на тебя давим? — спросил вдруг и на лице мелькнуло сочувствие. — Не слишком многого требуем?

Софи моргнула. Неожиданный вопрос. Давят ли на нее парни? Скорее берегут. Иногда раздражающе слишком. Точно она ребенок. Гонят спать. Заставляют есть. Развлекают, когда ей грустно. Мишка вон занялся дрессировкой Паразита. Такое вдвоем творят — до слез.

Когда-то она считала себя главной на корабле. Не желала видеть никого над собой. Ее корабль и точка. И командир ей не нужен — справится сама. Но после того, как парни рисковали, вытаскивая брата из ловушки, да и потом… Сколько раз они ей помогали, что стало очевидно — без них ничего не получилось бы. Вдобавок оказалось, что командовать не так уж и интересно. Ответственности больше, чем удовольствия. Плюс от обилия новых знаний пухла голова, и она даже была благодарна Леше, когда тот взял командование на себя. А потом проблемы стали рождаться одна за другой: киборги, айкары, снова киборги и снова айкары… Да и руководить парнями ей опыта не хватило бы.

Но Леша не пытался на нее давить или как-то принижать. Наоборот, когда после бегства от айкаров в рубке разгорелась дискуссия: куда двигать дальше, он оборвал ее со словами:

— Решение о новой стоянке за Софией и Имхаром. Они сами подберут удобное место. Догмар заверил, что быстро нас не вычислят. Можем не беспокоиться о повторном визите его родни.

И все. Никто спорить не стал. А уж в вопросах управления кораблем, парни начали переходить на почтительный шепот, называя ее — и ведь прицепилось же! — «Госпожа пилот». Часто добавляли «глубокоуважаемая». Софи не знала смеяться или плакать, но обижаться не хотелось — насмешки в словах не чувствовалось.

Синий не мешал ей думать, терпеливо ожидая ответ.

— Нет никакого давления, — ответила честно, — есть моя дурость, за которую я все еще переживаю. Например, визит твоего брата. Я ведь команду под удар подставила.

— Понятно, — задумчиво протянул Догмар и вдруг спросил у корабля: — Скажи, Имхар, тебе было любопытно посмотреть на переболевшего айкара? Оценить, сможешь ли ты его вылечить?

— Конечно, — живо отозвался корабль, — любой положительный опыт улучшает работоспособность системы. В этом одна из задач моего существования.

— Каков текущий уровень взаимодействия с пилотом? — задал следующий вопрос айкар.

— Уровень не является статичным, точные данные невозможно представить.

— Но он выше рекомендованного?

— Да, — подтвердил Имхар, — уровень взаимодействия с пилотом поддерживается выше среднего.

— Что это значит? — нахмурилась девушка.

— Это означает, что вы влияете друг на друга, и довольно сильно, — озабоченно проговорил Догмар. — Из-за необходимости быстрого обучения, Имхар пошел на определенный риск. Думаю, ты уже сейчас не можешь различить, где твои эмоции и желания, а где корабля. Дальше, вы начнете растворяться друг в друге. Имхар станет тобой, а ты Имхаром. Уверен, ты не готова к такому…

Софи затрясла головой. К горлу подкатила тошнота. Нет, она обожает корабль. Любит и сильно, но перестать быть собой?! Раствориться в том, кто живет среди звезд? А как же семья? Мама, отец, бабушка и брат?

— Имхар, ты можешь понизить уровень взаимодействия с пилотом? Не сейчас. После операции, — попросил айкар, видя, как страдальчески исказилось ее лицо.

— София? — бархатно осведомились сверху.

— Имхар, мне нравится твоя личность, — честно призналась девушка, — но пусть она будет отдельно от моей. Мы оба уникальны. Не логично, смешивать наши личности в одну.

— Это замедлит обучение, — скорбно возразили сверху.

— Я справлюсь, — пообещала София, — но я должна думать и действовать сама. Пусть и с твоей помощью, но сама. Понимаешь?

— Не совсем. Но я понижу уровень.

У Софии словно камень с души свалился.

— Спасибо, — искренне улыбнулась она айкару, тот на мгновенье замер, словно заново ее увидев, а потом ответил, галантно склонив голову:

— Все для тебя, файя.

— Объяснишь, что это значит?

Айкар ответил не сразу. Молчал, обдумывая, потом заговорил:

— У моего народа много талантов. Мы давно поняли, что развитие цивилизации, которая заинтересована лишь в материальных благах и получает все для удовлетворения своих потребности без излишних усилий, приводит к одному: ее гибели. Когда тебе не к чему стремиться, ты останавливаешь не только свою жизнь, но и жизнь следующих поколений. Потому мы усилили духовное развитие. Это оказалось непросто, пришлось многое менять, перестраивать структуру общества, вводить кланы, но мы приняли вызов. Видишь ли, клан — это не только статус и родство. Это духовная склонность. Мужчины моего клана способны к бесконтактному бою и ментальным взломам, женщины же… Большинство просто эмпаты, но есть и настоящие драгоценности. Я не знаю, какой у тебя дар. У каждой файя он свой. Кто-то лечит души, есть те, кто заглядывает за грань времени. Не знал, правда, что файя умеют управлять «Странниками». Главное — вы бесценны. Любая из вас. Файи поддерживают нашу цивилизацию, двигают ее вперед. Они сердце моего мира. Его сокровенность. Одно твое слово — и мой дом станет твоим.

Последовавшая пауза сковала. Софи ощутила, как перехватывает дыхание. Все же не каждый день ей говорят, что она бесценна, еще и смотрят с восхищением, заставляя смущаться.

Софи часто слышала, что талантлива, что крутой пилот, но это не помогло поступить на летный в ПКА. Да и потом… одного таланта оказалось мало, чтобы исполнить мечту. Так и тут… наверняка масса подводных камней. Это айкарки бесценны, а она… землянка. Ею была и ею останется. Всегда чужая.

— Мой дом, — усмехнулась, прогоняя из сердца завораживающий взгляд черных глаз, — там, где я своя. А твой народ, уж прости, начал с обмана.

Айкар кивнул, принимая ее ответ.

— Но ты понимаешь, что любой дар требует обучения? На моей родине тебя будут учить лучшие учителя!

— У меня уже есть один, — улыбнулась девушка и послала в воздух воздушный поцелуй. В ответ на потолке лаборатории заалела проекция сердца. Натурального такого… Ритмично сокращающегося.

Айкар удивленно вскинул брови, но комментировать не стал.

Девушка встала, расправила плечи и уже спокойно, без страха, посмотрела на брата. Пусть синий и вел разговор с непонятной целью, одного он добился — она набралась храбрости.

— Что же… приступим, — потерла ладони. — Имхар?

— Забираю мощности. Посторонним рекомендовано покинуть данное помещение, режим стерилизации может вредно отразиться на ваших кожных покровах.

— Идем, — нетерпеливо позвала девушка, не заметив, как огорченно вздохнул айкар, как недовольно поморщился и еле слышно пробормотал:

— Ты все равно придешь ко мне.

В рубку он не вернулся. Отправился в отдельное помещение, где стояла капсула с третьим киборгом.

Роман. Так и не пришел в себя, хотя Имхар заверял, что угрозы для жизни нет.

Догмар, управляя мысленно, направил к нему кресло. Он и сам не понимал, зачем пришел сюда. Но в рубку возвращаться не хотелось. Как бы ни храбрился, как бы ни считал себя здесь самым опытным и умным, но отношение к нему парней все равно цепляло. Еще и одиночество. Чуждость. Без побратима он словно заразнобольной. Вроде убивать перехотели — этот вопрос закрыт, но косые взгляды остались. Вдобавок парни демонстративно сплачивались против него.

Догмар не возмущался, бесполезно — насильно мил не будешь. Всему требуется время. Им тоже. Чтобы привыкнуть к цвету кожи, перестать шарахаться от его взгляда, хотя он поклялся, что не станет никого читать без разрешения. Но страх все равно остался. Они видели, на что он способен. Ему даже подойти не нужно, чтобы оглушить или убить. Он не стал раскрывать, что каждый такой удар забирает много сил. И после него он слаб словно ребенок. Вряд ли поверят. Ну а страх плохой союзник для дружбы.

А ведь мог объединиться с братом. Помочь клану захватить корабль. И ходил бы сейчас в наследниках. В героях. Да и Софи от него никуда бы не делать. Он сделал бы ее условием своей помощи. Своим трофеем. О добровольности речи бы уже не шло, но у айкаров много способом заставить изменить чужое мнение так, чтобы пленник сам поверил в необходимость своего плена. Еще и благодарил бы. Правда, эти способы далеки от декларируемой гуманности и на словах вряд ли будут одобрены галактическим сообществом, на деле же… каждый грешит чем-то подобным. Главное — цель. Средства достижения не так уж и важны. Их всегда можно исказить, добавить капельку лжи, заменить одну картинку на другую. И вот уже белое стало черным.

Догмар и сам не понимал, почему предал клан. Почему выбрал помощь малышам? Они ведь действительно малыши, даже Имхар, только побратим старше. Почему позволил младшему командовать над собой? Унизительно же. Зачем открывал перед девчонкой тайны своего народа? Догмар сам себя не понимал. Где-то не одобрял. Злился. Но поделать ничего не мог. Какая-то его часть упорно сопротивлялась возвращению домой, требуя сначала решить проблемы побратима и его семьи.

Стоило все же признать то, чего он категорически признавать не желал. Он перестарался, пребывая слишком много времени в сознании побратима. Старцы предупреждали об опасности влияния чужого сознания. Но Догмар тогда больше опасался за здравость рассудка, чем какого-то там влияния. Да и не верил он в собственное спасение, к смерти готовился. Не было смысла заботиться о столь незначительном. Зато теперь…

Он прикрыл глаза, чувствуя, как накатывает тоска, а души касается что-то темное и появляется ощущение подвешенности в воздухе.

Пришла пора признать — не айкар он уже. Не на сто процентов. Мыслит по-другому, чувствует иначе. Кому скажи: русский айкар — не поверят. Только побратим о чем-то догадывается, потому что он тоже… немножко айкар.

Даже вернувшись в клан, Догмар останется изгоем. На Земле ему места нет. И что с этим делать, он не знал. Мысли зашли в тупик, идей не было. Оставалось просто жить, разбираясь с текущими проблемами малышей. Свои пока не решались

— Ты держишь его во сне, считая, что не выживет? — спросил он в пустоту, разглядывая лицо Романа. Этого парня он не знал. Не мог с ним связаться в ловушке, хотя Олег и просил. Так что совершенно непонятно, что у него сейчас творится в голове…

— Тело я поддерживаю, — уклончиво ответил Имхар.

— Значит, проблемы ментальные… Ты потому не даешь ему очнуться, что он не в здравом уме? — хмыкнул Догмар, очень ярко представляя себе последствия пребывания сумасшедшего киборга на борту. Катастрофические такие последствия. Он же ненавидит все живое, а тут из живой материи буквально стены сделаны… Ему и самому первое время непросто пришлось. Еле выкарабкался из накатывающего безумия. А тут…

— И что делать собираешься? — уточнил, прикидывая варианты. Сам он не боец. Ближайшие месяцы точно. Олег в такой же ситуации окажется после операции. Малыши… тут и говорить нечего. Противопоставить киборгу они смогут только вооружение Имхара.

Самый простой вариант — за борт его, но Софи вряд ли позволит выкинуть парня, да и Олег будет до конца биться за своего… Патовая ситуация.

— Лечить, — неодобрительно отозвался Имхар.

Ну да… Теоретически можно, конечно, провести третью операцию без согласия пациента. Убрать вживленное железо. Но что делать с поврежденными мозгами?

— Дурак ты, — беззлобно обозвал его Догмар.

— Был бы умным, тебя бы здесь не было, — намекнул корабль.

— Тебе что-то не нравится? — напрягся Догмар. Имхар не просто ИИ корабля. Он не действует согласно заложенным в него протоколам. Не имеет запретов. В теории, конечно, имеет, но они их не знают. Опять же за время долгого анабиоза часть мозга могла получить необратимые повреждения. Например, как раз те… с запретами на убийство живых существ. Впрочем, если подумать, своих врагов они же убивали, которые киборги. А он как раз из киборгов, хоть и бывший. Вполне может шагнуть куда-то, а оказаться в открытом космосе.

— Ей не нравится, — отделяя слова, с мрачной интонацией пояснил Имхар. И видя вытянувшееся лицо айкара, добавил: — Она все еще опасается тебя.

Это «опасается» резануло слух. Если Имхар сочтет его угрозой для пилота…

— Клянусь, никогда не причиню ей вред, — торопливо выпалил Догмар и замер в ожидании реакции корабля.

— Клятва не является основанием для доверительного отношения, ибо не может служить подтверждением истинных намерений вашего биологического вида, — профессорским тоном известил его Имхар.

Догмар стиснул ладони. Иными словами, если его действия сочтут угрожающими… Здравствуй, космос. Ну или Имхар ему несчастный случай обеспечит. Подселит паразита, чтобы тот сожрал его изнутри.

— Я понял, — выдавил он из себя.

И на этом дискуссию: «Судьба полуайкара-полуземлянина на борту» можно было считать завершенной. Никаких грязных трюков, давления. Исключительно психология и собственное обаяние. Он и сам до конца не понимал, зачем ему София. Просто не мог допустить, чтобы подобное сокровище — и ведь никто больше не осознает его ценности! — досталось другому.

* * *

Лунная орбита. Первая Космическая Академия

Игорь Валерьевич стоял у обзора в кабинете. Вид звезд его всегда успокаивал. Потому, наверное, ему было несложно переносить годами «безумие» утыканной яркими точками пустоты.

Из головы не шел разговор с айкаром.

— Почему вы считаете, что они вернуться? — спросил он напоследок.

Глава клана ответил не сразу. Помедлил. Пожевал задумчиво губу, взвешивая последствия откровенности.

— Потому что на поверхности их эмоций лежала тоска по дому.

Дети же, — мысленно прослезился Игорь Валерьевич. Пусть курсантам исполнилось по двадцать одному, а Софии скоро стукнет девятнадцать, но семья для них все еще семья… А то он успел записать их в скитальцев. Мало ли загадок путешествует в космосе. Нашли одну такую и домой не торопятся.

Про эту самую загадку айкар ловко ушел от ответа. Мол, сами не знаем. Ничего. Игорь Валерьевич настаивать не стал. Не допрос у них. Разговор. Первый подобный за всю историю отношений их народов. Тут айкар в роли трепетной девицы — не спугнуть бы. Хотя… какая там девица… Монстр, прикидывающийся добрым старцем.

Никто, конечно, не побежит докладывать айкару, если четверка объявится дома. Сами разберутся, а потом уже то, что сочтут нужным — сообщат. Но содействие он, конечно, обещал. Надо выполнять. И Игорь Валерьевич потянулся связаться с родителями курсанта Жданова. Сообщить, что сын жив и здоров и попросить известить, если он выйдет на связь. Подробностей, увы, все засекречено. Но вы держитесь. А мы примем меры, чтобы вашего сына отыскать быстрее.

Айкар, правда, сказал, что искать бесполезно. Ну это они и без него поняли, когда четверку истребителей словно корова языком с экранов наблюдения слизала. Про скорость перемещения и говорить нечего. Только и остается, что ждать…

Глава 18

Из забытья Олег выныривал тяжело. Фиксировал что-то на пару мгновений и после снова проваливался в сон.

Вынырнув в очередной раз, он услышал над головой яростный шепот.

— Нет, только вообрази — попросить помощи у айкаров! Словно мы не поймем, что это ловушка. За идиотов нас держит! Хорошо Имхар нашел другой вариант. Синего аж перекосило, когда понял, что его предложение отвергли.

— Ага, еще и сделал вид, что намеков не понимает. Я специально спросил, не соскучился ли он по дому. Шесть лет все же не виделся с родными.

— Я думал, он к своим рванет, как только очухается. Понятно, что в клане ему шею намылят за то, что планы сорвал, но не убьют же. Да и кроме клана можно найти, где жить. У айкаров не одна планета.

— И не говори… Пристал к нам — не оторвешь. Вон кашку свою жрет и не морщится. А нам ходить и фигню думать, потому что в голову может залезть. А ты слышал, как он с Софией разговаривает? А смотрит как, улыбаясь? У меня Паразит от переживаний аж желтеть начал.

— Алекс зря на его сторону встал. Не друг он нам. Пока Олег не очнулся, надо гнать его отсюда. Я готов «Стражем» пожертвовать. Все равно один остался. Пусть забирает. До границы сектора добросим. А там уже сам…

От таких слов — явно же бунт на борту зреет — пришлось делать над собой усилие и поднимать тяжеленные веки. Губы поначалу не слушались. Чужими стали. Он прокашлялся. Узрел над собой склонившиеся встревоженные лица. Николай и Михаил. Кто бы сомневался. Один в каждом врага подозревает, второй переживает за Софию — личный интерес, не иначе.

Еще и в обход командира высылку Догмара затеяли. Сговор с неподчинением. В военное время за такое…

Интересно, как они Софи уговорить собирались? А без нее Имхар никого слушать не станет. У них на корабле интересная ситуация сложилась. Алекс командует всеми, но по факту Имхар подчиняется только мелкой, и если сестренка вдруг заартачится — а характер у нее не сахар — все дружно пойдут лесом. Парню можно лишь посочувствовать — командовать при таком раскладе нелегко. И надо бы снять с него этот груз, но Олег чувствовал себя так, словно из него вытащили все кости, набив тело камнями. И те давили изнутри и резали острыми гранями. Какой из него командир? Инвалид. Даже шевельнуться не может.

Непонятно, как Догмар смог после операции не только самостоятельно выбраться из капсулы, но еще и брата приложить… Олег ощутил легкую зависть к побратиму. Ему бы такую регенерацию.

— Феникс, ты как? — испуганно спросил Мишка, и по страху в его глазах Олег понял, что выглядит он не очень… На свидание таким точно лучше не ходить.

— Софи? — прохрипел.

— Нормально она, — поспешил доложить Коля, — спит еще. Вымоталась сильно, пока тебя того… Кроили. Имхар сейчас запасы пополняет. Тут спутник есть с какими-то нужными элементами. Так что мы пополняем запасы. Жаль только нормальной еды нет.

Рядом страдальчески вздохнул Мишка, простонав:

— Сейчас бы в столовку на Избушке. Я бы даже их отбивные начал есть. И рыбу ту. Вонючую.

— А мне бы планшет с доступом к сети, — мечтательно поддержал Ник и пожаловался: — Сильно не хватает сетки, негде полазить и мозги загрузить. Тут, конечно, интересно. Мы еще одну часть корабля очистили. Втроем. Синий пока не помощник, а у меня одна рука. Но ничего… справляемся потихоньку. Так что ты не переживай. Отдыхай.

Легко сказать: «Не переживай». Он полежит еще так немного, потом проснется — а на корабле все по разным углам сидят, обезвреженные. Софи читает нравоучения, что драться не хорошо, особенно трое против одного, ну а Имхар анализирует процент проблемности: не проще ли бузотеров переработать?

— Имхар? — голос напомнил карканье подбитого ворона, того, который на последнем издыхании.

— Да, ничего такого… — начал было Ник, но Мишка его перебил:

— Синяк заявил, что третий ваш Роман, он немного того… То есть не немного, а совсем. Имхар его поэтому во сне и держит. Сам понимаешь — сошедший с ума киборг нам тут все разнесет. Но держать его во сне все время нельзя. Тупик выходит. Синий и предложил попросить помощи у клана. Мол, у них есть эти самые… Целительницы душ, короче.

— Психов и мы лечить можем, — возмутился Николай, — и довольно успешно. Зачем нам айкары? Отвезем домой, там его в клинику поместят. Подержат какое-то время в состоянии овоща, может, мозги нормальными и станут.

— Наши только и умеют, что овощем держать! — сердито засопел Мишка. — Имхар с Софией и то больше сделали. Какой-то участок в мозгу заблокировали, вы сразу оба успокоились и перестали на всех кидаться. И никаких побочных эффектов от лекарств.

Голова отказывалась работать, было сложно сосредоточиться, мысли уплывали куда-то в сторону, Олег почти отключался.

— Что предложил? — просипел он, заставляя себя остаться в сознании. Нельзя позволить этим двоим затеять бунт. Еще и против айкара. Он их план прочитает до того, как те решат его воплотить. Убивать не станет, но проучить проучит. А команда должна быть единой, а не грызться друг с другом. Тем более непонятно, что там с возвращением домой. Догмар намекнул, что следующим шагом клана будет попытка их отследить. Наверняка на Землю подадутся. Будут ждать их там. Верный ход, конечно, только неясно, что с этим делать.

— Имхар-то? — Мишкин голос был полон сочувствия. Олег и сам чувствовал, как его накрывает волна дурноты. — Сказал, что можно попытаться найти хранилище. Вскрыть. Если повезет, много всего найдем. У них были методики, как лечить безумие, но Имхар не успел их изучить. Он, оказывается, не до конца прошел обучение. Короче, как мы с четвертым курсом. Эх… — и Мишка горестно вздохнул, — чувствую, попрут нас из академии. Не отбрешемся. И куда потом с неоконченным? Контейнеровозы водить?

Олег застонал, соглашаясь. Он тоже думал о будущем, хотя старался и гнать от себя эти мысли. Но не думать не мог. Из армии выгонят. Дело заведут. Срока, может, удастся избежать, хотя какие у них доказательства существования ловушки? Только капсулы и остались. Ни записей, ничего.

— Прости, мы тебя загрузили, — испугался Мишка, — ты не думай ни о чем. Имхар сейчас мощность набирает, потом маршрут до ближайшего схрона проложит. Фальены сооружали такие на всякий случай… Война же.

— Я, конечно, не верю, что там могло что-то сохраниться, — скептически поджал губы Ник, — но проверить мы обязаны. Такой шанс для человечества… — голос наполнился торжественностью, — да и это всяко лучше предложения синяка, ой прости, Догмара.

— Догмара не трогать, — собрав все остатки сил, выдохнул Олег, — иначе сам… уши… оторву.

Парни обиженно отстранились, а он снова нырнул в никуда с четким пониманием, что болеть долго не стоит, иначе этот детский сад такого натворит… Не разгребешь.

