Звёздная Кровь. Изгой

01. Катастрофа

Пустынные отсеки исследовательского крейсера «Эгир» были заполнены только басовитыми резкими тревожными звуками.

Ёлки-палки!

Да это не звуки, а баззер боевой тревоги! Едва я это осознал и разлепил глаза, вбитые в подкорку рефлексы заставили меня заорать:

— Кто старший по званию? — но вышел лишь слабый жалкий хрип.

Ответом было молчание. Только красные аварийные огни тревожили всё ещё не пришедшее в норму зрение. Сфокусировать картинку не получалось.

Я в капсуле. Да… Точно. Вроде со зрением стало получше, а вот прозрачный колпак моей капсулы либо должен быть таким матовым, либо основательно запотел. Из-за этого я не видел происходящего снаружи, а лишь различал мутные контуры предметов. Кроме всего прочего, я пристёгнут к ложементу, ни отстегнуться, ни сесть. Дёрнулся. Вышло вялое трепыхание. Комом к горлу подступила паника, именно адреналин заставил меня на автомате крикнуть:

— Когитор?.. Когитор! — и снова я слышу сип, а не нормальный голос. — Немедленный отчёт!

Но вместо ответа когитора прямо по остеклению капсулы побежали угловатые казённые красные буквы:

'ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! ТРЕВОГА!

ОТКАЗ КОГИТОРА! СБОЙ НАВИГАЦИОННОГО МОДУЛЯ! СБОЙ АВТОПИЛОТА!

АВАРИЙНЫЙ РЕЖИМ ПОСАДКИ! РУЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ АКТИВИРОВАНО!'

Превозмогая тошноту, слабость и головную боль, я рыкнул:

— Как старший по званию принимаю командование на себя! Активировать ручное управление!

Но мой приказ обернулся жалким сипением.

Корпус корабля вибрировал, и эта вибрация затрагивала капсулу. Космические корабли не трясёт!

То, что происходило вокруг, было очень плохим знаком. В космосе нет колдобин, ям и плохих дорог. Каждый толчок обычно означает встречу с астероидом, ну а вибрация… Вибрация может говорить об аварийном разгоне, уклонении или торможении. В данном конкретном случае я бы поставил на аварийное десантирование.

Я сам задал себе вопрос: «Почему? Почему десантирование?»

Но ответить не успел: от запредельной перегрузки потемнело в глазах. Уже уходя в беспамятство, я уловил, как мою капсулу закрыл ребристый лист брони. Вдруг наступили тишина и ощущение свободного падения.

В сознание меня привёл мощный удар. Капсула получила такой пинок, что перед глазами поплыли красные круги, а в ушах зашумело, но в этот раз я не потерял сознание.

Заметались панические мысли: «Где я⁈ Что случилось⁈»

Капсулу закрутило без вибрации, но от этого не стало легче, потому как вращательный момент был запредельно сильным. Однако ситуация прояснилась.

Я падаю! Я падаю привязанным к узкому ложементу в гибернационной капсуле.

Какофония звуков внезапно оборвалась, я почувствовал толчок снизу. Неожиданно броневые пластины, закрывавшие полупрозрачный колпак надо мной, разлетелись в стороны, а следом за ними сорвало и сам колпак. Широкие оранжевые ремни слетели с моего тела, и меня выбросило вовне.

Почему-то внутренне приготовился к тому, что меня выбросит в открытый космос. Многие ошибочно предполагают, что человек должен моментально замёрзнуть. Это обоснованное опасение, но — нет. В космосе холодно, но очень низкая плотность вещества. Чем выше температура тела, тем быстрее движутся молекулы. Чем медленнее движутся молекулы, тем ниже температура. При столкновении быстрых молекул с медленными теряется их скорость и передаётся часть силы, при этом горячее тело остывает, а холодное нагревается. Из-за низкой плотности вещества, даже при экстремально низкой температуре абсолютного нуля, царящего в открытом космосе, тело будет остывать очень медленно.

Про взрывы из-за разного давления тоже бред, как и про обгорание до хрустящей корочки. Человек в безвоздушном пространстве всегда погибает от удушья. Слабый дыхательный аппарат человеческого организма не держит воздух внутри. Весь кислород вытянет в космос очень быстро, а потом жизнь исчисляется полутора минутами или около того. После сознание затуманится от недостатка кислорода — и, в общем-то, всё. Если человека из космоса не вернуть через девяносто секунд — это смерть.

Отчего-то подспудно я ожидал именно такой трагичной, но стремительной развязки. Поэтому удивлению моему не было предела, когда с трудом удалось вдохнуть. Но радость была мимолётной. В воздухе меня закружило и закрутило вокруг оси. Из капсулы меня выбросило по изломанной траектории. Это было никакое не десантирование, а натуральная катастрофа. Корабль, на борту которого я куда-то летел, терпел бедствие. Оставалось только молиться, чтобы мой последний шанс на выживание сработал как надо.

Не успел подумать толком об этом, как раздался хлопок и меня с силой дёрнуло вверх. Раскрылся парашют! Впору было бы засмеяться от переполнившей всё существо радости, но меня скрутило в рвотном позыве. Желудок был пуст. Я изверг из себя только несколько сгустков желчи, оставившей после себя лишь мерзкий привкус на языке и нёбе. Когда приступ, наконец, закончился, удалось немного осмотреться.

Всё, что я увидел, вызвало у меня больше вопросов, чем дало ответов. Насколько хватало взгляда… подо мной простиралась заснеженная равнина. Внимание сразу приковывали к себе несколько исходящих паром источников, чем-то напоминающих гейзеры. Это указывало на то, что на данной планете идут активные вулканические процессы.

С одной стороны на горизонте угадывалась горная цепь, за которой было видно мощное золотое сияние, чем-то отдалённо похожее на рассвет или закат. Но я вроде видел невнятное свечение в зените. Что это, если не звезда? Проверить было просто. Я задрал голову и чуть не ахнул. Надо мной веретенообразное светило испускало тусклый холодно-голубой свет, но не тот весёленький, каким кажется голубизна чистого неба, а совсем недружелюбный, жёсткий и колючий. Да и форма светила в зените была необычной, напоминавшей длинное вертикально рассекающее небо «веретено». Центральная часть не уступала Солнцу по размерам, но значительно проигрывала в яркости, сужавшиеся продолговатые и острые концы «веретена» тянулись чуть ли не на треть небосвода.

Да, я не был уверен в точности своих наблюдений из-за всего случившегося только что, но суть от этого не менялась. А в чём суть? В том, что глаза меня не подводят, — на небосводе две звезды. Ни одно из этих небесных тел не может быть планетой-гигантом, как Юпитер или Сатурн. Голубое «веретено» — из-за его формы, не подходящей для планеты, а то, что возвышалось над горами, — из-за излучаемого им количества света.

Всё ещё пришибленный и дезориентированный, я не сразу понял, что привлекло моё внимание, а потом парашют опустился ниже, и стало не до того. Пришлось выбирать место для посадки. Ослабшие руки и ноги слушались меня с таким скрипом, словно я не молодой мужчина, отобранный в экипаж корабля, а двухсотлетний дед.

Сгруппироваться было сложно из-за текущего состояния, но я не боялся встречи с твёрдой поверхностью. Не было воспоминаний, как и что надо делать, но я был уверен, что не просто знаю, как нужно, а многократно это повторял на практике, пока те, кто меня тренировал, не убедились, что я прыгну с любой высоты, в любом состоянии, при любой погоде и успешно без травм приземлюсь.

Прикинув силу и направление ветра, выбрал курс и начал держаться его, полностью сосредоточившись на прыжке, выбросив любые чудеса из головы. Если я разобьюсь в лепёшку или переломаюсь, какое дело мне будет до загадок вселенной? Правильно, никакого. Поэтому всецело сосредоточился на текущей проблеме.

Я определил, откуда дует ветер, и сделал всё верно — правильно поставил ноги, а держал я их под углом в тридцать градусов к оси тела на автомате: просто иное положение казалось мне неуместным. Плотно прижал подбородок к груди, приземлился на обе стопы и упал, чтобы погасить инерцию. Однако… Однако у самой поверхности ветер изменил направление.

Долбаные гейзеры!

Эти «кипятильники» грели воздух и выбрасывали в атмосферу тонны пара. Каких-то иных объяснений перемены направления ветра у меня просто не имелось. Увы, серьезно корректировать курс уже было поздно. Успел лишь незначительно его подправить перед самой встречей с поверхностью. Пятой точкой я уже ощущал, что приземление будет жёстким, но страха или паники не было, словно это рядовая для меня ситуация, к которой был готов.

Это я такой отмороженный или, правда, ситуация не так уж и страшна?

Полностью погасить горизонтальную скорость с помощью передних лямок парашюта не удалось; я внутренне приготовился к удару и сразу же после него завалиться набок. Других вариантов затормозить и не переломаться попросту нет… Или я их не помнил из-за амнезии.

Удар! Я завалился набок.

Оранжевый купол парашюта рванул порыв бокового ветра. И всё могло бы быть неплохо, если бы я упал в снег. Но это был не безобидный сугроб, а слой кристаллической соли. Несмотря на то что форменный комбинезон достойно выдержал испытание, моё тело почувствовало каждый кристалл через тонкую ткань.

Как я мог так ошибиться?

Мои руки отработанным движением бросили клеванты, я даже не попытался затормозить, а нащупал пальцами ремни сбруи, крест-накрест стискивающие грудь, и ударил кулаком по кнопке экстренного сброса парашюта. Выскользнув из упряжи, избавился от постоянного давления и наконец-то впервые смог спокойно выдохнуть за сегодняшний день.

02. Жесткая посадка

Голова болела. Прямо-таки раскалывалась. Правое колено и спина в районе лопаток были травмированы. С коленом и спиной непонятно, зато с головой всё было ясно: меня так швыряло, что спасибо за то, что она вообще не оторвалась от тела. «Голова — это кость. Болеть там нечему», — говаривал мой отец, выпячивая нижнюю челюсть, и каждый раз весело и заливисто хохотал этой своей шутке. Отец… Мимолётно в памяти всплыл мутный и расплывающийся образ сидящего на берегу реки крупного мужчины в спортивном костюме и с удочкой. И всё. Никак не вспомнить деталей. Ни имени, ни фамилии — ничего. Белый шум. На секунду стало страшно оттого, что память ко мне может больше не вернуться. Это равносильно смерти личности. Весь опыт от прожитой жизни пойдёт прахом. Я ведь даже имени своего не помню! Глядя на голубое «веретено» в небе, захотел завыть от отчаяния.

Где я⁈ Кто я⁈

И я завыл бы и зарычал, если бы не пришло осознание, что вот так валяться на холодном совсем не полезно и пора уже шевелиться. Да, это был не снег… Совсем не снег, но кристаллы соли вытягивали тепло через тонкий комбинезон. Для полного комплекта не хватает только застудить почки, и тогда точно моё пребывание в этом «неизвестно где» будет невероятно насыщенным. Вот как так⁈ Помнить, что грозит, если застудить почки,но не знать своего имени?

Может быть, имени я своего не помнил, но прекрасно понимал, что у меня нет ничего, кроме этого парашюта, сейчас от меня медленно, но неотвратимо улетающего. И если я не заставлю подняться своё избитое тело, то не будет и спасательного купола. И останусь с голой… Хм… ну предположим, грудью на… в… Бес его знает где. Ощупал себя руками. Вроде переломов не обнаружил и поднялся. Колено тут же хрустнуло, напомнив о себе, а спина заныла. Пока, прихрамывая, ловил и прижимал ткань парашюта к соляной равнине, накрыла мысль: они все мертвы…

Я не один ведь летел на… А на чём? Нет. Никаких ассоциаций, лишь убежденность, что через А-пространство могут перемещаться только большие корабли с немалым экипажем. Где они всё? В смысле эти самые члены экипажа. Почему-то не было твёрдой уверенности, что если спасся я, то они тоже должны были спастись.

Погибли? Вероятность этого очень высокая. Та же самая непонятная интуиция. Пока, кряхтя и охая, складывал оранжевую тончайшую ткань купола, я настороженно поглядывал по сторонам, но белая равнина вокруг меня была уныла и безрадостна. Уже заматывая стропами скатку с парашютным шёлком, обратился к памяти снова.

Должно же быть хоть что-то!

Как меня зовут?

Мой возраст?

Звание… Звание? Звание! Кажется, я служил на космическом флоте и… Звание⁈ Номер части? Нет!

Имя? Как моё имя⁈

Кто я? Где я родился? Кто члены моей семьи?

На этот раз я уверенно подумал об отце, но почему-то отчётливо и ясно увидел образ женщины. Хотя нет. Даже девушки. Светлые волосы цвета спелой пшеницы, тёплые голубые глаза, мягкие черты, нежный овал лица. Кто она? Мать? Сестра? Жена? Кузина? Внучатая племянница? Тёща?

Не могу вспомнить. Только звонкая и равнодушная тишина внутри черепной коробки и головная боль, грозившая взорвать череп изнутри. Я зажмурился, но абсолютно никаких образов или ассоциаций в сознании не возникло. Мой мозг работал, кажется, я даже услышал скрип шестерней, но, увы, там внутри было темно и пусто. Расстроило ли это меня? Пожалуй, да. Заставило паниковать? Нет, но я точно на грани. Однако провалы в памяти меня почему-то не удивляли. Словно я обладал каким-то предзнанием, что это как раз нормально, в отличие от всего остального.

Не должно быть таких катастроф в наше время. И затяжных прыжков с парашютом прямиком из капсулы гибернации. Мне было абсолютно ясно, что пошло что-то очень сильно не так. Если спасатели за мной прилетят, то поиски терпящих бедствие они начнут от приземлившихся капсул. А что это значит?

Только то, что мне необходимо разыскать ту самую капсулу, из которой меня выбросило, рефлексии можно предаться по дороге. И я зашагал по белой равнине, привольно раскинувшейся во все стороны вокруг. Если бы не пар от гейзеров, так подсуропивший мне при посадке, то было бы легко заблудиться и потерять направление в этом сюрреалистическом ландшафте. Шагалось легко, под ботинками при каждом шаге хрустели кристаллики соли, превращаясь в пыль. Им вторило хрустом иного рода моё повреждённое колено, боль в спине и ноге не усиливалась, но и не проходила, внося свою лепту в и без того неидеальное состояние.

Если ориентироваться по внутренним ощущениям, то я шагал со свёрнутым парашютом за спиной несколько часов. Было совсем не жарко. Я бы сказал, градусов десять тепла, если по Цельсию. С той стороны света, что была поглощена тьмой, дул ветер, также бывший нетёплым. Хорошо ещё, комбинезон не продувался.

Вскоре начало стремительно темнеть. Однако о том, чтобы встать лагерем и устроиться на ночлег, не могло быть и речи. У меня нет ни топлива для костра, ни самого костра, ни постели, ни даже пня, чтобы на него присесть и дать отдых ногам. Да и не располагала погодка к тому, чтобы рассиживаться.

Я прошёл ещё немного и до того, как совсем стемнело, увидел, что один из столбов пара от гейзеров состоит не из пара, а вполне себе из дыма. Направление, которое я для себя определил, как то, куда грохнулась моя спаскапсула. И это было не просто странно, а совсем уж выходило из ряда вон. Аварийные посадочные модули не горели и не падали. Их единственной задачей было доставить человека на поверхность ближайшей планеты живым, поэтому проектировались и строились они с избыточным запасом прочности.

А то, что я наблюдаю, хоть и не тянет на полноценный пожар, но похоже на горящую и чадящую жирным чёрным дымом спасательную капсулу.

Накатило такое чувство безысходности, что захотелось лечь на белую соляную равнину, закрыть глаза и просто тихо умереть. Что это получается? Корабль, на котором я летел, был повреждён, а вместе с ним и мой посадочный модуль? Или меня сбили уже здесь, на этой планете? Мысль обожгла близким ощущением опасности. Против воли, я обернулся и осмотрелся.

Подкрадывающихся ко мне со спины врагов я не обнаружил. Как и несколько часов назад… вокруг меня не было ни души, ни зверя, ни насекомого, ни травинки. Возникал закономерный вопрос: куда я попал? Вся планета такая? Или это мне «посчастливилось» угодить в какую-то особо неприветливую область? Если вся планета такая, откуда тогда кислорода столько? Ведь с самого прибытия сюда я ни разу не испытал трудностей с дыханием. Насколько я знал и помнил — кислород вырабатывают зелёные растения, потребляющие углекислоту. Надежда шептала, что это значит, где-то должны быть пышные джунгли или, на худой конец, тайга, что тоже не худший из вариантов. Пессимизм же возражал, что для насыщения атмосферы кислородом достаточно и зелёных водорослей в океанах, а вся остальная поверхность планеты может оказаться вот такой унылой соляной пустошью без единого чахлого кустика.

Когда совсем стемнело, упрямо продолжил свой путь. На равнине негде было споткнуться, а огонёк горящей капсулы стал моим маяком во мраке, который не был кромешным из-за так и продолжавшего висеть в зените ненормального синего солнца. Оно, словно прибитое к небосводу гвоздём, так и не двинулось с места. Наконец, удалось разглядеть форму светила. Никакое это не «веретено», как показалось мне с самого начала, а вполне себе даже игла, пронзавшая овал или чуть вытянутое кольцо.

Поломав голову над очередной загадкой, я поднялся со скатки парашюта, на которой сидел, давая отдых ногам, и пошёл дальше. Голубоватое сияние светила делало ночь больше похожей на прозрачные лиловые сумерки.

Что это такое? Я про небесные тела такой формы ничего не знаю. Или знаю, но просто забыл? Странностей добавляло то, что голубой свет источали только кольцо и игла, а внутри овала царила ночь не светлее, чем окружавшая меня.

03. На рассвете

Топать пришлось до первых лучей. Когда забрезжил рассвет, ноги меня уже еле несли. Впору сказать, что я уже плёлся. То, что в самом начале выглядело плёвым расстоянием, обернулось серьёзнейшим испытанием выносливости. Вроде бы я и парнем был, здоровьем не обиженным, и силы в себе чувствовал, но всё пережитое накануне выбило из колеи. Перенесённый стресс и травмы сыграли свою роль. Голова не проходила, а болела всё больше и больше, колено стреляло болью при каждом шаге. Уже чего-то одного вполне достаточно, чтобы привести в небоеспособное состояние кого угодно, а у меня вдобавок ко всему ещё, не переставая, ныла спина.

Из-за своего разбитого и больного тела не сразу сообразил, что меня так напрягло в этом рассвете. И только почти дойдя до самого места крушения, я понял: заря занялась там, где вчера был закат. Почему-то именно это обстоятельство меня не удивило совсем. Я столько уже на этой планете увидел разного и странного, что способность к удивлению атрофировалась. Складывалось впечатление, словно всё это не со мной происходит. Моё дело — просто идти к цели.

Где-то в глубине себя я знал, что это такой специальный защитный механизм психики, выработанный миллионами лет эволюции нашего вида. Ты попадаешь в очередную задницу и отстраняешься от окружающей действительности, чтобы пережить всё и не сойти с ума. Сознание воспринимает всё и принимает адекватные и правильные решения, но тебе кажется, что всё это происходит не с тобой, а с другим человеком, например, персонажем книги или актёром из фильма. Давление эмоций на психику снижается, ведь всё это приключается не с тобой, верно? Ты просто всё видишь со стороны, а не переживаешь в опыте лично.

Насколько я помнил, беспокоиться о расстройствах мне было рано. Лёгкая отстранённость от творящегося со мной дерьма сейчас шла только на пользу, главное — следить за тем, чтобы этот «корабль» не отплыл в бурные воды психопатии и не бросил «якорь» в порту психической патологии.

На горизонте виднелись какие-то невнятные сопки, к которым имеет смысл отправиться, так как они не выглядели покрытыми белой солью, но… первым делом надо дойти до разбитого посадочного модуля.

Обнаружить место падения было несложно, даже когда огонь погас, остался хоть и жидкий, но столб дыма.

Уже издалека было понятно, что вряд ли обрадуюсь увиденному. Я и не обрадовался.

Сигарообразный аварийный посадочный модуль до последнего пытался выправить курс и сесть нормально. Об этом говорил острый угол посадки. Как я это понял? По посадочному следу. Борозда тянулась больше пяти километров. Вдоль тормозного пути валялись разновеликие металлические обломки различной формы.

Когда я дошёл до самого аппарата, то увидел в задней части капсулы, там, где располагались двигатели, зияющую оплавленную пробоину, судя по всему, сквозную. Из неё до сих пор тянулась небольшая струйка дыма.

Сложно справиться с посадкой, если тебя лишили двигателя. Автоматика сделала всё верно — посадила спасательный модуль «на брюхо». Сомневаюсь, что я бы справился с посадкой лучше в данных обстоятельствах.

Я перебрал в голове события, предшествовавшие моему появлению на этой аномальной планете: экстренное пробуждение, удар, взрыв, катапультирование… И вот перед моими глазами сквозная дыра в задней части фюзеляжа. Меня хотели убить во сне с помощью неизвестного технологичного оружия. Это никакая не авария, а намеренная попытка сбить меня в идущей на посадку капсуле.

Ситуация прояснилась — это плюс.

Я не знаю или не помню, что мне нужно делать при таком раскладе, — это минус.

Аккуратно спустившись в воронку, я отыскал обитаемый отсек. Он почти не пострадал ни во время обстрела, ни во время аварийной посадки, ни в последующем пожаре. Неудивительно. Это сверхнадёжная спаскапсула. Тут меня ждало разочарование. Внутри меня встретили ребристая пласталь, вывороченные панели приборов, из оголившихся гнёзд висели оборванные пучки проводов и чудом сохранившийся скелет ложемента. Я улетел в одну сторону, колпак кабины — в другую, а капсула полетела в третью. Глупо было надеяться найти тут хоть что-то полезное.

Память, на которую последнее время я не очень-то надеялся, подсказывала мне, что тут должен был храниться бортовой журнал когитора, который в состоянии пролить свет на текущую мрачную ситуацию с крушением корабля, и чёрный ящик аварийного модуля, где, возможно, содержались сведения о врагах, обстрелявших меня. И первый, и второй вопрос интересовали меня чрезвычайно. Также было бы неплохо получить доступ к передатчику и аварийно-спасательному набору.

Всё было утрачено… А может, и нет. Я заглянул под ложемент и обнаружил в специальной нише кейс с искомым. В руках у меня был пласталевый контейнер оранжевого цвета. Быстро осмотрев его, заметил простейшие, но надёжные защёлки, которые тут же и вскрыл. Внутри находились два предмета. С минуту я смотрел на них с недоумением. Я, конечно, многое ожидал тут увидеть… Но чем могут быть полезны в моей ситуации два браслета, надёжно закреплённых в специальных пазах?

Видимо, я что-то просто не помню… Иначе какой в этом смысл? Украсить себя и погибнуть во цвете лет красивым? Может, именно поэтому я и решил надеть чёрные пласталевые браслеты с квадратным утолщением вроде экрана? Что-то это всё мне напоминало, но я никак не мог ухватить за хвост кружившую мысль, пока не подогнал размер «оков» под свои руки. После этого мне показалось правильным надавить на точку активатора и…

Экран устройства оказался голографическим. Над квадратным утолщением замерцали, а потом и обрели краски пиктограммы, размещённые в своём сегменте на круге.

Память расцвела букетом воспоминаний, быстрыми уверенными движениями пролистал малозначимые для меня сейчас функции вроде часов, календаря, записной книжки, калькулятора, выбрав для себя самую важную — «криптор», представлявший собой экстрамерное хранилище.

Что такое экстрамерность? Всё, что я помнил, — это когда внутренние физические размеры объектов больше размеров данных объектов снаружи. Как обращаться с этой диковинной техникой, вспомнилось на уровне памяти тела, а принципы, на которых работал мой криптор, — нет. Какие-то смутные воспоминания, где фигурировали объяснения вроде того, что это искусственная складка пространства, но это никак меня не приближало к пониманию самого явления.

Имеющаяся текстовая информация гласила, что в хранилище доступно шестнадцать ячеек, максимальная допустимая грузоподъёмность — восемьсот килограмм, доступный объём — 1.44 кубометра. И таких у меня два, один на левую, а второй на правую руку.

Внешне это выглядело как проявившийся в воздухе куб, поглощавший свет, потому казавшийся чёрным. Смело прикоснувшись к нему, я активировал его и уверенно достал маленький, но от этого не менее ценный предмет. На моей руке развернулась цепочка с двумя плашками. Поднеся их к глазам, я прочёл:

«Российская Федерация, Титан, Байкал-17, 61 ОБРКП, Кирилл Губин, 11.01.2279, В+, православный».

«Православный» — моё вероисповедание, к гадалке не ходи. «В+» — группа крови, тут тоже всё ясно. «11.01.2479» — дата рождения. «Кирилл Губин» — это моё имя, что ж… очень приятно познакомиться. «61 ОБРКП» — обозначение воинской части. Я был почти уверен, что это расшифровывается как «61-ая отдельная бригада космической пехоты». «Байкал — 17» — сомневаюсь, но, мне кажется, это место моего рождения. «Титан» — это крупнейший спутник Сатурна и… Да, это планета моего рождения и проживания. Наверное, можно сказать — «малая родина». С остальным всё предельно просто и понятно.

Кроме двух планок, на цепочке висел простой православный крест и обручальное кольцо. Если первое для меня неожиданностью не являлось, то от новости, что я женат, впал в лёгкий ступор.

В аварийном наборе много чего имелось, но я валился с ног от усталости. Поэтому инвентаризацию имущества и прочие активные действия оставил на потом. Отыскал в имуществе четырёхместную палатку и установил её. Вооружился штатным АКГ-12 и разнёс из него ближайший ком просоленной земли.

Удовлетворившись этим, установил детектор движения, напился наконец-то воды и извлёк их криптора запаянную в вакуум и твёрдую, как камень, пластину армейского сухпайка. Погрыз её минут и убрал обратно. Это было на данный момент пределом моих сил. Расстелив спальник в палатке, застегнулся в нём и забылся беспокойным сном.

04. Поход

Я поступил очень опрометчиво, завалившись спать прямо возле места крушения. Оправдать такой безрассудный поступок можно было только полученными травмами во время катастрофы. Почему? Всё очень просто.

Во-первых, спрятаться на голой и ровной, как стол, соляной равнине попросту негде.

Во-вторых, мой аварийный модуль сбили, что могло говорить только о том, что я оказался на войне. Никаких других вариантов у меня не было. По ошибке в терпящих бедствие не стреляют. То, что это не десантная операция, видно невооружённым взглядом.

Ну и наконец, в-третьих, сбитая капсула — это продукт наших технологий, а они сами по себе могут представлять для врага ценность, я, кстати, тоже как-никак носитель информации. Врагам ведь может быть невдомёк, что у меня амнезия.

Из всего этого следует только то, что неприятель может предпринять усилия по моему захвату или захвату моего спасательного модуля. С другой стороны, если бы это была война, а мне нужно было принимать оперативные решения, я бы первым делом дистанционно запустил процесс самоуничтожения капсулы, чтобы наши устройства связи, коды шифрования, программное обеспечение и данные, хранимые памятью устройств, не достались неприятелю. Эта информация только кажется незначительными мелочами, а на самом деле всё это представляет реальную цену для разведки врага.

Лично мне ничего не известно о подрывных зарядах в спасательных капсулах(или я про них просто не помню?), но по логике, в случае угрозы попадания в руки врага, уничтожить ключевые части, кажется самым разумным вариантом развития событий.

А если бы у меня не получилось дистанционно уничтожить капсулу? Что бы я делал на месте капитана нашего корабля? Тут ответ очевиден, искал альтернативные способы уничтожения оборудования, которое не должно облегчить врагу задачу. А как бы я действовал? Направил бы штурмовик или выстрелил ракетой, чтобы разнести всё на атомы в месте падения. В самом крайнем случае послал бы отряд космического десанта. Они бы и сбитого вытащили, если подвернулся такой случай, и гарантированно отправили капсулу назад в стратосферу, естественно, с помощью мощной взрывчатки.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове молнией. Я открыл глаза и ясно осознал, что мне тут разлёживаться больше нельзя. Нужно брать руки в ноги и постараться оказаться от места падения как можно дальше, чтобы не попасть в плен или что будет совсем уж обидно под дружественный огонь.

Быстро позавтракав, всё теми же пластинами сухого пайка. Очень оперативно собрал свой лагерь, перемещая все вещи в хранилище криптора. По здравому размышлению я загрузил во всё свободное место в экстрамерном хранилище кусками пластали. С какой стороны не посмотри, сколько мне тут робинзонить непонятно, а космические сплавы в деле выживания едва ли окажутся лишними. Потом можно будет сходить за тем, что осталось.

Закончив сборы, двинулся по направлению к темнеющему горизонту. Соляная пустыня мне не нравилась. Надо было поискать для выживания более приветливые места. Путешествие по равнине вновь стало для меня испытанием. Колено продолжало стрелять, а спина ныть, но хотя бы я выспался и поел. Голова меня больше не изнуряла болью и это уже было хорошо. Кажется обошлось. Сотрясения не было. Естественно, фляга с водой меня в этом переходе выручала. На себе решил ничего не тащить, кроме двух браслетов крипторов и АКГ-12.

После того как повесил себе на шею оружие, стал чувствовать себя куда как уверенней, чем до этого. Память неожиданно выдала воспоминания о том, как пользоваться моим гаусс-карабином и общую информацию по нему. Вообще, автоматический карабин Гаусса «тип 12», был крайне популярной серией универсальных карабинов… В своё время. Не имеющий никаких интеллектуальных систем, кроме самых элементарных, АКГ-12 — это оружие, которым лет сто так назад был вооружён весь Корпус Космической Пехоты. Неудивительно, что я нашёл его в аварийном комплекте. Надёжный, простой, мощный и довольно примитивный. Как раз то, что нужно сейчас для выживания в моей непростой ситуации.

Принцип работы АКГ-12 прост, как всё гениальное — это классический гаусс-карабин. Ствол нарезной для трёхмиллиметровой иглы и двенадцати сверхпроводящих электромагнитных разгонных каскадов, которые используются для придания скорости боеприпасу гиперзвуковых скоростей. Магазин стандартный коробчатый, содержит восемьдесят игл.

Датчики карабина связаны с основным процессором где-то в ложе карабина, чтобы отслеживать состояние оружия, количество и тип боеприпасов. Это позволяет стрелку регулировать мощность энергии выстрела с помощью быстрых переключателей над предохранителем оружия.

Иглы выполнены из пластали в виде стержней размером три на тридцать миллиметров. Пуля состоит из ажурного стального корпуса, содержащего пласталевый сердечник массой полтора грамма. Его скорость варьируется в зависимости от расстояния и типа намеченной цели. Для дополнительной эффективности игла состоит из тридцати плоских дисковидных фрагментов. Поскольку половина корпуса пули сплошная, а половина — сквозная, твердотельные схемы внутри ствольной коробки могут мгновенно сваривать фрагменты сердечника фиксированными лазерами. Чем меньше точек сварки на фрагментах, тем легче игла будет распадаться при ударе, и меньшая часть её массы будет проникать вглубь. Перед началом ведения огня стрелок может определить способ воздействия загруженной иглы, запрограммировав её на проникающий удар или фрагментацию в любой нужной степени. Эта настройка обеспечивает максимальную эффективность и даёт стрелку возможность поражать крупных животных и солдат в тяжёлых доспехах одними и теми же зарядами. Выстрел на максимальной скорости сопровождается сильной отдачей, для этого приклад снабжён компенсатором.

В случае если совсем всё плохо, то карабин мог стрелять и очень простыми в изготовлении цельными иглами и просто трёхмиллиметровыми шариками, лишь бы они были выполнены из ферромагнитного материала. Будьте уверены, если такой шарик прилетит на гиперзвуковой скорости мало не покажется никому…

Первым делом повесил АКГ-12 себе на шею. Собрался быстро, покидав в криптор все свои новообретённые пожитки, и отправился в путь. Особой разницы для меня, куда двигаться не было. Поэтому я выбрал себе направление на горизонт, где виднелась какая-то гряда холмов. Оставляя полоску восхода справа, а сумеречные земли слева я двинулся. Хотелось бы сказать, что бодрым шагом, но нет.

Сторона света, которую я вчера определил, как запад, сегодня утром оказалась вполне себе Востоком. Как может солнце вставать и садиться с одной стороны? Насколько я знал физически такое невозможно. И да, светило не вставало, оно освещало значительную часть горизонта и больше не поднималось. Это было… Странно. Но я уже не удивлялся. Вокруг меня творилось столько всего необычного и ненормального, что я попросту устал удивляться.

Колено продолжало хрустеть, а спина ныть. Из-за травм моё путешествие превратилось в одно сплошное преодоление. Уже через несколько часов я шёл на одних морально-волевых. Когда боль становилась невыносимой, я останавливался и устраивал небольшой привал. Ел несколько кусочков отломанных от пластины армейского сухого пайка и запивал несколькими глотками воды.

Во время одного такого отдыха я, чтобы не терять даром время, провёл инвентаризацию запасов пищи и воды. Получалась не такая уж радостная картина. Еды у меня на пару месяцев, если растягивать и вести полуголодное существование, то месяца на три. Воды и того меньше — всего на пару недель, если тянуть, то на три.

После того как запасы в крипторе подойдут к концу, меня ждёт незавидная перспектива, конечно, если я не найду источника пищи и воды на этой планете.

Но самое главное, мне было найти безопасное место, способное меня приютить, пока не прибудут спасатели. В том, что меня будут спасать, сомнений никаких не имелось. У нас своих не бросают. Так что надо только дождаться помощи и не попасть в руки врагов. Если учесть, что я не встретил пока ни одного живого существа, то перспектива не встретить и дождаться, выглядела реальной, но вот задача найти себе пропитание показалось более сложной.

Ближе к вечеру я заметил стайку тонконогих газелей с витыми рогами и короткими смешными хвостиками. Поумилявшись на изящных животных с минуту, я вскинул карабин к плечу и выстрелил. Предварительно понизив скорость боеприпаса до минимума. Так игла не проделает в животном сквозную дыру, а произведёт останавливающий выстрел. Травоядное упало, вскочило и бросилось наутёк, вслед за товарками, но, не проскакав половины километра, упало и больше не двигалась.

Я подошел к газели, та выглядела бы очень привычно, если бы не четыре глаза на сухой морде. Два из них настороженно следили за моими действиями. Когда я приблизился и достал из экстрамерного хранилища кинжал, существо попыталась встать, однако ноги его не держали. Газель было откровенно жалко.

— Извини, — счёл нужным сказать я. — Или ты. Или я. Я должен убить тебя, чтобы выжить самому.

Короткий взмах и травоядное отмучилось, а я оттёр тыльной стороной ладони внезапно выступивший пот. Огляделся, соображая, что мне дальше делать. Четыре глаза на сухой изящной морде непрозрачно намекали на то, что хоть животное и похоже на привычных травоядных не является продуктом привычной мне эволюции. А что это значит? Только то, что нужно понять, смогу ли я принимать это мясо в пищу. Как это сделать?

Ответ на простейший бытовой вопрос в голове появился сам собой — бионализатор.

Где мне его взять? Нужно посмотреть в крипторе…

Через несколько минут, проведённых за изучением содержимого экстрамерного хранилища я обнаружил искомое и сверх того ещё несколько преинтересных девайсов. Один из которых оказался уловителем и дистиллятором атмосферной влаги. Смерть от жажды откладывалась, что повысило моё настроение на пару-тройку градусов.

Дав себе обещание, провести полную инвентаризацию, как только окажусь в безопасности, воткнул устройство, похожее на шприц в тушку газели, внутренне замерев в ожидании результата.

05. Плоскогорье

Биоанализатор издал тихий писк, индикатор на нём загорелся дружелюбным зелёным светом, под ним я увидел, загоревшиеся цифры соответствия пищи для употребления — девяносто восемь с половиной процентов.

Ха! Это я удачно выстрелил!

Я выдохнул с облегчением. Это означало, что мясо газели было безопасным для употребления, и подходило для употребления в пищу едва ли не лучше, чем протеиновая лапша из пищевого синтезатора. То, что я не охотник, я понял пока неумело, разделывал тушу. Было ясно, что делать, но быстро разделать тушку не получилось. В газели было килограмм сорок, но провозился я с ней весь остаток дня. Хотелось снять шкурку и отделить мясо от костей, но в итоге я остановился на том, что отрубил мачете ноги и голову, выпотрошил все внутренности и в таком виде сложил всё в криптор.

Поняв, что я устал как собака, омыл руки перепачканные в крови из фляги и, решил не откладывая восполнить запасы живительной влаги. Сделать это посреди соляной равнины я мог только одним способом. Я достал уловитель и дистиллятор атмосферной влаги и установил его прямо на хрустящей соляной корке. Устройство негромко, сыто заурчало, начав работать, собирая влагу из воздуха и превращая её в питьевую воду. Я был очень рад, что теперь у меня есть возможность получать воду без необходимости искать иные источники. Нет, это, конечно придётся сделать обязательно, но прямо сейчас я уже был спасён.

Решив, что достаточно передохнул, когда через пару часов воды собралось около литра, я продолжил путь к горизонту.

Я чувствовал подъём сил и радость оттого, что мне удалось найти источник пищи и воды. Перспектива смерти от жажды и голода отодвинулась и это было прекрасно.

Решив, что я вполне способен повторить недавний подвиг с ночным марш-броском.

Следующим шагом мне надо было найти безопасное место для ночлега. И я продолжил свой путь, внимательно осматривая местность в поисках подходящего безопасного укрытия. Примерно к утру, когда я уже еле передвигал ноги, местность начала меняться. Стали появляться проплешины жёлтой земли, свободной от соляной пыли. Чем дальше я шёл, тем больше их появлялось и в какой-то момент их не стало совсем. Даже ветер, к которому я успел привыкнуть, был тут не таким горьким от соли.

Я наконец в неверных лучах рассвета понял, что вижу. Некоторое время я шёл в горку и в итоге вышел на довольно обширное плато.

Я стоял на вершине и не мог поверить своим глазам. Выбравшись с соляной равнины, я пришёл в настоящий лабиринт.

Грязно-жёлтого цвета плато было прорезано целой сетью трещин. Таких, какие бывают на грязи резко пересохших луж. Вот только масштабы тут впечатляли куда больше. Столовые горы, из каких состояло всё плоскогорье, были разной высоты и иногда различались довольно сильно. Иногда по нескольку десятков метров. Глубокие каньоны-трещины между горами представляли собой запутанный лабиринт.

Ширина этих самых трещин также была очень и очень разной — от шкуродеров, через которые можно было протиснуться только боком и то с трудом, до ширины нескольких хайвеев. Одним словом, идеальное место, для того чтобы затеряться и лечь на дно. Хотя и спрятаться тут можно так, что потом захочешь, не найдёшься.

Я начал готовиться. К ночлегу. Но палатку решил не ставить, так как обнаружил небольшой грот, расположенный на стыке двух холмов. Один был значительно выше другого, нависая над тем ниже, так образовался козырёк и грот. Я решил, что это идеальное место для ночлега.

Начал собирать сухие ветки, листья и что-то вроде сухого мха, чтобы разжечь костёр. Затем я разделал мясо газели и приготовил его на огне. Это был мой первый ужин на этой планете, когда я ел мясо, добытое самостоятельно на охоте.

Не обошлось без эксцессов. Во время приготовления еды я присел на камень. С криком ужаса подпрыгнул, когда он подо мной зашевелился. С карабином я не расставался, чувствуя с ним себя в безопасности. Я успел выстрелить три раза, прежде чем разобрался, что бояться, в общем-то, нечего. Это было очень похожее на камень членистоногое с клешнями вроде крабьих.

Несколько игл разметали ошмётками камнекраба по всей пещерке. Негромкие хлопки выстрелов взбудоражили ещё нескольких подобных существ. Палец лежал на кнопке стрельбы, но я понял, что фальшивые камни спасаются от злого меня бегством. Проводив их взглядом, вернулся к прерванному занятию.

Мясо получилось вкусным, но очень жилистым и жёстким. Что, в общем-то, не было сюрпризом. Газель при жизни была настоящей спортсменкой.

После ужина я устроился в пещере, размотав спальник около костра, используя набранный мох как матрас. Я чувствовал себя уставшим, но в то же время довольным. Я смог выжить и был обеспечен пищей и водой. Теперь я был уверен, что смогу дождаться спасателей, и вернуться домой.

Когда настала ночь, я уже успел подремать и не сразу понял, что меня разбудило. С карабином в руках лежал, прислушиваясь к ночным звукам. Внезапно снова крякнул детектор движения. Оказалось, что это меня разбудил именно он. Выбравшись из спальника, я тихо прокрался к выходу и сразу услышал невнятный костяной цокот. Через несколько секунд звук, не похожий ни на один слышанный мной ранее, снова повторился, но на этот раз я смог определить источник — он доносился из разлома подо мной. Осторожно подойдя к самому краю, я присел на колено и выглянул. Внизу в густых тенях что-то быстро двигалось. Я рискнул врубить тактический фонарь, расположенный под стволом карабина. Ситуация сразу прояснилась. Человек отбивался сразу от двух гигантских насекомых. Строго говоря, о том что это человек, говорила только гуманоидная фигура этого существа. Но этого было достаточно, чтобы мои симпатии были целиком и полностью на стороне незнакомца. Потому что два здоровенных насекомых, одновременно похожих на таракана, паука и клеща были совершенно не похожи на разумных существ. Скорей они производили впечатление хищников, напавших на лёгкую добычу.

Несколько десятков метров для карабина вообще не расстояние. Не задумываясь, я вскинул его к плечу и несколько раз выстрелил. Голова, закованная в антрацитово-черную броню одного из противников, разлетелась ошмётками. Я выпустил ещё одну короткую очередь и второе гигантское насекомое замерло на дне расщелины. На этот раз незнакомец удостоил меня взгляда, подняв лицо. Однако в густых тенях было плохо видно и я не смог ничего толком рассмотреть.

В этот короткий момент одна из теней за спиной человека шевельнулась и прыгнула на него. Снизу было не два, а три насекомых. Человек ударил копьём себе за спину, но поздно, тварь уже была сверху и укусила его. Очередь вышла смазанной и суматошной, но я попал, что ещё раз убедило меня в том, что с оружием я обращаться умею весьма хорошо. Отпрыгнувшее насекомое встряхнулось и снова приготовилось прыгнуть. Однако ещё одна очередь из акг-12 не дала ему закончить начатое.

Посидев на краю трещины ещё несколько минут, убедился, что никто внизу больше не шевелится.

Подсвечивая себе фонарём, я спустился к недавнему полю боя. Конечно, не напрямик. Для этого бы мне понадобилось альпинистское снаряжение. Пришлось дать крюк в несколько километров. Всё это время я боялся, что незнакомец погибнет, а источник информации об окружающем меня мире мне ох как необходим.

Это была женщина, верней молодая девушка. Очень-очень-очень чумазая и наряженная в какое-то живописное отрепье. Пахло от неё соответственно. От дохлых насекомых запах исходил и того хлеще. Несколько секунд я думал, что мне с ней делать, потом я взвалил неожиданно лёгкую девушку на плечо и понёс её в свой грот, решив, что первую помощь я ей окажу там. Ведь кровь насекомых оказалась кислотной.

06. Ночь

Голова незнакомки оказалась сильно разбитой, из раны натекла приличная лужа крови, уже частично впитавшуюся, в местную, жадную до влаги почву. Её копьё нашлось неподалёку, около одного из проткнутых насквозь насекомых. По всему выходило, что хрупкая женщина метнула своё оружие во врага с такой силой, что заострённая белая палка пробила его природную броню насквозь.

Что это значит?

Только то, что хрупкая барышня совсем нехрупкая. Место, куда её ужалили, уже сильно распухло. Когда незнакомка упала, то неудачно ударилась головой о небольшой камень. Разглядывать поле боя, было темновато, да и не своевременно, надо было помочь женщине. Удерживая раненую одной рукой за талию, сделал несколько шагов и вырвал с усилием её копьё из туши насекомого. Не мог не отметить про себя необычный материал, из которого было выполнено примитивное оружие. Это было что-то вроде отполированной белой кости без единой металлической детали.

Только я собрался отнести пострадавшую в свой грот, как за спиной послышался едва различимый шорох. Холодея от дурного предчувствия, я обернулся и встретился взглядами, со взгромоздившимся на камень, клещом, разглядывающим меня. Я резко развернулся, едва не оступившись и выстрелил очередью из карабина от бедра. В тот же миг насекомое напружинило ноги и прыгнуло. Я от неожиданности вздрогнул, но страха не было. Довернул ствол и достал инсектоидного хищника парой игл.

Когда противник упал, не целясь, разнёс ему голову. Промахнуться было практически невозможно, ведь цель была в нескольких метрах, то есть практически в упор.

АКГ-12 — это очень простое оружие. Никаких интеллектуальных систем. Дёшево, сердито, функционально. Перфорированное тело гигантского насекомого немного отлетело в противоположную сторону и бухнулось с камня и заскребло когтистыми лапами по влажной грязи.

Я внимательно осматривался, пока не убедился в полном отсутствии каких-либо тайных и явных врагов. После чего подхватил брошенное копьё и поспешил занести женщину в пещеру. Она была жива, что не могло не радовать. Пульс прощупывался уверенно, но ни один из методов приведения в чувство, которые я смог припомнить, не сработал. Всё что мог сделать, так это оказать первую помощь и надеяться, что этого окажется достаточно.

Я осторожно положил девушку на мох, который служил мне матрасом, и осмотрел её рану. Укус насекомого оставил глубокий след на плече, и я заметил, что кожа вокруг раны начала пузыриться и покрываться волдырями. Надо было предположить что насекомые с кислотой вместо крови могут быть ядовитыми. Насколько опасен этот яд только предстояло узнать. Я достал из криптора аварийно-спасательный набор, заключённый в контейнер из лёгкого металла. Большую его часть занимала экспресс-аптечка и десять стандартных медпакетов к ней. Сквозь прозрачную крышку просвечивали сканер-диагност, вибрационный скальпель, пистолет-инъектор и наборы картриджей с разноцветными наклейками. Зелёный — регенератор, алый — кровоостанавливающий спрей, синий — антидот, жёлтый — адреналин, и прочее-прочее… И полным-полно всего по мелочи — перевязочные средства, жгуты, таблетки в пластиковых блистерах.

Я поспешил оказать немедленную помощь. Обработал раны, промыв их водой, которую уже отфильтровал из атмосферы мой конденсатор, и наложил на рану антисептик. Затем я повязал тугую повязку, чтобы предотвратить дальнейшее заражение. В завершении оказания помощи сделал инъекцию универсального антидота.

После стащил с женщины халат, казавшийся заскорузлым от грязи, и оттёр лицо и вздрогнул когда, рассмотрел его. Она не была человеком. Это был явно очень близкий по внешности гуманоид, весьма на человека похожий, но при этом точно землянином не бывший. Высокие скулы и острый подбородок, отсутствие среди зубов клыков. Прикус ровный и красивый, словно над ним поработал батальон стоматологов. Карие глаза с характерным разрезом, тяжёлыми верхними веками и густые чёрные волосы, как у наших земных азио. Единственное, что выбивалось из общей картины — молочная кожа, настолько гладкая и белая, что казалось она светится в прозрачных лиловых сумерках.

Под халатом обнаружился жилет и штаны, подпоясанные широким поясом вроде кушака, но раздевать женщину дальше мне стало как-то не по себе. Что она подумает когда придёт в себя? Ограничился тем, что достал одноразовое блестящее спасательное одеяло, и закутал её в него. В завершении, я, поколебавшись, положил её копьё рядом с ней. Всё никак не шла из памяти картина пробитого насквозь гигантского насекомого. В конце концов, я вооружён куда лучше и подготовлен, судя по всему, а обозначить свои дружеские намерения сразу необходимо, чтобы договориться с ней в дальнейшем. Наладить какое-никакое общение было бы нелишним.

Собрав немного веток сухого кустарника, развёл небольшой костерок и дождавшись углей, занялся приготовлением мяса. До слуха утомлённого завываниями ветра раздался дробный цокот, как две капли воды, похожий на тот, что я уже слышал. Но на этот раз у звука была другая тональность и громкость. Он звучал громче и ближе.

Тревожно оглядевшись, убедился, что вокруг всё в порядке. По-прежнему тлели угли, жарилось мясо. Инопланетянка тяжело дышала и пребывала в бессознательном состоянии, она никак не изменилась, только губы ещё потрескались. Напоил её и утёр выступивший пот со лба. Увы, больше я ничего не мог сделать. Она либо справится сама, либо погибнет.

Костяной цокот раздался снова, но уже значительно ближе. Я, положив карабин на сгиб локтя, подошёл к входу в грот, осторожно выглянул и обомлел. Почти рядом со входом в убежище стояло гигантское насекомое. Я уже имел возможность оценить, как они быстро передвигаются, да к тому же могут прыгать на несколько метров. Это было близко. Очень близко.

Ростом тварь не превышала пару метров в холке. Её основное оружие — два мощных длинных жвала, более всего напоминающие клюв хищной птицы и два, внушительной длины, когтя на коротких лапах, растущих из передней стороны головогруди. Передвигался инсектоид на четырёх многосуставчатых лапах. В данный момент он стоял и раскачивался на них, задрав жвала к лиловому небу. Внезапно жвала завибрировали и я услышал ту саму дробь, которая меня обеспокоила и заставила выбраться проверить.

Я вскинул карабин, прицелился в головогрудь и выстрелил. Звук оборвался. Понятно, что насекомое привлечено запахом крови, но зачем оно себя обнаружило? Внезапно меня словно из ледяного ведра окатили. Цокот — это дробь, выбиваемая клювом инсектоида, привлекающего к добыче свою стаю. Он не себя выдавал, а остальных звал! Против воли вырвалось грязное ругательство. В пещере словно отвечая, простонала раненая инопланетянка. Вернувшись, проверил, состояние пациентки было без изменений.

Почти сразу же полез в криптор за боеприпасами. Сколько уже израсходовал игл не считал, но совершенно точно было понятно, если они вдруг закончатся в критический момент, я вряд ли этому обрадуюсь. Рассовал четыре запасных магазина по карманам, после чего снова выглянул наружу.

На несколько уступов ниже, сквозь прозрачные лиловые сумерки, ожидал увидеть характерный силуэт хищника. Но оказалось, что его там уже нет. Словно мне всё привиделось как страшный сон, но то что хищник был тут указывали мелкие обломки чёрного блестящего панциря, говорящие, что насекомое невероятно живучее. Было ясно, что этой ночью мне не придётся сомкнуть глаз. Так я и поступил — просидел всю ночь в дозоре.

Но насекомых у моего грота больше не появилось, а ближе к местной неверной утренней заре моя неожиданная гостья начала приходить в себя.

Восход, заря, начало дня… Не знаю пока как назвать это явление, но горизонт стремительно начал светлеть. Я остановил запущенный вчера в этот же момент на крипторе таймер.

25 часов 01 минута 02 секунды.

Стандартные земные сутки равны двадцати четырём часам. Не факт, что этот лишний час не является моей собственной промашкой. Быть может погрешность получилась из-за того, что я неточно остановил или запустил отсчёт секундомера. По наблюдениям, опять же, субъективным, «ночь» была покороче чем «день».

Моё внимание привлёк стон раненой. Приблизившись осмотрел её, было видно невооружённым взглядом, что неожиданная гостья была в шоке после её схватки с тварями. Я дал ей немного воды, чтобы она могла восстановить свои силы. Но она отказывалась, пока я не понял суть опасений и не сделал первый глоток. Незнакомка пила жадно, но осторожно, словно боясь, что вода может быть отравлена. Посматривала на меня при этом с опаской.

07. Запись

Что я могу сказать? Хорошо же они тут живут, если травят друг дружку.

— Не переживай, — сказал я ей. — Пей спокойно. Если бы хотел тебя убить, то приколол тебя твоим же копьём пока ты без сознания была и не стал бы на тебя медикаменты переводить.

— Хе тангата рагни кое? Не аха кое и вахокаора ай и ахау? — ответила инопланетянка красивым грудным голосом.

— Ду ю спик инглиш? — блеснул я своим разносторонним развитием. — Шпрехин зи доич? Парлеу франце?

— Каори ау и ти марама ки а кои…

Озадаченно ответила мне моя гостья. Улыбнулся ей и кивнул:

— Я сам не говорю на этих языках. Просто спросил, чтобы разговор поддержать.

— Каори и таиа и кое те нохо ки коней, и те нохо тангата рагни, — инопланетянке явно было сложно говорить, так она ежесекундно морщилась от боли. — Ка хоки май нга кутукуту, ка вхакамате и а татоу. Маурууру мо то авихина. Каори и хиахиатиа киа мати тахи татоу. Хаири ату.

Пришлось развести руками.

— Язык красивый, но я тебя не понимаю… Меня, кстати, зовут Кирилл Губин.

Я приложил раскрытую руку к груди:

— Я — Кир. Кир, — указал на свою гостью. — А ты? Как твоё имя?

Она недоверчиво посмотрела на меня.

— Кир? — с подозрением уточнила гостья.

— Кир, — спокойно согласился я и снова приложил руку к груди. — Кир…

Затем указал той же рукой на собеседницу.

