Алексей Елисеев

Звездная Кровь. Изгой II

52. Отступление

Одна из воительниц отличалась от остальных наездников на гиппоптерах. Её крылатый зверь был крупнее остальных, и чешуя его была такой же красной, как и оперение, но с багровым оттенком. Если бы попросили описать цвет в двух словах, я сказал бы: «Венозная кровь». Кроме того, валькирия не носила кавалерийской шинели, обходясь странной смесью лётного комбинезона и ламеллярного доспеха. Изящно и практично подогнанные пластины брони не только защищали жизненно важные органы, но и выгодно подчёркивали соблазнительные особенности женской фигуры. Вторым номером яркой всадницы, имени которой я не знал, была матерщинница Ви, неласково встретившая меня в Лагере первой. Она вела себя, как я, — старалась отстреливаться от пускавших по нам огненные шары ургов.

Вокруг с гудением проносились файрболлы, а я залюбовался двумя такими разными девушками. Особенно, конечно, привлекали мой взгляд изгибы соблазнительных бёдер всадницы, обхватившей ногами спину гиппоптера. Помотав головой, попытался сбросить наваждение. Это же насколько я одичал, что в такой опасной ситуации размышляю о подобных вещах?

Копьё тяжело поднялось из пропасти ущелья, где мы обнаружили стойбище ургов. Могучие звери преодолели плотную, словно молоко, облачную завесу, и, наконец, скрылись из виду острые пики скал. Ясно было, что падение с такой головокружительной высоты вниз и так ничем хорошим не светит, но вот эти острые камни… Лично меня они нервировали. Как только они исчезли из поля зрения, я выдохнул спокойно. Поведение достойное закапывающего голову в песок страуса, но стало действительно легче.

Старший офицер Аугуст ван дер Кронк при помощи Руны Ментальной Связи ловко управлял подразделением. Не уверен, что у меня получилось бы лучше, так как среди крылатых кавалеристов царили довольно странные взаимоотношения, но всё же Кронк поощрял, если кто-то из них проявлял инициативу или высказывал своё мнение. Я молчал. У них такие порядки, да и лезть в чужой монастырь со своими правилами — плохая идея.

Как только последний из Копья появился над облачной пеленой, Аугуст раздал указания, разделив нас на три группы, указав каждой из них свой маршрут над перевалами, отделявшими Ущелье Двадцати Дев. Как только гиппоптеры Копья брызнули в разные стороны, все попытки попасть по нам и вовсе стали близки к нулю.

Краем глаза я заметил, что красный гиппоптер с двумя всадницами и вороной, которым правила Клени ван дер Скардар, двигаются в одной с нами группе. Птицы делали несколько могучих взмахов крыльями, а потом парили. Наш полёт неуклонно набирал стремительность. Я начал понимать пилотов, болевших небом и полётами.

Три гиппоптера, двигаясь клином, летели над перевалом. Справа и слева от нас на угрюмых скальных вершинах высились заснеженные шапки, белевшие на фоне тёмно-лилового неба. И это было великолепно. Опасно, но невероятно прекрасно. Природная красота, дикая и нетронутая разумной деятельностью, завораживала. В этот момент, наслаждаясь полётом и видами, я задумался, что не так всё и плохо. Единство, неласково встретившее соляными пустынями и инсектоидными монстрами, начинало мне нравиться. Из рефлексии меня выдернуло лишённое всякой эмоциональной окраски сообщение ментальной связи.

Клени ван дер Скардар: Вижу несколько всадников на тауро, движущихся по перевалу. Какие будут приказы, старший офицер?

Аугуст ван дер Кронк: Младший офицер ван дер Скардар, поступайте как обычно. Сбросьте высоту и посмотрите, кто там. Только не действуйте в одиночку.

Клени ван дер Скардар: Выполняю.

Я, докричавшись до Соама, передал ему приказ. Наши гиппоптеры нырнули вниз.

Это действительно была вереница из семи ездовых животных, чем-то отдалённо смахивающих на быков или, скорее, бизонов… Или зубров. Стало очевидно, что зоологией я не очень-то интересовался до того, как потерял память. О зубрах я знал только то, что они косматые, пасутся стадами, питаются травой и их лучше не злить. Если разозлить, могут на рога поднять или затоптать.

Эти животные поразительно напоминали земных травоядных, что в очередной раз заставило меня задуматься о том, что многое здесь походит на, в общем-то, привычные мне вещи, животных и явления, словно Единство построено людьми для людей, хотя, конечно, Игг-Древа, Урги, Отрёкшиеся и Имаго не вписывались в эту картину.

Тауро были покрыты густой косматой шерстью, на голове имелись длинные загнутые рога. Длинные — это больше метра. Ещё одной отличительной чертой был короткий хвост с густой кисточкой на конце, а ещё их спины имели что-то вроде естественного «седла». Все тауро, двигавшиеся под нами, были белого цвета. Три из них несли на себе по всаднику, остальные были нагружены какими-то объёмными тюками.

Сверху казалось, что вереница тауро едва ползёт, но я недавно и сам ходил пешком на большие расстояния, поэтому оценил их скорость… как высокую. Если же учесть, что они не просто идут, а бегут по снежной целине, то и вовсе получалось, что эти скакуны — что-то вроде природного вездехода.

Наши три гиппоптера пронеслись над их головами со скоростью вихря довольно высоко, но всё равно были замечены. Сначала — животными, задравшими головы и трубно заревевшими, а затем — и всадниками.

Вновь ожил канал ментальной связи:

Клени ван дер Скардар: Три всадника идут с заводными тауро. Это не урги, на одном из них форма офицера королевского флота Арминума. Какие будут приказы, старший офицер?

Аугуст ван дер Кронк: Вот как? Младший офицер, дождитесь остальных. Надо остановить странников и вдумчиво с ними побеседовать.

Клени ван дер Скардар: Командир, при всём уважении, пока мы будем собираться и садиться, как на параде, они уйдут.

Аугуст ван дер Кронк: Куда они могут деться с перевала?

Клени ван дер Скардар: Они уже разворачивают тауро, чтобы въехать в пещеру. Как мы их из неё будем «выкуривать» под самым носом у Орды ургов?

Грегор Мол: Под Долиной Двадцати Дев разветвлённая система пещер. Настоящий лабиринт. Был один старатель, который мне рассказал, что…

Но, видно, не судьба! Не дослушать мне сегодня историю серебряного Восходящего.

Аугуст ван дер Кронк: Свою байку, Грегор, расскажешь нам после того, как разобьём лагерь. Клени, опускайтесь, только осторожно.

Клени ван дер Скардар: Выполняю.

Я, докричавшись до Соама, передал приказ. После чего наша тройка снова заложила крутой вираж над Долиной. Теперь я увидел и пещеру, и военную форму. Оставалось только удивляться тому, как на такой впечатляющей скорости Клени рассмотрела все детали и ничего не упустила.

Вороной с алым оперением гиппоптер с Клени на спине буквально лёг на крыло перед посадкой, чтобы преградить путь веренице белых быков-тауро. Два сопровождающих крылатых зверя не отставали, но наши наездники не рискнули заходить так опасно на посадку, а опустились в тылу у группы.

— Именем Поднебесного Аркадона приказываю вам остановиться! — донёсся до меня приказ, произнесённый звонким голосом Клени.

И только я подумал, что это мы повели себя неразумно, ведь, приземлившись, мы растеряли всё своё преимущество перед обычной кавалерией, как возглавлявший колонну на тауро всадник выхватил скрывавшееся под меховым плащом оружие и несколько раз выстрелил в младшего офицера. Рефлекторно вскинув гаусс-карабин, я прицелился и на пару мгновений растерялся. Откровенно говоря, было из-за чего.

В оружии всадника на тауро я опознал импульсную винтовку «Копьё», а это наша штурмовая винтовка. Ну как «наша»? Скорее, союзников. Наша в том смысле, что я её вспомнил сразу, как только увидел. Эта машинка из той жизни, которая у меня была до потери памяти и до моего загадочного попадания в Единство. Высокотехнологичное оружие, стреляющее энергетическими импульсами, наносящими термический и электромагнитный урон с колоссальным поражающим эффектом. Оно не имеет ограничения боезапаса, темп стрельбы обусловлен только мощностью радиоизотопного аккумулятора.

Почему я растерялся? Очень не хотелось стрелять, может, в первого встреченного соотечественника или даже сослуживца.

53. Перестрелка

Вороной темпераментный гиппоптер, до этого кричавший так часто, что я начал мечтать о том, чтобы он уже заткнулся, умолк и свалился в снег, но это меня не обрадовало, потому что могучий крылатый зверь был убит наповал. Импульсная винтовка — это вам не шутки. Повисшую на мгновение тишину разорвал пронзительный крик, наполненный болью, который издала Клени, молчавшая почти весь предыдущий бой… даже когда получила ранение. Как жива осталась, большой вопрос, обычно после попадания из «Копья» остаются только обезображенные и обожжённые трупы. Этот крик вырвал из оцепенения всех, и я вдавил кнопку инициатора стрельбы.

Длинная очередь, выпущенная из моего гаусс-карабина, перечеркнула нескольких тауро, выбивая из могучих тел фонтанчики крови. Ни в чём не повинные животные протяжно замычали, жалуясь на жестоких двуногих равнодушному лиловому небу Единства, совсем как коровы. После этого стрелять начали уже одновременно все. За первые же секунды боя белоснежный саван окрасился яркими пятнами.

Переводя прицел, я встретился глазами с одним из противников. Его тауро бросился в сторону, а сам воин скрылся за боком своего могучего скакуна, не покидая седла. Сейчас противник выглядывал из-за холки и на полном скаку прицелился в нашу сторону. Где-то в глубине души мелькнуло недоверие: как можно при такой тряске попасть хоть по кому-нибудь из магазинной винтовки?

Он не должен был попасть, но Единство странное место, а Восходящие способны и не на такие чудеса. Выглядел он дико: меховая шапка, борода лопатой, полосы татуировок на злом обветренном лице, напряжённый прищур чёрных глаз. Оружие в руках неприятеля и нацелено точно мне в лоб. Наш зрительный контакт длился всего долю секунды, после чего мы выстрелили одновременно.

Попал!

Тауро врага завалился вперёд и закувыркался, но понял я это только тогда, когда услышал металлический звон и, словно бревном, получил в область груди. Этот мощный толчок выбил меня из седла. Увидел это, уже кувыркаясь в воздухе и наблюдая, как гиппоптер Соама, взмахнув могучими крыльями, взлетает. Сгруппироваться при падении не получилось.

Почему?

Понимание пришло с небольшим запозданием: я пережил выстрел из крупнокалиберной винтовки из-за надетой на меня пласталевой кирасы, но вот подпруга кавалерийского седла такого надругательства не вынесла и лопнула. Удар выбил из меня дух. На несколько секунд дееспособность была потеряна. Я просто лежал на спине и пытался вдохнуть хоть немного воздуха.

Когда же более или менее пришёл в себя, то своего АКГ-12 рядом не нашёл. Оружие отлетело куда-то при падении и теперь лежало где-то, надёжно укрытое снежным саваном. Выругавшись, я начал отстёгиваться от ремней, фиксировавших меня в седле. Бой не был завершён. Выстрелы всё ещё грохотали, клекотали гиппоптеры, ревели тауро, раздавались азартные выкрики бойцов и стоны раненых.

Получив свободу, выхватил пистолет и осторожно выглянул из сугроба. Над снежным покровом ничего толком не было видно. Быстро окинув взглядом поле боя, нашёл ездового быка всадника, стрелявшего в меня. Животное было мертво или доживало свои последние минуты. И в этот момент мы вновь встретились взглядами с татуированным бородачом. В отличие от меня, разгильдяя, он не потерял свою магазинную винтовку явно избыточного калибра, но на этот раз быстрее оказался я. Несколько выстрелов из однокаскадного «Шила» буквально перфорировали меховую шапку и, видимо, вместе с ней голову, потому как противник, оскалившись в гримасе, оказавшейся предсмертной, вытянулся и упал на бок своего павшего тауро.

Первым побуждением было побежать посмотреть, как там Клени. Если кричала, значит, жива и ранена, а если ранена, то ей необходимо помочь, но сделать это немедленно помешала острая боль, прострелившая правую ногу. Поначалу испугался, что перелом, но, наклонившись, ощупал конечность, кажется, это было растяжение. Плюнув на свою травму, похромал к той, которой сейчас было значительно хуже, чем мне. Перестрелка утихла. По большей части из-за того, что над местом боя уже кружили гиппоптеры бойцов Копья, снова понёсшего потери.

Крылатый зверь Клени точно был убит. Я ещё не подошёл к нему, но в этом никаких сомнений не имелось. Даже отсюда видно, что гигантская птица лежит с неестественно вывернутым крылом, открытым глазом и клювом. Раскалённая плазма выжгла животине все внутренности.

Всадница в красивой ламеллярной броне, которой я залюбовался, пока мы летели, была убита наповал всё из того же «Копья», как и её ездовая птица. Матерщинница Виториа ван дер Аристэр оказалась цела, хоть вид имела помятый, но вполне себе грозный. Соам правил одной рукой, сжимая в правой револьвер, вроде бы ни он, ни его зверь повреждений не получили, что не могло не радовать.

Стрелок с «Копьём» оказался хоть и ранен, но всё ещё жив. Я, дохромав до него, собрался эту ошибку исправить, наводя прицел пистолета на голову воина, чтобы произвести контрольный выстрел, но меня окрикнула Ви.

— Ты чего это там, ля, задумал⁈ — голос её был хрипловатым и каркающим.

Я, наступив на запястье руки, сжимавшей импульсную винтовку, и не сводя взгляда с раненого, бросил в ответ:

— Собираюсь пристрелить этого…

— Тебя, ля, в детстве не роняли⁈ — возбуждённо воскликнула Аристэр. — Все небесные люди такие головой ушибленные? Не стреляй, ля! Этого живым берём.

Раненый мужик был безбород и лыс, но также «разукрашен» татуировками, как и бородатый. Ничего общего с моими сослуживцами он также не имел, так как выглядел как представитель народности, к которой принадлежал Кронк. Средних лет, лицо костистое, черты острые и хищные, глаза голубые. Тонкие губы кривились в гримасе боли. Кожа отливала золотистым цветом. Восходящий, достигший ранга дерево, как и успокоенный мной бородач.

Подняв импульсную винтовку, я спросил:

— Откуда это у тебя?

Ви присела рядом с ним на одно колено и умело и быстро освободила врага от оружия.

— Потом побеседуете, ля, — отрезала она. — Иди посмотри, как там Клени.

Пришлось признать правоту соратницы. Спрятав «Копьё» в экстрамерное хранилище, двинулся к мёртвому вороному.

Клени ван дер Скардар лежала, раскинув руки, и была без сознания. Оно и к лучшему! Спасла её жизнь только самопальная кираса из пластали. Да, та самая, которую я сварганил на коленке для Ахири за время привала. Вроде бы её взял Соам, но дальше за путём собственного изделия я не наблюдал и, какой такой кривой дорожкой она оказалась у Клени, не знал. Но не это сейчас было важно. То, что младший офицер пребывала без сознания, так как на кирасе до сих пор было видно небольшое красное пятно, след от попадания плазменного болта. Если железка так разогрелась, то что же там с плотью приключилось?

Выяснять мне это не хотелось, но пришлось. Я срезал и отбросил самопальный доспех, а затем дуплетом сделал две инъекции: обезболивающее и снотворное. Пусть лучше красавица Клени не приходит в себя подольше, слишком уж скверно выглядели спёкшаяся плоть и истлевшая тёплая одежда. Под наркозом она совершенно точно дождётся Грегора с его Руной лечения.

Я устало присел рядом на мёртвое, но ещё тёплое тело красивого крылатого животного и протёр лицо пригорышней чистого холодного снега.

Итак, что мы имеем? А имеем раненого офицера, двух пленных, двух «безлошадных» крылатых кавалеристов — это я и Виториа… на три свободных места на гиппоптерах, а это значит, что мест на всех уже не хватает. Кому-то придётся остаться. Либо пленных допросят на месте и отпустят на все четыре… А может, и не отпустят, а кончат прямо здесь. Варварство, конечно. Но кто я такой, чтобы судить этих людей и их порядки? Не лезть же к ним со своими представлениями о гуманизме. Со мной они обошлись куда как мягче. Несмотря на использование специфических Рун или Руны, едва ли не вывернувшей содержимое моей черепушки наизнанку, они меня не бросили, не ограбили, не убили, а взяли с собой, хотя привалить странного чужака им было намного выгоднее. Почему? Да хотя бы из-за Звёздной Крови и обломка Скрижали, да и гвоздь Стигмат, вероятно, некоторую ценность из себя представляет.

Как бы странно это ни звучало, но волновало сейчас не то, как обойдутся с двумя пленниками, а то, что меня могут оставить здесь, чтобы переправить их в город. Гадать смысла не имело, устроив поудобней Клени, я отправился искать свой карабин.

54. Вдвоем

Всё пошло так, как я и предполагал, то есть — по очень плохому сценарию. Нет, все пленные остались живы, но вот мое положение значительно ухудшилось. Меня и Виторию оставили добираться до Аркадона своими силами. Ну как «своими». В живых остались четыре тауро. Один из них, правда, был ранен, но вполне себе ещё мог идти по снегам перевала намного быстрее, чем мы на своих двоих.

Перед отлётом ко мне подошёл Соам и тихо сказал:

— Наши Клятвы в силе. Как только смогу, я вернусь с кем-нибудь, чтобы забрать тебя и Ви. Будь достоин.

Я кивнул. Последняя фраза была чем-то вроде нашего «Прощай», поэтому тоже ответил:

— Будь достоин…

И всё. Копьё поднялось в воздух и исчезло из виду, оставив нас ловить тауро. Сказать, что матерщинница Виториа ван дер Аристэр была недовольна, что ей придётся добираться до Аркадона в моей компании, — ничего не сказать. Она несколько минут высказывала своё недовольство в крепких выражениях. Не то чтобы у меня уши в трубочку заворачивались, но и приятного было мало — выслушивать эти её эскапады.

Чтобы не терять времени, подошёл к убитому белому тауро и с помощью мультиинструмента отрезал обе задних ноги и поместил их в экстрамерное хранилище. Пайки надоели до такой степени, что было бы у меня побольше времени, то и целиком бы разделал туши. Затем перешёл к павшему Восходящему. Над ним светилась капелька Звёздной крови и несколько призрачных глифов, тут же перекочевавших ко мне. Появилось текстовое окно следующего содержания в области мнемоинтерфейса:

Получено 26 капель Звёздной Крови. Общее количество Звёздной Крови: 128/420

Получен Обломок Скрижали Восходящего.

Получена Руна Верховая езда (Дерево).

Получена Руна Усиления (Дерево).

Получена Руна Развития (Дерево).

На Руны, Звёздную Кровь и Стигмат бородача никто не претендовал, так как это я убил его в честном бою. Я поначалу не хотел вырезать гвоздь из запястья ещё не остывшего тела, но под пристальным взглядом Ви сделал это, чтобы мерзавка не думала, что я дрогну в решающий момент. Да и привык я уже к ежедневным зверствам. Было неприятно, но не более того.

Осмотрел винтовку бородача и был удивлён. Вполне технологичное огнестрельное оружие. Рычажный механизм перезарядки и неотъемный магазин на одиннадцать патронов позволяли держать вполне приличный темп стрельбы для такого архаичного оружия. Калибр мой вокс определил как восемь с половиной миллиметров при солидной длине гильзы. Оставалось только радоваться, что я поймал остроконечную пулю кирасой, а не ногой, рукой или другим, не менее важным, местом.

Мне эта винтовка была не нужна, но не бросать же её. Закинул в криптор, как и два подсумка. Поразмыслив, ремень с патронташем, тесаком и кобурой с тяжёлым револьвером отправил следом. Из личных вещей покойного себе больше ничего брать не стал, да и было их небогато. Кисет с курительной смесью трав, трубка для курения, зажигалка, похожая на ту, что мне уже показывал Соам, какие-то мелочи. Вот, в общем-то, и всё, что было при бородатом.

Самой ценной и оттого неожиданной находкой была таблетка радиоизотопного аккумулятора.

РИ-аккумулятор — источник питания, чей принцип действия основан на безопасном микрораспаде радиоактивных элементов. Он разработан ещё аж в конце двадцать первого века и с тех пор повсеместно эксплуатируется. Одна из таких унифицированных батареек, в простонародье называемых «таблетками» или «акумами», питала и мой собственный АКГ-12, однокаскадное «Шило» и много чего ещё.

Вопрос, откуда у этих дикарей наши технологии, так и повис в воздухе. Конечно, мне бы хотелось верить, что где-то неподалёку есть колония с моими соотечественниками, но логика подсказывала, что таблетку акумов и «Копьё» они могли просто найти, а не купить или выменять.

Всё прочее имущество было в седельных сумках на мёртвом тауро, не разбирая, всё навьючил на своего белого скакового быка. Последний, казалось, вообще не заметил, что я погрузил на него дополнительную поклажу, после чего взгромоздился сам, и мы начали путь.

Осмотреть сумки и вьюки у нас ещё будет время, а сейчас стоило убираться от стойбища ургов с максимальной скоростью, которую только могли выдать наши ездовые животные. Мрачная молчаливая Виториа, выплеснувшая всё из себя с потоками брани, выбрала место во главе колонны. Я же совсем не горел с ней вступать в беседу, поэтому поставил своего тауро замыкающим. Мои ожидания, что путешествовать верхом неудобно, не оправдались. Это, конечно, не моноцикл и не багги, требуется некоторая сноровка, но намного удобнее и быстрее, чем на своих двоих.

Не откладывая в долгий ящик, я совместил Обломок со свой Скрижалью, получив шесть дополнительных ячеек под Руны.

Руна Верховой Езды.

Вид: Руна-Навык.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови (безвозвратно).

При активации обучает навыку верховой езды (качество дерево). После активации Руна исчезает.

Время действия: одноразовая, при активации исчезает.

Требования: Атрибут Тела выше 3.

Я решил, что Руна с таким полезным навыком пригодится мне самому, к тому же неизвестно, сколько нам придётся тащиться по Единству верхом, прежде чем нас подберут. Проскрипел зубами, конечно, на утекающую Звёздную Кровь, словно вода сквозь пальцы, но навык выучил. Мой список навыков теперь выглядел так:

Повышенная реакция 8/10

Знание единого языка 3/10

Владение Копьём 6/10

Бой-без-Оружия 8/10

Физическая Мощь 2/10

Верховая езда 1/10

Единственным огорчением было то, что доступная Звёздная Кровь просела до 122 единиц из доступных 414. Никаких особых в себе перемен я не почувствовал, но вроде бы ехать стало чуточку удобней. Однако желания поучаствовать в родео не испытывал.

Может, всё это самовнушение?

Да нет… Уже была возможность убедиться, что Руны работают независимо от того, верю я в них или нет, но отчего-то в голове до сих пор всё это Восхождение не укладывалось, хотя прогресс был, как говорится, налицо, мне всё равно казалось, что происходит словно не со мной.

Я уютно покачивался в седле. Тауро бежал ровно и достаточно резво. Хоть мы и спускались с перевала в долину, Ви каким-то чутьём выбирала относительно ровный путь. Вниз, в темноту у подножья величественных гор, совершенно спускаться не хотелось. На перевалах было светлее из-за снега, да и горы вершинами ловили отголоски света, долетавшего из Круга Жизни. Мы же уходили прочь от света, что навевало какие-то гнетущие мысли. Всё чаще вспоминался луговой йурр, разглаживавший листочки светящегося деревца. Хотелось плюнуть на всё и вернуться туда. Устал…

Выбросив все лишние и малодушные мысли из головы, я открыл вкладку с наградами Наблюдателя, которые ещё не успел получить.

Выберите любую Руну (дерево): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание.

Выберите любую Руну (бронза): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Существо, Руна-Заклинание, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага.

Не задумываясь, выбрал Руну-Свойство. У меня был один вариант для улучшения. Выбрал ускорение перезарядки для Руны Алого Шипа. Получилось так:

Руна Алого Шипа.

Руна-Заклинание.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови.

При фокусировке создаёт высокотемпературный энергетический луч.

Время действия: 1 секунда.

Время перезарядки: 20 минут.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Сияние работало не в пример лучше, но ведь оно и рангом было повыше. Кроме того, эта руна имела свои ограничения. На обычных существ, как мои нынешние союзники, она не действовала. Надолго ли наш союз? Нет, мне нужно оружие, чтобы оно и перезаряжалось быстро, и работало на всех, без исключений, и безотказно.

Я ещё раз пробежался взглядом по списку вариантов наград и задумался. Что мне сейчас нужнее всего?

55. Виториа

Интересный и большой выбор, но не помешал бы совет от более опытного Восходящего. В принципе, источник информации у меня имеется. Посмотрел на покачивавшуюся в седле спину Витории и понял: разговаривать с этой гадкой ведьмой мне ну совершенно не хочется. Я ощутил чувствительный укол досады. Угораздило же оказаться тут вдвоём с этой противной бабой. Да, будь она трижды дворянкой, о чём говорит приставка перед фамилией «ван дер», это не отменяет её хабалистости и хамства. Покатав эту мысль в голове, решил, что сделаю выбор сам. Без всяких там…

Поразмыслив, решил попробовать выбрать Руну-Умение и изучил предложенные Наблюдателем варианты: Ночное Зрение, Ментальная Иммунность, Защитная Аура Хладоцвета.

Ночное зрение оказалось способностью, дублирующей функцию ночного видения, заложенную в моих очках. Очень полезное умение и в перспективе, видимо, работавшее намного лучше, чем мои технические девайсы. Почему я так подумал? Соам продолжил стрелять из своего монструозного револьвера по ургам даже тогда, когда мы поднялись на высоту, где моя техника перестала быть полезной. Конечно, оставался открытым вопрос, насколько хорошо он всё видел и метко ли при этом попадал, но факт остаётся фактом. Аурой Хладоцвета оказалась способность на определённое время генерировать вокруг себя область с температурой близкой к абсолютному нулю. Быть чем-то вроде такой мощной холодильной установки — это… Это прекрасно, однако, оставался открытым вопрос: если умение настолько хорошо, не заморозит ли оно вокруг меня воздух до такой степени, что не смогу дышать и не получу ли обморожения я сам. Вопросы, вопросы. А ответить на них некому. Снова посмотрев на покачивающуюся в седле Виторию, я перешёл к изучению третей Руны.

Руна Ментальной Иммунности.

Руна-Умение.

Качество: бронза.

Активация: 6 капель Звёздной Крови.

При активации позволяет игнорировать ментальные воздействия бронзового ранга.

Время действия: 144 минуты.

Время перезарядки: 25 часов.

Текущий таймер: готово к активации.

Я выбрал Ментальную Иммунность, потому что мне несколько раз уже прочищали мозги, и это не забылось. Находиться под ментальной атакой и не иметь возможности что-то предпринять в ответ — ужасно. Если это умение спасёт хотя бы от части подобных атак, мои шансы добраться до Аркадона и найти там супругу значительно возрастут.

Снизу из долины дул ветер, поднимая султаны сухого снега. И он крепчал. Было прохладно. Это даже можно было назвать как лёгкий морозец. Однако несмотря на это, погода бодрила и, похоже, не только меня, но и тауро, бежавших небыстрой уверенной рысью. Такой бодрый и постоянный темп перемещения по сложной пересечённой местности ничего, кроме уважения к этим животным не вызывал. Мы спускались с перевала всё ниже, но отчего-то Ви всё больше замедлялась.

Так… Стоп.

Откуда я разбираюсь в таких понятиях, как «шаг», «рысь», «иноходь» и «галоп»? Похоже, пока я занимался своими делами «распаковалась» информация, утрамбованная невесть как в Руну. Похлопав мускулистую шею белого тауро, я легко поддал ему пятками в бока и ускорился. Могучий скакун под седлом с удовольствием подчинился. Я словно почувствовал это. Нагнать Ви, самовольно возглавившую нашу колонну, не составило большого труда. Нижняя половина её лица и шея были замотаны чем-то вроде рукавов, свисавших с капюшона. Хоть лицо и не было прикрыто, но глаза я видел хорошо. Они были красны и скорей всего от слёз.

— Явился, ля, — фыркнула она надтреснутым голосом. — С чем пожаловал, небесный?

— Как мне к тебе обращаться? — спросил я.

— Моё имя, Виториа ван дер Аристэр, — устало ответила она. — Можешь обращаться ко мне по имени или званию.

— Какое у тебя звание? — заинтересовался я.

— Младший офицер, ля. Небесный, ты совсем не разбираешься в воинской атрибутике?

Я неопределённо пожал плечами. В званиях я разбирался, но естественно в нормальных, а не в аркадонских.

— Почему ты замедляешься? Мне казалось, что нам нужно уходить от ургов чем быстрей, тем лучше.

Она молчала долго, я чувствовал какую-то внутреннюю борьбу. Напряжение разлилось в воздухе. Девушка была готова взорваться. Я даже подумал отвести тауро на безопасное расстояние, чтобы нас не забрызгало, но обошлось.

— Ты понимаешь, каким лядским путём нам нужно добираться до Аркадона? — почти спокойно спросила она, испытующе на меня зыркнув. — Ясно ля, ничего ты не знаешь. Сразу у подножия хребта начинается Мёртвый Лес.

— Понимаю, — кивнул я в ответ. — В Мёртвом Лесу стоял ваш лагерь…

— Ничего ты не понимаешь, ля, — снова завелась, отошедшая было Ви. — Мёртвый Лес не просто так называется мёртвым.

— Неприятное место, — кивнул я. — Пни все эти корявые.

Собеседница снова фыркнула.

— Пни? Пни… Да пни, ля, это самое милое, что в этой лядской чащобе имеется! Мы замедляемся, потому что в эту ночёвку проведём в удовом заброшенном форте. Нужно дать отдых тауро. Дальше нужно будет ехать без остановок, ля, чтобы преодолеть опасный участок Мёртвого Леса.

— Виториа, объясни. Кто там такой опасный? Звери? Имаго? Урги? Я должен знать, кто нам угрожает…

И она объяснила. Получалось, что в Мёртвом Лесу есть и урги, и звери, но самое опасное — мертвяки. Это было больше всего похоже на суеверия, поэтому я, покачиваясь в седле, попытался выяснить, кто это такие. Если отбросить проклятья и ругань, то вырисовывалась такая картина.

Этот край был раньше цветущим местом, чем-то вроде заповедника: тут выращивали редкие растения, содержали исчезающие виды животных и примитивные племена слабо развитых разумных, позволяя им вести привычный образ жизни. Короче, очень похоже на Эдемский Сад. Но во времена Великой Охоты, кому-то пришла в голову замечательная мысль шарахнуть по этим краям особо мощными Рунами.

Кто применил столь разрушительное оружие, добился ли своих целей или всё оказалось зря, история умалчивает, только с тех самых пор это место иначе, чем Мёртвый Лес, никто не называет. Всё из-за того, что тут восстают мёртвые животные и даже люди. Что-то или кто-то не даёт умертвиям спокойно лежать, а толкает вставать и бродить в поисках мяса и горячей живой крови.

Послушав байки Витории, я не поверил в них. Конечно, Единство уже преподнесло немало чудес и сюрпризов, не всем из них я оказался рад. Но мёртвые, получившие подобие жизни? Это уже слишком. Тем не менее слова Ви пробрали. Рассудив, что дыма без огня не бывает, вкинул Руну Развития в Атрибут Тела, доведя его до предела.

Достигнув десятой звезды развития, Атрибут Тела ожидаемо перешёл на более старший, бронзовый, ранг, и как бы разветвился на три новых атрибута: Моторика, Физионика, Телесность. Словно, предлагая мне выбрать дальнейший путь развития. Новые Атрибуты, как несложно догадаться, были уже бронзового ранга и не имели ни одной звезды. Как и в случае достигшим капа Атрибутом Духа, никаких справок и подсказок я не нашёл. Поэтому что всё это значит, было пока непонятно. По крайней мере, вкладывать сейчас единственную Руну Развития бронзового ранга я пока не решился.

Полюбовался результатом.

Атрибуты

Тело — десять звёзд,

Моторика — ноль звёзд,

Физионика — ноль звёзд,

Телесность — ноль звёзд,

Разум — шесть звёзд,

Дух — десять звёзд,

Предвидение — ноль звёзд,

Стихийность — ноль звёзд,

Ментальность — ноль звёзд.

Общее количество Звёздной Крови — 122/414.

В моей Скрижали из тридцати восьми ячеек было занято Рунами тридцать:

Руна Плащ Мошенника (серебро).

Руна Развития (серебро).

Руна Феромоны (серебро).

Руна Домен Диких Строителей (серебро). (в откате)

Руна Неутомимость (серебро).

Руна Ментальной Связи (бронза).

Нулевая Руна (бронза).

Руна Развития (бронза).

Руна Зирдиновое Копьё (бронза).

Руна Ментальной Иммунности (бронза).

Руна Сияние (бронза).

Руна Алого Шипа (дерево).

Руна Хитинового Щита (дерево).

Руна Фляги с Ядом Имаго (дерево).

Плюс пять Проклятых Рун неустановленного качества.

Двадцать шесть Звёздных Монет. Количество Славы достигло двадцати шести единиц.

Мой список навыков теперь выглядел так:

Повышенная реакция 8/10

Знание единого языка 3/10

Владение Копьём 6/10

Бой-без-Оружия 8/10

Физическая Мощь 2/10

Верховая езда 1/10

Я не знал, насколько я хорошо и правильно для Восходящего развиваюсь, но, изучив всё, остался доволен всем, кроме количества Звёздной Крови. Её запас и так был мал, а сейчас катастрофический недостаток, особенно в свете того, что предстоит преодолеть опасный участок пути. Мертвяки там или нет, а дым без огня бывает редко, хорошо бы подготовиться к броску через Мёртвый Лес получше.

56. Брошенный форт

Чем ниже спускались наши тауро, тем холодней становилось. Когда же мы достигли форта, уже стояла глубокая, стылая ночь. Под широкими раздвоенными копытами наших быков-скакунов скрипел снег, а из покрытых инеем носов вырывались облака пара. Мутные, далёкие, расплывчатые Круги Жизни коими был усыпан небосвод Единства вместо нормальных звёзд, казалось, брали наш маленький караван на прицел.

Чем ближе мы подъезжали, тем очевидней становилось, что никакой это не брошенный форт, а руины, стоящие тут неизвестно сколько веков. Вал и стены на нём выглядели вполне себе целыми. Защитный ров превратился в небольшую оплывшую канаву, башни торчали в небо, будто гнилые зубы. Одним словом, картина не вызывала совершенно никакого доверия, но Ви была уверена, что мы тут сможем заночевать. И пожалуй, я был склонен с ней согласиться. Ведь намного лучше устроить привал под крышей и защитой стен, чем просто в чистом поле. Моя проводница и так не отличалась кротостью нрава, но чем ближе была ночь, тем больше она нервничала. Когда я спросил её, в чём дело, Ви снова обругала меня. Однако я уже научился вычленять из её потоков злословия рациональное информативное зерно.

Мы въехали в Мёртвый Лес. По негласным правилам этого проклятого края всё живое должно забиться в норы, берлоги и укрытия, чтобы дотянуть до следующего местного бледного рассвета. Кто не успевает тут спрятаться, обычно до рассвета не дотягивает. Это что-то вроде аксиомы. Те, кто её не выполнял, сгинули. Изредка можно увидеть их черепа, скалящиеся из-под корневищ деревьев Мёртвого Леса. Никто не убежит. Смерть никого не отпускает.

Ветер успокоился, но мороз крепчал. Небо, едва посветлевшее высоко в горах, тут потемнело, пронзительно-холодный воздух при каждом вдохе обжигал. Остатки лилового света Небесного Трона заслоняли мчащиеся, словно свора псов, опаздывающих на собачью свадьбу, разлохмаченные ветром тёмные тучи. Нужно было становиться на ночёвку самим, но перед этим устроить ездовых быков.

Однако у самого форта нас ждал сюрприз. Створка металлических ворот оказалась хоть и не до конца, но запертой, а проём заставлен рогатками и кольями. Заброшенное укрепление оказалось не таким уж и необитаемым, как о нём говорила моя проводница. Я подъехал к ней и спросил:

— Какие наши дальнейшие действия, младший офицер?

— Откуда я-то, ля, знаю? — окрысилась она на меня. — Ты что в такой ситуации делал бы?

— Поднявшиеся из могил мертвецы строят укрепления? — я едва сдержал ироничную улыбку, сохраняя на лице серьёзное выражение.

— Обычно нет…

Царапнуло это слово «обычно», словно собеседница говорила со знанием дела.

— Кто мог поселиться в форте? — терпеливо спросил я.

— Кто угодно, ля! Он же пустой тут стоял лядскую прорву времени. Никто его не охранял.

— Кто вообще живёт из разумных обитателей в Мёртвом Лесу? — не терял надежды я понять хоть что-нибудь.

— Никто! Какого уда? Я же тебе уже рассказала про этот лядский Лес!

— Быть может, временно кто-нибудь бывает?

Наконец-то Ви задумалась.

— Это могут быть старатели или охотники. А что ты… Ты куда, ля?

— Постучусь, — пояснил я, спрыгнув с тауро и направляясь к воротам. — Так будет вежливо.

Я подходил ближе к воротам и понимал, что могу хоть застучаться до посинения, и меня никто не услышит. Ворота представляли собой металлический диск, поставленный на ребро, неизвестно сколько тонн весящий и катающийся в пазе. Но я твёрдо намеревался выполнить свой план, как бы глупо он ни выглядел со стороны. Появилось ощущение, что за мной и Ви пристально наблюдают, хотя я не видел охранников или камеры, но это ничего не значило.

Я поднял руку и постучал. Тишина. Мне никто не ответил. Внутри форта не было видно и слышно никакого движения. Тогда я решил повторить попытку, но на этот раз поискал глазами камень, чтобы стук вышел поубедительней, чем кулаком. За этим занятием меня и застал вопрос.

— Зачем твоя долбится к наша? — произнесено было негромко, на едином языке, но со странным акцентом.

Я поднял голову и увидел, что со стены на меня смотрят, перегнувшись трое. Трое… Это были не люди. И не такие, как Ахири, Аугуст, Клени или Ви, отличавшиеся от homo sapiens не косметическими деталями, а радикально. Я на пару секунд завис, глядя на них, и тут было на что посмотреть.

Они оставляли сильное и странное впечатление. Гуманоиды. Людьми их назвать язык не поворачивался. Болезненно худые, несуразные фигуры? Снаряжение выглядело как архаичные водолазные костюмы, какие только в музеях и остались. Выпо

Нет, человеческие черты в нём прослеживались, но череп неестественно вытянут, уши скорей звериные, остроконечные, прижаты к черепу, плечи покатые, нос, почти не имеющий переносицы, большие глаза и… Кожа. Их кожа имела землистый цвет, морщинистая, сухая, вся покрытая пятнышками. Но главное, что говорящий, был Восходящим моего ранга, а двое других были вооружены чем-то вроде ухватистых короткоствольных карабинов. Опять мне встретилось так, любимое местными огнестрельное оружие. В принципе, понять их можно. При известной простоте изготовления убойность у него вполне себе приличная.

— Просим пустить нас на ночёвку! — отошёл от лёгкого шока и тут же нашёлся я.

— Зачем это наша? — с сомнением донёсся вопрос со стены.

— Мы заплатим.

На этот раз ответ был дан с ноткой пренебрежения.

— У ваша ничего нет, чтобы торговать.

— Мой товар не требует много места. Он весь здесь, — я постучал себя пальцем по виску. — У меня есть информация, которая вас точно заинтересует.

— Какой такой информация? — прозвучал заинтересованный вопрос.

Откровенно говоря, я был готов молоть языком уже что угодно, только бы нас пустили отдохнуть. Поэтому продолжил самозабвенно болтать.

— Этого сказать не могу, пока ты меня не пустишь внутрь. Мы должны дать отдохнуть нашим тауро и подготовиться к переходу. Могу добавить к оплате одну ногу тауро. Идёт?

— Идёт, но твоя говорить теперь, — потребовал он. — Твоя обещать информация.

Ви наблюдала за диалогом, но сама в него пока не влипала.

— Хорошо, — кивнул я ему. — Давай принесём клятвы перед Наблюдателем.

— О Клятва речь не идти, — с сомнением ответил мне он. — Зачем?

Я еле сдержал улыбку.

— Всегда, когда речь идёт о торговле информацией, необходимы взаимные Клятвы для обоюдных гарантий. Тебе нужны гарантии?

— Гарантии моя не помешают…

— И мне тоже нужна гарантия, на случай, если ты узнаешь информацию и захочешь нас выгнать. Дай мне Клятву, что разместишь нас достойно, не ограбишь, не выгонишь, пока мы сами не решим уходить.

Странный собеседник пожевал губами и произнёс:

— Клянусь Звёздной Кровью, что моя, Восходящий Зесс Гриви предоставлять место для привала… Как твоё имя?

Я с готовностью подсказал:

— Кир.

— Моя клянётся Звёздной Кровью, что если информация Восходящий Кир окажется интересно или важной, я — Восходящий Зесс Гриви предоставлять место для привала Восходящий Кир и его бабёнка. Разместить их достойно, ни грабить, ни убить, не выгонять и относиться, как дорогая гости Рода Гриви, пока они сами не захотеть уйти. Твоя очередь.

— Я, Восходящий Кир, принимаю Клятву восходящего Зесса Гриви и Клянусь Звёздной Кровью, что предоставлю ему без утайки жизненно важную информацию и отдам заднюю ногу тауро.

По телу прошёл уже знакомый лёгкий разряд электричества, а после этого Наблюдатель дал о себе знать информационным окном. На его фоне медленно сложилась надпись:

КЛЯТВА ПРИНЯТА

Раздался звук, похожий на удар исполинского колокола. Око, подобно печати, запечатлелось под Клятвой.

Зесс помедлил секунд десять и решился:

— Входите.

Несколько гуманоидов убрали баррикаду, да так споро, что сложилось впечатление — занимаются они этим регулярно, и мы провели своих тауро под узцы по-одному внутрь древнего укрепления. Оказавшись рядом, Ви пробормотала:

— Поверить не могу, ты уболтал лядских дигов…

Ворота закрылись, а со стены ко мне спустился недавний собеседник. Он оказался невысок — около метра шестьдесят, может, чуть ниже.

57. Диги

Пока мы ехали, я настолько привык к порывам холодного ветра, что перестал их замечать, но после того, как мы оказались внутри защищённого периметра отметил, что зубцы и гнилые клыки башен издают свист.

Зесс отвёл нас и наших тауро в хлев, построенный из двух срубов, словно помещённых один в другой. Я не очень разбираюсь в деревянном зодчестве, но, похоже, что между брёвен был засыпан какой-то утеплитель. Тусклая жировая лампа освещала небольшое, в общем-то, помещение, пахнущее сеном и навозом. Внутри я передал нашему «гостеприимному» хозяину ногу тауро и пообещал, что как только мы разместим животных, так сразу ему всё и расскажу. С моей стороны это уже было чистой воды садизмом, но Зесс хоть и фыркнул недовольно, но протестовать не стал, а утоптал, закинув окорок на плечо, оставляя меня и Виторию наедине с тауро.

Как только в шаговой доступности от меня появилась копна соломы, не задумываясь, упал в неё. Так и лежал бы, вдыхая этот запах сухих трав… Два боя подряд и долгий переход по горам верхом вымотали меня, больше чем я ожидал. Мышцы болели, даже те, о существовании которых я не догадывался.

— Поднимайся, ля, — проворчала ван дер Аристер. — Всадник должен, прежде чем отдыхать, позаботиться о своих животных.

— Ты крылатый кавалерист. — недовольно заметил я, понимая, что она права.

— Это ничего не меняет, небесный.

Я встал и начал заниматься тауро.

— Кто эти славные парни, обжившие форт? Судя по брёвнам сруба, они тут недавно.

— Лядская древесина из Мёртвого Леса, — возразила Ви, — я б её внешнему виду не доверяла, ля. Ослабь подпругу. Не так, болван! Ещё между ног к нему залезь, ля! Смотри…

И она показала как нужно. Вроде несложно.

— Так кто они? — напомнил я о своём вопросе.

— Это диги, — ответила спутница, но, поняв, что ответ неполный, без энтузиазма продолжила. — Они коренные жители Мёртвого Леса. Тут жили народы, которых Кел либо вывели для своих целей, либо привезли с далёких звёзд на огромных кораблях через океаны пустоты. Дигов вроде бы не выводили, а привезли. Лядский народец, очень плодовитый, живут многочисленными родами, мастерят механизмы всякие. Им ни уда нельзя доверять. Очень странно их тут встретить…

— Почему? — уточнил я.

— Много их лядских семеек, пришли в подземный Аркадон, на минусовые уровни, когда Мёртвый Лес стал Мёртвым. Пускать их не хотели, тогда случилась война, но после договора о Вечном Мире они успокоились вроде. Сидят в своих лядских подземельях и ремесленничают, всякое, силы копят.

— Зачем они копят силы?

— Многие думали, чтобы воевать снова, но, как видишь, — Ви обвела сруб рукой, — Оказывается, для внешней экспансии ля. Странно это всё…

— Что тут странного? — я пожал плечами. — Человеческие сообщества, они такие, стремятся осваивать новые территории, занимать жизненные пространства.

— Во-первых, они нелюдь, а во-вторых, это Мёртвый Лес, небесный, — категорично возразила Ви, протирая бок тауро пучком соломы. — Тут ни уда нет ничего нет такого, чтобы здесь обосновываться.

— Может, они тут временно?

— Ничего ты не знаешь, небесный…

Она сделала вид, что не заметила вопросительного взгляда, а я не стал задавать вопросов. Ван дер Аристер и так много мне рассказала, но после этих объяснений у меня осталось ещё больше вопросов, но и приставать к человеку, который не горит желанием общаться, счёл лишним.

Если она такая вся из себя умная и знающая, так договаривалась бы с дигами сама. Я видел, как она показывала себя во время стычек с ургами. Продолжать бой, когда одним выстрелом под тобой убили гиппоптера и всадника, сможет далеко не каждый. Дамочка совсем не робкого десятка. Атрибуты Восходящего — это, конечно, важно, но если к ним не прилагается готовность сражаться, рисковать и забирать чужие жизни, подозреваю, даже эти самые Атрибуты будут стоить немного.

— Принеси воды, небесный, — вырвала меня из задумчивости просьба младшего офицера. — Вёдра у входа.

— Принести воды? Откуда? — не стал скрывать, что я в тупике.

— Из колодца, ля…

Молча взяв вёдра, вышел на мороз, чтобы нос к носу столкнуться с Зессом.

— Где тут у вас колодец? — спросил я его.

— Тама быть… Твоя идти со мной…

Источник воды нашёлся у одной из стен и оказался довольно глубоким. Пока я крутил кривую ручку, диг спросил меня.

— Что твоя обещать сказать?

— За перевалом, в долине Двадцати Дев урги.

Он отреагировал спокойно, кивком.

— Они часто там быть.

— Это не банда и не орда, а переселение народа. Дойдут до вас, всех сожрут.

Зисс задумался.

— Их ведут Отрёкшиеся. Знаешь, кто это такие?

— Моя знать, — кивнул он задумчиво. — Твоя там быть? Твоя считать их быть?

— Да, я был там, но сам не считал. Было не до того, но старший офицер из крылатой кавалерии Аркадона сказал, что долина набита ургами до отказа и они видели много повозок. В его опыте сомневаться оснований нет, — я перелил воду в ведро. — Стоит моя информация заключённой сделки?

Зисс помолчал в задумчивости, потеребил жидкую бородёнку и кивнул.

— Твоя выполнять наш уговор. Моя нужно докладывать об эта информация. Никуда не ходи и свой бабёнка не пускай. Ваша может ещё понадобиться.

Я показал ему большой палец в жесте одобрения.

— Как скажешь. Ты босс…

Он ушёл, а я вернулся с вёдрами, но, как оказалось, два ведра это только для одного взрослого тауро, поэтому я сходил ещё несколько раз с вёдрами туда-сюда. Последнюю пару вёдер принёс нам с Ви, наполнить фляги, попить самим и умыться. Вода из колодца оказалась холодной до ломоты в зубах, но невероятно вкусной. Когда мы закончили с гигиеническими процедурами, собирались уже перекусить на сон грядущий, к нам в хлев постучавшись вошёл Зисс, напустив целое облако морозного пара снаружи.

— Кир, — поприветствовал он меня.

Я со степенным кивком ответил:

— Зисс.

— Кир, у наша быть есть ужин. Хатан-Аба прислать моя за твоя. Приглашать кушать, мал-мал выпивать с наша, как дорогая гость.

Несмотря на усталость и обилие впечатлений, до сих пор остались силы, очень захотелось рассмеяться на транслируемую важность и помпезность.

— Признателен за оказанную честь, Зисс, — склонил я голову, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал без иронии. — Могу я взять свою спутницу, разделить трапезу вместе с нами?

Получив согласие, мы втроём прошли в самое большое, не тронутое временем здание, вероятно, раньше выполнявшее роль казармы или чего-то вроде этого.

— Хатан-Аба — это кто? — спросил я тихо у Ви.

— Во главе рода дигов всегда стоит главная женщина, — шепнула почти одними губами она. — Её и называют Хатан-Аба. Это переводится примерно как «уважаемая мать». Приглашение разделить пищу — знак доверия у дигов, а отобедать с Хатан-Аба…

Она замолчала. Или сама не знала, или слова не могла подобрать.

— Так у них матриархат? — с удивлением переспросил я.

— Ну да, ля, он самый, — кивнула Виториа. — Только это у них не осознанный выбор, а на биологическом уровне. Встретить дигов на поверхности можно, это не редкость, но вся их лядская долгая жизнь проходит в подземельях. Если подземелий нет, они их строят.

Тем временем мы вошли внутрь. На входе нас встретили несколько дигов охраны и две жарко пылающих печи.

— Топятся игнисом, — снова пояснила мне ван дер Аристер. — Поэтому мы не видели дым, даже когда под воротами стояли.

— Игнисом?

— Огненным-камнем… — как маленькому ребёнку пояснила мне Ви очевидное.

Через небольшие щели в топках я видел жаркий голубой огонь, словно горел газ и расслышал гудение пламени.

Весь род дигов от мала до велика собрался в большом, хорошо протопленном помещении, но в просторном зале было тихо. Я увидел больше двух десятков почти голых детей, и от этой тишины становилось жутковато. Я хоть потерял память, но прекрасно знал, что такое количество детей настолько тихо вести себя просто не должны.

Молодые диги выглядели почти так же как старшие. Они казались уменьшенными их копиями. Худые, морщинистые, несуразные, серокожие и серьёзные. Взрослые также были одеты довольно скупо, поэтому я имел сомнительное удовольствие сравнить их фигуры с детскими. Единственным отличием была более тёмная кожа, размеры и более развитая мускулатура у взрослых особей.

Зал хоть и был большим, но потолок для такой площади явно оказался низковат. В стены были вмонтированы солнечные камни, но немного и равномерно. Вокруг царил полумрак. Диги, оказавшиеся по большей части мужчинами, сидели и лежали на широких лавках, расставленных вдоль стен.

— Идёмте-идёмте, — поторопил нас Зисс. — Нам туда быть надо.

58. Хатан-Аба

Я смотрел во все глаза на тела людей. Людей ли? Даже если они имели отношение к человеческому виду, то тела их были поражены непонятной мне мутацией. Далеко не все мутации одинаково полезны. Скорей даже наоборот. Часть из них являются нейтральными и никак не влияет на организм и качество жизни, другие оказываются вредными или даже несовместимыми с жизнью. Но иногда… Очень иногда возникают полезные изменения. Сейчас я не помнил откуда, но точно знал одно: мутации сырой инструмент естественной эволюции. Условия жизни отбирают наиболее приспособленных существ, а менее перспективные просто не выживают. Успешных — исчезающе мало, а неудачников большинство. Смертность, в том числе и внезапная, не что иное, как инструмент отбора.

Если мутация даёт явное преимущество, она закрепляется в виде и передаётся из поколения в поколение. Так работает естественный отбор. Так, эволюция вколачивает тупыми деревянными гвоздями в наши тела свои изменения.

Чтобы понять, являлись ли диги людьми, мне нужно было ответить самому себе на один важный вопрос: что такое быть человеком. Вроде бы рак тоже представляет собой что-то вроде мутации. Можно ли считать ракового больного меньше человеком чем все остальные? А на вопрос, что такое человек философы неторопливо размышляют по сей день, насколько мне известно.

Откровенно говоря, пересекая длинный зал под молчаливыми взглядами нескольких сотен существ, я сожалел, что согласился на это приглашение. Устал. Мне бы хватило и той копны соломы, которую я уже опробовал на мягкость. Но не хотелось обижать отказом Зисса, пустившего двух усталых, замёрзших путников и пригласившего нас на ужин с таким придыханием. В общем-то, я тут из-за него. Покосившись на Ви, убедился, что та также без восторгов.

В конце зала перед нами открыли высокую двустворчатую дверь, и мы прошли в меньший по размерам зал, но потолок тут был значительно выше, а убранство богаче. Длинный стол и стулья с высокими спинками вдоль него. У одного конца стояло несколько блюд и было занято одно единственное кресло.

— Кир, это Хатан-Аба Гриви. Хатан-Аба, это быть Восходящая Кир, про которого твоя интересоваться. Это быть его бабёнка…

— Виториа ван дер Аристер, — с неожиданным достоинством представилась Ви, положив руку на эфес сабли и совершив что-то вроде реверанса. — Шевалье.

Я кивнул хозяйке и украдкой посмотрел на спутницу. Шевалье значит? Впервые слышу про шевалье женщину. Хотя если учесть, что этот мир не знает гендерных различий из-за системы Восхождения, то почему бы нет. Шевалье — так шепелявые французы называли рыцарей и вроде бы потом начали именовать безземельных дворян. А что? В принципе, всё сходилось. Странная штука память… Про то, что означает понятие «шевалье» я помню, но ничего про себя.

— Ступай, Зесс, — я поднял взгляд и рассмотрел в полумраке женщину, — Приветствую вас. Присаживайтесь, разделите со мной ужин.

— Но… — запротестовал было он.

— Ступай, ступай, — мягко сказала Хатан-Аба.

И он вышел из зала, мягко претворив за собой дверь. Я отодвинул стул, ухаживая за Ви. Та посмотрела на меня совершенно диким взглядом, но в своей неподражаемой манере комментировать не стала, а устроилась на тяжёлом стуле. Усевшись рядом, я наконец спокойно рассмотрел «уважаемую мать» Гриви. Что сказать?

Она выглядела примерно так же как и Зисс и все остальные диги, которых мы видели до этого. Единственное, что её отличало — высокий рост и более крупное телосложение. Нет, она не была полной, скорей крупной. И красивой её можно назвать было только с очень большим допущением. Если редкие волосы на голове или их полное отсутствие у мужских особей в глаза не бросалось, то в женском образе производило сокрушительное и неизгладимое впечатление. Ничто из этого не мешало быть Гриви бронзовой Восходящей.

— Прошу вас, — сделала приглашающий жест Хатан-Аба, — Угощайтесь.

Ви бросила на меня настороженный взгляд. А я не сомневался и от души себе накидал в тарелку всего понемногу. Тут были какие-то грибы, тушёные овощи с мясом. Предложил своей спутнице. Она с недоверием ковырнула еду двузубой вилкой и положила себе в тарелку небольшую порцию.

Как по мне, у дигов уже была миллион и одна возможность причинить нам вред, если бы они этого хотели. Стражники на воротах могли бы просто открыть огонь и уложить нас почти в упор. Тогда мы были уязвимы, так как находились на открытом месте. Да и потом, когда мы вошли в периметр стен, у дигов были возможности на нас напасть. Для этого совсем необязательно вести нас на ужин с их старшей женщиной. Так что можно не опасаться того, что нас попытаются отравить.

— Спасибо, — ответил я, чтобы заполнить повисшую неловкую паузу. — Это большая честь познакомиться с вами и разделить эту трапезу.

— Для меня тоже, — ответила на любезность Гриви, показав редкие и длинные зубы. — Что привело вас к нам в гости?

Я едва удержался от того, чтобы не вздрогнуть от этой улыбки.

— Это военная застава Аркадона, — заметила ван дер Аристер, без мата, но едким тоном. — Мы не рассчитывали здесь встретить никого.

— Может, потому что форт стоял несколько столетий пустым? — невинно заметила Гриви. — Я привела в него свой Род, пока вы первые, кто сюда добрался за долгое время. Что привело вас сюда?

Дожевав и проглотив довольно вкусное рагу, приготовленное с пряными травами, я поспешил вмешаться в диалог, пока моя резкая и язвительная спутница не наломала дров.

— Уважаемая Хатан-Аба…

— Называйте меня просто, — поспешно поправила меня женщина дигов, — Гриви. Мы не на официальном мероприятии. Нет нужды ломать себе язык. Так что случилось?

— Хорошо, — с готовностью согласился я. — Наших гиппоптеров убили, хорошо, что мы раздобыли тауро.

— Слава Творящей, вы остались живы, — кивнула Хатан-Аба. — Зесс сообщил мне, что вы видели орду ургов. Это так?

— Нет. Не орду, — отрицательно помотал головой я. — Их там гораздо больше. Скорей всего, урги переселяются сюда.

Повисло молчание.

— Если всё так, как ты сказал, а оснований не верить тебе у меня нет, нужно уходить, — подняла на меня взгляд больших, глубоких и умных глаз Гриви. — Нам понадобиться твоя помощь, Рыцарь Титана.

От подобного обращения я чуть не поперхнулся. Кем бы я в прошлой жизни не был, ничто из того, что стало известно, не указывало на то, что я был рыцарем или хотя бы, как Ви шевалье. Мы переглянулись со спутницей. Выражение её лица сказало мне, о чём я и сам догадывался, что происходящее далеко от нормы.

— Уважаемая Хатан-Аба…

— Гриви.

Я кивнул.

— Гриви, вы меня с кем-то путаете. Я не рыцарь, а обычный человек, потерпевший крушение. Думаю, что я сам нуждаюсь в помощи, чтобы найти членов своего экипажа.

Не зная что тут ещё добавить, я замолчал.

— Ты можешь не знать, но на тебе стоит метка одной из наших матерей, — снова улыбнулась мне хозяйка заброшенного форта. — Это как печать, видимая для избранных и говорящая, что ты надёжный хуман.

Отложив вилку, я посмотрел на Гриви и спросил.

— Какая ещё печать? Я не издеваюсь над вами. У меня частичная потеря памяти из-за жёсткой посадки. Расскажите мне, что вам известно.

Трансгуманка терпеливо объяснила мне, словно ребёнку:

— Мне известно, что ты совершил подвиг ради нашего народа. Это было событие, вошедшее в нашу историю, но какое именно и кто из Матерей её поставил мне неизвестно, — она пригладила редкие волосы рукой и продолжила. — Там сказано, что ты друг и Рыцарь Титана. Тебе о чём-то это говорит?

Я отрицательно покачал головой и бросил взгляд на Ви, внимательно слушавшую нашу странную беседу.

— Говорю же. Нет. Ничего не помню из прошлого.

— Если ты согласишься, можно попробовать разблокировать твои воспоминания.

— Не соглашайся, — внезапно предостерегла меня Виториа. — Дигам нельзя доверять.

Гриви улыбнулась своей страшноватой улыбкой.

— В тебе говорит недоверие и ненависть, шевалье ван дер Аристер. Это очень плохие чувства.

Заметив мои сомнения, Гриви спокойно заметила.