И на Догмара они зря обижаются. Он дело предложил. Голову Ромке надо лечить, а уже потом заниматься телом, но Мишка про Землю не прав. Там могли многое, однако они точно не имели дело с сумасшедшими киборгами. Химия тут может и не помочь. Лечить же души как айкары, земляне не умели. Так что вариант хорош, кроме одного — цену за него запросят такую, что придется отдать и корабль, и сестренку в придачу, а на такое Олег не был согласен. Даже ради Ромки.

Лунная орбита. Первая Космическая Академия

После визита айкара Игорь Валерьевич успокоился. Смирился с тем, что четверка курсантов неизвестно где. Главное — живы и вполне успешно занимаются своими делами. Вот даже айкара на свою сторону переманили, заставив оставить клан. Любопытно, конечно, каким образом, а главное — зачем айкару столь серьезные проблемы с кланом, но факт остается фактом: живы, здоровы, пребывают в компании айкара и какого-то непонятного киборга, представляющегося братом курсанта Серовой. А еще это их загадочное средство передвижения, вполне могущее оказаться черным странником. Ладно, не поглотителем, а более положительным персонажем…

Чем больше размышлял Игорь Валерьевич об этой ситуации, тем больше его грызло любопытство. Хотелось лично отправиться на поиски неугомонной четверки, потому что нельзя старших столь долго в неведении держать. Он уже спать хуже от любопытства стал.

— Игорь Валерьевич, можно?

Когда помощник врывается без стука в кабинет со столь возбужденным выражением лица — это однозначно не к добру.

Начальник академии даже отвечать не стал. Махнул рукой, мол, давай — добивай остатки хорошего настроения.

— Соседи транспортник потеряли. Эллайцы. Судно подало сигнал тревоги, но больше сделать ничего не успело. Его выпотрошили, как индейку. Когда прибыли патрули, ценный груз исчез, а от пиратов — ни следа. Причем сканеры транспортника нападающих не засекли. Те появились из ниоткуда, ударили чем-то, пробив защиту, а после отключили электронику ионным залпом.

— Есть изображение? — заинтересовался Игорь Валерьевич.

— Да, эллайцы поделились. Переживали, что пираты могли податься в наш сектор. Запросили разрешение прочесать пограничную территорию.

На столе мигнул значок входящего сообщения. Игорь Валерьевич активировал экран, раскрыл изображение, вгляделся.

— Но самое занятное другое, — помощник навис над плечом, — грабители убрались буквально за десять минут до прихода помощи. Погоня была организована мгновенно. По нулям. Пираты словно испарились в космосе. Ничего не напоминает?

Игорь Валерьевич почувствовал, как его словно по затылку приложили — в голове аж загудело. Оторвался от экрана. Нечего там особо разглядывать. Изображение мутное. Помехи. По силуэту напоминает калишский крейсер, но с какими-то странными надстройками. Однако главное не это…

Он потряс головой, прогоняя из нее картинку с курсантами, обмотанными разноцветным тряпьем поверх комбинезонов, берущих на абордаж эллайский транспортник. Воображение всучило каждому из парней по копью в руки, а Софии выдало лук.

Бред! Но какой приставучий, собака!

Игорь Валерьевич смахнул изображение с экрана — потом рассмотрит. Выпрямился и нервно зашагал по кабинету.

— Я ни на что не намекаю, — встревоженно пробормотал помощник, следя за ним взглядом, — просто у них же ничего нет… Аварийный паек давно закончился. А кушать-то надо…

— И поэтому они грабанули эллайский транспортник, да? — зло выдохнул Игорь Валерьевич.

Боже, что за день! Что за идеи!

— С ними айкар теперь. Кто знает, на что он их подбил, — насупился помощник, добавляя мрачно: — Мозгоклюй.

Если следовать логике мужчины, айкара следовало признать воплощением зла, хотя в галактике их цивилизация не считалась агрессивной. Более того, к высокому уровню духовности айкаров представителю Земли регулярно советовали присмотреться и перенять, так сказать, опыт. Только у этой духовности была своя цена — боевые кланы. Все остальные занимались духовными практиками, а эти товарищи тренировались убивать, ну и защищать родину от плохих парней.

И надо было такому случиться, что его курсантам попался айкар именно из боевого клана! Нет, все же жутко интересно, что их связывает: курсантов, киборга и айкара.

— Ты сигнал помнишь, которым курсанта вырубило, ну и нас тоже, когда мы его усилили?

Помощник кивнул. Еще бы он не помнил. Академия тогда на осадное положение перешла, ведь большая часть руководства была нейтрализована. Пусть на время — выспались они хорошо — но все же…

— Сигнал я отправил в Институт Исследования Мозга. Так вот, там подтвердили, что он создан определенными волновыми колебания, причем именно мозговыми. Это не синтезированная вещь. А значит, мы говорим о тех же вещах, которыми славятся айкары. Менталистика, мой дорогой. Мне сейчас кажется, это самая важная часть данной истории. Если я прав, то легко можно объяснить интерес айкара к четверке. Похоже, кто-то на корабле-страннике в состоянии генерировать ментальное излучение… Ни айкар, ни его клан точно не прошли бы мимо такого чуда. Это же новый уровень менталистики, на порядок выше и сильнее, чем они могут похвастать. Вот тебе и настоящая причина их беспокойства. Им нужен странник, чем бы он там ни являлся на самом деле и кто ни был бы его экипажем. Ну а курсанты… Может, на корабле себе новых членов экипажа подбирают, странствуя по вселенной? Сманили курсанта Серову. Талантливый пилот. Ну а тройка за ней случайно увязалась. Это я к тому, что там, на борту, найдется что противопоставить умению даже боевого айкара. И это явно не человеческое или даже гуманоидное существо. Уровень не тот. А что касается пиратов… Известно, что украли?

Помощник заглянул в планшет, пролистнул.

— Наши предполагают — оружие. На одном из контейнеров был замечен логотип оружейной компании.

— Вот видишь, — улыбнулся Игорь Валерьевич, — а зачем им оружие, когда жрать нечего? Да и мне по секрету сказали, что если чуть модифицировать наш сигнал, им вполне можно выжечь мозги.

— И что, — заинтересовался помощник, — получится модифицировать?

— Куда там, — отмахнулся Игорь Валерьевич, — они и этот продублировать не могут, хотя и обещают…

Оба огорченно замолчали.

— Ты вот что, — задумчиво проговорил начальник академии, — попроси аналитический отдел МГД прислать нам подборку по пропажам и нападениям за последний год. Хотя нет, там таких запросов на полгода вперед. Через айкаров быстрее будет. Пусть тоже побеспокоятся. Все же схожесть присутствует. Я запрошу, у меня теперь, — Игорь Валерьевич довольно хлопнул себя по карману комбеза, — личный контакт самого главы клана.

Космос. Борт Имхара

— Я вот думаю, а сколько таких «просто камушков» по галактике летает?

Вопрос Мишки повис в воздухе. Остальные молча разглядывали здоровенную глыбу, медленно вращающуюся вокруг себя. Свет красного карлика бросал зловещий отблеск на одну половину астероида, вторая тонула в чернильной тьме.

И внутри этой, выщербленной попаданиями метеоритов, каменюке скрывалось настоящее сокровище вселенной… София недоверчиво покачала головой. Хранилище представлялось ей чем-то более помпезным. Как минимум более технологичным, а тут…

— Отличная маскировка, — одобрил айкар. И такое чувство, что он видел камень насквозь.

Имхар не ответил, но в молчании читалась гордость за работу создателей.

— Вроде нетронутый камушек, — прищурившись, высказал надежду Ник.

Софи покосилась на парней. Ишь, прилипли к обзору. Даже Алексей высказывал нетерпение и азарт. Они словно перед закрытой сокровищницей. Охотнички… Но азарт она и сама чувствовала, как и толику обиды — ее не взяли. Мол, единственным пилотом никто рисковать не собирается. И прозвучало это… От трех же пилотов… Что она даже обижаться перестала.

— Ну… мы пошли, — Мишка отошел от обзора и со словами: — Присмотри за ним, — вручил Паразита девушке.

На вылазку отправлялись двое: Алекс и Мишка. Догмар отпадал. Ник оставался «координировать» операцию с борта корабля и, как подозревала Софи, присмотреть за ней и айкаром. Хотя какой из Догмара сейчас противник? Он и самостоятельно передвигаться не может.

С корабля полетели к астероиду тросы, вгрызлись в поверхность. Вращение синхронизировалось, и камень замер к ним одной, весьма помято-грызенной стороной.

— Никакого риска, — повторил Алекс Мишке, тревожно морща лоб, — и никакой самодеятельности. Мы не знаем, что там, потому четко исполняем инструкции от Имхара. Может, древние там ловушек понаставили от гостей. Так что будь начеку.

— Есть командир, — отчитался Мишка, пробормотав: — Сам не рискуй, — и, скривившись, нацепил на лицо маску-бурдюк.

Ник проводил его движение жадным взглядом. Он был согласен и на страшную — как из фильма ужаса — живую маску, лишь бы присоединиться к экспедиции. Но кому-то надо было остаться на борту и присмотреть за чужаком. Да и рука еще не зажила до конца, хотя он втайне от всех давно ее разрабатывал.

— Кислорода на два часа, — напомнил Мишке Алекс. Тот невнятно буркнул в ответ. С обратной связью у них беда. Одна надежда на камеры от Имхара, ну и на связь с кораблем.

И сам — не без содрогания — нацепил маску на лицо. Та прилипла второй кожей, показалось — внутрь проникла, но Алекс велел себе отставить панику и медленно, приноравливаясь, сделал первый вдох. Хм, воздух. Свежий. Озоном пахнет.

И он вдруг улыбнулся, ощущая прилив сил и смелости. И в космос шагнул, уже не думая ни о чем страшном. Легко заскользил по тросу. Залюбовался близкими звездами. Уродством астероида — досталось бедняге. Мрачной красотой карлика. Тот занимал всю левую сторону обзора, представляя собой багряный, с белыми всполохами протуберанцев шар. Пренеприятная звезда из-за своих выбросов. Не хотелось бы попасть под такой. Тогда Алекс в секунду станет пилотом средней прожарки. И на этой совершенно несмешной мысли он глупо хихикнул.

Что-то скребнуло настораживающе на краю сознания, но додумать парень не успел — поверхность стремительно приближалась, грозя размазать, и он зажал пальцами спусковое устройство, притормаживая.

На скалу спрыгнул вполне удачно. Подскочил, приноравливаясь. Тяготение здесь было, хоть и небольшое. Рядом приземлился Мишка. Прыгнул, проверяя высоту подскока. Алексу почему-то показалось это забавным, так что некоторое время они просто прыгали, как два идиота, соревнуясь, кто выше.

— Так, мальчики, — строгий голос в наушниках отрезвил, — мы поймали сигнал, сейчас Имхар подберет ключ и откроем проем. Будьте наготове.

Алекс поймал Мишку за ногу. Притянул к себе. Поставил. Вспомнил о том, что он командир и погрозил пальцем. В наушниках раздался странный булькающий звук, и только через пару секунд до него дошло, что это смех. Мишка самым бессовестным образом ржал. И странным образом, Алекс даже не рассердился. Веселье пузырилось в крови, норовя выплеснуться наружу. Какое-то подозрение крутилось в голове, не желая оформляться во что-то толковое. Да и смысл? Разговаривать сейчас с кораблем крайне затруднительно.

— Готово. Направление на звезду. Начинайте двигаться, мы скорректируем.

Они замахали друг на друга руками, потом пихнули пару раз в плечо и, наконец, двинулись в нужном направление.

— Командир, у вас все в порядке? — озабоченно поинтересовался Ник.

— М-м-м, — подтверждающе отозвался Алекс. Внутри уже все болело от сдерживаемого смеха.

Проем действительно был рядом. Большая такая дыра, овальной формы. Как раз под размер катера. Трос просвистел мимо, ушел в глубину отверстия.

Алекс прикусил губу, сосредотачиваясь. Зацепился спусковым устройством за трос, шагнул, зажимая пальцами тормоз, чтобы контролировать спуск. Луч фонаря заплясал по стенам, к нему присоединился второй — Мишкин.

Сначала это был просто камень. Гладко отполированный. Местами не очень гладко. Даже небрежно. Потом пошли ячейки. Что в них Алексу разглядеть не удалось — луч не добивал. А затем ноги коснулись дна. И здесь тоже был камень. Похоже, строители не заморачивались технологиями, используя исключительно местные материалы.

И что дальше?

Он задрал голову. Вверху — далеко-далеко — плавало пятно света — рубка корабля, и от ее вида на душе разливалось спокойствие.

— М-м-м? — поинтересовался Мишка, вставая рядом.

— Мы-мы, — пожал плечами Алекс. Колодец, как колодец. Сложно представить, что его создали какие-то древние невозможно вообразить сколько лет назад. На Земле, наверное, в это время динозавры разгуливали. Друг друга жрали.

— Активирую хранилище, снимаю защиту, — объявил Имхар, и по стенам сверху вниз прошли, ослепляя, световые волны: белая, зеленая, желтая и синяя.

Алекс успел подумать, что порядок волн, видимо, что-то значит. Своего рода цветовой пароль.

А камень рядом с ними вдруг засиял и сверху соткалась голограмма фигуры в белом плаще. На голову, скрывая обладателя, был накинут капюшон.

Светло-желтым засияли отверстия на стенах колодца, намекая, что внутри каждого что-то есть. Алекс понадеялся — ценное. И значит, не зря они сюда наведались.

Фигура заговорила, и в скафе зазвучал перевод от Имхара.

— Дети! Кто бы вы ни были и какой путь ни избрали, мы вам рады! Вы здесь, значит, пришли за знаниями, и мы ценим ваше стремление, но знания опасны. Без подготовки, без долгого пути, без нужного уровня духовной силы эти знания могут убить. Мне жаль, дети, но мы приняли решение не оставлять наследие чужакам. Наша история тому горький урок. Когда-то мы поделились частью наших технологий с эхсманами. И друзья стали врагами. Вместо того, чтобы растить живое, они стали живое делать мертвым. Мы не хотим повторять ошибок. У вас есть сто моих слов, чтобы покинуть это место до его уничтожения.

И резко, ослепляя темнотой, вырубился свет окон-отверстий, а фигура пропала.

— Один, — зловеще прозвучало в темноте, а потом воздух завибрировал от угрожающего гудения, и нижние отверстия стали наполняться алым, словно кто туда угли засунул.

С отчаянным мычанием мимо пронеслась фигура Мишки, толкнула в плечо, мол, не спать.

— Парни, оно сейчас самоуничтожится, ходу! — заорал по связи Ник.

Алекс сорвался вслед, прицепился к тросу, промычал о готовности, и Софи спокойно-стальным голосом известила:

— Эвакуация началась.

Их дернуло наверх. Потащило. Алекс не удержался, глянул вниз. Это было даже красиво — вспыхивающие алым по кругу огоньки.

— Двадцать.

Отсчет перемежался с переговорами ребят.

— Отстыковка от астероида прошла. Двигатели полная готовность.

— Я бегу их встречать. Софи, ты знаешь, что делать.

Корабль был все ближе, но и огней становилось больше.

— Сорок.

Интересно, как у древних с силой взрыва, — подумалось Алексу. Успеют ли они уйти. И вообще, что за наглость? Ну не хочешь делиться, так нечего и хранилище оставлять. Повзрывали бы и все. Это как оставлять конфету, а потом объявлять, что шоколад яд, а потому конфета на самом деле отравлена и тот, кто ее съест, умрет. Свинство же!

Их втащило в ангар, проволокло по полу. Алекс лежал, смотря, как зарастает пленкой отверстие проема, закрывая почти полностью покрывшийся алыми огоньками колодец.

Их вжало в пол. Гудение наполнило тело, отдаваясь в мозг.

Алекс потянулся открыть шлем. Стащить с себя маску. На большее сил не хватило. Он так и остался валяться на полу, раскинув руки. Первым не выдержал Мишка. Хихикнул. Передразнил:

— Дети! А шли бы вы отсюда… Дети.

Алекс понял, что больше не в силах сдерживать душащий его смех и заржал. Затрясся от хохота. Забил ладонями по полу. Аж слезы брызнули из глаз. Рядом катался по полу Мишка.

— Вы чего? С ума посходили? Чего ржете, как кони?

И вот зря Умник это спросил. Еще и с таким серьезным лицом.

Алекс аж застонал — живот уже болел от смеха, но тот все не прекращался, и тело билось в судорогах хохота.

Ник прыгал вокруг. Ругался. Умолял. Потом пригрозил, что позовет Догмара и тот им мозги промоет.

— Все! — выставил вверх руку Алекс. — Финиш.

Он сел, сдернул перчатки, вытер мокрое от слез лицо и пояснил:

— Имхар с составом воздуха напутал. Веселящий газ нам устроил. Немного, но для настроения хватило.

— Ты не представляешь какого, — подтвердил Мишка, постанывая и держась за живот.

— Но с пропорциями надо поработать, — предупредил Алекс, вставая, — иначе мы любую операцию сорвем. Я ведь там, — он кивнул в сторону астероида, — даже не испугался. Только интересно стало, как они хранилище уничтожать будут.

И тут корабль содрогнулся, потом еще раз и рванул вперед точно пришпоренный конь.

Парни переглянулись.

— Не считая того, что прошло уже больше ста его слов, — задумчиво проговорил Ник и тут же поправился: — хотя после сорока отсчет замедлился. Они точно дали времени убраться. Но уничтожили качественно. Явно ничего не осталось.

— Жлобы, — поморщился Мишка. Тоже поднялся, принялся снимать скафандр. — Могли бы хоть что-то оставить… Самое безопасное, — и он обиженно махнул рукой.

Алекс согласно вздохнул. Нет, право слово. Обидно.

Глава 19

Они снова вернулись к исходной проблеме: что делать с третьим товарищем по несчастью. Софи храбро предлагала разбудить парня, и дальше она попробует блокировку, какую делала для айкара и брата. На что получила едкое возражение — до блокировки дожить надо. И вряд ли сошедший с ума киборг позволит поставить ее добровольно.

Догмар был согласен — не позволит. Если изменения зашли слишком далеко и психика сильно повреждена… милосерднее прибить. Впрочем, дед мог бы сказать точнее, если бы ему позволили оценить состояние киборга. Однако никто в команде и слушать не хотел об айкарах. Догмар эти опасения целиком и полностью разделял, ибо знал родной клан как никто другой, но иного выхода не видел.

Он вытащил из-под балахона руку. Ну как руку… Она смотрелась уродливо-детской. В половину меньше нужного размера. Цвет кожи имела серо-розовый. В целом все выглядело так, словно ему прирастили конечность ребенка, причем не айкара. Единственная странность — отсутствие шва. Такое чувство, что рука вросла в тело сама. И никакого отторжения. Полное ощущение, что родная. Пальцы слушались безукоризненно. Кожа ощущалась своей. Более того, ближе к плечу она начала темнеть и наливаться синевой. Имхар обещал, что пигментация станет не отличимой от родной, ну а размер… Догмар сжал, разжал пальцы. Кожу закололо от усилившегося кровотока. Как сказал корабль: рост конечностей зависит от его усилий, так что большую часть времени Догмар проводил, упражняясь. Сначала у себя в каюте. Потом начал спускаться в ангар. Пытался отжиматься. Ходить. С ходьбой было сложнее всего.

— Ну и что ты тут один корячишься? — недовольно вопросили над ним, когда Догмар, мокрый от пота, валялся без сил на полу. — Чего стесняться-то?

Он действительно почему-то стеснялся демонстрировать свои бледные конечности перед землянами. Родовая гордость не позволяла или мозги вдруг решили поглупеть, но он упросил Имхара выделить ему помощника. Корабль создал: крупнее Паразита раза в два, с длинными, мощными щупальцами, гладкими и черными.

— Страхолюдь, — выдохнул неодобрительно Мишка, увидев, как антрацитовый почтиосьминог кормит Догмара с ложки.

— Боишься? — ехидно вскинул бровь айкар.

Курсант побледнел, стиснул зубы, скривил лицо, но от плевка на пол удержался, только буркнул что-то неразборчивое.

— Красавица моя, — улыбнулся черной твари айкар, заглатывая очередную ложку давно опротивевшей кашки. Тварь стрекотнула одобрительно и промокнула ему подбородок полотенцем.

Корабль постепенно создавал все больше предметов быта для своих жильцов. Так что они обрастали привычными и не совсем привычными вещами. Спали по-прежнему в рубке все, кроме Догмара. Он сам отселился в созданную для брата каюту, чтобы иметь возможность тренироваться в одиночестве. Парни молчаливо одобрили. Софи вздохнула, но тоже промолчала. И это молчание вдруг неожиданно ударило. Но у Догмара было столько боли за последние годы, что эту — сердечную — он воспринял с благодарностью. Живо сердце раз болит. А то были у него опасения…

Да и разные они слишком. Нечего и сравнивать, ибо сравнивая, можно допустить мысль о сходстве, о возможности сближении. А о какой близости речь, если она до сих пор боится остаться с ним наедине?!

— Я не стесняюсь, — прохрипел Догмар в лицо склонившемуся над ним Алексу, — просто не хочу обременять.

— Ну-ну, — не поверил тот. Вскинул брови, ухмыльнулся. — Думаешь, никто не замечает, как ты ныкаешься по углам? Пропадаешь в ангаре. И цирк с кормлением устраиваешь. Можешь же сам ложку держать, зачем Страхолюдь используешь?

Догмар прикрыл глаза, делая глубокий вдох. Мышцы нестерпимо ныли. Дыхание, как у старика. Конечности выкручивало от боли, хотя Имхар заверял, что это фантомные боли… Догмару было плевать, какие именно. Болело так — хоть на стены лезь, особенно после упражнений. Но если не заниматься, он так и останется с детскими конечностями.

— Думаешь, ей так важно, какого цвета и размера у тебя руки? — продолжал добивать Алекс. — Ей важны собственные усилия. Она тебе конечности приживляла, а ты результат ее труда скрываешь.

Догмар стиснул кулаки, сдерживая порыв дать землянину в морду. Во-первых, за правду бить глупо. Во-вторых, он банально не достанет.

— Слушай, я тут у Совы эспандер в кабине видел. Не по уставу, конечно, но у нас разрешалось с амулетами… Ты не поверишь, насколько пилоты суеверны.

Догмар повернул голову. Ботинки парня исчезли из поля зрения, а голос уже шел сверху.

— Тебе сейчас нормальные тренажеры нужны. Знаешь, есть такие… Для реабилитации. Страхолюдь, конечно, у тебя классная. С полуслова понимает, но без напарника ты нормально не потренируешься. Я видел, как ты грохнулся. Так и новые конечности поломать можно. А вот! Нашел.

