Матвей Курилкин

Адский вояж

Глава 1

Постороннему наблюдателю, окажись таковой поблизости, наверняка показалось бы, что «Стремительная» окуталась парусами как по мановению волшебной палочки. Влад мимолётно пожалел, что этот наблюдатель — не он, потому что находиться на палубе стало очень неуютно. Всё-таки боевой корабль во время маневров — не самое лучшее место для инвалида. А самое паршивое, что спрятаться куда-то в трюм, чтобы не мешать носящимся туда-сюда оркам было невозможно. Не с его нынешней скоростью. Всё, что парень мог — это перебраться на корму. Туда, по его наблюдениям, реже всего забегали матросы.

Дядя Саша очень скоро оказался рядом — он тоже не находил себе места на воюющем корабле.

— Блин, я-то надеялся, что спокойно доберёмся, — пожаловался мужчина. — Страх какой, вон их четверо, и, похоже, все — больше, чем мы.

— Дядь Саш, ты бы хоть пулемёты принёс, — предложил Лопатин. — Серьёзного у нас ничего не осталось, да ведь?

— А его и не было, — пожал плечами мужчина. — Мы, получается, всё самое вкусное забрали ещё до того, как ты изобразил из себя гордую птицу камикадзе. И потом, сам понимаешь, особо не развернуться было. Ты на ладан дышишь, того гляди коньки отбросишь. Эти идиоты в рясах всё время поблизости мелькают, демонстрируют своё недовольство. Короче, я это всё уже рассказывал. Похватали что смогли, и улетели. Ладно, насчёт пулемётов ты прав, пойду достану.

— Рано собрались, чилавеги, — деловито сообщил пробегавший мимо Тришка, когда увидел дядю Сашу, волокущего связку пулемётов с патронами. — Ещё выспаться успеете, пока жара не начнётся!

Вражеские фрегаты действительно были ещё далеко — Маленькие такие белые чёрточки на фоне бездонного неба.

— Нет уж, я лучше заранее подготовлюсь, — пробурчал сосед, — Нахрен надо потом прямо во время боя бегать! Давай что ли, крепления какие для техники сообразим на бортах. А то в прошлый раз один пулемёт так в бездну и канул! А так хоть будет, куда прицепить, чтоб если что, не улетела во время маневров. Влад подхватил костыль и кряхтя поднялся с кресла. Нога всё ещё отзывалась болью на каждое движение, так что парень старался этих движений лишний раз не совершать, а когда без этого было не обойтись, заранее стискивал зубы, чтобы не пугать окружающих стонами.

— Нам бы, блин, каких треног, было бы в самый раз, чтобы вертеть можно, — бормотал дядя Саша, цепляя пулемёт за цепочку. — Поставили бы по двум бортам, и на корме… Эх, раньше надо было готовиться!

— Смысл? — вздохнул Лопатин. — Мы ж не думали, что ещё воевать до возвращения придётся. Да и патроны у нас невосполняемый ресурс. Чего-то надёжное изобретать бессмысленно, потому что всё равно снимать.

— Вот-вот, думали, — проворчал мужчина. — А тут, походу, не думать надо, а делать. Что-то не бьются эти их рассказы про мирную жизнь с тем, что я вижу!

Влад промолчал. Ещё пару часов назад он чувствовал себя этаким раненым ветераном, псом войны, которому пули нипочём, только дай вылечить ногу, а сейчас вдруг понял, как сильно не хочет вновь оказаться в бою. «Нет, нафиг! — пообещал себе парень. — Если в этот раз обойдётся — больше никаких кораблей, никаких воздушных боёв и пиратов. На сушу хочу! То есть на твердь!» Парень тревожно вглядывался в лица матросов, пытаясь по выражению сообразить, насколько всё плохо. Тщетно, конечно же. У орков на раздумья о ситуации времени не было — все заняты подготовкой к сражению, так что обсуждать предстоящее сражение с землянами никто и не думал. Впрочем, и дядя Саша особой рефлексии не демонстрировал — он был занят прилаживанием пулемётов. Корабль во время боя порой довольно резко маневрирует, да ещё, в отличие от морского во всех направлениях, а не только по горизонтали, так что всё незакреплённое может оказаться за бортом, в Бездне. Вот бывший житель маленького земного городка и пытался изо всех сил обезопасить драгоценные стволы от такой участи, и предстоящий бой его тоже не очень-то волновал.

«У тебя была бы нога здоровая, ты бы тоже так сильно не дрожал, — сказал себе Влад. — Хуже нет, чем сидеть и ждать неизвестно чего, пока люди делом заняты!»

Впрочем, довольно скоро суета почти улеглась. «Стремительная» встала на новый курс, и теперь только от ветра и мощности двигателей зависело, смогут ли они уйти.

— Вот так, люди, — усталый старпом Ори уселся рядом с дядей Сашей прямо на палубу. — Ждём теперь.

— Чего ждём? — уточнил Влад, — Получится ли уйти?

— Да нет, уйти-то не выйдет. Поток у нас один, если слишком сильно в сторону уходить, скорость потеряем. Но Каси молодец, хорошо течение выбрала. Остроухим пришлось растянуться, так что нам мимо двоих только прорваться. Проблема в том, что у них залп на двоих вчетверо мощнее, чем у нас. Это ж всё-таки фрегаты, наша посудина против них не пляшет. У шлюпа преимущество в скорости, да только мы уже давно в небе. Машины в профилактике нуждаются, такелажу требуется ремонт, топливо опять же на исходе. Короче, будь мы посвежее — просто ушли бы от них, а так придётся малость подраться. Но я так думаю — после целого авианосца нас какими-то жалкими фрегатами не напугать, правильно?

— Угу, — вздохнул Влад. Его как раз фрегаты пугали. Очень обидно было бы так и не добраться до материка после всех приключений. Но больше всего парня раздражало собственное бессилие.

«Из меня теперь только камикадзе, в случае чего и получится, — мрачно думал Лопатин. — Набрать взрывчатки и на фрегат телепортироваться, когда поближе окажемся». Взрывчатка у них ещё оставалась — дядя Саша позаботился. Пожалуй, ещё на один авианосец хватило бы, не то что на фрегат, который размерами превышал их шлюп всего раза в три, если парень правильно понял объяснения Ори. Вот только становиться камикадзе не хотелось — хватило одного раза.

— Не кисни, парень, — хлопнул его по плечу Ори. — По себе знаю, как паршиво, когда ранен, а товарищи бьются, но тут уж ничего не поделаешь.

— Ты лучше скажи, сколько у нас шансов? — спросил дядя Саша. — Типа пора уже белые тапочки надевать, или побарахтаемся?

— Напридумывают метафор каких-то, а ты гадай, чего они означают, — пробурчал Ори. — Забудь ты про эти шансы. Что тебе, легче станет, если я скажу — пятьдесят на пятьдесят? Они, к слову, всегда такие — либо вывезем, либо нет. А всё остальное — это статистика, то бишь враньё и глупость.

Скоро стало понятно, что с пулемётами они с дядей Сашей действительно поторопились. Время тянулось, тянулось и тянулось. Чёрточки фрегатов вдали даже не думали увеличиваться. Время от времени команда снова начинала шастать по вантам, потом опять всё затихало. Гоблин Тришка, который в самом начале погони пообещал людям, что они ещё и выспаться успеют, изрядно приуменьшил — прошло уже двое суток, а боя всё не было. За это время Влад успел перегореть. Даже собственное плачевное состояние в преддверии боя уже не раздражало — привык.

— Воздушный бой — это всегда так долго? — спросил он Каси за завтраком. Аврал настолько потерял актуальность, что демонесса смогла выделить время на нормальный приём пищи, вместо того, чтобы перехватывать периодически пару галет с сыром, как в первые сутки погони.

— Когда как, — пожала плечами девушка. — В этот раз что-то затягивается. Они, похоже, тоже давно в небе, так что у них те же проблемы, что и у нас. Даже странно, что решили напасть.

— Почему? — не понял Лопатин. — Их же больше.

— Ну и что? Пираты, Влад, нападают только когда могут гарантировано победить. Когда точно знают, что не потратят дорогие снаряды и топливо напрасно. Какой смысл вступать в бой, если всё может сорваться и ты останешься с носом? Так что я думаю, это не простые пираты. Скорее всего — товарищи тех, с авианосца. Полагаю, капитан передал о нас сведения ещё по пути сюда, вот они и ждали, когда он вернётся с добычей. А тут мы… вот они и хотят теперь выяснить, что с авианосцем, и не оказались ли сведения о новом острове ложными. Только ничего у них не получится. Завтра утром, когда они нас почти догонят, мы пойдём на прорыв. Будем проходить как раз недалеко от очень удобного течения, так что если удастся в него перескочить без потерь, им ничего не светит. А там уже и до дома недалеко. Откровенно говоря, это рейс уже здорово затянулся! На твердь хочется.

Влад даже говорить ничего не стал — его полёт уже тоже здорово утомил. Хотелось почувствовать под ногами… точнее, под одной здоровой ногой что-то более надёжное, чем палуба корабля. Дружок вон тоже уже весь истомился — псу путешествие на маленьком корабле надоело до чёртиков, ещё больше, чем людям. «А ещё меня, вроде как, обещали там вылечить», — с тоской вздохнул Влад. Самостоятельно нога никак не хотела заживать, вот он и мечтал о чудодейственной местной медицине.

Проснулся Лопатин от рёва тревоги. Не сразу даже понял, что происходит — предыдущую ночь ворочался, вздрагивая от боли, всё ждал предстоящего боя, а тут, видно, выносливость дала сбой, вот он и вырубился. Впрочем, парень быстро пришёл в себя. Привычно телепортировался на лестницу, к самому выходу на палубу, откинул люк и переместился к фальшборту. Отработанный маневр — перемещаться по кораблю, прыгая на костыле, было неудобно, вот парень и начал пользоваться своими сверхъестественными способностями сразу, как только они восстановились после того клятого авианосца. Получалось довольно ловко, а со временем и команда перестала пугаться, когда рядом неожиданно появлялся беспокойный пассажир. Впрочем, сейчас всем было не до него — опять аврал.

На воздухе отчего-то было холоднее, чем обычно — парня передёрнуло от озноба, когда оказался на палубе. Впрочем, он на это не обратил внимания — во все глаза следил за боем. Впереди, прямо по курсу «Стремительной», вставала стена тумана — сюрреалистическое зрелище. Шлюп шёл к ней на всех парах, но дорогу преграждали два фрегата. Теперь их можно было рассмотреть в подробностях — так близко они были. Парень мельком отметил, что корабли красивые — хищные обводы, грациозная шапка парусов… впрочем, «Стремительная» — не хуже. Лопатин принялся оглядываться в поисках ещё двух противников. Нашёл — далеко, за правым бортом. Едва разглядел. «Всё, как говорила Каси, — кивнул себе Влад, — Осталось только понять, получится ли прорваться!»

— Чего стоишь, Владик⁈ — мимо пробежал дядя Саша. — Давай, хватай пулемёт. Сказали, всю нашу артиллерию на нос перетаскивать. Только зря закрепляли!

Влад отцепил пулемёт и переместился куда сказали, втайне радуясь — с носа видно гораздо лучше.

— Готовьтесь, господа канониры, — зазвучал голос Ками из переговорника на поясе дяди Саши. — По команде бейте из всех стволов. Я сейчас пришлю к вам наводчика.

«Почему канониры, это ж не пушки⁈» — хотел спросить Влад, но не стал — не самый важный вопрос. «Стремительная» шла навстречу фрегатам. Противник был уже близко. Видно было, как по палубам носятся вражеские матросы. Оба фрегата синхронно чуть повернули носы, будто опасаясь, что «Стремительная» рванёт прямо между ними. Влад, собственно, и сам так думал, но тут шлюп задрал нос вверх, из-за чего вражеские корабли пропали из вида, спрятавшись под днищем корабля. Ненадолго. Уже через секунду шлюп резко клюнул носом вниз, так что перед Владом и дядей Сашей открылись палубы вражеских кораблей.

— Огонь! — не своим голосом рявкнула Каси, и Влад, не думая, нажал на спусковой крючок. Рядом забухал пулемёт дяди Саши.

— Да не пали ты по палубе! — заорал сосед. — Бей по расчёту!

Влад кивнул и перенёс огонь на курсовую пушку. Вот теперь эффект стал заметен. Троица матросов, которые возле неё суетились, повалилась на палубу. Пулемёт замолчал и Лопатин судорожно начал его перезаряжать. Не глядя — за время путешествия от нечего делать он детально разобрался в земном оружии. Стрелять толком не научился — не те условия, да и патроны жалко, но в остальном довёл действия до автоматизма. Сейчас, пока руки машинально выдёргивали пустой магазин и вставляли новый, парень осматривал вражеский корабль. Магазин щёлкнул, вставая на место, парень передёрнул затвор, и снова начал стрелять — успел заметить ещё группу вражеских матросов, пока перезаряжался.

— В рубку бей! — рявкнули над ухом тонким голосом, и Влад начал судорожно искать, где эта рубка.

— Да вон же, остолоп! — Тришка руками повернул его лицо. — Вон там! У них она не бронированная!

Влад кивнул и перенёс огонь на рубку. Ему показалось, что он даже видит, как от деревянной стены отлетают щепки. Тришка оставил его лицо в покое и перешёл к дяде Саше. Что он ему кричал, парень не слышал — был слишком сосредоточен. Вражеская палуба вдруг резко взмыла вверх — так показалось в первый момент. Потом сообразил — это они ещё сильнее опустили нос и теперь стремительно подныривают под противника.

— Палубные канониры, отставить огонь! — рявкнула Каси в переговорник. — Рон, сейчас по двигательному отсеку правого! Правый борт, полный залп!

«Стремительная» снова изменила положение. Теперь нос опять был задран вверх, но при этом сам корабль будто лежал на боку правым бортом вверх. Лопатина кинуло влево, отчего он повис на ремне, за который был привязан. Порадоваться не успел — влетел левой, сломанной ногой в борт. Вспышка боли была настолько яркая, что парень на секунду ослеп.

«Только бы сознание не потерять! Только не потерять сознание!»

Удивительно, но это удалось. Когда перед глазами прояснилось, Влад обнаружил себя вцепившимся в борт обоими руками. «Стремительная» уже приняла нормальное, горизонтальное положение — шла на ровном киле, как называл это положение Ори. Рядом, перевалившись через борт, висел дядя Саша — формально на корабле оставались только ноги.

— … ный гоблин! Да помогите кто-нибудь, мать вашу через колено! Слух тоже проявился неожиданно. Влад, не раздумывая, схватил соседа за штаны, потянул на палубу. Тот шёл тяжело, потому что был не один. Тришку всё-таки спасли, но только после того, как появился Леннарт — вдвоём у дяди Саши и Влада так и не получилось затянуть не такого уж лёгкого гоблина на палубу.

— А нехрен было не пристёгиваться! — буркнул судовой лекарь, небрежно сбросив гоблина на палубу. Тот только что лежал ни жив ни мёртв от ужаса, но на претензию отреагировал сразу:

— Да когда бы мне привязываться? Я только до них добежал, и уже пора бить! Не успел я! Чтоб меня Бездна сожрала! Я чуть в Бездну не рухнул! Если б не чилавеги, ваще бы канул, нах! Остались бы без пороховой обезьяны, уроды косорукие! Кто так воюет⁈

— Да как-нибудь не сдохли бы без тебя, — хмыкнул Леннарт. — И хватит трепаться⁈ Все живы, никто не ранен?

— Нет. Только у меня похоже опять нога сломалась, — простонал Влад. — Посмотришь потом, когда с другими закончишь?

— Сейчас посмотрю, у нас ни у кого ничего серьёзного, — ответил орк. — Удачно прошло.

Нога у Влада по заключению лекаря оказалась в полном порядке. Ну, насколько может быть в порядке конечность, которая всего несколько дней как была сломана в двух местах.

— Ничо, смещения, вроде, нет, — констатировал орк. Да и чему там ломаться? Это ж не гипс какой-нибудь, нормальный материал!

В качестве фиксирующего материала местные врачи действительно гипс не использовали, предпочитая какой-то другой состав, Владу незнакомый. На явно при этом по своим свойствам превосходящий земные аналоги. Во-первых — гораздо прочнее, во-вторых — дышащий, так что кожа под ним не чесалась так мучительно. В общем всем был хорош этот материал, вот только Лопатин сейчас был не в состоянии оценить его преимущества — слишком больно.

— Бой-то хоть закончился? Победили мы?

— А то! — хмыкнул Леннарт. — Можно сказать, с разгромным счётом. Эти ваши пулемёты — дюже ценная штуковина, особенно, если их применять неожиданно. Отличный козырь, и дальность у них хорошая, почти как у пушек. Один фрегат Рон, походу, из строя вывел, а на втором вы с Александром всё командование покрошили. Удачно получилось. А сами чистенькие ушли, они по нам даже толком стрелять не начали. Так что на какое-то время можете жить спокойно, будем считать, что мы победили. Осталось только понять, удастся ли уйти от оставшихся двоих… но это только Каси скажет. Пока, вроде, уходим нормально, можно расслабиться.

— Пойду тогда посмотрю, как там Дружок, — вспомнил Влад. — И обезболом закинусь, а то никаких сил терпеть!

Глава 2

Путешествие подходило к концу. Накануне вечером два фрегата, которые всё ещё на что-то надеялись и продолжали преследование вдруг начали удаляться. Влад ещё видел их какое-то время в бинокль, а потом они исчезли окончательно.

— Странно, чего это они, — спросил он у Каси. Девушка стояла за штурвалом уже вторые сутки, и на новость о том, что противник отказался от преследования, отреагировала с некоторым запозданием. — До этого так упорно преследовали. Я думал, они после боя отстанут.

— Два дня назад у них ещё был шанс, — сказала демонесса. — Если бы я ошиблась и выбрала неправильное течение. А сейчас — уже всё, поздно. Почти добрались, можно расслабиться.

Влад, естественно, и не подумал расслабляться. Не так уж он устал, в отличие от той же Каси, у которой хватило сил только добрести до диванчика на капитанском мостике и, убедившись, что старпом Ори встал на дежурство, заснуть беспробудным сном. Всё приключение, которое для команды растянулось на несколько дней погони, ему, пассажиру, аукнулось только очередными болями в поломанных костях после боя. Неприятно, да и печень жалко, которой приходится постоянно обезвреживать отнюдь не безобидные обезболивающие, но за последние недели парень к боли уже более-менее попривык, так что особо усталым себя не чувствовал. Но самое главное, Лопатин в последнее время стал замечать за собой признаки паранойи. В голове зудела неприятная мысль: «Если Каси сказала, что можно расслабиться, это ещё не значит, что действительно можно». Впрочем, напрягаться особо парень тоже не стал — какой толк от инвалида? Только и остаётся — наблюдать за небом, в попытках первым увидеть опасность.

Собственно, наутро Влад её и увидел — целых пять чёрточек на горизонте. Подскочил на одной ноге, рванул на капитанский мостик, потому что ухитрился забыть переговорник.

— Там корабли на горизонте! Прямо по курсу! — заполошно сообщил парень старпому, который невозмутимо стоял за штурвалом.

— Ну да, всё правильно, — кивнул орк. — Тришка уже сообщил. Имперский пограничный патруль. Добрались, считай. Готовься, дней через пять материк покажется. Сдаётся мне, вам с Саней будет интересно. Помню, я в первый раз со стороны увидел — челюсть с пола собирал. Удивительное зрелище!

Влад телепортировался обратно на палубу, ругая себя на чём свет стоит. Надо же так облажаться! Ну вот можно же было догадаться, что Тришка свои обязанности исполняет без нареканий. И если уж его вялое наблюдение за небом позволило-таки обнаружить чужие корабли, то и гоблин их точно не пропустил? «Ворвался на мостик, как оглашенный. Чуть Каси не разбудил. Ещё только паники мне не хватало — тоже мне, мальчик, который кричал „волки“!»

Немного успокоившись парень, наконец, смог понять главное — раз они встретили имперский патруль, значит, действительно добрались. И можно в самом деле расслабиться и не ждать поминутно, что раздастся сигнал тревоги, и опять нужно будет готовиться к бою.

«Нет, всё-таки флотская служба не для меня, — думал Лопатин. — Даже в воздушном флоте, и на полупиратском корабле. Поминутно ждать нападения… даже как-то обидно, что я такой немужественный. В детстве ведь все мечтали пиратами стать!»

Вечером он поделился своими мыслями с дядей Сашей. Причём, будто назло, мимо пробегал вездесущий Тришка — как всегда, незаметный до самого последнего момента. И конечно, гоблин не мог деликатно не заметить, что подслушал чужой разговор:

— Ах-ха-ха, чилавег! Ну ты даёшь! Ты что ж, думаешь, у нас такая круговерть каждый рейс? Да если хочешь знать, мы в этот раз воевали больше, чем за всё время, что я на «Стремительной» подвизаюсь! Это у тебя рок такой, скорее, а не у нас! А воевать, если хочешь знать, никому не нравится. Зато и платят здесь, как нигде. Сам ещё в команду запросишься, когда на тверди помыкаешься. Я такую породу знаю, скучно тебе будет в конторе сидеть, попомни моё слово! — и убежал дальше по своим делам, оставив землян думать над своими словами:

— Я вот тоже думаю — чего мы там делать-то будем, в этой их империи? — после короткого молчания сказал дядя Саша. — Деньги-то как-то зарабатывать надо, правильно?

— Дядь Саш, а ты кто по профессии? — спросил Влад. Парень и сам в последнее время много думал о будущем, и чем дальше, тем менее радостным оно ему виделось.

— Да кто, слесарь я. Пятого разряда, — ответил мужчина. — Ну, до выхода на пенсию был. Сейчас-то уж подрастерял квалификацию…

— Слесарь — это хорошо, — рядом плюхнулся Ори, привлечённый громогласными воплями Тришки. — Слесари всегда нужны!

Влад слегка расстроился. Программисты, вроде бы, в империи тоже вполне востребованы, вот только возвращаться к этой работе парню претило. Стоило проваливаться в ад, или что это за странное пространство, чтобы снова садиться за компьютер, пусть и построенный на других принципах с помощью солнечного гелиотропа вместо привычных полупроводников?

«Хотя плевать, — сказал себе парень, — главное — вылечиться уже, наконец. Надоело чувствовать себя старой развалиной. Буду здоров, и оптимизм вернётся. Да и сейчас надо бы перестать портить окружающим настроение своей кислой миной. От меня вон, даже Дружок уже убегает!»

Выполнить собственный приказ оказалось на удивление легко, потому что скучать скоро стало некогда. Утром они приблизились достаточно, чтобы можно было связаться с патрульными. Каси подробно и обстоятельно пересказала свои приключения, после чего командир соединения запросил личный визит. Как пояснил потом Ори — не из необходимости, или недоверия, просто чтобы удовлетворить любопытство.

— У патрульных служба по-настоящему скучная. Пиратов гонять почти не приходится, контрабандистов разве что. Но в этом секторе их мало — слишком далеко потом идти до родных мест, вот они и не суются сюда почти. Так что патрульные тупо неделю ходят по маршруту. А тут — мы такие все из себя крутые, да ещё с землянами, да ещё с новостями про новый остров. Дураком надо быть, чтобы возможность упустить!

Ну, капитан патрульных дураком явно не был — заявился на «Стремительную» в компании чуть ли не половины команды. И не с пустыми руками.

— Ори, старый волк! Давно не виделись! — капитан патруля, тоже орк, хлопнул знакомого по плечу. Звук был похож на тот, который получается, если хорошей, крепкой палкой врезать по камню. — А мы свежего притаранили. У вас-то, небось, одни сухпаи остались!

— А вот и нет! Консервов полно! Человечьих, между прочим! В смысле, что человеческого производства, не подумай чего.

— Ого! У них на Земле уже и до консервов додумались⁈ — поразился патрульный.

— У них много до чего додумались, — хмыкнул Ори. — Давайте, перебирайтесь. И вот ещё что — медикаментов у вас нет свободных? А то мы малость поиздержались в дороге.

— Потери? — помрачнел патрульный.

— Ты знаешь, нет, обошлось…

В общем, встреча получилась бурная и закончилась очень вкусным обедом. Влад себя чуть ли не рок-звездой почувствовал, особенно, когда члены команды «Стремительной» начали живописать их с дядей Сашей подвиги. До этого-то на них поглядывали скорее, как на экзотических зверушек — с интересом, но без особого уважения. Видно и тут сработал стереотип о бестолковых провалившихся. Однако свидетельство команды свободного охотника сыграло землянам на руку. Ну и ещё Дружок, когда появился поблизости, тоже вызвал большое удивление — всё-таки собаки-компаньоны действительно крайне редкое в империи явление.

Импровизированный сабантуй прошёл замечательно. Интересно было послушать разговоры местных. Приятно попробовать свежих овощей и фруктов — большинство из них земляне прежде ни разу не видели, и даже о таких не слышали. Из знакомого оказались только яблоки. Но самое замечательное — гости поделились запасами местного, безвредного обезболивающего. Вот уж чему Влад по-настоящему порадовался! Хоть и казалось парню, что к боли он давно привык, а стоило слопать пилюлю, и как будто жизнь заиграла новыми красками. «Да уж! Иногда отсутствие боли бьёт по мозгам не хуже водки», — удивлялся парень. Настроение из отвратительного мигом перескочило отметку «Нормально», и уверенно устроилось на уровне — «Всё хорошо». Неопределённость, которая ждёт их с дядей Сашей впереди, перестала казаться угрожающей, а проблемы — всеобъемлющими. В общем, к патрульным парень проникся настоящей симпатией, и провожал их искренними пожеланиями спокойного дежурства. Мысленно, конечно: здесь, как и на Земле, желать такое вслух было нельзя — плохая примета.

А уже следующим утром вдали, почти прямо по курсу, показалось крохотное рыжеватое облачко. С каждым часом оно росло и увеличивалось, а потом стало ясно, что это не облако вовсе, а исполинский кусок тверди, зависший в пустоте. Снизу материк был подсвечен мириадами державших его в воздухе гелиотропов, и по мере приближения это становилось всё более заметно. Казалось, что гигантский остров парит на застывших языках пламени. «Ори был прав. Это сумасшедше красиво!»

Чем ближе «Стремительная» подходила к материку, тем больше деталей можно было рассмотреть. И тем огромнее он становился, закрывая собой значительную часть окружающей бесконечности. В какой-то момент даже стало казаться, что этот гигантский кусок тверди нависает над ними, или, наоборот, это крохотный шлюп медленно падает на исполинский остров. У Влада первое время голова слегка кружилась. Потом, правда, вестибулярный аппарат успокоился, но всё равно, ощущение, что перед ними целая планета, никуда не исчезло.

«Родной» остров со стороны напоминал блин, или монету, то есть был относительно плоский. Не совсем, конечно — ближе к центру его толщина значительно увеличивалась, по прикидкам дяди Саши метров до ста. Сам-то Влад подробно рассмотреть не успел — сначала бой, потом без сознания лежал. Материк по форме был похож скорее на айсберг — поверхность относительно плоская, а вот нижняя часть очень велика. Земляне долго спорили, пытаясь опребелить «глубину» материка и в конце концов, сошлись на мысли, что не меньше ста километров. Плоской поверхность можно было назвать только в сравнении с «дном», а так Лопатин даже горы где-то ближе к центру смог рассмотреть, со снежными шапками. Потом, правда, и горы стало не видно, когда ещё сильнее приблизились — всё заслонили другие объекты.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что материк висит в воздухе не один — рядом множество островов. Некоторые парят в воздухе отдельно, другие связаны с основным массивом тверди мостами самой разной конфигурации.

— С ума сойти! — делился с ним восторгами дядя Саша. — Просто фантастика! И как это всё возможно, вообще⁈

Влад и сам дивился. «Стремительная» скоро чуть изменила курс и пошла вдоль тверди, так что посмотреть было на что. На второй день после изменения курса Влад, который к тому времени уже устал поражённо охать и ахать, окончательно выпал в осадок.

— Дядя Саш, ты видишь то же, что и я? — убитым голосом спросил парень. — Они опускают в Бездну остров⁈

— Ага, чтоб мне в Бездну провалиться. Но зачем⁈

Гигантская конструкция находилась значительно ниже и материка, и проплывавшей вдоль него «Стремительной». Довольно далеко, на самом деле, но с помощью бинокля рассмотреть было возможно. Впрочем, Влад остро пожалел, что телескоп остался в трюме, с ним было бы сподручнее.

Это было кольцо. Огромное, как остров. С внутреннего края кольца в Бездну свисала густая паутина тросов… Хотя не свисала. Тросы были туго натянуты, потому что к ним был приделан груз. Да какой! Это был целый остров! Намного меньше, чем родной для землян, но всё равно огромный. Совершенно пустой, без растений или строений. Влад решил, что вся эта конструкция больше всего похожа на авоську с картошкой. Тросы — это ручки, внизу густая сеть в роли самой авоськи, а внутри — груз. Камни и земля. Целый остров. И очень, очень большой.

— Охренеть, — поражённо шептал Влад, наблюдая, как ручки «авоськи» удлиняются, и остров постепенно погружается в туманные глубины. — Пойдём, спросим, а?

В последнее время земляне старались поменьше доставать местных жителей вопросами — заметили, что те уже малость подустали от постоянного любопытства. Но тут было совершенно невозможно промолчать.

— О! Это добыча гелиотропа. Я ж, вроде, рассказывал? — спросил Ори. Влад с дядей Сашей дружно покачали головами — если и рассказывал что-то такое старпом, то оно успело забыться за чередой событий.

— Ну вы ж в курсе, у нас основной столп цивилизации — это гелиотропы. И энергию из них получаем, и техника на них, и вообще, считай, вся жизнь. Забирать те, на которых держится твердь в империи запрещено — это глупо, сами понимаете, жизненного пространства лишаться. Остроухие грабят окружающих, находят далёкие и новопровалившиеся острова и с них забирают. Тем и живут. Мы в древности тоже так жили… хотя тогда столько гелиотропа не нужно было. А какое-то время назад вот научились добывать. Создаются такие вот искусственные острова, — орк кивнул в сторону «авоськи», — их опускают вниз, в самую бездну. Где-то сотней километров ниже, там, где разумные уже существовать не могут, на острова падают гелиотропы. После этого, понятно, остров нужно подтянуть обратно, повыше, собрать гелиотроп, ну и разобрать сам остров.

— Зачем? — удивился Влад.

— Что «зачем»?

— Остров разбирать зачем? Почему его снова не опустить?

— А второй раз это не действует, — пожал плечами Ори. — Нужно новый остров собирать. Причём не просто так, а из специальных минералов. Уволь меня от подробностей, я в упор не помню, что это за порода. Но второй раз она уже не работает, даже если остров заново пересобрать из неё же. Работа, надо сказать, совершенно адовая, причём на всех этапах, зато вся твердь остаётся с нами. Насколько я понимаю, породы такой у нас достаточно много, так что пока можно не переживать о том, что она закончится. Хотя всё равно экономят, и сильно. Во-первых, сами понимаете, процедура сложная и затратная. Выгода огромная, но каждый день так гелиотропов не наловишься. Во-вторых, рано или поздно подходящий минерал всё одно закончится, и что тогда делать? Не факт, что в других местах он есть, месторождений пока всего несколько. Может, конечно, ещё что-нибудь в таком же духе провалится, а ну как нет?

— А почему не действует? — изумился Влад. — Почему если заново собрать — работает, а использовать тот же — нет?

— Да откуда ж мне знать? — удивился Ори. — Это нашей науке пока не известно. Ну, или я о таком не знаю.

Влад, после увиденного и услышанного стал задумчив и рассеян. Даже перестал обращать внимания на новые чудеса — впрочем, ничего столь же масштабного, как «рыбалка» на искусственный остров, больше не встретилось.

— О чём задумался, Владик? — даже дядя Саша заметил, что друг стал как-то чересчур молчалив и задумчив.

— Знаешь, дядь Саш, я раньше думал, что это вот посыпание гелиотропом новых островов — это что-то сродни чуду, — Лопатин рассказывать начал с готовностью. Парню и самому хотелось поделиться мыслями, — Ну, типа какая-то сила, божественная или не очень, вот это вот делает. А тут выходит, что люди… в смысле разумные тоже могут повторить. А значит, это по каким-то своим законам действует. Физическим. Ну, или магическим — не важно, главное, что природным.

— Ну, звучит логично, — кивнул дядя Саша. — А нам с этого что?

— Даже не знаю… но это воодушевляет. Понимаешь, это значит, что тут есть какие-то правила, общие для всех, ну, как у нас на Земле, физические законы в смысле. А значит, их можно использовать, и всё такое. Ну и просто, если их изучить, то жизнь будет более понятна.

— И что нам с этого? — сосед всё никак не мог понять, к чему клонит приятель. — Они ж и так эти законы изучают, местные жители. И мы с тобой об этом знали.

— Да нет, я не о том, — мотнул головой Лопатин. — То есть, я знаю, что изучают. Просто я раньше думал, что вот с островами — это отдельной статьёй идёт. Вот попал остров, и его, ну, условно говоря, кто-то держит на ладошке, а другой ладошкой собирает где-то там, внизу, в загадочной бездне, солнечный гелиотроп, и натыкивает его в нижнуюю поверхность. А раз местные могут как-то имитировать процесс, то, значит, это совсем не так. Нас, может, и выкинуло сюда каким-то божьим попущением, или ещё какой прихотью высших сил, но как только мы здесь оказались — сразу всё стало работать по законам. Объяснимым, и понятным. Вот так.

— Всё равно не понимаю, отчего ты так возбудился, — пожал плечами дядя Саша.

— А и действительно, — задумчиво пробормотал Лопатин, но так и не успокоился. В голове по-прежнему бродила какая-то идея, вот только ухватить её за хвост всё никак не получалось.

Глава 3

Маленький шаг для человечества и огромный для одного конкретного Влада получился смазанным и нелепым. В момент, когда он стоял на последней ступеньке трапа, опираясь на самодельный костыль, его деликатно, но настойчиво подхватил под мышки Хрёрик и отставил в сторону — чтобы дорогу не загораживал.

— Давай, не задерживай! — добродушно прокомментировал орк. — Всем уже на твердь охота!

Возмущаться парень не стал — команда «Стремительной» точно так же, как и он соскучилась по твёрдой земле под ногами. Да и глупо бы смотрелось, если бы Влад с торжественным лицом этот шаг делал, пока остальные переминаются с ноги на ногу на палубе, в ожидании, пока «герой-первопроходец» натешится.

Просочившись между ног кого-то из орков с трапа сбежал Дружок — псу явно нетерпелось поноситься вволю, только не выходило — слишком неподходящее для побегушек место — вся площадь замощена ровными плитами камня, вокруг полно каких-то строений, определить назначение которых вот так, на первый взгляд, не получалось. По крайней мере, не всех. Административное здание в самом дальнем краю «порта» ни с чем не спутать — слишком официально и по-деловому выглядит. Сразу видно — храм бюрократии!

Собственно, Влад не ошибся — их путь в это здание и лежал. Вся команда мгновенно разбежалась по своим делам, не слишком хорошо делая вид, что они важные. Влад здорово подозревал, что важные дела ждут их в ближайшем кабаке. Возможно, даже портовом. Так что они с дядей Сашей и Дружком вскоре остались только в компании с Каси.

— Ну что, пойдёмте вас легализовать? — предложила демонесса. — Ох, не завидую я вам! Бюрократия — это страшное дело!

Влад встревоженно переглянулся с дядей Сашей — оба преисполнились дурных предчувствий. Впрочем, всё оказалось не так страшно, как они себе представляли — до земной бюрократии имперским чиновникам оказалось далеко. Сначала докладывала Каси. Демонесса, оказывается, успела уже составить подробный отчёт, в котором изложила все перипетии своего похода. Орчанка — секретарь в очках с тонкой оправе приветливо поздоровалась с демонессой:

— Касиодорра, принцесса рода Розмор, капитан «Стремительной»! Поздравляю с возвращением, мы уже беспокоились за вашу команду. Патрульные передали, поход был удачным?

Влад едва сдержал нервный смешок — до сих пор он полного имени демонессы не знал, и был уверен, что «Каси» — это полное и есть.

— Так и есть, хотя не раз возникали сомнения, что всё закончится благополучно. — Демонесса настороженно покосилась на землянина, видно, почувствовала удивление.

— Что ж, ещё раз поздравляю с победой. Остров в самом деле так велик? Впрочем, не буду вас задерживать. Администратор Коул, как всегда, в восьмом кабинете. Он уже в курсе вашего возвращения, — орчанка ещё раз улыбнулась. Несмотря на клыки, улыбка не выглядела угрожающе — наоборот, было заметно, что девушка действительно рада успеху свободного охотника. На землян она косилась с большим любопытством, но ничего не спрашивала.

— Подождёте меня здесь, хорошо? — предложила Каси, когда они добрались до кабинета. — Я сейчас отчитаюсь, доложу о вас, и помогу. Можете, в принципе, и не ждать, но я думаю, вам так будет удобнее.

— Подождём, конечно, капитан! — улыбнулся дядя Саша. — С опытным человеком… в смысле демоном, всяко удобнее будет!

Каси зашла в кабинет и пропала на час. Хорошо, в коридоре стояли несколько лавочек совершенно земного вида, даже плоские и не слишком мягкие подушки, обтянутые кожей наличествовали, так что стоять не пришлось.

Земляне сидели в коридоре на лавочке. Влад немного опасался, что служащие таможни будут недовольны присутствием собаки в здании, но те были совсем не против. Наоборот, пару раз кто-то из орочьих женщин останавливался, чтобы посмотреть на пса, и даже, спросив разрешения, гладили его. Дружок млел от удовольствия. Дядя Саша и Влад — тоже. Очень уж приятно было разглядывать местных дам. И было на что посмотреть! Девушки-орки были подстать мужчинам. По меньшей мере на голову выше человека, крутобёдрые, пышногрудые. Причём местный офисный стиль позволял все достоинства подчёркивать. Всё в рамках приличий, но всё равно — очень впечатляюще! То, что дамы немного клыкастые, кожа чуть отливает зелёным, их ничуть не портило. Даже наоборот. Экзотика!

Дядя Саша, кажется, поплыл — взгляд мужчины был полон нескрываемого восторга. Впрочем, Влад тоже не остался равнодушен к такой-то красоте. С Каси работницы таможни всё-таки конкурировать не могли, но всё равно были очень хороши собой.

— А тут, я смотрю, жить-то прямо можно! — тихонько шепнул сосед, когда восторги вокруг пса немного поутихли, и дамы разошлись. — Интересно, у меня есть шанс такую-то красотку заарканить?

— Не знаю, дядь Саш, — пожал плечами Влад. — Но можешь попытаться, какие твои годы? Наши-то ребята с корабля упоминали, что бывают и смешанные пары. Из разных рас, в смысле.

— Нет уж, сначала как-то устроиться надо, — вздохнул сосед. — А то сейчас мы с тобой голытьба неприкаянная, с такими уважающая себя барышня и связываться не станет. Да что там, я и сам подкатывать не стану — я ж не альфонс какой!

Вскоре из восьмого кабинета вышла Каси — и часа не прошло. На лице демонессы отчётливо проступала досада:

— Да с премией за ваше обнаружение дело затягивается, — поморщилась девушка. — Оказывается, сейчас положено только небольшое поощрение за обнаружение острова, а то, на что я рассчитывала — только после того, как остров будет присоединён к империи тем или иным способом. В общем, ждать ещё неизвестно сколько! Ладно, это всё мелочи. Пойдёмте в первый кабинет — вас оформлять.

Влад с сочувствием покивал. Он уже знал эту историю — сама же Каси и рассказала. Капитаном «Стремительной» девушка решила стать, чтобы подзаработать. Потратила на это все карманные деньги, и ждала, что быстро отобьёт затраты и накопит на учёбу в том заведении, где хочется ей, а не отцу, благо, долгий срок жизни демонов позволяет потратить несколько лет на такой «творческий отпуск». Вот только реальность оказалась сложнее, чем казалось наивной девушке, и заработок свободным охотником шёл значительно медленнее, чем она рассчитывала. Девушка была уверена, что уж премия за обнаружение их города разом поправит финансовое положение, и она сможет осуществить свою мечту. И вот — такая засада: снова всё откладывается. Впрочем, сильно расстроенной демонесса, на удивление, не выглядела.

Отдел миграции, куда их привела девушка, оказался небольшим совсем кабинетом, в котором скучала очередная орчанка.

— Привет, Астрид! — помахала рукой Каси. — Я тебе работу привела!

— Каси! — орчанка в белой блузке с двумя расстёгнутыми верхними пуговичками выглядела донельзя соблазнительно. В кабинете действительно было жарковато, так что Влад девушку с одной стороны понимал, а с другой — не одобрял. Вот как можно сосредоточиться на деле, когда тут перед глазами такое декольте!

«У них, я смотрю, дресскодом никто не заморачивается», — констатировал Влад. Дядя Саша и вовсе замер столбом не в силах отвести взгляд от обильной и притягательной красоты.

— У нас все переживали, что ты совсем пропала! А пару дней передали, что ты возвращаешься, да ещё и с большим прибытком! Мы даже праздник устроили в честь возвращения! — Орчанка щебетала с такой скоростью, что слова вставить было невозможно.

— А это люди, да? Провалившиеся! Проходите. Ох, бедный, да ты весь ранен! Вот, садись скорее! — Орчанка подвинула Владу стул и наклонилась, чтобы помочь усесться. Влад почувствовал себя персонажем японского мультика. Того и гляди кровь носом пойдёт. — Сейчас мы вас опросим, направления выдадим, всё хорошо будет! Ой, а это у тебя собака, да⁈ С ума сойти!

Примерно в таком ключе опрос и проходил. Владу с дядей Сашей пришлось поочерёдно отвечать на массу вопросов. Часть из них никакого затруднения не вызвала, и выглядели вполне логичными и стандартными. Имя, возраст, рост, образование. Другие Влада удивили — например, работницу отдела миграции интересовало наличие у землян хронических заболеваний или наркотических зависимостей. Дядя Саша, смущаясь, признался, что он алкоголик, но завязал после провала. Влад ничего такого за собой не замечал, кроме хронической лени. В наличии психических заболеваний у себя земляне тоже не признались.

— Так, ну, блок про магические способности пропустим, — пробормотала чиновница. Каси, которая терпеливо ждала в кабинете, наябедничала:

— У Влада в наличии. По моим наблюдениям пятый-шестой уровень, перемещения на расстояния до трёхсот метров. Скорее всего, развиваемая.

— Вот это да! — удивилась служащая. — Людям же несвойственно!

— Он уже здесь успел получить. Поймал неактивированный солнечный гелиотроп сразу после провала.

— Удивительно! — поразилась орчанка. — Какой перспективный молодой человек!

В общем, опрос затянулся где-то на час, и под конец земляне уже окончательно перестали понимать, кто и зачем составлял этот список вопросов. Ну вот кому может быть интересны предпочтения попавших в империю людей в еде⁈ А зачем нужно было расписывать вкусы на девушек?

Земляне на всё отвечали честно, но оба недоумевали, для чего нужны такие подробности:

— Всё это только предварительный опрос, — соизволила объяснить орчанка. — Вам предстоит ещё несколько визитов в центр социальной адаптации — там вас расспросят поподробнее. Однако важно получить первые данные как можно раньше, чтобы определить основные напрвления исследований. Не переживайте, эти исследования не займут много времени. Просто вы должны будете раз в неделю посещать центр в рабочее время, так что никаких неудобств! Всего несколько недель!

Закончив с опросом Астрид куда-то убежала и вернулась с двумя книжечками красного цвета, в которых земляне с удивлением узнали паспорта. Фотографии были сделаны тут же, и так же быстро вклеены на положеные места.

— Вот и всё! Поздравляю, Влад, Александр. Теперь вы являетесь гражданами империи и на вас распространяются все права и обязанности имперского гражданина. Государство предоставляет вам комнату в общежитии на первые два месяца, но сегодня вы переночуете в нашей гостинице. Точнее, Александр переночует, а вам, Влад, дорога в клинику — сегодняшнюю ночь вы проведёте там, а завтра уже будете полностью здоровы. Каси, проводишь Влада? Тебе ведь всё равно по дороге. А я пока займусь Александром.

— Ну что, так и не решил, чем будешь заниматься? — спросила Каси, когда они вышли из здания администрации порта. — По секрету скажу, что Астрид уже выписала вам с Александром направления на курсы переквалификации — ему на слесаря, а тебе — на алгоритмика. Ну, или программиста, если по-земному. Не скажу, что заработок велик, но на жизнь будет хватать.

— Каси, а что с нашим островом? — спросил Влад. — Я понимаю, что это как бы не твоя задача, но я даже не знаю, кого спросить.

— С островом, сам понимаешь, всё не быстро. Информацию и координаты я уже передала, куда следует. Формально империя уже приняла его под свою юрисдикцию, а вот когда это произойдёт фактически… не знаю. Сверхмалые острова обычно присоединяются довольно быстро, но для присоединения сверхмалого острова больших усилий не требуется. Отправляют специальный буксир, который его и транспортирует. Вы же провалились очень далеко, а, самое главное — остров у вас большой. Такое у нас редко. В общем, для транспортировки вашего острова, Влад, будет разработана целая операция. Нужны расчёты по топливу, по буксирам, нужно выделить охрану… в общем, я не знаю, когда это случится. Могу только сказать, что уже сегодня к вам отправляется целый флот для охраны — пара авианосцев и десяток фрегатов. Так что вас не бросили, не переживай. Просто у нас не всегда всё делается быстро.

— Нам хоть сообщат, когда его соберутся буксировать-то?

— Сообщат, конечно! Вам — в первую очередь. Но я бы на твоём месте не рассчитывала, что это произойдёт быстро. Рассчитывай как минимум на несколько месяцев, а то и больше. Так что я бы на твоём месте не стала тянуть с поиском заработка. А то, может, на «Стремительную»?

— Нет, — отказался Влад.

— Мне кажется, или ты считаешь меня плохим командиром? — спросила вдруг Каси. Влад бы отмахнулся, но судя по напряжению в её голосе, девушке было важно знать.

— Я считаю, что ты — отличный командир, — ответил парень. — Мне, знаешь ли, сравнивать особо не с чем, я на Земле даже в армии не служил, но как по мне: ты заботишься о своих людях, о корабле, не рискуешь ради большой прибыли… а уж как ты командуешь в бою — это вообще удивительно настолько, что граничит с невозможным. Ну, для такого дилетанта, как я.

— И тем не менее, на «Стремительную» ты не пойдёшь.

— Не пойду. Просто не моё. Ты же поняла уже, я не люблю подчиняться, — сказал Влад, и искренне понадеялся, что причина прозвучала достаточно убедительно. Потому что это была истинная правда, пусть и не вся. Подчиняться Лопатин действительно не любил, но ещё больше ему не хотелось подчиняться конкретно Каси. Девчонка здорово запала в душу, при этом Влад прекрасно понимал — не по Сеньке шапка. «Кто бы мог подумать, что ты втрескаешься в настоящую принцессу? — думал Влад. — Всегда думал, что принцессы — изнеженные, манерные и пустые куклы. Нормальные девчонки — те, что попроще». Нет, Влад не страдал от неразделённой любви. Всё-таки не совсем мальчик уже. Скорее самолюбие страдало. Обидно сознавать, что ты никак не можешь заинтересовать такую шикарную барышню. Тем более, раньше Лопатин таких проблем не испытывал. Да, не олигарх, но для тех девушек, которые ему нравились — вполне хорош. «И тут уж никак не оправдаешься, что нам в любом случае не быть вместе из-за разной продолжительности жизни. Будем честными — если б в этом мы были равны, у тебя всё равно не было бы никаких шансов», — припечатал себя напоследок Лопатин.