— Это безопасно и не больно. Ты наверняка уже заметил, что диггеры неразговорчивы. Это наша особенность. Члены Рода могут общаться между собой мыслено. У кого-то эта способность сильней, у кого-то слабей, но самые сильные те, кто носит титул Хатан-Аба.

Я задумался. Это всё было… Странно. Другое слово подобрать было сложно. Ви, конечно, хамка, но она ни разу меня не обманывала. Хотя может она, просто, не успела ещё себя проявить? По идее, она должна быть заинтересована в моём благополучии, так как случись со мной, что, ей придётся бежать от орды ургов совсем одной. Я уже прилично покувыркался в одиночку, чтобы понимать — лучше хоть какая-нибудь компания, чем совсем никакой. Ван дер Аристер не может не понимать это.

С другой стороны трансгуманы… Их логика мне до конца неясна, но Гриви едва ли хочет мне зла, так как вариантов напасть на нас, когда мы были уязвимы, у дигов было предостаточно. Естественно, это никакой не аргумент, но память… Даже если я частично вспомню, что-то из своего прошлого. Мне это может помочь если не сегодня, так завтра.

Возможно, о своём решении я пожалею, но не могу поступить иначе. Подняв взгляд на Хатан-Аба, хрипло выдавил из себя:

— Я согласен…

— Кир, не надо, — попросила меня Ви. — Что угодно может пойти не так.

Гриви покачала головой.

— Всё будет хорошо. Мне нужно дотронуться до тебя.

Вместо, ответа коротко кивнул. Хатан-Аба встала со своего места и в несколько шагов подошла к моему стулу. Я предполагал, что трансгуманка коснётся моего лба или головы, ведь контакт должен был состояться ментальный, но против ожиданий она взяла меня за руку. Вместе с этим мне в ладонь стрельнула синяя искра.

59. Ксено-объект

Когитор «Эгира» насторожили нестандартные, отличные от природных, параметры вращения одного из объектов на околозвёздной орбите, что могло говорить о его искусственном происхождении. Гонять целый крейсер для разведки просто нерентабельно. Большие пустотные корабли с возможностью к А-переходу вообще штука очень дорогая, так как постоянно находятся либо в походе, либо в ремонте. Только названия ремонтов меняются.

Звезда Траппист представляла собой красный карлик намного меньше, чем Солнце. Она выглядела так, как если бы планета-гигант вроде Юпитера решила изобразить из себя звезду, тем не менее это было самое настоящее светило, имевшее собственную систему из восьми планет, близких по своим параметрам к Земле. Три из них вообще вращались по орбитам в поясе жизни. Вроде даже на одной из них было несколько поселений трансгуманов — людей, изменивших собственную изначальную генетику и закрепивших её в потомках.

Вероятно, их предки, когда занимались редакцией генома, были уверены, что вносят улучшения. Но я видел изображения и записи этих людей, и ничего, кроме жалости и отвращения, они не вызывали.

Когда наш экипаж получал задание, я видел, куда нас отправляют, но голограмма небольшого и невзрачного астероида меня никак не впечатлила. Единственное, что показалось странным, так это правильная форма объекта и нечто, очень смахивающее на посадочную палубу. Космос подкидывает сюрпризы, но астероиды правильной формы? Кроме того, в тексте задачи значилось, что объект фонит а-излучением. Это было… Необычно.

— Почему бы им просто не отработать по этой штуке главным калибром? — сказал Иван.

Я повернул к нему лицо и увидел крупного мужчину с ухоженной чёрной бородой.

— Чтобы нам дать работу, — усмехнулась Лис. — Валялись бы в гибернации и ничего нового не узнали бы.

— Я всё забываю, что ты из ботаников, — проворчал Иван. — Ясно кому наш экипаж обязан этой полундре.

Лис снова усмехнулась.

— Если по всему палить из главного калибра, то что мы будем исследовать? — хрипловатый голос прозвучал насмешливо.

Её большие янтарного цвета глаза светились любопытством и озорством. Лицо обрамляли несколько каштанового цвета прядок, выбившихся из уставного хвостика. Сидевшей на ней как влитой, форменный комбинезон, подчеркивавший все достоинства спортивной женской фигуры. Она так изгибалась, пока влезала в свой кидо, что оставалось только диву даваться, как на ней форма не трещит по швам.

Я уже облачился в свой «Гоплит» и, пока все трепались, проверял на экране дополненной реальности параметры кибернетических доспехов команды высадки. Поэтому в разговоры не влипал.

— Почти на месте, — раздался голос пилота. — Десятиминутная готовность.

Я опустил забрало шлема, загерметизировал свой кидо и встал в десантную нишу, опустив скобы безопасности. Остальные члены команды высадки повторили мои действия. В десантном отсеке погас свет. Я не чувствовал этого в скафандре, но знал: сейчас из отсека откачивается воздух, чтобы нечему было внутри гореть. Мы были готовы. Никаких перегрузок не чувствовалось.

Ничего не предвещало, но, оглядывая своих товарищей, я внезапно для самого себя отстранённо осознал, что, возможно, кого-то из них вижу в последний раз. Лис перехватила мой взгляд и озорно подмигнула. Оставалось только ответить новенькой кривой полуулыбкой.

Иван, стоявший в своей нише напротив меня, был напряжён. Его губы что-то шептали. Он проговаривал слова молитвы. На груди его кидо покоилась импульсная винтовка, разгрузка с гранатами и ножны с полуметровым десантным ножом. Кроме впечатляющего арсенала, с левой стороны грудной бронепластины был аккуратно нарисован рыцарский шлем с кокетливым плюмажем, в красном ромбике — значок шестьдесят первой ОБРКП «Рыцари Титана». Крупные черты лица выражали покой, а его яркие голубые глаза словно светились изнутри. Ему уже было за сорок, и я не знал никого, кто бы владел рукопашным и ножевым боем лучше.

— Отчёт.

Потребовал пилот.

— Последняя проверка пройдена, — автоматически отрапортовал я. — Все показатели в норме.

— Понял вас. Приготовьтесь к касанию. Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять…

Я невольно вдохнул поглубже, словно готовясь нырнуть глубоко в воду. Такая реакция организма. Как ни пытался её изжить, ничего не получилось.

— … четыре, три, два, один… Касание.

Десантный бот слегка вздрогнул, и я не смог сдержать вздоха облегчения. Откинул фиксирующие скобы и шагнул в проём. Правая рука легко нащупала рукоять гаусс-пулемёта, подвешенного справа на дополнительном манипуляторе «Гоплита».

Последние секунды перед открытием аппарели каждый из моих товарищей был занят примерно тем же самым. Ведь встретить нас снаружи могло что угодно. Каждый из нас прошёл серьёзнейшую подготовку как раз для таких ситуаций, как сегодняшняя.

— Доложить о готовности, — раздался скучный голос майора Ляхова.

— Пятый готов, — ответил я, в свою очередь, прослушав доклады сослуживцев.

— Вперёд голуби мои, — хмыкнул Ляхов. — Давайте посмотрим, что там.

Наружная температура резко упала, о чём мне сообщил соответствующий глиф со снежинкой, а затем аппарель упала, выпуская космическую пехоту на астероид, или чем там являлся этот объект.

— А-излучение в пределах нормы, — доложила Лис. — Можем двигаться дальше.

Я вышел из бота, осторожно переставляя ноги. Над левым плечом засветился мощный фонарь. Подняв ствол гаусс-пулемёта, я повёл им из стороны в сторону, убеждаясь, что луч фонаря следует за движением ствола, а прицел на экране мнемоинтерфейса послушно показывает место, куда вонзятся иглы, разогнанные до гиперзвуковой скорости при стрельбе.

Ботинки примагнитились к поверхностности. Я огляделся. Похоже, что это действительно был ксено-объект. Астероид не казался обычным космическим булыжником. Скорей он напоминал чёрную раковину гигантского хищного моллюска с Европы, чем техногенный объект.

Наш катер стоял на том, что я на голограмме принял за посадочную палубу. Каким бы безумием это ни показалось, но я, следуя логике, нащупал своим наплечным прожектором и вход в шлюз. Или что там у них вместо него? Мембрана? Клапан? Сфинктер? Почему я так подумал? Ксено-объект казался продуктом бионических технологий.

— Командир, смотрите, — привлёк я внимание Ляхова. — Похоже на вход.

— Давай посмотрим поближе, Кир.

Мы подошли к наплыву, казавшемуся органическим.

— Как думаешь? Открыть сможешь?

Я на автомате пожал плечами. Естественно, мой кидо на такое не был способен. Только ствол гаусс-пулемёта дёрнулся.

— Не знаю, командир. Думаю, что если у меня будет достаточно взрывчатки, смогу открыть что угодно.

Майор усмехнулся.

— Командир, — обратился к Ляхову Иван, — Ну, мы посмотрели на всё своими глазами и убедились, что объект явно принадлежит чужакам. Может нам не надо нырять в эту… в этот сфинктер с головой?

— Кир, посмотри, что можно сделать…

Я прошёлся вдоль сморщенной, морщинистой, кожистой стенки, предположительно закрывавшей вход, размышляя, куда бы лучше заложить взрывчатку, но моё занятие прервала Лис.

— Кир, подойди, пожалуйста, на минутку. Я тут кое-что нашла…

Я молча подошёл, но уже издалека заметил, что это что-то интересное.

— Похоже на панель управления, — сообщил я, разглядывая слабо светящийся геометрический рисунок. — Как ты его нашла?

— А-излучение…

— Угу, — кивнул я. — Сюда бы кого-то из профильных специалистов.

— Да брось, — хмыкнула Лис. — Где твой дух первооткрывателя?

— Что там у вас? — спросил майор.

— Андрей Степанович, тут что-то вроде панели управления.

Ляхов протоптал к нам и, увидев геометрический рисунок на панели с ладонь размером, хмыкнул.

— Вот ведь дичь покарябанная…

Не дав нам с Лис опомниться, он обвёл пальцем одну из фигур. Дальнейшие события развивались одновременно и очень быстро, если не сказать «стремительно». Вокруг «сфинктера» побежали огоньки, а затем он… оно… немного, но по всей ширине приоткрылось. Из щели под давлением вырвалось облако разогретого воздуха моментально превратившееся в быстро рассеивающийся ледяной туман.

— Началось, тля, — печально выругался Иван, вскидывая импульсную винтовку.

60. Внутри

Когда туман рассеялся, группа высадки вошла внутрь ксено-объекта.

— Вот это да! — восторженно выдохнула Лис.

Иван же тихо выругался.

Наши фонари осветили внутренности инопланетного объекта, не оставляя места домыслам и фантазиям.

— Вы это тоже видите? — спросила Лис.

— Подтверждаю, — формально ответил Олег Кузнецов, вернувшийся с обхода периметра. — Командир, предлагаю запустить вперёд беспилотник. Слишком это всё…

Офицер замешкался, не в силах подобрать приличное слово.

— Давай, — согласился майор. — Убедимся ещё раз, что всё нормально.

Спокойствие Ляхова было обусловлено тем, что к объекту до нас был отправлен зонд-разведчик, облетевший и собравший всю доступную информацию о нём. Теперь наша очередь посмотреть, что внутри. Внутренний отсек шлюза выглядел примерно так же как и наружная обшивка, метров через десять-двенадцать, ещё один сфинктер… Нет, неприятное слово какое-то, буду называть это веком. Так вот. Там было веко. Ясно, чего Лис так возбудилась. Это уже не тянуло на игру природы и совпадение, а с большой долей вероятности может быть творением рук инопланетной цивилизации. В ней говорил оптимизм и энтузиазм исследователя. Однако если проанализировать всё трезво, то выходит, что из глубин космоса чего-то хорошего к нам прилетело катастрофически мало. Этим объяснялся скептицизм Ивана.

Впорхнувший в шлюз беспилотник тщательно просканировал всё вокруг себя, и только когда он ничего опасного не обнаружил, следом вошли мы.

— У всех включена запись? — спросил Ляхов.

После получения отчётов он открыл внутреннее веко шлюза. Как и следовало ожидать, веко, впустившее нас в шлюз, закрылось, и началось выравнивание температуры и давления. Только по окончании процедуры шлюзования перед нами отворилось внутреннее веко.

Внутри было темно, но яркий свет давал понимание того, что находится внутри. Это был длинный, асимметричного сечения коридор, сильно смахивающий на кишку. Цвет стенок был соответствующий, чем-то смахивавший на подгнившее жёлто-коричневое мясо. Инстинкты умоляли не ходить туда, но я перехватив пулемёт двумя своими и одной кибернетической конечностью, шагнул следом за впорхнувшим в открывшуюся створку беспилотном. Если тут есть экипаж, встречать нашу группу они станут здесь.

Внимательно осмотревшись, я понял, что злобных пришельцев тут нет. Впрочем, ковровой дорожки тоже не наблюдалось.

Стены были покрыты непонятными наплывами и наростами, указывающими на органическое или бионическое происхождение. Кое-где были видны складки, из-за чего коридор то расширялся, то сужался до того, что можно было пройти только одному. На некоторых из наростов открывались и закрывались клапаны, выпускавшие в коридор какой-то пар, медленно опускавшийся. Ботинки были видны лишь отчасти, скрытые белёсыми испарениями.

— А-излучение в норме, — отрапортовала Лис. — Атмосфера пригодна.

— Шлемы не разгерметизировать.

Очевидный приказ отдал Ляхов, но это была перестраховка. Никто в своём уме и так не подумал бы дышать смесью газов внутри неизвестного ксено-объекта.

Я и Иван двигались в паре, дойдя до наплыва, мы услышали журчание жидкости и увидели шланг над нашими головами. Шланг был похож на пучок сросшихся сосудов. Переглянувшись, мы двинулись дальше. Подошвы пружинили, словно мы шли по спортивному мату. Так, мы углубились в ксено-объект метров двести, никого и нечего не встретив. Вновь подала голос Лис:

— Температура тридцать градусов по шкале Цельсия.

В принципе, всё это видели на датчиках своих кибернетических доспехов, однако таков был порядок ведения записей, поэтому наш штатный ксенобиолог продолжала вести голосовые записи. Осторожно двигаясь вперёд, мы преодолели ещё около пятидесяти метров и достигли перекрёстка. Одно из ответвлений вело вниз и влево, другое — вверх и вправо, ещё одно понижалось и вело почти прямо, но тоже изгибалось под углом.

— Губин и Грива, налево, — раздался спокойный приказ от Ляхова. — Я и Уварова прямо. Стоянов, Рогов прямо.

Иван выругался, не в канал связи, но я хорошо его знал, чтобы понять это. Мы начали спускаться. Напарник шёл впереди, я чуть отстал, страхуя его пулемётом.

Опускаться пришлось недолго, вскоре мы оказались в небольшом зале. Как ещё назвать полость в живом организме? Главной достопримечательностью тут был свисающий с потолка полип внутри которого блуждали странные огни.

— У этой штуки растёт фон А-излучения, — сообщил я.

— Надо было всю эту хреновину разнести из главного калибра, — проворчал в ответ Иван. — Тут точно что-то есть. Возле стены вроде нормально.

— Слева или справа её обойдём? — спросил я.

Пока мы разговаривали, в центре комнаты внезапно открылся клапан, и из него вылетел шарообразный объект. Мимо меня пролетела какая-то капля и попала в шлем моего напарника. Он не успел увернуться от жидкости, залепившей смотровую щель. На агрессию мы ответили огнём. Иван из своей импульсной винтовки, я из пулемёта. За стремительное мгновение до того, как я нажал на спуск, успел рассмотреть объект. Это был самый обычный мясной шар, словно из фарша скатанный. Ни глаз, ни иных органов, ничего. Очередь из гаусс-пулемёта и пучок раскалённой плазмы не оставили от врага даже мокрого места.

— Ты в порядке? — задал вопрос напарнику я.

— Да… Какая-то агрессивная химия. Кислота, что ли…

— Губин Ляхову. Атакованы. Отбились. Потерь нет. Продолжаем осмотр.

Некоторое время я и Иван просто ждали, осматривая помещение, перекрывая всю площадь своими секторами обстрела, но повторной атаки не дождались. Вокруг всё было тихо.

Ну как, тихо?

Сопелки, свистелки и перделки расположенные в стенах, исправно поставляли всё новые и новые порции воздуха и пара, издавая при этом странные звуки, очень похожие на биологические.

— Оставайтесь на месте, мы идём к вам!

Мы не успели разойтись далеко, поэтому Лис и Ляхов подошли через несколько минут. Пока мы прикрывали, командир посмотрел записи с камер, а наш ксенобиолог немедленно бесстрашно полезла к останкам мясного шара и взяла пробу органики, поместив её в герметичный контейнер.

— Лис, поаккуратней там, — подшутил я, — Возле той штуки растёт фон а-излучения, сама не заметишь, как вырастет дополнительная пара рук.

Иван хмыкнул, но тему, что ещё кроме конечностей может вырасти, развивать не стал.

— Андрей Степанович, это вполне может быть попыткой установить первый контакт, — предположила Уварова. — Совсем не факт, что это была атака. Есть виды насекомых, общающихся при помощи феромонов. Возможно, что хозяева этого корабля пытались поприветствовать таким странным образом.

— Плевком в лицо? — уточнил майор.

— Милые ребята, — согласно сказал Иван. — Мне расхотелось с ними здороваться.

— Разговорчики! — строго цыкнул командир.

— Есть.

— Что предлагаешь, Лис? — спросил Ляхов.

— Давайте двинемся дальше и попробуем не стрелять, если вдруг появится ещё один шар…

— Принято, — согласился майор. — Двинулись.

Мы, прикрывая друг друга, пошли дальше вглубь этого псевдоживого ксено-объекта. За залом снова был коридор, но на этот раз не такой большой, как первый. По потолку тянулись жгуты сосудов, начавшие при нашем появлении, переливаться различными цветами. От этой светомузыки меня начало подташнивать уже через несколько минут.

В этом разноцветном мигании силуэты наших кидо казались сказочными монстрами. Ляхов шёл впереди, а все остальные двигались за ним гуськом. Я замыкал, прикрывая тыл. Передо мной шла Лис. Следом за майором следовал Грива.

Кроме лёгкой тошноты, постоянно казалось, что за нашим отрядом кто-то наблюдает. От этого было откровенно не по себе, но вокруг никого не было видно. Сенсоры кибернетических доспехов также не фиксировали ничего.

— А-излучение немного растёт, — услышал я рапорт ксенобиолога, словно из-под воды, — но пока в норме.

61. Плохое предчувствие

Мы шли внутри биотехнологического механизма, а казалось, что это живое, гигантское существо. Может, это не экипаж за нами наблюдает, а сам корабль? Да и нужен ли живому кораблю экипаж? Если нет, то насколько разумен корабль сам по себе, и как он отнесётся к мелким существам, вторгшихся в его организм?

Я вот, например, был бы не очень-то счастлив, узнай о каких-нибудь насекомых или червях внутри себя. Может, именно поэтому чужой взгляд со стороны инстинктивно ощущается враждебным?

В какой-то момент эта враждебность стала буквально чувствоваться в воздухе. Несколько раз вздохнув, я провентилировал лёгкие и пошёл вперёд, ощущая почти физически сопротивление сгустившегося воздуха. Шедшая впереди Лис, оступилась и упала на колени. Я поспешил помочь ксенобиологу, подставив ей плечо. Она повернула голову ко мне, через поляризованное т-образное забрало её шлема не было видно ни глаз, ни лица, ничего.

— Я… — начала было девушка.

Но я прислонил палец к губам, призывая её к молчанию, сам не понимая, зачем это делаю. Почему-то в этот момент показалось, что ксено-объект говорит с нами. В сипении и пыхтении органических газовых клапанов мне чудились обрывки слов. Мы двинулись, заставляя себя идти дальше, в полумрак, озаряемый разноцветной пульсацией, жил на потолке.

Мы шли все вместе, я видел силуэты бронескафов своих сослуживцев, но чувствовал себя одиноким. Каждый из нас был в конечном итоге один. Мы рождались, отделяясь от матерей, и становились обречёнными на совершенное одиночество, сразу, как только обрезали пуповину, вплоть до самой смерти. Это было не справедливо. Родиться, повзрослеть, обучиться, набрать большой опыт, а потом просто прекратить существование. Это беспокоило и раздражало меня. Интенсивность эмоции страха смерти и одиночества были настолько нехарактерны, что я потряс головой, как пёс, выскочивший из воды.

Во-первых, я ни один и не одинок. У меня есть жена, семья, родня, друзья, товарищи. Во-вторых, я не боюсь смерти. Страшно погибнуть бессмысленно, а это другое. Отставить сомнения! Я не трус. Храбр не тот, кто не ощущает страх, а тот, кто умеет его переступить.

Я начал читать про себя мантру аутотренинга. Страха нет. Боли нет. Смерти нет. Повторяя эту нехитрую формулу, раз за разом, почувствовал себя лучше. Какой смысл вообще переживать о смерти, если все пути, так или иначе, ведут нас к ней. Важно не то, что ты умрёшь. Смерть приходит за всеми. Важно то, как ты жил, сколько пользы принёс, как тебя будут вспоминать.

Проклятый шёпот ксено-объкта на меня так действует. Во сто крат лучше встретиться с врагом, вступить с ним в бой и увидеть, как из его глаз уходит жизнь, чем вот так, в нервном напряжении, шататься по чужому живому кораблю.

Что хотят тут найти наши учёные? Конечно, я осознавал, что можно бороться только с тем, что ты понимаешь. За этим в конце концов сюда и отправили космическую пехоту. Наша цель — собрать материалы для изучения, понаблюдать и в конечном счёте произвести контакт. Но прав был Иван, когда ворчал, что надо было бахнуть это корыто из основного калибра «Эгира».

— Ксенобиолог, доклад! — прокаркал Ляхов.

— Я… Азур-излучение растёт, но всё ещё в норме…

— Внимание. Вхожу в зал, — сообщил майор. — Рыцари Титана, смотрите в оба. Что-то мне тут не нравится…

Я понимал командира. Мне тут тоже не нравилось. И Ивану, да он и не пытался этого скрывать, а Лис, так и вовсе начала запинаться. Куда только её исследовательский энтузиазм испарился.

После того как мы вошли в большой зал, тут же прекратилась «светомузыка» и вся мясная пещера неминуемо бы погрузилась в непроглядный густой мрак, если бы не фонари на наших «Гоплитах». Мне повсюду здесь чудились шевелящиеся тени, но луч мощного света, разрывавший мрак, показывал, что тут никого и ничего нет. Зал был абсолютно пуст, но стоило мне прекратить освещать густые тени, как тут же там начиналось какое-то шевеление, существующее, похоже, только в моём воображении. То тут, то там из неровного пола росли невнятные бородавки, а с такого же бугристого потолка свисали полипы. В глубине этих образований было какое-то невнятное движение искр света, которые были не в силах разогнать царящий тут мрак.

Зал имел форму неправильного овала, мы это выяснили, обогнув его по периметру. На противоположном конце нас встретил уже знакомый люк-веко. Такие же были в шлюзе, но, поискав панель управления с геометрическим узором, мы не смогли её найти.

— Странно, — наконец озадаченно сказал Иван. — Должны же ксеносы из экипажа как-то попадать внутрь…

— Может, постучать нужно? — попытался я разрядить напряжённую обстановку, но успеха не достиг.

— Мы исходим из человеческой логики, — заметила Лис. — Но этот объект построен по незнакомым нашей цивилизации принципам и совсем не должен соответствовать нашим ожиданиям. Это вообще может быть не корабль, а что-то ещё. Экипаж может, тут и не должен находиться. Как и за этой дверью, может быть всё что угодно…

— Кир, постучись. — приказал майор.

— Эээ… Командир?

— Постучись, как ты умеешь, при помощи взрывчатки.

— А… Так точно, командир. Отойдите всё к противоположной стене.

Я выудил из разгрузки две шашки и прилепил их в углах «века», рассудив: какими бы чужими ни были строители/родители этого космического монстра, веком должны управлять синтетические или бионические мышцы. Если их повредить или уничтожить, то и путь будет свободен. Завершив с минированием, я отошёл к сослуживцам.

— Сим-сим, откройся! — произнёс я секретную магическую формулу.

— Вот, не можешь ты, Губа, чтобы не обезьянничать на каждом…

Ворчание Ивана потонуло в грохоте.

— Вот видишь? — преувеличенно радостно сообщил я. — Моё магическое заклинание подействовало!

— Тоже мне «чудо»… С двумя шашками диаминоазоксифуразана, у кого угодно такое «заклинание» сработает.

— Друг мой Грива, нет в тебе понимания, что для любой настоящей магии нужна помощь и расходники…

— Товарищи офицеры, — остановил наше словесное извержение Ляхов, — Напоминаю, что все переговоры пишутся и будут потом проанализированы на разных уровнях. Отставить неуместную болтовню.

— Есть!

— Есть…

— Давайте посмотрим на результаты…

За открывшимся «веком», лежал ещё один зал, только на этот раз, ещё больше напоминавший внутренности живого существа.

Мы вошли в пещерообразный отсек, освещённый неравномерным тусклым светом, исходящим на этот раз от бугристого пола. Казалось, мы попали внутрь живого организма. Пол этой органической пещеры представлял собой одну большую вену, по которой текла голубая слабосветящаяся жидкость. Высокий потолок поддерживали многочисленные арки, в которых я без труда опознал титанические рёбра космического ксено-гиганта. Между рёбрами-колоннами размещались странные органы этого живого организма, но в основном тут было свободно, даже просторно, насколько только может быть просторно и свободно между рёбер гигантского живого существа.

— Похоже, мы нашли основной отсек этого корабля, — тихо сказала Лис, осматриваясь вокруг. — Невероятно!

Я восторгов ксенобиолога не разделял. Напротив, то что принято называть «шестым чувством» вопило о близкой опасности. Если тут есть хоть кто-то из хозяев этого ксено-объекта, то лучшего места, чтобы устроить нам засаду, придумать сложно. Мне не верилось, что нас так просто пустили так далеко. Уж больно тихо и гладко всё у нас получалось.

— У меня плохое предчувствие, — проворчал, словно медведь, Иван. — Что-то не так с этим… Ксено-объектом.

И я был согласен с товарищем. Если мы своими ногами идём в засаду, нужно успеть ответить. Незаметно я снял гаусс-пулемёт с предохранителя и переключил его в режим сверхбыстрой автоматической стрельбы. С потолка капала неизвестная жидкость, а от пола поднимались испарения.

— Что это? — майор остановился и пнул какой-то предмет, невидимый мне в белёсом, стелящемся по полу тумане.

62. Контакт

Майор присел на одно колено и поднял предмет.

— Вот ведь дичь покарябанная. Череп! — озадаченно произнёс Ляхов. — Человеческий…

— Нет, — возразила подошедшая ксенобиолог. — Это череп, но он не совсем человеческий. Смотрите, строение челюсти и зубов совсем не такое и глазницы меньше нормы. Все остальные кости хоть и похожи, но имеют отклонения…

— Я не просил лекцию, — оборвал девушку майор. — Чей череп?

— С высокой долей вероятности он принадлежит военной-особи Homo Heterocephalus…

— Военной особи кого-кого? — на этот раз не выдержал Иван.

— Тот же вопрос, — подтвердил Ляхов. — И, если можно, покороче. У нас тут боевая операция.

Лис не сдержала раздражённого вздоха:

— Когда получала образование, мы подробно изучали этих существ. Есть такая раса разумных трансгуманистических… эээ… существ. В просторечии их называют — «диггеры».

— Так! — стимулировал офицер девушку к дальнейшему рассказу. — Это люди?

— Они точно люди, но вынужденны были исправить свой генетический код, добавив в него гены heterocephalus glaber, известных также, как голые землекопы. Был такой вид необычных грызунов на Прародине до Импакта. Это очень интересные зверьки, но главной их особенностью является отключённая «программа старения» организма на генетическом уровне. Эти существа не стареют. Умирают, но в очень преклонном возрасте, так и не состарившись. Потомки трансгуманов унаследовали эту и другие особенности.

— И насколько долго живут эти… диггеры? — заинтересованно спросил майор.

— Мы не знаем, но есть основания полагать, что точно больше тысячи лет. Очень интересно, что они унаследовали не только плюсы, но и минусы. Например, эусоциальность, невосприимчивость к боли, кислотам, токсинам и многое другое.

— Эусоциальность? — задал вопрос я. — Это что ещё такое?

И умница Лис ответила, как на экзамене:

— Это особая форма организации сообществ, при которой часть особей не размножаются и ухаживают за потомством, размножающихся особей. Проще говоря, разделение труда и ролей.

— А неплохо, — хмыкнул Иван. — Хоть беги и записывайся в трансгуманы.

Я усмехнулся и ответил:

— Но есть одно небольшое, но существенное «НО»…

Люблю этого парня, он всегда поддерживает мои шутки.

— Это ещё какое? — спросил Грива.

— Будешь уродом.

— Больше, чем сейчас? — хохотнул Иван.

— Товарищи офицеры, гасите базар, — сделал нам замечание майор. — Лис, если я правильно помню, они живут в этой системе? Верно?

— Да, в системе Траппист. Из-за того, что все поселения размещены под поверхностью, часто очень глубоко, мы не знаем, сколько их на планете проживает. По уровню они незначительно отстают от нас. От союза с Колониями вежливо отказались.

— И как один из них оказался на этом ксено-объекте?

— Не могу знать, Андрей Степанович, — ответила Уварова. — Но надеюсь, мы это выясним.

— Вас не смущает, что нам попался уже мёртвый трансгуман? И что тут только его череп? — поинтересовался я. — Где остальное тело?

— Ещё как смущает, — пробормотал майор. — Смотрите в оба, Рыцари Титана.

— Что-то убило этого боевого диггера, — сказал очевидное Иван. — Кто или что его убило?

— Для этого мы здесь, — крякнул Ляхов. — Смотрите в оба, Рыцари Титана. Вперёд!

И мы двинулись дальше, внимательно осматриваясь, страхуя и прикрывая друг друга. Мы шли около километра по прямой, пока не достигли раздвоения рёберного коридора.

— Вы слышали? — прошептала Лис, вскидывая к плечу АКГ-12.

— Что? — настороженно спросил майор.

— Мне кажется, я слышала чей-то голос…

— Расслабься, Лис, — поддержал девушку Иван. — Так работают газовые клапаны. Из-за этого кажется всякое.

— Нет… Был какой-то голос. Я слышала. Вроде как женщина кричала.

— Женщина? — удивился Иван. — Откуда здесь женщина?

— А трансгуман откуда, Вань? — спросил я у товарища.

Он посопел, но промолчал.

Наша группа застыла на перекрёстке, чутко вслушиваясь в окружающий фон. Сопелки, перделки и свистелки, делали то, что им и положено: фильтровали газовую смесь, исправно поставляли новые порции в отсеки. Капель жижи с потолка не останавливалась ни на секунду. Только белёсый пар, поднимавшийся к рёбрам свода, казалось, делал это бесшумно.

— Откуда был звук? — резко спросил майор.

Ксенобиолог неуверенно указала на правое ответвление.

— Я тоже что-то слышал оттуда, — резко ответил он. — За мной.

Идти пришлось недалеко. Метрах в трёхстах от нас, между рёбер были расположены… Как и всему встреченному на этом ксено-объекте этому было сложно дать определение, но больше всего это походило на большой слюдяной пузырь или кокон. Внутри находилось несколько сотен человек.

Подойдя ближе, мы смогли понять, что это как раз эти самые трансгуманы. Они сидели, лежали и смотрели в одну сторону — на медитирующую трансгуманскую женщину в обычном прямом платье, сидевшую в центре круга.

— Похоже, что они в беде, — задумчиво заключил Иван. — Что будем делать?

— Будем спасать, — твёрдо ответил майор. — Думаю, что мы уже достаточно увидели. Если тут держат в плену людей, это нам точно не друзья. Иван, попробуй разрезать пузырь техномечом.

— Так точно! — ответил космический пехотинец, шагнув вперёд.

Впервые за сегодня я услышал в его голосе радость. Он достал из-за спины полутораметровый клинок и активировал его. Расположенные по кромке зубцы разогнались до невероятной скорости. Через несколько секунд лезвие оружия вонзилось в стенку слюдяного пузыря. Во все стороны полетели ошмётки прозрачной оболочки. Пока Иван кромсал узилище, все пленники внутри встали, с ожиданием смотря на космического пехотинца. Через несколько минут дело было сделано, и майор рявкнул через внешние динамики:

— Работают Рыцари Титана! Спасательная операция! Выходим, выходим…

Но пленники стояли и просто смотрели, не предпринимая никаких действий. Несколько детей заплакали, пока грохотал усиленный голос.

— Чего это они стоят? — удивился командир по внутренней связи.

— Андрей Степанович, они по-русски не знают, — пояснила Лис. — Они вас не понимают.

— Одно слово — варвары. Ещё, поди, и религию какую-нибудь туземную исповедуют? И как нам с этой коллизией быть? — раздражённо спросил Ляхов. — Оставлять их тут нельзя.

— Пока получала образование, выучила несколько слов на их языке, — помялась ксенобиолог. — Разрешите мне попробовать?

— Конечно. Давай, пробуй.

Наша валькирия приблизилась к разрезу в пузыре и опустилась на одно колено, показывая открытые ладони перчаток своего кидо. Вообще, зрелище само по себе ни разу не успокаивающее. Кибернетические доспехи увеличивают фигуру, кроме этого мы все увешаны оружием. Те, кто знают, будут держаться подальше даже от безоружного человека, экипированного подобным образом, так как сам костюм является оружием из-за экзоскелета, солидного количества брони, сервоприводов и синтетических мускулов.

Но Лис заговорила на непонятном языке. Ничего похожего мне слышать не приходилось. Девушка говорила медленно, тщательно подбирая слова, пока у неё получилось донести мысль до пленных трансгуманов. Она и женщина в прямом платье обменялись несколькими репликами, и сидельцы начали покидать пузырь-кокон.

Диггеры оставляли сильное и странное впечатление. Они уже были не вполне люди, скорей гуманоиды. Человеческие черты в облике прослеживались, но череп неестественно вытянут, остроконечные уши прижаты к голове, плечи покатые, нос, почти не имеющий переносицы, большие глаза и… Кожа. Их кожа имела землистый цвет, была морщиниста, суха и вся покрыта пятнышками.

— Лис? — спросил я.

— Да?

— Что за язык? Ты же говорила, что их предки, колонисты с Прародины, а я такого никогда не слышал.

— Они выбрали общим языком эсперанто. Минули века, произошёл лингвистический дрейф. Язык развивался, но там в корне всё ещё лежит эсперанто.

Внезапно раздался странный звук, похожий на шипение змеи. Резко обернувшись, я увидел, как одна из стен словно бы разошлась в стороны. Из неё появилось высокое существо.

— Вот ведь дичь покорябанная! — скомандовал майор. — Лис, веди гражданских к боту!

63. Темные отсеки

— Я вас не брошу! Нет! — взвизгнула Лис. — Не брошу!

— Ну и дур-ра! — зло выплюнул Иван, поднимая импульсную винтовку.

— Ты космопех или сопливая девка? — рявкнул Ляхов. — Отставить истерики, твою дивизию! Выполняй приказ!

Я этот диалог воспринимал лишь периферией сознания, занятый тем, что совмещал прицел гаусс-пулемёта на экране дополненной реальности с головой существа.

И да, невольно разглядел все тошнотворные детали. Оно было больше всего похоже на изящное, стремительное, хищное насекомое, вставшее за каким-то бесом на задние лапы. Даже на полусогнутых этот инсектоид вдвое превышал ростом Ивана Гриву, бывшего выше меня на пол головы. На язык лезли только матерные выражения, но губы беззвучно прошептали: «Спаси и сохрани».

Мой палец нервно застыл на кнопке инициатора стрельбы, а глаза невольно запечатлели этот венец чужой эволюции. И этот «венец» угрожающе распрямился почти прямо надо мной. Серовато-голубоватая хитиновая броня разумного инсектоида блестела, словно отполированная. Жвала существа угрожающе раздвинулись, остроконечные и зазубренные надкрылья мелко затрепетали. Кажется, драки не избежать. Отдав приказ через нейроинтерфейс своему кидо, вколоть инъекцию «Шаг Смерти», я облизал внезапно пересохшие губы.

— Губа, не дури! — рявкнул майор. — Потихоньку спиной назад отходи! Вдруг это ихний министр иностранных дел? Не хватало, чтобы ты крылышки поотрывал дипломату…

А я что? Я и не думал дурить. Если воевать нужно в другую сторону, то я только «за». Перекрестье прицела неотрывно держалось по центру головы серо-голубого. Сделал шаг, другой, третий… Но чужой не был дипломатом. Он вообще не являлся интеллектуалом, даже если был разумен. Потому что прыгнуть на человека в кидо с гаусс-пулемётом может только натурально идиот. Ну как, прыгнул?

Напружинил нижние конечности, а я не стал ждать прыжка огромной твари. Гаусс-пулемёт вздрогнул в руках, выпуская веер игл с гиперзвуковой скоростью. Короткая очередь перечеркнула почти четырёхметрового инсектоида, попутно развалив страхолюдную башку, словно перезрелую тыкву.

— Вот ведь дичь покарябанная, — почти простонал Ляхов. — Кир, ну зачем…

— Простите меня, грешного, — завиноватился я. — Но лучше я ему глаз на задницу натяну, чем наоборот. Меня ещё дома ждут, и если я с таким глазом вернусь, не поймут Андрей Степанович.

— Да я понимаю… Отходим, — скомандовал он. — Прикрываем… Как их? Трансгуманов этих!

Мы начали отходить, но я чувствовал всё больше нарастающее ментальное давление. Оно вроде бы и нарастало, медленно и плавно, но неотвратимо. Словно действующее исподволь, я не сразу его ощутил, а когда почувствовал, то не понял, что это. В шлеме кидо слышно было только моё тяжёлое дыхание, да барабанный стук пульса в ушах. Виски будто начало сдавливать в тисках.

— Ментальная атака, — прохрипел Иван. — Нас атакуют…

— Всем сделать инъекцию «Шаг Смерти», — отреагировал приказом командир. — Держитесь, Рыцари Титана.

На плечи как будто навалилась пластобетонная плита, снова начало подташнивать от этих мясных переходов. Вместе с этим пришло осознание того, что мы можем только убежать, но никак не противодействовать этому древнему, холодному, жестокому и абсолютно нечеловеческому чуждому разуму. Он был всеобъемлющим и давящим со всех сторон. Да и можно ли противостоять организму, когда ты находишься внутри него и атакован иммунной системой?

Не знаю, сколько это длилось. Чувство времени было утрачено. Превозмогая себя на каждом шагу, мы отступали, любой шорох брал новый аккорд на наших натянутых нервах. Я вздрагивал и брал на прицел очередной пустой угол, тонущий в густых тенях. Искусственно вызванная ментальной атакой паника, накатывала на меня прибойными волнами. Справляться с этими приступами неконтролируемого животного страха становилось сложней раз от раза.

Мы отступали, но было уже поздно. Главной ошибкой было то, что мы вообще взошли на борт этого чужого корабля. Прав был Иван, прав… Брошенный вверх взгляд заставил меня на долю секунды обомлеть. В потолке открывались щели, выпускавшие из себя четырёхметровых серо-голубых насекомых, ловко и быстро карабкавшихся в нашу сторону. Не знаю, почему выкрикнул именно это, но заорал что было сил:

— Во-о-оздух!

Поднявший глаза вверх командир выругался и отдал приказ:

— Лис, поторопи гражданских! Все прикрываем отход! Огонь!

Мы открыли огонь. Яркие вспышки импульсной винтовки освещали белыми всполохами полумрак. В моих руках вибрировал тяжёлый гаусс-пулемёт, выпускавший короткие очереди. Ляхов был вооружён, как и я тяжёлым оружием, но у него был плазмомёт «Овод-9М2», выглядевший как мини-базука с пистолетной рукояткой. Мощные одиночные выстрелы компенсировались низкой скорострельностью — всего сорок выстрелов в минуту. Ярко-красные магнитно-плазменные сферы били редко и недалеко, всего на несколько сотен метров, но опустошение производили, подобное выстрелам фосфорных гранат.

Если мой пулемёт и винтовка Ивана находили цели часто, то вот «Овод» майора калечил бионические стены, проделывая в них страшные глубокие дыры, но даже по таким большим целям, как четырёхметровые инсектоиды он попадал редко. Не предназначена была его пушка для боя накоротке, в замкнутом пространстве корабельных отсеков с противником, бегающим по стенам и потолкам, также легко, как по полу. Из воронок, которые оставлял плазмомёт, потоками хлынула тошнотворная жижа, похожая на гной, делая и без того низкую видимость из рук вон плохой. Сейчас вместо убойного «Овода» подошёл бы даже морально устаревший, но универсальный карабин Лис.

Твари, понёсшие первые потери от нашего слаженного огня, начали ускоряться и прыгать на нас со всех сторон. Иван заорал, увидев сегментированных хитиновых гигантских тварей, сыплющихся нам буквально на головы с потолка.

Сжимая пучковую винтовку одной рукой, он, не прекращая вести огонь в атакующих монстров, выхватил техномеч. Я перестал бить короткими очередями, начав поливать неприятеля сплошным огнём, но пропустил, как со стороны майора на меня прыгнул инсектоид. Сбив массой тела, он заставил меня покатиться по чавкающему кислотными токсичными лужами, отвратительно податливому полу. Монстр замахнулся на меня зазубренной конечностью. Двенадцать мелких глазок насекомого были пусты и ничего не выражали, отражая вспышки выстрелов в полумраке, с его щёлкающих жвал свисала густая слюна.

— Сдохни, тварь! — зло выкрикнул я, выхватив однокаскадный пистолет из кобуры на разгрузке.

«Шило» несколько раз вздрогнуло в левой руке, выпуская очереди, перфорируя грудь и голову чудовища иглами. Инсектоид пошатнулся, с хрустом упал на подломившиеся колени и завалился на меня. Оставалось только выругаться.

Выкарабкавшись из-под неожиданно тяжёлой твари, я вскочил на ноги, озираясь, выискивая другую цель.

Майор стоял, неподвижно широко расставив ноги, словно статуя бога войны доимпактных времён. Фигура, закованная в «Гоплит» озарялась алыми вспышками выстрелов из его плазмомёта. Каждый выстрел уносил по несколько похожих на насекомых тварей.

— Губа! — рявкнул он.

— А?

— Жопу в горсть собрал и начал стрелять! Не позволяй им подобраться к нам!

Но приказ был излишним, это и так было понятно. Как это ни странно, но разум, захлёстнутый адреналиновой волной, больше не испытывал ментального давления со стороны чужих. Страх и паника больше меня не волновали.

Я — Рыцарь Титана!

Моё тело, как машина, предназначенная самой природой для войны, на вбитых в него рефлексах, реагировало на опасность моментально и правильно. Долгие часы, дни, недели, месяцы и годы тренировок окупались в этом внезапном огневом контакте, в мерзопакостных потрохах корабля чужих.

64. Абордаж

Не колеблясь и не предаваясь рефлексиям, я выпускал из пулемёта очередь за очередью. Иглы, разогнанные до гиперзвуковых скоростей без труда, пробивали хитиновые панцири врагов и рвали их плоть. Гаусс-пулемёт сеял смерть, производя настоящее опустошение в рядах врагов. Вой игл, шипение плазмы и звуки взрывов заполнили отсек вражеского корабля. Мясо врагов и плоть корабля в местах попаданий плазменных зарядов частично обугливались, а частично тлели. Очень быстро место схватки затянуло дымом, и без того плохая видимость стала ещё хуже. Несмотря на наше активное противодействие, врагов не убавлялось, а будто бы только становилось больше.

Удерживая тяжёлый гаусс-пулемёт дополнительной кибернетической конечностью и правой рукой у бедра, я вёл из него огонь на подавление, а левой сжимал пистолет и время от времени добавлял из него по особо прытким врагам. Очереди разогнанных игл прокладывали настоящие просеки в накатывающих волнах, отрывая инсектоидам конечности и головы, разрывая их надвое.

Но это всё были временные успехи, щели в стенах продолжали открываться и выпускать всё новых и новых тварей. Похоже, что мы, выпустив из кокона-тюрьмы трансгуманов, активировали какой-то протокол безопасности, однозначно пометивший нас как врагов, которых надлежит немедленно уничтожить. Инсектоиды лезли не только спереди, но выскакивали ещё и в тылу, сверху, и в непосредственной близости от нас, свободно бегали по стенам и потолку. Системы наведения «Гоплитов» помечали и маркировали цели, мы все приняли боевой, разгоняющий реакцию и психику наркотик и, похоже, держались только благодаря этому. Но долго так продолжаться просто не могло.

— Иван, сзади! — крикнул я.

Мой товарищ обернулся и выругался. Одна из тварей мягко спрыгнула за его спиной и почти добралась до него, уже готовясь оторвать голову передними конечностями, больше напоминающими костяные косы. Иван нанёс своим техномечом страшный размашистый удар, отрубая тянущуюся к нему конечность. Хлестнувший из раны серый вязкий ихор залепил визоры его шлема. Иван нанёс несколько резких ударов техномечом, взрезая вращающимися с высокой скоростью, зубцами только воздух, и дёрнул головой, как пёс, вышедший из воды. Тварь, лишившаяся конечности, отпрыгнула, избежав удара, но я уже взял его на прицел. Однокаскадное «Шило» справилось со своей задачей, наделав в ксеносе дырок.

— Отходим! Отходим! — командовал Ляхов, посылая пучок низкотемпературной плазмы за пучком. — Хватит с ними играть! Гасите всех!

Иван, наконец, смог оттереть от липкой жижи т-образный визор своего «Гоплита» и зарычал, обнаружив рядом с собой ещё одну инопланетную тварь, уже бросившуюся на него. Техномеч погрузился в жёсткое неподатливое тело на всю длину, до самой рукояти. Он отпихнул от себя уже мёртвое тело одной рукой.

— Надо было основным калибром по ним, — прохрипел Иван. — Потом бы изучали, что осталось…

Магазин моего «Шила» опустел, и я отбросил бесполезный пистолет в сторону. Перезаряжаться не было времени. Его место в левой руке занял десантный нож с полуметровым пласталевым клинком, который тут же мне оказался необходим.

Ксенос сбил меня с ног, и мы закувыркались с ним по полу, но перед этим я успел полоснуть врага где-то в районе подбрюшия горизонтально. Пока катились, полоснул его, нанёс несколько тычков и пару раз быстро вонзил нож на всю длину.

— Все целы? — спросил майор. — Кидо исправны? Раненые есть?

— Никак нет! — отрапортовал Грива.

— Кир?

Из ран дохлого инсекта вывалились все потроха, буквально завалив меня месивом из каких-то жгутов и внутренних органов.

— Глубоко ранено только чувство собственного достоинства, — проворчал я. — Предлагаю жестоко карать, а эту жучью лоханку взорвать ко всем бесам.

— Предложение принято к сведению, — серьёзно ответил Ляхов. — А пока отходим.

Я огляделся. Волна яростной атаки разбилась о троих Рыцарей Титана, словно о волнорез. Удивительно, но мы все были ещё живы и даже не ранены. Я подобрал и перезарядил свой гаусс-пистолет, и мы очень осторожно начали отступать к шлюзу. Несколько раз пришлось открывать огонь по теням, где точно кто-то или что-то пряталось. На этот раз я был совершенно точно уверен, что это не игра воспалённого паникой воображения, и не скупился на боеприпасы, выпуская короткие очереди просто для острастки.

Адреналин и боевой стимулятор буквально кипели в моей крови. Но открытое столкновение с врагом было намного лучше, чем игра в прятки и борьба с наведённой извне паникой. Мы продвигались, выполняя поставленную боевую задачу. А инопланетный космический корабль и орда пришельцев… Для этого нас натаскивали и тренировали. Хоть команды «фас» так и не последовало, враг сам себя обозначил, а значит, эта работёнка для Рыцарей Титана. Не мы начали эту войну, но наш бронированный ботинок раздавит череп пришельца и растопчет их боевые штандарты, или что там у них вместо знамён?

Ярость горела внутри меня холодным ярким пламенем, ища себе выхода и применения. Больше всего мне в этот момент хотелось воевать в другую сторону, то есть не отступать, а двигаться вперёд. Обнаружить узел управления этой бионической лоханкой, заложить там всю имеющуюся взрывчатку, отойти на безопасное расстояние и бахнуть. Желательно так, чтобы эта гигантская тварь продолжила своё путешествие уже в виде безжизненного астероида с начинкой из ледяного мяса.

Я вёл огонь короткими очередями, почти наугад. По крайней мере, системы наведения наших «Гоплитов» и не думали подсвечивать цели, но какое-то движение и копошение всё же было. И наконец-то я попал!

Прямо из воздуха, подёрнувшись рябью, вывалился силуэт, напоминавший что-то вроде крылатого насекомого. Отдалённо похожий на стрекозу, размером со среднего человека.

— Внимание! — предупредил я товарищей. — Контакт!

Иван грязно выругался.

— Противник использует какую-то активную систему камуфляжа! — сообщил очевидное майор.

По движению в тенях я понял, что летающие особи неприятеля пытаются разорвать дистанцию.

— Командир, они выходят из радиуса обстрела! — прорычал я. — Прикажете преследовать?

— Не-ет, — недовольно проворчал Ляхов. — Продолжаем отходить к боту.

Когда мы преодолели развилку то, увидели сначала беспилотник, а затем и его оператора — Олега Кузнецова, бегущего к нашей группе, наплевав на ловушки и обнаруженных чужих. В руках он сжимал АКГ-12 в снайперском обвесе.

— Докладывай! — приказал ему майор.

— Андрей Степанович, заложники у шлюза. Светлана оказывает им первую помощь!

— Лис?

— Она с пилотами устанавливают аварийный вакуумный рукав к шлюзу, чтобы гражданские смогли взойти на борт.

— Лучше бы им кислородные маски раздали, но и так нормально. Что видел пока, бежал к нам?

— Мерзкий корабль…

— Отставить шуточки!

Вот это правильно. Одобряю. Штатный шутник в экипаже — это я.

— Виноват! Неприятеля не встретил! — исправился и отрапортовал Олег. — С «Эгиром» связи нет.

— Ясно, — ответил майор, — Отступаем.

Километровый отрезок коридора с арками-рёбрами мы преодолели почти без приключений. Подстрелили двух летунов. Первого я, как и предыдущего, нащупал пулемётной очередью. Каким бы ты стремительным и подвижным ни был, а иглы, разогнанные до гиперзвука всё равно, не обогнать.

С ходу вникший в проблему, Олег перенастроил сенсорный массив на своём беспилотнике таким образом, что тот начал фиксировать движение и ещё какие-то аномалии. Естественно, он раздал эти данные нам и… Мы стали видеть летающих особей. Второго стрекозла снял метким выстрелом Иван, обладавший самой высокой реакцией из всех членов экипажа.

Я потел в спортзале и занимался рукопашным боем никак не меньше своего товарища, а может, и больше, но до уровня его фантастических результатов мне дорасти так не удалось. Всякий раз, когда мы с ним сходились в тренировочных поединках, он одерживал верх. Что тут сказать? Талант, наверное…

65. Кладка

Мы вошли в большой тёмный зал с полипами и бородавками, быстро преодолели его, но коридора, по которому добрались сюда, не обнаружили.

— Разведка, облети своим дроном тут всё ещё раз, — приказал с нескрываемой досадой в голосе Ляхов. — Не могли мы заблудиться…

— Так точно, — подтвердил Олег, производя манипуляции с мнемоинтерфейсом. — Не могли. Я же только что этим путём пришёл.

Беспилотник на огромной скорости сновал над нами туда-сюда. Через пару минут уже был результат.

— Я не знаю, что произошло, но тот тоннель, по которому мы все сюда попали, пропал, но есть другой…

— Он нас выведет к боту? — напряжённо спросил майор.

— Не знаю… Беспилотник не отвечает.

Майор выругался.

— Мы уже показали себя, командир, — предложил Иван. — Если инсекты меняют геометрию отсеков своей лоханки, давайте просто пойдём, куда там, они нас приглашают и там всё взорвём?

— А ты умеешь уговаривать, Вань, — усмехнулся я. — Звучит, как надёжный план. Предложение, от которого сложно отказаться!

— Товарищи офицеры, у нас три варианта, — поразмыслив несколько секунд, выдал Ляхов. — Первый: мы остаёмся на месте и ждём милости космоса, то есть когда откроется наш тоннель. Второй: возвращаемся к камере, откуда спасли трансгуманов. Третий: идём по новой открывшейся кишке и выясняем, что с нашим разведывательным устройством.

Повисло молчание, которое снова нарушил наш командир.

— Кузнецов, говори первым, как самый младший.

— Андрей Степанович, я за то, чтобы пойти по новому маршруту. Война — это движение. Стоять на месте — не вариант. Вы уже втроём отбились от превосходящих сил, а сейчас нас четверо. Справимся с любой задачей.

— Ясно. Кирилл, говори.

— Думаю, что не имеет смысла лезть в новую засаду, а то, что нас туда ведут, для меня очевидно, командир, — сказал я. — Нам стоит вернуться и пройти до конца тот путь. Который мы избрали первоначально. На нас напали, потому что куда-то не хотели пустить. Я бы посмотрел куда, а дальше по обстоятельствам…

— Позиция, — одобрительно хмыкнул майор. — Иван?

— Я своё мнение сказал… Нужно посмотреть, куда нас пригласили.

— Так и поступим, — заключил командир. — За мной.

Коридор, в который мы попали через несколько минут, был погружён в абсолютный мрак, и так было намного лучше, чем когда у тебя то под ногами, то на потолке мигает и переливается. Однако идти долго не пришлось, метров через двести мы все вышли в просторный зал с настолько невероятно высоким потолком, что он терялся из виду.

Как только мы оказались внутри, периферическим зрением я заметил, что входное веко, приветливо распахнутое перед нами, мягко опустилось.

Взметнувшийся вверх и теряющийся из виду потолок поддерживали уже виденные нами костяные арки. По грязно-жёлтым «мясным» стенам прихотливо вились жилы и вены. Слабо флюоресцентная жидкость в них испускала различного цвета и интенсивности свечение, но светлей в сумрачном зале от этого было ненамного. Странным образом невинные и тёплые цвета, смешиваясь между собой, превращались в злой, холодный свет, добавлявший инопланетной чужой картине мрачности и безысходной неизбывной тоски.

Пришибленный зрелищем, я не сразу заметил, что вдоль стен зала, укрываясь в густой тени, лежат полупрозрачные шары, наполненные мутной жижей. Там, внутри, когда я навёл мощный луч фонаря, произошло какое-то стремительное движение. Внезапно ко мне пришло понимание, что мои глаза меня не обманывают… Внутри гадских пузырей бултыхались ещё не рождённые серо-голубые ксеносы.

— Тут их яйца! — воскликнул Олег по связи.

— Которые мы им сейчас жёстко с корнем вырвем, — криво усмехнулся я. — Майор, какие будут приказы?

На наших глазах одно из яиц лопнуло, залив мясной пол волной жижи, оставляя пошатывающегося, но стоящего на двух нижних конечностях инсектоида. Он задрал голову ввысь и издал беззвучный вопль в невидимый далёкий потолок.

Сколько тут этих яиц?

— Вот ведь дичь покорябанная! — выдохнул, обалдевший не меньше моего майор. — Гасим их всех!

Я уже навёл гаусс-пулемёт на новорождённого монстра, когда до моего слуха донёсся звук ещё одного лопнувшего яйца, а затем ещё и ещё. Оружие в руках завибрировало, выпуская снопы пласталевых игл, разогнанных до гиперзвуковой скорости. Мои выстрелы терзали и рвали яйца, кладки и новорождённых инсектов. Трое космических пехотинцев занимались тем же самым — уничтожали всё, что попадало в поле их зрения.

— Командир группы высадки Ляхов вызывает «Эгир». Ляхов вызывает «Эгир», — вторил майор, но ответа не было. — Ляхов вызывает «Эгир»…

Родильный зал быстро превратился в поле боя, озаряемое вспышками выстрелов плазменного оружия, звуками игл, ломающих звуковой барьер, хлюпаньем и плеском лопающихся яиц ксеносов. Мы уничтожили всю кладку в пределах нашего зрения, но это была лишь малая часть пещероподобной полости этого органического корабля. Из сумрака на нас надвигались новорождённые твари, и эти «младенцы» нисколько не уступали в размерах взрослым особям, атаковавших нас совсем недавно.

Слева от меня присел на одно колено Олег, посылавший меткие короткие очереди адресно, прямиком в черепа наступавших. Справа в стойке стрелка, словно в тире, застыл Иван, стрелявший импульсами пучков низкотемпературной плазмы, озаряя нас сериями вспышек. Майор вёл огонь из своего мощного плазмомёта по скоплениям противников, убивая их сразу по нескольку штук.

Раненые и погибшие враги чадили, дым устремлялся ввысь. В мареве дымовой завесы проступила гигантская тень, соткавшаяся в тело огромного инсектоида, изломанной фигурой и мелкой, относительно силуэта головкой, больше всего напоминавшего богомола. Рост этого чудовища было сложно оценить, но оно точно было не ниже двенадцати метров. Эта здоровенная тварь не бежала и даже не думала суетиться, а просто шла, удивительно мягко ступая для такой тяжёлой туши, однако, каждый её шаг покрывал огромное расстояние. Поэтому приближался ксенос к нашей четвёрке с невероятной скоростью.

— В стороны! — рявкнул майор.

Сам Ляхов бросился вперёд, на ходу выпуская красные большие пучки низкотемпературной плазмы, испарявшие куски органической хитиновой брони гиганта, но не замедляющие его. Приказы не обсуждают, а выполняют. Мы трое рассыпались. Когда я обернулся и снова открыл шквальный огонь из тяжёлого гаусс-пулемёта по гигантской твари, Андрей Степанович уже понял, что его огонь мало эффективен. Офицер ускорился ещё сильней, стремясь забежать под брюхо твари, где броня должна быть наиболее тонкой, увернулся от гигантской суставчатой косы этого живого танка и на ходу открыл огонь, стреляя вверх.

Пришло чёткое осознание, что мои детские страхи оказались реальны. Монстры существуют на самом деле и они прячутся в мрачных тенях, коих в космосе намного больше, чем света. Только сейчас я уже не ребёнок, а в моих руках было средство защитить всех детей человечества, только от не выдуманных, а от реальных кошмаров. Кто-то строит города на изначально непригодных для жизни Титане и Европе. Другие производят промышленные изделия, чтобы сделать жизнь удобной и приятной. Третьи выращивают органику для пищевых репликаторов. А мы призваны их всех защитить.

Я несокрушимый щит. Я Рыцарь Титана!

Подправив прицел на экране дополненной реальности, чтобы бить по уже повреждённому хитиновому покрову, в надежде хоть так навредить живучему чудовищу, я продолжил вести прицельный огонь.

Сначала толстая броня гиганта лопнула в одном месте, а из прорехи потоком полился ихор, больше напоминавший гной из вскрытой застарелой раны. Затем пулемётная очередь нащупала ещё одну ослабленную плазмомётом майора точку, к первому потоку добавился второй. У нас начало получаться! Ещё немного, и мы завалим этот бионический танк! Надо продолжать!

Я поймал себя на том, что моя плотоядная ухмылка превратилась в оскал хищника, готового растерзать свою жертву. Нет… Не в мою смену. Мы здесь настоящие хищники. Мы злые дети древней Терры. Это наше! Чужого нам не надо, но и своего мы ни хрена не отдадим! Мы пришли как хозяева! Космос будет наш!

66. Новый командир

Я и майор переключились на внезапно появившуюся бронированную здоровенную тварь, и это не могло не сыграть на руку нашим врагам. Иван и Олег не справлялись с отстрелом новорождённых инсектоидов. Те теснили нас всё больше. Очень быстро настал тот момент, когда всё скатилось в свирепую свалку ближнего боя.