Звук прыжка. Шагов.

— Держи!

Ему в руку вложили что-то резиновое, мягкое, прилипшее к коже, внутри, правда, ощущалась жесткая сердцевина.

— Сюда пальцы засовываешь, сюда большой и вперед — сжимать.

Догмар приподнял голову, вглядываясь в сосредоточенное лицо Алекса. Возится с ним точно с младшим, точнее старшим братом.

— Почему? — не удержался от вопроса.

Алекс замер на мгновенье, нахмурился, обдумывая вопрос, но понял его правильно.

— Пусть ты айкар, но в данный момент член команды. И под моей ответственностью. Ну и считай, мы на тебе тренируемся. Когда Феникс встанет из капсулы, будем знать, что делать. Да и ты нам вроде жизнь спас… Так что поднимайся, — и он ухватил опешившего Догмара подмышки. Подтянул выше, перебросил его руку себе через плечо, обхватил за талию.

— Слушай, ты же меньше весить должен, а здоровый, как кабан…

— Это концентрированная масса, — сквозь стиснутые зубы выдавил Догмар. Боль пронзила ноги, и он едва удержался, чтобы не застонать. «Боевые айкары никому не демонстрируют свои слабости: ни друзьям, ни врагам», — зазвучал в голове голос деда и захотелось послать старшего родственника далеко и надолго.

— То есть они расти будут? — допытывался Алекс. — И до какого предела? Просто как ты рост остановишь? — он медленно двинулся вперед, и Догмар, больше приволакивая, чем шагая, принялся переставлять свои недоноги. — С другой стороны, здоровая лапа — это полезно. Плавать удобнее будет.

Айкар невольно представил себя со ступнями-ластами, но сил не было даже возмутиться. Ходьба забирала все. Дыхание снова сбилось, сердце застучало в ушах. Он хлопнул по плечу парня, и тот остановился, давая ему перевести дыхание.

— Они растут, пока я рост контролирую. Ментально, понимаешь. Но без активного кровоснабжения рост будет медленным. И предел там есть. Все рассчитано, — голос звучал слабо, еле слышно, и сейчас Догмар меньше всего напоминал себе самоуверенного боевого айкара. Слабый, мокрый от пота, на трясущихся ногах.

— Ну с ментальным контролем проблем у тебя, так понимаю, нет, — произнес Алекс, начиная снова двигаться вперед. — А вот с тренировками есть. Парням все равно сейчас заняться нечем, будем тебя по очереди тренировать. А с дальнейшими планами мы в тупике. Решили Олега дождаться. Вместе будем думать, что делать дальше. Имхар уверен — остальные хранилища уничтожены. С этой стороны нам помощи нет.

Крупная капля пота поползла по лицу Догмара, и он подумал, что если парни возьмутся за него, вряд ли станут миндальничать. Оно и к лучшему, — решил он. Быстрее на ноги встанет.

И тут по стенам ангара прокатилась цветовая волна, воздух наполнился голосом Имхара:

— Внимание! Всему экипажу собраться в рубке. Получен сигнал бедствия. Внимание…

Алекс усадил его в подскочившее к ним кресло, помог устроиться и бегом устремился в рубку.

Догмар чуть замешкался, поправляя балахон. Потом достал обе руки, решительно положил поверх ткани. Землянин прав. Нечего ему стыдиться этой слабости. И Догмар отправил кресло по коридору, не забывая работать эспандером.

— У нас сигнал бедствия. От кого непонятно. У Имхара нет справочника по судам. Послан на общегалактическом. Направление я вывела на экран, — обзор рубки потемнел, на нем вспыхнула карта и пунктиром лег маршрут. — Решение? — Софи обвела парней напряженным взглядом.

— А чем мы им поможем? — пожал плечами Ник. — Только корабль засветим.

— Ребята, это не шутки. Там люди гибнут, — нахмурилась девушка.

— Или не люди, — задумчиво добавил Мишка. — Так-то закон един для всех. Мы не имеем права пройти мимо, пусть присягу еще не давали.

— Согласен, — кивнул Алекс, — как минимум надо проверить, что там и как. Светить корабль не станем. Подойдем в режиме невидимости. И нельзя исключать, что сигнал может быть ловушкой. Так что всем быть настороже. Софи, максимум на экраны. Поможем тебе с отслеживанием объектов.

Это не было ловушкой. Грузовой транспортер взламывали с десяток мелких катеров, вгрызаясь в защиту и давя оборону. На темном силуэте судна яркими вспышками-цветами распускались взрывы. И было понятно, что защита долго не выдержит атаки пиратов.

— А вам не кажется странным, что мы не видим базу, — обеспокоенно вопросил Ник. — Откуда-то эти катера тут появились?

— София? — позвал Алекс.

— Сканирую, — отозвалась та. — Есть. Правый верхний угол.

И там вспыхнул, подсвеченный желтым, уродливый силуэт.

— Что за дрянь!? — восхитился Мишка. — На какой помойке его собрали? И куда смотрят патрули? Неужели не могут поймать такое корыто?

Трем катерам, объединившись, удалось пробить часть обшивки корабля и из пробоя, как из мешка подарков, посыпались контейнера. Издалека они напоминали игрушечные кубики, за которыми, как крысы, бросились охотиться катера, магнитными ловушками цепляя к себе груз.

— Ворье, — презрительно скривился Мишка.

— Ждем, не вмешиваемся, — распорядился Алекс. Он не готов был раскрывать Имхара из-за чужого груза. Скорее всего застрахованного.

— Фиксирую приближение трех крупных объектов, — известил их корабль.

— Ну вот, — повеселел Мишка, — щаз вломят корыту по самые движки. Предлагаю чуть отступить и полюбоваться избиением ворья.

Катера вдруг засуетились, дружно устремившись к базовому кораблю.

— Драпают… — скривился Ник. — Но ничего, далеко им уйти не дадут. Вряд ли там стоит что-то мощное. И уж тем более подпространственное…

— Пробой пространства на тридцать два градуса.

— О! — Мишка азартно потер ладони. — Обожаю драки. Тем более такие… Предсказуемые. Когда плохим по шее дают.

Последний катер нырнул в чрево пиратского корыта, и оно внезапно исчезло. Взяло и просто стерлось с экрана.

— Не понял, — пробормотал Алекс, протирая глаза и тщетно вглядываясь в темное пространство за обзором.

Слева из пустоты вылупились три боевых крейсера, в силуэтах которых он опознал эллайские корабли. Один рванул в сторону вскрытого транспортника, из нутра которого продолжали разлетаться кубики-контейнера. Два других, хищно ощерившись пушками, устремились по округе. Один нацелился ровно на них.

— Имхар?! — испуганно завопил Мишка.

— Спокойно, отслеживаю и корректирую курс. Мы не столкнемся, — чуть насмешливо успокоил его Имхар.

В рубке повисла глубочайшая тишина, а черный силуэт перекрыл на пару мгновений свет звезд, пройдя совсем близко от обзора. Мишка показательно вытер пот со лба. Погрозил пальцем Софи, мол, так и до инфаркта довести можно!

— И все же я не понял, куда делись пираты? — нарушил тишину вопросом Ник.

Все дружно обернулись к девушке.

— Не хочу вас пугать, парни, — голос Софи был задумчив, — но подобную технику маскировки использовали эхсманы. Конечно, ее могли придумать заново, однако…

— Это не выглядело бы таким уродством, — продолжил за нее Догмар. — Если бы придумывали с нуля, сделали бы более, гм, логичную конструкцию. А тут… точно корыто, в которую вставили чужие технологии. Теоретически, кто-то ведь мог наткнуться на ловушку эхсманов, выжить там, стать киборгом… И что бы он сделал потом?

Все призадумались.

— Он мог бы договориться с ловушкой… Использовать ее знания. Создать еще киборгов. Попроще, — принялся рассуждать Ник, наблюдая, как бесполезно тычутся по пустому космосу крейсера.

— Тогда что мы тут зависли, как… — Мишка осекся, покосился на Софи, проглотил ругательство и спросил: — Мы же можем его отследить и догнать?

Девушка неуверенно кивнула:

— Попробуем.

— Если эта тварь безнаказанно продолжит грабить корабли и создавать себе мини армию киборгов, кто-то же должен его остановить? — возбужденно выпалил Мишка.

— Не переоценивай наши возможности, — с насмешкой осадил его Алекс.

Если там действительно кто-то собирает армию киборгов, то у них мало что есть ей противопоставить. Два бывших киборга, практически инвалида, один сумасшедший киборг, который скорее поддержит пиратов, чем своих. Ну и четверо курсантов, одной из которых никак нельзя рисковать, ибо второй такой нет. Но если он сейчас ничего не предпримет… парни не поймут. Вон Мишка себе уже все губы изжевал от нетерпения. — Однако мы можем отследить их гнездо. Сообщить… Тем же эллайцам.

И все с жалостью посмотрели на мечущиеся вокруг транспортника, точно ослепшие, крейсера… А добыча то давно ушла…

— И чего мы ждем? — подскочил на месте Мишка, требовательно глянув на Софи.

— Окончания настройки системы слежения, — очень вежливо и с намеком, чтоб не торопили, ответил Имхар. — Три, два, один. Курс проложен.

Обзор потемнел, за секунду до того, как звезды рванули им навстречу.

— Калишцы, — с ненавистью выплюнул Догмар, почти прижавшись лицом к обзору, за которым, на орбите, суетились мелкие суда. Неспешно проплывали более крупные. Светились огнями ремонтные доки. Сферами повисли орбитальные станции. Два спутника — бледно-желтых шара — застыли за спиной у корабля. Еще один — голубого окраса — был скрыт за планетой.

Парни переглянулись. Про калишцев им было не так, чтобы много известно. Небольшая по меркам галактики цивилизация. Владеют двумя звездными системами, одна из которых богата на редкоземельные элементы. Собственно, за их счет, а еще за счет своей пронырливости им и удалось подняться в галактическом совете. Не то, чтобы их сильно уважали, но старались не связываться, называя за глаза расой торговцев. Алекс припомнил единственное, что застряло в голове про Калиш после курса галактиковедения: «На Калише можно купить все, что хочешь, вопрос лишь в цене».

И, похоже, кто-то из калишцев достал ловушку эхсманов. Может, киборга на самом деле и нет. Может, ловушка не до уничтожилась, и калишцам перепали разрозненные фрагменты, которые те пустили в дело. Исключительно по-калишски: на грабеж и перепродажу.

— Нас не засекут? — озабоченно поинтересовался Мишка, на что получил полное заверение, что сканеры тут стоят стандартные. И им не грозит быть обнаруженными.

— Думаешь, они грабят суда, чтобы потом продавать награбленное? — с сомнением спросил Ник. — Заполучили возможность обходить сканеры и возомнили себя крутыми пиратами?

— Глупо как-то… даже для калишцев, — с сомнением покачал головой Алекс. Все-таки у них не Средневековье. Весь товар маркируется. Отследить награбленное, если оно всплывет, довольно легко. Нет, черный рынок существует, но только там запросы специфические… Столы и стулья точно не продашь, если они не сделаны из запрещенной к импорту редкой древесины. Рынок обеспечивал определенные потребности определенной же группы лиц и точно не торговал тем, что можно было купить официально в магазине.

— А если они грабят особые суда. Под заказ? — высказал догадку Мишка.

— Эх, заглянуть бы в контейнера, которые они стырили… — протянул Ник и выжидательно посмотрел на командира. Тот скривился… Вошли, что называется, во вкус. На подвиги потянуло. У самих проблем — выше крыши, а туда же…

— Имхар, мы можем проследить за контейнерами? — вдруг попросил Догмар.

Парни посмотрели недоумевающе.

— Просто нелепо это… и просто слишком. Вот так… у себя под боком устраивать базу с секретными технологиями древних. Не маскируясь ни разу. Калишцы мерзавцы — мать продадут, если денег побольше дашь — но дураками никогда не были.

И все дружно задумались, глядя на экран.

— Если бы я что-то взял под заказ… То есть украл, — поправился Ник, — я бы постарался избавиться от этого сразу.

— Интересующий нас корабль сейчас на разгрузке вот здесь, — и на обзор легла подсветка одной из орбитальных станций. Софи выделила нужный участок. — Мы можем чуть подождать и отследить, какой из кораблей стартанет отсюда и куда направится.

— И за кем мы собрались следить? — слабым голосом вопросили от двери.

— Олег! — взвизгнула Софи, бросаясь к брату.

В рубке воцарилась суматоха. Парни радостно, но осторожно хлопали Феникса по плечам. Тот слабо улыбался, отшучиваясь на вопросы о росте: «Ниже на голову, но уже начал расти заново».

Софи не отходила от брата, с тревогой вглядываясь в родное лицо. Однако Олег вел себя естественно, в обморок падать не собирался, и она постепенно расслабилась, отпуская внутреннее напряжение.

Имхар накрывал на стол, устроив что-то вроде праздничного обеда. Уже порядком надоевшее фруктовое пюре было смешено с измолотым энергетическим батончиком и запечено, еще и посыпано чем-то желтым. Даже Догмару в этот раз подали котлетки из все той же смеси. Но хоть какое-то разнообразие.

— Как вы тут? — спросил Олег, с удивлением рассматривая чужую планету. — К кому-то в гости собрались?

Они разместились за столом. Почти в полном составе. Только Ромки не хватало. И Олег вспомнил свое обещание: вытащить парня, вернуть к нормально жизни. Ведь по вине Олега они влетели тогда в ловушку. Это ему, как старшему тройки, захотелось проверить подозрительный участок. Почуялось что-то, а интуиции он привык доверять. Ну и попались. Все трое. От угрызений совести не спасало даже то, что айкары тоже влипли. Совесть все равно требовала спасти товарища.

Олег заглотил ложку пюре — пустой желудок радостно заурчал, напомнив о том, что его давно не кормили. Сестра страдальчески вздохнула, набрала следующую — с горкой.

Олег чувствовал себя неловко. Он боевой летчик. Вокруг товарищи. А его… словно маленького. Но руки не слушались, и он с завистью покосился на Догмара, который сам держал в руке вилку. Еще и ухитрялся ею орудовать. Не без труда, конечно, но все же… И поймал ответный взгляд, в котором отчетливо читалась… Зависть?

Олег моргнул, отвел глаза, решив, что в некоторые тайны лучше не погружаться. Но с побратимом он потом поговорит. Надо же понять, как тот достиг такого прогресса.

— У нас тут войнушка небольшая намечается, — похвалился Мишка. Олег изумленно заломил бровь, отвлекшись от страданий о собственной беспомощности. — С пиратами.

— Мы их всего лишь отслеживаем, — поморщился Алекс, глянув предупреждающе на друга, — Имхар считает, что к калишцам каким-то образом попали технологии эхсманов. Причем маскирующие излучение щиты. Как минимум эллайцы не смогли их засечь, а они одни из самых продвинутых по технологиям в галактике.

— Интересно тут у нас, — пробормотал задумчиво Олег, прожевав очередную порцию пюре — сестра кормила ловко, точно профессиональная сиделка, еще и глядела с умилением, словно он каждым глотком подвиг совершал, — но против орбитальных станций калишцев мы выглядим крайне самонадеянно. В гордом-то одиночестве. Однако технологии эхсманов не то, что стоит игнорировать. Если подумать, кроме Имхара вряд ли кто-то сможет им что-то противопоставить. Стоящее. Так что с разведкой… можно рискнуть.

— Я тоже за то, чтобы оценить степень угрозы. Одно дело, если речь идет о паре-тройке вещей, хотя даже щиты такого уровня делают их опасными противниками, и совсем другое, если им удалось подчинить ловушку, заставить работать на себя. А там… не только маскирующие щиты, еще и оружие… — и Догмар умолк. В рубке повисла задумчивая тишина. Парни хмуро переглядывались, оценивая перспективы появления в галактике кого-то опережающего уровень текущих цивилизаций. И что тогда? Война? Звучит нереально, но кто сказал, что невыполнимо.

— По факту, про эхсманов знаем только мы. И только мы можем оценить степень угрозы. Остальные решат, что проблема не стоит их участия. Все начнется с мелких конфликтов. Грабежей. Калишцы, ну или кто там за ними стоит, будут нападать на мелкие колонии, постепенно расширяя зону влияния. А если им удастся долго оставаться в тени, не привлекая внимания и собрать достаточно сил… Не уверен, что галактика вовремя осознает угрозу… — Догмар досадливо поморщился.

Отодвинул от себя пустую тарелку, старательно отводя взгляд от той, что сейчас кормила побратима… И чувствуя, как внутренности разъедает черная зависть. Как она на него смотрит! Сколько нежности во взгляде… И как улыбается! Вот же… недостойные мысли. Глупо завидовать. Но остановиться невозможно. Впервые он пожалел о том, что не вернулся в клан. Пусть изгоем. Но изгой лучше, чем сумасшедший. Что-то нарушилось все-таки там, в ловушке. Повредилось в мозгах. Раз он себе столь низкие мысли позволяет. А еще позволяет женщине управлять своими чувствами. И это пугало. Как и потеря контроля. Вон Софи уже недоуменно морщится, да и побратим нахмурился, ощутив тень его всплеска. Даже парни напряглись, а ведь они не должны были ничего почувствовать.

Догмар украдкой вытер вспотевшие ладони, исступленно повторяя про себя менто-тренинг. Вызубренные в детстве речитативы. То, что ему давно уже не требовалось. Но сейчас его стойкость давала сбой. И причина не особо веская… Но внутри бурей закручивались эмоции. И он спешно окружал себя барьерами.

— А как же единство наций? — возмутился Мишка. — Военные союзы? Помощь?

— К сильным они сунутся не сразу. Будут мелочь доставать, — ответил Догмар, ухватываясь за возможность отвлечься. — А за мелочь, еще и не особо важную, желающих вступиться мало. Если бы я хотел подмять под себя галактику, я бы сначала нарастил мышцы, заручился поддержкой парочкой вечно обиженных созвездий, а потом уже пробовал на прочность жирную добычу. Осторожно так. Чтобы зубы не обломать.

— Это только в сказках и речах политиков все готовы встать плечо к плечу, навалиться дружно и надавать по морде врагам, — с саркастической ухмылкой подтвердил Олег, — а в жизни все соблюдают свои интересы. Даже на войне. Последние штаны никто не отдаст.

Звуковой сигнал прервал обед.

Софи мгновенно выпала из реальности, подключаясь к управлению корабля.

Алекс осторожно забрал из ее рук ложку. Пожаловался со вздохом Олегу:

— Вот так всегда. Следим, чтобы вовремя ела и спала. А не уследишь — в обморок норовит упасть от переутомления. Мы уже дежурство ввели. Караулим по очереди. Пока остальные ремонтом и утилизацией занимаются, один постоянно здесь, в рубке.

— Понятно, — сквозь стиснутые зубы проговорил Олег. Сестренка всегда была увлекающейся натурой. За тренажером по десять часов летала, пока не выгоняли. Не удивительно, что бледная такая… На себя не похожа. Челка отросла вон. На глаза все время падает. Лицо осунулось. Только глаза и остались.

— Есть, — известила их Софи, и парни рванули к обзору, — вот этот транспортник сейчас отошел от станции. Объем подходящий. Начинаю отслеживать.

Она заняла рабочее место. Парни столпились у обзора. За столом остались Догмар с Олегом.

— Как ты? — первым нарушил молчание землянин. — Смотрю, уже освоился. И глядя на тебя, мне не так страшно, как в начале. Я как эти обрубки увидел… думал, с ума сойду. А теперь понимаю — работает. Научишь?

— Ты и сам справишься. Не прибедняйся, — усмехнулся Догмар, — давно ведь понял, что не только София одаренная. Твой дар слабее, но если будешь работать каждый день… До девятого уровня точно дойдешь.

— А сколько их всего? — уточнил Олег.

— Четырнадцать. Но четырнадцатый — это полное отсутствие восприятия чужих эмоций. Обычно у неодаренных тринадцатый.

— А у тебя?

— Четвертый, — пожал плечами Догмар.

Олег уважительно кивнул:

— Впечатляет. А теперь скажи, что происходит между тобой и моей сестрой. Только честно.

Догмар вздохнул. Покрутил в руках чашку с питательным напитком. Покачал головой и признался:

— Не знаю. Не понимаю. Нет, понимаю, что сам виноват. Но надеялся, что после блокировки все прекратится. Я ведь тогда убедил себя в том, что она важнее семьи. Ценнее. Что ей можно и нужно доверять. Назвал сокровищем сердца. Я сделал все, чтобы открыть ей разум. Без добровольного согласия пришлось бы его ломать, а я не уверен, что это была бы хорошая затея… В тех условиях-то… Мы и так на грани помешательства были. А безумие… Имхар правильно делает, что не пускает ее к твоему товарищу. Проникнуть в его сознание можно, но смысла особого нет. Пусть он и спит, но его сознание отравлено. Там хоть десять блоков ставь — снесет и не заметит. А лечить безумие… тут простым наитием не справишься. Специалисты нужны…

— Которые есть у вас, — скривился Олег.

— Знаю, ты против, но давай подождем. Имхар хорошо обеспечивает его жизнедеятельность. У нас есть время найти решение. Да и моему деду нужно, гм, остыть. А насчет сестры не беспокойся. Я справлюсь с привязкой. В конце концов это лишь чувства, — и он криво улыбнулся.

Олег нахмурился. Привязка! Словно собаку привязали. Сам он ничего такого к сестре не ощущал, наверное потому, что эта привязка у него с детства: беречь, защищать, ну и ревновать. Не без ревности, конечно. А кому еще гонять от нее мутных типов?! Мелкая ведь. Несмышленая. Но Догмар…

— Ты ведь мой побратим, так, — не спросил, утвердил Олег, — значит, София и твоя сестра теперь. Сестренка слышала? — позвал он.

— Что? — та вынырнула из виртуала.

— У тебя теперь два брата. Я и вон тот синий.

Олег полюбовался на удивленно-округлившиеся глаза девушки, на три хмурых, отвернувшихся от обзора, лица — выискались, понимаешь, противники налаживания межнациональных связей.

— Вам ясно, курсант Серова? — вспомнил о своей старшинстве Олег. И голос такой сразу сделался… Правильный. Командирский.

Софи очнулась. Вытянулась. Салютнула.

— Есть товарищ старший лейтенант! Разрешите выполнять!