— Мне жаль, — сказала Каси. — Александра я тоже спрашивала, и он тоже отказался. Это не то чтобы обидно, просто я не понимаю, отчего так, и начинаю переживать, что это со мной или со «Стремительной» что-то не так. Я бы поняла, если бы вы очевидно не подходили, но вы оба — достаточно авантюрные личности. Деятельные. По-моему, работа как раз для вас. Да и нам вы были бы очень полезны. Прежде всего из-за вашего нестандартного мышления.

— Каси, ты ведь собиралась бросить «Стремительную», как только получишь премию, — насторожился Лопатин. Даже остановился, чтобы посмотреть демонессе в глаза. — Ты что, не веришь, что вообще её получишь?

Девушка на секунду отвела взгляд. Потом вздохнула, и честно призналась:

— Я не уверена, что наши успеют. Транспортировка такого острова — очень масштабный проект. Нужна подготовка. Большая подготовка. Конечно, эльфы не знают сейчас об острове… но долго ли так будет продолжаться? Информация имеет свойство распространяться бесконтрольно. Глупо предполагать, что шпионы светлорождённых останутся слепы и глухи. Узнают. И им, в отличие от нас, буксировать остров не нужно. Можно просто отправить туда достаточно сильный флот и забрать гелиотроп. Нет, ты даже не сомневайся — людей оттуда вывезут, и всё ценное. Но вот удастся ли удержать сам остров? В этом я не уверена.

— Ясно, — кивнул Лопатин. — Жаль это слышать, но — спасибо за честность.

— Ладно, Влад. Раз уж ты не согласился служить на «Стремительной» — давай прощаться, — Каси протянула руку. — Мы пришли.

Влад осторожно пожал ладошку демонессы, помахал рукой, и отправился в клинику, заставляя себя не оглядываться. Не хотелось, чтобы Каси увидела его печальную физиономию. Прощаться с ней ему совершенно не хотелось.

Глава 4

Воздушный порт от остального города отделяет довольно высокая каменная стена. Да ещё и с контрольно-пропускным пунктом — Влад, если честно, даже хотел поинтересоваться, для чего так устроено, да вот беда — не у кого. С Каси они попрощались ещё накануне, остальные члены команды усвистали «на берег» ещё раньше, так что сейчас перед этим самым КПП они стояли вдвоём с дядей Сашей. Ну и Дружок ещё чутко принюхивался к новым запахам и прислушивался к шуму большого города.

— Ну чего, Владик, новая жизнь у нас там за воротами? — спросил дядя Саша. — Как-то ещё сложится… Всё же зря ты отказался на программиста переучиваться. Так хоть какая профессия есть, пусть она тебе и не нравится, а сейчас что? Подъёмные-то закончатся, и быстро, всего скорей.

— Знаю, дядь Саш, — вздохнул Лопатин. — Всё знаю. Только я и себя знаю. Сейчас в колею встану — больше вообще из неё не вылезу. Так и буду, как на Земле. А это, как выяснилось, чревато. Я эдак опять куда-нибудь провалюсь!

Утром Влад проснулся уже совершенно здоровым. Никакие кости не болели, двигаться ничего не мешало. Энергия просто переполняла — Лопатин сначала даже испугался, не накачали ли его какими-нибудь стимуляторами. Потом собразил — просто он уже давно не был полностью здоров. Привык за последние недели к немочи, вот теперь и удивляется.

— А тогда чего к Каси не пошёл матросом? — вывел его из задумчивости дядя Саша.

— Да вот, не пошёл, — пожал плечами Влад, разом помрачнев. — Сам не знаю.

— Всё ясно с тобой, — хмыкнул сосед. — Понравилась девчонка, да?

Влад неопределённо пожал плечами. Дядя Саша с некоторых пор стал для него самым близким человеком, но даже с ним такие вещи парень обсуждать не хотел.

— Пойдём уже, что ли. Мнёмся тут как две первокурсницы перед экзаменом.

— И то правда, — согласился сосед, и решительно двинулся к пропускному пункту.

Сонный гоблин-охранник взглянул на их документы, поставил отметки в журнале, и перед землянами открылась дверь в большой город. Площадь была полна разумных, которые носились туда-сюда по своим, несомненно, важным делам. Лопатин, за последнее время изрядно отвыкший от больших скоплений людей изрядно растерялся.

— Чувствую себя, как провинциал впервые попавший в столицу, — пожаловался дядя Саша, вторя его мыслям. — Мы точно не на Земле?

Влад не нашёлся, что ответить, потому что было в самом деле похоже. До сих пор с местной цивилизацией парень был знаком исключительно по кораблям. Обилие парусов и деревянные корпуса, пусть и оснащённые гелиотропными двигателями, заставляли воображение рисовать что-то архаичное, вроде колониальных городов конца восемнадцатого века. Тем сильнее оказался контраст. Город выглядел… современно. Похоже на все земные города одновременно. Безусловно, были и отличия. Точнее, их было даже больше, чем похожих деталей пейзажа, вот только эти отличия бросались в глаза не сразу. Как из тёмной комнаты — выйдешь на свет, и ничего не видно, а вот потом, постепенно, проявляются детали. Замечаешь, что площадь не асфальтом покрыта, а замощена плитами из какого-то тёмно-бордового, полупрозрачного, чуть шероховатого камня. Ездят по этому покрытию машины самых разных форм и расцветок. Некоторые похожи на старинные, чуть ли не музейные образчики техники — ещё с тех времён, когда машины производили не автозаводы — гиганты, а маленькие семейные мастерские. Другие выглядели более современно — по дизайну ближе к сороковым или даже шестидесятым годам двадцатого века на Земле. Пару раз и вовсе попались на глаза совершенно неопределяемые экземляры вида насколько футуристичного, настолько и кустарного. Как эти два качества сочетаются Влад объяснить не смог бы под дулом пистолета, но тем не менее, именно эти два прилагательных приходили в голову первыми.

Площадь была окружена зданиями — высокими, и друг на друга непохожими. Прямо напротив порта — высотка в стиле сталинский ампир, похожая одновременно на здание МГУ и на гостиницу «Украина» в Москве. По бокам — два угловатых чудовища, напоминающих небрежно сложенные каким-то малолетним великаном друг на друга кубики. Ещё дальше, совсем уж неожиданно, изящная башенка в стиле неоготика.

— Да уж, — пробормотал Влад. — Это вот это вот называется эклектика, да?

Несмотря на дикое смешение, городской пейзаж не распадался на отдельные фрагменты. Площадь смотрелась… ну не сказать, что гармонично, но целостно.

— Чего? — не понял дядя Саша. — Ты извини, Владик, но я не знаю, что такое эклектика. Академиев, как говорится, не кончали. Но смотрится и правда странно — как будто из разных времён зданий понатыкали.

— Вот это оно и значит, — задумчиво ответил Лопатин. — Куда нам идти-то?

— Да не идти, а ехать. Сказали ж на метро.

Влад эти объяснения пропустил мимо ушей, потому что дядя Саша так старательно кокетничал со смущающейся орчанкой-администратором, что парень тогда предпочёл отойти в сторону — чтобы не мешать и самому не смущаться. Сам он никогда с женщинами так ловко общаться не умел, а тут и вовсе почувствовал себя лишним. Вот и пропустил объяснения, отчего теперь в очередной раз с трудом сдержался, чтобы по-провинциальному не отвесить челюсть. «Тут и метро есть, оказывается! Нет, ну а чего ты ждал после такой-то площади!»

Метро, в противовес помпезной площади, оказалось изрядно попроще и больше напоминало какую-нибудь Нью-Йоркскую подземку. Только и разницы, что в вагонах чисто, зато граффити на стенах — в изобилии. Народ и вовсе совсем не как в америке — людей почти не было. Один только мелькнул где-то вдалеке, и то, Влад не был уверен, что это именно человек, а не кто-то другой, похожий. Зато, на удивление, встретился эльф. Ехал себе навстречу на эскалаторе, без интереса разглядывая встречных пассажиров. В первый момент Лопатин, да и дядя Саша тоже, насторожились. Рюкзак, и без того висевший на одной лямке, слетел с плеча, вжикнула молния, и только тогда Влад заставил себя остановиться. На эльфа никто внимания не обращал, даже не косились.

— Это чего⁈ — шёпотом пробормотал Лопатин, — Чего это он тут?

Дядя Саша был занят — он прятал потрёпанный ПМ обратно в свою сумку. В отличие от Влада, сосед успел своё оружие достать и патрон в патронник дослал — и только потом опомнился.

— Вот жеж ммать, — вполголоса выругался Александр. — Чуть не оскандалились. Хороши бы мы были, если бы прямо здесь палить начали! Едет себе, как ни в чём не бывало!

Влад огляделся по сторонам, не заметил ли кто-нибудь их возню, но редким спускающимся в метро до них никакого дела не было. Как и до эльфа. Дескать едет себе и едет, эка невидаль. Вообще народ в метро попался разнообразный. Были и гоблины, демоны, и орки с орчанками. Даже пара рептилоидов встретилась. Земляне с трудом сохраняли невозмутимый вид, особенно при виде последних. Вроде бы пялиться совсем невежливо, а глаза так и сползают на чуждые лица. Глаза большие, жёлтые, с вертикальными зрачками, то и дело закрываются ложными веками. Вместо носа — две узкие щёлочки, а когда говорят, во рту видны тонкие змеиные клыки. Земляне, подальше от соблазна, встали спиной, и тут же упёрлись взглядом в кого-то вовсе странного.

Влад опять с трудом сдержался от того, чтобы начать шарить в рюкзаке в поисках пистолета — в первый момент показалось, что он встретил чужого из известного фильма. Потом, правда, сообразил, что только показалось. Сходство, несомненно, присутствовало, но только отдалённое. Гладкий, глянцевый череп по форме напоминал яйцо, будто бы обтянутое блестящим латексом. Собственно, все участки кожи, видимые из-под одежды этот самый латекс и напоминали. Из-за спины существа выглядывал длинный сегментный хвост, кончик которого был спрятан в изящный футляр. «Похоже, хвост-то ядовитый, — некстати подумал Влад. — А футляр — чтобы кого-то случайно на тот свет не отправить…» Фигурой же странное существо напоминало человека… даже не человека, а женщину. При полном отсутствии груди, общее впечатление оставалось совершенно однозначным — то ли из-за плавной крутости бёдер, то ли просто глаз цеплялся за хищные, но грациозные движения.

— Привет, люди. Отчего вы напуганы?

«Откуда ты это сказал… сказала?» — пришла в голову фраза из дурацкого анекдота. Безгубый рот с острыми треугольными зубами ни на миллиметр не приоткрылся. Тем не менее голос прозвучал вполне отчётливо.

— Мы впервые в империи, — Влад со стыдом отметил, что голос чуть подрагивает. — Такое разнообразие разумных рас и видов для нас вновинку. Мы не напуганы, а просто растеряны.

— Впервые в империи… и не только в империи, так ведь? Гости с Земли… В таком случае, в этом вагоне вы — самая большая диковинка. Забавно, не находите?

— Да, наверное, — кивнул Влад. На самом деле ему не было забавно, да и вообще, определить собственные чувства парень не мог. Окружающее расово-видовое разнообразие напрочь выбило из колеи. Пожалуй, иначе как шоком это состояние не назовёшь. На площади концентрация разнообразия была не так велика, а здесь, в вагоне метро, знатно била по мозгам.

— А ты что за зверь? Неужели, собака? — существо наклонилось над Дружком, которому и так-то было не по себе. Увидев же над собой клыкастую треугольную пасть с треугольными зубами, тот и вовсе попытался забиться между ног у Влада, поджал хвост и оскалил зубы, готовый зарычать. — Не пугайся, пушистый, — сказало существо. — Мне нравятся собаки. И редко доводится их увидеть в наших местах.

Существо не стало пытаться погладить Дружка — чтобы не пугать ещё сильнее. Выпрямилось, отступило на шаг.

— Вы привыкнете, люди. Когда я перебралась в империю с родного острова, мне тоже было странно. В первое время. Это быстро прошло.

— А вы тоже того… провалились? — спросил Влад.

— Нет, я рождена здесь. Мой остров провалился в эти пределы много тысячелетий назад. Тогда здесь были только демоны. Но наш вид обычно живёт обособленно — мы слишком сильно отличаемся от остальных творений. Это только я такая непоседливая.

Влад с дядей Сашей промолчали — Влад был уверен, что потом пожалеет о своей неразговорчивости и будет мучиться от неудовлетворённого любопытства, но сейчас выдавить из себя хоть слово никак не получалось. Как будто онемел. И дядя Саша, кажется, тоже — так они и стояли несколько минут, пялясь на существо стеклянными глазами.

— Если вы едете в общежитие для переселенцев, вам пора выходить на следующей, — сказало существо.

— А, да, спасибо, — резко кивнул Лопатин. — А как называется ваш вид? Или раса?

— Вид, — уточнило существо. — Мы, тенебрисы, одни из немногих, чьё строение отличается от вашего настолько сильно, что мы не можем иметь общих детей. До встречи, люди. Моё имя — Эсфирра. Если захочется поговорить — найдите меня в паутине. Мне бы тоже было любопытно узнать последние новости с далёкой прародины.

Влад кивнул, попрощался, и выбрался из вагона — как раз двери открылись. Дядю Сашу пришлось тянуть за рукав — тот так и оставался завороженный, как сомнамбула. Отмер только когда из метро вышли:

— Не знаю, Владик, смогу ли я к такому привыкнуть, — пожаловался сосед. — Думал, обгажусь прямо там. Ты ещё с ней разговаривал, с такой-то страхолюдиной!

— А по мне — довольно красивая, — признался Влад. — Видел, какая у неё фигура? Нет, ну я не в сексуальном плане, не смотри на меня так. Просто грациозная же!

— Да я там только зубищи эти жуткие видел, какая там красота! Стою, а в голове одна мысль — щас она этой пастью мне разом полморды отхватит!

— Между тем, она единственная, кто свои контакты дал, — напомнил Влад. — Кстати, надо бы нам озаботиться какими-то местными средствами связи. Смартфонами или вроде того. Видел на эскалаторе орчанка фоткалась? Как наши инстаграмщицы на Земле.

— Ничего я не видел, — буркнул дядя Саша. — У меня перед глазами эта пасть акулья до сих пор! Нет, всё, я дальше лучше пешком. Хрен я ещё когда в подземку спущусь. Как-то на поверхности спокойнее — хоть убежать можно, если что.

Общежитие, в котором землянам выделили комнаты, как оказалось, находится на окраине города. Здесь уже не было такого буйства архитектуры, как на припортовой площади. Домов выше пяти этажей не наблюдалось, и хотя выглядели они несколько экзотичнее привычных взгляду хрущёвок, впечатление они оставляли примерно такое же. С одной стороны — привычный и даже уютный пейзаж, благо зелени в этой части города было побольше, чем в центре. Правда, Влад успел привыкнуть жить в собственном доме, пусть и самовольно занятом, так что перспектива вернуться в тесную квартирку не сильно радовала.

Общежитие нашли без труда — таблички с названием улицы и номером висели на каждой из четырёх сторон каждого дома, так что заблудиться было бы сложно. Даже спрашивать никого не пришлось, к облегчению землян. К своим оркам, гоблину, гремлину и демонессе, — обитателям «Стремительной», — Влад уже привык, а вот остальных пока дичился. Как и дядя Саша, впрочем.

Земляне шли по улице в молчании, разглядывая редких прохожих. Дядя Саша всё ещё переживал поездку в метро и особенно встречу с клыкастой тенебрисой Эсфиррой, а Влад переживал по поводу своих дальнейших перспектив. Один только Дружок радостно носился туда-сюда поминутно задирая ногу на все встреченные кусты. Пёс был очень доволен — это место здорово напоминало ему родные места, привычные и знакомые до мелочей. Простор! Свобода! Бегать можно, сколько хочешь, а не как на постылой палубе «Стремительной»…

В общежитии их встретили довольно приветливо. Дородная орчанка двух метров ростом приветливо оскалилась, увидев ордера, выданные им на жительство.

— Ба! Новые жильцы, да какие! — обрадовалась комендант, воздвигаясь из-за стола. — Люди! Давненько у нас люди не селились! На моей памяти и не было никого. Давайте документы ваши, человеки!

Влад с дядей Сашей протянули паспорта, орчанка близоруко вгляделась в мелкие строчки.

— Ох ты ж! Пришлые, не рождённые! Эк вас угораздило! Ну да ничего. Если как на Земле жить не станете, устроитесь хорошо. Пойдёмте, Влад и Алекс, покажу ваше жильё! Меня звать Хелла, дочь Крейга. Но полностью именовать не нужно, Хеллы достаточно. И сразу правила: днём не шуметь, а ночью и вовсе вести себя тихо. Не пьянствовать, в азартные игры с соседями не играть. Со мной — можно. Я-то прослежу, чтобы чего плохого не вышло… Баб водить можно, но опять-таки, не шуметь! И смотрите мне — чтобы никаких проституток! Только честные женщины! Не терплю энту породу, хотя и понимаю, что иногда не обойтись. Всем всё ясно⁈ — дама на ходу оглянулась, поймала взгляд дяди Саши, и добавила: — На мой зад даже не думай пока заглядываться! Мы ещё слишком мало знакомы. А то может, ты человек пропащий — тогда не для тебя моя роза цвела. Тем более вы — провалившиеся, а среди вашего брата таких пустых больше всего. Всё ясно⁈

— Ясно, — кивнул Влад.

— Так точно! — молодцевато вытянулся в струнку дядя Саша. В глаза соседу вернулся задор, угасший было после поездки в метро. То, что его назвали «пропащим человеком» дядю Сашу ничуть не смутило, и он был полон стремления доказать ошибочность такой характеристики.

Комнаты у землян оказались совершенно одинаковые — два метра на четыре, с единственным окошком. Стол возле окна, койка, да раковина умывальника возле двери. Мыться предполагалось в общем душе в конце этажа.

— А когда воду в душе включают? — спросил Влад, вспомнив институтскую общагу.

— В каком смысле⁈ — не поняла орчанка.

— Ну, расписание душа какое?

— Какое хочешь, такое и расписание, — пожала монументальными плечами комендантша. — Как тебе совесть и сострадание к окружающим позволяет, так и мойся. Хочешь — каждый день, а хочешь — так и совсем не мойся, если тебе окружающих не жалко.

— Я просто когда в общежитии жил, у нас душ работал только по вторникам и пятницам, вечером, — смущённо пояснил Влад. — Вот я и подумал…

— Это в какой же ты дыре жил, что вода по расписанию? — ужаснулась Хелла. — На Земле-то, где воды не в пример больше! Ох, люди, допроситесь — чую, скоро вас всех сюда, к нам скинут. Кого-то нового придумают. Попомните моё слово! У нас здесь мыться можно когда хочешь. И советую не пренебрегать — не люблю вонючих. Пойдёмте-ка, бельё выдам. А вот собаченьке ничего нет… впрочем, не беда. Сейчас я из двух старых подушек ему такую лежаночку сотворю — гоблину не стыдно спать будет!

Закончив с демонстрацией комнат, Хелла Крейговна сводила их с дядей Сашей за бельём и подушками, ещё раз выразила надежду, что жильцы окажутся толковыми, и на этом попрощалась. А земляне не сговариваясь разошлись по своим комнатам. Влад не знал, как дяде Саше, а ему требовалось хоть немного побыть одному, чтобы прийти в себя и прикинуть план дальнейших действий.

Глава 5

Путешествие на маленьком корабле, пусть и в отличной компании — это тяжёлое испытание для интроверта, которым Влад себя всегда считал. Пожалуй, впервые за долгое время парень остался один — больничная палата не в счёт, да и в одиночестве он там остался только после довольно утомительных процедур. Так что, добравшись до палаты просто вырубился, не в состоянии оценить роскошь одиночества. Вот и выходило, что сейчас был первый раз, когда парень остался один за долгое время. Словосочетание «комната в общежитии» пугало Лопатина до дрожи ещё со студенческих времён. Тараканы, грязь, отсутствие воды, соседи, кто-то из которых даже ношеными трусами не брезгует, если они без присмотра сушатся, не говоря уже о такой ценности, как жарящаяся на плите картошка. Пьянки, драки, и вечный, вселенский беспорядок, каковой никаким комендантшам ни за что не перемочь, как бы ни старались.

Влад всё это терпеть не мог с первого курса и убрался на съёмную квартиру сразу же, как смог на неё заработать. То бишь на втором. И, разумеется, парню и в страшном сне не могло присниться, что когда-нибудь придётся вернуться в общагу. Местная общага, однако, оказалась совсем не такой страшной, как он успел себе нафантазировать. Чисто, командантша приятная. Да и комната, рассчитанная на орка, Владу показалась достаточно просторной. Не хоромы, но вполне можно развернуться. В его квартире, оставшейся на далёком теперь острове, примерно таких же размеров была спальня. Не развернёшься особо, но и вещей у Лопатина куда как меньше, чем осталось дома. Фактически только рюкзак со сменной одеждой и бельём, да пара полезных мелочей.

Весь остальной багаж, включая кучу смертоносного железа, остался на «Стремительной». Об этом они с Каси договорились заранее — часть барахла перейдёт в ангар который демонесса арендует для корабля, часть останется на шлюпе. На случай боя. Жалеть земной «козырь» для друзей, которым и дальше будут грозить опасности свободной охоты ни Влад, ни дядя Саша не стали. Тем более сами сложностей, с которыми можно справиться с помощью пулемёта, вроде бы не ожидают.

Влад ещё раз обошёл комнату, зачем-то потрогал стол у окна, выдвинул ящик, оказавшийся почти пустым — только зажигалка в углу валяется. Сходил к умывальнику, поплескал в лицо воды. Хлебнул, проверяя, можно ли пить — на вкус оказалось вполне нормально, обычная вода, без неприятных примесей. Даже хлорки не чувствуется, как дома было. Койка, как и стол, оказалась высоковата. Не сильно, буквально сантиметров на двадцать. Вполне можно пользоваться, непривычно просто. Зато и размеры приличные. По человечьим меркам вполне сойдёт за обычную полутороспальную кровать, только подлиннее.

Койка манила и звала прилечь. Вытянуться во весь рост, закинуть за голову руки, и просто попялиться в потолок в тишине. На «Стремительной» такой роскоши Влад себе позволить не мог — хотя бы за отсутствием той самой койки. В гамаке не вытянешься. Вроде и удобно, но всё равно за несколько недель надоело до чёртиков. А тут ещё и подушка есть! И одеяло с настоящим пододеяльником, а не заношеный плед! Влад вздохнул так тяжко, что даже Дружок уши насторожил, и, развернувшись, вышел из комнаты.

— Дружок, ты дома! — объяснил он псу, закрывая дверь. — Я быстро!

Забегать к дяде Саше не стал — не хотел беспокоить, но тот обнаружился сам, внизу — уже любезничал с комендантшей. Влад был искренне рад за друга — с тех пор, как они приземлились на материке, мужчина прямо расцвёл. Помолодел даже. «Хотя чего удивительного, когда вокруг такой-то цветник! И, кажется, дамы как раз во вкусе дяди Саши».

— О, Владик, а ты куда? — улыбнулся сосед.

— Пойду подъёмные тратить, — сказал Лопатин. — Надо местный смартфон купить с интернетом, да и так вообще. Осмотреться, в общем, хочу.

— Влад, скажи, ты твёрдо решил, не идти по направлению, выданному тебе социальной службой? — спросила орчанка. — Мне Саша рассказал, что ты отказался.

«Уже Саша, — парень едва сдержал улыбку».

— Да, — кивнул парень. — Не хочу.

— Ох, человек… — Орчанка сокрушённо покачала головой, — Давай я тебе объясню, как тут у нас всё устроено. Может, тогда ты переменишь своё решение. Об этом как-то не принято говорить прямо, наверное, потому что для всех местных это само собой разумеется, но у каждого разумного у нас, в Империи, есть две дороги. Первая — простая. Ты позволяешь решать за себя. Тебя обеспечивают работой, на которой ты будешь приносить пользу. За это тебе не только платят зарплату, но и обеспечивают всякими благами в минимально необходимом объёме. Хочешь большего — приноси больше пользы, и зарплата будет расти — ты сможешь сам позволить себе что захочешь. И есть сложная дорога — ты не позволяешь решать за себя. Ты сам знаешь, как тебе лучше, поэтому сам зарабатываешь и не рассчитываешь на помощь государства. Этим путём чаще всего идут долгоживущие… хотя нет. Всегда. Но и наш брат, кому не отмерила природа долгих веков жизни, тоже может попытаться. У некоторых даже выходит. Вот только ты, Влад, уверен, что это твоя дорога? Давай я буду с тобой честна — к нам сюда просто так не проваливаются. Неплохие разумные бывают, и даже очень хорошие. Но не такие, которые могут чего-то добиться, иначе бы оставались на Земле. Причём ты пойми, это звучит неприятно, но в этом даже нет ничего плохого. Я-то ведь тоже предпочла идти по простому пути, и ничуть не переживаю. Счастлива. Да ведь и на простом пути можно многого добиться, если работать прилежно! Так зачем тебе терять время, которое ты можешь потратить с пользой? У нас не принято такое объяснять, каждый сам должен решать. Просто нравишься ты мне, и сосед твой нравится. Обидно будет, если пропадёшь. А то ведь некоторые из упорства и нежелания признать собственные ошибки так и доводят себя… Сам, в общем, понимаешь.

— Нет, Хелла. Я уже всё решил, — упрямо покачал головой Влад. — А за объяснения — спасибо. Мне теперь многое гораздо понятнее стало.

— Ох, смотри. Намыкаешься — сам запросишься под крыло императора. Только и время уже потеряно будет, да и отношение к таким хуже, сам понимаешь.

Влад криво улыбнулся, и распрощался с орчанкой и дядей Сашей. «Вот вечно всем надо настроение испортить! Знаю я, что недотыкомка серая, уже убедился. Но что-то ж надо делать, чтобы перестать ею быть!»

На самом деле, Влад уже давно сдался бы. То, что описала Хелла, то, о чём ему рассказывала Каси, о чём говорила работница социальной службы в администрации порта выглядело неплохо. Может, не слишком приятно для самолюбия, но на деле…

«Это как в Союзе, — думал Лопатин, который в Союзе пожить не успел, но какое-то представление имел. — То есть, даже лучше, чем в Союзе, потому что есть выбор. Либо ты пользуешься социальными гарантиями, но тогда будь добр делать, что тебе говорят. Либо отправляйся в капитализм с возможностью сорвать куш и выбраться на самый верх, но тогда все эти социальные гарантии не для тебя. И, наверное, борзеть слишком сильно тоже нельзя, какие-то правила есть и для таких вот свободолюбивых, в которые я с дурна ума записался!»

Владу нравилось, что ему позволили решать за себя. Нравилось общежитие, которое оказалось вовсе не таким страшным, как представлялось раньше, народ вокруг нравился — даже кошмарная тенебриса Эсфирра. В таком месте можно жить. Картинка, которую построил у себя в голове Лопатин, пока они добирались до империи, была, пожалуй, даже хуже, чем он увидел здесь.

«Я бы пошёл в чёртовы программисты, или даже попросился бы в кого-нибудь переквалифицироваться — наверняка тут есть такая возможность, — думал Лопатин, бредя по улице. — Наверное, даже счастлив бы был. Нашёл бы себе какую-нибудь орчанку — в конце концов, дядя Саша не зря на них так западает, действительно, красивые. Даже клыки их не портят. Да не важно. Можно было бы устроить себе спокойную жизнь. Только… как быть с нашим островом?»

В том, что родной город, провалившийся в ад, или в бездну, смотря как называть, будет спасён, парень откровенно сомневался. Если уж Каси в этом не уверена, значит — глухое дело. Нет, людей-то спасут, вот только Владу на бывших товарищей по несчастью было откровенно наплевать. По крайней мере, на тех, которые пытались их с дядей Сашей убить, чтобы выслужиться перед прекрасными эльфами. А вот сам город… парень понимал, что это глупо, но ему очень не хотелось, чтобы этот кусочек Земли окончательно канул в Бездну. А значит, нужно как-то ускорить его доставку к материку.

«Если империя такая неповоротливая, значит, нужно самому всё сделать!»

Лопатин понимал, что это соображение выглядит ну очень наивно и самонадеянно. Ну что можно сделать, не имея ни денег, ни связей? Тем более, отметка «нерождённый» в паспорте здесь, в империи — клеймо. Никто не станет воспринимать всерьёз провалившегося, пока он не докажет, что чего-то стоит. Влад вспомнил, как на них с дядей Сашей поначалу смотрели ребята со «Стремительной». Да и потом… нет, их уважают, даже вон предлагали остаться на свободном охотнике членами команды, вот только всё равно смотрят на них как на слегка больных. Особенно, на него, на Влада, после того, как он решил выпендриться со своим желанием «идти своей дорогой». Как будто расписался в собственной полной несостоятельности. И это злило до невозможности — Влад совсем не хотел, чтобы на него так смотрели. Чтобы Каси на него так смотрела.

«Плевать, что она долгоживущая, и у нас всё равно никогда ничего не будет!»

И самое главное… у него была идея. Смутная, неоформленная и с большой вероятностью — провальная. Но Влад твёрдо решил, что если он не попытается её воплотить, то будет жалеть потом всю жизнь. А для того, чтобы попытаться, нужно время. Дядя Саша уже завтра отправляется на курсы переквалификации, и, судя по тому, что ему объясняли, загружен до их окончания будет по самую маковку. Тут не до сторонних проектов!

В метро Влад спускался с некоторой опаской, но всё оказалось не так страшно. Второй раз удар по нервам оказался гораздо слабее. Уже не казалось, что, на него все смотрят, да и сам путешественник перестал так откровенно пялиться на спутников. Тем более по дневному времени пассажиров было не так уж много, и разнообразием они не отличались.

О том, где разжиться техникой, им с дядей Сашей тоже рассказали в социальной службе. Друг, впрочем, слушал не слишком внимательно — сказал, что вся эта техника его не сильно интересует, и вообще, век бы её не видать. Влад с этим был категорически не согласен. Как всякий современный человек, он был зависим от телефона, и с тех пор, как он провалился в ад, ничего не изменилось. Парень до сих пор ловил себя на том, что периодически ищет в кармане вожделенный смартфон — что-нибудь погуглить, или просто занять мозг чтением какой-нибудь книжки. Конечно, со временем эта зависимость чуть уменьшилась, но Лопатин был полон решимости в ближайшее время снова подсесть на иглу доступной информации.

Переговорники, которые используют на Стремительной, здесь не подходят. Разница примерно как между звонилкой начала двадцать первого века, и современным смартфоном. Влад до последнего был уверен, что в империи доступны только первые — каково же было его удивление, когда выяснилось, что здесь есть вполне современные образчики техники! И даже паутина, в которой парень по описанию узнал аналог интернета. На «Стремительной» эти блага цивилизации по понятным причинам недоступны, поэтому и переговорники используются самые простые. Скорее рации, чем смартфоны, хоть и называются в империи оба устройства одинаково.

Правда, магазинов, на каждом углу, как дома, здесь не было. За техникой нужно ехать в специальный, на другом конце города. Правда, и цена на неё не кусается.

Влад с удивлением смотрел на витрину, на которой были выставлены разные модели с ценами, и даже самые дорогие из них по стоимости не превышали половины от полученных подъёмных.

— Эй, чилавег! Ты смотришь, или покупаешь? — парень только теперь заметил продавца. Точнее, продавщицу. Зелёная лопоухая гоблинша с большущими жёлтыми глазами с интересом наблюдала за посетителем.

— Привет, — поздоровался парень. — Поможешь выбрать? Мне нужно что-нибудь недорогое, но с доступом в паутину и достаточно надёжное.

Гоблинша слегка оживилась, задала несколько вопросов, из которых Влад ничего не понял. Видимо, пыталась уточнить характеристики, но слова были незнакомые — аналогов в родном языке не было, вот местная магия и не справлялась с переводом.

— Ты откуда такой свалился, чилавег, что совсем не отдупляешь? — удвивлась гоблинша.

— С Земли, — вздохнул Лопатин. — У нас там есть похожие устройства, но характеристики другие. Память там, тактовая частота процессора, разрешение экрана…

— Во дела! — гоблинша здорово изумилась. — Что, правда с Земли? Новичок⁈ Ваааай! — девушка-гоблин отчего-то мечтательно зажмурилась, и повторила: — Чилавег! Новенький!

Владу стало не по себе. Мгновенно обратил внимание, что улыбка у гоблинши пусть и приветливая, но очень уж клыкастая. Мелкие такие треугольные зубки. И что с того, что высотой девчонка ему чуть выше пояса? Нет, знакомый гоблин Тришка каннибальских наклонностей никогда не проявлял, но то — Тришка. Может, это он своих не ест, а незнакомцев — за здорово живёшь, только кости на зубах хрустят?

Гоблинша между тем схватила Влада за руку, — видно, чтобы не убежал, — и повернула к витрине:

— Вот, чилавег. Бери вот эту модель, — она ткнула пальцем в небольшой переговорник с блестящим, отливающим красным экраном, — дёшево и сердито. И пойдём, я тебе всё настрою! Совсем всё настрою! Ты правильно ко мне пришёл, соседние лавки бы тебе не подошли. И вообще, если собираешься что ещё покупать — ты мне скажи, хорошо? Пойдём-пойдём со мной в подсобку, чилавег, я тебе всё объясню и покажу!

«Пойдём в подсобку, я тебе барбарисок насыплю», — вспомнил Влад цитату из старого фильма, зябко поёжился. Нет, объективно, гоблинша красивая. Да, невысокая, но очень даже фигуристая. Одета ещё так соблазнительно — обтягивающие штаны, вроде джинс, белая майка, туго обтягивающая грудь. Рыжие волосы — короткие, но топорщатся во все стороны. «Чувак, да у тебя все мысли на одно сворачивают! — Владу остро захотелось залепить себе оплеуху. — Ты чего⁈ Тебе сейчас вот вообще не до того должно быть!» Простенькое самовнушение помогло ненадолго, потому что гоблинша усадила его за столик, а сама встала рядом, наклонившись над телефоном. Тонкая майка в таком положении скрывать богатства зеленокожей барышни могла лишь с изрядным напряжением. Того гляди конфуз случится. Впрочем, гоблиншу это почему-то совершенно не беспокоило.

— Смотри, чилавег. Вот эта иконка означает паутину, — объясняла девушка. — Сразу открывается собака… это такая страница, которая ищет другие страницы. У собак ведь хороший нюх, они всё быстро находят, вот поэтому так и назвали. Так что сюда вносишь запрос, и можешь переходить на нужные страницы. Но это всё тебе не нужно, потому что самое главное в паутине — это Друзья! В Друзьях ты можешь общаться с кем хочешь, находить знакомых и друзей, следить за знаменитостями… хотя наших знаменитостей ты пока не знаешь.

— Ага, есть у нас что-то похожее, — покивал Влад.

— Вот! Но сначала нужно завести тебе своё гнёздышко. Тебя как зовут? Влад? А меня — Линда Бульбс!

Девчонка довольно шустро разъяснила, как завести себе страницу в местной соцсети, и даже добавила себя в друзья. Объяснила, как пользоваться другими функциями переговорника. Оказалось — совсем не сложно, хотя и непривычно. Влад, довольный тем, что потратился совсем не сильно, ещё и на ноутбук местный решился — были здесь аналогичные земным машинки. Ноут вышел несколько дороже, но Линда организовала неплохую скидку, так что Влад всё равно потратил гораздо меньше, чем опасался. На технику ушло где-то четверть подъёмных. С деньгами парень расстался без сожалений, и не потому, что такой транжира — просто считал, что без доступа к местной сети он своих планов не выполнит никоим образом.

— Поздравляю с покупкой! — поздравила Линда. — Скажи, Влад, а что ты делаешь сегодня вечером?

Лопатин ошарашенно уставился на гоблиншу. «Нет, всё-таки не показалось! Она действительно ко мне подкатывает!»

Глава 6

Влад совершил ошибку и сразу же это понял, но было уже поздно. Парень позволил сомнению отразиться во взгляде. И Линда это сомнение просекла мгновенно:

— Хотя зачем ждать вечера⁈ У меня как раз отгул есть! — гоблинша цепко схватила Лопатина за руку, — Сейчас! Только начальницу предупрежу!

Не отпуская руки посетителя, девчонка быстро ткнула на своём переговорнике иконку вызова, протараторила что-то невнятное, что Влад идентифицировал как «Мне-нужон-отгул-на-сиводни, Всё-я-занита!». Потом так же шустро перевернула на стеклянной двери табличку той стороной, на которой написано «Закрыто», и потянула парня на выход. Проделано всё было так быстро, что Лопатин никак не успел отреагировать. Тем более, он здорово растерялся от такого напора.

Выйти из здания торгового центра парочка не успела — Линда уже закрывала дверь в свой магазинчик, когда из соседнего, в котором продавалась какая-то мебель, выбежала ещё одна гоблинша.

— Ты чего как рано на обед? Или ты за кавой? Ой! А кто это⁈

— Не важно, Флаффи! Не твоё дело! И вообще, я занята! У меня выходной!

— Так у меня тоже! — быстро сориентировалась Флаффи, переворачивая табличку на своём магазинчике. — Всё равно покупателей нет!

— Флаффи! Я иго первая нашла!

Линда в процессе перебранки даже не думала останавливаться. Так и тащила Влада, крепко вцепившись в руку, так что они уже подошли к выходу из торгового центра.

— А чиго это всё тибе? Целый чилавег — и тибе! Чиво эта ты такая исключитильныя? — вероятно из-за того, что ситуация оказалась слишком волнительной, девчонка начала сбиваться на гоблинский акцент. И Линда не отставала, так что Влад начал их понимать с пятого на десятое.

— Этат чилавег — мой! Йа первая нашла!

— И ничиго не твой! А ну стой!

Линда продолжала куда-то его тащить, а Влад, завороженный перебранкой, послушно шёл за ней, как телёнок на привязи. Происходящее повергло его в шок. Как на это реагировать — непонятно. Что вообще происходит — тоже. Между тем, Флаффи, отчаявшись в одиночку остановить Линду, выхватила коммуникатор, и что-то там быстро застрочила. Линда, увидев такое, остановилась, и начала вопить, размахивая руками, обвиняюще тыкать пальцем во Флаффи, тыкать пальцем себе в грудь, и ещё в сторону Влада махать. Акцент стал совсем сильным, отчего понимать гоблинш почти не получалось. Хотя общий смысл угадывался без труда — делили Влада.

Между тем, не прошло и минуты, как гоблинш стало не две, а шесть. Вот что делала Флаффи — вызывала подмогу! Влада обступили со всех сторон, то и дело кто-то хватал парня куда дотянулся — и порой довольно чувствительно. Но в остальном на него внимания не обращали — все были слишком заняты собственными разборками. Гвалт усилился многократно, разобрать, о чём говорят, стало совершенно невозможно.

Лопатин, наконец, очухался достаточно, чтобы начать соображать и принимать какие-то осознанные решения. Тихо-тихо, бочком, парень начал отходить в сторону. Медленно, буквально по шажочку, чтобы не дай бог не обратить на себя внимание. За пару минут удалось оказаться на самом краю стайки гоблинш. Ещё пару шагов, и Влад, развернувшись, припустил куда глаза глядят. Изо всех сил, с ужасом ожидая окрика в спину. Однако его не последовало. Гоблинши слишком сильно были заняты разборками, чтобы обращать внимание на их причину. Лопатин это заметил, но останавливаться и не думал. Он уже совершенно перестал понимать, чего эти оглашенные от него хотели, однако выяснять у них лично не собирался — страшно!

«Не, ну, наверное, не сожрать. Даже скорее всего — не сожрать. Но не трахнуть же! Я, конечно, чудо, как хорош, но всё ж не настолько, чтобы за меня спорили аж шесть таких симпатяжек!»

Влад перешёл с бега на шаг, и, периодически оглядываясь, уходил прочь. Всё ещё боялся, что его бросятся догонять. Пару раз свернул, чтобы запутать следы. Всё равно казалось, что где-то в отдалении слышен гул скандала, так что сбавлять шаг не стал, только зябко передёрнул плечами. Чего-чего, а скандалов Влад всю жизнь боялся. Тем более, когда скандалы как-то связаны с ним. Избегал их всеми силами с раннего детства. Впрочем, такого, чтобы целая орава девушек из-за него ссорились ещё не случалось — не настолько Лопатин был популярен среди прекрасного пола. Даже в детском садике.

Постепенно парень начал успокаиваться. В голове по-прежнему крутился вопрос, что это такое произошло, но паника отступила, и Влад начал обращать внимание на окружение. Пейзаж здорово изменился. Казалось бы, только что парень шёл по вполне благополучному району. Магазинчики, аккуратные домики — не такие высокие, как в центре, но ухоженные, газоны вдоль дороги с весёленькой зелёной травкой, урны для мусора на каждом шагу. И бежал-то не смотря по сторонам совсем немного, а теперь вокруг совсем другая картина. Сейчас парень шёл вдоль длиннющего забора чуть выше его роста. Примерно такой же, как тот, что окружает территорию порта, но гораздо грязнее. И всяких надписей на нём полно, причём, преимущественно неприличного содержания. Впрочем, были и лозунги.

«Долой демонскую диктатуру! Бездна — для орков!» — прочитал Влад, потом перевёл взгляд чуть ниже, на рисунок, который эту фразу, видно, должен был иллюстрировать. На рисунке карикатурный демон с хвостом стрелочкой валялся на земле, попираемый орочьей мускулистой ногой.

«Однако. Не всё у них так просто, оказывается», — задумался парень. — «Впрочем, это логично — недовольные найдутся всегда. Интересно, насколько этих недовольных много? А ещё очень интересно, как мне отсюда выбираться?»

Места действительно были совершенно незнакомые. Общежитие они с дядей Сашей искали по маршруту, описанному работницей социальной службы. Торговый центр «Техника и быт» Влад тоже нашёл по описанию. А вот в этой странной промзоне парень оказался без всякого объяснения и описания. И теперь слабо представлял себе, как будет возвращаться назад, потому что когда убегал от скандалящих гоблинш, совершенно не смотрел по сторонам и поворотов не считал.

— Нда, — тихонько пробормотал Влад. — Кому расскажи — засмеют. Так испугался сорящихся из-за тебя девчонок, что бежал в ужасе и заблудился. Стыдобища!

Переживать по этому поводу было рано. Город — не лес, насмерть не заблудишься — так решил Влад и решительно отвернул от стены в сторону. Через дорогу — туда, где теснились какие-то строения. Жилые вроде бы дома здесь перемежались с откровенно заброшенными, а те сменялись то ли гаражами, то ли мастерскими, в которых неизвестно что производили. И производили ли вообще — время вроде бы самое рабочее, а никакого шума из таких гаражей-мастерских не доносилось. Большинство дверей и вовсе были заперты на висячие замки, причём судя по тому, как густо покрывала замки и двери ржавчина, не открывались они уже очень давно. Не все, впрочем — какие-то из зданий явно использовались, только непонятно, когда — сейчас вокруг было слишком безлюдно. Влад невольно ускорил шаг — чем-то это напоминало ему окраины родного города. В последние годы не было в них ничего опасного, а вот раньше попадать туда в одиночку не стоило даже днём, если ты не местный житель. Местным, впрочем, тоже доставалось частенько.

Влад был уверен, что возвращается к центру, но отчего-то чем дольше шёл, тем более заброшенным и унылым казался пейзаж вокруг. Появились кучи мусора — сначала в укромных уголках, будто стеснялись показаться на глаза прохожим, потом — прямо на дороге.

— Так, нет, тут я явно не проходил. Надо разворачиваться и идти обратно, — негромко пробормотал Лопатин под нос. — Пока куда совсем в нехорошее место не забрёл!

Звук собственного голоса вопреки обыкновению не успокоил. Успокаивало пока только то, что места вокруг были совершенно безлюдные. Это ночью, в темноте, можно бояться каких-то абстрактных ужасов, а днём опасаешься совершенно конкретных лихих людей. Ну, или не людей. Влад остановился в каком-то закутке, сбросил с плеча рюкзак, достал пистолет.

«Ну да, открытое ношение оружия в городе чревато штрафом, если ты не сотрудник полиции или военный, — вспомнил парень, — Но я лучше штраф заплачу. Да и не буду я пистолетом размахивать, так, в кармане полежит».

Клацнул затвор, вгоняя в ствол патрон, щёлкнул предохранитель. Приятные, успокаивающие звуки. Если бы кто-то спросил, Влад ни за что не смог бы объяснить, почему он так напуган. Пока что в имперском городе все встречные относились к нему исключительно дружелюбно. «Может, надписи на том длинном заборе на неприятные мысли навели? — размышлял парень. — Ну так, а что ты хотел? Успел за полдня себе лубочную картинку нарисовать, как маленький, ей богу! Никогда не бывает совсем всё хорошо! В любом городе есть плохие районы, тебе ли не знать».

Рубчатая рукоять пистолета в руке здорово успокаивала. Парень так и шёл с рукой в кармане ветровки. Не торопился, оглядываясь по сторонам — тишина вокруг уже не казалась такой угрожающей. Наверное поэтому шагнувший наперерез из какого-то переулка здоровенный орк стал для Влада полной неожиданностью. Никого ж не было!

— Ого! Какие у нас тут гостюшки! Человек, надо ж! Чего забыл в свободном районе? Заблудился?

Орк выглядел вполне дружелюбно, вроде бы. Улыбался клыкасто… Вот только Влад за время путешествия на «Стремительной» неплохо научился разбираться в орочьей мимике. Теплоты в этой улыбке не было ни капли. «Зараза! Нечего было так откровенно трястись! Как будто не знал, что страх хищников привлекает — что у нас, что на Земле». На душе стало даже спокойнее — всё, плохое уже случилось, и бояться больше не нужно. А гопников Влад никогда не боялся.

— Да, сам не пойму как здесь оказался, — Лопатин улыбнулся в ответ, стараясь не показывать неуверенности. И останавливаться не стал, прошёл мимо орка, ловко увернувшись, когда тот попытался ухватить его за плечо.

— Эй, ты чо, хуман⁈ — орк мгновенно разозлился, шагнул вслед Лопатину, но тот снова отскочил в сторону, не давая себя схватить, повернулся к орку.

— Не люблю, когда меня трогают незнакомцы. Ты спросить чего-то хотел?

— А то ты не знаешь, — улыбка орка окончательно превратилась в оскал. — Сумку давай. Да и сам раздевайся — одёжка, вроде, качественная. Тогда живой останешься. Полиции тут нет и никогда не будет, сам должен понимать. Да и тебя спасать не станут, а то ты хрен бы здесь оказался посреди рабочего дня. Все императорские работают. Ты, значит, свободный. Уважаю, но ты не в тот район зашёл. Здесь хуманов не любят.

Влад попятился ещё на пару шагов, чтобы точно сразу не схватили. Можно было уже бежать, но стало любопытно.