Иван, словно мячик, скакал и катался в своём кидо, без устали кромсая наседающих инсектоидов своим страшным техномечом. Он был подобен злому зубастому смерчу, из эпицентра которого отлетали в стороны куски органической брони, отхваченные конечности, головы, ошмётки инопланетной плоти и брызги тошнотворного ихора. Космический пехотинец щедро сеял вокруг себя смерть, став едва ли не более эффективен, чем с импульсной винтовкой в руках.

Благодаря тому, что Грива стянул на себя большинство атакующих нас ксеносов, я и Олег смогли ещё немного отойти. Я продолжил помогать Ляхову с чудовищем, а Кузнецов отстреливал всех кто, пытался приблизиться ко мне.

Неизвестно, сколько бы такое продолжалось, но мы должны были победить при таких раскладах рано или поздно. Однако такое положение вещей, видимо, не устраивало гигантскую тварину и она пошла ва-банк. Потоптавшись на месте, в бесплодных попытках растоптать или достать лапами-косами майора, эта саранча попросту упала на уже изрядно продырявленное брюхо.

— Командир! — крикнул я, не веря собственным глазам. — Кома-андир!

А ксенос только что придавивший Андрея Степановича, начал вставать. Пользуясь тем, что крохотная головка монстра попала в прицел, от души засадил по ней очередь. Тварь дёрнулась, когда веер пласталевых игл выбил ей пару глаз, однако это никак не сказалось на её активности. Под моим злым огнём, сделав шажок назад, покрывший с десяток метров, ксенос привстал на задних лапах и резко ударил одной из кос вниз.

Я глазам своим не поверил, когда увидел, как оно подняло нашего командира в воздух, только уже насаженного на остриё зазубренного острого когтя.

— Командир! — в отчаянии крикнул я ещё раз.

Но мне никто не ответил. Ляхов погиб.

— Командира задвухсотило? — спросил Олег.

Но я вместо ответа произнёс сухим надтреснутым голосом:

— Как старший по званию, принимаю командование на себя. Прикрывайте…

И, вместо того чтобы пятиться, стиснув зубы, я зашагал вперёд. Игл в коробе, закреплённом на спине, было ещё немногим больше десяти тысяч, но это около половины боекомплекта к пулемёту, но я не жалел их. Сейчас мы либо победим и что-то решим с этим, либо мне будет уже всё равно.

Карикатура на богомола и не думала проникнуться моим порывом и начать убегать. Напротив, живой танк, словно угадав мои намерения, по кратчайшему маршруту, двинулся прямо на меня.

Было ли это страшно? Пожалуй, но я не мог оставить смерть Ляхова не отомщённой. Это было самое малое, что я мог сделать для своего командира.

Очень скоро я оказался около своей цели. Титанического инсектоида уважительно огибали более мелкие сородичи. Товарищи отстали увязнув в рукопашной свалке, так что мы остались с громилой тет-а-тет. Вблизи было видно, что майору почти удалось успокоить врага навсегда. Всё массивное брюхо было покрыто воронками от попаданий его «Овода». Тяжёлый гаусс-пулемёт изрыгнул длинную очередь, расстреливая боезапас с умопомрачительной скоростью, но эффект того стоил. Гигант ещё не дошёл до меня, а я уже вскрыл несколько десятков повреждённых мест в биологической броне. Из ран хлестал тошнотворный ихор, а тварь беззвучно раскрывала жвала, с которых свисала густая слюна.

Ещё шаг, всего один шаг этих гигантских ходулей, и враг сможет нанизать меня в кидо на свою костяную косу рядом с телом Ляхова или для симметрии на другую. Но я не отступал. Убежать от такого большого существа — не вариант. Оно настигнет меня в несколько своих шагов. Поэтому нужно последовать примеру майора. Я продолжил своё наступление, «распиливая» неподатливую бронированную тушу, полосуя её очередями.

Умирать не страшно. Страшно жить в мире, где есть такие монстры.

Ещё один шаг гиганта, и стало понятно, если не я его, то он меня. Но и сейчас я продолжил вести огонь. Тогда, когда сам перестал верить в успех собственной затеи, у меня получилось.

После того как панцирь больше не мог выдерживать нагрузку давящих на него внутренних органов, раздался оглушительный хруст, и вся требуха, упакованная в брюхе гигантского монстра шмякнулась с высоты комом вниз, издав неаппетитные звуки. И всё бы хорошо, если бы часть из сплетения жил и кишок не упала прямо на меня. Выбираясь из-под тошнотворного завала, по связи я услышал крик Ивана:

— Губа? Ты где? Губа, не вижу тебя! Жив?

— Не Губа, а товарищ командир, — поправил я товарища. — Жив… Вроде бы даже не ранен.

Наконец, выбравшись, я увидел, как Олег хладнокровно расстреливает из своего карабина последних четырёхметровых инсектов, а Иван при помощи техномеча отпиливает голову оступившегося, но всё ещё трепыхавщегося гиганта. Здоровяк завершил свою мясницкую работу, и в тот же момент чудовище вытянуло лапы-ходули и затихло.

— Олег…

— Да, Кир?

— Взрывай дверь, пора убираться отсюда.

Парень легко убежал к двери и начал там возиться.

— Иван, помоги мне снять Ляхова с когтя.

Рыцари Титана не бросают своих. Ни живыми, ни мёртвыми. Я не собирался становиться первым, кто нарушит это железное правило.

— Ты ранен? — заметил я пластырь на ноге Гривы.

— Царапина, — легко отмахнулся он. — Кость и сухожилия в порядке. Только мясо пробили, а оно зарастёт. Кидо уже обеззаразил и залил всё клеем. Доберёмся до бота, Светик меня зашьёт и буду как новенький.

— Кидо тебе, похоже, ещё химии вкатил? — усмехнулся я. — То-то ты болтливый такой.

Иван фыркнул и взвалил тело командира на плечо. По гигантскому залу эхом прокатился мощный взрыв. Дверь-веко, преграждавшее обратный путь, разлетелось на миллионы брызг. Взрывчатки на него Кузнецов не пожалел, уродуя чужой корабль, но за это я на Олега был не в обиде, а скорей наоборот.

— Как мы пойдём к боту, если тоннеля больше нет? — спросил Иван.

— У нас есть взрывчатка, плазмомёт Ляхова и твой техномеч, — устало бросил я. — Если прохода не будет, мы его сделаем там, где нам будет нужно.

Когда мы вернулись в отсек с бородавками и полипами, я даже не удивился. Взрывать, прожигать и пилить ничего не пришлось. Нужный нам коридор был на прежнем месте, как будто никуда и не пропадал.

* * *

Наша группа прошла дезинфекцию в шлюзовой камере — стандартная процедура после высадки, чтобы не притащить никаких сюрпризов на борт с чужих планет. Встречавшая нас Светлана чутко, напряжённо ощупала меня взглядом и спросила:

— Как вы?

— Ляхов погиб, Грива ранен. Ему нужна твоя помощь.

— А ты? — напряжённо спросила.

— Устал…

Она занялась ногой Ивана, а я связался с пилотами. Они были уже готовы взлетать, и я не стал медлить, отдав приказ на немедленный старт.

На фоне, пусть и карликовой, звезды Траппист, даже такой большой и грозный корабль, как наш «Эгир», терялся. Связи не было из-за того, что крейсер от нас закрывала звезда. Для того чтобы связаться с крейсером, было необходимо обогнуть светило этой системы по безопасной орбите. Наш бот лёг на обратный курс к крейсеру.

В десантном отсеке было тесно из-за почти трёх сотен, спасённых трансгуманов, вытащенных нами из потрохов ксено-объекта. Наш бот не был рассчитан на такое количество людей на борту. Все системы маленького корабля, включая жизнеобеспечение, будут работать все несколько суток обратного полёта в форсированном режиме. Если хоть что-то пойдёт не так, экипаж наденет «Гоплиты» и долетит, но незапланированных пассажиров мы рисковали не довезти. Кроме того, спасённых диггеров нужно было как-то разместить и устроить. Обо всех этих проблемах голова должна была болеть у майора, но его больше нет. Ответственность легла тяжёлым грузом уже на мои плечи.

67. Нэша

Всё произошедшее буквально только что, всё ещё стояло перед моими глазами во всех красках. Нужно было снимать с себя «Гоплит», засучивать рукава и решать все проблемы, однако психологическая усталость была такой сильной, что, присев на металлическую лавку в десантном отсеке, я так и не мог себя заставить ничего делать. Просто сидел и молча, смотрел в серую стену, размышляя над тем, что мы уничтожили только один инкубатор с яйцами, но не встретили того, кто их несёт. А сколько этих кладок может быть спрятано по всему кораблю инопланетян? Ведь ксено-объект больше, чем наш «Эгир» раз в пятнадцать — шестнадцать, по самым приблизительным прикидкам.

Рядом со мной опустилась общительная Лис. Меньше всего хотелось, чтобы она начала сейчас что-то спрашивать и уточнять, но Уварова сняла шлем и тоже сидела подозрительно молчаливая. Возможно даже её пытливый и любознательный разум оказался перегружен впечатлениями, коих в обыденной жизни не получить.

Ко мне тихо подошла женщина-трансгуман с ребёнком лет трёх на руках. Та самая, в прямом чёрном платье, на которую я обратил внимание ещё там, в их пузыре-темнице. Она уже была отмыта и одета в свежий комбинезон. Ребёнок мало чем отличался от взрослых особей и был подозрительно молчалив.

Женщина тоже выглядела примерно так же как и все остальные диггеры, которых мы видели до этого. Единственное, что её отличало — выраженные женские формы, высокий рост и более крупное телосложение. Нет, она не была полной, скорей крупной и широкой в кости. Красивой её мог назвать только человек с весьма широкими взглядами. Редкие волосы на голове или их полное отсутствие у мужских особей в глаза не особо бросались. Мужчины чаще носят короткие причёски или бреют волосы под ноль, как, например, Иван или Олег. Но выбритая под ноль женщина обычно производит… Эм… спорное впечатление. Она что-то сказала, обращаясь непосредственно ко мне.

— Лис, чего она от меня хочет? — спросил я у ксенобиолога.

Но девушка не ответила. Повернувшись, я увидел, что она спит. Стоило мне закрыть глаза, как перед мысленным взором вставали тошнотворные картины, как выбирался из-под груды липких потрохов, или вижу, как веду огонь по инсектоидам практически в упор, а ихор разлетается брызгами. А эта спит! Однако! Крепкие же у этой девахи нервы!

Женщина снова что-то сказала. И тут мне пришла в голову мысль, поискать в вокс-сети переводчик эсперанто. Если ксенобиолог с базовыми знаниями этого языка смогла с ними объясниться, то почему бы мне не попробовать? Запрос подтвердил, что база языка имеется в сети. Я показал трансгуманке палец, призывая её подождать. Языковая база скачалась и распаковалась в считанные секунды.

Я набрал приветствие в своём мнемоинтерфейсе, получил перевод и устало, наверняка ошибаясь с произношением, зачитал его с экрана дополненной реальности:

— Салутон. Су ви волис ион?

— Салутон, — страшновато улыбнулась мне трангуманистическая женщина, показав редкие длинные зубы, — но видывал я вещи и пострашней. — Ми волис дири данкон.

Вокс сделал синхронный перевод: «Здравствуйте. Я хотела сказать вам спасибо.»

Набрал ответ. Не очень удобно, но взаимопонимание было достигнуто, а это главное.

— Не стоит благодарности. Это наша работа.

— Стоит, — уверенно сказала она. — Мой Род обязан вам жизнью.

— Мы сделали бы это для любых людей, — с усталым равнодушием ответил я. — Просто в этот раз это оказались вы.

— Это только увеличивает наш долг перед вами, — утвердительно кивнула она. — Мы уже не совсем люди. Моё имя Нэша. Я Хатан-Аба Рода Нэша. По вашему это означает «Уважаемая Мать», но мать в каждом нашем Роде только одна, поэтому можете меня называть просто Нэша.

Я улыбнулся. Путано, но кто я такой, чтобы спорить с чужими традициями и укладом? Общаться мне не очень-то хотелось, но лететь долго, почему бы не поговорить. Особенно если учесть, что у меня имелось несколько вопросов.

— Кирилл Губин, капитан-лейтенант космическая пехота, Российская Федерация, — устало представился я. — Можно просто Кир. У вас правят женщины?

— У нас никто не правит, Кир, — вновь страшновато оскалилась в улыбке Нэша. — Род — это семья. Все они вышли из моей утробы. Это мои дети.

— С семейными отношениями разобрались, — согласился я. — А кто правит планетой?

— Это очень просто. Каждая глава семьи придерживается закона, законы, — утверждает Совет Хатан-Аба.

— Матерей?

— Да…

Я почесал подбородок, начавший обрастать жёсткой щетиной. Надо бы побриться. В голове было пусто, на странные политические выверты трансгуманов мне было по большому счёту плевать. Внезапно трансгуманский ребёнок на руках у женщины потянул ко мне свои пухленькие ручонки. Не задумываясь, женщина передала мне свою ношу, а я на автомате принял неожиданно лёгкое и хрупкое тельце. Не зная, что делать с этим детёнышем, усадил его к себе на колено. Маленький пальчик обводил яркий красный ромб с изображённым на нём рыцарским шлемом. Мальчик выглядел почти как человек, при ближайшем рассмотрении.

— Как вышло, что вы стали… эээ… такими, как сейчас? Что случилось?

Хатан-Аба присела рядом со мной на лавку и заговорила.

Корабль с колонистами, предками диггеров, был отправлен с Земли, чтобы обеспечить выживание человечества на случай глобальной катастрофы или войны. Для заселения была выбрана перспективная планета в системе Траппист. Поначалу всё шло хорошо. Корабль долетел и совершил посадку. Была основана новая процветающая колония, но уже через одно поколение. Случилось вторжение роя Бина Ши, на планету.

Война вышла короткой, жестокой, кровопролитной и разрушительной. Немногочисленные силы самообороны колонистов были смяты и разгромлены, остатки гражданского населения вынуждены были уйти в природные неосвоенные системы тоннелей. Глубоко под поверхностью имелась небольшая научная база, приютившая остатки выживших.

Когда стало ясно, что ждать помощь от прародины бесполезно, они начали принимать меры, первой из которых стало генетическое преобразование и переделка имевшихся ИМП-ов в тяжело бронированные платформы, несущие на себе впечатляющий набор вооружения. ИМП-ы представляли собой бронированный боевой робот от пяти до двадцати метров, с интегрированными в него системами нейроуправления, связи, вооружения, жизнеобеспечения. Само слово «имп» произошло от аббревиатуры, расшифровывающейся как, индустриальная мобильная платформа.

— Кто такие Бина Ши? — задал вопрос я.

Оказалось, что это те самые инсектоиды, с которыми только что мы лихо рубились в тесных мясных отсеках ксено-объекта. Азур-Ксеносы — инопланетные существа, имеющие азурическую природу либо использующих А-энергию. Если трансгуманы диггеры были эусоциальной цивилизацией родового типа, то Бина Ши являлись эусоциальной цивилизацией роевого типа.

Иронично. Мы держались за свои традиции и человечность обеими руками, а земные колонисты, посланные Утопией в систему Траппист, чтобы выжить и победить в войне за новую родину по своей собственной воле, частично от этого отказались, уподобившись врагам настолько, насколько это только возможно.

Бина Ши оказались странными и чуждыми нам существами. Разнообразные по функциям и внешнему виду особи, управляемые коллективным интеллектом. Ключевым звеном их эволюции и размножения были некие почти бессмертные биологические ядра, управляющие и координирующие действия всего социума. Фактически они заменяли им то, чтобы мы назвали правительством. Развитые биотехнологии и природная азур-восприимчивость позволили им начать экспансию через миллион лет эволюции после зарождения их вида. Это чудовищно много.

Нэша говорила и говорила, синхронный перевод безэмоционально бубнил, а я и сам не заметил, как поплыл и отключился. Наверное, это было невежливо, но усталость взяла своё. Спустя какое-то время меня разбудила Светлана и отправила спать.

А через несколько недель наш десантный бот доставил спасённых трансгуманов на их планету, после того как им оказали помощь на «Эгире». Мы тепло попрощались с Нэшей, а ксено-объект с безопасного расстояния расстреляло посланное к нему звено штурмовиков.

68. Возвращение в реальность

Я открыл глаза. Некоторое время, силясь, вспомнить, где я и что вообще происходит. Через несколько секунд разум отошёл от яркой картины прошлого. Тело, лежавшее на полу, неохотно подчинилось. Я открыл глаза, и то, что я увидел, мне очень не понравилось.

Ви вскочила на стол и держала остро отточенный клинок своей сабли у шеи Хатан-Абы, а другой рукой сжимала рукоять длинноствольного револьвера, целясь из него в ворвавшихся в трапезную трансгуманов с короткими карабинами. Впрочем, воины Рода ей отвечали взаимностью.

— А ну-ка, верни небесного в разум, ля, — словно змея прошипела приказ Виториа. — Иначе твоему лядскому Роду потребуется новая мама…

— Твоя бросай оружия! — услышал я голос Зесса Гриви. — Наша не стреляй твоя, только из-за Звёздный Клятва быть! Но если твоя навредить Уважаемая Матерь, моя совсем убивай ваша!

Мне срочно требовалось вмешаться, но я опасался вскакивать, чтобы не спровоцировать никого на немедленные действия. Ситуация грозила выйти из-под контроля, так что принял решение действовать деликатно. А что я мог сделать?

— Я в порядке, младший офицер…

Ви скосила на меня глаза, не меняя позы.

— Будь добра, убрать оружие, чтобы не навредить нашим новым друзьям.

— Пусть ля они сами убирают! — заупрямилась ван дер Аристер. — Я уберу, а они меня застрелят!

— Наша убирай наши оружия первый! — крикнул от двери Зесс.

— Хорошо, — кивнула Виториа, опуская револьвер. — Хорошо…

Я с облегчением выдохнул и встал с пола, отряхнувшись, подал руку воительнице. Но та её словно не заметила, рывком вкинула саблю в ножны и изобразила нечто вроде реверанса, спрыгнув со стола.

— Приношу свои извинения…

И улыбнулась! Мне стало ясно, что она ни капли не сожалеет о произошедшем. И если это стало ясно мне, то существу, прожившему несколько человеческих жизней, а может, и несколько десятков, это должно быть и вовсе очевидно. Тем не менее Хатан-Аба даже в лице не изменилась, словно всё происходящее её не касалось, словно это не ей сейчас собиралась перерезать глотку моя спутница.

— Ты в порядке, Кир? — устремила она на меня взгляд своих необычных глаз. — Ты вспомнил, что значит быть Рыцарем Титана?

Я задумался. А ведь и правда вспомнил. Более того, эти воспоминания были такими яркими и насыщенными, словно всё произошло со мной только что.

— Ты поможешь нам?

Вопрос повис в воздухе.

— Вы видели моё воспоминание? — напрямик спросил я у Гриви.

— Видела…

— Значит, вы должны были видеть и мою законную жену Светлану. Видели?

— Конечно, очень красивая женщина, — непонимающе ответила мне Хатан-Аба. — Но какое это имеет отношение к делу.

Меня поражало то хладнокровие, с которым, она вела дела. Можно сказать, мы только что тут разобрались, что я перенёсся в какое-то невероятно далёкое будущее. Я ожившее ископаемое, блин! Это значит, что меня больше не связывает Устав, да и от Присяги я свободен.

Почему?

Да, просто всё.

Нет тут никаких Рыцарей Титана, корпуса космической пехоты и вообще ничего, что бы я знал. Назад в свой уютный домик, к своему мангалу на экоярусе одного из городов Титана, я больше не вернусь. Потому как в мой криптор забыли положить машину времени. Что для меня сейчас важно? Всего несколько вещей: моё выживание, выживание Светланы и наше дальнейшее благополучие. И не какое-то там абстрактное, а так, как я его понимаю. И чёрт меня побери, если я это не выполню. Плевать мне на Единство и чьи-то проблемы в нём. Ну и логика у тётеньки… Да… Странная. Пожалуй, что я и сам бы не отказался от помощи со стороны, а она просит помочь ей, мотивируя это тем, что я однажды уже помог, таким как она.

— Поймите меня правильно, — осторожно ответил я. — Я благодарен вам за то, что вернули мне часть памяти, но если вы видели мою супругу, то должны понимать, что её поиски для меня сейчас в наивысшем приоритете. Важней цели у меня сейчас нет. Я и младший офицер ван дер Аристер сейчас направляемся в Аркадон. Где я рассчитываю её найти. Да и что я могу один?

Хатан-Аба страшновато улыбнулась, обнажив редкие длинные зубы:

— Семья — это самое важное. Я иного от тебя Кир и не ожидала. Хочу тебе предложить отправиться всем вместе в Аркадон. Большим конвоем. Присоединяйтесь к нам.

Я заколебался. С самого начала мне хотелось отказаться. Ведь, в принципе, мы не обязаны дигам ничем, а вдвоём с Ви мы явно будем двигаться быстрей. Однако, судя по поведению моей воинственной спутницы, незадолго до этого, нас ждёт трудное и опасное путешествие. Вдвоём мы больше уязвимы, чем среди нескольких сотен дигов, из которых, по крайней мере, часть вооружена и умеет обращаться с оружием. Кроме того, среди них есть как минимум несколько Восходящих, что само по себе уже аргумент.

Я посмотрел на Виторию, но та сидела с абсолютно не читаемым выражением на лице. Лишь её губы были поджаты больше чем обычно. Однако понять, что это значило, я не смог. Ясно было только одно, что помощи от неё в принятии решения ждать не приходится.

— Значит, ты хочешь, чтобы я защищал вас, пока вы будете добираться до Аркадона? Я правильно понял?

Гриви пожала плечами, мол понимай как хочешь.

— В прошлый раз я не получил оплаты, кроме «спасибо» и непонятной метки героя вашего народа. Тогда я ни с кем и не договаривался, так получилось. Мы не могли пройти мимо попавших в беду. Сейчас же я сам в беде. У тебя есть что мне предложить?

— Я знала, что ты согласишься и не оставишь нас в трудном положении…

— Так. Стоп… Я ещё не согласился. Если нас устроит плата за наши услуги, — я покосился на Ви и заметил её лёгкий одобрительный кивок. — Мы подумаем ночь и на следующее утро дадим ответ.

Хатан-Аба пожевала морщинистыми губами.

— Что бы ты хотел получить в качестве оплаты? — произнесла она нехотя.

— Полную разблокировку моей памяти. — с затаённой надеждой назвал свою цену я.

— Это не в моей власти, — отрезала Гриви. — Проси другое.

— Тогда мне нужно усилиться. Руны?

— Свободных Рун нет, но я могла бы создать необходимые. Если вы мне дадите Руны-пустышки и Сущностные Ядра. — с достоинством ответила Гриви.

Я бросил взгляд на Ви. Моя спутница задумчиво кивнула.

— Отлично! — согласился я. — По рукам.

Мы принесли взаимные Клятвы с Хатан-Абой.

Суть их была проста. Я и Виториа клялись, что будем, не жалея себя, защищать Род Гриви и его имущество от нападок любых врагов до того как не попадём в Аркадон, со стороны дигов мы получали любую помощь, как если бы были усыновлёнными членами их Рода.

У меня была одна Руна-Пустышка бронзового качества, двенадцать аналогичных Рун классом ниже, и просто неприлично много Сущностных Ядер. Стесняться я не стал и выложил всё перед бронзовой Восходящей.

— Какие ты хочешь, чтобы я сделала Руны?

— Мне нужна Руна навыка, «Рунное Искусство» качество бронза и четыре Развития деревянного Качества, — прервался, посмотрев на Виторию. — Младший офицер, сколько тебе не хватает Рун Развития в атрибутах, чтобы перейти на следующую ступень Восхождения?

— Я не могу принять такой подарок…

— Брось, Ви. Может, нам завтра снова в бой вместе идти. Я заинтересован, чтобы ты была как можно сильней.

Ван дер Аристер снова на меня странно посмотрела, но я уже перестал пытаться разобраться в этих её взглядах.

— Шесть. — наконец выдавила из себя она.

— Значит, нам десять Рун Развития ранга «дерево».

— Остались две Руны-Пустышки…

— Гриви, это на твоё усмотрение. Можешь взять их в оплату за услуги, а можешь записать на них что-нибудь на своё усмотрение. Устроили бы какие-нибудь боевые заклинания, но я уже отчаялся их найти.

— Неудивительно, — страшновато улыбнулась Хатан-Аба. — На мусорном ранге таких нет.

Я кивнул, хотя знал, что это не так.

— Где мы можем лечь спать? — перевёл я тему разговора.

— Вы можете устроиться на ночь в общей зале, там есть свободное место на лавках, но я знаю, как хуманы не любят такого. Предлагаю вам остановиться пока в комнате для гостей, она возле бани.

Зесс Гриви нас проводил в пещеру, расположенную неглубоко под поверхностью. По пути он кидал гневные взгляды то на Ви, то на меня, но от комментариев воздержался. И хорошо. Так было лучше всего. Я настолько устал, что выдержать ещё один диалог со странноватыми трансгуманами не смог бы. Проводив нас, он удалился.

Я огляделся и понял, что тут было несколько пещер, скупо освещённых солнечными камнями. В самой большой из них был довольно большой бассейн с тёплой, даже горячей водой.

69. В пещерах

Ви была невысокой, и при первой встрече показалась мне крепко сбитой девушкой. Аппетитные формы и особенности её женственной фигуры было не скрыть ни красным кителем-топиком, больше похожим на старинную ливрею, ни комбинезоном, поверх которого ливрея и была надета, ни фиолетовой шинелью. Всё это она носила с лёгкой небрежностью, чувствуя себя в этом всём как рыба в воде. Форма сидела на ней, словно влитая, и я как-то не очень её себе представлял в отрыве от военной снаряги. Однако, как только моя спутница увидела каменную чашу с парящей горячей водой, она без предупреждения, не обращая на меня внимания, начала стремительно освобождаться от всего того, без чего я её себе не представлял.

Первой на полированный каменный пол упала широкая портупея с кобурой, подсумками и ножнами, за ними следом с шорохом полетела шинель, упала и красная ливрея. Я отвернулся в тот момент, когда Виториа, извиваясь змеёй, начала выползать из подбитого мехом лётного комбинезона.

Простота нравов у местных была просто потрясающая! Войдя в пещеру поменьше, я обнаружил внутри широкие деревянные лавки из надёжных, добротных, оструганных досок. Недолго думая, улёгся на одну из них и закрыл глаза, попытавшись отрешиться от происходящего и попробовать обдумать то, что вспомнил. Однако стоило мне опустить веки, как перед мысленным взглядом предстала обнажённая спина младшего офицера.

Неужели я настолько изголодался по женскому обществу, что не могу ни о чём другом думать, кроме этого?

Я сел на скамье и снял с себя верхнюю одежду. Этим помещениям больше бы подошло название баня. Да, она отличалась от того, к чему я привык. Остро вспомнился запах берёзового веника и разогретой древесины брёвен сруба. Однако назначение этих пещер было очевидным. Диги используют их как баню или даже древнеримскую терму.

В большой пещере отфыркивалась и повизгивала от удовольствия Ви. Поразмыслив, я решил, что присоединюсь к ней. Раз её ничто не смущает, то почему меня должно?

Скинув с себя одежду, я проследовал к бассейну, намеренно обойдя его и спустившись в воду, подальше от бойкой белокурой матерщинницы. Пар, поднимавшийся от горячей воды, скрывал её от меня, оставляя только самое общее представление о том, что происходит с той стороны в тусклом полумраке. Естественно, что очки с функцией прибора ночного видения остались на лавке.

Я намылился и окунулся, а когда вынырнул на поверхность, то увидел, как ко мне, поднимая фонтаны брызг, кролем подплывает Ви. Доплыв до борта бассейна, она упёрлась в него руками и попросила:

— Будь добр, дай мыло, небесный.

Я передал требуемое, задумавшись, что буду делать, когда невеликие запасы таких необходимых, но привычных вещей, делающих жизнь приятной, у меня, закончатся.

— Держи. Виториа, — ответил я ей, стараясь чтобы голос звучал ровно, — Не было времени и не поблагодарил тебя. Ты рисковала из-за меня всем, когда угрожала Хатан-Абе. Спасибо.

Она молча намыливала свои длинные пшеничные локоны, под бархатистой кожей девушки перекатывались натренированные мышцы. Невольно залюбовавшись их игрой, неожиданно для себя отметил, что она не плотно сбитая, какой показалось мне на первый взгляд, а просто натренированная. Об этом красноречиво говорил мускульный рельеф.

— А ты подарил мне шесть Рун Развития, — легко ответила она. — И снял алгурина, который нам всем чуть не доставил проблем.

— Алгурина? — непонимающе переспросил я. — Это ещё кто?

— Тот наездник на тауро с татуировками на лице, — пояснила Ви. — Он и есть алгурин.

— Виториа, ты не объяснила ничего. Алгурин, что это значит?

— Ну как бы это такой народ — алгуры. Они пасут тауро в степях вдоль побережья Отравленного Океана. Это ещё считается сумеречными землями, но там очень близко вечная ночь, и из Отравленного Океана то и дело что-нибудь вылезает, — начала рассказывать младший офицер. — Их воинственные кланы кочуют вслед за стадами по очень опасным краям, периодически воюют с ночными тварями и между собой за лучшие пастбища. Всю жизнь проводят в седле своих белых тауро. При такой опасной жизни в суровых условиях выживают только самые сильные. Поэтому все, кто появляется из Прибрежных степей в наших краях, считаются опасными воинами и прекрасными наездниками на тауро. Видел, какой он ловкий и как метко стрелял?

— Конечно…

— Я сама в него первого стреляла, но промазала три раза. Очень опасные типы. Тебе с него выпала Руна-Навык Верховой езды?

— Да.

— Повезло тебе…

Я расслабленно облокотился о борт бассейна, погрузив большую часть тела в горячую воду. Тело расслабилось и гудело каждой натруженной мышцей.

— С белыми тауро тоже повезло, — заявила Ви, продолжая тему разговора. — Это особая порода. Здоровая, живучая, сильная, плодовитая, и мясо у них очень вкусное. Их всех можно хорошо продать. Даже хромого. Зря ты окорок дигам отдал. Хватило бы им и информации.

Я прикрыл глаза, пропустив замечание мимо ушей. У спутницы была возможность договариваться, но она предпочла, чтобы это сделал я. Пользуясь её хорошим настроением, решил получить больше информации.

— Ещё один вопрос.

— Чего уж ля. Давай, — великодушно бросила мне распаренная Ви. — Задавай свои вопросы, небесный.

— Мы взяли в плен офицера королевского флота Арминума. Почему его не допросили на месте, а потащили в город. А нас с тобой оставили добираться. Что в этом фрукте такого важного?

— Как ты сказал? Ха-ха… Фрукте? Ха-ха-ха, — звонко рассмеялась она. — Фрукте… Нужно будет запомнить! Да уж! Тот ещё фрукт ля. А чего не овощ? Офицер ван дер Брюква!

Она ещё несколько минут хохотала, прежде чем успокоилась, а потом я допустил ошибку, ответив на её вопрос:

— Нет… Ну ты чего? Овощем называют людей, который не может или не хочет для себя что-то делать.

— Почему? — ухватилась Ви за мою фразу.

— Ну как, — не сразу нашёлся я. — Таких людей приходится «поливать» и «окучивать». Поэтому они и овощи.

— Окучивать? Ха-ха-ха! — она снова захохотала.

Шутка была не смешная, но Ви и не думала останавливаться. Что это защитная реакция психики, мне было откуда-то известно. Подобные реакции в стрессовой ситуации, вообще помогают справиться с дискомфортом, служа такой своеобразной разрядкой. Смех без причины в тревожные или грустные моменты, может быть воспринят странно и неоднозначно. На самом деле Ви не испытывала каких-то очень уж положительных эмоций. Скорей, это она таким образом пыталась защититься от творящегося вокруг кошмара. С точки зрения психики, если ты улыбаешься или смеёшься, то вокруг всё не так страшно, как тебе кажется на первый взгляд. Смех, пусть даже такой, порождённый нервной реакцией, способствует выходу из стресса, снижая нагрузку на психику.

А стрессовых моментов с нами приключилось хоть отбавляй: схватка с Ордой ургов, перестрелке с алгурами, гибель товарищей по отряду, наше бегство верхом на тауро через снега… Вариантов не много. Или истерика, или смех. Так что, пусть уж лучше смеётся.

Я усмехнулся и снова подначил, когда Ви уже было начала успокаиваться:

— Так почему офицер ван дер Брюква так важен?

Я не ошибся. Она снова залилась смехом.

— Ты… Ха-ха… Ты такой… Ха-а-хах! Смешной ты, небесный! Ха-ха! Офицер Брюква! Ха-ха!

Когда эхо звонкого смеха начало затихать под пещерными сводами, спросил её снова:

— Флотский из Арминума. Почему его взяли в город, а не тебя?

— Потому что, небесный, — вдруг посерьёзнела Виториа, — Сведения, которыми он располагает, могут оказаться ценней и важней, чем моя и твоя жизни.

— Что это за сведения такие?

Я слегка напрягся, но постарался скрыть это за напускной ленью.

— Да как тебе сказать? Я и сама ничего не знаю и ни в чём не уверена, но, скажи, тебе не кажется странным, что мы его прихватили прямо около стойбища ургов? Подозрительно ведь…

— Думаешь, что это он их подговорил?

— Кого? Ургов? — Виториа задумалась. — Я не знаю. Мне вообще урги никогда не казались интеллектуальными ребятами. Не тянут они на единую силу. Их много, да, но они всегда действовали разрознено, а ни, как сейчас, единым кулаком. Если Арминум договорился с ними или ими управляет — нас ждёт очень долгая и тяжёлая война.

70. Ночная беседа

— Арминум… Этот другой город. Почему у Аркадона с ним плохие отношения? — попытался разобраться я. — Они же ваши соседи и находятся примерно в такой же ситуации, как и Аркадон. Правильно?

— Правильно, — легко согласилась со мной Ви. — Арминум контролирует часть торгового пути из Империи Трёх Древ в Круг Жизни Грусандриса.

Я вспомнил, что в шатре Кронка видел карту, и вызвал её снимок на своём мнемоинтерфейсе для наглядности. Вверху на условном севере карты, располагалась граница Малого Круга Жизни Грусандриса. На далёком юге карта заканчивалась у границ Империи Трёх Древ. Арминум на карте тоже нашёлся, и он действительно стоял на пути из Империи Трёх Древ в Аркадон.

— Так в чём проблема? — не понял я.

— Проблемы никакой нет, просто Арминум хочет контролировать весь торговый путь. Раньше, ещё задолго до рождения моего пра-пра-прадеда крылатая кавалерия Аркадона защищала купцов и караваны на всём протяжении торгового пути. — спокойно объяснила Виториа. — Пока в Арминуме не поселились иланы. Их предков согнали с насиженного места кочевники алгуры. Они считают себя прямыми потомками Кел и возводят свои династии к одному их благородных Созвездий, но если их кровь так чиста, как они сами утверждают, то почему их не взяли в Вечность?

— Погоди… Ты мне потом расскажешь про чистоту крови, — улучил я паузу, чтобы направить разговор в нужное мне русло. — Мы остановились на том, что алгуры пришли в Арминум. Что произошло потом?

— Они не умели приручать гиппоптеров, поэтому они построили несколько воздушных кораблей, и сами начали предоставлять защиту от ночных тварей, монстров, пиратов, разбойников и кочевников.

— Так, а что же крылатая кавалерия Аркадона? — спросил я, уже догадываясь о причинах вражды. — Неужели так это оставили?

— Какое там! — развеселилась ван дер Аристер. — Кавалеристы сожгли несколько летающих калош.

— И?

— Началась война…

— И?

— Что «и»? — равнодушно спросила Ви.

— Кто победил?

— Да никто. Аркадон на месте, с Арминумом тоже ничего не случилось. Война то затихает, то разгорается снова, но не прекращается насовсем. Мир между двумя городами едва ли возможен.

— Ещё вопрос…

Виториа остановила меня жестом.

— Хватит вопросов, небесный. Потри мне спину и давай спать. Сегодня мы с тобой подписались на самую настоящую авантюру. Мыться и спать в безопасности нам, может выпасть ещё не скоро.

Я открыл глаза и упёрся взглядом в выдающийся крепкий бюст с напрягшимися сосками. Организм на подобные виды среагировал немедленно и однозначно. Чтобы не было видно моей естественной физиологической реакции, поспешно взял кусок мыла.

— Поворачивайся, — сказал и сам удивился тому, как внезапно сел мой голос.

— Угу…

Это было ошибкой. Как только она повернулась ко мне спиной и чуть вышла из воды, виды на женственную фигуру младшего офицера открылись такие, что сдерживать себя, стало совсем уж сложно. Собрав все остатки самообладания в кулак, я быстро намылил ван дер Аристер спину, касаясь нежной бархатистой кожи и изнывая от желания обладать этой женщиной. Закончив с нехитрой процедурой, я, отвернувшись от неё, вылез из бассейна и начал вытираться. Немного успокоившись, намотал полотенце на бёдра, бросил плещущейся девушке что-то невнятное вроде:

— Спокойной ночи…

И ретировался к своей лавке, устраиваться на ночь. Я задремал и даже увидел сон. Связь между Роем Бина-Ши, Родом Диггеров и местом моей прошлой службы. Наш экипаж тоже был живым существом. Тело этого существа составляли служившие в нём люди. Наши правила и традиции были разумом и памятью этого существа. И, естественно, мы были верны ему. Как может быть левая нога неверна голове или правой руке? Мне уже казалось, что я вот-вот пойму нечто важное, прикоснусь к какому-то очень глубокому пережитому опыту. Не хватало совсем немного времени, как меня из состояния трансцендентальной мудрости выдернул металлический скрежет.

В Единстве я уже привык спать с оружием, поэтому однокаскадный гаусс-пистолет оказался в моей руке даже раньше, чем я проснулся. Хорошо ещё, что не выстрелил, потому что это была Виториа ван дер Аристер во всей красе. То есть, совершенно нагая с ворохом своего барахла в руках. Из тюка свисала портупея с ножнами. Это они скребли по камню. Она абсолютно не смущалась наготы в моём присутствии, чего нельзя было сказать обо мне. Убрав пистолет, я поспешил отвести взгляд от соблазнительных очертаний обнажённой женственной фигуры.

— Я такая страшная? — насмешливо спросило меня Ви.

Просто согласиться с ней, и этим завершить разговор не позволило наличие у девушки сабли, та хоть и покоилась сейчас в ножнах, но я прекрасно знал, что выпорхнет на волю за долю секунды. Есть древняя мудрость, звучащая так: у кого оружие тот и решает кто тут красивый. Кто я такой, спорить с древними мудрецами?

— Почему? — сонно ответил я. — Ты очень привлекательная девушка.

— А ты на меня, — не маскируя обиду в голосе, заметила Ви, — внимание совсем не обращаешь…

Бывают моменты, когда нужно побыть одному и совершенно не хочется разговаривать, но ван дер Аристер моя соратница, с которой мы уже побывали в бою, и неизвестно, как наша жизнь может сложиться дальше.

— Почему же, очень даже обращаю, но не показываю этого…

— Почему? — заинтересовалась девушка, устроив свои вещи на соседней лавке.

— Потому что я женат. — признался я.

— Глупости какие, ля, — фыркнула младший офицер. — Ты сильный мужчина и Восходящий. У тебя может быть столько женщин, сколько пожелаешь. Или твоя жена такая ревнивая, что ты её боишься?

Я улыбнулся подначке Ви.

— Нет, — ответил я. — Не боюсь. Просто у нас так принято.

— Как принято?

— После того как мы венчаемся, — спокойно ответил я. — Мы храним друг другу верность.

— Кир, я понимаю, что у небесных людей какие-то свои особые традиции там, где они живут, — запальчиво возразила Ви. — Но сейчас ты здесь, в Единстве. Тут другая жизнь и уклад другой. Кроме того, я никому не скажу, если ты болтать не станешь. Для меня это вообще мезальянс, хоть ты и рыцарь…

— В Единстве или нет, кем я буду после того, как поступлюсь своими принципами? — спокойно возразил я. — Кто меня будет уважать после того, как я сам утрачу уважение к себе? Извини, это я буду знать. Этого вполне достаточно.

— Кир, может, мы завтра погибнем лютой смертью! — воскликнула ван дер Аристер. — Так почему бы не взять от этой ночи всё сполна?

— Нет, я сказал. Давай спать.

— Да пошёл ты…

Она, повозившись, устроилась на своей лавке, накрылась своей кавалерийской шинелью и обижено засопела. Потом вроде бы пошмыгала носом, вероятно, жалея себя. А я ещё долго лежал, заложив руки за голову, вспоминая Светлану. Верней, перебирал те немногие мимолётные мгновенья, что мне удалось вспомнить. Она была очень красивой женщиной, но самое главное то, что она была моей. Увы, как я надеялся, но больше ничего припомнить про неё не удалось. Однако после того, как я уснул, мне приснился странный сон.

Теперь я точно знал, что любил побыть в одиночестве. Во сне я гулял по лесной тропке, вдыхая запахи хвои и слушая пенье птиц. А потом вышел к тихой лесной речке, устроившись на берегу, долго смотрел на воду, присев на поваленное дерево. Когда мне этого хватило, я собрался возвращаться домой, но лес за спиной оказался чужим и мёртвым. В нём больше не пели птицы, не стрекотали насекомые и не шумела листва. Лишь голые деревья тянулись к небу густого лилового цвета, в центре которого мрачно сиял Трон Вечности. Дальше я шёл между мёртвыми деревьями с обугленной и сорванной местами корой.

Куда?

Прочь из этого гиблого места.

Зачем?

Чтобы вернуться домой, к своей супруге.

Почему?

Это долг мужчины — возвращаться, даже если очень тяжело. Даже если хочется лечь тут и тихо сдохнуть.

Сон был тягучим, тяжёлым и закончился бестолково.

Меня тормошили за плечо.

— Кир… Да проснись, небесный!

— Виториа, мы, кажется, уже всё обсудили! — прорычал я.

— О Творящая! Какой же ты можешь быть нудный и несносный! — патетично воскликнула она. — Вставай, принцесса! Тревога, ля! Лядский форт атаковали лядские урги!

71. Урги

Мутное, далёкое мерцание Кругов Жизни на небосводе Единства сейчас мне напоминало не свет звёзд, а брошенную комом новогоднюю гирлянду. Из моего рта вырывались облака пара. Трескучий сухой морозец щипал за щёки и нос. Погода стояла ясная, и видимость была отличной.

Мы с Виторией стояли плечом к плечу на стене и прекрасно видели, что по почти гладкой равнине на нас надвигается. Это была масса всадников на тауро издалека казавшаяся монолитной и несокрушимо-однородной.

— Так кто первым стрелял? — снова спросила Ви. — Вы начали вести огонь или они?

— Они метать стрелы в наша наблюдатель… Все, кто на стене быть, стрелять и попадать. Вон ихняя.

Метрах в ста от стены действительно валялось несколько трупов ургов и тауро.

— Они за ваша придти! — обличающей дланю указал мне в грудь Зесс. — Ваша перевести к наш дом ихняя!

Я повернулся к нему всем корпусом и выпятив нижнюю челюсть, ответил:

— Ну ты-то Восходящий, сам подумай! Много вокруг удобных перевалов, чтобы преодолеть горы?

— Одна быть перевал…

— Сами они через него перебежали, а форт ваш стоит как бы не на пути у их орды! Вот, мы-то тут при чём?

— Сама они пузо греть в долина! — не согласился диг-воин. — Ваша разворошить и разозлить, ихняя. Поэтому ихняя здеся так быстро. Наша бы успеть уходить, если бы не ты и твоя бабёнка!

— Это ля как-то грубо сейчас было, — заметила ван дер Аристер. — Я ля шевалье, вообще-то.

— Твоя у себя в Поднебесная Аркадон шевалье, а здеся…

Заметив, как дёрнулась рука Ви к эфесу сабли, я рявкнул:

— Так, стоп! Унялись все! Зесс, если не наша новость о грозящей угрозе, это ты бы сейчас лежал и пузо чесал, а урги прихватили бы тебя тёпленьким…

Трансгуман набрал в грудь воздуха, чтобы мне возразить, но я не дал ему это сделать, продолжив свою мысль:

— … И сожрали бы! Давайте решать, не кто виноват, а что делать!

Повисла тишина. Я окинул взглядом форт, чтобы лишний раз убедиться, что укрепления далеко не в лучшем состоянии. Из хорошего — мы находимся на высоте, естественной или искусственной, неважно. Вал обложен камнем, его продолжением выступают стены и башни. Из плохого — всё это находится в плачевном состоянии. Вал и стены выглядят вполне себе целыми, но вот защитный ров и башни… Ров превратился в небольшую оплывшую канаву, не способную сдержать серьёзного штурма, ни даже хоть сколько-нибудь надолго задержать нападающих. Башни торчали в небо, будто гнилые зубы в десне трёхсотлетней ведьмы, словно памятник расхлябанности и беспечности дигов.

Несколько десятков трансгуманов занимались тем, что пытались закрыть ворота. Толстый металлический диск двигался, но в час по чайной ложке, что было совсем неудивительно: паз, по которому он должен был катиться, давно зарос землёй. Сейчас низкорослые диггеры суетились вокруг диска с лопатами и ломами вполне привычного для меня вида. Что они там делали, было понятно — расчищали от земли канавку, по которой должен был закатиться в противоположную стену неподъёмный диск, чтобы намертво запечатать проход внутрь.

На стене устанавливали монструозный пулемёт с вращающимся блоком стволов, естественно, тоже огнестрельный, как и всё стреляющее оружие, что я уже увидел у диггеров.

— Зесс, а почему бы станину с этим пулемётом не установить на той башне? — задал я внезапно возникший вопрос.

— Тама всех пулемётчиков убивать. Нет зубцов.

— А мешки есть?

— Что? — не понял меня трансгуман.

— Мешки, — пояснил я. — Давай наберём в них песка и обложим гнездо.

— Мешки есть, — растерянно сообщил мне Зесс. — Песок нет.

— Нам сейчас всё равно, что в них насыпать. Можно землёй просто набить или камнями. Главное чтобы тяжёлые были и защищали пулемётчика.

Трансгуман сорвался с места. Уже через минуту заметил его отдающим приказы и реорганизовывающим работу.

— Ты куда, небесный? — спросила меня Ви. — Тут будет всё самое интересное.

— Искать себе позицию, на которой буду наиболее эффективен, — ответил я под аккомпанемент поскрипывающего под ногами снега. — Ещё минут десять, и я уже смогу открыть огонь.

— Далеко ещё… Только боеприпасы изведёшь.

Я дёрнул плечом и направился к ближайшей разрушенной, но достаточно высокой башне.

— Постой! — остановил меня женский голос.

Обернувшись, я обнаружил Хатан-Абу рядом с Ви. Говорить ничего не стал, просто вскинул вопросительно бровь.

— Я сделала вам Руны…

Открыв свою Скрижаль, я получил их.

Руну-навык «Рунное Искусство» качество «бронза», четыре Руны-Развития, как и заказывал, деревянного ранга. Их я вкинул в недостающие звёзды, чтобы догнать Атрибут Разума, до ранга бронзы. Две Руны, ставшие для меня бонусом, я глянул только мельком.

Руна-Навык Язык Диггеров (дерево)

Руна-Навык Таранный Рывок (дерево)

Знание языков — это хорошо. Знание языков — это правильно. Знание языка — это полезно, хотя бы тем, что не придётся больше слушать тарабарщину Зисса, можно будет нормально пообщаться. Осталось выжить, чтобы воспользоваться этим.

Таранный рывок — это что-то боевое. А боевое в Единстве может понадобиться вообще в любой момент, но изучать и имплантировать сейчас я ничего не стал. В общем-то, и думал я уже на бегу. Возле руин башни подпрыгнул, зацепился за остатки перекрытия этажа, легко подтянулся и встал на уцелевшем куске пола. Проделал все манипуляции ещё раз и добрался до намеченной уцелевшей площадки, на ней залёг. Разложив сошки АКГ-12, прильнул к прицелу.

Урги… Не хотелось их разглядывать, но пришлось. Нужно понять, кто ими командует, но для меня это оказалось неочевидным.

Похожие на животных существа оказались неплохими наездниками. Их нижние конечности, поросшие густым мехом, были вывернуты коленями в обратную сторону, что делало их походку нелепой и подпрыгивающей. Однако, как ни странно, эта их физиологическая особенность нисколько не мешала им держаться в сёдлах.

Тёмно-коричневые и чёрные тела ургов покрытые подобием доспехов, невообразимыми лохмотьями и плохо выделанными шкурами, сливались с чёрной шерстью их тауро, а все вместе они составляли неумолимо надвигающуюся на форт угрожающую, монолитную массу дикой орды. Топот копыт их могучих скакунов был подобен перекатам грома. Они не кричали, а даже если бы что-то и вопили, это было бы бесполезным занятием. Сколько не вопи, а несущуюся с гор лавину переорать не получится. Это занятие заведомо обречено на провал.

Я прицелился и пропел себе под нос:

— Уж ты Порушка-Параня, ты за что любишь Ивана?

Задержав дыхание, нажал кнопку инициатора стрельбы. Все иглы попали в цель. Промазать мимо плотного построения было невозможно.

— Эх, да я за то люблю Ивана, что головушка кудрява! — продолжил я напевать себе под нос, внезапно вспомнившуюся песенку.

Ещё одна очередь — и опять несколько далёких фигурок слетели с сёдел и покатились под копытами тауро.

— Я за то люблю Ивана, что головушка кудрява, что головушка кудрява, а бородушка кучерява…

Очередь. Очередь. Очередь. Очередь.

И снова всё в цель. Я скосил не меньше десятка, но верховые урги этого словно и не заметили, накатывая на форт волной.

— Что головушка кудрява, а бородушка кучерява…

Вновь АКГ-12 выплюнул несколько злых очередей, и снова я не промахнулся. Но тауро всадников не замедлились, а продолжали мчаться во весь опор вперёд.

— Кудри вьются до лица, люблю Ваню — молодца! — подвывал я куплет старой песенки.

И снова выпускал очереди, пока магазин не опустел, а на корпусе карабина не замигал огонёк индикатора.

— Кудри вьются до лица, люблю Ваню — молодца! — сменил я магазин и приник к прицелу.

И вовремя! Только с виду казалось, что урги не заметили потерь. Ещё как заметили! В меня обманчиво медленно с гудением летел огненный шар размером с футбольный мяч. Не дожидаясь, когда он долетит, я спрыгнул на этаж ниже и, присев на колено, выпустил ещё веер игл по накатывающей волне рогатой кавалерии.

72. Штурм

Файрбол врезался в башню, моментально сообщив камню свою температуру. С шипением испарились снег и лёд, превратившись в облачка пара. Выругавшись, я снова приник к прицелу, стараясь засечь Восходящего среди наступающей кавалерии. Хорошо бы снять их до того, как они подъедут к форту. Тогда они смогут бить прицельно, а этого лучше не допускать. Дигов около трёх сотен, может, чуть больше, но это неточно, а боеспособных транесгуманов и того меньше. Тогда как наступающей на нас кавалеристов от трёх до пяти тысяч, по самым приблизительным подсчётам.

Урги все были одинаково отвратительны. Особенно мерзкими были их рожи. Под козлиными рогами был расположен узкий лоб, почти сразу переходящий в массивные надбровные дуги. Вытянутая вперёд морда заканчивалась клыкастой пастью. Голова сидела на плечах так, словно шеи совсем не было. Было в них что-то козлино-крысиное.

Диги вот вроде тоже совсем не красавцы, но при этом не производят такого сокрушительного, отталкивающего впечатления. Просто они другие, к этому нужно немного привыкнуть, притерпеться, пообвыкнуться. И нормально. Я уже не делаю разницы между ними и обычными людьми.

Урги же несли в себе черты химероидных существ, как к такому привыкнуть можно, я не представлял. При одном виде их гадких рож рука тянулась к оружию. Да, в их облике было и много человеческого, но удивительным образом из-за этого карикатурного сходства они казались ещё отвратительней.

Восходящего среди этой дикой орды мне обнаружить не удалось, и я расстрелял ещё один магазин. Уже можно было бить прицельно, и я перевёл режим огня на одиночный, начав стрелять, метил в покатые лбы ургов. Промахов почти не было, ответный файербол полетел в меня почти сразу. На этот раз я засёк место положение Восходящего, и выстрелил по нему навскидку, но промахнулся, так как в меня запустили ещё один огненный шар. Чтобы не зашипеть, как снег на раскалённых камнях, мне пришлось спрыгнуть и пробежаться по стене к дигам, замешкавшимся с установкой пулемёта.

Мой Атрибут Тела был уже на бронзовом уровне, поэтому я, взвалив на спину тяжеленную станину, вволок её на уцелевшую площадку разрушенной башни. Гнездо уже укрепили мешками с песком. Пока я бежал обратно к своей позиции, пулемёт уже начал стрелять, оглашая окрестности злым басовитым перестуком. Нарастающий топот быков уже заглушал почти все без исключения звуки, лишь оглушительный пулемётный и ружейный огонь, которым огрызнулись со стен, перекрывал всё.

Добравшись до разрушенной башни, я крикнул:

— Виториа, держись поближе!

Она что-то прокричала в ответ, передёргивая затвор своего болтового карабина, но я не расслышал, пробежав дальше. Найдя себе место, присел на одно колено и приник к прицелу.

Урги пустили быков по кругу, теперь попасть в них стало куда как сложней. Но самое страшное, что они всё ближе и ближе подбирались к стенам. У многих из них были луки и арбалеты. Ещё немного, и они пустят их в ход. Я открыл огонь, а сам мысленно перебирал свои Руны и возможности. Мне бы что-то массового воздействия заиметь, тут бы оно пригодилось как нельзя лучше. Увы, ничего такого у меня не имелось.

Со стороны скачущих по кругу всадников внезапно вылетела длинная льдина, более всего напоминавшая ледяное копьё. Стремительный полёт заклинания оборвался в груди одного из дигов, зачем-то поднявшихся на стене. Бедолага улетел с криком боли куда-то вниз. Я даже не успел посмотреть, что с ним стало, так как наконец-то снова увидел Восходящего ургов.

Он был широк в плечах и высок, на его рогатой голове было что-то вроде остроконечного шлема. Как он только нацепил его? С такими изогнутыми рогами это нетривиальная задача для инженера. До меня не сразу дошёл простой и кристально ясный факт. Шлем был заклёпан непосредственно на его голове! Ни сказать, ни прибавить нечего. Суровые парни эти урги.

Для верности я переключил карабин в режим автоматической стрельбы и выпустил несколько коротких прицельных очередей. Попал, но не совсем туда, куда целился. Веер игл срезал тауро. Рядом прокричала что-то матерно-восторженное ван дер Аристер, передёрнула затвор и выстрелила вслед моим очередям. Не знаю, попала или нет, потому что в следующий момент мне стало не до того.

Скачущие по кругу тауро рассыпались, и многие из них во весь опор поскакали прямо на нас. Всадники раскручивали для броска верёвки с крюками. Откровенно говоря, для меня это стало полным сюрпризом. Карабкаться на стены под огнём по верёвке. Эти парни знают толк в извращениях. Взяв прицел, я снял одного, второго, третьего, а четвёртый метнул «кошку», зацепившуюся за кромку стены двумя зубцами.

Дальше произошло сразу несколько событий почти одновременно. Виториа, сноровисто примкнула к своему карабину штык, готовясь встретить штурмующих в ближнем бою.

Прогудевший рядом с нами двоими огненный шар попал в гнездо, сложенное из мешков с песком. Я не видел, что произошло со стрелком, но пулемёт захлебнулся.

Увы, именно в этот момент на карабине засветился индикатор, сообщивший мне, что боезапас израсходован, а Восходящего упускать было нельзя. Эдак он своими файерболами мне тут всех длигов-защитников перещёлкает! Быстро активировав Скрижаль, я выбрал Руну Алого Шипа.

Эх! Всего одна секунда! Надо было вкладываться во время действия. Я истратил шесть капель Звёздной Крови, а с моей руки сорвался тонкий и зловеще алый тепловой луч. Руна ушла в откат. Поначалу мне показалось, что ничего не получилось, однако уже в следующую секунду Восходящий ургов с явно читаемым удивлением на морде, развалился на две неравные половины, как и ещё несколько камрадов, скакавших следом за ним.

Я сильно высунулся из-за зубца стены и был наказан за это. Метко пущенная стрела прилетела мне аккурат в пласталевую кирасу. Не удержавшись, неловко растянулся на стене.

Виториа, скинув капюшон, склонилась надо мной.

— Жив?

— Только местами, Ви!

— Давай поосторожней, а то мы набрали совместных обязательств, я не готова справляться с ними одна! — жёстко усмехнулась в ответ она.

А дальше нам стало не до разговоров. Над кромкой стены показалась морда урга, в которую Ви тут же ткнула штыком. Морда исчезла, раздался дикий крик, который мы едва расслышали в общем гвалте битвы. Нас было не так чтобы и много. Каждый боец прикрывал два-три метра стены, а урги лезли как сумасшедшие. Пришлось призвать Зирдиновое копьё и помогать отражать атаку, так как Ви перестала справляться уже на третьем штурмующем. И не потому, что она как-то не так действовала или мешкала, просто количество врагов превышало её возможности Восходящей.

Похоже, что мы справились и сняли всех Восходящих до того, как урги полезли на приступ. По крайней мере, пока мы с Виторией отбивались от наседавших ургов, не встретили ни одного, да и заклинаний больше не было. Они лезли, получали удар штыком или копьём и падали под стену. Перерубить верёвки не получалось, так как к крюкам предусмотрительно были приварены цепи, а снять и сбросить сам крюк, пока на нём висела гроздь совсем нелёгких, карабкающихся, будто обезьяны, врагов, никак не получалось.

В какой-то момент я подумал, что всё. Мы проиграем. Потому как в нескольких местах на нашей стене уже забрались урги, и бой шёл на самой стене. Диги уступали ростом врагам, но дрались с не меньшей свирепостью, а иногда и с большей. Виториа также разила неприятеля не только своим штыком и саблей, но и матюгами, нанося не только раны физические, но и душевные.

Копьё в моих руках словно жило собственной жизнью. Честно говоря, я пересмотрел своё отношение к этому примитивному оружию, внезапно оказавшимся адекватным ситуации уже в который раз. Мощные атаки издалека, как правило, достигали своей цели, потому что старался наносить уколы неожиданно в неудобные для противников моменты и места. Мы могли бы так ещё долго продолжать, но врагов становилось всё больше и больше.

В какой-то момент мы оказались с Ви, стоящими плечом к плечу, за нашими спинами был двухметровый провал внутрь разрушенной башни, а на нас наседали урги. Единственное, что играло против них, то что они могли наступать на нас только по двое — трое. Однако такое шаткое равновесие не могло продолжаться долго.

— Зря ты вчера отказался! — рассмеялась Ви полубезумным смехом.

Её лицо было забрызгано кровью. От вчерашней соблазнительницы не осталось ровным счётом ничего. Передо мной предстала беспощадная богиня войны. Я начал прикидывать, как нам выпутаться из этого дерьма, а если не получится, то хотя бы подороже продать свои жизни.

73. Бой на стене

Вновь начал отбивать злобный ритм восьмиствольный пулемёт, буквально за минуту или чуть больше, выкосивший врагов на стене. Я и Виториа, издав радостные воинственные вопли, перешли из глухой обороны в яростную атаку, не давая ургам вновь захватить инициативу. Откровенно говоря, это было уже не так чтобы и важно, потому что злой рой пуль опрокинул волну наступавших рогатых уродов, выбивая фонтаны крови, смешивая их тела со снежной кровавой кашей.