— Ко Ахири току ингоа, — представилась она. — Ахири.

Я закрепил наше взаимопонимание, ткнув себя в грудь рукой повторно.

— Кир, — потом снова указал на гостью. — Ахири.

Она бледно улыбнулась, кивнула и тут же поморщилась от боли.

— Кир, Ахири, — но тут же добавила. — Ка таиа и нга хоа те каранга май ки ахау Ари. Энгари ка каранга кое ки ахау Ахири.

Я улыбнулся, обрадовавшись прогрессу.

— Я понял. Твоё имя Ахири.

Она дёрнула плечом.

— Кауа и тино хприкоа, ка мате ваве тону кое.

И на этом наш разговор был окончен. А я оставив несколько кусков жареного мяса вышел из грота. Нужно было подстрелить ещё одну газель. Расходовать запаянные в вакуумные пакеты пластинки сухпая из неприкосновенного запаса казалось непозволительной роскошью, при наличии источника мяса. Ещё хорошо бы было собрать дров и, вообще, хоть несколько часов подремать. Что-то мне подсказывало, что насекомые могут вернуться.

Ночью я видел на небе какие-то мутные пятна, которые можно было с натяжкой принять за разноцветные звёзды. Но тогда оставался открытым вопрос, насколько отличается местная атмосфера от привычной кислородной? Небо тут почти всегда безоблачное, чистое и пустое, если не считать голубого светила-веретена, висевшего в зените постоянно. Это сложно было сформулировать, но с местным горизонтом всё было не в порядке. Жадно посмотрев на свечение за горным хребтом, подавил острое желание отправиться туда, за хребет и своими глазами посмотреть, что там происходит. Увы… Отправиться мне туда в ближайшее время суждено не было.

Остро хотелось разобраться со всеми этими местными тайнами, хотя бы немного понять их. Хорошо хоть закрыт основной вопрос для меня с местным населением — оно здесь есть. Если ориентироваться на местную женщину, то они вполне гуманоидные, у них есть язык, с ними можно общаться, но уровень развития оставляет желать лучшего. Основное оружие местной — копьё, с другой стороны, её одежда сделана из неплохой ткани, напоминающей шерсть. В последнем уверенности не было из чего можно было сделать вывод, что в тканях я разбираюсь так себе. Тем не менее получение плотной ткани качеством отличной от мешковины это довольно технологичный процесс. И как с этим быть? Копьё инопланетянки прямиком из неолита. Шерстяная ткань одежды вроде бы из более поздней эпохи, подразумевающей наличие животноводства. Нитки, вроде, из шерсти нужно выпрядать? Или мои размышления снова уводят меня далеко от насущных проблем?

Газели мне попались как в прошлый раз на границе бескрайней соляной равнины. Похоже, что небольшие семейки этих травоядных забредали сюда лизать соль. Сегодня добыл два животных, подгадав момент так, чтобы застрелить одним выстрелом сразу двух. Для этого пришлось повысить скорость иглы, а потом почти час преследовать раненых животных. Тем не менее вопрос с пищей я закрыл на несколько дней как минимум.

Дров как таковых тут не было. Местность была скудной, но кое-где на плоскогорьях росли сухие кустарники с бледно-зелёными узкими листиками. Естественно, что заросли неподалёку от грота пришлось истребить ещё в первый день. Теперь я намеренно возвращался длинной дорогой, чтобы набрать дров на соседнем высоком холме с плоской вершиной.

Помогая себе мачете, я уже собрал приличную вязанку веток и уже собирался вернуться в грот, когда браслет тихонько пискнул. От этого робкого звука чуть было не подпрыгнул от неожиданности. Ведь царящая кругом тишина нарушалась только подвыванием ветра. Активировав голографический экран, я обнаружил, что устройство поймало входящий сигнал от другого посадочного модуля с исследовательского крейсера «Эгир». Вокс-сеть я проверил в тот момент, когда надел браслет, просто скользнув по неактивному значку на голоэкране и успокоившись. На этот раз я достал устройство из криптора и, на чистом рефлексе, прикрепил его за левое ухо гладкий металлический диск. Перед глазами появился экран дополненной реальности. Я облегчённо выдохнул. Хорошо. Вот чего мне всё это время не хватало.

Несколько секунд на терминале видимом только мне крутился логотип VOX. Память подсказала, что это корпорация, занимавшаяся выпуском приборов связи и поддержанием сетей. Терминал после этого преобразовался в небольшой экран, и я с удивлением увидел крепкого молодого мужчину со спортивной фигурой. На нём была полевая форма защитного цвета, чёрный берет небрежно заткнут под погон. Знаки различия сообщали, что передо мной капитан-лейтенант, на груди виднелись нашивки с группой крови и именем-фамилией.

«Кирилл Губин» — прочёл я и нервно сглотнул.

— Привет. Я капитан-лейтенант, старший техник из экипажа крейсера «Эгир». Но самое главное, что тебе нужно знать: ты — это я, но ты и сам, наверное, это уже понял. Тебя может удивить, что ты смотришь на себя самого, но на космофлоте, где ты служишь — это стандартная предполётная процедура. Считается, что, получив сообщение от самого себя, военнослужащий быстрей и легче в него поверит. Вообще, это просто формальность и всё должно быть хорошо, но пойти дела могут по-всякому. Эта запись на случай, если вдруг ты выйдешь из холодной спячки внештатно.

Офицер на записи слегка улыбнулся уголками губ, а я затаил дыхание, глядя в его спокойные серые глаза.

— В этом случае может наблюдаться амнезия. Сказать, сколько будут продолжаться провалы в памяти сложно, если вообще возможно. Главное, что ты должен знать — ты солдат. Наш крейсер получил задание догнать большой неопознанный звездолёт, передавший опознавательную метку колонизационного ковчега «Хельга». Вроде бы ничего странного, да?

Я поймал себя на том, что ответил кивком. Офицер на экране дополненной реальности вновь выдал лёгкую полуулыбку.

— Вот только, проблема в том, что такого огромного корабля ещё не было построено человеческой цивилизацией. У нас как у разумного вида ещё нет таких промышленных мощностей. Наш экипаж отправили разобраться с этими странностями. Естественно, в первую очередь оказать любую всемерную помощь колонистам, а во вторую разобраться, откуда этот корабль вообще взялся. Ну и Кирилл…

Капитан-лейтенант придвинулся к камере:

— Ты уж там посмотри, что за техника там у них. Мы поспорили со Смирновым на ящик шампанского, что «Хельга» появилась из будущего или альтернативной реальности. Надо нам с тобой ему утереть нос. Ну и не слишком там ухлёстывай за симпатичными колонистками, а то ты женатый человек и счастлив в браке. Просто… Понимаешь, космос опасен, но это всё гипотетически, а если наша с тобой венчанная супруга Света узнает, что мы от неё сходили «налево», то совершенно точно заревнует нас до смерти.

— Вот ещё! — фыркнул задорный голос невидимой женщины. — Больно нужно!

Губин легко и беззаботно рассмеялся. Запись встала на паузу. Изображение дёрнулось, но через секунду уже продолжилась.

— Кирилл, постарайся не уходить далеко от спасательной капсулы. В ней размещён аварийный маяк. Подождать нужно от нескольких часов до недели пока не прибудут спасатели. Если они вдруг не появятся, то подай сигнал огнём или дымом на видном месте. Ты разберёшься. На самый крайний случай, у тебя в аварийном наборе имеется несколько сигнальных ракет «РСП-92». На случай если это будут не наши спасатели, у тебя в том же крипторе имеется «АКГ-12», воспользуйся им. В месте посадки твоей капсулы могут оказаться такие же, как ты наши парни, терпящие бедствие. Постарайся объединиться с ними. Выживать вместе всегда проще. В общем, у меня всё. Удачи тебе, Кир.

08. Сигнал

Сообщение закончилось, а я ещё долго стоял как громом поражённый, глядя вдаль невидящим взглядом. Вроде бы никаких шокирующих откровений я не узнал. Всё было логично и предельно просто. Большую часть того что услышал, я уже понял без посторонней помощи. Однако получить такой вот привет от самого себя из прошлого, стало почему-то потрясением.

Я знал, что путешествия в космосе и через а-пространство сопряжены с немалым риском, но всё равно полетел. Более того, глубоко внутри меня крепло и росло знание, что в экипажи набирают только добровольцев.

Светлана не только знала куда летит её супруг, но и представляла все риски, связанные с этой спасательной миссией. И всё равно отпустила того меня в столь опасное путешествие. Ответов на эти вопросы не нашлось, я постарался выбросить их пока из головы.

Вновь коснулся золотистого кругляша вокса прикрепившегося за левым ухом.

Пора было проверить то сообщение, что вообще заставило меня вспомнить о существовании вокс-связи. Итак, посмотрим…

Я понял всё верно. Это сигнал аварийного маяка, только не спасательной капсулы, а чего-то гораздо более крупного. Некоторое время я смотрел на опозновательную метку, пока в темных закоулках памяти не зашевелились призраки воспоминаний.

«РИБ 12–15» — точной уверенности у меня не было, но кажется, что аббревиатура расшифровывалась, как «разведывательно-исследовательский бот». Для чего он использовался? Как не сложно догадаться,для разведки и исследований. Вот только делать это он должен до первой волны высадки десанта. Откуда я это знаю? Я почти уверен, что служил техником на таком же боте, если не конкретно на вот этом самом.

Как подсказывала память, на таких служило до двенадцати членов экипажа и нужного имущества для выживания на чужой планете на них куда как больше. И это было хорошо, но всё-таки я стремился в общество своих сослуживцев. Человек существо социальное, выживать намного проще вместе, да и просто иногда хочется перекинуться с кем-нибудь словом. Не считать же за собеседницу Ахири.

Когда я вернулся, я заметил, что моя гостья уже немного освоилась. Она сидела на моем спальнике и осматривала пещеру. После того как я её немного отмыл, стало заметно, что она была очень молодой, возможно, моложе меня. А может и нет. Я никогда не мог адекватно определять возраст у представительниц противоположного пола, а уж когда речь шла об азио, задачка и вовсе превращалась в уравнение с несколькими неизвестными.

Я достал котелок, наполнил его водой и бросил в него самые сочные куски мяса газели. Какое-то время мы молча смотрели на то как закипает вода. О чём в этот момент думала молчаливая Ахири мне было неизвестно, а вот я размышлял над тем как бы половчее ей сказать, что недалеко… В каких-то трёх сотнях километров в сторону ночного горизонта сел целый корабль с такими как я. Мне нужно идти туда, желательно немедленно. Ведь им там может быть нужна моя помощь, а я сижу тут и готовлю для чужой мне инопланетянки мясной супчик. Объяснить такое поведение будет сложно даже самому себе не говоря уж о товарищах.

Несоленый бульон из ляжки нежирного травоядного распостранял просто потрясающий аромат, но гостья снова колебалась. Как с этим быть я уже знал. Отпил сам и отдал ей. Девушка посмотрела на меня странно, но котелок взяла. Сначала она выпила весь бульон, а затем и съела варёное мясо всё до кусочка. Я заметил, что она была очень голодна.

Пока она ела, я решил, что мне нужна ещё одна попытка вступить с ней в контакт. Но на этот раз я пошёл другим путём. Подобрав лёгкую тонкую палочку, я как мог нарисовал себя опускавшегося на парашюте, свою сбитую капсулу и как я шёл сюда.

Потом я нарисовал схематично Ахири, сражавшуюся с насекомыми и как я её защитил.

Гостья внимательно и предельно серьёзно изучала мои каракули и невнятные рисунки на песке, слушала и следила за моими жестами и мимикой, но ничего мне не говорила и не отвечала. Возможно она просто не понимает часть из того что я пытаюсь до неё донести. Нельзя было также исключать того, что для вступления в контакт со странным незнакомцем, ей нужно время. Как мог с помощью картинок, мимики и активной жестикуляции донёс до Ахири, что мне необходимо уходить.

По данным с моего хронометра стало ясно, что отправляться в путь сейчас не лучшая идея. Скоро должны погаснуть даже те скудные лучи света что есть сейчас. Я решил провести ещё одну ночь в пещере, а на следуйщее утро отправиться в путь. Предложил Ахири спальник, но она отказалась, предпочтя лежать на моем моховом матрасе.

Растянувшись на спальнике, проспал несколько часов. Поднял меня охрипший от волнения голос моей гости:

— Вахакатика, и те иви о те раги! — её интонация передавала не шуточную тревогу, — Кей ти хаирни май нга кутукуту!

И это сработало, лучше любого сигнала тревоги. Мой разум ещё не проснулся до конца, а тело на вбитых рефлексах уже подбросило меня в вертикальное положение, накачивая в кровь адреналин. Уже стемнело. Тут это происходит быстро. Мазнув глазами по часам, понял, что закат опустился приблизительно час назад и снял с предохранителя АКГ-12.

— Папа проснулся, — негромко я сообщил Ахири. — Папа сейчас порешает.

Сделав несколько шагов, выглянул из грота. Снаружи подвывал противный холодный ветер, петлявший в разломах. Вроде всё вокруг выглядело спокойно, разве что звуки в темноте были странными и пугающими. Сделав над собой усилие прогулялся до ближайшего разлома и решил пройти вдоль него. Ёжась от ветра услышал странное… Словно какое-то потрескивание. А вот ещё раз… Камушки осыпались. Встревоженно заглянул в расселину — но никого не увидел, что было неудивительно. Двадцатиметровый разлом тонул в чернильном мраке. Демаскировать себя не хотелось, но проверить было необходимо. Касанием пальца я активировал подствольный фонарь и обомлел.

Толстое, но при этом невероятно гибкое, словно отполированное, чёрное тело, похожее одновременно на личинку майского жука и сколопендру. Только не обычных земных, а выращенных в Аду. Потому что упитанное чёрное тело было покрыто шипастыми пластинами биологической брони, округлая пасть щерилась клыками, а рожа была усеяна десятками глаз-линз. Десятки конечностей на фоне жирного тела казавшимися маленькими, вцепились в стену разлома когтями. Инфернальное существо неуклонно двигалось по стене прямо на меня. Но самым главным было то, что за шипастый гребень двенадцатиметрового монстра держались десятки насекомообразных тварей попроще.

Я облизал, внезапно пересохшие губы, задержал дыхание и прицелился из карабина в раззявленную клыкастую пасть. Нельзя дать им забраться к нам на плоскую вершину… В этом случае десятки стремительных тварей нас порвут даже не за минуты, а за секунды.

Долгих несколько мгновений, показавшихся мне не оправданно затянутой заминкой, я успокаивал дыхание и увеличивал мощность выстрела, а потом плавно и мягко надавил на кнопку спуска. Приклад толкнул плечо отдачей. Хлопнул звук выстрела, и… Попадание!

Моя позиция была обнаружена в тот момент, когда я врубил фонарь, теперь оставалось только сражаться. АКГ-12 давал довольно ощутимую отдачу, но я не задумываясь перевёл режим огня на короткие очереди. Сейчас речь не идёт о сохранении боекомплекта, а только о выживании. Потому как мой одиночный выстрел на адского червя впечатления не произвёл. Тварь только раззявила пасть в немом крике.

После чего морда этого кошмарного существа сконцентрировалась на мне. Обомлев от ужаса, понял, монстр с плотоядным интересом, внимательно оценивает мою пищевую ценность. Иглы его не берут. Что теперь делать? Вероятнее всего, жить мне и Ахири осталось не так долго. Убежать от этой толстой многоножки может и получится, но не от шустрых «клювастых» насекомых. Если не выйдет убить этого червя, то моя робинзонада завершится, не успев толком начаться.

09. Ночное сражение

Я снова прицелился и выпустил несколько коротких очередей, целясь в пасть монстра. Последние три иглы ушли мимо цели и исклевали бронированную чёрную морду существа, не причинив особого вреда. Лишь последний выстрел выбил один из многочисленных глаз. Это вновь задержало карабкающуюся тварь.

Воодушевлённый успехом я выпустил ещё несколько очередей и внезапно уронил монстра, скосив несколько из многочисленных лапок. Но не успел я обрадоваться, как инопланетная тварь буквально выстрелила собой и снова вцепилась когтями в стену. Этот рывок массивного противника был настолько быстр, что я успел заметить только невнятное смазанное движение, однако, как-то осмысленно отреагировать, кроме того, как в ужасе отшатнуться от края разлома я не успел. Малодушно представилось, что монстр в тот же миг окажется около меня, и разорвёт одного космопеха на тысячу Киров.

Но уже через пару мгновений, грязно и зло выматерившись, я уже открыл огонь по этому мерзкому чучелу. Я не ошибся, тварь снова ползла по вертикальной стене мини-каньона. Эта невообразимая смесь личинки майского жука, сколопендры и БТР выдерживала попадания игл. Мои боеприпасы доставляли ему неудобства, возможно причиняли боль, но особого ущерба, увы, не наносили. В этот момент пришло ясное и отчётливое понимание — всё, что мне удалось, только разозлить инопланетного монстра.

Перекинув флажок режима огня на полную автоматику, я встал на одно колено и выпустил в пасть и бронированную морду твари несколько длинных хлёстких очередей. Однако видимого успеха не добился, тварь только замедлялась незначительно, но продолжала своё восхождение по отвесной стене, неумолимо приближаясь ко мне.

Не то чтобы эта огромная туша с десантом инсектов на своей спине передвигалась по вертикали быстро, но неотвратимо. Её приближение отсчитывало последние секунды моей жизни. Выпустив всё что у меня оставалось в магазине, я сменил его, зарядив новый. Особых идей не возникало, всё ближе подступала паника. Сам не понял как в руках появилась зажигательная граната. Не раздумывая, установил её на две секунды и бросил в тварь. Огнесмесь, выступавшая начинкой в таких гранатах, горела даже без участия кислорода.

Если зажигательная граната не озадачит тварь, нам крышка. Убежать от монстра, карабкающегося по отвесной стене у меня одного может и получится, но только не с раненой Ахири. Ей точно не выжить, она слишком слаба, чтобы попытаться убежать от тварей.

Хотя… Какая вообще разница? Сейчас она погибнет или немного позже вместе со мной? Ахири вообще была бы уже мертва если бы не я. Это я её спас от нескольких инсектоидов, а теперь они пришли мстить за своих. В каком-то смысле если бы не это, то всей этой ситуации могло бы не случиться.

Какой вообще смысл за неё погибать мне? Кто она для меня? Да никто! Погибнет один, вместо двоих. И это нормальная математика. Приемлемая в моих условиях.

Освободившись от обузы, возможно я смогу уйти от этих тварей. Шанс спастись не призрачный. Спастись, отступить, дрогнуть, сбежать… Чтобы что? Куда бежать? Да, у меня есть цель. Нужно помочь своим, но как я им посмотрю в глаза если брошу сейчас раненого человека.

В каньоне снизу ахнула граната. Я едва успел убрать лицо чтобы его не лизнули жадные языки пламени. Меня всё равно обдало жаром.

Даже думать о таком нельзя. С малодушных мыслей всё начинается. Пройдёт совсем немного времени и ты сам не заметишь, как начнёшь себя вести как последняя скотина. Если погибать, так надо подороже продать наши жизни. Других вариантов я не видел. Гостью не отдам, пока за неё отвечаю.

Я выглянул снова в каньон и зло выругался. Тварь даже не свалилась! Она продолжала упрямо карабкаться, даже несмотря на то, что её броня местами горела, а часть глаз лопнула от нестерпимого жара. Тварь, увидав меня, распахнула круглую пасть, продемонстрировав мне несколько рядов впечатляющих зубов, предназначенных для того, чтобы рвать жертву на части, словно поприветствовала и я угостил её длинной очередью из гаусс-карабина.

Между зубами, я и взял прицел. И очередь попала в цель! Отдача ощутимо ткнула меня в плечо. Монстр дёрнулся всем телом, будто икнул, но не прекратил карабкаться вверх. Ему снова не хватило!

У моего АКГ-12 сейчас очень высокая проникающая способность. Что если понизить её? Вроде бы броня местами подгорела и проломлена целым роем игл, что я уже по нему выпустил.

Останавливающее действие у моего оружия чудовищное, несмотря на его примитивность. В чём, я не раз и не два уже убедился. Этот карабин был разработан для штурмовых и специальных подразделений космической пехоты, что подразумевает ведение боя на космических объектах, внутри баз и на поверхности планет лишённых атмосферы.

А что важней всего во время штурма, когда противник по самые брови залит боевыми стимуляторами? Правильно! Главное, останавливающая способность оружия. Такого неприятеля необходимо в первую очередь обезвредить и остановить. Поэтому АКГ-12 по праву считается самым идеальным оружием для штурмовика. Противнику, даже в бронескафе, резко становится не до боевых действий, даже если он ловит всего одно попадание. А я стрелял почти в упор! Как так-то⁈ Из чего этот монстр вообще сделан⁈

Я снова вдавил кнопку спуска и прицелился по твари. Короткими очередями я расстрелял в пылающую морду твари весь остаток игл в магазине и потянулся за новым, ощущая всю безнадёжность своей ситуации. Но в этот момент я заметил Ахири стоявшую у меня за плечом и наблюдавшую за моей схваткой с гигантскими насекомыми. И нет, она не выглядела напуганной. В руке инопланетянки было зажато её необычное копьё, словно сделанное из единой цельной кости. На ней снова был надет её халат с капюшоном, а нижняя часть лица замотана. В таком виде она уже не казалась больной или напуганной. Она подошла к краю и посмотрела вниз, затем повернула ко мне лицо и негромко сказала:

— Киа матаара ми пехиа ти махи а нга кайхопу…

— Ага, — согласился с ней я, — Похоже, что нам крышка.

Ахири резко замахнулась своим архаичным оружием и метнула его, в почти доползшего до края нашего утёса, монстра.

Не знаю, что это было — соломинка ломающая спину верблюду или же копьё моей гостьи было каким-то особенным, но чёртово чудовище, получив в лоб копьём,не удержалось и сорвалось. Упавшая тварь больше не шевелилась. Мне показалось, что я услышал звук ломаемых шипов, составлявших гребень вдоль позвоночника, если конечно у этих насекомых он имеется.

Я перевёл ошарашенный взгляд на Ахири и та мне улыбнулась, одними глазами, но я это понял. Затем она мне указала вбок. Оттуда уже бежало несколько знакомых четырёхлапых охотников. Словно в ответ на её жест, один из них остановился и задрав клюв к лиловому небу издал костяной дробный звук. Так как я догадывался, что этим звуком он зовёт остальных, выстрелил навскидку, разнеся ему половину туловища.

А затем закрутилось. Гигантские насекомые атаковали нас.

По гадкому кислотному запаху было ясно, что жрать этих тварей нельзя. Если только не хочешь в мучительных корчах склеить ласты.

За час перед тем как забрезжили первые лучи, я чтобы не свалиться с ног от усталости, сделал себе инъекцию стимулятора под кодовым названием «ШС-428», который мы между собой звали «Шаг Смерти». Боевой препарат сделал своё дело прочистив голову и залил в мышцы бодрости. Теперь я не буду хотеть спать двое суток как минимум.

Когда первая волна гигантских насекомых, атаковавших нас иссякла, Ахири жестами дала мне знать, что мы должны вернуть её копьё. Хоть я и скептически отнёсся к этой идее, мы спустились к поверженному монстру, чтобы подобрать оружие. От меня не укрылось, что она сделала какие-то пассы руками, словно что-то собирала с тела поверженного гиганта, те же самые манипуляции она повторила с несколькими едва шевелящимися в грязи тварями, которых инопланетянка без колебаний добила.

Твари продолжали атаковать нас, но уже без фанатизма. Они были разных размеров и форм — от размеров бультерьера до крупного лося, от формы привычного мне муравья до стремительных четырёхпалых, клювастых и когтистых тварей. Однако больше гигантов, вроде того с которым мы вдвоём едва-едва справились, не появлялось.

И это было хорошо. Карабин справлялся с бронёй этих насекомых, а стрелял я метко. Тех кого я не убивал с одной очереди, добивала своим костяным копьём инопланетянка.

10. Прощание

Конец ночи ознаменовало вялое? изматывающее противостояние. Волны атакующих насекомых становились всё реже и малочисленней, но никак не иссякали совсем. Это меня окончательно убедило в неразумности тварей, ведь поначалу, когда я увидел несколько десятков особей, зацепившихся за гребень гигантской кошмарной сколопендры, такие мысли возникли.

Нет… Чем-чем, а интеллектом они точно не отличались. Скорей всего, просто жили коллективом, вроде муравейника или улья, а в остальном руководствовались инстинктами и голодом. Особи-охотники, вероятно, атаковали всё, что пахло и было похоже на пищу. Видимо, разобравшись с несколькими такими гигантскими насекомыми, мы с Ахири запустили некий механизм агрессивной защиты, и коллектив инсектоидов выслал против нас карательную экспедицию.

В целом всех особей характеризовало презрение к опасности и, прямо-таки, исключительная живучесть. Этим машинам для убийства, всё равно что жрать. Лишь бы это было мясо. То, что мясо пока бегает и отстреливается, они во внимание не особо-то принимали.

В итоге под самое утро мы вернулись в грот и заняли оборону в нём. Твари выскакивали в луч света, испускаемый подствольным фонарём, получали одиночный выстрел или короткую очередь. Приблизительно в половине случаев Ахири вынужденна была добивать тварей своим копьём, потому что уже вроде бы смертельно ранеными они отказывались умирать, продолжая скрести лапами бесплодную каменистую почву плоскогорья.

Я выстрелил короткой очередью в резвого охотника, и только получив пятую иглу, хищник споткнулся и растянулся метрах в пятидесяти от входа в грот. Но этого ему не хватило, тварь встала и неуверенной походкой, припадая на одну из четырёх лап, направилась на нас. Несмотря на хромоту двигался хищник очень резво. Я выстрелил ещё раз и снова не промазал. Лапы гигантского насекомого разъехались, будто оно стояло на льду, и рухнуло на брюхо на одном из уступов у нашего грота. Окровавленные жвала быстро завибрировали, издавая страшный дробный звук подобный адским кастаньетам.

Я облегчённо выдохнул, понимая, насколько был напряжён. Утерев рукой ледяную испарину, я убрал руку от лица, но хищника на уступе уже не было… Куда он делся? Убежал? До этого такого поведения за ними я не замечал. Наоборот, насекомые никогда не останавливались и не убегали, даже будучи смертельно ранеными.

— Кей ти оре иа… Кауа е нгаро то матаара! — предостерегающе сказала Ахири.

— Да, я тоже думаю, что эта сволочь нас обдурить хочет, — согласился я. — Не бойся. Папа дома, папа порешае…

В этот момент хромой бросился к нам внутрь грота, я от неожиданности шагнул назад и упал. На мгновение потерял из вида тварь, но в следующий момент уже выставил карабин перед собой, и навёл в сторону врага.

Вовремя! Большая тень заслонила вход в убежище. Мы увидели друг друга одновременно. Я встретился взглядом со свирепым хищником. Действовать с ним мы начали одновременно. Карабин выпустил короткую очередь, а хищник, подобрав лапы, прыгнул. Естественно, при таких раскладах я промахнулся, а когда вжал кнопку спуска повторно, то услышал тонкий писк сигнала, сообщавший о том, что магазин пуст. Пришло понимание, что это конец моего пути. Сделать я ничего уже не успевал, слишком разогнана реакция у этой биологической машины убийства, оставалось только закрыть глаза, чтобы не увидеть собственной смерти. Так, я и поступил.

Но в следующую секунду я не был растерзан, а по лицу меня хлестнула каменная крошка. Открыв глаза, я с изумлением увидел, что гигантское насекомое не смогло преодолеть довольно узкий лаз в грот и застряло, не дотянувшись до меня всего каких-то несколько несчастных сантиметров.

С криком к противнику подскочила Ахири и от души ткнула того копьём в морду. Однако тварь отскочила, но только для того, чтобы с чисто животной яростью бросится на инопланетянку. Посыпалась каменная крошка со стен, когда клювастый охотник атаковал повторно. Теперь настала очередь Ахири отпрыгнуть. Её реакция поразила меня ещё, когда увидел её рукопашную схватку, но тогда было темно, а сейчас…

В то же самое время я успел сменить магазин.

Выстрел!

Выстрел!

Выстрел!

Разогнанные иглы из прочного сплава дырявили панцирь, но останавливающего эффекта не хватало, чтобы убить крупное насекомое сразу и наверняка. И тут, мне на газа попался пролом в хитиновой броне от копья Ахири. Она чуть чуть не вогнала своё оружие глубже и это был бы уже смертельный удар для гигантского насекомого. Быстрым движением пальца я понизил начальную скорость иглы и перевёл карабин в режим дробовика, тот в котором игла разделяется на максимальное количество фрагментов.

Прицелился в слабое место в броне и выстрелил. Гигантское насекомое дёрнулось, в очередной раз бросилось в узкий проход грота, отделавший его от добычи. Мелкие камни шрапнелью полетели в нас. Один из них чиркнул меня по скуле, но я не заметил боли, продолжая, остервенело стрелять, прервавшись лишь на мгновение, когда вперёд с воинственным криком прыгнула Ахири, чтобы ударить своим костяным копьём. После этой отчаянной атаки из пролома плеснула, мерзкая жижа, служившая кровью этому странному инопланетному виду. Отчаянно завоняло кислятиной, но я этого не заметил, облегчённо выдохнув, громко выругался на великом и могучем.

Тварь остановилась, её клинообразные жвала завибрировали, выбивая злую костяную дробь. Я встал наконец на колено и снова прицелился, но охотник рухнул, как подкошенный. Мы победили. Несколько минут я просто тупо стоял, не сводя прицел с живучего гигантского насекомого, боясь, что оно снова придёт в себя.

— Ко те катоа, — устало мне сказала Ахири. — Куа мати иа…

Она подошла к поверженному врагу и стала снова делать странные пассы руками, словно что-то собирала. Я не возражал. У примитивных народов, да и просто у других культур свои собственные обычаи и традиции. Кто я такой, чтобы осуждать или не соглашаться с ними?

Утром я решил не задерживать свой уход. Принял решение уходить прямо сейчас. Оттягивать не стал, собираясь в путь. Ахири внимательно следила за тем, как я гружу все пожитки в экстрамерное хранилище.

Мне было неуютно под этим спокойным изучающим взглядом, но и остаться я не мог. Ведь я теперь знаю, что не один здесь на этой странной чужой планете. Может, членам моего экипажа нужна помощь или они не могут справиться с местной фауной, такой как эти насекомые, например.

Поразмыслив, я оставил своей гостье все оставшееся мясо газели. У меня есть гаусс-карабин, при случае я себе ещё добуду. Это по идее должно было помочь ей продержаться какое-то время одной в пещере. Совесть меня не грызла. Всё что мог для этой странной местной жительницы я сделал — оказал первую медицинскую помощь, помог отбиться от гигантских насекомых.

Хорошо бы преодолеть максимальное расстояние за первый и второй дни к месту посадки десантного бота. Да и стимулятор, введённый в кровь только что, не даст мне возможности полноценно отдохнуть. Нужно это использовать. Что бы я дальше делал с Ахири, если универсальный антидот из аптечки вдруг бы не помог ей, откровенно говоря, не представлял. Так что и способствовать в её дальнейшем исцелении вряд ли мог. Я присел рядом,

— Мне пора уходить, — сказал я, внутренне ощущая неправильность происходящего. — Ты оставайся и поправляйся. Или если хочешь, пошли со мной, но будет тяжело. Я быстро пойду. Возможно, столкнусь с врагами.

Ответом мне был всё тот же равнодушный и спокойный взгляд. Кажется, что она даже внешне изменилась, став привлекательней. А может, это просто эндорфины во мне играют из-за бурлящего в крови «Шага Смерти»?

Я посидел рядом, глядя на неё испытующе. Инопланетянка так и не ответила, просто сидела, поджав ноги. Ну что же… Вот и поговорили.

11. Первый шаг

Встал.

— Тогда бывай, — бросил через плечо я уже у входа, — И выздоравливай. Если найду своих и жив буду, постараюсь сюда вернуться. Спасибо за всё.

И ушёл. Как бы меня ни грызли сомнения насчёт правильности или неправильности совершённого поступка, я мог быть нужен своим немедленно, а местная девушка Ахири, думаю, не пропадёт. Как-то же она попала в эту бесплодную пустыню, и какое-то время успешно выживала без участия посторонних персонажей вроде меня. Помощь она получила, еда у неё на первое время есть. Вода… Вот воды я оставил ей мало — всего одну литровую флягу из дешёвого, но лёгкого пластика, как-то же она тут путешествовала совсем одна до встречи со мной, и на погибавшую от жажды совсем не была похожа.

Оказавшись снаружи, вдохнул полной грудью холодный воздух и подставил лицо ветру. Принятое решение подарило мне облегчение, словно с плеч свалился груз. Я улыбнулся. Наконец, у меня есть более осязаемая цель, чем просто выжить и дождаться спасателей.

Я усилием мысли пролистал видимое только мне меню дополненной реальности. Увы, ничего не было. Даже тот сигнал, который я поймал, исчез. Все сетевые приложения не активны, девственно пусты и обозначены унылыми серыми иконками с вопросительными знаками, показывающими, что вокс-сеть не обнаружена. Ни одна…

Связи не было. Совсем. На всех каналах только белый шум.

Однако я засёк источник сигнала бедствия в момент его приёма. Теперь на моей виртуальной карте сияла одинокая звезда, запеленгованной ранее метки. Проблема была только в одном, что карта моя состояла в основном из черноты или тумана войны, как её принято называть. Я установил метку своей разбитой капсулы и пещеры, чтобы иметь представление о том куда возвращаться.

Я синхронизировал устройство вокс-связи со своими браслетами экстрамерного хранилища. Стало доступно мнемоуправление на всех трёх устройствах. А после установил на сканер таймер с интервалом один раз в час проверять все частоты радиовещания и любые доступные сетевые каналы. Естественно, результат первого сканирования был неутешителен.

Почему разведывательный бот замолчал? Вариантов несколько. Первый и самый вероятный, я нахожусь в местности, где сигнал блокируется. Второй, может быть, маяк бота тоже сигнал установлен на таймер. Как бы там ни было, это очень странно.

Я вспомнил. «Эгир», оказавшись на орбите планеты, над которой терпит бедствие, должен был первым дело запустить спутники-ретрансляторы, обеспечивающие нормальную работу вокс-сети и бесперебойную связь. И их количество должно бы исчисляться не десятками и не сотнями, а тысячами.

Где орбитальная спутниковая группировка?

Где большой военный крейсер?

Почему я один?

Где все?

Ладно… Ладно! Бог не выдаст, свинья не съест. Прорвёмся! Дотронулся кончиками пальцев до креста и обручального кольца на груди, повесил АКГ-12 на плечо и зашагал в каньон. Даже путь в тысячу ли начинается с первого шага. Пора мне его сделать. Если снаружи пещеры ветер просто дул, то в изломанных трещинах каньонов он хоть и был не таким сильным, но завывал постоянно, обтачивая стены. Применить карабин пришлось буквально сразу.

Около дохлых насекомых, которых я настрелял, когда спасал местную чумазую красотку, крутилось ещё одно членистоногое, размером с бультерьера. Присел, прицелился, выстрелил одиночным. Игла на короткой дистанции без особого напряжения разнесла маленькую хитиновую головку в брызги вонючей жижи. Вот… Так-то лучше. Всегда бы так!

Чтобы не заплутать в лабиринте каньонов и выйти к пещере я на каждом перекрёстке выкладывал камнями, на всякий случай небольшую стрелку, указывающую направление, по которому я пошёл. Внизу попадались время от времени уже знакомые мне членистоногие, похожие на булыжники, отрастившие конечности и клешни. Вокруг меня высились стены этого бесплодного лабиринта метров на двадцать вверх. Сухой серый мох, использованный мной для подстилки, тут был совсем не сухим, а, напротив, напитанным влагой. Растение произрастало по стенам и дну каньона в невероятных количествах, придавая и без того депрессивному пейзажу ещё более унылый вид, хотя, казалось бы, куда уж больше.

Под ботинками мерзко хлюпало, местами стояли лужи. Хоть сверху было местное утро, снизу света было примерно как в местную ночь. Света тут не было почти совсем. С первых минут я понял, что ошибся в оценке времени, за которое преодолею триста километров.

Идти было тяжело. Ноги вязли в противной хлюпающей моховой подстилке, приходилось обходить или перепрыгивать лужи и расщелины. Перелезать через завалы и отдельные большие камни.

Время я отмерял по часам. К обеду, если верить интерактивной карте, удалось пройти восемнадцать километров. Что сказать? Мало. Очень мало. Получается, что я двигался со скоростью три километра в час, что категорически меня не устраивало. Однако и ускориться я не видел возможностей никаких. Через час после обеденного привала мне встретился первый кокон.

Это был овальный мешок из кожистого материала, метра два в длину, словно приклеенный к отвесной стене, на высоте моей вытянутой руки. Если бы внутри не произошло шевеление, то я ни за что не отличил его в потёмках от каменного наплыва. Приглядевшись, я обнаружил, что он хоть и слабо, но непрерывно пульсирует, а внутри проглядывались тёмные контуры некоего тела.

Отойдя подальше, помня о кислотной крови тварей, я прицелился и выстрелил. Фрагментированная игла проделала в коконе дыру размером с футбольный мяч. Оттуда выплеснулась прозрачная, мерзко пахнущая аммиаком жижа, а через минуту кожаный мешок с хрустом разорвался и из него вывалился кошмарный детёныш гигантского насекомого. Существо было не до конца сформировано, часть внутренних органов торчала наружу, но оно смогло поднять голову с клювообразными жвалами и попыталось ими завибрировать, чтобы издать костяную дробь. Конечно, у твари ничего не получилось подать сигнал своим, по причине того, что я разнёс мерзкую мелкую головёнку.

После обеда я упёрся в тупик, выбрав неправильное направление и мне пришлось разворачиваться и тащиться назад, убив всю вторую половину дня на бесцельную прогулку по унылой расселине. Если таких тупиковых каньонов много, так я далеко не уйду. Когда я вернулся к предыдущему перекрёстку и обнаружил свою выложенную стрелочку, то часы просигналили, о том, что приближается ночь. Через час совсем должно стемнеть. Однако небо потемнело раньше.

До моего слуха донеслись звуки мощной канонады, в которых я с трудом опознал гром, небо заволокло непроницаемо тёмными тучами, а после этого влупил ливень такой небывалой силы, что хлещущая с неба вода стояла стеной. Благо, что рядом обнаружился небольшой козырёк, под которым я и укрылся от решивших сбить меня с ног небесных струй. Стихия разбушевалась не на шутку.

Хорошо что моя обувь и мой комбинезон были не продуваемые и не промокаемые. С лёгкой натяжкой их можно было бы назвать герметичными и до получаса находиться в открытом космосе, правда, для этого мне нужно будет найти шлем. А у меня его нет.

Поразмыслив, я решил, пока отложить подробную инвентаризацию всего, что у меня есть, а вскрыл одну из пластин армейского сухого пайка и безрадостно принялся жевать, набирая дождевую воду в одну из освободившихся фляг.

Непогода бушевала, наверное, с полчаса, но с такой интенсивностью, что я даже начал опасаться — утону ведь как крыса в этих расселинах, захлебнувшись в мутной жиже. Вода поднялась до моего уступчика, на котором я устроился под козырьком, но проливной дождь прекратился также внезапно, как и начался. Небо сверху было тёмным, а на дне расселины меня окружал кромешный мрак и холод. Не продуваемый и непромокаемый комбез — это хорошо, но вот тепла он не даёт совсем.

Покопавшись в крипторе через окно дополненной реальности, я нашёл то, что мне сейчас было необходимо. Открыл экстрамерное хранилище и вытащил свёрток, открыл его и… Бинго!

Плотные, полевые, камуфляжные штаны и куртка без знаков различия, выполненные из прочной, тянущейся политкани. Всё остальное, вроде белья, носков и прочего, спрятал обратно. Накинув капюшон и согревшись, почувствовал себя снова человеком.

12. Туман

Поминутно оглядываясь и стараясь не наступить в расселину и не споткнуться об камни, я двинулся дальше. Повисший утром туман снизил и без того плохую видимость до нескольких метров. По иронии, под ногами туман был гуще и приходилось постоянно смотреть под ноги. Естественно, что из-за этого скорость моего передвижения снизилась ещё больше. Пробираясь через туман, я почти с ностальгией вспоминал ровную как стол соляную равнину.

Интересно, сколько придётся в одиночку тащиться эти триста километров до места посадки разведывательного бота? Даже не воспоминания, а какая-то смутная, но при этом твёрдая уверенность в том, что мне эта задача по плечу, заставляла задуматься, что меня к такому готовили. Выглядит всё просто, нужно двигаться и не забывать о гигантских насекомых, развешивающих свои коконы в каньонах. На деле необходимо поминутно смотреть себе под ноги и останавливаться, озираясь и настороженно вслушиваясь в окружающие звуки.

Ведь где коллективные насекомые обычно прячут свои коконы?

Правильно. В своих логовах. Окружавший меня каньон не был похож на муравейник или улей, но кокон-то был. Он мне не почудился. И мелкая тварь собиралась звать своих на помощь, что означало только одно — они где-то рядом. Вот я и остерегался как мог. Хорошо ещё, что оружие есть и целая ячейка с боеприпасами к карабину. Это много, но этот ресурс не бесконечен. И в самом ближайшем будущем мне придётся решать этот вопрос. А может, и нет, если доберусь до своих и у них там уже развёрнут полевой репликатор.

Вообще, получается как только, я вышел из соляной пустыни, стрелять мне приходилось практически ежедневно. Что наводит на определённые мысли. Этот мир враждебен человеку. Попробовав эту мысль на вкус, покатал её в голове и так и эдак, понял, что она не вызывает у меня совершенно никакого отторжения или протеста. Враждебен мир? Значит, так тому и быть. Буду воевать. А кто кого — это мы ещё посмотрим.

Эти размышления навели на мысли о моей подготовке и психологической устойчивости. Я воспринимал своё поведение как само собой разумеющиеся, но что-то мне подсказывало, что большинство людей, попавших в мою ситуацию, вели бы себя иначе. Много бы я сейчас отдал, чтобы вспомнить те суровые военные будни. Обучение, муштру, дисциплину — одним словом, всё то, что делает из гражданского человека подготовленного опытного воина. Особенно ту часть тренировок, которая касалась выживания. Остальное, конечно, тоже мне дорого, но навыков выживания мне не хватает сейчас катастрофически.

А то, что эта подготовка у меня имелась, сомнений не возникало. Руки, сжимавшие оружие, выполняли скупые и доведённые до автоматизма действия. Столкнувшись с уродливыми и хищными гигантскими насекомыми, я не впал в уныние или ужас, а продолжал сражаться. Мысли о смерти, конечно были неприятны. Кому вообще о таком размышлять понравится? Но ведь я почти спокойно отнёсся к перспективе того, что мертвы примерно все. Да и перспектива собственной гибели не вызывала во мне бурных протестов. Больше всего не хотелось сдохнуть зазря. А так… Не хочется, конечно, но… нормально. Нормально!

Вот такие и подобные мысли крутились в моей голове, пока я пробирался по затянутому туманом дну каньона. Хотелось вспомнить себя, семью, родственников, боевых товарищей, подготовку и службу. Одним словом, всё, что сделало меня личностью с определённым складом. Однако память представляла собой словно внутренности пустой и тёмной бочки, запах того, что там хранилось прежде, присутствует, но содержимого уже давно нету. И вот это меня пугало по-настоящему.

Несмотря на туман, я твёрдо решил, большую часть светового дня идти к своей цели, а остановиться, только когда стемнеет так, что передвигаться станет совсем уж темно. Кроме того, ночь — это время охоты гигантских насекомых, пришедших за мной и Ахири как раз из каньонов. И хорошо бы найти до темноты хоть какое-нибудь укрытие.

Вчера ночью, я таки провёл инвентаризацию. Инъекция стимулятора не давала мне глаз сомкнуть, а подозрительные звуки в темноте постоянно заставляли напрягаться и вслушиваться. Хоть я и установил детектор движения и тот молчал, шестое чувство всё равно вопило об опасности. В крипторе обнаружилась быстровозводимая постройка. Насколько я понял смешанного назначения. Оно представляло собой довольно крупное здание.

Возводилось оно так: сначала было нужно выбрать относительно ровный участок поверхности и расстелить на нём ковёр пятисантиметровой толщины, после запустить встроенный насос, накачивавший что-то вроде надувного ангара. После того как надувной каркас развернётся полностью, запускался процесс образования пены, которая, заполнив весь доступный объём надувной опалубки, немедленно начинала твердеть.

Естественно, что мне сразу же захотелось его возвести и спокойно отоспаться в человеческом строении. Остановило только, то, что место это в расселине было явно неподходящим для постройки стационарного долговременного жилья.

Через дополненную реальность осмотрел остальное. Если что-то мне было непонятно или неясно, я без раздумий вытаскивал это из криптора и осматривал лично. Вообще, надо сказать, что лишнего тут не было ничего. Всё это были предметы и ресурсы ценные для выживания на другой планете.

Палатки, одеяла, одежду, бельё, мыльно-рыльные и всевозможные мелочи, про которые я даже не вспомнил в первые дни пребывания на планете, тем не менее именно такие вот мелочи и делают жизнь лёгкой и приятной.

Экспресс-аптечкой я уже пользовался, поэтому осматривать её не стал, а пролистал страницу дальше.

Обнаружились: фонарь, семь световых стержней, дыхательная маска для токсичной атмосферы, несколько внушительной длинны мотков тонкой верёвки и рыболовный набор, защитные очки с функцией прибора ночного видения и целая гора всевозможных мелочей, ковыряться в которой, пока было неохота.

В нескольких герметичных контейнерах было очень много всевозможного инструмента. Самым полезными из которых были мультиключ-трансформер, играющий роль топора, молотка, ключей и электрической пилы, небольшая лопата, несколько баллонов металлополимера, но кроме этого, было полно и специфических инструментов вроде компактного сварочного аппарата, плазменного резака и миниатюрного лазерного паяльника, заставившие меня вспомнить о том, что я, вообще-то, технический специалист, а не обычный космический пехотинец.

Одним из самых ценных предметов была энергоячейка. Конечно, ничего фантастического она из себя не представляла — это был миниатюрный источник энергии, однако вполне способный обеспечить электричеством жилище на долгие десятилетия.

Кроме, забитого сухпайками слота, присутствовал ещё один с чаем, кофе, солью, сахаром, приправами. Рядом лежали зёрна для посевного фонда. Хоть я и не представлял себя в роли фермера, ради интереса посмотрел, что там есть и присвистнул: пшеница, рис, соя, грибы какие-то белые круглые, огурцы, помидоры, яблоки, сливы, персики, виноград, чай, смородина, малина и ещё какие-то травки, в которых разбираться я сейчас не захотел. В ячейке с семенным фондом прилагалась инструкция, как и что с ними нужно делать и приличное количество концентрированных универсальных удобрений, для разведения в воде. Вообще, так-то можно вполне осесть где-то и развезти огороды. Я уверен, что смог бы обустроить теплицы даже на соляной равнине, вода там есть, если вспомнить про гейзеры. Но заниматься огородничеством в полном одиночестве как-то оно не того… На пенсии может…

В отдельной ячейке лежали несколько схем для репликаторов. Они представляли собой коробки, обклеенные яркими наклейками, предостерегающими от неосторожного применения и несколькими стопками почти вечных пластиковых брошюрок с инструкциями по применению. Я рассмотрел их — обычные прямоугольные пластины, живо напомнившие о бионических информнакопителях. Вообще, такое может представлять немалую ценность для обладателя репликатора, ведь внутри одной такой пластины содержится некий трёхмерный конструктив для молекулярного принтера репликатора. Как жаль, что у меня нет этого девайса, а так да… Можно было бы собрать необходимые материалы, загрузить в репликатор и напечатать то, что у меня на моих схемах. Кстати, а что там?

13. Пещера

Всего схем было три. Первая — компактный гаусс-карабин «Аксай — 6». В целом это было оружие подобное моему, но классом пониже. Если мой «АКГ — 12» был снабжён двенадцатью разгонными каскадами, то «Аксай» имел всего шесть. Тут был и плюс, и минус. Скорострельность из-за этого значительно повышалась, но вот мощность одиночного выстрела проседала. Во всём остальном оружие тоже было попроще: меньше настроек, хуже точность и кучность на дальних дистанциях, но окупается всё скорострельностью и плотностью огня, особенно если не заморачиваться с иглами и режимами стрельбы, а загрузить в магазины сразу трёхмиллиметровые пласталевые шары.

Также мне досталась схема с комплектом полевой формы сил планетарной самообороны типа «Ауксиларий», состоящий из простой пласталевой кирасы, совмещённой с разгрузкой, сегментированных наплечников, наколенников, плотного политканевего всеатмосферного комбинезона, простенького полужёсткого бандажа с синтетическими мускулами, надеваемого под комбинезон, простой обтекаемой пласталевой каски и защитными очками с дыхательной маской, подобных тем, что я нашёл в своём крипторе. Завершал комплект толстый плащ с островерхим капюшоном и покрытием, экранировавшем ик-датчики. Ничего лишнего. Дёшево, сердито, функционально для подразделений планетарной безопасности.

Третей схемой была универсальная индивидуальная аптечка с набором всего необходимого для оказания первой помощи. Перевязочный материал, шины, жгуты, обезболивающее, антибиотики, кровоостанавливающее, обеззараживающая жидкость, пластырь, медицинский клей и степлер для скрепления ран.

Все конструктивы являлись военными репликами, в открытый доступ никогда не попадавшими. Здесь и сейчас в руках у меня оказалась настоящая ценность, с помощью которой, я, если найду разведывательный бот, смогу начать печатать настоящее военное снаряжение, ничем не отличающееся от оригинала. Молекулярная репликация на такое вполне способна, если есть, конечно, схемы.

Однако даже обладая всем необходимым для печати на обычном бытовом репликаторе, не распечатать боевое снаряжение. А именно бытовые агрегаты и распространены больше всего. И это понятно, ведь промышленное производство в земных колониях выстроено на репликационных схемах, выпускаемых на бионических информнакопителях. Производители неохотно выпускали схемы, записанные на ДНК-банки с бесконечным циклом производства, чаще выпуская, схемы одноразовые или с ограниченным циклом применений. Как только такая схема была использована определённое количество раз, информнакопитель уничтожал всю записанную на него информацию. Что неудивительно, репликационные схемы были основным объектом авторского права, торговли и конкуренции корпораций.

Информнакопители, попавшие мне в руки, не имеют блока уничтожения информации и являются практически вечными, что увеличивало их ценность в сотни, а то и в тысячи раз. Но это всё в перспективе, ведь доступа к нужному репликатору и ресурсов для производства у меня нету и в ближайшее время не предвидится.

Ясно, что флотское командование перестраховалось от того, чтобы обученные и тренированные космопехи не оказались на вражеской территории без средств к ведению боя. И надо отдать должное, они не жадничали, закупая самое дорогостоящее. Для этого схемы поместили в крипторы тех, кто даже теоритически может оказаться в ситуации подобной той, в которую сейчас попал я. Да какое там «попал»… Вляпался! А это значит только то, что и репликаторы должны найтись. Всё это могло при определённом стечении обстоятельств помочь мне выжить.

Свои собственные силы я переоценил, так как к обеду следующего дня «Шаг Смерти» начал мягко, помаленьку отпускать, и я был вынужден искать место для длительного отдыха. Потому что, организм не обмануть, если ты увеличил время активного бодрствования до двух суток, то будь уверен, осыпаться всё равно придется. Я начал чувствовать себя словно выжатый лимон, а дальше меня просто выключит и нужно будет отсыпаться сутки если не больше.

С меня лился градом по груди и спине пот, а через несколько километров начали трястись конечности. Пока немного, но уже не может быть и речи о прицельной стрельбе, а дальше это состояние будет только усугубляться. Помимо, всех этих напастей проснулся прямо-таки зверский аппетит и да, начало клонить в сон.

Я решил подыскивать место для ночлега и вскоре такое мне попалось. Это была зияющая темнотой нора или пещера в отвесной стене каньона на высоте пяти метров над поверхностью. Вот именно в такое место мне и следовало бы забиться и отоспаться. Оставалось только придумать, как туда забраться.

Почесав затылок и протерев лоб, вспомнил, что в крипторе был моток прочной верёвки, которая вполне мои девяносто килограмм должна бы выдержать. Из пещеры торчал выступающий камень, через который я перекинул верёвку после десятка неудачных попыток. Повиснув, убедился, что камень выдержит мой вес и не ударит по темечку в самый неподходящий момент. Дальнейшее восхождение было делом техники, так как я вспомнил, как завязывается узел «Блэкнот». Обвязался верёвкой вокруг талии. Короткий конец привязал к длинному, сделал четыре оборота, а под нижние два продел конец, упёрся ногами в стену и… Собственно, всё. Узел не давал мне скользить вниз. Подтягивая себя узлом каждый шаг вверх, я дошёл по стене до входа в пещеру. Потом просто подтянулся сам и втянул за собой верёвку. Нет, это точно была не нора.