— А чего не любят-то? Чего тебе люди сделали?

— А мы здесь никого не любим, — орк шагнул, нагоняя пятящегося Лопатина. — Это место — для орков. Мы здесь издавна были. И никаким демонским прихвостням здесь не место. Но я добрый. Если отдашь всё — живой будешь. Бездна — для орков! Вас всех сюда не звали.

Очень хотелось спросить, как с этим утверждением стыкуется тот факт, что орков сюда тоже не звали. И ещё — что демоны, вроде как, в этом мире оказались первыми. Влад заметил, как напрягся орк и понял, что для разговоров время прошло. Он и сам давно был напряжён, так что с места сорвался мгновенно. Рванул по узкому проходу между двумя гаражами так, что только пятки засверкали — противнику здесь придётся пробираться из-за размеров, так что парень рассчитывал сходу оторваться.

В спину переливчато засвистели. Задуматься, чего это орк так свистит парень не успел — просвет между гаражами вдруг заслонила ещё одна фигура. «Ну конечно. Когда это гопники в одиночку ходили⁈» — мелькнула мысль. — «Зараза, вот не хотел же!»

Парень резко затормозил, выхватил пистолет из кармана. Стрелять на поражение не стал, благо расстояние позволяло прицелиться — выстрелил в ногу.

Орк, преградивший дорогу заревел от боли и свалился. Влад снова рванул вперёд, оттолкнулся ногой от лежащего и выпрыгнул наружу. Те, кто там находился от жертвы такой прыти не ожидали, или от громкого звука растерялись — только поэтому парень успел наклониться, и бита просвистела над головой.

«Не двое. Больше».

Считать, сколько именно, Влад не собирался. Метнулся в сторону, снося плечом промахнувшегося — он как раз чуть провалился вслед за своим бревном, так что Владу удалось его повалить. Останавливаться он не стал, рванул дальше по улочке. В стену гаража, мимо которого он пробегал, влетел булыжник. Лопатин чертыхнулся, и начал петлять, слыша за спиной топот и проклятья.

Отпускать его орки не собирались. Больше в глухие переулки Влад сворачивать не стал — побоялся, что зажмут. Это в первый раз удалось прорваться, потому что от него не ожидали сопротивления. На прямой оторваться никак не получалось. Приходилось время от времени отскакивать в сторону, чтобы не попали камнем, отчего по-настоящему разогнаться не получалось. Влад на ходу оглянулся — орки догоняли. Всего четверо — небольшая банда. Парень не целясь выстрелил назад. Не попал, но зеленокожие гопники резко сбавили ход, так что Лопатин смог таки добежать до поворота на другую улицу.

Полчаса назад Влад удивлялся, в каких безлюдных местах оказался. Как оказалось — зря. Народу здесь оказалось предостаточно, только вели себя тихо. Зато когда поднялся шум — сразу появились. Не сбавляя шага Лопатин проскользнул между двух громил, которые как раз спешили к месту потасовки. Правда, двумя орками дело не ограничилось в окрестностях становилось слишком много народа. Ещё один орк, бежавший навстречу, широко расставил руки и ноги. Лопатин даже не попытался оббежать — прыгнул на землю и кувырком проскочил между ног. Иногда быть мелким по сравнению с противником неплохо. Орки, вообще-то, вовсе не такие увальни, как можно подумать, глядя на их размеры, но этот явно не ожидал такого маневра. Влад успел встать и снова рванул вперёд. Свернул ещё раз направо, и чуть не оказался схвачен одним из тех, кто гнал его с самого начала. Метнулся в сторону, выстрелил, рванул назад.

«Дебил!» — мысленно выругал себя Влад. — «Если повернуть в одну сторону три раза — вернёшься туда, откуда бежал!»

Увернуться от первого преследователя удалось, но его уже обступили с трёх сторон. Влад выстрелил ещё дважды, уже не пытаясь сохранить жизнь нападающим. Впрочем, здоровенного орка оказалось не так просто убить одной пулей. Противники уже были в ярости. Не обращали внимания на боль. Тот, которого он подстрелил, только зарычал сильнее, попытался схватить беглеца. Влад снова колобком метнулся ему в ноги, сбивая на землю. Не вставая выстрелил ещё дважды в спешивших на помощь. Вскочил. Инстинктивно пригнулся, заметив движение. Почти успел — бита мазнула по плечу, задела затылок. Рука взорвалась болью. Влад снова отскочил в сторону, перекинул пистолет в левую руку, выстрелил ещё дважды. Рванул мимо согнувшегося от боли орка. Больше никто дорогу не преграждал, и парень снова смог разогнаться.

В больнице ему здорово поправили здоровье, а вот в форму приходить нужно было самостоятельно. Сидячий образ жизни на протяжении последних недель уже сказывался — Влад дышал, как загнанная лошадь. Впрочем, местные жители тоже не отличались большой выносливостью. Через пару минут Влад понял, что оторвался. Те, что гнали его изначально, отстали, а новые не успевали сориентироваться. Влада провожали глазами и проклятьями, но пока опасности, что поймают вот прямо сейчас не было. Впрочем, Лопатин и не думал расслабляться.

«Я района не знаю, — даже мысли от усталости были отрывистыми. — А они — знают. Надо быстрее, пока не организовали засаду. Так просто отпускать меня не станут!»

Очень хотелось сбавить шаг, но парень заставил себя бежать изо всех сил.

«У них переговорники. Сейчас напишут друзьям — и поймают!»

Предположение оказалось верным. Как и решение бежать, не сбавляя шага — орки не успели. В какой-то момент, Влад, оглянувшись, увидел за спиной целую толпу — двадцать, или даже больше орков бежали следом, и лица у них были очень многообещающие. Но Лопатин только обрадовался — раз так бегут, значит, впереди никого нет! Да и улицы вокруг стали чище. А потом Влад просто узнал местность. Поворот, ещё один, знакомый переулок и… по ушам снова бьёт шум гоблинячьей ругани. Девчонки всё ещё не закончили ругаться!

— Девочки, вы куда-то хотели сходить⁈ — громко прохрипел Лопатин. — Может, хватит ссориться⁈

Гоблинши ошалело уставились на парня, а потом дружно схватили — кто за руки, кто просто за рукава или штанины. Видно, чтобы больше не убежал.

— Чилавег! — обрадованно закричали, чуть ли не хором. — Пошли, чилавег! — и потянули куда-то в сторону.

«Главное — не обратно к оркам», — вздохнул Влад, послушно шагая следом. Сил на то, чтобы сопротивляться и пытаться убежать ещё и от девчонок уже просто не было — в боку кололо, и было больно дышать. Парень оглянулся — там, откуда он прибежал, мелькнула массивная фигура. «Нет уж, лучше сейчас от коллектива не отрываться!»

Глава 7

Перепалка прекратилась, как только Влад появился. Гоблинши дружно и целеустремлённо направлялись куда-то прочь от магазина, даже не думая его отпускать.

— Так, девочки! — немного отдышавшись, Лопатин всё-таки нашёл в себе силы сопротивляться. — Объясните, куда мы идём! Или не пойду!

— К нам идём, Влад! — Линда подскочила, развернулась к нему лицом, уставилась большими жёлтыми глазами. — В наш дом! Ты… ты посмотри, какой грязный! Так в город нельзя! Неприлично! Ты где так испачкался⁈

— Да там, — махнул рукой Лопатин. — От каких-то орков убегал. Злобных.

Линда проследила взглядом, куда указывал парень. Глаза гоблинши стали ещё больше.

— Ты… ты что, в Орочью свободу ходил⁈

— Понятия не имею, — пожал плечами Влад, но орков там было много, и они какие-то неадекватные.

Его тут же начали ощупывать, отчего он зашипел и поморщился — кто-то из гоблинш добрался до пострадавшего плеча.

— Тебя лечить надо! Чилавег, ты чиво! Нельзя в трущобы! Вапще нильзя! — Опять у девушек проявился этот смешной акцент. — Убьют! Как ты живой⁈ Ой, Флаффи! У ниго и кровь на гллве! Лечить надо! Идём скрей, недалеко!

«Да какого чёрта! — мысленно сплюнул Влад. — Ну не убьют же они меня!»

Действительно, не убили. Парня привели в дом. Что-то вроде небольшого каменного особнячка, в ряду похожих, расположившихся на тихой, уютной улочке. Совсем недалеко от торгового центра.

— Мы здесь живём! — гордо показала Линда. — Все! Семья! Пойдём!

То, что в доме живут именно гоблины было понятно без слов. Для того, чтобы войти, пришлось наклониться. Внутри Лопатин выпрямиться смог, но приходилось постоянно следить, чтобы не задеть головой люстру с искусственными свечками. Впрочем, долго оставаться в вертикальном положении не пришлось — Влада отвели в ванную. Умыться и помыть руки действительно хотелось страшно. Да и к голове приложить что-нибудь холодное — в ушах после удара биты до сих пор звенело. Под действием адреналина Влад толком не обратил внимания на последствия удара, но теперь, когда опасность миновала, перед глазами всё плыло.

Зрение сбоило, слух — тоже. В какой-то момент Влад обнаружил себя совершенно голым в большом тазу. То есть, наверное, местные обитательницы эту лохань считали ванной, но Владу в ней было мелковато. Вокруг были такие же обнажённые гоблинши. Лопатин хотел возмутиться или хотя бы просто спросить, какого чёрта они делают, но тут ему начали накладывать на пострадавшую голову мазь, а в губы ткнулась чашка с горько-сладким пряным отваром. А потом остатки стыдливости отключились вместе со способностью соображать. Память, собственно говоря, тоже отказалась работать как положено, так что дальнейшее отложилось в сознании отдельными кадрами крайне порнографического содержания. Точно запомнилось только одно — продолжалась эта вакханалия ну очень долго. Прежде Влад никогда таких подвигов не совершал, куда там Гераклу! Герой-то с дочерями Феспия справлялся по отдельности, а тут — все разом.

Проснулся Лопатин в гнезде. Как ещё назвать огромную лежанку круглой формы с мягкими бортиками и кучей подушек? И, как положено, в гнезде он был не один. На голове покоилась чья-то изящная ножка, перед глазами тоже открывался абсолютно бесстыдный вид — прямо на нём лежала одна из вчерашних спасительниц. Головой к ногам. Руки и ноги тоже были оккупированы голыми миниатюрными дамочками.

«Я что — в раю?» — мысли со сна шевелились не слишком активно. Однако от вчерашнего дурного тумана в голове и следа не осталось. Да и боль куда-то ушла. «Всё-таки местная медицина, даже народная гоблинская, куда как лучше работает, чем земная! — довольно подумал Лопатин. 'Стоп! — Влад, наконец, в полной мере проснулся и осознал своё нынешнее положение. И ночные подвиги вспомнил. — Ой!»

Стыдиться было уже нечего. Парень осторожно выбрался из-под компании симпатяжек. Нечего было и надеяться никого не разбудить, но девчонки спали упорно и настойчиво — по-другому не скажешь.

Только Линда смогла-таки приоткрыть один глаз:

— Натрахалися. Спим. Влад — хороший. Напишу в Друзья. — И снова заснула.

«Вот так, — вздохнул Влад. — Что называется, почувствуй себя девушкой. Попользовались — и забыли. Даже денег на такси не дали!»

Было забавно наблюдать, как гоблинши, потеряв главную грелку, не просыпаясь сползаются потеснее.

Одежда нашлась тут же, правда, пришлось выбирать из вороха вещей свои. Причём и ветровка, и джинсы оказались уже почищены, а на рукаве ветровки Влад разглядел аккуратно заштопанную дырку — видно, вчера порвал, пока от бешеных орков бегал. Заштопано было так качественно, что не сразу заметишь.

«И когда только успели⁈ Ещё и почищено всё!»

На столике возле входа в спальню обнаружились рюкзак и пистолет, который Лопатин накануне каким-то чудом не потерял. Парень с замиранием сердца включил переговорник. Экран приветливо засветился. Драгоценный и недешёвый ноутбук тоже пережил вчерашние приключения без последствий. Влад бросил взгляд на экран переговорника и чуть не подскочил от ужаса — уже полдень!

«Дружок там негуляный! И некормленный!»

Парень опрометью выскочил из дома. Прохожих почти нет, но мимо шёл какой-то орк. После вчерашнего подходить к незнакомцу было немного страшно, но тот выглядел вполне прилично, одет по-деловому, да и явно куда-то спешил, а не искал себе жертву.

— Простите, не подскажете, как пройти к метро⁈ — крикнул Лопатин.

Орк бросил на него слегка удивлённый взгляд, чуть притормозил:

— За мной иди, парень. Только шустрее ногами передвигай, я тороплюсь.

Влад и сам торопился, так что пробежке только обрадовался. Через полчаса он влетел в свою общагу, рванул было в комнату на второй этаж, но был перехвачен Хеллой:

— А ну стоять! — не выполнить приказ было невозможно, Влад замер, и вытянулся в струнку. — Ты где был⁈

— Я это… Хелла, всё расскажу, только там Дружок голодный и гулять хочет…

— Подождёт твой Дружок, я его уже покормила и выгуляла! Рассказывай, паршивец, где ты пропадал! Саша места себе не находит! Всю ночь тебя искали, а утром бедный человек побежал на свои курсы! Не спавший! Ваших этих охотников свободных разыскали, они тоже ищут!

Влад схватился за голову. О том, что за него будут так переживать, парень совсем не подумал. Всех подняли.

— Ох! Да я… надо же нашим сказать, чтобы не искали…

— Я уже отписалась, успокоила всех! — строго ответила Хелла. — Не увиливай! Колись, где ты был немедленно!

Влад тяжко вздохнул, и принялся рассказывать.

Хелла смеялась так, что стены тряслись.

— Вот ведь кобель! В первый же день! Хотя кто ж тут виноват, никто ведь не предупреждал! А вот то, что ты из района Орочей свободы живым выбрался — это необычно. Туда никому лучше не соваться, в том числе и нормальным оркам!

— Хелла, расскажи, пожалуйста, что это за место такое⁈

— А это как раз то, что тебя ждёт, если за ум не возьмёшься — неожиданно серьёзно ответила орчанка. — Продолжишь дурака валять — в конце концов окажешься вот там же. Не в Орочьей свободе, но в подобном месте. Трущобы. Гетто. Раньше нормальное место было, а сейчас — вот так. Скатились. Те, кто решает жить своим умом — разумные самонадеянные. Каждый уверен, что уж он-то справится, и поднимется выше гор. А на деле большинство падают в бездну. Фигурально выражаясь. Туда уходят жить те, кто разорился. Большинство — временно. Ну, это они так считают, что временно. Думают — перекантуюсь, пока дела не попрут. А потом становится невозможно вернуться. Кто гибнет, потому что закона там толком нет, а кто просто остаётся на дне. Большинство из тех, кто живёт в Орочьей свободе — преступники. Если они попытаются вернуться под крыло императора — ничего хорошего их не ждёт. Каторга, тюрьма, или вовсе казнь. На самом деле отвратное место. Живут в основном грабежом таких же свободных, только более успешных. Имперских боятся — если не соблюдать правила, к ним тоже придёт закон. А это, сам понимаешь, для тех жителей — смерть. Часть идут в пираты и контрабандисты. И все винят в своём положении императора и разумных других рас и видов. Никогда ж не бывает так, что ты сам виноват, правильно? Всегда виноваты другие. Честно говоря, я не понимаю, почему империя до сих пор терпит подобные места. Пользы от них никакой, только сплошной вред.

— То есть там реально могут убить, и ничего им не будет?

— Только свободного, — мотнула головой Хелла. — Впрочем, обычные жители туда не суются — они ж не идиоты.

— А свободного можно?

— По закону — нельзя. Но ты ж собрался этим свободным становиться, а значит, считаешь, что сам можешь обеспечить законность по отношению к себе. Ты пойми, Влад: свобода — это ответственность. Либо ты отвечаешь за себя, либо перекладываешь эту ответственность на государство. Я же тебе объясняла. У тебя два месяца, чтобы поставить мозги на место, а потом — сам можешь догадаться, что будет.

«Да уж. Я как-то не думал, что всё настолько жёстко. Хотя… Справедливо, как ни крути. И результат у такой справедливости, как у нас в девяностые. Хотели свободы — получили. Эх, и я сейчас с таким энтузиазмом в это всё влезть хочу… хотя чёрт с ним. Решил же уже!»

— А эти девчонки чего на меня так набросились? — спросил Лопатин. — Мне что-то слабо верится, что я такой уникальный неотразимый красавчик, что все гоблинские барышни готовы пасть к моим ногам! Я ж почему в эту Орочью свободу и забрёл! Они как-то слишком настойчиво меня того, соблазняли. Я даже в какой-то момент подумал — вдруг чего плохое хотят сделать⁈

— Вот тут, конечно, у социальной службы недоработка, — вздохнула Хелла, — Такие вещи надо сразу объяснять. Немедленно по прибытии, чтобы не было недоразумений. Знаешь, сколько по последней переписи у нас в империи гоблинов? Миллион. А знаешь, сколько из них мальчиков? Что-то порядка восьмидесяти тысяч. Вообще, ситуация для их расы нормальная — мальчонок у них рождается сильно меньше, чем девчонок. Пока они были одни, на Земле, всё было нормально. Мальчики, сидят дома и делают детишек со своими девочками, которые добывают еду, строят дома, сажают всякое такое, ну и всё прочее, чем обычно занимаются разумные. Здесь, в Бездне, порядки другие. Мальчики, понятное дело, тоже захотели прав и свобод. И кто им запретит, если у других рас и видов всё вот так? Ну и скучно это — целыми днями детей делать. По твоим довольным бесстыжим глазам вижу, что хочешь возразить, но представь, что вчерашняя ночь для тебя стала обыденностью? Причём днём ты не от страшных бандитов убегаешь, а тоже дома сидишь, и продолжаешь строгать деток? Максимум — какую-то тихую, спокойную домашнюю работу выполняешь, или там, творчеством занимаешься.

Влад громко сглотнул, представив.

— Вот-вот, — кивнула Хелла. И гоблины — мальчики так же. Сразу бегут куда только возможно, лишь бы подальше от семьи. Оттого их становится ещё меньше — дома-то сидеть всяко безопаснее. А девочки, бедные, страдают. Так что тут вы, люди, для них настоящий подарок. Наших-то, орочьих мужиков, тут, сам понимаешь, не приспособить — размеры слишком разные. Не натягиваются, понимаешь…

Влад хрюкнул, представив картинку, и покраснел.

— И нечего смеяться! Короче, вы, люди, для гоблинских девок — настоящий подарок, особенно поначалу. Так-то потом тоже бегать начинаете, потому что мало вас. Но всё одно — польза. И девкам радость, и популяцию им пополняете.

— Стоп! В каком смысле — пополняете⁈

— А ты что, не знаешь, отчего дети случаются? — хмыкнула Хелла. — Так я тебя просвещу. Вот это вот приятное, чем ты всю ночь занимался, оно обычно к детям приводит. Так что поздравляю, папаша.

Влад схватился за голову. Он, конечно же, был в курсе, что дети случаются от секса. И то, что большинство местных между собой скрещиваются тоже знал, но вот на себя как-то примерить не успел — не до того было. А тут, внезапно, дошло.

— Чёрт! Это ж… как же я теперь! Сам гол, как сокол, ещё и дети…

— А вот тут я тебя порадую, — хмыкнула Хелла. — У гоблинов с этим проще, чем у орков, да и у вас, людей. Детишек воспитывают девочки, и не важно, кто родится, мальчик-человек, или гоблин-девочка. Это от человека если. Тебя, как источник дохода и воспитателя та семейка не рассматривает, можешь не переживать.

Сильно легче не стало. Влад считал, что гоблинские традиции — гоблинскими традициями, а ему совесть не позволит сделать вид, что ничего не было. «Может, ещё обойдётся? — с надеждой подумал парень. — Ну, в самом деле, с одного раза-то. Не всегда же так вот сразу срабатывает!»

— В общем, не страдай ерундой, — строго велела Хелла. — О себе сначала подумай. И ещё — как будешь перед друзьями оправдываться. Они, между прочим, сюда уже едут — собираются убедиться, что с тобой в самом деле всё в порядке.

Стало ещё тошнее — как оправдываться? Заставил народ всю ночь бегать в поисках, а сам — развлекался.

Времени на то, чтобы обдумать оправдания не было — команда «Стремительной» заявилась уже через несколько минут. Влад и не стал ничего придумывать, рассказал всё, как было. Против ожидания, злиться никто не стал — все отреагировали так же, как Хелла. Только Тришке попеняли, что не объяснил неопытному новичку, что нужно знать о соплеменницах.

— Сам, главное, с корабля не сходит, лишь бы никому из своих на глаза не попасться, а землянам ничего не рассказал, — хохотал Хрёрик. — Ну ты, мелкий, даёшь! Сам от обязанностей увиливаешь, а друга — подставил!

— Да с чего ты взял, морда, что я увиливаю⁈ — отпирался гоблин. — У меня уже их штук тридцать, детей! Хватит, я свою обязанность перед расой выполнил! Пусть вон теперь люди за нас стараются! И что ему, плохо от этого! Вон, хоть повеселел маленько, а то ходил по кораблю с постной рожей, как будто помирать собирался!

В общем, обошлось, хотя Владу было стыдно до невозможности, особенно, почему-то, перед Каси. Команда «Стремительной» к нежданному загулу отнеслась с юмором. Только потребовали обменяться контактами в «материковом» переговорнике, чтобы в будущем таких ситуаций не повторялось.

— Ребят, я спросить хотел, — осторожно начал Влад, когда всё немного успокоились. — Добыча гелиотропов — это сильно секретное производство? Туда со стороны вообще никак не попасть?

— С чего ты взял? — удивилась Каси. — Обычное производство. Не помню, где находится шахта по добыче руды для искусственных островов, но узнать можно в паутине. Правда попасть ни туда, ни на установку по добыче гелиотропа, не получится — там, знаешь ли, экскурсий не проводят. Если только работать туда устроиться.

— А меня возьмут?

— Вот уж не думала, что тебя привлечёт такая работа! — поразилась демонесса. — Насколько я это представляю, там нужен народ посильнее. Уж извини, но с орками тебе в этом не сравниться. Вообще, насчёт работы на шахте я никогда не интересовалась, так что не знаю. Но ты можешь поискать в паутине.

Остальные тоже покачали головой, даже орки — труд шахтёра никого из команды никогда не привлекал. Впрочем, ничего удивительного — не тот склад характера.

— Спасибо! — Лопатин всё равно был очень рад. — Он-то думал, что даже подобраться к вожделенному производству будет сложно.

На этом с друзьями пришлось распрощаться — у них, вообще-то, было полно своих дел, которые пришлось отложить из-за поисков непутёвого землянина. Влад ещё раз извинился — несмотря на уверения, что никто не обиделся, парень всё равно чувствовал себя виноватым. «Надо ж было так всех напрячь! Надо было хотя бы Хеллу предупредить через эту их паутину — чтобы дяде Саше передала не волноваться. И вообще, соседу тоже надо бы переговорник нормальный купить, а то не дело это — без связи!»

Друзья ушли по своим делам, а Влад отправился в свою комнату. Есть хотелось до безумия — накануне после завтрака так ничего и не получилось перехватить, но Лопатин на телесные нужды решил внимания не обращать — очень хотелось побыстрее заняться поисками вакансий в сфере добычи гелиотропа.

Глава 8

Каси сидела в любимом домашнем кресле. Кресло есть, а дома пока нет, только съёмная квартира. Хорошая и уютная, но воспринимать её как дом девушка так и не научилась. Может, оттого, что и не жила в ней? От двух до десяти дней в месяц — разве это жизнь?

Девушка крутила в руках два письма. Красивый герб рода Розмор, и рядом поменьше — личная печать Энкратоса. Первые шесть писем от отца Каси даже не читала — слишком обижена была. Выбросила не вскрывая, о чём потом очень жалела. Отец писал каждый месяц, в один и тот же день, с присущей педантичностью. Сухие и короткие письма, по одному и тому же плану. Предпоследнее ничем не отличалось от предыдущих, а вот последнее было другим. Хотя бы потому, что пришло значительно раньше, чем через месяц. Вчера.

'Здравствуй, Каси.

Рад сообщить, что со мной всё в порядке. Здоровье моё, как всегда, отменное. Недавно получил ранение — близким взрывом раздробило руку и немного попортило лицо. Лекарь, Бьёрн Ордтаск, ты должна его помнить, уже всё исправил. Даже шрамов не осталось. Ты можешь подумать, что дело было жарким, и ошибёшься. Потерь в том бою почти не было, это только мне так повезло. Снаряд попал в крохотное вентиляционное окошко в рубке, можно сказать, ювелирно. Ты уже должно быть, знаешь, как это бывает, и не только из воспоминаний детства; я слышал, последнее твоё дело оказалось довольно сложным.

Сейчас ты, должно быть, крайне возмущена. Наверное, ты потрясаешь кулачком и кричишь в потолок, что я не смею лезть в твои дела. Может быть, ты права. Я действительно регулярно справляюсь у знакомых из нашей конторы, да и у портовых служащих о том, как ты живёшь. Вероятно, со стороны это смотрится, как очередная попытка тебя контролировать. Должен, однако, напомнить, что ты — моя дочь. Единственная — так уж сложилась моя жизнь. И любимая. Даже если у меня появятся ещё дети, это не изменится. Я не могу не интересоваться твоими делами, Каси.

Когда мне сообщили, что твоя «Стремительная» до сих пор не вернулась из поиска, я не слишком переживал. Знаю, что в воздухе бывает много случайностей, и задержка может выйти по самым разным причинам. Но вчера, когда до меня дошли слухи о твоих подвигах… Каси, я, наверное, лучше, чем многие, представляю, в какой опасности ты оказалась. Я понятия не имею, как вышло, что тебе удалось выйти победителем в этой битве. Но моё сердце болит от ужаса, который я испытал.

Каси. Я официально признаю. Я был не прав. Ты можешь сама выбирать свою будущую профессию и свою судьбу. Я готов оплатить тебе учёбу там, где ты захочешь. Я готов также выделить деньги на твою собственную верфь. Ты уже достаточно доказала, что способна решать самостоятельно и я признаю, что напрасно пытался навязать тебе судьбу. Об одном прошу — пожалуйста, оставь службу на свободном охотнике. Свяжись со мной, как только будешь готова. Я готов принять твои проклятия, но мне невыносима мысль, что ты снова отправишься в поход на своей утлой скорлупке, и будешь рисковать снова встретиться с пиратами светлорождённых. Они ведь не забывают обид. Рано или поздно судьба этого эльфа станет известна всем, и тогда за тобой начнётся охота.

Ещё раз прошу, Каси, прости меня за то, что пытался решать за тебя. Очень надеюсь, что ты сможешь перебороть своё справедливое возмущение — ради своего бестолкового отца. Ты можешь и дальше не отвечать на мои письма. Главное — дай знать, что ты согласна с моим предложением'.

Каси перечитала письмо дважды. Отец был не похож сам на себя — куда только исчезла привычная лаконичность? Письмо фонтанировало эмоциями. Девушка чуть улыбнулась — раньше отец никогда не написал бы ей о своём ранении. Посчитал бы несущественными подробностями. Явно решил надавить на жалость, как выражается знакомый землянин. Каси не могла не признать, что у него получилось. При мысли о том, что с отцом что-то могло случиться, на душе стало тоскливо и гадко.

«Ну вот, ты победила, — сказала себе Каси. — Цель достигнута, Стремительную действительно можно оставить. Почему же ты не рада?»

Девушка взяла переговорник, покрутила в руках, открыла список контактов. Над именем отца был значок «Заблокирован». Каси ткнула в иконку и решительно смахнула значок. Ответных писем она никогда не писала, и никогда не пыталась связаться с отцом более современными способами.

Иконка, обозначающая отца, до того бывшая серой, налилась розовым. Отец вне паутины. Ничего удивительного — он появляется на материке ещё реже, чем сама Каси. Но написать ему можно. Так даже лучше — девушка знала, что не может говорить с ним как ни в чём не бывало. Обида давно ушла, князь Энкратос в своём предположении ошибся. Девушка давно догадалась, что отец за ней следит, и даже не считала это попыткой её контролировать. Если бы могла, она и сама бы постаралась узнать подробности жизни отца за последние годы. Слишком соскучилась.

'Здравствуй, папа, — набрала девушка.

Я уже давно не злюсь. Первые несколько месяцев была в ярости, но сейчас всё это мне кажется такой ерундой! Прости, я давно должна была тебе написать, но мне было неловко. Что касается твоего предложения… я откажусь. Я понимаю, это глупо. Три года назад я бы ухватилась за твоё предложение, но теперь для меня важно самой достичь цели. Однако, папа, это не дурная гордость, и не желание доказать тебе, что я и без тебя справлюсь. На самом деле, мне нужна твоя помощь. Как ты, должно быть, уже знаешь, во время последнего рейса мы обнаружили остров среднего класса — это большая удача, особенно, если учесть, что на нём расположен довольно крупный промышленный город с несколькими химическими заводами разной направленности, а также бесконечная река. Для империи это очень ценное приобретение, ну а для меня — возможность, получив премию, закрыть все вопросы с обучением. Честно говоря, папа, возвращаясь на материк, я была уверена, что все мои финансовые проблемы уже решены, однако я не учла, что премиальные за успешную добычу выдают только по факту присоединения острова. Это пол беды, я готова была подождать, но один мой знакомый из прежней жизни сообщил по секрету, что у империи нынче трудности, так что транспортировка острова пока откладывается. Как ты понимаешь, папа, откладывается она на неопределённый срок. К острову направили отряд, который заберёт всё самое ценное и людей, но ты ведь понимаешь — основная ценность этой тверди не в людях и не в предметах материальной культуры. Это река и заводы. Это сам остров. Я практически уверена, что остров будет сброшен в бездну эльфами. Как только до них дойдёт информация о нём, они отправят сильный отряд, который выбьет наших, а потом они просто заберут гелиотроп.

Папа, я дралась за этот остров. Моя команда дралась и проливала за него кровь. Я не хочу, чтобы наши усилия пошли прахом, поэтому я решила организовать всё самостоятельно. И я буду очень благодарна, если ты мне поможешь.'

Каси отправила сообщение и отложила переговорник. Давно надо было написать отцу, но она стеснялась. Она бы и сейчас, наверное, не решилась, если бы ей в самом деле не было так обидно. Не из-за денег даже, а из-за того, что все усилия пошли прахом. Столько стараний! А земляне как рисковали, чтобы остров не достался эльфам? Влад вовсе чудом остался жив. Каси было ужасно стыдно, что она теперь фактически обманывает друзей. А какой смысл объяснять им реальное положение вещей, если уж они-то точно никак эту ситуацию исправить не могут? Им нужно устраиваться в империи. Каси, несмотря на то, что сама никогда нужды не знала, прекрасно осознавала, насколько это сложно, не имея ни денег, ни знакомств. Пусть уж пока думают, что всё идёт по плану и нужно только немного подождать. Тем более, это и есть официальная версия — не придётся нервничать и переживать.

«Хотя некоторым, кажется, совсем не помешало бы немного поволноваться, — подумала девушка, вспомнив Влада, — Тоже мне, герой любовник!» Отчего ей было так неприятно, когда Влад рассказывал о своих ночных похождениях, Каси даже не задумывалась. Землянин вообще в последнее время вёл себя странно. Явно что-то задумал и был полон энтузиазма задумку воплотить. Каси не отказывала ему в изобретательности — в чём-чём, а способности Влада девушка наблюдала лично. Вот только человек, очевидно, не осознаёт, насколько жизнь в империи отличается от привычной ему. Он не знает самых простых вещей, очевидных для любого коренного жителя. Девушка очень сомневалась, что он поступил правильно, отказавшись от поддержки государства. Да и от её поддержки, если уж на то пошло. «Тоже мне, скучно ему показалось на „Стремительной“! Зато мог бы неплохо заработать! А сам… явно вынашивает какой-то проект, только что он может придумать⁈»

Девушка вспомнила, какое лицо было у человека, когда она спросила Влада, почему он не воспользовался своими способностями, чтобы сбежать из Орочьей свободы. Да, эта ошарашенная физиономия с медленно проступающим осознанием собственного идиотизма достойна была того, чтобы запечатлеть её на фотографии. Каси не удержалась, ещё раз взглянула на картинку.

«Компромат будет. Когда-нибудь я его этой фотографией буду шантажировать!»

На самом деле девушка ничуть не удивилась, что человек в стрессовой ситуации даже не вспомнил об умении телепортироваться. Слишком мало времени прошло, чтобы это вошло в привычку, чтобы действия стали автоматическими. Если бы у Влада было хоть немного времени, чтобы подумать, он бы, безусловно, вспомнил и легко оторвался от противника. Ну, или если бы попал в по-настоящему безвыходную ситуацию — тогда сработало бы подсознание. «Но дело ведь в том, что это во всех сферах работает. Бездна, как и новообретённые способности, всё ещё остаётся для землян чужим миром. Они здесь гости, и пока не привыкнут считать её домом, будут совершать подобные ошибки. На „Стремительной“ он привык телепортироваться, но как только его вылечили — мгновенно забыл о том, что этой способностью можно пользоваться не только для того, чтобы компенсировать собственную немощь! Эх! Так забавно наблюдать, как земляне пытаются у нас адаптироваться! И почему он отказался остаться на „Стремительной“?»

Каси с тяжким вздохом выбралась из любимого кресла. Отец, скорее всего, воспримет её просьбу серьёзно, но он тоже не всесилен. И одними деньгами вопрос не решить, так что нужно договариваться самой. Для начала хотя бы выяснить, так ли всё плохо в империи с ресурсами, как описывал её однокашник. А для этого нужно нанести пару визитов, и начать девушка решила с государственных верфей. Именно к ним приписаны тягачи, которые необходимы для транспортировки острова. Не будет тягачей — дальше можно даже не выяснять.

Любимый «Фаэтон», подарок на первое совершеннолетие, радостно зашипел мотором, стоило только повернуть ключ. Каси нежно погладила руль.

— Застоялся, малыш? Ничего, сегодня покатаемся.

Девушка подарок обожала, и, пока не занялась свободной охотой, каждый день «выгуливала» любимца. Отец смеялся над тем, с какой любовью делится впечатлениями от поездок Каси, но явно был польщён, что так угодил с подарком. А Каси действительно одушевляла машинку. Может, оттого, что настоящих домашних животных — компаньонов в Бездне почти не бывает. В отцовском поместье, правда, была ещё свинка, которую девчонкой ещё выпросила демонесса у отца — тот купил его на ферме, специально порадовать дочь. Но поросёнок вырос, превратился во взрослого свина, а потом умер в положенное время, и девушка решила, что больше животных заводить не хочет — слишком больно расставаться. Лучше уж любить машину, которую всегда можно починить, и даже если заменить в ней вообще все детали, она останется любимым фаэтончиком.

Каси прижала пальцами рычаг ускорения, кресло мягко толкнуло в спину, встречный ветер ласково взъерошил волосы. «Всё-таки как бы ни была прекрасна „Стремительная“, а прокатиться на колёсном экипаже — это совершенно особое удовольствие!» — подумала девушка. Лихо вырулив на проспект, демонесса ещё немного ускорилась. Всего через полчаса фаэтон затормозил возле государственной верфи.

На проходной её уже ждали — не каждый день верфь посещает принцесса рода Розмор! Сама Каси — невелика птица, а вот отца знают и уважают. Вот и ей достаётся немного от его славы. Секретарша — гоблин в очках с золотой оправой, вышла навстречу ещё до того, как Каси закрыла машину:

— Здравствуйте, госпожа Касиодорра! — улыбнулась девушка. — Господин Валдрик уже ждёт вас. Ваш визит стал для нас неожиданностью, и, признаться, он страдает от любопытства, пытаясь разгадать его цель.

— О, ничего срочного или сверхважного, — слегка принуждённо улыбнулась Каси. Она вдруг поняла, что гоблинши ей не нравятся. — Я хотела поговорить о тягачах. Слышала, у вас есть какие-то сложности с их использованием.

— Не слышала, чтобы с ними были какие-то проблемы, — нахмурила лобик секретарша. — Однако мой руководитель расскажет вам подробнее.

Каси заметила, что палец гоблинши бегает по экрану переговорника. Похоже, на ходу докладывает шефу, какова цель визита неожиданной гостьи. Профессионал!

«И чего она мне так не нравится⁈» — удивилась Каси.

Валдрик по прозвищу Небесный кузнец ничуть не изменился с тех пор, как Каси видела его в последний раз. Чего не скажешь о самой Каси.

— Бездна, какая красотка выросла! — восторгался старый демон. Он ухватил её за плечи и крутил туда-сюда, рассматривая. Мог себе позволить, как по возрасту, так и по росту — отцом Валдрика был один из изначальных демонов, который одарил своей благосклонностью девушку — человека. Такие капризы иногда всё ещё иногда приходят старикам, рождённым на Земле. Правда, заботиться о потомстве им не приходит в голову, так что Валдрику от отца достался только рост — изначальные демоны выше, чем даже орки, это потомки за тысячелетия измельчали. Мать, чьи предки попали в империю в совсем незапамятные времена, многое дала ребёнку, но положение её семьи никогда не было слишком высоким, так что во главе государственной верфи Валдрик встал в основном благодаря собственному упорству и таланту.

— Дядя Валдрик, что ты со мной, как с маленькой! — смущённо спросила Каси. Она его и не помнила толком — слишком давно видела в последний раз.

— Ха! Ты, уж прости, и есть маленькая. Давай, рассказывай, зачем тебе вдруг понадобились тягачи.

Каси рассказала историю с найденным островом.

— Вот так, — подытожила девушка. — А по возвращении знакомый мне сообщил, что в ближайший год можно даже не ждать, что империя станет заниматься этим вопросом. Причём год — это самые оптимистические подсчёты — скорее всего, дело затянется чуть ли не на десятилетия!

Валдрик тяжко вздохнул:

— Ох, Каси. Я понимаю твою обиду. Это действительно неприятно — терять такую шикарную находку. Бесконечная река, надо же… — демон покачал головой. Вид у старика был удручённый, — Такая удача, и мы не можем ей воспользоваться. Не могу тебя порадовать девочка — скорее всего, во избежание захвата города вероятным противником, город будет в конце концов сброшен в бездну, а весь гелиотроп собран. Понимаю, что это варварство, но оставить такую добычу светлорождённым будет ещё хуже. И дело тут вовсе не в моих тягачах, они сейчас большую часть года простаивают.

— Но почему⁈ — вопрос вырвался сам собой.

— Всё просто, девочка. Гелиотроп. Знаешь, сколько гелиотропа нужно на работу одного тягача? Если остров относится к классу средних, тягачей нужно десяток. И расстояние… сколько ты там говорила? Это астрономическое количество топлива.

— Но ведь мы сейчас много гелиотропа добываем! Я слышала, у нас рекордная добыча в этом десятилетии!

— Всё так, — кивнул Валдрик. — Но и траты тоже рекордные. Мы готовимся к войне, малышка. И светлорождённые готовятся. Уволь меня от подробностей, я в этом не разбираюсь. Я разбираюсь только в работе своей верфи, и столько боевых линкоров, сколько мы производим сейчас в год, мы раньше не строили и за сотню лет. Что-то назревает. Что-то нехорошее. И для того, чтобы быть готовыми, империи нужно всё, что она добывает. На сторонние проекты, даже столь выгодные, просто не остаётся ресурсов. А по поводу жизненного пространства… — Валдрик поморщился, — мне неприятно это говорить, но очень скоро этой проблемы у нас не останется. Война с проблемами перенаселения справляется быстро и эффективно.

Демон секунду подумал, потом, видно не желая заканчивать разговор на совсем уж минорной ноте, решил подсластить пилюлю:

— Только не вздумай пугаться. Война начнётся ещё не скоро, и твой отец, между прочим, делает всё возможное, чтобы этот момент вовсе не настал. Так что не переживай. А что касается твоей обиды… я думаю, я могу её немного подсластить. Слышал, ты хотела стать владелицей собственной верфи? Решила составить старику конкуренцию, да, малышка?

— Дядя Валдрик! — возмутилась Каси.

— Ничего-ничего. Хочешь, я подарю тебе списанные станки? Для моих мастодонтов они уже устарели, а вот для тех скорлупок, в которые ты влюблена, будут в самый раз…

Глава 9

Начиналось всё действительно довольно оптимистично. Поиски в местной паутине не затянулись — довольно быстро Влад нашёл страницу с вакансиями на добывающем предприятии. Было немного жаль, что на добыче непосредственно гелиотропа работники не требовались — туда брали только по направлению и после длительного обучения. Впрочем, Влад не сильно расстроился. Парень был уверен — секрет добычи гелиотропа вовсе не там, над бездной, где исполинская авоська с камнями на тросах спускается в глубины, чтобы выловить очередную партию гелиотропов.

«Весь секрет в руде. Минерал, который этот гелиотроп приманивает. Вот эта вот имитация острова — это всё равно не нужно, иначе оно бы просто не срабатывало. Всё равно ведь любому идиоту ясно, что никакой это не остров. Такое ощущение, что здесь, в аду, все привыкли, что гелиотроп появляется благодаря высшим силам, и просто зациклились на том, чтобы эти высшие силы обмануть. Они бы ещё деревца сверху высаживали, и домики строили! Нет! Ясно, что дело вовсе не в высших силах! То есть и в них тоже, но гелиотроп добывается не с их помощью. Тут работают какие-то законы. Что-то в этой руде такое есть, что его, гелиотроп, приманивает. Вот и нужно разобраться — что именно. А потом это выплавить, и просто повысить концентрацию, и не нужно будет морочиться с этим абсурдным гигантизмом!»

Мысль казалась очень здравой и свежей, а местные жители — очень зашореными. Влад был уверен — у него всё получится, надо только разобраться, что за камни добывают на шахте.

Удача, казалось, была на стороне землянина. На шахту работники требовались, причём самые низкоквалифицированные. Добыча ведётся исключительно ручным трудом, так что нужна только сила и выносливость. Влад боялся, что в связи с этим нужны исключительно орки, но никаких уточнений по поводу расовой принадлежности работников в вакансии не было, и Лопатин решил попытать счастья. Написал по указанному в вакансии контакту, и довольно быстро получил ответ, что на шахте работники нужны всегда, любых рас и размеров.

«Мы заключаем срочный контракт на месяц, три, полгода или год, — рекрутер ответил почти мгновенно. — Рекомендую на первый раз именно месячный контракт. В размере оплаты потеряешь, но не придётся потом платить штраф, в случае, если не потянешь. Работа, как ты понимаешь, тяжёлая, не все выдерживают. Но и оплата достойная, даже за месячный контракт. Кроме того, за превышение нормы выработки — премиальные, впрочем, на это можешь не рассчитывать. Человек, если не слабак, вполне способен потянуть норму, но и только. Если согласишься — оплата билета до шахты третьим классом, жильё и кормёжка за счёт нанимателя. Кормёжка обильная — нанимателю нужно, чтобы разумный работал, а не о жратве думал. Если согласен — пиши».

«Делать-то что нужно будет?» — уточнил Влад. «И какие санкции, если норму не выработаешь?»

«Парень, это шахта. Что делают в шахте? Копают и таскают. Копать ты не сможешь — не для людей работа, а возить тележку с рудой — вполне. Что касается нормы: слабаки там не нужны. Если три дня подряд не вырабатываешь норму, контракт с тобой прекращают досрочно. Штрафных санкций в этом случае не положено, но больше с тобой работать не будут, так что учитывай своё физическое состояние. Если слабак — лучше даже не пытайся».

Влад согласился, конечно. Уточнил только, можно ли приехать с собакой и на следующий же день, попрощавшись с друзьями, отправился на вокзал. Хелла, услышав о том, что беспокойный жилец, не успев обжиться, собирается уезжать, недовольно поджала губы:

— Денег ты там, конечно, заработаешь, если выдюжишь. Только всё одно — это плохое решение, Влад. Не для людей работа. Постоянно ты не сможешь, просто силёнок не хватит, а так, получается, ты просто потратишь время, которое мог бы употребить на обучение. При этом учти — вернёшься, у тебя останется только месяц в общежитии. Можешь и дальше жить, но надо будет оплачивать самостоятельно. Вот и считай — выгода-то уже не такая большая получается, правильно?

Лопатин комендантшу поблагодарил за заботу, но решения, понятно, менять не стал. Дядя Саша отговаривать парня не пытался, только велел, если будут проблемы — не стесняться писать.

— И Владик, не думай там сгинуть, хорошо? — сказал сосед. — Я тебя знаю, ты приключения везде найдёшь. Не хочу тут совсем один остаться, понял⁈

Влад на прощание обнялся с соседом, свистнул Дружку, и отбыл на железнодорожный вокзал. В отличие от припортовой площади, вокзальная не поражала воображение изысканной архитектурой. Здание вокзала красивое, но довольно строгое, да и не слишком высокое. Лопатин с удивлением сообразил, что оно здорово похоже на то самое, которое осталось на далёком сейчас острове. Не один в один, но близко. Гораздо сильнее удивил поезд, который выглядел донельзя футуристично. Вытянутый как пуля локомотив с острым носом, практически полное отсутствие окон в вагонах — видно, для экономии. Глядя на такое великолепие, казалось, что состав будет нестись с бешеной скоростью. Тем сильнее оказалось разочарование — поезд ехал плавно, но совсем не быстро, примерно как обычная электричка. Да и внутри… вагон третьего класса, в котором выпало удовольствие ехать Лопатину, был похож на вагон земной электрички как брат близнец. Причём — не сильно новой электрички. И надписи на стенах попадались самые разные, в том числе и знакомая Владу. Та, что про демонскую диктатуру. Надпись затёрта, но не слишком тщательно — прочитать всё равно было возможно.

«А вот это уже нерадостно, — подумал парень. — Тут ездят в основном как раз работники шахты. Как бы у меня там проблем не образовалось! Ладно, это всё по боку. Главное — разобраться, чего они там такое копают, и как из этого накопанного добыть концентрат. Остальное — побоку!»

Народу в вагоне оказалось не слишком много, так что Влад с Дружком разместились, можно сказать, с комфортом — заняли одно «купе» из двух лавок, одна по ходу движения, другая — против. Поезд отправлялся вечером, так что Влад не постеснялся улечься на лавку, только снял обувь. Под голову подложил рюкзак, а куртку подстелил на соседнее сиденье — для Дружка. Тот бы и на полу спать не постеснялся, но там было грязновато, а пса Влад в последнее время не стеснялся мыть регулярно, так что пожалел собственных трудов.

Затёртая надпись на стене вагона заставляла беспокоиться. Влад всю ночь просыпался, когда кто-нибудь проходил мимо — всё ждал, что его захотят ограбить, пистолет держал под рукой, и как мантру повторял: «Чуть что — телепортируйся, идиот! Хватаешь Дружка — и на другую сторону вагона!» Обошлось — никому из пассажиров дела до соседей не было. Вообще, все ехали поодиночке, компаниями не собирались. Из-за того, что ночью плохо спал, едва не пропустил свою станцию — выбежали с Дружком в последний момент.