Виториа взялась за свой карабин, я последовал её примеру. Мы принялись стрелять со стены в спины, отступающим врагам. Но те, кто на штурм не пошёл или не успел, прикрывали их паническое бегство из луков, но несмотря на, дождь из стрел, мы всё равно собрали кровавую жатву, хоть и не такую обильную, как могли бы. Поминутно к нам присоединялись диги, поднимавшиеся на стену, снимавшие и сбрасывавшие кошки в ров, занимавшие оборону, поддерживавшие огонь из карабинов.

Враги вновь пустили своих тауро по кругу. Да, их до сих пор было больше, чем защитников форта, однако численность рогатых заметно поубавилась. Теперь этот кавалерийский хоровод не производил того удручающего впечатления, что в самом начале. Кроме того, наш огонь, хоть и не такой точный из-за быстрого движения целей, продолжал собирать кровавую дань. Конечно, не последнюю скрипку в этом адском оркестре играл вновь начавший молотить пулемёт.

Самое страшное во всём этом было то, что урги и не думали отступать. Дикая скачка, топот тауро, шум битвы и запах крови, похоже вводили их в состояние исступлённого боевого безумия. Мне удалось уловить момент, когда только появились первые метатели крюков, и срезать их Руной Алого Шипа. Снизу раздался исступлённый, кровожадный вой рогатых уродов.

В этот момент мне стало ясно, что мы основательно влипли в уже проигранную осаду. Выйти из боя мы не могли, пока под стенами замка эти дикари. С каким бы исходом ни закончилось это сражение, мы неизбежно должны проиграть.

Почему?

Да потому что за то время, пока мы разбираемся с этим передовым отрядом, из Долины Двадцати Дев подойдёт подкрепление. Они даже сейчас считают себя сильней дигов, и не без основания, надо сказать. Сколько в Роде Гриви боеспособных бойцов? Двести? Триста? В то время как козлоногих миллионы. Когда же к авангарду, обломавшему зубы о крепкий орешек форта, подойдут подкрепления из долины, взять этот брошенный форпост станет для них делом чести и времени.

Что сказать?

Урги пришли захватить Поднебесный Аркадон, Род Гриви подвернулся им совершенно случайно, как и мы с Ви оказались в этом форте благодаря стечению обстоятельств, но, похоже, что погибать нам придётся всем вместе в самое ближайшее время. Страха не было. Я и так, слава Богу, прихватил лишку, вместо того, чтобы погибнуть вместе с остальными в Логове Имагно. Расстраивало только то, что не успел выполнить задуманное. Как же это глупо всё!

Я занялся набивкой магазинов, когда наступило временное затишье. Вроде бы гигантский запас игл к АКГ-12 таяли с прямо-таки фантастической скоростью. Ещё неделя или десять дней таких вот интенсивных боёв, и мне придётся кидаться в противников камнями, чего хотелось бы избежать категорически.

Из раздумий меня вывел толчок локтем вбок от привалившейся рядом к зубцу Витории.

— Смотри, ля! — восхищённо выдохнула она. — Это что ещё такое?

— Ничего не понятно, — честно признался я. — Но очень интересно.

Во дворе действительно было на что посмотреть. На ровной площадке, что я принял за плац, суетились несколько дигов, а дальше и вовсе произошло маленькое чудо. В «плаце» с явно слышимым металлическим скрежетом открылась щель, и чем больше она открывалась, тем яснее мне становилось, что никакой это не плац, а люк, из которого появилась сначала голова и плечи, руки и туловище, а затем и ноги гигантского робота.

— Имп, — обескураженно произнесла Ви. — Ля-а-а-а… У грязекопов всё это время был имп!

Поражённый, не в силах придумать, чтобы цензурного сказать, я выдавил из себя.

— Имп…

— Ага… У них был лядский имп. Представляешь?

То, что этот робот боевой, было ясно с первого же взгляда. Громоздкие, человекоподобные формы, которые казались ещё более неуклюжими из-за пусковой ракетной установки на спине. Толстые руки и ноги, пропорциями и близко не напоминали человеческие, заканчиваясь мощными трёхпалыми клешнями. Кроме ракетной установки, из груди импа торчало несколько раструбов, не могущих быть ничем, кроме стволов оружия.

Про импов я уже слышал, в прочитанном с печати воспоминании, которое мне показала Хатан-Аба. Но вот увидеть вживую пятнадцатиметровую боевую машину… Имп впечатлял. Впрочем, зрелище мне не мешало продолжать заниматься набивкой магазинов. Кроме того, я решил не использовать больше гаусс-пистолет, расходовавший тот же тип боеприпаса, что и карабин. Достал из криптора портупею с револьвером, взятую в качестве трофея на перевале, и застегнул её на поясе.

Ви покрутила в руках оружие, изучила его, прицелилась, взвесила на руке, откинула барабан и выдала свой вердикт:

— Это «Головорез» М2 — стандартный флотский револьвер. Производится в лядском Арминуме. Крепкий и надёжный, но тяжёлый. В случае чего можно в кого-нибудь кинуть им. — она нервно хохотнула своей сомнительной шутке и продолжила, вернув мне револьвер. — Сохранит боеспособность, даже если хранить его в яме с помоями и не чистить годами. Хороший выбор для вспомогательного оружия.

Я взглянул на захваченный в бою револьвер другими глазами. Крупный калибр (приблизительно одиннадцать миллиметров) и неприхотливость — очень хорошее сочетание качество для оружия. А точность боя проверю в намечающемся штурме, если понравится, буду использовать. Однокаскадный гаусс-пистолет, штука удобная, но он подождёт в крипторе, пока я не решу вопрос с боеприпасами.

Пока мы сидели и отдыхали на стене, к нам подбежал чумазый трансгуманский ребёнок. Кто это был мальчик или девочка, определить не удалось, да в общем мне и не была важна гендерная принадлежность этого Гавроша. Ребёнок передал сообщение с ещё более жутким акцентом, чем Зисс, что меня ждёт Хатан-Аба. Мы с Ви переглянулись и пошли встречаться с уважаемой матерью.

Та ждала нас возле ноги боевого робота и была разодета в явно очень качественные, а потому дорогие меха.

— Кир. — приветствовала она меня. — Вот и ты.

Я молча кивнул и посмотрел на неё. Усталость после боя ещё не отпустила, меньше всего мне сейчас хотелось вежливо расшаркиваться. Моя вежливость заключается в том, что я только что проливал за Род Гриви и Хатан-Абу кровь, только по счастливой случайности не свою, а вражескую.

— Зисса серьёзно ранили.

— Это печально, — ответил только потому, что нужно было что-то сказать и пожал плечами я. — У меня есть кое-какие медикаменты, могу попробовать посмотреть, что с ним. Но без гарантий. Я не целитель.

— Увы такова война, — согласно кивнула Гриви. — Спасибо за предложение, но это не потребуется. Я уже наложила на него Руну исцеления.

— Хорошо. — кивнул я в ответ, хотя чувствовал только утомление.

— Зачем ты нас позвала, Гриви? — довольно резко спросила Виториа. — В любой момент может начаться новый штурм, мы нужней на стене.

— Не вас, а только Кира, — мягко парировала выпад моей спутницы Хатан-Аба. — Кир, мой пилот сейчас ранен и спит. Кому-то нужно управлять импом.

Я кивнул и выжидающе посмотрел на Уважаемую Мать.

— У тебя есть опыт управления техникой через нейроинтерфейс. Ты умеешь управлять кидо.

— Да, — я пожал плечами и согласился. — Похоже, что умею.

Смысла отпираться не было. Она видела часть моей памяти.

— Пилот импа управляет машиной посредством нейрошлема.

Снова начала рассказывать про своего боевого робота Гриви.

— Большая и хорошая машина, наверное, — кивнул я. — Только никак не пойму, зачем мне знать всё это.

— У неё нет пилота ля, — подсказала мне ван дер Аристер. — А попросить у тебя напрямую она или не может, или не решается.

Задрав вверх голову, я посмотрел на огромного импа, стоявшего металлической статуей на площадке подъёмника, потом перевёл взгляд на Хатан-Абу.

— Не решаюсь, — призналась она, глядя мне в глаза. — Вы двое сейчас номинально члены моего Рода, но импами уже несколько сотен поколений не управлял никто, кроме диггеров. Это традиция.

Я взял на себя смелость продолжить её мысль:

— Ты сейчас думаешь: какой смысл во всех этих традициях, если мы все сегодня погибнем?

— Кир, я хочу, чтобы ты стал пилотом моего импа! — словно бросаясь со скалы в воду, сказала Хатан-Аба.

74. Субличность

Поначалу я не совсем понял это отчаянье, которое Хатан-Аба транслировала невербально, но потом припомнил, что диги очень долго живут. Если срок жизни разумной особи измеряется сотнями лет, по идее всё их общество, культура и быт должны быть пронизаны гласными и негласными традициями. У любой светлой стороны неизбежно должна быть и тёмная. Традиционность — это не всегда плохо. Ведь именно традиции, большие и малые, связывают общество иногда прочней, чем писаные законы. И зачастую традиции негласные важней.

Но в обычном человеческом обществе традиции хоть и важны, но они могут трансформироваться, прерываться, забываться или развиваться. Сменится два-три поколения, и оттого, что в прошлом все мужчины семьи были традиционно военными, напоминает только техномеч, висящий на стене в гостиной. А что должно происходить с традициями в обществе долгожителей? Правильно. Они должны зреть, жить, крепнуть, и в итоге закаляться до булатного звона, приобретая силу неписанных законов.

Осознав всё это, я, откровенно говоря, засомневался, стоит ли мне хотя бы пробовать влезать в кокпит боевого робота. Вдруг у дигов имеется и на этот случай какая-нибудь традиция. Например, каждый пилот импа обязан совершить ритуальное самоубийство после того, как снимет нейрошлем.

— Гриви, почему никто из твоей семьи не подходит? — задал я вопрос, интересовавший меня больше остальных. — Почему именно я? Я вижу вокруг много дигских мужчин…

— Ты не знаешь всего о нас, Кир. Это долгая беседа, а сейчас у нас мало времени. Это сейчас урги отступили, потому что ты, Зисс и шевалье ван дер Аристер убили их Восходящих. Сейчас они решат, кто из них вправе вести остальных за собой, может, подерутся между собой и снова перейдут в атаку, — перебила меня Хатан-Аба. — А тебе ещё нужно провести нейросопряжение и настроится на субличность импа.

— Так, — пространным жестом, остановил я этот словесный фонтан. — Не торопи меня. Я хочу знать. Постарайся объяснить мне в нескольких словах.

Гриви посмотрела на меня своими необычным глазами и, видимо, решилась.

— Мой народ утратил технологию производства когиторов, поэтому лучшие воины на исходе своей жизни становятся субличностями импов. Кроме того, мы выводим воинов в ограниченном количестве. Для защиты всей колонии от опасностей хватает от нескольких до нескольких десятков особей. Они улучшены генетически от рождения, и их можно сделать Восходящими со временем, — внезапно успокоившись, ответила Хатан-Аба. — Мы сейчас ни с кем не воюем. Зачем нам избыток воинов? Учитывая твою повышенную агрессивность, опыт боевых действий и когнитивную активность — ты подходящий кандидат.

— А если ля учесть, что ты нас связала Звёздной Клятвой, — едко вставила Ви, — то и вовсе идеальный. Если ты это называешь «не воюем», я боюсь представить, что в твоём представлении лядская война.

Уважаемая Мать кивнула и согласилась:

— Да, это тоже говорит в пользу того, чтобы предложить место пилота Киру.

— Очень удобно, ля. И детишками своими рисковать не нужно! — возмущённо воскликнула ван дер Аристер.

Пока две женщины не поскандалили, я поспешил дать ответ:

— Хорошо. Я согласен. Что мне нужно делать?

А что ещё я мог ответить? Имп — это высокотехнологичное оружие. При всём моём уважении к дигам-долгожителям, сумевшим сберечь свой народ, образ жизни и культуру на протяжении тысячелетий, сами они впечатление воинов не производили. Сейчас же вопрос касается нашего общего выживания. Выведу их из Мёртвого Леса в Аркадон, распопрощаюсь с Родом Гриви и займусь своими делами. Сейчас важно просто выжить, как это ни странно, но, похоже, самое безопасное место сейчас в рубке управления боевым роботом.

— Нужно занять место в кокпите импа, надеть шлем и сделать так, чтобы субличность боевого робота тебя приняла.

— Хорошо.

С моими Атрибутами Тела забраться по скобам на пятнадцатиметровую высоту проблем не составило. Люк оказался открытым. Заняв место в кресле пилота, я нацепил на голову нейрошлем. Минута темноты и тишины меня не обеспокоила. Может, так всё и, должно быть. Когда же я начал подозревать, что имп мне выдали неисправный, меня ослепила вспышка, и в голове прозвучал грозный металлический голос:

— Киу алиа ви эстас?

— Привет. Ты субличность? Я новый пилот. Ситуация критическая. Нужно срочно провести нейросопряжение.

— Киу алиа ви эстас? — задал мне тот же вопрос голос, но в этот раз добавил. — Ви идиото! Фориру кай нэ ревену. Жи эстас странга лингво пор гранда милитисто киел ми!

— Сам ты дурак железный! — разозлился я. — Послушай…

Однако я себя обнаружил сидящим в кресле с кастрюлей нейрошлема на голове, а это своё «послушай» я уже сказал в пустоту. Несколько секунд, я просто злился, а потом начал думать, что делать дальше. Бросив шлем болтаться на жгуте проводов, я активировал Скрижаль. Пробежав взглядом по Рунам, размещенных в кругах, вложенных один в другой, быстро нашёл нужную и коснулся её.

Руна Языка (Диггерский).

Вид: Руна-Навык.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови (безвозвратно).

При активации обучает начальному Знанию Языка Диггеров. После активации Руна исчезает.

Время действия: одноразовая.

Требования: Атрибут Разум не ниже 5.

Для верности я посидел ещё немного, чтобы точно вся база распаковалась, и снова надел нейрошлем. Минута тишины и темноты, снова знакомая вспышка, металлический голос.

— Снова ты⁈ — пророкотал он на языке дигов. — Зачем ты меня отвлекаешь от моих размышлений⁈

— Привет. Я твой новый пилот. Можешь обращаться ко мне Кир.

— Новый пилот? — грохнул имп. — Хуман?

— Эээ… Ну да. Я человек, — ответил я и постарался сразу объяснить, пока он меня снова не отключил от нейроинтерфейса. — Меня попросила Хатан-Аба Гриви стать её пилотом импа. Вот я здесь. Давай побыстрей проведём нейросопряжение. У нас под стенами форта большой отряд ургов.

— Всегда есть орда ургов или какой-нибудь звёздный монстр! — прикрикнул на меня имп. — Это не повод допускать к управлению мной недостойных!

— Меня выбрала Хатан-Аба, как самого достойного, — возразил я и пригрозил. — Если ты не прекратишь мне мешать, я отключу тебя.

— Болван! — свирепо рявкнул металлический голос. — Я субличность! Без меня имп превратиться в груду металлолома! Если бы ты хоть на каплю представлял, с чем имеешь дело, то знал бы это! Пилот и имп должны подойти друг другу, только тогда мы сможем двигаться и воевать! И ты МНЕ не подходишь!

Если бы всё дело происходило в реальности, а не в мнемоинтерфейсе, то, наверное, от этих диких воплей у меня бы зазвенело в ушах.

— Я управлял кидо, напрямую без помощи когитора, — ответил я. — Имею громадный опыт в этом. С гражданским импом, на который навесили парочку пушек, тоже как-нибудь управлюсь.

— На гражданский имп⁈ — снова заорал на меня субличность. — Это я-то гражданский⁈ Я был ВОИНОМ, до того как ты начал ходить под стол пешком!!!

— Ну сейчас ты ведёшь себя, как ссыкливая бабка из дома престарелых. В том, что я сражался в те времена, когда по родной планете дигов ходили первые импы, можешь не сомневаться! Об этом говорит Печать Героя, которую на меня поставила Хатан-Аба Нэша. Гриви во мне не сомневается…

— Гриви бестолковая баба! Увести свой Род в Мёртвый Лес может только идиотка! Но ты не врёшь, — вдруг задумчиво пророкотал имп. — В нейросопряжении нельзя лгать.

Я хмыкнул в ответ.

— Тогда ты знаешь, что я сказал правду про ургов. И всё равно проявил трусость.

— Я не трус! — рявкнул на меня имп. — Я ВОИН!

— Тогда почему ты стремишься избежать сражения? — терпеливо спросил я.

— Потому что мой пилот Зисс Гриви. — язвительно проскрежетал металлическим голосом имп.

— Не хочу тебя расстраивать, но Зисс серьёзно ранен в только что закончившемся бою. Гриви дала ему анестезию, так что лежит твой пилот и смотрит мультики, — ответил я. — Если мы не разгоним ургов, нам всем крышка. Ты воин, я воин. Вроде разобрались, давай уже закончим нейросопряжение, а то ведь и правда может оказаться поздно.

— Хорошо… Давай посмотрим, что из этого получится! — грохнул он.

На меня, пребывавшего весь диалог в темноте, обрушилась яркая картина мира. Я перестал чувствовать своё тело. Теперь я был больше, сильней, стремительней, и у меня было новое тело гигантского металлического воина.

Я попробовал почувствовать себя нового. Сделал маленький шажок. Получилось, но словно я был новорождённым.

— Болван! — раздался металлический голос импа. — Ты и есть новорождённый! Наши личности слились воедино, образовав симбиоз!

— Ой… Хоть ты помолчи…

Второй шажок, третий… Как бы чего не разнести и не задеть. Я стоял и ходил, правда, при этом неслабо так покачиваясь, но прогресс имел место. С каждой секундой новое тело ощущалось всё лучше.

— Это называется нейронное сопряжение, болван!

— Сам дурак! — парировал я.

75. Имп

— А ты, короткоживущий мотылёк-однодневка! — громогласно уязвил меня металлический голос импа. — Как тебя только Хатан-Аба пустила за управление такой всесокрушающей машиной, как я⁈

— Всесокрушающей и скромной, — едко добавил я. — Застенчивый, скажи, как нам выбраться за периметр стен? Я боюсь кого-нибудь затоптать, пока осваиваюсь с управлением.

— Болван! — рявкнул имп. — Какой же ты болван!

— Сам ты дурак! Ты же знаешь, что я не знаю твоих возможностей.

Пришлось напомнить гадскому импу, стараясь не думать о том, как неуклюже двигается эта громадина.

— Я всесокрушающая машина. Я вершина военной мысли и чудо инженерного гения, — похвастался имп в своей громогласной манере. — У меня есть датчики! И у меня есть карта местности. И я могу прыгать. Мы можем просто перепрыгнуть стену форта.

Умозрительно соотнеся высоту боевого робота и стен, я решил поискать другой вариант. Диск из неизвестного сплава, служивший воротами, был достаточно велик, чтобы выпустить импа.

— Хорошо, — проскрипел имп, читавший мои мысли в режиме нейросопряжения. — Прыжки перенесём на следующий раз.

На мнемоинтерфейсе к картинке, транслируемой с визуальных сенсоров, вспыхнула карта, наложенная на реальную местность. Я увидел всё в форте: коридоры, галереи на стенах, башни и даже пулемётное гнездо. Я двинулся к воротам уже уверенней, чем пару минут назад.

Откатить многотонный диск, освобождая проход, для бронированной туши боевого робота, оказалось совсем несложно. Напротив, главной трудностью оказалось не переусердствовать с дикой силой синтетических мышц и не раскидать по камням замок, словно тот был сделан из песка. Очень медленно и осторожно я передвигал механизированные конечности многотонного тяжеленного импа и потихоньку вышел. Остановившись, также аккуратно закатил диск на место и, наконец, отошёл от укрепления на безопасное расстояние.

— Хоть ты и мотылёк, однодневка, а всё же не совсем и болван! — грохнул имп.

— Не совсем болван? — спросил усмехнувшись я, изрядно утомлённый этими необоснованными наездами. — И, возможно, болван тут не я?

Со стороны железного… болвана… Не-е-е-ет… Эта субличность на меня определённо плохо влияет.

— Я «не плохо» на тебя влияю. Верней, совсем не влияю, — поправил меня собеседник. — Я и есть ты. С того момента, как я дал тебе доступ к своим системам, мы стали едины. Может, конечно, ты не совсем болван, но пока не похоже!

Я согнул в колене и поднял правую огромную ногу и поставил её на место, проделал то же самое с левой. Присел, раскорячившись, всей металлической тушей, но встал вертикально, без каких бы то ни было проблем. Не справился с инерцией и чуть было не завалился вбок. Пытаясь найти опору и принять более устойчивое положение, массивное тело повело, но несколько шагов в сторону вернули мне равновесие.

— Болван! — прорычал металлическим голосом имп. — Если ты упадёшь, мне ничего не будет, а ты можешь травмироваться и даже погибнуть. Ты хочешь умереть, мотылёк-однодневка?

— Тьфу на тебя, — беззлобно отмахнулся я от импа, — Чего-нибудь хорошего, сказал бы лучше. Анекдоты знаешь?

— Конечно, — притворно сладким голосом согласилась субличность, — Весёлые истории — это мой основной профиль. Слушай одну: Давны-давно, в некотором царстве-государстве, одному болвану, Хатан-Аба Гриви доверила самую совершенную боевую машину в истории своего вида, а залётный мотылёк-однодневка вывел имп за ворота форта и убился! Потому что был болваном. Это весьма насмешило ургов, прискакавших на тауро и собиравшихся всех убить и съесть. Да так развеселил, что они отказались от людоедских планов и ушли в свои бесплодные ночные пустоши за Чёрной Пастью. Хоть бурчали голодные животы, зато все они пребывали в прекрасном расположении духа. Как тебе моя история?

— Тебе бы книги писать… Нет, я серьёзно. Закапываешь свой талант в землю.

Но после упрёка стало даже немного неудобно, что урги видят мои пьяные шатания. Я прошёлся, немного пробежался, присел ещё раз, пару раз подпрыгнул. Имп был довольно неуклюжим. Огромное тело всё больше ощущалось своим. На ловкого бойца он, конечно же, не тянул, однако всё компенсировалось неутомимостью, всесокрушающей, прямо-таки чудовищной силой и колоссальным количеством брони. Вот из-за брони чувствовалась постоянная инерция, но в принципе, нормально. Привыкали и не к такому.

Немного освоившись с управлением, я пошёл на чёрную кляксу рогатой кавалерии ургов, отошедших от стен на расстояние, где их уже не доставал пулемётный огонь. Я видел их, они видели меня. Не могли не видеть. Не заметить шагающего пятнадцатиметрового боевого робота, не услышать его тяжёлую поступь, смог бы только покойник. Чем больше сокращалось расстояние между мной и врагами, тем больше я ощущал это чужое искусственное тело: встроенные в руки меч и щит; помимо этого, в правом запястье был вмонтирован крупнокалиберный пулемёт, в груди робота утоплены два огнемёта и скорострельная автоматическая пушка. И артиллерия, и пулемёт использовали снаряды, приводимые в движение порохом.

Судя по всему, диги не только технологию создания когиторов утратили, но и многое другое. Тем не менее этого бортового арсенала мне должно хватить, чтобы разогнать кавалерию в любом количестве. Ведь сейчас я начну их убивать, а в ответ импу им противопоставить-то и нечего. Восходящий, наверное, смог бы, но и то не всякий.

Имп приближался к врагам, словно декларация неотвратимой смерти. До моего слуха донеслись злобные вопли, но в них слышалась паника тем чаще, чем ближе я к ним приближался.

Я сконцентрировался на автопушке и на экране дополненной реальности тут же появилось перекрестье прицела, в углу побежали данные о расстоянии, картинка приблизилась, обрела точность.

«Огонь!» — отдал мысленный приказ я.

По телу импа распространилась приятная вибрация. Это автопушка послушно изрыгнула очередь с отсечкой в три снаряда. Так как я и заказывал. Двадцатимиллиметровые разогнанные болванки пронеслись сквозь строй, калеча и убивая тауро и их рогатых всадников. Животные трубно замычали, урги заорали, а я продолжал надвигаться на них, сгибая правую руку в локте, чтобы та встала в позицию для стрельбы.

Когда начали молотить спаренные зенитные пулемёты, урги бросились врассыпную, но тщетно. Сбежать от пули очень сложно. Спрятаться, укрыться — это да, а перегнать ещё ни у кого не получилось. Мы косили их десятками и сотнями, производя опустошение в рядах врагов. В какой-то момент я понял, что отряд ургов рассеян и в беспорядке отступает. Хотя нет это было уже паническое бегство.

— Жалко расходовать боезапас, — сообщил я импу. — Непонятно, сколько нам за этот форт воевать. Давай попробуем ближнее оружие.

В ответ на мои слова я почувствовал, как имп задрожал. Не от страха и не внешне. Так передалось мне его эмоциональное состояние, что-то напоминавшее возбуждение… И восторг?

— Хорошо, мотылёк однодневка, — прорычал металлический голос в моей голове, — Давай покажем этим ургам, что такое настоящая необоримая сила!

Невольно этот его восторг и упоение битвой передались мне.

«Громкоговоритель!» — оформился мысленный приказ в моей голове.

— Познайте ярость и боль! — пророкотал инфернальный голос импа над полем боя.

Внезапно я чётко и ясно понял, что это не его, а наш голос.

— Познайте смерть! Познайте месть! Во славу Рода!

Меч выдвинулся из правой руки, и с удивительной точностью его лезвие попало по одному их всадников, расплескав его кровавыми брызгами по белоснежному савану. Мы преследовали панически бегущих врагов. Они скакали во весь опор, а имп даже на бег не перешёл, просто нагонял их, бодро шагая по снегу.

Урги в отчаянии метали в боевого робота стрелы и копья. Всё тщетно, примитивное оружие отскакивало от прочной брони, не в силах оставить даже царапину. Несколько из врагов пытались влезть по скобам в кабину. Но всё тщетно. На одного из них мы наступили ногой, перенеся на неё многотонный вес. Второй был ловок, словно бабуин, но мы его поймали рукой. Поднеся его к одному из визоров на шлеме, мы сжали трёхпалую клешню. Убедившись, что враг после этого не выживет, мы бросили тело, превращённое в кровавый ком, с пятнадцатиметровой высоты вниз.

Мы преследовали врагов до самого перевала. Многие разбежались, но со многими мы расправились. Этот отряд ургов соберётся вместе и станет боеспособным ещё не скоро. Выжившие же… Выжившие будут рассказывать страшные истории о великом металлическом демоне, вселяя в сердца неприятелей панический ужас. Мы дали шанс Роду Гриви.

— Шанс? — прорычал имп, — Шанс на что? На что это ты намекаешь, мотылёк однодневка?

— Я не намекаю. Род Гриви должен покинуть эти места.

— Почему⁈ — агрессивно прорычала субличность, — Зачем⁈ Давай им противопоставим мою необоримую силу и низвергнем их!

— Нам не выстоять в одиночку против всей орды…

— Болван! Ты ещё не понял? В твоей руке сжат праведный, непобедимый меч возмездия! Эти рогатые твари нам не соперник.

Я чувствовал, насколько вымотана человеческая составляющая нашей составной личности, в то время как субличность рвалась в бой. Это было не удивительно, ведь только во время битвы он и жил по-настоящему.

— Смотри, — навёл я один из оптических сенсоров на далёкий форт. — Что это там происходит?

76. Обманный маневр

— Ты видишь то же, что и я, болван! — снова громогласно обзывал меня имп. — Отсюда не видно, что там происходит.

— У носорога плохое зрение, но при его массе, это уже не его проблемы? Тоже мне, несокрушимое орудие возмездия, — позволил я себе шпильку в его адрес. — Отошли-то не далеко, а уже ничего не разобрать.

— Мы у самых гор! — возмутился мой визави. — Мы и форт видим только потому, что, поднялись немного выше!

— Много дымов. Что там у них? — не обратил внимания на жалкие оправдания я. — Мы же разогнали ургов…

— Только болваны считают себя умней врагов! — громыхнул металлический голос, — Вдруг урги нас перехитрили⁈

Пришлось признать правоту импа и что было сил торопиться. Ну как «что было сил». Силы было немерено, но моё умение управлять огромным боевым роботом оставляло желать лучшего. По ходу я ощущал, как мои движения подправляет субличность. Улавливая мысленные приказы, имп исполнял их, налету исправляя ошибки пилота. Мне никогда не доводилось управлять техникой с продвинутыми когиторами, по крайней мере я о таком ничего не помню, но в силу специальности немного в этом разбирался. Субличность, если вынести за скобки дрянной характер и то, что подойти может не любой пилот, была лучше любого когитора.

Оно конечно, может, не все ещё недостатки я выявил, слишком уж мало мы общаемся, но и достоинства очевидны: имп имеет собственное мнение, как самое обычное разумное существо, а потому он может принимать решения вне жёстких рамок поставленной задачи. По той же самой причине импы способны реагировать на раздражители, постоянно меняющуюся ситуацию на поле боя и принимать нестандартные решения. Несмотря на то что имп ругался, обзывался и прямо заявлял, что я ему, как пилот не подхожу, характерами мы сошлись, смогли действовать сообща и даже достигли некоторого успеха.

Да, это не было боем. Мы разогнали дикарей, однако я при этом не упал, не убился, стрелял, махал мечом и попадал, а значит задача выполнена, что смело можно считать успехом и победой.

Имп быстро возвращался, сотрясая тяжёлой поступью всё вокруг. С гулко бьющимся сердцем я вывел боевого робота на небольшой пригорок и увидел, что творится около замка. Непроизвольно пересохло горло. Со стороны Мёртвого Леса подошёл ещё один отряд. Не было чёткой картинки. Уверенно сказать кто там, под стенами, было нельзя, но кто ещё, если не урги? Подробностей не было видно, но количество врагов впечатляло.

Однако я уже мог с уверенностью сказать, что одна из башен форта горела весёлым жёлтым пламенем.

— Нам нужно поторопиться, — заявил имп. — Это ты виноват в том, что мы так удалились от форта, болван.

Я, и так бывший на взводе, огрызнулся:

— Вот сразу видно, что ваши предки примешали в ваш код крысиный геном…

— Почему? — громыхнул имп.

— Да так. Это я о своём. Не обращай внимания, — спокойно ответил я. — Кто меня призывал продолжать преследование? Кто в одиночку хотел противостоять всем ургам сразу?

— Я боевой робот, а ты мой пилот. Мне положено таким быть. Вдохновлять тебя.

— Угу… Без вдохновляльщиков как-нибудь справился бы, — буркнул я, продолжая идти. — Ты не подбадривать меня должен, а помогать. Быть мне щитом и мечом!

— Ты хочешь, чтобы я был твоим щитом, мотылёк-однодневка? — прозвучал металлический голос импа, в котором я услышал нечто большее, чем просто насмешку.

— Да, — ответил я, — Ты будешь моим щитом, моей защитой, моим оружием и вместе мы одержим победу. И давай без этих твоих штучек.

Имп замолчал, его металлический голос перестал звенеть в моей голове, словно он переваривал мои слова. Радуясь внезапно образовавшейся паузе от громогласных замечаний попутчика, я повёл боевого робота к форту со всей возможной скоростью. Я старался не обращать внимания на то, что имп больше не комментировал мои действия. Вместо этого он просто выполнял мои приказы с молчаливой точностью, не забывая подправлять мои ошибки.

Идти по недавнему полю боя мало удовольствия. Особенно если по нему раскиданы трупы, которые ты недавно сделал сам из живых существ. Ещё недавно тут было шумно из-за гвалта битвы, а сейчас стало тихо. Только дрейки хлопали крыльями и щёлкали клювами. Стоп… Дрейки? И тут я понял, что знаю это слово благодаря банкам памяти импа.

Существа, рвавшие на части мёртвых тауро и ургов, внешне напоминали земных птерозавров. Этих крылатых доисторических ящеров я не раз и не два видел на изображениях и не думал, что мне когда-нибудь доведётся их лицезреть воочию. Они были довольно крупными, самые большие из них едва ли уступали в размерах гипоптерам.

Тела дрейков были покрыты грубыми волосами, а размах крыльев достигал нескольких метров. Этим крупным падальщикам сейчас было где разгуляться. Пиршественный стол был приготовлен и накрыт для них мной лично. Острые прямые клювы с игольчатыми зубами и серповидные когти, словно самой природой предназначены были для расклёвывания и разрывания падали.

Агрессивные твари в основном поднимались и кружили над гигантским импом, некоторые из них — даже имитировали атаку. Однако были и такие, что обожрались и раздулись до такой степени, что только беспомощно хлопали крыльями и прыгали, не в силах подняться в воздух.

Несмотря на спешку, я успел приметить нескольких особей, содержащих Звёздную Кровь, причём одна из них была на моём, бронзовом уровне. Благодаря банкам памяти импа я теперь знал, что Звёздная Кровь приводит к значительным мутациям. Употребляя в пищу растения и животных, содержащих Звёздную Кровь, дрейки, увеличиваются в размерах, становятся гораздо сильнее и нередко получают какие-либо необычные способности.

Что же… Теперь я знал, куда я отправлюсь на промысел Звёздной Крови, когда решу свои проблемы.

Чем ближе мы подходили к форту, тем ясней становилось, что защитники пока справляются. Но среди атакующих есть, по крайней мере, один Восходящий, не дающий заскучать обороняющимся. Время от времени в сторону стен летели огненные стрелы, явно бывшие ничем иным, как рунным заклинанием. В целом, второй штурм форта проходил по сценарию первого. Субличность оказалась права. Первый наскок ургов был отвлекающим, его задачей было отвлечение нашего внимания. Второй отряд, ударив нам во фланг, должен был сделать всю работу. Противник разделил свои силы, и если бы мы не разогнали первый отряд, то форт уже пал бы. Урги были страхолюдными тварями, но отчего-то я считал их кем-то вроде неандертальцев — физически крепкими, сильными, и недалёкими, но заблуждался. Они оказались способны на сложные тактические манёвры отличные от таранного удара в лоб.

Кроме того, нападавших врагов было слишком много для такого скромного количества защищающихся дигов, но мы это сейчас исправим. Как только позволила предельная дальность, я сконцентрировался на автопушке, экран мнемоинтерфейса скачком приблизил картинку. Как только полетело очередное огненное заклинание, я навёл перекрестье в район источника и отдал приказ: «Огонь!».

Пушка изрыгнула несколько очередей, начав месить наступающий отряд рогатых со снегом. Кажется, на стенах раздались ликующие крики. Я не собирался останавливать обстрел, но, судя по всему, я не попал или у ургов были ещё восходящие.

В грудь импа ударил тонкий белый луч, заставивший всё вокруг место попадания в радиусе трёх метров покрыться инеем.

— Мы атакованы! — сообщил металлический голос в своей неподражаемой манере. — Ответный огонь!

— Огонь! — отдал я приказ, переведя прицел автопушки по целеуказанию импа.

Рявкнула очередь, вторая, третья. Я увидел, как от пригорочка за нашей целью трассеры уходят свечами в небо густого лилового цвета.

— Что за…?

Только и успел я спросить, до того как в нас полетела огненная стрела.

— Противник воспользовался защитным заклинанием или предметом! — снова зазвенело у меня в голове.

Огненное заклинание двигалось не медленно, но времени хватило, чтобы я сделал шаг в сторону. И вновь, чуть не поплатился за это. Инерция чуть было не опрокинула имп.

77. Под стенами форта

— Какой же ты болван! Сколько можно прыгать от этих комариных укусов! Мы с тобой несокрушимая многотонная боевая машина, а не какой-нибудь мотылёк-однодневка!

— Огонь! — скомандовал я, проигнорировав вопли субличности.

На этот раз снаряды легли точно в цель. Но я для верности послал ещё несколько очередей. Не-на-ви-жу ургов, а их, рогатых восходящих вдвойне. Неубиваемые твари.

Максимальное увеличение показало, что там, где я перепахал всё скорострельной пушкой, в живых остались только увечные и тяжело раненные, которым осталось уже недолго. Если Восходящий там и был, то ему было не позавидовать.

Стреляя по скоплениям живой силы неприятеля, тяжёлый боевой робот дотоптал до подножия крепостных стен. Снаряды без усилий разрывали тела ургов и их рогатых скакунов. Враг нёс потери, но и не помышлял об отступлении. Мы возвращались, чтобы заставить изменить это их решение.

Полыхавшая башня, была к нам ближе всего. Тушить пожар, насколько я видел, никто даже не пытался. Я напряжённо всмотрелся в стену, но Витории не было видно. Жива ли ещё эта скабрезная матерщиница? Внезапно для себя, понял, что мне не всё равно.

Память подкинула воспоминание о нашем знакомстве, когда она угрожала мне оружием. Ван дер Аристер была на посту, а я к такому с пониманием отношусь. Не то чтобы я сильно испугался, но первое впечатление Ви оставила сильное. Разве может такая дать себя убить? Усмехнувшись этим мыслям, выбросил всё лишнее из головы, сосредоточившись на битве.

Оглядевшись, я оценил ситуацию, вызвавшую яркий флешбек недавнего боя. На стену уже были заброшены «кошки», по верёвкам ловкие, словно обезьяны, карабкались рогатые враги. На самой стене кипит кровопролитный и яростный бой. Так, быстро попасть на стену у ургов получилось потому, что все невеликие силы дигов были сосредоточены в другом месте.

Сейчас защитники старались изо всех сил защититься, но резня уже шла в периметре стен, если сейчас не ликвидировать прорыв, мы проиграем.

Внутри форта имп вести боевые действия не сможет. Не настолько хорошо я им управляю, чтобы не затоптать союзников или не разнести по камням что-нибудь нужное. Что тогда можно сделать вне периметра стен?

По крайней мере, остановить поток атакующих и рассеять ургов. Этим я и занялся: не снижая скорость, направил импа на кружащихся хороводом кавалеристов. Я не думал отпускать никого и уже собирался активировать системы вооружения, как о себе напомнил Наблюдатель. Естественно, он сделал это своим излюбленным методом — при помощи… Правильно. На моём мнемоинтерфейсе развернулось небесно-голубое информационное окно с заданием.

Задание Наблюдателя!

Восходящий Кир, помогите Роду диггеров защититься и/или отступить в безопасное место. Мать Рода должна выжить, артефакт «Сердце Рода» должен уцелеть и остаться во владении Рода диггеров. Должно уцелеть не менее четверти диггеров, принадлежащих к Роду Гриви.

Награда: Слава

Награда: 3 Звёздные Монеты

Награда: Руна (качество: серебро)

Наказание: Позор

Захотелось протереть глаза, но я был в нейрошлеме. Ого… Ого. Ого! Я внимательно прочитал текст несколько раз. Артефакт ещё какой-то… Очень царапнула строчка где говорилось про наказание. Вроде бы я и так сейчас только и занимаюсь тем, что дерусь за эту трансгуманскую семейку, без наград и наказаний, но Наблюдатель хочет усилить мою мотивацию. Странно всё это. Хотя, конечно, не так уж и безвозмездно. Гриви оплатила наше участие в конфликте Рунами, но договаривались мы на сопровождение конвоя, а не на участие в полноценных боевых действиях.

Раздражённо отмахнувшись от информационного окна, я активировал сразу оба тяжёлых огнемёта. Из груди боевого робота вырвалось две трёхсотметровые струи пламени, накрывая приличную площадь. Огнесмесь, увы, не бесконечная, у меня её всего на шестьдесят выстрелов, на всю многотысячную орду ургов под стенами точно не хватит, но я ставил на то, что вселю в сердца врагов панику. Не знаю, насколько урги бояться быть сожжёнными заживо, но их тауро вполне себе нормальные копытные, у них точно должен сработать инстинкт самосохранения, даже если таковой атрофирован у их безумных рогатых всадников.

Имп выпустил ещё несколько струй пламени, и мы сообщили через громкоговоритель:

— Познайте очищающее пламя!

Боевая машина тяжело топтала, сотрясая почву.

— Познайте ярость и боль!

Как и в прошлый раз, я ощутил, что это не только его, но и наш общий голос. Немудрёные слова этой пафосной речи наши общие.

— Познайте смерть! Познайте месть! — рокотал инфернальный голос импа над полем боя.

Не знаю, что сработало лучше, наше выступление или тяжёлая огнемётная система, но урги дрогнули и побежали. Чтобы врагам было интересней улепётывать, мы подбадривали их из спаренного зенитного пулемёта, собирая кровавую жатву. Естественно, что я старался экономить боезапас, было непонятно, сколько боеприпасов есть у дигов и есть ли вообще. С них ведь станется, сообщила же мне Гриви на голубом глазу, что воинов у неё не так много потому они ни с кем не воюют, пилот на больничке, боевых роботов не будет. Поэтому и били мы короткими очередями и только наверняка. Но даже так имп произвёл опустошение в рядах врагов.

Когда последний ург скрылся за деревьями Мёртвого Леса, мы прекратили вести огонь. От преследования после недолгого, но очень громкого совещания решили отказаться, опасаясь того, что у неприятеля может оказаться ещё один засадный отряд.

Я развернул боевую машину и подвёл её к стене, на которой кипел кровопролитный бой. Однако, оказалось, что помочь защитникам я особо ничем и не могу. Я справедливо опасался стрелять, боясь зацепить своих и не разнести ненароком древнюю стену, и без того более всего напоминавшую груду камней, по недоразумению всё ещё имеющих форму стены. Никому не нужна такая помощь, когда ты можешь больше навредить, чем помочь. Ограничился тем, что срезал выдвинутым из руки мечом все «кошки» со стены. Пока я примеривался, чтобы попасть мечом по мечущимся ургам, меня предупредил имп.

— Осторожно, болван! — прорычал металлический голос субличности в моей голове. — Сзади!

Помня об инерции, я плавно развернулся, чтобы встретить опасность лицом к лицу, и не удержался от возгласа:

— Что это такое⁈

В тусклом отблеске неизмеримо далёких лучей Игг-Древа, серебрящих голые деревья Мёртвого Леса, я увидел двенадцатиметрового исполина, с иссиня-чёрной кожей и покрытого клочками серебристой шерсти. Оно было гуманоидного типа, то есть стояло на двух конечностях, а двумя когтистыми лапами сжимало дубину, на которую пошёл ствол дерева. Его единственный чёрный, без радужки и белка, глаз, горел жаждой убийства и разрушений. Это был не просто монстр, это была воплощённая тьма.

— Циклоп! — проскрежетал имп, его голос дрожал от ярости. — Негодяй! Познай же мой гнев!

Последнюю фразу он выкрикнул через громкоговоритель, почти без моего участия.

Теперь и я идентифицировал тварь: Циклоп Морозных Гор (Руна-Существо).

Система Восхождения подсветила его бронзовым фреймом. Лёгкая прогулка завершилась. Гигантская тварь моего уровня. Бой будет трудным. Хотя в этом я не сомневался, как только увидел монстра. Оставалось только надеяться, что боевой робот уравновесит силы.

Исполин не ответил, он молча смотрел на импа с секунду, а спустя мгновение, воздел свою дубину высоко над головой и со всей силы резко ударил себе под ноги. Земля под нашими ногами передала вибрацию. Я сконцентрировался на автоматической пушке. Поймав в перекрестье прицела тушу циклопа, скомандовал:

— Огонь!

Пушка выплюнула короткую очередь. Однако тварь из Морозных Гор начала действовать одновременно со мной. Упёршись на свободную переднюю лапу, циклоп побежал на трёх конечностях к импу.

78. Битва гигантов

Взгляд его единственного глаза, холодный и безжалостный, был устремлён на импа. При нейросопряжении возникало впечатление, что стою против дикой твари грудь в грудь. Я почувствовал, как кровь стынет в жилах, как подступает страх. Тварь была быстрей и куда поворотливее импа, обладавшего к тому же значительной инерцией.

— Кир! — прорычал голос субличности внутри моей черепной коробки. — Не робей, пилот! Сейчас мы этого болвана раздавим!

— Щит! — скомандовал я.

А меч… Меч и так уже готов к использованию, его отточенный коготь торчит из специального паза в запястье правого манипулятора. Я вдохнул, выдохнул, пытаясь успокоить дрожащие руки. Циклоп обрушился на гигантского боевого робота с дубиной. Я встретил его удар щитом, имп послушно повторил моё движение. Ожидания не оправдались: древесный ствол дубины не разлетелся на миллиард щепок, напротив, от удара брызнули и разлетались во все стороны искры. Звук их столкновения был оглушительным, словно удар грома. Не растягивая удовольствие, я стремительно ткнул циклопа в ответ, спрятав удар под щитом.

— Что за дерьмо? — прошипел я, словно только что сам нанёс и парировал удар: все усилия пилотируемого импа транслировались мне. — Неужели он настолько силён?

У меня получилось попасть великану в бок. Из рваной раны хлынула кровь. Обычная. Красная. Горячая. О чём говорил пар, поднимавшийся от неё в безразличное лиловое небо.

Звёздный Монстр отскочил и взревел. От повторной атаки я вновь укрылся за щитом, казавшимся мне ненужной деталью, но понимая теперь, что он в конструкции к месту. Вторая атака была страшна, так как циклоп и правда был чудовищно, неестественно силён. Вместо удара дубиной, он пнул в подставленный щит ногой и… Я-мы чтобы удержать равновесие, сделали шаг назад, а потом ещё и ещё. Если бы не встретившая спину пылающая башня, то имп вполне мог бы и упасть, но обошлось. По голове, плечам и спине застучали камни разрушенного укрепления, но снова обошлось. Горящая башня обрушилась внутрь стен. Надеюсь, никого из своих не придавило.

Как только я обрёл равновесие, пришлось ещё раз подставить щит, чтобы не пропустить удар сверху. Вновь от грохота заложило уши, и брызнули во все стороны искры. С импом что-то происходило. Внутри него словно разгорался огонь. Внезапно я понял, что это его ярость. Он словно ожил и почти без моего участия выпрямился.

— Ты думаешь, ты можешь победить меня, болван⁈ — из громкоговорителя прорычал металлический голос, и он был преисполнен гневом и решимостью. — Я воин дигов! Мой дух не сломить!

Мне, в отличие от субличности вести разговоры не хотелось, да и некогда. Наши режутся с ургами в форте, надо быстрей заканчивать тут и помочь им. Перекрестье вновь поймало грудь циклопа.

— Огонь! — скомандовал я.

Рявкнула короткая очередь из пушки. Пыхнули струями жидкого пламени оба огнемёта. Циклоп замер и оглушительно завопил от боли, весь облепленный пылающей огнесмесью. Я повёл тяжёлого боевого робота в атаку. Щит остановил ещё один удар дубиной, а меч погрузился глубоко в грудь одноглазого существа, всё это время я ощущал ярость и ликование импа. В этот момент я понял, что это не просто робот, а существо с желанием жить, с жаждой победы.

Мы, слившись в свирепом единении, рубили и кромсали чернокожую лупоглазую тварь откуда-то из Морозных Гор. Поначалу циклоп предпринимал попытки защититься, но после удара кромкой щита в челюсть совершенно скис. Меч пронзил сердце великана. Уже падая, монстр выбросил длинную обезьянью лапу, попытавшись схватиться за боевого робота, но я отвёл нас на шаг назад, его когти проскрежетали по нагрудной бронепластине, оставляя глубокие царапины. Циклоп с грохотом рухнул на землю.

Тишина опустилась на поле боя. Я поймал себя на мысли, что слышу только своё тяжёлое дыхание. Секундное ослабление контроля с моей стороны, толкнула имп к очередному эпизоду позёрства. Он поставил ногу на поверженное чудовище и заорал на всё поле боя дурным металлическим голосом:

— О-Ч-Е-Р-Е-Д-Н-А-Я П-О-Б-Е-Д-А! Я снова явил врагам свою ярость и неодолимую силу!

Улыбнувшись, я дал ему закончить. Он был победителем. Пусть получит свои несколько секунд триумфа. Ведь он и правда молодчина.

— Мы победили, — обратился я к импу, после того как он проорался. — Но это существо было призвано из Руны, а это что значит?

— Где-то рядом недобитый Восходящий. — проворчал в ответ имп. — Болван, который решил, что со мной справится жалкий Циклоп. Давай найдём его и убьём!

— Пошли, пройдёмся до опушки, поищем.

И мы пошли, поискали, но никого и ничего не нашли, кроме трупов врагов, тауро и дрейков, начавших слетаться на пир. Восходящего отпускать очень не хотелось, но внутри форта продолжалось сражение, поэтому затягивать с поисками мы не стали, а направились туда, где были нужней. Применять имп внутри укрепления я так и не решился. Откатив диск ворот, завёл боевого робота внутрь и закрыл проход внутрь за собой.

В ходе короткого, но очень громкого диалога с импом, я выяснил, что в кабине имеется катушка с аварийным тросом, был несколько раз обозван болваном, но убедил субличность, что мне необходимо наружу.

Спускаться было на-а-амного приятней, чем карабкаться наверх. Всего-то и нужно было что взять в руку петлю троса и прыгнуть вниз. Прыгать было страшновато, но по уверениям субличности, катушка была снабжена тормозом. То есть, опустить меня она должна была плавно. Сразу, как только я снял нейрошлем, я вспомнил свои мысли по поводу традиционного самоубийства и ещё раз с подозрением посмотрел на катушку. Но потом выбросил все дурацкие мысли из головы, встал ногой на петлю, взялся рукой за трос и шагнул в пустоту. Поначалу сердце пропустило удар, проклятая катушка слишком быстро раскручивалась, но чем ближе я приближался к поверхности, тем больше замедлялось моё падение.

Внутри форта царил хаос. Урги, лишённые возможности отступить, дрались с упорством обречённых. Диги не планировали сдавать укрепление, по крайней мере, не дав бой. Восьмиствольный пулемёт отбивал ритм сражения. В воздухе висел пепел, пыль и клубы дыма.

Достигнув поверхности и сойдя с петли, отпустил трос сворачиваться обратно. На меня выпрыгнул ург с топором. Тварь уже была покрыта своей и чужой кровью, с диким криком она бросилась на меня.

Однако револьвер уже был у меня в руках. «Головорез» М2 имел приличную отдачу, стрелять из него было непривычно, но я справился. Рогатый завалился на спину с незапланированной дыркой во лбу.

— Витория! — крикнул я, голос утонул в гвалте сражения.

Двинувшись вглубь форта, я наткнулся на завал из камней — останки башни, которую я развалил во время сражения с циклопом. Чтобы пройти дальше, я должен был подниматься, пробираясь сквозь руины и сражающихся. Не всегда было понятно из-за ограниченной видимости, кто с кем сражается, но когда я видел урга, то стрелял из «Головореза» или нападал на него с зирдиновым копьём.

Вдруг из-за клубов дыма на меня выскочила фигура. Я заранее прицелился из револьвера. Но это оказалась Ви быстрая, грациозная, стремительная и с саблей в руке. Она была ранена, её одежда была в крови, но глаза горели свирепой яростью, сменившейся радостью, когда она меня увидела.

— Ты жив! — воскликнула она, увидев меня. — Я видела, как ты сцепился с лядским циклопом, и думала уже, что ты погиб!

— Ранена? — спросил я. — Помощь нужна?

— Царапина ля, — отмахнулась она. — Главное ты здесь!

— Конечно, я здесь, шевалье, — усмехнувшись ответил я. — Нужно что-нибудь побольше и пострашней, чем циклоп, чтобы отправить меня в Край Вечной Охоты.

Сказал и понял, что хвастливая и пафосная субличность импа на меня плохо влияет, чтобы там он сам не говорил.

— Понятно, — поддержала меня она весело засмеявшись. — То есть Восходящий Кир настолько могуч ля, что тумен ургов он уже за противника не считает⁈

В следующий момент нам стало не до смеха и не до разговоров, так как из дыма на нас выскочило сразу четверо ургов.

79. Последний и решительный

Остро воняло гарью, но даже этот сильный запах был не в силах перебить мощное амбре, исходившее от прыгнувшего на меня на рогатого урода. Дикая чёрная морда этого бойца была раскрашена в красный цвет, что, вероятно, должно было выглядеть боевой раскраской.

В руках он сжимал кистень, которым воспользовался сразу, как только я оказался в зоне действия его оружия. Думаю, если бы не раскачанный Атрибут Тела и не Повышенная Реакция, размозжил бы он мне голову этим шипастым шаром, а так удалось отпрыгнуть, и даже успел выстрелить из револьвера.

Вероятно, боевая раскраска имела какое-то значение, потому как на мордах остальных троих были намалёваны красные полосы.

В руках у Витории уже были длинноствольный револьвер и отполированный до зеркального блеска клинок сабли, отражавший сейчас всполохи пламени, отчего сам казался языком огня. Оружие она держала с изяществом и лёгкой небрежностью, коих можно достигнуть только долгими тренировками, растянутыми на месяцы, если не на годы. Она уже сцепилась с одним из ургов. Тот атаковал младшего офицера прямым и широким мечом, Ви уклонялась и маневрировала, не давая себя зацепить, нанося удары всякий раз, как только представлялась возможность.

Едва уловимые всполохи клинка — и на теле её противника появлялись аккуратные раны. Похожие на хирургические разрезы, будто бы нанесённые скальпелем, тут же начинавшие кровоточить. Ван дер Аристер двигалась с упругой грацией, что походило скорей на танец, чем на бой. Вот только лицо шевалье было сосредоточенным и суровым. От вчерашней охотницы на мужчин не осталось ничего, всё вытеснил воин, решивший приколоть парочку рогатых уродов.

Мой противник, схлопотав крупнокалиберную пулю, зашатался, сделал пару неуверенных шагов назад, громко топая копытами, и упал на груду битого камня, но не затих. Завозился, пытаясь подняться, демонстрируя прямо-таки поразительную живучесть.

Я быстро убрал револьвер в кобуру и взялся за белый зирдин копья обеими руками, готовясь встретить сразу двух ургов, не торопившихся бросаться в бой. Они закружились вокруг меня, стремясь зайти с фланга или тыла, но я не давал им такой возможности, отступая, пятясь, маневрируя среди нагромождений обломков и битого камня.

Наконец, один из них дёрнулся, решив, что подловил меня, но всего лишь поддался на обманку. Стремительно перехватив лёгкое копьё, ударил атакующего по ногам древком, заставляя его запнуться и упасть. Одновременно с этим бросился второй, и тут пришлось попотеть. Ург парировал мою атаку кулачным щитом и без паузы ударил топором на длинной рукояти. Я, отпрянув, разорвал дистанцию и утратил инициативу. Ловко отбивая мои выпады щитом ургский топорщик, превратился в вихрь ударов, когтей, рогов и мышц. Атаки его были хаотичны и непредсказуемы. Пока мы обменивались ударами, встал тот, которого я подсёк и присоединился к моему противнику. Этот был вооружён мечом, но свой щит он либо потерял, либо вовсе его у него не было.

Я, бесстрашно отведя удар меча древком в сторону, тем же слитным и экономным движением нанёс укол остриём. И очень удачно получилось. Белый наконечник показался из затылка мечника. От удара мечом оружие не пострадало, ведь зирдин невероятно прочен, не останется даже зазубрины. Но порадоваться победе мне не дал вновь налетевший на меня топорщик, поймавший какой-то кураж. Мощные удары сыпались на меня как из рога изобилия, заставляя, пятится и парировать.

В какой-то момент я подумал, что у меня получилось подловить врага. Уйдя в нижнюю стойку, я ударил в толстую ногу, заканчивавшуюся копытом. Удар достиг цели, остриё глубоко вонзилось в конечность над копытом, но вместо того, чтобы сбить противника с ног, я лишь разозлил его. Ург, взревел от боли и ярости. Он бросился в клинч в тот же момент, когда я отдёрнул своё оружие.

Удар его топора я принял на древко копья, но не учёл, что вторая лапа топорщика свободна. Удар кромкой кулачного щита прилетел мне в скулу. На мгновение свет погас, но это не я вырубился, а вышли из строя мои очки с функцией прибора ночного видения. Правый визор просто высыпался градом мелких осколков. Когда левый глаз снова обрёл способность видеть, я едва успел убрать лицо. И оказался на долю секунды раньше урга. Перед самым носом клацнули клыки.

Из рассечённой скулы и брови обильно хлынула кровь, заливая правый глаз и окончательно лишая меня зрения с правой стороны. Я почувствовал, как мои силы начинают понемногу сдавать. Это был очень длинный день, начавшийся ещё до рассвета со штурма стен форта, а сейчас уже вечер. День был наполнен событиями настолько плотно, что нормальному человеку впечатлений хватило бы на год. А я ничего… На ногах пока.

Каким-то шестым чувством я понял, что противник сейчас ударит повторно и убрал голову назад, заметив, что к нам приближаются ещё урги. Ви, видимо, увидела моё плачевное положение и бросилась на помощь. С невероятной скоростью она проскользнула между врагами, словно стремительная тень, рассекая их ряды. Лезвие её сабли отражало свет пожара, оставляя за собой кровавые полосы в темноте. Один ург пал под градом её стремительных ударов, другой отступил, но получил две пули из её револьвера, а третьей она выбила мозги моему противнику-топорщику. Я облегчённо выдохнул, отбрасывая от себя всё ещё дёргающееся тело, для верности ударив уже мёртвого урга в грудь.

— Разве мама тебе не говорила, чтобы ты не играл с едой? — усмехнулась валькирия, подходя ко мне. — Как ты, Кир?

— Ослеп на один глаз, — ответил сокрушённо я. — Разбили очки, а я без них в темноте плохо вижу.

— Сейчас посмотрю…

Ви приблизилась и изучила рану.

— Всё нормально, ля. Жить будешь, и глаз цел. Крепкая у тебя голова, Кир, — усмехнулась она. — Крови только очень много, но бровь — это такое место лядское. Давай пробиваться к дигам.

Кивнув, я двинулся за своим матерящимся ангелом-хранителем, посланным спасти меня из самого пекла. По пути на нас выскочили ещё двое, но вместе мы отбили атаку. Моё копьё стало двигаться медленней, но врагам хватило. Усталость всё больше брала своё.

Мы соединились с основными силами дигов и последовательно передавили хаотичные очаги сопротивления, совместными усилиями. Хорошо, что ургов прорвалось в форт не так много, как могло бы.

— Вы храбро дрались, но вам двоим необходимо отдохнуть, — сказала Хатан-Аба, после того как осмотрела мой глаз. — Спускайтесь в пещеры и отсыпайтесь. Я скажу, чтобы вам принесли горячую пищу.

И мне, и Ви досталось немного целительной магии. И всё равно, что это никакая не магия, а скорей технология, принципы её мне непонятны. Но я и не надеюсь, что хоть когда-нибудь смогу их приблизительно понять… Поэтому, что бы это ни было, на каких бы принципах ни функционировало, для меня это будет всегда выглядеть как волшебство.

— Мы уйдём, — согласился я, — Расскажи сначала, что такое артефакт «Сердце Рода».

Конечно, на языке дигов название звучало чуть загадочней, что-то вроде «Ля Коро де ля Фамилио», но уважаемая мать задёргалась под моим пристальным взглядом.

— Откуда это тебе известно? — зыркнула она на меня своими необычными глазищами.

— Есть какая-то разница, Гриви? Я знаю и просто хочу понять, какие у тебя дальнейшие планы, — продолжил напирать я. — Я и ван дер Аристер не нанимались драться за ваш форт до последней капли крови, а только сопроводить вас до Аркадона. Она у же ранена, я чуть было не лишился глаза, а завтра нас и вовсе могут убить. Хочется понимать, ради чего мы рискуем и что вообще происходит?