Конечно, меня беспокоило такое малое количество животных. Все хищники были представлены гигантскими насекомыми, травоядные — шестиглазыми тонконогими газелями. Были ещё камнекрабы, которых пока я ни к какой группе отнести не мог, но где все остальные? Спрятались? Испугались человека? Вроде бы плотность населения тут исчезающе мала. Вот мне, например, довелось за несколько дней встретить только местную чумазую красотку Ахири. Где птицы? Насекомые? Но не гигантские, а самые обычные. С одной стороны это хорошо, так как не только хищные животные могут быть опасны, но и вполне себе с виду безобидные.

Когда я оказался в тёмной пещере, в её естественное происхождение поверить было сложно. Это больше всего походило на круглый канализационный коллектор. Чуть ребристая поверхность, почти ровный пол. После того как пролез несколько метров на четвереньках, я спокойно встал, не пригибаясь. Внутри пахло грибами и чем-то ещё.

Осмотрелся. Неужели это техногенное сооружение? Посреди бесплодной пустыни? Проложенные коммуникации тут не имели смысла. Пожав плечами, я надел очки с режимом ночного видения. Всё вокруг меня моментально окрасилось в оттенки серого, но видно всё было отлично. Устроив «АКГ-12» на сгибе локтя, я двинулся вглубь неизвестного, тёмного тоннеля, готовый в любой момент выпустить веер игл при малейших признаках опасности.

14. Ночевка

Вопреки моим тревожным ожиданиям тоннель оказался пустым. Внутри подвывал ветер, наполняя пространство под сводами причудливыми звуками. Это лишь доказывало, что тут есть второй выход, создававший тягу. Представителей животного мира тут не обнаружилось. Хотя я углубился на несколько километров. Прошагал их легко, так как пол оказался ровным, словно спланированным. Под ногами тихо похрустывали чешуйки чего-то органического, напоминавшие древесную кору.

Обнаружил довольно просторную пещеру, которая служила перекрёстком двух почти одинаковых тоннелей, обследовал её и решил, пока прекратить свои исследования. Пещера была почти идеально круглой и такой же ребристой, как и тоннели. Около тридцати метров в диаметре определил я на глаз размеры подземного зала. В центре на дне зала круглое словно блюдце, озерцо со спокойной стоячей тёмной водой.

Посреди озера возвышался довольно крупный, приметный камень, почему-то казавшийся тут чужеродным. Усталый мозг не сразу зарегистрировал отличия, но я всё же отметил, что он отличается цветом от породы, через которую пролегала пещера. И был он какой-то весь асимметричный в отличие от царящих кругом почти точных геометрических форм, из-за которых, я уже почти не сомневался в её искусственном происхождении.

Побродив немного по залу и не обнаружив ничего, кроме нескольких крупных семеек грибов, я вернулся к выходу, с которого начал исследование этой пещеры. Здесь я уже буквально свалился от усталости, едва успев перед этим, установить детектор движения, раскатать свой спальный мешок и забраться в него.

Сон обрушился на меня сразу, словно молотком по голове ударили. Кажется, не успел толком улечься, как глаза закрылись и я заснул. Первый раз я проснулся часов через шесть по природной нужде. Нацепив на лицо очки, прогулялся по тоннелю подальше. Всё было тихо и спокойно. Вернувшись к спальному мешку, понял — голод никуда не собирался деваться. Достав флягу и пластину уже начатого пайка, я принялся его жевать. Кажется так и провалился в сон с недогрызенным куском в руке.

Следующее пробуждение было не таким томным как первое. Я не сразу сообразил, что происходит. Организм, накачанный адреналином ещё не проснувшись, подбросил меня в вертикальное положение. Только вскочив, я понял, что меня разбудило. Мерные негромкие звуки, звучавшие в трубе пещеры куда как зловеще. Детектор движения подавал сигнал опасности. Поняв это, я присел и сразу наощупь нашёл карабин. Спустя пару секунд мысленно обругал себя и опустил со лба защитные очки.

Темнота мигом перестала быть темнотой, картинка, транслируемая мне, была похожа на чёрно-белое кино, но лучше уж так, чем полное отсутствие зрения. Присев к детектору движения, я отключил звуковой сигнал, опасаясь демаскировать себя и посмотрел на экран дополненной реальности, чтобы понять, откуда мне грозит потенциальная опасность.

Датчики засекли движение со стороны внешне спокойного тёмного зева тоннеля. Сигнал был одиночным, но это и было единственной хорошей новостью. Если детектор не врал, двигающийся объект имел чудовищную массу, аж под семь тонн. Я не сразу поверил в эти цифры, а когда они дошли до моего усталого разума, получилось осознать их не с ходу. Кто бы что ни говорил, но отходняк от «Шага Смерти» суровый. Да, ты становишься неутомимым как тягловая лошадь и ловким словно ягуар, но стоит оно того, чтобы потом вот так тупить?

Самым правильным в моей ситуации было бы незаметно уйти от потенциально опасной ситуации. И я собирался так поступить, но уже собрав свои пожитки в криптор, на секунду задумался. А что, если я не прав? И это никакая не опасность? Пока не успел передумать, тихо двинулся по тоннелю, решив воочию увидеть семитонное существо.

Беспрепятственно я дошёл до круглого зала, но и тут всё было тихо. До моего слуха донеслись, какие-то невнятные басовитые звуки. И ещё… Да, шуршание. Оглядевшись и не заметив ничего подозрительного, я подошёл к озерцу в центре, не понимая, что тут меня насторожило. И вдруг, как ледяной водой обожгло понимание! Тёмного, асимметричного и всего такого кособокого камня, не было! Это куда же он делся? Не мог же он сам уползти, пока я спал! Или мог…?

Внутри меня всё сжалось, когда заметил шевеление в одном из тоннелей. Упав на колено, и прицелился. Да! Там в темноте определённо что-то есть. Я бы непременно выстрелил, если бы не уловил периферическим зрением какое-то движение сбоку. Повернулся резко, всем корпусом, но гибкая стремительная тень, снова ушла с линии прицела, одновременно сближаясь со мной. Попытавшись довернуть прицел, я упал на дно пещеры и выстрелил, но уже понял, что промахнулся. Тень навалилась на меня, отведя ствол в сторону и в лицо мне знакомым голосом прошептали:

— Хе кёхатау кёхатау. Хе харакоре на, энгари ки те пату кое и иа, ка таеа и иа те рапу уту…

— Ахири, — облегчённо выдохнул я. — А если бы я по тебе попал?

— Киа, — успокаивающе прошептала туземка, — Марино…

— Какое марино? Слезай с меня…

Женское тело сверху не казалось ни привлекательным, ни манящим. Вы держали в руках когда-нибудь удава? Вот примерно такие же ощущения испытал и я. Она была гибкая и очень плотная из-за сильных мускулов, способных поспорить с моими собственными.

Она словно поняла меня, присев рядом, указала на тот тоннель, где я засёк движение.

— Что там? — шёпотом спросил я поднявшись.

И Ахири с готовностью шёпотом пояснила:

— Ко те тангата и кай ана и те гумми.

— Ничего непонятно, но очень интересно…

Видимо, отчаявшись мне что-либо объяснить, туземная девушка скользнула в темноту. И через мгновение я уже мог наблюдать только её оттопыренный кверху зад. Выругавшись про себя, я последовал за Ахири в сторону движения и басовитых звуков. И вскоре я догнал её, что было несложно, спутница не пыталась от меня сбежать. Напротив, остановилась, дожидаясь меня. А то что я увидел дальше заставило меня забыть все вопросы и раздражение из-за внезапного появления девушки.

Это было внешне похоже на толстую гусеницу. По крайней мере, тело выглядело как сегментированная разожравшаяся до габаритов рейсового автобуса личинка бабочки. Вот только это нечто ело не мягкие сочные листья, а грызло камень. Видимо, та узкая нора была входным отверстием, через которое животное проникло сюда, а дальше оно начало расширять тоннель, набирая вес и увеличиваясь в размерах.

Большая часть тела гусеницы лежало в тоннеле, а передняя часть тела, приподнятая над поверхностью безо всяких усилий прилепившись к своду, совершало медленные дуговые движения, снимая слои камня миллиметр за миллиметром. Когда «гусеница» делала один проход, она убирала морду от стены и совершала вдох-выдох, издавая при этом те самые басовитые звуки, заставившие меня, насторожиться. Некоторое время я просто наблюдал за этим завораживающим танцем удивительного существа, не в силах оторваться, а потом, словно очнулся.

Дотронулся до плеча Ахири, привлекая внимание. Когда она повернула ко мне лицо, я указал пальцем на свой АКГ-12 и жестом указал на гусеницу с аппетитом уплетающую камень. От этой вопросительно пантомимы спутница пришла в некоторое возбуждение и сделала рукой отрицательный жест. Потом сочтя это недостаточным, взяла меня за локоть и повела прочь от этого живого тунелепроходного агрегата.

Когда мы удалились на полкилометра, Ахири остановилась и сказала:

— Ка хаири ахау ки а кое. Ка нгаро кое и вахо и ахау…

— Ахири, ты же понимаешь, что я ни черта не понимаю твой язык? — уточнил я.

Она кивнула и утвердительно ответила мне:

— Кауа и мануканука…

— Мне пора идти, — сообщил я спутнице. — Пойдём. Держись за мной.

Но у неё было своё мнение на этот счёт. Уточнив жестами направление, куда мне нужно, инопланетянка потянула меня вглубь тоннеля, противоположного от выхода.

15. Под лабиринтом

Как это ни странно, но пока Ахири удавалось держать нужное мне направление. Шагалось в тоннеле очень легко. Путь по большей части был ровный, да и чешуйки на полу пружинили под ногами, словно на беговой дорожке со специальным покрытием. В тоннелях было нежарко, но и совсем не холодно. Встроенный измеритель температуры показывал шестнадцать градусов по шкале Цельсия.

Единственным неудобством была темнота. Однако я с ней справлялся при помощи очков со встроенной функцией ночного видения, Ахири же, казалось, не испытывала совсем никаких неудобств от темноты и видела едва ли не лучше, чем я со своим девайсом. По моим подсчётам мы преодолели за первый переход не менее тридцати километров в первый же день пути.

Единственное, что меня немало беспокоило, найдётся ли там, куда мы идём выход из системы ходов, проложенных существом, похожим на гусеницу. Время от времени нам попадались колонии грибов. Моя спутница не стеснялась некоторые из них сразу же есть. Прямо, так как их срезала — сырыми. Мне тоже предложила, взяв и проверив их на съедобность, и убедившись, что Ахири не хочет отправить меня в страну Вечной Охоты, тоже откусил маленький кусочек.

Что сказать? Это были сырые грибы. Вкус был пресным, вполне себе земным и довольно… Хм-м-м… Грибным. Попробовав маленький кусочек, вернул вкуснятину спутнице, опасаясь, что желудок не примет непривычной пищи. А мне только расстройства желудка не хватало для полного комплекта напастей, свалившихся на меня.

В первый вечер мы устроились на ночёвку прямо в тоннеле, бодрствуя по очереди. Я угостил Ахири сухпайком. Она приняла пластину рациона, но погрызла её чисто ради приличия, вероятно, испытывая те же самые сомнения, что и я, пробуя грибы. Наверное, это была, пока самая спокойная ночёвка с того момента как я здесь очутился. Хоть мой сон и охраняла спутница, я также не забыл установить детектор движения, ну и карабин держал под рукой, само собой.

Следующий день был похож на предыдущий, как и ночь, впрочем. Зато к вечеру третьего дня путешествия по тоннелям мы нашли ещё один круглый зал. Как и первый он был с углублением и почти правильным сводом, тут также был приличный водоём на дне пещеры. Только он был значительно больше и существа, поедающего камень, тут не было.

Ахири издала радостный возглас и избавилась от своей одежды с такой скоростью, что мне оставалось только удивиться. В считаные мгновенья моя спутница предстала передо мной полностью обнажённой. Да… Человеком она не являлась, но фигура девушки обладала вполне себе соразмерными формами, приятными мужскому глазу. Представ передо мной на минуту в чём мать родила, Ахири нырнула в озерцо и ловко его переплыла.

Вероятно, она не имела намерений меня соблазнять, а стеснение при обнажённых представителей противоположного пола у них испытывать не принято. Однако ж я невольно залюбовался ей. Она была худа, но никак анемичные анорексички, а скорей как легкоатлетка. Плечи не уже чем бёдра, талия при этом была узкой и казалась хрупкой, но я уже знал что это обманчивое впечатление. Осанка Ахири была правильной, попа выпуклой, грудь тоже, а ноги длинными и красивой формы, хотя на мой вкус худоваты. Гладкие тяжёлые чёрные волосы рассыпались по водной глади покрывалом.

Покопавшись в крипторе, я извлёк из него кусок мыла и позвал спутницу:

— Ахири, смотри, что у меня есть для тебя…

Она снова переплыла небольшой водоём, встала передо мной и странно посмотрела на меня.

— Мыло, — пояснил я, с трудом отведя взгляд от её фигуры. — Держи. Тебе не помешает.

— Нга михи…

Она кивнула и взяла его у меня, прежде чем я успел снабдить её инструкциями, но, как оказалось, они ей и не требовались. Справилась с намыливанием волос и без меня. Несколько минут я не никак не мог оторвать взгляда от обнажённой спутницы. Небольшие, но тренированные мышцы отчётливо проступали, перекатываясь и заманчиво играя под кожей.

Вокруг только тишина и покой. Это путешествие по тоннелю пожирателя камня меня изрядно расслабило. Вот я и раскис. Осознание этого простого факта заставило, во-первых, про себя матюгнуться на свою же беспечность, а во-вторых, насторожиться. Я ничего не знаю об этой планете. Даже если нам никто не встретился тут в пещерах, это совсем не значит, что, к примеру, какой-нибудь хищник нас не унюхал и, возможно, захлёбываясь слюной, уже бежит по следу. С усилием заставил себя отвернуться от плещущейся раздетой девушки и отошёл к позиции, откуда хорошо были видны все выходы. Ахири плескалась довольно долго, я старался в её сторону не смотреть, но взгляд помимо моей воли то и дело возвращался к водоёму.

Внезапно раздался оповещающий сигнал от моего вокса. Я так отвык от этого, что чуть не подпрыгнул от неожиданности. Быстро открыв экран дополненной реальности, разобрался, что моё устройство поймало сигнал другой сети. Коммуникатор был настроен на немедленное подключение и сразу же попытался подключиться. Раз, другой, третий… Но странная сеть отвергла все попытки входа и пропала, оставив меня наедине с сообщением:

«Подключение невозможно. Неизвестная ошибка.»

Я запустил полное сканирование и снова обнаружил сеть, попытался подключиться и получил в ответ сообщение:

«Подключение невозможно. Неизвестный протокол»

Попытавшись подключиться ещё несколько раз, я лишь натыкался снова на отказы подключения. Возможно, если бы у меня был узел связи капсулы или разведывательного бота сопряжённый с когитором, что-то бы и получилось, но не с моими нынешними скудными техническими возможностями. Буквально несколько минут и сигнал исчез, как и не было. Лишь окна с сообщениями об отказе подключения говорили, что это не моя фантазия.

Странно… Если сеть чужая, то почему мой вокс, вообще, понял, что это такое. Сеть в частности. Значит, это только то, что не такая уж эта технология и чужая. Устройства смогли обменяться сигналами, что говорит о том, что работает эта чужая сетка по алгоритму вокс-сетей, но представляет собой нечто иное. Увы, я не являлся спецом в сетевых делах, тут бы специально обученного человека, ну или хотя бы когитор.

Произошедшее убедило меня в том, что здесь имеется высокоразвитая технологическая цивилизация. Причём это не какие-нибудь разумные пингвины, а вполне себе техногенная, земного типа. Экипаж «Эгира»? Но зачем шифровать сети? Крейсер военный. У нас и так всё должно быть зашифровано.

Что, если это не экипаж?

Ну а кто это может быть?

Могут это быть колонисты с ковчега «Хельга»? Могут. Даже наверняка это они. Почему я так подумал? Судя по сообщению, полученному от самого себя из прошлого, выходило, с «Хельгой» было больше вопросов чем ответов с самого начала. Экипаж «Эгира» отправили разобраться со всеми вопросами, так сказать, по месту. Что же… Вот он я. Давайте сюда всё, что накопилось.

Характер плеска изменился, и я присмотрелся к тому, что происходит в озерце. А там купание уже завершилось. Неугомонная Ахири, заполучив кусок мыла, решила не только помыться, но и устроить постирушки. Естественно, при этом она вовсю сверкала голым задом. Вздохнув, я извлёк свой комбинезон из криптора.

— Вот, — протянул я одежду спутнице. — Это тебе. Владей.

Она подняла на меня взгляд и спросила:

— Хи меа тёнэй моку?

— Это политкань, — поспешил успокоить голую девушку я, — Не ахти что, но ужмётся по фигуре.

Ахири взяла одежду и через несколько секунд уже облачилась в неё, сверхестественным способом, разобравшись с застёжками. Пока она с удивлением и восхищением наблюдала, как комбинезон принимает её размер, я разделся, и сам окунулся в озеро. Вода оказалось холодной, но так было даже лучше. Прохлада смыла с меня усталость и дурные мысли. А потом я с удовольствием яростно намылился.

16. Путешествие

У пещерного озера мы задержались на день, дожидаясь пока наша постиранная одежда высохнет. Верней, долго сох халат и пижама Ахири, политкань не намокала. Поэтому я воспользовался случаем и дал отдых ногам. Тут не было опасностей, но сами каменные своды над головой надоели и уже изрядно напрягали. По крайней мере, меня, инопланетянка же не выказывала никакого дискомфорта, напротив, казалось, её всё устраивает.

Безопасно, тепло, воды, пусть небольшое, но целое озеро, сколько хочешь пей, грибов вокруг хватает для пропитания, их можно даже не готовить, а употреблять прямо так в сыром виде. Всё это перечёркивал лишь один недостаток — тут не было неба, пусть даже такого ненормального как на этой планете. Вроде бы в экипажи космических кораблей должны брать психологически устойчивых парней, но, казалось, что ещё чуть-чуть и я начну испытывать приступы клаустрофобии.

С другой стороны, спокойно спать стоит дорогого. Заброшенные тоннели пожирателя камня были более или менее безопасны. Ахири ложилась спать совершенно спокойно, если бы я её не заставлял дежурить, то скорей всего она бы этого и не делала. Ну а я… Мне не хотелось проснуться оттого, что меня начнёт рвать жвалами на части охотник гигантских насекомых.

На следующий день, решив, искупаться, залез в озерцо, но не успел я это сделать, как сзади раздался шелест снимаемой одежды, и в тихие воды с громким плеском прыгнула Ахири, поднимая фонтаны брызг. Я уже заметил, что реакция девушки была очень хорошей и двигалась она намного стремительней меня, но что она побьёт все рекорды по скоростному раздеванию, было сюрпризом. Она абсолютно не смущалась в моём присутствии, чего нельзя было сказать обо мне.

Естественно, что обернувшись я упёрся взглядом в небольшой, но крепкий бюст с напрягшимися сосками. В самом глубоком месте озерцо было глубиной мне по шею. Чтобы не стало видно моей естественной физиологической реакции на такие откровенные виды, отступил туда. Я продолжил смотреть на спортивную фигурку своей спутницы не в силах отвести от неё взгляда. А потом… Потом она подплыла ко мне и насмешливо сказала:

— Ка кити ахау и ти хаурахи и титиро аи кое ки ахау.

Я отстранился, но Ахири была настроена решительно. Подплыв ко мне почти вплотную, девушка обвила мою шею руками, а бёдра ногами.

— Хи нгахау кое, — прошептала она мне прямо в лицо. — Киа ароха тятоу.

Неимоверных усилий воли мне стоил мягко отстранить её от себя.

— Нет, — ответил я, внезапно охрипшим, но решительным голосом. — Извини, Ахири. Я не могу.

— Хи аха? — возмущённо спросила моя спутница.

Я отплыл от неё на более мелкое место и показал на пласталевую цепочку, висевшую у меня на шее.

— Смотри, — я показал ей кольцо. — Это кольцо называется обручальным. Я женат. У меня есть обязательства. Понимаешь?

Ахири раздражённо ударила рукой по водной глади, подняв веер брызг, и выкрикнула:

— Хи каха кое! Ка таеа и кое те неке ату и те котахи те вахине!

— Нет, — твёрдо ответил я. — И давай без истерик. Не хватало ещё только инопланетянкам вытирать сопли!

От греха подальше, выбрался из озера и стремительно оделся. Отойдя от водоёма, я с карабином присел возле одной из стен, чтобы видеть все выходы из круглого зала. Некоторое время ушло на то, чтобы привести пульс в порядок. Ахири же плескалась так, словно задалась целью мне продемонстрировать все до единой прелести своего тела. Надо сказать, когда она отмылась от слоя грязи, то под ней оказалась весьма привлекательная особа.

Выйдя из воды она как ни в чём не бывало облачилась в подаренный универсальный комбинезон, ужавшийся до её размера, и сидевшим теперь на ней словно вторая кожа. После того как она поняла, что я не намереваюсь сделать ей ничего дурного, девушка стала держаться спокойно и с достоинством. Да и я притерпелся к её инаковости, больше не воспринимая незамеченные сразу заострённые кончики ушей, скулы, челюсть и отличный от привычного прикус, как нечто чуждое. Она принадлежала очень близкому к землянам виду, если не была представительницей какой-то экзотической расы людей. Будь я свободен, то ответил бы на этот порыв Ахири не задумываясь, но…

Но я был женат, о чём неоднозначно напоминало кольцо, висевшее на моей груди. И хоть я и не помнил внешности Светланы, но я слышал её голос на записи. Она была реальна для того меня, так почему она должна меньше значить для меня потерявшего память? Отчего-то внутри угнездилась уверенность, что для меня не изменять своей женщине это не какие-то крайне высокие моральные принципы, а повседневная норма обыденной жизни. Я не помнил своего воспитания, но ясно понимал, что такое для меня супружеские отношения — это уважение, забота и безопасность. Предавая свою женщину, я предам самого себя. Так что даже мысли о таком повороте событий для меня были… Нет… Не неприемлемы, а неприятны.

— Хи аха ти виранги кое.

Слова Ахири прозвучали в тишине круглого зала, заметавшись эхом и… Всё. Больше мы с ней не разговаривали. Хотя, как можно назвать разговором, когда каждый из собеседников говорит на своём языке, не понимая смысла сказанного? Из этого я сделал вывод, что она обиделась, но с этим я уже поделать ничего не мог. Ещё до рассвета следующего дня мы пополнили наши запасы воды, собрали свои немногочисленные пожитки и отправились в дальнейший путь. Спутница надела свою пижаму и халат поверх подаренного комбинезона и снова из почти привычного вида девушки перевоплотилась в инопланетную дикарку. На этот образ также играла причёска, в которую она собрала тяжёлые красивые волосы.

Время от времени, кроме грибов нам попадались камнекрабы, которых Ахири не мудрствуя убивала и поедала на привалах сырыми. Мне тоже предлагала, но я не рискнул принимать в пищу сырое мясо. Я не сразу, но заметил странность. Когда мы только с ней встретились во второй раз, она была без своего костяного копья, а когда она убила первого камнекраба, неказистое примитивное оружие снова было с ней. Поначалу не удивился, так как её образ в моём усталом сознании накрепко слился с этим копьём, но когда на привале она снова оказалась с пустыми руками…

Я спросил её об этом, как смог при помощи жестов и мимики, но обиженная на меня Ахири не сочла этот вопрос заслуживающим внимания, сделав вид, что меня нету. Ничего не оставалось кроме как двинуться дальше. Путь растянулся на неделю и был утомителен не физически, а из-за однообразия. В день мы проходили около тридцать километров. Если не считать странностей с исчезающим и появляющимся копьём, ничего интересного не происходило. Даже камнекрабы и грибы встречались нам редко.

Три раза нам попадались круглые залы и только один из них оказался занят законным обитателем, а два других были пригодны, чтобы сделать остановку. Однако мы пополняли запасы воды и продолжали путь, лишь раз заночевав в подобном месте. На девятый день нашего подземного похода мы выбрались на поверхность и произошло это буднично.

Последнюю половину суток тоннель пошёл вверх, а потом мы просто дошли до конца тоннеля. Дальше нам пришлось, как и при входе встать на четвереньки, чтобы протиснуться в узкий лаз, оставленный пожирателями камня для вентиляции.

Выглянув наружу, я сразу ощутил порыв холодного ветра. Осмотрелся. Лаз вывел в расселину, каких я уже успел повидать на этой планете. Сразу стало ясно, как нужно выбираться. Тут на выходе имелся небольшой козырёк, через который я собрался перебросить верёвку и опуститься приблизительно тем же способом, что и недавно забирался в другой лаз, но тут в очередной раз удивила Ахири.

— Нуку ки рунга, — послышалось за спиной её недовольное ворчание, — И кои бумпкин нгако-кайхи.

Девушка начала пробираться рядом по узкому лазу. Для того чтобы её пропустить, мне пришлось лечь набок. Она возилась, кряхтела, но всё равно настойчиво ползла вперёд, обтёршись об меня всеми своими выпуклостями. То, что эта чертовка сделала это намеренно стало ясно, когда наши лица оказались на одном уровне.

17. Во тьму

В глазах Ахири запрыгали бесенята, она быстро чмокнула меня в губы и легко выпрыгнула из узкой горловины, словно не ощущала узы гравитации. Что характерно прыгнула она успешно, опустившись на обе ноги и видимых травм не получила. Я же, оценив высоту примерно равной десяти метрам, решил не рисковать и снова воспользовался верёвкой, соорудив самодельную систему. Да, это заняло определённое время, но я иду спасать парней из своего экипажа. Вот неудобно получится, если спасать придётся уже меня со сломанной шеей, валяющегося на дне расселины.

Вскоре мы с Ахири стояли в длинном, изломанном коридоре меж двух почти отвесных скальных стен. Самостоятельно не выберешься. Наверху была видна узкая полоса местного лилового неба, но света было катастрофически мало, из-за чего я снова надел порядком надоевшие очки с функцией ночного видения. Мы двинулись осторожно вперёд после того, как я сверился с картой и вычислил направление.

После того как я показал, куда нам нужно пальцем, моя спутница только губы поджала недовольно. Я же, уставший от её странностей, двинулся вперёд, автоматически оставив ей функцию замыкающего. Осталось нам пройти всего каких-то пятнадцать несчастных километров, но это был не комфортный для перемещения тоннель пожирателя камня, а дикая поверхность расселины, слабо пригодная для перемещения на своих двоих. На пути нам встречались камни, осыпи, лужи и трещины.

— Титиро ки нга вхеуа…

Вдруг взволнованно прошептала Ахири, привлекая моё внимание. Я обернулся и проследил за тем, куда она указала пальцем. Там что-то белело. Подойдя ближе, я понял что это человеческие остатки.

Сначала склонившись, а затем и присев над обнаруженной кучей костей, я изучил их и осмотрел следы вокруг. Да, гигантские насекомые тут побывали со стопроцентной вероятностью. Их следы тут были повсюду. Почва вокруг была спёкшаяся, словно человек применил в последнем усилии термическую гранату.

Стоп… Это что член экипажа «Эгира»?

Вытащив нож, я пошевелил кости и обнаружил то, что искал — пласталевую цепочку и два жетона. Поднеся их к глазам, я прочёл:

«Российская Федерация, Титан, Ангара-3, 61 ОБРКП, Иван Грива, 24.08.2281, А+, православный.»

Тут же обнаружилась обгоревшая кираса из пластали, кругляш вокса и браслет криптора. Активировав только что найденное экстрамерное хранилище, я переместил останки сослуживца в него. Мы своих не бросаем, даже если это уже просто останки. Когда представится случай, позабочусь о погребении. Я покопался тут вокруг основательно, но обнаружил только обгоревший и из-за этого едва узнаваемый однокаскадный гаусс-пистолет.

После этого мы почти до самого вечера упорно шагали к точке сигнала, старательно игнорируя усталость. Скорость нашего передвижения значительно снизилась по сравнению с той, что была в тоннеле, но мы шли. По пути Ахири нашла три кокона, которые сама же при помощи своего копья и уничтожила.

К наступлению вечера мы преодолели треть пути, и это в текущих условиях было серьёзным достижением. Проблема была только в том, что надёжного места для того, чтобы разбить лагерь тут не было. Пришлось поставить палатку просто в расселине на вершине небольшого холмика.

Установив детектор движения, соорудил неказистый ужин из пластины сухого пайка и воды, после чего отправил Ахири спать. Сам же, установив детектор движения и настроив его на подачу сигнала на свой вокс, задумался.

Иван Грива — такой же космический пехотинец с Титана как и я сам. Почему он оказался один? Или он как и я добирался сюда от своей капсулы? Об этом ясно говорили его жетоны и дата рождения, выбитая на них, но состояние останков… Кости выглядели так словно, пролежали под открытым небом, доступные всем ветрам лет десять не меньше.

Как это не было бы не приятно, мне необходимо было проверить запасы. Ивану набор для выживания больше не понадобится, а нам с Ахири вполне может пригодиться. Я остановился и задумался. Это каким ещё «нам»? Нет никаких «нас». Есть инопланетная дикарка и есть я — космический пехотинец Российской Федерации. Я, конечно, ей помогу, но только в случае, если это не будет мешать моему заданию.

Осмотрелся. Пока вокруг было тихо, активировал найденный криптор.

Первым делом я провёл сопряжение устройства со своим воксом и осмотрел содержимое через дополненную реальность. Первое, что мне бросилось в глаза — боеприпасы. У меня иглами к карабину была заполнена почти целая ячейка экстрамерного хранилища, боеприпасы Ивана были истрачены почти полностью. Пожалуй, это единственное, что казалось избыточным, но я тоже уже изрядно истратил свой боезапас. Иглы были унифицированными и подходили как для пистолета, так и к моему карабину. Сразу переложил их все к себе. Пусть будет в одном месте так спокойней. Снарядил несколько магазинов, которые уже успел расстрелять. Закончив, отыскал сигнальные ракеты и три термические гранаты, поступил с ними так же как и с боеприпасами. Лучше держать всё под рукой. Ивану пришлось изрядно повоевать. Не факт, что я не окажусь в такой же точно ситуации.

Всё остальное содержимое хранилища было подобно моему с минимальными отличиями.

Тут нашлась быстровозводимая постройка. Я лишь мельком посмотрел на то, что это за здание. Оно было почти таким же быстровозводимым, энергоэффективным, способным экономить до восьмидесяти процентов энергии на отоплении или охлаждении за счёт рассчитанной купольно-сферической формы. Использовать здание можно было хоть в жилых, хоть в промышленных, хоть в сельскохозяйственных нуждах. По мере необходимости, площадь быстро расширяется за счёт пристройки дополнительного модуля, которым может выступить второе такое здание, уже имевшееся у меня.

Аптечку, палатки, одеяла, одежду, бельё и всевозможные мелочи просмотрел лишь мельком. Фонари, осветители, дыхательная маска, верёвка, очки — всё это никак не отличалось от моего набора. Чего тук не было, так это инструмента, только мультиключ-трансформер. Пожалуй, что самым ценным приобретением была ещё одна энергоячейка, но это в перспективе. А сейчас я обрадовался почти не тронутой еде.

В данный конкретный момент было не до кулинарных шедевров, и я смахнул информацию о ячейке со специями, точно так же я поступил с ячейкой заполненной семенами посевного фонда.

На схемах репликаторов я задержался и с интересом осмотрел всё, что там имелось.

Первой лежала схема багги «Терра — МЕ5». Это было очень простое средство быстрого передвижения на колёсной базе. Лёгкая трубчатая рама, мощный электродвигатель, четыре ведущих колеса, независимая подвеска, разгон до ста километров в час за три секунды. Можно напечатать по частям в репликаторе, как полностью открытую версию, так и с закрытой кабиной. Всего вариантов было три — хозяйственная с кузовом и возможностью цеплять на неё всевозможные агрегаты, вроде плуга, охранная с гнездом для боевого дистанционного модуля, и рейдовая, представлявшая что-то среднее между двумя первыми моделями. Единственной загвоздкой было то, что работал такой багги «Терра — МЕ5» от энергоячейки, что я нашёл расточительным.

Неплохо, но мне бы прямо сейчас не помешало багги, уже готовое к использованию.

Следующая схема представляла собой конструктив, позволяющий собрать полуброню типа «Мангус». Известной также, как комплект разведчика, состоящий из трёх частей — защитного комбинезона с синтетическими мышцами, шлема со встроенным визором и плаща-хамелеона из нано-ткани. Откровенно говоря, странный выбор для комплекта выживания, как на мой взгляд. Конечно, если придётся в одиночку партизанить до подхода основных сил, выглядит интересно, но если нет, то даже простой «Ауксиларий» выглядит более предпочтительной снарягой, чем «Магнус».

Третей схемой оказался конструктив боевого дистанционного модуля со спаренными гаусс-пулемётами. Злая штука, способная работать в автоматическом режиме и уничтожать всё живое на расстоянии, куда дотянется. Такие можно установить на быстровозводимых зданиях, тем более что, конструктивно гнёзда для таких БДМ предусмотрены проектом. Оставалось получить доступ к репликатору и ресурсам. Тогда можно будет не опасаться нашествия гигантских насекомых. Из мечтаний меня выдернул сигнал детектора движения.

18. В каньоне

Я вскинул карабин и всмотрелся в темноту, с той стороны, где датчики засекли движение. Тщетно. Не видно ни зги, даже несмотря на очки со встроенным прибором ночного видения. Я долго вглядывался, но через некоторое время, устал стоять на одном колене и целиться в темноту. Встал, разминая ноги, устроил карабин на сгибе локтя, не забывая осматриваться.

Единственными звуками в расселине было завывание ветра. Но Ахири, безмятежно спавшей в палатке, они не мешали. Девушка укуталась в мой спальный мешок и сразу заснула. Она так и не смогла принять того факта, что в нём нужно застёгиваться. То первое одеяло, которое я дал ей, так и осталось у неё. Теперь она куталась в шуршащую, блестящую, энергосберегающую ткань на ночь, но всё равно предпочитая не застёгиваться.

Вновь осмотрелся, задумавшись, как меня вообще угораздило оказаться в такой ситуации. Пока я не встретил ни одного сослуживца. Не считать же за такого мёртвое тело с планками… Я один. Совсем один. Рядом со мной трётся загадочная и странная инопланетянка, а вокруг меня аномальная чужая планета. Что в ней аномального? Да всё… Начиная от чисто астрофизических явлений вроде никогда не встающего светила за горизонтом и незаходящего ночного ненормальной формы, заканчивая местной фауной типа гигантских насекомых и пожирателей камня.

Так почему я здесь? Ответ лежал на поверхности. Я космический пехотинец, военный человек.

Почему выбрал флотскую стезю память отказывалась мне отвечать, но я знал, что история человечества почти целиком состоит из конфликтов, войн, завоевательных походов и борьбы. Война такое же естественное состояние для людей, как стремление к успеху, власти, богатству, обладанию женщиной…

Интересно, что двигало мной, когда я выбрал карьеру военного? Подчинялся ли я благородному устремлению, защитить Родину? Может, это была жажда славы, приключений и подвигов? Или мне хотелось жизни непохожей на беззубое растительное существование на далёкой провинциальной колонии? А возможно всё много проще и я жаждал восхищения девушек, признания камрадов, уважения. Что же, похоже, нынешней ночью мне снова придётся доказать, что я не случайный человек на флоте.

Вновь подал сигнал детектора движения. Я, мазнув взглядом по экрану дополненной реальности, убедился, что на этот раз сигнал устойчивый и снова опустился на колено, приготовившись открыть огонь. Туман понемногу начал редеть и сквозь него стало видно какое-то движение, но разобрать кто там не было никакой возможности. Но каким-то сверхъестественным предчувствием я знал это и заранее руки задрожали от волнения.

И действительно я вскоре увидел именно то, чего боялся — особь-охотника. Спутать с кем-то другим её было сложно, четыре лапы-ходули, жвала, напоминавшие клюв. За первым охотником появился второй и третий. Твари стремительно приближались. В какой-то момент волнение меня отпустило, я задержал дыхание и выпустил несколько коротких очередей. Ожидаемо, ни одну из тварей я не убил, но попал по всем и это за несколько сотен метров. Прицелившись, хладнокровно добил, замедлившихся гигантских насекомых, одиночными.

Как и в прошлый раз охотники пришли не одни, а с другими, напоминавшими плод противоестественной любви таракана и муравья. И этих было больше, но появились они с неожиданной стороны. Если бы не детектор движения, я пропустил бы бегущих прямо по скальной стене тварей. Многоногие насекомые передвигались по стенам с такой же скоростью, что и по горизонтальной поверхности. Я открыл по ним беглый огонь, перестав экономить боеприпасы.

Тут было чего испугаться. Нас с Ахири спасло только то, что мы выбрали небольшой холмик посреди разлома. От стен до нас надо было добежать пару десятков метров. Гигантские насекомые внушали брезгливое отвращение и страх, не представляю себе, как моя спутница, не дрогнув, вступает с ними в ближний бой. Я же подсознательно делал всё возможное, чтобы эти твари до меня не добрались.

Закончив стрелять, я осмотрел поле боя. Десятки гигантских насекомых валялись на земле, их хитиновая броня была бессильна против мощи гаусс-карабина. Сердцебиение начало приходить в норму, адреналин медленно покидал кровь.

Вдруг я услышал шорох. Резко развернувшись, я заметил насекомое размером с бультерьера, спрятавшееся за камнем. Подойдя ближе, я понял, что оно не собиралось скрыться, а было ранено, так как тварь попыталось прыгнуть в мою сторону, чтобы напасть. Инстинктивно я поднял карабин и выстрелил. Насекомое дёрнулось и замерло. Я подошёл ближе и увидел, что оно ещё живо. Его многочисленные лапки судорожно дергались, а фасетчатые глаза смотрели прямо на меня. Я почувствовал только отвращение и раздавил ботинком маленькую хитиновую головку. Оно перестало шевелиться.

Я вернулся к палатке, где всё ещё спала Ахири. Она выглядела такой беззащитной и хрупкой в моём спальном мешке. Я осторожно потряс её за плечо.

— Просыпайся, — сказал я. — Пора уходить. Здесь становится слишком опасно.

Девушка проснулась резко и сразу. Соборы были недолгими, но всё равно они были прерваны повторным нападением. Десятки тварей ползли к нашей палатке. Если бы не навык стрельбы и быстрой перезарядки, которые в меня вбили на уровне моторики, то скорей всего, меня бы загрызли ещё до того как Ахири проснулась. Твари падали, истекая кислотным ихором. В воздухе повис тяжёлый мерзкий запах. Сонно моргая, из палатки выбралась моя спутница. В её руке снова было костяное копьё. Без разговоров и раскачки она включилась в бой. Её примитивное оружие оказывалось везде, где мой карабин недоделал свою работу.

Как только она закончила добивать тварей, мы услышали костяной дробный цокот жвала о жвало, приближающегося охотника. И приготовились вновь отбиваться. Вторая волна насекомых не заставила себя долго ждать. Она была малочисленней, чем первая. Твари её составлявшие уступали размерами среднему человеку, но скорость передвижения была ничуть не медленней, чем у более крупных, а счетверенные острые жвалы и передние конечности, напоминающие косы, были хоть и скромней в размерах, но ничуть не менее опасны. Их вёл всего один охотник. Отбившись, мы получили передышку, но это противостояние грозило растянуться на всю ночь, поэтому мы решили сворачиваться и поискать более удачное место для обороны, чем просто прыщ на дне каньона.

Однако почти на день пути назад мы знали, что такого места просто не существует, поэтому рискнули осторожно двинуться вперёд. Всё равно оставаться на прежнем месте из-за зловония больше было нельзя.

Мы шли вперёд, внимательно осматриваясь по сторонам и готовясь в любой момент отразить новое нападение. Моя спутница явно ориентировалась в темноте намного лучше меня и несколько раз предупреждала меня об опасности. Каждый шаг мог стать последним и не только из-за близости врага, но и из-за сложного рельефа. Провалиться в расселину или сломать ногу сейчас было смерти подобно. Я нёс на сгибе локтя свой карабин, держа его наготове. Ахири шла рядом расслабленная и беспечная, закинув костяное копьё себе на плечо.

Мы продолжали дневной путь, всё сильней углубляясь в каньон. Я старался не думать о том, сколько времени уже прошло и сколько ещё нам предстоит пройти. Расстояние до метки сокращалось, если судить по карте, но расстояния в лабиринте каньонов были величиной непостоянной. Они могли увеличиваться из-за того, что придётся много и далеко обходить, или вовсе разворачиваться и искать другие пути. Все мои мысли были заняты одним — как быстрей добраться до места посадки разведывательного бота.

Несколько раз мы замечали движение в темноте и напрягались, несколько раз это оказалась засада, но чаще всего это оказывались лишь игра тени и света. Однако напряжение не покидало нас. Мы оба понимали, что следующая волна может стать для нас последней.

В конце концов, мы достигли небольшого выступа скалы, который мог служить хоть каким-то укрытием. Это был рискованный выбор, но оставаться на открытой местности было ещё опаснее. Мы решили остановиться здесь, организовать оборону и может немного отдохнуть.

19. Предпоследний шаг

Ахири быстро собирала хворост для костра, хотя мне казалось, что вокруг ничего подходящего для топлива не было. Сам я установил датчик движения и занял позицию для стрельбы. Мы оба понимали, что эта ночь будет долгой и трудной. Вроде вместе справлялись с испытаниями, так что я уже почти начал доверять этой инопланетянке.

Когда запылал костёр, я достал две полноценные пластины сухого пайка. Ни много ни мало, а полный суточный рацион. Мы были очень близко от метки разведывательного бота. Это надо было как-то отпраздновать.

Мы сидели молча, глядя на языки пламени. Я ожидал атаки. Уверен, что моя спутница тоже. Почему здесь я мне было понятно. Но что в этом опасном месте забыла Ахири? Её присутствие рядом со мной выглядело странно. Кто я ей? Да никто. Конь в прорезиненном пальто. Я почесал заросший щетиной подбородок. Выгляжу я, прямо скажем, не как секс-символ для молоденьких симпатичных девчонок. Неужели небритый мужик с карабином может привлечь такую, как она? Ахири не в моём вкусе, но ведь она миленькая и привлекательная девушка. Не может быть, чтобы у неё не было в своём народе ухажёров или близких, способных о ней заботиться. Правильно?

А теперь, вопрос!

Почему она отправилась со мной в это опасное место? Просто за компанию? Выглядит как-то недостоверно. В такое сложно поверить даже очень наивному человеку. Как и в то, что она не знала, какие риски сопутствуют моему путешествию.

Тогда ещё вопрос… Что может заставить девушку, пусть даже такую подготовленную и необычную как Ахири, отправиться с незнакомым и опасным чужаком в рискованное путешествие?

От вопросов пухла голова, а время тянулось медленно, словно патока. Я не мог отделаться от ощущения, что за каждым нашим движением следят. Как нарочно, ничего не происходило. Огонь потрескивал, пожирая хворост, а ночь оставалась тихой и спокойной. Возможно, мы отогнали их? Или они просто затаились, готовясь к новому нападению?

Я вновь взглянул на Ахири. Она сидела неподвижно, словно статуя, костяное копьё лежало у неё на коленях. Лицо было спокойным, даже безмятежным, словно у сфинкса, но я догадывался, что она настороже.

Поразмыслив, надёргал серого мха, устроил его на манер подстилки и раскатал спальный мешок. Улёгся, растянувшись и расслабив мышцы. Кажется, я уснул даже толком не улёгшись, но поспать было не суждено.

Внезапно детектор движения подал сигнал тревоги, извещая меня о приближении неприятеля. Сердце моё подпрыгнуло, и я поднялся. На нас снова по стенам бежали гигантские насекомые. Целясь в темноту, я открыл огонь одиночными выстрелами, стараясь экономить боезапас, пока враг далеко от нас. Ахири мгновенно встала, готовая к бою. Из темноты начали появляться отдельные силуэты. Они двигались стремительно и их было много. Очень много.

Поняв, что одиночные выстрелы больше не пляшут, я перевёл режим огня на полный автомат и принялся, не жалея боеприпасов, щедро поливать огнём скальную стену. Я стрелял без остановки, стараясь не упустить ни одного врага, но это всё же происходило. Движения копья Ахири были точными и стремительными как удары молнии.

Охотников с этой волной не было. Все насекомые были некрупными, но они все прибывали и прибывали. Казалось, им нет конца. Я ощутил усталость в руках и резь в глазах, всё чаще я начал промахиваться. Ахири тоже выглядела утомлённой, её дыхание стало прерывистым, по лицу стекал пот.

Не знаю, сумели бы мы отбиться или нет, но нас спасло наступление местного дня. Гигантские насекомые активизировались только по ночам, а днём становились вялыми и неповоротливыми. Как только первые лучи осветили каньон, наши враги потеряли запал. Нет, отступать они не начали, так как, похоже, были слишком глупы для этого, но их атаки ослабли, скорость снизилась, а реакция стала не такой стремительной. Справляться с ними стало намного проще. Когда Ахири проткнула последнего противника, то упала там же, где стояла, тяжело и хрипло дыша. Я устало присел рядом с ней, положив карабин на колени, утёр пот с лица.

После такой битвы разумнее было бы просто поменять своё местоположение, которое стало известно врагу. Но мы настолько устали, что не сговариваясь, решили немного передохнуть, чтобы восстановить силы хотя бы немного. Моя спутница была не в лучшей форме. Поэтому, позволил ей поспать, решив что, если у меня не получится отдохнуть, вколю себе стимулятор. Штука хоть и очень злая, но в эффективности ей не отказать.

Чтобы скоротать время, занялся снаряжением опустошённых магазинов. Это не давало спать, заняв на некоторое время. Когда закончил, начал искать другое дело и вспомнил про найденный пистолет. Внимательно осмотрел его. Увы, тот слишком пострадал в огне, чтобы его можно было починить вот так на коленке в полевых условиях. Возможно, когда-нибудь, когда у меня будут условия, но точно не сейчас. Убрав его обратно в криптор, я вспомнил про обгоревшую кирасу.

Пласталь — это космический сплав — прочный и лёгкий. Это гибрид загадочных композитов и металлических сплавов. Пожалуй, что это один из самых важных конструкционных материалов, используемых для строительства кораблей, способных перемещаться через А-пространство. И да, броню из него также делали, я знал и помнил это, прикидывая, как можно починить кирасу, принадлежавшую в прошлом Ивану.

Регулировочные ремни, застёжки, красивая защитная краска всё это было утрачено. Передо мной лежало две половины прикрывавшие когда-то спину и грудь. Поразмыслив, я решил просто скрепить их ремнями из парашютной сбруи. Парашют же до сих пор лежал у меня в крипторе бесполезным грузом. Среди инструментов нашёлся клей. Пришлось попыхтеть, но у меня получилось вполне приличное изделие, за которое мне было не стыдно.

Когда я уже пытался оттереть с кирасы копоть, вновь сработал сигнал тревоги, пришлось бросить занятие и пристрелить двух гигантских насекомых размером с бультерьера. Отправился посмотреть. Оба гадёныша проявляли прямо-таки чудеса живучести. Вытащив мачете, я добил обоих, не тратя боеприпасы. Подумав, решил его далеко не убирать и прицепил себе на пояс. Вернувшись к месту нашей стоянки, обнаружил Ахири уже проснувшейся и активно примеряющей на себя кирасу.

Иван, по всей видимости, при жизни был крупным мужчиной, его доспехи были даже мне немного великоваты, а уж Ахири в нём приобрела вид приплюснутой черепахи. Она попробовала сделать пару выпадов копьём, убедившись, что броня ей мешает. На её лице отразилось такое разочарование, пока она снимала с себя элемент брони, что я невольно улыбнулся.

У меня ещё было немного пластали, захваченной у обломков капсулы. Разложив, в общем-то, бесполезный лом перед собой, я достал плазменный резак, лазерную сварку. Снимая с моей спутницы мерку, случайно её коснулся она вдруг покраснела. Разрезав несколько листов, я их сварил в подобие грубой полукирасы, и приклеил к ней синтетические ремни с застёжками от парашютной сбруи.

Не сказал бы что это самая удачная из моих работ, но Ахири сияла от счастья. Устало улыбнувшись, я вколол себе военный стимулятор «Шаг Смерти» и стал собирать пожитки.

Нищему собраться, только подпоясаться. Через несколько минут мы уже отправились дальше. Скудный свет, попадавший в расселину сверху, мягко отражался от полированной поверхности брони Ахири. Девушка выглядела счастливой, несмотря на все трудности нашего путешествия. Её лицо светилось благодарностью, когда она смотрела на меня. Я тоже был доволен проделанной работой, ведь мне удалось не только починить кирасу, но и буквально на коленке создать новую. Руки помнят не только с какой стороны держаться за карабин. Отчего-то мне это было важно, но, увы, причины я как ни силился, вспомнить не смог.

Мы шли молча. Это было то странное ощущение, когда ты начинаешь понимать другого человека без помощи слов. Не знаю как Ахири, а лично я наслаждался спокойствием этого места, хоть оно мне изрядно надоело. До конца путешествия осталось немного. Возможно уже завтра я дойду до места посадки разведывательного бота. Что-то да должно проясниться. От этого мне было лего и хорошо на душе или из-за принятого стимулятора «Шаг Смерти»? Какая разница? Мне осталось сделать предпоследний шаг.

20. Конец путешествия

Весь остаток дня наш дальнейший наш путь проходил без происшествий. Мы двигались осторожно, но это не слишком нас замедляло. Не знаю как Ахири, а я в кирасе чувствовал себя не в пример уверенней. Приятно знать, что твоя грудь надёжно защищена слоем пластали, которую не пробьёт костяной косой, внезапно выскочивший на нас охотник. Стимуляторы помогли мне преодолевать усталость и улучшили настроение.

Под самый вечер мы преодолели изгиб каньона, делавший поворот в нужную сторону под острым углом, и увидели десантный бот. Он упал на пологом склоне соседней столовой горы, выделявшейся своей высотой на общем фоне. Склоны были пологими и словно корнями прорастали в окружающий безжизненный грунт.

Каньон закончился тупиком, упиравшимся в отвесную стену нужной мне горы. Дальше пути не было. Однако, у самого края виднелась узкая расщелина, ведущая вверх. Внимательно осмотрев её, я понял, что нам придётся подниматься по ней. Снабдив верёвкой, я предложил Ахири идти первой. Лёгкая и гибкая девушка легко и без лишних слов начала подъём. Забравшись наверх, она скинула верёвку, чтобы и я смог подняться. Расщелина оказалась неожиданно удобной для восхождения. Моя спутница карабкалась вверх с такой скоростью и умением, что заставляла временами сомневаться в том, что на неё действует сила притяжения. Добравшись до удобного места, она сбрасывала верёвку и отдыхала, пока я догонял её. Так что через полтора часа мы уже стояли на широком уступе горы, куда упал разведывательный бот.

Он лежал метрах в тридцати от края пропасти и был сильно повреждён, однако, не сгорел и не взорвался при падении. Я внимательно осмотрел окрестности и обомлел, когда увидел нечто, что доселе ускользало от моего взгляда.

Так не бывает! Это просто невозможно! Или, возможно, если… Если я сошёл сума или боевой стимулятор имеет побочные эффекты. Я протёр глаза, но то что я видел, никуда не делось. Крепко зажмурился и снова открыл глаза.

То, что я усердно принимал за светило, никогда не поднимавшееся из-за горизонта, строго говоря, светилом не являлось. Это было…

Я поигрался с настройками светочувствительности своих очков. Когда добился приемлемого затемнения, снова взглянул в сторону, которую сам для себя назвал «восток». Точно. Теперь никаких сомнений. Это была крона гигантского дерева, окружённая какими-то странными светящимися пылинками. Дерево, испускающее лучи яркого интенсивного света, раскинуло ветви и занимало процентов десять горизонта.

Это какой же оно высоты? Не может быть живое дерево таких размеров. Это противоречит законам физики. Никакая древесина не в состоянии выдержать такой вес. Сила притяжения давно заставила бы такой растительный гигант упасть под собственной массой. Не может быть, потому что не может быть никогда!

Так… Нет. Это искусственное сооружение, а может не сооружение вовсе, а какая-нибудь голограмма. Я ещё раз внимательно осмотрел непонятный феномен. Гигантские светящиеся ветви простирались на десятки, если не на сотни километров. Складывалось впечатление, что я вижу лишь часть дерева, а именно крону. Ствол был скрыт горным хребтом с заснеженными равнинами, и вроде бы дерево стоит за цепью гор. Но каких же оно тогда размеров, если толщина ствола соревнуется в ширине с горой?

Не-е-е-е… Ерунда какая-то. Так не бывает. Это совершенно точно какая-то оптическая иллюзия. При таких размерах крона должна быть выше облаков. Циклопическая конструкция, излучающая свет или голограмма, точно. Не могут деревья испускать свет и дорастать до стратосферы. Когда я решил так, мне сразу стало значительно спокойней, но я наметил в своих планах путешествие за горную цепь, для того чтобы разобраться с загадками местной флоры.