На станции Влада и несколько других будущих работников встретил работник шахты — пожилой уже орк в спецовке, с трубкой в зубах. С хмурым видом он оглядел новоприбывших:

— Так, господа работники, слушаем правила. Вы все будете работать в моей бригаде. Я, получается, ваш начальник. Поэтому слушаться меня как родного папу. Кто начнёт дурака валять — няньчиться не стану. Зовут меня Грогар, с вами познакомимся при оформлении. Первое указание: сейчас переговорники и другую сложную технику, какая есть, выключаем, и прячем — она вам не понадобится. Кто не знает — из-за воздействия эманаций руды вся техника портится. Поэтому вы, собственно, и нужны — добывать всё приходится вручную. Предупреждаю сильно заранее, потому как когда будем подъезжать, половина из вас это сделать забудет, и будут потом предъявлять претензии компании.

— А на нас-то эта штука дурно не будет воздействовать? — спросил один из орков.

— За всё время наблюдения негативного влияния на здоровье работников не наблюдается. А это — тысяча лет, если ты не знал. И не стоит строить такую недоверчивую морду. Тысячу лет уже добываем. Если компании не веришь, так хоть своей бы бестолковкой подумал — неужто бы слухи не просочились за это время? — ответил бригадир с выражением лица, на котором ясно читалось: «Бездна, с какими идиотами приходится работать!»

Влад порадовался, что не сам задал этот вопрос, а ведь пришло ему такое в голову. Вдруг там что-то радиоактивное? Всю группу новоприбывших: пятнадцать разумных, из которых один Влад оказался человеком, а все остальные — орками, посадили в автобус. Ехать пришлось недолго — километра три. Будущих шахтёров высадили на специальной площадке, а дальше какое-то время пришлось идти пешком. Видно, по той же причине — чтобы автобус не испортился.

— Если кому нужно будет куда-то позвонить, или по паутине полазить, возвращаетесь после смены на эту площадку. Некоторые рискуют прямо в бараках звонить, и у большинства всё работает, но иногда всё-таки гаснет. Так что на свой страх и риск, — пояснил рекрутер.

Дальше пришлось какое-то время идти пешком. Будущие коллеги косились на Влада с интересом, но без враждебности.

— Эй, человек! — один из орков решил-таки заговорить. Самый молодой из новоприбывших. Влад ещё не научился толком определять возраст у представителей других рас, но ему показалось, что тот, кто его окликнул, едва-едва совершеннолетний, — Что тебя на шахту-то занесло? Не по твоей же стати работка. Или совсем прижало?

— Интересно стало, — честно сказал Лопатин. — Хочу разобраться, как добывают гелиотроп.

У бригадира оказался хороший слух. Он шёл метрах в пяти впереди, но разговор явно услышал — хохотал так, что чуть трубку не выронил.

— Ох, мать моя бездна! Ещё один мечтатель — рационализатор. Раньше, говорят, чуть не половина таких тут работала, а в последнее время подуспокоились. Да, видать, не все!

— А что, ни у кого не получилось? — спросил Влад.

— Отчего ж, у кого-то что-то получалось. Например, сейчас по нормам куски породы должны быть размером пятьдесят на пятьдесят сантиметров. Ну, плюс-минус. Раньше-то, говорят, кололи три метра глыбы. Но тогда и порода к поверхности близко была. Другое всякое тоже улучшали, но, в основном, ерунду по мелочи. А ты, небось, решил, что минерал какой-то нужен, который надо из руды выбирать?

— Ну да, — мрачно сказал Влад. Неприятно, когда над тобой так ржут, пусть и заслуженно.

— Даже не знаю, сколько таких энтузиастов за время добычи сюда приезжало. Не работает это, парень. Пытались руду дробить, чтобы хоть таскать удобнее. Работает, но хуже, чем если большими кусками использовать. Плавить пытались. Тоже, к слову, продукт в дело идёт, но к добыче гелиотропа он уже никакого отношения не имеет. Становится полностью непригоден. Стоило контракт на шахте заключать, чтобы это узнать! Мог бы в паутине посмотреть.

Владу стало грустно. Ничего дельного он в паутине не нашёл — видно, опыта не хватило. И слова бригадира оптимизма не добавляли — получается, местные не такие уж зашоренные, как он о них думал. Пытались как-то рационализировать процесс.

«Ничего! — утешил себя Лопатин. — Я-то свежим взглядом буду смотреть, вооружённый земными знаниями. Наверняка они чего-то не заметили!»

Но настроение всё равно испортилось.

Городок при шахте показался Владу вполне благоустроенным. Несколько десятков одноэтажных домиков — бараков, отдельно стоящая столовая, тоже одноэтажная, но очень длинная, здание администрации. Дорожки замощены шлаком — Дружок некоторое время шёл рядом, потом, недовольный, сошёл в сторону — неприятно голыми лапами идти по острым граням камешков.

— Ладно, парень, будем вместе держаться, — хлопнул его по плечу сосед. — Я таких уважаю. Не куксись, что сплоховал. Главное — мысль работает, чего-то интересного хочешь. Уважаю. Ты, надеюсь, не на полгода контракт заключил?

— Да нет, на месяц, — вздохнул Влад.

— Вот и правильно. Опытные говорят, лучше месяц через месяц работать, а то надорвёшься. Звать-то тебя как?

Влад представился.

— Ну а я — Борн. Будем держаться вместе? А то я слышал, всякое бывает. — Последнюю фразу Борн прошептал — явно старался, чтобы окружающие не услышали. Парочка слегка отстала от остальной группы, да и не слушали их особо.

— Это какое? — тоже шёпотом спросил Влад.

— Ты только не распространяйся особо, но я слыхал, тут некоторые шалят. Сбивают свои типа организации, как у императорских рабочих. Только не для того, чтобы все права соблюдались, а чтобы других прессовать. Говорят, кто прогнётся — до половины заработка отдаёт. Так что я так думаю — лучше заранее с кем подружиться, чем потом локти кусать.

— Слушай, я только за, — кивнул Лопатин. — Но ты ж понимаешь, я, если что, в драке не особо хорош. Ну, в сравнении с вашим братом. Почему к другим ребятам не подошёл?

— А выбора нет, — пожал плечами Борн. — Все остальные как раз из таких, кто уже не раз тут работает. Они наверняка либо уже прогнулись, либо сами в такой банде состоят. Вот я и подумал — лучше уж человек, чем совсем никого. Не обижайся только.

Влад не обиделся — что тут обижаться, если он действительно слабее, чем средний орк.

Процедура устройства на работу длительностью и сложностью не отличалась. Каждый из кандидатов по очереди зашёл в кабинет, получил от орчанки — кадровика договор, который требовалось прочитать и подписать. Влад читал внимательно, но никаких подводных камней не обнаружил. Наоборот, были приятные пункты, о которых парень и думать забыл по неопытности — как, например, выплаты в случае травм или смерти на производстве и обязательство обеспечить работника спецодеждой и средствами защиты.

После подписания документов всех шахтёров отвели в столовую на обед. Влад свою порцию не осилил, потому что кулеша накладывали всем одинаково, и рассчитаны порции были на среднего орка.

— Повезло нам с тобой, Дружок! — порадовался парень. — Я-то думал, для тебя надо будет отдельно договариваться!

— Вот, кстати, можно я всё ценное у тебя сложу, Влад? — попросил Борн. — На всякий случай. А ты своего друга попроси охранять, ладно?

Влад пообещал. Ему понравилось, как уважительно Борн обращался с собакой. Да и сам дружок к новому знакомому отнёсся вполне благосклонно. Влад ещё на острове заметил — тех, кто задумал недоброё пёс сторонится. Так что чутью четвероногого доверял.

После обеда новичков собрали на инструктаж. Бригадир Грогар разделил новоприбывших на две неравные подгруппы — тем, что покрупнее, предстояло стать проходчиками, а оставшаяся четвёрка должна была возить куски руды, добытые остальными, на поверхность. Влад, понятно, попал в последнюю группу, а вот Борна закономерно ждала работа проходчиком.

— Значит так, новички, — начал Грогар. — Носильщики, начну с вас. Ваша задача таскать тачку. Чем больше сделаете за день, тем больше получите денег. Не сачковать. Норма — десять рейсов в день, кроме сегодняшнего. Сегодня — пять, поскольку поздно начинаем. За каждый последующий надбавка двадцать процентов от дневной нормы. На всю ячейку. Это я для проходчиков говорю, чтобы понимали. Сделаете двадцать рейсов — считай, втрое заработали. Только скажу для особо рьяных — если кто за день сделает двадцать рейсов, а на следующий норму не выработает, то надбавка сгорает. Рассчитывайте свои силы. Каски не снимать, даже если вспотел и надо волосы вытереть. Пока по штольне идёте — по сторонам посматривайте. Кто увидит гнилую крепь — дополнительная премия. Кто самостоятельно попытается расковырять и выдать за гнилую — того там в шахте и прикопают. Это уже без договора, но никто с расследованием заморачиваться не будет. Для особых умников говорю, а то были случаи. Теперь к проходчикам…

Инструктаж проходчиков Влад тоже прослушал внимательнейшим образом, но ничего для себя полезного так и не услышал. Хотелось уже побыстрее заняться делом. Не от трудового энтузиазма — просто парень надеялся, что сможет заметить что-то такое, чего все остальные не увидели.

«А ещё надо будет как можно подробнее расспросить более опытных о том, что это вообще за минерал такой. Ну не может быть, чтобы дело было именно в крупных кусках камня! Это противоречит банальной логике, а значит, раньше или позже я обязательно пойму, в чём там дело!»

Влад по-прежнему заставлял себя думать о будущем с оптимизмом, но после слов Грогара усилий на оптимизм приходилось тратить больше. И всё-таки парню хотелось верить, что он сможет разгадать эту загадку.

Глава 10

Первый рабочий день Владу нравился примерно до ужина. Работа, ожидаемо, оказалась тяжёлой — тачка была велика, тащить её приходилось далеко, так что даже после одной десятой части нормы руки уже гудели. По дороге Лопатин ещё и пытался рассматривать породу, чтобы понять, что в ней такого особенного. Ничего необычного — камни как камни, иногда с металлическим отливом. Не радиоактивные, раз уж на живых не влияют. Влад такие вроде бы даже видел однажды, когда его занесло в геологический музей, правда, в упор не помнил, как называются. Иногда даже попадались кристаллы — гладкие, чёрные с фиолетовым отливом и золотыми вкраплениями. Их было велено собирать, даже если размеры куска не дотягивают до необходимых. Обычное полезное ископаемое, на Земле, очевидно, даже не слишком ценное.

«Ну точно, я эту штуку видел, — вспоминал Влад, толкая тяжёлую тележку. — В музее, в институте ещё. Один в один. Черт, как же оно называется? Значит, у нас, на Земле, оно тоже распространено. Но у нас никаких необычных свойств в нём не заметили. А здесь, очевидно, как-то проявляются».

На третий рейс Влад уже ни о чём не рассуждал — руки, упирающиеся в тележку, да и ноги тоже гудели от напряжения. Тут не до посторонних мыслей — дойти бы. Самым сложным в работе тягловой скотины оказался первый этап. Шахта напоминала дерево — основной ствол уходил довольно глубоко под землю, там — разделялся на «ветви», каждая из которых упиралась в «соцветия» — так называли несколько совсем коротких ходов, которые заканчивались тупиками. В этих тупиках и работали проходчики, удлиняя их по мере выемки породы. Работа Влада заключалась в том, чтобы закатить тележку в каждый ход соцветия и забрать то, что накопали пятеро его подопечных проходчиков. В основном стволе тележки давным-давно продавили колею, встав в которую катить тележку было совсем несложно, как по рельсам. Даже слабосильный по сравнению с орками Влад неплохо справлялся. А вот во время погрузки, когда нужно было пробираться по неровному полу соцветий, Лопатин изрядно замучился, особенно, когда нужно было тащить уже полную тележку.

Влад даже попытался оставлять тележку в центре соцветия, а груз из штолен таскать вручную, но быстро от такого рационализаторства отказался — руки быстро начали отваливаться. Приходилось, чертыхаясь, толкать тележку внутрь, там наполнять её породой, набитой проходчиками, а потом, опять чертыхаясь, выпихивать тяжёлую повозку обратно. Дело ещё осложнялось тем, что повозка была полностью деревянной. Из какого-то лёгкого дерева, но всё равно — гораздо тяжелее, чем была бы, скажем, стальная. И не возмутишься — жители Бездны на металле привыкли экономить. Влад, собственно, и не помнил толком, когда он видел что-то металлическое — даже в местных машинах металл почти не используется, разве что в двигателях «Стремительной».

В общем, как ни придумывал, никакого радикального улучшения условий труда Лопатин так придумать и не смог. В результате откатал все пять рейсов, и во время ужина едва смог орудовать ложкой — руки дрожали. Несмотря на неудачи, Влад не переживал.

«Впереди ещё месяц. За это время я выспрошу у местных старожилов все детали процесса. Что-нибудь обязательно наведёт на нужную мысль!»

Впрочем, уже во время ужина стало очевидно, что просто не будет. Ужинать сели так же, как работали — пятёрка проходчиков и носильщик Влад за одним столом. Всем новичкам было особо не до разговоров — не только у Лопатина с непривычки болели все мышцы. Проходчикам пришлось как бы не тяжелее — попробуй, помаши тяжёлым кайлом несколько часов без перерыва! Влад ещё днём ради интереса попробовал — хватило на два удара. Кайло весит килограмм пять — оркам ещё ничего, а для него слишком тяжело. Но и орки выглядели замученными. Ужинали в молчании до тех пор, пока за столик не присел один из старожилов.

— Привет, молодёжь! — улыбнулся шахтёр. В отличие от новичков он усталым совсем не выглядел. — Устали с непривычки?

— Да уж, работа та ещё, — ответил Борн. — Руки отваливаются.

Остальные за столом промолчали. И физиономии у них стали очень напряжёнными.

— Ничего, привыкнете! — пообещал старожил. — Первую неделю тяжело, на вторую и третью втянетесь, а последнюю уже на морально-волевых дотянете. Это у всех так. Ну, кроме тех, кто полугодовой контракт заключил, как я. Только я перед этим шесть месячных оттрубил от звонка до звонка прежде, чем решился. Тут, сами понимаете, привычка нужна. Зато сейчас делаю две нормы в день, три оклада, соответственно. Сами понимаете, после такого можно года два спокойно отдыхать — денег хватит. Вы вот что, ребята. Кто уже работал, должно быть, знаете. Говорю для тех, кто в первый раз. У нас принято выработкой делиться со старшими. Не просто так, понятно — старожилы, если что, и помогут, от неприятностей оградят в шахте, да мало ли чего. Так что проходчики каждая одиннадцатая тележка на общество идёт. Носильщик телегу в первой от приёмки выработанной ветке выгружает — дальше уж мы сами. Всем всё ясно?

Четверо опытных кивнули. Борн покраснел от злости.

— Нет!

Против ожидания, собеседник не разозлился:

— Ну, нет, так нет, — пожал плечами мужчина. — Дело добровольное. Но ты знаешь, что делать, если передумаешь! Ты, человек, тоже не ошибись. Счастливо, ребята!

— Зря вы артачитесь, — мрачно сказал один из ячейки. — Они ведь не драться станут, а пакостить. И если ты, Борн, думаешь, что сможешь с ними справиться, то очень ошибаешься. Вот он, — орк ткнул пальцем во Влада, — слабое звено. Даже если мы все соберёмся, ему работать не дадут. За ним не походишь, ещё больше потеряешь. Ты, парень, не думай, что я это из-за того, что ты человек. Тут это не имеет значения — ты один ходишь, а их много. В прошлый раз у нас орк был носильщик. Мы собрались, договорились ничего никому не давать, так носильщику вообще жизни не дали. В результате вся ячейка два дня норму не вырабатывала. Чуть не попёрли нас. Пришлось соглашаться.

— Но как же! — возмутился Борн. — Это не справедливо. Бригадиру рассказать…

— Молодой ты ещё, — ответил проходчик. — У бригадира как будто дел других нет, в наших тёрках разбираться. Бригада, так или иначе, будет норму приносить, а то, что внутри неладно, ему наплевать. На выработку это «общество вспоможения» только положительно влияет, а то, что внутри между собой что-то «перераспределяют», Грогару наплевать. В результате такие вот «опытные», — он кивнул куда-то в сторону, — по две-три нормы в день сдают, а остальные едва до одной дотягивают. И ничего с этим не сделаешь. И вот что, Влад. Я вижу, ты человек опытный. Не испугался, да? Небось и ручной метатель где-то припрятан на всякий случай… так вот — забудь. Смерть или травма на производстве — это ЧП, и так просто этого не спустят. Проблем не оберёшься. Причём и нам не поздоровится за то, что вовремя мозги не вправили. Так что лучше так себя не вести.

— Им можно, а нам нельзя⁈ — Борн всё никак не мог успокоиться.

— А они никого убивать не будут, — пожал плечами опытный. — Просто не будут давать работать.

— Ну посмотрим, — сказал Влад. — Я, конечно, ничего не обещаю, но… посмотрим, короче. Я только опасаюсь, как бы они за Дружка не взялись. Он-то целый день один в бараке.

С псом всё решилось довольно просто. Влад переборол усталость, и после ужина, пока выгуливал пса, заставил-таки себя сходить в администрацию. Запомнил, с каким восторгом на собаку смотрела орчанка — кадровик, когда принимала человека на работу. Едва успел — орчанка уже выходила из кабинета.

— Сразу говорю, контракт уже передан по инстанции! — едва увидев Влада, строго сказала женщина. — Теперь только официальное расторжение со штрафными санкциями. Лучше потерпи два дня, самого выгонят.

— Что⁈ — не понял Влад, — А, нет. Уважаемая Гринда, я совсем по другому вопросу.

— Да ладно! — удивилась орчанка. — А обычно в первый день люди именно по поводу расторжения договора подходят. Некоторые даже конца смены не дожидаются.

— Нет, я насчёт Дружка, — Влад погладил пса, который как раз подбежал убедиться, что хозяин его не потерял. — Понимаете, ему одиноко днём. Я хотел попросить — не могли бы вы за ним присмотреть во время смен? И кормить, и выгуливать я его сам буду. Он не шебутной, если человек чем-то занят, мешать не станет. Ему только компания нужна, а одному в бараке тоскливо будет. Уж простите за беспокойство.

— С удовольствием! — немолодая орчанка расцвела. — Мог бы и не извиняться! Я четвероногих люблю! И выгуливать могу с тобой вместе, всё равно люблю после работы проветриться!

— Спасибо! — искренне поблагодарил Влад. Впоследствии парень не раз себя хвалил за решение обезопасить Дружка таким образом. Пёс, конечно, немного растолстел за месяц, — Гринда регулярно угощала его вкусненьким, а Дружок и рад стараться, — зато парень был спокоен. Кроме того, знакомство оказалось полезным и для самого Влада. Орчанка всю жизнь проработала на шахте, и прекрасно знала обо всех деталях добычи руды. Как и о попытках как-то оптимизировать процесс добычи гелиотропа. Жаль только, что никаких гениальных мыслей во время разговоров с Гриндой Владу так и не пришло, сколько бы парень её не расспрашивал. Всё самое главное женщина рассказала ещё в первый день, когда они бродили за ужасно занятым вынюхиванием новой территории Дружком:

— Руда притягивает гелиотроп, — объясняла Гринда, — Причём, мы даже знаем, что именно в этой руде его притягивает, но все попытки выплавить концентрат дают обычное железо. Свои волшебные свойства оно теряет. Как только ни пытались их сохранить — всё без толку.

Влад тогда слишком устал, и соображал с большим трудом. Что-то в словах Гринды его зацепило. Казалось, что услышал что-то очень важное, но мышцы гудели так, что забивали все мысли. Влад решил, что обязательно разберётся, что его так насторожило, позже, но на следующий день появились новые заботы.

Дожидаться, когда его начнут прессовать, парень не стал. Решил — глупо ждать удара. Тем более, средство для того, чтобы этого удара избежать у него было. Надо только потренироваться.

Удивительно, но получилось с первого раза. Влад обошёл все штольни, набрав полную телегу, зажмурился и попытался представить себе центр соцветия. Глаза открыл уже там, где и представлял. Дышать, правда стало тяжело, а под носом закапала кровь, но Лопатин всё равно довольно улыбался.

«Попробуйте теперь, сволочи!»

Это было самое сложное — парень здорово опасался, что просто не сможет перемещаться с таким огромным грузом. И действительно, оказалось тяжело. Отросток от центра соцветия отделяло метров сто — гораздо меньше, чем было доступно Владу. Но то — без груза, а с тяжёлой тележкой, как выяснилось, его предел гораздо меньше.

«Ничего. Главное — хоть как-то получается, а то было бы намного сложнее. Теперь бы ещё не проворонить, когда они начнут!»

Беспокоился Влад напрасно. Первый день работы прошёл спокойно. Члены «общества», очевидно, ждали, что вчерашние возмущения новичков так и останутся пустым недовольством. А вот вечером, когда они не обнаружили в положенном месте «налог», вчерашний опытный работник был уже не так приветлив:

— Ребят, вас предупреждали, — только и сказал он, проходя мимо их стола во время ужина. — Потом не жалуйтесь.

Обещанные неприятности начались с самого утра. Влад с коллегами ещё не успели спуститься к соцветию. Правда, начиналось всё довольно мирно. Просто несколько орков расположились как раз перед поворотом соцветию, в котором работало звено Влада. Расположились вольготно, так что не пройти даже одному, тем более, с тележкой. Отходить в стороны, чтобы пропустить работников они и не подумали. Владовы товарищи — те, что более опытные, затормозили. А вот сам Лопатин и не думал снижать скорость. Наоборот, немного разогнался, благо телегу он толкал, а не тянул за собой.

— Поберегись! — громко сказал носильщик. Борн, который начал было отставать вместе с остальными проходчиками, довольно оскалился и упёрся широкими ладонями Владу в спину.

Разумеется, члены «общества» отошли. Даже отбежали — кому охота калечиться? Тяжёлой тележкой, да с разгона, могло и ноги поломать. Четвёрка проходчиков из ячейки Влада невольно подтянулась следом, так что проскочили все вместе. Первая стычка окончилась победой даже без боя.

— Обратно так же пойдёте, все вместе? — издевательски крикнули в спину.

— Правда, придётся вдвоём идти, — расстроено пробормотал Борн. — Этак никакой работы не получится…

— Да работай спокойно, — отмахнулся Лопатин. — Если это всё, чем они могут помешать, то вообще без проблем.

— Да ты ж не разгонишься с грузом! — напомнил Борн. — И вообще один не разгонишься. А так они встанут, и просто тебя пускать не будут. А начнёшь возмущаться — ещё и побьют.

— Борн, дружище, ты лучше подумай, как сам будешь от них отбиваться, в штольне. Могут ведь и к тебе прийти. А насчёт меня не беспокойся.

— Пусть только попробуют! — мрачно оскалился молодой орк. — Но ты это, точно уверен? Может, мне с тобой пройти, для первого раза? Так, подстраховать просто.

Влад отказался, причём с трудом. Борн явно свои собственные слова о том, чтобы держаться вместе, воспринимал очень серьёзно. Лопатину было очень приятна такая забота, но он всё-таки настоял на своём.

Обратная дорога прошла совсем без проблем. Влад просто телепортировался с телегой, полной руды за поворот и спокойно продолжил путь после того, как отдышался и вытер кровь, хлынувшую из носа. Получилось даже быстрее, чем если бы он всю дорогу прошёл пешком. Выгрузил руду в пункте приёма, развернулся и пошёл обратно. Сначала думал вернуться так же, переместившись, не показываясь на глаза членам «общества», но не удержался от соблазна немного похулиганить. Когда Влада увидели совсем не с той стороны, с которой, по мнению пакостников из общества, он должен был появиться, орки так удивились, что даже не сразу сообразили ему помешать. Лопатин грешным делом решил, что удастся проскочить, но нет — орки встали поперёк прохода, ещё и руками сцепились — дескать, попробуй, пробейся.

Влад и пытаться не стал. Только покрутил пальцем у виска, и, развернувшись, потянул телегу назад, до поворота.

— Как он мимо нас в ту сторону-то проскочил⁈ — донеслось в спину.

— Заснули, что ли? Да, вроде, не спали, — недоумение в голосах бальзамом пролилось на душу парня. Скрывшись за поворотом, он телепортировался в соцветие, опять переждал, пока пройдёт приступ головокружения, и отправился грузиться.

Проходчики тоже были очень удивлены. Пять раз пришлось объяснять, что мимо членов «общества» прошёл совершенно спокойно, что никаких проблем не было, и вообще — всё хорошо. Говорить одно и то же надоело уже на третий, но Влад упорно придерживался версии, что никто его не останавливал.

— Вы, главное, следите, чтобы вам тут жизнь не испортили. А со мной всё в порядке.

— Угу, — буркнул Борн, к которому Влад традиционно зашёл последним. — Штольни параллельно друг другу идут, мы о сигналах договорились. Слышишь, Вальдр бьёт?

Влад прислушался, и, действительно, разобрал приглушённый звон.

— Вот, если что, условным стуком можно на помощь позвать, — пояснил Борн. — Я со всеми так договорился. А ты нос получше вытри, Влад, а то кровь не убрал до конца.

— Это я поскользнулся, — смущённо ответил Лопатин, и налёг на тележку.

Члены общества просидели возле их соцветия весь день. Влад, каждый раз, возвращаясь с пункта сбора, показывался им на глаза, и возвращался назад, за поворот, так что для орков всё выглядело так, будто он пытается пройти к своим и не решается. Орки про первое загадочное появление Лопатина уже не думали. Потешались над носильщиком вволю — каких только шуток Влад не наслушался. Зато как потом приятно было видеть на ужине физиономию того, который про налог рассказывал! Видно, узнал, что звено, которое они так старательно прессовали, сдало даже больше нормы. Телепортация, как оказалось, действительно здорово экономит время, так что Влад смог сделать одиннадцать рейсов, чем очень гордился.

День можно было считать удачным, но Влад опасался, как бы члены общества, разозлённые неудачей, не попытались придумать что-то более действенное. Например — перейти к «физическим методам воздействия». Обошлось — на следующий день рэкетиры искали тайный проход. Логичный вывод — если мимо них наглый носильщик не проходил, значит, где-то обнаружил естественную пещеру, по которой можно обойти заслон. Естественно, ничего не нашли. Сдаваться так просто шахтёры не собирались — не найдя тайного прохода Варди с компанией пытались ставить заслоны в других местах, Потом, когда поняли, что это не работает, вовсе завалили проход в соцветие. Разумный пройти мог, но без тележки. Влад над их потугами только потешался.

Сообразив, что пассивные методы не работают, Варди действительно решил перейти к побоям, но проходчики поодиночке вообще не ходили, а Влад не расслаблялся ни на секунду и всегда был готов телепортироваться. Тем более что неплохо натренировался — теперь перемещаться получалось почти мгновенно даже вне прямой видимости. Пару раз Владу сломали тележку — от отчаяния уже. Лопатин просто брал на складе новую — всё-таки не самое сложное и дорогое устройство, на шахте их считали расходниками. В конце концов, члены «Общества вспоможения» отступились — поняли, что без радикальных мер со строптивым человеком ничего поделать не могут, а не портить себе жизнь расследованием на шахте им ума хватило. А может, заметили, что с этой упорной охотой начинают изрядно терять в деньгах — они ведь не только получали «налог» с других работников шахты, но и, обычно, сами добывали руду. Когда стало очевидно, что, гоняясь дальше за Владом, они потеряют больше, чем заработают, члены «Общества вспоможения» отступились.

Ячейка Влада, напротив, неожиданно оказалась среди лучших по добыче. В среднем Лопатин ухитрялся делать полторы нормы в день. Очень хороший заработок, вот только парня это не радовало, в отличие от товарищей. Главная цель была так же далека, как и прежде — месяц подходил к концу, а выяснить, как руда приманивает гелиотроп, не получалось.

Глава 11

Борн, крякнув, сложил на тележку последний камень, и махнул рукой, сигнализируя, что можно двигать. Лопатин с тяжким вздохом схватился за рукоятки, толкнул тяжёлую тачку. Первый шаг всегда даётся сложнее всего, дальше будет легче. Десять шагов до первого поворота, потом ещё двадцать до развилки, и можно будет передохнуть.

«Ничего-ничего! — подбодрил себя Влад по привычке. — Сегодня ещё продержаться, и всё, свободен».

Аутотренинг не очень-то работал. Да и с чего бы? Секрет добычи гелиотропа так и остался тайной. Влад чувствовал — разгадка рядом. Не мог поверить, что нельзя выделить из руды то, что приманивает гелиотроп!

«Наверняка можно, — мрачно подумал парень. — Вот только ты явно не способен сообразить, в чём тут дело. Тоже мне, великий геолог!»

Лопатин вспомнил себя месячной давности, и ему остро захотелось вернуться в прошлое и хорошенько отметелить наивного идиота. Можно даже ногами.

«Как тебе Хелла говорила? Только время зря потеряешь? Нет бы послушать, что умные орки говорят! Нееет, ты же лучше знаешь! Дитя земной цивилизации! Местные все — придурки с привычкой к нездоровому гигантизму, а умный Влад сейчас всех научит, как правильно гелиотропы добывать! Ну что, научил?»

Влад привычно телепортировался — уже давно никто не пытается мешать, просто так быстрее. Сложный поворот срезал, на котором обычно терялось много времени и сил. Впереди показался пункт приёма.

— Предпоследняя? — спросил Грогар, глянув на носильщика. Бригадира Влад редко видел — тот либо находился в глубине шахты, занимаясь какими-то изысканиями, либо работал с документами в каморке возле приёмки. А тут вот появился.

— Ну да, — кивнул Влад. — Сейчас ещё раз спущусь, а обратно уже вместе с остальными.

— А рожа чего такая кислая, человек? Всё страдаешь, что не придумал, как выделить из руды волшебную «гелиотропную приваду»? — хмыкнул орк. Влад, понятно, промолчал, хотя очень хотелось выругаться.

— Забудь и перестань убиваться. Ну, потратил время, но не зря ведь. Зато и заработал неплохо, правильно? У нас люди иногда приходят, но далеко не все отрабатывают месячный контракт. Работа-то тяжёлая. Так что, считай, тоже достижение. Таких, чтобы сверх нормы заработали, я и не встречал, пожалуй. Чтоб новичок, да ещё и человек… Ты ведь сюда не деньги зарабатывать пришёл?

— Нет, — покачал головой Влад. — Деньги нужны, но я из-за другого хотел.

— Молодец, человек. Другие бы давно плюнули, а ты дело на полпути не бросил. Напишу тебе рекомендации, как перспективному работнику. Будешь где работу искать — покажешь, это ценится. Ты ведь нерождённый. Провалился? Не помешает, значит. Таким, как ты, у нас не сильно доверяют. А то возвращайся на шахту. У нас тут и для алгоритмиков есть работа. Не на шахте, но я бы, пожалуй, смог поспособствовать переводу в гелиотропное отделение. Там, может, и на Имперской короне побываешь.

Имперской короной здесь называли титанических размеров кольцо, с которого в бездну спускают искусственные острова. Пожалуй, месяц назад Влад бы ухватился за это предложение, но сейчас энтузиазм угас.

— Спасибо, Грогар, — кивнул Влад. — И за рекомендации и вообще. Я подумаю, сейчас надо передохнуть немного.

— Подумай, — кивнул бригадир.

Последний рейс дался тяжело. Лопатин так и не продемонстрировал проходчикам из ячейки своих способностей, так что пришлось идти всю дорогу «по-честному», не срезая сложные места. Товарищи, понятно, догадывались, что что-то с человеком нечисто, но расспрашивать особо не пытались, кроме Борна. Но и тот, поняв, что Влад не стремится делиться секретами, не настаивал.

Уходя с шахты Влад прихватил небольшой кусок руды — в качестве сувенира. Чтобы в будущем смотреть на него и напоминать себе, что не стоит слишком обольщаться насчёт собственных умственных способностей.

— Что, расстаться не можешь? Неужто будешь скучать по шахте? — Борн заметил, как Влад подобрал «сувенир», и, как всегда, заинтересовался. Молодой орк ужасно скучал в шахте, и искренне недоумевал, что кто-то может скучать по этому месту.

— Ни капли, — честно признался Влад. — Это, скорее, напоминание себе, что думать надо головой, а не чувством собственной важности.

— Непонятно говоришь. Ты это, от переговорника его подальше держи, чтоб не испортился. И пойдём уже мыться, а то на ужин опоздаем. А то, говорят, там праздничная трапеза в честь завершения контракта.

Ужин действительно удался. До отправки на шахту Влад не успел толком оценить изысков местной кухни — слишком быстро завербовался на шахту. В столовой же кормили в основном одним и тем же блюдом, которое Влад про себя называл «кулеш». Какие-то тушёные овощи с мясом и большим количеством подливки. Скорее густой суп, чем второе блюдо. Борн, с которым они здорово за время работы сдружились, утверждал, что блюда каждый день новые, но Лопатин никакой разницы не заметил, как ни старался. Да, иногда каких-то овощей было больше, чем других, но на вкус всё было примерно одно и то же. Очень сытно и довольно вкусно, но за месяц изрядно надоело, так что праздничный ужин слегка поднял настроение: подавали здоровенный стейк с кровью, а на десерт каждому достались какие-то сладкие пирожные.

— Ого! — восторгался Борн. — Ящеровый стейк! С кровью! Как в ресторане! Мне мамка такой на окончание школы готовила!

Стейк был обильно посыпан какой-то острой специей, так что во рту жгло, но это не было проблемой, потому что к этому великолепию подали пиво. Совсем слабенькое, градуса три, но очень вкусное. Особенно после обычного компота из сухофруктов, который Владу тоже нравился, но здорово надоел за месяц. Медовые коржики тоже оказались выше всяких похвал.

В отличие от Влада остальные шахтёры и так находились в приподнятом настроении. У части бригады сегодня заканчивался месячный контракт, и народ веселился в ожидании скорого отдыха и получения денег. Члены «общества вспоможения» тоже были довольны, что несговорчивая ячейка, из-за которой упали их доходы, заканчивает работу. Свейн — тот самый, глава «общества» — даже подошёл к Владу после ужина. Парень напрягся в ожидании драки, но тот вполне мирно спросил:

— Слушай, человек. Ты ж ведь не собираешься возвращатсья?

— Не собираюсь.

— Ну и хорошо. Тогда не держи зла. И мы на тебя злиться не будем. Смог обмануть — молодец, а я сам дурак, что не переупрямил. Но, может, расскажешь, как ты это делал?

— Зла держать не буду, но и рассказывать не стану, — покачал головой Лопатин. — Секрет.

— Понимаю, — вздохнул Свейн. — Короче, если решишь сюда вернуться — возьмём в свою ячейку. А то урон порядку получается.

У Влада язык чесался сказать, что на корню он вертел такой порядок, при котором одни обирают других просто так, под видом какого-то мутного вспомогательного общества. Промолчал. Парень ещё в первые дни решил, наводить справедливость и устраивать революцию в отдельно взятой бригаде не будет. В чужой монастырь со своим уставом не лезут — если бы местных жителей не устраивал сложившийся порядок, сами бы поменяли. А раз готовы терпеть неудобства, значит, со всем согласны. Ну и потом — местные рэкетиры в самом деле придерживались каких-то правил. По крайней мере, не пытались устроить Владу несчастный случай со смертельным исходом, хотя возможностей было хоть отбавляй. Далеко не факт, что если это «общество вспоможения» свергнуть, на их место не придут другие, намного хуже.

— Слушай, Свейн, — Лопатин всё-таки решил поинтересоваться. — А с чего ты ко мне так нормально относишься? Я-то думал, ваше общество как раз из этих, которые «Бездна для орков».

— Были тут такие, — кивнул рэкетир, — Мы их и сковырнули, потому что они вообще правил не знали. Вели себя, как бешеные. Попади ты сюда при них, так бы легко не отделался. Эти твари тут такое устраивали, что народ почти перестал вербоваться. Поэтому нас и Грогар поддерживает, что мы порядок навели.

«Вот тебе и подтверждение», — покивал сам себе Влад. — «И ещё они следят, чтобы эта пакость тут снова не завелась — а попытки наверняка регулярно случаются. За это, собственно, и „налог“ берут. Хорошо, что не полез со своими представлениями о справедливости!»

Впрочем, стыдиться того, что не стал платить таким замечательным и справедливым «вспомогателям» Влад всё равно не стал. Попрощавшись со Свейном, забежал в каморку в бараке, и побежал в администрацию — за Дружком. Ужин слегка затянулся, так что Гринда, которая спешила на вечерний автобус, сегодня составить компанию на прогулке отказалась. Собственно, она уже сама выгуляла пса — за месяц орчанка с ним здорово сдружилась, и явно жалела, что скоро собака уедет. С Дружком можно было не гулять, но Влад решил сходить до автобусной площадки, чтобы позвонить дяде Саше — предупредить, что контракт благополучно завершил, и скоро вернётся домой. За месяц они с соседом несколько раз созванивались — Влад рассказывал, как у него дела и интересовался, как проходит обучение у друга.

— Скучновато, конечно, — делился дядя Саша. — Я всё это уже и так знаю, всё-таки пятнадцать лет на заводе оттрубил. То, что тут размеры резьб и прочей фигни отличаются, сам понимаешь, на общие принципы не влияет. Но делать нечего — приходится учиться. Тут вокруг в основном молодёжь, меня в компанию не принимают, неинтересно им со стариком. Надеюсь хоть когда на работу отправят повеселее будет, а то совсем закис. Даже, грешным делом, думал — зря с тобой на шахту не подался. Вдвоём-то всё веселее было бы. А так — хоть развязывайся. Только Хелла и спасает — без неё точно бы в запой ушёл.

Сосед явно ждал, что стоит Владу вернуться, и скучать снова станет некогда Влад поначалу тоже так думал, но теперь, когда затея с рационализацией добычи гелиотропа уже очевидно оказалась провальной, парень и сам не знал, чем будет заниматься по возвращении, так что дядю Сашу ничем утешить не мог. Друг это чувствовал — если поначалу спрашивал, как продвигаются исследования, то в последние разы молчал, чтобы не бередить душу товарища. Вот и сегодняшний сеанс связи прошёл коротко и невесело — Лопатин только сообщил, что возвращается, выслушал, что сосед его ждёт и непременно устроит праздник, и на этом попрощался.

Когда возвращались в барак, встретили Борна. Уже изрядно стемнело и Влад, увидев орочий силуэт, слегка перетрусил и чуть не спалился. Подумал, что кто-то из «общества» всё-таки решил побить человека напоследок, и хотел уже подозвать Дружка, чтобы телепортироваться сразу к бараку, но тут пёс побежал к орку, радостно виляя хвостом.

— Ждёшь вас, ждёшь! — пробасили из темноты голсом Борна. — Что за привычка всё время слоняться!

— А чего ждёшь? — спросил Лопатин.

— Да я это, поговорить хотел. Ты это, Влад, как смотришь на то, чтобы и дальше вместе держаться?

— Держаться вместе — это хорошо, но Борн, я больше на шахту не пойду, — Влад в этот момент чётко понял, что не только не вернётся на шахту, но и предложения бригадира принимать не станет, даже несмотря на возможность попасть на Имперскую корону.

«Незачем биться головой об стену — ясно, что и там я ни черта не высижу. Просто соображалки не хватает, или знаний»

— Так я и не предлагаю снова сюда вербоваться! — воскликнул Борн. — Я просто подумал — ты ж, получается, один. Друг твой по направлению работать будет, а ты не станешь. Будешь себе своё занятие искать. Я ж сам такой же, так что понимаю. Не хочу по протоптанной тропинке идти, свою хочу дорогу. А вдвоём-то всяко лучше себе место в жизни искать, чем поодиночке. Человек ты надёжный. Я, так-то, тоже не размазня, спину, если что, прикрою. Так-то я понимаю, что тут, на шахте, ты бы и без меня с этим обществом справился, но это сложилось так просто, а вообще я пользу приносить умею!

— Нет, одному мне было бы тяжелее, — не согласился Влад. — И вообще — я не против держаться вместе. Только я пока понятия не имею, куда теперь протаптывать дорогу, как ты выразился.

— Ничего! Что-нибудь придумаешь. А то и мне в голову какая мысль придёт. Главное, что не один, а остальное приложится.

Влад оптимизма товарища не разделял. Борн ему нравился, и парень действительно был не против «держаться вместе», вот только… Держаться вместе нужно против кого-то или за что-то, а у Лопатина сейчас ни того ни другого не было. «Так что, скорее всего, дружище, недолго мы вместе продержимся», — подумал парень, но вслух говорить не стал, чтобы не портить настроение товарищу. По сравнению с орком Влад сейчас чувствовал себя умудрённым жизнью стариком. Печальным и циничным.

Спалось отвратительно — завтрашний отъезд с шахты казался рубежом, перейдя который он окончательно простится с мечтой вырваться из уготованной колеи. «На следующий же день, как приеду, пойду в социальную службу. Запишусь на курсы переподготовки. Перед Борном извинюсь всё объясню. Пора признать — самостоятельную жизнь я не тяну».

Решение казалось правильным и очевидным, но на душе было отвратно, как у отличника, провалившего экзамен. «Всё-таки не зря я сюда провалился. Недотыкомка, как есть. Всю жизнь плыл по течению, а тут с чего-то решил, что особенный! Пора взрослеть, Влад. В конце концов, ничего плохого в том, что ты будешь делать то, что у тебя хорошо получается — нет!»

Уговоры помогали слабо. Утром в автобусе радостные от близящегося отпуска шахтёры косились на него с недоумением. Дружок и тот скулил сочувствующе — чувствовал, что хозяин тоскует, и не понимал, почему. Поезд прибывал только вечером, вся компания сидела на платформе в ожидании, и Влад своей кислой физиономией достал всех спутников, включая Борна. Понимал, что нужно взять себя в руки, но сил не хватало.

За ночь в поезде хандра немного поутихла, а уж когда прибыли в город, скучать и вовсе времени не осталось. Приехали рано, так что народу вокруг была масса — все спешили на работу. Дружка в метро пришлось держать на руках, чтобы не затоптали, отчего пёс был малость ошеломлён — он считал себя собакой исключительно наземной, высоты опасался.

— Во у него морда потешная! — ухмылялся Борн. — Да чего ты трусишь, хвостатый. Не уронит он тебя!

Дружок только покрепче цеплялся когтями за плечи хозяина.

Борн оказался орком крайне последовательным и целеустремлённым, и держаться вместе решил в буквальном смысле, так что жить решил перебраться в то же общежитие, в котором обосновался Влад. Лопатин не нашёл в себе сил объяснять приятелю, что собирается заниматься скучной алгоритмикой — решил сообщить эту новость позже, на следующий день.

Кое-как выбрались из вагона на станции. Влад отпустил Дружка и натянул на плечи рюкзак, который до этого держал в ногах. Там его несколько раз чувствительно пнули, из-за чего злосчастный «сувенир» изменил своё положение и теперь больно упирался в спину острым концом. Нужно было его поправить, но Лопатин уже так хотел добраться до нормального душа и кровати, что плюнул на это дело и решил потерпеть до дома. В результате даже толком не поздоровался с Хеллой, когда добрались-таки до общежития. Скороговоркой представил Борна и оставил комендантшу оформлять нового жильца, а сам рванул наверх.

Забежав в комнату, скинул рюкзак, вытащил осточертевшую каменюку, брякнул на стол.

Что-то звякнуло. Влад глянул на камень. Сбоку на поверхности куска руды лежал металлический ключ. Старый ещё, земной — от какого-то из замков на острове. Завалялся на дне рюкзака. Лопатин и не помнил даже, от какого он замка — то ли от квартиры, то ли от дома, в котором он образовался после провала. Обычный железный ключик.

Влад, не веря себе, протянул руку, отцепил ключ от куска руды, потом снова приблизил. Отпустил. Ключ опять примагнитился. Не слишком плотно, но усилие вполне чувствовалось.

— Магнетит, — сказал Влад. — Эта руда называется магнетит. Или магнитный железняк. А я — не идиот. Я — трижды идиот! Конечно, после переплавки получается обычное железо, которое не притягивает гелиотроп. Оно и не может притягивать, потому что после переплавки теряет магнитные свойства. Влад, ты — хтонический дебил! Это просто магнит!

Глава 12

— Местным-то откуда знать, дядь Саш! — распинался Влад перед соседом. — У них всё на тонких энергиях, на этом гелиотропе, который непонятно, чего за энергию создаёт. Но я-то! Да и ты тоже! Это ж надо было так тупить! Месяц! Месяц ходил по магнитам, хрен знает сколько тонн этих магнитов перетаскал, и при этом всё никак не мог сообразить, отчего волшебная энергия работает после переплавки! Ну не дебил⁈

— Владик, а как ты объяснишь, что гелиотроп на свежепровалившиеся острова летит? Ты ж не хочешь сказать, что остров тоже магнит⁈

— А божьим попущением, как мы раньше и думали… — начал было Влад, но потом прервался на секунду, и продолжил уже другим тоном: — Да нет, не так. Ты вспомни, мы когда провалились, у нас свет только через несколько часов закончился, а так и холодильники работали, и свет в квартире, да даже вывески в магазинах светились. С чего бы, если все провода оборваны, и электричество брать было неоткуда? А я тебе объясню, с чего. Это как с водой в речке. Течёт из ниоткуда в никуда просто потому, что она должна здесь течь. Всегда текла, вот её и оставили. Местные такие явления бесконечными реками называют. Так вот, если такой фокус можно провернуть с водой, то почему нельзя его же провернуть с электричеством и магнитным полем? Только воду этот гелиотроп, когда прилетает не высасывает, а вот магнитное поле ему для чего-то нужно. Для фиксации, скажем, для закрепления свойства полёта, не знаю.

— Так сколько там того магнитного поля от проводов-то? Там же не катушки, — напомнил дядя Саша.

— Да причём здесь провода⁈ — Влад подскочил — его снова начало накрывать волной энтузиазма. — Земля — это что? Магнит. Большой такой, огромный магнит. А наш городок — это как раз и есть кусочек Земли. И когда нас оттуда вырезали, то вырезали вместе с магнитным полем! Вот оно гелиотроп и приманило!

— Ну, вообще, звучит логично! — чуть подумав, признал дядя Саша.

— Всё это, конечно, гипотеза, — слегка сбавил градус восторга Влад. — Может статься, я опять себе напридумывал гениальное озарение, а на самом деле всем тут прекрасно известно, что такое магнитное поле и как оно получается. Но вот, например, Хелла ничего такого не знает, и Борн — тоже. Жалко, я с Хримпом не знаю, как связаться. У тебя нет контактов? Он же в технике местной разбирается, должен знать. Но даже если учёным местным всё известно, далеко не факт, что они связали электромагнетизм и обычный. Они, может, думают — это явления разной природы. Нет, точно помню, об электричестве они знают, мне как-то Хримп упоминал. В газете прочитал. — Парень слегка приуныл. — Но там эта статья была как о какой-то диковинке. Ну вроде того, как наши рассказывают, с каким мастерством эскимосы свои снежные иглу делают. Типа и тепло в них, и не капает, и даже светло — чудо какие хорошие сооружения. Но сами мы иглу не строим и даже не можем построить, потому что не надо нам. У нас просто климат другой!

— Владик, ты только не начинай опять бегать и орать, — попросил дядя Саша. — А то Хелла точно каких-нибудь санитаров вызовет, и будет у нас ещё один гениальный учёный в психушке.