Хатан-Аба помолчав мгновение, отвела взгляд и кивнула.

— Хорошо. Я расскажу, — она жестом обвела общий зал, превращённый в госпиталь, и продолжила. — Я сначала закончу. Очень много раненых. Идите отдыхать. Там в тишине я всё вам расскажу.

80. Сюрприз

Я и Ви спустились в знакомые нам пещеры, где тёплый источник обогревал весь подземный комплекс и создавал уютную, хоть и влажную атмосферу, навевающую умиротворение. Воздух был пропитан паром и пряными запахами незнакомых мне трав. Моя спутница вела себя довольно тихо и выглядела непривычно задумчивой. Вероятно, устала не меньше моего. Наши шаги гулко отдавались в полумраке пещеры. Несмотря на чуждость этого места, вернуться мне сюда было приятно.

— О чём задумалась, шевалье? — спросил я просто потому, что не привык к такому её поведению.

— Ещё один шрам на моём отнюдь не молодеющем теле, — грустно сообщила она в ответ. — Хотела сохранить свою шкурку целой и невредимой. Пока получается не очень ля.

Ван дер Аристер дотронулась до дырки в рукаве.

— Шрам — это ерунда, — преувеличенно беззаботно ответил я. — Всего лишь отметина, напоминающая о горьких жизненных уроках.

Она усмехнулась, но перешла на свой привычный тон и рассмеялась:

— Теперь ты тоже сможешь похвастаться перед своими небесными друзьями, что у тебя есть шрам, оставленный настоящим дикарём ургом!

Я невесело ухмыльнулся, кивнул и промолчал. Зачем портить настроение боевой подруге и сообщать, что останки большинства из тех, кого мне удалось вспомнить, сейчас лежат в одном из моих крипторов в ожидании достойных похорон. Так, мы дошли до пещерки, в которой провели ночь. Первым делом Ви отстегнула портупею и скинула шинель, а потом начала стаскивать сапоги.

— Что ты делаешь? — спросил я.

— Собираюсь окунуться и помыться, если ты дашь мне мыло, — бросила она непонимающий взгляд на меня. — Ты имеешь что-то против? Разве не собираешься ко мне присоединиться?

— Нам бы лучше не терять бдительность, — заметил я. — Может же быть ещё один штурм.

Ви беспечно махнула рукой.

— Незамеченными к форту им не подобраться, — легкомысленно усмехнувшись, возразила она, вылезая из мехового лётного комбинезона. — Мы не только выскочить из воды успеем, но одеться, вооружиться, снарядиться и позавтракать ещё, ля. Когда уже принесут ужин? Жрать хочется, ля.

Я хотел было возразить, что в прошлый раз большой отряд, «тумен ургов», как назвала его ван дер Аристер, именно, что проспали. И ладно мы в пещерах, но и насколько я понял стража на стенах. Посмотрев на нагую соратницу, пробующую горячую воду пальцами ноги, решил присоединиться к ней и воспользоваться всем доступным нам сейчас комфортом сполна. Отмыться от гари, въевшейся, казалось, под кожу, очень хотелось. Раздевшись в пещере на «своей» лавке, взял из криптора полотенце, мыло и решил присоединиться к Витории в горячем бассейне.

Однако застал умилительную сцену, когда вышел в большой банный зал. Возле кромки воды столбиком стоял белый пушистый зверёк, а Ви, подплыв к нему, протянула палец. Я открыл уже рот, предупредить её, что эта пушистая крыса может её укусить, но грызун дотронулся лапкой до её пальца и отбежал в сторону.

— Смотрю, не теряешься и уже нашла себе кавалера? — подколол я Виторию.

Та легко рассмеялась и внесла в ситуацию ясность.

— У моей Руны-Существа, надо сказать, довольно бестолковая, единственная способность. Всё что он умеет делать — это сбор Звёздной Крови и Рун, — сказала Ви. — Пригодилась мне только сегодня. Ты залез в импа, а мне оставалось только на стену вернуться и встать в общий строй. Тогда я и призвала этого малыша, а он отправился делать единственное на что он способен. И сделал…

Она погладила пальцем по голове вновь подбежавшего небольшого юркого зверька, больше всего похожего на хорька с белой пушистой шёрсткой, пушистым хвостиком и с тремя парами коротких лапок.

— Что за зверь такой полезный? — криво усмехнулся я и потянулся погладить существо по примеру Ви.

— Снежный Феррет. И этот малыш собрал все Руны, Звёздную Кровь и Скрижали, которые мы наколотили. Как будем делить?

Феррет не дался, ловко отпрыгнув от протянутой руки. А я задумался, действительно, как? В том, что Восходящие противника пали немало моих заслуг, но если не моя спутница, верней её Руна-Существо, то мы бы не получили ничего. Я дотронулся до зудящего шрама, рассекавшего бровь и скулу вертикальным рубцом. Кроме того, Виториа сегодня спасла мне жизнь. Может, я бы и сам справился, конечно, но…

— Руна-Существо твоя, — спокойно ответил я, намыливая себе волосы. — Если ты заберёшь себе всё, я не расстроюсь. Твоя помощь сегодня была очень своевременной, возможно, и в живых меня бы уже не было. Тот ург…

— Жёсткие твари, — согласилась со мной Ви. — Но ты упускаешь то, что это ты убил большинство Восходящих, разогнал в одиночку целый тумен ургов и убил циклопа.

— Всё это не более чем счастливая случайность. Просто у Рода Гриви оказался имп и мне его доверили…

Ван дер Аристер хмыкнула и рассмеялась, так звонко, что Снежный Феррет свернувшийся калачиком, подпрыгнул на задних лапках.

— Ты серьёзно? — воскликнула она, — Просто оказался имп? Просто доверили? И печать Героя на ауре — это тоже случайность? Мы в Аркадоне жили совсем недалеко от дигских кварталов. Я видела их намного чаще, чем мне того хотелось бы и знаешь сколько раз я слышала про людей, на которых дигские ведьмы ставили Печать Героя?

— Сколько? — заинтересовался я.

— Ни разу, Кир, — веско ответила мне девушка, успокаивающе поглаживая снежного феррета по белой шёрстке. — Если не Печать Героя, тебе бы не то что импа, а ничего не доверили, и предложений никаких нам с тобой не поступило бы. Многовато для простого стечения обстоятельств. Не существует случайностей и совпадений. В Единстве всё либо наказание, либо испытание, либо награда, либо предвестие. Так что, давай так: ты забираешь половину Рун и две из четырёх Обломков Скрижалей, как передать Звёздную Кровь я не знаю, а взамен… — она лукаво мне улыбнулась, — Ты расскажешь мне историю, как стал дигским героем. Идёт?

Я невольно улыбнулся ей в ответ.

— Сделка? — спросила она, изогнув правую бровь и протянув мне руку.

— Сделка. — подтвердил я, ответив на рукопожатие.

Вопреки моим ожиданиям её узкая ладонь оказалась не нежной и мягкой, а, напротив, шершавой и жёсткой. Именно такой, какой она должна быть у фехтовальщика её класса.

— Только ты не присоединяй сразу Обломок к своей Скрижали.

— Почему? — напрягся я, так как уже несколько раз проделывал этот фокус.

— Ну… Как это «почему»? — слегка удивилась она. — Скрижаль ломается только в одном случае. Догадываешься в каком?

После напряжённого дня играть в угадайку совершенно не хотелось, но я задумался и предположил:

— Когда Восходящий умирает?

— Именно, — подтвердила Ви и продолжила. — Часть Рун из сломанной Скрижали пропадает навсегда, часть Рун выпадает наружу, и мы можем их найти и собрать, а часть остаётся в Обломке. Ты же знаешь, как извлечь эти Руны из Скрижали?

— Откуда? — удивился я. — Всё, что я тебе рассказал о себе — правда. Я ничего не знаю о Восхождении.

— Ты не шутишь, — пробормотала озадаченная ван дер Аристер. — Думала, что ты просил оплату у Хатан-Абы с какой-то определённой целью. Для извлечения Рун из Обломка Скрижали нужен навык Рунного Мастера, и очень удачно совпало, что ты себе его взял в оплату за наши услуги. После того как ты достанешь все Руны, тогда мы присоединим их к нашим Скрижалям. Такое присоединение увеличивает качество Скрижали и её вместимость.

Она плавно и изящно подняла запястье, и я увидел волшебную картину — вспыхнувшую чужую Скрижаль. Ван дер Аристер провела пальцами по затейливому узору, словно бы перебирая глифы, расставленные в чётком порядке по её рунному кругу.

Мой рунный круг, хоть в нём толком ничего и не было, был украшен побогаче и отливал уже скорей бронзовой патиной, в том смысле, что на ней было больше деталей и узоров, а у моей боевой подруги — Скрижаль был совсем скромным с древесно-зелёным орнаментом.

Повисший над рукой рунный круг Восходящего, разогнал, царящий в помещении полумрак и осветил нас тёплым, зеленоватым светом. Свет от Скрижали Витории, искрился в водяных испарениях изумрудными искорками и пульсировал, словно бы живое существо. Против воли я напрягся.

— Не бойся, Кир, — усмехнулась Ви, почувствовавшая моё волнение, — я не собираюсь тебя атаковать.

Поймав себя на том, что уже минуту смотрю на нагую женщину, разглядывая её фигуру во всех деталях и интимных подробностях, отвёл взгляд. Присутствие подтянутой, привлекательной и обнажённой Витории пьянило и путало мысли. Тело, перестроенное Звёздной Кровью, устроило мне настоящую гормональную бурю. Я с трудом удерживался чтобы не пялиться на её грудь идеальной формы и размера. Хотелось проверить какая она на ощупь…

— Кир, ты меня вообще слышишь? — напомнила она о себе.

— А? — встрепенулся я, понимая, что веду себя как подросток застуканный с поличным.

— Чтобы мы могли произвести обмен, ты должен активировать свою Скрижаль.

81. Дележ добычи

Я дотронулся до гвоздя в своём запястье и…

Получен Обломок Скрижали Восходящего.

Получен Обломок Скрижали Восходящего.

Получен Обломок Скрижали Восходящего.

Получен Обломок Скрижали Восходящего.

Получена Руна Язык Зверей — Руна-Умение (Ранг: Дерево).

Получена Руна Искра — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Получена Руна Огненный Шар — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Получена Руна Метка Охотника — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Получена Руна Владения Мечом — Руна-Навык (Ранг: Дерево).

Получена Руна Ведьмин Корень — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

Получена Руна Короткий Меч — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

Получена Малая Руна Развития (Ранг: Дерево).

Получена Малая Руна Развития (Ранг: Дерево).

Получена Малая Руна Развития (Ранг: Дерево).

— Богато высыпалось, — прокомментировал я. — Ты свою долю оставила у себя?

— Да, — кивнула Ви. — В общем-то, ничего интересного. Огненный Шар уже выучила, а Руну Бронзового Развития ещё не применила, но хотела вложить её в Физионику — этот Атрибут отвечает за силу, выносливость и внешний вид. Хочу стать красивей, а то похоже, что тебе недостаточно нравлюсь. Или эта руна тебе нужна?

— Руны развития лишними не бывают, но пусть у тебя пока будет… — отрицательно качнул я головой, пропуская провокацию мимо ушей. — Сейчас посмотрим, что там есть в Скрижалях.

Выбрав Руну-Навык Рунное Искусство, я изучил её, безвозвратно истратив двенадцать капель Звёздной Крови на изучение. Грустно вздохнул, оценивая её количество, и изучил ещё Навык Таранного Рывка, безвозвратно истратив ещё шесть капель ценной Звёздной Крови, которая расходовалась очень быстро, но не торопилась регенерировать. По моим наблюдениям сейчас регенерировало по три капли в день. Я всё никак не мог восполнить её количество со времени первой битвы с ургами.

Первое на чём я испытал навык Рунного Искусства — пять чёрных проклятых Рун, уже долго ждавших своего часа. И вот, наконец, в моей власти было их уничтожить. За каждую такую распылённую Руну на мой счёт зачислялась одна Звёздная Монета и одна единица Славы, кроме этого, каждая Руна содержала Звёздную Кровь, что меня особо порадовало. Рунное Искусство бронзового ранга позволяло добыть из каждой уничтоженной Руны от одной до семи капель Звёздной Крови. Не густо, но как говорится, на безптичье и жопа соловей. Вышло всего пятнадцать капель, но и то хорошо.

Вскрыть Осколки Скрижали Восходящего оказалась совсем несложно. Все четыре осколка содержали по шесть слотов, что в итоге увеличило вместимость моей Скрижали на двенадцать слотов. Два выпотрошенных Осколка я сразу отдал ван дер Аристер. Звёздных Монет не было вообще, зато набралось аж десять Рун всё низшего качества.

Руна Заживления — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Руна Быстрого Бега — Руна-Умение (Ранг: Дерево).

Руна Невосприимчивость к Холоду — Руна-Умение (Ранг: Дерево).

Руна Укрепления Кожи — Руна-Умение (Ранг: Дерево).

Остальные шесть были Малыми Рунами Развития. Меня, откровенно говоря, это немного кольнуло. Выходило, что при торговле с Гриви мы несколько продешевили. Я незамедлительно сообщил об этом Ви, на что та пожала плечами, и спокойно ответила:

— А не усилились бы тогда, может, нас уже доедали бы урги…

— И то верно, — согласился я. — Ты какие себе хочешь?

— «Заживление», «Владение Мечом», у меня уже есть, — сообщила она мне, — Я бы взяла «Искру» или «Огненный Шар» — это мощные боевые заклинания бронзового ранга, которых у меня вообще нет. Взяла бы «Короткий Меч» в качестве запасного оружия, не отказалась бы от «Невосприимчивости к Холоду», так как кое-кто меня отказался греть. «Быстрый Бег» мне не помешал бы.

Так и договорились. Я себе взял:

Руну Огненный Шар — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Руну Заживления — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Руну Метка Охотника — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Руну Укрепления Кожи — Руна-Умение (Ранг: Дерево).

Руну Язык Зверей — Руна-Умение (Ранг: Дерево).

Руну Владения Мечом — Руна-Навык (Ранг: Дерево).

Руна Ведьмин Корень — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

И девять Малых Рун Развития (Ранг: Дерево).

Больше остальных меня порадовал «Огненный Шар», это было по-настоящему, без дураков серьёзное заклинание, серьёзно расширяющее мои возможности как боевой единицы.

Руна Огненный Шар.

Руна-Заклинание.

Качество: бронза.

Активация: 12 капель Звёздной Крови.

Создаёт большой огненный шар, летящий в цель со средней скоростью и поджигающий в месте попадания всё, что может гореть. Живые цели получают ожоги. Неживые и несгораемые разогреваются.

Время действия: 12 секунд.

Время перезарядки: 30 секунд.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Да, двенадцать капель для заклинания — это дороговато, но когда на кону стоит твоя собственная жизнь не до экономии. Руна Заживления оказалась ровно тем, что было заявлено в названии. Она заживляла поверхностные раны и останавливала кровотечение. Со смертельными ранениями, переломами, увечьями не справится, но и стоило всего шесть капель Звёздной Крови.

«Руна Метка Охотника» так же, как и заживление активация стоила шесть капель Звёздной Крови, но польза её была сомнительная. Я теперь мог поставить метку на любое живое и неживое, чтобы отслеживать это в течение одних древо-суток, то есть древо-день и древо-ночь.

Руна Укрепление Кожи.

Руна-Умение.

Качество: дерево.

Активация: 3 капли Звёздной Крови.

При активации делает кожу значительно прочней и эластичней, тем самым предохраняя её от повреждений.

Срок действия: 4 минуты.

Время перезарядки: 1 час.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Не думаю, что «Укрепление Кожи» способно защитить от сабельного удара или пули, но стоит недорого, пусть будет. Продать или обменять её никогда не поздно.

«Язык Зверей» оказался умением… Нет, не говорить со зверями, но он временно исключал заклинателя в качестве добычи и угрозы. Зачем и в каких случаях мне могло пригодиться такое умение, пока было решительно неясно, но пусть будет.

«Ведьмин Корень» оказался Руной-Предметом, призывающим корень с наркотическим действием, употребляемый при помощи жевания и вырубающим употребившего надёжно и надолго. Руну Владения Мечом я разглядывал несколько секунд, разрываясь между желанием её изучить и жадностью. Вот потрачу я сейчас Звёздную Кровь, а завтра мне её не хватит в бою. Заметив мои колебания, Виториа, спросила, почему я такой насупленный. Ответил ей:

— Жаль мне Звёздную Кровь тратить на то, чтобы научиться владеть мечом…

Собеседница рассмеялась и сказала:

— Звёздная Кровь важна, но на нашем низком уровне развития, важней быть универсальными бойцами, способными и заклинание изредка применить, и оружием владеть. Эта руна обучит тебя владеть всем клинковым оружием. Учи. Не сомневайся.

И я безвозвратно расстался с ещё шестью каплями Звёздной Крови.

— У меня есть ещё один вопрос, Ви…

— Давай, — великодушно бросила мне она. — Задавай свои вопросы, небесный.

— Можешь мне рассказать про атрибуты на бронзовом уровне? У меня есть Руна Развития для этого ранга, а в какой вложить непонятно.

— Ого! Бронзовая Руна Развития? — хмыкнула она, — Чувствую, что в Аркадон мы доберёмся уже серебром… Или у тебя и серебряная Руна Развития имеется?

С одной стороны, распространяться на этот счёт мне не хотелось, а с другой — это Виториа, спасшая мне сегодня жизнь.

— Имеется, — решился я. — Но я решил её приберечь до того, как доберусь до серебра.

Повисло молчание. Ван дер Аристер смотрела на меня со странным выражением, а потом задала вопрос:

— Ты, ведь сейчас не шутишь со мной?

— Нет, какие уж тут шутки…

— А тебе не приходило в голову, что ты до серебра можешь просто не успеть дожить? — скептически заметила Виториа. — Мы, вообще-то, очень быстро сейчас живём и имеем нехилые такие шансы погибнуть молодыми и красивыми, во цвете лет. Такое тебе в голову не приходило, небесный?

— Приходило, — признался я. — Каждый день приходит.

82. Серебро

— Небесный, серебряная Руна-Развития закроет десять уровней любого бронзового атрибута. Понимаешь? Ты станешь значительно сильней здесь и сейчас, а ни когда-нибудь там в перспективе ля, — она усмехнулась и развела руки, пригладив светлые волосы, от этого её красивый бюст подпрыгнул, я поспешил отвести глаза. — Спору нет, достать лядское серебряное развитие это нужно очень постараться, но до серебра — это ещё надо постараться дожить. Я поражаюсь твоей эпической жадности, небесный. Это надо быть скупердяем из скупердяев, чтобы носить такое сокровище у себя в лядской Скрижали и не воспользоваться им!

Под таким углом я на своё развитие ещё не смотрел. Ви веселилась вовсю, а я всё больше чувствовал себя неловко.

— В Единстве смерть поджидает тебя в засаде везде и всегда, — продолжила ван дер Аристер, немного отсмеявшись, — У торговцев в Аркадоне одно бронзовое развитие можно обменять на сорок-пятьдесят деревянного. Как думаешь, с какими параметрами ты быстрей добудешь пять десятков деревянного развития с высокими или низкими?

— Конечно, с высокими…

— Конечно! — подтвердила Ви и снова захихикала. — Как можно быть жмотом настолько?

Подождав, пока, она успокоится, я решил всё же добиться от неё ответа.

— Как можно брать кота в мешке? — ответил я вопросом на вопрос и пояснил. Если вслепую тыкаться, то можно ошибиться. Я же ничего не знаю про Атрибуты на бронзовом уровне. Расскажи про них, и я сразу подниму один из Атрибутов.

— Ну да, — согласилась она. — Я забываю всё время, что ты почти Дикий Восходящий. Ну никаких секретов тут особо и нету. У нас все знают, что Атрибут Моторика — отвечает за скорость, реакцию и координацию движений. Физионика — это твоя сила, выносливость, внешний вид. Телесность — прочность каркаса скелета, обмен веществ, живучесть и регенерация, так что считай, что тоже выносливость. Восприятие помогает Восходящему лучше воспринимать внешние стимулы: звуки, запахи, визуальные образы и прочие такие ощущения. С Мышлением всё понятно — это способность Восходящего к анализу информации, логике и способности воспринимать идеи, а также формировать их самостоятельно. Воля — способность управлять мыслями, эмоциями и добиваться поставленных целей.

Предвидение позволяет Восходящему предугадывать и предсказывать будущие события на основе имеющихся фактов. Стихийность — это сродство со стихиями, а Ментальность — это про сопротивление ментальным воздействиям и регенерация Звёздной Крови. Фуф… Вроде ничего не забыла?

Пропустив мимо ушей обзывательство «Диким Восходящим» и обдумав выбор, я решился. Звёздная Кровь — это, пожалуй, то чего мне больше всего не хватает. Если и поднимать чего-то за счёт дефицитной Руны, то это способность восполнять запас ценного ресурса, необходимого в Единстве буквально на каждом шаге. Открыв вкладку интерфейса с Атрибутами, я торопливо вложил серебряную Руну Развития в Ментальность. Бронзовая шкала мигнула и заполнилась вся. Пробежали какие-то оповещения, но я от них отмахнулся. На глазах Атрибут изменился с бронзы на серебро и разветвился на три ветки новых Атрибутов — Мистика, Псионика, Энергия.

Меня накрыла волной эйфории. Я с минуту стоял в бассейне на ватных ногах, соображая, как бы мне сейчас не упасть и не захлебнуться.

— Что ты сказала? — переспросил я у Ви.

— Я ля говорила: поздравляю, вот ты и развил себя до бронзы, небесный.

— Спасибо. Это так приятно…

— Ещё бы! — усмехнулась она. — Ты только бронзовое развитие не носи, а вложи куда-нибудь прямо сейчас. А то с такого жмота станется.

— Да не жмот я…

— Расскажи это кому-нибудь ещё, — снова захихикала Виториа. — Носить в Скрижали серебряное развитие и не воспользоваться им. Кому рассказать, так не поверят.

Открыв свои Атрибуты, я недрогнувшей рукой вложил Руну Развития в Моторику, отвечающую за скорость, реакцию и координацию движений. Не сказать, что я сильно страдал от медлительности или был неуклюжим, напротив, но ведь всегда хочется быть ещё лучше. Верно?

Я ничего не почувствовал после того, как вложил Руну, видимо, мощная волна эйфории от поднятия сразу десяти Атрибутов вне конкуренции. После такого наслаждения меркло всё. После Атрибутов я открыл свои навыки и догнал навык «Повышенной реакции» до 10/10. Ранг «Дерево» после этого изменился на «Бронзу» и трансформировался в «Молниеносные Рефлексы» 1/10.

У меня оставалось ещё восемь Рун Развития уровня «дерево», просматривая список и решая, что поднять, наткнулся на навык: «Меткий Стрелок» 2/10 (Ранг: Дерево). Может случиться так, что стрелять в самое ближайшее время мне придётся очень часто, а если и нет, то навык это нужный. Пригодится. Недолго думая, вложил последовательно все восемь оставшихся Рун и получил преобразованный навык бронзового уровня: «Превосходный Стрелок» 1/10 (Ранг: Бронза).

Меткий Стрелок открылся сам по себе без участия Рун. Я просто очень активно эти две недели стрелял. Получается, что система Восхождения фиксирует те навыки, которые у меня уже были и они появляются и прокачиваются сами оттого, что я просто подтверждаю свою «квалификацию» перед строгим и неподкупным экзаменатором — Наблюдателем.

Получается, что эти навыки неплохо растут и сами по себе, с навыками имплантированными происходит всё то же самое, но тут уже придётся попотеть.

В процессе прокачки Ментальности у меня открылись новые способности, вероятно, те самые, дремлющие, которые были со мной всегда, но я про них забыл, а система Восхождения решила их не регистрировать. Прочитав первый навык в списке, не знал, мне хохотать как умалишённому или зарыдать от досады. У меня, непомнившего лица матери, первым навыком значилась Абсолютная Память!

В целом список сообщений выглядел так:

1. Абсолютная Память 1/10 (Ранг: Бронза) — способность помнить и воспроизводить большое количество информации.

2. Внушение 1/10 (Ранг: Бронза) — позволяет внушать свою волю путём прямого вербального контакта, но только более слабым или загипнотизированным существам.

3. Гипнотизм 1/10 (Ранг: Бронза) — позволяет ввести разумного в гипнотический транс с целью допроса или внушения своей воли.

4. Закрытый Разум 1/10 (Ранг: Бронза) — позволяет закрывать свой разум от ментального воздействия.

5. Ментальный Барьер 1/10 (Ранг: Бронза) — позволяет предотвращать прямые ментальные атаки.

6. Отключение эмоций 1/10 (Ранг: Бронза) — позволяет отключать все эмоции.

Ещё одно отдельное информационное окно говорило, что я открыл серебряные атрибуты, а за это полагался приз — возможность пробудить Аспект. Что это такое мне было неизвестно. Естественно, никаких пояснений не прилагалось, что само по себе было очень странно, но я уже начал привыкать. У меня был источник информации, но он в данный момент, весело мыча мелодию неизвестной песенки, намыливал волосы.

Полюбовался результатом.

Атрибуты

Тело — 10/10 (Ранг: Дерево)

Разум — 10/10 (Ранг: Дерево)

Дух — 10/10 (Ранг: Дерево)

Моторика — 1/10 (Ранг: Бронза)

Физионика — 0/10 (Ранг: Бронза)

Телесность — 0/10 (Ранг: Бронза)

Предвидение — 0/10 (Ранг: Бронза)

Стихийность — 0/10 (Ранг: Бронза)

Ментальность — 10/10 (Ранг: Бронза)

Мистика — 0/10 (Ранг: Серебро)

Псионика — 0/10 (Ранг: Серебро)

Энергия — 0/10 (Ранг: Серебро)

Общее количество Звёздной Крови — 113 /390

В моей Скрижали появились дополнительные слоты, теперь она могла вместить всего пятьдесят глифов, из них было занято Рунами восемнадцать ячеек:

Руна Плащ Мошенника — Руна-Предмет (Ранг: Серебро).

Руна Феромоны — Руна-Предмет (Ранг: Серебро).

Руна Домен Диких Строителей — Руна-Существо (Качество: серебро).

Руна Неутомимость — Руна-Заклинание (Ранг: Серебро).

Руна Ментальной Связи — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Руна Сияние — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Руну Огненный Шар — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Руна Зирдиновое Копьё — Руна-Предмет (Ранг: Бронза).

Руна Ментальной Иммунности — Руна-Умение (Ранг: Бронза).

Руна Паразавр — Руна-Существо (Качество: бронза).

Руна Алого Шипа — Руна-Заклинание (Ранг: дерево).

Руна Хитинового Щита — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

Руна Фляги с Ядом Имаго — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

Руну Заживления — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Руну Метка Охотника — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Руну Укрепления Кожи — Руна-Умение (Ранг: Дерево).

Руна Язык Зверей — Руна-Умение (Ранг: Дерево).

Руна Ведьмин Корень — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

В копилке была тридцать одна Звёздная Монета. Количество Славы достигло тридцати одной единицы.

Мой список навыков дополнился и теперь выглядел так:

Абсолютная Память 1/10 (Ранг: Бронза)

Внушение 1/10 (Ранг: Бронза)

Гипнотизм 1/10 (Ранг: Бронза)

Закрытый Разум 1/10 (Ранг: Бронза)

Ментальный Барьер 1/10 (Ранг: Бронза)

Отключение эмоций 1/10 (Ранг: Бронза)

Рунное Искусство 2/10 (Ранг: Бронза).

Превосходный Стрелок 1/10 (Ранг: Бронза).

Молниеносные Рефлексы 1/10 (Ранг: Бронза).

Меткий Стрелок 10/10 (Ранг: Дерево).

Повышенная реакция 10/10 (Ранг: Дерево).

Знание единого языка 4/10 (Ранг: Дерево).

Владение Копьём 8/10 (Ранг: Дерево).

Бой-без-Оружия 8/10 (Ранг: Дерево).

Физическая Мощь 2/10 (Ранг: Дерево).

Верховая езда 1/10 (Ранг: Дерево).

Таранный Рывок 1/10 (Ранг: Дерево).

Владение Мечом 1/10 (Ранг: Дерево).

83. Ментальный контакт

Главным достижением моего роста в системе Восхождения была разогнанная до максимума на бронзовом уровне регенерация Звёздной Крови. За день регенерировало тридцать три капли. По сравнению с моей базовой регенерацией было много, но в масштабах большой войны с ургами это ничто.

Насколько возросла скорость, реакция, координация и ловкость, я пока не проверял. Но всё равно, прогресс был наглядным и впечатлял, было чем гордиться. Смущало только, что прогресс этот оплачен кровью врагов. Как-то это не слишком коррелировало с тем, что Восхождение изобрели древние Кел, представлявшие собой бесконечно могущественную и древнюю цивилизацию. Такие люди должны были бы быть на невероятной ступени социального развития, а убийства ради личного роста и прогресса — это же дикость какая-то. С другой стороны, много ли мне известно об этих самых Кел, чтобы с уверенностью делать какие-либо выводы?

Пока Ви напевала, я проплыл по кругу несколько раз, давая нагрузку на мышцы, когда же остановился, увидел, что к нам неслышно пришла Гриви.

Хатан-Аба села на краю круглого бассейна, поджав ноги, и беззастенчиво наблюдала за мной и Виторией. Похоже, ей было абсолютно плевать на то, что мы совершенно без одежды. Лёгкость нравов тут в Единстве прямо-таки потрясающая! Она повернула голову ко мне. Её странноватое лицо было серьёзным, а глаза горели неким внутренним светом. Вкупе со смущением, что я испытывал, вся эта ситуация представлялась мне фантасмагорической и нереальной, словно липкий странный сон.

— Спасибо, — тихо сказала Гриви, глядя на нас, — Вы храбро дрались на нашей стороне. Вы защищали нас. Это было больше, о чём я могла бы вас просить.

— Это не стоит отдельной благодарности, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Мы поклялись это делать за плату.

— Нет. Я думала над этим и решила, что ты был прав. Вы поклялись только сопровождать нас в пути. — возразила Гриви, её голос был усталым и хриплым. — Вы были не обязаны рисковать собой ради нас. Мы не такие, как вы. Если бы вы уехали, вас никто не осудил бы. Даже я.

Я задумался, подбирая слова.

— Любой человек заслуживает защиты, — наконец сказал я после паузы. — Даже если он не похож на тебя.

Вдаваться в детали и объяснять базовые принципы своего воспитания я не стал. Если мужчина использует свою силу для чего-то другого, кроме созидательного труда, защиты слабых и нуждающихся, он не достоин её. Как объяснить трансгуману, зацикленному на свой собственный Род, что мы все дети Древней Прародины, что наши судьбы переплетены и скованы в одну цепь? Не станет дигов и человечество утратит часть себя, став в итоге слабее.

Гриви посмотрела на меня своими необычными проницательными глазами. Она не ответила, но я видел, что смысл моих слов дошёл до неё.

— Кир, — наконец заговорила она, и голос её отдался эхом от свода, — Я хочу рассказать тебе об артефакте «Сердце Рода», как мы с тобой и договаривались, но язык слишком для этого беден. Если ты позволишь, я лучше покажу тебе всё через мыслеобразы…

— Это необходимо? — хрипло спросил я.

— Нет, но так ты точно всё поймёшь.

Хатан-Аба пробудила целый пласт моих утерянных воспоминаний. Это было не очень-то приятно, но дало мне многое. Теперь хотя бы было чёткое понимание кто я такой и откуда взялся. Мысли Гриви всегда были загадкой для меня, словно туманный лес, в котором легко можно заблудиться, как в лабиринте образов, смыслов и идей. Но сейчас, глядя на её серьёзное лицо, я чувствовал, что то, что она мне предлагает сделать очень важно. Однако моё недоверие и опасения никуда не делись. Я себя успокаивал тем, что мы с Виторией ценный актив для неё. Да и как может быть иначе. Мы две крепких бронзы, перед Наблюдателем, принёсшие Клятвы и уже показавшие себя во время осады. Любой Восходящий — это ценный актив, а верный твоему делу и идее ценен неизмеримо.

Нет. В то, что она нам намеренно навредит, верилось с трудом, но опасения всё же имелись.

Я кивнул, не зная, что ещё можно ответить, сказал:

— Давай, — тихо, но твёрдо произнёс я.

— Я тоже хочу понимать, за что мы дерёмся! — с вызовом заявила Виториа.

Она подплыла к нам с Хатан-Абой и обтёрлась об меня всеми своими женскими прелестями. Готов биться об заклад, что Ви это специально сделала. Только что, бушевавший во мне, гормональный шторм вроде бы успокоился, но после провокации младшего офицера, разошёлся с новой силой.

— Хорошо, — согласно кивнула Гриви. — Возьмите меня за руки.

Я взял руку трансгуманки и ощутил узкую ладонь ван дер Аристер в своей другой руке, по своей собственной инициативе, меня взявшей за руку. Из-за близости, обнажённой Витории, перехватывало горло. Трое бронзовых Восходящих взялись за руки, и это мне казалось нелепостью. Не хватало пойти хороводом и песенку запеть.

Но в следующий миг всё это оказалось неважным, мир вокруг меня без предупреждений внезапно растворился. Я повис в невесомости и пустоте. Без кидо, кислородной маски и вообще без одежды. Приступ паники возник и пропал с появлением рядом, держащих меня за руки Хатан-Абы и Витории ван дер Аристер. Единственным источником света тут были мерцающие искры, подобные звёздам на ночном небе. Это был космос. Но откуда Гриви может знать о том, как выглядит настоящий космос? Ведь она и Ви родились в Единстве. А это замкнутая Сфера Дайсона. Народы, населяющие её внутреннюю поверхность, не могут видеть звёздное небо.

Незаметно и постепенно искорки звёзд слились, соткавшись в человеческую фигуру. Это была женщина, высокая и стройная, с длинными волосами цвета воронова крыла и глазами, которые светились двумя серебристыми вихрями Звёздной Крови. Она излучала спокойствие и мудрость, словно само воплощение вечности.

— Это Проматерь, — прозвучал голос Гриви, но я слышал не её слова, а её мысли в своём разуме, — Мать всех диггеров, рождённая ещё вне Единства, в нашем родном мире.

— Почему она не похожа на диггеров? — спросил я.

— Потому что, она Проматерь первая из Хатан-Аба. Имя ей Анна. Она была рождена от хуманской женщины, а хуманский мужчина был ей отцом, но в ходе своей жизни она была генетически улучшена, взойдя по лестнице эволюции на ступень выше. Она потеряла своего супруга и детей, из-за чего стала первым пилотом импа. Свирепая, яростная и беспощадная, она превратилась в праведный гнев, взяв для своего импа позывной «Месть», в сопряжении со своим импом она крушила полчища врагов. Имя её повергало в ужас даже самых могущественных и сильных. Очень скоро она добилась уважения и власти среди соратников, а возвысившись правила с мудростью, железной рукой сокрушая неприятеля. Все диггеры ведут свою родословную от неистовой воительницы на импе «Месть».

Казалось, что первая Хатан-Аба сурово смотрит именно на меня. От этого проницательного взгляда делалось совсем не по себе, хотя я не робкого десятка. Повисло недолгое молчание, нарушенное моей спутницей.

— Я бы не сказала, что диги стоят на высшей ступени развития, — заартачилась ван дер Аристер. — Весь уклад жизни в Аркадоне говорит об обратном. Кроме того, тебе Хатан-Аба Гриви понадобились два Восходящих хумана, чтобы выжила твоя семья.

Гриви спокойно ответила:

— Ты сейчас увидишь и сама всё поймёшь. Я открою вам то, что не предназначено для обычных людей.

Я хотел было возразить, что не такие уж мы и обычные, но не успел. Мы втроём стояли посреди огромного зала, высеченного в недрах неведомой горы. Стены и пол были тщательно отполированы трудолюбивыми дигами. В центре подгорного зала возвышался пьедестал, весь изрезанный древними письменами. На нём лежал артефакт «Сердце Рода». Этот предмет просто не мог быть ничем иным.

Это был сферический кристалл идеальной формы, величиной с арбуз, который пульсировал мягким голубым светом. Он излучал тепло и спокойствие, словно источник жизни. Золотистую поверхность покрывали светящиеся и пульсирующие голубые узоры, которые я без труда узнал. Ведь я такие уже видел и совсем недавно, в своём воспоминании, где «Рыцари Титана» высадились на ксено-объекте.

84. Сердце

— Сердце Рода — это артефакт, хранящий нашу генетическую память от Праматери Анны, — продолжала Гриви, проникая своей мыслью в мой разум. — В нём заключены знания о прошлом, в настоящем нам без него никак, а будущего без него у моего Рода нет вовсе. Это буквально сердце моего рода и хранилище душ предков, воплощающихся в следующих поколениях диггеров.

Я ощутил, как моё тело наполняется странной энергией, исходящей от кристалла. Она текла по моим венам, успокаивая бурю эмоций, которая накатывала на меня. Виториа, казалось, испытывала то же самое.

— Но как это возможно? — пробормотал я, не веря тому, что мне показали. — Откуда у вас такой высокотехнологичный ксеноартефакт?

— Это тайна, которую хранят диггеры веками, — ответила Гриви. — Каждый наш род обладает таким сердцем. Как наши лучшие воины становятся импами, обретая новую жизнь, так и Хатан-Аба, прожившая долгие и насыщенные жизни, однажды может стать «Сердцем Рода».

Трансгуманка подошла к пьедесталу и возложила руку на кристалл, засиявший ярким голубым светом. Вокруг нас начали проплывать яркие и призрачные картины: могучие воины-диггеры, сражающиеся с врагами, мирные труженики, живущие в гармонии, и величественные постройки, возведённые на другой планете.

— История народа. История борьбы, выживания нашей расы и создания новой цивилизации. Никто не забыт.

Поначалу мне в голову пришла мысль, что диггеры не смогли совладать с чужими азур-технологиями, а сейчас стало ясно — нет. Это не может быть обманом. Я заворожённо во все глаза смотрел на живые картины из глубин веков.

— Прикоснитесь! — пригласила нас Хатан-Аба.

Ви всё ещё державшая мою руку, стиснула её сильней.

— Всё будет хорошо, — успокоил я её, — Не бойся.

Шагнув к артефакту, я на секунду почувствовал сопротивление, а потом оно пропало. Подойдя ближе, возложил руку на сияющий голубым мягким светом сферу и…

В один момент получил ответ на весь рой вопросов, толкавшихся в моей голове.

Сердце — действительно построено, а верней выращено по ксенотехнологиям, но его «растили» и «воспитывали» не чуждые всему человеческому твари, а родила одна из Древних Уважаемых Матерей, вынашивавшая его в своём чреве словно моллюск жемчужину, долгие столетия, а после того как Сердце созревало, она активировала его собственной душой-анимой, вселяясь в квазиразумный квантово-азурический ксеномеханизм.

Это было что-то вроде сущностных ядер звёздных монстров, которые меня научил извлекать Соам, только Сердце Рода было в сотни раз сложней. Это было и хранилище невероятного количества информации, и вычислитель запредельной мощности, и а-ретранслятор, и управляющее ядро.

Я возложил руку на кристалл, и Сердце признало меня, показав свою истинную энергетическую сущность. Сфера под моей ладонью пылала так, что было больно моему мысленному взору. Сложнейшие цепочки и сплетения тончайших нитей и их узлы находились в постоянном неостановимом движении. Ментальные нити-щупы тянулись к Гриви, ко мне и даже одно к Витории, но многие из них уходили очень далеко, в такие запредельные дали, что когда я попытался умозрительно проследить за одним, то на меня накатила тошнота и головокружение.

Диги и строение их общества оказались не так просты. Странноватые эксцентричные долгожители сохранили многое из сложнейших технологий из моей прошлой жизни, благодаря своей изменённой физиологии. Как и артефакт, «Сердце Рода» оказался не простым булыжником, а невероятно сложным… Существом? Нет. Всё же механизмом, но превосходящим возможности моего разума и потрясшим его до самого основания.

Я с трудом оторвал руку от кристалла. Ощущая дурноту, с трудом облизал пересохшие губы. Сколько я стоял перед пылающей сферой? Явно дольше нескольких мгновений, как мне самому показалось.

Символы на ксено-объекте и на артефакте дигов имели общую природу, но я не ощущал угрозы, исходящей от «Сердца»…

Глаза открылись, я вдохнул полной грудью тёплый, влажный воздух. Ещё минуту или чуть больше я не видел ничего, всё ещё переживая яркий ментальный контакт с артефактом. Это было настолько непохоже ни на что из моей прошлой жизни, что буквально не хватало воздуха. Однако вскоре я стал разбирать слова и невольно подслушал интересный диалог.

— Ля… Что ты с ним снова сотворила, ведьма⁈ — сказано было гневным голосом Ви.

— Он в порядке, просто его Атрибут Разума слишком низок для полноценного контакта с артефактом. — заявила в свою защиту Гриви.

— Если бы ты сказала это ему заранее, он может, и не трогал бы его! — снова высказала упрёк моя соратница.

— Он скоро придёт в себя. — снова попыталась успокоить Виторию Хатан-Аба. — Сердце убивает только разум врагов.

— А кто определяет, кто враг, а кто друг? — взвилась ван дер Аристер.

— Сердце…

— Ну прекрасно! Твой кристалл?

Пока пререкания не перешли в поножовщину, что у младшего офицера также, как «здравствуйте». Я поморгал открытыми, но всё ещё невидящими глазами и подал голос.

— Ви, не гони волну. Живой…

Я почувствовал, как она присела рядом со мной и положила свою ладонь мне на грудь.

— Ты как, Кир?

— Нормально, — просипел я. — Зрение уже начало возвращаться. Вижу мутные тени. Хочу пить.

— Сейчас…

Мою голову аккуратно приподняла сильная рука соратницы. В губы ткнулось горлышко фляги. Я сделал несколько глотков и… Полегчало.

Тени сложились во взволнованное лицо всё ещё раздетой Ви, обрамлённое мокрыми прядями волос цвета спелой пшеницы…

— Небесный, вот, какого лядского уда ты мацал этот артефакт лядский? — махом разрушила она всё намечавшееся волшебство между нами.

— Я должен был понять…

— Эти грязекопские ведьмы горазды показывать всякие лядские фокусы, — пренебрежительно заявила Ви. — Жрать принесли. Будешь?

— Спрашиваешь…

Ви вышла. Я поёрзал на лавке и встал. Во рту ощущался металлический привкус, чувствовал я себя ещё неважно, но собрался, натянул штаны и сунул ноги в ботинки. Хватит уже задницей светить. Достаточно того, что ван дер Аристер дотащила нелёгкого меня до лавки.

Я уже вполне уверенно сидел, когда появилась Ви и Гриви. В руках у них было по подносу с исходящими паром мисками. Запах по пещере распространился просто чудесный. Мой пустой живот радостно приветствовал громким урчанием.

На первое был вкусный суп. Необычный сладковатый вкус можно было простить из-за густого мясного бульона. На второе — мясные стейки и незнакомые тушёные острые овощи с пряными душистыми травами. К пище прилагались свежие, ещё горячие хрустящие ржаные лепёшки. Правильно говорят, что лучшая приправа к любому блюду — голод. И этой приправы у меня было в избытке. Когда я разделался со своей порцией и вычистил тарелки корочкой хлеба, то с удивлением заметил, что Хатан-Аба решила присоединиться и разделить с нами пищу.

Покончив с едой, она спросила:

— Ты понял теперь, Кир, почему мы должны спасти «Сердце Рода»?

— Понял, — согласился я. — Но я не вижу путей, как мы можем это сделать. Имп, который у вас есть — это очень мощное средство. На какое-то время его хватит, но потом подойдут сильные Восходящие, и всё будет кончено. Можно попробовать оставить отряд прикрытия, чтобы усилить имп, но они почти наверняка сгинут, прикрывая отступление остального Рода.

— Я вызвала подкрепление, — огорошила меня Гриви. — Нам нужно продержаться завтрашний день и ночь. Потом подойдёт отряд Серых Мечей.

— Серых Мечей? — встряла в диалог Виториа. — Серьёзно?

Хатан-Аба с достоинством кивнула.

— Кто такие эти Серые Мечи?

Вот не хотел спрашивать! Две таких разных женщины, а посмотрели на меня с одинаковым выражением лиц. На них читалась жалость. Словно я их спросил, зачем штаны снимать, прежде чем нужду большую справить. Надоело чувствовать себя ущербным.

— Серые Мечи — это хороший отряд наёмников, — первой опомнилась ван дер Аристер. — Они не всегда выигрывают и правильно выбирают сторону конфликта, но имеют хорошую репутацию наёмников, не нарушающих своё слово и исполняющих контракты.

— И что они берут за свои услуги? — заинтересовался я.

— Известно, что, ля, — ухмыльнулась Ви. — Звёздную Кровь и Руны.

— Хорошо, — посмотрев на Хатан-Абу, спросил я. — Они пришли. Каков дальнейший план?

85. Разведка

Цели были ясны, задачи определены. Все диггеры Рода Гриви были чем-то заняты. Работа нашлась всем, включая маленьких детей и даже саму Гриви. Царящая вокруг суета была понятна и оправдана.

Нам с Ви дали отоспаться, а когда мы встали и пошли раздобыть себе завтрак, оказалось, что мы с ней единственные, кто не включён в этот деятельный круговорот. Все куда-то бежали, что-то тащили, а над с виду хаотичной деятельностью возвышался имп, незыблемой и довлеющей металлической статуей бога войны. Пластины брони покрылись инеем и сверкали в далёких и скудных лучах Игг-Древа. Про себя я отметил, что от когтей циклопа у боевого робота на грудной бронепластине остались отметины.

Одни диггеры укрепляли оборону форта, другие собирали припасы и грузили их на машины конвоя. Ну как машины… Это были довольно-таки странные конструкции. Общего с машинами у этих тарантасов было только то, что они имели большие металлические колёса и могли доставить из точки «А» в точку «Б», а дальше начинались отличия.

Насколько я понял из объяснений одного из пробегавших мимо мальчишек, это было что-то вроде самодвижущихся повозок с паровым двигателем. Принципиальная схема работы была примерно такой: руда игнис, которую я уже мог наблюдать в котельной, в топке паромобиля нагревала резервуар с водой, а дальше всё было просто — разогретый пар приводил в движение поршни, которые крутили колёса, целиком литые, без шин или чего-то отдалённо их напоминающего. Они стояли на цельнометаллическом рифлёном ободе, напоминая колёса первых тракторов. Ехать, видимо, такое должно, но какая будет проходимость при этом, как быстро и насколько внутри окажется комфортно, мне сказать с первого взгляда было сложно.

Клиренс казался очень высоким. Все паромобили неуловимо напоминали паровозы, решившие прикинуться грузовыми автомобилями. Почти все средства передвижения оказались обшиты листами брони, которую в моей прошлой жизни назвали бы противопульной. Что, видимо, хватало для большинства случаев. Однако я вспомнил косые борозды на груди импа, оставленные когтями Звёздного Монстра, и почти не удивился, когда обнаружил самый настоящий паровой танк. С поворотной башней на гусеницах и солидной бронёй.

На мой закономерный вопрос, что танк делает в тоннеле камнееда под фортом, мне ответили с детской непосредственностью, что, мол, танк ехал бы до выезда из тоннеля сутки, а потом столько же времени потратил бы для возвращения к полю боя. Видимо, никогда мне эту трансгуманскую логику не понять. Обладать настоящим танком, жить в опасном месте, называемом с придыханием «Мёртвый Лес» и не использовать его для повседневной защиты… Это было за гранью моего понимания. Зато танк оказался готов сопровождать конвой, насчитывавший около тридцати паромобилей. И это было очень хорошо.

Под фортом обнаружился длинный и просторный тоннель, проложенный неизвестно когда червём-камнеедом. Самого червя тут не было, зато об этом тайном проходе диггеры знали давно. Именно по нему они и пришли. Заканчивался тоннель где-то на границе Мёртвого Леса и Соляной Пустыни. Я принял эту информацию к сведению, но, честно говоря, все эти новые правила игры в моей голове до сих пор не улеглись.

На улице, как и вчера, было морозно и сухо. Я и Ви добыли на кухне горячего мясного супа со свежеиспечёнными лепёшками и позавтракали. На сухом морозе от наших тарелок отчаянно валил пар. Вся эта суета, горячий завтрак и отсутствие врага под стенами, угрожавшего нам немедленной и жестокой смертью, разогнали мои мрачные мысли и подняли настроение.

Чтобы не болтаться без дела по форту, я решил, что и нам будет правильно заняться чем-то полезным. А что может быть более полезным, чем разведка? Немного попререкавшись с не выспавшейся Ви, отправились предупредить о нашей затее Хатан-Абу. После чего взнуздали наших тауро и выехали за пределы форта.

Без особых раздумий я направил своего рогатого скакуна к перевалу. Виториа не оспаривала моего старшинства, просто следовала рядом, не демонстрируя восторгов, но и не возражая. Тауро шли по снегу ходко и уверенно. Замёрзшие трупы, расклёванные крылатыми падальщиками, наших животных не смущали вообще. Впрочем, как и сами дрейки, которые никуда не делись. И хорошо, потому что, несмотря на то, что у меня был навык верховой езды, я не знал, что мне делать с этим большим и сильным животным, если вдруг оно решит меня не послушаться.

Мои опасения оказались напрасными. Ни одного живого врага мы не увидели. Ургов в ближайших окрестностях не наблюдалось. Зато глазастая Виториа указала мне на тварь, щеголявшую среди остальных бронзовым фреймом.

— Когда нам ещё представится такая возможность? — спросила она, азартно блестя глазами.

— Предлагаешь поохотиться на звёздного монстра? — с сомнением спросил я.

— Давай добудем его! — воскликнула она.

Я на секунду задумался. Выходило, что ван дер Аристер права со всех сторон. Усиливаться нам необходимо. Это повысит наши шансы добраться до Аркадона. И да, совсем неочевидно, что случай раздобыть Звёздную Кровь и Руны представятся в будущем. С Восходящими ургов, откровенно говоря, нам обоим очень повезло. Их было больше, а мы просто оказались лучше вооружены и подготовлены.

— Как предлагаешь действовать? — с интересом спросил я.

— Хочу испробовать на нём новые заклинания…

— Приемлемо, — кивнул я. — Поддержу тебя из карабина.

— Готов? — азартно усмехнувшись, спросила Ви.

— Всегда готов! — ответил я.

Моя последняя фраза, что-то значила, что-то важное для меня, но что именно я так и не вспомнил.

Ван дер Аристер активировала свой Рунный Круг и быстро выбрала нужную Руну. В дрейка, содержавшего Звёздную Кровь, ударил сноп молний, а следом полетел огненный шар. Я внезапно понял, что мне тоже интересно понять, на что способны эти Руны, но не тут-то было. Всё оказалось зря! Электрическое и огненное воздействия без видимого эффекта стекли по невидимому энергетическому щиту твари.

Пировавший в метрах трёхстах от нас Звёздный Монстр, подпрыгнул на коротких нижних лапах, захлопал кожистыми крыльями и огласил окрестности криком, более всего похожим на скрип не смазанного гигантского колеса. Я вскинул свой АКГ-12 одновременно с Ви, перекинувшей со спины свою винтовку. Выстрелили мы одновременно с одним и тем же результатом. Наша пальба никакого видимого эффекта не принесла. Неужели этот Звёздный Монстр обладает настолько продвинутой защитной способностью, которая позволяет ему игнорировать воздействия заклинаний и выстрелы?

Если такой щит будет блокировать возможность вести ответный огонь и использовать Руны, это очень серьёзный аргумент в любой схватке. Хочу такую Руну себе!

Словно насмехаясь над нашими усилиями, дрейк, проскрипел на всю округу несмазанной осью. Он помахал крыльями ещё, подняв ими ощутимый ветер, что было неудивительно, бронзовый монстр превосходил размерами нормальных особей минимум вдвое. Взлететь этот здоровяк не смог из-за волочившегося набитого вкуснятиной пуза. Поэтому тварь, опираясь на крылья и ноги, поползла в нашу сторону, оставляя за собой глубокий след в сугробах.

Прикинув в голове и так и эдак, я решил, что неуязвимости не существует. Если бы такая и была, то ломала бы все законы, даже этого безумного мира. Единство, конечно, меня уже не раз удивило, но думаю, что в этот раз всё обойдётся. Я ещё не успел додумать, а руки привычно вытащили из криптора Зирдиновое Копьё.

— Ты собираешься драться с ним? — со странным выражением на лице спросила Ви. — Вдруг он и в ближнем бою окажется неуязвимым?

— Вик, не гони волну, — ответил я, спрыгивая с седла, — Лучше возьми моего тауро и отойдите на безопасное расстояние.

Ван дер Аристер спорить не стала, видимо, сказался опыт службы в крылатой кавалерии. Хоть эта организация и напомнила мне ополчение, но тем не менее понятие о воинской дисциплине кавалеристы имели.

Когда я спрыгнул с седла, и мои ноги тут же утонули в снегу по колено, а туша Звёздного Монстра, показалась чуть ли не в два раза больше, чем до этого из седла.

Смешно подпрыгивая и передвигаясь, словно огромная летучая мышь, дрейк приближался ко мне довольно шустро. Длинный клюв, полный игольчатых зубов, смотрелся всё более и более устрашающим, чем ближе приближалась крылатая тварь ко мне. Оглядевшись, я приметил большой камень и вскарабкался на него, решив что если окажусь на одном уровне с головой монстра, мне будет проще.

Когда дрейк приблизился почти вплотную, отъехавшая Ви выстрелила несколько раз из своей болтовой винтовки. Сознание отметило, что пули легли точно в цель, но они осыпались в снег, смявшись от удара и не долетев до тела крылатого падальщика буквально какой-то несчастный метр. Попадания по моему противнику замедлили его на короткую секунду, но мне этого хватило. Я нанёс стремительный удар, который должен был стать для монстра смертельным.

86. Охота

Удар копьём был быстр и неотразим. Белое древко словно жало устремилось к голове атакующего птерозавра, но остриё не достигло намеченной цели. Тварь успела убрать голову в сторону ещё быстрей. Отступив немного назад, дрейк с удивлением разглядывал меня круглым глазом, словно пытаясь запомнить наглеца, посмевшего бросить вызов королю грозовеющих небес над снежными шапками гор.

А я… Я почувствовал, что это не нелепый Звёздный Монстр, а сама смерть взглянула мне прямо в душу. Внутри меня всё обмерло. Обожравшийся с виду нелепый птерозавр, оказался не по зубам двоим Восходящим на бронзовой ступени развития. Он словно предугадывал все наши аргументы и действия, оставляя меня в полном замешательстве. Все те козыри, что были в наших колодах, мы уже использовали. Что теперь делать со вставшей передо мной проблемой было решительно непонятно. Зато подобных проблем не испытывал мой противник.

В следующий момент птерозавр-переросток ударил клювом, который длиной никак не уступал моему копью. Я едва успел увернуться от удара, но разминулся с этой мощной костяной пикой всего на несколько сантиметров.

Крылатый бронзовый монстр оказался невероятно быстр. Скорее всего, мы опрометчиво нарвались на старую крепкую бронзу, уже готовую стать серебром. Надо было мне сразу подумать об этом. Ведь дрейк едва бы дожил до этого дня и так вымахал в размерах, если бы у него не было каких-то таких навыков. Наверняка охотников за Звёздной Кровью и без нас хватало.

В нескольких миллиметрах от меня снова щёлкнул зубатый клюв, а в следующий момент мне пришлось снова уворачиваться от ещё одного удара. Я держался, но из-за пулемётной манеры рукокрылого противника наносить удар за ударом, получалось у меня только уворачиваться, отскакивать и отходить. Инициатива была полностью у крылатой твари. Но самое страшное в этом было то, что долго так продолжаться не могло. Или я ошибусь и подставлюсь под сокрушительный удар клюва, или противник выкинет что-то такое, что поставит точку в моих метаниях. Даже если птерозавр будет вести себя, как сейчас, то я могу попросту выдохнуться.

Я увернулся ещё от пары смертоносно точных ударов, пока у меня представилась возможность нанести ответный удар. Иногда ты делаешь всё правильно, но всё равно терпишь крах. В этой ситуации всё произошло именно так. Я действовал со всей доступной стремительностью, но всё равно опоздал. Звёздный Монстр оказался быстрей. Он ухватил Зирдиновое Копьё за древко своим зубастым клювом, и в следующий миг я оказался перед опасной тварью с голыми руками.

Птерозавр поднял моё руническое оружие высоко и несколько раз попытался его перекусить. Естественно, зирдин не поддался этим усилиям, лишь несколько раз жалобно звякнул под напором костяной мясорубки. Когда затея дрейка не удалась, он рассерженно мотнул головой на длинной шее, и моё необычное копьё, кувыркаясь, улетело в неведомые дали.

Похолодев от ужаса, я успел схватиться за карабин, но вот толком прицелиться не получилось. Слишком уж быстро всё это происходило. Длинная суматошная очередь ушла целиком в безмятежное лиловое небо, не причинив Звёздному Монстру никакого вреда.

Следующий удар моего противника был настолько стремителен, что я толком не успел ничего предпринять. Косой удар костяной пики пришёлся в пласталевую кирасу. Доспех с достоинством выдержал, но я упал, не удержавшись на ногах. С кристальной ясностью понял, что сейчас тварь убьёт меня. И птерозавр уже занёс клюв над моим распростёртым телом, но в последний момент Ви выстрелила. Вреда пуля не нанесла, бессильно упав смятой блямбой в снег. Однако дрейк, не ожидавший выстрела, отступил на шаг и промедлил с ударом, но мне хватило времени вскочить на ноги, от следующего удара едва успел отпрыгнуть в сторону.

В этот момент в голову пришла сумасшедшая идея. Не откладывая её воплощение, я запрыгнул на клюв и крепко обхватил его руками и ногами. Дело в том, что я где-то когда-то слышал, что на открывание и закрывание пасти отвечают разные мышцы. Различны они не только по назначению, но и по силе. Если челюсти могут схлопнуться с титаническим давлением в сотни тонн, то вот открывается пасть с куда меньшими усилиями.

Оставалось проверить, так ли это справедливо в отношении дрейка, содержащего Звёздную Кровь. Сомнения имелись, и немалые, но и выходов у меня было не так чтобы много. Тупая тварь даже не поняла сначала, что произошло. Дрейк мотнул головой раз, другой, только после этого поняв, что я, уцепившийся за его клюв словно обезьяна, не собираюсь падать или отпускать его. Противник затряс своей тупой башкой, будто дятел, в надежде сбросить меня. Но клюв птерозавра имел утолщение, как у весла, вероятно, служившее ему в качестве воздушного руля.

Я просто встал на него ногой и выхватив из кобуры на бедре «Головорез» и буквально вдавил его длинным стволом между верхним и нижним веком правого глаза. Звёздный монстр задёргался ещё активнее, но я, не обращая на это никакого внимания, несколько раз вдавил спусковой крючок. Крупнокалиберные пули разворотили всё внутри, в общем-то, скромного по размеру черепа, проделав три выходных отверстия размером с мой кулак.

Я понял, что всё кончено ещё в момент, когда крылатая тварь начала падать. Ловко соскочить у меня не получилось. Удар вышел не такой сильный, но с минуту пришлось ловить ртом воздух, восстанавливая дыхание. Часть тела оказалась придавленной. Виториа подъехала ближе, держа в одной руке винтовку и ведя в поводу моего белого тауро.

— Много я видала ля! — крикнула она, — Ещё больше слыхала! Но этот бой однозначно достоин того, чтобы о нём пели менестрели!