Тогда я вернулся к совершившему аварийную посадку боту. Ахири устроилась в тени, устало вытянув ноги. Я проследил за её взглядом и чуть не выругался. Моя спутница, пока я разинув рот разглядывал светящееся дерево, увидела куда более актуальную вещь, которую сам я не заметил. Инопланетянка смотрела на тёмный зев большой пещеры в дальнем конце широкого уступа.

Не откладывая в долгий ящик, я пробежался до входа в пещеру, уже холодея от дурного предчувствия, которое почти сразу подтвердилось. Это был вход в логово гигантских насекомых. Как я это узнал? Да практически столкнувшись нос к носу с охотником.

Гигантское насекомое немедленно на меня прыгнуло, но не достало всего какой-то метр. Несмотря на всю накачку стимуляторами, я среагировал запоздало, хоть и был внутренне готов к такому повороту. Отпрыгнул, запнулся о камень и растянулся, громыхнув кирасой. А тварь уже запрокинула микроскопическую хитиновую башку и завибрировало жвалами, издавая зловещий костяной дробный звук, разносящийся на километры вокруг.

Подскочив, я выстрелил и не промахнулся, треугольная головёнка охотника, состоящая по большей части из пасти, разлетелась зловонными брызгами. Тварь, хоть ещё и стояла, но была уже мертва. Увы, мой выстрел запоздал, в темноте пещеры я разглядел шевеление, с ужасом осознавая, что это из тёмной глубины пещеры со всех ног мчится подмога к часовому.

Особо не целясь, потому что это было не нужно. Всё равно ни один выстрел не уйдёт в молоко. Я палил из карабина, не жалея боеприпасы, потому что понимал — это всё. От такого количества гигантских насекомых мне не уйти. Они растерзают меня за секунду. Карабин тихим сигналом сообщил, что магазин опустел.

Вот и всё. Отвоевался.

Я полез доставать термическую гранату из криптора, чтобы забрать с собой, как можно большее количество отвратительных тварей, но понимал — не успеваю. Однако ж успел.

Открыл глаза и увидел, что как и охотник, охранявший гнездо, они не перешагнули едва видимую линию света и тени. В первый раз я не придал этому значения, но вот сейчас это стало очевидно. Гигантские насекомые не желают выходить на свет, источаемый сияющим деревом.

Отойдя подальше, я убедился, что ни одна тварь не последовала за мной. Повернувшись к древу, я увидел, что оно уже изрядно потускнело, грозя в течение нескольких минут, погрузить всё плато в густую лиловую тень. Тогда тварей ничто не будет сдерживать.

Можно попробовать укрыться в десантном боте!

Поспешно отступив к кораблю, я увидел, что напряжённая и собранная тоненькая Ахири стоит с костяным копьём наготове.

— Заходим внутрь, — сказал я, махнув рукой, — Там их слишком много…

Моя спутница сосредоточенно кивнула, словно поняв меня.

Я связался через вокс с десантным ботом и отдал приказ открыть люк. Корабль словно облегчённо вздохнул открываясь. В шлюзовой камере царил полный разгром. Всё, что могло быть тут разбито, было разбито. На полу лежало два истлевших трупа. Охотник и кто-то из экипажа. Сейчас было не до сантиментов, и я просто перешагнул тело бывшего сослуживца, превратившегося в прах. Оставив Ахири в шлюзе, система безопасности всё равно бы её не пустила дальше, сам вошёл в обитаемый отсек бота, не размениваясь ни на что другое, сразу прошёл в рубку.

Сев в кресло пилота осмотрелся, системы управления остались целыми. Бот узнал меня. Я подключился к бортовому компьютеру и попытался запустить двигатели. Они не реагировали. Это значило только то, что мы никуда не летим. Бортовые системы показывали, что двигатель повреждён. Система жизнеобеспечения работала только на очистку забортного воздуха. Герметичность нарушена. Реактор? Работоспособен. Система вооружения? Ракетная установка не работает. Проверил, отвечает ли спаренная скорострельная гаусс-пушка. Безрезультатно. Плазменное орудие? Есть ответ системы.

Снаружи уже полностью стемнело. На обзорном экране было видно, что свет больше не сдерживает гигантских насекомых и те подбирались к боту шевелящимся ковром. Я с садистским удовольствием активировал плазменное орудие. Из броневой пласталевой пластины корпуса поднялась башня плазменного орудия, первым же выстрелом проделавшая просеку в живом ковре из насекомых. Рассмеявшись, установил режим автоматического управления огнём, чтобы орудие стреляло во всё, что тяжелей десяти килограмм и подходит ближе, чем на сто метров к кораблю.

Всё… На какое-то время спасены.

Теперь пора к Ахири, сообщить её эту новость. Я вышел в шлюз и открыл было рот, чтобы сказать что-нибудь эдакое. В своём неподражаемом стиле, как девушка бросилась мне… Сначала показалось, что целовать руки, но моё запястье что-то кольнуло. Моя спутница отскочила в противоположный конец шлюзовой камеры и смотрела на меня с каким-то странным выражением. Поднеся к глазам своё левое запястье, я посмотрел на него. Больше всего было похоже на металлическую шляпку гвоздя из-под которой вытекала капля крови. Подняв взгляд на Ахири я спросил:

— Ахири, что это…

Слова застряли у меня в горле, в глазах потемнело. Облокотившись на стену, я сполз по ней, чтобы не упасть.

21. Боль

А потом пришла боль.

Всё что я понял — Ахири предала меня, воткнув этот отравленный гвоздь в моё запястье. Я вцепился в серебристую шляпку ногтями и попытался её вытащить, но проклятая металлическая заноза сидела прочно. Оттого что я её расшатал, мне стало только хуже. Кровь, текущая из-под шляпки, сделала чужеродный предмет в организме настолько скользким, что теперь за него стало совсем не ухватиться.

Что остаётся? Нужно рубить руку! Но сначала…

Левая рука до плеча уже отказывалась меня слушаться, но правая всё ещё исправно работала. Я, подняв карабин, навёл его на Ахири. Верней, попытался это сделать. Спутница, злорадно ухмыльнувшись, ударила древком копья по моему правому запястью. Карабин выпал из руки, с металлическим звуком упав на пол шлюзового отсека. Превозмогая боль, я попытался встать, но не тут-то было! Ещё один точный удар древком копья в солнечное сплетение отправил меня обратно на встречу с твёрдым металлическим полом, заставив меня скрючиться у стены.

Раскалённые иглы от запястья добрались уже до шеи, и боль становилась нестерпимой. В этот момент я понял, что если не сделаю себе инъекцию обезболивающего, то рискую погибнуть от болевого шока. Браслет криптора, принадлежавший мёртвому космическому пехотинцу, оказался прямо подо мной. Я нацепил его вторым на левую руку и оставалось только активировать, но Ахири ударила меня ещё раз и прижала к полу коленом, уперев его мне между лопаток.

Боль стала такой сильной, что я заорал, не в силах больше сдерживаться. А боль растекалась уже по позвоночнику вверх и вниз, захватывая тело без остатка. Разум отключился, боль превратила меня в страдающий и вопящий кусок плоти, неспособный связано мыслить. Такой силы и интенсивности чувство мне было не с чем сравнить. Вероятно, что я до сих пор не отключился, нужно было сказать принятому наркотику «Шаг Смерти». Секунды растягивались в вечность. Сказать сколько это продолжалось, пока я не вырубился, было невозможно.

Однако моё беспамятство не было абсолютным, через какое-то время сознание всплывало на поверхность, но едва придя в себя, я снова проваливался в черноту беспамятства, испытав нестерпимые страдания.

Я даже кричать уже не мог. Сил хватало только на то, чтобы с трудом хрипло дышать. Чувство реальности было утеряно, я сбился со счёта сколько раз приходил в себя, только, для того чтобы потерять сознание. Казалось, что боль свила себе гнёзда в каждой клетке моего тела. Думаю, если бы контроль тела остался за мной, то я бы непременно себя убил, только чтобы не испытывать больше эту боль.

Но даже роскоши распорядиться собственной жизнью я был лишён. Не слушалась ни одна из конечностей, так что оставалось только ждать. В любом другом случае, я бы сам себя удавил, или откусил себе язык, зубами выгрыз себе источники боли или разбил голову о стену.

Но это не мешало моему телу биться и дёргаться в судорогах вопреки всякой логике. Меня выгибало от боли так, что я становился на мостик без помощи рук, всё тело колотило и подбрасывало.

Вынырнув из омута беспамятства в очередной раз, я подумал — «Убью». О ком это я так? О той, что воткнула мне в запястье гвоздь и заставила так страдать. Когда осознал, что могу мыслить, понял — это мне не кажется и всё позади.

Возвращаться в сознание было мучительно. Голова не просто болела, она словно раскалывалась на куски. Что там… Даже дышать было больно. Невыносимая боль грозила снова меня отправить в небытие.

Жить мешали стоны и крики. Эти звуки не могли быть исторгнуты человеческими голосовыми связками. Хотелось зажать уши ладонями, пока не стало понятно, что эти звуки, пропитанные страданиями и безысходностью, производило моё собственное пересохшее горло.

Я пережил это мучение и не умер. Хотя справедливости ради, стоит заметить, что непонятная штука в руке появилась из-за моей собственной беспечности. Нельзя было доверять Ахири. Вообще, никому доверять нельзя.

Кровавая пелена боли постепенно уходила из моего взора. Сквозь неё всё ясней начали проступать предметы. Зрение постепенно обретало чёткость, органы чувств приходили в норму. В теле перестала взрывами пульсировать боль, но хватало только воспоминание о ней, чтобы всё внутри сжималось и холодело. Двигаться не хотелось, я так и продолжал лежать с закрытыми глазами, прислушиваясь к странным звукам вокруг.

Накатившая волна внутреннего опустошения была столь велика, что буквально продолжать жить в мире, где существует такое великое страдание не хотелось. Чего хотелось? Ничего. Я закрыл глаза и постарался ни о чём не думать. Ведь даже воспоминание о перенесённом мучении было сейчас невыносимо.

Очень сложно сказать, сколько я провалялся в прострации, то засыпая, то выныривая в состояние полудрёмы, но вывело меня из ступора банальная жажда. Очень захотелось пить. Пока это можно было игнорировать, я продолжал лежать с закрытыми глазами.

Сколько можно куда-то топать, наматывая километры и километры, воевать, побеждать и так ошибиться в человеке. Хотя… Разве может существо, способное к такой изощрённой пытке называться человеком? Нет. Тварь это инопланетная.

Внутри меня крепла и набирала силу злоба. Именно это чувство подставило плечо, чтобы я смог на него опереться и достать из криптора флягу. Руки повиновались неохотно. А для того чтобы не промазать мимо рта горлышком, пришлось открыть глаза, и даже это далось мне с усилием.

С трудом разлепив слипшиеся губы, я попытался отхлебнуть из фляги. Получилось не сразу. Прежде чем это удалось, я весь облился, но это только на пользу пошло. Глотнув воды, я ощутил отвратительный запах… Я плеснул ещё немного воды на лицо и потёр веки, только после этого глаза открылись окончательно. Это не веки были словно пудовые, а лицо было залито липкой эмульсией с трудом отмывшейся.

Кровь? Нет… Просто какая-то жижа подсохшая. Фу, блин! На сопли похоже…

Очень осторожно я поднёс левое запястье к лицу, словно чужеродный предмет в моей плоти был опасен, как ядовитая змея. Там торчала толстая широкая шляпка серебристого гвоздя треугольная, словно вдавлена. Работа тонкая, а гвоздь здоровый, как так получилось? Покрутил кистью, сжал и разжал кулак несколько раз. Нет, боли я не чувствую. Хотел потрогать шляпку, но, вспомнив о пережитой муке, не смог заставить себя это сделать, отложив на потом.

Вроде жив. Вроде здоров. Не очень бодр, но это дело такое… Что это было только что? Что со мной произошло?

Пришло время осторожно осмотреться.

Я лежал в чём-то вроде белёсого кожаного мешка. Материал кожистый, эластичный, тянется, но не слишком. Порвать руками нечего и думать. Хорошо, что я перевесил тесак на пояс. Пошарив руками в поиске своего холодняка, обнаружил ножны пустыми. Естественно, я не нашёл и своего карабина. Кто у меня забрал всё оружие? Тут можно даже не ломать голову. Тот же самый, верней, та же самая, что подвергла меня пытке. Ахири. Стерва инопланетная.

Все четыре криптора на месте, то есть надеты по два на предплечья. Надо найти что-то, чтобы проковырять дырочку в мешке и… На случай самого трагичного развития событий вооружиться.

Первым делом я провёл сопряжение нового браслета криптора со своим воксом и быстро осмотрел содержимое через дополненную реальность. У меня было три термических гранаты. Одну я уже истратил, одну истратил Иван, а вот сослуживец, имени которого я так и не узнал, свои приберегал. Итого семь. Хватит, чтобы устроить филиал огненного Ада, если вдруг другого выхода у меня не останется. Я установил их все на трёхсекундное срабатывание и разместил у себя на поясе. Обнаружилось два мачете и три солидных охотничьих ножа. Повесил сразу себе на пояс и то и другое.

Но, конечно, больше всего порадовал нетронутый карабин АКГ-12 в недавно подобранном крипторе.

22. Стигмат

Магазины к карабину я распихал по карманам куртки и несколько разместил на поясе. Наконец, закончив с приготовлениями, я зарядил инъектор ещё одной ампулой «Шага Смерти» и быстро вколол его себе в шею. Я поймал себя на мысли, что малодушно оттягиваю момент, когда проковыряю мешок и решительно вооружился ножом. Высококачественное стальное лезвие бритвенной остроты резало странный материал мешка с трудом, но всё же справилось с задачей. Я выглянул наружу.

А там было темно, но запах… Запах был… Если сказать прямо, то никакой это не запах, а вонь, от которой резало глаза. Зажав нос рукой, я извлёк из криптора дыхательную маску и очки. Когда отдышался, выглянул ещё раз и внутренне похолодел.

Я был в гнезде гигантских насекомых. Верней не я, а мешок, внутри которого я сидел. Видимо, когда меня заворачивали в кокон, тело выгибало и колотило в приступах, потому я имею некоторую свободу. Стоило мне выглянуть, как я увидел проползавшего мимо таракано-муравья.

Гигантское насекомое окружила серая рамка с пиктограммой, вдруг раскрывшейся абсолютно знакомой латиницей. Буквы менялись, словно никак не могли решить, в какое слово им сложиться.

Имаго-Фуражир. (соответствие термина 91%).

Не содержит Звёздную Кровь.

Я чуть было не захохотал. Отлично… Отлично? Прекрасно! Просто потрясающе! Я на другой планете в неизвестно, скольких парсеках от ближайшего дурдома, и вот надо же мне было, в придачу к чисто прикладным проблемам, связанным с выживанием, взять и сойти с ума.

Я зажмурился и вновь открыл глаза, но надпись, словно преследуя меня, никуда не собиралась деваться. Буквы были жирными, яркими и непрозрачными. Поморгал, протёр глаза, надавил на глазные яблоки — нет надпись не пропадала. Разочарованно подивившись своим забористым глюкам с минуту, заметил ещё одно насекомое и посмотрел на него.

Имаго-Охотник. (соответствие термина 87%).

Содержит Звёздную Кровь.

Мне стало смешно. По идее, я должен был бы бояться, ведь, судя по всему, меня приготовили в качестве консервы. Однако, я только что перенёс такое страдание, что пожирание заживо против него казалось не опасней щекотки. Да и сама мысль о том, что я окончательно сбрендил, почему-то страшно веселила. Более нелепый вариант развития событий вообразить просто невозможно. Чтобы не привлечь к своей персоне внимание, окружавших меня плотоядных насекомых, я закусил ладонь зубами.

Некоторое время я только и делал, что боролся с приступами истерического хохота, пока не напряг челюсти и укусил себя так, что от боли слёзы покатились из глаз. Немного успокоившись, решил, что я жив, а это главное. «Шаг Смерти» снял головную боль и дал всем системам организма знатного пинка, заставив их действовать в форсированном режиме. Пока этот бустер активен, мне необходимо придумать план действий и выбраться из логова, в противном случае мне крышка.

Мои невесёлые мысли были прерваны яркой и чёткой надписью, стилизованной под стиль пиктограмм, виденных мной над рамками гигантских насекомых.

НЕЙРОТРАНСФОРМАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА.

Тут никаких двойственных толкований просто не может быть. Нейротрансформация. Моей нервной системы нейротрансформация…

С щелчком на место встал последняя деталь головоломки. Никакого яда не было. Получается, что Ахири зачем-то была нужна перестройка моей нервной системы, и она провела её, воткнув проклятый гвоздь мне в запястье. Кстати, у неё был такой же, я его видел, но внимания не обратил и не придал этому значения. Мало ли. Это же другая планета и народ чужой, со свей материальной культурой. Изначально ориентируясь на внешние проявления, я сделал ошибочный вывод, решив, что народ Ахири на низком уровне развития.

Я не помнил, чтобы Земные Колонии могли производить импланты, способные перестроить нервную систему.

Тогда что? Получается, что цивилизация к которой принадлежит моя мучительница не так уж и отстала от нас? Или совсем не отстала, но и перегнала? Я не специалист по медицинским технологиям, но насколько мне известно, у нас ничего такого и близко нет. Тогда получается, что эта цивилизация обошла нас значительно? На десятки, сотни, а, возможно, и тысячи лет.

Но это не помещалось в моей голове. Я вспомнил, какой чумазой была при первой встрече кандидатка в представители высокоразвитой цивилизации. Нет, не тянула Ахири на представительницу передовой суперцивилизации. Есть и иной вариант — например, можно запросто предположить, что тут некогда жила развитая цивилизация, а народ моей мучительницы просто эксплуатирует оставшиеся технические артефакты, не производя их и толком не понимая, как они устроены и, возможно, не осознавая до конца зачем они нужны.

Не успел я это подумать, как перед глазами, в зрительной зоне, там, где у меня обычно выводились сообщения мнемонического интерфейса, появилось очень затейливо оформленное окно с текстовой информацией. Вязь золотых линий и полупрозрачная лазурь впечатлили, но только на секунду.

Задание Наблюдателя Единства.

Восходящий! Уничтожьте в отмеченных областях личинки и коконы Червей (соответствие термина 80%), не позволяя им распространиться по территории Разбитой Пустоши.

Награда: Слава.

Награда: Звёздная Монета.

Награда: Руна (качество: бронза).

Задание Наблюдателя Единства.

Восходящий! Черви создали Гнездо в глубине Разбитой Пустоши. Найдите и ликвидируйте его, уничтожьте материнскую особь и всех обитателей гнезда.

Награда: Слава.

Награда: 10 Звёздных Монет.

Награда: Руна (качество: серебро).

От внезапной наглости, что кто-то, кроме вышестоящих офицеров Военно-космического флота Российской Федерации, мне смеет давать задания, я моргнул, и пафосно оформленное окно истаяло. Выругался про себя, ведь я хотел его ещё раз перечитать.

Решив, что если оно работает как сообщения мнемонического интерфейса, так, может, и работает точно так же. К собственному изумлению получилось. К сообщениям прилагались отметки в чём-то похожем отдалённо на карту. Не конкретные, а скорей обозначался район поисков. Насколько я понял это что-то вроде игрового квеста, непонятным оставалось только приписка «качество». Что это ещё такое? Не успел я соскучиться, как без перерыва мнемоинтерфейс показал мне ещё одно информационное окно.

Задание Наблюдателя Единства.

Восходящий! Черви угрожают самому существованию Единства. Уничтожайте Червей везде, где найдёте и вы будете щедро вознаграждены!

0/10.

Награда: Руна (качество: дерево).

А дальше окна высыпались как из рога изобилия:

Восходящий! Вы уничтожили 10/10 низших Червей.

Выберите любую Руну (дерево): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение.

Восходящий! Вы уничтожили 100/100 низших Червей.

Выберите любую Руну (бронза): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Заклинание, Руна-Портал.

Восходящий! Черви угрожают самому существованию Единства. Уничтожайте Червей везде, где найдёте, и вы будете щедро вознаграждены!

201/1000.

Награда: Руна (качество: серебро).

Дела…

Решив, что все эти странности от меня никуда не денутся, я решил выбираться. Когда выберусь, тогда и разберусь со всем этим, а не выберусь… Тогда мне будет совершенно точно наплевать на все эти игровые условности.

Воспользовавшись ножом, я пропорол кокон, но сдержал себя от того, чтобы из него выбраться. Остался внутри, собираясь использовать оболочку в качестве маскировки, только расширил дыру, чтобы через неё было лучше смотреть. Прибор ночного видения работал исправно, но не идеально, однако, этого сейчас было достаточно. Не торопясь, я начал осторожно двигаться, всякий раз замирая, когда рядом пробегало гигантское насекомое, которое не насекомое, а червь. Странно это всё. Очень странно.

Вскоре мне стало ясно, что я нахожусь в просторной зале, стены которой всё в наплывах ороговевшей органики. Что это за органика такая и откуда она взялась, предполагать мне совершенно не хотелось.

23. Открытие

Выход из пещеры был всего один, и как бы всё было ясно. Если я попал в пещеру через это отверстие, то значит и выбраться можно попытаться тем же путём. Однако уходить было рано. Внутри я заметил прикреплённые к стенам подобные моему кожистые коконы, в количестве четырёх штук. Увы, ни в одном из них шевеления я не заметил. Все они были прикреплены к неровным стенам и для того чтобы их вскрыть нужно было встать на ноги.

Воровато осмотревшись вокруг, убедился, что в пещере я один, только после этого скинул с себя мешок и быстро подступился к первому кокону. Стальной нож легко проткнул кожистый материал, но разрезать его было трудно. Лезвие то и дело вязло и застревало. Больших усилий стоило мне не порезать потенциального пленника. Несколько раз выматерившись про себя я наконец справился и разрезал достаточную дыру, чтобы увидеть кто или что внутри.

С затаённой надеждой заглянул внутрь, но в следующий миг с испугом отскочил, так как практически на меня резко упало нечто. Спустя мгновение стало понятно — это нечто, безвольно повисшая голова. По выбившейся косичке, я понял — это женщина, а по планкам на груди стало ясно, что я нашёл ещё одного члена экипажа десантного бота.

Во втором коконе оказался ещё один космический пехотинец и в третьем, оба мужчины. Все тела носили следы мумификации и обезвоживания, словно из них высосали всю жидкость. Фактически передо мной были мешки с с костями.

Четвёртый мешок преподнёс сюрприз. Почти на сто процентов уверенный в том, что и там окажется член экипажа, я от неожиданности аж подпрыгнул, когда на меня буквально вывалился снежный человек.

Не удержавшись я грязно выругался, когда понял, что это не нападение бурого медведя, а такая необычная волосатая мумия. Подойдя ближе, я осмотрел тело повнимательней. Да, ошибки не было. В мешке оказались останки разумного существа. Хотя, конечно может быть кому-то взбрело в голову одеть обезьяну в доспехи и заплести длинную гриву волос в сложную воинскую причёску.

Над ним засветилось несколько призрачных глифов, тут же перекочевавших ко мне. Как я это понял? Появилось текстовое окно следующего содержания в области мнемоинтерфейса:

Получено 1 3 кап ель Звездной Крови. Общее количество: 1 3/ 1 9

Получен Обломок Скрижали Восходящего.

Получена Руна Языка (Единый).

Получена Руна Замедления Времени ( Дерево ).

Получена Руна Превращени я (Дерево)

Пугающе привычным движением, снял со всех цепочки с пласталевыми планками и крипторы, а останки переместил в экстрамерное хранилище, чтобы предать тела погребению. Мёртвые тела выглядели отвратительно. Стоило их коснуться и сухая кожа рассыпалась в прах. Кости вываливались из рук.

Пока я занимался этим скорбным делом, размышлял о том, что Руна Замедления Времени — это звучит очень заманчиво. Даже если я окончательно слетел с катушек, почему бы мне не поддастся этому своему забористому сумасшествию? Ситуация в которую я угодил и правда аховая. Активировать термическими гранаты я успею всегда, так почему бы и не попробовать.

Я снова забрался в мешок кокона, хотя делать мне этого категорически не хотелось, но для маскировки можно и потерпеть немного.

Итак, что мы имеем?

Перебрав несколько способов оперирования с дополненной реальностью, я вошёл во мнемонический интерфейс. Ну что же… Лаконично. И это радует. Думаю, что много времени у меня не займёт разобраться с четырьмя разделами, обозначавшимися иконками.

СКРИЖАЛЬ — так назвалась первый из разделов. Качество: дерево( соответствие термину 75 %)

Что бы это ни значило, пока ничего не понятно, но двигаемся дальше.

Емкость: 16 Рун.

Руны были размещены в кругах, вложенных один в другой. Несколько слотов были активными. Несложные светло-серые глифы. Я коснулся одного из них.

Руна Языка (Единый).

Вид: Руна-Навык.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звездной Крови (безвозвратно).

При активации обучает начальному Знанию Единого Языка. После активации Руна исчезает.

Время действия: одноразовая.

Требования: Атрибут Разум не ниже 5.

Да ну? Вот так просто? Захотелось изучить язык немедленно, чтобы проверить, как хорошо сработает на мне этот способ, но останавливало только то, что, скорей всего, договориться или уболтать гигантских насекомых не есть меня не выйдет. Поэтому я перешёл к следующему глифу.

Руна Замедления Времени .

Вид: Руна-Заклинание.

Качество: дерево .

Активация: 6 капель Звездной Крови.

При использовании вводит восходящего в ускорение . В состоянии ускорения окружение останавливается, для него двигаются только очень быстрые предметы.

Время действия: 10 секунд.

Время перезарядки: 1 раз в час.

Долгий откат, конечно, всё портит, но выглядит и правда весьма и весьма заманчиво. Я перешёл к следующему активному глифу.

Малая Руна Превращения.

Руна-Свойство.

Качество: дерево.

Используется для изменения свойства или вида Руны.

Никаких пояснений. Попытался применить её. Совместить Руну Превращения получилось только с предыдущей Руной-Заклинанием, волшебным образом превратившейся в навык. Сама Руна Превращения при этом исчезла, а я остался наедине с двумя серыми глифами.

Руна Повышенной Реакции .

Вид: Руна-Заклинание.

Качество: дерево .

Активация: 6 капель Звездной Крови (безвозвратно).

При активации обучает восходящего навыку остановки времени. После активации Руна исчезает.

Время действия: одноразовая.

Требования: Атрибут Тело не ниже 5.

Что на них смотреть? Надо попробовать использовать. Глифы исчезли из скрижали оставив, мне для созерцания только пустые слоты. Никаких радикальных изменений в организме я не ощутил. Вообще ничего не почувствовал.

Что я понял? Скрижаль — это что-то вроде книги заклинаний, если сравнивать это с играми в виртуальной реальности. Моя Скрижаль может вместить в себя не менее, но и не более шестнадцати рун, что на первый взгляд, кажется немного, но если вдуматься, то тут просто нужно выбирать, что в неё загрузить.

Для их использования требуется топливо — Звездная Кровь. Где её брать я уже видел, с трупов. Вероятно, ещё и делать трупы самостоятельно. Тут было от чего загрустить.

Пожав плечами, перешел к следующему разделу.

Этот раздел был меньше остальных и больше всего напоминал обгрызенный обломок, сосредоточившись на нём, я получил объяснение.

Обломок Скрижали Восходящего.

Качество: бронза.

???

???

Сказать, что я что-то понял было нельзя и я решил уже оставить это раздел как есть, но решил активировать тем же способом, что я открыл Скрижаль. Результатом этого действия было всплывающее окно, содержавшее всего один вопрос:

Соединить Скрижали?

Иконки связали линии, образуя что-то вроде общего разлома. Зачем это нужно? Объяснения не было и я решился ответить согласием.С приятным звоном моя Скрижаль и обломок соединились, я снова не увидел никаких изменений, пока не открыл первый раздел. Обломок Скрижали снежного человека увеличил максимальное количество слотов под рунные глифы до двадцати четырёх. Получается, я сам того не понимая, обнаружил способ увеличить ёмкость собственной скрижали.

Я перешёл к следующему разделу. На фоне круга был изображён силуэт моего собственного тела. Я не видел себя в зеркале, но почему-то был в этом уверен. Назывался он:

АТРИБУТЫ.

В окне раздела было нарисовано изображение всё того же силуэта мужского тела. В контуре загадочно мерцали три разноцветных огонька и была изображена двойная спираль, переливавшаяся капельками. Если второе это не обозначение запаса Звёздной Крови, то я прима-балерина. Мою догадку подтвердила справочная надпись:

Зв ё здная Кровь (соответствие термину 99%).

1 / 7 кап е л ь .

Таймер перезарядки: капля / малый цикл.

Текущий таймер: 00.00 (готово к активации).

Тут вроде бы всё ясно. Я получил запас Звёздной Крови от снежного человека.

24. Интерфейс

Выходит, что Ахири решила провести мою нейротрансформацию, чтобы получить эту самую Звёздную Кровь? Или нет? Смысл её действий ускользал от моего разума. Ломать голову бесполезно. Женщин я никогда не понимал, понять инопланетянку видимо и вовсе не стоит. Выбросив из головы лишнее начал разбираться с интерфейсом дальше.

Зелёный индикатор ответил подсказкой:

Атрибут Тела.

Ранг: обычный.

Текущее развитие 5/10.

Показатель развития физических характеристик относительно первого предела Восхождения.

Синий был Атрибутом Разума:

Атрибут Разума.

Ранг: обычный.

Текущее развитие: 5 /10.

Показатель интеллектуального, мыслительного и психоэмоционального развития относительно первого предела Восхождения.

И последний, горящий в груди, окутал весь силуэт золотистым нимбом:

Атрибут Духа.

Ранг: обычный.

Текущее развитие: 0 /10.

Показатель духовного и ментального развития относительно первого предела Восхождения.

Последнее значение немного задело. Если судить по Атрибутам Тела и Разума, я с точки зрения Системы Восхождения был обычным непримечательным середнячком. И это понятно. Но почему я с точки зрения всё того же Восхождения определился, как полностью бездуховное существо? Немного обидно…

Тут же имелась ещё пара строчек: Слава, Навыки.

Провалившись в первую строчку, я обнаружил там девственно пустую шкалу без подсказок и объяснений. Если со Славой всё было непонятно, вот с навыками всё более или менее ясно:

Повышенн ая р еакци я 7/10

Знание единого я зыка 1/10

Странно. Реакция аж семь, а язык всего единица. Я хоть объясниться на уровне детского сада смогу с единичкой в навыке? Ниже списка навыков имелась надпись:

«Восходящий» — произведена адаптация организма к поглощению и использованию Звездной Крови. Скрижаль, Атрибуты и Атлас сформированы, нейролингвистическая настройка завершена.

Текущая стадия Восхождения: начальное обучение.

Меня уже называли в сообщениях «Восходящим», но что это такое и зачем это нужно не объяснили. Не стало понятней и после этого пространного объяснения. В общем-то тут не говорилось ничего такого. До чего бы я не догадался бы уже сам. Понятное дело, что ничего кроме раздражения сообщения у меня не вызвало.

Мне было нужно что-то прямо здесь и сейчас, чтобы я смог покинуть логово гигантских насекомых живым и, желательно, здоровым. Восстановив дыхание, я вернулся в интерфейс и открыл следующий раздел, который назывался:

АТЛАС.

Я аж зачитался. Богато, богато…

«Титулы», «Клятвы», «Прорывы», «Карты», «Приказы», «Восхождение», «Хроники», но большая часть разделов оказалась пустой, как и раздел «Славы».

В разделе Карты были отображены все мои перемещения по планете от места где я опустился на парашюте до собственно логова. Всё прочее было затянуто чернотой. Покрутив туда-сюда ползунки и повертев карту вокруг своей оси из чистого хулиганства, я понял, что и это мне никак не поможет.

Раздел «Приказы» был ничем иным, как журналом заданий. В нём сейчас светилась единственная строка:

Задание Наблюдателя Единства.

Пункт «Хроники» представлял собой лог действий, который, я пробежав глазами, закрыл не изучая. Потом как-нибудь, если у меня будет это самое «потом». Всё это фактически не несло мне никакой немедленной пользы или мгновенного усиления, на которое я надеялся. Мне тут выжить как-то нужно, а не в игрушки играться.

Вот… Ключевое! Игрушки. Это все вместе здорово напоминало виртигру. Слово я помнил, основные правила тоже, но ничего конкретного припомнить не получалось. Зачем мне все эти игровые условности, если умирать под когтями гигантских хищных насекомых мне придётся по настоящему?

В сердцах я захотел выйти из интерфейса, но на весь экран дополненной реальности вышло информационное окно:

Для внесения в Хроники Единства введите свое имя, Восходящий.

Моё собственное имя меня более чем устраивало, менять я его не планировал, но поразмыслив, выбрал сокращённый вариант.

Кир .

Я сидел, привалившись к стене, разглядывая вход в пещеру сквозь дыру в коконе. Нужно было что-то делать. Глупо просто так без дела в логове опаснейших тварей залипать в мнемоинтерфейсе. Отбросив все сомнения, я решил проверить три доставшихся мне криптора. Уже и задумываться перестал о том, как мне настроить сопряжение вокса с более чем одним экстрамерным хранилищем. Привычность этого действия настораживала. Сколько я уже собрал трупов своих сослуживцев? А сколько ещё мне предстоит найти? Проделав необходимые манипуляции, заглянул внутрь при помощи дополненной реальности.

В первом экстрамерном хранилище все было приблизительно, как и в моём собственном. Отличия минимальны, обнаружились три гранаты, только были они фугасного типа, из оружия однокаскадный гаусс-пистолет, ну и на вкусное — миниатюрный разведывательный дрон «Стрекоза — 12». Ясно — это криптор офицера, отвечавшего за технические средства разведки.

Я достал гранаты, пистолет и беспилотник. Строго говоря, «Стрекоза» с насекомыми не имел ничего общего. Это был бесшумный беспилотный аппарат с системой активного оптического камуфляжа. Кобуру с оружием подвесил себе на правое бедро. Контейнер с базой для дрона разместил за плечом. С самим автоматическим разведывательным аппаратом установил сопряжение, по ответу систем, понял, что он совсем не безобидный и запросто может нести в зажиме небольшой предмет, например гранату.

Осознав это, я улыбнулся и отправил беспилотник составлять карту подземелья, вернувшись к осмотру доставшихся мне крипторов.

Во втором экстрамерном хранилище обнаружились приличные запасы взрывчатки и детонаторов. Она была представлена в шашках, с подготовленными местами для вставки детонатора. Захочешь не ошибёшься. Детонаторы имели одну особенность — они могли быть переведены в действие простой манипуляцией из-под моего мнемоинтерфейса. План действий начал постепенно формироваться у меня в голове, но прежде чем действовать, решил осмотреть оставшийся криптор и… Бинго! Внутри нашёлся АКГ-12 в снайперском обвесе и комплект полуброни типа «Мангус».

Я сразу облачился в защитный комбинезон с синтетическими мышцами и надел шлем с встроенным визором, но самым ценным для меня сейчас был плащ-хамелеона из нано-ткани. На комбинезон надел кирасу размер позволял. Завернувшись в маскировочный плащ, я следующие пару часов занимался разведкой. Бесшумный миниатюрный аппарат сновал по тоннелям, а в моём вокс-навигаторе выстраивалась карта Логова.

После того как я имел большую часть карты подземелья, начал доставлять шашки, снаряженные детонаторами, по ключевым местам колонии гигантских насекомых. Особое внимание уделил главной особи гнезда — Королеве. Конечно не ей самой, а залу в котором она сидела. Приближаться к непосредственно главной особи я остерегся и заложил почти десяток мин вдоль стен по периметру королевской камеры.

Несколько мин поместил в ясли, все сплошь увешанные кожистыми коконами с дозревающими насекомыми. Но и остальные важные части колонии вниманием не обошел, скрупулёзно разместив, где шашки, а где и гранаты. Собрав активацию всех заложенных взрывчатых устройств на одну кнопку, я завернувшись в плащ пошёл на выход, до этого тщательно разведанный беспилотником.

У многих гигантских насекомых глаз не было, использовали они одну из версий биолокации. Поэтому я не надеясь на плащ надолго замирал в неподвижности. После начинал двигаться, очень медленно и осторожно. Активный оптический камуфляж помог или все предосторожности неизвестно, но я почти без проблем добрался до выхода из логова.

25. Побег

Тут я столкнулся с проблемой, а верней сразу с двумя. Пара гигантских насекомых стерегла выход, попросту его перекрывая своими телами. Я таких уже видел, через камеры «Стрекозы». Они были увеличенной копией охотников, только крупней и со скорпионьим хвостом. Но самое печальное было в том, что пройти мимо, не задев их, не представлялось возможным. Обе твари были носителями звёздной крови, рамка серого цвета указывала на то, что их ранг по местной системе не особо от моего отличается. Но насколько я понял, это указывало на их несомненную опасность.

Если вспомнить, то одни и те же виды гигантских насекомых убивались мной с разной степенью сложности. Тогда я относил это на счёт своих неудачных выстрелов, но может, они просто были носителями Звёздной Крови? Гадать смысла не имело. Нужно выбираться из логова и взорвать тут всё к чёртовой бабушке. Отойдя назад по тоннелю я опустился на одно колено и взял на прицел голову одного из стражей.

Имаго-Солдат.

Содержит Звёздную Кровь.

Через новенький оптический прицел в деталях разглядел отвратительную микроскопическую башку инсектоида, буквально всю состоящую из пасти. Где там только мозги помещаются? Я вжал приклад АКГ-12 в плечо и поймал в прорезь прицела пасть имаго. Тщательно прицелился. Солдат бдительно крутил треугольной головой и не думал расслабляться. Интересно, что их так насторожило? Уж не мой ли побег? Хотя какая к бесам разница? То, что стража была настороженна — плохо, но я столько уже прошёл, чтобы отступать и искать другой выход… Да и неизвестно, есть ли он вообще.

По крайней мере, одного нужно снять с первых же выстрелов, пока второй не понял, что происходит, а дальше действовать по обстоятельствам. Может, мне удастся проскочить мимо под камуфляжем.

Полсотни метров или около того, дистанция даже какая-то не солидная для оптики, но как показала недолгая практика стрельбы здесь, я тоже снайпером совсем не являлся, а если и умел без промаха бить белку в глаз, то амнезия всё начисто стёрла. Память вроде восстанавливается, но, увы, небыстро и совсем не в тех областях, в каких мне бы этого хотелось. Словом, тянуть не имеет смысла.

Я задержал дыхание и мягко нажал на кнопку инициатора стрельбы. Стражник дёрнулся, подпрыгнул и понёсся вперёд, но это была уже агония. Голова разлетелась брызгами и осколками хитина. Побежал же имаго прочь из пещеры, то есть в противоположную от меня сторону, размахивая скорпионьим хвостом в предсмертном усилии.

Быстро перевёл прицел на второго солдата и выстрелил.

Мимо! Ещё один выстрел! Мимо!

Но промазал я по уважительной причине. Второй имаго-солдат, резво перебирая ногами-ходулями, бросился в мою сторону, вертя безглазой башкой и подняв скорпионий хвост. Наконец, тварь, пробежав метров с десять, остановилась, заняв посреди тоннеля, широко расставив лапы. Я воспользовался передышкой, чтобы поменять режим стрельбы на автоматический и чуть не выругался от неожиданности.

Тонкий зловеще-рубиновый луч ударил у моей скулы в каких-то нескольких сантиметрах. Несмотря на то, что я был в шлеме, почувствовал насколько он, был горяч. Это же подтверждал потёкшие струйки расплавленного камня в нескольких метрах за моей спиной.

Это было близко!

Почему-то никаких сомнений не возникало, попади луч мне в голову, всё было бы уже кончено. Кто мог предположить, что у насекомых есть способность стрелять лучами теплового лазера? Или этими свойствами его наделила Звёздная Кровь? В любом случае гадать некогда. Я выстрелил очередью, а затем ещё одной. Но живучая тварь всё никак не желала умирать.

Получилось прицелиться, только когда солдат замер и снова выгнул хвост для выстрела, но на этот раз прицелился он явно в меня. Секундная задержка и пласталевые иглы разорвали его микроскопическую головёнку. Когда мёртвое тело перестало уже биться в агонии, я подошёл и подобрал сияющую капельку-звёздочку Звёздной Крови и выпавшую Руну.

Получено 12 капель Звёздной Крови. Общее количество: 13/19

Руна Алого Шипа

Я залез в Скрижаль посмотреть, что это такое мне выпало.

Руна Алого Шипа

Руна-Заклинание.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови.

При фокусировке создаёт высокотемпературный энергетический луч.

Время действия: 1 секунда.

Время перезарядки: 1 час.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Странное название. Я бы назвал это — «тепловой лазер» или «тепловой луч». Но кто я такой, чтобы советовать местной системе? Получается есть не только заклинания-усиления, но и боевые.

Над этим всем я размышлял, бодро шагая на выход из Логова. Сначала хотел сразу дойти до шлюзовой камеры десантного бота и задраив люк, активировать взрыватели. Однако имаго поблизости не было видно, решил собрать Звёздную Кровь и Руну с выскочившего из пещеры безголового солдата. Припустил трусцой, так как сил находиться в этой вонючей дыре у меня уже не было. Однако далеко убежать не получилось.

Споткнулся на самом выходе и растянулся. Через мгновенье стало ясно, что запнулся я не сам, а с помощью копейного древка. Само примитивное оружие в руках держала ни кто иная, как Ахири. Инопланетянка сидела с отрешённым видом привалившись к стене, и равнодушно взирала на то, как я растянулся, поигрывая необычным копьём.

— Кей ти рере ату кое? — спокойно спросила она.

Но… Я её понял. Она спросила далеко ли я собрался. Напрягшись, я покопался в памяти и неожиданно даже для самого себя ответил на незнакомом языке:

— Каори ау и рере мана каори кое и тиниханга уи ахау…

Замер в ожидании, поймёт ли меня Ахири и она поняла. Почему для меня это так много значило? Наверное, это снимет все сомнения в том, что всё мне не причудилось.

— Тебе бы не пришлось бежать, если бы я тебя не предала? — на лице предательницы появилась тень улыбки. — Кир, я не предавала тебя, так как ничего тебе не обещала.

Я заговорил с предательницей не без усилий. И дело совсем не в том, что мне было сложно понимать незнакомые слова, словно «вспоминать» их смысл, как будто бы с усилием их произносить. Горло и речевой аппарат напрягались из-за непривычной работы, а из-за того, что больше всего мне хотелось пристрелить вероломную тварь! Но понимание обстановки — ключ к выживанию. К тому же пристрелить предательницу всегда успеется.

— Ахири, но я спас тебя от гигантских насекомых, а ты воткнула мне в запястье гвоздь и отдала имаго!

Она пожала плечами и ответила:

— Спас, но не должен был этого делать. Нужно уметь адекватно оценивать риски. Ты не думал, как так тебя всё время находили черви?

— Опасность всегда есть, — философски заметил я, поднимаясь и вставая с противоположной стороны от выхода. — Как говорится, береги честь смолоду, а филейную часть в душе, когда наклоняешься за мылом…

Она пожала плечами.

— Ты мне нравишься, но я не могу отпустить тебя…

— Почему? — мне и правда было не всё равно. — Я похож на тебя, а насекомые — нет. Они другой вид. Почему ты с ними вообще сотрудничаешь.

Она встала и спокойно посмотрела на меня.

— Я одна из них, Кир…

Вот это фокус! Как так-то?

— Ты в зеркало смотрелась давно? — осторожно спросил я. — У тебя нет дополнительных конечностей, хитина, жвал. Хотя ладно… Пора заканчивать этот бесполезный разговор.

Подняв АКГ-12, направил оружие в лоб предательницы.

— Пора прощаться, Ахири. Не могу сказать, что был рад узнать тебя получше, но если ты не уйдёшь с моего пути, я застрелю тебя.

И тут она посмотрела на меня, изменившимися глазами. Радужки и белка не было, только чернота зрачка. От неожиданной метаморфозы я сделал шаг назад.

— Брось своё ружьё, — приказала мне инопланетянка, тоном, не терпящим возражений, и шагнула вперёд. — Сейчас же!

Внезапно накатившая слабость, заставила меня пошатнулся, а карабин в руках показался мне самым отвратительным предметом на свете, от которого необходимо избавиться немедленно. Подчинившись импульсу, я бросил оружие, чтобы через мгновенье подумать, что Ахири, стоит, лениво опираясь на своё копьё, а я перед ней стою безоружный. И хоть на мне надет камуфляжный плащ, она видит меня, так что спрятаться не выйдет.

Собеседница шагнула ещё раз ко мне и, поймав мой взгляд, улыбнулась.

— Если я отпущу тебя, что ты будешь делать дальше, Кир?

— То же, что и раньше, — не задумываясь ответил я, пожал плечами и продолжил. — Идти вперёд. Другого выхода у меня нет, да и не остаётся ничего.

— Ты не идёшь вперёд, а бегаешь туда-сюда со своим ружьём, и пытаться понять, что происходит. Твоё упорство и стойкость мне нравятся, но у тебя нет цели. Присоединяйся ко мне.

— Карабин. Ружьё — это другое, — поправил я, а потом осторожно поинтересовался. — К тебе? Цель в жизни это не главное если есть путь. Путь и есть цель. Я не знаю кто ты… Один раз я уже доверился тебе и оказался в коконе.

— В этом есть и плюс, — возразила Ахири, дёрнув плечиками. — Ты стал Восходящим и выучил мой язык.

26. Схватка

— Болтовня с тобой это сомнительный плюс…

— Кир, имаго — это выродившиеся потомки древнего могучего народа. Сами они неразумны, но их древние прародители, чуть было однажды не захватили всё Единство.

— Единство? — уцепился за знакомое слово я.

— Так называется этот мир, — ответила Ахири. — Мир-оболочка, мир-скорлупа, построенный вокруг этой звезды.

— Какой звезды? Это не звезда…

Во время последней фразы, я указал наверх.

— Древним Кел пришлось погасить своё светило, чтобы выжить в древней войне.

Я открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, да так и закрыл, поражённый догадкой. Так вот что мне напоминала голубая штука сверху! Чёрную дыру! Я даже забыл, что стою безоружный в опаснейшем месте, рядом с опаснейшим противником — Восходящим.

Тут было от чего получить инсайд, ведь объяснения Ахири укладывались в то, что я успел уже увидеть в Единстве. И вот сейчас последний кусок мозаики встал на своё место. Никакой это не мир, и не планета, и не космическая станция, не база под куполом, не виртуальная реальность, которой я уже готов был признать окружавшее меня сумасшествие! А всё на самом деле куда как безумнее — я на внутренней поверхности громадного астроинжинерного сооружения под названием «Сфера Дайсона», которую местные называют Единство.

Что это такое?

Память услужливо подсказала, что Сфера Дайсона — это сферическая оболочка о-о-очень большого радиуса, размеры можно соотнести только с радиусами планетарных орбит. Важный момент, внутри такого астроинженерного сооружения должна находиться в центре звезда.

Тогда вся энергия от небесного тела может быть преобразована в иную энергию, например, в лазерный луч и передаётся куда-нибудь ещё, и уже там используется как-нибудь ещё… Естественно, что снаружи такой «сферы» будет царить вечная ночь. Если снаружи остались планеты с населением… Я бы таким не позавидовал.

С другой стороны, если сфера сплошная, то на ней можно расселить вообще всех, площадь, хоть внутренняя, хоть внешняя даже не циклопическая — чудовищная. В этом случае вообще все планеты можно преобразовать в строительные материалы для постройки Сферы Дайсона. Уж что-что, а прочность материалов для постройки такого астроинженерного сооружения должна быть поистине колоссальной.

Да, придётся решить массу проблем! Например, такая колоссальная конструкция априори не может быть стабильной, но ведь и приз в конце того стоит. Подумать только! Покорённая звезда! Особенно если звезда не своя родная, а какая-нибудь чужая, планеты которой к колонизации непригодны.

Только звезды больше нет, но есть покорённая чёрная дыра…

Наверное, с секунду я стоял как громом поражённый, буквально задохнувшись от масштабов великого замысла и цели, но потом я вспомнил оговорку Ахири.

— Погоди-погоди, — попросил я собеседницу, взглянув в её нечеловеческие глаза. — Ты говоришь, что одна древняя цивилизация напала на другую древнюю цивилизацию, представители которой построили Сферу Дайсона, так?

— Что такое Сфера Дайсона?

— Ты называешь это «Единство».

Она рассеянно кивнула в ответ:

— Так…

— Получается, что я должен выступить на стороне агрессоров? — я грустно улыбнулся. — Да, в придачу ко всему, как ты сама сказала, не к самим агрессорам, а к их неразумным выродившимся потомкам? Ничего не скажешь, предложение от которого нельзя отказаться.

Ахири вернула улыбку, словно видела моё выражение лица под закрытым шлемом. Однако в этой улыбке не было веселья и приязни, словно резиновой маске растянули губы.

— Так, соглашайся…

— Позволишь ещё один вопрос? — я сделал небольшой шаг назад.

От внимания собеседницы это не ускользнуло и она последовала за мной.

— Конечно, почему бы и не побеседовать? До кормления Матери ещё есть время. Главным блюдом будешь ты, если откажешься… Зря я тебя сделала Восходящим? Матери тоже как-то нужно получать Звёздную Кровь.

От её слов и улыбки внутри меня всё похолодело. Так, вот зачем она это сделала и возилась со мной.

— Зачем я тебе, Ахири? — нашёл я в себе силы спросить.

От девушки исходила гнетущая аура. Я уже догадался, что каким-то непостижимым образом она мне давит на мозги. Только в начале знакомства она делала это мягко, вызывая во мне симпатию, а сейчас не стесняется. Оружие заставила бросить и вот сейчас…

— Если я скажу, что мне не с кем поговорить, ты мне поверишь?

— Почему нет? Конечно… Почему ты просто не прикажешь присоединиться к тебе, как приказала бросить оружие?

Вопрос был действительно интересным.

— Ты будешь должен принять симбионта в себя. В первые годы жизни он слаб. Его нужно оберегать и ухаживать за ним. Зато потом он даёт невероятную силу и чем старше становится, тем делает тебя всё могущественней и могущественней. И так пока не созреет.

Несколько секунд я переваривал услышанное, едва удерживаясь от того, чтобы не, ответить отказом.

— А что будет, когда личинка созреет? — спросил я и сделал маленький шаг назад, кладя руку на кобуру с гаусс-пистолетом.

На лице девушки не дрогнул ни один мускул. Она, вероятно, просто не знала, что такое пистолет.

— Ты превратишься во Всадника…

— Всадника?

— Да… Ты не поймёшь, но ты превратишься в сверхсущество. Внешне, всё также будешь человеком, но внутренне, получишь доступ к миллионам лет памяти другого вида существ. Сможешь силой мысли приказывать всем, в ком течёт Их кровь. Сможешь собрать войско и…

Девушка осеклась.

— Зачем, Ахири? — с интересом спросил я, делая ещё один шаг назад. — Зачем тебе войско?

Пока девушка задумалась, я быстро активировал вокс и послал сигнал активации на детонаторы. Десять секунд и Логово взлетит на воздух.

— Чтобы уничтожить мерзкие светящиеся деревья…

Она стояла прямо напротив выхода из пещеры, а меня закрывало стеной.

— Никогда в полководцы не метил. Если вдуматься, то я против войны, хоть сам и служу на флоте. Да и деревья эти ничего плохого мне не сделали, а ты сделала, — кивнув своим мыслям, продолжил. — Гори в Аду, Ахири, ты и твои насекомые…

Взрыв был настолько мощным, что почва ушла из-под ног. Не устояв, я растянулся на каменистой земле, выхватывая пистолет.

— Что ты наделал? — прокричала Ахири, вскакивая на ноги.

В то же время я почувствовал себя раздавленным и прижатым к земле мощью чуждой могучей воли. Рука сжимала рукоять оружия, но сил поднять его и выстрелить у меня не было. Инопланетянка занесла надо мной копьё и…

Взрывная волна переломала и снесла её тело. Ещё несколько секунд слышал ментальный визг нечеловеческого существа. И это было подобно ментальному шторму. Я скорчился от невыносимой боли, зажав уши руками. Но это не было звуком, и это не помогло. Хотелось умереть здесь и сейчас, лишь бы не слышать это больше. Благо, что сил на то, чтобы приставить пистолет, зажатый в руке, у меня не было.

Когда вопль оборвался, я не сразу в это поверил. Поднявшись на ноги, оглушённый побрёл посмотреть, что там с Ахири. Метрах в трёхстах я нашёл её…

Огонь и ударная волна сорвали с существа человеческую плоть, обнажив нечеловеческую составляющую. Чёрный хитин брони, и отвратительная пурпурная кожа срослись в единое целое. Существо лежало в неестественной позе, мощная взрывная волна швырнула тело на торчащий камень и переломало его почти пополам, но оно было живо и вяло шевелилось.

С ужасом я заметил, что в ране есть нечто чёрное, живое и червеобразное. Переполненный отвращением, я навёл пистолет и выстрелил. Копошение не прекратилось. Тогда я выстрелил ещё, ещё и ещё. Больше всего это напоминало кошмарный сон. Я стрелял, а существо, казалось, не умело умирать. Когда пистолет мне тихо просигналил, что магазин опустел, сунул его в кобуру и активировал Скрижаль, рассудив — если тварь отказывается погибать от оружия, то, может, на него подействует заклинание.