Влад слегка сбавил накал эмоций, потому что угроза была не пустая. С Хеллой действительно получилось неудобно — когда Влад подбежал к комендантше, обхватил за плечи и принялся сыпать совершенно непонятными для орчанки словами, это уже было странно. Так после того, как орчанка ответила, что понятия не имеет, о чём он говорит, Влад от восторга подпрыгнул, расцеловал её в обе щёки, и принялся бегать вокруг общаги, сообщая всем случайным свидетелям, что он полный идиот. Хорошо, прохожих почти не было. Вот после этого Хелла, перехватив Влада, когда он пробегал мимо входа, силой увела его в комнату. Усадила, и, всунув в руки здоровенную чашку с каким-то отваром, велела ждать. Как вскоре выяснилось, женщина сообщила дяде Саше, что его друг вернулся нездоровым. Попросту рехнулся. Велела отпроситься с учёбы и приезжать побыстрее, а то она вызовет квалифицированных мозгоправов.

Дядя Саша задерживаться не стал, и уже через полчаса непонятные слова говорили оба землянина. Хелла поняла — заразился. Женщина всерьёз собралась в самом деле вызывать психбригаду, или как там правильно у местных называются врачи, помогающие при душевных болезнях. Насилу уговорили, причём помог, как ни странно Борн.

— Слушай, мамаш, да не пугайся ты так. Видишь — умные они. Аж наружу умище лезет. Сейчас излишки выйдут, и успокоятся. Я с Владом весь месяц проработал — нормальный он был. Только сильно много думал, ходил, как в воду опущенный. А тут, видать, чего-то всё ж сообразил, вот и радуется.

Свидетельству своего соплеменника Хелла поверила и решила повременить с радикальными мерами, но зря провоцировать женщину Влад больше не хотел — а ну как всё-таки приведёт угрозу в исполнение?

— Ну ладно. Звучит всё это убедительно. Для меня — так точно, но то я. Во-первых, я в науке дуб дубом, меня любой энтузиаст увлечёт. Местных-то ты как собираешься убеждать?

— А зачем их убеждать? — не понял Влад. — На их месте, если бы пришёл кто-то вроде меня, я бы его послал, или отправил куда меня Хелла и хотела отправить. Не собираюсь я их убеждать, сначала надо самостоятельно убедиться, что я не брежу. У нас же, я помню, лежит на складе в порту бухта медного провода. Ты ж брал, говорил — вдруг пригодится?

— Брал, — согласился дядя Саша.

— Ну вот, пригодилось. Сердечник железный, проводов намотать, вот тебе и магнит. Осталось только придумать, чем его запитать… Динамо-машину надо будет делать. Блин, а нам проводов-то хватит? Интересно, у них энерговоды из чего делаются?

— Из золота у них энерговоды, или из платины, — поморщившись, сказал дядя Саша. — Как специально, блин, самое дорогое и редкое выбирают. Ну и, соответственно, тонкие они. Обмотку из такого не сделаешь. Но нам, может, и хватит. Я как знал — там в доме, где жил, зачем-то хозяева хранили три катушки обмоточного провода по полтора километра каждая. Одна, правда, початая. Они его, прикинь, на огороде для подвязки растений использовали — то есть явно не покупали. Где-то скоммуниздили. Блин, не суть, отвлёкся. Короче, я их все прихватил — жаба задушила оставить, хотя и думал, что нафиг оно нам не надо.

— Класс! А то я уже думал, надо будет к нам на остров возвращаться. Так, щас я Каси позвоню, попрошу, чтоб она нас на склад пустила…

— Не позвонишь, — покачал головой дядя Саша. — Каси — в воздухе, буквально пару дней назад в очередной рейс они ушли. Говорит, на три недели ориентировочно. Да не куксись, пропуска в порт она нам с тобой оформила, и ключ от склада. Там у Хримпа и мастерская есть. Он, правда, обещал нас убить, если мы туда сунемся, но если аккуратно…

Влад просиял. Хотелось тут же всё бросить и бежать на склад, но дядя Саша его остановил:

— Владик, тебе там в социальной службе прогулы ставят. Ты ж должен вместе со мной являться к местным яйцеголовым и докладывать всё, что знаешь о Земле. У нас с тобой завтра очередной визит, и я тебя очень прошу — не забивай! Я там объяснил, что ты отправился денежек подзаработать, но как только — так сразу!

Парень хотел отмахнуться, но потом остановил себя. Вот в самом деле, зачем портить отношения с местным бюрократическим аппаратом просто так, без большой необходимости? Тем более что от этой структуры Влад пока видел только хорошее.

— Чёрт, но как же не вовремя!

Руки так и чесались срочно бежать и начинать изобретать электродвигатель и электромагнит, но Влад всё же решил не наглеть. Империя в лице социальной службы его вылечила бесплатно, оплатила общежитие на два месяца — и гораздо лучшее, чем он мог себе представить, да ещё и подъёмные выдала, причём вполне приличные. Которые он, Влад, ещё не истратил даже наполовину.

«Нет, ладно. Не хочется быть неблагодарной скотиной. Будем ходить на допросы…»

— Дядь Саш, а чего там спрашивают-то? Ты ж уже ходил?

— Угу, три раза, — кивнул сосед. — Как пишут во всяких официальных документах — встречи проходят в формате беседы. Лёгкой и ни к чему не обязывающей. Короче, расспрашивают тебя о жизни, о детстве, о политике… Им вообще всё интересно. Я так понимаю, пытаются что-то полезное от нас получить. Ты про магниты-то с гелиотропами как, будешь рассказывать?

— Не знаю, как пойдёт. Но вообще хочу сначала сам проверить и убедиться, — признался Лопатин. — Так что постараюсь особенно не распространяться.

— Ну и я тогда не стану, — согласился дядя Саша. — Тем более как-то ляпнул что-то, так там на меня посмотрели странно. Так что ты это, Влад, если тебя и там за психа будут принимать — это моя вина, извини.

Влад обижаться не стал — наоборот, порадовался. Пусть уж лучше пока ничего никто не знает и не верит — потом, если результат будет, можно будет всех недоверчивых носом потыкать. А пока лучше на этом проекте, действительно безумном, внимания не заострять.

«Во-первых, может ничего не получиться, — думал Лопатин. — Если окажется, что это всё-таки дурная фантазия и магнитное поле здесь ни при чём. Во-вторых, сейчас это даже не проект. Идея. А идеи сами по себе ничего не стоят».

Еженедельное собеседование в социальной службе оказалось именно таким, как описывал сосед. Влада расспрашивали о жизни, о работе… Больше всего заинтересовали имперских жителей методологии разработки земного программного обеспечения. Даже вызвали какого-то специалиста — алгоритмика из местных. Пришлось вспоминать всякие страшные слова вроде «Скрам», «Канбан» и, самое кошмарное — «Континиус интегрейшн». Довелось как-то Владу работать по такой системе, до сих пор вспоминал с содроганием. Слушали его с большим интересом, но недоверчиво качали головой.

— Но послушайте, молодой человек! — собеседником был гном, немолодой, но очень увлечённый. — Если работа будет вестись по таким методикам, как вы описываете, неизбежно появятся ошибки! Причём, возможно, страдать будет сама логика работы продукта, из-за неизбежно возникающих конфликтов требований! И никакие, самые внимательные тестировщики не станут гарантией, что эти ошибки будут найдены. Качество продукта будет неизбежно страдать!

— Оно и страдает, — пожал плечами Влад. — Неизбежно. Но зато, согласитесь, так гораздо быстрее. Пока кто-то добросовестный будет ещё только формировать требования, другой уже выбросит продукт на рынок, получит отзывы, исправит и сформирует…

В общем, Влад нашёл себе профессионала, который готов был слушать его мнение, и сам невольно увлёкся. Правда, резюме, которое высказал гном, оказалось нелестным:

— Понимаю, почему вы, молодой человек, не захотели переквалифицироваться и идти работать в ту же сферу, то и на Земле. Такая система действительно может привить её участнику стойкое отвращение к работе. У нас такое внедрить не получится. Если какие-то технические вещи, о которых мы с вами говорили, стоит исследовать, то методологии… я понимаю, на Земле — конкуренция. Важно сделать быстро. У нас тут большая часть сложных продуктов — это прерогатива империи. А империя не может себе позволить торопиться и делать некачественные вещи. Хотя… Кое-какие приёмы всё-таки можно будет внедрить. Мы с вами, молодой человек, ещё поговорим об этом в другой раз, но пока мне нужно всё обдумать.

На этом первый поход в социальную службу завершился. Владу даже понравилось — приятно всё-таки продемонстрировать свои профессиональные навыки, даже если не собираешься возвращаться. Гном был, пожалуй, поражён, пусть и не всегда приятно.

— Ну, как тебе? — спросил дядя Саша, когда они возвращались домой. Земляне, не сговариваясь, решили пройтись пешком — социальная служба от общаги была совсем недалеко, и спускаться в метро ради двух станций было лень.

— Ничо, вполне нормально, только кормят однообразно, — пожал плечами Влад. Социальная служба ещё и на бесплатный обед расщедрилась, так что земляне домой возвращались сытыми. — Меня на шахте весь месяц чем-то в этом духе кормили.

— Орочья кухня, — кивнул сосед. — Они в ней какие-то нюансы находят и им кажется, что это разные блюда. А на самом деле — закинуть в котёл всё, что найдёшь, и хорошенько потушить — вот и все их изыски. Остальные тут над ними смеются даже, а они, наоборот, гордятся.

— Прикольно, — покивал Лопатин. — Ты, я смотрю, уже в курсе местных дел.

— А мы как раз об этом сегодня говорили, — объяснил сосед. — Допрашивать меня, походу, прекратили — видно, всё, что им было про Землю интересно, я уже рассказал. Теперь вот меня просвещают. Чтобы, значит, быстрее в местную жизнь встраивался.

— Вон оно как! На самом деле приятно, когда о тебе так заботятся, — задумчиво сказал Лопатин. — Ну то есть нас тут не бросили, чего-то даже делают специально, чтобы мы ассимилировались. Я так понимаю, у них люди совсем не часто появляются, а целая социальная служба для нас есть.

— Да это не для нас, — хмыкнул сосед. — Тут же не одна империя есть.

— Ну да, ещё эльфы. У них, кстати, тоже империя или что вообще?

— У них демократия, как у нас на Земле, — хмыкнул дядя Саша. — Выборы и всё такое. Но, сам понимаешь, выбирают всегда тех, кого надо, чтобы выбрали, а на самом деле всем рулит кучка самых богатых и влиятельных семей или родов. К слову здесь, в империи, тоже всё так же — есть император, есть всякие древние роды, которые, чаще всего, демоны, и они определяют курс партии и правительства. Ну, ты понял. А в целом, всё логично — у кого деньги и связи, тот и решает. Так, походу, вообще везде. Но я о другом говорить начал — тут и ещё всякие государства в наличии.

Влад удивлённо уставился на соседа.

— Ага, я тоже удивился, когда узнал. Я, правда, в местной географии ещё не разобрался, так что какие именно соседи у империи есть — не скажу. Знаю только, что империя и эльфы — самые сильные и самые большие. И да, между собой воюют, а с остальными у империи вроде как нейтралитет или дружба. Ну и приезжают, бывает, граждане соседей на жительство — на постоянное, или временное. Вот, получается, социальная служба и нужна для того, чтобы их адаптировать. Чтоб, значит, нормально встроить новых граждан или гостей в жизнь страны.

— Дельно, — задумчиво покивал Влад.

— Угу. И выгодно. Только, я так понимаю, если ты и после этого не встроишься, то сам себе злобный буратино, и за уши тебя как в Союзе никто тянуть не станет.

А на следующий день был выходной, так что дядя Саша с большим удовольствием отправился вместе с Владом в порт. У Лопатина аж руки подрагивали — то ли от нетерпения, то ли оттого, что страшно — вдруг ничего не получится. Так что парень был искренне рад, что начинать работу будет не один.

— А мы хоть знаем, какие примерно должны быть параметры у магнита? — спросил сосед, когда они встретились в коридоре общежития.

— Конечно, нет! Мы даже не знаем толком, как этот магнит делать, — пожал плечами Влад. — Экспериментировать нужно. Но я ж там забрал с нашего острова кое-какие книги, в том числе и по электротехнике, так что справимся как-нибудь. Пойдём уже быстрее.

— Сначала — завтрак! — строго сказал дядя Саша. — И нечего такую рожу строить. Серьёзное дело собираемся делать, нечего так с наскока! И приятеля твоего надо прихватить, а то он заскучал вчера. Ты его, вообще, где подобрал-то?

Влад мысленно выругал себя нехорошими словами. Про Борна он ухитрился забыть напрочь — накануне даже не зашёл повидаться.

— Точно, Борна тоже возьмём, — сказал Лопатин соседу. — Помощник нужен.

— Во-во, а ты про него забыл. Вообще обо всём забыл, так ведь? Не суетись, Владик. Тут, понимаешь, надо обстоятельно ко всему. Вспомни, как ты на острове корабль строил. Медленно и печально, как на похоронах. Зато и результат получился нормальный.

— Ага, только мы его взорвали сразу, как построили, причём чуть ли не вместе со мной, — вздохнул Влад. — Надеюсь, с магнитом так не получится!

Глава 13

Народа в метро было не слишком много — утро, но не самое раннее, основной поток уже схлынул. Влад сонно моргал, невидяще глядя на пассажиров, занявших противоположный ряд сидений, но мысли были далеко. Последние несколько дней пролетели как лето у фрилансера — вроде только началось, а уже школьники к первому сентября готовятся. А что в промежутке — решительно непонятно. Вот и Влад, если бы ему пришлось описывать, что происходило в последние дни после возвращения с шахты, смог бы сказать только пару фраз: «Делали генератор, а потом магниты».

Сложности начались после того, как закончились выходные. Дяде Саше нужно было возвращаться на курсы, а без квалифицированного помощника дело резко сбавило темп. Борн, как оказалось, обладает поразительным антиталантом к технике. Любой, причём — что земной, что местной, из Бездны. Максимум, который можно было поручить орку — это что-нибудь держать неподвижно и не отпускать. Орк искренне старался быть полезным в чём-то большем, но — не судьба. Причём Влад видел — приятель совсем не тупой, но тут просто какое-то наваждение. Любое, хоть сколько-нибудь сложное устройство, что называется, в руках горит. Дядя Саша выражался проще — руки из задницы. Так и получилось, что работать пришлось почти одному.

С самим генератором, как оказалось, вообще никаких проблем. Дядя Саша, хомячья душа, набрал в полёт на материк кучу всякой техники. Причём если Влад, когда собирался, по привычке отдавал предпочтение сложной электронике, из-за чего в запасах сейчас скопилась куча бесполезных ноутбуков и прочего подобного, то сосед набирал вещи попроще. Нашлись среди соседских запасов и пара автомобильных генераторов.

— Я бы и обычный взял, — вздохнул сосед. — Ну, который в доме стоял. Каси не разрешила — сказала, перевес получится. Так что придётся чего-то колхозить. Но нам ведь не нужно прям стабильное напряжение, правильно? Лишь бы заставить его вращаться хоть как-то…

В этом и заключался затык. Влад первым делом подумал о том, чтобы приспособить какой-то из местных двигателей. Целый день убил на то, чтобы разобраться, как они работают, и сдался. Никаких вращающихся частей — они просто создают тягу при подаче энергии. Будто какое-то поле возникает, которое толкает сам двигатель и всё, к чему он прикреплен. Как реактивный двигатель у ракеты, только вот никакой реактивной струи нет. Как это получается Влад разобраться так и не смог. Борн тоже только виновато развёл руками:

— Я ж необразованный, только школу закончил. А в школе об этом подробно не говорили. Энергия гелиотропа путём сложных преобразований передаётся на рабочую массу двигателя, отчего она приобретает импульс. Чем больше рабочая масса и количество энергии, тем сильнее импульс. А как уж это происходит в подробностях — извини.

В общем, местные двигатели для вращения ротора никак не подходили, поэтому пришлось изобретать свой, земной. И вот тут дядя Саша помочь ничем не мог, да и Владу как-то не пришло в голову прихватить из родного города хоть сколько-нибудь внушительный двигатель. Первая мысль, конечно, была о паровой машине. Влад даже начал прикидывать, что именно потребуется для того, чтобы её построить и понял, что воплощение паровика в металле потребует совершенно неприличных вложений и грозит растянуться на месяцы. В принципе, Лопатин никуда не торопился, но вот финансы… Да и хотелось побыстрее проверить, можно ли так добывать гелиотроп в принципе.

— Так это, человеки, — пробасил Борн, когда Влад поделился с товарищами выводом. — На кой-городить какую-то машину? Эта штука быстро должна крутиться? Может, я просто руками покручу?

Влад с дядей Сашей переглянулись.

— Я велосипед взял, на всякий случай, — поделился сосед. — Надо только сидушку приделать, чтобы его выдерживала, и педали усилить. И, пожалуй, ещё длину их увеличить как-то, а то ему коротковато будет. Или вообще как-то регулировать, только чтоб можно было меняться.

Вот так электрогенератор трансформировался в динамо-машину. За оставшийся выходной переделали велосипед, установил его на станину. Борну результат очень понравился — орк был готов крутить педали часами.

— Классная штука! Даже жаль, что испортили. Если на нём ещё и ехать — вообще бы классно было! И чего у нас такого не придумали?

— Да может, и придумали, только распространения не получило. И потом, у вас с этим сложно — массовый выпуск трудно наладить. Слишком много разного по размеру народа, — задумчиво пробормотал Влад. Думал парень в этот момент о другом — как он будет делать магнит. Тем более, главного помощника он лишился — назавтра дяде Саше пора было учиться. Впрочем, сосед в любом случае открещивался:

— Владик, я в электричестве ничего не понимаю, — объяснил мужчина. Даже не так. Если чего по электрической части сделать — это я могу, а расчёты не ко мне. Ты ж сейчас будешь считать, какой магнит надо сделать, чтобы под генератор наш подходил?

Влад подумал, что расчёты — это и не к нему тоже. Понятно, что задачка уровня школьной физики, но очень уж давно эта школьная физика была. Пришлось искать в учебниках, несколько из которых парень всё-таки набрал. «Не зря я техникум грабанул!» — радовался Влад, открывая старый, советский ещё, учебник по электротехнике. Борну пришлось здорово потрудиться, пока Влад замерил силу тока и напряжения, выдаваемые генератором. Благо мультиметр тоже был.

— Вообще, хрен бы мы чего сделали, если б не технический потенциал Земли, — объяснял Влад приятелю. — И если б мы с дядей Сашей предусмотрительно не натырили столько всего полезного из дома. Так вот представляешь, что делать… у вас вон медь даже дорогая. Так ещё и проводов из неё не делают. Наверное, на заказ можно, но это ж представить страшно, сколько всего нужно сделать вот так с нуля!

В конце концов электромагнит был готов. И даже, подключённый к генератору, довольно сильно притягивал стальные гвозди и прочую железную мелочь. Вот только неравномерно, потому что как ни старался, Борн с одной скоростью крутить педали никак не мог. Пришлось подключать параллельно все конденсаторы, какие Влад нашёл в хозяйстве. Было ужасно жаль потрошить технику, но парень решил, что лучше сразу сделать настолько хорошо, насколько возможно. И вот, спустя почти неделю, конструкция была готова. В первом приближении. Теперь оставалось её только испытать.

В честь такого события Влад с Борном решили устроить выходной. А ещё — помыться и переночевать в общежитии. До этого парочка из орка, человека и пса ради экономии времени жили прямо на складе. Владу было жалко тратить время на ежеутренние и ежевечерние поездки.

Сейчас парень, здорово уставший за последние дни, пытался сообразить, что делать дальше. «Можно попытаться „порыбачить“ прямо с материка, — рассуждал Лопатин. — Но не зря же Корона империи опускается так низко!» Парень припомнил, как они пролетали мимо исполинского сооружения. Выходило, что она была по меньшей мере на километр ниже самой нижней точки материка. «То есть надо ждать Каси и просить помощи. Она наверняка не откажет, но что-то мне не хочется её напрягать. Чуть что — сразу к Каси. И так мастерской пользуемся! Ну и последний вариант…»

— Привет, человек. Уже не боишься змееглазых рептилоидов?

Влад вынырнул из своих мыслей и обнаружил, что смотрит прямо на сидящиего напротив рептилоида. Но разговаривал с ним не он вовсе, а знакомая тенебриса Эсфирра — та самая, похожая на чужого, которую они с Александром встретили в первый день на материке. Тенебриса обнаружилась рядом, на соседнем сиденье.

— О! Здравствуй… те. Да, привык уже. Хотя всё ещё любопытно — я здесь больше месяца, а пока в основном с орками общаюсь.

— Потому что их здесь много, — Эсфирра склонила голову на бок. — Этот материк принадлежит демонам и оркам. Но много и других, просто по сравнению с основными расами и видами их меньше и они не так заметны. В других местах не так. Например у врагов империи не принято жить в одном месте. Каждая раса и вид живут по отдельности, даже если это одно государство.

— Это плохо или хорошо? — решил уточнить Влад.

— Это никак. Не хорошо и не плохо. Каждый живёт как хочет. Но мне нравится здесь, потому что здесь все разные и при этом стараются друг другу не мешать. Хотя у них не всегда получается.

Что ответить на это Влад не придумал, поэтому решил сменить тему:

— А вы здесь кем-то работаете?

— Да, — кивнула Эсфирра. — Я работаю на станции слежения. Моя чувствительность высока. Это я была той, что обнаружила появление большого острова далеко за пределами Ойкумены. Сначала я почувствовала, а потом это подтвердили приборы. Должно быть, ты прибыл с того острова.

— О! Ну, в таком случае, спасибо, — Влад был в самом деле благодарен тенебрисе. — Пока за нами не прилетели, я боялся, что больше здесь никого нет.

— Должно быть, это было страшно, — кивнула Эсфирра. — Остаться на маленьком острове в пустоте. Я люблю, когда разумные боятся. Это заставляет их что-то делать.

— Угу, — криво ухмыльнулся Лопатин. — У нас это называется выйти из зоны комфорта.

— Скажи, что ты делаешь здесь, на материке? Вернулся к тому занятию, которым жил до падения?

Владу стало немного не по себе. Все вокруг называли их появление в Бездне провалом, он и сам привык так думать. Падение… сразу вспомнились земные легенды про падших. «Забавно, — подумал парень. — Получается, я сейчас тоже падший. Да мы все тут падшие».

— Нет, — покачал головой парень. — Надоело. Пытаюсь придумать что-нибудь полезное.

— Это хорошо. Мне нравится, — Эсфирра кивнула. — Тебе выходить на следующей станции. Твой друг напуган. А твоя собака меня, наоборот, больше не боится. В прошлый раз он чувствовал твой страх и разделял его с тобой. Но ты перестал бояться и он — тоже. Почему ты не написал мне в Друзьях, как обещал?

— Да как-то неловко было. И некогда. Я целый месяц работал на шахте, там редко можно было воспользоваться переговорником.

— Не нужно неловкости. Мне интересно поговорить с падшим совсем недавно человеком, а тебе интересно разговаривать со мной. Но мне трудно говорить с тобой — приходится имитировать человеческую речь, к которой я не приспособлена. Гораздо удобнее переписываться.

Влад послушно вытащил телефон и нашёл в Друзьях Эсфирру. Парень не совсем понимал, чем так заинтересовал странную и немного пугающую тенебрису, но ему тоже было интересно.

«Вообще, с тех пор, как оказался на материке, я правда живу в своём маленьком мирке. Тут столько всего, а я про это ничего не знаю. Ни географии, ни истории, ни особенностей других рас и видов. Вот интересно, эти тенебрисы — они вообще кто? Когда они жили на Земле?»

— Офигеть, ты можешь с ними общаться? — это Борн его спросил, когда они вышли из вагона. Земные словечки, особенно те, которые не стоило бы заучивать, орк перенимал с дивной скоростью. — Жуть какая! Я тенебрисов боюсь. Знаю, что зря, но ничего не могу с собой поделать.

— Ну да, а в чём сложность? — удивился Влад. — Это вон ей сложно, как я понимаю, а нам-то чего? Ты, кстати, не в курсе, откуда она говорит, а то я постеснялся спросить.

— Да ниоткуда не говорит, — хмыкнул Борн. — Это ж тенебрис! Одна из древних хищных тварей — они ещё до нас сюда провалились. Только вроде как не с Земли, откуда-то ещё. Они не говорят, совсем, общаются ментальным образом. Только у нас, орков, мозги по-другому устроены, отчего мы их слова воспринимать не можем. Я раньше думал, их вживую вообще только демоны могут слышать!

— В смысле⁈ — не понял Влад. — Что значит «ментальным образом»?

— Ну то и значит. Транслируют мысли прямо в мозги. Только для этого и самому надо какой-то чувствительностью обладать. А мы, орки, на других волнах думаем, вот и не можем её услышать.

— Так, стоп. Ты, надеюсь, не хочешь сказать, что она мысли мои читала? — испугался Лопатин.

— Не, это никто не умеет… ну, насколько я знаю, — поправился Борн. — Она только немного эмоции чувствует, причём, как я понимаю, не мозгами, а по мелким реакциям. Ну, там, зрачки, запах пота, сердцебиение. Они, вообще-то, очень опасные, тенебрисы. Прирождённые охотники, очень живучие, очень хищные. У нас с ними в древности конфликт был, так несмотря на то, что их в тыщу раз меньше, мы всё равно чуть не огребли. И даже, может, вообще бы продули, не знаю, но потом они резко перестали воевать и решили договариваться. Ну и наши, ясен пень, тоже не стали в бутылку лезть. Кому это надо друг друга мочить? Там потом ещё остроухие обнаружились, вообще не до тенебрисов было.

— Вот я, кстати, хотел спросить. Мы тут с дядей Сашей ещё в первый день повстречали эльфа. Очень удивились — ничего, что у нас с ними конфликт? — спросил Влад.

— Так у нас же не со всеми эльфами конфликт, — пожал плечами орк, — а только с теми, которые сами с нами конфликтуют. Этот, может, решил здесь жить, или вовсе с самого начала в империи жил. А может, это и не эльф был, а, скажем, какой-то из подвидов. Их же тоже много разных, они не однородные… короче, надо тебе в эту социальную службу не забывать ходить, — неожиданно закончил Борн. — Там всё объясняют нормально, а не как я. По-научному, с подробностями, чтобы понятно было. Да и вообще, сейчас не о том думать надо. Лучше скажи — как мы будем установку испытывать? Страсть, как хочется уже проверить!

— А вот с этим-то проблема, — признался Влад. — Придётся, наверное, Каси ждать. Ну, ты помнишь, я рассказывал — это мы у неё на складе тусуемся всю последнюю неделю. Она капитан «Стремительной».

— Да ну, долго, — поморщился Борн. — Давайте лучше скинемся и свой корабль купим. Маленький.

— Думаешь, хватит денег? — Влад, если уж совсем откровенно, и сам уже думал о чём-то таком. Во-первых, ждать никакого терпения не хватало, во-вторых — очень, очень сильно не хотелось облажаться перед командой «Стремительной». Владу даже в кошмарах снилось, как он опускает магнит в бездну, и ничего не происходит. А Каси сочувственно хлопает его по плечу, и говорит: «Ну, никто и не сомневался, что не получится. Не расстраивайся!»

— На что-нибудь небольшое — хватит, — деловито ответил Борн. — Какой-нибудь старенький одномачтовый тендер мы вполне потянем. Тихоходный, ясное дело, да и грузоподъёмность у него аховая, но нам ведь много и не надо. Да и вооружения никакого… короче, мы ж не будем далеко от материка ходить? В пребрежных течениях только. В общем, должны потянуть.

— А управление потянем? — спросил Влад. — Если с двигателями разобраться я ещё смогу, то паруса — вообще для меня тёмный лес. А самое главное — на управление кораблём права какие-нибудь нужны?

— Для такого мелкого у меня есть. Стандартные, минимальные, которые любой дурак получить может. А с управлением — процессе разберёмся! — махнул рукой Борн.

— Подожди, так ты умеешь?

— Да ничего я не умею. Правила воздухоплавания только знаю. Как сигналы подавать, как расходиться на встречных курсах, как швартоваться, ну и всякое такое. Короче, не парься. Нормально всё будет! Чего нам ещё две недели-то сидеть? Купим кораблик, и пойдём себе, всё проверим!

«Отличный план, — подумал Влад. — Купить старую развалюху и отправиться на ней в полёт, при этом не умея ей толком управлять. Что может пойти не так?»

— Я в деле, — сказал, и сам не поверил, что ляпнул такое. — Надо только с дядей Сашей посоветоваться. А он, наверное, будет против.

— Ничего ты в разумных не понимаешь, — беспечно улыбнулся Борн. — Александр — мужчина серьёзный, это да. Но он тоже согласится. Сразу поймёт, что это дельная мысль. Зачем нам ждать кого-то лишних три недели? И потом, это ж свободный охотник! Им с нами возиться не с руки. А если у госпожи Касиодорры дела какие будут, или задержатся? У какого нормального мужика хватит терпения столько ждать?

Как показало время, прав оказался Борн.

Глава 14

Кораблик совсем не впечатлял. По сравнению с изящной «Стремительной» смотрелся неуклюже, как утка рядом с соколом. Да и грязноват был.

— А что вы хотите? — пожал плечами капитан. Пожилой уже орк с пожелтевшими от времени клыками и выражением лица таким философским, что не верится, что он вообще с тобой говорит, а не с внутренними демонами.

«Он и сам выглядит, как его корабль, — подумал Влад. — Запылённым и усталым».

— Шестьдесят лет каботажа, — неспешно рассуждал старый орк. — Муку вожу с мукомольных заводов в город. Возил, то есть. С чего ему чистым-то быть? Я-то один на нём. И механик, и грузчик, и навигатор, и матрос… на всё рук не хватает, вот и приходится где-то халтурить. Потому, собственно, и продаю, что всё — наработался. Дети по другой стезе пошли, себе на пенсию наработал достаточно, так и чего судьбу испытывать? Ждать, когда прихватит чего-нибудь прямо в потоке?

— То есть в целом кораблик ещё ничего? Походит?

— А что ему не походить? — всё так же философски ответил капитан. — Обслуживал вовремя, на материалах не экономил. Да и эксплуатировал машину в щадящем режиме. Ослик, он ослик и есть — неприхотливый, но надёжный.

«Ослик» — это так назывался бот, который сейчас ждал своей судьбы. В самом деле похож — небольшой, слегка пузатый. Несмотря на вроде бы непрезентабельный вид, в целом выглядел корабль надёжно. Троица покупателей переглянулась. Влад, дядя Саша и Борн как по команде вздохнули, кивнули друг другу, и Влад озвучил общее решение:

— Берём. Торговаться не будем.

— Вот и ладно, — кивнул бывший уже капитан, ничем не проявив радость. — Не тревожьтесь за «Ослика». И за себя — тоже. Он не подведёт. Шестьдесят лет назад я такой же, как вы был — зелёный абсолютно, ни в машинах ни в судовождении не разбирался. И «Ослику» тогда те же шестьдесят было. Ничего, не подвёл. Ни разу. Ещё столько же и проходит.

Влада такие откровения не очень вдохновляли. Сто двадцать лет кораблю! Нет, понятно, что в империи стараются делать качественные вещи, чтобы не пришлось тратить и без того дефицитные ресурсы на ремонт и переделку. Ясно также, что воздушные корабли находятся в чуть ли не самой благосклонной стихии — это ведь не вода, тем более солёная, которая заставляет ржаветь даже, казалось бы, самые стойкие к ржавчине предметы.

«Но сто двадцать лет!»

Влад только головой покачал. Поздно что-то менять. Всё было решено ещё два дня назад. Дядя Саша тогда здорово удивил. Когда они с Борном высказали свою идею, тот ответил примерно так же, как и сам Влад:

— Купить на все деньги какую-нибудь старую развалюху, поставить на неё установку, без опытных матросов лететь испытывать? А рынок в выходные работает? Нет, можно и в будни, отпрошусь уж разок. Просто хотелось уже доучиться — всего неделя осталась, а дальше я совершенно свободен. То есть могу и раньше, но хотелось бы всё ж получить местные корочки.

— Я думал, ты будешь отговаривать, — признался Влад.

— С чего бы? Знаешь, Владик, я сейчас как в юность вернулся, только уже старым. Оно как было? ПТУ закончил, срочку отслужил, а дальше — непонятно вообще, что делать. В стране какая-то задница начинается, хотя пока так, только в воздухе витает. Сам — дурак-дураком. Ну, да откуда там мозгам взяться в двадцать-то лет? Что делать, непонятно, зачем это делать — тоже непонятно. Вот и здесь ровно тоже самое. Только я тут подумал — ну его нахрен, не хочу второй раз повторять. Не зря ведь мне эту вторую жизнь кто-то там обеспечил? Да и возраст опять же уже не тот. Короче, хочется что-нибудь поинтереснее, чем гайки на заводе крутить. Дело тоже хорошее, ничего не говорю, даже уважаемое. Просто надоело уже. Так что если есть у нас шанс что-то интересное сотворить, так и будем его использовать. И деньги мои тоже учитывайте. Я из подъёмных только на подарки Хелле малость потратился, да на переговорник, но это мелочи. А так — всё цело.

— Класс! — обрадовался Борн. — Тогда мы и не совсем развалюху сможем подыскать!

Вот они и подыскали не совсем развалюху. Вариантов «подешевле» было достаточно много. Некоторые из них, на взгляд Влада, даже гораздо симпатичнее, чем «Ослик». Чистые, свежепокрашеные. И продавцы — весёлые, говорливые, убедительные. Наверняка среди предлагаемых кораблей были действительно неплохие, но только ушлые рожи продавцов ясно показывали — если у тебя нет надёжного и опытного механика, шансы выбрать такой из кучи подкрашенных «трупов» приближаются к шансам выиграть в лотерею.

Капитан Кроган сидел в самом дальнем конце корабельного рынка. Друзья ни за что не нашли бы его — слишком неприметен был как сам капитан, так и его «Ослик». Специально искали. Хелла, услышав, что обсуждают постояльцы общежития, взяла дело в свои руки, что-то проверила в переговорнике, и ультимативно потребовала:

— Значит так, завтра едете на рынок, ищете капитана Крогана. Пожилой такой орк. Он там будет на самом непродающем месте, потому что продаёт сам, услугами профессиональных торговцев пользоваться не хочет. Покупаете у него, и, желательно, не торгуясь. А ты, — она больно ткнула пальцем в грудь дяде Саше, — услышу, что канул в Бездну, домой можешь не возвращаться!

Вот так им и сосватали «Ослика».

«Пожалуй, это действительно наилучший вариант, — размышлял Лопатин, разглядывая приобретение. — Что с того, что тихоходный и неповоротливый? Нам ведь не воевать на нём. А для наших целей подходит как нельзя лучше. И разместиться можно вполне комфортно. Места, пожалуй, даже побольше, чем на „Стремительной“, если в пересчёте на человека».

Оформление сделки заняло несколько дней, причём заниматься этим пришлось Владу вдвоём с Борном — дядя Саша старательно доучивался, чтобы получить вожделенный документ. Лопатин даже позавидовал в какой-то момент. Подумал — может, в самом деле напрасно он совсем-то от этих скучных вещей дистанцируется? Вспомнил, как родители настаивали, что обязательно нужно иметь документ об образовании, хотя он уже на втором курсе начал работать, и в четвёртом окончательно разочаровался в учёбе и даже хотел уйти. Там, на Земле, диплом оказался в самом деле не очень нужен, но что, если в Империи по-другому?

В результате по вечерам, когда присутственные места не работали, принялся разбираться в местном программировании. Оказалось не слишком сложно — принципы-то те же, логика тоже не отличается. Тем более, такого разнообразия языков, как на Земле, не было. С одной стороны — не слишком удобно, у универсальности есть свои минусы. С другой — на базовом уровне как раз всё гораздо проще, а углубляться в специализацию Влад и не планировал.

Наконец, все бумаги были оформлены. Троица компаньонов, несмотря на позднее время, вернулась на пристань. Стоянка была оплачена прежним капитаном «Ослика» ещё на целый месяц, так что хотя бы этот вопрос пока не горел.

— Корабль надо обмыть, — решительно сказал дядя Саша. — И мои документы — тоже. Мне нельзя, но в целом — надо. А то удачи не будет.

Пришлось объяснять Борну земную традицию, от которой орк пришёл в полный восторг:

— Вот видно, что вы там, на Земле, понимаете в хороших приметах!

Денег после покупки и оформления бумаг оставалось совсем немного, так что сильно гулять не стали. Посидели, можно сказать, по-семейному, тихо. Больше праздник живота, чем попойка — земляне решили забабахать шашлык. Не на самом корабле, понятно — нашли местечко неподалёку от пристани. Нажарили, а уж потом вернулись на корабль — праздновать. Борн такого блюда не знал, и, попробовав, был в полном восторге. Впрочем, землянам тоже понравилось. Наевшись потягивали прямо на палубе какую-то местную кисло-сладкую шипучку, наблюдали за ночными переливами света в небе, за мельканием сигнальных огней. Порт не засыпал даже ночью, так что в отдалении, за краем материка, то и дело мелькали огни пролетающих кораблей. Было красиво и немного тревожно.

Утром все проснулись бодрые и напуганные ещё сильнее, чем вчера. Земляне — понятно, но даже Борн ощутимо подрагивал. Тем более, что именно ему предстояло быть капитаном. Влад в промежутках между оформлением документов вроде бы тоже изучил основы управления кораблём, но исключительно теоретические. И — без парусов. На «Ослике» их было не слишком много, но даже к тем, что были, Влад пока подходить боялся. Как и остальные совладельцы судна. Впрочем, на первый раз можно было обойтись и без них. Лопатин вообще надеялся, и не без оснований, первое время пользоваться исключительно двигателями. Да, так получается дороже, да и ресурс у техники не бесконечный, но зато не нужно тратить массу времени на то, чтобы разобраться с палубной оснасткой и управлением.

И всё равно было страшно. Троица воздухоплавателей набилась в крохотную рубку. Борн включил корабельный переговорник.

— Бот «Ослик», номер пятнадцать тридцать пять вызывает твердь, — не слишком уверенно начал рулевой.

— Твердь на связи.

— Прошу разрешения на взлёт. Маршрут — портовые склады.

— Можешь лететь, Ослик, — скучающе ответили на том конце.

— Так… Сначала самый малый на верхнюю тягу.

Борн глубоко вздохнул и повернул переключатель. В глубине корабля что-то едва заметно, на самом краю чувствительности задрожало. Примерно так же дрожало в «Стремительной», когда машины работали, так что Влад счёл это хорошим знаком.

— Ага, — тяжко сглотнул Борн. — Теперь ещё немного.

В ноги едва заметно толкнуло — как в лифте на самой малой мощности. Влад глянул в окошко — медленно-медленно земля опускалась вниз.

— Эй, Ослик, не задерживай остальных, — недовольно заговорил переговорник. — Что ты ползёшь, как червяк беременный⁈ Резче давай!

Борн послушно прибавил ещё. Дрожь едва заметно усилилась, в ноги толкнуло сильнее. Земля за окном стала опускаться значительно быстрее.

— Так, теперь горизонтальные оба на малый, — пробормотал Борн, — И сразу дальше на средний.

Бот сдвинулся в сторону, пролетел немного, а потом дрожь вдруг прекратилась — «Ослик» вышел за пределы материка, на него больше не действовало слишком высокое для двигателей тяготение. Естественно, кораблик сразу рванул вверх — усилие-то прилагалось прежнее. Борн поспешно поставил вертикальную тягу на ноль.

— Ну что, взлетели, — тяжко вздохнул орк.

Влад посмотрел на товарища и едва сдержался, чтобы не засмеяться. Борн был весь в поту, как будто только что закончил смену в шахте. И руки у бедолаги дрожали.

— Ага, — ответил дядя Саша. — Теперь осталось сесть. Только давайте малость полетаем, а? Проверить хочется.

Борн кивнул, и слегка тронул штурвал, заставляя один из двигателей чуть уменьшить тягу, а второй, наоборот, увеличить. Корабль повернулся, Борн вернул штурвал на место, и прибавил тягу. «Ослик» неторопливо направился прочь от материка. Спустя час Влад сделал вывод, что «Ослик» всё делает неторопливо, и проблема тут вовсе не в неопытном рулевом. Дело в не слишком мощных двигателях, да и форма корабля для резких маневров не подходит.

«Да уж, это вам не „Стремительная“, — думал Лопатин, — зато — экономичный. Топливо ест чуть ли не втрое меньше, это при том, что груза перевозить может больше. Правда, груз мы возить не собираемся, но неважно. Всё равно — хороший кораблик!»

За время, пока летали, каждый из троицы успел немного порулить. В целом, как оказалось, ничего сложного, так что Влад решил непременно выучиться официально, чтобы корочки были. И дядю Сашу заставить, несмотря на его нелюбовь к управлению транспортными средствами. Всё-таки лучше, если каждый будет уметь управлять кораблём — просто на случай, если с двумя что-то случится.

Долго кататься не стали. Первый полёт — лишь способ всё проверить и окончательно убедиться, что с кораблём они справятся. Главная цель впереди, и всем очень хотелось поскорее приступить к её исполнению. Посадка была уже не так волнительна, как взлёт. Хотя мягко не получилось — корабль тряхнуло так, что Борн с трудом удержался на ногах, а Влад с дядей Сашей, которые стояли рядом и за штурвал не держались, вовсе попадали.

— Ну ты, блин, даёшь, — возмутился сосед. — Поубивать нас вздумал? Хоть бы корабль пожалел!

— В следующий раз буду аккуратнее! — счастливый оттого, что можно расслабиться, Борн внимания не обратил на возмущение дяди Саши. — Или сам сажай, раз такой умный! А «Ослику» ничего не сделается — он и не на такие нагрузки рассчитан!

Сказал, а сам побежал проверять — не сломалось ли чего. Однако корабль, действительно, неаккуратную посадку пережил стоически.

Оставшуюся часть дня монтировали установку. Влад был доволен, как слон, что она получилась такой лёгкой. Если бы поставили нормальный генератор, пришлось бы придумывать что-то с центровкой, просто так на корму уже не поставишь. К вечеру всё было готово. Чтобы не терять куража ночевать снова остались на складе, а утром, ещё до того, как стало светло, собрались в первый полёт. Даже Дружка взяли — пёс категорически отказался оставаться на тверди, когда хозяин собрался куда-то там лететь. При этом, всходя по трапу четвероногий так тяжело вздохнул, что было очевидно — на земле ему нравится намного больше.

Как только начало светать, «Ослик» поднялся над твердью и неторопливо поплыл прочь от материка.

— Так, ну что, как и договаривались, как можно ниже, — пробормотал Лопатин. — У нас длина проводов всего триста метров.

Запасённого дядей Сашей провода хватило бы, чтобы увеличить длину «удилища» чуть ли не на порядок, но Влад решил так не рисковать. Слишком большие потери. Провода будут греться, напряжение — падать, магнитное поле ослабевать… да и попробуй найди такой длинный трос. В Короне империи используются как раз такие, длиной три километра. Очень дорогая штука, насколько знал Влад, да и достать такой тросик совсем непросто. Так что для начала решили попробовать сами опуститься как можно ниже, а если глубины не хватит, попробовать что-то ещё.

«В конце концов, у нас магнитное поле будет намного сильнее, — думал Лопатин. — Значит, вполне вероятно, так низко опускать не придётся».

Чем ближе был момент испытания установки, тем страшнее становилось. Влад чувствовал себя самонадеянным ребёнком, который решил попробовать спрыгнуть с крыши с зонтиком. Было у него такое приключение в детстве — хорошо, этаж был всего лишь второй. Обошёлся ушибом всего Влада.

«Сейчас, если что, так просто не отделаемся, — думал Лопатин. — Лететь, если что, явно придётся гораздо дольше!»

«Ослик», отойдя от края материка километров на двадцать, начал снижаться. «Бездна» — странное место. «Пояс жизни», как называют это местные, совсем небольшой. Десять километров вверх и примерно столько же вниз, если за нулевой уровень считать поверхность материка. На Земле, впрочем, ещё меньше, вот только там, если двигаться вниз, становится жарковато и давление повышается. В Бездне всё не так. Давление примерно одинаковое на всём исследованном пространстве, но по мере приближения к границам пояса жизни становится всё прохладнее.

— Температура в пределах пояса жизни примерно одинаковая, с учётом смены сезона, — делился дядя Саша услышанным во время визита в социальную службу. — А дальше начинает падать на градус каждые полкилометра.

— А нельзя какой-нибудь батискаф сделать? Ну, с подогревом, — спросил Влад.

— Там на минус скольки-то километрах от пояса жизни процент кислорода начинает снижаться, — пожал плечами Александр. — Зато вместо него увеличивается количество какого-то ядовитого газа. Короче, были попытки исследовать, что там, внизу. Либо не получилось, либо не получилось фатально. Дальше тридцати километров никто не спускался. А нам на «Ослике» и вовсе только к самой границе тумана можно спуститься, сам понимаешь. Иначе помрём все от холода.

Граница тумана — это ещё один местный термин. На каком-то уровне воздух здесь теряет прозрачность. На самом деле это, конечно, не туман — воды в этих облаках нет. А что есть, земляне ещё выяснить не успели, Борн же просто никогда не интересовался.

Спуск занял часов шесть. Когда изо рта начал идти пар, друзья накинули тёплую одежду.

— Блин, дядь Саш, как так получается: всё, что я набрал с собой из города — ненужный хлам. А ты и генератор, и куртки тёплые взял!

— Учись, студент, — хмыкнул друг. — Далеко и надолго едешь — всегда надо тёплое с собой брать. Даже если это жаркая африка.

Борн завистливо вздохнул, глядя на тепло одетых землян. На орка у дяди Саши, понятно, не нашлось размерчика, а своей тёплой одежды у него не было. В этой части материка суровых зим не бывает, хотя годовое изменение погоды присутствует, так что теперь бедолага Борн кутался в два одеяла, небрежно прихваченных нитками сверху. При наличии ремня, которым это великолепие было подпоясано, выходило достаточно тепло, но смотрелось смешно. «Как немец под Москвой», по меткому выражению дяди Саши.

Невнятное марево под «Осликом» всё сильнее приближалось. Холод уже стал по-настоящему внушительным — термометр показывал минус десять. Непривычный к таким суровым условиям Борн дрожал мелкой дрожью.

— Я не пойму, вы холодоупорные, что ли? — возмутился орк. — Не настолько вы теплее одеты, чтоб так свободно тут расхаживать!

— Мы привычные просто, — хмыкнул Влад, потирая покрасневшее ухо. — У нас такое каждый год.

— Безумцы какие-то! — проворчал в ответ Борн. — Какой идиот станет селиться в таком месте⁈

Прекратить спуск решили после того, как Влад заметил, что далёкая громада материка вверху тоже подёрнулась дымкой. Получается, они уже опустились внутрь туманного слоя.

— Ладно, хватит. Возвращай тягу на ноль, — вздохнул Лопатин. — Ну что, попробуем, что ли?