— Ага! — растерянно прокряхтел я, выбираясь из-под тяжёлой туши, сам ещё до конца не осознав победу. — И чтобы стендап-комики рассказывали…

Однако, возникшие над телом живучей стремительной твари, глифы и капелька заветной Звёздной Крови однозначно показывали, что этот звёздный монстр уже не оживёт. Ван дер Аристер спрыгнула с седла и помогла мне выбраться из-под туши дрейка.

Из птерозавра я получил 33 капли Звёздной Крови. Которые хотел передать Ви, но находясь под дрейком и имея с ним физический контакт, просто втянул Звёздную Кровь и Руны.

Как выяснилось, у ван дер Аристер общий запас составлял всего шестьдесят шесть капель, что, в общем-то, было не просто скромно, а катастрофически мало в наших обстоятельствах.

Я поддался на провокацию Ви и чуть было не поплатился за это собственной жизнью. Всё потому, что перестал трезво оценивать свои силы, что является следствием разбушевавшихся гормонов. Собственно ничего необычного, ведь если уровень дерева — это плюс-минус человеческие способности. Да, это может быть пиковая кондиция человеческого организма, доступная единицам, вроде спортсменов или мастеров своего дела. Вот бронзовый Восходящий — это уже нечто большее, чем просто человек. Это уже что-то вроде супер-героя, про которых так любят снимать интерактивные стереографические мультики. Бронза делает сильнее, выносливее, быстрее. Видимо, с монстрами происходит то же самое. Я же так самовлюблённо и пристально следил за собственным развитием, что забыл очень простую истину — если хочешь идти быстро, то иди один, а если хочешь не только идти, но и дойти далеко — собирай команду. Быстро идти, совсем не означает дойти туда, куда надо.

Во-первых, мне стоило притормозить и привыкнуть к уровню собственной силы, чтобы адекватно его оценивать. Во-вторых, имело смысл ответить себе на вопрос: что я за человек и чего я вообще хочу от жизни. Если бы я хотел идти быстро, то пошёл бы в Аркадон, не связывая себя Звёздными Клятвами с Родом Гриви, но я хочу дойти, куда мне нужно, с наименьшими потерями и найти Светлану. Что потом? Пока мне всё равно. Пусть это будет банальное: «жили долго и счастливо». Пусть так, этот вариант меня на данном этапе вполне устроит. Пусть так!

— Небесный, чего ты застыл ля? — окликнула меня Ви. — Собирай Руны и поехали в лядский форт, а то от этой прогулки на свежем воздухе аппетит разыгрался.

Я вздрогнул от неожиданного оклика. Обернувшись, посмотрел на свою спутницу, успевшую уже вскочить в седло.

— Задумался…

87. Предостережение

Получена Руна Имматериального Щита — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Получена Руна Развития — (Ранг: Бронза).

Получена Руна Развития — (Ранг: Бронза).

Вместе с Рунами, я зачерпнул пригоршню снега и размазал её по разгорячённому лицу. Изо рта валил пар. Иглой, наискось пронзившей небо, разгорался застывший навечно в зените неподвижный Небесный Трон, даривший Единству незримое тепло и окрашивавший окружающий мрак в холодные лиловые краски. Наблюдая чужой небосвод, я отчего-то именно в этот момент ощутил себя мелким, потерявшимся и заблудившимся.

— Какие Руны выпали с лядского дрейка? — поинтересовалась Ви в своей неподражаемой манере.

— Два развития и защитное заклинание имматериального щита, — ответил я, доставая нож. — Вероятно, защитная способность, которая нам не дала дистанционно убить его.

— Что ты собираешься делать? — с интересом спросила Ви.

— Вырежу сущностное ядро, — равнодушно бросил я и вогнал в тушу нож на всю длину. — Потом тело окоченеет на морозе и придётся его топором рубить.

— Ты слишком много общался с Соамом, — хмыкнула ван дер Аристер. — Он из варварского племени с Кровавых Болот. Будь его воля, он бы и шкуры снимал со Звёздных Монстров, думаю, что мясо, кости, клыки и когти тоже сумел бы пристроить.

— Так туши изменённых животных тоже имеют ценность? — задал я вопрос, не отрываясь от своего дела.

— Как тебе сказать ля… Имеют. И не то, — пренебрежительно махнула рукой Виториа. — Но ценность их сомнительна. Если человеку без гвоздя жрать мясо мутировавших животных, то могут проявиться мутации и неконтролируемые способности.

— Какие мутации и способности? — задал я наводящий вопрос, чтобы получить больше информации.

— Всякие, разные. Мутации редко бывают полезными, а способности контролируемыми. Уже давно ходят истории про то, что предки ургов были Дикими Восходящими изрядно покорёженными лядскими мутациями, а потом у них это закрепилось в потомстве, — размыто ответила Ви. — Если у тебя нет гвоздя в запястье, то ты не можешь поглощать Звёздную Кровь обычным для Восходящего способом.

— Вот как? — я сделал поперечный разрез.

— Наблюдатель считает диких Восходящих однозначным злом и выдаёт задания на их уничтожение…

— Всё так печально?

Она замешкалась и ответила не сразу. В хрипловатом надтреснутом голосе младшего офицера не было обычной уверенности.

— Ну… — промямлила Ви в несвойственной ей манере. — Не совсем…

— Виториа, что значит это твоё «не совсем»? — попытался я прояснить для себя ситуацию, оторвавшись и посмотрев на неё.

Она молчала несколько секунд, потом словно бы решившись, выдала.

— Слушай, то, что я сейчас скажу никакая не тайна. Это знают все, но говорить о таком в Аркадоне нельзя. Могут быть последствия. Понимаешь?

— Хорошо, — кивнул в ответ я, возвращаясь к своему мясницкому занятию. — Всё понял. Слушаю тебя.

— Ни уда ты не понял, небесный, — всплеснула руками моя собеседница. — Кормить не Восходящих: Звёздными Травами, Мясом Звёздных Монстров, Звёздными Минералами опасно. Потому что они получают не контролируемые генетические изменения, могут получить способности, с которыми не совладают, и в итоге заполучить психическое расстройство! Хорошо, если это будет расстройство безобидное, вроде страсти теребонькать бубенчики или копаться в мусоре, но бывает и такое, что изменившийся лядский дикий Восходящий становится опасен для всех вокруг! За чистотой крови следят Инквизиторы. Они же если решат, что ты еретик, могут укоротить на язык, а то и на голову. У них это ля быстро… Поэтому даже не пытайся в присутствии инквизиторов или незнакомых тебе людей заниматься сбором ресурсов, содержащих Звёздную Кровь!

— Да, ладно-ладно! — поднял я руки, уже испачканные в крови дрейка. — Чего ты разошлась?

— И не болтай про это ля! — добавила моя спутница. — Понял?

— Угу, — кивнул я соглашаясь. — С первого раза. Если нужно, принесу тебе Звёздную Клятву.

— Не надо лядских клятв, — буркнула она совсем уж тихо. — Чем меньше ты теребишь Наблюдателя, тем меньше он на нас обращает внимание. Могу сказать, что Он не человек, а нечто непонятное и неизмеримо большее. Плевать ему на тебя и на меня, да и на любого в Единстве. Его задача — сохранить виды и популяции растений, животных и всякого такого. Отправить сотню копий Восходящих на лядское, невыполнимое задание — запросто! А в итоге выяснится, что всё Он затеял, чтобы спасти вид каких-нибудь луговых йурров. Потому что оперирует Наблюдатель не чьим-то там благополучием, а выживанием популяций.

Я промолчал, переваривая полученную информацию. Руки выполняли механическую работу нисколько не мешая разуму усваивать и анализировать полученные сведения.

— Виториа, так что ты мне хотела рассказать? — спокойно переспросил я.

Услышав, как звякнул нож обо что-то твёрдое, запустил внутрь руку и нащупал внутри сферу.

— Если принимать особые препараты, сделанные из сущностных ядер, плоти животных, особых минералов и растений, то всё не так страшно, — наконец выдала ван дер Аристер. — Наблюдатель уничтожает диких Восходящих, потому что они не могут контролировать свои способности, но существуют особые техники приёма пилюль, микстур и втирания мазей, которые с помощью техник и упражнений могут подготовить тебя к Стигмату. И ты начнёшь с почти полностью заполненными атрибутами мусорного ранга или даже начальной бронзой. Твои друзья диги про это знают не мало. Особенно их ведьмы.

Я наконец надёжно ухватил ядро и вырвал его из груди дрейка. Обтёр сферу о снег и стёр с рук кровь. На просвет ядро казалось непрозрачным сапфиром с тёмными вкраплениями, по размеру не превышало крупный грецкий орех. Опустив его себе в карман, вскочил в седло.

— Поехали?

Задумчивая Ви кивнула.

— Угу…

Мы тронули своих тауро бодрым шагом по направлению к форту.

— У меня только один вопрос остался…

— Какой? — заинтересовалась ван дер Аристер.

— Если всё так, как ты говоришь, и препараты со Звёздной Кровью могут помочь обычным смертным подготовить себя к Восхождению, — начал я. — То почему это считается запретной темой?

— Ты верно плохо меня расслышал, небесный! — вспылила Виториа. — Они под запретом, потому что небольшая ошибка или передозировка и всё! Получается мутант, сумасшедший, дикий Восходящий или всё разом!

— Нет, — отрицательно покачал головой я. — Я сейчас о том, если курс приёма препаратов был успешен. Что с такими людьми случается, если они не получают Стигмат?

— Они становятся, как Восходящие с Атрибутами мусорного ранга, только без Скрижали. Хотя некоторые из них могут овладеть кое-какими способностями, нормальными которые никак не назовёшь…

— И с психическим здоровьем у них всё нормально? — уточнил я.

— Ну… Да, — неуверенно ответила Ви. — Если в системе приёма не было ошибок, то с Телом, Духом и Разумом у них всё нормально. Атрибуты растут и улучшаются, а значит, они становятся сильней, здоровей и крепче.

— А если они и дальше продолжают принимать препараты со Звёздной Кровью? — попытался докопаться до сути.

— Такие люди становятся дикими Восходящими…

— Но что если…

— Так, небесный, я тебе всё рассказала и даже больше. Давай этот лядский разговор прекращать, пока мы с тобой до ереси не договорились.

Мы ехали молча, пока не показались стены форта. В тишине тоже было хорошо. Ничего нового не узнал, зато и матюги ван дер Аристер слушать не пришлось. Полуразрушенное, всё ещё дымящееся, укрепление посреди поля, усеянного трупами, тут и там разрываемых падальщиками, производило гнетущее впечатление. Вал и мощные стены, а за ними возвышался грозный имп.

Сколько мы здесь? В этом форте на краю Мёртвого Леса? Нет… Не месяцы и не недели, а несколько жалких дней. Виториа правильно тогда сказала: «Быстро живём». После того как я попал в Единство, время словно перестало иметь значение, как что-то незыблемое, растягиваясь и ускоряясь по собственной прихоти.

Хотя… Может, так было всегда? Я почти не помню себя прежнего. В любом случае я живу в долг с того самого момента, как осознал себя здесь. Ведь моей судьбой было погибнуть вместе с остальными.

Только сейчас до меня стал доходить масштаб происходящего вокруг. Вторжение, одинокий форт, несколько сотен дигов и меньше десятка Восходящих, отбившихся от передового отряда неисчислимых орд мутантов-ургов.

88. Новое Задание

На воротах нас встретил Зесс. Я поднял голову и увидел, что со стены на меня сурово смотрят, перегнувшись трое дигов. Я уже начал различать их болезненно худые, несуразные фигуры. Эти трое были из породы бойцов. Все трансгуманы были полутора метров ростом, ну, может, чуть выше. Зесс и его сотоварищи были сантиметров на десять повыше, в плечах пошире и не производили впечатление недокормленных узников, как остальные рабочие особи. Лица воинов были выразительней из-за нависающих надбровий, выдающихся скул и тяжёлых нижних челюстей. Как и в первую нашу встречу, их снаряжение выглядело как архаичные водолазные костюмы, только на этот раз диги надели кирасы, выполненные из тёмного металла. Оружия и военного снаряжения на виду было побольше.

Я на пару секунд завис, глядя на них и борясь с нахлынувшим чувством дежавю.

— На разведке были? — сварливо спросил Зесс.

Я кивнул.

— Ургов видели? — снова задал вопрос он.

— Зесс, а ты не желаешь нам открыть лядские ворота? — встряла Ви. — Это послужило бы прекрасным началом диалога.

Я усмехнулся и молча кивнул. Права моя спутница. Мы союзники диггеров, но никак не их подчинённые, чтобы там себе не воображал Зесс Гриви.

— Сейчас… — проворчал он и поковылял по стене.

Стало видно, что воин Рода использует при ходьбе костыль. Я не видел, когда и как его ранило, но, видимо, в тот момент, когда мы ликвидировали прорыв на стене. Исход штурма в тот момент висел на волоске, и то, что Зесс бросился в самое пекло и дрался, не щадя себя, говорит в его пользу. Я и Виториа тоже там были в этот момент, но это, если судить по его тону, не улучшило его отношение к нам. Несмотря на то что у нас есть общий враг и общее дело. И это странно.

Хотя… Чему я удивляюсь? Трансгуманы сами по себе странные существа, отличающиеся от людей намного больше, чем мне показалось с самого начала. Да и моя спутница никак не потеплела по отношению к дигам.

Мы устали, но на это было наплевать. Развитый до максимума Атрибут Тела позволял восстанавливаться за очень короткое время. Мы замёрзли, но скоро в тепле отогреемся. Мы проголодались, но знали, где найти пищу. Если мы хоть что-нибудь съедим и посидим в тепле, усталость отступит. Мы снова будем бодры и полны энергии. Я был почти счастлив нашей небольшой вылазкой из форта, где все готовились к исходу. Как ни крути, а это отступление перед превосходящими силами противника, а такое никому не нравится. Не нравилось это и мне.

Оказавшись внутри форта, мы безотлагательно устроили себе поздний обед горячим супом из сладковатых незнакомых овощей на густом мясном бульоне и ещё тёплых ржаных лепёшек. Хлебая дигский суп, я впервые понял, что мне не хватает солёного, острого и, пожалуй, тёмного пива из бочонка Соама. Почти все блюда, которые мы могли раздобыть на кухне, были сладковатыми или вовсе сладкими. Заправлял кулинарным хозяйством Рода довольно упитанный для дига трансгуман — его телосложение казалось почти нормальным.

К нашему с Ви удивлению главный по кухне оказался восходящим на бронзовом уровне, а помогала ему целая банда детворы. Когда я ему высказал свои претензии по поводу недостатка соли и специй, он ответил мне:

— Нет таких Рун! — и руками развёл.

После обеда мы не сразу ушли из трапезной залы, где познакомились с Хатан-Абой, а задержавшись, распределили Руны. Решили, что я оставлю себе Руну Имматериального Щита, а две Руны-Развития возьмёт Ви и сразу вложит их в Атрибут Ментальности. Вместе с уже вложенной единицей развития, получалось, что у неё в этом Атрибуте будет уже тройка, что расширяло её возможности, в качестве боевой единицы.

Я попросил кипятка и заварил нам с Ви земного зелёного чая из своих запасов. Расслабившись и скинув с себя верхнюю одежду, мы просидели в тишине почти час, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Нас никто не беспокоил. Представлялось, что всё произошедшее со мной просто необычный сон. Небольшой отдых меня так расслабил, что захотелось спуститься и прилечь на «своей» лавке. Но оказалось, это было затишьем перед бурей. Как говорится, ничего не предвещало беды, пока с нами не связался Наблюдатель. Естественно, он сделал это своим излюбленным способом — при помощи информационного окна.

Задание Наблюдателя Единства!

Восходящий, Кир! В области, где вы пребываете, встречаются полуразумные некро-существа, представляющие опасность для Народов Единства. Их поголовье необходимо сократить. В зачёт задания считаются только особи следующих видов: дикий некрос, дикий некроморф, дикий химероидный некроморф, альфа-некрос.

Награда: Слава

Награда: Звёздная Монета

Награда: Руна (качество: бронза)

Пробежав глазами по тексту я посмотрел на Ви, заметив, что она также получила сообщение. Какое гадать не приходилось, как пить дать то же самое, что и у меня.

— Что это за существа? — задал я ей вопрос.

— Лядское население Мёртвого Леса, — пояснила моя побледневшая, но спокойная собеседница. — Наступила ночь, и они решили проверить, что у нас здесь творится. Мы слишком много пролили крови, чтобы это их не заинтересовало.

— Что будем делать?

— Выполнять задание Наблюдателя, — пожала плечами Ви. — Бронзовая Руна нам лишней не будет.

Она уже вытащила револьвер и, откинув барабан, проверила, все ли каморы заряжены.

— И то верно, — согласился я, гоня от себя расслабленность и лень. — Пойдём посмотрим, кого там ещё принесло.

Я последовал примеру ван дер Аристер и оценил насколько легко «Головорез» покидает кобуру. Тяжёлая дверь захлопнулась за нами, и не сразу стало понятно, что происходит вокруг. Запасные очки с прибором ночного видения раскрасили окружающее в чёрно-белые краски. Даже намёк на свет Игг-Древа исчез. Над фортом кружили падальщики-дрейки.

В глаза не сразу бросилось какое-то несоответствие. Местные птерозавры-падальщики были довольно крикливыми созданиями, орали они по поводу и без повода, оглашая округу громкими воплями, более похожими на скрип не смазанной колёсной оси. Поэтому тишина меня немало насторожила.

— Это не дрейки, — сообщил я Ви после того, как навёл зум на кружащие крылатые силуэты. — Что-то антропоморфное с крыльями.

— Антро… Чего ля?

Я не смог подобрать слово на Едином языке и использовал термин на русском языке.

— Они выглядят как люди с крыльями…

— Это химероидные некроморфы, — подсказала мне спутница. — Опасные и живучие твари.

— Они кружат над Мёртвым Лесом…

— Что-то привлекло их внимание там, — пояснила мне Ви. — Пойдём со стены посмотрим?

Через несколько минут мы забрались на самую высокую точку укрепления, которое я чуть было не развалил, пока управлял импом. Стая некромофов в несколько сотен особей устроила хоровод над местом в глубине Мёртвого Леса. Что их привлекало было неясно, но химероиды камнем бросались вниз и вновь взмывали в морозное лиловое небо.

Я навёл зум очков на стаю и первое, что заметил — химероиды все были неодинаковы. У некоторых имелся хвост, у других рога, другие щеголяли шипастым гребнем вдоль позвоночника, у иных неправильное количество конечностей, некоторые сочетали в себе все несуразности разом. Кожистые крылья существ были огромны, но мои знания в аэродинамике говорили, что этого недостаточно, чтобы такие туши держались в воздухе.

Общим у некроморфов было одно — они все были невероятно уродливы. Их кожа была покрыта бородавками и какими-то непонятными наростами, крылья больше напоминавшие крылья летучей мыши, чем кожистые паруса дрейков били в воздухе тяжело, словно с некоторым усилием. Однако несмотря на это, твари передвигались довольно шустро. Я не сразу понял, что мне напомнила демоническая внешность крылатых некроморфов, а потом, словно что-то в голове щёлкнуло, и я вспомнил — горгульи.

89. Горгульи

— Что они там делают? — спросил я, недоумевая, ни к кому не обращаясь.

Ви покачала головой.

— Не знаю точно, да и не видно ля ни уда. Возможно, ищут что-то или на кого-то охотятся. Но их лядское поведение меня беспокоит.

Час или больше мы наблюдали за кружащими над лесом существами. Постепенно крылатый хоровод приближался. Уже невооружённым глазом, без приборов было видно, что это большие создания. Никак не меньше среднего человека, и почти каждый из них вооружён чем-то древковым.

Вскоре на заснеженной равнине среди искорёженных деревьев появился первый ург, скачущий во весь опор прямо на форт. По ургской моде он был длинноволос, обряжен в отрепье и раскрашен. Было заметно, что он убегает от крылатых некроморфов. Это было странно. Ведь урги не сразу дрогнули даже перед многотонным импом, выкашивавшем их из пулемётов и автопушки. Может, им не хватает ума, но в храбрости не отказать совершенно точно.

Ван дер Аристер, стоявшая на стене рядом со мной и откровенно маявшаяся бездельем, тут же вскинула приклад винтовки к плечу и почти не целясь выстрелила. Фигура урга, даже не смотревшего в нашу сторону, упала со спины тауро, кувыркнулась и затихла.

— Превосходный выстрел, — отметил я, оценив расстояние до цели. — Издалека попасть с открытого прицела по движущейся цели.

Румяная от мороза Виториа польщённо кивнула, но комментировать эту фразу никак не стала. Я указал на тёмный пикирующий вниз силуэт.

— Смотри…

Вдруг один из некроморфов отделившийся от стаи, сложив крылья за спиной, камнем падал вниз с сумасшедшей скоростью. Его целью был ург, но ван дер Аристер его уже подстрелила. Увернувшись от встречи с промёрзшей поверхностью, в последний момент, он изменил направление полёта и летел прямо к нам. В руках горгульи я заметил чёрное двухлезвийное копьё, выглядевшее, словно рукояти двух мечей, соединённое между собой древком. Некрос держал оружие широким хватом, метя в нас двоих. Со скоростью, которую он набрал, пикируя из поднебесья, его клинки должны были перерубить наши тела без труда.

— Берегись! — успел я крикнуть Ви, отталкивая её в сторону.

Я выхватил «Головорез» из кобуры и направил его на некроморфа. Тварь приближалась быстрей, чем я ожидал, уродливая морда была всего в считанных метрах от меня. Я прицелился и успел несколько раз выстрелить. Револьвер три раза оглушительно рявкнул, выпуская пулю за пулей.

Первым выстрелом пробило крыло некроморфа, но он продолжал лететь, словно и не заметив ранения. Второй и третий выстрел пробили грудь, заставив его закувыркаться в последние секунды полёта. Он ударился о землю с грохотом, но тут же поднялся на ноги и бросился на меня. Это притом, что в обычном человеке не осталось бы ни одной целой кости после такой жесткой посадки.

Я уклонился от его атаки и снова выстрелил. Ещё одна пуля разворотила его грудь, но некроморф не упал. Он сделал шаг словно, споткнулся и замахнулся на меня своим оружием и продолжил бы атаку, если бы не молнией блеснувшая сабля ван дер Аристер. Уродливая рогатая башка некроморфа съехала по аккуратному хирургическому срезу, оставленном мастерским ударом Витории. С костяным стуком существо рухнуло на колени, не выпуская оружие из рук, и только после этого упало. Ви продолжала стрелять, но её боезапас быстро таял.

— Нам нужно уходить со стены! — сообщила мне она. — Смотри…

Я проследил взглядом за её рукой и увидел, что стая движется к форту. Крылатые химеры приближались словно тёмная туча, заслонявшая небо.

Виториа продолжала стрелять, но её винтовка уже была почти пуста. Я бросил ей свой револьвер, который она ловко поймала.

— Беги! — крикнул я, показывая ей в сторону здания. — Я прикрою, как доберёшься, ты прикрой меня!

Всё-таки хорошо, что моя спутница не была кисейной барышней. Моментально оценив мой план, Ви не стала спорить, она понимала, что это наш шанс выжить. Ван дер Аристер помчалась к лестнице, ведущей вниз, а я остался на стене, вскинув свой карабин «АКГ-12».

Эти твари были очень живучими, но также я видел, что они погибали от выстрела в голову. Я начал двигаться по периметру стены, стреляя в некроморфов, которые пикировали на меня по несколько штук. Каждая моя игла из гаусс-карабин, словно маленькая искра надежды в этой ночи бесконечного ужаса, поражала одну кошмарную тварь. Прокачанный навык стрельбы позволял мне не тратить зря боекомплект, попадая с одного выстрела, куда я хотел.

— Давай бегом! Прикрываю! — донёсся до меня крик спутницы.

И я побежал. Винтовка в руках Витории, казалось, жила сама по себе своей собственной жизнью. Расстреляв весь боезапас, младший офицер взялась за револьверы и опустошила их барабаны. Она стреляла быстро и метко, в этом я был уверен. Вот только, видимо, в какой-то момент этого оказалось недостаточно.

Вдруг я ощутил мощный удар в спину. В который уже раз меня спасает мой неказистый доспех! Покатившись, обернулся, сгруппировался и увидел, что один из некроморфов уже пикирует на меня, его копьё направлено прямо в сердце. Ладонь нащупала пистолетную рукоятку карабина, болтавшегося на трёхточечной подвеске, но я не успел отразить удара, который принял на кирасу.

— Сюрприз, гадёныш! — зло выплюнул я сквозь зубы и разнёс рогатую башку горгулье несколькими выстрелами в упор.

Я услышал крик Витории и увидел, как рядом появилась она сама с саблей в руке, подавая мне руку, крикнула:

— Нужно уходить! — сказала она, помогая мне подняться. — Бегом!

Мы заскочили в предбанник жилого здания, где уже собрались несколько дигов и Зесс. Ви отдала мне револьвер и вытряхнула гильзы из барабана. Её лицо было бледным, но глаза горели решимостью. Я отдышался, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. На улице начал долбить пулемёт.

— Нам надо прорваться к импу! — заявил Зесс.

И он был прав. Пара зенитных пулемётов в запястье гигантского боевого робота быстро помножит на ноль эту стаю крылатых некросов.

— Хуманы! — обратился к нам дигский воин. — Поможете?

— Конечно, — кивнул я, зарядив револьвер и взявшись за карабин. — По твоей команде.

Виториа грязно выругалась и нервно облизала пересохшие губы.

Зесс решительно кивнул, его взгляд скользнул по собравшимся. Лица дигов-воинов были суровы и сосредоточенны.

— Сейчас! — прорычал он, голос его был хриплым, но твёрдым как сталь. — Вперёд!

Мы всей толпой вывалились на улицу и были вынужденны сразу открыть огонь. Увы, но ни о какой боевой слаженности говорить не приходилось. Ночь была густа, как начавшая сворачиваться кровь. В воздухе висел запах смерти и пороховой гари. Несколько десятков некроморфов уже окружили нас, их когтистые лапы стучали по мёрзлой земле.

Зесс первым бросился в бой, несмотря на то, что он прыгал на одной ноге, при этом помогая себе костылём. Он выстрелил из револьвера, вспышка выстрела осветила ночь, выбросив в воздух сноп искр несгоревшего пороха. Диги следовали за ним, прикрывая его из короткоствольных карабинов. Я открыл огонь из карабина, пули прошивали плоть некроморфов, но они продолжали наступать, презрев боль и опасность. Почти четверть наших противников содержали Звёздную Кровь, их фреймы отливали зеленью дерева.

Виториа была рядом, прикрывая меня. Её сабля блестела во вспышках выстрелов. Она двигалась с грацией и скоростью пантеры, каждый удар её оружия был подобен молнии, каждый выстрел из револьвера оказывался точным и смертоносным.

Это в очередной раз заставило меня задуматься о том, кто же такие эти крылатые кавалеристы. Что-то вроде местного десанта? Или нужно брать выше и это осназ? Что Ви, что Соам, да и все остальные, кого я не успел узнать так хорошо, дрались словно демоны, демонстрируя сноровку, храбрость и прекрасное владение оружием. Если я ошибаюсь, то совсем немного. Гиппоптеры не могут стоить дёшево. Могучего крылатого зверя нужно вырастить, выкормить и выдрессировать. Так что садить на них кого попало не будут.

— Все к импу! — крикнул Зесс, вытряхивая стреляные гильзы из своего револьвера. — Прикрывайте, пока я буду залезать!

Дигский воин отбросил костыль и схватился за скобы лестницы.

90. Сюрприз

Для того, кто только что прыгал на костыле Зесс с невероятной сноровкой карабкался по внешней лестнице импа. Его движения были резкими и точными, словно он тренировался всю жизнь именно для этого момента.

— Ви! — крикнул я. — Прикрой меня, пока я защищаю Зесса!

Виториа сосредоточенно кивнула, не сводя глаз с приближающегося к ней крылатого силуэта. Её револьвер бабахнул, осветив всё вокруг вспышкой выстрела. Очередная крылатая тень закувыркавшись в воздухе, упала с неба. Я в это время продолжал стрелять одиночными из карабина. Каждый мой выстрел был направлен на то, чтобы никто не помешал Зессу добраться до кокпита боевого робота. Диги сражались с яростью и отчаянием, но противник был слишком многочисленным.

Сначала метко брошенное копьё пронзило одного из них, пригвоздив его к мёрзлой мостовой форта. Когда Зесс проделал половину пути, второй диггерский боец исчез под несколькими крылатыми силуэтами. Просто разорвавшими его на куски. Стрелять мы не могли без риска убить своего, поэтому Виториа метнулась ему на выручку с саблей, но когда подоспела было уже слишком поздно. Воин пал, от его тела мало что осталось. Впервые я увидел у этих «горгулий» аномально огромные пасти, тянувшиеся от уха до уха, напоминавшие больше радостный смайлик. Челюсти были полны мелких острых зубов, словно зубья пилы. Крылатые твари разорвали беднягу на части в считанные секунды.

Зесс также время от времени стрелял в особо наглых некроморфов, стоя здоровой ногой и ухватившись за скобы одной рукой. Несмотря на перелом, он добрался до кабины довольно быстро. Я вздохнул с облегчением. Вот теперь-то диг обрушит на эту летающую нечисть всю мощь этого огромного шагающего робота.

Но как выяснилось, выдохнул я рано. Рядом, с первобытной яростью, защищая меня от нападок монстров, дралась Ви, мастерски обкладывая их матюгами. Как бы там ни было, я видел, как она всё больше устаёт, поэтому поспешил прийти ей на помощь. На короткую минуту нам стало легче, Ви успела перезарядить револьвер.

Внезапно из густых теней на меня выскочил огромный некроморф, чей фрейм отливал бронзой. Всё тело врага было покрыто шрамами и рубцами, а в руках он держал полуторный меч. В жутком противоестественном молчании он стремительно бросился на меня. Я же, едва успел отпрыгнуть назад, а чтобы избежать смертельного удара, пришлось подставить АКГ-12.

Удар был страшен, но как же я удивился, когда вместо моего карабина в руках у меня оказались две бесполезные половины оружия! Клинок горгульи разрубил пласталевый корпус моего карабина! Я сам еле успел увернуться от удара, вырвав из кобуры «Головорез» выпустил в противника весь барабан, несколько раз попав ему в голову. Пули или рикошетили от костей черепа, или не причиняли какого-либо существенного урона. Только последнее попадание заставило крылатую тварь сделать неуверенный шаг и упасть, уткнувшись мордой в мёрзлую землю.

Я вырвал необычное оружие из когтистой лапы некроморфа. Разменять гаусс-карабин на меч, курс не самый выгодный, но выбирать особо не приходилось. Было очень интересно, что же это за такое оружие, рубящее пласталь, но разглядывать и изучать не было времени. Пришлось отбиваться от ещё одного крылатого противника. Внезапно я обнаружил рядом с собой Зесса. Диггер держался рукой за аварийный трос.

— Что случилось? — спросил я.

— Он больше не считает меня пилотом, — упавшим голосом сказал мне дигский воин. — Поднимайся в кабину. Тебе лучше поторопиться…

Выяснять подробности было некогда. Я ухватился за аварийный трос и оттолкнувшись ногами от поверхности, начал подниматься. Бабина скручивалась тем быстрей, чем выше я поднимался. Оказавшись в кабине, я закинул меч и обломки карабина в экстрамерное хранилище и упал в кресло. Нейрошлем занял своё место на голове. Минута темноты и тишины перед слепящей вспышкой подключения, и грозный металлический голос прорычал:

— А ты не торопился, болван…

— Зенитные пулемёты! — скомандовал я.

И тут же ощутил, как спарка покинула своё место в скрытой нише на запястье манипулятора. В прицел попала группа некросов.

— Огонь!

Рявкнула короткая очередь. Крупнокалиберные пули буквально разорвали в клочья крылатого монстра. Следующие сорок минут я/мы, не сходя с места, крошили летающую нечисть из пулемётов и жгли её огнемётами. Горгульи пытались меня/нас контратаковать, но крыть такой аргумент, как пятнадцатиметровый бронированный имп им было откровенно нечем. Противник, понеся потери в две трети, отступил в сторону Мёртвого Леса.

Имп бушевал, призывая меня, бросится в погоню и покончить с некроморфами раз и навсегда, но я сдержал этот порыв. Лишь проводил удалявшиеся силуэты двумя докрасна разогретыми стволами пулемётов. Этот раунд остался за нами. Теперь нужно пережить эту ночь, дождаться наёмников и уйти из форта.

Убедившись, что некромофы улетели и не собираются возвращаться, я спустился из кокпита на промёрзший двор форта. Зесс ждал меня, его лицо было усталым под слоем грязи и пота, но глаза смотрели цепко.

— Ранили твою бабёнку, — сообщил он мне. — Нужно отнести её к Хатан-Абе.

Склонившись над Ви, осмотрел её. Икра ноги была пробита насквозь. Над раной был завязан жгут.

— Ты как, младший офицер? — улыбнулся я. — Готова отправиться в больничку?

— Какой ещё лядской…

Я поднял её на руки и понёс в помещение общего зала, на время боевых действий превратившееся в лазарет, где врачевала Гриви. Естественно, пока я нёс Виторию, она требовала её опустить и грязно ругалась.

Хатан-Аба в два счёта освободила ван дер Аристер от верхней одежды и усыпив её при помощи Руны, принялась зашивать её рану. Я посидел несколько минут, наблюдая за работой Уважаемой Матери, а потом дал самому себе воображаемого пинка и отправился собрать добычу.

Оказалось, что Звёздную Кровь и Руны уже собрали. Какова будет наша с Виторией доля при разделе и будет ли вообще вопрос интересный, но несвоевременный.

Под небом густого лилового цвета, в тусклом свете далёких мутно мерцающих кругов жизни, лежали тела некроморфов, раздроблённые щиты, оторванные крылья и конечности, осколки костей, обломки оружия. Я некоторое время просто бродил между ними, соображая, что мне нужней всего. Нашлось целое с виду оружие, в основном для ближнего боя, оно мне не нужно. У меня имеются Руны Зирдинового Копья, Хитинового Щита и загадочный полуторник без руны, с которым ещё предстоит разобраться. Я приметил несколько качественных с виду мечей и копий, но они мне были не нужны.

Поэтому я просто начал вырезать сущностные ядра. По большей части попадался мусор с вишню примерно размером, но может удастся впоследствии из этого извлечь хоть какую-нибудь выгоду. Удалось добыть всего несколько десятков Ядер, после чего тела задубели на морозе, а я устал, чтобы их рубить. Да и вообще, мне эта мясницкая работа была не по душе, поэтому я отправился спасть, решив урвать хотя бы несколько часиков сна. Если завтра всё пойдёт по плану Гриви, мы двинемся в путь. Нужно быть свежим и бодрым.

Проходя через общий зал, я заметил лежавшую на лавке Ви. Операция была завершена, младший офицер крепко спала. Я остановился и, на секунду закрыв глаза, представил, в каком расположении духа она завтра проснётся, а разоружить её никто не додумался. Я не думал, что она порубит или застрелит кого-нибудь из диггеров, но вот высказать может всё в лицо. Как она умеет прямо, с болезненной честностью, не стесняясь в выражениях, а после этого и до кровопролития недалеко.

Чтобы избежать эксцессов, поднял её на руки и понёс в пещерные термы, где мы остановились. Аккуратно устроил её на лавке, постелив ей спальник нашедшийся в крипторе одного из членов моего бывшего экипажа. Завалился спасть сам, даже не пытаясь анализировать всё произошедшее со мной сегодня.

91. Кок

Однако уснуть не удалось. Разум был сильно перевозбуждён недавно прошедшей битвой на стремительных скоростях. Стоило закрыть глаза, как я вновь и вновь переживал события, случившиеся со мной накануне, видел крылатых уродов. Но главной неприятностью было то, что я потерял прекрасный карабин в снайперском обвесе.

Да, у меня был ещё один, но что будет, если я потеряю и его? Ответ был прост: я утрачу одно из своих главных преимуществ перед местными. Какими бы уязвимостями и недостатками ни обладала техника перед местной магией Рун, она, тем не менее прекрасно себя показывала, где сложили свои головы далеко не последние Восходящие. Я выжил и развивался, там где остальные погибли. Уверен, что земные технологии себя покажут ещё не раз и не два.

Проблема утраты снаряжения не давала мне покоя. Я ворочался с боку на бок, не в силах заснуть, пока наконец не решил встать. Покончив с этим мучением, оделся и отправился на кухню в поисках кипятка. Ничто так не помогает мыслительной деятельности, как хорошо заваренный зелёный чай.

В трапезной я не встретил снующей тут деловитой детворы, что было понятно. На дворе ночь, все спят. Зато на месте оказался бронзовый Восходящий, которого я про себя окрестил кок.

— Не спится, Кир? — спросил он меня, забавно сморщившись.

Через секунду я понял, что это он мне так улыбается. Я даже не постарался выдавить из себя ответной улыбки. Настроение моё было мрачнее некуда. Вероятно, сказывалась усталость от череды интенсивных боёв, конца и края, которым видно не было.

— Мы не знакомы, — заметил я. — Как твоё имя?

— Все знают, что Гриви включила тебя и ван дер Аристер в Род. Пусть временно, до того как вы исполните свои Клятвы, но такого на моей памяти не случалось, — ответил он, протирая стол, за который я сел. — Меня зовут Мантир Кол.

— Погоди, — усмехнулся я. — Как Кол? Это же Род Гриви. Все в нём носят имя Уважаемой Матери, как фамилию. Или я что-то не понял в ваших обычаях? Поможешь разобраться?

Мантир присел напротив меня, так чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и кивнул. Я в очередной раз поразился необычайно сложной структуре и глубине радужки вроде небольших, но таких выразительных глаз диггерской расы.

— Ты всё верно понял, Кир, — снова забавно сморщился кок. — Все дети Уважаемой Матери носят её имя в качестве фамилии.

— Но твоя фамилия отличается. Ты не являешься сыном Гриви?

— И опять ты всё верно понял, Кир, — он вновь улыбнулся. — Чем я могу тебе помочь в этот поздний час?

— Я пришёл сюда в поисках кипятка, — признался я. — Ты простишь мне моё любопытство?

— Конечно. Задавай любые вопросы, родич, — кивнул мне Кол вставая. — Сколько тебе нужно кипятка?

— Примерно вот такой чайник, — я сделал пространный жест, показав размер. — В каком качестве ты здесь?

— Я муж Гриви.

Сказав это, Кол, ушёл, а я некоторое время сидел, переваривая новую информацию. С другой стороны, всё сходилось. В семье, где сильная женщина стоит во главе и решает мужские вопросы — место мужа на кухне. По той простой логике, что кто-то же должен. Верно?

Спустя минуту Мантир принёс пузатый керамический чайник. Вроде и не было в посуде ничего особенного. Обычная обожжённая рыжая глина, но с таким потрясающими рельефными рисунками, изображавшими дигов, сражавшихся с неизвестным мне ящером, чем-то напоминавшим динозавра, что засмотревшись, чуть было не забыл засыпать заварку.

— Что это? — запросто спросил Кол, указав пальцем на яркую упаковку.

— Это зелёный чай, — ответил я ему и зачем-то пояснил. — Крупнолистовой.

— Для заварки, — кивнул мне собеседник. — Это я понял. Но какой эффект он оказывает?

— Чай — это скорей традиция, чем лекарство, но лёгкий тонизирующий эффект он имеет…

— Можно мне немного попробовать? — местный уважаемый папа вновь забавно сморщился.

— Я настаиваю на этом…

Он снова ушёл и вернулся с двумя керамическими кружками. Через пару минут я уже угощал нового знакомого чаем. Кол внимательно смотрел на меня и копировал все мои действия — с удовольствием нюхал напиток, старательно дул на кипяток и пил небольшими глотками, после чего сделал вывод.

— Мне нравится чай зелёный крупнолистовой, но кое-чего я бы добавил…

Сказав это, он с таинственным видом удалился, но быстро вернулся с пыльной пузатой бутылкой тёмного стекла.

— Это цветочный бренди Народа Трав, — пояснил мой ночной компаньон. — Очень вкусный и приятный, но коварный напиток.

С этими словами Мантир поставил на стол две изящные фарфоровые чарки и наполнил их из бутылки. Моё обоняние уловило тонкий аромат незнакомых луговых цветов и свежескошенных трав. Я поднёс рюмку и вдохнул запах.

— Интересный запах…

— Очень редкий напиток в наших краях, — прищурился от похвалы кок. — Предлагаю выпить.

— За знакомство, Мантир.

— За знакомство, Кир, — улыбнулся мне местный папа.

Фарфор мелодично звякнул. Напиток оказался совсем не сладким, как я опасался, но был невероятно ароматен. Несколько секунд я сидел, прислушиваясь к своим ощущениям. Прокатившийся жидким огнём по пищеводу алкоголь оставил богатый букет послевкусия.

— Во всех отношениях приятная вещь, — наконец поставил я чарку на стол. — А что за Народ Трав?

Мой новый знакомый пожал плечами.

— Я и сам толком не знаю, только слухи, доверия которым нет. Лучше об этом спросить у торговцев, которые его привозят. Но они живут где-то далеко, не в ближайших Кругах Жизни это точно.

Кивнув в ответ, ещё раз задумался насколько велико Единство. Мы продолжили пить чай, а когда я налил нам в кружки добавку, то Кол обновил бренди в чарках. После третей он меня попросил.

— Кир, мне бы хотелось постоянно иметь запас твоего экзотического напитка. Ты разрешишь мне его запечатать в Руну, чтобы иметь возможность пить его, когда мне захочется?

И тут меня осенило! Я вскочил из-за стола и ударил себя ладонью по лбу.

— Мантир, ты гений! — сообщил я новому знакомому. — Ну конечно! Руны!

— Ну я не сказал бы, что прямо гений…

Поскромничал тот.

— Гений! Точно гений, — усмехнулся я, опускаясь обратно за стол. — Ты знаешь, как это запечатывать предметы в Руны?

— Конечно, — кивнул мне местный папа, — я владею азами Рунного Мастерства. Делать всякую мелочь вроде Свойств, Умений, Навыков и Предметов на мусорного ранга может почти кто угодно. И ты тоже. Я знаю, что ты взял оплату этим навыком. Ты же его уже изучил?

— Изучил, — согласился я и достал из криптора непочатую пачку чая. — Спасибо, Мантир. Прими от меня это за науку. Уметь упаковывать любые предметы в Скрижаль — бесценно. Скажи, а если мне необходимо сделать Руну оружия?

Кол задумчиво налил нам ещё по чарке.

— Как ты понял, Кир, я, так и делаю. Имею в своей Скрижали Руны с запасом различных продуктов, — произнёс он, сморщившись в улыбке. — Когда у нас не хватает пищи или мы хотим разнообразить наш рацион, то я призываю продукты из Рун и мы из них готовим. Ты продал нам окорок белого тауро, я запаковал его в Руну, и теперь я могу его готовить, когда захочу. Скажи, а у тебя ещё есть какие-нибудь полезные, вкусные, необычные или экзотические продукты?

От меня не укрылось, что Мантир не ответил на мой прямой вопрос, прежде чем задавать свои. Этот местный папа совсем не простак, каким ему хочется казаться. Ответив на улыбку трансгумана, я посмотрел ему в глаза и поднял чарку.

— О, я думаю, что тот запас продуктов, который у меня имеется, купит любой местный ресторан, — тонкостенные чарки мелодично звякнули, соприкоснувшись бортами. — Думаю, два разумных и предприимчивых мужчины всегда найдут общий язык.

— Предлагаю это мудрое изречение в качестве тоста! — забавно сморщился Мантир.

— Поддерживаю.

Мы выпили чайник чая и бутылку превосходного цветочного бренди, что способствовало с виду непринуждённой и расслабленной беседе. Однако на самом деле за улыбками и вежливостью местного папы скрывался опытное, мудрое и древнее существо, съевшее на мастерстве переговоров собаку. Удивляться этому не приходилось. Проживёшь восемьсот лет и не такому научишься.

92. Наемники

Я доставал из своих экстрамерных закромов небольшое количество того или иного продукта и рассказывал шеф-повару, что это, зачем вообще нужно, что можно из этого приготовить и как это употреблять в пищу. Воздух наполнился знакомыми мне ароматами, но экзотических в Единстве специй. Деликатно извлекая упаковки и флаконы с тем или иным необычным веществом. В обмен Кол рассказывал о Руническом Искусстве, явно раскрывая далеко не все секреты, но и этого было достаточно, чтобы разжечь моё воображение перспективой создания рунических глифов, которые иначе как магией язык называть не поворачивался.

Мантир, также между делом поведал мне, что мой новый навык может не только помочь с распылением Рун, но ещё изменять и создавать их. И не только Руны, но ещё и Печати, Символы и Знаки.

Чтобы изготовить глиф, требовался, вполне конкретный Символ, изготавливающийся из сущностных ядер Звёздных Монстров или особых Минералов, содержащих Звёздную Кровь. Кроме этого, была нужна ещё Руна-Нулёвка и, важнейшее, без чего не работает навык Рунного Искусства — Звёздная Кровь.

Но самой большой и существенной проблемой оказалось то, что мне был необходим Рунный Конструктор Символов — особый многофункциональный артефакт, позволяющий производить Знаки, Символы, Печати, а также в режиме рунного триадра создавать и изменять большинство Рун. Впервые от Мантира я услышал цену Серебряной Руны-Предмета Рунный Конструктор Символов, она составляла двадцать Звёздных Монет.

Куда можно потратить Звёздные Монеты, мне было пока непонятно, а смысла в их накоплении я пока не видел.

— У меня есть нужная сумма, — сказал я. — Продай.

— У меня ранг умения бронзовый. Не могу я пока копировать серебро, а свой Конструктор не продам. Он мне самому нужен.

— А без Конструктора никак? — спросил я уже изрядно поднабравшегося Кола.

— Ну как тебе сказать, Кир, — сморщился в фирменной дигской улыбке трансгуман, раскуривая трубку с длинным мундштуком, — Рунный Конструктор — это прибор, облегчающий работу при создании Символов. Каждый Восходящий, если руки растут из правильного места, может вырезать любой Символ вручную. Но тратить дни, недели и месяцы на резьбу по изменённой материи… Причём успешный результат не гарантирован. Одна ошибка — и вся работа насмарку.

По столовой поплыл уже знакомый мне сладковатый запах дым-травы. Мы ещё посидели с Мантиром, пока с наслаждением не приговорили бутылку изысканного цветочного бренди.

В эту ночь усталый, но довольный, я добрался до постели, но уже под самое утро. Сон пришёл легко, смывая накопившееся напряжение, как прилив, отступающий от берега. Приятная компания и ночные сто грамм чая переключили и расслабили меня. В пещерку с сопящей Ви у горячего бассейна вернулся я немного пьяненьким и во вполне благожелательном приподнятом настроении. Я щедро поделился с Колом своими запасами провианта из криптора, но дело не столько в том, что подарки приятней дарить, чем получать, сколько потому, что я тоже не остался обделённым.

Хоть я пока и не мог делать Руны самостоятельно, но неожиданно обрёл то, что мне было необходимо. Мантир по моей просьбе создал три Руны. Перед тем как заснуть, я ещё раз открыл Скрижаль и полюбовался на них:

Руна Электромагнитного Метателя

Руна-Предмет

Качество: дерево

Активация: 3 капли Звёздной Крови

Содержит гаусс-карабин типа «АКГ-12», произведённый Народом Земли.

Время действия: нет

Время перезарядки: 1 древодень

Таймер перезарядки: готова к активации

Руна Импульсной Винтовки

Руна-Предмет

Качество: дерево

Активация: 3 капли Звёздной Крови

Содержит импульсную винтовку «Копьё». Стреляет энергетическими импульсами, наносящими термический и электромагнитный урон с мощным поражающим эффектом. Не имеет ограничения боезапаса, но темп стрельбы ограничен мощностью аккумулятора. Энергетическая винтовка произведена Народом Земли.

Время действия: нет

Время перезарядки: 1 древодень

Таймер перезарядки: готова к активации

Руна Цветочное Бренди

Руна-Предмет

Качество: дерево

Активация: 3 капли Звёздной Крови

Содержит бутылку крепкого и ароматного бренди, произведённого Народом Трав из цветков Золотистого Гелиотропа.

Время действия: нет

Время перезарядки: 1 древодень

Таймер перезарядки: готова к активации

В то, что оружие, хранимое мной как зеница ока, между делом во время застолья превратилось в Руну, до сих пор до конца не верилось. Сюрреализма ситуации добавляло, что это было проделано играючи, буквально мановением руки, местным шеф-поваром. Однако это было невероятной, невозможной реальностью, данной мне в ощущениях. Теперь я мог призвать своё оружие в любой момент, когда оно мне потребуется, истратив символические три капли Звёздной Крови.

Интересно, как далеко простираются возможности Рунного Искусства? И когда я привыкну к Единству, где возможны вот такие вот чудеса? Наверное, никогда…

С этой мыслью, полностью счастливый я крепко уснул. Посреди ночи меня разбудили касания обнажённого женского тела. Кто пытался забраться ко мне в спальный мешок, гадать не пришлось.

— Виториа? — спросил я хриплым со сна голосом.

— Нет ля, — огрызнулась ван дер Аристер, — Хатан-Аба Гриви.

— Мы вроде с тобой договорились, — сонно пробормотал я, не оценив её шутку, — Что будем соблюдать личные границы…

— Не волнуйся так за своё целомудрие ля, — буркнула она. — На этот раз мне нужно только тепло твоего тела и ничего больше. Никак не могу согреться.

— Это из-за потери крови. Ладно… Залезай.

— Ты можешь быть таким милым, когда захочешь, — хихикнула она. — Ты пил, что ли?

— Угу, — уже проваливаясь в сон, ответил я. — С Мантиром Колом.

— А это кто такой ещё ля? — последовал закономерный вопрос.

— Ви, спи уже!

— Кир… Кир. Кир!

— Чего тебе?

— Вставай, небесный!

— М-м-м?

— Кир, уже утро.

— М-м-м…

— Вставай, принцесса! Наёмники пришли! Ты нужен в рубке импа! Приходил Зесс, у него снова не получилось установить нейросопряжение…

Я сел на лавке, ещё не в полной мере проснувшись. Виториа прыгала по нашей пещере в одном сапоге, пытаясь натянуть штанину на раненую ногу.

— Присядь. Сейчас я помогу.

— Себе помоги, небесный! — огрызнулась ван дер Аристер.

— Тебе обязательно быть такой…

Я подошёл и усадил её на лавку.

— Какой «такой»?

— Грубой, резкой, злой, — ответил я, помогая, натянуть ей штанину и попасть раненой ногой в сапог. — Ты ведь можешь быть другой. Я знаю.

Виториа раздражённо фыркнула, но не возражала. По крайней мере, я угадал с её утренним настроением. Она была словно тайфун, ворвавшийся в тихую бухту: опасна и неукротима. Однако иногда, когда она позволяла себе утихнуть, я почти мог принять её за нормальную, но потом она открывала рот или рубила в капусту очередного врага и иллюзия разрушалась.

— Другой ля? — переспросила она. — Это какой же?

— Нормальной.

— Да кто ты вообще такой небесный, чтобы учить меня?

Она была права. Нравится ей быть такой, кто может это запретить? Хотя временами мне казалось, что я видел в ней больше, чем обыкновенную хамку. Часто грубость от женщины — это не только и не столько отсутствие культуры или воспитания, сколько глубокая психологическая проблема. Мне казалось, что она что-то скрывает под грубой оболочкой. Но зачем лезть к ней в душу, да и не моя это проблема.

— Я не хочу учить тебя, — ответил я, пытаясь подобрать правильные слова. — Просто… Скоро наше совместное путешествие завершится. Можем притвориться, что всё нормально.

Виториа рассмеялась, но в её голосе не было веселья.

— Притвориться? Это не плетение интриг, а война. Мы солдаты, наша стезя — сражения! Лицемерие не к лицу воину.

— Потом поговорим, если захочешь! — пожал я плечами, уже сожалея, что завёл разговор с этой противной бабой.

— Ага, — мрачно кивнула она, — Если живы будем…

Я подставил ей плечо, и мы пошли наверх. Ван дер Аристер хоть и была чернее тучи, но всё равно выглядела при этом комично. Стоило немалых усилий сдержать выползающую против моей воли на лицо улыбку. Виториа была ранена. В этом не было ничего смешного. Забавным было мрачное настроение ван дер Аристер.

Во дворе мы направились к воротам, со стены было видно, что через Мёртвый Лес идёт техника с эмблемой, красовавшейся тремя скрещёнными мечами. Несколько импов возвышались над деревьями, а на опушку выползал паровой танк, облепленный пехотой. На стене собралось почти всё население форта. Отряд «Серых Мечей» исполнил обещание и прибыл.

Всё утро мы готовили боевой робот к марш-броску. Заряжали снаряды и патроны, заправляли огнесмесь, тестировали важные узлы. Зесс, попробовавший ещё раз пройти процедуру нейросопряжения с импом, и ходил мрачный. Из этого следовало, что управлять импом придётся мне. Тем не менее Зесс ответил на все мои вопросы про отряд наёмников. С его слов выходило, что это опытные бойцы, специализирующиеся на борьбе с некроморфами из Мёртвого Леса и ургскими бандами. Он говорил об этих бойцах с уважением.

Утром всё небо было затянуто тяжёлыми тучами, а сухой морозный воздух был пропитан предчувствием грядущей бури. Однако вскоре форт наполнился наёмниками, четверть из которых оказались дигами. Военная суета и крики, разогнали мрачно-тоскливое настроение. «Серые Мечи» готовились парировать сокрушительный удар орды ургов, чтобы дать время Роду Гриви достаточно далеко уйти. По заключённому договору они должны будут держаться три древодня.

Когда Гриви делилась с нами планами, мы договорились, что отправимся в Аркадон двумя группами. Большинство боеспособных дигов с пожитками отправятся длинным путём по Соляной Равнине, их поведёт Зесс. В случае если наёмники не справятся, то погони будет не избежать. Урги пойдут по чёткому следу большой группы.

В то время как меньшая группа, в составе которой пойдём мы с ван дер Аристер, двинется по пути, напрямик через Мёртвый Лес, которым только что прошли Серые Мечи. Только мы двинемся в обратном направлении, в Аркадон. Задача нашей группы заключалась в том, чтобы доставить артефакт, Хатан-Абу и всю трансгуманскую детвору в безопасное место.

93. Мертвый лес

Хотя я понимал, что разумнее всего было разделить наши силы, внутри меня грызло беспокойство. «Имп», металлический титан пятнадцатиметровой высоты, служащий ультимативным аргументом против большинства угроз. Тем не менее осознание этого не помогало подавить необъяснимое беспокойство, которое я испытывал.

Тогда на импровизированном совете, Гриви, по своему обыкновению, была сдержана в своих эмоциях и оценках, но её взгляд, устремлённый на карту, говорил о том, что она отдаёт себе отчёт, понимая всю опасность предстоящего путешествия.

— Мёртвый Лес — это не просто место с мрачным названием, — сказала тогда она, указывая пальцем на карту, — Это место, где смерть сама по себе обретает форму и движется.

Я ожидал, что Виториа фыркнет или скажет что-нибудь колкое, но она меня удивила своим молчанием. Только взгляд её стал чуть более серьёзным. По её собственным обмолвкам в разговоре я сделал вывод, что знала о Мёртвом Лесе она не понаслышке, но отчего-то не спешила делиться воспоминаниями.

— Я всё равно не понимаю, почему мы должны разделяться, — решил высказаться я. — Если это такое опасное место, по твоим же словам, разве не разумней будет держаться всем вместе?

— Потому что наша задача сохранить артефакт, — серьёзно ответила Хатан-Аба Гриви. — Без него нет моего Рода. Все остальные жертвы — приемлемые потери. Они всё равно, так или иначе, возродятся.

Ну да, инкарнация, техническое бессмертие и прочая малопонятная риторика, в которую мне было сложно поверить. Однако я тогда кивнул в знак согласия, а теперь мы сидели с Мантиром в кабине парового броневика. Он спокойно курил трубку, излучая олимпийское спокойствие, а я нервничал, перебирая в голове воспоминания и различные варианты развития событий. Тем не менее, упустить возможность и не забраться в такое чудо техники, как паромобиль я не смог. В то время пока Кол разводил пары, с интересом осмотрел кабину изнутри во всех подробностях. Все приборы и управление были механическими. Они выглядели архаично, но казались вполне функциональными.

— Ван дер Аристер уже забралась в седло тауро, — сказал трансгуман, пыхнув трубкой. — Почему она, кстати, не в броневике решила ехать?

— Ей жаль бросать наших скакунов, — объяснил я, пожав плечами. — И в седле она чувствует себя уверенней… Видимо.

— Волнуешься? — спокойно спросил Кол.

— Есть немного…

— Нас четверо Восходящих на бронзовом ранге, — спокойно заметил Мантир, выпуская клуб сладковатого дыма. — Ты поднял канал ментальной связи. Не нервничай, Кир. Всё будет хорошо.

Я кивнул и выбрался из кабины. К броневику подъехала Ви. Подойдя к тауро, я похлопал его по холке. Бык фыркнул, выпустив целое облако пара.

— Ви, я поведу имп впереди, — сказал я ей. — Держись за ним. Замыкать будет броневик.

Она холодно посмотрела на меня и кивнула. В этом взгляде было что-то большее, чем просто согласие. Но сейчас разбираться в этих намёках и полунамёках я не собирался.

— Слушай, — добавил я, — Хочу отдать тебе Руну Имматериального Щита.

— Почему? — холодно посмотрела с высоты седла ван дер Аристер.

— Меня в импе достать намного сложней чем всадника на тауро. Ты будешь более уязвима. Защитная Руна в твоей Скрижали лишней не будет.

Я активировал свой рунный круг.

— Хорошо, — кивнула она, открывая свою Скрижаль. — Но помни, небесный, если ты умрёшь первым, я не буду по тебе лить слёзы.

Её ответ был как минимум неожиданным. Я не смог сдержать улыбку.

— Рад, что к тебе вернулось твоё фирменное чувство юмора. Береги себя.

— Будь достоин. — простилась со мной Ви.

Вторая группа уже тронулась. Пора было отправляться в путь и нам. Бросив прощальный взгляд на форт, я забрался по скобам в кабину импа.

В тусклом лиловом свете, просачивающемся сквозь смотровые щели, блестели органы управления, каждый из которых напоминал причудливый инструмент какого-то забытого индустриального оркестра. Я устроился в кресле и надел нейрошлем. В этот раз я буквально почувствовал, как титан просыпается, как колоссальные мышцы напрягаются, стряхивая дрёму.

Чтобы не потерять возможность общения со своим отрядом, я воспользовался Руной, подняв ментальный канал связи.

— Готов, Кир? — пришло сообщение по ментальной связи от Мантира.

— Всегда готов! — ответил я, стараясь, чтобы моя мысль была окрашена эмоцией уверенности.

— Хороший настрой для начала путешествия! — я узнал Гриви.

— Готов, так хватит стоять! Поехали ля!

Имп сделал шаг вперёд, и я стиснул зубы, чтобы не прикусить язык. Почва содрогалась, а вибрация передавалась моему телу при каждом тяжёлом шаге.

Стоило начать движение и сосредоточиться на управлении шагающей крепостью, как все сомнения и опасения оставили меня. Мне больше не казалось, что что-то наблюдает за нами, скрываясь в тени Мёртвого Леса. Теперь я наблюдал за лесом при помощи блока оптических сенсоров.

Многотонный имп топтал впереди, прокладывая путь для четырёх тауро, которыми правила Виториа, следом за ней неторопливо полз паровой бронетранспортёр, по такому случаю поставленный на гусеничный ход. С моей высоты его башенка с пулемётом, да и весь паромобиль, казался детской игрушкой.