27. Кто-то кончается, но ничего не начинается

С какой стороны ни посмотри, а одна секунда — это очень-очень мало, но не тогда когда речь идёт о высокотемпературном лазере. Высококогернтный луч света буквально испепелил червя. И кажется раньше чем за секунду. Как я это понял? Да очень просто. Из тела той, кто называлась Ахири, вывалилась пачка Рун и Звёздная Кровь, а Наблюдатель мне написал следующее:

Восходящий Кир!

Ваша Слава повышена на 5.

Вы получаете 5 Звёздных Монет.

Выберите любую Руну (бронза): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага

Я обессиленно уселся там же, где и стоял, глядя на мёртвое тело. Умом понимал, что поступил правильно. Внутренне моя первая знакомая в Единстве уже давно переродилась и не была человеческим существом в полном смысле этого слова. Странным, противоестественным симбиотическим организмом? Пожалуй, что да. Действовал я из соображений самозащиты, но отчего тогда мне так плохо? Но чёрт подери, она была разумна! Я убил разумное существо…

Несколько минут сидел словно оглохший, а в голове крутилась ровно одна мысль — человек остаётся человеком ровно до первого убийства. И неважно по какой причине оно было совершено, был причинён вред действием или бездействием. Всё это не имеет значения после первой смерти человека, случившейся по твоей вине. Всё, точка. Обратно хода нет. Человек сорвался с цепи и превратился в бешеного пса, хлебнувшего человечьей крови. Хочешь этого или нет, нравственная деградация неизбежна. Ведь нужно же как-то продолжать жить дальше. Значит, необходимо как-то договориться с собственной совестью. Можно ли продолжать считать себя человеком после убийства? Или я уже лютый зверь, охотник на тропе войны?

Я закрыл лицо руками и сказал себе вслух:

— Не ты её, так она тебя. Она была женщиной только внешне. Внутри она была уже не человек.

Когда я убрал руки, вдохнул холодный воздух и решил, что пора жить дальше. Минутная слабость прошла. На самом деле, конечно, нет, но минута прошла и пора было двигаться дальше. И первое, что я решил сделать — поднять и посмотреть какие Руны с Ахири. Дотронулся пальцем и…

Получено 262 капли Звёздной Крови. Общее количество 275/281.

Получен Обломок Скрижали Восходящего.

И Руны. Рун было много. Аж пятнадцать штук…

Заинтересовался, вошёл в интерфейс Восходящего и первым делом присоединил Обломок Скрижали Ахири к своему, после чего вместимость её повысилась до тридцати двух ячеек. Никаких фокусов, как и предыдущая Скрижаль, эта имела качество бронзы, а вот с Рунами… Нет, часть из них была вполне привычными, несколько имели качество бронзы, а пять проклятыми.

Я перечитал определение. Встроенный переводчик не обманывал. Соответствие термину аж в восемьдесят процентов. Были это странные глифы, значки чёрные, похожие на насекомых. И, конечно, Наблюдатель не был бы наблюдателем, если бы оставил это без внимания.

Восходящий Кир!

Немедленно уничтожьте все найденные проклятые Руны!

Награда: 1 Слава

Награда: 1 Звёздная Монета

Восходящий Кир!

При любой попытке использования проклятых Рун вы будете наказаны!

Наказание: Позор

Знакомо… Вот тебе пряник, но не забывай, что кнут у меня тоже имеется. Как уничтожить Руны я не знал и пока решил не торопиться с этим. Просто выкинуть их из своей Скрижали же не вариант? Пересчитал их — четыре штуки. Даже не стал читать их описание, чтобы не впадать в искушение их использовать. Вдруг там что-то такое полезное, что я, не раздумывая, применю их. Что такое «Позор» не очень, правда, понятно, но если награждают очками Славы, разумно было бы предположить, что это название очков отрицательной кармы. Звучит неприятно, поэтому даже пробовать не буду.

Я осмотрел глифы деревянного качества:

Три Малые Руны Развития. О существовании чего-то подобного я догадывался. Иначе как прогрессировать?

Руна Развития.

Вид: Руна-Свойство.

Качество: дерево.

Используется для развития Атрибутов, Аспектов и Навыков.

Второй и третий глифы также были совершенно нового типа.

Руна Владения Копьём.

Вид: Руна-Навык.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови (безвозвратно).

При активации обучает навыку владения копьём (качество дерево). После активации Руна исчезает.

Время действия: одноразовая, при активации исчезает.

Требования: Атрибут Тела выше 6.

Последняя Руна этого, как я понял, самого низкого качества также была навыком:

Руна Боя-без-Оружия.

Вид: Руна-Навык.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови (безвозвратно).

При активации обучает навыку Боя-без-Оружия (качество дерево). После активации Руна исчезает.

Время действия: одноразовая, при активации исчезает.

Требования: Атрибут Тела выше 6.

Следующий глиф отливал тёмной бронзой.

Руна Зирдиновое Копьё.

Вид: Руна-Предмет.

Качество: бронза (соответствие термину 90%).

Активация: 6 капель Звёздной Крови.

Оружие древних Кел изготовленное из благородного белого зирдина. Очень прочное и лёгкое, хорошо рассеивает энергию, также ему не страшен лёд, пламя и отрава Червей.

Время действия: нет.

Время перезарядки: один малый цикл.

Текущий таймер перезарядки: 24 часа 37 минут.

Две Руны Развития, отличавшиеся от виденных мной выше цветом и более сложным узором.

Руна Развития.

Вид: Руна-Свойство.

Качество: бронза.

Используется для развития Атрибутов, Аспектов и Навыков.

Также я обнаружил заклинание бронзового ранга.

Руна Ментальной Связи.

Руна-Заклинание.

Качество: бронза.

Активация: 12 капель Звездной Крови.

При фокусировке создаёт ментальную связь между восемью согласными на это разумными.

Время действия: нет.

Время перезарядки: один малый цикл.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Прочитав описание, я помотал головой, отгоняя наваждение. То, что это всё не магия, а продукт высоких технологий для меня было очевидно, просто прогресс цивилизации все эти чудеса создавшей, шагнул настолько далеко, что они похожи уже на магию. Но телепатический чат? Да как такое вообще возможно?

Наваждение и не думало никуда исчезать. Руне в моей Скрижали было плевать на то, верю я в неё или нет. Она была реальностью данной мне в ощущениях. Полюбовавшись сложным рисунком, я перешёл к последней Руне и это была Нулевая Руна.

Нулевая Руна.

Вид: Пустая.

Качество: Бронза.

Активация: не определено.

Заготовка (соответствие термину 70%), шаблон (соответствие термину 55%) для записи любых Рун качества «бронза». Необходим Навык «Рунный Мастер».

Рунный Мастер значит? То есть, теоретически я могу не только использовать Руны, как простой пользователь, но ещё и их создавать? Не понимая того, как эта технология устроена? Хотя чему я вообще удивляюсь? Большинство людей включают в комнате свет или меняет перегоревшую лампочку, не понимая, что такое электричество. Больше всего мне, конечно, хотелось попробовать заклинание, но Зирдинове Копьё было в откате, а для остальных заклинаний не пришло время. Для Ментальной Связи не было разумных, а Алый Шип я уже использовал. Впечатлений пока хватает.

Решив уподобиться обезьяне с гранатой, я решил вложить Руны развития в свои Атрибуты. Так и поступил, добавив в Тело шестую и седьмую, а в Разум шестую звезду.

Прислушался к себе и ощутил минутную слабость, а потом накатила мощная волна эйфории. Мышцы налились энергией, связки стали гибкими, а тело послушным и готовым выполнить любой приказ немедленно. Я любил Единство и Наблюдателя и наслаждался этим. Всё существо затопила волна восторга. Это было прекрасно!

На эмоциях решил попробовать вложить ещё одну Руну в Дух, добавив тому звезду, но серые глифы у меня кончились и тогда решил воспользоваться бронзовой. И у меня это получилось! Когда схлынула новая волна эйфории и я снова зашёл в интерфейс, то понял, что совершил ошибку.

28. Дух

В Атрибуте Духа сияло десять звёзд. И, с одной стороны это было хорошо, а с другой стороны… Когда я ещё себе найду Руну развития бронзового качества. Ведь обычные серые глифы этот Атрибут для развития больше не примет, так как достиг максимума и перешёл на следующий уровень — бронзу. Нужно, конечно, ещё наведаться в выжженное Логово имаго, но соваться туда пока даже в герметичном скафандре небезопасно. Из входа валил жирный чёрный дым, поднимаясь столбом к лиловым небесам.

Не успел я это додумать, как сильное жжение в груди меня отвлекло. Я снова уселся на каменистую бесплодную почву и снял шлем. Гамма не самых приятных запахов обрушилась на органы осязания, но так было гораздо лучше, чем дышать отфильтрованным стерильным воздухом. Достал из криптора флягу с водой, напился, умыл лицо. Слишком много впечатлений, слишком всё быстро происходит и не всё из случившегося мне нравится.

«Шаг Смерти» всё ещё должен был работать, но я чувствовал себя уставшим. Даже не так. Не уставшим, а вымотанным. Но усталость эта была скорей психологической, чем физической.

На экране дополненной реальности светился выведенный интерфейс Восходящего, где я обнаружил новый Навык, помимо «Знания Единого Языка» и «Повышенной реакции», появилась и третья запись:

«Медитация» (1/10) — особое психическое состояние, возникающее в результате этих психо-физических упражнений. Занимаясь медитацией, не надо делать над собой никаких усилий, нужно достигнуть полностью расслоённого состояния расслабленной сосредоточенности, в котором идёт отрешённое созерцание. Включает в себя дыхательные гимнастики, нервно-мышечные упражнения и практики самосовершенствования.

Ведущий Атрибут — Дух.

То-то я и смотрю, мир вокруг будто бы стал понятней. Улыбнувшись своим мыслям, посмотрел окно Атрибутов. Выглядело оно так: Тело — семь звёзд, Разум — шесть звёзд, Дух — десять звёзд.

И всё же странно… Навыка медитации я не изучал, а он появился сам по себе. Интересно это приз за десятую звезду в навыке или же это мой наработанный навык из прошлой, так сказать, жизни? Этот вопрос, как и ряд других остались голосом вопиющего в пустыне. Голос есть, а в ответ только ветра свист да шелест, ползущего барханами, песка.

Всё остальное, вроде как было, так и осталось. Хотя нет… На моих глазах регенерировала одна капля Звёздной Крови. Хотя неверное, регенерация тут ни при чём или всё же… Это лучше назвать восстановлением или восполнением, но местная система перевела для меня термин, именно так — регенерация (соответствие термина 94%). В соответствующем разделе я и правда обнаружил, что запустился процесс восстановления. Означало это только одно — Дух — очень полезный Атрибут. Наверное, самый полезный. Ведь с другими своими параметрами я как-то до этого справлялся, да и было всё ясно с ними. Хочешь развивать тело, поднимай гири, хочешь развить разум, книги читай. Дух же позволял восстанавливаться Звёздной Крови, бывшей топливом для местных рунических заклинаний, в эффективности которых я уже успел убедиться.

Удалось даже вычислить скорость восстановления Звёздной Крови. Она была равно трём каплям за местные сутки. Не густо, конечно, но это и немало. Поначалу-то я думал, что Звёздную Кровь можно получить, только завалив носителя оной.

Это были ещё не все изменения. Достигнув десятой звезды развития, Атрибут Духа не только перешёл на более старший ранг, но и как бы разветвился на три новых атрибута: Предвидение, Стихийность, Ментальность. Словно, предлагая мне выбрать дальнейший путь развития. Новые Атрибуты, как не сложно догадаться, были уже бронзового ранга и не имели ни одной звезды.

Я почесал в затылке, глотнул ещё воды из фляги и задумался.

Одна Руна Развития, соответствующего ранга у меня, имелась, а, судя по всему, для того чтобы, понять, за что отвечает каждый из них, необходимо вложить хотя бы по одной Руне в каждый из них. Соответствующая руна у меня была, но всего одна, а решиться и выбрать что-то одно, не понимая, насколько оно мне нужно или нет, я не смог.

Посидел ещё несколько минут, любуясь на столб вонючего жирного чёрного дыма, символизирующего мою победу над жестоким и многочисленным врагом. Но как бы эта картина ни была мила моему сердцу, заставил себя встать и отправиться к десантному боту. Пройдя изгиб уступа, я чуть снова не присел, привести пульс в порядок.

Когда я последний раз был в боте, то установил режим автоматического управления огнём, чтобы орудие стреляло во всё, что движется и тяжелей десяти килограмм. Кажется, я и расстояние в сто метров выставил… И бот послушно выполнил мой приказ. Всё пространство вокруг корабля было завалено дохлыми имаго. Да, гигантские насекомые были сильны, многочисленны и весьма проворны, но всем этим недостаток интеллекта компенсировать можно лишь отчасти. Сколько их сожгло плазмой сказать наверняка было нельзя, но часть из них были носителями Звёздной Крови точно, так как всё пространство вокруг бота чернело выжженной землёй и искрилось словно звёздное небо маленькими сияющими звёздочками. Из общей картины выбивались только глифы, которые мне подсветила местная система.

Получается, что Ахири вынесла меня на себе из бота, а я в список целей не входил, поэтому и мы выжили. Автоматика просто расценила нас одной целью и стрелять не стала, даже если бы не определила, то всё равно нельзя произвести снайперский выстрел из плазменной пушки, считавшейся средством для штурмовки крупных наземных целей. Вот если бы это был гаусс-пулемёт, то да, тут уже всякие чудеса возможны, а плазменное орудие… Нельзя починить тонкий механизм с помощью кувалды и такой-то матери.

Не откладывая в долгий ящик, приступил к сбору Звёздной Крови. Это было просто. Капельки, сияющие звёздочками и, не думали от меня прятаться или скрываться. Я подходил к ним, дотрагивался, и они становились частью меня. Руны тоже не пропускал, так как система их подсвечивала.

В общей сложности набралось двенадцать Рун и шестьдесят семь капель Звёздной Крови. Большинство из найденных глифов оказались «нулёвками» деревянного качества, но три оказались вполне себе интересными:

Малая Руна Изменения.

Руна-Свойство.

Качество: дерево.

Используется для изменения свойств Рун.

Было очень любопытно, что за свойства она может изменить, прервав все занятия, я приступил к экспериментам. Это была одноразовая Руна, с помощью которой было можно увеличить время действия или уменьшить перезарядку других Рун, естественно, своего деревянного ранга. Вариантов для усиления у меня было не так чтобы и много — всего одна Руна-заклинание Алого Шипа. Не задумываясь, я её усилил, сократив время перезарядки, до сорока минут.

Получилось так:

Руна Алого Шипа

Руна-Заклинание.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови.

При фокусировке создаёт высокотемпературный энергетический луч.

Время действия: 1 секунда.

Время перезарядки: 40 минут.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Ещё мне попались Руны Хитинового Щита и Фляги с Ядом Имаго. Обе качества дерево. Откровенно говоря, я не видел смысла размениваться на копьё и щит, если у меня карабин имеется. Какой в них смысл, если всё можно решить на солидной дистанции? Кроме того, сейчас у меня есть маскировочный плащ и АКГ-12 в снайперском обвесе. Так что дистанция, с которой я могу решать свои проблемы резко увеличилась. Тем не менее, решил выучить бой без оружия, истратив на это шесть капель Звёздной Крови. Ситуации разные бывают, уметь дать кому-нибудь от всей широты пролетарской души по наглой буржуйской роже, никогда лишним не будет. Поразмыслив, выучил и Руну Владения Копьём. Вдруг останусь без оружия и если сумею найти и заточить себе палку, то вот тебе уже и примитивное древковое оружие, да сейчас у меня имеется Руна с этим хоть и примитивным оружием, но прямо-таки наделённым волшебными свойствами.

Подбил итоги.

Общее количество Звёздной Крови 321/336.

В моей Скрижали из тридцати двух ячеек было занято двадцатью тремя Рунами:

Руна Ментальной Связи (бронза).

Нулевая Руна (бронза).

Руна Развития (бронза).

Руна Зирдинове Копьё (бронза).

Руна Алого Шипа (дерево).

Руна Хитинового Щита (дерево).

Руна Фляги с Ядом Имаго (дерево).

Плюс пять Проклятых Рун неустановленного качества.

Отдельный слот занимали пять Звёздных Монет, выглядевших как золотой глиф со звездообразным символом в центре. Количество Славы достигло пяти единиц.

Мой список навыков теперь выглядел так:

Повышенная реакция 7/10

Знание единого языка 1/10

Владение Копьём 1/10

Бой-без-Оружия 8/10

29. Список потерь

Десантный катер больше не оживёт. По крайней мере, до того момента, пока я не найду способ зарядить энергоячейки или не раздобуду новые. Это стало ясно как божий день, сразу после того, как отжал вручную тяжеленные люки шлюзовой камеры и оказался внутри. Именно в этот момент я оценил, насколько моё тело стало сильней после того, как вложил две звезды в развитие тела. В прошлом своём, далеко не худшем состоянии, мне бы люки открыть не светило.

В шлюзовой камере задержался, собрав останки своего сослуживца в криптор. Нужно будет заняться упокоением их останков. Не дело героям оставаться без погребения. Когда-то давно кто-то мне сказал, что мера культуры общества — это отношение к детям, старикам и мёртвым. Не знаю, прав или не прав в своём стремлении к тому, чтобы похоронить своих как подобает, на фоне других насущных проблем, но я это непременно сделаю.

В кабине всё было, так как я оставил, только без подачи энергии. Как и все офицеры космической пехоты я твёрдо знал, если десантный бот был бы в порядке, то поднял бы его. Не знал специфики, но взлететь, проложить курс и посадить корабль где нужно, сумел бы точно. Но будь я профессиональным пилотом, возможно, смог бы по показаниям приборов определить, что не хватает энергии. В момент моего последнего визита на борт автоматика уже тянула последние крохи энергии из аккумуляторов. Я, конечно, тоже хорош. Даже не задумался над вопросом, почему пойманный сигнал шёл не постоянно, а с длинными интервалами. Не знаю, сколько требует энергии узел связи, но явно это не самая энергозатратная бортовая система. В горячке боя один незадачливый космопех дал приказ автоматике валить всё живое из энергетического орудия, не обращая внимания на предупреждения. Уверен, если покопаться в вокс-интерфейсе, то и все сообщения о состоянии борта обнаружатся.

Все же знают, чтобы была энергия, необходимо запустить реактор вот, и я в первую очередь про это подумал. Однако реактор холодного синтеза не работал. Внешне всё казалось целым и работоспособным, но оказавшись в машинном отделении, после нескольких попыток холодного запуска энергетической системы, стало ясно что-то не так. Тогда я начал искать неисправность.

И она нашлась. При посадке наш бот был обстрелян, как и моя капсула. Реактор, хоть и холодного синтеза, всё равно выделяет столько тепла, что будь здоров. Вот его-то контур охлаждения и оказался повреждённым. Всё это время, пока наш аппарат тут лежал, тёк хладагент. В полевых условиях ремонт может и был возможен, но лишь когда есть запас охлаждающей жидкости. А так… Смысла нет. Реактор просто не запустится без надлежащего охлаждения.

Оставалось только выматериться, что я и сделал с удовольствием и наслаждением. В ушах зазвенело от экспрессивного выкрика в тишину. Как это ни странно, но полегчало. Главным образом, потому что я вспомнил, зачем я сюда так долго и с такими приключениями добирался. Правильно. Чтобы узнать, что произошло с экипажем, а это немного-нимало, а двенадцать человек, включая меня.

Троих я уже нашёл в Логове, Ивана по дороге сюда, одного в шлюзовой камере. Вместе со мной это шестеро, а где ещё половина?

С замиранием сердца я вошёл в отсек с капсулами холодного сна и с первого взгляда понял, что попали не только по машинному одолению. Три капсулы были уничтожены, часть отсека, где они были расположены, была оплавлена и автоматически залита быстротвердеющей аварийной металлокомпозитной пеной. Может, кто-то из них был ещё жив в момент, когда пена набирала прочность, но такова суровая реальность путешествий в космосе и через А-пространство. В любой момент что-то может пойти не так.

Три других капсулы были автоматически сброшены из аварийного отсека. В моём случае это спасло жизнь. Получается, потенциально два члена экипажа могут быть живы. Если это так, то я должен сделать всё возможное, чтобы их отыскать.

Изучив остальные помещения, пришёл к выводу, что отсек с оружием и амуницией также попал под обстрел. Проникнуть внутрь не вышло всё из-за той же аварийной пены, залившей весь объём помещения и так затвердевшей. Автоматические протоколы борьбы за живучесть суровы и беспощадны.

Зато контейнеры с мегакрипторами в грузовом отсеке остались нетронутыми. Это то же самое, что и криптор обычный — экстрамерное хранилище, только в отличие от моего портативного способное вместить сотни кубометров и десятки тонн груза либо крупный, сложный технический объект.

Например, готовый к использованию всепланетный вездеход «Тайга», или универсальный промышленный Репликатор, или… Рабочий реактор!

Я, конечно, не понял зачем мне куда-то лететь. Ведь я не знаю где я. Верней, теперь знаю. Я в Единстве, представляющей собой что-то вроде Сферы Дайсона, только построенной не вокруг чёрной дыры. Однако эта ясность ничего не даёт. В моём мире, в известном человечеству космосе близко ещё ничего не было построено. Концепция и идея такого астроинженерного сооружения была известна, но от идеи до воплощения в жизнь очень долгий путь. Так что я не представляю, куда лететь, чтобы вернуться домой, к своей забытой жизни. Да и сомневаюсь, что на катере получится преодолеть этот путь, ведь он не предназначен для путешествий через А-пространство.

Чтобы не начать выть от безвыходности ситуации, решил перекусить. На сытый желудок, оно всегда думается повеселее. Распечатав брикет уже изрядно набившего оскомину сухого пайка, захрустел им, не забывая запивать сухомятку.

Итак, что мы имеем? Пока оставим все загадки Единства за скобками. Я нашёл десантный бот и это хорошо. Больше нет нужды ломать голову над тем, что случилось. Катер больше никуда не полетит, в том числе и по моей вине. И это плохо. Как и то, что девятеро из двенадцати членов экипажа погибли. Хорошо то, что трое, включая меня, всё ещё живы. Я осознавал, что шансы их найти даже не ничтожно, а исчезающе малы, но это мой долг, чтобы попытаться это сделать.

Поев, продолжил осмотр корабля, надеясь найти хоть какие-то подсказки о том, что случилось с остальными членами экипажа. Преследовало ощущение, что мы оказались здесь не случайно, и что всё происходящее имеет какой-то скрытый смысл.

Больше всего мешала амнезия. Что-то вспоминалось сразу и без усилий. Например, узнать своё гнездо капсулы. Но многое припомнить не получилось. Ни членов экипажа, ни нашей совместной службы, которая уж совершенно точно должна была быть. Втайне даже от себя надеялся, что, попав в знакомую обстановку, память прорвёт плотину и я всё вспомню, но вот я здесь и ни-че-го…

Вышел из десантного бота размять мышцы и посмотреть, что твориться вокруг. Главным образом меня интересовало, не закончился ли пожар в Логове. Ветер на какое-то время стих и теперь чёрный столб жирного дыма стоял почти вертикально. Казалось, что его стало только больше. Видимо, прогорит только к завтра, так что можно особо его не караулить, а ложиться спать.

Пристрелил нескольких имаго носившихся, словно наскипидаренные. Они бестолково метались, то забегая внутрь пещеры, то выскакивая. Звёздной Крови ни один из них не содержал. Поэтому из чистого хулиганства, я забросил карабин за спину и вызвал из Руны Зирдиновое Копьё.

Впервые я наблюдал, как оно воплотилось в вихре из мельчайших пылинок Звёздной Крови. Удивительное зрелище. Копьё было блестящим, словно фарфор, гладким и удивительно лёгкий. Не удержавшись, вынул нож и ударил пласталевым лезвием по древку. И оно ответило тонким стеклянным звоном.

К гигантскому насекомому подошёл без опаски. Хотя бояться-то их как раз нужно, но я за последние дни уже столько перевидал этих уродливых созданий, что спокойно уже мог смотреть на низ без страха.

Имаго-фуражир

Не содержит Звёздную Кровь

Мой противник, занятый беготнёй, заметил меня, подошедшего со спины, в последний момент. Он без раскачки, напружинил ноги-ходули и прыгнул на меня. В этот момент я понял — слишком медленно и почти без усилий ушёл с вектора атаки. Пролетавшую тушу успел ткнуть один раз вбок. Но этого хватило. Нет, тварь не издохла, но приземлилась неудачно. Мне только этого было и нужно. Я подскочил к противнику, остриё копья заработало со скоростью без сопротивления, перфорируя хитин. Вероятно, твари столько было не нужно, но мне требовалось выпустить накопившееся напряжение последних дней, поэтому когда я вернулся на борт катера, за спиной у меня остался измочаленный труп гигантского насекомого.

30. Призрак

Заставить себя лечь спать внутри десантного бота, ставшего братской могилой для четверых членов экипажа было очень и очень непросто. Нет, я объяснил себе то, что это правильно. Ведь за пласталевой космической бронёй, пусть даже и лишившегося энергии катера будет понадёжней, чем под открытым небом. Устроился на ночь в рубке управления, на одном из кресел, фривольно закинув ноги на пульт управления.

Но уснуть не получилось из-за того, что в голову начали лезть непрошеные мысли о том, что в соседнем отсеке лежат так и не погребённые останки моих товарищей, а я тут устроился. Решил опробовать недавно приобретённый или зафиксированный системой Восхождения навык медитации.

Сел на пол, выпрямил спину и с час останавливал бег мыслей, когда вроде бы получилось, я вновь устроился в пилотском кресле. Но стоило мне закрыть глаза, как я услышал скребущие звуки. Решив, что это игра моего воображения, поёрзал и снова закрыл глаза, но звук повторился вновь.

Против моей воли воображение нарисовало картину моего сослуживца, скребущего руками быстротвердеющую композитную пену. Прогнав дурацкие мысли из головы, уже прислушался, пытаясь понять, что там за шебуршение. Пролежав с несколько минут и глядя в темноту, я не услышал ни единого звука. Обругав себя мысленно, закрыл глаза и постарался поскорее уснуть. Но стоило мне сомкнуть веки, как загадочные звуки повторились снова.

На этот раз я заставил себя подняться и надеть шлем. Темнота рубки сразу перестала быть непроглядной, раскрасившись во все оттенки серого при помощи прибора ночного видения. Огляделся вокруг. Как и ожидалось никого и ничего. Подхватив карабин и копьё, которое решил не убирать в руну. Ведь доставать его от туда накладно, а жечь постоянно боеприпасы так их не напасёшься. А Зирдиновое Копьё уже показало себя хоть и примитивным, но полезным дополнением к моему обычному арсеналу.

Пройдясь по отсекам, никого и ничего в них не обнаружив. Но звуки точно были и, с иррациональным страхом я понял, что доносились они из отсека с тремя залитыми пеной капсулами. Я приложил ухо к наплывам образованными аварийной пеной и простоял так минут с десять, но больше не услышал ни звука. Успокоив себя тем, что это шалят нервы, снова улёгся в кресло, но стоило мне только задремать, как проклятый царапающий звук появился снова.

Вскочив с пилотского ложемента, я подхватил белое копьё и устремился в отсек с капсулами. Даже не знаю, что я там хотел увидеть. Призраков? Смешно… Естественно, что отсек обнаружился абсолютно пустым и тихим. Постояв посреди отсека с три минуты, почувствовал себя идиотом. Возвращаясь в пилотскую кабину, пришёл к выводам, что скорей всего это шалит взбудораженная нервная система перевозбуждённая недавними впечатлениями. А кроме, впечатлений я принимал боевую химию, с поэтическим названием «Шаг Смерти», а вот какие у неё могут быть побочные эффекты, припомнить не удалось. Но в том, что они у неё были, можно было не сомневаться, ведь по-другому с такой злой наркотой просто быть не может. Я же успел уже сделать себе несколько инъекций, причём одну за другой, почти без перерыва. Жалею ли я? Нет. Если организуется ещё одна такая ситуация, обколюсь всем чем только можно и буду потом дёргаться по ночам от загадочных звуков, существующих только в моей голове.

Уже сев на ложемент, снова услышал скребущие звуки и понял, что они проникают в мою голову и пробирались под кожу. Химия отпускала, но заснуть из-за слуховых галлюцинаций я не мог. Взбудораженный разум впадал в какое-то заторможенное состояние. Срочно необходимо перехватить хотя бы несколько часов сна. Меня подташнивало, но если это исключить, на удивление чувствовал я себя довольно сносно.

Звуки раздались снова и окончательно стало ясно, что заночевать тут я не смогу. Я поёжился и побрёл прочь из бота, на ходу осознавая, что это было плохой идей.

Я установил детектор движения, но в опасной близости от разорённого логова имаго не рискнул даже прилечь. Гигантские насекомые продолжали возвращаться по одному и мелкими группками. В основном это были фуражиры, но и они могут представлять немалую опасность.

Привалился спиной к бронированному борту десантного бота, положив карабин на колени, а копьё и вовсе держа в руках, и сомкнул глаза. Как это ни странно, но снаружи сон пришёл сразу. Был он не крепкий и очень чуткий. При любых подозрительных звуках глаза словно сами собой открывались. Убедившись, что всё спокойно, я проваливался в дремоту.

Действительной угрозой оказались лишь три таких случая за всю ночь. Вернулись имаго-фуражиры. Ни один из них не содержал Звёздную Кровь. Я просыпался разбуженный сигналом, переданным мне на вокс, и убивал их. Пользовался копьём, тратить иглы было жаль. После победы над третьим фуражиром был приятно удивлён, обнаружив, что навык владения копьём получил вторую звезду. Это было приятно. Особенно открытием того, что навыки не обязательно прокачивать только при помощи соответствующих Рун.

Пока я рассматривал интерфейс и радовался, занялось местное утро. Ну как утро? Дерево на горизонте начинало светить всё ярче и ярче. Всё ещё подташнивало. Видимо, организм так избавлялся от последствий приёма боевой химии. Поэтому решил устроить себе завтрак попозже, например, после того, как вернусь из Логова.

Дымок всё ещё сочился, но уже такой… Жидкий и неубедительный. Почти наверняка что-то ещё тлело внутри, но это мне не должно помешать.

Я обошёл десантный бот, чтобы справить малую нужду прямиком в пропасть. Изготовившись для совершения утреннего ритуала, услышал за спиной скребущие звуки и, внутренне похолодев, обернулся и…

Облегчённо выдохнул. Из пробоины в корпусе бота на меня недовольно смотрел глазами, бусинками небольшой зверёк с рыжей шёрсткой. Что-то вроде сурка. Грызун какой-то, я не силён в таком. На его мордочке был виден ожог от кислоты.

— Что, брат? — спросил я у него, после того, как закончил свои дела. — Загнали тебя эти сволочи инсектоидные под защиту брони боевого аппарата?

Зверёк мне свистнул в ответ, на что я ответил улыбкой. Извлёк из криптора распечатанный брикет сухого пайка, отломил изрядный кусок от него и предложил зверьку. Тот не торопился ко мне выходить, буравя нарушителя спокойствия настороженными глазёнками-бусинками.

Ну… Если гора не идёт к Магомету. Мы люди негордые. Я подошёл сам и положил угощение возле пробоины. Потом подумал и отдал и вторую половину. Всё равно меня всё ещё подташнивает, а как тут этот рыжий выживает, оставалось загадкой, явно ему нужней чем мне.

— Угощайся, — посоветовал я зверьку. — И лучше бы ты поменял место жительства. Рядом тут удобная пещера. Сейчас Логова больше нет, но ведь снова кто-то в ней поселиться может. Кто-то большой и опасный.

Грызун обнюхал брикет, лизнул его и удивлённо присвистнул.

— Да, всё тебе, — ответил я ему. — Ты ночью меня изрядно напугал. Спасибо тебе, что провёл профилактическую работу с моими суевериями.

Ещё раз улыбнувшись, оставил зверька его собственным делам, зашагав в Логово.

Подходя, перевёл шлем на фильтрацию воздуха и не зря. В разорённом Логове было пусто, тихо, страшно. Стены и своды покрыты сажей, но отвратительных натёков органики стало гораздо меньше, местами она всё ещё тлела. Огнесмесь из термических гранат составлена из такой злой химии, что горит даже без участия кислорода. Пройдя чуть дальше от входа под ботинками начали хрустеть выгоревший изнутри хитин гигантских насекомых. Ближе к сердцу Логова — камере Матери начали попадаться Руны и сияющие капельки Звёздной Крови.

Каждый шаг я был готов к тому, что здесь остался кто-то живой. В правой руке я сжимал копьё, в левой пистолет. Карабин закинул за спину, чтобы не мешался, однако в любой момент его можно было перекинуть в один миг вперёд и выстрелить. Но мне так никто и не встретился, беспрепятственно добравшись в пещеру, где сидела главная особь этого Гнезда.

31. За добычей

Справедливости ради стоит заметить, что я уже по виду определял пустые глифы, и большинство из них были именно такими — «нулёвками», светящимися серыми фреймами самого низкого качества. Может быть, когда-нибудь они окажутся полезными, но прямо сейчас, пока я не могу их ни продать, ни обменять, ни использовать по назначению. Но они занимают в Скрижали место. Пока у меня нету соответствующего навыка Рунное Искусство, видимо, так и буду носить их, а когда слотов под Руны станет не хватать, придётся их выбрасывать.

Зато каждая найденная капелька Звёздной Крови меня радовала. Ведь именно эта таинственная субстанция отвечает за использование здешней «магии». Найти бы ещё боевые заклинания вроде Алого Шипа для своего арсенала. Из-за долгого отката хотелось иметь несколько мощных Рун, чтобы использовать их одну за другой. Тогда мои шансы на победу над сильными противниками возрастут.

Увы, шестое чувство подсказывало, что ещё не раз предстоит встретить на своём пути в Единстве тех, кого предпочёл бы не видеть вовсе. А о чём это говорит? Да, только о том, что мне нужно быть готовым к таким встречам. Карабин — очень хорошее оружие, но он не является панацеей, в этом мне уже пришлось убедиться и не раз. Для собственного спокойствия нужно иметь хороший набор Рун. Тогда можно будет не бояться встреч с противниками вроде нерядовых гигантских насекомых.

Естественно, что самая большая россыпь глифов и Звёздной Крови ждала меня в зале Матери. Не мешкая, я приступил к сбору, но тут моё внимание привлекла одна странная деталь, не замеченная сразу…

На дальней стене пещеры висел пульсирующий кокон. Довольно неприятное, надо сказать, зрелище, не показавшееся привлекательным и в первый раз, а когда понял, насколько опасные твари из них вылезают, больше эти кожистые мешки мне нравится не стали. Когда я исследовал эту часть Логова при помощи беспилотника, пол, стены и частично потолок были увешаны этими пульсирующими кожаными мешками, даже не как новогодняя ёлка, а намного, намного чаще. Так, густо, что за ними не было видно скалы.

Десятки имаго суетились вокруг Матери и личинок, но сейчас вся эта деятельность остановилась благодаря мне, их всех убило ударной волной и последовавшим за ней пожаром. Коконы превратились в хлюпающую жижу под подошвами ботинок, трупы охранников и нянек сгорели, но оставили после себя Руны и Звёздную Кровь. Добыча в основном была сконцентрированная вдоль стен, что, в общем-то, понятно — они издохли там, куда их бросила ударная волна.

Хорошо, но тогда, почему один из коконов остался цел?

Догадка меня даже не осенила, а пронзила сердце ледяной сосулькой дурного предчувствия. Что, если главной особи Гнезда не хватило взрывчатки и пожара? Что, если она всё ещё жива и более того, продолжает успешно плодиться и размножаться? Я тревожно огляделся. Что делать? Разум подсказывал, что нужно уходить и делать это нужно немедленно. Ведь если твари уже на деревянном ранге опасны, то сойтись в бою с существом бронзового уровня для меня настоящая лотерея. Если же вспомнить задание, выданное мне Наблюдателем, на уничтожение гнезда, то, кажется, оно имело ранг серебра.

Значит ли это, что в финале меня ждёт монстр серебряного уровня? Насколько я понимал, по системе Восхождения мои способности где-то на уровне дерева, то есть цель задания превышает моё развитие на два порядка. Хотя какое-там… Выражение «на порядок» означает «больше на десяток». Прокачанный до капа Атрибут Духа предоставил возможность посмотреть на то, что располагается за уровнем дерева — там три новых Атрибута.

Что это значит?

Если следовать путём логических рассуждений, то развитый до предела Восходящий бронзового ранга сильней оппонента, развившего своё дерево до предела, на шестьдесят звёзд. Если продолжить рассуждать тем же способом, в то время как серебряный Восходящий превосходит бронзового на сто восемьдесят звезд в Атрибутах, а развившего своё дерево до капа, на все двести сорок.

Но я только один свой Атрибут довёл до максимума, и то, можно сказать, что по ошибке. И это я рассуждаю только о базовых Атрибутах. Кроме них, играть будут роль личные запасы Звёздной Крови, а также количество и качество Рун в Скрижали. Не сказать, что по этим параметрам я могу похвастаться какими-то фантастическими успехами. От такой нехитрой арифметики стало ещё больше не по себе. Конечно, это всё лирика. Эти прикидки очень грубые и не отражают реальной мощи Восходящего, но дают понимание, с каким монстром мне предстоит столкнуться.

Главный зал когда-то был довольно большой естественной пещерой, на это указывали сталактиты и сталагмиты, торчавшие то тут, то там. Разрешение моего прибора ночного видения оставляло желать лучшего, часть зала оставалась покрытой зловещей тенью. Невольно поёжившись, я убрал пистолет в кобуру и перекинул на грудь карабин. Подумав, взял его в левую руку на манер пистолета. После усиления Атрибута Тела, сила возросла настолько, что я мог стрелять из них хоть по-македонски. Рука не дрожит, но увы целиться с двух рук я пока не умею. С копьём почему-то расставаться тоже не хотелось. Оружие хоть и примитивное, но безотказное. Осторожно я двинулся вперёд, внимательно вглядываясь в темноту. Шаг, ещё шаг и вот она во всей своей неприглядной красе… Ма-а-а-ать…

Как она выглядела? Как огромных размеров жирная личинка. И да, здоровенная тварина была жива. Она выглядела плохо до того, как я тут взорвал все запасы взрывчатки, найденные в крипторе. Сейчас же вид её был ужасен. Почерневшая, обугленная, подрагивающая тварь, была буквально вся покрыта ожогами. Часть рухнувшего свода придавила её примерно наполовину, но эта скотина несмотря ни на что не утратила репродуктивной функции. Под прицелом моего пристального взгляда она выдавила из себя личинку и подвесила её рядом с замеченной мной ранее.

Имаго-Матерь.

Низший Червь, репродуктивная стадия.

Содержит Звёздную Кровь.

Если это низший червь, то как тогда выглядит высший? Я внутренне содрогнулся. Фрейм дополненной реальности, выделивший и подсветивший омерзительное создание, отливал светлым металлом. То, что я предвидел и чего боялся… Ранг серебряный. Я замер словно статуя, запахнув маскировочный плащ и размышляя, что делать дальше. Поняв, что веду себя глупо, тихо отступил под защиту ближайшего сталактита.

Эта развитая тварь может оказаться смертельно опасной и даже, скорей всего, таковой являлась. А погибать во цвете лет не хотелось, к тому же не отыскав своих, да и местечко то ещё… Прямо скажем, немного неподходящее, для того чтобы принять последний и решительный, а потом героически пасть.

Сдохнуть в этой тёмной земляной дыре? Ради чего? Какой в этом вообще смысл?

Ну, жили тут эти местные Черви в своём Логове. Ну, не нравятся они Наблюдателю. И что? Поживут ещё, а я пока отступлю и найду более мощные Руны, а вернуться и закончить начатое можно и потом, когда решу, что справлюсь наверняка. Местоположение Логова Имаго на карте отмечено, отыскать дорогу назад будет не сложней, чем путь сюда. Этот план мне понравился. Он был правильным и разумным.

Однако что-то мне подсказывало, что если я сейчас отступлю, то точно буду себя потом корить за то, что хотя бы не попробовал. Да, главная особь этого Логова должна быть очень опасна, но она сейчас уже ранена, обожжена и наполовину завалена, обвалившимся пещерным сводом. Едва ли мне в ближайшем обозримом будущем попадётся ещё одна Имаго-Матерь на серебряном ранге в столь плачевном положении. Если что и стало понятно о системе Восхождения, так это то, что чем опасней был твой враг, тем будет лучше приз за победу над ним. За выполненное задание, опять же, что-то будет причитаться…

Мне нужны Руны и Звёздная Кровь? Значит, нужно пробовать и рисковать. Только продумать, подготовиться и всё должно получиться. Пока я размышлял и прикидывал, здоровенная тварь разродилась ещё одним кожистым мешком с личинкой.

32. Мама

Глядя на то, как рядом с первой отвратительной пульсирующей личинкой повисла вторая точно такая же, и я понял — если Имаго-Матерь исполнять, то лучше поторопиться, пока плодовитая тварь не восстановила, недавно помноженную на ноль, популяцию Гнезда.

Завернувшись в маскировочный плащ, я размышлял, укрывшись за сталактитом. Что у меня есть? На самом деле не так чтобы и много. Пара карабинов АКГ-12, пистолет «АПГ-1», мощный, и вполне себе полезный, но в текущих обстоятельствах больше напоминавший оружие последнего шанса. Что есть ещё? На крайний случай имеется копьё, которое я как-то совсем не рассматривал в качестве оружия против главной особи этого логова, и наконец самый мощный аргумент — заклинание Алого Шипа, уже прекрасно себя показавшее. По здравому размышлению я решил отойти к достаточно толстому сталактиту, выглядевшему скорей как колонна, чем как каменная сосулька и атаковать Имаго-Матерь из-за неё. Червь большой, но по идее до меня дотянуться там не должен.

Я перебрался за другое укрытие и выглянул, но ничего не изменилось.

Мать была просто огромной и меньше за это время не стала. Если бы меня попросили оценить размеры, то я бы сказал — около шести метров в диаметре.

Сгоревшая плоть свисала с материнской особи лоскутами, обнажая отвратительное жёлтое мясо. Но даже в таком плачевном состоянии она продолжала дёргаться и пыталась выбраться из-под каменной плиты.

Я ещё раз подумал о том, чтобы отступить, но уже через минуту отбросил малодушные мысли. Нужно хотя бы попробовать убить эту тварь, а если не получится, никогда не поздно встать на лыжи и задать стрекача. Пока был занят последними приготовлениями, как раз подвернулся удачный момент для атаки. Я прицелился и выстрелил лучом заклинания в центр изрядно обгоревшей, но всё ещё кажущейся необъятной туши. И сработало!

Тонкий, но невероятно горячий луч на секунду осветил зловещим красным светом часть пещеры и пробил в материнской особи червей глубокую дыру, с кулак примерно размером. Затем я взялся за два карабина, висевших на мне ремнями крест-накрест и переведённых заранее на автоматическую стрельбу. Стрелял я наверняка и практически в упор. Иглы, разогнанные электромагнитным полем до гиперзвуковых скоростей, рвали плоть отвратительной твари. За каких-то несколько секунд Матерь покрылась дырами от попаданий, из которых с хлюпаньем вытекала мерзкая дымящаяся жижа.

АКГ-12 стреляет негромко, в конструкции количество трущихся друг о друга деталей сведено до минимума. Основные звуки производят иглы, преодолевающие сверхзвуковой барьер и переходящие на гиперзвуковую скорость. Каждый негромкий выстрел отдавался эхом под сводами пещеры. Личинка извивалась и корчилась от боли, но и не думала умирать. Циклопический жирный червь начал верещать. Это было странно, так как ни одного органа для исторжения звуков или иных приспособлений видно не было. Через несколько секунд мне стало понятно, что это крик ментальный.

Выпустив по три магазина из каждого карабина, пришла мысль, что даже нескольких тысяч игл может оказаться недостаточно. Мне нужно было что-то более мощное. Взглянув на копьё, которое стояло прислонённым к сталактиту, я перезарядил оба АКГ-12 и вооружился копьём.

Я вышел из-за сталактита с копьём в руках и пошёл упругой походкой на эту ненавистную гору плоти, а потом и вовсе перешёл на легкий бег.

Там, где по моему разумению могли находиться жизненно важные органы-то есть вся задняя часть раздутого брюшка Матери была вся перфорирована выстрелами, и обильно залита тёмной испаряющейся жижей. Из-за этого казалось, что кровь твари исходит чёрным испарениями.

Решил попробовать ударить копьём с другой стороны, но не заметил, как червь собрался гармошкой. Вообще, особь постоянно изгибалась и дёргалась, пытаясь освободиться, но у неё ничего не получалось. Поэтому очередного сокращения мышц не заметить было просто.

Уже замахнулся, но в тот же миг собравшаяся в гармошку тварь выстрелила своим телом в мою сторону. Не успевая уйти от удара, выставил копьё и успел сгруппироваться. Волна колыхающейся обгоревшей плоти накрыла меня. В этот момент я почувствовал удовлетворение и отчётливо осознал, что исходит оно не от меня, а от гигантской твари.

В тот же самый момент до меня дошло — Матерь воздействовала на меня ментально, внушая желание подойти и атаковать. Не так топорно, как Ахири незадолго до этого, а так, что сам не понял, что мозги уже выстирали, прополоскали и выжали.

На какую-то секунду укололо иглой страха, но в следующий момент на глаза упала красная пелена и гнев затопил всё моё существо без остатка. Корчащаяся матка представляла собой отличную цель. Не хочешь умирать? Думаешь заманила меня в ловушку? Сейчас покажу тебе кто тут на кого охотится!

Остриё копья с хрустом пробило плоть. Имаго буквально насадилось на остриё оружие. Древко вошло примерно наполовину, что заставило меня лечь на спину и дать из обоих АКГ-12 по длинной очереди. На меня хлынула ядовитая кислотная кровь, буквально заливая меня всего с ног до головы. Благо, что я был в боевом облачении. Костюм, конечно, для такого экстремального использования не годится, но до поры держит удар и это хорошо.

Рядом открылась пасть усеянная по кругу острыми зубами, размером с мою ладонь. Не задумываясь я прицелился и дал из обоих карабинов туда по длинной очереди на половину магазина.

Матерь снова заверещала на ментальном плане, дёргаясь и елозя брюхом прямо надо мной. Однако в этом новом крике изменилась тональность, теперь в нём были страх и боль. Она всё больше насаживала себя на копьё. Будь моё оружие из Руны каким-нибудь деревянным или из любого другого менее прочного материала, думаю, оно бы точно сломалось, но зирдин обладал истинно запредельными параметрами прочности. Пятка копья скребла по камню, а матка извивалась сверху, стараясь раздавить мелкого человека — хорошо, что я успел сменить магазины к карабинам, и продолжил расширять раны в пасти. В отвратительной пасти уже зияла огромная рана, из которой лилась чёрная токсичная кровь.

Я успел выпустить ещё по восемьдесят игл из каждого АКГ-12, до того как меня прижало весом этой гадской червивой мамы. Вместе с этим произошло ещё одно событие. Копьё погрузилось в необъятную тушу целиком и, видимо, таки достало до каких-то жизненно важных органов. Я услышал щелчок и верещание оборвалось. Вместе с тем ощутил, как ментальное давление, которое я чувствовал всё это время, но даже сам этого не осознавал, пропало. Если в ментальном плане мне стало легко, сказать это о плане физическом было нельзя. Вероятно, только благодаря мощной искусственной мускулатуре технологичного боевого костюма, ребра остались целы, а меня не раздавило в воющую от боли кровавую лепёшку.

Больше ничего не оставалось только снова воспользоваться искусственным усилением комбинезона, чтобы выползти из-под горы уже дохлой плоти. Карабкаться получалось, но очень медленно и с огромными усилиями. Так и полз сантиметр за сантиметром, час за часом. Каждый вдох получалось сделать с огромным трудом. Когда всё закончилось, я выбрался на небольшой сухой участок, тяжело дыша, позволил себе отдохнуть от нечеловеческих усилий.

Я сделал это, убил тварь, но и цена была высока. Копьё осталось где-то в необъятной туше. Под ней же остался один из карабинов, ремень которого разъело кислотной кровью. Ремень второго АКГ-12 был в таком состоянии, что оставалось только удивляться, как и он не остался под гигантским червём. От маскировочного плаща остались только обрывки, а комбинезон с искусственной мускулатурой был в плачевном состоянии. Липкая чёрная кровь облепила костюм с ног до головы и хоть и медленно, но растворяла его миллиметр за миллиметром всё время, что я выползал из-под Имаго-Матери.

Было безумно жалко расставаться со всеми этими полезными в хозяйстве вещами, но другого выбора не было. Первое, что сделал — переоделся.

Ломило все мышцы, кажется болело даже то что болеть не может, а тело представляли собой один сплошной синяк. Я почувствовал, что силы покидают меня. Нужно было отдохнуть. Покинув пещеру, устроился в тоннеле возле выхода из материнской камеры, установив детектор движения, завернулся в спальник и, позволил себе, наконец, закрыть глаза. Как провалился в сон, я уже не осознавал.

33. Светлана

Накрапывал лёгкий майский дождик. Небо хмурилось, а я улыбался, стоя на крыльце и подставив лицо под весеннюю морось. Хорошо было на душе, что не удивительно. В отпуске вообще неплохо. «Эгир» вернулся из полугодового похода десять дней назад и мы со Светой отдыхали в нашем доме.

Дом… Это так здорово, когда есть дом. Не могут ни койка в кубрике, ни тесная каюта, ни ячейка жилого модуля сравнится со своим просторным жильём с участком на уровне эко-города.

Не сказать, что я и супруга были общительными людьми, скорей наоборот, но сегодня у нас на участке собиралась неприлично большая компания друзей и сослуживцев. Традиция отмечать майские праздники широко и на свежем воздухе, зародилась ещё на Земле. Кто мы такие, чтобы её прерывать, перебравшись на Титан.

Постояв ещё минут десять на крыльце и жмурясь в серое небо, я, наконец, потянулся и направился вглубь яблоневого сада. Нужно уже разжигать мангал. Сегодня буду жарить шашлык из натурального барашка. Как и праздники — это тоже традиция. Не строгая, но мы её придерживаемся. Надо сказать, что не без удовольствия. Особенно доставило то, что наш отпуск увеличился на десять дней.

Мангал у меня на участке стационарный и расположен в небольшой беседке. Чаще всего я в нём жёг упавшие с деревьев ветви и прочий мусор, но иногда мы устраивали посиделки с шашлыком. Принёс дров из-под навеса, сложил шалашиком тонкие веточки и щепки, чиркнул зажигалкой. Некоторое время просто смотрел, как огонёк лениво поедает топливо, вдыхал воздух, запахший древесным дымком.

Огляделся вокруг. Красота…

— Кир, ты убежал, не позавтракал…

Я обернулся и посмотрел на Свету. Толстая пшеничная коса перекинута на высокую грудь, тёплые голубые глаза, мягкие черты, нежный овал лица. Невольно улыбнулся.

— Ты спала ещё. Решил не греметь, пошёл вот костерок разложить.

— Я тебе кофе принесла, — супруга подала мне кружку с парящим содержимым. — Всё равно пора вставать уже.

В этих её последних словах проскользнули нотки сожаления.

— Спасибо.

Я глотнул горчащего напитка и поставил его на столик, занявшись костром.

— Пойдём, — поманила меня Светлана. — Соображу что-нибудь на завтрак.

Отрицательно мотнул головой.

— Не, я скоро начну уже жарить мясо. Первую партию сам попробую.

— Тогда и нам принеси, а то мне сейчас надо, за двоих есть…

Несколько секунд подкидывал дрова в костёр, пока до меня не дошёл смысл сказанного.

— Света, это то, о чём я думаю? — решил уточнить свои догадки я.

Она жеманно хмыкнула, закатила глаза и пожала плечиками.

— Губин, откуда я знаю, о чём ты там подумал? Что я телепат?

Я улыбнулся. Света такая Света.

— Ты беременна?

— Да, — расцвела она в улыбке. — Наконец-то до тебя дошло, а то я уже второй день намекаю-намекаю, а ты…

Договорить она не успела. Притянул жену к себе за тонкую талию и поцеловал, а потом спросил:

— Но как? Ты же вроде принимаешь препараты какие-то?

— «Препараты какие-то», — передразнила меня супруга и скорчила гримаску. — Да, принимала, но противозачаточных таблеток, к сожалению, до сих пор не изобрели надёжных на все сто процентов. Для меня это тоже стало сюрпризом.

— А ребёнку не навредит, что предохранялись?

— Я уже была у гинеколога. Она говорит, что всё в полном порядке.

— С корабля уже списалась? — спросил я озабоченно.

— Нет, Кир, ещё нет. До трёх месяцев можно продолжать служить. Ещё один поход, а после него обязательно.

Тут было над чем задуматься.

— Точно?

— Заявляю тебе ответственно, как военный врач. К тому же должен же кто-то за тобой приглядеть там… А то слышала я, что на наш бот назначили нового биолога. Говорят — горячая штучка!