— Разрешаю, — кивнул Олег и повернулся к Догмару: — Сестренка у меня классная. Но вздумаешь обижать — не посмотрю на то, что брат. Морду быстро из синей фиолетовой сделаю. Понял?

Догмар заморгал. Эмоции внутри снова рвались из-под контроля. Но то, что предложил Олег… Действительно было выходом.

— Спасибо, — искренне выдохнул он, прижимая ладонь к груди. Глаза позорно защипало.

— Да ладно… — смутился Олег, — я же понимаю… Сам через это прошел. Да и за Софи лучше в четыре глаза приглядывать. Так что я на тебя рассчитываю, брат.

Глава 20ч1

После объявления Феникса о новом родстве в рубке установилась напряженная, с выраженным разделением: трое несогласных против двух, атмосфера. Софи, как лицо заинтересованное, в расчет не бралась.

Мишка нервно наглаживал Паразита. На лице было написано много всего… Еле удерживаемое внутри. Алекс тоже смотрел укоризненно… Навел, понимаешь, шороха. Команда в расколе. Но Олег был с ним не согласен. Раскол зрел давно. С того момента, когда парни узрели в капсуле синее лицо. Наверняка не все были согласны тащить айкара на борт. И этот нарыв следовало вскрыть. Непонятно, как и в каком статусе они вернутся домой, но команда здесь и сейчас должна быть едина. И Алексу пора начинать с этим что-то делать, не путая личное с общественным. Даже если ему кажется, что айкар претендует на его, собственное.

Олег сжал, разжал ладони. Пальцы слушались плохо. Но работать начали. Даже боль появилась — верный признак того, что мозг принял конечности за свои. Нет, все же удивительно, как Имхару удается добиться приживления. На Земле до сих пор результат успеха был не выше шестидесяти процентов. Да и то при условии применения имуноподавляющих препаратов, чтобы подавить отторжение биопластика протеза от плоти.

Транспортник еле тащился. Так что им приходилось тащиться следом, рассматривая оживленное движение на трассе. Чувствовалась, конечно, специфика планеты: одни транспортники. Никаких частных яхт или огромных туристических лайнеров.

Парни продолжали маячить у обзора, пытаясь что-то там рассмотреть. Глупо, конечно. Сканеры у Имхара в разы мощнее человеческого взгляда, но курсанты упорствовали.

И глядя на их упорство, Олег ощутил, как внутри просыпается интерес к жизни. Он словно заново учился, каково это — быть человеком без железа. Без безумия в мозгах. Хотя безумие наверняка осталось, запертое где-то там, в глубине. Но тело все еще помнило силу в металлических руках и ногах и сейчас недоумевало: а куда все делось?

Однако парней надо занять. А то они тут от безделия на партизанские действия с подсыпанием чего-нибудь эдакого в еду перейдут. А дело это на боевом — Олег не без сомнений отнес Имхара к боевым судам — опасное. Эдак они любую битву проиграют, не начав.

И Олег первым делом запланировал себе разговор с Алексом. Серьезный такой. Мужской.

Но командир до чего-то там и сам дошел. Разогнал друзей, отправив заниматься привычным делом: вычищать из уголков корабля отмершие части. Сам же остался. Предвкушающе посмотрел на напрягшихся «инвалидов» и скомандовал:

— К тренировке готовьс!

Олег прямо кожей ощутил подвох. Да и Догмар криво усмехнулся, понимая — ему будут мстить.

Ну а что он хотел? Приобрел сестру, будь готов за нее сражаться.

Через десять минут тренировки Олегу страстно хотелось прибить пацана.

Чувствуется, что поганец — потомственный военный. Издевается тонко. Цинично. Доставая до печенок. Но по делу.

У Олега по лицу пот градом, а этот… утверждает, что они в своих потугах рядом со слизняками топчутся, не желая напрягаться. И как он раньше не разглядел в нем изверга? За милой внешностью небось прятался. И вот хрен ему, а не София. Пусть даже не мечтает. Олег, может, и инвалид, но не слепой. Видит, какие взгляды Алекс на нее бросает. Только сестренка маленькая еще для отношений. Так что парню лучше взглядами и ограничиться. Они, конечно, с Догмаром несколько не в форме, но вдвоем справятся с разъяснением дисциплины отношений на корабле.

— Три, два… Голову не запрокидываем. Тянемся макушкой в потолок. Плечи вниз. Лицо расслабить. Почему не вижу радостных улыбок?

Вряд ли этот оскал можно было принять за улыбку, но Алекс удовлетворенно кивнул.

Сволочь! Олег поборол желание швырнуть в него бодибаром — и ведь смог где-то найти подходящую палку и заставить их работать ею, поднимая к груди.

Догмар работал сосредоточенно. Дышал ровно. И тот хриплый свист, который сейчас звучал в рубке, принадлежал исключительно Олегу.

— Перерыв, — сжалился, наконец, мучитель.

Олег разжал сведенные от напряжения пальцы, палка покатилась по коленям на пол, где была ловко подхвачена Страхолюдью. Тварь умело — Олег аж крякнул от зависти — закрутила палку между щупалец. Прям мастер с посохом.

— Пить! — попросил Догмар, и Страхолюдь, оставив палку, бросилась к хозяину с кружкой воды.

«Мне, что ли, тоже такую зверюшку завести»? — мелькнула мысль, и Олег представил себе многоглазое, многоногое, с тонкими шерстинками… Содрогнулся. И решил, что справится сам. Без зоопарка Имхара.

— Отдохнули? — до отвращения радостно осведомился Алекс. — Ну-ну, не стонать. Мы только начали. И пока результата я не вижу. Наблюдаю лишь трепыхание тряпочек вместо мышц. Так что продолжаем.

И они продолжили. Потом Олег валялся мокрый от пота. Даже глаза не открывались. Только в ушах звенело от голоса командира, расписывающего перспективы лентяев — остаться недоросликами до конца жизни.

Сжалившаяся Страхолюдь разминала забитые мышцы, работая всеми щупальцами разом. И Олега так разморило от массажа, что он вырубился.

Проснулся от голоса Софи:

— Парни, мы куда-то сворачиваем. Здесь поле астероидов. Довольно плотное, но какое-то странное. И сигналы… Словно помехами забиты.

Он поднял голову с подушки — спасибо Страхолюдь уложила. Мимо с топотом пронеслись курсанты, отряхиваясь на ходу от фиолетовой слизи.

Олег поморщился, поднялся, сел. Тело ощущалось отбитым куском мяса. И эта боль заставила его улыбнуться. Он прям в прошлое вернулся: подготовка к экзаменам, качалка, повторы до одурения и радость от налитых мышц. А еще гордость от восхищенных взглядов девчонок. Фигура у него, конечно, была… Сейчас от нее одни воспоминания остались. Но он нагонит. Обязательно.

Олег перебрался на свое кресло из щупалец. Приблизился к обзору. Транспортник неспешно вползал в облако астероидов.

— Не понял, — проговорил Алекс. — У такого корыта защита — дыра на дыре. Максимум случайное попадание в поток выдержит, а тут он сам… по доброй воле туда сунулся. Вряд это самоубийство.

Догмар согласно хмыкнул. Подогнал свое кресло ближе, замер рядом.

— Сигналы, говоришь, — повторил задумчиво Олег. — А почему бы и нет. Прекрасная же маскировка, да, Имхар?

— Проверяю, — отозвался корабль. — Убираю помехи. Выделяю активные зоны.

Изображение на обзоре задрожало, пошло рябью. Постепенно исчезали астероиды — не все, но их стало гораздо меньше. Вместо пропавших глыб появлялись какие-то конструкции, опоясывающие облако, а внутри…

— Охренеть! — первым не выдержал Мишка. И Олег был с ним целиком и полностью согласен. Он такое даже на марсианских верфях не видел, а они считались крупнейшими в Земной федерации. Тут же все было в разы масштабнее и грандиознее. Гроздьями висели станции. Вокруг суетились катера, какие-то механизмы. Что-то сверкало. Перемигивалось. И уходило вдаль, перемежаясь с оставленными для маскировки астероидами. Это не просто завод. Это целый город. А в центре горделиво, прекрасна, как сама смерть, медленно вращалась знакомая им снежинка…

И тут рубка мигнула, погружаясь в полную темноту.

— Нас засекли, — напряженным голосом сообщила Софи.

Глава 20ч2

Никаких воплей, истерики. Стрессоустойчивость им еще на первом курсе привили.

Обзор стремительно темнел. Двигатели переходили в режим форсажа. Корабль двигался, уходя от скопления астероидов, но для включения ускорителей и прыжка в подпространство требовалось время. Немного. Пара минут. Но…

— Долго еще до прыжка? — хладнокровно уточнил Алекс, на языке вертелся второй вопрос — о мощности щитов. Если снежинка поймет, кто они… Распознает своего извечного врага. Вопросов им точно задавать не станут. Влепят сразу… чем-нибудь помощнее.

— Почти готовы, — обнадежила его Софи.

— Что замерли? — Алекс окинул парней раздраженным взглядом. — По местам! И не забудьте пристегнуться.

Расслабились они на Имхаре. Привыкли, что круче них никого во Вселенной нет. А тут такой облом… Помнится, Имхар рассказывал, что в техническом противостоянии победили все же эхсманы, а фальены хитростью взяли. Вирусом. Так что надо быть готовыми ко всему.

Парни рванули от обзора.

Перегрузочные кресла — коконы — Имхар вырастил недавно. Олег попросил, когда они начали шпионскую игру. И, похоже, вовремя он сообразил о защите экипажа.

Алекс первым занял свое место. Спиной нырнул в мягкое нутро. Щупальцы обвили, обнимая нежно. Зафиксировали тело.

А корабль уже набирал мощность. От пола креслу передалась вибрация. Алекс стиснул зубы, прикрыл глаза. Внутри все свело от напряжение. Чутье не подсказывало, вопило об опасности. И он прошептал сквозь стиснутый зубы:

— Давай же… Давай!

Корабль ускорился. Тело вдавило. Похоже, Имхар решил врубить полную мощность. И Алекс подумал, что он, наверное, тоже испугался, если страх вообще известен живому кораблю.

А потом их словно дернули назад, поймав на аркан. Стон прокатился по рубке. Пол поменялся местами с потолком. С грохотом разлетелись вещи. Хорошо хоть, мебель была закреплена. К горлу подкатила тошнота. По стенам прошла крупная судорога — он ее даже в кресле ощутил. А потом они встали.

Остановки полета Алекс, естественно, не увидел. Просто тихо стало. Как в склепе. И страх холодком пополз по спине. Надавил на плечи.

— Софи! — крик Олега стеганул по ушам. Сердце обмерло от вида повисшей без сознания на щупальцах девушки. Алекс завозился, пытаясь выпутаться из кокона.

Первым успел Мишка. Снял, уложил на диван. К нему уже бежал Николай с аптечкой из последнего эвакуационного набора. И Алекс заставил себя остановиться. Вспомнить о своих обязанностях.

— Имхар, отчет! — собственный голос показался чужим. А последовавшая тишина заставила испугаться по-настоящему. Если врагу удалось убить — именно убить — Имхара, что им остается, кроме как сдаться? Оставаться в мертвом корабле нельзя. Это если их еще захотят снять с борта. А ведь все может сложиться по-плохому.

— Имхар! — позвал он снова, поймал испуганные взгляды парней, побелевшее лицо Олега. Прикрывшего глаза синего, пытающегося, видимо, обнаружить следы жизни на корабле.

— Вот же твари чупорылые! — раздавшийся в рубке голос не был похож на привычный. Дребезжанием и вредностью он больше напоминал разозленную старуху, но Алекс ощутил огромное облечение — аж в глазах защипало. — Чтоб им подавиться своим импульсом. Чтоб у них задницы на клочки порвало. Предохранители сорвало и платы перегорели. Чтоб их металлом стошнило, уроды схематозные.

— Имхар, доклад! — лязгнул голосом Алекс, ощущая, как паника — как тебе вариант не мертвый, а двинутый корабль? — захлестывает мозги, а ладони леденеют. Без поддержки Софи они сейчас ничего не смогут сделать. Разве что дружно побиться головами. О стены.

— Да, было бы, что докладывать, касатик!

Рядом кто-то застонал. Кажется, Олег.

— Щиты нам снесли. Голенькие мы теперь. Совсем. Ну так-то наберем заново… А смысл? Нам опять их снесут. Двигатели я сохранил. Только нас на прицеле держат. Ух… аж мурашки от него по коже. Начнем форсаж и нас продырявят. Основательно так. Кто же знал, что эта дура в боевом режиме! Еще и заряженная — под самые накопители.

— Обзор можешь открыть? — попросил Алекс. Оставаться слепым в неведении, когда их на прицеле держат, было невыносимо.

Обзор медленно начал светлеть.

— Что с ней? — Олег, наконец, выбрался из своего кокона, подплыл к сестре на кресле.

— Обморок, — недовольно — словно врача оторвали от важной операции — пояснил Ник. — Ничего страшного. Показатели в норме. Скоро очнется.

Догмар утвердительно кивнул. Алекс выдохнул — одной проблемой меньше.

— А мне вот интересно, — Мишка отошел от девушки, приблизился к обзору, — а как мы ту ловушку смогли уничтожить при таком раскладе, а?

Алекс стиснул зубы, наблюдая, как от поля астероидов в их сторону отваливает с десяток огней. А вот и приветственная команда.

— Так та ловушка, милок, в режиме консервации была, — проскрипело сверху, — экономила на всем. Заряда в ней от силы на пятнадцать процентов было.

— Угу, — Мишка дыхнул на обзор, нарисовал на мутном пятне злобную рожу, — но ты об этом узнал, когда мы туда прибыли, так? А если бы она на ста процентах была, как эта… Да еще в боевом режиме, какие бы тогда были на шансы на ее уничтожение?

— Ишь чего захотел… — противным голосом продребезжали сверху.

— Имхар! — одернул его Алекс. Старушечий режим корабля начинал его беспокоить. Создатели наверняка предусмотрели какие-то тесты, проверку на вменяемость, но им до тестов сейчас не добраться. Без Софи.

— Никаких, воительный ты наш, — обрадовал их Имхар.

Мишка обернулся, посмотрел ошалело… Во взгляде было столько всего… Алекс лишь руками развел. Что уж теперь бояться-то… Пронесло ведь.

— То есть сейчас против этой накаченной дуры, мы точно мошка. Раз и прихлопнул? — поинтересовался Мишка.

Алекс бы выразился более конкретно. Про процент спросил. Но и так тоже сойдет.

— Ага, — радостно подтвердил корабль.

И можно было не спрашивать, как фальены раньше справлялись. И корабли мощнее были. И не в одиночку на ловушку, небось, выходили. А у них Имхар… маленький. Еще и не полностью восстановившийся после анабиоза.

— Мне вот интересно, кто у нас такой умный и талантливый. Не просто ловушку нашел, а смог выжить, еще и заставил на себя работать. Восстановил. Накачал энергией, — каждое слово Олега жалило злостью.

— Уверен, у нас будет шанс познакомиться, — Алекс горько усмехнулся. Огни приближались.

— Имхар, ты запись вести сможешь? — спросил внезапно Ник. — А потом отправить? Чтобы если мы пропали, то не зря. Думается, не все технологии они смогли скопировать или восстановить. Может, со связью повезет. Отправишь запись?

— И кому, сладенький?

Ника передернуло.

— Нашим не дотянешь?

— Нашим нельзя, — покачал головой Алекс. — Если они сюда рванут, здесь и полягут.

— У вас же есть канал связи с моим кланом, — не спросил, уточнил Догмар. — Моим в совете точно поверят, если они информацию обнародуют. И про живые корабли расскажут.

— Будет сделало, сапфировый мой. Но вы рано пропадать решили, да, девочка?

— Рановато, — слабым голосом подтвердила с дивана София. — Мы тут вообще-то драться собрались.

Лица парней вытянулись, и все дружно посмотрели на нее с жалостью — еще одна ушибленная на голову.

— Из всех нас только Догмар сможет положить часть, — вынужденно признал Алекс, — и то, если роботов вперед не пустят, которым мозги повредить не получится. А так… чем мы отбиваться будем? Стульями? Одна надежда на Имхара и его, гм, помощников.

— Нет, никто отбиваться не будет, — оповестила их девушка. — Не в этот раз. Вскрыть быстро обшивку у них не получится. Потащат к себе… А там… Короче есть план.

И так это прозвучало, что Алекс себя величайшим авантюристом ощутил. Как говорится: или… или… Пятьдесят на пятьдесят.

Огни достигли цели. Окружили. Почти вплотную к обзору нагло продефилировал истребитель с хищным силуэтом. И ведь не испугался столкнуться! Алекс только головой покачал. Нервировало. И то, что они попались по-глупому — сами сунувшись. И вот эта беспомощность! Еще и сбой настроек Имхара… Хотя, может у живого корабля были не настройки, а настроение?

— И что за план? — нетерпеливо поинтересовался Мишка у сидящей на диване Софи. — И когда вы успели его обсудить?

Вместо девушки ответил Догмар.

— Ускорение ментальных потоков, да?

И все дружно посмотрели на потупившегося пилота. Олег еще и прищурился так не хорошо…

— Что за хрень? — уточнил Ник.

— Состояние, которое позволяет ускорить мысленный обмен. В разы. Им и минуты хватило, чтобы обменяться информацией и выработать план, да?

Девушка медленно, словно голова у нее стала неимоверно тяжелой, кивнула.

— А в курсе, — разозлился Догмар, — что это опасно? Никто не знает, когда наступит выгорание и ты превратишься в овощ от перегрузки!

— А в курсе, что мы можем не дожить до следующих суток? — рявкнула Софи в ответ. — И не тебе меня учить. Сам атаковал брата, задействуя внутренний резерв, хотя толком и не восстановился после операции. Или скажи, не было?

— Хватит! — остановил их перепалку Олег. — Один мозгами тронулся, решив в старушку сыграть. Боишься, что станет обвинять в том, что привел нас к ловушке? Что не заметил опасность?

— Вы люди уважаете старость, — прозвучало сверху совершенно нормальным голосом.

Олег скривился, однако комментировать не стал, сосредоточив гневный взгляд на сестре.

— Вторая героя из себя строит. После атаки — ты же не станешь утверждать, что случайно в обморок упала? — девушка протестующе тряхнула челкой. Отвернулась. — Так вот… после атаки ты решила еще и собственными мозгами рискнуть. А ведь мы могли мозговой штурм устроить. Вместе. У тебя было бы пять голов для генерации идей. И не пришлось бы рисковать своей.

— Это так не работает, — запротестовала девушка.

— А ты попробуй, — предложил Алекс. Софи фыркнула. Оглядела их дружно недовольные лица. Съежилась под укоризненно-обиженными взглядами. Первым сдался Олег. Отвернулся.

— Ладно, — протянул, смотря в сторону. Наткнулся на Догмара. Вспомнил, что не договорил и буркнул:

— А ты бы меньше дурных примеров подавал… брат.

Догмар аж задохнулся от несправедливых обвинений, но оправдаться не успел.

— Они закончили обследовать обшивку, — уведомил их Имхар, перейдя на голос вышколенного дворецкого, — входа не обнаружено. Я перехватил их сообщения. Нас собираются отбуксировать к ловушке, чтобы та вскрыла сама. А касательно скорости наших ментальных потоков с пилотом, я полностью контролирую нейронную реакцию ее мозга.

— Угу, — скептически протянул Мишка, остальные парни ограничились недоверчивыми гримасами. — Лучше бы себя контролировал, а то даже голос выбрать не может.

— Голос для меня, как для вас одежда, — вдруг донеслось сверху Мишкиным голосом — Алекс мог покляться — один в один вышло. — Могу я его менять под настроение?

Мишка покраснел, сжал кулаки.

— Можешь, — согласился Алекс, успокаивающе кладя ладонь на плечо друга и думая о том, что в окружающем дурдоме легко и самому потеряться, — только не копируй, пожалуйста, наши голоса. Это, гм, не этично…

— Хорошо, — легко согласился Имхар и проскрипел по-старушечьи: — Тогда, мои сладенькие, готовьтесь. Сейчас меня магнитным захватом цеплять будут.

Алекс мученически посмотрел на потолок, ища там терпение. Ощущение дурдома усилилось и больше всего тревожила мысль, что он тут главный.

— И вы бы прибрались, милашечки? А то неудобно перед гостями-то…

Еще и с чувством юмора…

— Я так больше не могу! — психанул Мишка, пиная ближайший к нему стул. Тот ловко отскочил, уворачиваясь от пинка, и парень ограничился ругательством, шипя, помянув живых и особо умных кораблей.

— Что за план? — попытался вернуть всех в рабочее русло Алекс. — И магнитная ловушка на тебе не сработает. Не должна.

— А «Страж»? — не согласился Ник.

Некоторое время они спорили, хватит ли массы одного истребителя, чтобы их отбуксировать. Хватило. Корабль дрогнул, и звезды медленно поплыли по экрану обзора.

— План, — Софи встала, прошлась, поднимая упавшее и раскладывая по местам. Алекс оглянулся — рубка правда напоминала гостиную после бурной вечеринки. И он нагнулся за стаканом. — План очень прост. Вскрыть нас проще всего с помощью лазерной установки. При условии, что мы будем на близком расстоянии. Сами знаете, чем больше расстояние, тем лазер слабее. На ловушке две такие установки. Обе в нижнем уровне — для ближнего боя. И там нет других орудий. Для них это слепая зона. Лазеру, как и нам, требуется время, чтобы набрать необходимую мощность. Только мы сделаем это чуть быстрее. И уйдем в гипер раньше, чем нас настигнет лазерный заряд.

После слов девушки в рубке воцарилась тишина.

— Насколько быстрее? — осторожно уточнил Алекс, слабо представляя себе это соревнование.

— Ну, — тут девушка смутилась, — в теории секунд на десять. Нам хватит, — и она бодро улыбнулась.

— Зашибись, какой план! — восхитился Мишка. — Прям на сто процентов. Оказаться в центре базы. Со всех сторон окруженными судами. Я уже вижу по силуэтам минимум три линкора. Притвориться дохлой птичкой. А потом, когда нас прихлопнуть соберутся, ожить и улететь. Я в восторге! — и он демонстративно ударил в ладоши. Паразит поддержал, застучав щупальцами.