Глава 15

Борн накручивал педали. Изо рта орка вырывался пар, одеяло на плечах давно сбилось, но он этого не замечал. Да и холодно ему больше не было. Влад тоже не мёрз — он медленно раскручивал трос и следил, чтобы провода ни за что не зацепились. Только дядя Саша оставался в рубке — контролировал, чтобы «Ослик» держался на одном уровне. Здесь это было несложно — воздух внизу двигался значительно более лениво, чем в верхних слоях, но всё равно упускать из вида такой важный момент не хотелось.

— Ну что, долго ещё? — спросил Борн.

— Я-то откуда знаю? — ответил Лопатин. Оставалась где-то половина бухты троса, и парень здорово переживал. — Пока, если честно, никаких результатов.

Влад перегнулся через борт, посмотрел, что там происходит внизу. Небольшая платформа с укреплённым на ней магнитом уже скрылась в тумане.

— Тебе если тяжело, можем поменяться.

— Нет, так даже теплее. Просто нетерпится.

Владу тоже нетерпелось, но он заставлял себя не торопиться. Не хватало ещё, чтобы провод оборвался от неловкого движения. А ещё Лопатин просто боялся. Вот сейчас тросик выберет всю длину, ничего не произойдёт, и нужно будет возвращаться.

Так оно, собственно, и произошло. Минут через двадцать вся длина троса была выбрана. Ещё столько же друзья с замиранием сердца ждали хоть каких-то изменений, но ничего так и не произошло.

— Ладно. — Отрывисто сказал Влад. — Поднимаемся.

Отрывисто — потому что в горле ком стоял. Столько надежд! А ещё было безумно стыдно перед друзьями, которые вложили в это предприятие все сбережения.

— Нет, — Борн продолжал упрямо накручивать педали. — Я, вроде, согрелся уже, а яд ещё далеко внизу. Давайте лучше ещё спустимся. Наверное, это ваше магнитное поле просто не дотягивается докуда нужно. Имперская корона свои острова намного ниже спускает.

— Ну да, — кивнул Лопатин. — А наш остров находился намного выше, когда в него гелиотропы влетали. Даже прохладно не становилось.

— Остров — большой, сам же говорил. В школе говорили, малые и сверхмалые почти до ядовитого слоя падают прежде, чем их гелиотропом засевает. Так что давайте ещё ниже, насколько выдержим. И если не получится — надо длиннее провода искать.

Борн упорно не желал сдаваться. Влад глянул на соседа — тот всё слышал, и явно с орком был согласен. Корабль начал медленно опускаться ниже. Ещё ниже. Постепенно холодно стало и привычным землянам. Влад поспешил укутать Дружка, который решительно не понимал, зачем люди полезли в такой холод — хорошо, что одеял хватало. Термометр показывал уже минус тридцать и Влад поспешил ещё и Борна дополнительно утеплить. Физические нагрузки физическими нагрузками, но так можно и насмерть товарища заморозить. Тем более непривычного. Столбик термометра продолжал опускаться. Минус тридцать пять, минус тридцать семь…

Когда дошло до минус сорока Влад сказал:

— Всё, заканчиваем. Мы тут сейчас сдохнем.

— Ещё немного! — упрямо потребовал Борн.

— Нет, хватит, — покачал головой Лопатин. — Это становится опасно.

— Влад прав, — крикнул из рубки сосед. — Попробуем в другой раз с более длинным тросом.

С этими словами землянин передвинул рычажок, добавляющий мощности на вертикальный двигатель. Точнее, попытался передвинуть — рычажок примёрз. А когда Александр чуть усилил нажим, переключатель с хрустом отвалился — материал просто не выдержал холода.

— Ой!

Кораблик продолжал медленно погружаться в глубины бездны.

— Что? — Влад, уже чувствуя приближающиеся неприятности, рванул в рубку.

— Да вот, управление не выдержало, — убитым голосом сообщил сосед, продемонстрировав отломанный рычажок. Не рассчитана местная техника на такие холода.

— Эммм… — Влад выглянул из рубки, крикнул орку: — Борн, ты это, продолжай пока крутить, лады? И если можно побыстрее.

— Зачем? — тихонько спросил дядя Саша.

— Боюсь, наш теплолюбивый товарищ, если перестанет работать, тут же околеет от холода, — ответил Влад. — Да и мы, собственно говоря, тоже. Так что надо быстрее решать, что делать.

— Не знаю. Но я уже готов начать паниковать и кричать «мы все умрём», — честно признался сосед.

— Подожди, дядь Саш, рано. Это управление, оно ведь сюда только выведено… Короче, я — в машинное, а ты пока попробуй нос задрать и маршевыми. Ну, если заработает.

Влад рванул вниз, в машинное. Естественно, до отправки каждый из владельцев судна ознакомился с содержимым машинного отделения. Борн, правда, что-то чуть не сломал и поспешно скрылся, кляня своё неумение обращаться с техникой, а земляне постарались изучить всё подробно. До сегодняшнего дня Влад думал, что этого достаточно. Вот только в момент, когда не только пальцы, но и мозги, кажется, того и гляди раскрошатся от холода, выяснилось, что бросить взгляд на рычаги и прочитать короткие подписи, убедившись, что всё просто и понятно, было большой ошибкой. Нужно было ещё и потренироваться, чтобы в критической ситуации не пришлось срочно стирать иней с табличек и искать, какой из рычагов нужен. И, самое главное, думать, в какую сторону его двигать! Одно хорошо — штатное управление оказалось значительно крепче, чем-то, что наверху, в рубке. Нужный рычаг, когда его удалось найти, был передвинут без труда, и Влад сразу почувствовал, как изменилась работа машин. Значит, всё заработало нормально. Парень поднялся на палубу, бросил взгляд на термометр. Минус сорок восемь. Борн, с побелевшим носом и ушами, продолжал старательно накручивать педали.

— Давай-давай, — подбодрил Лопатин. Не так уж долго они находятся на таком морозе, но ему и самому уже было паршиво. Воздух обжигал лёгкие даже несмотря на то, что был не слишком влажный. Зато ресницы то и дело пытались склеиться — на них оседал иней из выдыхаемого воздуха.

Сбегал проверить, как Дружок — тот, заваленный тряпьём и одеялами чувствовал себя вполне нормально. В отличие от дяди Саши, который матерился и пытался дыханием отогреть управление в рубке.

— Да ладно, дядь Саш, сейчас само оттает. Поднимаемся же… — махнул рукой Лопатин.

— То есть у нас получилось? — выдохнул сосед. — Тьфу, я уж думал — всё, Кондратий пришёл. Мог бы и из машинного связаться!

— Нет, обошлось. Если, конечно, мы не угробим Борна. А про связь я просто не подумал, извини.

— Переживёт, тут медицина хорошая, — отмахнулся сосед. — Зараза, холодно как! Вот уж не думал, что узнаю, как оно, на Северном полюсе!

— На Северном так холодно не бывает. Только на Оймяконе, вроде, — пробормотал Лопатин, и заставил себя заткнуться. Не время сейчас для занудства.

Вернулся на палубу, глянул на вольтметр с амперметром. Стрелки показывали ноль, но Влад даже не расстроился и не удивился. Ясно, значит, обрыв проводов. Не выдержали холода. Взглянул на Борна — тот продолжал накручивать педали, часто моргая. То ли расстроился до слёз, то ли просто воздух холодит белки глаз.

Влад подошёл к тросу и обнаружил, что он болтается свободно, в то время как раньше был натянут под весом магнита.

«Ожидаемо. Похоже, и трос холода не выдержал», — парню тоже очень захотелось зарыдать. Даже в глазах горячо стало. Было бесконечно обидно, что столько усилий канули в Бездну.

«А может, и хорошо, — пытался успокоить себя Лопатин. — Ещё один магнит сделать у нас теперь просто провода не хватит. Значит, не будет бессмысленных надежд и траты денег. Теперь только когда на свой остров вернёмся можно будет попробовать. Если его ещё будут буксировать в империю».

Лопатин уже повернулся, чтобы уходить, когда заметил, как трос дрогнул и стал подниматься в горизонтальное положение.

Руки сработали раньше мозгов. Влад начал накручивать катушку раньше, чем понял, что это означает. А может, боялся поверить. Уже через пару минут платформа с магнитом вынырнула из тумана. И она вся светилась от гелиотропов.

— Получилось! — не своим голосом заорал Лопатин. — Ребята, у нас получилось!

И расхохотался, не в силах сдержать эмоций.

Впрочем, долго смеяться не получилось, потому что его кто-то схватил сзади и попытался выкинуть с корабля. Ну, так показалось в первый момент. На самом деле это Борн от избытка чувств начал подбрасывать его в воздух, и дядя Саша орку в этом активно помогал. По мере сил.

— Да поставьте меня! — быть подброшенным вверх в непосредственной близости от борта корабля оказалось страшно. — Поставьте, говорю, нам его ещё притянуть надо, сейчас оборвётся и улетит, потеряем!

Хотя на самом деле обрываться там было нечему — платформа с электромагнитом поднималась лишь чуть быстрее, чем сам «Ослик», так что трос быстро накрутили на катушку, и подтянули светящуюся гелиотропом «наживку». Схватили, обжигаясь от прикосновений к заледенелому металлу, подтянули, быстро поснимали гелиотроп, который сразу перестал толкать платформу вверх.

— Как много! — поражённо прошептал Борн. — Ребята! Мы богаты. Здесь… здесь дофига вообще! Все наши затраты окупаются. Ещё раз сходим, и уже в плюсе!

— Это ещё если сходим. Там больше ток не шёл, а на новый магнит у нас меди нет, — озабоченно пробормотал Влад.

Лопатин здорово опасался, что магнит полностью испорчен гелиотропом, но всё оказалось гораздо проще — обрыв проводов. Просто не выдержали холода и сломались, когда платформа начала подниматься, а до этого вертикально висевшие провода начали сгибаться. При условии, что температура в тот момент была почти на пятьдесят градусов ниже нуля — ничего удивительного.

— Целая куча гелиотропов! Вот это богатство! — продолжал восхищаться Борн. — Осталось только понять, как мы их будем продавать.

— А в чём сложность⁈ — не понял дядя Саша.

— В том, что гелиотропы добывает империя, — объяснил орк. — Либо с помощью Имперской короны, либо военные и охотники снимают с малых островов, но для этого нужно сначала доказать, что иного выхода нет. Там этих согласований просто ужас. А вот так вот, если левые камни, то их в государственную контору точно не сдать.

— Так может, просто объясним, как получили? Я не знаю, патент какой-нибудь оформим на способ добычи.

— Я не знаю, что такое «патент», — сказал Борн, — Точнее, знаю — это документ, который позволяет заниматься свободной охотой. Нам он не поможет, и ты, Влад, явно что-то другое имеешь ввиду. А доказать, что мы его не украли и не контрабандой провезли… короче, долго это и трудно. Я бы не взялся.

Вопросы продажи добычи решили отложить на потом — дядя Саша справедливо заметил, что сначала нужно ещё благополучно вернуться. Однако «Ослик» испытание выдержал с честью. Больше никаких поломок не случилось — кораблик скоро вынырнул из туманного слоя.

— Ерунда! Вообще не чувствуется! А сюда спускались — так холодно казалось! — радовался Борн, глядя на термометр, показывающий минус десять. — Понятно теперь, как вы привыкли!

— Ты бы нос и уши растёр, дружище, — посоветовал дядя Саша. — А то, не дай бог, отвалятся. Вон, смотри белые какие!

Борн скосил глаза на нос и принялся отчаянно его тереть, так что Влад даже забеспокоился, как бы и правда хуже не сделал.

Работники пристани на приземляющегося «Ослика» косились с недоумением. Влад не сразу понял, почему — потом сообразил. Корабль остывал гораздо мелдленнее, чем воздух вокруг него, поэтому, когда они поднялись в нормальные условия пояса жизни, судно ещё оставалось намного холоднее, чем окружающий воздух. При этом влажность вокруг оставалась вполне нормальной — вот на «Ослика» роса и выпала. Корабль просто блестел — со стороны казалось, что он украшен множеством брилиантов. Влад в который раз подивился: странно это. Отдельного источника света нет, а блестит так, будто солнце светит! Очень хотелось выяснить, как так получается.

«Ничего, немного поправим финансовое положение — займусь учёбой. Буду местную школьную программу изучать, самые базовые вещи. Наверняка ведь этот вопрос тут как-то освещается!»

Неожиданно оказалось, что короткий рейд вымотал всю троицу так, что на ногах еле стоят. Один только Дружок, спрыгнув на землю, принялся с восторгом скакать и радоваться. Явно был уверен, что люди, как и в прошлый раз, будут лететь на тесной лоханке бесконечно долго, а тут всего одним днём обошлось!

Влад ещё смог заставить себя выгулять четвероногого, но вот думать о результатах авантюры — уже нет. И остальные добытчики его дружно поддержали — только добредя до мастерской, все дружно повалились кто где нашёл место, даже не раздеваясь. Тут уж было не до обсуждений дальнейшей судьбы добычи, а вот утром вопрос встал ребром. Влад подсчитал, сколько у них осталось денег и огласил обескураживающий результат: на метро, пожалуй, ещё можно было куда-нибудь ездить пару дней, а вот купить поесть троица компаньонов себе позволить уже не могла. А есть хотелось очень, очень сильно.

— Так, ладно, — вздохнул Борн. — У меня есть одна идея, но я не уверен, что получится. И вам туда точно нельзя.

— Это куда? — не понял дядя Саша.

— Ну, я, вроде бы, слышал про одно место, в котором контрабандой занимаются. В том числе и купить могут всё, что угодно. Ну и продать — тоже. Только это в таком месте нехорошем…

— Орочья свобода, что ли? — догадался Влад.

— Ага, — кивнул орк. — А ты откуда о них знаешь?

— Поехали вдвоём, — вздохнул Лопатин. — Был я там один раз, по случайности. Сдаётся мне, то, что ты орк, тебя не спасёт. Они вообще всех не любят, скопом. Ограбят — и все дела. Короче, я тебя прикрою.

— Вообще, у меня там знакомый есть, — Борн отвёл глаза. — Он меня того, проводит, не обидит. А вот с тобой, Влад, не получится. Он это, человеков не любит.

— Да уж догадываюсь, — хмыкнул Лопатин. — Ничего, я сам как-нибудь. Мне всё ж спокойнее будет, а то вдруг тебя прибьют.

Борн долго сопротивлялся. Причём не потому, что не доверял Владу — скорее, наоборот — опасался, что тот из Орочьей свободы сам не выберется. Пришлось объяснять, и даже показывать — только тогда Борн согласился.

— Вот ты как этих на шахте обманывал! — расхохотался Борн. — А я-то всё гадал! Каких только не придумал объяснений! Но ты в самом деле крут!

Влад, вообще-то, сам не знал, получится ли у него то, что задумал. Изображать незаметного ниндзю было страшновато, однако, помня собственный опыт посещения орочьего района, парень решил всё-таки перестраховаться. Не хотелось потерять товарища. Да и камни, таким трудом доставшиеся, тоже жалко. Отправляясь вместе с Борном, парень был преисполнен самых дурных предчувствий.

До границы Орочьей свободы добрались на метро, как приличные люди. Борн, правда, с таким видом обнимал здоровенный рюкзак, заполненный драгоценным грузом, что любому желающему было ясно — что-то ценное везёт. Или незаконное. Или то и другое вместе, и ужасно боится это потерять.

— Борн, дружище, сделай лицо попроще! — попросил Лопатин шёпотом. — На нас сейчас внимание обращать начнут! Представь, что у тебя в рюкзаке, скажем, туалетная бумага. Или нет, слишком тяжело. Ну, пусть будут гайки и болтики.

— Что, так заметно? — так же шёпотом ответил орк.

— Ещё как! Будь я стражем порядка или вором — непременно заинтересовался бы.

Борн нахмурился, очевидно, пытаясь представить себе, что везёт что-то ненужное. Получалось, похоже, не слишком хорошо, но, самое главное, товарищ отвлёкся. Перестал стрелять глазами в каждого из сидящих напротив пассажиров, и сильнее прижимать драгоценный груз к груди, когда кто-то проходил мимо. Влад посчитал, что этого достаточно.

Неподалёку от орочьих трущоб разделились. Борн отправился пешком, а Влад переместился на здание повыше — чтобы наблюдать было проще. Да и место для следующего прыжка с высоты выбрать проще, чтобы не наткнуться на какого-нибудь такого же любителя гулять по крышам.

Влад следил за другом с высоты, а тот, связавшись с кем-то по переговорнику, дожидался, когда его встретят. Встреча вышла радостная — товарищ, тоже очень молодой орк, очень обрадовался приятелю, долго его обнимал, что-то втолковывал, расспрашивал. Борн, растаяв от такой встречи, улыбался. Наконец, парочка двинулась вглубь района. Лопатин, между прочим, заметил со своей верхотуры несколько значков, явно обозначающих его границы.

«В прошлый раз — вот лопух-то! — вообще по сторонам не смотрел! Тут же, блин, практически открытым текстом „Не влезай, убьёт“ написано!» — пенял себе парень.

Сегодня особых проблем у него не наблюдалось. Влад спокойно перемещался с крыши на крышу ни на минуту не выпуская друга из вида. Впрочем, глубоко на территорию района орка и не повели — минут через десять пути Борна привели к какому-то гаражу, двери которого открылись после условного стука. Много времени внутри друг не провёл, и уже через несколько минут вышел с изрядно опустевшим рюкзаком, но довольный до невозможности. Влад всё боялся, что ограбить товарища захотят на обратной дороге, но ничего подобного не произошло. Дружок проводил Борна до самой границы, ещё раз обнял на прощание, и Борн двинулся в сторону метро, как они с Владом и договорились. А вот его знакомый немного задержался и пристальным взглядом провожал приятеля, пока тот не скрылся из вида.

Глава 16

Влад догнал товарища возле метро.

— Получилось! — орочья физиономия расплылась в восторженной улыбке. — Всё получилось, Влад! Живём! Какие дальше планы? Я слышал, вы вчера чего-то с Александром обсуждали, но слишком волновался.

— А соглашался зачем⁈ — возмутился Влад.

— Так вы человеки опытные, по возрасту старше, плохого не предложите, — недоумённо посмотрел на друга Борн. — С чего мне возражать-то? Тем более, пока, всё, что ты делал, оказалось правильно.

Влад хлопнул ладонью по лицу. Нет, приятно, что тебе доверяют, но не настолько же!

«И ведь, зараза, с таким участливым лицом слушал, сразу было видно, заинтересован человек… орк».

— В следующий раз буду переспрашивать, с чем именно ты согласен, — пробурчал Лопатин. — Короче, мы решили, что нужно модернизировать корабль. Во-первых, утеплить, где возможно. Потом, я слышал, можно обогреватели установить — как минимум в машинное отделение и в рубку, это обязательно. И всё равно дешевле выйдет, чем если трос длинный искать. Ну и так дополнительно провести нормальное техобслуживание, а это надо нормального механика нанимать и у него над душой стоять, чтобы можно было самим хоть чему-то научиться. Времени да и сил подсчитывать, что и сколько будет стоить, вчера не было. Но сам понимаешь, дёшево не выйдет. Так что выручка почти вся на корабль и уйдёт. И знаешь, я ещё собираюсь посмотреть, нет ли возможности закупить меди в проводах. Ну и, самое главное — нормальный ангар свой снять, отдельный, чтобы у «Стремительных» место не занимать. Я и так с ужасом представляю себе, что будет, когда Хримп вернётся и увидит, что мы его инструментами пользовались.

— Дельно, — кивнул Борн. — Тока на пожрать надо оставить. Так есть хочется, что, кажется, ведро мяса бы сожрал!

— Да ты и так почти ведро сжираешь! — хмыкнул Влад.

— Где ты такие маленькие вёдра видел? — оскорбился орк.

Борн ещё немного подумал, и, когда они уже подходили к порту, серьёзным голосом попросил:

— Влад, ты это, своих друзей со «Стремительной» не называй стремительными, ладно?

— Почему?

— Потому что мы тогда, получается, ослы.

Мысль была настолько глубокая, что Влад даже не нашёл, что ответить. Разве что в самом деле в дальнейшем старался таких оговорок не допускать.

Возвращение на «базу» вышло не слишком триумфальным — все горели желанием поскорее повторить свой успех, а лучше — превзойти, так что в работу включились сразу, как утолили голод. Даже с праздничным обедом заморачиваться не стали. За два дня успели утеплить машинное и рубку, купили туда и туда обогреватели. Кроме того, построили для «генератора» прямо на палубе будку, здорово напоминавшую со стороны сортир, но тёплую и уютную. Влад надеялся, что в следующий раз Борну не придётся беспокоиться за обмороженное лицо. Улучшения получились действительно дорогими, особенно обогреватели, которые сожрали львиную долю бюджета.

Работали чуть ли не круглосуточно и уже в новом ангаре — место удалось найти довольно быстро. Не такое удобное, как то, что снимала Каси, зато дешевле. Но и не простая пристань, с которой они «Ослика» забрали изначально.

Уже спустя четыре дня судно было готово к очередному рейсу. Влад ещё и провода зашил в теплоизоляцию, чтобы в следующий раз не ломались. Уверенности, что это поможет, не было, но что-то придумать, чтобы защитить дефицитную медь от холода было необходимо. А вот купить дополнительно медных проводов не вышло. Сначала Влад вовсе не мог её найти — торговля в местной паутине была развита гораздо хуже, чем на Земле. Помог механик, которого они наняли для обслуживания двигателей.

— Можешь у меня купить, — пожал плечами седой гремлин, — Хоть проволоку, хоть так, слитком. Только сечение скажи. Хотя убей не представляю, зачем тебе нужна проволока. Медь — металл редкий, да и не используется почти. Сколько нужно-то? Учитывай, что дорого.

— Шестьсот? — задумался Влад, подняв глаза к потолку. — Или, с запасом, семьсот?

— Шестьсот? — вытаращился механик. — Ты что, рехнулся, человек? Ты что с ней делать собрался?

— Не, шестьсот — это в метрах. Сечением полтора миллиметра, — пояснил Лопатин, и, быстро прикинул в уме вес: — Это, получается, что-то около десяти килограмм всего. Даже немного поменьше.

Хотел успокоить, а получилось — наоборот. Пожилой гремлин уставился на Влада большими глазами и постучал кулаком по лбу. В империи этот жест был аналогом земного кручения пальцем у виска.

— Шутки у тебя дурацкие, человече. В общем, граммов десять у меня есть, могу продать.

И назвал стоимость.

Влад прикинул — выходило так, что для того, чтобы купить необходимое количество меди, нужно штук пять таких рюкзаков, что совсем недавно продал Борн. Десять граммов Влад покупать не стал, но на всякий случай выяснил, где вообще можно найти нужное количество — оказывается, есть специализированные лавки, в которых продаётся всё для механиков и прочих смежных профессий. Медь там, правда, всё равно не слишком ходовой товар, но при желании купить можно. И даже десять килограмм — только денег у добытчиков гелиотропа столько пока не было, да и острой необходимости тоже.

— Не зря всё-таки провода и трос в изоляцию зашили, — делился он потом с дядей Сашей. — И так пришлось после обрыва полметра из запасов брать.

— Да, в принципе, запасы-то у нас есть… но лучше бы да, поэкономнее, — протянул сосед. — И вообще, деньги опять кончаются. Когда на промысел-то пойдём?

— Вот да! — услышав слово «промысел» Борн оживился. — Скучно так-то на тверди сидеть. Засиделись мы! Кстати, ребят. Меня тут дружок мой спрашивал, не буду ли я ещё продавать. А я и не знаю, что ответить. То есть понятно, что продавать мы будем, но… — Орк неловко замялся, не зная, как продолжить. — Короче, мне не слишком нравится, что Кракс мной так заинтересовался. Так-то мы раньше в одной компании крутились, но между собой сильно не дружили, а тут прям лучший друг. Я сначала обрадовался, а сейчас думаю — неспроста ведь.

— Молодец, парень, соображаешь, — покивал дядя Саша. — Я бы в твоём возрасте точно повёлся.

— А чего ты так спокойно об этом говоришь? — удивился Борн.

— Да Владик вон считает, что это нормально. Так и надо. Хотя я с ним не согласен. Надо было как-то обойтись, или хоть поменьше для начала продавать.

— Во-первых, нам деньги были нужны, — напомнил Лопатин. — Я второй раз так рисковать не хочу. Ладно что холодно, и плевать, если сами обморозимся. И даже если магнит наш оборвётся. А что, если корабль не выдержит? Я только когда мы вернулись понял, какие мы были идиоты. Чудом ведь вернулись, повезло. Это ладно, только один рычажок обломился, а если бы вообще двигатель встал? Наш «Ослик» к таким экстремальным нагрузкам явно не готов был.

— Это да, — покивал дядя Саша. — Тут мы, конечно, маху дали. Но всё равно…

— А во-вторых, — перебил Влад. — Я считаю, лучше такие вопросы решить сразу. Пока нас всерьёз не принимают. Кстати, если кому понадобится в город — давайте на всякий случай по одному не ходить. Мало ли чего.

— Угу, — кивнул дядя Саша. — Безопасность должна быть конкретно безопасной. А если в воздухе подкараулят? Собираешься на нашем увальне с ними воевать? Я так понимаю, они раз контрабандой промышляют, то и корабли у них есть.

— Лучше уж сейчас, когда мы на увальне, и одни, чем потом, когда мы обзаведёмся охраной и большим кораблём, — заметил Влад. — Потому что с парочкой небольших пиратов мы справимся, а вот если будут подбирать что-то соответствующее, тогда…

Дядя Саша укоризненно покачал головой:

— И это мне говорит человек, который отказался идти матросом к Каси с формулировкой «воздушные сражения — не для меня».

— Одно дело за своё воевать, другое — просто по долгу службы, — сказал Влад, и едва удержался, чтобы не поморщиться. Заготовленный ответ выскочил слишком быстро, отчего звучал совсем неубедительно.

— Вы так готовитесь, как будто к бою настоящему, — смущённо пробормотал Борн. — Я ж не говорю, что нас обязательно грабить будут. Так только, подозреваю.

— Ну, не будут — и хорошо, — хмыкнул дядя Саша. — Нам же лучше.

— Так чего мне Краксу-то говорить? — напомнил Борн.

— Скажи — как повезёт. Дескать, не от тебя зависит. Но если будет ещё — обязательно обратишься.

В следующий рейс земляне загрузили на «Ослика» всё земное оружие, какое у них было. Правда, представлено это оружие было только автоматами, потому что пулемёты остались на «Стремительной». Дядя Саша сам передал, когда те улетали, при полной поддержке Влада. Кто мог знать, что самим скоро понадобится?

Оружие, правда, не понадобилось. Влад отчего-то был уверен, что непременно какая-нибудь пакость случится — либо пираты нападут, либо поломка, но всё прошло так гладко, что даже не верилось. «Ослик» теперь холода почти не боялся, да и команда была готова намного лучше. Даже Дружку Влад соорудил тёплую куртку и сапожки, хотя и не собирался, находясь внизу, выпускать пса на палубу. Просто на всякий случай. Сами тоже приоделись тепло и удобно. У границы тумана заранее размотали «удилище» — чтобы на холоде не пришлось разматывать. Опустились пониже.

Когда термометр на палубе показал минус пятьдесят, платформа с магнитом исправно начала подниматься — значит, всё сработало. «Ослик» вернулся в относительно тёплые места, провод смотали, собрали гелиотроп, и всю процедуру повторили. За день успели «нырнуть» в туман пять раз, после чего отправились обратно на материк.

Следующие несколько дней работали также, и скоро скоро у них скопился внушительный запас гелиотропа. Трюм, конечно, и наполовину не забили, но всё равно при взгляде на груду переливающегося огненными всполохами камня, Влад каждый раз замирал от восторга. Красиво. И дорого — настоящее сокровище. У парня даже мурашки по коже пробегали, когда он представлял, сколько это в местных деньгах. На Земле всё его имущество, пожалуй, и половины этой суммы не стоило.

— Что-то Каси задерживается, — озабоченно пробормотал Александр. — По идее должна была уже вернуться.

— Думаешь, что-то случилось? — забеспокоился Влад.

— Да скорее всего, нет. Сам же знаешь, у них точных сроков не бывает. Плюс — минус неделя, и скорее — плюс.

Влад уже и сам переживал, что «Стремительная» долго не возвращается. Не чужие ведь. Волей-неволей в голову полезли всякие ужасы. Нет, Лопатин, в принципе, понимал, что «Стремительную» так легко не возьмёшь — и сам шлюп зубастый, и команда отличная, а ещё у Каси есть замечательный козырь в виде земного оружия.

— Вообще, я бы не стал этот разговор заводить, — вернул Влада из своих мыслей дядя Саша, — но не знаю, как у тебя, а у меня уже деньги того, заканчиваются. И Борн недавно спрашивал, не одолжу ли, в счёт будущих доходов. Я к тому, что надо бы снова разменять немного гелиотропа, как думаешь?

Всё добытое друзья пока так и хранили на корабле. Вполне надёжное место. Ну кому придёт в голову, что на пожилом боте может быть что-то ценное? Нечего было и думать о том, чтобы обменять всё содержимое трюма разом, и вопрос реализации уже вставал, можно сказать, ребром. Хотя бы потому, что новые партии добытого скоро станет негде хранить. Влад думал перетаскать на склад, который они арендуют, но это не самая лучшая идея. Всё же склад им не принадлежит. Туда, например, может прийти с проверкой хозяин. Будет довольно трудно объяснить наличие дефицитного гелиотропа в промышленных объёмах.

Собственно, поэтому им нужна была Каси. Влад с дядей Сашей вопрос легальной реализации добытого хотели отложить до её возвращения — уж демонесса точно подскажет, как правильно поступить с гелиотропом, и наверняка не станет сдавать их местным спецслужбам, которых Влад боялся как огня.

Дядя Саша такого предубеждения к спецслужбам не имел, но в целом был согласен, что лучше бы в это дело не соваться, не зная броду. Впрочем, он и с бандитами изначально связываться не хотел — предлагал не торопиться и перетерпеть до возвращения Каси. Теперь вот мнение своё мужчина явно переменил, и Владу было жутко любопытно, почему. И не связано ли такое изменение с одной симпатичной комендантшей общежития средних лет. Однако спрашивать было неделикатно, и Влад, у которого тоже кошелёк уже давно показывал дно, идею одобрил.

В этот раз продавать решили поменьше. Больших трат в ближайшее время не планировалось, деньги нужны были на поддержание штанов, так что Борн отправился в Орочью свободу с полупустым рюкзаком.

— Хотя разницы никакой, — проворчал дядя Саша. — Если они действительно сомневаются, стоит нас ощипывать, или нет, после второго раза точно сомневаться перестанут.

— Ну, и получат по зубам, — пожал плечами Влад. — Нам не помешает на примере всяких умников показать, что связываться с нами не стоит.

— Будем убивать? — спросил сосед.

— Постараемся обойтись без этого, но… дядь Саш, вот честно, ты как к бандитам относишься? Я вот их очень не люблю. И жалеть не собираюсь, в случае чего.

Несмотря на опасения, торг и в этот раз прошёл удачно. Единственное, Борн, возвращаясь из криминального района, вид имел задумчивый, если не сказать недовольный.

— Колись, чего расстроенный? — спросил Лопатин, когда они встретились. — Проблемы были?

— Да нет, — покачал головой орк. — Просто они меня так настойчиво звали отметить сделку… а в прошлый раз — не звали. Я и подумал — не к добру это.

— Скорее всего, надеялись выспросить подробности, откуда камни берёшь, — ответил Влад. — Что тут странного?

— Ну да, они и без отмечаний пытались. Просто Кракс, он… мы не дружили с ним, но приятелями были. Он даже когда в Орочью свободу уходил, меня с собой звал, но я не пошёл — маменьку пожалел. А тут, выходит, он на меня нож точит. Хочет ограбить. Как так получается?

Возможное предательство приятеля, похоже, искренне огорчало молодого орка. Влад вдруг почувствовал себя ужасно старым и умудрённым жизнью. Нужно было как-то поддержать товарища, но как подобрать слова, чтобы и утешить, и не озлобить?

— Люди меняются, — осторожно начал Лопатин. — В смысле, все разумные меняются. И особенно те, кто решил жить за счёт других. Эти ребята в Орочьей свободе, они ведь как решили — все вокруг добыча, а они — хищники. Может, раньше он действительно хорошо к тебе относился, но такая жизнь, она просто так не проходит. Сейчас для него свои — те, кто в Орочьей свободе, а остальные так, угодья.

— Кракс говорил — они за орков вообще, — буркнул Борн. — Дескать, если б не демоны, ну и остальные, орки бы вообще были великой нацией и всё такое. Я, правда, не понял, чем нам демоны с остальными мешают, но всё равно. Я же тоже орк!

— А вот так оно и происходит, — хмыкнул Влад. — Если начинаешь выбирать, кто хороший, а кто плохой, в конце концов хорошим оказываешься только ты сам, а все остальные — уроды, которых не жалко.

Борн ничего отвечать не стал, но явно задумался.

На следующий день решили устроить выходной. Отправились все втроём в общагу — в основном из-за того, что дяде Саше очень хотелось навестить знакомую орчанку, а отпускать его одного Влад теперь опасался. Мужчина хотел похвастаться своими достижениями, и явно очень страдал, что приходится соблюдать секретность. Фразами наподобие «Всё нормально, работа идёт» — большого впечатления не произведёшь. Оставалось компенсировать отсутствие возможности похвастаться подарками, и уж тут землянин расстарался, однако эффект вышел совсем не тот, на который рассчитывал.

— Так. Признавайтесь, паршивцы, чего вы натворили! — потребовала орчанка. — Заработать вы так быстро не могли, это точно. Ещё и ребёнка затянули!

— Какого ребёнка⁈ — очумело пробормотал дядя Саша.

— Да вот! — орчанка невежливо ткнула пальцем в Борна. Борн уставился на аккуратный ноготок, застывший в сантиметре от груди, судорожно сглотнул и начал пятиться. — Этот лопух едва школу закончил, а вы его плохому учите!

— Да никуда они не учат! — тонким голосом сказал орк. Ну, для орка тонким. — В смысле плохому не учат. Мы вообще, это, полезное дело делаем!

В общем, убедили, втроём-то. Правда, до конца Хелла явно не поверила. Подарки дяди Сашины приняла, но эффект получился совсем не таким, как мужчина рассчитывал. Ночевать в общежитии не стали, как изначально рассчитывали. На «сладкое» дядя Саша точно мог не рассчитывать, а просто так оставаться… За несколько дней друзья успели неплохо обжиться на складе, так что оставаться ночевать в общежитии смысла не было — вернулись на склад.

«Стремительной» всё не было, так что решили и дальше копить гелиотроп, а на выходные не отвлекаться. Владу перед другом было неловко — почему-то парень чувствовал себя виноватым в том, что соседа не заладилось с Хеллой. А ведь она явно дяде Саше благоволила! Если бы тот и дальше жил в общежитии, могло что-то и сложиться.

— Не обращай внимания, — отмахнулся мужчина. — Она себе явно всякого напридумывала, вот и дуется. А шансы у меня ещё есть. Если бы не было — она б уже побежала в полицию местную о своих подозрениях выкладывать, я её знаю уже. Так что не всё потеряно. Вот когда докажу, что у нас всё легально и без мутных схем — сразу простит! А пока давайте делом заниматься, раз уж бандиты нами так и не заинтересовались.

Но бандиты, как вскоре выяснилось, очень даже заинтересовались.

Глава 17

Проблемы начались уже на следующий день после неудавшегося выходного — владельцам «Ослика» отказали в аренде ангара. Пожилой орк — владелец заявился с самого утра и сообщил, что больше сдавать ангар не может. Отводя глаза, и явно мучаясь от жадности, вернул деньги за оплаченный месяц. Когда Влад поинтересовался причинами, такого резкого изменения планов, внятно ответить владелец так и не смог — мямлил что-то о резко изменившихся обстоятельствах.

Друзья, впрочем, не насторожились. Что-то неладное они почувствовали только когда не смогли найти другого места. Едва узнав, кто именно интересуется арендой, владельцы недорогих ангаров неподалёку от пристани, сообщали, что помещения заняты. Дядя Саша ради интереса поинтересовался свободными местами на пристани, но и там вдруг оказался полный аншлаг. Свободными оказались только ангары в самом порту, но на них у команды пока не было денег.

Вскоре всё выяснилось:

— Мне тут Кракс написал, — Борн прервал землян, которые как раз обсуждали, что делать. — Спросил, как дела. Я написал, что пока немного занят — так он стал спрашивать, нет ли каких проблем. И сказал, что помочь может, если что.

— Вот скотина! — возмутился дядя Саша — он первый сообразил. Впрочем, Влад от него почти не отстал:

— Спроси, не знает ли он кого-нибудь, кто может ангар сдать для корабля.

— Говорит, как раз сейчас случайно есть местечко, совсем дёшево. На одном из малых островов — спутников, тут недалеко. Ну, знаете, из этих, которые к материку неудобно присоединять, а для другого использования они слишком маленькие, вот и болтаются неподалёку от материка.

— Ну, началось, — вздохнул Лопатин.

— Владик, только не говори, что хочешь согласиться на предложение, — возмутился дядя Саша.

— Да ну, ты что! Борн, пиши, что мы подумаем. Ладно бы нам некуда приткнуться было, а так просто вернёмся обратно в ангар, который Каси снимает. Про него они явно не знают.

Перебраться обратно к Каси оказалось несложно — не успели ещё обрасти барахлом. Влад только порадовался, что не стали выгружать гелиотроп — вот его таскать туда-сюда было бы трудно. У Каси разместились быстро, а потом, большинством голосов — Влад и Борн против дяди Сашиного, постановили идти на промысел.

— Влад, ты ж понимаешь, что они только этого и ждут? Раз не получилось нас на свою малину заманить, будут брать в воздухе.

— И очень хорошо, если так. — объяснял Лопатин. — По-твоему будет лучше, если нас попытаются на тверди ловить? По одному? Или, того хуже, прямо в порту нападут? Дядь Саш, нас сейчас принимают за идиотов. За пентюхов, которым пальчиком погрози, а они в штаны наложат. Этим надо пользоваться!

— Ай, делай, что хочешь! — махнул рукой сосед, и пошёл вкручивать взрыватели от гранат в шашки с тротиллом. Этого добра он с родного острова прихватил довольно много.

Борн был согласен с Владом, и тоже рвался в драку, а сам Влад себе втихаря удивлялся. С чего такое боевое настроение? Потом вспомнилось, как отец, до этого вечно весёлый и энергичный, однажды вернулся домой поникшим и тихим. Они с матерью что-то долго обсуждали на кухне, а через несколько дней семья переехала из недавно купленной красивой большой квартиры в бабушкину маленькую и тесную, да и машина исчезла. Влад по малолетству не понимал причины этих изменений, потом только сообразил. А вот то, как изменился с тех пор отец, запомнил чётко. С тех пор бандитов парень на дух не переносил, а от модных фильмов наподобие «Бригады» его и вовсе воротило.

«И вообще, чего переживать? Про мои способности они не знают, про земное оружие — тоже. Справимся уж как-нибудь! Дядя Саша, похоже, трупов боится… а я вот нет. Если решил стать бандитом, значит, готов к тому, что можешь сдохнуть».

На промысел выходили, как в бой. Влад хотел даже оставить в порту пса, но Дружок категорически отказался — чуть ли не истерику устроил. Он явно чувствовал настроение двуногих, и не желал оставлять их без охраны. Стоило закрыть его в ангаре — завыл. Тоскливо и печально. Любому было ясно — успокаиваться пёс не собирается. Пришлось брать с собой.

Вышли из порта, отошли немного в сторону от материка, и начали плавно, по спирали спускаться. Маршрут, откровенно говоря, всем уже поднадоел — за последние дни каждый из троицы, кажется, вслепую мог повторить необходимые действия. Спустились, повисли на самой границе тумана. Обычно здесь начинали разворачивать «удилище» с магнитом, но в этот раз решили подождать. Отчего-то решили, что грабить будут вот прямо здесь и сейчас. И, естественно, ничего не произошло. Потянулось томительное ожидание. Борн не выдержал первым:

— Слушайте, человеки, может, вниз сходим? А то только время зря тратим, и топливо! Сколько можно ждать⁈ Они, может, и не нападут сегодня!

Земляне уже тоже изрядно истомились, так что возражать не стали. Раскрутили провод, нырнули в зону тумана, набрали гелиотропа, вынырнули, собрали добытое. Привычные действия успокаивали. Влад с дядей Сашей долго осматривали в бинокль окрестности — не мелькнёт ли где-нибудь хищный силуэт пирата? Но всё было тихо.

Жители Ойкумены, как успел заметить Влад, крайне редко покидали обитаемую область — пояс жизни. Ничего удивительного — это только «Ослику» не нужно экономить на топливе. За всё время команда так и не поднимала ни разу паруса, и вообще воздушные потоки старались игнорировать. В то же время местные, наоборот, активно пользовались ветряными течениями — во-первых, это изрядно экономит дефицитный гелиотроп, во-вторых, так просто получается быстрее. Каси как-то объясняла, что вне пределов пояса жизни ветряных течений практически нет, отчего скорость любого корабля падает катастрофически. Это в бою паруса только мешают, а при обычном переходе без них никуда.

Вот и получается, что стоит только покинуть зону жизни, и вокруг становится удивительно пусто. Где-то далеко вверху нависла над головой громада материка, с этой стороны особенно прекрасная. Переливается всполохами гелиотропа будто поверхность какой-то звезды. Если смотреть в бинокль, можно различить, как вокруг носятся воздушные корабли — чем ближе к материку, тем больше шанс поймать какую-нибудь посудину. Чаще всего это похожие на «Ослика» каботажники, но встречаются и боевые корабли. Патрули следят за порядком, а ещё, в дополнение к специальным датчикам следят, чтобы никто не покушался на тот гелиотроп, что держит в воздухе материк.

Однако здесь, внизу, на самой границе молочно-белого тумана, никого нет. «Ослик» выглядит потерянным и одиноким на самой границе молочного тумана. Со стороны, должно быть, кажется, что корабль застыл в белёсом желе — настолько недвижимой кажется это вязкое марево. Дяде Саше, Влад знал, тоже нравится разглядывать бесконечные просторы, а вот Борну неуютно. Поэтому, когда добытый гелиотроп обобрали с магнита, он первым предложил нырнуть ещё раз. Отказываться смысла не было, так что повторили ещё раз. И ещё.

Влад уже почти уверился, что сегодня ничего так и не произойдёт, но тут вдруг залаял Дружок. Пёс обычно был очень молчалив, так что все сразу насторожились. Дядя Саша схватил бинокль, принялся изо всех сил оглядываться по сторонам. Борн вдруг охнул и закричал:

— Вот они!

Орк указывал прямо вверх, в зенит, но Лопатин всё равно не сразу смог разглядеть врагов — слишком хорошо сливались с фоном. А когда разглядел — грязно выругался, потому что грабить их явились аж трое противников. Меньшего размера, но намного более шустрые, чем «Ослик».

— Полундра! — заорал дядя Саша, и рванул в рубку — за автоматом. Влад побежал следом. Помимо автомата схватил заранее заготовленный «пояс шахида» — это он так обозвал ремень, на котором было удобно укреплено несколько килограммовых шашек с тротиллом.

— Борн! Ты за капитана. Давай вниз на всех парах! — рявкнул Влад, сдёрнул шашку с пояса и телепортировался на ближайший корабль.

Выдернул чеку. Бросил взгляд по сторонам — успел увидеть открытый люк в трюм. Швырнул похожий на кусок хозяйственного мыла брусок. На то, чтобы осмотреться, времени нет — палуба оказалась забита орками, и они на удивление быстро сориентировались. Влад просто прыгнул за борт, едва успев уклониться от удара сабли. Короткое ощущение полёта — Лопатин успевает найти взглядом «Ослика» и снова телепортируется. Ощутив твёрдые доски палубы под ногами успевает облегчённо выдохнуть, и тут где-то вверху раздаётся взрыв.

Взрывчатки в бруске не так уж много, но, видно, попала удачно. Хлопок на таком расстоянии не такой уж громкий, но уже через секунду вражеский кораблик вдруг клюнул носом и, постепенно ускоряясь, канул в молочном тумане. И если взрыв был не слишком громким, то злобный вой с двух других кораблей троица добытчиков услышала очень чётко.

— Разозлились, похоже, — флегматично пробормотал дядя Саша. — Сможешь так ещё раз?

— Когда поближе подойдут. А то сейчас далековато, да и не видно толком.

«Ослик» уже изрядно погрузился в молочное безмолвие, видимость значительно ухудшилась. Впрочем, ожидание долго не продлилось. Влад мысленно выругался — остроносые вражеские корабли вынырнули из тумана почти одновременно, с противоположных сторон и на равном расстоянии. Парень, не выбирая, перескочил на тот, что справа.

Получилось неудачно — то ли кто-то из успел понять, что произошло на погибшем корабле, то ли просто не повезло. Картинка перед глазами сменилась, и Лопатин увидел перед собой здоровенного орка. Причём стоял противник лицом. Влад растерялся на какую-то долю секунды, а вот орк среагировал, будто только и ждал телепортера. Лопатин даже не заметил удара, просто из груди вдруг выбило воздух, а сам от отлетел к фальшборту и впечатался в него головой так, что позвонки в шее чуть не хрустнули.

Сохранить после такого сознание — подвиг, но Владу удалось. Правда, здравым умом и трезвой памятью Лопатин тоже похвастаться не мог. Перед глазами всё плыло, слух тоже сбоил. Парень попытался подняться на ноги, но упал прямо с четверенек, а когда смог собрать глаза в кучу, увидел перед собой несколько пар ног. Кто-то пнул его в бок, что-то хрустнуло — остальным это очень понравилось. Пираты засмеялись отвратительным пиратским смехом.

Влад действовал автоматически. Последним пинком его снова отбросило к борту, и Влад остался лежать, скрючившись. Но не бездействовал. Сорвал с пояса тротилловую шашку, выдернул чеку. Нечего было и надеяться забросить её в трюм, так что оставил там, где лежал. Пора было телепортироваться, но никак не удавалось сосредоточиться. Наверное, только понимание, что он сейчас в самом деле взорвётся помогло ненадолго прочистить мозги. Короткое затемнение в глазах, и Влад снова в воздухе.

«Когда телепортировался, лежал на боку, — сообразил парень. — Значит, надо развернуться» Мысли всё ещё путались — казалось, что они тянутся, как сосновая смола. Развернуться в воздухе получилось, а вспышка боли в сломаных рёбрах от этого движения ещё и мозги окончательно прочистила. Где-то рядом рвануло — гораздо громче, чем в прошлый раз — шашка-то оставалась на поверхности. Любоваться результатом было некогда. «Ослика» Влад увидел сразу, но не только его. Пока парень изображал футбольный мяч на палубе одного корабля, второй успел подойти вплотную к боту.

Влад переместился и едва не попал под автоматную очередь. Дядя Саша стоял у выхода из рубки и прижимал кого-то огнём, а телепортер появился прямо перед ним. Правда, в скрюченном состоянии, так что прошло поверх головы. Сосед матерно выругался и продолжил стрелять, Влад откатился в сторону. Руки слушались плохо, но он тоже схватился за автомат — собирался помочь своим.

Влад нашёл глазами Борна — тот азартно крался к «генераторной будке», сжимая в руках саблю, а дядя Саша держал угол этой будки на прицеле. Похоже, абордаж уже заканчивался — пираты не ждали такого отпора.