— Женщину? Свет, — улыбка против воли наползла на лицо, — не начинай…

Всегда находил эти её приступы ревности забавными. Она промолчала, а дальше мы стояли, обнявшись, и молчали под весёлое потрескивание костра. Хорошо было просто стоять рядом и чувствовать друг друга. На душе было тепло и спокойно. Я ощущал себя самым счастливым человеком во Вселенной. Беременность супруги была для меня неожиданной, но до чего же приятной.

Я провёл ладонью по густым пшеничным, я уточнил:

— Значит договорились? Этот поход «Эгира» последний? После него останешься дома?

Светлана посмотрела мне в глаза и кивнула, соглашаясь, а потом уткнулась носом мне в грудь.

— Не хочу, чтобы ты уходил в следующий полёт без меня…

— Хорошо, — ответил я, целуя её в макушку.

— Люблю тебя, — глухо пробормотала Светлана куда-то в мою футболку.

— И я тебя, — снова чмокнул её в макушку.

Мы снова замолчали, наслаждаясь объятьями друг друга. Потом она отстранилась и сказала:

— Пора завтракать.

— Иди, я скоро подойду, — ответил я.

Супруга скрылась в доме, а я остался наблюдать за разгорающимся костром. Шашлык — дело тонкое. Тут нужно следить за тем, чтобы в мангале было достаточно углей. Вот на них-то и нужно готовить. Так, меня научил отец, а его этой хитрости его отец.

«Интересно, кто у нас будет?» — подумал я, начиная нанизывать мясо на шампуры. Хорошо бы мальчик, тогда будем с ним вместе шашлык готовить. А если девочка? Я задумался. Будет хозяйственная и красивая, как Светка. Вдруг сразу близнецы? Надо заранее придумать имена.

Занимаясь мясом, я не заметил, как жена вернулась с белой скатертью и застелила ей стол.

— Что будешь делать, когда уйдёшь со службы? — поинтересовался я.

— Пока не решила, — ответила она. — Может, займусь домашним хозяйством или буду работать в поликлинике.

— Эээ… В поликлинике? — удивился я.

Она никогда мне не говорила про то, что хотела бы быть обычным врачом и работать в самой обычной больничке.

— Ну да, — кивнула Светлана. — Буду принимать пациентов, ставить диагнозы, назначать лечение. В общем, заниматься тем, чему меня долгие годы учили.

— Когда была на приёме, уже пол ребёнка сказали? — задал я волнующий меня вопрос.

— Рано ещё, — улыбнулась супруга. — Не переживай, Кир, всё хорошо будет.

— Надеюсь, — вздохнул я и вернулся к шампурам.

Жена подошла ко мне и обняла сзади.

— Верь мне, — прошептала она. — Всё будет хорошо. Пойду дождик выключу, пока гости не начали собираться.

— Зачем вообще включала, — проворчал я.

— Как зачем? — всплеснула руками жена. — Чтобы травка вокруг дома была изумрудной!

Она ушла, а я, подкинув дров, вышел под моросящий дождик и вновь подставил ему лицо.

* * *

Я проснулся и чуть не завыл диким зверем на закопчённый потолок в собственноручно разорённого Логова. Контраст жестокой реальности Единства с моим счастливым сном был разителен. Из-за проклятой амнезии, не помню бывало ли со мной такое раньше, но просыпаться не хотелось.

Если судить по таймеру, выведенного на экран дополненной реальности, проспал я три часа сорок восемь минут. По моим личным ощущениям, сон не длился дольше трёх минут. Казалось, что я только закрыл глаза и тут же просигналил детектор движения. Уже привычно, я подтянул карабин и осмотрелся.

Вопреки моим ожиданиям это не вылупились из тех двух коконов новые имаго. С удивлением я заметил своего знакомого рыжего ночного фантома. Суслик встал столбиком и глядя на меня глазками-бусинками жизнерадостно свистнул, приветствуя своего непутёвого соседа.

Луговой йурр (соответствие термина 90%).

Не содержит Звёздную Кровь.

Прочитал я системную информацию. Это нехитрое действие начинало входить в привычку.

— И тебе привет, — махнул я рукой, скривившись от боли. — Ты бы тут поаккуратнее, а то неясно дочистил я тут всех или нет.

Суслик внимательно посмотрел на меня умными глазёнками и снова свистнул, на этот раз вопросительно.

— Не знаю, — честно признался я. — Может, и не всех. Надо будет обыскать тут всё снова. Чтобы уж наверняка никого не пропустить.

Фантом в ответ свистнул и деловито посеменил рядом со мной.

Я вновь углублялся в Логово, но думал лишь о том, что вспомнил — моя супруга Светлана служила вместе со мной на «Эгире», а именно на одном со мной боте. Собственно, так мы с ней и познакомились. Выходит, у меня остаётся надежда, что, может быть, она всё ещё жива. Если это так, мы с ней обязательно встретимся. Всю эту чёртову Сферу Дайсона переверну вверх дном, а свою Свету отыщу, чего бы мне это ни стоило.

34. Добыча

В пещере, ставшей недавно полем боя, я с безопасного расстояния безжалостно расстрелял два последних пульсирующих кокона. В окнах дополненной реальности вывалились сообщения от Наблюдателя:

Восходящий Кир! Вы нашли и ликвидировали Гнездо Червей в глубинах Разбитой Пустоши, уничтожили материнскую особь и всех обитателей гнезда.

Ваша Слава повышена на 10.

Вы получаете 10 Звёздных Монет.

Выберите любую Руну (серебро): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Заклинание, Руна-Портал.

Восходящий Кир! Вы уничтожили всех Имаго в заданном районе Разбитой Пустоши!

Ваша Слава повышена на 5.

Вы получаете 1 Звёздная Монета.

Выберите любую Руну (серебро): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Заклинание, Руна-Портал.

Восходящий Кир! Черви угрожают самому существованию Единства. Уничтожайте Червей везде, где найдёте, и вы будете щедро вознаграждены!

561/1000.

Награда: Руна (качество: серебро).

Радости от выполненных заданий я не испытал. Всё тело болело. Не сказать, что настроение моё от этого повысилось, но награды никогда лишними не бывают. Награды — это очень хорошо. Помнится мне прилетали подобные сообщения и раньше. Надо бы разобраться в интерфейсе, где они все хранятся и уже получить всё что причитается.

Задуманное я осуществил сразу же, не сходя, так сказать, с места, но снова решил отложить. Они подождут, пока я не соберу тут все трофеи, тогда уже с чувством, с толком, с расстановкой и определюсь чего мне не хватает.

Когда выберусь из этой, изрядно надоевшей, пещеры на свежий воздух, тогда и разберусь со всем этим, а не выберусь… Тогда мне будет совершенно точно наплевать на все эти игровые условности. Решив так, с чистой совестью двинулся дальше, бдительно осматриваясь по сторонам. Сообщения Наблюдателя, конечно, утверждают, что тут не осталось имаго, но кто сказал, что, кроме них, тут бояться нечего? Правильно. Никто такого не утверждал, вот и буду держаться настороже.

Недавняя победа не расслабила, а скорей наоборот заставила напрячься. Почему? Во-первых, перед собой можно душой не кривить, я с костлявой разошёлся краями, но это чистой воды везение. Не окажись у меня крипторов и оружия, меня бы уже переваривала эта отвратительная Имаго-Матерь. Во-вторых, нужно срочно вырабатывать план, что мне делать дальше.

Хотя… Гадать тут особо не о чем. Мне нужно срочно становиться сильней и найти других Восходящих. И да, срочно нужны союзники. Да, мне необходимо найти Свету или её тело, чтобы убедиться, что моя супруга мертва. О последнем думать совершенно не хотелось, поэтому буду исходить из того, что она жива. Но с чего начать? Где искать?

Поэтому, нужно правильно расставить приоритеты. Цель первая — личное могущество, вторая — союзники, желательно сильные и похожие на меня, чтобы была возможность объединиться и действовать сообща. Человек — существо социальное, сбиваться в племена, банды, отряды, ассоциации, клубы и прочие сообщества — это естественно, так как это нас делает сильней. Да, приобретая союзников, неизбежно находишь врагов, но это уже оборотная сторона медали. Сидеть на берегу реки и ждать, пока вниз по течению проплывут трупы врагов — это не про меня. Если ты не приложил руку к тому, чтобы их предварительно утопить в реке, можешь быть уверен, пока сидишь сложа руки, они объединяются и точат ножи.

В дальнейшем от такого союза могут быть проблемы, но всё это отдалённая перспектива, а мне бы разобраться с текущей проблемой поиска супруги и личного усиления. Больше чем уверен, что местные уже в курсе, что убийство Восходящего даёт Обломок Скрижали, расширяющий количество доступных Рун.

Полезно? Ещё бы!

Возможно, я слишком плохо думаю о местных. Возможно, я устал, голоден, плохо себя чувствую и отхожу от «Шага Смерти», но, видит Бог, лучше смотреть мрачно на жизнь, чем проснуться с перерезанным горлом. Пока буду остерегаться всех, а война план покажет.

В глубине скального зала ничего не изменилось с последнего раза. Побеждённая особь выглядела ужасно при жизни, а после того, как сдохла, стала совсем уж отвратительной. Тихо порадовавшись, что на мне дыхательная маска, я, минуя лужи кислотной крови, приблизился к трупу материнской особи и сразу нашёл то что, искал.

Дотронувшись пальцем, я поглотил Звёздную Кровь и подобрал три Руны, отливавшие серебром. Появилось, уже ставшее привычным, текстовое окно следующего содержания в области мнемоинтерфейса:

Получено 43 капли Звёздной Крови. Общее количество 364/379.

Получена Руна Плащ Мошенника (серебро).

Получена Руна Развития (серебро).

Получена Руна Феромоны (серебро).

Ничего необычного, просто:

Большая Руна Развития.

Руна-Свойство.

Ранг: серебро.

Полный аналог бронзовых и деревянных глифов, повышающих Атрибуты, Навыки и Аспекты. Осталось только дорасти до серебряных атрибутов и сразу понадобится мне.

Второе серебро оказалось не мощным заклинанием, которого я так ждал, а руной-предметом:

Руна Плащ Мошенника.

Вид: Руна-Предмет.

Качество: серебро.

Активация: 12 капель Звёздной Крови.

Призывает чёрный неброский непромокаемый плащ с капюшоном. Пока вы его носите, вы можете один раз за цикл перенестись в указанную точку в пределах видимости. Это свойство плаща нельзя использовать повторно до следующего рассвета.

Время действия: нет.

Время перезарядки: один малый цикл.

Текущий таймер перезарядки: готово к использованию.

Если с двумя Рунами первыми всё было ясно, то вот третья меня поставила в тупик.

Руна Феромонов.

Руна-Заклинание.

Качество: серебро.

Создаёт феромонную метку, привлекающую отродий Червей.

Активация: 24 капли Звёздной Крови.

Время действия: 30 минут.

Время перезарядки: 120 минут.

Феромоны гигантских насекомых? На кой они мне? Тут не знаешь чем от них отмахиваться, а ещё и призывать. Да ещё и двадцать четыре капли! Когда стадия отрицания прошла, я подумал и решил, что возможность выбирать поля боя тоже дорогого стоит. Хотя охотиться на имаго в мои планы пока не входило. Возможно, когда-нибудь потом, но точно не сейчас. Тошнит уже от этих гадов.

Расстроился ли я? Ещё как! Ожидания никак не соотносились с реальностью. Если в своих мечтах, я только и делал, что менял Руны с атакующими заклинаниями, то на деле получил, что получил. Один луч в сорок минут такая себе скорострельность. Иглы для карабина ещё есть и их немало, но таят они словно прошлогодний снег под жаркими лучами весеннего солнца. Что я буду делать, когда они закончатся?

Я ещё некоторое время бродил по пустому выгоревшему залу Имаго-Матери, результатом стали: пустые Руны. Две Руны Развития. Одна Руна Физической Мощи. Всё деревянного ранга.

Пожалуй, последняя стала единственным интересным приобретением:

Руна Физической Мощи.

Руна-Умение.

Качество: дерево.

Увеличивает физическую силу Восходящего. Позволяет лучше управлять собственными мышцами и быстрей регенерировать ранения. Незначительно увеличивает защиту и сопротивление к негативным эффектам.

Активация: 2 капли Звёздной Крови.

Время действия: 58 минут.

Время перезарядки: 42 часа.

Усиление. Очень неплохо. Затраты на активацию скромные, а польза может из этого получиться немалая. Особенно заинтересовало упоминание о регенерации. Вот что мне прямо сейчас было нужно. Вызвав Скрижаль, активировал Руну и… Только плечами пожал. Никаких ощутимых эффектов не испытал. Поколебавшись секунду, я призвал также Плащ Мошенника.

Этот предмет призывался один раз, насколько я понял, и навсегда. Видимо, до тех пор пока не будет утрачены или что-то в этом роде. Интересно, а что будет потом? Руна станет пустой? Было бы логично, но я помнил, что Ахири призывала и отзывала Зирдиновое Копьё, когда ей заблагорассудится. Захотелось опробовать отзыв предмета, но вовремя остановился. Призыв стоит Звёздной Крови, не торопившейся регенерировать.

Плащ лёг на плечи невесомым пером. Островерхий просторный капюшон можно было надвинуть на голову так, что была бы видна только нижняя половина лица. Вкупе с очками и дыхательной маской я и вовсе становился неузнаваемым.

Моя скрижаль была забита почти под завязку — тридцать один слот из тридцати двух… Основную массу составляли деревянные нулёвки. Снова я решил пока не забрать Руны положенные мне в качестве награды Наблюдателя за выполненные задания, но там не было ограничения по времени. Думаю они могут висеть в интерфейсе, пока я не воспользуюсь Рунами Развития.

35. Награды

Мрачнея всё больше, я обходил зал за залом, и коридор за коридором. Добычи, на которую я рассчитывал, не было. Кроме плаща работающего один раз в сутки ничего стоящего больше не попалось. Не было заклинаний, не было ничего сколько-нибудь подходящего для выживания. Бесполезные полуобгоревшие тушки имаго не годились не то, что в пищу, но, скорей всего, даже на удобрения, из-за их отравленной кислотной крови. Под подошвами ботинок что-то чавкало. Задумываться что не было никакого желания. По полу пещеры стелился зеленоватый туман, делая процесс поиска муторным и унылым.

Видимо, ещё и вонь стояла такая, что хоть топор вешай. Благо, что на мне надеты маска и очки, а вот как себя чувствует Фантом? Оглядевшись, рыжего спутника не обнаружил. Наверное, убежал по своим делам хомячьим делам. И то правильно, нечего ему тут этим дышать.

Я обнаружил ещё двадцать одну каплю Звёздной Крови и Малую Руну Превращения. Что с ней делать, и для чего она служила я уже знал. Кроме этого, я нашёл россыпь гвоздей-стигматов, а именно двадцать семь штук. И, в общем-то, этим мой сбор добычи и ограничился.

Нет, было некоторое количество оружия и доспехов сомнительного качества, но ничего стоящего в этом ржавом и изъеденном кислотой стальном хламе я решил не выбирать. Ведь почти к каждому прилагалась обезвоженная мумия или обугленный скелет. Хватит и того, что я извлёк из них стигматы.

Почему я это сделал? На мнемоинтерфейс пришло очередное «повеление».

Бродил по пещере в поисках Рун и Звёздной Крови, когда случайно заметил нечто новое. На полу лежал странный серебряный гвоздь — точная копия того, что красовался у меня в запястье. Я, взяв предмет в руку, решил рассмотреть его и прочитать информацию в дополненной реальности. Всё же было очень интересно понять, что чуть не послужило причиной моей смерти, когда это в меня воткнули без наркоза.

Стигмат.

Артефакт Вечности.

Восходящий — неизвестен.

???

Содержит Звёздную Кровь.

Ясно, что ничего не понятно. Вероятно, это какой-то высокотехнологичный имплант. Причём намного-намного более продвинутый, чем всё то, чего успели достичь мы. Не успел я бросить железку в карман, как перед глазами развернулась стилизованное информационное окно, прямо поверх информации о предмете.

Повеление Храма Вечности!

Восходящий, верните стигмат Восходящего??? в любой Храм Вечности.

Награда: Слава.

Награда: Благодарность Храма Вечности.

Награда: Звёздная Кровь.

Награда: Звёздная Монета.

Внутри закипал гнев. Вместо того чтобы стилизовать информационные окна, лучше бы потрудились на карту установить метку. Конечно, было интересно, что такое эта «Вечность» и где искать её «Храм»? И самое главное, с чего она решила, что вправе приказывать офицеру Российского военно-космического флота? За такие вот «Повеления» можно, при самом благоприятном развитии событий, сходить в пешее эротическое путешествие, а в неблагоприятном и в глаз выхватить.

Пробродив по пещерам несколько часов самое малое, я вышел в один из незакопченных сухих коридоров и, удобно устроившись у стены, открыл интерфейс Восхождения.

Первым делом я решил вложить Руны Развития в свои Атрибуты и через минуту уже разглядывал соответствующую страницу с информацией.

Тело — семь звезд, Разум — шесть звезд, Дух — десять звезд.

Совместил Руну Превращения с Руной Физической Мощи, превратившейся после этого в навык.

Руна Физической Мощи.

Руна-Навык.

Качество: дерево.

Увеличивает физическую силу Восходящего. Позволяет лучше управлять собственными мышцами и быстрей регенерировать ранения. Незначительно увеличивает защиту и сопротивление к негативным эффектам.

Активация: 6 капель Звездной Крови (безвозвратно).

При активации обучает восходящего навыку остановки времени. После активации Руна исчезает.

Время действия: одноразовая.

Требования: Атрибут Тело не ниже 8.

Вложил обе Руны-Развития в Тело. Шесть капель было жалко, но, с другой стороны, предыдущие навыки стали пассивным. За те же шесть капель они усилили меня, сделав быстрей, и больше не требовали подпитки Звёздной Кровью. И усилили значительно. Например, Повышенная Реакция точно работает. Это я понял когда, вышел с копьём против имаго. Да, он не был носителем Звёздной Крови, но они и обычные были очень резкими, а я двигался, пусть немного, но быстрей гигантского насекомого.

Как и в прошлый раз, никаких перемен в своём организме не почувствовал. Вообще ничего. Чтобы получить подтверждение, открыл мнемоинтерфейс и проверил:

Общее количество Звёздной Крови 379/394.

В моей Скрижали из тридцати двух ячеек было занято Рунами двадцать восемь:

Руна Плащ Мошенника (серебро).

Руна Развития (серебро).

Руна Феромоны (серебро).

Руна Ментальной Связи (бронза).

Нулевая Руна (бронза).

Руна Развития (бронза).

Руна Зирдиновое Копьё (бронза).

Руна Алого Шипа (дерево).

Руна Хитинового Щита (дерево).

Руна Фляги с Ядом Имаго (дерево).

Плюс пять Проклятых Рун неустановленного качества.

Двадцать Звёздных Монет. Количество Славы достигло двадцати единиц.

Мой список навыков теперь выглядел так:

Повышенная реакция 7/10

Знание единого языка 1/10

Владение Копьём 3/10

Бой-без-Оружия 8/10

Физическая Мощь 1/10

Решив, что самое время получить награды. Окон было пять, а свободных слотов в скрижали четыре, но откладывать я больше не хотел. За уничтожение десяти низших Червей мне полагалась награда. Нужно было выбрать из Руны-Свойства, Руны-Предмета, Руны-Умения.

Даже думать не стал, выбирая Руну-Свойство. Почти без перерыва я сократил время отката Алого Шипа до двадцати минут.

За сотню убитых Червей мне уже полагалось выбрать Руну бронзового качества, да и выбор был больше: Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Заклинание, Руна-Портал.

Предметы мне не нужны точно. Если вспомнить щит, копьё и плащ, то мне только пиратской повязки на глаз не хватает для полного комплекта. Нет, у меня есть всё, что необходимо для выживания и этого пока что довольно. Привлекательно выглядели Руна-Умение и Руна-Навык. Что такое Руна-Портал я и вовсе не знал, а проверять на собственной шкуре был не готов. Руна-Свойство тоже выглядела хорошо, но мне нужно было заклинание. Желательно боевое. Такое, чтобы от Имаго-Матери оставило горстку пепла. Итак, заклинание! Развернулась панель предложившая выбрать себе награду:

Руна Управление Водой.

Руна-Заклинание.

Качество: бронза.

Активация: 12 капель Звездной Крови.

При фокусировке Восходящего мгновенно перемещает воду на 150 сантиметров, замораживает или заставляет принять иные несложные формы. Урона не наносит.

Время действия: мгновенная или 1 час.

Время перезарядки: 1 минута.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Руна Сияние.

Руна-Заклинание.

Качество: бронза.

Активация: 12 капель Звездной Крови.

При фокусировке тело Восходящего испускает интенсивное сияние подобное сиянию Игг-древа.

Время действия: 3 секунды.

Время перезарядки: 1 минута.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Руна Кома.

Руна-Заклинание.

Качество: бронза.

Активация: 12 капель Звездной Крови.

При фокусировке Восходящего мгновенно погружает умирающего или страдающего в наведённую кому при касании. Это заклинание используется, для того чтобы успеть оказать помощь смертельно раненым.

Время действия: мгновенное до снятия комы.

Время перезарядки: 60 минут.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Кома? Управление водой? Сияние? Кома? Подумав, выбрал второй вариант.

Вот и что это такое? Я чуть не плюнул с досады! Мать его Сияние! Применю на первой же дискотеке. А что? Все девчонки будут моими. Это актуально, так как жену я не найду такими темпами. Мне нужны боевые заклинания, а не светомузыка!

Следующая награда снова подразумевала выбор, но тут уже были новые разновидности, коих я ещё не встречал.

Выберите любую Руну (бронза): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага

Домен? Что это? Насколько я понимал значение этого слова Домен — это область законных владений какого-либо феодала, но мне ближе, конечно, определение чисто техническое — область намагниченности в ферромагнитном кристалле. Однако шестое чувство подсказывает, что это именно про первое значение слова. Руки зачесались выбрать именно эту Руну, но мне некогда сейчас играть в феодала, надо искать Свету.

Руна-Сага? Даже боюсь представить, что это. Попробовать снова выбрать заклинание? Свойство явно для Сияния будет лишним. Почему? Ну вот, предположим, что я взял и сократил время действия. Предыдущая руна сократила время отката на треть. Значит, если опираться на логику, то я смогу сократить время отката до сорока секунд. Так? И что мне это даст?

Хотя, конечно, если задуматься, то обладать такой вот встроенной в организм световой гранатой, наверное, будет нелишним. И хоть двенадцать капель это дороговато, но дезориентировать неприятеля или вовсе на короткий миг ослепить — бесценно. Особенно в минуты опасности. И всё же нет… Как действует эта Руна, я пока не знаю, поэтому пусть будет, а там поглядим. Может и усилю её, если окажется полезной. Нужно тестировать. Что выбрать? Ещё одно заклинание? Или Руну-Существо?

36. Домен

Стоит признать, что с заклинаниями мне не очень-то везло. Имеет ли смысл продолжать упорно стучаться головой о стену или попробовать другой выбор? Возможно ли, что Алый Шип вообще один такой по мощности и перебирать не имеет смысла? Я знал, что так может быть. Система Восхождения с её игровыми условностями очень похожа на продукт человеческой цивилизации и вместе с тем было во всём этом присутствовало нечто странное и чуждое. Так что, да. Восхождение не должно мне нравиться и быть понятным. Делает меня сильней, чем даёт шанс выжить и на том спасибо.

Итак, если размышлять логически, Руна-Существо — что это такое может быть? Должно быть, призыв какого-то существа. Руна-Предмет призывает, как это ни странно, предмет своего ранга. Как бы этот механизм ни работал, а Зирдиновое Копьё оказалось на поверку очень полезной штукой. Если бы ни это примитивное оружие, выполненное из какого-то весьма технологичного материала, я был бы уже мёртв.

Стало быть Руна-Существо, соответственно, вызывает некое существо. Должна по крайней мере. И судя по всему, своего серебряного ранга. Имаго-Матерь была тварью достигшей этой ступени развития. Пожалуй, ещё за всё время, проведённое в Единстве, мне никого опасней чем она не встречалось. Если только Ахири… Но она была опасна в первую очередь хитростью и коварством, хотя… Можно себе даже не пытаться врать. Если взрывная волна не поломала бы её, то мне никогда не одолеть Восходящего на бронзовой стадии. Даже тяжело раненой, добить её у меня получилось не вдруг. Насколько я понял, Ахири доросла до ранга бронзы. На что она была бы способна на старших рангах представить себе сложно.

Я вынырнул из неприятных воспоминаний и снова задумался над вопросом. Что мне сейчас выгодней взять? Заклинание или существо? Две последних награды имели ранг серебра. Я специально их посмотрел, и они оба предложили мне схожий набор Рун для выбора: Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Заклинание, Руна-Портал.

Решено! Выбор сделан. Буду выбирать Руну-Существо! Нужно же хотя бы посмотреть что там такое. Надеюсь, что во мне не чистое любопытство в этот момент говорило. Я открыл наградную панель. Первый глиф удивительно напоминал маленького мечника с двумя клинками.

Руна Опоясанный Мечом.

Руна-Существо.

Качество: серебро.

Активация: 24 капли Звёздной Крови.

Внутри Руны запечатан именной восходящий серебряного ранга???, идущий путём меча. Способен оказать существенную поддержку в бою или выполнять функции телохранителя. Для уточнения возможностей активируйте Руну.

Время действия: 6 циклов.

Время перезарядки: 1 цикл.

Вторая Руна изображала несколько десятков существ, похожих на муравьёв, а описание гласило:

Руна Домен Диких Строителей.

Руна-Существо.

Качество: серебро.

Активация: 48 капель Звёздной Крови.

Внутри заключён домен из сорока искусственно созданных существ-слуг. Они способны как строить, так и заниматься добычей полезных ископаемых. Для уточнения возможностей активируйте Руну.

Время действия: 6 циклов.

Время перезарядки: 1 цикл.

Третий глиф существа выглядел совсем необычно:

Руна Панцирный Медведь.

Руна-Существо.

Качество: серебро.

Активация: 24 капель Звёздной Крови.

Внутри заключён панцирный медведь хищное существо, проживающее на ночных землях. Способен нести всадника и груз до трёхсот килограммов. Эффективно уничтожает врагов. Для уточнения возможностей активируйте Руну.

Время действия: 6 циклов.

Время перезарядки: 1 цикл.

Я задумался. Руки больше всего чесались выбрать Опоясанного Мечом, как-никак это разумный представитель местных жителей, хоть и заключённый в Руну, возможно, сможет мне хоть как-то помочь с информацией об окружающем мире. Скаковой медведь также выглядел очень привлекательным. Была бы у меня такая Руна и не пришлось бы много дней бить ноги по Разбитой Пустоши. Даже если этот косолапый так себе боец, уже одно то, что он сможет меня везти на себе, со скоростью быстрей чем три километра в час, стоит дорогого.

Однако Домен Диких Строителей казался, хоть не лучшим в данных обстоятельствах, но совершенно точно, самым верным выбором. Об этом говорила также и стоимость призыва. Что-то построить или что-то добыть бывает намного важнее, чем быстро куда-то доехать или кого-то эффективно порубить в капусту при помощи меча.

Каков шанс, что в следующий раз мне попадётся такая вот универсальная бригада шахтёров и строителей в одном флаконе? А какова вероятность, что я в ближайшем обозримом будущем добуду руну серебряного ранга? Эти шансы и вероятности стремились к нулю.

Скрипнув зубами, я сделал выбор и Руна Домена Диких Строителей заняла место среди моих заклинаний.

Что же я посмотрел на существ, предложенных Наблюдателем, это было интересно, но второй Руной я решил взять заклинание. Мне необходимо срочно стать сильней. Чтобы сделать выбор, я открыл наградную панель.

Руна Неутомимость.

Руна-Заклинание.

Качество: серебро.

Активация: 24 капель Звёздной Крови.

При фокусировке наделяет Восходящего повышенной выносливостью и убирает усталость на сутки.

Время действия: 1 цикл.

Время перезарядки: 1 час.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Вторая и третья Руны хоть и были интересными, но не заинтересовали:

Руна Токсичная Неуязвимость.

Руна-Заклинание.

Качество: серебро.

Активация: 24 капель Звёздной Крови.

При фокусировке наделяет Восходящего иммунитетом к яду Червей на сутки.

Время действия: 1 цикл.

Время перезарядки: 1 час.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

И:

Руна Ядовитое Касание.

Руна-Заклинание.

Качество: серебро.

Активация: 24 капель Звёздной Крови.

При фокусировке наделяет рукопашные атаки Восходящего смертельным ядом Имаго.

Время действия: 1 час.

Время перезарядки: 1 час.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Ядовитое Касание выглядело интересно, да и токсичная неуязвимость была очень хороша, но я остановил выбор на неутомимости. А всё из-за страха, что я сторчусь, если буду себе колоть «Шаг Смерти» в трудных ситуациях.

Оглядев опостылевшее Логово, я побрёл на выход со стойким желанием никогда больше сюда не возвращаться. Мне требовался отдых и переосмысление сложившейся ситуации.

Снаружи я занялся починкой своей кирасы. Как это ни странно, но побывав в кислоте, она стала лучше выглядеть. Пластали вся эта агрессивная химия, служившая Имаго вместо крови, не повредила, а только удалила сажу и нагар. Пострадала, конечно, и краска. Верней, как «пострадала»? Её больше не было. Только неприглядный серый металл, и всё. Ну блеск мне и ни к чему. При случае покрашу ещё в камуфляжные разводы или спрячу под ткань, чтобы не было похоже на доспехи.

Весь остаток дня я занимался ремонтом, инвентаризацией крипторов и мегакрипторов, отъедался и просто валялся на спальнике, любуясь на гигантское светящееся дерево. Нет… «Древо» его называть будет правильней. Где ещё я такое явление увижу? Боевой препарат в этот раз отпускал ощутимо мягче. Это я записал на счёт нового полученного навыка Физической Мощи.

Вечером разжёг огонь и подвесил над ним котелок. До чёртиков хотелось попить чая. Непременно крепкого и зелёного. Разобравшись с крипторами, я уже засыпал в котелок заварку, когда против воли бросил взгляд на притягивавшее взгляд Древо и тут…

И тут-то меня и осенило!!!

Подвесив котелок над костром, залез в интерфейс и открыл свой список Рун, выбрал Сияние и снова перечитал описание, заострив внимание на фразе — "… тело Восходящего испускает интенсивное сияние подобное сиянию Игг-Древа".

Кажется, я понял о каком Древе идёт речь. Посмотрев на угасающее Древо, я вспомнил, как от его света сторонились Имаго и описание заклинания заиграло новыми красками. Получается, что для гигантских насекомых я нашёл отпугивающее заклинание? Неплохо-неплохо…

Настроение моё улучшилось, а когда я попил, как и хотел, чайку, то и совсем стало хорошо.

Синяки начали сходить. Возможно, благодаря моему новому навыку, а может, и потому, что организм, впитывая всё больше Звёздной Крови, начал меняться. Я не знал хорошо это или плохо, но это было так.

Установив детектор движения, устроился на спальнике поближе к костру. Скорей всего после имаго сюда ещё долго никакие животные в своём уме не заявятся, но опасался я не их, а гигантских насекомых. Собравшись спать, даже не подозревал, какие завтра меня ждут события.

37. Навык

Уже не помню, когда я в последний раз так крепко спал. Разбудили ласковые лучи Игг-Древа, нежно коснувшиеся моего лица. В это утро показалось, что окружающий мир, словно обрёл новые оттенки, звуки стали более яркими, а ароматы — более насыщенными.

Насколько могу вспомнить, чахлым не был и в момент своего появления в Единстве. Да чувствовал себя из-за аварийно прерванной гибернации совсем не лучшим образом, но окажись на моём месте менее тренированный человек, скорей всего, он бы и вовсе не выжил. Поутру устроил себе банный день и впервые заметил внешние трансформации, произошедшие со мной меньше чем за месяц.

Во-первых, я похудел, но под кожей проступало каждое мышечное волоконце, каждая жила и каждая вена. Не сказать, что я был толстым или плотного сложения, но весь тот невеликий подкожный жирок, что успел нагулять, сгорел, переплавившись в мускулы. Но это мне даже понравилось. Я и до этого не был слабаком, но сейчас тело стало словно свитым из стальных пружин.

Во-вторых, не знавшее с момента катастрофы бритвы, лицо заросло жёсткой двухнедельной щетиной. Некоторым мужчинам такое идёт, увы, я к их числу не отношусь. Да и почему-то казалось, что я категорический противник всякой лишней растительности на морде.

И третье, волосы на голове отросли. Моя экстремально короткая причёска больше таковой не являлась. Непорядок…

Было довольно прохладно, но воду греть не стал, яростно намылившись, облился холодной. Я совсем не замёрз, а только взбодрился. Хорошо! Вытираться тоже не стал, решив просто побыть нагишом, чтобы капельки воды сами собой испарились. Кого стесняться? Это пустыня и я в ней один. Энергия так и бурлила, чтобы хоть куда-нибудь её деть и не замёрзнуть пока сохну, я вооружился Зирдиновым Копьём. Покрутил древко в руках, пытаясь «вспомнить» записанные навыком знания и умения.

И получилось… Я присвистнул и с восторгом выругался, когда в памяти начали всплывать неизвестные мне ранее знания. Я бился с тенью, раз за разом проводил удары в ноги, корпус и голову воображаемого противника. Моторика тела действовала словно сама по себе. Копьё рассекало воздух с гудением. Неизвестные ранее удары получались словно сами собой. Воображение живо рисовало противника, действующего против меня, а тело само по себе перетекало из стойки в стойку. Примитивное оружие в моих руках, жило своей жизнью, отбивая направленные в меня воображаемые удары.

Это было не всё. Отработав удары и блоки, в памяти начали всплывать связки ударов и блоков. Будто когда-то давно я уже учился фехтованию копьём, а сейчас только спокойно вспоминал подзабытые, но тысячи раз повторённые приёмы с древковым оружием.

Из тёмных пучин подсознания поднимались, неизвестные мне ранее, знания: разнообразные стили обращения с копьями, различные виды древкового оружия, коих я вспомнил под несколько сотен. Точно у меня не могло таких знаний быть до потери памяти. Откуда знать простому человеку то, как правильно держать алебарду или как правильно делать упор пикой, чтобы встретить лобовой удар бронированной кавалерии? Да и знания о фехтовании на копьях явно не входят в обычный перечень жителя эко-купола.

Тем не менее эти знания вливались в меня бурным потоком словно из ниоткуда. Как было бы здорово не просиживать штаны в школе и академии, а вот так изучить руну и не тратить время на обучение! Но знание без практики мертво, и я стремился закрепить его, стремительно орудуя двухметровым копьём с широким лезвием, позволяющим как колоть, так и рубить. Пробегая семимильными шагами за минуты многие месяцы, а то годы упорного обучения владению этим простым, но эффективным оружием.

Постепенно потоки знаний начали оскудевать и истощаться, но я знал, что это далеко не всё. Откуда-то внутри меня появилась догадка… Даже не догадка, а знание неясно, откуда взявшееся, что так происходит из-за низкого Атрибута Разум. Знания в руне были записаны в стопроцентном объёме. Сегодня я их, так сказать, распаковал, но из-за недостаточно прокачанного Разума, записаться им некуда. И почему-то внутри жила и крепла твёрдая уверенность, что дела так и обстоят.

Оставалось отдельным большим вопросом, куда делось остальное. Безвозвратно пропало или оно где-то во мне существует в ожидании того, когда я в нужной мере подниму свои атрибуты. Остановился, выходя из этого своеобразного боевого транса. Энергия бурлила и била во мне ключом. С удивлением обнаружил, что от нагой кожи идёт пар. Посмотрев на встроенный в криптор хронометр слегка обалдел, потому что занимался с копьём почти четыре часа кряду.

Ни тени усталости не ощущалось. Напротив, я чувствовал себя размявшимся. И это хорошо, но только с одной стороны, а с другой… Нормально ли всё то, что тут приходит со мной? К добру ли все эти трансформации? Ведь это ненормально, скакать с палкой четыре часа и не устать!

Снова появилось ощущение, что всё это происходит не со мной. Словно со стороны себя увидел. Небритый, жилистый и голый мужик с копьём в бесплодной каменистой пустыне под бездонными лиловыми небесами.

Отбросив все сомнения, пошёл бриться, решив, что всё делающее меня сильней в данной ситуации несомненное благо. Разглядывая себя в зеркало во время бритья, я замечал в собственной внешности немало изменений. Нет, я как был крепким молодым мужчиной со спортивной фигурой, так и остался им, но куда делось спокойствие из взгляда? Теперь в серых, как два куска стали глазах есть место только настороженности и решительности. Скулы заострились, губы плотно сжаты в линию. Выражение лица недоброе. Нет, не злое, а скорей какое-то решительное и хищное.

Есть совсем не хотелось, но я заставил себя грызть твердокаменный брикет пайка, давая себе обещание, что скоро раздобуду себе какой-нибудь пищи, чтобы разнообразить рацион. Уже пил чай, когда к костру прибежал мой сосед Фантом, смешно при этом виляя толстым задом.

Зверёк встал столбиком рядом, глядя на меня умными глазками, озабоченно свистнул.

— И тебе привет, сосед, — кивнул я ему. — Без тебя пообедал, но тебе немного оставил. Будешь?

Подвинул плоский камушек с несколькими небольшими кусочками суточного рациона к грызуну. На этот раз зверёк не стал утаскивать подношение к себе в убежище, а без опаски подойдя к камню, стал с аппетитом поглощать еду.

Пока он уплетал сухой паёк, пожаловался:

— Мне пора уходить, Фантом. Дела мои здесь завершены. Вот только куда идти, я не знаю. Потому что, где Света мне неизвестно.

Грызун с аппетитом чавкал, показывая мне, как ему вкусно.

Я закончил своё скромное чаепитие и начал собирать вещи, перемещая их в криптор. Хотелось погладить зверька, но я сдержался. Может обидеться из-за такой фамильярности или вовсе укусить, а ссориться с Фантомом не хотелось. После камнекрабов и местных антилоп это первое живое существо, не желавшее смерти и никак не угрожавшее мне.

Оставаться здесь дальше не имело смысла. Мой путь лежал в неизвестность, меня ждут на нём испытания, но я не чувствовал себя к ним готовым. Потому подсознательно оттягивал момент когда нужно будет отправляться в путь. Фантом, доев свою порцию, подошёл ко мне очень близко. Такое поведение для осторожного зверька было нетипично. Замерев на месте, я принялся изучать лугового йурра.

А он и не думал уходить или убегать от большого и страшного меня. Напротив, Фантом осторожно подошёл вплотную к моей ноге и аккуратно взявшись зубами за мою штанину, начал её тянуть.

— Хочешь ещё? Ну ты и обжора…

Достав из кармана, недоеденный брикет сухого пайка, я обнажил нож и отрезал несколько солидных кусочков. Ничего кроме улыбки это поведение зверька не вызывало. Ну хоть кому-то этот опостылевший армейский сухпай пришёлся по вкусу. Вообще, конечно, флотские чины могли бы сами попробовать посидеть на такой однообразной пище недельки три, чтобы понять — нужно добавить вкус и запах. Но нет… Они руководствовались дешевизной и целесообразностью.

Фантом меня снова удивил, отказавшись от угощения. Зверёк отбежал от меня, встав столбиком, свистнул, потом снова подбежал ко мне и, аккуратно взяв зубами за штаны, потянул. Я присев, внимательно посмотрел на лугового йурра.

— Что такое? Чего ты хочешь, дружок?

38. Секрет Фантома

Фантом вёл себя очень беспокойно. Я попробовал ещё раз предложить угощение, но мой сосед, видимо, был уже сыт, или его беспокоило что-то другое, куда более важное. Но какое мне дело до проблем хомяка? Встав, отряхнул колено от пыли.

— Спасибо за компанию, дружище, — сказал я ему. — Но мне уже пора идти. Надеюсь, мы ещё когда-нибудь с тобой встретимся.

Фантом посмотрел на меня своими умными глазками-бусинками, будто понимая, что я говорю. Затем он обежал меня вокруг и снова, приблизившись, аккуратно взяв зубами за штаны, потянул. Проследив направление, куда он меня увлекает, я увидел мрачный вход в разорённое логово.

— Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой туда? — задал наводящий вопрос я. — Снова?

Похоже, что от одиночества и недостатка общения у меня начала, тихо шурша шифером, уезжать крыша, если начал разговаривать уже и с грызунами. Пожав плечами, я продолжил собирать вещи.

Ладно… Это всё лирика. Чтобы выжить в одиночестве, нужно быть просто сильным человеком и иметь волю к жизни. И того и другого у меня с избытком. Хватит на десятерых. Есть кое-какие ресурсы и порох в пороховницах. Так что, прочь все сомнения! Рановато мне сходить с ума. Надо ещё Светлану найти, а после этого жить долго и счастливо. Однако не нужно отрицать, что мне требуются не только союзники, но и банально те, с кем можно перекинуться парой слов.

Вот ведь, как интересно получается. Вроде бы тот я из своего воспоминания не был особо общительным человеком, а оказавшись в изоляции на несколько дней уже начал испытывать дискомфорт без повседневных контактов с себе подобными существами.

Тем временем луговой йурр описал вокруг своего недогадливого соседа ещё один круг, а после моих слов «пошёл с тобой», аж подпрыгнул на месте и обернул ко мне милую мордочку, изуродованную химическим ожогом. Мы секунду смотрели друг на друга, после чего Фантом громко и призывно свистнул. Я покачал головой.

— Нет, сосед. Не хочу. Натанцевался я уже что-то в этом Логове. Давай без меня…

Грызун возмущённо свистнул и, снова, подбежав, ухватил меня за штанину. На этот раз он действовал настойчивее, дёргая одежду изо всех сил. В этот момент я подумал о том, что зверёк мог попасть в ситуацию, с которой просто не в состоянии справиться самостоятельно. Что, если ему нужна моя помощь прямо сейчас? И что, если эта помощь жизненно необходима? Какой смысл было становиться сильней, если не использовать свою силу по назначению, а именно, помогать тем, кто в этом нуждается. Йурр нуждался, и, похоже, что остро. Поэтому я и не оттолкнул его, и не прогнал, а лишь, оглядевшись, осмотрелся на предмет забытых вещей, и тяжело вздохнув, сказал:

— Ладно… Веди. Но ты мне будешь должен.

Не веря своим глазам, я увидел, как грызун подпрыгнул и удивлённо посмотрел на меня. Он что, понимает, что я говорю? Да ну… Бред! Может, мне, действительно нужно провериться у психотерапевта?

— Веди-веди, — усмехнулся я. — Но если там ерунда какая-то, подкармливать тебя больше не стану.

Презрительно фыркнув на моё замечание, Фантом деловито посеменил впереди, смешно виляя толстым задом. Он то и дело останавливался и смотрел, не отстал ли я. Убедившись, что непонятливый двуногий не отстаёт, продолжал свой путь. Предчувствие меня не обмануло. Луговой йурр вёл меня прямиком в Логово. Вдохнув напоследок холодного свежего воздуха и бросив взгляд на лиловые небеса, надел дыхательную маску, очки ночного видения и вступил во тьму, следуя за Фантомом.

Неприглядная картина разгрома, царившего внутри, ничего, кроме уныния, вызвать не могла. Что тянуло внутрь рыжего пушистого зверька, для меня пока было тайной. Однако я твёрдо был намерен это выяснить и спускался всё глубже и глубже. Знакомой дорогой мы добрались до зала Имаго-Матери. Я уже было решил, что это и есть цель нашего путешествия, но мы в нём не задержались. Йурр, поминутно чихая и фыркая от неприятных запахов, провёл меня к невзрачному лазу.

Это была очень узкая расселина, на которую я просто не обратил внимания. Не задумываясь, мой сосед юркнул в эту трещину и был таков. Я же даже спросить не успел, далеко ли он собрался. Потоптавшись немного около входа, примерился и боком втиснул собственное тело в узкое место. Пыхтя и матерясь, поминал свою доброту и отзывчивость, пока лез по расселине.

К моему облегчению длилось это недолго. Вскоре я уже стоял, пригнувшись, в небольшой узкой камере, до размеров которой расширился лаз. Фантом был уже здесь. Он стоял столбиком, нетерпеливо перебирая лапками и всем своим поведением показывая, что уже заждался этого нерасторопного двуногого.

— Что? — спросил я у него. — Я здесь и не вижу ничего, заслуживающего внимания. Зачем ты меня сюда привёл?

Голос звучал глухо и ещё вдобавок ко всему был искажён маской. Получилось довольно зловеще, но на лугового йурра это впечатления не произвело. С видом, выражающим нетерпение, зверёк подошёл к противоположной стене камеры и начал копать лапками каменный завал.

— Ты что? — удивился я. — Хочешь, чтобы я помог тебе разобрать эту груду булыжников?

Фантом встал столбиком и выжидательно уставился на меня, наклонив голову. Всё логично. Почему бы и нет? Сначала мной пытается командовать некая Вечность, теперь вот хомяк-переросток. Никому нельзя давать помыкать собой. Никому.

Ладно. Ладно…

Мне и самому уже было интересно, что же так привлекает моего соседа за этим завалом. Ведь зверёк преодолел природную осторожность и обратился ко мне за помощью, что уже ставит его интеллектуально выше многих четвероногих.

Картинно поплевав на ладони, я вздохнул ещё раз и взялся за расчистку прохода. Это было нелегко из-за низкого свода, приходилось постоянно пригибаться, но, на удивление, камни не были такими тяжёлыми, какими показались мне на первый взгляд. Или это просто я стал сильней за последние дни? Возможно… Как бы там ни было, попыхтеть немного пришлось, но разобрать завал не стало какой-то сверхзадачей.

Я складывал камни вдоль стен, а когда взялся за очередной, то обнаружил, что из-под него пробивается свет, словно за завалом был выход. Стоило мне только убрать его, как йурр, ловко проскакав по камням, юркнул в образовавшуюся брешь. В принципе, всё. Конец миссии. Можно уходить.

Почему?

Глупо ждать благодарность от грызуна. Даже несмотря на наш договор.

Я развернулся, уже собираясь уходить из Логова, а потом решил закончить разбирать завал и самому туда залезть. Потеря двадцати минут вряд ли как-то повлияет на ход моих поисков. Ведь всё равно неизвестно, в какую сторону двигаться. А поверхность Сферы Дайсона она не просто большая, и не гигантская, а чудовищно огромная. Намного больше площади поверхности Солнца. Такие необъятные просторы даже сложно себе вообразить.

Может, я сейчас потеряю немного времени, но не буду потом себя винить за то, что прошёл мимо очередной здешней загадки. Зачем отрицать? Мне хотелось узнать, что так манило йурра. Ведь по прикидкам, мы забрались довольно глубоко, точно ниже уровня поверхности. Будет глупо уйти и не посмотреть, что там такое.

Ещё минут десять пыхтел, разгребая завал, пока не расширил проём до такой ширины, что смог сквозь него проползти на четвереньках следом за Фантомом. Разогнуться сразу не вышло. Ещё метров восемь я полз по извилистой каменной кишке, прежде чем оказался в просторной пещере. В смысле, большой настолько, что могла бы спокойно послужить сухим доком для «Эгира», а размеры крейсера, в свою очередь, превышали пять километров…

Вот! Снова! Память выстрелила абсолютно ненужной сейчас информацией, а то, что мне действительно необходимо, покрыто мраком.

К слову, о мраке. Выхода тут не было. Да и сверху… Нет, там, далеко наверху виднелось несколько невнятных пятен света, намекая, что где-то на поверхности плато имеются провалы внутрь. Но свет поступал не только и не столько оттуда, а исходил и распространялся от чего-то расположенного в центре гигантского зала.

Положив копьё на плечи, а руки на его древко, зашагал туда. И чем ближе я приближался, тем меньше верил собственным глазам.

— Обалдеть, — выдохнул я, встав рядом с йурром. — Ты сюда стремился? Как ты это нашёл, дружище?

Фантом, бросив на меня быстрый взгляд, продолжил заниматься тем, что делал до моего прихода. Он стоял столбиком, мило попискивал и смотрел во все глазёнки на очередное маленькое чудо. Похоже, мне пора бы уже было привыкнуть к подобного рода местным диковинам, но пока никак не получалось.

39. Прощание

Передо мной, метрах в пяти рос нежный росток деревца. Самый обычный, если только не считать, что он был светящимся. Молодое деревце светилось, несмотря на то, что оно по всем мыслимым и немыслимым законам светиться не должно. Я смотрел на светящийся росток, предварительно подняв на лоб очки с функцией ПНВ. На оптическую иллюзию, голограмму и инсталляцию сумасшедшего современного художника было похоже мало. Вернее, совсем не похоже. Местная система с моими выводами была согласна, определив объект, как:

Саженец Великого Игг-Древа.

Содержит Звёздную Кровь.

Светящиеся тёплым, нежным голубоватым светом листики юного деревца, словно живые, потянулись к луговому йурру. В какой-то момент Фантом просеменил к саженцу и принялся, весело посвистывая, рыхлить землю у молодого деревца, бегать к небольшому прудику, находившемуся тут же неподалёку, и носить оттуда воду. Набирал зверёк её в рот, а транспортировал, словно хомяк за щеками. Добежав до проросшего молодого побега, он просто выплёвывал всё, увлажняя почву. Выглядела вся картина фантасмагорично, комично и мило одновременно.

Единство встретило меня неласково. Сам того не желая, я уже успел понять, что этот мир беспощаден, бескомпромиссен и жесток. С родным и безопасным куполом эко-города на Титане ничего общего. Может, конечно, это я такой везунчик, что моя капсула была сбита над какими-то особо неприветливыми местами, но что-то подсказывало, что так везде, с небольшими корректировками и поправками. За могущество придётся сражаться. И я очень удивлюсь, если простое право на жизнь не придётся защищать изо всех сил.

Оттого ещё больше начал ценить редкие мгновения тишины и покоя, когда можно просто расслабиться и ни о чём не думать. Я просто стоял, опершись на копейное древко, и наблюдал за суетой зверька, ухаживавшего за светящимся растением. А что? Ничего удивительного!

Из состояния счастливого безделья меня вывел внезапный оповещающий сигнал от моего вокса. Естественно, что сигнал этот был слышен только мне, так как все звуки я уже давно сделал слышными только в дополненной реальности, чтобы вдруг запищавшая электроника не выдавала моего местоположения. Успев уже порядком отвыкнуть от этого такого, вздрогнул от неожиданности.

В области мнемоинтерфейса выскочило окно, оповестившее, что вокс поймал сигнал другой сети. Коммуникатор, настроенный на немедленное подключение, ожидаемо сообщил, что из-за неизвестной ошибки подключение невозможно. Как и в прошлый раз, сканирование обнаруживало сеть, но все попытки подключиться оказались провальными.

«Подключение невозможно. Неизвестный протокол»

Таким был ответ на все безуспешные попытки. Сразу за обнаружением странной сети с неопознанным протоколом, дал знать о себе Наблюдатель.

Восходящий, Кир! Вы обнаружили, что погубленное сотни циклов назад Червями Великое Игг-Древо Джакаранда дало новый побег!

Выберите любую Руну (бронза): Руна-Развития, Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага.

От неожиданного разрушения волшебства этого удивительного места я выругался в голос, что заставило Фантома прервать свою суету и укоризненно посмотреть на меня. Пришлось улыбнуться ему и успокаивающе сказать:

— Молчу-молчу…

И это вроде бы успокоило маленького труженика. По крайней мере, он продолжил рыхлить маленькими лапками почву.

Вообще, так-то я уже заметил, что Наблюдатель не слишком-то балует Восходящих наградами, особенно Рунами, а тут такой выбор просто за обнаружение небольшого, пусть и светящегося, древесного саженца.

А о чём мне это говорит? Во-первых, находка крайне важная для Наблюдателя, если одарил меня за неё наградой, как за задание бронзового ранга. Во-вторых, он не всевидящий и не всеслышащий, если сам он про целое Великое Игг-Древо Джакаранда ничего не знал. Это предположение также косвенно подтверждало отсутствие задания на уничтожение Ахири. И третье, Наблюдатель видит, в том числе и моими глазами. В том, что предательница была Восходящей, я не сомневался.

Интересно, как много она собрала Звёздной Крови и Рун, пока мы путешествовали вместе? Однако мои размышления снова прервало сообщение.

Задание Наблюдателя Единства!

Восходящий, Кир! Защищайте росток, пока Великое Игг-Древо Джакаранда не окрепнет снова.

Награда: Слава.

Награда: 100 капель Звёздной Крови.

Награда: 100 Звёздных Монет.

Награда: Руна (качество: золото).

Ого! Задание золотого ранга! Даже информационное окно было оформлено иначе.

Ещё одно доказательство того, что Наблюдателю нужно это Игг-Древо в целости и сохранности. Интересно, зачем? Хотя тут особо и гадать не приходится. Ахири говорила про древнюю войну двух высокоразвитых цивилизаций. Если вспомнить, что Имаго, ведущие свою родословную от Червей, боялись света Игг-Древ, то всё вставало на свои места. Игг-Древо не только и столько живая лампочка и величественное зрелище, но и пассивная оборонительная система.