Софи насупилась. Смахнула челку с глаз. И честно призналась:

— Другого плана нет. Но мы можем…

— Нет, — рыкнул Олег, — никаких больше обсуждений. Особенно в ускоренных потоках. Я только заново обрел сестру. И не хочу тебя потерять. Да и кто мне Ромку вытаскивать будет?

Софи, погрустнев, кивнула.

— Зато мы сможем на сто процентов выполнить разведку, — попытался подбодрить их Догмар.

— А если они вдарят по нам? Не орудиями с ловушки, а с линкоров? Да просто истребители подгонят? — не унимался, нервничая, Мишка.

— По нам бить не станут, испугаются попасть по своим, — возразил Ник. — Ты смотри, какая там плотность? Друг на друге сидят. Если только у кого нервы не выдержат, и он по нам шмальнет парой ракет.

— А нам и хватит, да? — ядовито осведомился Мишка, задирая голову к потолку. — Сам же сказал: «Голенькие».

— Я быстро восстанавливаюсь, — обнадежил их Имхар, — да и ваши ракеты мне и без щитов ничего не сделают… Только шкурку обожгут.

Оставшуюся часть пути они проделали молча. Говорить не хотелось. Другого плана все равно не было. Тут Имхар оказался прав. Они слишком мало знали о ловушках эхсманов, чтобы предложить иное. Ну и с учетом наблюдаемого количества кораблей, а особенно вырастающей махины ловушки, ни о каком бое и речи не шло. Удрать бы — вот и весь план.

Алекс вынужден был признать, что эта ловушка смотрелась в разы внушительней, чем та, которую они атаковали. Переливающиеся бело-серые грани были щедро освещены, а из поверхностей вырастали угрожающие шипы — наверное, это и есть тот самый боевой режим. Серебристыми узорами светились силовые линии. Издалека вообще все выглядело идеально, словно снежинку вчера создали.

— Смотри, как обустроились, с-с-сволочи, — шипяще выдохнул Мишка. — Коридоры настроили с лифтами. Верфь отгрохали многоуровневую. И большой вопрос — зачем все это. Еще и в отдалении, при маскировке под астероидное поле?

— А здесь как раз все очевидно, — пожал плечами Ник. — Так прячут только оружие. Чтобы скрыть от противника.

— Имхар, ты фиксируешь? — напряженным голосом осведомился Мишка.

— С самого начала, — заверил Имхар.

И они все дружно прилипли к обзору. Их медленно и аккуратно втягивали в проем между двух сложных конструкций, из которых и состоял пояс.

— Генератор защитного поля, — любезно пояснил корабль.

— Такой здоровый? — присвистнул Ник.

— Технологии эхсманов? — предположил Алекс, думая о том, что несмотря на чужие технологии, кое-где незнакомцы предпочитали действовать по старинке как, например, с магнитным буксиром. И это давало надежду, что преимущество перед другими цивилизациями не будет полным. Но масштаб впечатлял, н-да.

Глава 21ч1

В центре астероидного поля самих астероидов уже не наблюдалось. Сновали беспилотные транспортники, пронесся мимо рой каких-то странных механизмов, неспешно, с осторожностью, лавировал мимо конструкций боевой крейсер. Недостроенные корпуса кораблей были облеплены роботами, точно мухами торт. Поверхности там светились вспышками сварки. Верфь жила насыщенной жизнью, и Алекс мог поклясться, что работы не прекращаются ни на час. И вряд ли здесь много живых… А значит, есть приличной мощности ИИ, который контролирует ход работ.

— Узнаешь кого-нибудь? — хрипло спросил Олег.

Мимо упорядоченным хаосом конструкций проплывала грань снежинки. Серым отливали энергетические панели. Их обрамляли белоснежные ребра жесткости. Серебром текли по швам между панелей силовые линии. Шипы словно парили над всем серыми тенями, но Алекс легко представил, как они активируются. Наливаются… например, красным и выплевывают в космос что-то… смертоносное.

И от осознания мощи у него мурашки побежали по коже… Страх стиснул горло. А в голове уже нашептывало, что не выбраться… Ловушка захлопнулась. Сейчас их распотрошат и выковорят, точно червяков из яблока.

Догмар не спешил с ответом, вглядываясь в проплывающие мимо силуэты кораблей.

— Не уверен, — проговорил он, наконец, — такое чувство — вроде и знакомы, но потом понимаешь — есть разница. Похоже, они многое заимствовали у эхсманов. Впрочем, вот там — калишский транспортник, вон еще один… Но у калишцев силенок не хватит организовать подобное. А вот снабжать… вполне.

— Только со снабжением у них беда, раз на грабежи пошли, — язвительно хмыкнул Мишка.

— Ну нам их проблемы вряд ли помогут, — скривился Алекс, — ресурсов здесь столько — десяток Имхаров прихлопнуть хватит.

— Мой класс не предусматривает активных боевых действий, — вдруг подал голос Имхар.

Ребята выразительно переглянулись. Что и требовалось доказать. Имхар на ходу подстраивался под текущую ситуацию. Надо воевать — воюем тем, что есть. Например, скрытно проникаем на борт, минируем и сваливаем. Но даже у Имхара есть предел и прямая атака точно не для него.

— Ты и так сделал больше, чем любой боевой крейсер, — горячо возразил Мишка. — А тут… пара флотов надо. Не меньше.

По ближайшей грани снежинки волной прошла дрожь, и Олег вдруг ощутил восхищение: дикое, яркое, ослепляющее. Такая мощь! Сила! И он… часть этого!

Чего?

— Не слушай, — быстро пробормотал Догмар, морщась так, словно в него лимон целиком засунули. — Мы здесь ненадолго. Блок должен выстоять. Это что-то вроде связи с центром, — пояснил он для остальных и потер виски.

— То есть… — начал было Ник, но тут же оборвал сам себя, выдохнув: — Третий!

— Я проконтролирую, — крикнул Догмар, уже на выходе из рубки.

Олег кинул сомневающийся взгляд на Софи, но если Догмар не справится…

— Головой отвечаете, — кинул парням и рванул за побратимом. Толку от него, убогого, конечно, мало, но Ромка его подчиненный, а некоторые вещи сильнее всяких там связей с центром…

Алекс обвел взглядом оставшихся, мысленно пожелал бывшим киборгам удачи… Увидеть настоящего киборга на пороге рубки… Та еще бойня будет.

— Нам пора, — он кивнул в сторону противоперегрузочных кресел. — София, мы верим в тебя.

— Да, крошка, ты самый крутой пилот, которого я знаю, — искренне выдохнул Ник. — Вытащи нас из этой задницы и проси чего хочешь. Я даже жениться могу.

— Дурак! — Мишка попытался достать его по затылку, но друг легко увернулся. — Не слушай его Софи, — Паразита он перехватил уже в полете, не давая тому вцепиться Нику в волосы, — ерунду мелет. И замуж не ходи. Он же тебя своим занудством до печенок достанет!

— А ты своими шуточками! — парировал оскорбленно Ник.

— О-о-тставить! — гаркнул Алекс так, что пара стульев испуганно шуганулась в стороны, а диван медленно пополз от него, шебурша по полу тем, что у него вместо ножек было.

— Да, ладно, командир, — отмахнулся Ник, — мы же шутим. Зато все трястись от страха перестали, — и он подмигнул девушке. Та улыбнулась в ответ.

— Вернемся, сходим куда-нибудь, — пообещала, добавив, веселясь с вытянувшихся лиц парней: — Все вместе.

— На гонки, — загорелся Ник.

— Раз не боишься проиграть… — насмешливо протянула Софи, — можно и на гонки.

— До точки три минуты, — поторопил их Имхар. — Начинаю отсчет.

— Ты точно его удержишь? — тревогой осведомился Олег, глядя на побледневшего до голубого оттенка кожи друга. Догмар держал ладонь на лбу Ромки, и тот крутил бритой со шрамами головой, стонал, выгибался и явно боролся с чем-то внутри него.

— Отставить, лейтенант! — крикнул Олег в лицо друга. Тот на секунду притих, морща лоб, потом рванулся. Догмар зашипел, ругаясь.

— Если не удержу, — просипел, роняя капли пота, — вырубишь его чем-нибудь.

Олег с тоской посмотрел на свои детские ручонки…

Страхолюдь с готовностью отломала торчащий в креплении штырь, протянула.

Олег примерился, взвесил металлический стержень в ладони и понял, что шанс будет лишь один.

Он приставил штырь заостренным концом к шее друга. Надавил слегка. До капли крови. Потом представил долгие полминуты, пока тот будет истекать кровью и переставил штырь к лицу. Повредить мозг — надежнее будет.

— Уверен? — тихо спросил Догмар.

Был ли Олег уверен? Черта с два! Но Имхар на убийство точно не пойдет. Даже киборга. А если и пойдет… Кто его знает, к каким нарушениям психики это приведет.

Так что лучше он сам. Своими руками. И Ромка — Олег знал это совершенно точно — был бы не против.

«Лучше сдохнуть, — сказал бы он с усмешкой, — чем стать убийцей. Еще и по чье-то указке. Ненавижу, когда меня используют».

— Если я отключусь, — проговорил сквозь стиснутые зубы Догмар, — действуй.

Уже сидя в защитном коконе, Алекс понял, что за всей суетой они не уточнили главного — как Имхар собрался делать прокол пространства в столь стесненных условиях…

Нет, так-то вокруг снежинки место было. Но столь крупный объект рядом обязательно повлиял бы на переход в гипер. Насколько Алекс был в курсе — а подобные случаи они тщательно разбирали на лекциях и часть народа уходила расставаться с едой в туалет, демонстрируемые фото останков от корабля и людей были весьма подробными — удачных попыток не было. Прокол не выдерживал соревнования с силой тяготения, схлопываясь от перегрузок, сминая корабль, словно консервную банку или разрезая его пополам.

Физика… одним словом. Не обманешь.

Но Имхар собирался. И не верить ему у Алекса причин не было.

Он малодушно прикрыл глаза. Потом устыдился. На счете «пять» открыл заново.

Они стояли боком к снежинке. И та занимала собой лишь часть экрана. На второй — чуть в отдалении — торчала пара истребителей, перекрывая собой выход. Сверху тоже что-то нависало. И внизу чьи-то огоньки мерцали. Словом, обложили со всех сторон.

Тут и двинуться страшно. Не то, что гипер открывать…

Но доверие…

И Алекс стиснул зубы, заставляя себя верить в лучшее.

Левая часть… та самая, которая к снежинке была повернута, нехорошо так подсветилась. Словно там загораться что-то стало… И было понятно, что. А они все еще здесь. Прилипли.

Он нашел взглядом Софи. Просто, чтобы успокоиться. С угрызением совести подумал, что они на нее столько всего взвалили. Вон и лицо какое бледное… Губа прикушена. Взгляд устремлен в пустоту. А ведь на ее плечах их жизни.

Замуж он ее, конечно, сейчас не позовет. Не решится. А вот на свидание обязательно. В ресторан хороший. На Землю.

Пол под ногами завибрировал так резко, что у Алекса зубы застучали. Хотя, какой там пол! Вибрировало все, наполняясь гудением. Они словно спортсмен перед стартом. Только и сияние набрало силу, заливая рубку. Ослепляя.

И было непонятно, кто выиграет эту гонку со смертью.

Обзор потемнел столь резко, что Алекс решил — ослеп. А потом они рванули с таким перегрузом… Стало понятно, что до этого момента Имхар выбирал щадящий режим. Чтобы не покалечить двуногих.

И в тот же момент нечто врезалось им в бок. Мотнуло так, что в сдавленном перегрузкой телом раздался хруст.

Только бы не шея, — мелькнула мысль. А потом он отключился.

Сознание возвращалось медленно. Тело — словно его знатно ногами отпинали. По губам и подбородку что-то текло. Теплое. Во рту привкус крови.

Он заморгал, заставляя себя прийти в себя.

Взглядом охватил рубку… Обзор все еще темный. Гудение вроде слышно. Обнадеживающе ровное. Но освещением мигает, словно его от тока трясет. На полу лужа темной воды. Откуда? И потолок пробит. Оттуда с десяток щупалец свисает.

Но главное Софи! Девушка стояла. И он выдохнул с облегчением, чтобы тут же застонать и начать вырываться из слишком заботливого кресла.

Она не просто упала, еще и закричала от боли!

— Ждун! — рядом растерянно простонал Мишка, вторым придя в себя. Похоже, они отключились на пару минут, не больше.

— Имхар, отчет! — на бегу скомандовал Алекс, падая на колени. Собственная боль была забыта. Остался только ужас — правый рукав оранжевого комбеза девушки на глазах покрывался темными пятнами.

— Ник! — рявкнул он, ощущая как от беспомощности сдавливает в груди. — Ник! Умник! Твою же!! Ты мне нужен!

— Здесь, командир, — умирающе донеслось до него, — уже ползу.

— С аптечкой ползи! — поторопил он его. — Имхар?! — заорал, добавив пару ласковых для скорости реакции…

— Да, тут я, тут… — донеслось недовольное с потолка. — Купирую пробоину. Утечку воздуха перекрыл. Почти. Пожар потушен. Практически.

— И даже не придушить, засранца, — прокомментировал Мишка, присаживаясь на корточки около девушки. Присвистнул. — Ножницы нужны, — и ушел к аварийному набору.

— Хотя бы, где мы? — выдавил из себя Алекс, с трудом сдерживаясь, чтобы не сорваться и не наорать.

— С этим порядок, — заверил его корабль, — ушли мы. Не чисто, конечно. Достала на переходе, тварь. Но гипердвигатели не задеты. С остальным… разбираюсь.

— Николай, ты как? — уточнил Алекс, переключаясь. Парень вытер текущую из-под носа кровь, мрачно показал большой палец и открыл ящик с аптечкой.

С помощью щупалец они переложили девушку на диван, и Ник склонился, разрезая рукав. На руку было страшно смотреть. Ожоги, рваные раны, гематомы. Плечо тоже зацепило. Как и правый бок.

— Я так понимаю это то, о чем предупреждал Догмар, — зло выговорил Алекс. Злость душила настолько, что хотелось одновременно прибить Имхара — довел-таки девчонку своим глубоким подключением и расцеловать — вытащил из такой задницы!

— Ник, ты справишься? — спросил он у друга. Тот медленно кивнул. — Мих, — позвал Алекс, — давай вниз. Оценим, насколько нас зацепило. Ну и чем поможем. Заодно парней наших проверим.

Догмар вырубился в тот момент, когда заработали двигатели. Олегу не хватило доли секунды. Казалось, что там возиться — напряг руку, замахнулся, но запястье перехватили стальные пальцы, стиснули так, что он заорал от боли, а на него нечитаемым взглядом смотрел Ромка. Вторая рука холодной смертью легла на шею, сдавливая так, что перед глазами цветные круги пошли.

А потом их дернуло вперед. Олега впечатало в стену, киборга выдрало из капсулы. Пронесло по комнате, сломанной куклой уронило на пол.

От перегрузок сдавило тело. Во рту появился вкус крови. Олег успел испугаться, что не сможет вдохнуть. Но когда легкие запекло, организм справился сам. И он задышал: хрипло, рвано.

На полу зашевелился, поднимаясь, киборг.

Перегрузки действовали и на него, но недостаточно, чтобы оставить неподвижным. Это Олег рукой пошевелить не мог.

Он с благодарностью посмотрел на сунувшую ему в ладонь штырь Страхолюдь. Пальцы разжались, не удержав оружие, и оно со звоном покатилось по полу.

Киборг опустил голову — штырь об его ногу затормозился.

Потряс головой. Поморщился. Стукнул себя кулаком в лоб.

— Командир? — донесся до него шепот. И на Олега посмотрел Ромка. Его Ромка!

— Ромашка! — выдохнул Олег. По щекам потекло горячее. И он заморгал, прогоняя пелену. — Ты, главное, не думай сильно. Ни о чем. Думай о нас, — заторопился, глотая слова. Остро не хватало поддержки Догмара. Тот бы нашел, что сказать. — Ты же помнишь академию. Как мы летали. Ты отличный пилот, Ромашка. И мы еще полетаем, обещаю! Видишь, — он поднял вверх ставшую тяжеленной руку, — я уже нормальный. Почти.

По лицу киборга пробежала судорога боли. Он зарычал. Ногой подкинул штырь в воздух. Подхватил рукой. И… воткнул рядом с головой Олега, пробив стену.

— Ты! — голос сделался лающим. — Урод!

Глаза налились кровью. Изо рта потекла слюна.

— Отставить лейтенант! — орать в лицо монстру было страшно, но молчать еще страшнее. — Как вы обращаетесь ко старшему по званию! Смир-р-но!

Руки киборга упали вниз. Он замер. Словно сломанная игрушка.

А потом пальцы сжались на штыре. Рванули к себе.

— Прости командир.

Олег с ужасом смотрел в Ромкины глаза, понимая, что сил остановить нет.

— Передай моим, их сын не убийца.

Штырь легко пробил кожу на груди, вошел между ребер.

Ромка постоял, покачиваясь, а потом медленно, словно никуда не торопясь, завалился вперед. Дернулся и затих. Уже навсегда.

Глава 21ч2

— Ох, ни хрена себе…

Стоящие на пороге парни с ужасом смотрели на Олега. Мишка, забывшись, от эмоций грыз собственный кулак. Алекс первым пришел в себя.

— У вас, я смотрю, тут весело… Как ты? — шагнул он внутрь. Обошел по дуге киборга. Потом дернул себя обратно. Присел на корточки. Проверил пульс и с облегчением констатировал: — Мертв.

Олег прикрыл глаза, скрывая эмоции. Ромку было жаль. Чертовски. Но они все понимали, что потеряй он контроль… Даже в полудохлом состоянии киборг стал бы серьезной проблемой.

— Нормально, — просипел Олег, оттолкнулся от стены. — Лучше скажи, что у нас.

И то, как побледнел Алекс, заставило сердце парня провалиться вниз. Кресло, повинуясь мысленном импульсу, рвануло к рубке — Мишка еле успел отскочить. Уже в спину ему донеслось:

— Она жива!

— Этот тоже жив, — мрачно добавил Алекс, проверив состояние Догмара.

— Кто бы сомневался, — скривился Мишка, добавив: — Оставим здесь. Очухается — сам приползет. У нас и без него забот хватает.

Забот, действительно, хватало.

Они спустились на нижний уровень, вышли в ангар. Здесь воняло горелым маслом и еще чем-то трудно опознаваемым. Часть стены колыхалась, словно наспех заделанная пленкой, и Алекс не мог перестать думать о том, что преграда между ними и космосом слишком тонка, чтобы чувствовать себя спокойно.

Истребитель стоял на одном крыле, второе задрав в потолок. На крыльях шасси повисли остатки чье-то шкуры. Похоже, Имхар постарался удержать последний «Страж» на борту, и Алекс ощутил жгучую признательность к кораблю.

— Имхар, что нам делать? Помощь нужна? — крикнул он в потолок. Глупая привычка, конечно. Имхар услышит их, даже если бубнить под нос, но так удобнее…

— Готовлю уплотнители. Будем наносить в несколько слоев.

И вот вроде понятно прозвучало, но смысл все равно ускользал. Какие уплотнители? Зачем?

Оказалось, для восстановления оболочки.

Имхар выдал каждому из парней по шлангу, из которого струей забила зеленая жидкость, на воздухе вскипая в пену, застывая и приобретая темно-серый цвет. Корабль заверил, что на этой основе — еще пять-шесть слоев нанести — он восстановит, нарастив, оболочку. Будет не хуже прежней.

Алекс перехватил удобнее шланг, потихоньку смещаясь по ангару. Площадь покрыть предстояло приличную. Стена постепенно приобретала приличный вид, переставая пугать своей эфемерностью.

Они были в середине процесса, когда шланги закашлялись, и поток жидкости прекратился. Парни растерянно переглянулись.

— Сырье закончилось, — предположил Алекс.

Мишка выругался. Заглянул в отверстие шланга. Уточнил:

— Новые поставки когда?

Алекс хмыкнул… Какие поставки? Куда? И кто им что поставит? Тут впору самим думать о пиратстве…

— Я обнаружил источник нужного нам сигнала, — вместо ответа известил их Имхар, — выхожу из подпространства.

Парни заторопились наверх, в рубку.

— Как ты ничего не можешь сделать?! — рычал Олег. Замахнулся своей недоручкой на Ника. Поймал скептический взгляд и озверел окончательно. — Вы! Оба! Должны! Что-то! Сделать!

Ник хотел было уточнить, что из нормальных лекарств у него с пяток комплексов для заживления, да и то устаревшего поколения, но напрашиваться на грубость не стал. Он и сам за девушку переживает не меньше. Потерять единственного пилота, который может управлять кораблем?! Даже думать не хотелось о том, что случится после.

— Имхар, ты можешь помочь? — спросил он, задрав голову к потолку.

Чем-то еще, кроме обезболивающего, которое он и так ей вколол. Раны покрыл обеззараживающим спреем. Еле хватило. И больше спрея у них нет. Первый комплекс он уже использовал. Осталось четыре. Но такие раны быстро не заживают. Тут десять минимум требуется.

Ник не боялся того, что Софи не поправится. Организм молодой. Даже без поддержки, если не будет заражения, она выздоровеет. Никаких, конечно, ускоренных регенераций. По старинке. Пару месяцев понадобится. Ну и шрамы останутся, конечно.

Но этот… который брат. Он им житья не даст, если сестра завтра не встанет здоровой. Ник и не имея степени по психиатрии, видел признаки психоза.

Так что девчонку лечить надо и быстро, пока ее братец здесь не разнес все, слетя с катушек. Даром, что инвалид, орет как здоровый.

Корабль ответил не сразу, видимо проверял ресурсы.

— Биохимический репродуктор сильно поврежден, — и что-то такое послышалось в голосе Имхара, что Ник насторожился…

— И что это значит? Подробнее? — уточнил он, с легкой паникой наблюдая, как глаза Олега меняют цвет, наливаясь чернотой, а лицо белеет и на коже отчетливо ходят желваки.

— Это значит, что изготовление любых биологических смесей будет невозможно в ближайшее время, включая регенерационную жидкость и ваше питание.

Вот тут Нику захотелось сесть, потому как в голове резко зашумело и стало нехорошо…

— Воздух? Вода? — быстро уточнил Олег.

— Очистители работают без перебоев.

То есть вода и воздух, — мысленно подвел итог Ник. Практически робинзонада. Космическая. Была такая популярная серия комиксов о выживальщиках на пострадавших кораблях. Помнится, он любил ею зачитываться. Ну вот… Пришла пора проверить на собственной шкуре, каково это — выживать в глубинном космосе.