Надо сказать, что многотонный имп и гусеничный бронетранспортёр на паровом ходу производили намного меньше шума, чем можно было бы ожидать. Наша процессия двигалась размеренно и тихо, что только добавляло картине сюрреалистичности.

Ночь застала нас в пути. Чтобы остановиться и дать отдых себе и тауро, мы поднялись на небольшой холм, и я остановил импа. От открывшейся картины у меня перехватило дыхание. Перед нами расстилался пейзаж: бескрайнее пространство искривлённых деревьев, их ветви тянулись вверх, как скелетные пальцы, готовые вцепиться в небо густого лилового цвета. Холодный туман висел низко в воздухе, скрывая все, что было дальше нескольких шагов. Казалось, что сам воздух был живым, пульсируя невидимой энергией.

Над головой раскинулся бесконечный, невообразимо огромный купол Единства, усыпанный огоньками миллиарда далёких Кругов Жизни. Большинство из них одиноко, но гордо мерцали в кромешной темноте, другие были связанны между собой в группы, а третьи были так близко друг к другу, что превратились в значительные световые области. Сейчас мне хотелось оказаться внутри одного из них. Любого. Лишь бы выбраться из этого полумрака. Может, в Кругах Жизни живётся попроще, чем здесь в вечных сумерках?

— Очнись, болван!

Я решил не покидать кокпит и задремал прямо в кресле. Естественно, снимать шлем и выходить из нейросопряжения я не стал, чтобы оставаться боеспособным.

— А?

— Пока ты дрыхнешь! — рявкнул имп, — Я засёк движение, болван!

Облизав губы, я осмотрелся.

— Ничего не видно… Может, животное? Тебе не показалось?

— Я совершенное орудие очищающей войны и праведной мести. Мои непогрешимые сенсоры способны засечь врага за много…

— Ближе к делу! — оборвал я субличность. — Где ты засёк наших врагов?

Успев немного узнать псевдоинтеллект боевого робота, стало понятно, что если тот соскальзывает на самолюбование и зазнайство, то этот монолог грозит затянуться очень надолго.

— Смотри…

Единственное, что имп любил больше себя — это сражения и победы в них.

— Я всё равно никого не вижу.

— Ты и не должен «никого» видеть, болван! — вновь рявкнул имп. — Системы не подсвечивают тепловые сигнатуры, потому что это неживой враг!

— Покажи…

На экране мнемоинтерфейса выделилась область экрана, на которой картинка одного из участков в нескольких километрах начала увеличиваться до тех пор, пока не стала видна очевидная гуманоидная фигура. Я даже успокаиваться начал. Одинокий мужик в Мёртвом Лесу с копьём или просто длинной палкой, из-за расстояния было не разобрать. Что он может сделать боевому роботу и бронетранспортёру? Да, ничего! Разве что ударить палкой или под гусеницы бросится, а это даже не смешно.

Однако я продолжил смотреть, так как надо доверять своим боевым товарищам, одним из коих, являлся имп. Чем дольше я наблюдал за этой одинокой, неподвижно стоящей фигурой, тем больше убеждался — это человек. Ни рогов, ни лишних конечностей, ни крыльев, ни уродских всяких наростов, как у атаковавших форт «гаргулий» заметно не было.

Некоторое время силуэт стоял неподвижно. Складывалось впечатление, что фигура смотрит мне в глаза. От этого взгляда становилось не по себе. Я даже поёжился. Когда он начал двигаться, сразу стала видна его иная природа: он передвигался быстро, с лёгкостью перемещаясь по снежному покрову. Я выругался и вздрогнул от неожиданности.

— Кто? Кто это?

— Некрос это, болван! Надеюсь, он один. По одиночке они опасны только тем, кто не в состоянии себя защитить. И уж совершенно точно не страшны они самому совершенному орудию праведной войны и очищающего возмездия, как я!

94. Некросы

Несмотря на буквально распирающую имп гордость за себя, такого могучего и прекрасного, во мне шевелился иррациональный страх. Словно холодный зимний ветер продул одежду и пробежал по моей спине, но это было невозможно.

— Некрос, — пробормотал я, и это слово прозвучало скрежетом в тишине кабины. — Кто это вообще такие?

Имп, ответил в своей излюбленной громогласно-оглушительной манере:

— Болван! — и замолчал.

Я с секунду ожидал, что он продолжит, но субличность молчала. Тогда я задумался о причинах, заставивших этого балабола прекратить, заниматься самолюбованием, и в промежутках односложно обзываться. Неожиданно через сопряжение узнал, что имп занят сканированием окрестностей и на это ушла львиная доля его вычислительной мощности. Однако вместе с этим я понял, что знаю о некросах всё и немного больше. Банки памяти импа щедро снабдили меня, запасённой в них, информацией.

Некросы — это никакое не иносказание, а оживлённая мёртвая материя, ранее бывшая живой. Мертвецы, возвращённые к жизни, при помощи древнего оружия или Руны.

С тех пор уже минули тысячи циклов. Немногие точно скажут что и почему так произошло, а может и вовсе никто не даст точного ответа.

Однако факт остаётся фактом разумные существа и животные, давно уже умершие или только что погибшие восстают из мёртвых. Все, кому не посчастливилось оказаться в Мёртвом Лесу, получают подобие жизни. Почему подобие? Потому что технически эти существа остаются мёртвыми.

Устойчивых популяций некросы не образуют, но могут быть весьма многочисленны, особенно если их собирает вокруг себя более могущественная некро-сущность. В ходе некро-эволюции низшие особи могут развиться в крайне опасных существ, вроде напавших на форт диких некроморфов, так живо напомнивших мне гаргулий. Но вершиной некро-эволюции является Альфа-Некрос или Некрон.

Пока имп не отвечал, я сам подключился к сенсорам и принялся искать некроса, но силуэт, виденный мной на экране ранее словно бы, канул, поглощённый клубящимся холодным туманом без остатка. С трудом выкинув мистическую хрень из головы, сообщил всем по каналу ментальной связи:

— Минуту наблюдал одиночного некроса.

— А сейчас он где, ля?

— Сейчас никого не наблюдаю. Вижу только туман.

Воздух в кабине сгустился. Я продолжил осматривать окрестности, пока не поймал себя на том, что вцепился в подлокотники кресла так, побелели костяшки пальцев. Однако никого не было видно и, видимо, имп также не фиксировал каких-либо признаков движения.

Металлический голос субличности резанул по органам слуха.

— Фиксирую несколько целей. Движутся в нашу сторону. Довольно быстро.

— Показывай! — приказал я.

Прыгнувшая на меня увеличенная картинка показывала, как в прорехе тумана двигались короткую секунду несколько фигур, затем ещё несколько, ещё и ещё и ещё.

— Они идут не к нам, — с сомнением сообщил я свои наблюдения, — Проходят в стороне.

— Или окружают нас! — рявкнул имп.

Движения некросов были дёрганными, резкими и очень быстрыми. С первого взгляда можно было понять, что это не люди.

Мой взгляд скользнул по лесу, окутанному туманом, сердце гулко бухало о рёбра. Если нас берёт в кольцо армия мёртвых, мы даже не сможем этого обнаружить. Холодный туман движется сам по себе, блокируя при этом детекторы движения. Уходить с холма сейчас? А что это даст? Мы только утратим выгодную позицию и ничего не выиграем. Имп может двигаться быстро, пароходный броневик дигов от него, наверное, не отстанет, но тауро в темноте точно переломают себе ноги.

Неестественную тишину Мёртвого Леса нарушал только свист ветра в искривлённых ветвях. Сначала мне показалось, что это нервы, но спустя минуту наблюдения стало очевидно, сквозь клубящийся туман что-то движется по направлению к нашему холму.

Моя рациональная и логичная реальность трещала по швам, уступая место чему-то первобытному и ужасному. Холодный страх охватил меня, выдавливая дыхание из моих легких. Мне уже приходилось сталкиваться с опасностями, но это были существа из плоти, крови и костей. Отчего мне так страшно?

Это было слишком похоже на то, как я себя чувствовал в своём воспоминании, когда мы высаживались на ксено-объекте. Неужели я снова подвергся пси-атаке? Это было легко проверить. Я активировал Скрижаль и выбрал Руну Ментальной Иммунности, потратив шесть капель Звёздной Крови словно, прозрел. После активации умения, будто упал стальной обруч, сковывавший грудь, дышать сразу стало легче. Пара секунд и мысли снова обрели ясность.

— Они идут, — проскрежетал голос импа внури моей головы. — Три… нет… четыре сотни целей. Локализую.

Прицельная рамка обвела групповую цель в пяти километрах от нас. Нужно было что-то работающее по площадям. И такое оружие у нас было.

— Ракетная установка! — отдал я команду.

В запасе у нас было сорок ракет, начинённых шрапнелью и огнесмесью. В десять пускателей я загрузил по пять и тех и других, чтобы посмотреть на что они способны и оценить их боевые возможности.

— Огонь!

Четыре дымных следа прочертили небо, разрывы боеголовок выхватили из лиловых сумерек изломанные стволы деревьев. Огнесмесь из ракет облепила стволы и тела зомби, весело и ярко полыхая. Теперь я видел, что их много. Много больше, чем четыре сотни. Силуэты некросов были видны между деревьев, насколько хватало взгляда. Противник думает, что мы оказались в ловушке на этом холме, как добыча, пойманная на открытом месте. Пришло время показать, кто тут на кого напал. Небольшими шагами я спустился с холма и скомандовал.

— Меч! Щит!

Из запястья импа выдвинулось мощное лезвие огромного меча, половинки щита вошли в пазы и заняли свои места, давая дополнительную защиту. Я пустил боевого робота по кругу, врубив прожектор на полную мощность, обходя холм. Щитом, словно бульдозерным отвалом, собирал сугробы в нечто напоминающее защитный вал.

Зомби, какими бы быстрыми и сильными они ни оказались, прогрызть броню боевого робота им было не по силам. За себя я не боялся. Пока все остаются в броневике, им в принципе тоже ничего не грозит. Виториа на ночь перебралась в натопленный салон. Тауро… Если сожрут рогатых скакунов их будет жаль. Но я постараюсь не подпустить к ним врага. Вроде бы с началом древодня вся нечисть Мёртвого Леса успокаивается. Продержаться нужно, в общем-то, недолго. Всего часов пять — шесть.

До того как на опушке показались некросы, я успел обойти холм два раза и нагрёб приличный вал снега. Субличность импа оказалась права. Армия мёртвых наступала на холм со всех сторон. Через визуальные сенсоры я видел, как гротескные фигуры некросов появились из густых клочьев тумана.

Некторые из них пережили ракетный обстрел и выглядели совсем уж дико. Кости торчали под неестественными углами, покрытые гниющей, сморщившейся, обгоревшей плотью. Пустые глазницы взирали на мир безучастно. Чуждые и устрашающие существа, казалось, не замечали гигантского импа, направляясь к холму, словно движимые какой-то невидимой силой.

Они были не просто нежитью. Они были чем-то за пределами смерти, чем-то ненормальным, искажённым какой-то нечестивой силой. И они пришли за нами. Не останавливаясь, сгребая снег в защитный вал. Когда они подошли достаточно близко, их встретила пылающая струя, выпущенная из тяжёлой огнемётной системы импа. Какая бы сила ни вмешалась и ни нарушила природный цикл жизни и смерти, вторгаясь в саму ткань существования, ей оказалось не под силу тягаться с весело горящей липкой огнесмесью. Объятые пламенем фигуры двигались недолго. Как я понял, ровно до тех пор, пока у них сохранялись мышцы и сухожилия, сгорая, ожившие мертвецы падали и никакая волшебная сила была не в состоянии их заставить двигаться дальше. И это было отличной новостью. Покойников можно было второй раз окончательно убить.

Я продолжил жечь беспокойных покойников огнём, но быстро понял, что если я продолжу в том же духе, то запасы горючей смеси очень скоро закончатся. Поэтому подождав, когда некросы скопятся под защитным снежным валом, залил их огнесмесью.

95. Армия мертвых

Поначалу я испугался, что моё укрепление растает от высокой температуры. Шестиметровый снежный вал действительно начал оседать, но получилось даже лучше, чем я ожидал. Потёкший было водой снег, схватился от мороза, превращаясь в лёд. Под моим неказистым укреплением собирались некросы и сгорали, когда их накапливалось достаточно много. Небольшие группы имп легко топтал своими тяжёлыми, металлическими «лапами». Одиночек я окончательно упокоил при помощи меча, давно потеряв счёт врагам, которые всё продолжали лезть в сторону холма. Они корчились, их ледяные глаза горели голодом. Дрожь пробежала по моей спине, но прикосновение смерти, исходящее от орды живых мертвецов больше меня не пугало. Это было отвращение, смешанное с жалостью к этим бедным тварям, большинство из них было при жизни людьми.

Некросы, которые не догорели или по каким-то иным причинам оказывались под покатой ледяной стеной, не могли вскарабкаться по скользкой поверхности. Их конвульсивно дёргающиеся тела вмерзали в слякоть и лёд, оставаясь под холмом до весны, которой в этих краях отродясь не бывало. В ледяной ловушке оказалась масса обугленных трупов. Морозный ветер нёс чёрный дым, зловоние смерти и разложения в сторону холма, где начинали волноваться тауро. Напуганные животные громко мычали, оглашая окрестности трубными звуками. Если бы их не догадались стреножить, они бы точно бросились наутёк и уже стали бы добычей армии мёртвых.

Нужно было признать, что окажись мы здесь с Виторией — скорее всего, нам тут бы и пришёл конец. Хотя, если бы мы двигались без остановок, может быть, и получилось бы проскочить. Некросы двигались довольно быстро, но не настолько, чтобы соревноваться в скорости с местными скаковыми быками.

Когда тауро начали мычать, орда зомби заволновалась и полезла ещё активней. Я, конечно, мог бы так долго развлекаться, но была одна проблема — огнесмесь у меня не бесконечная.

Оставалось только топтать и кромсать некросов мечом. Движения гигантского робота были удивительно ловкими для его массы и размеров. Стоило мне освоиться и привыкнуть к огромной инерции, как я научился из этого недостатка извлекать выгоду.

Имп размахивал массивными руками, сокрушая мёртвых врагов и измельчая замороженную плоть, словно мстительный бог из доимпактных времён Прародины. Его огромные ноги молотили землю с сокрушительной силой, разбрасывая орду нежити, словно ураган, ломающий заросли сухого камыша. Мы уничтожали немёртвых существ, делая их окончательно мёртвыми, но некросы всё продолжали и продолжали выходить на нас из-за деревьев, нескончаемым потоком полуразложившихся трупов. Каждому павшему некросу, на смену приходило два новых, движущихся словно бы через силу, повинуясь некоему адскому принуждению. Воздух уже давно стал густым от зловония горелой плоти и едкого чёрного дыма.

Многотонный имп танцевал жуткую пляску смерти, каждое его движение являлось свидетельством мощи этой машины и её тактической гибкости на поле боя. Я встряхнулся. В режиме нейросопряжения мысли субличности, обитавшей в импе, передавались мне с такой же лёгкостью, как и мои приказы в обратную сторону.

Я уже устал и не сразу заметил, из-за притупившегося внимания, как из поднебесья рухнули крылатые хищные тени. Бронетранспортёр огрызнулся пулемётной очередью, прокатившейся над тихим Мёртвым Лесом басовитым эхом. За первой очередью расколола тишину вторая, третья… а потом пулемёт начал молотить почти без остановок. Ему вторили винтовочные выстрелы, по звуку похожие на удары бичом. Но тауро это не спасло. Быка накрыли крылатые твари и разорвали несчастную животину в считаные секунды. Я поднял руку со спаркой зенитных пулемётов и подключился к истреблению неожиданной угрозы.

Шквал из пуль заставил гаргулей быть осмотрительней, но они всё равно нападали на нас, словно стремительные крылатые демоны. Острые как бритва когти рогатых тварей блестели в скудном свете Небесного Трона. Битва за безымянный лысый холм вспыхнула с новой силой и яростью среди замёрзшей пустоши. Как мы ни старались защитить тауро, у нас ничего не получилось. Вскоре некроморфы разорвали ещё одного быка, а под самое утро третьего. Думаю, если бы не рассветные лучи далёкого древодня, то они добрались бы и до последнего тауро. Но утренний неверный свет разогнал мёртвое войско. Некросы отступили так же быстро, как испарился холодный туман.

— Спускайся, — предложил мне Мантир по ментальной связи. — Позавтракаем.

— Не думаю, что нам надо задерживаться, — ответил я. — Давайте лучше быстрей отправимся в путь, а перехватим что-нибудь на ходу.

— Здравое предложение, ля, — поддержала меня ван дер Аристер. — Чем быстрей мы преодолеем участок Мёртвого Леса, тем безопасней. Не хотелось бы провести тут времени больше, чем это необходимо.

Голые деревья отбрасывали ненормально длинные тени на сугробы, когда мы спустились с вершины безымянного холма и продолжили путь. Уцелевший тауро нёс на спине Виторию, не дававшую ему пощады и гнавшая его вперёд. Не знаю, может, с этими быками так и нужно, но животное, пережившее ночью стресс было откровенно жаль.

Имп тяжело потоптал вперёд, прокладывая путь через заснеженный Мёртвый Лес. Мы следовали по элементарному маршруту, просто взяв направление. Однако наш путь извивался и поворачивал, когда обходили холмы, овраги, завалы из деревьев или слишком близко стоящие друг к другу стволы. Имп был способен пройти где угодно, но тауро и паровой броневик на широких гусеницах мог проползти не везде. Хотя они показывали прямо-таки чудеса проходимости. Не имелось тут даже жалкой звериной тропки, так как двигались мы по очень диким местам.

Мёртвый лес был лишён жизни, за исключением оживавших по ночам трупов, да редких хищных существ, которые жили в этом пустынном ландшафте. Чуждость и инородность мрачной местности безостановочно давили на психику.

По мере нашего продвижения я постоянно отслеживал время, чтобы не пропустить вечер. Но проблемы возникли гораздо раньше, чем пришли сумерки. Усталый разум просто-напросто отключился.

— Проснись, болван! — прогудел в голове голос субличности.

— Сам дурак! Я не сплю… — попытался оправдаться я, но это было бессмысленно.

Имп в режиме нейросопряжения видел меня и все мои мысли также ясно, как я сам. Нужно было срочно взбодриться. И я принял решение принять боевой препарат «Шаг Смерти». На отдых не имелось времени. Это непозволительная роскошь. Если прошлой ночью за нами явилась целая армия нежити, то что нас может ждать следующей ночью? Выйдя из режима нейросопряжения, сделал себе инъекцию и сгрыз пластину сухого пайка, запив его простой водой. Во время двухминутной остановки я ощущал, как психика разгоняется под действием химии. Как только я пришёл в себя, мы продолжили путь.

Как мы ни старались, произошло самое страшное, что только может произойти в лесу. Мы заблудились. Видимо, когда я петлял, обходя препятствия, отклонился от прямого маршрута. То, что мы потеряли направление, не верилось, так как главным ориентиром был свет, исходящий из Круга Жизни. Света было мало, он был как бы размазан по части горизонта, так что отклониться на какие-то градусы мы могли, но не сбиться с пути.

Почему стало понятно, что мы заблудились?

Из-за того, что выйти мы должны были к Кровавой Пустоши, а вместо этого на пути выросла прямо посреди Мёртвого Леса группа зданий, наполовину погребённых под снегом и оплавленных сверху словно бы орбитальным ударом. Остатки древней каменной кладки возвышались на фоне темнеющего неба, будто сломанные зубы. На их разрушающихся стенах были выгравированы символы, удивительно напоминавшие рунические из моей Скрижали. Это были не они, но общая природа была очевидна, даже такому дилетанту, как я.

Из-за встречи с ещё одной загадкой Единства, в висках от злости начало пульсировать.

96. Предание

— Великая Тьма воцарилась на осколках Единства, в ту далёкую эпоху войн Раскола, когда Вечность поглотила всю энергию звёзды, бывшей светилом Единства. Народы, населявшие этот мир, были разделены на противоборствующие фракции, все оказались поглощены войной, оставшихся в стороне практически не было. Естественно, погасшая звезда — не повод заключать перемирие, и войны продолжались. Казалось, что деморализовавшая одних Великая Тьма вселяла демоническую энергию в других.

Без света все были обречены на вымирание. Сильные и мудрые смогли модифицировать собственные тела так, чтобы жить в вечной темноте. Прозорливые и предприимчивые смогли устроиться в скрытых Доменах. Иные пытались выжить под куполами с искусственными светилами. Другие ушли жить на нижние горизонты к самым костям Единства…

— Это очень интересно, Кол, но я не понимаю, — перебил я, — Как твоя легенда может быть полезна нам в текущей ситуации.

— Может, тем, что ты, наконец, начнёшь понимать, что вокруг тебя происходит? — с интонацией древнего старца ответил мне Мантир.

— Хорошо, продолжай.

— Каждый в те тёмные времена спасался как мог, и только Трон Вечности пылал безучастно в зените. Те немногие жители Вечности, которым было дело до Единства, показывались здесь, приходили в составе карательных экспедиций и охотничьих партий, — вдохновенно продолжал Кол. — Эпоха Тьмы унесла очень много жизней как разумных обитателей Единства, так и неразумных. Однако она не была долгой, Творящая всех спасла, создав Игг-Древа. Первые ростки этих Её удивительных творений взошли, подарив всем свет и надежду.

— Так-так… А кто такая эта Творящая? — спросил я.

— Это одна из Единых.

— Хорошо, — начал закипать я. — А Единые это кто?

— Это конец эволюции. Финальная ступень, наивысшая точка, предел Восхождения, когда уже некуда, да и незачем развиваться. Они все различны как по облику, так и по избранному ими пути. Но Творящая… Она из них ближе всех к смертным обитателям Единства. Говорят, что она, часто никем неузнная, нередко появлялась среди нас, помогая и делясь секретами. — сказал Мантир с почтением, словно погруженный в некое подобие транса. — Это её ученики и последователи принесли народам Единства семена Игг-Древ. Многие Единые помогли Творящей, но главным архитектором мира Кругов Жизни была она. Так начался новый этап жизни Единства, позже названный Эпохой Кругов.

Я понял, что пока Мантир не расскажет мне эту историю до самого конца, не остановится. Обречённо вздохнув, приготовился слушать его дальше и не ошибся.

— Игг-Свет не только дарил жизнь, но и отгонял тёмных тварей, позволяя выжившим начать строить новый мир. Выжившие Кел и младшие расы породили новые Народы и новые Союзы. Истинные вели многих путями Восхождения. Росли Игг-Древа, росли Круги Жизни, всё больше пространства отвоёвывая у тьмы, а вместе с ними росли и Народы, набираясь мудрости и силы. И скоро стало ясно зачем…

Сидя в кокпите боевого робота, я закатил глаза и задал вопрос, который ожидал от меня Мантир.

— И зачем же, Кол?

— Затем, что во Тьме таилась великая опасность…

— Мёртвые? — спросил я, пытаясь ухватить суть его пространного рассказа.

— Нет! — раздражённо ответил Мантир, но тут же исправился, — Верней, они тоже, но не только они. Во времена Раскола были уничтожены Твари Извне. Говорят, что из Трона Вечности вышли золотые и серебряные легионы Восходящих Кел, уничтожившие их всех. Но некоторым Тварям удалось спастись и проникнуть в Единство так глубоко, что удалось соединить их противоестественную потустороннюю сущность с живыми обитателями Единства. Так были созданы чудовищные порождения Тварей Извне, несущие в себе след их искажения — Черви.

В моём разуме быстро сменились воспоминания: обожжённый скелет Ивана, вплавленный в спёкшуюся до состояния вулканического стекла жёсткую и неприветливую землю Единства, накренившийся десантный бот на краю пропасти перед пещерой, лицо Ахири за секунду до того, как ударная волна мощного взрыва переломала её, обезображенные тела сослуживцев в коконах и гигантский червь Имаго-Матери.

Значит, Червей тут демонизируют? Твари малоприятные, конечно…

— Слушай старшего, болван! — громогласно шепнул мне имп, неслышимый никому кроме меня.

— Сам дурак…

Однако не признать его правоты я не мог и вновь сосредоточился на рассказе Кола.

— Бессмертные, зловредные, обладающие мощным нечеловеческим разумом первосотворённые Тварями Извне Черви прятались во Тьме века и века, копя силу и злобу. Они в итоге скопили столько мощи, что иначе как демонической её назвать сложно.

Ментальный зов первого Червя сводит с ума смертных и ломает Восходящих. Их тёмное антивосхождение заключено в пожирании всего и вся, что может увеличить их могущество. Их слабость в том, что они не могут из-за этого достичь согласия, стремясь поглотить один другого. Немногие из них достигали циклопических размеров, способные сожрать в один присест целый город. Другие могли глодать древние кости самого Единства… Но их число постоянно и неуклонно сокращалось, хотя каждый из них становился всё могущественней.

Когда-то Восходящие могли поимённо перечислить их всех, складывая о каждом из древних Червей множество мрачных легенд… Однако, это не очень-то помогло в борьбе с древними Червями. Не человечески умные и прозорливые Черви смогли предугадать, что рано или поздно необоримый свет Игг-Древ зальёт всё Единство, не оставив им самим места в нём. И порождения Тварей Извне начали действовать.

Началась война. Конфликты, казавшиеся вначале неопасными и незначимыми, набирали силу и приобретали катастрофический характер. Новая угроза нависла над всем Единством. Повсеместно стали появляться Травы и Минералы, искажённые Червями, появилось роевое войско имаго, быстро размножавшихся и не боящихся смерти, и самое главное, им удалось подчинить и соблазнить посулами множество смертных, которые не боялись света Игг-Древ. И чудесные растения Творящей начали гаснуть, одно за другим. Большое количество Кругов Жизни прекратило существование в ту страшную пору.

Гибриды Червей — Имаго, заполоняли тёмные и сумеречные земли, не давая общаться Кругам Жизни между собой. Восходящие, собираясь в рейды, уничтожали Гнёзда и Логова без счёта, но это давало временный эффект или не давало ничего. Потому что за всем стояли древние Черви.

Когда масштаб угрозы стал ясен, то прозвучали Звёздные Клятвы. Творящая и Искуснейший, Наблюдатели и Истинные, потомки Кел и младшие Народы вновь объединились для отражения угрозы.

Тогда и была объявлена Великая Охота…

Мантир закончил свой монолог. В ментальном канале связи повисла звенящая тишина. Поняв, что продолжения не будет, я сказал:

— Кол, у вас интересная религия, но я спросил, что это за развалины. Ты знаешь, чьи они? Мы можем остановиться в них на ночь?

— Я знаю, что тут некогда жили те, кто пошёл на соглашение с Древними Червями. Они погасили наше Игг-Древо. Это по ним ударили мощным оружием, превратив весь этот край в пустыню, но они ушли. Те, кому предназначался удар, избежали его.

— Это было давно…

— Но это не значит, что их жилища остались беззащитны, — парировал Мантир. — Многие собирались поживиться, оставленным здесь добром, но не слышал ни про одного, кому бы это удалось. Давай лучше пройдём стороной.

Поразмыслив, я был уже склонен согласиться с ним. Мне и самому без нудных длинных лекций тут не нравилось, но в этот момент из-за деревьев показались несколько знакомых рогатых силуэтов. Урги нас догнали.

— Автопушка! — скомандовал я прицеливаясь. — Огонь!

Дробный звук очереди прокатился над заброшенными руинами. Разведчики верхом на тауро брызнули в стороны. Снаряды раскрошили в щепки ствол дерева. Я промахнулся. Естественно, они не стали атаковать, а развернули своих могучих скакунов в обратную сторону и погнали что было сил.

— Боюсь, что у нас не осталось выбора, — сказал я. — Следи, чтобы броневик не отстал от импа.

— Их всего несколько! — возмутилась Виториа. — Давай примем бой!

— Нет, Ви. Это авангардный разъезд, и сейчас они мчатся к своим, чтобы рассказать, где мы находимся! И давайте без лишней болтовни!

Я направил боевого робота по древней улице заброшенного поселения.

97. Имаго

Ваша регенерация Звёздной Крови повышена на 2 единицы. Время действия — до момента, пока вы не покинете это место.

— Нам нельзя заходить глубже, — внезапно подала голос Гриви, молчавшая почти всё время путешествия через Мёртвый Лес, — Звёздная Кровь, разлитая в воздухе, может изменить детей.

— Ясно! — отозвался я, отмечая, что а-детектор пискнул, сигнализируя о росте фона излучения.

Здания были древними и на удивление неплохо сохранившимися — под грязью стены и мостовые поблёскивали металлом. Рисунок стыков образовывал неуловимый узор, похожий на гексагональную чешую. Огромные окна циклопических построек смотрели на нас слепыми тёмными провалами, тут и там были видны полуразрушенные шпили. Если тут жили, то население одного такого здания легко могло бы достигать тысяч или десятков тысяч.

Углубляться в застройку было нельзя, но и встретиться с ургами на открытом месте мне не казалось хорошей идеей. Это было по меньшей степени опрометчиво. Да, мы довольно успешно с ними сражались при обороне форта. Однако на ровном месте они могут оказаться опасны не только для Ви, но и для пулемётного бронетранспортёра. Это значило только то, что мне нужно добиться того, чтобы поставить между ургами и теми, кого я защищаю импа.

А как я могу это сделать? Только заняв оборону в узком месте. Спартанцы не спрашивают, сколько их, спартанцы спрашивают где они. Вот так… Для этого нужно это самое узкое место найти и успеть занять оборону.

— Виториа…

— Да?

— Нам нужно найти укрытие. Что-то подходящее видишь? — напряжённо я спросил напарницу.

— Нет, не вижу, — ответила мне она. — Мне от этого места не по себе. Это Древний Асиополь. Про это место мне с детства рассказывали страшные сказки.

— Это никакие не сказки шевалье Виториа ван дер Аристер… — мрачно сообщил Кол.

Я чуть не зарычал от злости. Мантир казавшийся мне крайне разумным, в критической ситуации сеял панические настроения.

— Прорвёмся, — бросил я в канал связи с уверенностью, которой не испытывал, — Нас четверо Восходящих, у нас имп и бронетранспортёр. Пусть попробуют нас взять.

Кол промолчал. И это уже было неплохо.

Между зданиями появился просвет. Что-то вроде сквозной арки, куда я незамедлительно направил имп. Узкое место. Это было оно. Занять здесь оборону было бы выгодно, однако как только мы углубились на сотню метров, как сообщения о количестве регенерируемой Звёздной Крови начали приходить поминутно.

— Здесь опасно оставаться! — сообщила мне Хатан-Аба.

— Понял, выходим…

В следующий момент я заметил некое смазанное движение, не успев понять, что за новая опасность поджидала нас в сумраке арочного тоннеля под мегазданием. Грохнул винтовочный выстрел. Ви пальнула навскидку и не промазала.

— Тут Черви! — сообщила она спокойным, даже удовлетворённым голосом.

Я сначала удивился этой её реакции, а потом, кажется, понял! Виториа была практиком до мозга костей, привычная иметь дело с материальным врагом, а не с детскими страшилками, она успокоилась, встретив материального неприятеля из плоти и крови. Получив врага, незамедлительно вогнала ему в башку тяжёлую винтовочную пулю и… Осталась полностью этим фактом довольной.

Переживем ли мы эту ночь? Что будет завтра? Это всё вопросы гипотетические, Ви в данный момент не волновавшие, она получила своего врага и прикончила его.

— Имаго? — уточнил я.

— Имаго-Фуражир, — отчиталась она, — Содержит Звёздную Кровь, был на деревянном ранге. Подняла Руну-Пустышку и шесть капель. Никаких страшных легенд и гигантских Звёздных монстров… Просто тут Логово Имаго.

— Не задерживайтесь, — сказал я, — Догоню через пару минут.

— Зачем? — насторожился Кол.

Тем не менее паромобиль шустро проскочил мимо замедляющегося импа.

— Во-первых, восстановлю запасы Звёздной Крови. Во-вторых, хочу проверить одну догадку.

— Какую? — на этот раз насторожилась Ви.

— Увидите. Нет времени всё объяснять!

Я снял нейрошлем и активировал Руну Феромонов. В вихре Звёздной Крови материализовался довольно большой фиал, литров на пять ёмкостью. Полюбовавшись на инопланетный сосуд, вылил из него всё содержимое через люк вниз.

— Что ты задумал? — поинтересовался заинтригованный имп.

— Я вылил феромоны, которые приманят имаго сюда, в этот арочный тоннель. Урги будут идти по нашему следу. Это несложно, он хорошо читается. Даже пьяный его не потеряет. А Имаго… Я рассчитываю на то, что они замедлят продвижение ургов, а в лучшем случае перебьют их.

— Среди них были гибриды болван! — рявкнул прямо в моей голове имп.

— Ты внимательно слушал Мантира?

— Зачем мне это? Я эти побасёнки слышал много раз до него. Только болваны вроде тебя не знают истории Единства…

— Значит, ты уловил, что Черви не дейсвуют заодно? Не могут или не хотят — это вопрос другой. Кол правду рассказал?

— Правду… — нехотя признал имп.

— Какова может быть вероятность, что пришедшие издалека Наездники будут в союзе с местными Имаго? — спросил я.

— Такая вероятность очень низка…

— Урги агрессивны, и инсектоидный рой агрессивен. Вдруг они сцепятся между собой?

— Это уловки. Надёжней врагов передавить манипуляторами. Но твой план может сработать.

— Надеюсь на это…

Я/мы вышли из тоннеля. Сразу же пришло сообщение, что Звёздная Кровь будет восстанавливаться чуть быстрей, чем в нормальных условиях. Хатан-Аба больше ничего не говорила, из этого я сделал вывод, что небольшой фон, может, не слишком полезен, но совершенно точно терпим. Но всё равно я повёл импа по самой окраине разрушенного города не углубляясь. Стремительно вечерело, что не добавляло оптимизма. Хорошо бы не останавливаться на ночь вообще, а продолжить движение. Но смущало бездорожье. Разбросанные обломки, вполне могли повредить гусеницы бронетранспортёра. Пределов его проходимости я не знал. Паровой двигатель, кстати, несмотря на мои опасения, тянул довольно хорошо.

Даже доливать воду ещё не пришлось ни разу. Когда я спросил про это Мантира, тот охотно мне пояснил, что пар, сделав свою работу, возвращается в котёл через систему конденсаторов, попадая обратно уже в виде воды. Если прибавить к этому очень долгоиграющий источник энергии, то выходило, что паромобиль был вполне себе адекватным к данным обстоятельствам, каким бы диким это ни казалось с моей точки зрения.

Город всё тянулся и тянулся. Наконец, стемнело, настала ночь и случилось именно то, чего я больше всего опасался — лопнула одна из гусениц.

Стоять посреди дороги было не лучшей идеей и я, посовещавшись с субличностью, взял обездвиженное транспортное средство в манипуляторы и отнёс в место, показавшееся самым безопасным в округе. Это была довольно высокая и толстая башня метров сорока с лишним в высоту. Но самое главное, что внутри неё имелось свободное пространство. Что-то вроде внутреннего двора. Если учесть, что выход тут был всего один, то лучшего места для ремонта, в текущих условиях придумать было сложно.

Используя щит импа как бульдозерный отвал, я быстро нагрёб впечатляющую гору снега, перегородив ей единственный вход. Для верности снег утрамбовал, как мог и пыхнул из огнемёта, давая возможность части снежной стены потечь, а заледенеет она и без моего участия. Один раз это уже сработало.

Вернувшись к броневику, я, посовещавшись с Мантиром, приподнял паромобиль и зафиксировал его, поставив на упор. Выбрался из кокпита и осмотрел фронт работ. Что сказать? Катки, направляющие ролики и гусеницы выглядели непривычно, но всё было более или менее ясно. Ничего сложного в конструкции не имелось. Напротив, диги, создавая свои паромобили, стремились к простоте и надёжности.

Совместными усилиями мы собрали порванную гусеницу. Тут пришлось попотеть и помахать кувалдой. Натяжитель гусеницы бронетранспортёра и вовсе оказался с гидроусилителем. Поэтому хоть и пришлось повозиться, мы справились намного быстрей, чем можно было того ожидать. И всё равно закончили уже глубокой ночью.

Я поторопился вернуться в кокпит боевого робота и осмотрелся кругом. Всё было спокойно, но какое-то невнятное предчувствие не давало мне расслабиться и отдохнуть. Что-то зловещее таилось в этих разрушенных стенах.

98. Сфинкс

Краем глаза я заметил, что пулемётная башня паромобиля вращается, а тупое жало пулемётного ствола шарит жерлом по слепым окнам, выискивая невидимую опасность. Ван дер Аристер укрывала попоной единственного уцелевшего белого тауро, казавшегося сказочным монстром в скудном свете наступившей ночи Единства.

Я переступил металлическими лапами чудовищного импа и осторожно подвёл многотонную боевую машину к стене у входа, заставляя её слиться с густыми тенями.

В то же самое время мне было прекрасно видно всё происходящее снаружи, вот только там ничего такого не происходило. Кроме необъяснимой тревоги мне постоянно казалось, что за нашим небольшим отрядом кто-то наблюдает. От этого было откровенно не по себе, но вокруг никого и ничего подозрительного не было видно, если исключить загадочность этого места. Сенсоры импа также не фиксировали ничего необычного. Единственное, что выбивалось из нормы — наблюдался слегка повышенный фон А-излучения, но этот параметр фиксировали датчики на моих браслетах-крипторах. Однако и этот параметр был пока в пределах верхней границы нормы, не опасной не то что для Восходящего, но и для обычного человека, никакими дарами и сверхспособностями не обладающего.

От ходовой бронетранспортёра поднимался пар, наглядно показывая, насколько холодно снаружи кокпита. Стало немного легче от того, что кто-то ещё ощущает схожие с моими опасения. Хотя и паромобиль не обладал никакими сенсорами, нельзя было сбрасывать со счетов Мантира или Гриви. Разогнанное восприятие Восходящих на бронзовом ранге может оказаться более полезным активом, чем все вместе взятые сенсоры.

— Я самое совершенное оружие возмездия и неотвратимой мести, болван! — напомнила о своём существовании субличность. — Здесь нет никого и ничего! Нельзя найти то, чего тут нет!

— Расслабляться рано, — парировал я. — Неприятель рядом.

Пока я разглядывал некогда величественное, но теперь безвозвратно мёртвое здание, исподволь пришло ощущение чужого недоброго взгляда. Словно кто-то недобрый пристально следил за нашей небольшой группой, затаившейся во внутреннем дворе древнего мегаздания.

Этот чужой изучающий взгляд со стороны инстинктивно ощущался как враждебный. В какой-то момент это недружелюбное незримое присутствие сгустилось и буквально начало ощущаться в воздухе.

— Я никого не фиксирую! — рявкнул имп прямо в моей голове.

Несколько раз вдохнув — выдохнув, я провентилировал лёгкие, нагнетая в кровь максимум кислорода, но добился только лёгкого головокружения, ощущая почти физически сопротивление сгустившегося воздуха.

Я ощупывал взглядом и сенсорами импа густой лиловый мрак, но только всё больше чувствовал собственную беспомощность перед лицом неведомой угрозы.

Навалилось ощущение одиночества, а следом за ним тоска. Мы рождаемся, отделяясь от матерей, и становились обречёнными на совершенное одиночество, сразу, как только обрезали пуповину, вплоть до самой смерти. Это просто несправедливо. Родиться, повзрослеть, обучиться, набрать профессиональный и жизненный опыт, а потом просто прекратить существование.

Я начал читать про себя нехитрый речитатив аутотренинга:

— Страха нет!

— Боли нет!

— Смерти нет!

Какой смысл вообще переживать о смерти, если все пути так или иначе ведут нас к ней? Важно не то, что ты умрёшь. Смерть приходит за всеми. Важно то, как ты жил, сколько пользы принёс, как тебя будут вспоминать, те, кто остались.

Но это не помогло…

Интенсивность эмоции страха смерти и одиночества были настолько велики, что если бы не выкрик импа, я бы точно ударился в рефлексию.

— Очнись, болван! Мы под ментальной атакой!

Внезапно я осознал, что так оно и есть. Эти гнусные мысли прокручиваю в своей голове уже не впервые. Нечто подобное со мной происходило в моём воспоминании про то, как я с экипажем высаживался на ксено-объекте.

Сдёрнув нейрошлем с головы, я активировал Скрижаль и выбрал Руну Ментальной Иммунности. Звёздная кровь была восстановлена в полном объёме благодаря повышенной регенерации этого места, так что про расход можно было не думать и не считать каждую каплю.

— Мы под ментальной атакой! — сообщил я всем через канал мыслеречи.

Однако ответа не было.

— Каждый борется со своими собственными страхами, болван! — рявкнул на меня имп, как только я прошёл процедуру нейросопряжения. — Мы с тобой одни против неизвестного врага! Как и всегда! Давай обрушим на его голову всю мощь моей праведной ярости!

— Ага… Сейчас обрушим, — пробормотал я вслух. — Найдём только на кого.

Страхи меня отпустили, как только начала действовать Руна. Теперь в своих чувствах я был солидарен с импом, то есть горел праведным мщением, желая найти и обрушить… Нет. Всё же субличность на меня определённо влияет негативно.

Задание Наблюдателя Единства!

Восходящий, Кир! Вы находитесь в области где был замечен Звёздный некросфинкс приравневаемый по шкале некро-эволюции к дикому химероидному некроморфу. Некросфинкс представляет опасность для Народов Единства. Ликвидируйте опасность любым доступным вам способом.

Награда: Слава

Награда: 2 Звёздных Монеты

Награда: Руна (качество: серебро)

Но в этой бесовской игре был ещё один внезапный поворот. Низкие тёмно-лиловые небеса словно треснули, обрушивая на нас гаргулий. Получилось отреагировать на опасность незамедлительно, так как мои нервы были натянуты, словно струны. Резкое смазанное движение сверху просто послужило триггером, и зенитные пулемёты выплеснули длинные снопы пламени, осветившие вспышками наше мрачное укрытие.

— Кир, — взвизгнула Ви в канале мыслеречи, — Здесь некросфинкс!

— Где? — прорычал я.

— Я не знаю! Наблюдатель выдал мне задание!

— Увидишь, сообщи мне! — ответил я. — Спрячься в броневике!

— Но они тогда убьют тауро…

— Да, плевать на эту корову! — разозлился я. — Жизнь дороже! Делай, как я сказал!

А в колодце внутреннего двора мегаздания гуляло эхо многократно отражённого от стен рёва очередей спаренных зенитных пулемётов. Боеприпасы таяли на глазах, но и крупнокалиберные пули буквально рвали в клочья крылатых монстров. Следующие двадцать минут длился интенсивный бой. Имп и броневик отбивались пулемётными очередями от внезапной угрозы с воздуха. Гаргульи пытались достать хоть кого-нибудь, но им достался только последний тауро, а все разумные оказались надёжно укрыты бронёй. Но и броня не была аргументом против летающей нечисти. Когти и оружие некоторых тварей оставляли на металле борозды. Если дать им время, возможности разобрать имп и паромобиль на гайки они изыскали бы сами. Противник, понеся потери, наконец отступил, но это лишь стало началом нового акта.

Сверху стремительно рухнуло существо гигантских размеров. От этого вибрация пошла по почве, гортанное рычание раздалось в колодце внутреннего двора, и сквозь оседавший снег я увидел огромную мерзкую тварь, не похожую ни на одного некроса, которого я видел раньше.

Оно было выше импа, представляя собой чудовищное сочетание мелкой головы с огромной пастью, шести конечностей, пары крыльев, хвоста и гноящейся плоти. Его глаза горели неестественными вихрями Звёздной Крови, и смотрели они прямо на меня.

— Что, это ля за штука? — прозвучал голос Витории, на этот раз, пронизанный страхом.

Но я не ответил. Казалось, сам воздух вокруг этого чудовища потрескивал зловещей энергией. Это был чёртов некросфинкс приравниваемый по шкале некро-эволюции к дикому химероидному некроморфу, что бы это ни значило, но я видел перед собой только кошмар, ставший плотью. Некросфинкс издал оглушительный рёв, разорвавший звенящую тишину, и скачками ринулся на меня. Почва дрожала под его лапами, и я не особо представлял, что мне с этим делать. Не удивительно, фрейм монстра отливал светлым металлом.

— Имп, — прорычал я, — Кажется, пришло наше с тобой время показать, из чего мы сделаны. Нам понадобится нечто большее, чем просто огневая мощь… Ракеты!

99. Поединок

Десять ракет сорвались с направляющих, отправляясь в короткий стремительный полёт.

Что я знал о сфинксах? Кроме того, что есть такая мифическая тварь и экзотическая лысая кошка, ничего. Но вот кое-какими знаниями о некросфинксах бездонные колодцы банков памяти импа меня снабдили — это кошмарные крылатые некротвари, находящиеся на вершине эволюции некросов. Но что самое отвратительное — эта нежить была разумна.

Нередко обладает мощными паранормальными способностями, может контролировать большие группы себе подобных. В большинстве случаев обзаводится свитой, иногда создаёт подобие псевдо-социума. Невероятно опасна.

Со свитой было всё понятно — свитой были некросы и некроморфы, с которыми мы уже столкнулись раньше. С паранормальными способностями тоже выяснили — это порождение некроэволюции неплохо заплетало извилины в косичку, а потом качественно их расчёсывало. Ментальная атака почти парализовала меня и если бы не защита и имп, то он бы меня уже опрокинул.

Знания, подкачанные мне в память по запросу в нейросопряжении, говорили о том, что практически ничто и никто не может устоять перед этими ужасающими созданиями, которые не останавливаются, пока не уничтожат всё и всех на своём пути. У конкретно этого некросфинкса имелись тело подобное кентавру и лицо, похожее на человеческие, четыре мощных лапы и крылья были приделаны к животной части. Верхние конечности, похожие на человеческие руки, сжимали похожую на косу, оружие вроде алебарды.

С ужасом я обнаружил, что тёмное лезвие огромного древкового оружия отливает изумрудными сполохами, похожими на те, что я уже видел на оружии гаргульи, разрубившей мне пласталевую АКГ-12 надвое. Нам никак нельзя вступать с некросфинксом в ближний бой.

Ракетный залп опрокинул моего врага, но ненадолго. Тот лежал всего секунду, после чего вскочил, не обращая внимания на полученные повреждения, оказавшимися не такими уж и впечатляющими. Огнесмесь облепила монстра, но на этом всё. Секундного замешательства противника мне хватило на то, чтобы воспользоваться автопушкой. Длинная очередь ударила некротварь в грудь, но та лишь замедлилась. Имеющееся в арсенале импа, оружие остановить это чучело было не в силах.

Имп не был лёгкой целью, но один-единственный взмах необычной алебардой заставил мой щит расколоться на две части. Наш ответный удар мечом оказался результативным, левую кисть «человеческой» руки сфинкса получилось отрубить. Но на этом наши успехи закончились. Изогнутый наподобие скорпионьего хвост обрушился на броню боевого робота сверху, заставив нас покачнуться. Сфинкс замахнулся на нас алебардой из странного металла и…

Положение спас броневик, о котором я забыл. Пулемёт, прицельно хлестнувший длинной очередью в отвратительную голову, заставил на мгновенье замешкаться моего противника, но нам хватило времени, чтобы вцепиться мёртвой хваткой в руку, сжимавшую алебарду.

— Огнемёты! Пулемёты! Автопушка! — выдохнул я.

Имп жёг и стрелял из всего наличного оружия в упор, но посчитав, что этого недостаточно, мы размахнулись мечом и погрузили его лезвие в широченную грудь на всю длину. Гниющая плоть не стала серьёзной преградой.

Однако к моему удивлению, это всё не возымело должного эффекта на некротварь. Она вертелась и извивалась, но мы крепко держали запястье сфинкса и продолжали давить на меч, расширяя рану. Наконец, враг начал падать, и я не успел его отпустить. Слишком глубоко в мёртвой плоти засел меч, увлёкший импа вслед за чудовищем.

Всё это время пулемётные очереди, выпущенные из башенного пулемёта броневика, терзали тело врага. Я тоже не отставал, добавляя тому из огнемёта. В какой-то момент мне стало казаться, что мы справимся, но потом имп упал. Свет в глазах погас. Мощный удар выбил меня из режима нейросопряжения. Когда я пришёл в себя, то обнаружил, что повис на ремённой сбруе, фиксировавшей меня в ложементе.

Когда же я вернулся в режим управления импом, то с помощью датчиков боевой машины понял — дело плохо. Боевой робот лежал, а здоровенная тварина замахивалась гигантской алебардой с явно паскудным намерением, чтобы нанести решающий удар.

И снова меня спас огонь из броневика. Я успел выпустить ещё десяток ракет, большинство из которых попали по сфинксу, но ответный удар был страшен. Алебарда, вломившись сквозь солидную броню кокпита, частично его отрубила. Из-за сохранившихся датчиков я видел, что моё собственное тело вроде в порядке, но теперь любой тычок этого урода убьёт меня, а значит, надо ткнуть его первым.

Щит расколот, пользы от него сейчас немного. О том, что меч отломился у самого основания, датчики сообщили мне только что. Но это не поводы переживать, а причины напрячься.

Мне удалось подняться и ударить из всего наличного арсенала. Словно сама собой клешня импа сложилась в подобие кулака и пробила сокрушительный апперкот. Возможно, удар многотонного робота впечатлил бы живого противника, но тварь, противостоящая мне сейчас, была мертва. Уродливая голова мотнулась, но только и всего. Ответка прилетела незамедлительно. Удар хвостом сверху не нанёс ощутимого урона, но заставил боевой робот закачаться.

Снаряды, ракеты и пули рвали мёртвую плоть, но противник их словно не замечал. Раны чуть ли не моментально затягивались. Огнесмесь, прилипшая к плоти отчего-то, горела плохо, скорей чадя чёрным дымом, но не наносила сколько-нибудь ощутимых повреждений. Это значило только, что пора идти ва-банк.

Любая схватка рано или поздно переходит в клинч, а затем и в партер. Я прекратил бесполезную стрельбу и шагнул навстречу врагу, серия ударов попала в корпус, пройдя по студенистой гнилой плоти, выбивая брызги гноя, крови и иных неаппетитных биологических жидкостей.

Ещё один удар хвостом не заставил себя ждать. Насколько я успел изучить повадки своего противника, некросфинкс использовал этот удар тогда, когда собирался отпрыгнуть и разорвать дистанцию. Предсказуемо!

— Познай смерть! — рявкнули мы с импом и бросились вперёд. — Познай праведную месть!

Многотонная тварь раскрыла крылья, но успела выставить перед собой алебарду. Мы напоролись на неё, но добрались до здоровой конечности, вцепившись в неё двумя руками. Имп был неповоротлив, но необычайно силён. Красивого захвата и техничного приёма не получилось, однако результат вышел достойный. Мы выломали здоровую «человеческую» руку из сустава и сломали её, заставив повиснуть плетью вдоль тела гуманоидной части тела. Необычная алебарда засела глубоко в туловище боевого робота, но мы всё ещё могли двигаться.

От следующего удара скорпионьим хвостом я не стал уворачиваться, а попросту его перехватил, схватив обеими руками. Напряжение чудовищно сильных миоэлектрических мышц, и нам удалось вырвать жало из этого хвоста с корнем.

— Куда тебе это засунуть, жалкая тварь? — громыхнул инфернальный голос из громкоговорителя.

Вот это похоже удачная тактика — ломать его и рвать на части.

— Смертные, вы не уйдёте из моих владений живыми!

Шипящий голос принадлежал некросфинксу.

— Это мы сейчас посмотрим, тварь! — парировал я и шагнул вперёд.

Однако противник отпрыгнул, взмахнул крыльями и тяжело взлетел.

— Бежишь⁈ — рявкнул имп. — От моего праведного гнева не спастись и не скрыться!

Конец речи утонул в рёве автопушки. Снаряды рвали крылья, оставляя зияющие прорехи, но это никак не сказалось на лётных способностях некросфинкса, заставив меня ещё раз, задуматься об отдыхающих в Единстве базовых законах физики.

— Сбежал! — сообщил я в канал ментальной связи.

Гигантская крылатая тень вылетела из колодца и скрылась.

— Тот-Кто-Сражается говорит: не один Восходящий не знает, где начинается и чем кончится его испытание, — веско уронил Мантир, — Но он выходит из него иным, чем входит.

— Где тут испытание? — возразил я. — Некросфинкс чуть не помножил всех нас на ноль. Он намного сильней!

— В этом и есть вся суть Восхождения. Без вызова, нет роста.

— Умрите! — пророкотал откуда-то сверху голос некросфинкса, прерывая нашу дискуссию.

Я непроизвольно задрал голову вверх, пытаясь разглядеть, что там происходит. Прицельная рамка не находила врага, но услужливо отметила группу целей, стремительно к нам приближающихся. Это выглядело даже красиво… Словно падающие звёзды.

100. Список потерь

Как оказалось, вверх смотрел не только я.

— Видел такое раньше. Это серебряная Руна, — сказал Кол. — Называется «Метеорит». Взрыв будет что надо. Мы не успеем сбежать из эпицентра.

— Виториа… — начал говорить я, смотря на обманчиво медленно падающие с лилового неба огненные болиды. — Ты стала близка мне, как друг и боевой товарищ… Хатан-Аба, Кол, я счастлив, что узнал вас. Прощайте все…

— До встречи в Вечности, небесный.

Прощанье вышло скомканным, банальным и дурацким, как, впрочем, и вся эта ситуация, да и взятая взаймы новая жизнь. Серебряная мать её Руна! От неё ни защититься, ни сбежать, сознание просто не искало вариантов — это была гарантированная, стопроцентная смерть. Мне кажется, что и в прошлой жизни я смирился с тем, что мог погибнуть при исполнении, но и тогда, и сейчас жить не просто хотелось, а ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ хотелось. Подсознание и тело с моим сознанием не были готовы соглашаться и принять судьбу с достоинством. И пока разум молчал, память лихорадочно, хладнокровно перебирала варианты. И внезапно сознание заработало в форсированном режиме, начав воспроизводить комбинации.

— Рано сдаваться, мотылёк-однодневка! — лязгнул металлом голос импа внутри моей головы. — Это вы за жизнь не держитесь, а мы, диги, живём долго и становимся в итоге бессмертными артефактами.

Как только в голове сложился ещё неоформленный план действий, я рванул к броневику и… в это время шарахнул первый взрыв. Многотонный имп подбросило, закрутило и швырнуло. Сообщения о повреждениях затопили экран мерцающими алым окнами… Притянутого ремнями безопасности к ложементу меня встряхнуло так, что на мгновенье свет погас. Очнувшись и пошевелившись, почувствовал, что из носа, ушей и рта течёт кровь. В груди что-то отвратительно щёлкнуло и чвякнуло. Хотя как «что»? Ясно… Переломаны рёбра. Благо я под действием лютой боевой химии.

Шанс есть, совершенно холодно отметил я.

— Мы успели! — громыхнул имп. — Ты успел! Но тебе ещё рано погибать, пилот.

— Ви, воспользуйся Руной Имматериального Щита!

Надеюсь, всё сработает, а имп мне усиленно передал мыслеобраз, в котором был реальный способ спастись.

Я толком не знал, насколько хорошо эта Руна защищает от термических, кинетических и радиационных повреждающих факторов, но это лучше, чем ничего.

— Имп, мы на месте?

— Да, спасай себя, мотылёк-однодневка! Я сделаю то, для чего предназначен! Будь достоин!

— Будь достоин, друг!

Я отключился от нейрошлема, бросив болтаться последний на жгуте проводов. Кабина боевого робота выглядела плачевно. Фактически часть условной головы импа была срублена странным клинком алебарды. Однако сейчас через чудовищную пробоину в броне был виден очередной болид метеора и… путь к спасению.

Серебряная Руна-Предмет, которую я никогда до этого не использовал, да и почти забыл про неё — Плащ Мошенника, позволявший использовать телепортацию один раз в древо-день, вытащила меня из эпицентра действия Руны-Заклинания некросфинкса неожиданно легко.

Вот я болтался на ремнях безопасности, и вот уже стоял на балконе, наблюдая с высоты верхних этажей за творящимся адом внизу. Несколько метеоров последовательно попали в металлическую фигуру потрёпанного импа. Естественно, псевдоразумный боевой робот на попадания такой силы не был рассчитан. Металл брони плавился и тёк словно воск свечи, миоэлектрические мускулы горели. Как бы мне ни была сильна психологическая боль от этой картины, но в первую очередь необходимо было позаботиться о себе, как о единственной оставшейся в строю боевой единице. Боль эффективно купировал «Шаг Смерти», принятый накануне. Я использовал свою единственную целительскую Руну. Не уверен, что она поможет мне со сломанными рёбрами, но сейчас иного выбора не было. Но нет, не апокалиптические виды меня сейчас интересовали, а гадский некросфинкс устроивший их своим колдунством. Я с этой неживой тварью ещё не закончил.

В руках из вихря Звёздной Крови материализовалась импульсная винтовка. Оптический прицел услужливо приблизил отвратительную маленькую головку некро-твари. Я переместил перекрестье на последний уцелевший глаз и нажал на инициатор стрельбы. Серия ослепительно ярких вспышек озарила темноту. Разогнанная низкотемпературная плазма спалила глаз и испепелила мозг твари. Неуверенный в том, что это фатальное повреждение для этой груды гниющего мяса, имеющей феноменальные регенеративные способности, я поднялся на разрушенный верхний этаж и сжёг это огромное неподвижное тело до белого пепла, используя импульсную винтовку и свою Руну-Заклинание Огненного Шара.

Когда я закончил, Наблюдатель связался со мной своим излюбленным способом — при помощи информационного окна, но мне было не до наград в данный момент.

Поняв, что непосредственная опасность больше не грозит, я смахнул информационное окно, собрал, не вникая Звёздную Кровь с Рунами, и отправился вниз. Нужно было считать потери… Слёзы непроизвольно катились по моим небритым щекам. Впервые с момента, как очнулся в Единстве с девственно чистой памятью, я плакал от горя и невозможности на что-либо повлиять. Потрёпанное и переломанное тело устало и болело, но душевные терзания были куда сильней.

Имп расплавился и представлял собой оплывшую гору раскалённого и пышущего жаром металлолома. По задумке я должен был прикрыть паромобиль металлическим телом боевого робота, но получилось как получилось. Манипуляторы оторвало ударом метеорита, и тело многотонной машины вдавило броневик в снег, а потом имп расплавился от чудовищной температуры, окончательно похоронив гусеничный транспорт дигов под потёкшей, словно воск, бронёй.

Уныние — смертный грех, напомнил я сам себе. Я потерял товарищей, провалил задание, но я жив, а это значит, что не всё ещё потеряно. Нужно собраться, выжить и найти Светлану. Но осознание того, что это по моему недогляду все мертвы, сверлило мозг и прожигало душу.

— Небесный, ты жив? — раздался голос ван дер Аристер в канале ментальной связи.

Я закрыл глаза и поднял лицо к небу. Так не бывает. При температуре, от которой расплавился имп и нескольких минутах астероидной бомбардировки не мог выжить никто.

— Конечно, он жив, короткоживущая, — проскрипел знакомый брюзгливый голос Кола. — Если бы он погиб, то и канала связи бы у нас не было.

Неверящим взглядом я ощупал глазами округу. Это больше было похоже на инопланетный пейзаж, чем на колодец внутреннего двора некогда жилого здания. От раскалённого застывавшего металлического озерца веяло таким жаром, что мои глаза воспалились. Не верилось, что кто-то вообще мог выжить в эпицентре локального катастрофического явления природы.