Получается, что Наблюдатель — это что-то вроде оборонительного когитора? Когда взойдёт ещё одно древесное светило, системам обороны придётся меньшую территорию защищать. Интересно, сколько времени потребуется на то, чтобы Игг-Древо выросло до облаков? Сто лет? Тысяча⁈ Десять тысяч⁈ Миллион?!!

Если столько, то Наблюдатель переоценил срок моей годности. Сильно сомневаюсь, что смогу сто лет защищать этот саженец. Да и некогда мне. Дела не ждут. Выбросив все мысли о домике в этой пещерке и огородике из головы, я вздохнул и почесал подбородок.

Хотя кое-что я смогу сделать, прежде чем навсегда покину это удивительное место.

Сорок восемь капель Звёздной Крови было откровенно жалко, но если я решил уходить, то нужно сделать всё качественно. Скрипнув зубами, придушил внутреннюю жабу и активировал Руну Домена Диких Строителей. Если замаскировать и надёжно обезопасить это место, то и защищать его не придётся. Тут мне довелось пережить ещё одно сильное впечатление: сорок существ появились в вихре из Звёздной Крови. Управлять золотыми муравьями-строителями было сплошным удовольствием. Они слушались даже не с полуслова, а понимали мысли. Мой нехитрый проект они закончили меньше чем за час.

Каким был проект? Завалить камнями всю расселину и скрепить камни так, чтобы не было понятно, что это искусственное сооружение. Естественно, я позаботился о своём друге Фантоме, запланировав для него извилистый лаз наружу. Извилистый, чтобы свет Игг-Древа не пробивался и не выдал до поры никому место положения. Трудолюбивые насекомые спокойно ползали по стенам, поэтому я им также приказал заделать дыры сверху, чтобы никакая крылатая нечисть не заметила света с воздуха. А под завязку я велел им выкопать полноценный водоём правильной формы, опоясывавшей кольцом всю пещеру. Прудик уже использовавшийся йурром по назначению не тронул. Хоть он и оскорблял моё чувство прекрасного своей ассиметричной формой, больше напоминая громадную лужу. Уже покидая пещеру Великого Игг-Древа Джакаранда, я достал несколько десятков полюбившихся Фантому брикетов сухого пайка и просто сложил их неподалёку от саженца.

— Вижу, что ты нашёл своё место в Единстве, — обратился я к йурру с обожжённой мордочкой, залезшему на деревце и теперь любовно расправлявшему на нём листочки. — Я оставил немного еды. Она в вакууме: чтобы съесть, надо будет разгрызть упаковку. Желаю тебе удачи. Надеюсь, что когда-нибудь увидимся, но на всякий случай прощай.

Пока строители копали новый водоём, они сняли весь грунт и я увидел основу, на которой он лежал. Что я могу сказать? Удивительно похоже на древесину. Только окаменевшую века назад. Оглянувшись вокруг, я только убедился в своей догадке, почувствовав себя карликом. Никакая это не скала, как мне показалось сначала, а пень… Пень древнего именного Великого Игг-Древа. Или для Игг-Древ это нормально?

Пока сторители-инсектоиды меня не замуровали внутри, поспешил выбраться через расселину наружу, не подозревая, кто меня там ждёт.

40. Встреча

Из-за обилия мощных впечатлений я выходил из Логова, словно пришибленный. И, как выяснилось, очень зря. Единство редко прощает утрату бдительности. Выйдя из-за поворота в коридор, где путь мне преградили две боевые особи Имаго, я снял дыхательную маску и сразу почувствовал неладное. Это был запах… Вокруг вонь стояла такая, что казалась, распознать какой-то отдельный запах на этом фоне невозможно. Однако к оркестру неприятных запахов примешивался новый. От входа тянуло незнакомым сладковатым ароматом, словно дымком каким-то.

Слегка пригнувшись, я начал выходить со всеми предосторожностями, скрываясь в тени, но все мои усилия оказались тщетны. У камня, где так и валялось изломанное тело Ахири, сидел на камне мужчина, курил трубку и смотрел прямиком на меня. В первую очередь мне бросилось в глаза то, что он был вооружён, а во вторую, то что сложение у него было, без преувеличений, богатырское. Про таких обычно говорят «косая сажень в плечах», но эта физическая мощь, сквозившая во всей фигуре, ничего общего не имела с муками фитнеса. По скупым движениям и суровой стати безошибочно угадывался боец.

Рост также был впечатляющим. Нет, это не я был низким. По моим собственным внутренним ощущениям, что-то около одного метра восьмидесяти сантиметров, что, в принципе, нормально. Но в этом мужике было хорошо так за два метра роста. Пожалуй, что он первый в Единстве, на кого придётся смотреть снизу вверх.

У пояса незнакомца был расположен в ножнах длинный меч, какие обычно называют полуторными. С другой стороны висела кобура с каким-то длинноствольным, и судя по тому, как была оттянута портупея, тяжёлым пистолетом. На коленях он держал стальной шлем с очками в половину лица, а одет был в подобие военной формы, что-то вроде коричневого лётного комбинезона, поверх которого накинута длиннополая кавалерийская лиловая шинель.

Почему-то именно военная форма к нему расположила. Может, неосознанно почувствовал с этим крупным и лысым, как бильярдный шар, мужиком корпоративную солидарность. Он, в свою очередь, то и дело он пускал дым из длинной простецкой курительной трубки. И молча, просто смотрел на меня. Спокойно, изучающе, без угрозы.

Похоже, прятаться было бесполезно, да и почувствовал себя глупо под этим внимательным и чуточку насмешливым взглядом. Поэтому я распрямился и вышел из пещеры. Мы некоторое время разглядывали друг друга. Система подсветила его фреймом, блеснувшим тёмным металлом. Значит, передо мной бронзовый Восходящий.

Наконец, незнакомец что-то сказал на незнакомом языке. Голос у него оказался под стать внешности. Словно камни друг о друга тёрлись.

— Не понимаю тебя? — не удивился я.

— Надеялся, что ты разговариваешь на языке болотных племён, — объяснился он. — А ты неплохо так говоришь на едином языке для небесного человека. Когда успел?

— Мне попалась Руна, решил выучить.

Незнакомец слегка кивнул.

— Это правильно, — пыхнул дымом собеседник. — Немного Звёздной Крови потратил, зато сейчас проблем никаких с общением. Ты откуда?

— В смысле? — удивился я. — Ты же сам сказал, что я «небесный». С неба упал, а ты?

— Откуда я? — уточнил собеседник, попыхивая трубкой.

Я кивнул.

— Да, в общем, тоже с неба, — задумчиво почесал подбородок мужик. — Только я не упал, а нормально сел. Тебя сбил Наблюдатель?

— Зачем бы Наблюдателю меня сбивать? — решил получить немного информации я.

Лысый неопределённо покрутил рукой с зажатой в ней трубкой.

— Если твой летательный аппарат сбили, то это почти наверняка Наблюдатель. В округе не так много кому под силу посадить машины небесных людей…

— Зачем это Наблюдателю? — задал я ещё один вопрос.

Насколько я понял, речь сейчас идёт о древнем альфа-разуме, контролирующем оборону всего Единства или этой конкретной его области.

— В основном это из-за имаго, — ответ незнакомца заставил вскинуть меня брови. — Верней, из-за их молодых маток. Они время от времени летят в сторону Игг-Древ с ночной стороны, чтобы их повредить или загубить. Некоторым это удаётся. Вот тут…

Он обвёл рукой неприглядную каменистую пустыню жёлто-бурого цвета.

— Тут раньше всё цвело и благоухало под сенью Великого Игг-Древа Джакаранда, а потом у Наблюдателя не хватило мощностей, и к нему прорвались Имаго.

— Надо было драться, а не наедятся на альфа-разум, — заметил я.

Лысый скривился, но потрудился ответить.

— Далёкие предки сражались. Если верить преданиям, битва длилась несколько месяцев и унесла цвет восходящих Круга Жизни Джакаранда.

— Чего-то не верится, — позволил усомниться себе я. — Всех Имаго, которых я встретил, вряд ли можно назвать интеллектуалами.

Лысый хмыкнул, выбивая трубку о каблук кавалерийского сапога, и ответил:

— Иногда мне кажется, что разум отдельных особей очень сильно переоценивают…

Угрозы от Восходящего бронзового ранга я не ощущал, но именно это меня и напрягало, заставляя подозревать, что мне снова кто-то или что-то мастерски расчёсывает извилины. Меньше всего мне хотелось вступать с ним в философский диспут о пользе или вреде разумности. Да и разговор в целом вызывал больше вопросов, чем давал ответов, поэтому я замолчал. Но это не смутило собеседника.

— Познакомимся? — скорей предложил, чем спросил он.

— Давай, — кивнул я. — Ко мне можно обращаться Кир, а ты кто?

— Хорошее имя. Короткое и сильное, — одобрительно кивнул лысый, снова набивая трубку. — А я Соам. Соам Уа, капрал-ветеран второй статьи кавалерии Поднебесного Аркадона.

Кавалерии? Он сказал «кавалерии»? Если меч на поясе не очень насторожил, ведь сам я опирался на Зирдиновое Копьё, то вот упоминание архаичного рода войск ввело в состояние лёгкой прострации. В голову полезли дикие мысли. Отчего-то представился отряд всадников верхом на косолапых панцирных медведях, и какое-то время я просто старался не расхохотаться в голос. Что в общем неудивительно. Общая абсурдность происходящего зашкаливала. Хорошо ещё новый знакомый на это не обратил никакого внимания.

— Сильная была личинка, — со знанием дела утвердительно сообщил мне капрал-ветеран, указав на тело Ахири. — Почти созрела.

Сказав это Соам странно на меня посмотрел.

— Да? — спросил я, попросту не зная, что ответить.

Вдруг Ахири его сестрой была, или в их краях за убийство личинок сажают на кол прилюдно? Выбросив из головы глупые мысли, я снова внутренне собрался.

— Наше копьё послали на разведку. Когда мы уже были в пути, заметили столб дыма. С тем, почему тут столб дыма стоял два дня, уже отправили разобраться меня, — лысый ухмыльнулся. — Разбитая Пустошь местечко гиблое. Народишко тут почти никогда не шастает туда-сюда просто так. Пока летел посмотреть что ты тут устроил, думал, большой отряд восходящих берёт Логово Имаго на меч. Прилетаю я, значит…

Он достал архаичного вида зажигалку, почиркал ей и раскурил свою трубку.

— … а тут один ты, Кир. Небесный человек со Стигматом и убитый Отрёкшийся. Готов держать пари: если я залезу в Логово, то не найду в нём ничего, кроме дохлых Имаго и головешек.

Я снова промолчал, не зная, что ответить.

— Чего молчишь? — напрямую спросил меня капрал-ветеран. — Это ты их всех?

Можно сказать, что поймали с поличным. Надеюсь, что Имаго не внесены в перечень исчезающих видов животных. Отпираться не имело смысла, я кивнул в ответ.

— Один? Без посторонней помощи?

Я дёрнул плечом.

— Ну да…

Мой собеседник захохотал, подавился дымом, но это не убавило его веселья. Откашлявшись, он продолжил смеяться.

— Соам, я в ваших краях недавно, — проговорил я, стискивая копьё. — Я сделал что-то неправильно? Ответь, что не так?

Капрал-ветеран некоторое время не мог успокоиться и бил себя ладонью по колену, а я смотрел на его раскрасневшееся рябое лицо.

— Что не так? — переспросил он наконец.

— Ага…

— Всё так, Кир. Насколько я понял, ты — это тот небесный человек, с последнего аппарата. Аркадон далеко. Обычно даже, никого не отправляют проверить выжил кто-то или нет.

— Почему?

— Бесполезная трата времени и ресурсов. Когда удаётся добраться до места посадки, все уже мертвы. Ты же умудрился не только получить Стигмат, но ещё убить Наездника и разорить Логово Имаго, на которое Наблюдатель выдал задание уже много лет назад. С твоей историей не так, примерно всё.

Соам пыхнул сладким, совсем не табачным дымом ещё раз.

— Непонятно только, почему не вырезал Ядра? — спросил наконец он после минутного молчания.

41. Соам

Вот вроде бы и вёл себя Соам дружелюбно, но всё равно в его компании чувствовал я себя не в своей тарелке. Может, это из-за его бронзового ранга? Хотя глупо это. Всегда есть кто-то сильней. Или же это ощущение возникло из-за покровительственного тона? А ведь, похоже, что именно из-за этого. Новый знакомый демонстрировал своё превосходство буквально в каждом жесте.

— Ядра? — переспросил его я. — Что это такое?

— Мне всё не верится, что ты недавно в Единстве, — выбил трубку о каблук своего сапога капрал-ветеран ухмыльнувшись. — Сущностные ядра.

Этот тип пытается поймать меня на несоответствиях? Я позволил себе недоверчивую улыбку.

— Понятней не стало. Что это такое?

— Если б я знал, не служил бы в кавалерии, — спокойно пожал плечами Соам, вставая с камня. — Единственное, что могу сказать — это что-то вроде сферы преобразованной живой материи. Их можно найти в изменённых Звёздной Кровью. Поэтому Ядра так ценятся.

— Соам, я не понимаю. Ясно, что можно их продавать, но в чём их ценность? Зачем они вообще нужны?

— «Продавать»? — веско хмыкнул он. — Лучше самому использовать, а годятся они для многого. Из них учёные готовят различные мази, микстуры, порошки, притирки и пилюли. Одни восстанавливают Звёздную Кровь, другие подстёгивают её регенерацию, третьи увеличивают её запас, четвёртые могут подарить различные временные и постоянные усиления.

Тем временем капрал-ветеран извлёк из-за спины хищно изогнутый нож и присел на одно колено над телом Ахири. Резко замахнувшись, с хрустом, вогнал его в грудную клетку и начал её разрезать. При этом он продолжал говорить, но голос его оставался ровным и спокойным.

— Мастера Рун используют Ядра Сущностей, чтобы делать новые Руны, а артефакторы с их помощью создают предметы с различными интересными свойствами.

— Какими, например?

— Разными. Видел мою зажигалку? Это такой предмет. В ней не заканчивается масло. Горит всегда и в любых условиях. Удобно…

Я переваривал услышанное, а Соам извлекал Ядро, оказавшееся чем-то вроде мутно-зелёной, бугристой сферы с кулак взрослого мужчины.

— Зависит ли ценность Ядра от ранга существа? Ахири, например, бронзовой Восходящей была…

— Ахири? — криво ухмыльнулся Соам. — Да, зависит и сильно. Задам личный вопрос?

Это было неожиданно, поэтому я ответил:

— Да, конечно.

— Чем ты тут с ней занимался, если успел даже имя спросить? — проявил нездоровое любопытство капрал-ветеран.

— Она первая, кто меня тут нашёл, — собеседник пытался скрыть удивление, но я всё равно понял, что ему интересно. — Верней, это я её нашёл и защитил от нападения Имаго.

— Имаго? — с недоверием спросил он, вскинув бровь. — Нападали на Отрёкшуюся?

— Да, — подтвердил я свои слова. — Нападали, ранили и убили бы.

— Хм… Ну, допустим. А потом?

— Потом я помог ей. Перевязал рану и вколол противоядие. Постепенно в себя пришла и даже сюда проводила.

Соам ещё раз посмотрел на существо, которое сложно уже было назвать человеком. Чёрная с пурпурным отливом кожа, больше напоминающая плотную чешую, четыре узких янтарных глаза, расположенных попарно, друг над другом, органическая броня, похожая на наращённый панцирь насекомого.

— Как такое можно было спутать с человеком? — с сомнением спросил он. — Она воздействовала на тебя ментально?

Я хмыкнул.

— Да, — ответил я. — Но не с самого начала. Когда мы встретились, она выглядела как девушка. И потом помогала, пока я дрался с Имаго. Даже кирасу вот эту сделал для неё…

Соам деловито указал остриём ножа на элемент доспеха и вопросительно взглянул на меня.

— Это ты сделал? — уточнил он.

— Я… Это очень прочный материал. Из него у нас строят космические корабли, — ответил я. — Если поможешь, мне с остальными ядрами она твоя.

— Спасибо, — просопел в ответ кавалерист, начавший снимать кирасу. — Тогда вот тебе совет: про то, что ты общался с одной из Отрёкшихся, никому ни слова. Особенно никому из Инквизиции. Не поймут они тебя.

— Отрёкшихся?

Соам разъяснил, но в голосе присутствовали едва заметные нотки раздражения.

— Отступники — человеческие народы и племена, ставшие в незапамятные времена союзниками Червей.

Без какого-либо намёка на брезгливость Соам прикинул на себя броню, только что снятую с несвежего трупа. Когда понял, что не подходит, лишь зубом цыкнул. Перед тем как спуститься в Логово, он задрал голову и показал мне пальцем на несколько светящихся точек.

— Смотри! Полярии! Далеко же они от Круга Жизни залетели…

Это было так похоже на подставу уровня «детский сад», что я невольно оглянулся и сделал шаг в сторону от Соама. Однако всё было нормально. Бронзовые восходящий приложил ладонь ко лбу козырьком и смотрел вверх. Чтобы увидеть нескольких существ, напоминавших полупрозрачных медуз, мне пришлось поиграться с увеличением на своих очках.

Что сказать? Внешне они напоминали парящих в воздухе полупрозрачных медуз, внутри которых по разветвлённой системе сосудов струился голубой свет.

— Это полярии родившиеся здесь, у Игг-Древа Джакаранда, — уверенно проговорил повеселевший кавалерист. — Не знал, что они всё ещё живы. Увидеть их хороший знак, Кир. Идём!

— Кто или что это? — спросил я севшим голосом.

— Очередные живые твари, выведенные Кел, — ухмыльнулся Соам Уа. — Говорят, что они появляются из особых Цветов на верхних Ветвях Игг-Древ, когда те начинают плодоносить.

— А зачем они были нужны Кел? — спросил я, совершенно сбитый с толку.

— Кто ж их знает? — вопросом на вопрос ответил собеседник. — Может, как источник света или энергии. Если их поймать, можно использовать как источник света в Ночных Землях. Многие так и делают.

— Это странно…

— Согласен с тобой, — он извлёк из подсумка что-то вроде цилиндра. — Фонарь на солнцекамне намного надёжней!

Капрал-ветеран открутил крышку, как у банки с вареньем, и из-под неё ударил довольно яркий луч света.

Спустившись в Логово, кавалерист со знанием дела обыскал его снова. Ожидаемо мы ничего ценного не нашли. Извлечь Сущностное Ядро из Матери Имаго оказалось той ещё задачкой. Пришлось долго орудовать плазменным резаком, чтобы до него добраться. Но и загадочный орган монстра серебряного ранга не подкачал, оказавшись значительно больше, и цвет имел иссиня-чёрный.

— Надеюсь, что усилия того стоят…

Соам странно посмотрел на меня, видимо, надоел я ему своими вопросами и сомнениями, но он ответил:

— Одна из ваших аптеку держит в Нижнем городе. У неё спросишь.

— Из наших? В каком смысле?

Капрал-ветеран ухмыльнулся и уточнил:

— Из небесных людей…

Я на секунду потерял дар речи. Кто-то из экипажа «Эгира» выжил, и только что я получил этому подтверждение. Если Соам ничего не напутал, то, получается, этот кто-то прижился в Нижнем городе, где бы это ни было, и открыл там аптеку. У Светы были мысли перед отлётом поработать в клинике. Это, конечно, не аптека, а другое, но недалеко.

Она?

— Точно из наших? — не веря, что всё оказалось так просто, уточнил я.

— Точней не бывает, — поджал недовольно губы Соам. — Копьё Нанга привезло её в Аркадон. Альва, моя знакомая разведчик в их Копье и на хорошем счету у ван дер Хеля. Она и рассказала мне.

— Где находится этот Нижний город? Мне необходимо туда срочно попасть.

На этот раз кавалерист ухмыльнулся.

— Это почти по прямой в Ночные земли. Аркадон — это очень высокий город-шпиль, а Нижний город — это его часть. Не пропустишь. Пешком очень долго и опасно.

Вот это фокус… Я-то думал, что Соам меня вытащит из Разбитой пустоши, а он и не планировал меня брать с собой. В этот момент нахлынули острые сожаления по поводу сделанного мной выбора. Надо было брать Руну Панцирного Медведя!

— А как ты добрался сюда?

— На гиппоптере, конечно, — как о чём-то само собой разумеющемся сообщил мне капрал-ветеран. — Но я не могу тебя взять с собой.

В полном смятении чувств я пробормотал:

— Но почему?

— Наше Копьё на боевой операции, отправляться с нами небезопасно. Мы должны сначала выполнить задание, а только потом вернёмся в Аркадон, — сообщил мне Соам, доставший трубку и снова начавший набивать её курительной смесью. — Задание наше связано с разведкой, меня накажут, если я возьму тебя с собой. Если я заберу тебя, мне это сулит только проблемы. Понимаю тебя, но мне это не интересно, Кир.

42. Эль

Как ни странно, но я понимал: это отсутствие интереса со стороны Соама. Счастлив этим не был, но понимал. Держать обиду на него из-за того, что он выполняет свой воинский долг, всё равно что спорить со стихией. Занятие увлекательное, но абсолютно бесполезное. Лучше это принять как данность. Однако при этом я всё глубже проваливался в бездну отчаянья.

Что мне делать? Как добраться до нужного места, когда я не имею к этому абсолютно никаких средств, кроме своих двоих?

Из скупых объяснений нового знакомого стало ясно, что город-шпиль Аркадон — это что-то вроде наших стратосферных вышек или даже космического лифта. Мимо такого сооружения, захочешь, не проскочишь, а я его даже не вижу с помощью максимального увеличения на своих очках. Да, оно там скромное, всего-то двенадцать крат, но ведь и внутренняя сфера Единства, по идее, должна иметь настолько малую кривизну, что ей можно попросту пренебречь.

Я, конечно, трудностей не боялся и был готов отправиться в путь хоть сейчас, но сколько мне придётся отмахать километров пешком? Кроме того, внутри угнездилась твёрдая уверенность, что такой путь мне по полечу. Я не сверну с него и дойду до конца, чего мне это ни стоило. Как всегда, в таком решении были и «но».

Пути не знаю даже приблизительно, у меня имеется только направление и главная примета. Нет даже приблизительной карты местности, по которой мне предстоит пройти. Однажды я уже переоценил собственные силы, когда отправился в путь по Разбитой Пустоши. Помниться, тогда моя скорость составляла три километра в час. Даже после того, как у меня появился проводник, я провёл в дороге почти неделю.

Интересно, сколько времени займёт путь в Аркадон, если двигаться пешком? Месяц? Полгода? Год? Может, больше? Не удивлюсь, если это так. Единство даже не огромно, а чудовищно, колоссально. Каждый раз, когда я начинал думать о расстояниях, со мной приключался приступ головокружения, из-за того, что разум пытался объять и посчитать хотя бы приблизительную площадь.

Нет! Не наш это метод. Топтать пешком туда не вариант. Но что же тогда делать? Я поднял взгляд на спокойно пыхтевшего трубкой капрала-ветерана. Мы покинули Логово, и он прогуливался по поляне у десантного бота, пиная панцири сгоревших Имаго и не без интереса разглядывая спёкшиеся до стекловидного состояния проплешины, образовавшиеся в местах попадания из плазменной пушки.

— Хорошо ты тут повоевал, — заключил Соам, заметив, что я на него смотрю. — Руна?

Он притопнул по стеклянной поверхности каблуком кавалерийского сапога. Всё ещё погруженный в тяжёлые мысли, не сразу понял, о чём он у меня спрашивает.

— Нет, — качнул я головой отрицательно. — Это сделала бортовая плазменная пушка.

Капрал-ветеран отстранённо кивнул, словно получил подтверждение каким-то собственным размышлениям.

— А она?…

— Нет, — ответил я на невысказанный вопрос. — Десантный бот вышел из строя. Пушка тоже.

— Это бортовое орудие, — задумчиво спросил Соам. — Его можно снять и использовать отдельно?

Конечно, можно! Если иметь определённые навыки и сделать всё, как нужно. Но ответил я, печальным взглядом и отрицательным покачиванием головы. Кавалерист невольно сам загрустил, глядя на мою постную физиономию.

— Это очень жаль…

Я кивнул, соглашаясь, но вооружать непонятные мне вооружённые формирования немного преждевременно.

Если думать логически, что может заинтересовать бронзового Восходящего, помочь мне? Он, появившись здесь, закрыл ряд вопросов, на которые я и не мечтал получить ответ так скоро. Я слабей его, и дать мне ему нечего. Хотя…

— Соам, что, если я тебе подарю Звёздную Монету? — зашёл с козырей я.

Лысый кавалерист повернулся ко мне всем корпусом, улыбнулся одними уголками губ и пыхнул трубкой.

— Подарки я очень люблю, — сообщил он мне. — Только у моего племени есть одна древняя традиция — обязательно дарить что-нибудь равнозначное в ответ. Ничего равнозначного Звёздной Монете у меня нету. Так что, придётся остаться без подарка.

Это было уже что-то!

— Могу ли я подсказать тебе, что мне нужней всего сейчас?

— Я слушаю, — кивнул он в ответ и пыхнул трубкой.

— Соам, мне необходимо попасть в Аркадон и найти своих. Это очень важно. Возьми меня, пожалуйста, с собой.

— Мы на опасном задании, — возразил капрал-ветеран. — Это против правил. Тебя могут убить.

— Так и здесь могут убить, — усмехнулся я. — Это меня не пугает, а Звёздная Монета поможет тебе справиться с угрызениями совести.

Собеседник согласно кивнул.

— Пожалуй, что так. Я согласен.

— Только у меня есть опасения на тот счёт, что ты можешь меня обмануть.

Скулы Соама затвердели, но ответил он спокойно.

— Я из племени, с Кровавых Болот. У нас слово мужчины кое-что значит. Слово для нас — это непустое сотрясение воздуха. Если я сказал, так и будет, но ты меня не знаешь и в Единстве недавно. Давай с тобой, дадим взаимные Клятвы перед лицом Наблюдателя?

— Если это даст гарантии, конечно. Только я не знаю, как это делать.

Соам выпустил клуб ароматного дыма.

— Восходящие могут дать друг другу Клятву, призывая в гаранты самого Наблюдателя. Клянусь Звёздной Кровью, что я, Восходящий Соам доставлю Восходящего Кира в город Аркадон, если он мне отдаст после этого одну Звёздную Монету. Принимаешь ли ты мою Клятву, Кир?

— Добавь к Клятве, что сохранишь в тайне моё общение с Отрёкшейся, местоположение десантного бота и по рукам.

Кавалерист поиграл желваками и скрипнул зубами, но произнёс:

— Клянусь Звёздной Кровью, что я, Восходящий Соам сохраню место падения десантного бота небесных людей, общение Кира с одной из Отрёкшихся и доставлю Восходящего Кира в город Аркадон, если он мне отдаст после этого одну Звёздную Монету. Принимаешь ли ты мою Клятву, Кир?

— Я, Восходящий Кир принимаю Клятву восходящего Соам. Клянусь Звёздной Кровью, что отдам одну Звёздную Монету Восходящему Соам, если он доставит меня в город Аркадон и будет хранить втайне место посадки десантного бота и факт моего общения с Отрёкшейся Ахири!

Принимая Клятву, я чувствовал себя донельзя глупо. До конца не верилось, что за каждым нашим словом следит Альфа-Разум. Казалось, что это предубеждения Соама, но стоило упасть моим последним словам, как по телу словно прошёл лёгкий разряд электричества. Было не больно, скорей взбодрило.

А после этого Наблюдатель дал о себе знать информационным окном, помеченным символом Наблюдателя. На его фоне медленно сложилась надпись:

КЛЯТВА ПРИНЯТА

Раздался звук, похожий на удар исполинского колокола. Око, подобно печати, запечатлелось под Клятвой. На этом спецэффекты закончились.

Весь остаток этого дня мы провели на плато. Из-за того, что Соам отпустил своего гиппоптера на охоту. Вернуться ездовое животное должно было к утру. Так, организовался ещё пол дня отдыха. Я угостил капрала-ветерана флотским сухим пайком, а он призвал из своей скрижали Руны с копчёной ляжкой неизвестного мне животного и бочонок тёмного крепкого нефильтрованного эля. Мясо мы подрумянили на костре и съели, а пиво с удовольствием выпили. Оказывается, Руны и Звёздная Кровь способны и на такое. Мы пили горчащий эль и ели нежнейшее мясо, я чувствовал, что меня отпускает напряжение последних дней.

Всё существо переполняла радость оттого, что уже совсем скоро я найду хоть кого-то живого из своих. Втайне теплилась надежда, что это будет Света. Соам же, в свою очередь, был в приподнятом настроении из-за того, что получит целую Звёздную Монету и не пытался этого скрыть. Это навело на мысли о том, что я ему солидно переплатил, но после шестой кружки нефильтрованного, плюнул. Бережливость — это прекрасная черта, но всего хорошо в меру, иначе она перерастает в скупость… Если же не знать в ней меры, эта черта превратится в обыкновенное жлобство.

Нет в этом ничего хорошего. Я зарабатываю, чтобы жить, а совсем не наоборот. Нет ничего плохого в том, чтобы расположить к себе одного кавалериста. Как знать, может, он окажется мне ещё полезен. Хотя бы вот такими пивными вечерами, что тоже очень неплохо.

Если одним словом, то мы остались друг другом довольны, когда разошлись по своим спальным мешкам.

43. Навстречу ночи

Ночью решили дежурить по очереди. Рядом с бочонком пива дежурилось очень хорошо. Можно сказать, даже прекрасно! Бочонок тёмного эля способен скрасить почти любое скучное занятие. Однако это не могло не подорвать нашу бдительность. Про устав караульной службы можно даже не заикаться. Когда я поделился своими опасениями с Соамом, он флегматично кивнул в ответ.

— Так и есть, — согласился он. — Вот только Разбитую Пустошь не просто так назвали Пустошью. Ты уничтожил здешнюю главную опасность, а новая ещё не появилась. Не удивлюсь, что нам тут никто крупней ночницы не угрожает.

— Ночницы?

— Насекомые, — кавалерист обозначил руками двадцатисантиметровый отрезок. — Примерно вот такого размера. Может спящему заползти в ухо, нос или другие биологические отверстия поинтересней…

Мой собеседник надолго приложился к стакану с пивом, а когда сделал глоток, уставился в костёр, словно забыв обо мне.

— И что? — не вытерпел я.

— Что? — удивился Соам.

— Ночница может заползти спящему в нос или ухо, — напомнил я. — Чем это опасно? Такой человек становится, как Отрёкшийся?

— Нет, — отрезал он. — Про такое никогда не слышал. Но тварь ядовитая. Может укусить, и если сразу не преставиться, то можно испытать сильную боль.

Сколько раз я спал в Единстве? И каждый раз мне в… Хм… в органические отверстия мог заползти двадцатисантиметровый местный гад. Я кивнул, понимая, что в свете таких новостей, у меня появилась новая фобия. Видимо, на моём лице что-то такое отразилось. Потому что Соам, порывшись в карманах своей шинели, извлёк небольшую серебристую фляжку и передал её мне.

— Что это?

— Это средство от ночницы и ещё нескольких видов опасных насекомых, от болотного гнуса тоже хорошо помогает, — пояснил собеседник. — Только не нюхай…

Но предупреждение немного запоздало. Мощный и не менее противный запах выбил слезу, я закашлялся. На что это было похоже сказать, сложно сказать, но совершенно точно улавливались нотки ацетона.

— Пить это нельзя, — пояснил Соам с таким видом, что сразу становилось понятно, насколько невысокого мнения он о моих умственных способностях. — Нужно капнуть одну каплю на постель и для верности ещё каплю нанести за ушами. Повоняет немного… Но защитит надёжно.

Первое дежурство забрал себе кавалерист, я же, воспользовавшись его репеллентом, извлёк под удивлённым взглядом капрала-ветерана из криптора тонкую теплоизолирующую подстилку, спальный мешок и детектор движения. Доверие доверием, но сам о себе не позаботишься, никто не позаботится. Через минуту я уже спал, завернувшись в спальник.

Когда прошло полночи, меня разбудил Соам и пошёл спать. Подкинув топлива в костёр, я растёр лицо руками и понял, что, в общем-то, выспался. Поваляться ещё с часик было бы не лишним, но организм отдохнул и требовал активности. Подхватив копьё, я провёл занятие, пытаясь поймать то волшебное чувство, что пришло ко мне во время первой тренировки.

Увы, больше никаких стилей боевых искусств, ни даже приёмов я не «вспомнил», однако древко словно стало частью и продолжением организма. Безошибочно определяя баланс, вес и инерцию оружия, удары и блоки становились эффективны десятикратно. Удары получались внезапными и молниеносными, блоки — стремительными, в свою очередь, переходящими в удары.

В какой-то момент тренировки мне стало понятно, что, даже если ничего, кроме копья, не останется, я не пропаду. Не буду съеден, не останусь голодным и не дам себя в обиду. Не забывал я посматривать и по сторонам, хоть и детектор движения молчал, всё же рассказ Соама о местных насекомых меня немало впечатлил.

Вскоре полоска горизонта начала наливаться светом нового древо-дня, принёсшего новые впечатления. Почему-то мне казалось, что гиппоптер — это что-то вроде гиппогрифа — мифического полуконя полугрифона, но Единство вновь преподнесло сюрприз.

Я заваривал чай в котелке, когда детектор движения истошно закричал дурным голосом внутри моего мнемоинтерфейса. Нужно говорить, что котелок я перевернул, пока вскакивал и вскидывал карабин?

Опасность не пришлось искать, она сама объявилась. На уступ спикировала яркая, гигантская, необычная птица. В высоту она была хорошо за три метра, всё тело покрыто чешуёй, перьями покрыты голова, крылья и хвост. Ярко-алое оперение смотрелось ещё ярче на фоне жёлто окрашенной чешуи.

Тварь сложила гигантские крылья и повернула голову, посмотрев на меня одним глазом. На голове у неё встал гребень, как у попугая. Однако у домашнего питомца это выглядит милым и забавным, а у этой «птички» то же самое действие смотрелось угрожающе, особенно если учитывать мощные лапы с длинными когтями и короткий, но зубастый клюв.

Птица посмотрела на меня, я на птицу. И вдруг без предупреждения, она пошла на меня, ловко перебирая огромными лапами. Всё, что мне оставалось, вскинуть карабин. Палец лёг на кнопку спуска.

— Не стреляй. Это мой гиппоптер, — раздался голос проснувшегося Соама. — И не бойся. Он только понюхает.

Я опустил карабин.

Однако привыкнуть к животному смог не сразу. Пока я и Соам завтракали, гиппоптер несколько раз подходил к костру и заглядывал сверху, через наши головы, что мы там такого вкусного едим. Естественно, я каждый раз дёргался, когда эта курица-переросток приближалась. Кавалерист, словно не замечая моего состояния, осуждал и вычитывал птицу за попрошайничество, но так… без фанатизма. Кроме того, он отдал всё недоеденное нами копчёное мясо своему скакуну.

А потом… Потом настало время лететь. Пока недалеко — до мест схваток с Имаго, чтобы вырезать Сущностные Ядра. Вчера мы договорились с Соамом, что поделим их пополам. Сегодня же я совсем не был уверен в том, что путешествовать верхом на птице — хорошая идея.

Капрал-ветеран уложил своего гиппоптера на плато и ловко взобрался в седло. Заметив мои колебания, он ухмыльнулся.

— Если лететь отказываешься, просто объяви это перед Наблюдателем и отдай мне Звёздную Монету. Так Позора начистится не так много.

Мои скулы затвердели.

— Не отказываюсь! Я полечу!

— Тогда горло хватит драть… В седло залезай и летим. Я тебе не извозчик, торчать тут до конца Вечности.

Выматерившись про себя, полез на спину гиппоптера. Седло было двухместным. Чем-то оно напоминало рыцарские аналоги из-за высокой задней луки, на которую можно было опереться, словно на спинку кресла. Покороче разве что… А вот ремни безопасности тут нашлись. Пренебрегать ими, как это сделал Соам, я не стал.

Птиц разбежался, оттолкнулся, раскинул громадные крылья и рухнул в пропасть. Поймал восходящий поток воздуха и полетел уже устойчиво.

— Показывай, куда лететь! — приказал капрал-ветеран, когда я прекратил орать.

Я и показал, после того как отдышался и привёл пульс в порядок. Когда Соам сказал, что он из крылатой кавалерии, я не думал, что он это буквально. Были же в истории Земли гусары, называвшиеся «крылатыми». Полёт верхом хоть был страшным и неудобным из-за непривычной формы седла, но в скорости отказать ему было нельзя. Путешествие, занявшее у меня, дни, мы преодолели даже не за часы, а за минуты.

Ядра вырезал я, практикуясь в этом деле. Мой спутник сидел на камушке и попыхивал своей трубкой, время от времени оглядываясь вокруг. Но всё было тихо.

Провозились со свежеванием дохлых Имаго до вечера. Я предполагал, что мы заночуем в моей пещере, но нет. Соам буркнул лишь, что мы потеряли кучу драгоценного времени и нам пора догонять его Копьё. Этим термином местные обозначали свои отряды.

Когда я спросил его о том, сколько это бойцов, то Соам затруднился ответить. Выходило, что старшим в Копье, может быть Восходящий со Славой от Танаана. Но Хейр тоже может командовать Копьём, если друг Танаана нет, а Хейр среди своих имеет безупречную репутацию.

В Копьё Восходящего могли входить другие Восходящие, но не обязательно. Обычные люди без Стигмата также годились, лишь бы были расторопны и не боялись рискнуть собственной шеей при выполнении заданий. Выходило, что в Копьё формируют произвольно из нескольких Восходящих и произвольного количества обычных авантюристов. Как правило, чем богаче и авторитетней лидер Копья, тем больше солдат и наёмников насчитывает его подразделение.

— Сам всё скоро поймёшь, — ответил мне на очередной вопрос Соам.

Он указал пальцем на одинокий огонёк мерцавший в море мрака.

Гиппоптер уносил нас всё дальше в сторону ночных земель. Становилось всё холодней. Теперь мне был понятен его подбитый мехом лётный комбинезон кавалериста и шинель. Наряд показался странным при первой встрече, но в седле на спине гигантской крылатой твари, он казался не просто уместным, но и необходимым.

— Что это?

— Моё Копьё, — пояснил он, натянув поводья, чем заставил гиппоптера резко нырнуть вниз.

Испытав чувство невесомости в очередной раз за день, я только и смог, что выругаться сквозь зубы.

44. Лагерь

— Какого лядского уда? — встретила возгласом наше приземление бойкая девица в шлеме, закрывавшем половину лица. — Уа, кого это ты, ля, притащил из Разбитой Пустоши?

— Безмерно рад тебя видеть, Ви, — проворчал Соам. — Это Кир, Восходящий небесных людей.

— Привет, — обозначил своё присутствие я, расстёгивая застёжки ремня безопасности.

— Да хоть их Кинг, ля, — фыркнула Ви, начисто игнорируя моё присутствие. — Аугуст тебя накажет.

— Переживу, — ответил мой извозчик, спрыгивая из седла. — Я у него вечно наказанный.

Я последовал его примеру, но получилось не в пример менее ловко. Покачнулся и чуть было не сел с размаху на пятую точку, что вызвало смешок у девицы. У меня получилось её рассмотреть.

Невысокая, но крепко сбитая девушка. Её формы было не скрыть ни красным кителем, больше похожим на ливрею, ни комбинезоном, поверх которого ливрея и была надета, ни фиолетовой шинелью, небрежно наброшенной на плечи. Всё это барахло сидело на Ви, как влитое, что наводило на мысли о военной форме.

Виториа ван дер Аристэр.

Восходящая.

Народ: Изгои.

Титул: ювейн.

Ранг: дерево.

— Какого уда пыришься, небесный? — дерзко усмехнулась она. — Крылатого кавалериста никогда не видел ля?

— Видел, но только одного, — честно ответил я. — Соама. Ты вторая.

— Пойду доложусь Аугусту, — сообщил капрал-ветеран.

— Ага, — согласно кивнула Виториа. — А ты куда, ля?

Последнее было адресовано мне, собравшемуся уже было направиться следом за капралом-ветераном. Ви недвусмысленно положила руку на рукоять огнестрельного длинноствольного то ли ружья, то ли крупнокалиберной винтовки. Не только её мундир отличался от формы Соама, но и экипировка. На боку висела сабля, на широком ремне, проходящим через плечо, на поясе — кобура с длинноствольным пистолетом. Несколько подсумков на ремне, видимо, с патронами.

Мой извозчик обернулся на суету, происходящую у него за спиной и, сделал жест рукой, призывая меня подождать. Ну… Это я умею, не люблю, но совершенно точно умею. Оглянувшись по сторонам, я обнаружил ствол поваленного дерева неподалёку и решил на нём подождать.

В принципе, Соам не обещал, что меня пустят в военный лагерь. Может статься, что придётся ночевать тут. Сам по себе лагерь не впечатлял. Шатёр и с десяток палаток около него. Горел небольшой костёр, который мы видели с воздуха. Вокруг лагеря бродило два часовых, одним из которых была Ви, а, кроме часовых тут имелись девять гиппоптеров. Думаю, что эти большие птицы… Или всё же звери? Подумав, я решил, что буду их называть птицами. А что? Оперение есть, клюв имеется. Как и довольно скандальный характер, и громкий голос. В чём я успел убедиться, пока мы летели сюда. Думаю, что эти два последних качества делали и гиппоптеров едва ли не лучшими охранниками, чем собаки. Вероятно, часовые выставлены просто порядка для, или вовсе, в наряде проштрафившиеся. Это, кстати, хорошо объяснило бы, почему Ви в дурном расположении духа.

Если Разбитая Пустошь мне не понравилась, то вот это место под названием Мёртвый Лес, оказалось и вовсе неприятным местом. Здесь было не просто темно, а сумрачно в основном из-за голых стволов деревьев, напоминавших руки, тянувшиеся вверх. Ни единого листика или травинки тут не было видно, как и неслышно криков птиц или животных.

Только ветер свистел меж голых ветвей. Ну и да, лучей Игг-Древа сюда добиралось ещё меньше. Из-за этого было довольно неуютно. Единственным источником света здесь был Небесный Трон. Так, местные называли ненормальное светило, навечно помещённое в зенит Единства, могущественной древней цивилизацией Кел. Надо привыкать к этим всем названиям…

Почему?

Похоже, что нам тут жить. Нам? Ну да! Мне, Светке моей, и всем тем, кого я найду из экипажа. Жить по отдельности — не вариант, вместе мы — сила. И место я уже хорошее нашёл — пещера с ростком Игг-Древа хороший вариант. Скрыто от посторонних взглядов. Вода есть. Источник света тоже имеется. В принципе, при наличии всего этого можно устроиться и зажить на долгие годы спокойно. По крайней мере, пока Игг-Древо не вырастет настолько, что его уже будет невозможно скрывать.

Шестое чувство мне подсказывало, что после этого Древо надо будет защищать ещё активней, чем пока оно будет расти под защитой гигантского окаменевшего пня. Значит, это только то, что мне необходимо стать сильней и найти союзников, которые мне помогут с этой задачей.

Я вынырнул из своих тёплых мечтаний в суровую действительность и оглянулся. Небесный Трон едва разгонял тьму, но очки хорошо справлялись, без них я был бы слеп. Вот у местных с этим проблем нет. Интересно, почему? Руны? Или мутация? У Соама не спрашивал об этом, из-за того, что тот явно не был Капитаном Общительность. Даже выпив рекордное по моим меркам количество пива.

За Мёртвым Лесом я видел, как скалистая равнина вздымается множеством террас, а вдали за ней, чёрной громадой высится горный кряж, скалящийся щербатым прикусом белых клыков, отчётливо видимый на фоне серых сумерек только из-за снежных шапок на вершинах.

В общих чертах Соам дал понять, что их Копьё выполняет, в общем-то, рядовое задание по патрулированию этого района, формально принадлежавшего к владениям Поднебесного Аркадона. Смысла в этом владении я не видел абсолютно никакого. Хорошо, когда ты владеешь, пусть пустынным и неплодородным владением, но, например, богатым ресурсами, которые можно продавать или что-то полезное из них производить. Однако ничего такого я не видел вокруг себя. Совсем… Поэтому и в толк взять не мог. Зачем тратить время и ресурсы, чтобы обозначать военное присутствие в никем не заселённых пустошах к тому же в прямом смысле слова, покрытых мраком. Единственная польза только в том, что Копьё может найти и убить тварей, содержащих Звёздную Кровь и Руны, ну и враги к ним не подкрадутся незаметно, по-военному.

Цель патруля заключается в том, чтобы своими глазами изучить границу Чёрного Провала. Это его обаятельную улыбку мы имели удовольствие наблюдать со спины гиппоптера. После этого бессмысленного, с моей точки зрения, патруля, Копьё должно будет вернуться в город-шпиль Аркадон.

— Кир! — услышал я окрик Соама от шатра в лагере. — Давай сюда!

Ну вот… Теперь всё Копьё разбужено этим утренним кукарекаем капрала-ветерана. Спасибо, что всем сообщил, по какому поводу. Да, в общем, и всё равно!

У меня есть цель. Путь к ней приблизительно ясен. Сколько бы ни потребовалось приложить усилий на этот путь, я это сделаю. Что мне до кого-то, кому я не нравлюсь? Я, в конце концов, не Мисс Вселенная…

На пути у меня снова возникла фигура Витории ван дер Аристэр. Девушка была в шлеме, но почему-то я ощущал её снисходительно-ехидное отношение.

— Могу я пройти, уважаемая? — испросил я высочайшего соизволения, на всякий, потыкав в сторону шатра пальцем.

Почему я так поступил? Потому что винтовка рождает власть. У меня, конечно, и у самого ливальверты имеются, но вот влипать в конфликты на ровном месте я не намерен. Мне от этих людей нужно, чтобы они меня доставили в свой город, а не подстрелили меня.

— Теб… Вас позвали из командирского шатра. Пройти можете. Цветов, торжественного оркестра и шлюх не ожидайте. Что-то ещё?

— Никак нет.

— Ну так ля и пизд… Всего вам наилучшего, раз «никак нет», — язвительно напутствовала меня Ви.

— Стерва бешеная, — буркнул я себе под нос, изрядно отойдя от часовой.

— Я всё слышу, сладенький, — донёсся до меня преувеличенно счастливый голос Ви.

Обернувшись, я понял, что отошёл от неё метров на двадцать, но заметил, как девушка послала мне воздушный поцелуй. Вот и пойди пойми этих женщин. Дойдя до шатра я встретился взглядом с Соамом.

— Не обращай на неё внимания, — посоветовал мне он. — Проходи внутрь.

45. Беседа

Что такое шатёр? Походное временное жилище, но обстановка внутри была ярко освещена и смотрелась… Я снял очки с функцией прибора ночного видения и пару секунд моргал, привыкая к свету.

Да, почти по-домашнему уютной. Сразу было видно, что хозяин не привык себе отказывать в удобствах, но вынужден нередко путешествовать. И первое, что я отметил — ровный добротный пол из оструганных досок. Почему-то мне казалось, что в шатрах пола быть не должно. В лучшем случае что-нибудь постеленное прямо на землю. Здесь же был устроен натуральный подиум, пусть невысокий, но я всё равно вынужден был войти в него по двум ступенькам. На подиуме был уже разбит непосредственно сам шатёр.

Вдоль матерчатых стен располагались два резных деревянных шкафа, в центре стоял пусть небольшой и раскладной, но полноценный стол и резные стулья с высокими спинками. За раскладной ширмой угадывалось место для отдыха, но причин предположить, что там раскладушка, не имелось, так как я смог видеть заднюю спинку кровати. Да, тоже резную.

Мне сразу стало за самого себя стыдно. Ведь я ленился разбить даже ту палатку, которая у меня имелась, проводя почти все свои ночи в Единстве под открытым небом, открытый всем ветрам. Ночь прошла и ладно. Выживал, а тут… Тут жили и жили красиво. Уютно даже. Что же красиво жить не запретишь, но не это я ожидал увидеть внутри шатра.

Однако больше, чем присутствующие в шатре, меня заинтересовала карта, лежавшая на столе. Такая старинная, винтажная, нарисованная на бумаге или на пергаменте, в определениях такого я не силён. Но ведь это не главное. А что главное?

Правильно! То самое, что на ней изображено, а изображено там было очень немало. С красивыми изображениями, надписями и заметками. Прямо на бумаге карты (или на чём там она была изображена) были расставлены различные флажки, искусно вырезанные из дерева солдатики и фигурки гиппоптеров.

Возможно, что командир этого подразделения и не видит никакой проблемы в том, чтобы я увидел карту, но когда ещё представится возможность увидеть, как выглядит регион, куда я попал? Незамедлительно воспользовался функцией своего вокса и сделал несколько фотографий карты.

Освещение давала металлическая сетка со светящимися камнями, подвешенная под потолком. Благодаря ей, я хорошо разглядел сидящих у стола и были они очень разными.

Одним из них был Соам, который выглядел… Хм… Да, привычно. Несмотря на наряд, меч полуторный и гигантский пистолет. Капрал-ветеран смотрелся как человек. Он не мог похвастаться ни иным строением костей или нечеловеческим прикусом зубов. Мужик как мужик, разве что здоровый очень, но это как раз и не вызывало вопросов. Мне почему-то казалось, что именно таким, суровым и крепким дядькам в Единстве выживать проще. Физическая сила и выносливость аргумент с которым сложно поспорить. Мой извозчик сидел у края стола и невозмутимо набивал трубку.

Напротив Соама сидела высокая, длинноногая и юная девушка с молочно-белой кожей и волосами цвета воронова крыла. Густые волосы собранные в простецкий хвост черны настолько, что отливают фиолетовым цветом под светом камней. Тонкие, аккуратные и симметричные черты лица, гордая постановка шеи и нечеловеческий острый подбородок. Глаза большие, с красивым экзотическим разрезом, их можно было бы назвать выразительными, если бы они не были такого светлого цвета, кажущиеся ещё светлей, чем кожа, хотя это казалось невозможным.

Одета она была в высокие кавалерийские сапоги, чёрный лётный комбинезон, подчёркивающий изгибы изящной фигуры, и в алую ливрею-мундир, спереди заканчивающуюся под грудью, а сзади, примерно там, где заканчивается талия. На мундире блестело несколько золотистых значков. Ясно, что это военная форма, только непонятно, зачем столько в ней выпендрёжа. На поясе кожаная кобура под длинноствольный пистолет и несколько подсумков, но ничего длинноклинкового, лишь что-то вроде кинжала. Фрейм, выделивший девушку, был серым. С этим я уже освоился — ранг дерева. Формально одинаковая ступень Восхождения не помешала ей посмотреть на меня, словно на кучу гиппоптеровых экскрементов, оказавшихся на редкость вонючими.

Я задумался. Вторая женщина в Копье, отправленном на разведку. Нет, у нас тоже женщины служили, но не в разведке, не в штурмовиках и не в линейных частях. В основном в тылу или обеспечении. Хотя, если ты Восходящий, наверное, все гендерные различия побоку. Кроме тех, что в штанах. Хотя… И это не факт. Так что, встретить женщину в мундире нет ничего удивительного и у нас, а тут есть возможность на равных тянуть военную лямку как мужчинам, так и женщинам.

Третий присутствующий в шатре оказался не менее колоритен. Мужчина… Если бы я оценивал человека, то определил его возраст как, ближе к пятидесяти. Черты костистого лица острые, хищные, взгляд холодных голубых глаз внимательный, цепкий. И без того тонкие губы сжаты в линию. Кожа отливала золотистым загаром. Распущенные, светлые и тонкие, словно льняные, волосы слегка вились и пребывали в беспорядке, словно он только что встал с постели. Офицер был высок, но не настолько, как гигант Соам, однако выше меня.

По манере держаться угадывался командир. Сидел он расслабленно, оружия при себе не имел, ливрея-мундир отсутствует, а лётный комбинезон расстёгнут на груди едва не до пояса. В его руках дымилась курительная трубка, но запах мне дал понять, что он, как и Соам курит совсем не табак.

Аугуст ван дер Кронк.

Восходящий.

Титул: Эрл (соответствие термину 64%).

Ранг: серебро.

Содержит Звёздную Кровь.

Серебряный Восходящий. В основном у всех информация была скрыта, а Ви и Аугуст словно напоказ её выпячивают. Нужно и мне разобраться получше в настройках. Может, я смогу свою информацию тоже скрыть. Все кроме Соама изучающе на меня осмотрели. Я, конечно, тоже в долгу не остался, но почувствовал себя неуютно.

Даже винить их за то чувство превосходства, что они наверняка испытывают, не получается. Они офицеры на задании, а я непонятный, странно одетый, с их точки зрения, молодой мужик, к тому же заросший щетиной. Случайно выживший в их мире и привезённый в их расположение капралом-ветераном.

— Проходи, Кир из небесных людей, — затянувшись в очередной раз сладковатым дымом, сказал Кронк. — Присаживайся к столу и не откажи мне в беседе, ювейн. Я Аугуст ван дер Кронк, а это Клени ван дер Скардар. Соама ты уже знаешь.