Надо будет только уточнить у Имхара, что там с анализами айкара… Потому как синий — первый кандидат на съедение.

— До выхода из подпространства пятнадцать минут, — оповестил их корабль.

Ник даже уточнять не стал, где именно они вынырнут. Какая разница? Имхар принял решение. Главное, чтобы там можно было найти сырье для восстановления. Если это вообще возможно и поломка не критична. Запчасти для Имхара они точно нигде не найдут.

Дипломатическая яхта Земной федерации

На этот раз встречу с айкарами назначили в нейтральном пространстве, в окрестностях созвездия Центавра. И проволочек неожиданно стало меньше. Да и советчики куда-то подевались. Только пару человек из министерства, вот и все сопровождение.

Но яхты у дипкорпуса были неплохие. Игорь Валерьевич оценил внутреннее убранство — вроде и без явной роскоши, но все продумано, комфортно. И даже на посуде символика Земной федерации, как и на многих других вещах. Впечатляет.

— Вы ничего не забыли с прошлой встречи, Игорь Валерьевич? — уточнил Данило, озабоченно просматривая экран планшета.

Начальник академии покачал головой. Забудешь тут. Покосился на защитный артефакт, который должен был закрыть доступ айкару к его мыслям.

— Тогда готовьтесь, их катер на борту. Через минуту будут в переговорной.

В этот раз глава клана При-Альски поприветствовал его менее формально, да и сам Игорь Валерьевич улыбнулся айкару как старому знакомому. Все же общие проблемы сближают.

— Глава, — он склонил голову.

— Давайте без формальностей, — попросил тот, — я дарую вам право первого имени. Можете звать меня Дьер.

— Тогда вы зовите меня Игорь.

Спину сверлил ошарашенный взгляд серба. Кажется, они сломали ему запланированный протокол встречи.

— Прошу, — пригласил гостя за стол Игорь Валерьевич и сразу перешел к делу. — Вы уже слышали о последних нападениях на эллайцев?

— Немного, — признался айкар. — Какое отношение это имеет к нашему делу? Или с вами связался кто-то из курсантов?

— Нет, — честно ответил Игорь Валерьевич, — но я предлагаю расширить границы поиска.

И в этот момент в ухе щелкнул переговорник, и капитан напряженным тоном известил:

— У нас гость.

Судя по изменившемуся лицу главы, его проинформировали о том же.

— Прошу прощение за то, что прерываем встречу, но обстоятельства изменились, — серб даже в такой ситуации оставался предельно вежлив и спокоен.

— Да-да, — айкар неспешно поднялся из-за стола, — понимаю.

По комнате прокатился звук тревоги. В коридоре раздался топот ног. Яхта готовилась к обороне. А где-то уже ощеривались орудиями крейсера сопровождения. Игорь Валерьевич ощутил жгучее любопытство. Кто же там такой… наглый? Лезть в одиночку под орудия трех крейсеров айкаров и трех земных? Самоубийца? Или…

Борт Имхара

— Какого?!

— С ума сошел?!

— Мозговая жидкость потекла?

— Тебя же порвут!

Орали все. Паразит, стоя на плече Мишки, активно жестикулировал, поддерживая хозяина.

— Капец нам! — Мишка прикрыл глаза ладонью, чтобы не видеть направленные — дружно так — на них орудия.

— Вынырнули называется! — ругался сквозь стиснутые зубы Ник. — Мы бы еще в центре военной базы появились. Повеселили бы всех!

— Какой процент у нас активной защиты? — Алекс единственный хранил хладнокровие. — Мишка, кончай, истерить. Дуй за Догмаром. Если я не ошибаюсь, это их крейсера. А те правые — наши. «Соколы». Я единственное понять не могу — что они здесь делают и зачем. Надеюсь, им тоже интересно, что мы тут забыли. Только извиниться и уйти не получится, так?

— Процент защиты — двадцать три, — подтвердил Имхар, — мощность двигателей — пятнадцать. Утечка топлива купирована три минуты двадцать две секунды назад. Производство нового невозможно без восполнения сырья. Уйти можно, но в связи с выявлением новых обстоятельств базовая задача признана первоочередной.

В рубке воцарилась мрачная тишина.

— И что за задача? — осторожно уточнил Олег.

— Уничтожение ловушки имхаров.

Дипломатическая яхта Земной федерации

— Вынырнул непонятно откуда. Да и сам… черте что такое… Никогда такого не видел, — бубнил в ухо капитан. Доклад периодически прерывался командами, донесениями. Все сводилось к одному: сидеть им за спинами «Соколов» и никуда без команды не дергаться. Глава клана уже должен был покинуть яхту, торопясь к своим. Рисковый, конечно… Сам Игорь Валерьевич остался бы на борту, под прикрытием, так сказать.

— У нас вызов с чужака, — обрадовался капитан, добавив растеряно: — Просят вас.

Игорь Валерьевич до мостика не дошел — добежал, столкнувшись у входа с айкаром.

— Задержусь, — безапелляционно заявил тот, и мужчина не нашел, что ему возразить. Да и серб остался в переговорной. Так что он пропустил айкара на мостик.

— Передай, мы готовы, — сказал Игорь Валерьевич, замирая напротив экрана.

Тот мигнул пару раз, а потом….

— Игорь Валерьевич, вы!

Эмоции стиснули горло, перехватывая дыхание.

Лица. Родные. Все трое. Похудевшие. Заросшие. В нижнем белье. У Николая рука на перевязи. У Михаила на плече какая-то тварь. Интересно, он ее контролирует? Или она его? Ишь, со спины обняла. Прижалась к щеке, как паразит какой.

А где София?

— Мы не поверили, когда Имхар сказал, что засек знакомые ментальные эманации, мол, на станции такие же были.

Алексей. Как он и думал, взял лидерство на себя.

— Где мой внук? — грубо вмешался в разговор айкар.

Сдали нервы у старика. Ишь, как беспокоится о своем. Значит, правда… Про айкара на борту. Игорь Валерьевич вопросительно посмотрел на главу, но тому было не до объяснений.

— Здесь он, — недовольно на галактическом протянул Мишка, — в отключке. ЧП у нас было. Третий… ну вы поняли.

Кажется, Дьер действительно понял, потому как последовал следующий вопрос:

— Где он сейчас? Ваш третий? — и тревоги в голосе стало еще больше.

— Мертв, — скупо отозвался Алексей.

— У вас поврежден корабль, — принялся перечислять глава, — рубка тоже не в порядке. Я не вижу девушки и второго… измененного. Как вы могли допустить повреждение «Странника»? — заорал он вдруг. И явно хотел добавить нечто… соответствующее. Уж больно выражение лица стало злобным. Но вовремя вспомнил, что на мостике он один среди землян. Гримасой и ограничился.

А вопросов у Игоря Валерьевича становилось все больше. Причем к обеим сторонам.

Лица у парней сделались характерно-виноватыми. Тут и без объяснений было понятно: влипли куда-то. В лучших традициях курсантов.

— Моя сестра здесь, — раздалось вдруг, и парни расступились, пропуская вперед…

Игорь Валерьевич не поверил глазам.

Олег! Живой. В какой-то хламиде пушистой. Бритый. На голове шрамы. Лицо… с трудом узнать можно. Скелет скелетом. И сидит на странном кресле, сплетенном из непонятно чего. А на коленях у него…

— Что с ней? Жива? — быстро уточнил Игорь Валерьевич, уж больно много крови было на бинтах.

— Кровотечение не останавливается, — тяжело вздохнул Николай, и Игорь Валерьевич бросил в сторону:

— Регенератор готовьте, и бригаду врачей. Пусть с крейсеров пришлют специалистов.

— Мы поможем, — вмешался айкар, — такие повреждения не лечатся просто. Сначала их нужно убрать из ментала. Заблокировать в памяти.

Игорь Валерьевич послушал бы еще. Интересно же. Повреждения, которые сначала требуется убрать из ментала… И где она их получила? В рукопашную с айкаром сцепилась?

— Мы ее заберем, — заверил парней Игорь Валерьевич, — не переживайте. Отправим на Землю.

Изображение дрогнуло, пошло волнами… И звук куда-то пропал. А с той стороны началась активная дискуссия.

— Вы не сможете ее забрать, — тихо проговорил айкар, — она связана со «Странником». Он не отдаст пилота, если поймет, что вы ее увезете. Лучше провести лечение там, на борту, чтобы не нервировать его.

У Игоря Валерьевича к вопросам добавились сомнения в здравости рассудка главы, но… Что-то такое было в его словах, что отлично укладывалось в общую картину.

— Вы же раньше встречали подобные корабли? — спросил он.

— Да, — не стал отрицать глава.

— Хорошо, — принял решение начальник академии. Вопрос: с чего вдруг будущий инженер первого курса стала пилотом, он решил пока пропустить.

— Готовьте камеру к транспортировке. Будем регенерировать у них на борту.

Изображение мгновенно улучшилось.

И парни сразу повеселели. Слышали его слова. И в глазах — он легко читал это — была тоска по дому и облегчение от того, что они больше не одни.

Досталось ребятам, — подумал он с горестью. Олег-то понятно. Два года, как выпускник, но остальные еще птенцы неоперившиеся, а не пилоты. Однако вопросы после. Да и главу потрясти надо. Неприлично знать так много и не делиться с союзником.

Но сначала спросить то, что не давало ему покоя… Кто же осмелился напасть на корабль, который ни на одном сканере не читался?

— Так что такого случилось, что вы решили прийти за помощью?

— Так это… — начал было Михаил, но Алексей его перебил:

— Плохие новости, Игорь Валерьевич. Кто-то готовится к большой войне. Они нашли древние технологии эхсманов и смогли не просто ими воспользоваться, а еще и реплицировать. Хорошие — они пока не вышли на полную мощность. И пока этого не произошло, Имхар — наш корабль — предлагает их уничтожить. Вы с нами?

Глава 22ч1

Игорь Валерьевич не усидел на борту и вместе с медиками отправился на «Странник». Благо, команда чудо-корабля не возражала, но остальных от визита попросила воздержаться.

— Не убрано у нас, — совершенно не вежливо буркнул Михаил, обрывая связь.

Серб аж задохнулся от возмущения, не преминув высказаться о недостойном поведении курсантов — камень в огород начальника академии.

На что Игорь Валерьевич тоже не совсем вежливо поинтересовался, а бывал ли уважаемый господин дипломат хоть раз под обстрелом? Или в бою? Нет? Тогда не нужно унижать тех, кто там выжил. Пусть лучше поизучает список того, что требуется Ихмару для восстановления. Ну и запись той самой базы, о которой вся галактика — ни сном, ни духом. А там размах, между прочим — звездные системы захватывать можно.

Парни встретили их, замерев по стойки смирно. Даже тварь на плече курсанта Вихарева тянула щупальцами вниз, вылупив на гостя глаза.

Игорь Валерьевич многое, конечно, повидал, но тут рука постоянно тянулась удержать падающую челюсть, и поэтому он предпочел «закрыть» глаза. На судорожно копошащиеся вокруг единственного — а остальные три где? — «Стража» щупальца. На то, как с грохотом задранную одним крылом к потолку машину опустили на пол.

Парни дружно вздрогнули. Алексей виновато поморщился.

На пронесшуюся под потолком тварь, сильно напоминающую собой ночной кошмар. Паукообразный такой.

И на отпихивающихся с руганью от помощи медиков. Но когда этот самый кошмар спустился с потолка — медики дружно отступили, а потом спешно устремились вслед за унесшейся по коридору камерой. Местные создания отвоевали себе-таки оборудование.

— А кабель?! — орал им вслед пилот катера. — Работать она у вас как будет?! От воздуха?

Сплюнул, но тут же испуганно затер плевок сапогом.

Игорь Валерьевич и сам нервничал, уж больно обстановка была… непривычной. Ни тебе запаха смазки, топлива, горелого пластика. Все какое-то… словно они внутри чьего-то желудка. Вместо роботов твари. Вместо нормальной камеры-перехода — пленка, которая зарастала на месте отверстия.

И он заставил себя перестать коситься на тварь, которая обосновалась на плече Вихарева.

— Товарищ начальник, — начал было Алексей, вытягиваясь сильнее, но мужчина только рукой махнул:

— Без чинов, курсант. Вольно.

В некоторых случаях поддержка гораздо важнее дисциплины. Видно ведь — досталось парням, зачем давить сильнее?

Тройка расслабилась, с лиц ушло напряжение.

— Курсант Решебин, — Николай вздрогнул, — вам требуется помощь?

— Уже нет, у меня зарастающий, — и он бодро помахал рукой, согнул-разогнул пальцы.

Игорь Валерьевич мысленно сделал пометку загнать героя на снимок.

— Мы в порядке, Игорь Валерьевич, только Софию не уберегли… — Алексей глянул виновато, остальные парни дружно уставились в пол.

Ну тут понятно… Единственная девушка на борту. Столетия равенства, а все равно не изжить чувство ответственности за слабый пол.

— Вы не ругайте ее сильно, — попросил вдруг Михаил, и курсантов прорвало. Заговорили разом, перебивая друг друга. И про то, какой она пилот. И про уникальную связь с живым кораблем. И про то, что истребитель угнанный она не потеряла. Вот он — за спиной у них стоит. А остальные три… Это когда Феникса вытаскивали. Там ловушка была. Эхсмановская. Но попроще. В спящем режиме. Так что они тихонько пробрались, заминировали и камеры с пилотами вытащили. Только во второй айкар оказался, а в третьей…

— Ловушка из них киборгов делала. Пыталась. Имхар Олега и Догмара обратно починил. София помогала. А Ромку не успели…

— Вы не думайте, — горячо добавил Николай, — он сам… Когда понял, что не может себя контролировать. Просто киборги… они все живое ненавидят. Имхар для них смертельный враг. Да и мы тоже.

— Игорь Валерьевич, у нас к вам просьба, организуйте похороны. Здесь и сейчас. Не хорошо будет, если тело Романа попадет в руки ученым.

Во взгляде Алексея читалось предупреждающее: «Или мы сами».

Повзрослели, — подумал с усмешкой Игорь Валерьевич, — уже начальству условия диктуют. Но так-то дети правы. И пусть его уволят за несоблюдение интересов Земной федерации, парня похоронят как пилота, а не выпотрошат на лабораторном столе.

— Хорошо, — кивнул он. — Тело доставим на крейсер «Адмирал Николаев». Будут похороны. Лично прослежу.

— Ну, показывайте, что тут у вас, — он обвел рукой пространство ангара. За бортом остался катер айкаров, ожидая разрешения на посадку. И парни не торопились его давать. Интересно, почему.

В ангар примчался один из медиков. Бледный такой. Волосы дыбом. Молча выхватил из рук пилота крейсера силовой кабель и потащил наверх.

— Надеюсь, их там не едят, — проговорил пилот, задумчиво глядя ему в след.

— Репродуктор у нас, конечно, сломан, но переработка вроде работает, — не менее задумчиво проговорил Михаил. Пилот глянул на него нечитаемым взглядом, молча высказал много всего и скрылся в кабине. Еще и дверь за собой заблокировал.

— Нервный какой, — пожал плечами курсант в ответ на укоризненный взгляд начальства.

Игорь Валерьевич с интересом разглядывал конструкцию корабля, столь чужеродную, что слов на описание не хватало, а вместо инженерных терминов в голову лезли исключительно медицинские: артерии, кровоснабжение, давление. Хотелось уточнить температуру пациента, не кашляет ли… Хотя тут и так понятно, что у них серьезное ранение… Не повреждение, а именно ранение.

— Как вы ликвидируете последствия? — поинтересовался он, останавливаясь напротив стены, часть которой нездорово потемнела.

Парни раздраженно засопели, явно вспомнив что-то неприятное.

— Удаляем, чистим и отправляем на повторную переработку, — отчитался Алексей. — У Имхара замкнутый цикл, высокая степень автономности, но он не рассчитан на большой экипаж.

— Ему вообще, кроме пилота никто не нужен, — не удержался от злого комментария Михаил, и Игорь Валерьевич удивленно вскинул бровь. Что-то такое прозвучало в интонации… Ревность?

— Зато пилоту нужны мы, — поправил его Николай.

Спорить никто не стал.

— Ресурсы мы предоставим, — успокаивающе проговорил Игорь Валерьевич. — Кстати, там в катере коробки с едой и одежда. Быстро собирались, поэтому то, что нашел.

Михаил словно на стену наткнулся, остановился, бросил умоляющий взгляд на командира, тот еле заметно кивнул и парня сдуло.

— Что за измененные?

На стене появился рисунок, и Игорь Валерьевич подумал, что ксенологи жизнь бы отдали за то, чтобы увидеть это собственными глазами. Он едва удержался от того, чтобы проверить крепеж камеры и убедиться, что съемка идет.

— Те, кого ловушка пыталась сделать киборгами, а мы вернуть обратно.

Феникс… Сердце кольнуло болью. Он всегда переживал за детей, а Феникс был особенным. Ярким. Талантливым. Будет жаль, если парень не сможет больше летать.

— А что у вас происходит с айкарами? — следующий вопрос. Еще один пазл в картинке.

Молчание. На этот раз долгое. Жданов явно подбирал слова.

— Нормально все, Игорь Валерьевич. Догмар сам принял решение остаться. А в остальном… Если они лезть не будут, у нас к ним претензий нет.

Игорь Валерьевич кинул внимательный взгляд на курсанта. Значит, ничего не нормально. И с айкарами они успели схлестнуться. Еще и Догмар этот… блудный сын. И вот хотелось спросить: а больше они никому дорогу не перешли? Но он сдержался. Есть такой закон Вселенной, когда одна точка вдруг начинает притягивать к себе неприятности. Словно магнит железо. Но кто сказал, что это наказание? Скорее эта точка призвана исправить нечто очень важное.

Глава 22ч2

— Ну здравствуй, Феникс, — Игорь Валерьевич ощутил желание встать по стойке смирно и отдать парню честь. Столько времени в ловушке, борясь с одиночеством, болью и отчаянием… Еще и айкарский выучил — Жданов успел похвастать, как и честно признаться, что без помощи Олега у них ничего бы не вышло, особенно с айкаром.

Не без сомнений мужчина протянул руку сидевшему в кресле парню. Осторожно пожал детского размера ладонь.

Н-да… регенерационные способности Имхара поражали. Исследовать бы…

А потом не выдержал, наклонился, коротко обнял парня, чувствуя, как предательски защипало в глазах.

— Спасибо, что выжил, сынок. Чертовски жаль было бы потерять такого пилота.

Шрамы можно убрать. Волосы отрастут. Ноги и руки со временем, как заверили ребята, станут нормальными. Только глаза навсегда останутся стариковскими. Как у того, кто долго жил, чувствуя дыхания смерти в затылок.

— Спасибо, Игорь Валерьевич, — Феникс отвел заблестевшие глаза, криво усмехнулся: — От пилота теперь только половина осталась.

— Отрастишь и будешь летать дальше, — уверенно заявил Игорь Валерьевич, словно у него курсанты каждый день себе новые конечности выращивали. С подобным он, конечно, не сталкивался, но точно знал — уверенность наставника половина успеха.

— Я сестру не смогу отпустить, — выдохнул Олег, опуская голову. Игорь Валерьевич покосился на проход. Где-то там, уровнем ниже, медики устанавливали регенерационную камеру. Ор там стоял такой — двое парней и трое девчонок крыли добровольных помощников на чем свет стоит — что он сунулся, оценил оперативную обстановку и отправил сообщение на яхту приготовить медикам пару литров успокоительного. Для восполнения потраченных нервов.

— С ней все будет в порядке, — мягко проговорил Игорь Валерьевич, думая о том, что если не будет, придется приглашать главу клана айкаров на борт. Только пусть этот… который блудный, сам за своими приглядывает.

— Игорь Валерьевич, — он первым протянул руку айкару, и тот ответил на удивление сильным рукопожатием. Внешне парень не тянул на члена боевого клана, но Игорь Валерьевич прекрасно знал, мускулы для них не самое главное. Сила в мозгах. Так что он не обманывался внешностью лысого доходяги, который и ходить нормально не мог.

— Догмар, — представился парень, опустив отсылки к клану. Тварь, сидящая у него на коленях, протянула щупальце, и Игорь Валерьевич не без колебаний — двумя пальцами — осторожно его пожал.

— Страхолюдь, — назвал питомца айкар. Кличка соответствовала внешнему виду, и Игорь Валерьевич искренне порадовался тому, что он здесь без женского сопровождения, а медики и ни к такому привычны. Он сам видел, как мелкая девчонка-доктор пинает со всей дури черное щупальце, чтобы получить доступ к пациенту. Еще и обложила тварь так, что даже его пробрало.

— А не знаете, как зовут ту, что на курсанте Вихареве восседает? — понизив голос, уточнил Игорь Валерьевич. Не то, чтобы было интересно. Просто полезно знать, дабы адресно орать: «Фу, тварь, фу!». Если атакует. Или целоваться полезет.

— Паразит, — с готовностью поделился Догмар, недобро сверкнув глазами. Про то, что айкара недолюбливали, Игорь Валерьевич уже понял, как и то, что синего при этом уважали. Так что, на взгляд Игоря Валерьевича, парни сработались. Пара мелких моментов не в счет.

Вернувшийся со счастливым лицом Вихарев сгрузил коробки на диван. Пританцовывая, вскрыл, раздал парням по набору. Об инвалидах тоже не забыл. Заботливо распаковал и выложил перед Олегом на стол контейнеры. Потом с каменным лицом, не особо скрывая недовольства, положил второй набор на колени айкару. Задумался. Хлопнул себя по лбу.

— Слушай, а тебе нашу еду вроде нельзя, — протянул он, забирая обратно поднос.

— Там отдельный ящик с контейнерами есть. Золотая упаковка, — спохватился Игорь Валерьевич, обругав себя за забывчивость. Айкары доставили. Насколько понял Игорь Валерьевич из торопливого объяснения Дьера, потреблять определенные образцы земной пищи они могли, но для этого требовался здоровый желудок, а не тот… который сейчас у бывших киборгов.

Вихарев вдруг побледнел, сорвался с места. Вернулся через пару секунд с требуемой упаковкой в руках.