— Вы остались живы? Как? — наконец нашёлся я, что спросить.

— Ты же сам сказал мне использовать Руну Имматериального Щита ля, — ответила Ви. — Я и применила её. У нас, конечно, тут было жарко, но Кол сумел пробить одной из своих Рун путь в подземные коммуникации.

— Все целы? И детвора?

— Все ранены, — бодро сообщила мне Ви. — В основном ожоги. Гриви сейчас занимается врачеванием.

— Артефакт у вас?

— Да…

Бодрый броневик было жалко, но я выдохнул и испытал облегчение оттого, что все живы. В конце-концов, броневики, импы и вот это всё дело наживное. Но и просто так бежать неизвестно сколько километров по снегу с детьми на руках просто нельзя. Мороз, пусть и лёгкий всё равно фактор опасности. Даже текущие восемь ниже нуля, как утверждает встроенный термометр на браслете, способны убить не только детей, но и взрослых.

— Вы сможете выбраться самостоятельно? — задал я немаловажный вопрос.

— Конечно, — успокоил меня Кол. — Мы же диггеры. Мы находимся в каком-то зале древних. Проходы со всех сторон или закрыты, или завалены, так что тут достаточно безопасно, чтобы передохнуть и зализать раны. Ты там как? Продержишься несколько дней один?

— Почему один, ля? — возмутилась Ви и потребовала. — Отправь наверх меня!

101. Урги против Червей

Мы вдвоём мерно покачивались на спине паразавра. Существо оказалось больше чем тауро, но не вязло в сугробах из-за широких косолапых лап, как у рептилии. Тварюга, видимо, имела много общего с пресмыкающимися, но к ним явно не относилась, так как была очень тёплой, а на морозе, так и вовсе казалась горячей. Что говорило о прямо-таки колоссальном обмене веществ. В общем-то, об этом же говорил феноменальный аппетит существа, с первых минут начавшего жрать всё подряд, включая снег, лёд и падаль.

Однако несмотря на сомнительные гастрономические пристрастия, паразавр оказался хорошо управляемым, довольно смышлёным, проходимым и довольно быстрым транспортом. По снегу так точно быстрей чем тауро шёл. Не знаю, какое отношение он имел к вымершим доисторическим животным, но руна-существо пришлась мне как нельзя кстати здесь и сейчас.

Виториа, державшая имматериальный щит над дигами получила серьёзные ожоги. Высокая температура добралась до всех в бронетранспортёре, но Ви пострадала больше остальных. Её подлечила Гриви, а я вколол ей и себе вдобавок к действию Рун ещё обезболивающие, противоожоговые и регенерирующие препараты. Несмотря на это, она всё равно до сих пор была вся покрыта красными пятнами и сходящими на нет волдырями, но держалась стойко и даже бодро.

После сеанса самолечения мы выпустили Руну-Существо ван дер Аристер и отдыхали, дожидаясь пока Снежный Феррет не соберёт Руны и Звёздную Кровь. Место недавней битвы было буквально усеяно небольшими капельками и глифами. Многие «гаргульи» оказались Звёздными Монстрами на мусорном ранге. Упускать возможность усилиться мы не собирались.

Регенерация, подстёгнутая Рунами и препаратами, стимулировала аппетит, несмотря на окружавший нас неприглядный пейзаж. Паразавра это не смущало, он то и дело хрустел костями. Не смутило и нас. Я угостил Ви брикетом сухого пайка, а запить предложил глотком дефицитного в этих краях цветочного бренди. Естественно, выпили мы не по глотку, а почти половину бутылки. Зато настроение моей спутницы заметно улучшилось, да и сам я ощутил разливавшееся внутри меня тепло, почувствовал себя лучше. Психологическое напряжение уходило, оставляя место чувству утраты. Имп был не просто машиной. Не думал, что так случится, но мне будет настолько остро не хватать этого громогласного металлического ворчуна.

— Небесный, в то, что произошло, не поверит никто! — в очередной раз сообщила мне слегка размякшая Виториа. — Ты победил лядского некросфинкса — чудовище Древнего Асиополя!

Голос её был надтреснут, лицо и руки покрыты сходящими волдырями ожогов, но глаза блестели неподдельным энтузиазмом.

— Не я, а мы, — пришлось поправить её. — Без вашей помощи, всё закончилось бы иначе. И у меня был имп. Это он заплатил своим бессмертием за нашу победу.

Ван дер Аристер покачала головой.

Я ожидал, что моя напарница осмеёт или обругает это моё замечание, по своему обыкновению, но она лишь мрачно кивнула соглашаясь. Мы проделали путь в пару десятков километров за пару часов, пока не добрались до арочного тоннеля, где я разлил феромоны. Немного не доезжая спешились и тихо приблизились.

Что сказать? Шок — это по-нашему!

Нашим изумлённым взглядам предстала картина недавно случившегося побоища. Ургов было значительно меньше тумена, но всё равно много. Они сюда добрались, впрочем, их тут уже ждали силы, не уступавшие им ни в количестве, ни в ярости. Сумрачный тоннель был завален телами имаго и ургов, сошедшихся в последней безумной схватке. Ни одна из сторон и не подумала отступить или попросить пощады. Я бы мог это предположить в отношении Червей, но урги… Ви молчала, не в силах подобрать подходящих ругательств. В этом я её понимал, так как у самого не находилось нужных слов.

Уловив шевеление, я приник к прицелу импульсного «Копья» и поймав в перекрестье уродливое, толстое, змеящееся тело, похожее на огромную личинку Червей, но с шипастым ороговевшим туловищем и круглой пастью. Сияющий тёмной бронзой фрейм мгновенно подсказал, что с этим сортом местных упырей я уже успел свести знакомство.

Имаго-Копатель.

Содержит Звёздную Кровь.

Некоторое количество Фуражиров и Скаутов суетились рядом с бронзовым монстром. Перемигнувшись с Ви, мы выстрелили, я несколькими сериями коротких импульсов, она — выпустила четыре огненных шара по площади. Комбо вышло убойным и на Червей подействовало безотказно.

Заворожённо глядя на погребальный костёр, с громким гудением бушевавший в тоннеле, проложенным под древней аркологией, Ви пробормотала:

— Надеюсь, ты не полезешь туда вырезать сущностные ядра?

— Не, — отрицательно качнул я головой. — Настроения нет нарываться на новые приключения. Призовёшь феррета?

— Конечно…

Мы пролежали в сугробе ещё с час, ожидая увидеть ещё врагов, пока Руна-Существо соберёт нашу добычу, но обошлось. Когда зверёк вернулся и передал Ви всё, что нашёл, она указала мне в сторону.

— Смотри…

И я увидел трёх осёдланных тауро, медленно брёдших без всадников.

— Давай поймаем их? — спросила спутница. — Нужно же нам как-то продолжить путь в Аркадон…

Пришлось согласиться, что в её словах есть смысл. Ещё около часа ушло на то, чтобы переловить тауро. Эта порода скаковых быков заметно отличалась. У них были вороной цвет шерсти, широкие копыта, длинные ноги и шеи. Справившись с этой задачей, мы двинулись в обратный путь.

Уже почти ночью, за поздним ужином, когда мы спрятались сами и укрыли тауро в одном из величественных павильонов, окружающих внутренний двор, где совсем недавно сразились с некросфинксом, мы решили разделить добычу. Оказалось, что Снежный Феррет собрал двадцать семь рун-пустышек, восемнадцать Рун-Развития, три Руны Малого Превращения, Руну-Умение Ночное Зрение, Руну-Умение Глаз Гаргульи, Руну-Навык Чёрная Кость, всё мусорного ранга.

Интересней было с бронзой. Мы получили две Руны-Превращения и Руну-Умение Адаптивность Организма.

Посмотрел я и на то, что подобрал с серебряного некросфинкса, пребывая в тот момент почти в невменяемом состоянии из-за утраты. Откровенно говоря, было ожидаемо, что с такой паскудной твари получить что-нибудь полезное едва ли получится, но всё равно… Хотелось какого-нибудь мощного заклинания, вроде метеора, чуть не помножившего нас всех на ноль.

Первой была руна-пустышка, второй Руна-Развития, а третьей — Руна-Умение Некротрансформация.

— Небесный, предлагаю поделить всю добычу так, — прервала мои размышления Ви. — Я и так взяла всю Звёздную Кровь, и мне в принципе достаточно, ведь это ты почти всех их убил, но я бы ещё не отказалась от Руны-Умения Глаз Гаргульи. Это умение увеличивает остроту зрения. С ним можно видеть и различать мельчайшие детали на огромном расстоянии. Ещё что-то за задание по уничтожению некросов от Наблюдателя прилетит. Как тебе такой вариант?

— Согласен, — кивнул я. — Забирай.

Просто не видел смысла с ней торговаться. Хочет видеть как орлица, пусть забирает. У меня для этой задачи имеются очки. Вспыхнула чужая Скрижаль, заставив меня непроизвольно напрячься и представить, как в меня летит огненный шар, но ван дер Аристер просто собралась передать мне Руны. Всё-таки я ей не доверял. Неужели на меня так предательство Ахири подействовало, что я теперь жду гадостей от всех и каждого?

Первым делом я распределил по навыкам восемнадцать Малых Рун Развития, вложив их в навыки Владение Мечом, Физическая Мощь и Бой-без-Оружия. Полюбовавшись на выросшие до бронзового ранга навыки с секунду, последней Руной усилил Владение Копьём до 9/10. Тоже навык не бесполезный. Пусть будет.

Руна Чёрная Кость

Вид: Руна-Навык.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови (безвозвратно).

При активации костная и хрящевая ткань вашего скелета навсегда полимеризуется, армируясь углеродистыми волокнами, приобретая при этом характеристики повышенной гибкости и прочности. Вес и плотность костей скелета значительно возрастают, приобретая характерный чёрный цвет, их становится сложней сломать или раздробить. Количество армирующих волокон напрямую зависит от Атрибутов Тело и Телесность.

Время действия: одноразовая, при активации исчезает.

Требования: Атрибут Тела не ниже 9.

А что? Перспективный навык, может уберечь меня от перелома рёбер в следующей заварухе. В то, что такая не за горами, я нисколько не сомневался. Потратив шесть капель Звёздной Крови, обзавёлся новым навыком.

Что там у нас ещё?

102. Добыча и Награды

Первой Руной Малого Превращения я перевёл умение Укрепление Кожи в навыки. Получилось интересно:

Руна Прочная Кожа

Вид: Руна-Навык.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови (безвозвратно).

При активации эпидермис навсегда становится толще, изнутри прорастая переплетением прочных углеродистых нановолокон, образующих густую сеть, которая выдерживает большое напряжение и вместе с тем остаётся эластичным. Эпидермис становится многослойным, оснащённым богатой системой нервов и пронизанным кровеносными сосудами. Он имеет особую прослойку, по своей структуре схожую с паутиной, что и делает кожу на редкость прочной. Предел прочности кожи на разрыв, разрез или прокол напрямую зависит от Атрибутов Тело и Телесность.

Время действия: одноразовая, при активации исчезает.

Требования: Атрибут Тела не ниже 5.

Положим, иглу из гаусс-карабина, даже пулю из так любимого здесь огнестрельного оружия Прочная Кожа остановит едва ли, но бегать по кустам без царапин, или по битому стеклу босиком, или споткнуться и не сбить колено, бывает ой как небесполезно. Как я успел уже убедиться, тут в Единстве ситуации разные бывают. И лучше в них входить подготовленным.

На Руну-Умение Ночное Зрение также решил потратиться и перевести его в навык, памятуя о том случае, когда мне неожиданно расколошматили очки с функцией прибора ночного видения.

Руна Ночное Зрение

Вид: Руна-Навык.

Качество: дерево.

Активация: 6 капель Звёздной Крови (безвозвратно).

При активации навсегда изменяет органы зрения, позволяя видеть в естественной темноте.

Время действия: одноразовая, при активации исчезает.

Требования: Атрибут Тела не ниже 7.

Оставалась ещё одна Руна Превращения, способная преобразовать умение в навык, и я задумался, перебирая свой набор и размышляя, как лучше поступить. Это продлилось недолго, так как и выбирать было особо не из чего одна-единственная Руна Язык Зверей. Но зачем мне это преобразование ответить не смог и оправдать не смог. Я никаких тёплых чувств к животным никогда не испытывал, если только они не были поданы в виде вкусно приготовленного блюда к моему столу. Нет-нет! Природа — это прекрасно! Особенно когда не пытается тебя сожрать, но чтобы до такой степени, начать общаться с животными… С другой стороны, какая-нибудь верховая езда мне также не очень-то и нужной показалась, а жизнь облегчила серьёзно. Я не тешил себя иллюзиями, если бы не эта Руна, даже не знаю сколько бы мне пришлось ходить с отбитой до синяков задницей. Шесть капель Звёздной Крови и Руна Превращения мусорного ранга не казались мне серьёзной ценностью. Конечно, может статься, что именно этих шести капель мне не хватит в решающей схватке, но также, не быть сожранным, каким-нибудь зверьём, может оказаться совершенно нелишним. Решив так, пополнил свой список навыков ещё одним. Разобравшись с деревом, перешёл к бронзе.

Руна Адаптивность Организма.

Руна-Умение

Качество: бронза

Активация: 6 капель Звёздной Крови

При активации позволяет организму постепенно вырабатывать устойчивость к прямому и косвенному воздействию опасных факторов биотического и биологического характера. В итоге Восходящий может получить полную резистентность к вредным излучениям, инфекциям, ядам, паразитам. Напрямую зависит от Атрибутов Тело и Телесность.

Время действия: 30 минут

Время перезарядки: 1 древодень

Таймер перезарядки: готово к активации

Полезное умение? Вполне… Пожалуй, что даже заслуживает войти в мой джентльменский набор навыков. Твёрдой рукой истратил Руну-Превращения бронзового ранга на то, чтобы изменить тип данного глифа.

Руна Адаптивность Организма.

Вид: Руна-Навык.

Качество: бронза.

Активация: 12 капель Звёздной Крови (безвозвратно).

При активации навсегда изменяет внутренние органы и наделяет адаптивностью организма. Организм Восходящего постепенно вырабатывает устойчивость к прямому и косвенному воздействию опасных факторов биотического и биологического характера. Включает в себя резистентность к вредным излучениям, инфекциям, ядам, паразитам.

Время действия: одноразовая, при активации исчезает.

Требования: Атрибут Тела не ниже 9.

Я безвозвратно истратил ещё двенадцать капель Звёздной Крови, получив взамен ещё один полезный навык. Так и не решив, что мне сделать с Руной-Превращения ранга бронзы, отложил её пока в Скрижаль и перешёл к добыче следующего ранга, начав с умения.

Руна Некротрансформация

Руна-Умение

Качество: серебро

Активация: 12 капель Звёздной Крови

Позволяет Восходящему постепенно заменить биологические жидкости на некрокровь, способные регенерировать и на неопределенный срок сохранить любое органическое тело от изменений. Внимание: при применении Руны если Восходящий всё ещё жив, то мгновенно погибнет. Когда тело Восходящего поднимется после некротрансфорации, оно превратится в некроморфа.

Время действия: —

Время перезарядки: 1 древодень

Таймер перезарядки: готово к активации

Я отложил Руну в Скрижаль. Регенерация и сохранение органического тела на неопределённый срок — это прекрасно. Превосходно даже. Но тут было, над чем крепко задуматься. Над формулировкой описания, например. Особенно доставило: «… Когда тело Восходящего поднимется…» и «… если Восходящий всё ещё жив, то мгновенно погибнет…». Как-то это всё не располагало к применению такого умения. Я пока не планировал становиться ходячим мертвецом. Хотелось оставаться живым как можно дольше.

Интересно, зачем такая Руна вообще кому-то может понадобиться? Кто добровольно вычеркнет своё имя из книги живых? Что должно случиться, чтобы человек сам этого захотел? Если только какая-нибудь безвыходная ситуация. Почему тогда не традиционные средства? Верёвка и пистолет тут не в моде? Разница только в том, что «тело поднимется». Оставить вместо живого себя некроса, жаждущего живой плоти и алчущего горячей крови… Эта Руна точно последнее оружие возмездия. Интересно, а личность при этом сохраняется или речь идёт о полном перерождении? Так, что-то меня куда-то не туда унесло. Рано мне ещё на тот свет. Тут пока помучаюсь. Убрал этот странный глиф в Скрижаль. Попробую обменять или продать в перспективе, если не получится, я его разобью, когда подтянется навык Рунного Мастерства.

С Руной-Нулёвкой всё было понятно — это заготовка для навыка Рунное Искусство, а вот Руна Развития заставила меня задуматься. С одной стороны мне уже сейчас не хватает места в Скрижали, но прежде чем принять решение открыл окно с наградой от Наблюдателя.

Восходящий Кир! Вы уничтожили Некросфинкса.

Получено: 3 Звёздные Монеты

Получено: 3 славы.

Выберите любую Руну (серебро): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-Заклинание, Руна-Существо, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага

Виториа, может, и совсем начинающий Восходящий, наверное, даже слабей меня, но она коренная жительница Единства, наверняка про систему наград знает побольше моего и сможет посоветовать что-то дельное. Так как с выбором возникли проблемы. Видимо, я просто устал, что немудрено. Похоже, не свалился ещё, только благодаря боевой химии, бурлившей в моих венах.

— Виториа…

— Чего тебе, небесный? — проворчала она, завернувшаяся в попону.

— Не знаю, какую Руну выбрать в награду за Некросфинкса.

— Лядский Некросфинкс — это серебро. На серебре лучше брать заклинания, предметы и существ. Умения и Навыки хороши на бронзе и серебре, — немного проснулась она. — Порталы, домены и саги я бы вообще выбирала, только когда другого выбора нет. Портал может неизвестно куда вести, не факт, что удастся вернуться. Сага расскажет одну из историй Единства.

— И что это даёт?

— Ну… Знать лядские истории иногда бывает полезно. Некоторые ведут к сокровищам или заданиям, а другие бесполезны или выгода от них неочевидна.

— А Домены?

— Что «Домены»?

— Почему они бесполезны? — поинтересовался я.

— Я бы не сказала, что они бесполезны, — возразила Ви. — Часто за порталом на той стороне ждут испытания или смертельные ловушки. Или чьё-нибудь жилище ля, или вотчина, или целый город, может небольшая страна или край. Но их лядские хозяева не обязательно тебе обрадуются, небесный. Испытания могут оказаться не по силам, а из ловушек не получится выбраться. Уйти в Портал или Домен — это всегда игра, где ставка — твоя жизнь.

103. Особенности национальной некромантии

— Что бы ты сама выбрала? — с интересом спросил я.

— Не буду ничего советовать, — неожиданно отказала мне Ви. — Я уже рассказала, что знаю сама. Выбор награды от Наблюдателя — это всегда лотерея. Но я не хочу оказаться той, кто посоветует тебе что-нибудь не то. Так что, давай сам, небесный, а я спать буду…

— Спи, — согласился я. — Покараулю.

Она в ответ сонно пробормотала.

— Ты можешь быть таким милым, когда захочешь…

О да! Я тот ещё милаха! На лицо против воли выползла кривая усмешка и тут же исчезла. Что взять? Руной-Существом Домен Диких Строителей я пользовался лишь однажды. Да, этот глиф скорей для добычи полезных ископаемых и строительства, однако, когда мне было необходимо спрятать побег Игг-Древа, то они превзошли даже самые смелые ожидания, справившись с поставленной задачей за считанные часы. Руна-Существо, с таким же потенциалом, только боевой направленности могла бы существенно облегчить мне жизнь в мрачном будущем.

Совсем стемнело, и я снял очки, чтобы протестировать новый навык. Что сказать? Очки с функцией прибора ночного видения были хороши, однако свои глаза намного лучше. Видел я в темноте, пока не так хорошо, как с ПНВ, но что мне мешает надевать очки, когда они мне критически необходимы? Правильно. Ничего.

Мы отделили паразавра отдельно от тауро. Скаковые быки очень подозрительно косились на мою Руну-Существо, но это и неудивительно. Почти всё время, когда мы с Ви на нём не ездили, эта тварь умудрялась что-нибудь находить и флегматично жрать. Пожалуй, что на месте тауро, я бы тоже опасался быть съеденным в компании этого проглота. Сейчас паразавр выкапывал из снега трупы успокоенных гаргулий и с видом монаха-азио, познавшего суть Дао, пережёвывал их, аппетитно хрустя хрящами и суставами на мощных клыках.

Я подошёл к ящероподобному скакуну и похлопал его по толстой горячей шкуре. Тот повернул ко мне морду и посмотрел на меня большим умным глазом, легонько ткнулся мордой в грудь, подставляя бронированный загривок для почёсывания. Не в силах отказать, обжоре, запустил пальцы в стыки пластин природной брони и почесал там. До моего слуха донеслось довольное урчание и грустный глубокий вздох. И я понял! Понял!

Паразавр не желал возвращаться в Руну. Он был голоден и хотел насытиться, до того как его опять отправят в безвременье. Ожидание пролетит для него как один миг тьмы, а когда он будет призван в Единство, ему снова придётся выполнять приказы: бегать, носить на себе всадников, таскать грузы и тянуть повозки. Тут ему не нравилось, но он хотя бы нашёл пищу, пусть невкусную, но её много и она питательная.

Я усмехнулся потоку нехитрых мыслей, которые мне удалось случайно подслушать. Почесал Обжору ещё немного там, где ему нравилось больше всего, и не стал отзывать, оставив наедине с заледеневшим, страшноватым пиром. Вернулся к спящей Ви. Отзывать паразавра в Руну действительно не имело смысла. С неба валили крупные хлопья снега. Погодка была нелётная, так что можно было не опасаться атаки с воздуха.

Усевшись рядом с сопевшей боевой подругой и поглядывая по сторонам, задумался, что же мне выбрать. Хотелось взять, что-то, что мне действительно будет нужным. Поломав голову с полчаса, пришёл к выводу, что лучшим выбором будет Руна-Заклинание. Если вспомнить прошлые награды за задания, то они как-то связаны с целью и местом выполнения. Посмотрим, что тут выпадет. Для того чтобы сделать выбор, я открыл наградное информационное окно и сосредоточился на нужном варианте.

Руна Капкан Аниматурга.

Руна-Заклинание.

Качество: серебро.

Активация: 24 капель Звёздной Крови.

При использовании позволяет Восходящему создать кристалл и переместить в него свою аниму. Тело Восхожящего при этом впадает в кататоническое состояние. После этого Восходящий может либо попытаться овладеть телом другого неВосходящего гуманоида своего или родственного вида, либо вернуться в собственное тело.

Овладев телом существа, Восходящий сможет его контролировать, как своё. Атрибуты, Скрижаль и Стигмат не переносятся, но полностью сохраняется память. При этом анима одержимого существа остаётся заточённой в кристалл. Если захваченное тело погибает, то Восходящий возвращается в своё тело, а захваченная анима погибает окончательной смертью.

Если тело Восходящего погибло в то время, как анима находилась в захваченном теле, то анима одержимого погибает окончательной смертью, а Восходящий навсегда остаётся в захваченном теле.

Время действия: 1 цикл.

Время перезарядки: 1 цикл.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Вторая и третья Руны тоже были интересными:

Руна Некрос.

Руна-Заклинание.

Качество: серебро.

Активация: 24 капель Звёздной Крови.

При использовании позволяет Восходящему создать Некроса. Восходящий должен выбрать свежий труп. После поднятия Некроса Восходящий сможет мысленно ему приказывать, если он находится недалеко от Восходящего. Получив приказ, Некрос будет его выполнять, пока задача не будет выполнена или он не будет физически уничтожен.

Если в течение древодня Некрос не получает в качестве пищи живую плоть, он перестаёт слушаться команд, выходит из подчинения и может напасть на Восходящего.

Время действия: 1 цикл.

Время перезарядки: 1 цикл.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

И:

Руна Материя.

Руна-Заклинание.

Качество: серебро.

Активация: 24 капель Звёздной Крови.

При использовании позволяет Восходящему влиять на большинство материальных объектов. Хоть узы материи упруги и неподатливы, эта Руна позволяет ими манипулировать. Восходящий может видоизменять форму материальных объектов по своему желанию. Можно лепить объекты, изменяя их форму, сжимать или расширять отдельные части материальных объектов. Восходящий может увеличить плотность объекта, или рассеять словно дым. Сломанные конструкции могут быть восстановлены, разбитые или сломанные объекты починены. Восходящий может разделить объекты на составные части, выделив отдельные компоненты, или, напротив создавать новые композитные материалы.

Время действия: 1 час.

Время перезарядки: 1 цикл.

Текущий таймер перезарядки: готово к активации.

Описания первых двух Рун у меня особого восторга не вызвали, как-то не возникло у меня никогда желания оживить мёртвого или вселиться в тело другого… кхм… гуманоида. Но вот когда прочитал описание возможностей третей Руны, это заставило меня протереть глаза и снова перечитать его. Нет. Это была не усталость. Все буквы остались на месте, а в описании по-прежнему говорилось то, что говорилось. То есть получалось, что при помощи Руны Материи, я смогу гнуть материальные объекты так как это мне будет нужно? Я смогу получать сплавы без должных технологий? Сложные механизмы без репликаторов? Интересно, насколько сложные? Даже если недостаточно технологичные и простые это всё равно интересная возможность.

Вновь уколола зависть. У какого-то некротического чучела имелась Руна, позволявшая ему отработать по площадям, пусть не слишком крупными, но метеоритами, а мне уже в который раз попадается небоевое заклинание. Я ещё раз перечитал описания первых двух вариантов, но всё равно не смог удержаться от того, чтобы не взять Руну Материи.

У меня всё ещё была Руна Развития серебряного ранга. Первым моим побуждением было вложить её в Моторику. Приятно быть ловким и быстрым, но там была уже одна звезда. Поразмыслив, я решил поднять до максимума Телесность, отвечающую за прочность скелета, обмен веществ, живучесть и регенерацию. Это сам по себе Атрибут нужный, даже необходимый, к тому же у меня ещё имелось целых три навыка, зависевших напрямую от этого Атрибута: Чёрная Кость, Адаптивность Организма и Прочная Кожа.

Серебряную Руну было жаль вкладывать в развитие бронзового Атрибута, но Виториа, тогда в бане, была права. Необходимо сразу использовать все возможности, до каких только получается дотянуться. Видимо, иначе в этой игре и не выиграть.

104. Материя

Открыв вкладку интерфейса с Атрибутами, твёрдой рукой вложил серебряную Руну Развития в Телесность. Бронзовая шкала мигнула и заполнилась вся. Пробежали какие-то оповещения, но меня ожидаемо накрыло мощной волной эйфории, так что не читал их. На глазах Телесность изменилась с бронзы на серебро и разветвилась на три ветки серебряных Атрибутов: Совершенность, Изменяемость, Адаптивность.

Когда прилив удовольствия от мгновенного улучшения немного отхлынул, я как-то даже почувствовал себя иначе. Здоровее, что ли? Нет, организм и так до этого был абсолютно здоров. Это я знал как дважды два. Иначе кто бы меня взял служить в космическую пехоту, да ещё на исследовательский межзвёздный крейсер? Но вот сейчас пришло понимание, что такое настоящая выносливость и здоровье. С удовольствием потянулся, разминаясь, ощутил в мышцах немедленную готовность к любым испытаниям, что меня с головой захлестнуло такой эндорфиновый торнадо, что захотелось немедленно пройтись на руках, заорав при этом в голос.

Помню, как вымотал меня затяжной ближний бой с ургами внутри периметра стен форта. Сейчас я смог бы выдержать этот темп боя дольше. Насколько? Имелось только понимание, что значительно дольше, но это требовало проверки. Но самое приятное заключалось в том, что внешне я почти не изменился. Думаю, когда встречусь со Светой, та должна узнать меня прежнего. Но изменения тоже были. Рост немного увеличился, сантиметр или около того. Даже одежда подстроилась заново к моим изменившимся размерам. Чуть раздались плечи, запястья и щиколотки тоже как будто увеличились. На ощупь мышцы налились, стали крепче и объёмней. Если одним словом, я остался полностью доволен сделанным выбором.

Но самое главное, появился новый серебряный навык:

Телесная Крепость 1/10.

Пробежав глазами по описанию, понял, что он повышает общую устойчивость организма к физическим повреждениям, практически во всех смыслах — от крепчайшего иммунитета и желудка, способного без последствий, переварить почти что угодно, до прочности кожного покрова. Ещё один плюс от роста Атрибутов.

Мне вспомнились нехитрые мыслишки Обжоры. Усмехнувшись, я вышел во внутренний двор, открыл Скрижаль и активировал Руну Материи, собираясь проверить пределы возможностей творения, исполняемых одной лишь волей Восходящего, ну и серебряной Руной, конечно. Нужен был вызов, что-то, что могло бы проверить границы этой силы.

Мой взгляд упал на флегматично жующего паразавра. Великолепное животное мне досталось! Но что если я запрягу его в сани? Так мы дигскую детвору с ветерком до Аркадона мигом домчим. Усмешка изломала мои губы — это шикарная идея, пересесть с гусеничного бронетранспортёра и шагающего боевого робота на гужевой транспорт! Но нужно же человеку, только что получившему силу творения, на чём-то потренироваться и попробовать собственные силы.

Первым делом я зачерпнул материал из озера застывшей брони, а потом словно сам собой в моём сознании возник образ: лёгкие, ажурные, гладкие и обтекаемые сани, выполненные из единого куска твёрдого металлического сплава, без единого сварного шва или заклёпки, достаточно прочные, чтобы выдержать нас всех по дороге до Аркадона. Это было не просто воображение; это был план в моём сознании, уже готовый воплотиться в реальность.

Когда я открыл глаза, то успел заметить опадавший вихрь Звёздной Крови, такой же как тот, что возникает при призыве предметов из Рун.

На моих глазах из воздуха возникал материальный предмет, с неестественной скоростью, принимая форму саней по задуманному мной проекту. Гладкие широкие полозья, обтекаемые аэродинамические формы, и ажурные соединения. Всё как я задумал…

Я обошёл и критически осмотрел получившееся средство передвижения. Конечно, не шедевр инженерной мысли, рождённый в недрах конструкторского бюро, но для первого предмета, являвшегося минуту назад лишь плодом воображения и воплощённого в реальность непосредственно моей волей… Мозолистая ладонь коснулась поверхности, под ней я ощутил гладкий, прохладный металл. Всё так, как и, должно быть, моя собственная мысль воплощённая в металле за минуту. В произошедшее только что верилось с великим трудом. Однако реальность произошедшего была объективна и не терпела иных трактовок. Силой Руны удалось изменить форму материи.

Чтобы отойти от шока и подумать, как я дальше буду жить с этой способностью, извлёк из криптора парашют и из его ремней и строп сделал на скорую руку упряжь для паразавра, а из ткани соорудил тент от встречного ветра и снега. Работа руками и физическая нагрузка очищает разум от мусора застрявших обрывков мыслей и впечатлений. Пока занимался этим нехитрым ручным трудом, у меня появилась уверенность в произошедшем небольшом «волшебстве» и «волшебнике», то есть в самом себе. Вместе с этим пришла уверенность в том, что с этой новой Руной даже то, что казалось невозможным до этого, стало достижимым и почти уже осязаемым. Но больше всего во всей этой ситуации радовало, что это было только начало моего Восхождения.

С сооружением чего-то похожего на упряжку для своего прожорливого ящера удалось управиться к самому концу моего дежурства. Ви сменила меня, а я отправился отдыхать. Перед тем как заснуть открыл вкладку с Атрибутами.

Первое, что мне бросилось в глаза — это то, как подрос навык Ментальный Барьер на единицу и теперь составлял 2/10. Похоже, я успешно сопротивлялся ментальному давлению.

Атрибуты

Тело — 10/10 (Ранг: Дерево)

Разум — 10/10 (Ранг: Дерево)

Дух — 10/10 (Ранг: Дерево)

Ментальность — 10/10 (Ранг: Бронза)

Телесность — 10/10 (Ранг: Бронза)

Моторика — 1/10 (Ранг: Бронза)

Физионика — 0/10 (Ранг: Бронза)

Предвидение — 0/10 (Ранг: Бронза)

Стихийность — 0/10 (Ранг: Бронза)

Мистика — 0/10 (Ранг: Серебро)

Псионика — 0/10 (Ранг: Серебро)

Энергия — 0/10 (Ранг: Серебро)

Совершенность — 0/10 (Ранг: Серебро)

Изменяемость — 0/10 (Ранг: Серебро)

Адаптивность — 0/10 (Ранг: Серебро)

Общее количество Звёздной Крови — 378 /388

Я улыбнулся. Есть всё же и в этом мрачном месте свои несомненные плюсы. Например, быстрое восстановление так необходимой Звёздной Крови.

Моя Скрижаль могла вместить всего сорок три глифа, из них было занято Рунами двадцать две ячейки:

Руна Плащ Мошенника — Руна-Предмет (Ранг: Серебро).

Руна Феромоны — Руна-Предмет (Ранг: Серебро).

Руна Домен Диких Строителей — Руна-Существо (Качество: Серебро).

Руна Неутомимость — Руна-Заклинание (Ранг: Серебро).

Руна Материя — Руна-Заклинание (Ранг: Серебро).

Руна Некротрансформация — Руна-Умение (Ранг: Серебро).

Руна Нулёвка — (Ранг: Серебро).

Руна Ментальной Связи — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Руна Сияние — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Руна Огненный Шар — Руна-Заклинание (Ранг: Бронза).

Руна Зирдинове Копьё — Руна-Предмет (Ранг: Бронза).

Руна Ментальной Иммунности — Руна-Умение (Ранг: Бронза).

Руна Паразавр — Руна-Существо (Качество: Бронза).

Руна Алого Шипа — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Руна Хитинового Щита — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

Руна Фляги с Ядом Имаго — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

Руна Заживления — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Руна Метка Охотника — Руна-Заклинание (Ранг: Дерево).

Руна Ведьмин Корень — Руна-Предмет (Ранг: Дерево).

Руна Электромагнитного Метателя (Ранг: Дерево)

Руна Импульсной Винтовки (Ранг: Дерево)

Руна Цветочное Бренди (Ранг: Дерево)

В копилке было тридцать четыре Звёздных Монеты. Количество Славы достигло тридцать четыре единицы.

Список навыков дополнился и теперь выглядел так:

Телесная Крепость 1/10 (Ранг: Серебро).

Рунное Искусство 2/10 (Ранг: Бронза).

Абсолютная Память 1/10 (Ранг: Бронза)

Внушение 1/10 (Ранг: Бронза)

Гипнотизм 1/10 (Ранг: Бронза)

Закрытый Разум 1/10 (Ранг: Бронза)

Ментальный Барьер 2/10 (Ранг: Бронза)

Отключение эмоций 1/10 (Ранг: Бронза)

Адаптивность Организма 1/10 (Ранг: Бронза).

Превосходный Стрелок 1/10 (Ранг: Бронза).

Молниеносные Рефлексы 1/10 (Ранг: Бронза).

Меткий Стрелок 10/10 (Ранг: Дерево).

Повышенная реакция 10/10 (Ранг: Дерево).

Владение Мечом 10/10 (Ранг: Дерево).

Бой-без-Оружия 10/10 (Ранг: Дерево).

Физическая Мощь 10/10 (Ранг: Дерево).

Владение Копьём 9/10 (Ранг: Дерево).

Знание единого языка 5/10 (Ранг: Дерево).

Верховая езда 2/10 (Ранг: Дерево).

Таранный Рывок 1/10 (Ранг: Дерево).

Язык Зверей 3/10 (Ранг: Дерево).

Ночное Зрение 2/10 (Ранг: Дерево).

Прочная Кожа 1/10 (Ранг: Дерево).

105. Кровавая Пустошь

Мы провели в городе ещё пару дней, пока Гриви врачевала раны и ожоги своим детям. Несколько раз на нас выходили Фуражиры и Скауты Имаго, но мы с Ви легко с ними справлялись. Пару раз пытались нападать гаргульи. Возможно, мы их перебили в большом количестве, а может, без Некросфинкса они утратили способность координировать групповые действия, но так или иначе массовых нападений этих опасных тварей больше не было. Они нападали по две — три особи, получали решительный отпор и отступали, если успевали.

Постоянная близкая опасность и напряжение выматывали психологически. Виториа на второй день осунулась и стала не такой острой на язык, отвечая на вопросы односложно. Кто был рад этим нападениям, так это Обжора, который, похоже, был готов жевать вообще любую биомассу, не испытывая при этом совершенно никаких проблем.

От нечего делать, я вырезал сущностные ядра из всех дохлых гаргулий, до которых ещё не успел добраться мой гедонистически настроенный паразавр.

После того как диги выбрались на поверхность, мы отправились в дальнейший путь. Я поехал верхом на Обжоре, запряжённом в сани, везущие детвору и артефакт. Гриви, Мантир и Виториа сопровождали сани на трофейных тауро.

Путь через Мёртвый Лес длился ещё день и был скорей мрачным и напряжённым, чем действительно опасным. Ночью на нас вышло несколько десятков некросов. Однако лишившиеся направлявшей их злой воли Некросфинкса это были лишь злые, опасные, но не слишком умные противники. Мы открыли огонь заранее и не подпустили к себе ни одного из них, к вечеру следующего дня мы выехали на Кровавые Пустоши.

Весь путь мы понемногу поднимались, вместе с этим росла температура окружающего воздуха. Спустя день путешествия по Пустоши, снег исчез совсем, обнажив красную бесплодную почву. Металлические сани из вполне приемлемого средства передвижения превратились в обузу.

На ночном привале я при помощи Руны переделал сани в нехитрую повозку, а на следующий день Кровавые Пустоши разогрелись, словно кузнечный горн, превращая потрескавшуюся землю в мерцающий мираж. Мантир объяснил, что это из-за залежей минерала игнис. Моё лицо моментально обветрилось, заставив скучать о недавних морозах. Я щурился на горизонт, где в жаркой дымке танцевали пылевые смерчи. Смутно вспомнилось, что где-то когда-то прочёл, что такие пылевые столбы назывались «дьяволами», но без конкретики. Вопросы, что я читал и когда остались без ответов. Но это определение мне понравилось куда больше, так как оно как нельзя точно характеризовало смерчи из пыли цвета охры.

Обжора и тауро страдали от недостатка воды. Если в первый день пути нам ещё встретились пара ручьёв, в которых мы запаслись водой, умылись и напоили скотину, то вот дальше источников воды не было. Совсем. Если бы не Руна с бочонком питьевой воды, то нам всем пришлось бы плохо. Кол использовал её по откату, не давая скотине сдохнуть от жажды.

Толстая шкура паразавра была скользкой от пота, его массивная фигура отбрасывала длинную уродливую тень на раскалённую, сухую, пыльную пустынную почву.

Гриви с мрачным, но решительным лицом ехала рядом, внимательно наблюдая за детворой, с плотно поджатыми губами. Хорошо хоть дети не хныкали, а принимали лишения наравне с нами стоически. Вся детвора ехала тихо, укрывшись под тентом из парашютной ткани.

Мантир ехал с другой стороны, с карабином в руках, наравне со мной высматривая любые малейшие признаки опасности. Замыкавшая нашу процессию Виториа, также не выпускала винтовки из рук, молчаливая и настороженная.

Воздух дрожал от зноя. Дышалось с трудом. Время от времени нам попадались руины загадочных сооружений и неизвестных машин, лежавших разбросанными то здесь, то там, словно забытые игрушки, памятники ушедшей навсегда эпохи процветания и благоденствия. Но меня сейчас не волновало прошлое, каким бы оно ни было. Если конкретно, то я был сосредоточен на настоящем — на достижении Аркадона. Желательно с условием выполнения своей части сделки, по условиям которой я должен был доставить Гриви, Кола, детей и артефакт до города. Благо обломанная игла стратосферного шпиля была прекрасно видна с первого дня путешествия по Кровавой Пустоши. Из-за этого сбиться с пути было практически невозможно. Казалось, что Аркадон совсем рядом, но день пути сменялся ночью, ночь новым днём, а проклятый шпиль так и не приближался.

К обеду четвёртого дня пути мы вышли на скелет гигантского существа, между рёбер которого, мы свободно проехали. Кости частично вросли в плотную красноватую почву, молчаливо свидетельствуя, что он тут уже давненько. Я видел уже огромных существ Единства, но эти кости повергли меня в уныние. Просто не представлял, что делать, если такое решит нас сожрать.

Наш караван неторопливо тянулся вдоль шипастого позвоночника, давая мне возможность изучить повреждения. В двух местах позвонки были раздроблены. Значит, здесь и хищники есть, охотящиеся на таких гигантов?

Возле трехрогого черепа, с клювастой челюстью мы остановились, но вовсе не из-за досужего интереса.

Низкое рычание раздалось в груди Обжоры, когда он уловил запах опасности. Я напрягся, моя рука инстинктивно зависла возле рукояти «Головореза», покоившегося в привязанной к бедру кобуре. Мы были не одни в этой пустыне. Кол предупреждал меня о племени диких Восходящих, живущих в этих краях. К сведению эти слова я принял, но посчитал их очередной его страшилкой.

Когда осело облако красноватой пыли, из-за черепа вышло существо. Ну как существо? Гуманоид.

— Не выглядывайте из повозки, дети. — пробормотал я тихим и сорвавшимся на хрип голосом. — Дяде Киру нужно кое с кем покалякать с глазу на глаз.

«Головорез» сверкнул в далёких лучах Игг-Древа, когда я вытащил пистолет, и… Сунул его обратно в кобуру, не став стрелять.

Если бы на нас хотели напасть, это не одиночка бы встречал, ждавший нас в самом сердце Кровавой Пустоши. Уж как минимум целая шайка, и сомневаюсь, что они вышли бы нам на глаза. Я показал остальным останавливающий жест и спрыгнул со спины обжоры. Подошёл к гуманоиду и остановился, не дойдя до него шагов пять.

— Приветствую, воин. — кивнул я и прокаркал пересохшим голосом, — Я Кир из Небесных Людей.

Человеческие черты в нём были видны, но из-за этого отличия бросались в глаза ещё сильней. Безволосое тело, широкая бочкообразная грудь, длинные руки, словно состоящие из сплетений тугой мышечной ткани. Кожа мертвенного серо-голубого оттенка, длинные пальцы с короткими когтями на концах. Пальцев было шесть, и каждый имел дополнительную фалангу. Мышцы пресса имели нечеловеческий рисунок. Вытянутый череп совершенно не имел растительности. В руках гуманоид держал копьё, за спиной у него висел колчан с оперёнными стрелами, но лука нигде не было видно. Он был по пояс голым. Но на плечи наброшено что-то вроде пончо. Широкие штаны и мягкие сапоги защищали ноги, на поясе висел охотничий нож.

Система Восхождения подкрасила его фрейм зеленью дерева.

???

Дикий Восходящий.

Содержит Звёздную Кровь.

— Вы ведёте себя как слепые и глухие, — спокойно заявил мне незнакомец, чуть шипящим голосом. — Вы чужие в Кровавой Пустоши. Я мог бы вас убить уже несколько раз.

Когда он заговорил, стали заметны крупные остроконечные зубы.

— Но ты не сделал этого, — криво усмехнулся я. — Что тебе нужно?

— Я хочу дальнобойную винтовку, как у крылатого кавалериста.

Он медленно поднял руку и указал пальцем на ван дер Аристер. Пока та не начала говорить сама за себя, я поторопился ответить.

— Это можно, — кивнул я. — Если ты проведёшь нас до Кровавых Болот, я отдам тебе отличную винтовку с запасом патронов.

— Поющий-в-Песках проводит вас до Золотой Стены.

Я скосился на Кола, тот мне легко кивнул.

— Это подходит нам. Как я могу быть уверен в том, что ты сдержишь своё слово?

— Поющий-в-Песках никогда не нарушал своего слова. Этому свидетель Кровавая Пустошь.

— Этого недостаточно, — покачал я головой. — Может что-то ещё?

— Поющий-в-Песках приносит тебе клятву именем Того-Кто-Сражается.

Я покосился на Мантира и увидел ещё один его кивок.

— Хорошо. Я принимаю клятву Поющего-в-Песках, — решил я. — Ты нанят. Когда доведёшь нас до Золотой Стены, я отдам тебе винтовку и все патроны, какие у меня к ней есть.

— Ты попросил и получил клятву, — согласился дикий Восходящий. — Теперь покажи мне дальнобойную винтовку.

Я открыл криптор и достал из него трофей, взятый ещё на перевале. Оттянув затвор, я разрядил оружие на глазах у Поющего-в-Песках и убрал патроны в криптор. Передав ему винтовку, я проговорил:

— Осмотри… Если хочешь, можешь оставить её у себя как аванс. Патроны я отдам тебе, когда выполнишь свою часть сделки. Идёт?

— Поющий-в-Песках доволен…

И он неожиданно свистнул. На его зов, из-за холма, словно дрессированные собаки, выскочили две больших птицы с пёстрым оперением.

Пустынный Цезарь.

Не содержит Звёздную Кровь.

Их фреймы были блёклые, серые. И я успокоился, заметив на пернатых созданиях, что-то вроде сёдел. Эти нелетающие птицы были огромны. Достигали они метров трёх в холке. На голове болтался хохолок из пёстрых перьев отдалённо напоминавший корону. Лапы птиц были мощные, покрытые чешуёй и очень мускулистые.

— Не беспокойся, Кир из Небесных Людей, — флегматично проговорил Поющий-в-Песках, — Это мои скакуны.

— Да я и не беспокоюсь. Поехали, что ли? — и я вскочил в седло. — Где ближайший источник воды?

106. Аркадон

Путешествие через Кровавую Пустошь продлилось без малого три недели, но с проводником этот тяжёлый переход превратился, скорей в изматывающий марафон, чем опасное сафари с непредсказуемым результатом и туманным финалом. В пустыне мы встретились с мигрирующими стадами голиафов — громадных животных, скелет одного из которых мы видели при встрече с местным проводником.

Голиафы неуловимо напомнили мне какого-то динозавра с картинок, но не было уверен какого. Видимо, в прошлой жизни, я не был знатоком «всякой ботаники». Поющий-в-Песках и Мантир меня в один голос уверили, что голиафы откладывают яйца, но при этом вполне себе теплокровны.

Когда я впервые увидел этих тридцатиметровых животных, то буквально выпал на некоторое время из реальности, разглядывая их. Величайшее… Реально величайшее чудо природы Единства. Получается, что мы видели в пустыне скелет детёныша! А когда мне объяснили, что перед нами не самые крупные особи…

— Взрослые-то и вошедшие в силу раза в два побольше будут. — заметил Мантир походя.

— Это сколько же такая махина может весить? — вырвалось у меня.

— Много… — веско подытожил стоявший рядом с нами Поющий-в-Песках, с таким видом, словно он сам вывел и вырастил этих голиафов.

Мы выбрались на высокий холм и встали на нём, наблюдая, как мимо проходят десятки огромных чудовищ с пёстрой окраской. Пересекать путь этим гигантским существам было небезопасно.

— Куда они идут? Ведь тут для них недостаточно пищи.

— Они мигрируют в другой Круг Жизни, — пояснил Мантир. — Видимо, там откуда они идут пастбища стали скудными или другие голиафы выгнали этих искать себе пропитание в другой Круг Жизни. Видишь? Эти все мелкие, тут нет опытных старших самок.

Не знаю. Назвать «мелкими» существ более тридцати метров в высоту, у меня бы язык не повернулся.

— Если добыть одного голиафа, — мечтательно заметил Поющий-в-Песках, щерясь острыми клыками. — Всё племя может кушать сотни древодней и не знать нужды. Мяса много. Праздник на много циклов. Все пьют пиво, жуют ведьмин корень и веселятся.

Мантир при упоминании наркотика аж подавился дымом из трубки.

— Так вы на них охотитесь? — уточнил я, легонько похлопывая дига по спине.

— Теперь редко, — нехотя ответил местный дикарь. — Охотиться опасно на них. Сложно отделить от стада молодого или больного. Все голиафы тогда нападают и могут много охотников затоптать и поломать.

Несколько раз мы подверглись ночным нападениям найтволков — довольно опасных хищников, охотящихся только по ночам. После первого нападения я выяснил у Поющего, что эти твари боятся света Игг-Древа, поэтому ведут ночной образ жизни. Когда я выяснил эту их особенность, то их нападения прекращались, не успев толком начаться. Моя Руна Вспышка обжигала чувствительную кожу, и они уходили, чтобы больше к нашему лагерю больше не вернуться.

В одном дне перехода от Золотой Стены мы остановились в месте, которое можно было бы назвать оазисом. Тут бил ключ с холодной водой и были построены навесы для животных. Пока все плескались в воде и поили скотину. Я простился с Поющим-в-Песках, отдав ему оговорённую плату и немного больше. Получив портупею с подсумками, отличный тесак и нож, наш проводник остался счастлив.

— Когда будет нужен проводник или помощь в Кровавой Пустыне, — сказал он на прощание и вложил мне в руку свиду самый обычный камень, — Просто свяжись с Поющим-в-Песках, и он придёт.

— Что это?

— Ты могучий воин и сильный Восходящий, Кир из Небесных Людей, но в обычных бытовых вопросах, как ребёнок, — оскалился в клыкастой улыбке дикарь. — Это связь-камень. Зажми в кулаке и подумай о том, что хочешь сказать Поющему-в-Песках. Он услышит. Даже если далеко. Прощай.

И он оставил нас добираться остаток пути самостоятельно, уехав обратно в пустыню. Это было необходимо из-за того, что аркадонские патрули стреляли в таких, как он, изменённых Звёздной Кровью без предупреждения. Глядя ему вслед, я некоторое время размышлял на тему оправданности таких мер. Ведь даже Наблюдатель не выдал на Поющего-в-Песках задание по уничтожению. Выходит, что не все дикие Восходящие одинаково опасны? Или этот аркадонский закон, что-то вроде спартанского обычая кидать со скалы всех младенцев с отклонениями? Естественно, что эти вопросы остались без ответов.

Ночёвка и последний переход прошли без проишествий. Не считать же за приключение то, что нас остановил пограничный патруль Поднебесного Аркадона. Возможно, у нас могли бы быть проблемы, но дело в свои руки взяла деятельная Виториа, вернувшаяся в привычную для себя среду. Появление младшего офицера сняло с нас все подозрения и вопросы к нам, что только подтвердило мои собственные мысли об элитности крылатой кавалерии.

От места, носившего такое пафосное название, как Золотая Стена, честно говоря, я ожидал чего-то более внушительного, чем самая обычное крепостное укрепление.

Ну как обычная? Высокая, мощная, с башнями и сложенная из блоков произведёнными самими Кел. Ну и длинная, да. Протяжённость Золотой Стены составляла несколько десятков километров, судя по описанию Кола. Это укрепление запирало узкую горловину входа в ущелье Кровавых Болот, посреди которого и торчал палец сломанного стратосферного шпиля Поднебесного Аркадона.

Когда мы добрались до места, там нас с Виторией уже встречал Соам. Оказалось, что пограничники связались с ван дер Кронком и уточнили личности мою и Ви. Ван дер Аристер с облегчением и готовностью пересела на могучего гиппоптера капрал-ветерана.

— Точно не полетишь, Кир? — ещё раз спросил меня Соам. — Я бы похлопотал, чтобы тебя взяли вторым наездником в наше Копьё. Ты неплохо подрос, а мы понесли потери. Шансы есть. Полетаешь несколько лет вторым, а там, может, и первым сделают.

— Спасибо, Соам, — пожал я руку здоровяка. — Не полечу. Поклялся проводить дигов до Аркадона. К тому же Гриви сказала, что тут есть какая-то безопасная глубинная тропа.

— Это старый тоннель камнееда, — кивнул мне собеседник. — Как быть с нашей Клятвой, Кир?

— Я освобождаю тебя от Клятвы. Спасибо за помощь.

Активировав Скрижаль, я передал Соаму монету. И мы расстались полностью друг другом довольными, договорившись как-нибудь попить замечательного тёмного пива из соамовой Руны. И всё. С прощаниями было покончено. Они улетели. Внутри меня неприятно царапнуло, то как улетела Ви, не сказав ни единого тёплого слова. Словно мы и не прошли вместе с ней такой долгий и опасный путь.

Здешний пограничный гарнизон кипел спешными приготовлениями к близкой неминуемой войне с ордой ургов. Не задерживаясь на Золотой Стене, мы отправились по просторному сухому тоннелю в Аркадон. На мой невинный вопрос: «а почему не по поверхности?». Мантир почесался и сварливо буркнул, что-то вроде: «Не по Кровавым же Болотам…». Я ничего не понял, но кивнул, соглашаясь. Просто пропало желание у него что-то ещё выспрашивать. Потом как-нибудь узнаю у более дружелюбного и общительного собеседника. Вообще, от долгого и однообразного перехода по пустыне устали все. Я в том числе. Не надо сбрасывать это со счетов.

Так что путешествие по хорошо освещённому подземному проспекту с остановками на постоялых дворах, воспринималось как курорт. Все выдохнули и немного расслабились. Гриви снова начала улыбаться, а Обжора с удовольствием катал дигскую детвору. Я без возражений пересел на вороного длинноногого тауро и ехал рядом. Пусть дети развлекаются, если мать и отец не против. Вон их у них сколько. Думаю, если к концу путешествия они недосчитаются одного-двух, то и хватятся не сразу.

До того как мы попали на подконтрольную Поднебесному Аркадону территорию, мне как-то и в голову не приходили вопросы о валюте, а она тут имела хождение. И была такой же необычной, как и всё в Единстве. Гриви расплачивалась на постоялых дворах… Таблетками! Я не сразу поверил своим глазам, но да, мне не показалось. Это были таблетки.

Спросив об этом, получил общий ответ, что это вовсе не таблетки, а Пилюли. Именно так, с большой буквы «П». Пилюли сии содержали в себе Звёздную Кровь, так как сделаны были из Растений, Минералов и Животных, также ей, Звёздной Кровью не обделёнными. Особо понятней мне не стало, даже когда я начал пытаться высчитать курс Пилюль к одной капле Звёздной Крови и Звёздной Монете. Одним словом, разбираться мне ещё в местной жизни и разбираться. Так не торопясь, но и нигде не мешкая, мы и добрались до места, в которое стремились попасть. Пришло сообщение о закрытом задании, когда наша повозка въехала через ворота Поднебесного Аркадона, но с выбором я повременил, так как пребывал в излишне возбуждённом состоянии.

Выяснилось, что у Рода Гриви в Квартале Дигов на Торговом Ярусе была лавка и большущий склад, на котором хранились товары, добываемые в Мёртвом Лесу. Тут нас встретили уже добравшиеся до места диги из второй группы.

Выспросив подробно у Зесса, как найти «Небесную Аптеку» — заведение, по слухам, принадлежавшее женщине из Небесных Людей, — я отправился искать адрес, ощущая внутренний трепет и обмирая в предвкушении предстоящей важной для меня встречи. Торговый Ярус был огромен, занимая никак не меньше полукилометра ввысь, а в поперечнике… Сказать было сложно, но точно не меньше двадцати километров, а может, и больше. Но это пространство не всё было плотно заселено. Тут были и тёмные, мрачные, безлюдные места, и что-то вроде парков, и шумные кварталы с бойкой торговлей, чем-то похожие на восточные базары, и складские площади, и тихие жилые квартальчики с огородиками, двориками и смеющейся детворой, и шумные кабаки. На всё это я успел посмотреть, пока ехал верхом на Обжоре по главному проспекту к «Небесной Аптеке», находящейся на другом конце Торгового яруса.

Наконец, дорога меня привела к очередному шумному месту, но тут торговала публика сильно попроще. В основном это были диги и варвары с Кровавых Болот, неуловимо похожие на Соама. Справившись у торговца об адресе, получил в ответ направление, заданное небрежным жестом, и через четверть часа, наконец, доехал туда, куда надо.

Эта часть Поднебесного Аркадона была разобрана, видимо, банально на строительные материалы. Но тут над пустотой висело здание. Ну как висело? Стояло оно на одних монолитных балках, разобрать, которые, у местных, видимо, попросту не вышло. Потому и торчали они, словно рёбра гиганта над тёмной пустотой.

И вот на этих самых балках, прижавшись к колонне, задней стеной стоял самый обычный быстровозводимый жилблок, внезапно выросший передо моим полным надежды взглядом. Точно такие же здания были в моём экстрамереом хранилище и крипторах других членов экипажа. Стоящий особняком жилой блок настолько сильно отличался от халабудок местных, что сомневаться не приходилось. В принципе, из таких вот модульных универсальных блоков, как из гигантского конструктора, можно очень быстро построить то, что тебе необходимо. Конечно, это будет не комфортный экогород, но и в палатке, пещере или глинобитной халупе ютиться не придётся.

Вот только чтобы туда попасть, я должен был пройти по подвесному мосту, так как здание буквально висело над сорокаметровой пропастью. Вот уж точно «Небесная Аптека». Верёвочный мостик отчаянно зашатался, когда я ступил на него, но мой вес держал уверенно. Шаг за шагом я прошёл по нему до конца.

Раздвижные двери с шелестом приветливо разъехались передо мной, открывая взгляду просторный сумрачный торговый зал. Пустотелые деревянные палочки, висевшие над дверьми, сообщили о новом посетителе звонким мелодичным перестуком. Я оглянулся, по стенам и в витринах были развешены и разложены куда как странные товары: пучки трав, камешки какие-то разноцветные, заспиртованные и засушенные незнакомые мне мелкие тварюшки, порошки неведомого назначения, бутылочки, колбочки и банки с разноцветными неаппетитными жидкостями. За прилавком никого не было. В воздухе витали странные незнакомые запахи, но вместе с этим пахло готовящейся едой. Чем-то очень знакомым… Не может быть… Точно! Жареная картошка с грибами!

— Подождите минутку! — раздался звонкий женский голос. — Я сейчас выйду!

Сердце громогласно бухноло, замерло на мгновение и застучало со страшной скоростью. Колени внезапно ослабли.

Оглянувшись, обнаружил низкую лавку, с трудом дошёл до неё и сел. Вытянув ноги, активировал Руну Цветочный Бренди и отчаянно глотнул прямо из горлышка. И вздрогнул, когда на втором этаже еле лышно скрипнула дверь. Поднял голову, вглядываясь в выгодно очерченую неярким светом спортивную женскую фигуру в обтягивающем комбинезоне.

Бутылка сама собой выскользнула из ослабевших пальцев и, ударившись об пол, звонко разлетелась на миллионы осколков…

Продолжение следует.

Москва, 2024 год, Алексей Елисеев.

Content

Алексей Елисеев
Звездная Кровь. Изгой II

52. Отступление

53. Перестрелка

54. Вдвоем

55. Виториа

56. Брошенный форт

57. Диги

58. Хатан-Аба

59. Ксено-объект

60. Внутри

61. Плохое предчувствие

62. Контакт

63. Темные отсеки

64. Абордаж

65. Кладка

66. Новый командир

67. Нэша

68. Возвращение в реальность

69. В пещерах

70. Ночная беседа

71. Урги

72. Штурм

73. Бой на стене

74. Субличность

75. Имп

76. Обманный маневр

77. Под стенами форта

78. Битва гигантов

79. Последний и решительный

80. Сюрприз

81. Дележ добычи

82. Серебро

83. Ментальный контакт

84. Сердце

85. Разведка

86. Охота

87. Предостережение

88. Новое Задание

89. Горгульи

90. Сюрприз

91. Кок

92. Наемники

93. Мертвый лес

94. Некросы

95. Армия мертвых

96. Предание

97. Имаго

98. Сфинкс

99. Поединок

100. Список потерь

101. Урги против Червей

102. Добыча и Награды

103. Особенности национальной некромантии

104. Материя

105. Кровавая Пустошь

106. Аркадон