Пока я отодвигал тяжёлый стул и усаживался, пытаясь устроить зад, заметил срабатывание Скрижали. Напрягся, но ничего не произошло. Может девушка трубку прикурила Аугусту с помощью Руны.

— С удовольствием, — вежливо кивнул я. — Рад знакомству. Заранее прошу меня извинить за то, что могу нарушить правила вежливости, принятые у вас.

— Это понятно, — беззлобно усмехнулся офицер. — Я сообщу, если ты что-то сделаешь неправильно. Чувствуй себя свободно, ювейн.

В момент улыбки, в общем-то, суровое лицо Кронка словно расслабилось и сделалось на какую-то секунду простым и приветливым. И я действительно расслабился после его слов. Даже испытал облегчение оттого, что я наконец-то в обществе, пусть странных, но цивилизованных людей. Соам мне показался рубахой-парнем, Аугуст — строгим, но справедливым отцом-командиром, а зазнайство красотки Клени я нашёл забавным и даже милым.

— Кир, ты должен меня понять. Ты человек новый, а моё Копьё сейчас на задании. Ты не возражаешь, если мы с тобой познакомимся немного поближе? Ты колонист с ковчега, «Хельга»?

Я улыбнулся этому приятному человеку.

— Ты информирован лучше, чем можно было предположить, — заметил я. — Конечно, прекрасно понимаю опасения, но они излишни. Я не с «Хельги», а с исследовательского крейсера «Эгир». Родился на Титане, служил в космической пехоте, пока не оказался здесь.

Клени и Аугуст обменялись взглядами.

46. Карта

Это их переглядывание меня здорово насторожило. С чего вдруг я так расположился к этим незнакомым людям? Да ещё так сразу? Всё это подозрительно напоминало мой опыт общения с Ахири. Когда я её спас, эта замарашка мне не очень-то приглянулась. Если откровенно, та была совсем не в моём вкусе. А как изменилось моё отношение, когда мы путешествовали по безопасным тоннелям? Сильно изменилось, да почти на сто восемьдесят градусов, как сейчас.

Действительно, я зафиксировал срабатывание какой-то Руны. Может, её влияние я и испытываю сейчас на себе? Никогда не считал себя общительным человеком, но прикусить язык и не разболтать этим чудным людям всё, что знаю, думаю и предполагаю было по-настоящему тяжело.

— Соам сообщил, что ты хороший стрелок. Будь любезен, расскажи это так?

— Я не считаю себя хорошим стрелком, — честно признался я. — Много зарядов уходит мимо.

— Но ты справился с целым выводком Имаго один. Это так? — продолжил Аугуст задавать вопросы.

— Один, — подтвердил я, лишь неимоверным усилием воли удержавшись, не рассказать об участии Ахири. — Но не со всеми сразу.

— И ты начал ещё до того, как стал Восходящим? Я всё верно понимаю? — прищурился Кронк.

— Да, но в свою защиту могу сказать, что они начали первыми.

Соам хмыкнул, а Клени и Аугуст улыбнулись моей шутке. Офицер пыхнул трубкой и продолжил:

— Зачем ты хочешь попасть в Аркадон?

Вопрос был задан с улыбкой, но я понял, что он едва ли не самый главный сегодня.

— Мне нужно попасть в аптеку к другому небесному человеку. Про него мне сообщил Соам.

Аугуст и Клени посмотрели на капрала-ветерана, тот кивнул, подтверждая информацию.

— До того как ты этого узнал, ты не собирался в Аркадон? — продолжил допытываться Кронк.

— До этого я даже не знал про ваш город. Нет. Я туда не собирался.

— Хороший ответ, — похвалил меня Аугуст. — У меня всё.

Клени посмотрела на офицера с нечитаемым выражением.

— Разрешите мне задать несколько вопросов, старший офицер? — спросила она.

Кронк дал кивком разрешение. А я… Я чуть было не захлебнулся от восторга. Её голос… Какой красивый, глубокий голос!

— Как вы стали Восходящим так быстро, Кир? — задала мне очередной вопрос девушка. — Насколько я понимаю, вы в Единство попали совсем недавно.

— Так и есть, — кивнул я, сдерживая наползающую на лицо идиотскую улыбку. — Я в Единстве недавно. Моя спасательная капсула была сбита над соляной равниной с гейзерами. Оттуда я попал в Расколотую Пустошь, где на меня напали Имаго. Двигаясь по Пустоши, встретил Отрёкшуюся, она мне, вставила в запястье Стигмат.

— Она?

— Да, она тогда выглядела как обычная женщина…

— Как ты думаешь, Кир, зачем ей было это делать? — задала Клени ещё один вопрос, своим чарующим голосом.

— Не знаю, — признался я. — Сама она мне сообщила, что Имаго-Матерь больше предпочитает поедать людей со Стигматами.

Девушка кивнула и посмотрела мне в глаза так пристально, что я смешался, словно тринадцатилетний юнец.

— Последний вопрос, Кир. Как ты пережил процедуру имплантации и последующую нейротрансформацию?

— Что вы имеете в виду? — уточнил я.

— Это очень болезненная процедура. Её проходят в капсулах Вечного Сна, пока их разум уходит в Вечность, чтобы не умереть и не сойти с ума от боли. Как ты пережил это мучение?

— Мне сложно ответить на этот вопрос, — признался я откровенно. — Незадолго до этого я принял наркотик, созданный специально для того, чтобы расширить боевые возможности организма и притупить болевые ощущения. В себя я пришёл уже в коконе внутри логова…

— Соам говорит, что это была сильная личинка. Ещё немного, и созрела бы. Как тебе на мусорной ступени Восхождения удалось одолеть таких сильных противников, как Отрёкшаяся и Имаго-Матерь.

Я уже не сомневался, что меня подвергают допросу с помощью Рун, но никак не мог перестать умиляться серьёзности Клени.

— При помощи смекалки, — чуть не улыбнулся я. — Пришлось их взрывать.

— Соам сообщил, что Отрёкшаяся уничтожена боевой Руной.

— С ней пришлось сойтись лицом к лицу…

Повисло молчание. Несмотря на то что свой последний вопрос девушка уже задала, она спросила снова:

— Чем ты можешь быть полезен, если нашему Копью придётся вступать в бой?

Я задумался. Действительно. Чем?

— Я вооружён, обучен стрелять…

Ответил и, догадавшись, что эта черноволосая нимфа не такого ответа от меня ожидала, быстро добавил.

— … И у меня есть Руны Ментальной Связи и Алого Шипа.

Расспросы длились ещё с полчаса, но то, что они решили меня взять с собой, было ясно уже после этого ответа, а потом нас с Соамом отпустили спать.

В лагере стояла палатка капрала-ветерана, внутри неё было не так богато и просторно, как в шатре Аугуста, но всё равно уютно. Пол застелен тростниковыми циновками в ярких аляповатых узорах. Стояла походная кровать и сундук. Проблему света он вовсе решил, поставив цилиндр уже мне знакомого фонаря на попа и накрыв его чем-то вроде колпака торшера. Вот и вся обстановка. Но я даже не подумал жаловаться, расстелился прямо на циновках. Мы выпили по паре кружек эля и решился спросить.

— Как думаешь, нормально прошло?

— Нормально, — согласился капрал-ветеран. — Не ожидал я, что Клени начнёт тебе выворачивать мозги, но нормально. Завтра уже пройдёт. Со мной на моём гиппоптере полетишь.

Я кивнул и допил эль. Отличный напиток, хорошая Руна. Надо бы и мне чем-нибудь таким обзавестись.

— Хорошо… Почему ты меня не предупредил о том, что будет допрос?

— Не знал я, что у младшего офицера ван дер Скардар такие интересные Руны имеются. Она в нашем Копье недавно и сам видишь… У нас тут вперемешку дворяне и простые. Мы между собой общаемся, но не очень-то, — он допил свой эль и со стуком впечатал стакан в крышку сундука. — Ван дер Кронк очень сильный и опытный Восходящий. Попасть под его начало мечтают многие. Он многим отказывает, принимает только талантливых и тех кто ему платит за науку. Он тобой заинтересовался.

Я информацию принял к сведенью, но мой путь лежит далеко от копья Аугуста.

— Если бы ты знал, что меня будут допрашивать с помощью Рун, предупредил бы?

— Давай спать, Кир, — хмыкнул Соам. — Завтра сворачиваем лагерь и летим обратно вдоль Чёрного Провала, а это не шутки.

Разговор был окончен. Гостеприимный хозяин захрапел уже минут через пять, а мне сон не никак не шёл. Чтобы не думать о черноволосой бестии и хоть на что-то отвлечься, при помощи вокса я открыл фотографии карты в окне дополненной реальности, а в Атласе попытался найти место, где мы сейчас находимся. Вероятно, я получил неплохое образование в той своей прошлой жизни, которую никак до сих пор не могу вспомнить. Потому что у меня получилось приблизительно найти и координаты упавшей капсулы, больше всего на эту роль подходила Равнина Гейзеров, и Расколотую Пустошь, и даже Мёртвый Лес я тоже нашёл. Единственное, что меня смущало, так это то, что мой вокс при попытке вычислить масштаб в километрах выдавал какие-то совсем уж запредельные цифры.

Карта называлась «Владения Поднебесного Аркадона», но и прилегающие районы на них были изображены. Я перепроверил расчёты, прогнав их несколько раз и перепроверив единицы измерения. Ошибки не было. Выходило, что, территория, изображённая на карте, как «Земли Поднебесного Аркадона» составляла около восьми с половиной — девяти миллионов квадратных километров. Что, в общем, в голове укладывалось, но было очень много, потому как общая площадь изображённой суши составляла около шестидесяти миллионов квадратных километров. А была изображена не только суша, хоть и преимущественно она. На востоке карты было изображено огромное водное пространство, под названием Отравленный Океан. С запада карту ограничивал тот самый Чёрный Провал, оказавшийся чем-то сродни гигантскому каньону. Вверху на условном севере карты, располагалась граница Малого Круга Жизни Грусандриса. Видимо, это свет этого Игг-Древа едва сюда достаёт. На далёком юге карта заканчивалась у границ Империи Трёх Древ.

Если мне не изменяет память, то площадь в восемь-девять миллионов квадратных километров — это сопоставимо с площадью континента Австралия. Казалось, что зона ответственности Аркадона гигантская. Циклопическая даже. Вот только на карте сильно уступает даже «малому» Кругу Жизни. Да и откровенно говоря населённых пунктов на ней удручающе мало. Зато географических названий навевающих уныние хоть отбавляй. Это не давало забыть, что Поднебесный Аркадон всего лишь малая часть, затерянная на необъятных просторах настолько огромного Единства, что и представить себе такое сложно.

Мой вокс, конечно, без подключения к сети имеет довольно скудные аналитические возможности, тем не менее я склонен был доверять его выводам и расчётам. Они могли иметь погрешность, но в целом были верны.

47. Выбор

Перед тем как лечь спать, я решил получить награду от Наблюдателя за обнаружение побега погубленного сотни циклов назад Великого Игг-Древа с непроизносимым названием. Это было хорошей идей, потому что, я уже знал, что опомниться не успеешь, как в Единстве закрутит и закружит.

Вот интересно, а Игг-Древо дало побег до или после того, как я убил Имаго-Матерь? Если до того, тогда награда Наблюдателя теряет всякий смысл. Я ничего не совершил такого особенного для того чтобы, казалось бы умершее, Игг-Древо дало побег. Если же наличие Логова каким-то образом мешало ему взойти, тогда да. Тут уже прослеживается некоторая логика.

Выкинув из головы все вопросы, на которые я сейчас точно не получу ответы, открыл сообщение Наблюдателя о награде. На этот раз предлагался выбор из следующих Рун: Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага. Естественно, всё бронзового ранга.

Попытать счастье с заклинанием? Не думаю, что это удачная идея. Я заметил тенденцию, что Наблюдатель при формировании выбора наград каким-то образом учитывает обстоятельства или локацию задания. В моём случае это был гигантский древний полый пень Игг-Древа. Какое заклинание мне предложит Наблюдатель? Способность к укоренению? Фотосинтез? Или способность производить в три раза больше удобрений? Смешно…

Если заклинание отпадает, что у нас остаётся?

Руна-Свойство — мне уже встречались Руны Развития и Уменьшения — и, честно говоря, я задумался. Взять Руну Развития было большим искушением.

Если взять Руну Развития, то у меня их будет уже две штуки. Я могу их вложить в ветку Атрибутов Духа или в же смогу поднять Разум и Тело до бронзы. Да, в этом случае я потеряю их и неизвестно, когда ещё достану, но ведь я стану сильней, это поможет мне добыть новые Руны.

По идее, это должно сразу сделать меня сильней. Мне необходимо усилиться прямо сейчас. Я никогда не забуду квадратные глаза Кронка, когда он узнал, что я попёр буром на Логово Имаго, даже не будучи при этом Восходящим. В Единстве опасности встречаются на каждом шагу. Нужно быть действительно сильным, чтобы с ними справиться.

Руны-Предметы как-то меня не особо впечатлили. Ну да, Зирдиновое Копьё оказалось полезным, но ведь это могло быть любое другое копьё, не заключённое в Руну и не требовавшее на призыв Звёздную Кровь. Плащ я ещё не использовал.

Руна-Портал, Руна-Домен и Руна-Сага вообще неизвестно, что мне дадут. Так что тоже не вариант. Что осталось?

Руна-Навык и Руна-Умение. И опять мимо, ну вот какие навыки мне может в этой ситуации дать на выбор Наблюдатель. Почему-то снова в голову полезли мысли про фотосинтез и удобрения.

В принципе, в списке есть ещё Руна-Существо. В прошлый раз выбор был хороший, и Домен Строителей до сих пор в моей Скрижали. Отрицать их полезность нельзя. Работа для бригады рабочих нашлась буквально сразу же! Однако в прошлый раз это были серебряные скрижали, а серебро — оно заметно мощней бронзы. Бронза не так радикально от дерева отличается. Испытать ещё раз своё везение при выборе Существ или нет?

Утомившись от метаний, я выбрал Руну-Существо, и перед глазами появились три Руны, предложенные мне Наблюдателем, которые снова заставили задуматься.

Первый глиф изображал жука, испускающего лучи света.

Руна Игг-Стелла.

Руна-Существо.

Качество: бронза.

Активация: 6 капель Звёздной Крови.

Игг-Стелла — крохотное насекомое, селящееся вокруг Игг-древа и впитывающее его свет днём, и способное воспроизводить его в любое время.

Время действия: 2 часа.

Время перезарядки: 1 цикл.

На второй Руне изображалась парящая высоко в небе птица.

Руна Черноклювый острокрыл.

Руна-Существо.

Качество: бронза.

Активация: 12 капель Звёздной Крови.

Небольшая, быстрая и незаметная птица-разведчик может наблюдать с высоты и ментально сообщать Восходящему об увиденном, может передавать сообщения, как посыльный, может охотится на некрупную дичь и приносить её Восходящему.

Время действия: 6 часов.

Время перезарядки: 1 цикл.

Ну, и на последнем глифе был изображён ездовой четырёхлапый ящер с острой костистой мордой, маленькими глазками и небольшим хвостом, больше всего мне напоминавший изображения из детских книжек-раскрасок с динозаврами.

Руна Паразавр.

Руна-Существо.

Качество: бронза.

Активация: 12 капель Звёздной Крови.

Паразавр — неприхотливое, выносливое, травоядное существо, подходящее для быстрого передвижения верхом. Паразавр обладает очень прочной, упругой шкурой и солидным подкожным слоем жира, из-за чего обладает устойчивостью к повреждениям. Быстро передвигается, даже будучи нагруженным. Умеет копать норы. Умеет плавать. Обладает сверх острым обонянием.

Время действия: 6 часов.

Время перезарядки: 1 цикл.

Светящегося жука, как вариант, я отбросил сразу же. Во-первых, если я не ошибаюсь, то у меня имеется заклинание, схожее по принципу действия — «Сияние» называется. Судя по описанию, оно меня способно превратить в подобие лампочки, источающей Игг-Свет. Во-вторых, не нуждался я в лишней иллюминации.

Вот Черноклювый острокрыл впечатлил. После боя в Логове и Имаго-Матерью я лишился беспилотника-разведчика, и это была потеря потерь. Потому что заменить мне его было нечем. Птица-разведчик это совсем не то же самое, что и интеллектуальный бесшумный дрон с активной камуфляжной системой, но это уже хоть что-то. Острокрыла можно запускать над собой в небо и выбирать безопасный маршрут, а можно ведь и наоборот — с помощью него же находить животных, содержащих Звёздную Кровь, чтобы охотиться на них.

Ухмыльнувшись собственным размышлениям, я понял, что Руна с птицей-разведчиком — это, конечно, вещь, но охотник из меня такой себе. Вот если на меня какая тварь задумает напасть, тут понятно, а выслеживать ни в чём не повинную зверюшку. Нет. Не моё это.

В сухом остатке был нелепый с виду паразавр, но описание было у него ого-го. Бегать умеет, плавать может, даже копать способен, при этом неплохо бронирован. Если на спину такого посадить — злого космопеха с гаусс-карабином… Это ж уже не скакун, а самоокапывающаяся боевая машина пехоты!

Если отбросить шутки в сторону, то меня весьма впечатлили масштабы карты, лежавшей на столе у Аугуста ван дер Кронка. Расстояния пугали и завораживали одновременно. Разведка — это очень хорошо и важно, но на своих двоих в Единстве далеко не уйдёшь. Верней, уйти-то уйдёшь, но вот когда куда-то доберёшься, это уже под очень большим вопросом.

Облизнув пересохшие губы, я понял, что мне срочно требуется чего-нибудь попить. Рядом стоял бочонок с элем. Решив не мудрить, налил себе в кружку и ополовинил её. Посмотрев ещё раз на преложенный мне выбор, больше не сомневаясь, выбрал Руну с заключённым в неё ящером. Допив эль, удобно растянулся на подстилке и с чувством полностью выполненного долга, отпустил все мысли, позволил себе расслабиться и с улыбкой уснуть.

Жизнь налаживалась. Рун в Скрижали прибавлялось. Нашлись пусть временные, но союзники. Добраться бы ещё без приключений в Аркадон и найти там мою Свету… Мысли становились тягучими как патока, пока не остановились совсем.

* * *

Пробуждение было… Хм… Это было похоже на пробуждение в военном лагере.

Утром на меня обращали внимание, но не особо. Да и с чего бы? Я был Восходящим, так и они все тоже были такими же. Был вооружён, в беседы не влипал, окружающих не задирал, общался только по необходимости. Все окружающие тоже были все поголовно при оружии.

То что я «небесный человек» им было любопытно, но тоже, опять же не слишком. Да и заняты все были тем, что снимали лагерь. Во всём остальном — самый обычный мрачный небритый хмырь, таскающийся за не менее мрачным и небритым Соамом. Одним словом, внимание к себе привлекал, но только первое время. Ажиотажа, которого я опасался, моё появление не вызвало, возможно, ещё и потому, что все снимали лагерь. Впереди лежал путь в Аркадон.

Прикинув по карте я понял, что лететь под полторы тысячи километров, но это не могло испортить моего светлого настроения.

48. Путь в Аркадон

Я неправильно оценил численность птиц и бойцов в темноте накануне. Небесных скакунов было двенадцать, включая того, который сейчас нёс меня и Соама. Заставить себя снова залезть в седло этой гигантской твари было весьма непросто. Для этого простого действия потребоваелась вся моя воля, но даже оказавшись в седле и пристегнувшись всеми ремнями, я продолжал отчаянно трусить. В голову настойчиво лезли трусливые мысли о бездарно испорченном парашюте в экстрамерном хранилище. Вроде бы я никогда не боялся высоты и полётов, по крайней мере не помнил о такой своей особенности.

Проанализировав и разобрав собственные опасения, понял, что высота меня и впрямь не пугает, а вот здоровяку Соаму я не то чтобы не доверяю, а попросту не уверен в нём. Ещё меньше мне нравится транспорт. А ну как скотина эта крылатая нас подведёт?

Однако когда лагерь был снят и все птицы, разметав мелкий мусор по сторонам и подняв тучи пыли, взмыли в воздух, паника постепенно начала отпускать. Поначалу незначительная скорость полёта постепенно возрастала, пока и вовсе не дошла до двухсот километров в час. Разгон был совсем не мгновенный, но вполне себе приемлемый. Когда мы поднялись на высоту двух тысяч с небольшим метров, птицы вошли в «экономичный режим» полёта. Они больше парили, чем махали крыльями.

Перед вылетом Кронк собрал вокруг себя всех тех, кому предстояло управлять гиппоптерами и попросил меня воспользоваться Руной Ментальной Связи. Я поднял канал на восемь кавалеристов, распрощавшись с двенадцатью каплями Звёздной Крови. Ментальная связь не считала меня, поэтому девять гиппоптеров, остались не охвачены три боевые единицы из-за чего Аугуст ван дер Кронк скривился, даже не пытаясь скрыть своего разочарования.

Тем не менее насколько я понял, управляемость Копьём улучшилась. Перед тем как полететь, некоторое время мы просто кружили над одним местом, перестраиваясь и меняя порядок гиппоптеров в ордере. Наконец, когда отец-командир наигрался с новой игрушкой, мы отправились в путь.

Птицы летели, выстроившись широкой линией. Всё же задачей Копья был патруль, в общем-то, именно задачи по контролю над этими безлюдными землями, они их исправно и выполняли, увеличивая охват.

Все гиппоптеры несли по два седла: первое для того, кто правил крылатым зверем, второе для стрелка поддержки. В общем-то, за второй номер выступал сейчас и я сам, разместившись за широкой спиной Соама. За устройством этого седла на два посадочных места явно стола своя долгая эволюция крылатых наездников. При необходимости я мог выстрелить или применить Руну прямо поверх головы управляющего всадника. Мог стрелять вниз, но под углом. Единственное, что мне не понравилось — мёртвая зона за спиной. Я был пристёгнут и был ограничен в поворотах.

Не все птицы несли на себе по два всадника, например, Кронк и Клени летели совсем одни, кроме них я заметил сухого поджарого мужчину лет пятидесяти, также разместившегося на крылатом звере единолично. Знакомая мне по ночному общению матершиница Виториа ван дер Аристэр, летела, как и я сам, вторым номером. Вообще, почти у каждого дополнительного всадника имелся какой-либо длинноствольный огнестрел, помимо длинноствольного револьвера, как я мог заметить, далеко не все из них не были Восходящими.

Револьвер, с позволения Соама я осмотрел и пришёл к выводу, что это хоть и архаичное, но надёжное огнестрельное оружие. Ствол был нарезным, а калибр не вызывал ничего, кроме уважения. Если на глаз, то около двенадцати миллиметров. Патрон длинный, под шесть сантиметров, пуля остроконечная, стальная. Рама была цельнометаллической, с откидным барабаном на пять патронов. Ещё одной особенностью этого револьвера было ведение огня из нижней каморы, а не из верхней, как у классических моделей. На рукояти я обнаружил клеймо с башней, окружённой облаками, и надпись: «Аркадонский оружейный мануфактриум».

Это сказало мне больше тысячи слов о Поднебесном городе-шпиле, куда я направляюсь. Шестерёнки в голове защёлкали, и стало очевидно, что если в этом месте способны производить порох, боеприпасы, вот такие вот барабанные обрезы и магазинные винтовки, за этими, явно серийными изделиями скрыт целый пласт общественных взаимосвязей. Каких? Таких, как добывающая, обрабатывающая, производящая промышленность и как минимум инженерная наука. Ну и понятно химия… Куда без неё? Все эти мысли лениво ворочались в моей голове, пока мы летели.

Мерные взмахи гиппоптера убаюкивали: если бы не постоянный мощный поток ветра в лицо, я точно задремал бы. В очередной раз лениво подумав о сплошном шлеме — единственном, что осталось от брони после схватки в Логове Имаго, я услышал… Ну как, услышал? Получил сообщение по ментальной связи.

Грегор Мол: Командир, вижу свет в ущелье Двадцати Дев. Проверю.

Аугуст ван дер Кронк: Проверь. Кир, передай Соаму, чтобы не отставал от Грегора.

Докричавшись до капрала-ветерана, как мог, объяснил ему новую задачу. Тот, кивнув, заставил нашего гиппоптера совершить резкий нырок вниз, следом за зверем с бордовым оперением, везущим на своей спине Грегора.

Это был один из не многих, кто в Копье не носил приставку «ван дер», как и Соам, что означало простое происхождение, не имевшее к аристократам и прочим дворянам никакого отношения. Мол выглядел самым старшим в этом Копье. Если бы я оценивал его возраст с точки зрения человека, то сказал бы, что ему перевалило за пятый десяток. Как и все бойцы Копья, Грегор носил длинные волосы, почти все бывшие седыми, но в отличии от остальных не носил хвоста, а заплетал шевелюру в косицу. Он был он худ и высок, если не сказать хрупок. Лицо носило выражение усталости, если не измождённости. Тем не менее фрейм Мола отливал светлым серебром. Он единственный, кроме Аугуста, имел в Копье серебряную ступень Восхождения.

Всё, что я успел подметить, относились к нему в Копье двояко. С одной стороны если к нему обращались, то весьма уважительно. Другое дело, что старались не заговаривать и вообще сторонились. Вот и сейчас, он не спрашивал у командира, что ему делать, а попросту сообщил, что он отправился посмотреть, что там в ущелье, происходит. Кронк, как командир позволил Грегору делать, что он задумал. Но нужно ли было это одобрение последнему, для меня оставалось большим вопросом. Странные тут у них отношения. Странные…

Два гиппоптера резали со свистом воздух крыльями, пикируя к самой поверхности. Мой желудок подскочил куда-то в район горла с самого начала этого манёвра и на своё законное место, предусмотренное природой, возвращаться никак не желал. На высоте метров в триста, почти синхронно, два могучих крылатых зверя, несущих на своих спинах троих людей, вышли из пике и начали набирать высоту, под тупым углом, приближаясь к горной цепи.

Манёвр мне был понятен: Соам и Грегор направляли гиппоптеров так, чтобы выскочить в ущелье над самыми скалами. Зачем они шли на сверхнизкой высоте? Я знал только одну причину для такого поведения и стиснул зубы, внутренне сжавшись. Организм помимо моей воли приготовился к тому, что по нам сейчас хлестнут веера автоматических лазерных пушек противокосмической обороны, но нет… Обошлось.

Однако тут было на что посмотреть и без неба, расчерченного лучами высококогерентного света. Как только мы поднырнули под слегка светящиеся облака, то увидели, что под широкими крыльями гиппоптеров вся обширная долина была усыпана пылающими кострами, словно звёздное небо. Не удержавшись, я спросил, посредством ментальной связи:

Кир: Что это?

Грегор Мол: Готов биться об заклад, что это урги. Это Орда, Кир.

Кир: Орда?

Аугуст ван дер Кронк: Орда полулюдей.

Грегор Мол: Полулюди? Так, ты вводишь юношу в заблуждение. Это монстры. Полузвери. Человеческого в них немного.

Аугуст ван дер Кронк: Грегор, сколько их.

Грегор Мол: Много старший офицер. Мы ещё не видим конца долины, но, судя по кострам, она вся под завязку наполнена ургами.

Аугуст ван дер Кронк: Мастер-сержант, поднимись выше и ожидай подхода остального Копья. Я должен всё увидеть своими глазами.

49. Орда

Два могучих крылатых зверя в несколько взмахов крыльев поднялись над облаками.

Кир: Откуда здесь облачность?

Грегор Мол: Это ущелье Двадцати Дев. Его назвали в честь того, что здесь двадцать Восходящих Дев из Высокого Аркадона устроили привал, а на них напали урги и в неравном бою убили их всех, дорого за это заплатив. Это ущелье очень привлекательное место для стоянки из-за того, что не продувается ледяными ветрами, и тёплое. Даю тебе одну попытку угадать, почему это так…

Я задумался и ответил только после секундной заминки.

Кир: Вулканическая активность?

Грегор Мол: Да, Кир, в ущелье есть два десятка гейзеров, которые его и отапливают. Ургам преодолевшим Чёрную Глотку и Ледяные Пустоши, очень удобно в таком месте отдохнуть, чтобы двинуться дальше в поисках мяса.

Ответ меня немало удивил.

Кир: Если известно, где неприятель может незаметно накопиться, так почему бы не поставить в этом месте постоянный гарнизон или заставу хотя бы?

Грегор Мол: Аугуст, а мне нравится этот парень. Смышлёный. Далеко пойдёт.

Аугуст ван дер Кронк: Он один выжег Логово Имаго в первый же день после получения Стигмата. Смышлёный — это не то слово, мастер-сержант.

Вот опять… Командир пропустил панибратское обращение мимо ушей. Что у них за отношения такие в Копье? Но об этом я подумаю после, сейчас нужно пользоваться хорошим расположением Мола.

Кир: Грегор, а кто такие урги? Откуда они берутся?

Грегор Мол: Кир, тебе простительно, ты с неба упал. Поэтому объясню. Это опасные и сильные твари, в которых от человека прямохождение, разум, жадность и способность говорить.

Кир: А всё остальное?

Грегор Мол: Всё остальное от зверей бешеных.

Кир: Откуда они берутся?

Грегор Мол: Их банды постоянно просачиваются из-за Ледяной Пустоши на нашу территорию.

Кир: Если они имеют способность к коммуникации, то с ними можно попробовать договориться. Почему они так опасны?

Грегор Мол: Они людоеды. Можешь попробовать. Если тебя не пожарят на костре, то ты будешь первым таким, о ком мне известно. Вариантов немного. Или мы их всех перебьём, или они нас съедят.

Аугуст ван дер Кронк: Мастер-сержант, заканчивайте трёп на отстранённые темы.

Грегор Мол: При всём моём уважении, старший офицер ван дер Кронк, это неотстранённая тема. Наш новоявленный герой должен разобраться в ситуации и понять, в кого ему стрелять, но я вас понял. Приношу свои извинения.

Аугуст ван дер Кронк: Извинения приняты. Грегор, ты видел там с ними Диких Восходящих?

Грегор Мол: Нет, не приметил, но они точно есть. Если бы их не было, то и орда бы такая не собралась.

Аугуст ван дер Кронк: Разбиваемся на двойки, ищем Диких Восходящих и изменённых Звёздной Кровью.

Гиппоптеры Копья снова нырнули в густые, словно молоко, облака, а капрал-ветеран вопросительно повернулся ко мне. Я повторил приказ для Соама и он, кивнув, повторил манёвр. Неслышными тенями из поднебесья скользили могучие крылатые птицы в тяжёлом влажном воздухе, несущие на спинах всадников.

Я не знал, как определить тех, кого приказал искать Кронк, но справедливо полагая, что в любой момент что-то может пойти не так, изготовил к бою свой карабин со снайперским обвесчом, а наш гиппоптер всё глубже и глубже спускался в пропасть, куда не долетало ни луча света Игг-Древа.

Только долина выглядела совсем неприветливо. Гейзеры выбрасывали в атмосферу тонны водяного пара, делая это и без того тёмное место ещё темней. Под нами громоздились кратеры и острые клыки скал и камней. Не хотелось бы мне сверзиться со спины крылатого зверя и упасть на такую каменную пику.

Я настроил очки на увеличение и пытался разглядеть хоть что-нибудь внизу. Оставалось только надеяться, что Соам ориентируется в таких потёмках. Чем ниже мы спускались, тем больше неприглядных деталей мне открывалось.

Урги действительно были похожи на животных. Их нижние конечности были словно взяты у какого-то копытного животного вроде козла, и приделаны к вполне человеческому телу. То, что я поначалу принял за меховые штаны, оказалось шерстью на вывернутых в обратную сторону нижних конечностях. Их коричневые и чёрные тела были покрыты подобием доспехов, невообразимыми лохмотьями и плохо выделанными шкурами других животных.

Но самым отвратительным это была их голова. Это выглядело как помесь человека с животным. Даже не сказать с каким. Словно тут присутствовали черты козла, крысы и кого-то из семейства псовых. Эти существа были настолько уродливы, что казалось странным, как смогли они выжить после рождения. Просто не может быть, что они рождались естественным путём. Хотелось их назвать сатирами, но сатиры — эти порождения Древнегреческой мифологии, по сравнению с этими безрогими карикатурами выглядели записными красавцами.

И одновременно в облике ургов было так много человеческого, что складывалось впечатление, словно их создатель сотворил эту карикатуру с особым, извращённым чёрным юмором. Из-за этой человеческой составляющей и карикатурного сходства они были ещё отвратительней.

Соам заложил вираж над большим холмом, и я смог видеть, что на нём происходит, а там было на что посмотреть. Юрты, разместившиеся на вершине, образовали нечто вроде открытого круглого пространства, в центре пылал громадный костёр, у огня торчал большой камень, к которому было привязано несколько людей.

Соам повернулся ко мне и указал на площадь и показал пальцем, что стреляет. Да… Я уже и сам видел, что мы вряд ли поможем несчастным, даже если сейчас перебьём всю Орду Ургов. На страдальцах не было видно ни единого клочка одежды. Тела истерзаны настолько, что не разобрать, кто там — мужчины или женщины. На моих глазах крупный ург, подошёл к одному из пленников и отрезал кусок мяса. К небесам полетел полный страдания, протяжный крик в котором уже не было ничего человеческого, только бесконечная боль.

— Какого лядского уда ты мямлишь, ля⁈ — рявкнул Соам. — Стреляй ля!

Этот окрик, как ни странно, привёл меня в чувство, вскинув карабин, взял прицел и прикинул упреждение. Гиппоптер перестал махать крыльями и парил опираясь широченными могучими крыльями на воздух.

Аугуст ван дер Кронк: Кир, что у вас происходит?

Кир: Тут юрты, костёр и пленные…

Я задержал дыхание и…

Короткая очередь оборвала крик страдальца или страдалицы. Ещё одна очередь, и ещё одна перечеркнули пленных. К небесам полетел ещё один вопль, но уже полный ярости и ничего не сулящий, кроме мести.

Аугуст ван дер Кронк: Кир, вы нашли ставку предводителей Орды?

Кир: Похоже, на то, старший офицер.

Аугуст ван дер Кронк: Орёт кто?

Я прицелился в крупного. Не мог я улететь и не шлёпнуть эту бешеную тварь.

Очередь! Твою дивизию! Мимо!

Очередь. Очередь. Очередь.

Вопль захлебнулся в неаппетитном булькании.

Кир: Всё. Больше никто не орёт, старший офицер.

Аугуст ван дер Кронк: Вы там что? Вступили в бой?

Кир: Никак нет. Пристрелили одну особо мерзкую тварь, и всё.

Аугуст ван дер Кронк: Поднимайтесь выше. Нашу задачу можно считать выполненной, нужно поспешить в Аркадон со сведениями.

Твари выскакивали из юрт на центральную площадь с пылающим костром, визжа, вопя и размахивая мечами, копьями, топорами, дубинами. Оглушительно выстрелил револьвер Соама, выплюнув целый сноп пламени из не до конца сгоревшего пороха. Я присоединился к своему товарищу, прицельно отстреливая голосящих уродцев. Соам выстрелил ещё несколько раз, и я не отставал от него. В моей груди всё пылало от гнева. Всё шло хорошо, грязные твари валились с лап, а мы с Соамом, словно два ангела мщения, обрушивали на их уродливые головы град из пуль и игл.

Ответный удар оказался страшен. В нас прилетел ментальный удар такой сокрушительной мощности, что из-за охватившей апатии, из обессиливших рук вывалился АКГ-12. И оружие неизбежно упало бы, не виси оно на ремне. Запредельным усилием воли я посмотрел на Соама.

Капрал-ветеран выглядел не лучше, чем я в данный момент. Поводья отпущены, револьвер болтается на шнурке, прикреплённом к кобуре. У меня в голове почему-то была всего одна-единственная мысль:

Кир: Всё отвоевались. Прощайте все.

50. Разведка боем

Аугуст ван дер Кронк: Кир, докладывай! Что у вас там происходит?

Увы, ответить, пусть даже мысленно, сил и желания у меня не осталось. Я ничего не хотел. Внутри вспышками возникали побуждения долга и веления совести, но они как моментально вспыхивали, так и быстро гасли. Ни за одно из них я не мог, да и не хотел ухватиться, чтобы преодолеть это состояние. Самое главное, что в голове имелось чёткое осознание того, где я и что происходит. Умом прекрасно понимал, что наши разумы подверглись воздействию ментальной атаки, по наикратчайшему пути, ведущему к нашей близкой, неминуемой и лютой смерти.

Особенно с последним не имелось сомнений. Что твари сделали с несколькими пленными, я уже видел собственными глазами. Урги не просто убили и съели своих пленников, они с удовольствием и с садистским наслаждением их истязали. Чувство самосохранения вяло шевельнулось где-то в глубине моей сущности и увяло. Мне было всё равно. Гибель казалась прекращением страданий, оттого смотрелась наиболее привлекательным вариантом развития событий. Перспектива пыток воспринималась как необходимое, сопутствующее, неизбежное зло. Сейчас это было безразлично.

Я был одинок ещё до того, как попал сюда, а уж здесь, в Единстве, ощущение собственной ненужности достигло своего апогея. Быть одному, преданным, забытым и не иметь возможности вернуться к своим, что может быть более верным определением безраздельного и неизбывного одиночества. Жизнь не имела и не имеет смысла.

Больше всего хотелось сейчас лечь, опустить веки и не поднимать их до тех пор, пока костлявая с косой не пожалует за мной. В идеале бы заснуть и не просыпаться до самого момента смерти, а лучше и его проспать. Просто перейти в другое состояние, попросту проспав его.

Так-так… Стоп. Минуточку. Сон до смерти и пытки совсем не согласуются между собой. Для того чтобы уснуть спокойным вечным сном, нужно увести гиппоптера от орды ургов, на максимально далёкое расстояние.

Я с огромным усилием поднял безвольно упавшую на грудь, невероятно тяжёлую голову, и увидел, что богатырь Соам пребывает в таком же плачевном состоянии, что и я сам.

— Соам…

Никакой реакции не последовало.

— Соам.

Мой голос был слаб и дрожал, но внутри начала копиться злость и раздражение.

— Соам! — напрягся и выкрикнул я.

Ноль реакции… Пока я перебирал варианты парализованным апатией разумом, снова ожила ментальная связь.

Грегор Мол: Аугуст, я направляюсь к Соаму. Вижу их гиппоптера, но с ними что-то не в порядке.

Кир: Нет.

Аугуст ван дер Кронк: Нет? Что это такое значит?

Кир: Ментальная атака. Приблизитесь — вам всем конец.

Грегор Мол: Но ты способен к сопротивлению.

Кир: Нет.

Грегор Мол: Потом поговорим.

Кир: Нет. Никакого потом не будет.

Клени ван дер Скардар: Вижу Восходящего ургов. Атакую.

Аугуст ван дер Кронк: Дождись остальных!

Обдав нас волной упругого влажного воздуха, над нами, пронёсся, пикируя под острым углом, вороной с алым оперением гиппоптер Клени, сложивший крылья и поджав лапы. В руках наездница держала длинную пику, наконечник которой окутывало призрачное пламя, полоскавшее на ветру получше любого знамени. Больше всего всадница и её птица в этот момент были похожи на выпущенную по цели ракету.

Это… Это было настолько красиво, что у меня появилось слабое желание увидеть, что же будет дальше. Чем же закончится этот стремительный и мучительно прекрасный полёт? Я с усилием перевёл взгляд, чтобы увидеть происходящее.

В круге юрт на холме стоял высокий, даже гигантский ург, воздевший руки вверх и ревущий слова на незнакомом мне языке. Вокруг него было свободное место, но тут и там, среди разряженной толпы звероподобных ургов я видел мощные фигуры Восходящих.

Кто это такие, я сразу же понял, буквально с первого взгляда. Не было нужды даже вызывать фрейм, чтобы убедиться в этом. Однако же система Восхождения подсветила мне их, выделив призрачными рамками. Я видел семерых с бронзовым рангом и как минимум вдвое больше тварей на мусорном. Шириной плеч воздевший вверх лапы здоровяк мог сравниться даже с Соамом, не обделённого физической мощью.

Внезапно пришло понимание, то что я принял за нацепленные на уродливые тела доспехи, не совсем доспехи, а верней совсем не доспехи. Я такое уже видел в Единстве.

Если Ахири напоминала гибрид человека с насекомым только в последние минуты своей жизни, то покрытый обтекаемыми гладкими пластинами, словно лакированной хитиновой бронёй ург с проглядывающей между пластинами отливающей пурпуром чёрной кожей, эволюционировал куда как дальше моей первой знакомой в Единстве.

Естественно, и ментальный удар этого существа, вернее, отвратительного симбионта Червей, свившего гнездо в голове не менее мерзкой твари, мы с Соамом не выдержали и оба «поплыли».

Кир: Клени, это Отрёкшийся.

Клени ван дер Скардар: Уже сама вижу. Держитесь. Иду на помощь.

С лапы Отрёкшегося сорвалась молния и ударила гиппоптера в грудь. Вероятно, он так хотел остановить направленную на него атаку, однако гравитация, инерция, закон сохранения энергии и ещё десяток физических законов с ним не согласились. Остановить разогнавшуюся птицу нельзя было, даже если бы он её убил.

Могучий удар пикой на сумасшедшей скорости перерубил Восходящего ургов почти пополам, чуть пониже места, где у человека находится грудь. Сама Клени вместе с могучим зверем закувыркались, разметав, словно брызги, толпу тварей. Совершенно точно, наездница успела пробить как минимум одного своей чудесной рунической пикой.

А потом пришёл новый мощный ментальный крик, подобный тому, который нанесла мне Ахири в последние секунды её жизни. Было очень тяжело, взять себя в руки, а не зажимать руками уши и молить о скорейшей смерти. Однако с этим ментальным давлением уже и я и Соам справились. Грохнул револьверный выстрел, окончательно приведший меня в чувство.

— Опускайся! — рявкнул я капрал-ветерану.

— Нет! — возразил мне он.

— Если не спустимся, — аргументировал я, вскидывая карабин, — Убьют Клени, а она нас спасла! Долг платежом красен!

— Это ты хорошо сказал! — сказал и неожиданно засмеялся мой товарищ.

Не разбирая, куда палю очередями из АКГ-12, лишь бы нанести наибольшие потери неприятелям, устремившимся в атаку на упавшую птицу и её всадницу. Магазин быстро опустел, и пока его менял, заметил, что наш гиппоптер снижается, а к месту его предполагаемой посадки стягиваются другие изменённые урги. Поняв, что с живучими симбионтами мне обычным оружием не сладить, я активировал Руну Сияния.

Соам издав воинственный кровожадный клич, встав на седле могучего зверя, прыгнул прямо в толпу ургов, зажав в правой руке меч, а в левой — монструозный револьвер. Игг-удар заклинания залил всё вокруг золотыми снопами света, и результат превзошёл все мои ожидания. Золотые лучи накрыли всю площадь, образованную юртами, не оставляя теням место. А это было важно, потому что озарённые яркими золотыми лучами, Отрёкшиеся урги начали в буквальном смысле слова исходить дымом. Их хитин, выглядевший надёжнейшими доспехами, испускал струи чёрного дыма, а кожа с пурпурным отливом покрывалась язвами и ожогами.

Сияние причиняло им немалую боль, и они попытались разбежаться из-под воздействия игг-иллюминации устроенной мной, словно тараканы. Этого мне было только и нужно. Соам, оказавшийся свирепым бойцом, выстрелил пару раз и теперь с остервенением рубил набегающих на него уродов своим могучим мечом, не знающий ни сомнений, ни усталости. Действие заклинания завершилось, и я, расстегнув фиксирующие ремни, спрыгнул вниз, куда менее эффектно, чем Соам, но зато скосил сразу нескольких ургов короткой очередью.

Иглы, выпущенные в упор, прошивали по два-три тела и летели дальше, не теряя убойной силы. Как только откатилась Руна Сияния, я использовал его повторно. Пользуясь замешательством врагов, метнулся к Клени. На моём пути обнаружился перерубленный, ей же Отрёкшийся, который, как и Ахири продолжал жить. Отвратительная плоть шевелилась в страшных ранах. Не размышляя, я активировал Руну Алого Шипа и выжег всё, что осталось от него, превратив в пепел. Ментальное давление ослабло, но не исчезло совсем.

Восходящий Кир!

Ваша Слава повышена на 5.

Вы получаете 5 Звёздных Монет.

Выберите любую Руну (бронза): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага.

Но мне сейчас было не до сообщений Наблюдателя. Я рванулся к вылетевшей из седла Клени, но застрявшей ногой в стремени. Оклемавшийся гиппоптер попытался клюнуть меня, защищая свою наездницу.

— Я тебе сейчас клюну, петух крашеный! — рявкнул я в сердцах.

Удивительно, но это возымело своё действие. Удалось извлечь сапог младшего офицера из стремени. Так… А что дальше? Я легонько похлопал Клени по щекам.

— Дай-ка я ей займусь, есть у меня Руна специальная…

Вздрогнув, обернулся и увидел Грегора и набегавших за его спиной ургов. Вскинув карабин, занялся ими, а как только Сияние откатилось, снова активировал эту Руну, внезапно оказавшейся очень нужной. К этому времени у меня уже закончились иглы в магазине, а перезаряжаться не было времени, поэтому я призвал Зирдиновое Копьё и вступил в ближний бой. Моё оружие пронзило ещё одного Отрёкшегося, а вновь активированное Сияние добило.

Восходящий Кир!

Ваша Слава повышена на 1.

Вы получаете 1 Звёздных Монет.

Выберите любую Руну (дерево): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание.

Ментальное давление ещё больше ослабло, а из врага выпали призрачные глифы, но собирать их нет времени. Зирдиновое Копьё зазвенело, словно фарфоровое, отбивая удар нанесённый увесистой дубиной и пронзило ещё одного урга, а затем ещё одного, ещё, ещё, ещё, ещё и ещё.

Копьё в моих руках порхало, будто бы жило собственной жизнью, а я передвигался по залитой кровью площади, понимая, что жизни мне осталось ровно до того момента, как не кончится запас Звёздной Крови. Рядом со мной бились гиппоптеры Соама и Клени. Раскидывая атакующих крыльями, нанося страшные раны клювами и когтями. Неподалёку ударила струя огня, прямо с неба.

Аугуст ван дер Кронк: Соам, Кир я прикрываю. Садитесь на гиппоптеров и уходим. Клени пришла в себя.

— Соам! — заорал я.

— А?

Рядом со мной ударил ещё одна упругая струя пламени. Так работала одна из боевых Рун Аугуста.

— Кронк отдал приказ отходить!

— Да!

Изрядно прореженные урги уже не смогли оказать нам достойного сопротивления, когда мы сообща пробились к могучему крылатому зверю. Как только мы взлетели, я с облегчением выдохнул и утёр рукавом пот.

Однако оказалось, что всё только начинается. Мимо нас в непосредственной близости с низким басовитым гудением пролетел огненный шар.

51. Новые обстоятельства

Копьё тяжело поднималось из пропасти по закрученной спиралью дуге, гиппоптеры, то быстро ускорялись, то почти замирали на месте, кружа друг возле друга, тяжело взрезая воздух широкими крыльями. И этот манёвр даже мне, дилетанту, был предельно ясен: прямой курс был слишком опасен, он сделал бы бойцов копья лёгкими и предсказуемыми целями для, опомнившихся от молниеносного налёта, Восходящих и Отрёкшихся ургов, коих мы, увы, перебили далеко не всех. Под нами, клыками, грозящими лиловым небесам, частоколами торчали острые пики скал. Ясно было, что падение с такой головокружительной высоты вниз и так ничем хорошим не светит, но вот эти острые камни… Они делали любую возможность выжить призрачной.

Плечистый гигант Соам правил нашим гиппоптером, почти улёгшись на спину могучего животного, чтобы уменьшить сопротивление воздуха, а я сидел за его спиной в седле и чуть выше, на месте стрелка. Не нужно было никакой ментальной связи, чтобы понять его эмоции, хоть Соам не проявил их ни словом, ни делом, тем не менее его волнение и напряжение буквально звенели в воздухе натянутой струной. А может, просто это я свои эмоции проецировал на этого флегматичного здоровяка?

Поначалу я пытался попасть по Восходящему ургов и вроде бы даже по кому-то попал, ведь обстрел-то прекратился, но уверенности в этом не было. Во время каждого удобного разворота гиппоптера, я брал на прицел стойбище, пытаясь найти хоть какую-нибудь достойную цель, но ни прицел, ни прибор ночного видения уже не справлялись. Не хватало дальности и чёткости. Чувствительности и разрешения моего прибора ночного видения было недостаточно.

С нами в двойке летела Клени на своём вороном звере, правящая им легко и непринуждённо, будто родилась в седле могучей птицы. Делала она это с изяществом прирождённой наездницы, одной рукой. Можно сказать, одной левой, так как в правой, всё ещё стискивала свою длинную руническую пику. Окутывающее его лезвие призрачное пламя полоскало на ветру. Наездница летела одна без второго номера, оттого могла бы нас легко обогнать, но соблюдала построение. Темпераментная зверюга под ней то и дело оглашала пустое пространство под нами, кровожадными клекочущими воплями, полными желания немедленной мести.

Снизу снова обманчиво медленно, с гудением прилетел огненный шар. Так себе противовоздушная оборона, если честно. По скоплению пехоты ещё куда ни шло, но в качестве зенитки эту Руну использовать, только зря переводить Звёздную Кровь. Я засёк место, откуда выпустили приметное заклинание, и выстрелил туда очередью наудачу. Сомневаюсь, что попал хоть в кого-то, разве что случайно, шальным выстрелом, но для острастки — самое то. Пусть лучше видят, что мы отвечаем своим ударом на каждый их удар по нам. В этом случае они два раза подумают, прежде чем швыряться по нам, чем ни попадя.

Над нами кружили остальные гиппоптеры бойцов копья. Я их уже начал понемногу различать. Некоторое небесные наездники носили на шлемах, развевающимися по ветру, пёстрые плюмажи. Соам же вообще летел без шлема и без очков. Потеряв их в кутерьме свалки ближнего боя.

Посчитав по головам птиц и людей, пришёл к выводу, что Копьё потеряло четверых наездников и двух крылатых зверей.

Аугуст ван дер Кронк: Младший офицер ван дер Скардар, я хочу, чтобы вы такого никогда больше не повторяли.

Клени ван дер Скардар: Виновата. Больше не повториться, старший офицер.

От этого официоза у меня свело зубы.

Кир: Спасибо, Клени.

Клени ван дер Скардар: Право не стоит благодарности, я сделала бы это для любого попавшего под влияние Отрёкшихся.

Кир: Там был не любой, а я. Очень обязан. Спасибо.

Клени ван дер Скардар: Как будет угодно, но мы квиты. Я выручила вас, вы меня.

Вот и поговорили. Вроде как только что и не рубились азартно, плечом к плечу против орды ургов. Долбаные напыщенные аристократы! Наверное, и мне нужно было образно прикусить язык, но в моей крови бурлила лошадиная доза адреналина, поэтому задал ещё один вопрос.

Кир: Что теперь будет?

Грегор Мол: Пока вы развлекались с Отрёкшимися, остальные выполняли приказы и посчитали приблизительное количество ургов.

Кир: Я не понимаю…

Грегор Мол: Никто не понимает. Старший офицер объяснит, если сочтёт необходимым.

После некоторой паузы, во время которой, видимо, Аугуст думал, он передал по ментальной связи.

Аугуст ван дер Кронк: Это не Орда, Кир. Орда — это несколько миллионов особей, пришедших убивать, жрать и грабить. С такими мы справлялись раньше, не раз, справились бы и сейчас, но это не Орда.

Кир: Не Орда, тогда что?

Аугуст ван дер Кронк: В долине Двадцати Дев уже скопилось больше пяти миллионов ургов и они продолжают пребывать. За воинами и охотниками тянутся повозки, запряжённые тауро и это не обоз, а их имущество и самки. То, что мы видели в долине, лишь авангардный отряд. Это не Орда, а переселение народа. Аркадон ожидает не набег, а долгая война.

Спасибо за то, что прошли путь в Единстве вместе с Киром и со мной.

Продолжение следует.

Алексей Елисеев,

Москва, 2024 год 18 мая.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Звездная Кровь. Изгой

Content

Звёздная Кровь. Изгой

01. Катастрофа

02. Жесткая посадка

03. На рассвете

04. Поход

05. Плоскогорье

06. Ночь

07. Запись

08. Сигнал

09. Ночное сражение

10. Прощание

11. Первый шаг

12. Туман

13. Пещера

14. Ночевка

15. Под лабиринтом

16. Путешествие

17. Во тьму

18. В каньоне

19. Предпоследний шаг

20. Конец путешествия

21. Боль

22. Стигмат

23. Открытие

24. Интерфейс

25. Побег

26. Схватка

27. Кто-то кончается, но ничего не начинается

28. Дух

29. Список потерь

30. Призрак

31. За добычей

32. Мама

33. Светлана

34. Добыча

35. Награды

36. Домен

37. Навык

38. Секрет Фантома

39. Прощание

40. Встреча

41. Соам

42. Эль

43. Навстречу ночи

44. Лагерь

45. Беседа

46. Карта

47. Выбор

48. Путь в Аркадон

49. Орда

50. Разведка боем

51. Новые обстоятельства

Nota bene