— Фу-у-х, — выдохнул он с вымученной улыбкой, — вовремя предупредили. А то наелся бы…

Догмар спокойно кивнул, принимая поднос с контейнерами. Наклонился, втянул носом воздух и застыл. Контейнера были саморазогреваемыми и по рубке уже вовсю плыли аппетитные ароматы.

Внезапно лицо айкара искривилось. По нему прошла судорога. Кожа посветлела, становясь голубой. И что-то такое пошло невидимой волной, что Игорь Валерьевич отбросил опасения перед Страхолюдью. Нагнулся, обнимая парня за плечи и принявшись осторожно гладить по лысой голове, на которой — еле ощутимым ежиком — пробивались первые волосы.

— Ну что ты… Все хорошо. Ты можешь это есть. Твой дед сам передал.

Плечи айкара беззвучно затряслись.

— Черт! — смущенно выдохнул Вихарев. — Ты это… Не думай. Я к нему даже не притронулся. И там еще пара десятков таких. Хочешь, сразу принесу? Ты на них смотреть будешь и успокаиваться. А кашку твою я попрошу Имхара больше не готовить… Хотя, он и не сможет теперь.

— Простите, — прошептал Догмар, ладонями вытирая слезы. Страхолюдь вежливо протянула салфетку из набора.

— Тебе не за что извиняться, сынок, — Игорь Валерьевич отстранился, продолжая стоять — закрывая айкара от остальных. Слабость мужчины должна оставаться только его слабостью. — Голод никого не щадит. Ешь. Мы не будем смотреть. И не бойся. Еды много. Ты не будешь голодать. Обещаю.

Он бесцеремонно ухватил Вихарева за плечо, оттаскивая в сторону. В голове мелькнула мысль о том, что сейчас чувствует глава, глядя через его камеру на плачущего внука… Даже у него сердце защемило …

Парни еле жадно. Временами останавливаясь, прислушиваясь к себе и словно вспоминания вкус нормальной еды. Вихарев делился кусочками с Паразитом и, глядя на постанывающую от восторга парочку, Игорь Валерьевич ловил себя на улыбке.

Осталось наладить отношения с Имхаром, который пока что хранил молчание, не вмешиваясь в разговор с гостем.

— Связь с вашими родными мы уже организовываем. Будем готовы — пригласим на «Адмирал Николаев». Тело Романа заберут, как только закончат с Софией. Я распорядился начать подготовку к похоронам. Переданную вами запись изучают, но предварительно у нас нет идей, кто это может быть. Район с верфью…

— «Снежинкой», — перебил его Алексей.

Игорь Валерьевич задумался — название подходило по всем параметрам секретности.

— Хорошо. «Снежинка» находится в области, которая граничит с четырьмя звездными системами. Калишцы, безусловно, замешаны, но не они авторы проекта. По идее, надо бы потрясти кого-то из торгашей, но тогда мы рискуем раскрыть себя. А это поле астероидов вполне может быть мобильным… И сменить дислокацию им будет не так уж и сложно.

— Вы можете не беспокоиться. София предложила оставить там шпиона. Я поймаю его сигнал, даже если они покинут эту зону.

Игорь Валерьевич жадно вслушивался в голос, раздавшийся с потолка. Никакого намека на искусственность, как и на акцент. Догмар хорошо говорил по-русски, но акцент все же чувствовался. Здесь же… Правильная речь. Слишком. И голос… как у актера.

— Хорошо. Спасибо, Имхар, — Игорь Валерьевич постарался, чтобы ответ прозвучал так, как если бы он отвечал человеку, а не ИИ. — Пока мы не установим цели и стороны противника, нам придется соблюдать осторожность. Повод наведаться к «Снежинке» у нас есть: ограбления и доставка краденного, а также нападение на вас. Но обнародовать доказательства мы не сможем, иначе потеряем шанс на неожиданность. Боюсь, придется действовать малыми силами.

— Мы поможем, — в голосе Имхара прозвучало нетерпение. — Если повредим защитный периметр, сможем подойти к ловушке на близкое расстояние. Я передам всю информацию, которая у меня есть.

— Так понимаю, даже у столь совершенного устройства есть слабое место?

— И не одно, — подтвердил Имхар.

Глава 22ч3

Игорь Валерьевич с удовлетворением оглядел парней. Выбриты. Пострижены. В форме космофлота. Хоть на курсантов стали похожи. Еще бы Вихарев с собой Паразита не взял, совсем бы хорошо было. А так тварь на плече парня сильно выбивалась из строя, притягивая к себе взгляды собравшихся на траурную церемонию военных.

Айкар тоже решил почтить своим присутствием память Романа и пользовался не меньшим вниманием, чем Паразит.

Курсант Серова находилась в регенерационной камере, ситуацию стабилизировали, кровопотерю остановили, но заживление шло не очень хорошо. Так что вопрос с предложенной айкарами помощью все еще был актуален. Игорь Валерьевич не вмешивался, предоставив парням самим принимать решение.

А мог бы.

Ему уже высказывали за разведенную на «Страннике» вольницу, требуя навести там порядок. Чтобы было все привычно и по уставу. На что Игорь Валерьевич неизменно предлагал привести сначала Имхара к присяге, а потом уже приказывать парням. А то нелепость, когда команда и корабль на разных уровнях подчинения.

Потому он не торопился брать ситуацию под контроль. Пусть парни и дальше учатся: составлять кризисные планы, оперативно реагировать на проблемы, распределять работу. Неплохая практика для будущих пилотов, хоть и не совсем по профилю: большей частью парни ползали по уголкам корабля и заменяли отмершие части. Так что за перчатки с одноразовыми комбинезонами ему десять раз спасибо сказали.

Техники, конечно, свою помощь предложили, но посмотрев запись с предполагаемой работой, дружно отказались. Мол, это больше на разделку туш похоже, чем на нормальный ремонт. А они инженеры, не мясники.

Игорь Валерьевич усмехнулся и постановил: команда Имхара остается на борту, продолжая помогать с восстановлением корабля. И никаких советов со стороны. А то набежали умники… А как самим поработать, так сразу — нельзя, это против правил. Но это «против правил» работало так, что умникам и не снилось. Совершенное иные принципы, которые, как подозревал, Игорь Валерьевич, умники не смогут даже разобрать, не то чтобы повторить.

Однако и оставлять парней без образования он не собирался. И как только будет решен вопрос ловушкой, троица курсантов вернется к учебе. Экзамены он, так и быть, им автоматом поставит, как и практику. Но лишь за первую половину четвертого курса.

Олегу предстояла долгая реабилитация, потом комиссия, допуск к полетам. Ну а дальше, пусть сам решает: карьеру строить или остаться с сестрой.

Догмар… тут, как говорится, чужая песочница. И вставать между ним и кланом Игорь Валерьевич не планировал, как и просить парня убраться восвояси. Будет забавно, если на Земле поселится айкар. Интересно, что в таком случае предпримет глава?

Как подозревал Игорь Валерьевич, одной из причин разрыва отношений Догмара с кланом было его уродство. Парень не желал жалости от своих. Демонстрировать свою слабость. Что же… Окрепнет, станет прежним, тогда и помирится с дедом. А может, и раньше все случится. Война, в которую они собирались вступить, штука непредсказуемая.

Одно не давало покоя Игорю Валерьевичу, мучая неразрешенностью — София. Ее отношения с кораблем. Их связь. Даже об Имхаре он переживал меньше — тот в состоянии был за себя постоять. А вот София… Девчонка же. Необученная. И тут Дьер был прав, настойчиво предлагая обучение у себя на родине. Только вот отправлять к айкарам Серову, Игорь Валерьевич не собирался. Кто сказал, что те вернут ее обратно? Задурят голову. Приберут к рукам и корабль, и пилота. Единственного, между прочим, в своем роде.

Игорю Валерьевичу уже звонили с категоричным требованием — доставить всех фигурантов на Землю. Поближе к лабораториям и подальше от айкаров. Еле удалось отговориться тем, что Имхар не способен жить в земной атмосфере. Он в принципе ни в какой атмосфере жить не сможет — не приспособлен. А София нужна ему на борту. Ну или неподалеку. На ментальной связи. И в одном Игорь Валерьевич был уверен на сто процентов: Имхар согласится работать с землянами только добровольно. В случае принуждения… Даже сложно представить, на что способен корабль.

Игорь Валерьевич подозревал, что Имхару не составит труда погрузить в сон целый флагман, выкрасть девушку, а потом исчезнуть. Причем навсегда. Не зря Дьер осторожно искал к Имхару подходы, избегая открытого принуждения, а методов у него было побольше, чем у землян. Насколько Игорь Валерьевич понял, та единственная попытка захватить Имхара закончилась провалом и разрывом отношений Догмара с кланом. Правда, было непонятно, с чего парень принял столь непростое решение. Неужели лишь из чувства благодарности за спасенную жизнь?

Гадать можно было бесконечно. Как и думать о том, что делать с Софией. Но не ему решать судьбу девушки. Главное, убедить руководство, что принуждением здесь ничего не добиться.

Народу на церемонию набралось прилично — обзорная палуба битком оказалась забита. Военные действия в секторах Федерации давно уже не велись, так что смерть на флоте стала редкостью. Вдобавок, курсирующие слухи об экипаже живого корабля привлекли любопытствующих.

Игорь Валерьевич одернул парадный китель. Вышел на середину палубы. За спиной — в закрытой капсуле-гробу — лежал Роман. Ромашка. Неплохой пилот. Отличный парень. И сейчас Игорь Валерьевич сожалел лишь об одном — у него физически не хватало времени, чтобы лучше узнать каждого из выпускников.

В направленных на него взглядах он читал естественный вопрос: «А что, если я буду следующим?». Что он мог ответить? Что Земля готовится вступить в войну?

Горечь перехватила горло, и он откашлялся. Обвел собравшихся спокойным взглядом человека, который был готов в любой момент встать в строй и начал речь.

Он говорил о том, что пилоты — это те, кто даже в мирное время на передовой. Что космос никогда не будет по-настоящему безопасным. Что мы знаем о нем слишком мало, чтобы расслабляться.

Говорил о том, что память о героях — их награда за подвиг.

Что долг перед товарищами важнее жизни.

Что присяга — не просто слова, а осознанный выбор.

И тишина стояла на палубе. На сосредоточенных лицах — отражение его слов.

А потом была минута памяти. И яркой точкой мелькнувший в темноте гроб, уходящий в вечное путешествие к звездам.

Они все же встретились: внук и дед. О чем говорили, Игорь Валерьевич не знал, но от помощи родственника Догмар отказался. Сказал, что сам начал работать с девушкой. Пусть не так быстро, как дед, но он поможет ей избавиться от власти тяжелых воспоминаний, пережить их и начать выздоравливать. А потом, когда полностью отдаст долг сестре с братом, подумает о возвращении домой.

Совещание готовили в спешке. Айкары задействовали личные связи, отбирая союзников по принципу: эти слишком далеко от нужного района, у тех давняя неприязнь к калишцам — никогда к ним не обратятся, ну а эти настолько самодостаточны, что захват галактики их точно не интересует.

Отбирали тех, кто действительно что-то сможет, а не просто толкать речи на собраниях, крича о моще флота, а потом слинять, как только станет жарко.

Игорь Валерьевич чувствовал себя несколько неуютно в обществе, где землян было человек десять. Он и сам не понимал, как оказался здесь — на встрече Галактического содружества. Каким-то образом он стал посредником между экипажем Имхара и остальными… И теперь любые переговоры с кораблем и экипажем проходили через него. Он же координировал поставки для корабля. Решал вопросы с помощью. Еще и со срочными вопросами в академии успевал разбираться. Хватало времени на все, кроме сна. Приходилось держаться на стимуляторах. Дьер уже подходил с вопросом, не нужна ли помощь. Игорь Валерьевич вежливо отказался, но перед встречей отложил дела и выспался, дабы не пугать союзников болезненным видом.

Встреча шла на одной из удаленных баз эллайцев. Именно эллайцы возглавили этот союз, как наибольшая пострадавшая от грабежей сторона. Ну и как сторона сильная и не вызывающая опасения своими ментальными способностями.

— Господа, предлагаю не терять времени. Вы все успели ознакомиться с записью, а также изучить технологические характеристики ловушки. Мы выслушаем каждого и оценим предложенный вами план.

Глава эллайцев был высоким — больше двух метров роста, с гладким удлиненным черепом, лицом, напоминающим ящера, с тонко-длинными руками и ногами. Огромные миндалевидные глаза обладали весьма интересным эффектом — время от времени в них, в черной глубине, вспыхивали серебряные искры.

— Игорь Валерьевич, вы выступаете после айкаров, — тихо напомнил серб.

Озвученный план айкаров был безупречен. Почти.

И когда встал землянин, собравшиеся встретили его скептическими взглядами. Многие выступали против участия Земли: слабый флот, неразвитое вооружение. Мол, пусть передадут корабль нам, а мы уже скоординируем с ним действия. Останавливало одно — невозможность подобрать замену пилоту Имхара, а без участия живого корабля шансы на успех резко падали. Так что землян пригласили и даже позволили выступить с речью.

Игорь Валерьевич усмехнулся, вспомнив тот жаркий вечер на борту Имхара. Горячий спор. Заполнившую рубку объемную карту боя. Азарт игроков. Софи сама вызвалась играть за снежинку, так что бой шел жестко. И атакующие раз за разом проигрывали. Парни злились. Меняли расположение сил, контратаковали. Имхар выступал судьей, помогая обеим сторонам. Даже Олег в конце высказался:

— Ну ты, сестренка, зверь!

— Она тоже не будет доброй, — устало ответила девушка.

Алексей переглянулся с Олегом и объявил перерыв.

Потом снова были атаки. Какие-то безумные идеи. Они искали нужный баланс сил, который позволит взять вверх и при этом не понести большие потери.

Имхар в образе адмирала французской эскадры голограммой неспешно прогуливался в скоплении собранных кораблей, пальцем вышибая тех, кто попал под атакующий удар снежинки.

— Нет, это невозможно! — возмутился Мишка, наливая себе которую по счету чашку с чаем.

Паразит храбро бросился в атаку на снежинку, прошел ее насквозь, ловко спрыгнув на ту сторону и приземлившись на пол.

— А если… — хором начали Олег с Алексом, остановились, и Олег махнул рукой младшему: — Продолжай.

Потом было много дополнений, коррекций, но основную идею они одобрили.

— Вы все знаете, что лучшим учителем является опыт, — начал Игорь Валерьевич, смотря на собравшихся перед них военных, — так вот этот план придумали те, кто уничтожил одну ловушку и смог вырваться из лап второй.

Скепсиса в глазах слушателей поубавилось.

— Поздравляю с блестящей речью, — серб протянул ему руку. — Не ожидал, честно, что ваш план будет принят.

— Не мой, — поправил его Игорь Валерьевич, думая о том, что поздравлять не с чем, ибо план все равно означал войну. Он столько лет преподавал тактику военных операций, но никогда не думал, что самому придется статью участником такой вот операции. И только будущее покажет, не ошиблись ли они.

Глава 23ч1

— Мы сможем, мы сможем, — нервно проговорил Мишка, стоя около темного — они были в подпространстве — обзора и наглаживая Паразита. Тот успокаивающе курлыкнул.

Алексей оглядел свою команду — странное дело, никто из начальства не стал спорить по поводу его самовыдвижения в командиры. Даже Игорь Валерьевич. Он хоть и присутствовал сейчас на борту, но сразу дал понять, что тут он в роли советника.

«Просто действуем по плану» — вот и все напутствие от старшего.

«Ты не догоняешь, — авторитетно заявил Ник, когда он поделился с ним своим удивлением, — они настолько не понимают, что делать с живым и разумным кораблем, что чихнуть лишний раз в его сторону боятся, молчу уже о том, чтобы менять экипаж. Тем более сейчас. Когда мы ключевая фигура».

Алексей стиснул зубы, запрещая себе нервничать. Бесполезно. Во рту пересохло, ладони вспотели, плечи придавил груз ответственности, а сердце в груди бухало с такой силой, что ни один аутотренинг не помогал. Не спасало даже понимание того, что летели они плотной группой, еще и под командованием эллайцев. Неплохие ребята, кстати, пусть и выглядели словно ростки какого-то растения с мордами ящеров. Но вежливые. Команды отдавали четкие. Даже идиоту понятные.

Но в самом начале операции они с Имхаром будут действовать самостоятельно, без всякой поддержки. И, собственно, от них зависела первая, самая важная фаза боя. Получится ли взломать выстроенную и почти совершенную оборону. Если нет… Атака может захлебнуться. Тогда придется все отменять, брать время на выработку другого плана.

Но и противник активизируется. А сколько сторонников они смогут приобрести в обмен на технологии древних? Сложно угадать.

Легко точно не будет.

От понимания — сколько всего от них зависело — внутри грызся червячок сомнений. Не надо ли было передать командование более опытному командиру? Начальство ведь честно предложило всем добровольный выбор: покинуть Имхар или остаться. Мол, никто не осудит. Слишком молоды они еще для боя. Молоды… У них даже званий нет, кроме Олега. На пятом курсе обещали лучшим дать младшего лейтенанта, а потом, по результатам налетов и выпускных, присвоить звания.

А тут они… зеленые совсем… на совещаниях и отработках-симуляциях с капитанами, подполковниками… И никаких насмешек. Наоборот, недоверчивое уважение. Осторожные расспросы о том, как они ловушку завалили. Что там внутри было?

Здоровые штурмовики с каменными лицами мрачно слушали о внутренностях ловушки, о возможностях киборгов… Тут уже Олег выступал, с кривой усмешкой рассказывая о бывших способностях своего тела. О слабых сторонах: «Считайте, их нет. Направленный взрыв только. Пули — в глаза, пожалуй. Тело скорее всего бронепластинами будет прикрыто. Ну и никаких рукопашных. Тут даже ваше усиление не поможет».

И самые упертые после таких рассказов отказывались от желания взять контроль над ловушкой.

Почти все высокоразвитые цивилизации пробовали улучшать собственное тело, в том числе и с помощью вживленных механизмов. И все столкнулись с тем, что вживленное влияло на мозги. Меняло душу. Живой организм терял очень важное: эмоции, способность сопереживать. Киборги снаружи, становились киборгами внутри.

— Заманчиво, конечно, получить хоть часть их технологий, — высказался тогда на совещании глава клана «Танцующая смерть», — но слишком велик риск оказаться в ловушке этих самых технологий. Вырастить монстров, которые начнут уничтожать нас самих.

Потому решение союза было единогласным: уничтожить.

И вот позади долгая подготовка. Восстановление Имхара. Выздоровление Софии. И тренировки, тренировки. А еще Догмар, ставший личным целителем девушки.

Алексей не без сомнений позволил ему заниматься ментальным здоровьем их пилота. Отслеживать нагрузки. Снимать напряжение. Пришлось убедить себя в том, что пребывание синего рядом с Софией — благо. Как и прятать раздражение, когда он касался ее рук. Клал ладони на голову. Еще и Олег обмолвился о том, что их вид совместим с айкарами. На семьдесят пять процентов. Ровно настолько Алексей стал еще больше не любить синего. Но Догмар хотя бы свой… Проверенный. Пускать на борт кого-то еще из айкаров было бы чистым самоубийством.

— Время до подлета и выхода из подпространства пятнадцать минут, — известил Имхар.

Парни без спешки занимали противоперегрузочные кресла. Ник закреплял рядом с собой медкомплекты. Он успел пройти ускоренный курс медицинской подготовки и получить специальность: медбрат, а также право оказывать первую помощь.

Мишка перед тем, как занять свое место, охлопал карманы, проверяя перчатки, инструменты. Он самолично взял на себя самую грязную работу — починку Имхара.

«У нас детей на ферме всегда привлекали к родам животных — руки тонкие. А после вытаскивания телят, меня, знаешь ли, такая работа вообще не напрягает», — говорил он, ловко выхватывая из стены извивающееся щупальце и отсекая почерневший конец.

Олег подплыл на кресле к своему месту, и Алексей не сдержал зависти: стрелок. Он сам отдал бы многое, чтобы получить доступ к пушке, выстреливающей едкой, с низким — минуты три — уровнем замерзания, кислотой. Пушка, ну или скорее хобот, выталкивала из себя что-то вроде плода, который по пути раскрывался, прилеплялся к поверхности, взрываясь уже на ней кислотным зарядом.

Они проводили испытания. Насмешки закончились ровно на моменте этих самых испытаний. Просто там еще и степень наведения оказалась очень точной.

Первым, кто прошел на эту должность, стал Олег. Алекс с Мишкой провалились, хоть и честно старались подключиться к управлению кораблем, но кроме головной боли и кровотечения из носа, ничего не заработали. А Феникс включился сразу.

Догмар, помнится, утешающе им пояснял:

— Склонность. Семейная. Только у сестры способности ярче.

Он мог бы тоже стать стрелком, но отказался.

— Если все пойдет по плану, стрельбы может и не случиться, а вот пилота нам потерять никак нельзя. Лучше я состояние Софии контролировать буду. Опять ведь увлечется и нырнет слишком глубоко.

Так и получилось, что Алексу осталось руководить и держать связь с центром.

— Центр, я первый, проверка связи.

«Первым» всегда называли флагмана, но в этот раз изменили правилам. Они стали «первыми» по очереди вступления в бой.

— Центр первому, слышим вас отлично. Не бойтесь переходить на земной. Мы переведем. Главное — держите нас в курсе.

Они все сильно подтянули галактический за эти дни, но в пылу боя вряд ли будет до языковых упражнений, а потому Алекс ответил с благодарностью:

— Принято, центр.

Прикрыл глаза, выдыхая. Все. Отставить волнение. Никаких сомнений или паники. У них отличная команда. Они справятся.

За пять минут до выхода из подпространства строй кораблей начал редеть, разделяться на группы, подгруппы — у каждой своя задача. Так-то их первоначальный план сильно переработали, оставив лишь основную идею.

Самой большой сложностью было добраться до защитного периметра, и тут Имхар честно признавал невозможность остаться невидимым для снежинки. А значит…

— Черт, даже жаль столько всего гробить, — пробормотал Мишка, глядя, как светлеет обзор, и на нем начинают отрисовываться силуэты кораблей. Кажется, они согнали сюда все, что может летать.

Пошел отсчет… самые важные… первые секунды выхода.

— Есть сигнал! — воскликнула Софи. Значит, они поймали сигнал со шпиона, и сейчас тот сливает всю информацию, которую ему удалось собрать.

Важный вопрос — уровень координации ловушки с живыми существами. Кто главный? Кто принимает решения?