— А где Дружок⁈ — спросил Лопатин, и по тому, как страдальчески сморщилось лицо соседа, понял — плохо дело.

— Он его пнул и пёс вылетел с палубы, — сосед ткнул стволом автомата в одно из тел на палубе.

Влад вспомнил, как Дружок не стал уходить с Симарглом. Вспомнил, как он бросился на эльфа, когда тот готов был Влада подстрелить. И другие случаи.

«Дружок…»

Поднялся на ноги, и под крик соседа, перевалился через борт «Ослика». Телепортироваться. И ещё раз. И ещё. Всё ниже и ниже. Полоса тумана уже поредела, а потом снова вокруг всё стало прозрачным. Воздух обжигал лёгкие холодом, и Влад старался не дышать.

«Прошло, может, полминуты. Гравитация в бездне ниже, и намного. Он не мог далеко…»

Где-то внизу Лопатин разглядел едва заметное пятнышко.

Перемещение. Ещё одно.

Это правда был Дружок. Влад обхватил собаку, почувствовал на щеке дыхание, а потом пёс лизнул его холодным языком. Замёрз, бедный.

— Ничего-ничего, малыш! Сейчас!

Влад переместился вверх. И ещё раз. Полоса тумана уже близко. Ледяной воздух уже не так сильно царапает лёгкие. Вот только куда перемещаться? Как найти «Ослика⁈» Корабль не стоит на месте, движется. Дружка он увидел только чудом — тот был довольно далеко в стороне. Как найти корабль⁈

Усталость уже чувствовалась. Влад сегодня очень много перемещался. Когда прыгнул за Дружком — на дальние расстояния, на пределе сил. Знакомое и такое противное ощущение напряжения где-то в центре грудной клетки уже чувствовалось.

Ещё один прыжок. Можно сильно не торопиться. За пару — тройку секунд много высоты не потеряет, зато можно осмотреться. Влад прекрасно понимал, что разглядеть что-то дальше, чем в сотне метров в этом молочном киселе невозможно. И всё равно вглядывался.

— Где⁈

При очередном повороте головы на краю зрения мелькнуло яркое пятно. Влад опять повернулся, и теперь уже точно разглядел яркую точку. Не думая, рванул на свет, хотя в упор не понимал, откуда он тут может взяться. Потребовалось ещё два прыжка, чтобы увидеть их магнит, густо утыканный снизу гелиотропом. Всего в сотне метров. Платформа ещё не начала подниматься вверх, видно, подъёмной силы не хватало, из бездны внизу в неё продолжали влетать гелиотропы. И это было очень хорошо, потому что Влад чётко понял — до корабля Влад не допрыгнет. Он и до самой платформы допрыгнул с большим трудом.

Ухватился одной рукой за трос, молясь, чтобы не слишком крепкая конструкция выдержала. Платформа качнулась, если бы Влад не держался, вылетел бы прочь с ненадёжной платформы, а так — только наклонился горизонтально над бездной и чуть не выронил Дружка.

Гелиотропы уже практически заполнили нижнюю поверхность платформы, но всё ещё продолжали вылетать из неведомых глубин. Дружок вдруг взвизгнул и затих — Влад подтянул пса покрепче, не понимая, что произошло. Присел, чтобы сместить центр тяжести, утвердился в более-менее горизонтальном положении, и успел увидеть, как растворяется в пасти собаки яркий светящийся камень. Дружок был без сознания, и на осторожное встряхивание никак не реагировал.

— Ничего-ничего! Я, помнится, тоже вырубился, — подбодрил себя Лопатин. — Сейчас, главное, продержаться!

Влад вспомнил, что у него, вообще-то, есть переговорник — они обзавелись корабельными, и дисциплинированно их носили, хотя особой необходимости не было. Шарить на поясе, одной рукой обхватив спасительный трос, а другой прижимая к боку бессознательного Дружка было очень неудобно, но нужно было поторопиться. Холод, на который до этого Лопатин просто не обращал внимания, начал ощутимо покусывать лицо и, особенно, руки. Обычно они работали в самодельных рукавицах — неказистых, но тёплых, однако перед боем Влад их, конечно, снял. И теперь постепенно переставал чувствовать кисти рук.

— Ребята, я тут вишу. Висю. Мы висим. Можете подтянуть удилище?

Переговорник на два голоса выдал восторженный вопль, а Влад вдруг почувствовал, как зверски у него болят рёбра и голова.

Глава 18

Отец написал ещё до того, как они отправились в рейс. Верный своей нелюбви к «новомодным техническим новинкам» ответил коротко, буквально в пару предложений. Сказал, что такие вопросы необходимо обсуждать лично, предложил встретиться и всё подробно обсудить. Каси хотела уже согласиться, но тут её вызвали в администрацию и предложили работу для «Стремительной». Всего на пару-тройку недель, проверить сигналы от купцов о том, что на постоянном маршруте вдруг довольно резко изменилось постоянное ветряное течение. Если подтвердится — разведать изменения и нанести на карту.

Девушка думала отказаться, но решила, что будет неплохо ещё немного заработать. Пока выходило так, что прошлое приключение оказалось для неё не таким уж выгодным. Тех денег, что капитану «Стремительной» выдали за сведения об острове, а также за двух землян, едва хватило, чтобы хорошенько обслужить корабль, да премировать команду. Сама же Каси… Нет, она не осталась в минусе, но нежно лелеемая кубышка пополнилась вовсе не на ту сумму, на которую она рассчитывала. Пожалуй, даже меньше, чем за обычный «пустой» рейс.

«Сходим, — решила Каси. — Две недели всё равно ничего не изменят, а так хоть оденусь поприличнее перед встречей с отцом! А то опять ворчать станет, что не пристало принцессе рода одеваться как какой-нибудь наёмник. Сам-то всегда именно так и одевается!»

Убедив себя таким образом, Каси уже не стесняясь, устроила внеплановое кровопускание своей кубышке и сходила к портному. Давненько так не развлекалась!

После того, как администратор выдал координаты области изменений, девушка и вовсе заподозрила, что это проделки отца. Выходило так, что после завершения работы можно будет назад в родной порт не возвращаться, а лететь прямо к нынешнему месту дислокации отцовского отряда — получится намного ближе.

Немного неловко было бросать землян, не проследив толком, чтобы они освоились, но Каси решила, что дядя Саша — в надёжных руках. Та орчанка, Хелла, кажется, показалась ей очень серьёзной дамой, да и глаз на землянина явно положила. А Влад зачем-то завербовался на шахту, и проследить за ним, в случае чего, всё равно было никак нельзя. Однако Каси на всякий случай связалась и с Владом — тот заверил, что с ним всё в порядке и работа движется.

«В конце концов, они оба — взрослые люди. А я им не нянька. Я предлагала идти ко мне в команду, тогда я за них бы отвечала, а сейчас — ну, у меня, в конце концов, и свои дела есть, — сказала себе девушка. — И потом, я не только для себя стараюсь с этим их островом. Земляне ведь тоже очень не хотят, чтобы он достался первородным! Так что ничего, переживут как-нибудь! Александр учится. Потом, наверняка, устроится на работу. У Влада на шахте всё хорошо, а когда вернётся… Ну, там уже и мы вернёмся скоро. Не успеет он найти серьёзные неприятности на свою голову за это время».

Каси всё равно предупредила Александра, что они уходят на задание. Сказала, когда примерно должны вернуться — с учётом визита к отцу, который затянется по меньшей мере на пару дней. Вообще-то девушка надеялась, что даже несколько дольше. Всё-таки отец, если не отказал сразу, может что-то полезное посоветовать, или как-то иначе помочь.

Задание удалось выполнить быстро, даже с опережением графика. Действительно, ветряное течение, которым раньше пользовались купцы, торгующие со страной куа-фу и тэнгу, изменило своё направление. Неплохая новость — команда «Стремительной» дисциплинированно картографировала изменения, и выходило так, что теперь дорога для путешественников сократится недели на три. Приличная экономия, вот только городок под названием Порт Тэнгу теперь захиреет — с новым течением купцы будут приставать в другом порту. Впрочем, зато получит развитие тот город…

Каси специально организовала работу по картографированию так, чтобы по завершении оказаться ближе всего к Островам нибелунгов. Отцовский флот сейчас именно там — карлики наняли его для охраны от участившихся набегов пиратов. И платят достаточно щедро, несмотря на вошедшую в поговорки скупость.

«Впрочем, будешь тут платить!» — подумала Каси. — «Они потеряли три сверхмалых острова и один малый прежде, чем решились обратиться к наёмникам».

Архипелаг, конечно, очень велик, и довольно часто пополняется новыми островами. В основном сверхмалыми. Но даже так потеря четырёх из них — это очень чувствительный удар. Причём все знали, откуда приходят пираты, но сделать ничего не могли. Сами нибелунги традиционно очень сильны в работе с металлом, да и воины хорошие… вот только исключительно на тверди. Воздушные сражения не для них.

Отец «Стремительную» явно ждал. Стоило попасть в область действия местной связи и доложить о прибытии, и уже на следующий день Тришка заметил на горизонте знакомую яхту. Для Каси знакомую, команда её никогда не видела. Девушка была удивлена до крайности — не думала, что отец отправится её встречать лично!

Вот «Сапсан», так называлась любимая отцовская яхта пришвартовался к «Стремительной», и на трапе появился он — Энкратос, герцог Розмор собственной персоной. Высокий, сухой, сероглазый. В своём привычном офицерском мундире без знаков различий. Один рог обломан — старая травма, которую он получил за несколько веков до рождения Каси. Юной демонессе стало неловко до ужаса. Каси снова, как в детстве, чувствовала себя нашкодившей мелочью, которую сейчас будут отчитывать. А с другой стороны — взрослой, капитаном своего корабля, ответственным за команду. От этого раздвоения было совершенно неясно, как себя вести.

Отца, впрочем, такие мелочи совершенно не волновали. Едва сойдя на палубу «Стремительной», он крепко прижал к груди дочь. Девушка уткнулась лицом ему в плечо, и с удивлением поняла, что едва сдерживается от того, чтобы заплакать. Всё-таки она ужасно соскучилась.

— Пап, ну команда же смотрит, — тихонько пробормотала Каси, совладав с эмоциями.

— Ничего, не пострадает твой авторитет, — фыркнул Энкратос. — Я скучал, дочь. И очень рад тебя видеть в здравии. Ты очень повзрослела и похорошела. Скоро станешь краше матери.

Глаза отца, как и всякий раз, когда он вспоминал маму, на секунду стали печальными, но печаль быстро ушла.

— Командуй своим парням, чтобы шли в кильватере. У нас тут небольшая база, секретная, без проводника не пройти.

Каси была здорово удивлена, когда через какое-то время яхта начала забирать всё ниже. Только привычка доверять отцу не позволила начать выяснять, зачем они покидают пояс жизни. Между тем становилось всё холоднее, а потом Стремительной и вовсе пришлось нырнуть в туман вслед за проводником. Яхта держалась совсем близко, чтобы не потеряться.

Замёрзнуть Каси не успела — в тумане вдруг обнаружился остров. Малый — всего около десяти километров в поперечнике. К нему и пришвартовались. Команду уже встречали — проводили в тёплую казарму и обещали накормить. Вокруг сновали широкие, но низенькие нибелунги в тёплых меховых шубах. Мороз их совершенно не беспокоил — только лица там, где не закрыты шапками и бородами покраснели. Каси прошла вслед за отцом в отдельный домик, наподобие того, что она видела на острове землян — невысокий, двухэтажный, с острой крышей. Только не из кирпича, а из природного камня, искусно сложенного так, что зазоров почти не осталось.

Внутри было очень тепло и уютно, а ещё Каси вдруг в полной мере почувствовала, что вернулась домой. Отец всегда, где бы ни останавливался, возил с собой памятные вещи, интересные трофеи, и прочие милые сердцу мелочи. Поэтому и Каси не привыкла обращать внимание на планировку комнат. Там, где привычный набор сувениров и мебели — там и дом.

Каси слегка поёжилась, выгоняя остатки холода, и уселась в кресло — тоже знакомое. Отец такие всегда любил — строгое, сидеть в нём можно только выпрямив спину и ровно сведя ноги. Демонесса этого не понимала с самого раннего детства, и при первой возможности, ещё с карманных денег, обзавелась своим, мягким и уютным. Отец тогда был, помнится, жутко недоволен. Сейчас это кресло в съёмной квартире на материке — девушка так и не смогла с ним расстаться, когда уезжала от отца.

— Удивлена? — спросил Энкратос, поставив перед Каси кружку с горячим травяным настоем. В таких, временных домах отец никогда не держал прислугу, даже денщика. Предпочитал со всем справляться сам.

— Очень! Так же никто не делает! И зачем⁈

— Слишком много любопытных. Поначалу мы размещались на одном из островов местных жителей, но это оказалось опасно. Пара нападений, от которых пришлось в срочном порядке отбиваться, а потом… Марвин, ты его помнишь, во время боя лишился обоих двигателей, и рухнул в бездну. И вот, представляешь, после боя он с нами связывается и просит о помощи. Впрочем, покривлю душой, если скажу, что был сильно удивлён.

Каси понимающе кивнула — Марвина она помнила. Этот лихой капитан-эльф обладал каким-то совершенно мистическим везением. Что называется, удача в лоб поцеловала при рождении. Сколько раз он был на волосок от смерти, и всегда выходил сухим из воды, причём со всей командой. Собственно, в частной армии отца он появился тоже благодаря одному из таких случаев…

— Оказалось, корабль рухнул на незарегистрированный остров, — продолжал тем временем Энкратос. — Сам фрегат восстановлению не подлежал, а команда обошлась несколькими переломами и обморожениями. Тогда здесь никаких построек не было, голая земля. Старый остров. Вероятно, его когда-то почти обобрали от гелиотропа, но что-то грабителям помешало, и они ушли. В бездну он окончательно так и не канул, но был надолго забыт. Я посчитал, что это прекрасная база, если подойти с умом. Проблем с внезапными нападениями больше нет, зато мы всегда появляемся для противника неожиданно. Дороговато выходит, но нибелунги, которые вздохнули спокойно после нашего появления, не ропщут.

— Всё равно непривычно, — покачала головой Каси. — Никогда не думала, что можно жить так низко, в слое тумана. Такой холод!

— Не такой уж и холод. В некоторых частях нашего материка в зимний период бывает ещё холоднее. А на некоторых островах и вовсе всегда так…

Они ещё долго разговаривали — отец рассказывал о том, как жил последние годы, Каси — о себе. Энкратос деликатно не стал поднимать тему побега дочери, за что та была ему благодарна. С ним всегда так было — если объявил, что больше не сердится, то действительно не сердится, и даже поднимать эту тему не станет, если Каси сама не захочет поговорить. Но Каси сейчас хотелось поговорить о другом. И отец, как всегда, понял это ещё раньше неё.

— Каси, ты хотела поговорить о том острове, — Энкратос только что закончил рассказывать какой-то случай из последних забавных, и сразу, без перехода перешёл к делу. — Как я понимаю, ты хочешь присоединить его к империи.

— Да, так и есть. Мне просто обидно, что потрачено столько усилий, — девушка поёжилась. — Знаешь, пап, пару раз я не была уверена, что нам удастся уйти живыми. Слишком много неудачных обстоятельств сложилось… в общем, это было очень сложное дело, и теперь мне будет бесконечно обидно, если он так и достанется эльфам. Или бездне, что одно и то же.

— Понимаю тебя, девочка. — Кивнул отец. — Вот только понимаешь ли ты, о чём просишь? Это ведь, как я успел выяснить, большой остров. На то, чтобы его вытянуть, потребуется целое состояние. Сразу скажу — я не располагаю свободными средствами в таком объёме. Гелиотроп нынче дорог, причём в империи — особенно.

— Пап, а почему? — удивилась девушка. — Мы ведь его добываем.

— Добываем, — покивал Энкратос. — И это очень не нравится некоторым нашим соседям. Во-первых, они считают, что это несправедливо, что мы так легко добываем гелиотроп. У них, насколько мне известно, не нашлось месторождений подходящего для добычи камня. Сама понимаешь, некоторые остроухие «светлые головы» никогда не потерпят такой несправедливости: у кого-то есть то, что нужно им, а у них — нет. Готовится большая война. И останавливает их только надежда обойтись чужими руками. Мы сейчас, собственно, этим и занимаемся — предотвращаем такой сценарий. Но войны в любом случае не избежать, поэтому сейчас империя всё добытое тратит на подготовку. Запасы оружия, боеприпасов, корабли, и прочее, прочее, прочее. В этом смысле появление острова для наших, сама понимаешь, совершенно не вовремя. Неудачно получилось. Лишней тонны гелиотропа — а именно столько, плюс-минус потребуется на транспортировку среднего острова на нужное расстояние, у империи сейчас просто нет. Это придётся останавливать какой-то из текущих проектов, что, как ты понимаешь, невозможно.

— Так что, ничего нельзя сделать? — расстроилась девушка.

«Зачем тогда звал обсудить это лично⁈ — хотелось спросить Каси. От досады, конечно — на самом деле она была рада видеть отца».

— Сделать можно. У меня есть тонна гелиотропа. Точнее, не у меня — у компании. Я думаю, смогу убедить ребятишек использовать этот запас для того, чтобы притянуть остров поближе к Ойкумене. Вот только просто так тратить такое количество дефицитного ресурса никто не захочет. А вот ради острова, который станет собственностью компании…

— Отец, ты хочешь получить его в собственность?

— Не личную, — нахмурился Энкратос. — Он будет принадлежать компании, а значит, каждому из моих подчинённых в соответствии с его обычной долей добычи.

— Но… — Девушка не то чтобы была возмущена. Скорее — удивлена. Отец, оказывается, всё уже продумал, и даже решение нашёл. Очень выгодное решение. И всё бы хорошо, вот только она была совсем не уверена, что землянам такое решение понравится. Об этом она и сказала отцу:

— Я привезла на материк двух людей. Они очень много сделали для того, чтобы остров не достался эльфам. Один из них чуть не расстался с жизнью — это он уничтожил авианосец. Лично. Не уверена, что мне удастся его убедить, что острову будет лучше в собственности твоей компании, чем в империи. Земляне привыкли считать его своим.

— А в том, что острову будет лучше в собственности компании, чем в бездне, сможешь? — уточнил отец. — Каси, ты пойми. Хорошее отношение — хорошим отношением, но это, во-первых, короткоживущий, во-вторых, провалившийся. Ты же знаешь, они по умолчанию не слишком толковые разумные. Так какое имеет значение, что они там думают?

— Для меня — имеет, — холодно ответила демонесса. — Этот человек… эти люди мне жизнь спасли. И я умею быть благодарной.

— В таком случае ты всё-таки потратишь силы, чтобы убедить их в том, что озвученное мной решение — лучшее. В качестве утешения могу пообещать им такую же премию, какую получишь ты. Для короткоживущего этого будет достаточно, чтобы не думать о деньгах всю жизнь.

Каси понимала, что отец прав. Со своей точки зрения. Вот только сама относиться так к землянам не хотела. Даже к Владу, хотя и злилась на него в последнее время, сама не понимая, почему. Впрочем, отец тоже не относится так пренебрежительно к своим подчинённым, и неважно, какой у них срок жизни. Просто земляне для него чужие. Ну и ещё, он, как и все остальные, не верит, что из них может выйти толк. А вот Каси на это было уже наплевать. Для неё земляне чужими больше не были.

— Так что, дочь. Я начинаю готовить почву для продавливания решения на совете командиров? — уточнил Энкратос.

— Нет, — покачала головой Каси. — Я сначала поговорю с Владом… с землянами. Обещаю, что постараюсь их убедить в том, что это действительно лучшее решение. Но пока они не скажут своё слово, не нужно что-то делать. А то получится, что мы всё решили за них. Я так не хочу.

— Как скажешь, — отец мягко улыбнулся. — Я не стану на тебя давить. Но тогда, Каси, я пока ничем не могу тебе помочь. И получается, ты напрасно летела в такую даль.

— Пап, ну что ты такое говоришь, — махнула рукой девушка. — Я действительно очень соскучилась!

На туманном острове «Стремительная» задержалась на два дня. Отдохнуть, провести мелкий ремонт, подготовиться к обратному полёту. Каси, чем дальше, тем больше убеждалась — отец предложил хорошее решение. Единственное возможное. И земляне наверняка согласятся, что так даже лучше, чем если просто позволить швырнуть целый город с бесконечной рекой в бездну. Она даже договорилась с отцом, что если земляне согласятся, в их собственности останется часть острова — на тех же условиях, какие предоставляются младшим офицерам отцовской армии. Отец был не слишком доволен, но в конце концов согласился.

— Каси, скажи, тебе ведь понравился этот землянин? Влад. — Сказал Энкратос после того разговора.

— Что⁈ — Возмутилась девушка. — С чего ты взял⁈ Он же человек! Короткоживущий! Я что, по-твоему, совсем дура⁈

— В любви мы все дураки, — печально улыбнулся Энкратос. — Не нужно так возмущаться, доченька. Я тебя ни в чём не обвиняю!

— Всё равно! Как ты мог такое подумать! — продолжала сердиться Каси. Отчего-то предположение, высказанное отцом, её ужасно взбудоражило.

Глава 19

Если бы Влада в тот момент спросили, что такое бесконечность, он бы ответил — это временной промежуток между тем моментом, когда он связался с друзьями на палубе «Ослика» и тем моментом, когда сошёл на палубу. При этом парень прекрасно понимал, что это противоречит логике, и у бесконечности нет границ, но ожидание, казалось, не закончится никогда.

Дружок, вроде бы дышал, но точно сказать Лопатин не мог. Рука, которой он держался за трос, закостенела напрочь, да и тело потихоньку переставало болеть, потому что замерзало. Больше всего Влад боялся либо выронить пса, либо самому по случайности отцепиться от троса и свалиться. Из переговорника были слышны подбадривающие крики, друзья требовали потерпеть и не сдаваться. Влад и не собирался, но терпение было на исходе. Позже Лопатин узнал, что подъём на корабль занял всего пять минут, и очень удивлялся. Ему показалось, что, по меньшей мере, пять часов.

Отцеплять Влада от троса пришлось силой.

— Давай, давай! Да отпусти ты этот трос, Влад! — не выдержал Борн. — Чего ты вцепился!

— Отстань от человека! — возмутился дядя Саша. — Сам бы попробовал. Сейчас — сейчас, Владик, щас мы тебя обиходим…

— Дядь Саш, Дружка надо в тепло.

— И Дружка в тепло, не переживай. Ты только не прижимай его так, а то все кишки наружу повыдавливаешь!

— Ага. Вы сами-то как?

— Да нормально, эти как высадились, я их и срубил, считай, одной очередью. Они дуриком пошли, думали, я одиночными буду. Хотели массой задавить. Все и легли. Только вот, с Дружком плохо получилось. Его ж не удержишь. Он как бросился на них, один из этих уродов его и пнул. Думал, всё, нет больше Дружка.

Дядя Саша, наконец, вытащил пса и поспешил унести в тепло. Вернулся с кружкой. Влад почему-то подумал, что это горячий чай, хотя откуда бы? Чего-чего, а кухню они на «Ослике» обустроить ещё не успели. Парень сначала глотнул, и только потом понял, что это не водка даже, а чистый спирт.

— Кха! Откуда это⁈

— Да всё оттуда же. С нашего острова прихватил, чисто в медицинских целях. Вот, пригодилось.

Дядя Саша поднёс пустую кружку к носу, втянул ноздрями запах, прикрыл глаза, ностальгируя.

«Хорошо, что не железная! А то я бы щас к ней и примёрз», — подумал Влад. Сведённые судорогой мышцы начали расслабляться, и он, наконец, смог отпустить клятый трос. Друзья тут же подхватили под руки и повели в рубку.

— Да хорош, я нормально, — прошипел Влад. — Могу идти!

Борн тут же отступил в сторону, и Лопатин понял, что был слишком самонадеян — начал заваливаться. Упасть не успел — орк успел осознать ошибку, и подхватил.

— Или не могу, — прокомментировал Влад. — Спирт, что ли, уже подействовал?

— Рано, — покачал с уверенным видом дядя Саша.

— Значит, сотрясение. Меня сегодня по башке сильно били.

Спирт начал действовать уже внутри, в тепле. Правда, выпил парен не так много, чтобы выключиться, но перед глазами всё поплыло.

— Ребят, а с третьим кораблём что? Видели, как упал? Или ушёл?

— Да вон он болтается, — махнул рукой Борн. — Ты им там походу повредил что-то, они теперь ни туда, ни сюда. Орут вон что-то.

Влад прислушался, и, действительно, смог разобрать какие-то отголоски. Что кричали непонятно, но явно что-то у них там не ладилось.

«Ну и славно, — довольно подумал Влад. — Щас немного в себя приду, и будет вам похохотать!»

С этими мыслями парень и отрубился, а в себя пришёл оттого, что кто-то тщательно вылизывает ему лицо.

— Фу, Дружок, не слюнявь. Щас пойдём, — парню показалось, что он дома, в мастерской, и пёс, как всегда по утрам, намекает, что пора бы и прогуляться. Память вернулась только через несколько секунд — Лопатин резко распахнул глаза, дёрнулся, чтобы ощупать очнувшегося пса, и застонал от боли. Голова и бок отчаянно сигнализировали, что обращаться с ними нужно гораздо бережнее.

— О, очнулся! — дядя Саша вошёл в поле зрения — сам Влад после первого движения даже глазами боялся шевелить. — Владик, понимаю, что тебе сейчас не до того, но с пиратами нужно что-то решать.

— В смысле⁈ — не понял Лопатин. — А, да. Грохнуть их всех. Однозначно.

— Вот и я о том, — согласился дядя Саша. — Только непонятно, как. Тяжёлого у нас нет, а на абордаж я боюсь идти. Тем более, они там, кто выжил, в трюме попрятались. Мы попытались сверху зайти, так там и не по кому стрелять. Заперлись, и орут, что сдаются.

— А мы где вообще⁈ — уточнил Лопатин. Он всё ещё не слишком хорошо соображал.

— Да всё там же. Чуть повыше только поднялись, чтобы не мёрзнуть.

— А я говорю, сваливать отсюда нужно. Домой! — донёсся с улицы голос Борна. — А про этих просто сообщить патрульным. Пусть сами и решают, что с ними делать.

— А нам самим-то ата-та не сделают? — уточнил Влад. Убивать беспомощных не хотелось жутко. Совсем недавно, в бою, ничего не дрогнуло, а сейчас, когда пираты толком не могут сопротивляться, стало как-то муторно и неприятно. Даже несмотря на то, что это именно на том корабле Влада так отделали, что до сих пор дышать больно, а башка соображает так, будто туда вместо мозгов опилок насыпали.

— С чего бы? — удивился Борн. — Мы защищались. В своём праве, получается. У нас корабль совершенно не боевой, даже пушек нет. Ясно, что не мы напали, так что никаких к нам претензий. А их, скорее всего, на каторгу отправят.

Земляне с радостью ухватились за возможность откосить от неприятной обязанности. Оба при этом понимали, что врагов, вообще-то, лучше бы убивать сразу, чтобы потом не возникало проблем. Тем более Влад здорово сомневался, что пиратов в самом деле отправят на каторгу — по крайней мере, если руководствоваться правилами, какие работают в отношении таких вот бандитов на Земле.

«Откупятся, скорее всего. Друзья же и выкупят. Дадут им какие-нибудь условные сроки, если тут такое в ходу. Ну, максимум, корабль конфискуют. Кстати…»

— Кстати, а со вторым-то что кораблём будем делать? — спросил парень. — Он же не рухнул, я правильно понимаю?

— Сейчас мы с Александром его посмотрим, а то некогда было, — объяснил Борн. — Если всё нормально — обчистим полностью, сам корабль на буксир возьмём, и продадим. Всё прибыток!

Отпускать друзей одних на вражеский корабль Влад не захотел. Понимал, что боец из него сейчас никакой, так что выбрался на палубу, уселся на табурет, и положил на колени автомат:

— Если что, мы с Дружком хоть огнём вас поддержим, — объяснил Лопатин. Друзья только кивнули и полезли на палубу. Вражеский корабль не был сцеплен с «Осликом» намертво и потихоньку отходил в сторону, всё сильнее натягивая канаты, так что дяде Саше с Борном пришлось постараться, чтобы притянуть его обратно.

— А мы тут посидим, ладно, Дружок? — спросил Влад, погладив пса. С собакой после попадания в него неактивированного гелиотропа вроде бы всё было в порядке. Дружок, как Дружок, без каких-то сверхспособностей, а ведь Влад, грешным делом, надеялся, что и пёс что-нибудь такое получит в подарок от Бездны.

— Если предположить, что неактивированный гелиотроп может исполнять желания, что ты мог пожелать? — рассуждал Лопатин. — Я в своё время очень-очень захотел оказаться подальше от края острова, чтобы не свалиться. Поэтому и научился туда-сюда прыгать. А ты, Дружок? На твоём месте я бы хотел научиться летать. Но крыльев у тебя не выросло, хотя было бы забавно. А может, ты и без крыльев теперь умеешь? Проверять не будем, не переживай. — Дружок после возвращения на палубу отказывался даже близко подходить к борту — видно, здорово перепугался, пока падал. Только с Владом согласился подойти, но всё равно держался так, чтобы между бортом корабля и им самим оставался хозяин.

«Короче, если и подтвердилось наше предположение, откуда способности появились, как об этом узнать — непонятно. Я-то тоже не сразу за собой странности заметил. Это надо на людях экспериментировать, на разумных… но что-то не хочется. Слишком всё непонятно и, вполне возможно, не безобидно. Хорошо хоть сам больше не получил, а то так бы и сгинули вместе с собакой. Видимо потеря сознания — обязательное условие при встрече с девственным гелиотропом. Дружка-то тоже вырубило, как и меня тогда», — лениво рассуждал Влад. — «Но, вроде бы, с Дружком всё в порядке. Вон, весёленький, только к борту приближаться боится…»

Додумать мысль парень не успел, потому что как раз в этот момент в трюме соседнего корабля началась какая-то суета. Влад, забыв о травмах, подскочил, засуетился, перепрыгнул на палубу, рванул внутрь…

— Ты чего? — удивлённо спросил дядя Саша.

— Думал, у вас тут проблемы.

— А, ну да, — согласился друг. — Только не такие проблемы, чтобы бежать с вытаращенными глазами. Мы просто снарядную обезьяну нашли.

Снарядных обезьян Влад уже знал — это здесь так называли мелких работников, которые должны таскать боеприпасы к пушкам. В качестве взрывчатки местные используют не порох, а гелиотропную пыль, так что название немного не такое, как на Земле, но тоже отражает область деятельности.

Основная часть снарядов на боевых кораблях Ойкумены находится в специальном помещении в самой глубине трюма — чтобы не взорвалось от случайного попадания вражеского боеприпаса. И конечно, проход в это помещение делают как можно более узким, чтобы уменьшить вероятность случайного попадания.

Само собой, крупным оркам, да ещё во время боя, носиться в крюйт-камеру несподручно — слишком долго и тяжело. На Земле для этих целей на борт брали детей, здесь обходятся низкорослыми расами. Как на «Стремительной» — там обязанности снарядной обезьяны выполнял гоблин Тришка. Это помимо вперёдсмотрящего. На пиратском корабле, как выяснилось, тоже для этих целей использовали гоблина. Точнее, гоблиншу.

Борн как раз выбирался из глубин трюмных переходов. На четвереньках. А вслед за ним шла совсем мелкая зеленокожая девчонка. Одета она была в какие-то лохмотья, босая, чумазая. Сквозь разводы грязи под глазом проглядывал здоровенный фингал.

— Ой! — радостно воскликнула девчонка, разглядев землян. — Чилавеги!

И кокетливо расчесала пятернёй растрёпанные волосы.

— Не-не-не! — испуганно отшатнулся Влад. — В смысле сразу скажу — на меня не рассчитывай! Я это, не свободен! У меня уже и так, наверное, дети будут!

Гоблинша расстроенно скуксилась:

— Всигда беднай Шмякке сладкого не дають! — печально вздохнула девчонка, и с надеждой уставилась на дядю Сашу. Дескать, может, ты?

— Не, кхм, извини, — сосед даже руки в защитном жесте выставил. — Я того, покрупнее девушек люблю.

Гоблинша окончательно скуксилась, даже носом зашмыгала. Доброе сердце дяди Саши не выдержало, и он вручил ей конфету, завалявшуюся в кармане. Шмякка мгновенно забыла о своих неурядицах, сунула конфету в рот и стала тщательно пережёвывать, закатывая глаза от удовольствия.

— Давно шладкого ни давали, — пояснила девчонка. — Говорили, растолстею, пиристану в дырки пралазить. И вапче, плохие работодатели. Гаварили я праституткой буду работать, а сами заставили снаряды таскать. И били. Возьмите миня к сибе, чилавеги. Если не сеггсом трахаться, то хоть снаряды таскать.

Дядя Саша, несмотря на то, что девчонка на самом деле была взрослой, и, очевидно, озабоченной, преисполнился к ней отцовских чувств. Заметив, как зябко поджимает чумазое недоразумения пальцы на босых ногах, велел Борну брать её на руки и тащить в тёплую рубку. Там же и продолжил расспросы, оставив Борна одного собирать трофеи.

Девчонка, как оказалась, была совсем дикая — пираты подобрали её где-то не в империи даже, а на каком-то из островов. Денег не платили, кормили мало, ещё и били иногда. Но, видно, осторожно, раз до сих пор совсем не пришибли. Дядя Саша, растроганный историей, даже предложил вернуть её домой, но та так старательно затрясла головой:

— Нихачу дамой. Скучна. За свиннями убирать заставют. А сеггсом трахаться ни дадут. Нихачу.

— Да отдадим её в социальную службу, — шёпотом предложил Влад. — Ты посмотри, она ж совсем дикая, а там её научат всему, пристроят.

— Посмотрим, — покачал головой дядя Саша. — Ей не социальная служба нужна, а человеческое участие. Жалко девчонку, смотри, как жмётся. Я и сам так же рос, как сорная трава. Государство мне тоже, знаешь ли, всё дало и всем обеспечило, и что, много мне это помогло?

«Жмётся она к тебе потому, что надеется, что ты растаешь и таки её „сеггсом трахнешь“, — подумал Влад, но вслух говорить не стал. — Ладно, кто я такой, чтобы мешать кому-то совершать благородные порывы?»

— Ну, сам тогда с ней возись. И давайте уже убираться отсюда.

Желающих подольше задержаться в тумане не нашлось, так что «Ослик», наконец, начал выбираться в более населённые места. Пора было вызывать патрульных, но до затуманенных мозгов Влада дошло, что у них на «Ослике», вообще-то, полный трюм гелиотропа.

— Дядь Саш, ну ладно Борн молодой, а я — дурак стукнутый. Но ты-то! Как мы будем объяснять властям три сотни килограммов дефицитного ресурса в трюме неказистого «Ослика»? Тут, блин, его выдают либо под задачу, либо по космической цене, а мы… короче, никаких патрульных, а то нас тут точно упекут. Вместе с ними.

— И чего, просто оставим их там умирать? — Борн растерянно ткнул пальцем вниз — туда, где остались терпящие бедствие пираты на последнем из трёх кораблей.

— Не оставим, — неохотно покачал головой Лопатин. — Доберёмся сейчас до тверди, гелиотроп выгрузим, и тогда уже сообщим. И лучше бы не от своего имени. Есть у вас возможность анонимного обращения, не знаешь?

— Нет такой возможности, — мрачно покачал головой Борн. — Зараза. Вот знаю, что нам гораздо проще и правильнее их там и оставить, но… как-то гнусно это вот так разумных на смерть оставлять.

Влад в последнее время повидавший всякого нехорошего, не считал, что это так уж гнусно, и, наоборот, был склонен оставить всё как есть. Теперь, когда они удалились от противника достаточно, чтобы не слышать криков, стало даже как-то проще.

«Ну да, с глаз долой из сердца вон», — вздохнул парень. Он глянул на дядю Сашу, но тот явно был согласен с ним. Паршиво на душе, конечно, но рисковать всем ради бандитов, которые их не пожалели бы, просто глупо.

— Я согласен с Владом, — вздохнул сосед. — И эту лоханку, которую на буксире тянем, тоже надо того, затопить. В бездну бросить, пока нас с ней не увидели.

— Но… как же, ребята⁈ — растерянно спросил Борн. — Мы ж хорошие, а они плохие. Так же нельзя!

«Чёрт, ненавижу моральные выборы», — подумал Влад. — «И так себя скотиной чувствуешь, так ещё теперь с Борном непонятно как договариваться!»

Судя по тому, как набычился орк, если поступить рационально, тот может и не согласиться. Просто уйдёт по возвращении из рейса. Терять товарища не хотелось.

— Эй, чилавеги, — тихонечко подёргала дядю Сашу за рукав Шмякка. — Хатити я сама скажу? А про вас ни скажу. Толька вы тогда меня в службу ни атдавайти, ладно? Йа их пазаву, скажу, что мы были пираты, и напали на какова-то корабля, а сама я просто абизьяна снарядная. Ани миня тогда трогать не станут. Только вы миня патом, когда отпустят, забирити. Ни хачу в службу, хачу с вами. Вы красивые.

— Точно! — обрадовался Борн. — Шмякку точно отпустят, я о таких случаях слышал! С неё какой спрос, она почти дикая. Её, наверное, на каком-то из их гоблинских островов сманили, она и повелась, дурочка. Корабль только конфискуют, и на твердь высадят.

И столько надежды было в глазах орка, что земляне не выдержали. Вообще-то Влад прекрасно понимал, что это полумеры — тех пиратов наверняка допросят, и очень вряд ли они станут скрывать, на кого и зачем нападали. Вот только разочаровывать Борна очень не хотелось… да и самому становиться чудовищем, оставляющих беспомощных в беде — тоже. Пусть даже эти беспомощные — бандиты, на которых пробы ставить негде.

Влад хотел проинструктировать гоблиншу, что говорить патрульным, когда те прилетят. Однако девчонка, несмотря на косноязычие, дурочкой не была, и сама прекрасно знала, как общаться с представителями власти:

— Ничиво ни знаю, работала в трюми, заставляли фсио делать, ничиго не гаварили. Напали на каких-то лохов, а те оказались ни лохи и всех убили. И улители.

— Чудесная версия! — обрадовался Лопатин. — Кстати, Шмякка, а на самом-то деле ты что про нас знаешь?

— Знаю, что вы где-та тырите гелиотроп, и вас хатели аграбить и расколоть, где и как вы иго тырите, — важно объяснила девчонка. — Поэтаму пушками стрилять ни стали, чтобы ни убить никаго раньше времени. Тем более сказали, вы фсе лохи. А вы не лохи оказались.

— С последним я бы поспорил, — вздохнул дядя Саша. Но в целом хорошо…

Что именно хорошо Влад догадывался — хорошо, что пираты не поняли, что «лохи» добывают гелиотроп самостоятельно, а не воруют его непонятно где. С другой стороны, это плохо — наверняка про них расскажут, и тогда появятся проверяющие.

Шмякку перевели обратно на трофейный корабль, помогли отправить сигнал с просьбой о помощи с переговорника, и поспешно убрались подальше, пока патрульные в самом деле не появились.

Глава 20

Нужно было срочно куда-то спрятать гелиотроп. Влад ни капли не верил, что пираты станут молчать и не выложат стражам порядка всё, что знают о жертве, так что все попытки замести следы изначально бессмысленны. Собственно, земляне с самого начала не рассчитывали на какой-то внятный результат — лишь надеялись оттянуть тот момент, когда к ним придут с вопросами. Как раз для того, чтобы когда всё же придут, не пришлось бы отвечать на неудобные вопросы.

Между тем, идей, куда можно сныкать не самое маленькое количество светящихся камней, ни у кого из друзей не было. Ещё и с деньгами проблемы — обращаться к бандитам сейчас было бы уже просто странно. А без денег идеи в голову приходили исключительно идиотские. Впрочем, без денег так всегда.

— Может, на мукомольном заводе? — предложил дядя Саша. — Нас там знают… в смысле, «Ослика» знают. Придём туда, скажем — дескать, за мукой пришли.

— Угу, — мрачно кивнул Влад. — Как ты себе это представляешь? Там так-то не с «Осликом» работали, а с его бывшим владельцем. Но даже если согласятся, как по-твоему мы поступим? Скажем грузчикам: «А вот эти вот камешки пока у себя подержите», так что ли?

— Тогда не представляю. Над материком мы далеко не улетим, тем более без разрешения. Руками таскать?

За неимением других вариантов отправились на мукомольный завод, но им даже пришвартоваться не разрешили. Без договора — нельзя.

— Много вас тут таких ходит, любителей халявы. А мы — не бесплатная пристань! Шуруйте в порт, там и ищите, кто вас на постой пустит! — рявкнул ужасно занятой начальник мукомольной пристани, — А не пустит, так и катитесь в бездну! Раньше надо было думать!

«Нас приняли за нищих, которые купили корабль, а припарковаться — не купили, — подумал Влад. — И по факту у нас именно такая ситуация и есть. Богачи, блин».

Парень буквально физически чувствовал, как утекает время. В конце концов, так ничего и не придумав, вернулись в ангар «Стремительной», перетаскали компрометирующий груз, накрыли какими-то тряпками, и убрались куда подальше, зависнув неподалёку от порта.

— Мы так Каси подставим, — переживал Влад. — Тут весь порт знает, где мы останавливаемся!

— Да может, обойдётся, — надеялся Борн. — Что вы, земляне, какие пессимисты? Может, пираты ещё и не расскажут ничего! Или расскажут, но нас патрульные не найдут.

Не обошлось. Через полчаса после того, как закончили «заметать следы», ожил переговорник:

— Бот «Ослик», номер пятнадцать тридцать пять, ответьте. — Голос вызывающего был официальным — по-другому не опишешь. Ноль эмоций, вагон равнодушия.

— Слушаю, кто вызывает? — спросил Борн.

— Вас ищет береговая охрана, назовите своё местоположение.

Борн назвал.

— Оставайтесь на месте, к вам подойдёт корабль береговой охраны.

«Ну, начинается», — подумал Влад.

— Вот что, ребята, — сказал дядя Саша, — Я не знаю, как в местном правосудии, а у нас, на Земле, чистосердечное признание отягощает вину. Так что не вздумайте колоться. Если они не додумаются обыскать ангар «Стремительной», предъявить нам нечего. Поэтому будут спрашивать — либо молчим, либо открещиваемся от всех обвинений, — начал инструктировать дядя Саша. — Даже если бить будут, лучше ни в чём не признаваться. И уж точно не вздумайте говорить, что сами гелиотроп добыли. Либо не поверят, либо того хуже. И вот что, если найдутся свидетели, что мы гелиотроп продавали, скажем, что со своего острова привезли. Там надёргали, когда ещё не знали, что это запрещено.

— Может, я скажу, что это я, а вы ничего не знали? — растерянно предложил Борн. До орка, похоже, начало доходить, что неприятности намечаются вполне серьёзные.

— Тоже мне, герой песни «Взял вину на себя», — хмыкнул сосед. — Ты лучше вообще молчи, и говори, что делал только то, что тебе велели более умные и старшие товарищи, понял⁈

— Лучше б мы их правда всех поубивали, — печально пробормотал Борн. — Почему всё так несправедливо?

Вопрос остался без ответа, потому что подошла береговая охрана. Ожидаемого «мордой в пол» не случилось. Патрульные вели себя строго, но вежливо. Троица владельцев судна встречали представителей власти на палубе. Пока они отвечали на вопросы офицера, команда береговой охраны ненавязчиво рассредоточилась по «Ослику».

— Так, двое провалившихся и местный. Визиты в социальную службу нерегулярные, закрытый контракт на шахте у орка и одного из человеков, отзывы положительные, особенно у человека. У второго человека завершённые курсы переквалификации, — протянул офицер, рассматривая документы землян и сверяясь с какими-то своими бумажками. — Странная компания. И странное решение — вложить все подъёмные и всё заработанное в старую калошу.

— Эй, она не старая! Прекрасная… в смысле, замечательный бот! — возмутился Борн.

— Малыш, я верю, что эта калоша тебе нравится. Но помолчи, будь добр, — снисходительно посмотрел на орка офицер. — Мне интересны мотивы землян.

— Капитан, а почему вы нами вдруг заинтересовались? — спросил Влад. — До сих пор мы никому не были интересны.

— Думаю, вы догадываетесь. По моим сведениям на вас сегодня днём было совершено пиратское нападение.

— Было, — кивнул Влад. — Но мы отбились, хоть и с трудом.

— От трёх пиратских щук, набитых членами Орочьей свободы, — кивнул патрульный. — Не расскажете, как вам это удалось втроём?

— Земное оружие, — пожал плечами Влад. — Они пытались взять нас на абордаж, а у нас с собой была взрывчатка и автоматы. Плюс у вас там отмечено, у меня магические способности есть.

Оружие пришлось демонстрировать и объяснять принцип действия. Офицер хотел ещё, чтобы Влад продемонстрировал, как телепортируется, но Лопатин не смог — не отошёл ещё после прыжка в бездну.

— Почему не обращались за помощью? — спросил офицер.

— Там, где произошло нападение, связи не было, — пожал плечами Борн. — Мы там исследования производили. Научные.

Так неспешно патрульный выспросил все подробности и, наконец, перешёл к главному вопросу: по какой причине именно на них было совершено нападение. И ответ владельцев «Ослика», что не знают его не устроил.

— Вы уже, наверное, догадываетесь, господа исследователи, что часть команды пиратов мы взяли. Спешу вас порадовать — выжившие в ближайшее время отправятся на каторгу. К слову, за оставление терпящих бедствие в опасности, пусть и пиратов, выношу вам порицание. Если бы на одном из кораблей не нашлась пленница, которая смогла вывести его в зону приёма, все они, несомненно, погибли бы. Не на это ли вы рассчитывали? Что все пираты канут в бездну, и о ваших делишках никто не узнает?

— Если бы мы хотели, просто уничтожили бы их! — возмутился Борн, оскорблённый в лучших чувствах. — А мы просто спешили очень! У нас вон раненый! — он ткнул пальцем во Влада, отчего тот болезненно сморщился. Орк не рассчитал сил, и в самом деле довольно болезненно всадил ему палец в и без того пострадавшие рёбра.

— Вот это как раз и странно — у вас было полно времени, чтобы обратиться к лекарям, а вы, вместо этого висите здесь, несмотря на позднее время. Будто специально нас ждёте. В общем, уважаемые исследователи, мы вас забираем на стоянку береговой охраны. По нашим сведениям вы пытались торговать с Орочьей свободой нелегальными гелиотропами. И я очень хочу выяснить, где вы их взяли. Не волнуйтесь, раненому окажут помощь, раз уж вы сами не сподобились.

«Нда. Всё-таки нужно было добивать тех пиратов. Сейчас бы горя не знали, — печально подумал Влад. — Нечего было слюнтяйничать. И Борн пережил бы. А насчёт гелиотропа придётся всё выкладывать, очевидно. Байка про „взяли со своего острова“ точно не прокатит, слишком они серьёзно настроены. Чёрт, но как же не хочется!»