— Снежинка не успеет понять, что на нее летит хлам. Для нее все ваши корабли — одинаково убоги. Она их просто атакует. А вот если решение будет принимать кто-то из гуманоидов…

Алексей был согласен с Имхаром. Кто главный на верфи — вот тонкий момент их плана.

А пока они летели плотным строем. Впереди — беспилотные, с заданной программой корабли: крейсера, баржи, яхты, даже флагман нашли. Все, что было под списание. Со спешно надставленной защитой. Чтобы не разнесли в первую секунду.

А в задних рядах, прикидываясь маленьким и незаметным, Имхар.

Глава 23ч2

— Пошла жара, — Мишка потер ладони.

Алекс прикрыл глаза, защищаясь от ослепительных вспышек. Корабли расстреливали словно неподвижные мишени в тире. А ведь кто-то из них пытался маневрировать — ИИ у эллайцев был способен самостоятельно принимать сложные решения. Завидный уровень управления. На земных такого достичь не удалось. Корабли айкаров тоже вступили бой. Даже стрелять начали, сбивая нацеленные на них ракеты. Снежинка словно играла, легко попадая по мишеням, но основное количество ракет шло от артиллерии верфи. Тот самый оборонный пояс, который им предстояло отключить.

— Держитесь. Уклонение от обломков, — известила их София, и мир превратился в хаос.

Экран потемнел. Вспышки слились в одно большое световое пятно. Мимо беззвучно неслись ошметки поврежденных судов, продолжая на ходу повторно детонировать. Части обшивки. Хвостовые куски.

Имхара мотало так, что становилось сложно думать о чем-то рациональном. Еще сложнее было убедить себя, что это не потери, а военная хитрость. Пусть корабли были без экипажей, но они здесь явно сами на очереди.

Глядя на плотность избиения, Алекс ощутил подступающий страх. Еще минуты три и… доберутся до них.

— Что-то я начинаю переживать… — первым высказался Мишка. — Сейчас они это пережуют, а тут мы…

Алекс аж похолодел, представив, как мишени заканчиваются, и они оказываются один на один со снежинкой. Пусть Имхар нарастил защиту, еще и с невидимостью для сканеров поработал, но там такое расстояние… их визуально заметить можно.

— Эллайцы обещали сюрприз, — успокаивающе проговорил Игорь Валерьевич.

Приятно было, конечно, знать, что их не бросили, приготовили запасной вариант, но все же… Даже не связаться, не уточнить — шли в режиме радиомолчания.

Ряды редели. Обломки становились гуще. От мелких Имхар уже не уворачивался, и они вспышками сгорали в его щите. Снежинка зловеще приближалась, сияя в полной боевой готовности и заполняя собой обзор.

От мотания и тряски разболелась голова. Алекс прикусил губу, запрещая себе думать о чем-то, кроме плана. Надо собраться. Анализировать. Черт… Как сложно просчитывать варианты. Еще этот страх, что отданная им команда может привести их к гибели.

Внезапно идущие впереди транспортники эллайцев раскрылись, фактически распавшись на части и оттуда вывалились роем дроны.

— Ловко, — одобрил Олег.

Пустое пространство до снежинки оказалось враз перегружено тысячами дронов. Они бросались на летящие ракеты, взрываясь вместе с ними. Они сводили с ума множественностью целей систему наведения базы и поток ракет начал захлебываться.

— Впервые столь массовое применение боевых космодронов было зафиксировано при атаке пиратской базы «Черное солнце», — вдохновленно проговорил Игорь Валерьевич, решив отвлечь их лекцией. — Эллайцы тогда заложников успешно освободили, перегрузив арту. Но чтоб вы знали, товарищи курсанты, подобная атака стоит дорого. Дроны у эллайцев непростые, а способные самостоятельно вести бой в рамках поставленной задачи, еще и помехи выстраивать, сбивая сканеры с целей. Чтобы нельзя было определить, где настоящий корабль, а где скопление дронов.

Многозначительно так сказал. Чтоб прониклись.

Хаос впереди усилился. Давление возросло. И надо было дожимать это светопреставление.

Вперед, обгоняя Имхара, на поддержку дронов устремились истребители: айкаровские, земные, эллайские. И за штурвалом каждого сидел какой-то парень или девчонка.

Плотность боя скакнула вверх.

Истребители рвались к верфи.

— Да-да-а-а! — проорал Мишка, потрясая кулаками. — Так им! А мы чего? — задрал он голову к потолку. — Заднюю включаем?

— Не гони, — осадил его Алекс. Снежинка явно имела что-то в запасе, да и верфь еще не показала свои возможности. Можно сказать, все только начиналось.

И он угадал.

Из верфи вылетел ответный рой истребителей. Как и ожидалось, противник выставил верткие машины против таких же юрких. Но главное было достигнуто: на время прохода истребителей на воротах сняли защиту.

Галактическое содружество тут же продемонстрировало, что технологии технологиями, а мастерство зависит исключительно от пилота. Вдобавок дроны активно подключились к охоте за истребителями. И отдельные машины содружества уже добрались до защитного периметра, уничтожая пушки обороны.

Имхар медлил, не вступая в бой.

Мишка искрутился весь от нетерпения, бросая умоляющие взгляды в сторону Олега и знаками показывая: хоть один выстрел.

Снежинка между тем начала мерцать — намекающе так, и истребители чужаков дружно рванули под защиту домой.

— Ускоряемся, — предупредила София, и они скакнули вперед — обзор засиял от вспышек. По пути они сбили собой парочку дронов, а потом внаглую втиснулись в группу улепетывающих домой истребителей.

Кажется, кто-то из своих последовал за ними. По крайней мере за обзором мелькнула пара знакомых силуэтов. Идиоты! Причем свои, земные.

— Снежинка сейчас атакует, — проговорила Софи, и как-то всем сразу стало понятно, что после этой атаки на поле боя не останется никого.

Алекс лишь понадеялся, что истребители содружества распознают угрозу и успеют удрать.

— Три секунды до входа, — бодряще так известил всех Имхар. — Два. Три.

Они дружно — толпой — проскочили внутрь верфи. Алекс ощутил, как сердце остановилось на тот самый миг и застучало снова, когда защита их пропустила, а потом Имхар резко завернул к боковому створу пояса.

— Твою же… Мы не пройдем! — заорал Мишка при виде щели, в которую устремился Имхар, габаритами раза в два уже, чем корабль.

— Ужимаемся, — донеслось сверху. А потом они действительно ужались. Даже рубка сместилась в вертикаль.

Часть пола поменяла позицию на девяносто градусов, и парни дружно выругались, повиснув в креслах, лицами в пол.

На обзоре мелькнули конструкции защитного пояса. Последовало медленное вползание. Остановка. Разворот.

Алекс перевел дыхание. Потряс головой, прогоняя из него ошарашенное удивление. Всех проняло. У Мишки глаза так и остались круглыми, а Догмар посинел до фиолетовости.

— Не понял, — просипел Олег, сворачивая голову к обзору. — Мы же одни тут должны были быть?

Нос к носу к ним замерли трое истребителей, повиснув в опасной близости друг от друга. Два земных «Стража», один айкаровский «Мечник».

Алекс выругался — здесь и так не развернуться. Еще эти…

А потом что-то невидимое морозом прошлось по коже. Словно смерть коснулась. Через пространство ворот защитного периметра прокатилась прозрачная волна — они лишь успели заметить, как запоздавший истребитель взорвался облаком разноцветных искр, за мгновение перейдя в состояние мельчайших частиц.

— Аннигиляция, — потрясенно выдохнул Ник.

Алекс прикрыл глаза, переваривая. Воображение дружно подкинуло картинку опустевшего пространства за верфью. Нет, ну какой силой надо обладать, чтобы применить аннигиляцию на столь большом расстоянии, еще и на многих объектах.

И Алекс уже по другому посмотрел на увязавшиеся за ними истребители. Пусть уж… чего там. В тесноте, как говорится, но живые.

— Отлично!

Радостный возглас Имхара никак не вязался с повисшей траурной тишиной в рубке.

— Снежинке потребуется время на перезагрузку. Временно она не активна, — пояснила Софи.

Алекс выдохнул… Ну хоть что-то нормально. Даже такая сила требует перерыва.

— Все, парни, работаем, — поторопил он их.

И они выпрыгнули на пол из кресел. Заторопились к выходу. В скафы заскочили за считанные секунды.

Олег остался прикрывать их перемещение, Догмар — следить за Софией, ну а Игорь Валерьевич — наблюдать за всеми сразу.

Наружу вывалились вместе с зоопарком и дронами. Алекс не удержался — помахал истребителям. Те ответили вежливым покачиванием крыльев.

Он оседлал турбину. Включил. И устремился в глубь защитного пояса. Снежинка еще не знает, с кем связалась. Имхар не будет действовать по классике. Его вооружение далеко от привычных стандартов. Хотя дроны они тоже взяли. Эллайские. Для минирования.

— Проверка связи, — раздалось в шлеме.

— Дом, это Ждун, слышу тебя хорошо, — отозвался Алекс. Имхар сам себе такой позывной выбрал.

Парни отозвались по очереди. На спине у Алекса ехал кто-то многоножчатый. К низу прицепился здоровый такой… на паука похожий. И Алекс торопился, понимая, что даже для таких созданий открытый космос переносить непросто.

Тридцать секунд до центра питания — шпион Имхара не ошибся.

Алекс выстрелил, вскрывая отсек. Рядом отстрелялся Ник.

Мишка проскочил внутрь, неся с собой боезаряд.

Их зоопарк уже рассредоточился, проникнув во внутренний проход и залепив — чем-то вроде замазки — отверстие за собой. Живым существам требуется воздух. Так что для двуногих работников верфи был построен коридор, соединяющий оба центра обеспечения защитного периметра: главный и запасной. Они сейчас заминируют запасной. Имхаровский зоопарк, пройдя коридор, отработает на основном, ну а дроны по периметру будут минировать топливные резервуары.

Как только защитный периметр будет взорван, верфь станет доступна к атаке со всех сторон. Собственно, со всех сторон ее и атакуют, ибо кроме снежинки внутри полно всего смертоносного…

Показавшаяся из проема фигура махнула рукой — готово. Алекс как раз закончил установку последнего заряда. Отлетел. Окинул взглядом. Схема была в порядке.

Обратный путь показался короче. Раз и они на борту. Бегом до рубки.

— Мы установили с ними связь, — обрадовал их Олег после короткого доклада. Он кивнул в сторону истребителей. — Этим идиотам объявили, что тому, кто первым проникнет на верфь, дадут премию. Только они забыли, что проникать надо после того, как мы уничтожим защитный периметр.

— Снаружи нас наверняка ждут. И если нам атака местных не сильно повредит, то парням хана. Но и здесь оставаться нельзя. Пять минут до детонации. Ихмар, есть идеи? Софи? — спросил Алекс.

— Пригласим на борт, — ответила девушка. — Только пусть поторопятся.

Так-то ангар был пуст. Игорь Валерьевич как чувствовал, велев забрать «Стража».

— А места хватит? — усомнился Мишка, пока Олег связывался с кораблями.

— Должно, — отмахнулась девушка.

Истребители один за другим влетали в открывшееся отверстие на Имхаре.

Затем корабль медленно начал двигаться обратно, по пути задев пару конструкций. Что-то там нарушив. Но было уже не до секретности. Да и их деятельность наверняка засекли.

— Мы видны только сканерам снежинки, — напомнил на всякий случай Алекс.

Они вылетели наружу. Корабль выдохнул, возвращая себе прежнюю форму, а потом осторожно облетел суетящихся перед воротами истребителей. Сбоку, на металлической поверхности пояса, расцвел первый цветок взрыва. И дальше, по цепочки, взрывы пошли по периметру, выстраиваясь в светящуюся линию. Где-то они зацепили арсенал, и там расцвел мощный взрыв.

— Это тебе за парней, — злорадно проговорил Мишка, стоя у обзора.

— Попроси гостей остаться на местах, в кабинах, — распорядился Алекс. Еще не хватало им чужой троицы, шарящейся на борту, — и скажи, если не послушают — у тебя есть разрешение их пустить на переработку.

Имхар ответил коротким:

— Есть.

В рубке повисла сосредоточенная тишина. Где-то там взламывал, отвлекая на себя внимание, пространство основной флот. Из пустоты выныривали фрегаты, дредноуты, крейсера, линкоры и корветы. Выстраивались в боевой порядок, заходя на атаку.

И внимание снежинки должно быть направлено туда. Оттянуто от одного очень маленького и пугливого кораблика, который она недавно чуть не уничтожила.

«Приоритетность угрозы, — одобрительно проговорил тогда Игорь Валерьевич, выслушав эту часть плана. — Должно сработать».

Вот сейчас им и доведется узнать: сработает или нет.

Странное дело — на верфи не было суеты. Даже работы не приостановили. Словно и не было нападения.

— Они настолько уверены в себе? — пораженно удивился Игорь Валерьевич.

— Они настолько уверены в снежинке, — сухо поправила его Софи.

И они продолжили аккуратно подкрадываться, искренне надеясь, что их не сочтут угрозой. Просто, где они и где объединенный флот содружества.

— Ох, как у вас тут весело! — донеслось от входа. Алекс поморщился. Нет, а на что он надеялся? Что пилоты истребителей — самые отвязные среди всех, хуже только штурмовики — усидят на месте?! Или что их запугаешь быть съеденными какими-то монстрами? Да они сами кого хочешь сожрут.

— Вот там… в углу место. Тихо и не мешать, — произнес он, не оборачиваясь.

Первым в указанное место проследовал айкар. Догмар молча проследил за собратом, но комментировать не стал.

— До точки метров пятьсот, — на глаз оценил Алекс. — Олег?

— Навожусь, — подтвердил тот.

— Имхар?

— Паразиты готовы.

Ради этих самых «паразитов» содружеству пришлось раскошелиться на очень редкие материалы. Вместе с тварями Имхар воссоздал вирус. Тот самый, который сможет повредить ИИ снежинки. Нет, не уничтожить. Заставить на время бездействовать, чтобы у флота появился шанс для атаки.

Двести метров, сто.

Олег выстрелил зарядами с кислотой. Те прилипли к обшивке. Начинали проедать.

Следом в отверстия, к которым уже устремились по оболочке ремонтные роботы, проникли паразиты. Они несли в себе вирус и небольшой заряд — для взлома нужного помещения. Паразиты — вот главное звено их плана. Маленькие, но очень опасные создания.

— А как мы узнаем, что все сработало? — напряженно уточнил один из пилотов.

— База, это Первый, — врубил связь Алекс, — подарок на месте. Ждем вас.

— Первый, это база, — после паузы отозвался флагман. — Рады за подарок. Но у нас пока жарко.

Алекс невольно посмотрел на стенку рубки. Где-то там, за пределами верфи, снежинка расстреливала корабли. Тот риск, на который они вынуждены были пойти, чтобы дать Имхару подобраться ближе. И если паразиты не сработают…

Он уже хотел отдать приказ Олегу стрелять, чтобы добраться до ближайшего арсенала снежинки, и хоть как-то ее ослабить, как на ближайшей к ним стенке расползлось огненное пятно.

Пилоты сориентировались первыми:

— Выпускайте нас, — крикнул один из них на бегу.

— Имхар, как только они покинут борт, вступаем в бой, — со счастливой улыбкой приказал Алекс, — цель — снежинка. Пока она спит, продырявим ей шкуру и подорвем.

Эпилог

— За проявленную храбрость…

Голос разносился по всему залу Галактического содружества, проникая в самые отдаленные уголки.

На подиуме выстроилась шеренга отличившихся. Военные разных рас от пилотов до командиров эскадр. Но больше всего внимания привлекали семеро: один айкар, пятеро землян и голограмма.

— За выдающиеся заслуги, укрепившие мир в галактике…

— Надолго ли? — пробормотал Игорь Валерьевич, и стоявший рядом глава клана айкаров философски пожал плечами.

— Старшие всегда будут стремиться идти путем духа, а вы, молодые цивилизации, путем силы. Для вас важно выживание, для нас — уживание. Вас привлекает власть, нас — духовные горизонты. Сегодня, благодаря вашим ребятам и Имхару, нам удалось остановить очередного любителя власти. И ведь даже не испугался стать киборгом. Добровольно. Этим он ловушку и подкупил. Все остальные сопротивлялись ментально, а этот… Трус. Выбрал жизнь полужелезки. Еще и последователей нашел. Мы обнаружили его переговоры с тремя цивилизациями. Сейчас пытаемся проследить контакты. Работы предстоит много.

— Слышал, его удалось взять?

— Да, перехватили на границе сектора боя. Бросил войско и удрал, спасая свою металлическую задницу. Если ты трус, то даже став киборгом, храбрым не станешь.

— Удалось выяснить, кто за ним стоял?

— Настораживающе неожиданно. Корпорация. Не буду называть имя. Расследование пока не закончено. Мы устанавливаем причастных. Проверяем отделы, куда могли утечь технологии древних. Но это повод переоценить доступ межпланетных корпораций к ресурсам. Насколько мы их контролируем?

— По нашему опыту, большие деньги начинают контролировать власть и подчинять себе законы, — усмехнулся Игорь Валерьевич.

— Согласен, — кивнул Дьер. — Но этим откупиться не удастся. Главное мы сделали — уничтожили их козыри: ловушку и фабрику по производству киборгов. Имхар вовремя их обнаружил. Не успели развернуться на полную мощность, да и процент выживших киборгов был крайне невысок. Иначе, нас ждала бы новая галактика с новым строем. Какая-нибудь империя, вся сила которой держалась бы на киборгах. Кстати, ваши герои решили, что будут делать дальше? — перевел тему айкар.

Игорь Валерьевич посмотрел на подиум, где награду получала София. Ему пришлось постараться, чтобы решить ее вопрос в кратчайшие сроки. Слишком уж уникальной была ситуация. Но оно того стоило — форма пилота академии на ней сидела отлично. Прям глаз не отвести. И он испытал отцовскую гордость за девушку.

Хотя самое неприятное еще впереди. Награды наградами, но проступок Софии никто не отменял. Как и потерю трех машин. Ребята уже составили подробные отчеты, прошли через допросы, результаты которых сейчас изучала комиссия. Строгого приговора, как и отчисления никто не ждал, но какое-то наказание все же будет вынесено. Ибо положено.

— Учиться им надо, — проворчал он недовольно. Знал, на что намекает глава — отпустить девчонку с ним, но пусть не надеется. Земле она тоже нужна, как и Имхар. — Для Софии сейчас разрабатывается индивидуальная программа обучения. На два года. Ровно настолько Имхар уйдет в закукливание. Ему требуется время, чтобы стать полноценным кораблем. Вырасти, так сказать. Список ресурсов для него мы уже готовим. Место выделили — на лунной орбите, рядом с академией.

— Охрана? — поинтересовался айкар, намекая, что столь ценный объект могут попытаться и украсть.

— Не волнуйтесь, у нас хватит сил его защитить. Вы лучше скажите, что нам делать с вашим внуком.

Дьер нахмурился, кинул взгляд на подиум, одновременно гордый за внука и злой за его разрыв с кланом.

— Ничего. Он пока не собирается покидать побратима, пусть проходит реабилитацию на Земле. Вдобавок, если уж не хотите разрешать Софии учиться у нас, пусть Догмар хотя бы ее начальным практикам научит. Спалит ведь мозги. А второго пилота подобрать для Имхара будет практически невозможно…

— Это всегда пожалуйста, — широко улыбнулся Игорь Валерьевич, — мы открыты новым знаниям, как и готовы сотрудничать с вами.

Дьер посмотрел оценивающе…

— Мы готовы поделиться духовными практиками за участие в проекте по исследованию Имхара. Если вам, конечно, удастся его уговорить.

— Мы попробуем его заинтересовать. В любом случае, у нас будет два года, чтобы подготовиться, как и обсудить ваше участие.

И они обменялись понимающими взглядами. Сотрудничество обещало быть перспективным.

— Ну что, герои? — Мишка повис на плечах парней. — Отпразднуем? Оторвемся по полной? Софи, ты в деле. Олег, не смотри волком. Лично прослежу и, если надо, домой принесу. На руках. Как истинный рыцарь.

— Дурак, — припечатала девушка, но на губах играла улыбка. Сегодня она была особенно хороша со светящимся от счастья лицом. С искорками в глазах.

— А меня? На руках? — и голограмма Имхара попыталась пристроиться на руки опешившему Мишке.

— Нее, — тот увернулся, убрал руки за спину, — я только барышень ношу.

— А так? — и голограмма адмирала трансформировалась в чувственную красотку с минимум одежды.

— Имхар! — ахнула Софи, сурово свела брови: — Убери это безобразие! И вообще, закрою тебе доступ в инфосеть.

— Уж и пошутить нельзя, — адмирал недовольно дернул себя за бородку, — но гулять я вами!

— Само собой! — заверил Алекс, смотря обожающим взглядом на девушку.

Нет, сегодня он не решится пригласить ее на свидание. Момент не подходящий. А вот позже, когда она станет учиться на пилота… Только тянуть с приглашением нельзя. Синий того и ждет, чтобы обозначить свой интерес. И останавливает его одно: неполноценное пока тело. Так что Алекс точно должен быть первым.

София выдохнула. Оглядела парней. Внутри пузырьками танцевала радость. Хотелось петь, танцевать, смеяться. Хотелось всех обнять. Всех тех, кто стал за этот полет почти родными. Даже Догмара.

Девушка одернула мундир.

Сколько раз она себя представляла в нем. Пилотом. И вот, наконец, мечта сбылась. Она будет летать.

— А давайте через два года соберемся на Имхаре? — предложила. — Отправимся далеко-далеко…

Ник ответил восторженным взглядом человека, влюбленного в дальний космос.

— С Имхаром — хоть на край света.

Парни переглянулись. Идея была…

— Если нас отпустят, — скептически оценил ее шансы Алекс.

— Сбежим! — азартно предложил Мишка.

Старшие только вздохнули… Этим лишь бы что-то нарушать.

— Через два года, брат, — одними губами прошептал Догмар.

И Олег одобрительно кивнул. Их ждал дальний космос и новые приключения.

Конец

Content

Я буду летать
Екатерина Боброва

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20ч1

Глава 20ч2

Глава 21ч1

Глава 21ч2

Глава 22ч1

Глава 22ч2

Глава 22ч3

Глава 23ч1

Глава 23ч2

Эпилог