Лопатину остро не хотелось делиться своим открытием с империей. Не сейчас, когда они только начали. Землянин прекрасно знал — любое потенциально выгодное дело обязательно постараются отжать, как только заметят. Не государство, так кто-нибудь ещё. Парень очень надеялся, что они успеют встать на ноги, стать хоть сколько-нибудь значимыми до того, как придётся делиться.

«Потому что на данном этапе им будет проще нас прикончить, чтобы не болтали лишнего, а технологию заберут. Или вон, вовсе забудут, чтобы не портили экономику стране».

Кто именно эти «они» парень не знал, но заранее опасался.

«Ты, блин, не захотел сидеть тихо и работать, куда поставили. Решил большими делами заниматься. Вот только захотел чистеньким остаться, как будто не знаешь, что так не бывает. Ну, радуйся теперь, — мрачно рассуждал Лопатин. — Хорошо, если живым из передряги выберешься! Ещё и дядю Сашу подвёл под монастырь вместе с Борном. Хотя Борн сам виноват — нечего было канючить».

Влад лукавил, и сам это понимал — за предложение Борна они с соседом ухватились с готовностью. Как раз потому, что очень не хотелось становиться хладнокровными убийцами.

«А раз так, то и нечего было начинать, — думал Лопатин. — А то блин в детстве недоумевал, что все так носятся с этим Раскольниковым. Ну вот, пожалуйста, почувствуй на своей шкуре. Ровно та же дилемма, только и твой выбор тоже оказался неправильным».

«Ослика» под конвоем проводили в дальнюю часть порта. Земляне раньше и не знали, что там находится отдельная стоянка для штрафников. Бот поставили рядом со знакомыми щуками — одна целая, и одна — с проломленной взрывом палубой.

«Неплохо получилось, — с мстительным удовольствием подумал Влад. — Ещё бы чуть-чуть, и они бы совсем рухнули. Жаль, не вышло. Всё-таки надо было добивать!»

Влада действительно вылечили — первым делом раненого отправили в лазарет, где накормили какими-то снадобьями, и усадили в специальный аппарат, ускоряющий регенерацию, так что уже через пару часов о боли в рёбрах парень забыл. С головой вышло сложнее — сотрясение так быстро даже местная медицина не лечит. Впрочем, тошнить после всех процедур его перестало, да и мысли стали яснее. А ещё — проснулся голод, вот только обеда в местной камере предварительного заключения не предполагалось.

Время было позднее, так что троицу оставили в покое до утра. Причём рассадили по одиночным камерам. И естественно, о том, что Влад обладает способностью перемещению, местные были прекрасно осведомлены. Отметка ведь в паспорте стоит. Так что Лопатина, чтоб не сбежал, ещё и специальной цепью приковали к стене. Влад, ради интереса попробовал куда-то переместиться, и, ожидаемо, не смог. Впрочем, парень не был уверен, что дело именно в цепи, потому что до сих пор не отошёл от прошлого перенапряжения.

Тот факт, что пообщаться между собой не получится, расстраивал. Тем более, пока Влада лечили, Борна с дядей Сашей допрашивали, и что отвечали на вопросы друзья, парень не знал. И ещё Лопатин немного переживал за Дружка, которого оставили на корабле. К собакам местные относились очень лояльно, даже с уважением, так что ни выгонять, ни, тем более, бить пса не стали. Но Влад всё равно переживал — как он там? Тоже ведь ещё толком после падения в бездну не отошёл, да и голодный.

Всю ночь Влад провозился на твёрдой койке. Заснуть так и не получилось — мешал голод и тревожные мысли. Впрочем, утром его покормили, и тюремная каша оказалась вполне съедобной. А сразу после завтрака повели на допрос.

Следователь — рептилоид с холодными жёлтыми глазами, с узкими зрачками, и чешуйчатой физиономией, был похож на змею. Как и все рептилоиды, впрочем. Вот только этот Владу казался особенно страшным. Парню вспомнилась сценка из мультфильма про маугли: «Ближе, бандерлоги!». Было ну очень похоже.

Следователь поначалу не давил. Вёл себя достаточно вежливо, но расспрашивал подробно, видно, ловя на несоответствиях. Потребовал описать не только ход боя, но и всё, что ему предшествовало.

— Неужели вы не заподозрили неладное, когда вам отказали в аренде⁈ — удивлялся рептилоид. — Ваш местный подручный сказал, что члены Орочьей свободы предлагали вам остановиться на одной из своих нелегальных стоянок. Как вы для себя объясняли такое внимание?

Влад сначала пытался юлить и выкручиваться, но сам понимал, насколько всё это неправдоподобно звучит.

— А хочешь, человек, я расскажу, как было на самом деле? — прервал его следователь. — Тебе не понравилось работать на шахте, слишком тяжело. Захотелось быстрее стать богатым, чтобы сидеть и плевать в потолок, как и все прочие провалившиеся. И ты придумал план. Зачем работать, приносить пользу обществу, если можно надёргать гелиотропа из материка. Там ведь много, правильно? Ты знал, что там стоят датчики на приближение крупных кораблей, поэтому действовал сам. Удобно, правда? Телепортировался, сорвал сколько успел, потом вернулся на корабль. И снова. Вот только украденное нужно где-то сбывать, и ты обратился к жителям Орочьей свободы. Вот только не учёл, что они тоже любят халяву. И таких, как ты, воспринимают исключительно как пищу.

— Что за бред⁈ — Влад был по-настоящему удивлён фантазии следователя. — Это ж бред!

Но следователь был уверен в своих выводах, и Лопатин просто не выдержал. Не понравилось сидеть в камере, беспокоился за товарищей и за Дружка, да и просто решил, что упрямиться только для того, чтобы сохранить секрет — глупо. Ну и выложил всё — и про то, что придумал способ добычи гелиотропа, и про то, как добытый гелиотроп сбывали в Орочьей свободе. Вот только следователь не поверил.

— Красивая сказка, — растянул безгубый рот в улыбке рептилоид. — Только ты, землянин, напрасно считаешь окружающих идиотами. Хорошо всё придумал, и даже вон, какой-то муляж вы на палубе соорудили. Только наш эксперт уже его осмотрел и доложил, что это полная ерунда. Там даже тонкие энергии не используются. Это просто длинный кусок медного провода. Если ты надеялся этим кого-то обмануть, я в человеческих умственных способностях разочарован ещё сильнее, чем раньше. А гелиотроп ты добывал именно так, как я описал. Не нашёл другого применения своим способностям, правильно? Да лучше б ты какой-нибудь банк так ограбил, всё меньше вреда!

Влад был бесконечно удивлён тем фактом, что ему не поверили. Попытался убеждать — стало только хуже. В конце концов, просто замолчал и отказался дальше отвечать на вопросы. Так ничего и не добившись, следователь отправил Лопатина обратно в камеру. И снова потянулось ожидание. Мучительное и нудное, оно продлилось целый день, а наутро он, наконец, смог встретиться с товарищами. Вот только повод был неприятный — их повезли в общежитие, устраивать обыск.

— У вас на корабле, господа преступники, обнаружены следы гелиотропа, — встретил их знакомый рептилоид. Сегодня у него было отличное настроение. — Вы его куда-то спрятали, однако мы найдём, не переживайте. И когда мы его найдём, вина ваша будет доказана, а время разговоров закончится. Тогда придёт время пыток. Из сведений, предоставленных человеком Александром, ясно, что у вас на родине пытки запрещены. У нас — тоже, но только до тех пор, пока не доказана вина. Так что очень советую начать сотрудничать уже сейчас, чтобы избежать напрасной боли. Кража гелиотропа — очень серьёзное преступление. На снисхождение можете не рассчитывать, но отношение к вам будет помягче. Притом, схему кражи я уже разгадал. Мне нужно только ваше подтверждение.

Влад посмотрел на товарищей. Нет смысла оправдываться. Этот следак уже явно их во всём обвинил, всё для себя доказал, и даже премию за раскрытие преступления получил. Объяснений никаких не требуется — остаётся ждать, найдёт ли он гелиотроп. В самом-то общежитии, понятно, ничего криминального не было, как бы тщательно подчинённые рептилоида не обшаривали комнаты. Да и вещей там толком не было — почти всё давно перекочевало в ангар «Стремительной».

Всё бы ничего, если бы не взгляд, которым их наградила Хелла. Особенно паршиво пришлось дяде Саше, которого тоже записали в злодеи и подлые преступники. Впрочем, и Влад с Борном чувствовали себя крайне неуютно. На вопросы следователя комендантша отвечала честно, очернить постояльцев не пыталась, но по тону и виду было ясно — она глубоко разочарована.

— Может, не будем запираться? — улучив момент предложил дядя Саша. — Что мы, в конце концов, в бутылку лезем? Владик, я всё понимаю, но вот под пытки как-то не хочется.

— Бесполезно, — сквозь зубы процедил Лопатин. — Я ему уже всё рассказал, ещё вчера. Только он не поверил.

— Ага, он и не захочет поверить, — добавил Борн, который новостям ничуть не удивился. — Тебя лечили, а мы с Александром разговор подслушали. Он если наше дело раскроет — на повышение пойдёт. Так что он будет землю носом рыть, лишь бы мы виноватыми оказались. Нам он поверит, только когда мы под пытками всё выложим. Тем более, сам слышал — он уже и схему придумал, как мы гелиотроп воровали. Видел бы ты, как у него глаза горели, когда ему начальство перспективы обрисовывало. Простите меня, ребята. Это я виноват. Надо было тех уродов кончать, вот что я скажу, нечего слюнтяйничать было.

— Ай, молчи лучше. — Отмахнулся дядя Саша, — Сами хороши.

Естественно, обыск в общежитии ничего не дал, и вся троица на тюремной машине отправилась обратно в камеру. Рептилоид был недоволен, но оптимизма не терял:

— Рано радуетесь, господа преступники. Если вы думаете, что мы не выяснили, в чьём ангаре вы держали свой корабль, то глубоко ошибаетесь. Надеетесь прикрыться именем госпожи Касиодорры? Напрасно. Полагаю, как только она узнает, каких червяков пригрела на груди, она с удовольствием пригласит нас на осмотр.

А утром за ними пришла Каси.

Глава 21

«Стремительная» неторопливо подходила к родному порту. Отчёт о выполнении задания Каси уже написала, и даже передала вместе с новыми картами через встречных патрульных, так что не нужно даже в порту останавливаться. Прочие обязательные процедуры тоже уже сделаны. Демонесса спокойно вела корабль, и привычные действия не мешали предаваться раздумьям.

Визит к отцу изрядно выбил из колеи. Девушка всю обратную дорогу размышляла, о результатах встречи. По отцу она соскучилась. Раньше запрещала себе даже думать об этом, лелеяла свою обиду просто чтобы не тосковать по единственному по-настоящему родному существу. И вот, встреча. Отец ничуть не изменился за время разлуки — да и что для долгоживущего эти несколько лет? Мелочь. Всё такой же строгий, уверенный в себе. Настоящий командир — Каси вдруг поняла, что с командой «Стремительной» пытается вести себя так же, как Энкратос со своими людьми. Копирует отца, может быть, даже неосознанно.

Сама Каси пока прожила намного меньше, и для неё прошедшие годы гораздо значимее. Слишком многое изменилось, и вслед за окружающим поменялась сама Каси — пока была на базе Буревестников, девушка иногда ловила на себе задумчивый и удивлённый взгляд отца. Он это тоже заметил.

«Наверное, он меня не узнаёт, — думала девушка. — Точнее, ему пришлось узнавать меня заново. Это не плохо, и не хорошо — просто так сложилось. Не важно, кто виноват в нашей ссоре, но для отца я незнакомка. Я и сама стала к нему по-другому относиться. Люблю его по-прежнему, но того безоговорочного доверия как в детстве уже нет», — печально призналась себе демонесса.

А ещё Каси было немного обидно. Она прилетела за помощью, и Энкратос готов её оказать, вот только в первую очередь он поможет себе и своему главному детищу — наёмному отряду. Каси уже давно смирилась, что как бы ни любил её отец, она всегда будет для него на втором месте. Энкратос этого и не скрывал особенно, так что девушка с детства привыкла к этой мысли и давно смирилась.

«Конечно, он лукавил, — думала девушка. — Если бы обожаемый командир сказал: „Ребята, мне нужна помощь. Нужен гелиотроп для того, чтобы помочь дочери“, ни один из капитанов не отказал бы. Энкратоса любят его подчинённые. Готовы буквально пойти за ним в бездну, что уж говорить о такой ерунде, как деньги. И всё-таки он прав. Это глупо — просто так отдать тонну гелиотропа, чтобы дочь получила премию. А заботиться о чувствах землян ему тем более незачем, да и не стоит банальная ностальгия таких денег».

«Стремительная» чуть просела, входя в область повышенного тяготения тверди — Каси ухитрилась так задуматься, что увеличила тягу на двигателях на полсекунды позже, чем нужно. Со стороны незаметно, а вот команда наверняка отметила.

«Они и так после визита к отцу носятся со мной, как будто я тяжело больна, — с досадой подумала девушка. — Отчего-то решили, что „Энкратос — тиран, и подавляет 'нашу девочку“ — тоже мне, папаши нашлись!»

Фразу про Энкратоса говорил Тришка, отчего Каси было вдвойне смешно. Самый независимый и самый ворчливый из команды (и к тому же самый мелкий!) первым бросился её опекать и защищать даже там, где это совсем не нужно.

«Нет, отец в самом деле предложил хороший план. И условия для землян неплохие. Вот только, боюсь, убедить в этом Влада будет непросто, — Каси начала плавно заводить корабль в ангар, — Он привык считать остров своим. И это совсем неплохо, но должен же он понимать, что твоим может считаться только то, что ты можешь удержать? Влад многое сделал, чтобы остров не достался эльфам, но этого недостаточно, как ни крути. И потом, этот город в любом случае вошёл бы в состав империи, так почему бы и не как часть владений Энкратоса. Точнее, часть отцовской компании. Впрочем, это почти одно и то же».

И это было на самом деле так. Каси помнила, что доля Энкратоса составляет больше пятидесяти процентов компании, так что всё имущество, добытое в качестве трофеев или иным способом, тоже делится в соответствии с этой пропорцией.

«Стремительная» мягко опустилась на своё место, Каси заглушила двигатели. Путешествие закончено — можно расслабиться.

«Завтра, — решила девушка. — Я поговорю с землянами завтра. А сегодня — домой. Хочу горячую ванную и бокал вина, и обязательно что-нибудь вкусное и максимально непохожее на сухой паёк и консервы!»

Каси не торопясь, словно оттягивая предстояще удовольствие, сходила в каюту, забрала кое-какие мелочи, и направилась к трапу. Распоряжения команде уже отданы, да все и так знают, что делать. Сейчас проведут обслуживание, пополнят запасы на случай внезапного вылета, и тоже разойдутся на отдых…

— Кто трогал мои инструменты⁈ — разнёсся по ангару яростный вопль. — Мои станки⁈ Убью! Где эти долговязые переростки⁈ Где они⁈ А это что ещё такое⁈

Демонесса была уверена, что крики будут продолжаться ещё долго. Если уж кто-то посмел прикоснуться к святому, Хримп быстро не успокоится. Механик очень трепетно относится к своим железкам, и когда кто-то прикасается к ним без разрешения, воспринимает посягательство как личное оскорбление.

Однако в этот раз Хримп затих как-то слишком быстро и резко. Послышался топот, и гремлин чуть не столкнулся с демонессой, которая как раз ступила на трап.

— Капитан, — гремлин посмотрел на неё очень большими глазами. И говорил тихо, отчего Каси стало страшновато. — Докладываю. У нас в ангаре лежит гелиотроп. В мешках из-под муки. По моим прикидкам порядка трёхсот килограммов.

— Хримп, ты здоров⁈ — Демонесса раньше не замечала за механиком любви к дурацким шуткам.

Механик, впрочем, оказался совершенно здоров, а вот с мирозданием было явно что-то очень не в порядке. Хримп, наплевав на субординацию, ухватил Каси за штанину и потащил в мастерскую. И там действительно были мешки из-под муки — ровно тридцать штук. Вот только в них была не мука, а солнечный гелиотроп.

— Ванная и вино отменяется, — констатировала Каси, доставая переговорник.

Пока демонесса пыталась дозвониться, вся команда, встревоженная непонятным переполохом, собралась в мастерской. Каси, наверное, никогда не видела, чтобы у подчинённых на лицах было настолько одинаковое выражение крайнего изумления.

Земляне не ответили — ни Влад, ни Александр.

— Ори, нужно съездить в общежитие, — предложила девушка. — У тебя машина на стоянке? Я свою возле дома оставила.

— Ага, — заторможенно ответил старпом. — Машина на стоянке. Поехали.

В общежитии их встретила крайне недовольная Хелла.

— Не желаю ничего слышать об этих грах чим шил! — сказала комендантша, как только увидела демонессу. Каси, вообще-то в орочьих ругательствах разбиралась отлично, но тут, видно, какое-то совсем непереводимое выражение. Судя по тому, как передёрнулся Ори — страшное ругательство.

— А я вот очень бы хотела что-нибудь услышать, уважаемая Хелла. Не подскажете, они дома?

— Нет, ушли недавно, — ответила орчанка. — Точнее, их увели. Перевернули с обыском все три комнаты, а потом ещё и мою осмотрели, и увели. Надеюсь, их засадят надолго! Ненавижу воров!

— Хелла, я понимаю, что ты очень зла, но расскажи, пожалуйста, что тут произошло? — спросил Ори. — Мы только вернулись из рейса и совсем не в курсе дел.

Орчанка неохотно начала рассказывать, и чем больше говорила, тем сильнее Каси приходила в ужас.

«Не успеют, значит, ничего сделать за такое короткое время⁈ Плохо же ты их знаешь! Нельзя было оставлять их без присмотра!»

По словам Хеллы выходило, что земляне вляпались так, что дальше некуда.

— Всё носились с каким-то проектом, — рассказывала орчанка. — Как этот гхыр носл с шахты вернулся, так и начали сразу. И Александра с пути сбил! Я им ещё корабль подыскала, помочь хотела. Сочувствовала! А они! Следователь сказал, этот гхыр го мош свои способности употребил на то, чтобы гелиотроп красть! С материка! Мерзость какая! Я ему ещё сочувствовала — думала, не сдаётся мальчишка. На шахту пошёл — всё надеялся понять, как этот гелиотроп добывают. Ходил с загадочным видом — рассчитывал, что умнее всех, и сейчас тут местных научит, как правильно жить! А как не получилось… эх! И Александра свернул! А ведь приличный человек казался, несмотря на то, что провалившийся!

Каси поверить не могла услышанному. Влад воровал гелиотроп⁈ Ещё и прячет украденное у неё в ангаре⁈ Это было совсем непохоже на землянина. Насколько демонесса успела его узнать, человек очень не любил несправедливости. Не то чтобы не выносил, но сам явно пачкаться не хотел. И уж точно не стал бы подставлять тех, кто ему ничего плохого не сделал.

Они попрощались с разошедшейся комендантшей, вышли из общежития. Каси уселась на пассажирское сиденье повозки Ори.

— Как будем их выручать, капитан? — спросил орк, усаживаясь на водительское место.

— Выручать? — не поняла девушка.

— Ну да. Ты ж не думаешь, что они в самом деле воровали этот гелиотроп? Я почти уверен, что земляне как-то научились его добывать.

— Это невозможно! — покачала головой девушка.

— Почему? Влад явно что-то задумал, ещё когда мы с острова возвращались. Помнишь, увидел имперскую корону и потом стал как пыльным мешком из-за угла стукнутый? Явно какая-то идея в голову пришла. И на шахту для того, чтоб её проверить, завербовался. Нет, не думаю, что они решили себя вне закона поставить. Земляне — лихие парни, но на такую мерзость не способны.

Орк прервался, чтобы развернуть машину, и продолжил защитную речь:

— В то, что с бандитами связались — верю. Влад — себе на уме, явно не хотел секретом делиться, вот и попытался обойтись как смог. А вот то, что он этот гелиотроп украл… Нет, глупость. Да и когда бы он успел столько-то набрать? Ты представь, вот они на своём боте подходят под материк. Датчики присутствия кораблей работают на расстоянии километра от поверхности. Влад, насколько помню, перемещаться мог на вдвое меньшее расстояние. Вот и считай: два прыжка к поверхности от корабля, надёргать гелиотропа, пока не упал — сколько успеет? Три-четыре камешка? И потом обратно два прыжка. За пять дней таким манером ту здоровенную кучу он никак не мог набрать, это очевидно. Просто помер бы от перенапряжения.

Каси искала изъяны в объяснениях Ори, и не находила. Звучало всё очень похоже на правду.

«Нет, Ори прав, и это не потому, что мне не очень не хочется верить в подлость землян. Действительно, не получается по-другому. Даже если, скажем, он придумал, как закрепиться на поверхности материка… всё равно не получается. Там как раз против такого полно датчиков, так что действовать злоумышленник может только так, как описал Ори. Получается, они в самом деле добывают гелиотроп? Но как это возможно⁈»

— Ори, где их могут держать? — спросила Каси. — Тюрьма береговой охраны? Или наземная полиция? А может, дальний патруль?

— Скорее всего, береговая охрана, — пожал плечами старпом. — Но не думаю, что нам придётся гадать. Наши шустрые друзья у нас в ангаре практически поселились. Корабль успели купить, каждый день на нём летали… Сдаётся мне, скоро те, кто их взял, тебя сами найдут, так что можно не суетиться.

И опять Ори был прав. Суетиться действительно не следовало. Гораздо важнее подумать, что она станет говорить следователям. Первой мыслью девушки было продемонстрировать полиции добытое Владом, пересказать объяснения Ори. Потребовать, чтобы проверили работу добывающей установки — судя по тому, как возмущался Хримп, мастерской пользовались очень активно, да Каси и сама заметила кучу каких-то новых материалов. Значит, убедиться в невиновности землян довольно легко, вот только…

«А стоит ли, в самом деле, выдавать этот секрет? — подумала девушка. — Добыча гелиотропа… явно во много раз более дешёвая и эффективная, чем на имперской короне. На порядки. Если всё действительно так — это очень серьёзно. Кто у нас главный акционер имперской короны. Император? Нет, с его стороны проблем не будет. А вот если об этом станет известно эльфам… А ведь обязательно станет. Разведка у них работает не хуже, чем у нас. Если не лучше. О таком узнают мгновенно. Как отреагируют? Сдаётся мне, император будет всё-таки недоволен. Мы ещё не готовы к войне, которая неизбежно начнётся. А ещё отец… Вот его планы сегодня явно нарушились, и очень сильно. Если Влад действительно добывает гелиотроп, на предложение отца он просто не согласится. А, впрочем, отцовская помощь в этом случае уже и не сильно нужна. Что же делать?»

Каси поймала себя на мысли, что весь этот ворох проблем и сложностей, который ей предстоит, можно решить одним простым действием — не вступаться за землян. Тогда они непременно пойдут на каторгу, а может, будут вовсе казнены, никакой добычи гелиотропа не будет, и всё останется по-прежнему.

«Если даже мне в голову пришло такое очевидное решение, до этой мысли непременно додумаются и все остальные заинтересованные лица. И отец, и эльфы, и кто там ещё, о ком я даже подумать не могу, — ужаснулась Каси. — Пока об этом лучше молчать. Держать в тайне настолько долго, насколько возможно. Правда, надолго сохранить секрет не получится. Значит, действовать нужно очень быстро. Так, чтобы противники не успевали реагировать».

Землян, как оказалось, действительно задержала береговая охрана — следователь позвонил Каси ещё до того, как они с Ори вернулись в порт.

— Простите за беспокойство, госпожа Касиодорра, вас беспокоят из береговой охраны. Следователь Заррак на связи. Нельзя ли встретиться с вами в удобное время? Это касается ваших знакомых, недавно провалившихся землян.

— Здравствуйте, следователь Заррак, — Каси уже придумала, что нужно делать, и говорила спокойно. — Я как раз пыталась выяснить, куда запропастились мои люди. К моему возвращению они должны были совершить кое-какие операции, связанные с поиском пиратов. Каково же было моё удивление, когда я их не обнаружила!

На другом конце повисло довольно долгое молчание. Похоже, следователь в самом деле растерялся.

— Они сейчас находятся в заключении. Обвиняются в краже гелиотропа.

— О! Это удивительная новость, — призналась Каси. — Гелиотроп я им действительно оставляла. И поручила сбыть его бандитам, чтобы спровоцировать на нападение. Следователь Заррак, вы сейчас свободны? Я хотела бы приехать и во всём разобраться. Мне неприятна мысль, что подчинённые, выполняющие дела семьи, оказались в заключении. В этом, по всей видимости, есть и моя вина, но недоразумение крайне неприятное.

— Конечно! — судя по имени, собеседником был змеелюд, но по голосу этого никак нельзя было сказать. Рептилоиды славятся своей бесстрастностью, но сейчас хладнокровие изменило следователю. — Я… Я и сам надеялся на встречу с вами, госпожа Касиодорра. Вы можете подъехать в любое время. Или, если вам удобнее, я могу…

— Нет-нет, — перебила Каси. — Я как раз на колёсах, так что мне будет удобно. Заодно заберу и своих подчинённых.

«Всё-таки хорошо быть членом семьи владетельного графа, — думала Каси, выходя из машины. — Будь иначе, вызволить землян было бы гораздо сложнее. Одного слова в этом случае было бы явно недостаточно!»

Следователь Заррак встречал их прямо на парковке возле территории береговой охраны. Даже дёрнулся услужливо открыть дверь машины, но не успел — Каси и сама справилась. Проводил в кабинет, очень долго извинялся за недоразумение и за то, что вынужден взять показания. Каси гневаться не изволила. Заверила следователя, что он выполнял свою работу, и выполнял её хорошо, а это в самом деле недоразумение. И показания подписала и родовую печать поставила.

— Следователь Заррак, думаю, на этом инцидент можно считать исчерпанным? — уточнила Каси, покончив с формальностями. — В таком случае подчинённых я забираю, всех троих. И вот ещё что: вы не могли бы как-то ненавязчиво передать своим коллегам из городской полиции, что в ближайшее время в Орочьей свободе может быть довольно громко. И что на это не нужно обращать внимания — сами понимаете, семейные дела…

Следователь заверил, что никаких вопросов нет и быть не может, добавил, что Орочью свободу давно следовало окоротить, и что проблем с городской полицией точно не возникнет. А потом привели землян — и ещё одного орка, незнакомого. Каси мысленно похвалила себя, что не прокололась в разговоре со следователем, и не выказала удивления, когда тот упоминал трёх преступников.

— Бот мы тоже забираем, — напомнила девушка, и Заррак отправился давать нужные распоряжения.

Дождавшись, когда он выйдет из кабинета, Каси повернулась к троице и прошипела:

— Только попробуйте при посторонних что-нибудь ляпнуть! Все вопросы — потом, когда выйдем отсюда. И поверьте, вопросов будет очень много!

Глава 22

* * *

— Командир, по какому поводу собрались? — спросил Марвин. Эльф всегда был самым нетерпеливым. Энкратос иногда думал — если бы Марвин хоть немного сдерживал свои порывы и давал себе труд задуматься хоть на секунду перед тем, как что-то делать или говорить, половины историй его легендарного спасения просто не было бы. За отсутствием необходимости спасаться. Впрочем, пока удача оставалась на стороне Марвина, а раз так, то и никаких претензий не последует.

Капитаны Буревестников Розмора, — так называлось объединение, — редко собирались вместе. Сейчас, впрочем, тоже собрались не полным составом: часть капитанов находилась в патруле, охраняли острова нибелунгов. Другие были в свободном поиске — попросту пиратствовали в пределах эльфов. Но даже тридцать капитанов — это уже много. Дом у Энкратоса достаточно просторный, но с родным замком не сравнить, так что в гостиной стало тесновато. Капитаны, впрочем, не выказывали неудовольствия — тепло, есть, где присесть. Кроме того, командир выставил на стол бочку с хорошим вином, и любой желающий может наполнить свою кружку. Чего ещё желать? Только Марвин никак не умерит любопытство, остальные тихонько общаются между собой, делясь последними новостями.

— Повод интересный, — ответил демон. Капитаны, когда Энкратос начал говорить, мгновенно затихли — игнорировать командира у Буревестников было не принято. — У нашей компании появилась возможность обзавестись собственной базой. Недавно провалившийся остров. Большой. По имперской классификации относится к среднему классу. Это, как вы знаете, от двухсот до пятисот квадратных миль. Впрочем, остров, о котором идёт речь, идёт по нижней границе.

— С ума сойти! Кого для этого нужно убить? — и опять Марвин, как самый нетерпеливый, задал вопрос первым.

— Убивать пока никого не требуется, — ответил Энкратос. — Хотя я не исключаю такой возможности. А вот вложиться финансово придётся. Остров находится далеко от Ойкумены. Там, где он сейчас, он нужен только светлорождённым, и только для того, чтобы обобрать с него гелиотроп. Нужна буксировка, а это — примерно тонна гелиотропа.

— Солидно, — расстроился Краг. Орочий капитан, и, заодно, казначей компании. Что-что, а деньги считать Краг умеет виртуозно. — Генерал, а так ли уж нужен нам этот кусок тверди? Это ведь придётся опустошить все запасы! И потом, империя не будет против, что мы себе прихватим такой кусок?

— Империя против не будет. Сейчас свободного гелиотропа нет, сами должны понимать. Полагаю, император, когда до него дойдёт информация об острове, в любом случае будет привлекать частных инвесторов. Мне хотелось бы, чтобы этим инвестором стала наша компания. Что касается цены… на острове развитый человеческий город и несколько промышленных заводов, в основном химических. В том числе завод, ориентированный на выпуск взрывчатых веществ и снарядов. Люди за последние тысячелетия не стояли на месте, построили цивилизацию, не уступающую нам. Кое в чём, пожалуй, даже превзошли. Скажу только, что с помощью местной взрывчатки моя дочь смогла сбросить в бездну авианосец светлорождённых. Ну и на десерт — на острове бесконечная река. Его не нужно будет снабжать водой.

— Берём! Однозначно берём, командир! — весь скептицизм у Крага улетучился мгновенно. — Такую конфетку всего лишь за тонну гелиотропа⁈ Да это, считай, даром! Я-то думал, там просто кусок земли! Почему император до сих пор не объявил аукцион⁈

— Вы же знаете, какая у нас неспешная бюрократическая машина, — пожал плечами Энкратос. — Пока доклад об обнаружении дойдёт до тех, кто принимает решение, месяцы пройдут.

— А ты, командир, поспособствуешь, чтобы он ещё и задержался, — улыбнулся Марвин.

— Нет, — демон покачал головой. — В этой ситуации, по ряду причин я не могу мешать официальным процессам. Поэтому действовать нужно достаточно быстро.

— Командир, это ведь потребует времени, — поднял брови Краг. — Я уверен, что ты найдёшь тягачи, но во время транспортировки остров нужно охранять. У нас контракты — в ближайший месяц мы просто не сможем выделить достаточное количество кораблей. Все заняты, включая присутствующих. Если светлорождённые свиньи знают об острове, действовать нужно быстро. Извини, Марвин, на свой счёт не принимай.

Марвин только рукой махнул — он и сам не слишком жаловал соплеменников.

— Месяц у нас есть, — ответил Энкратос. — Светлорождённые пока не в курсе. Как минимум не знают координат острова. Но нужно начинать подготовку. Подумай, от каких контрактов мы можем отказаться, а ещё лучше — поставить на паузу. Нибелунгов мы бросить не можем, но можем вызвать как минимум свободных охотников. Возможно, получится договориться с тенебрисами. Я вообще не понимаю, зачем они нас нанимают — флота, предположим, у них нет, но береговая охрана достаточно хороша, да и обстановка у них достаточно спокойная. За последние полгода наши ни разу не вступали в бой.

— Подумаем, командир, — кивнул Краг. — Думаю, за месяц сможем подготовиться достаточно. И всё-таки, командир, на твоём месте я бы не пренебрегал возможностью притормозить официальный ход делу. Не знаю, что там за препятствия, но знаю точно, что возможности у тебя есть. И нам не помешала бы отсрочка.

— Я уже сказал, что не смогу этого сделать, — покачал головой Энкратос. — Мы успеем и так. Остальные что молчат? Возражения, предложения?

Возражений не последовало — необходимость собственной базы давно назрела, и это знали все. Собрание на этом фактически закончилось — капитаны ещё некоторое время обсуждали неожиданную новость, но когда бочонок в центре стола опустел, разбрелись — кто домой, кто на свой корабль.

Энкратос ещё долго сидел в одиночестве, цедя крохотными глотками вино из бокала. На душе было неспокойно.

«Если Каси узнает, что процесс уже запущен, будет недовольна, — думал демон. — Однако дочь должна меня понять. И поймёт — если не сейчас, то со временем. Но только если я не стану прямо мешать её планам. Подлости она не простит. Впрочем, это и не потребуется. Другого выхода всё равно нет, а нам очень нужна своя база».

Буревестникам уже давно было необходимо своё место. Компанию давно пора расширять, они упёрлись в потолок, вот только без собственной базы расширяться просто некуда. Энкратос рассматривал разные варианты, начиная от собственных владений. Вот только острова Розмор для этого не подходили. Слишком мало места и слишком много своего населения — разместить там армию просто негде.

Самым очевидным способом добиться желаемого Энкратос до сих пор видел захват одного из островов светлорождённых. План уже был разработан. Остров хоббитов, что расположился на самой границе пояса жизни — из-за того, что остроухие сюзерены в своё время забрали слишком много «налога», остров опустился слишком низко. Однако до границы тумана не дошёл, из воздушных трасс не выпал.

Расположен остров очень удобно, как раз посередине между империей и эльфийскими пределами. Энкратос был уверен, что захватить и, самое главное, удержать его удастся. Вот только император наложил жёсткий запрет на такого рода акции. Он очень боится спровоцировать войну, хотя для любого очевидно: война начнётся так или иначе. Десятилетием раньше или десятилетием позже — неважно. Империя к войне готовится, но и светлорождённые — тоже. И Энкратос не был уверен, кто готовится эффективнее и быстрее.

Появление нового острова, да ещё настолько подходящего — это большая удача. Остров нужен Буревестникам, остров нужен империи. И в этом случае император не сможет запретить действовать — Энкратос в своём праве.

«А ведь совсем не факт, что когда сведения дойдут до самого верха, император действительно объявит аукцион. Он слишком осторожничает и вполне может решить, что появление такого острова также может спровоцировать горячую фазу противостояния. Решит, что проще сбросить остров в бездну, забрав гелиотроп, уподобившись светлорождённым. Допускать такого нельзя. Какими бы соображениями ни руководствовался император, разбрасываться твердью — преступление против будущего».

Мысли снова перескочили на дочь.

«Интересно, что бы сказали капитаны, если бы узнали, почему я не хочу пользоваться бюрократическим ресурсом для того, чтобы дать нам больше времени? Впрочем, не важно. Мы действительно успеем и так. А Каси в любом случае остаётся только согласиться — других возможностей просто нет. Она бы уже согласилась, если бы не земляне. Странно это. Девочка всегда была достаточно рассудительна. Упряма, да, но при этом не склонна к пустым мечтаниям, а тут, ради какого-то короткоживущего… да ещё и провалившегося, то есть, по умолчанию пустого, никчёмного разумного…»

Энкратос только головой покачал. И постарался как можно глубже затолкать в память воспоминания о собственной первой любви. Тоже короткоживущей.

* * *

Следователь Заррак вернулся, и, чуть ли не кланяясь, сообщил Каси, что корабль готов к вылету. Влад смотрел на это, и удивлялся — куда только девался холодный и слегка самодовольный рептилоид! С Каси разговаривал будто другой разумный. Часть этого отношения и на троицу подозреваемых пролилась — теперь Заррак общался гораздо уважительнее. Троице выдали конфискованные вещи, каждому передали документы, которые нужно было подписать.

— Это заявление об отсутствии претензий к береговой охране, — пояснил Заррак. — Вы отказались давать внятные объяснения на наши подозрения, и потому не можете жаловаться на незаконное задержание и требовать компенсации.

Говорил змеелюд больше обращаясь к Каси, и голос был очень извиняющийся. Никто из троицы, понятно, артачиться не стал — подписали всё, что необходимо.

С «Осликом» всё тоже было в полном порядке, как и с Дружком. Пса кто-то даже покормил, похоже — Влад заметил две миски, с водой и остатками тюремной каши.

Каси, извинившись перед Зарраком достала переговорник:

— Ори, возвращайся в ангар. Мы своим ходом.

И выслушав ответ:

— Не стоит переживать, бот достаточно надёжный. До встречи.

— Мы всё проверили, госпожа Касиодорра, — добавил Заррак, дождавшись, когда Каси завершит разговор. — Вашим подчинённым повезло купить неплохое судно за совсем небольшую плату.

— Спасибо, я в курсе, — кивнула девушка.

Следователь, похоже, посчитал, что проявил достаточно гостеприимства, и, наконец, попрощался. Каси облегчённо вздохнула. Даже выражение лица изменилось, мгновенно утратив холодность и отстранённость:

— Влад, Александр, вы действительно научились добывать гелиотроп?

— Как ты узнала⁈ — расстроился Лопатин.

— Догадалась. Покажете? Это важно. Я должна лично убедиться, что не зря поставила родовую печать под лживыми показаниями. Все разговоры и вопросы — потом.

«Не верит, — понял Лопатин. — Догадалась, но до конца так и не верит. И сейчас у нас что-нибудь обязательно не получится — по закону подлости просто!»

Мрачные предчувствия в этот раз не оправдались. На «Ослике» действительно были заметны следы тщательного обыска, но самое ценное — установка — осталась в целости. Волновались все — и «инспектор», и сами добытчики, но обошлось. Бот послушно шёл по привычному маршруту, спускаясь всё ниже в туман. Каси, поняв, что лететь далеко, не постеснялась по тревоге вызвать «Стремительную».

— Ори, вызови ребят, и пусть летят за мной, — потребовала девушка в переговорник, и пояснила команде: — Лучше перестрахуемся. Если уж у вас проблемы с пиратами возникли.

— Предупреди, чтобы тёплые вещи взяли, — предложил Лопатин. — А то помёрзнут все.

— Нет у них тёплых вещей, — ответила Каси. — Ничего, потерпят. Сколько вы говорите, это займёт?

— Пару часов, — ответил Лопатин. Он был уверен, что за два часа команда «Стремительной» таки изрядно замёрзнет, но объяснять поленился — слишком переживал.

«Ничего. Замёрзнут — слетают наверх, погреются».

Дождались шлюп, продолжили спуск. Опустившись на границу тумана, раскрутили «удилище», продолжили спускаться. Медленно и печально, как всегда.

— Каси, вы там что, решили до самой бездны слетать? — раздался голос Ори в переговорнике. — Хримп матерится, говорит, механика на такие температуры не рассчитана.

Демонесса, сидящая на тёплом мостике глянула на термометр, удобно установленный перед окошком, и поражённо выругалась. Температура приближалась к минус сорока.

— Поднимайтесь на границу тумана, ждите нас там! — ответила девушка, и, повернувшись к землянам, спросила:

— Вы что, в самом деле собираетесь нас угробить? Такие температуры… имейте ввиду, отец будет за меня мстить!

— Каси, ты вообще-то с нами на корабле, — укоризненно напомнил Влад. — Как по-твоему мы собираемся тебя угроблять? Путём коллективного самоубийства, чтоли? Всё учтено. Машинное отделение тоже греется. Это в первый раз мы, того, не сообразили.

— Хоть скажи, как долго ещё спускаться! — демонесса ощутимо нервничала.

— Где-то до минус сорока пяти, — ответил дядя Саша. — В смысле, когда температура до минус сорока пяти опустится. Ниже не нужно.

Дошли до нужного уровня, остановились. Влад уже стоял возле борта и вглядывался в туман, пытаясь рассмотреть платформу. Каси — рядом. Демонесса не постеснялась отобрать у дяди Саши тёплые вещи и теперь смотрелась, как дачница средней полосы, с какого-то перепугу отправившаяся на любимые шесть соток в неурочное время, глубокой зимой.

«Сирота казанская», — мысленно потешался Влад, забавляясь тем, как смешно задралась тёплая шапка на рожках.

Наконец натяжение троса ослабло. Влад, подавив радостный крик, принялся аккуратно его сматывать. Каси замерла у борта. Пропустить момент, когда она увидела поднимающуюся платформу с гелиотропом было трудно. Девушка удивлённо вскрикнула, отшагнула назад, запуталась в длинном для неё подоле пуховика и плюхнулась на палубу.

— Вы действительно это сделали. Влад, ты безумец! Вы, все трое — безумцы!

Команда «Стремительной» почти в полном составе собралась на палубе «Ослика». Все задумчиво рассматривали небольшую кучку гелиотропа.

— Восемь килограммов за два часа, — задумчиво пробормотал Ори. — И где-то триста — за… сколько вы там летали, неделю? Меньше? Каси, я правильно понимаю, что нам предстоят очень интересные времена?

— Именно так, — девушка, похоже, всё ещё не отошла от зрелища. — Команда, вы понимаете, что об этом нужно молчать? Если кто проговорится… В общем, я уже сейчас не дам за наши жизни даже медяшку. Наши гениальные друзья относятся к собственной безопасности просто преступно. Мы не знаем, кому они успели разболтать… но в любом случае, увеличивать риски не стоит. Все понимают?

Демонесса оглядела присутствующих, каждому посмотрела в глаза. Владу стало не по себе. Судя по взглядам команды, дело гораздо серьёзнее, чем представлялось им с друзьями. Если поначалу выражения лиц были исключительно восторженные, то сейчас радость уходила, а на смену ей приходил страх.

— Наши-то не должны, если что, — не слишком уверенно сказал Ори. — Если только до светлорождённых дойдёт.

— А до них непременно дойдёт, если узнают наши. Впрочем, не важно. Если узнают наши, мы будем в безопасности. В столице, в самом центре материка, куда не долетит ни один вражеский корабль — просто не хватит ресурса двигателей. Вы уверены, что хотите такой жизни?

— И что делать? — спросил Влад. — Рано или поздно ведь всё равно узнают. Может, того… просто перестанем, раз уж всё так страшно.

Терять мечту не хотелось, но ещё меньше хотелось оказаться в золотой клетке. И, тем более, быть убитым.

— Можно и так, — согласилась девушка. — Или нам придётся сильно поторопиться. Мы должны стать достаточно сильными, чтобы с нами считались. И начать следует с вашего, Влад, острова. Если, конечно, вы не против нашего участия. А вот отцу придётся отказать, — непонятно закончила демонесса.

Влад переглянулся с дядей Сашей и Борном. Этот вопрос можно было не обсуждать — дядя Саша явно был согласен, а Борн просто доверял товарищам.

— Лучше всё-таки второй вариант, — ответил Лопатин. — И да, мы совсем не против, чтобы команда «Стремительной» участвовала в предприятии. В конце концов, мы и не надеялись обойтись без вас.

Глава 23

По возвращении в ангар землян ждал серьёзный разговор. Влад в какой-то момент вспомнил детство, когда его мама спалила курящим за гаражами.

— Влад, Александр, я просто не знаю, что сказать! — Каси расхаживала по ангару из стороны в сторону, не в силах сдержать возмущение. — Вы понимаете, что ваше изобретение опасно⁈ Это — бомба! Это война, причём вовсе не обязательно только со светлорождёнными! И вместо того, чтобы подготовиться, вместо того, чтобы организовать всё тайно и с соблюдением мер безопасности, вы идёте к бандитам продавать добытый гелиотроп! Месяц! Нас не было месяц, и за это время вы ухитрились столько натворить! Связались с бандитами, воевали с пиратами, попали в тюрьму… Да я если бы специально хотела что-то натворить, не смогла бы так! И эти люди отказались пойти ко мне на «Стремительную», потому что им не нравится участвовать в воздушном бою! — похоже последнее возмущало девушку больше всего.

— Каси, а чего, по-твоему, мы должны были делать? — не выдержал дядя Саша. Он явно вошёл в роль восьмиклассника, который не желает слушать нотации от строгой мамочки.

— Вы могли подождать, когда вернутся опытные разумные, которые знают, что можно делать, а что не стоит ни при каких обстоятельствах! Ещё ухитрились купить какую-то развалюху, не имея опыта полёта, в первый раз встав за штурвал, сунулись в туман! А если бы у вас машины обледенели, что бы вы делали⁈

— Каси, ты всё правильно говоришь, — Владу тоже надоело, что его отчитывают. — И поверь, мы прекрасно знали, что лучше так и поступить, как ты сейчас рассказала. Но ты поставь себя на наше место! Что бы ты сделала, если бы у тебя появилась очень, очень классная идея, которую даже проверить несложно, но надо ждать? И потом, вот ты бы что подумала, если бы я тебе сказал, что придумал, как добывать гелиотроп? Ну и, наконец, не хочу тебя обидеть, но ты нам не мамочка, чтобы мы у тебя разрешения спрашивали.

— И всё равно, вы поступили совершенно безответственно, — припечатала Каси после длинной паузы. Видно, в самом деле представила себе ситуацию, и поняла, что точно не поверила бы. — И теперь у нас будет масса проблем. Просто очень много. Кроме того, мы очень сильно ограничены во времени. Действовать нужно быстро, пока слухи о том, что вы научились добывать гелиотроп практически без усилий, не разошлись. А они разойдутся, рано или поздно, несмотря ни на какие усилия. Это пока никто даже предположить не может, что вам это действительно удалось. Но когда заметят объёмы, которыми мы оперируем, поверьте, они найдут способ сложить два и два. И поэтому мы должны организовать операцию как можно быстрее. Всё должно быть сделано до того, как за нас возьмутся всерьёз. Но сначала — пираты. И ещё — Влад, Александр, я прошу вашего разрешения на то, чтобы рассказать отцу о том, что вы научились добывать гелиотроп. Без его помощи всё равно не обойтись.

— У меня только один вопрос, — поднял руку Лопатин. — О какой операции ты говоришь, и при чём здесь пираты.

— Как о какой⁈ — не поняла демонесса. — По транспортировке вашего острова в пределы империи. Что касается пиратов — я уже объявила следователю, что вы их специально спровоцировали по моему указанию. Я солгала, а ложь в моей семье неприемлема. Значит, нужно сделать так, чтобы ложь стала правдой. К тому же нам действительно не нужна эта банда. Они уже знают о том, что вы добываете гелиотроп, и не важно, каким способом. Нам они не нужны.

Влад слегка оторопел:

— Подожди, Каси. Разве остров не империя будет буксировать?

Демонесса явно смутилась, а потом рассказала кучу интересных вещей. Нет, Влад не был удивлён — уже успел понять, что здесь бюрократическая машина в некоторых случаях работает с не меньшими пробуксовками, чем на Земле.

«…Тем более, если тут такая нехватка гелиотропа, — рассуждал Влад, — Тонна… тонна у нас будет через несколько дней».

А вот история с отцом Каси Лопатину не понравилась. Точнее, условия, которые поставил господин Энкратос. Нет, если бы гелиотропа у них не было, пришлось бы соглашаться, а вот так… Не то чтобы Влад не хотел пускать на остров чужаков, но и становиться в явно подчинённое положение кому бы то ни было парень не хотел. С Каси у них теперь равноправное партнёрство, и это Влада полностью устраивало — он не любил быть начальником или подчинённым.

«А вот если пустить в огород её папашу, ещё и владельца и командира целой ЧВК, то очень быстро мы все начнём брать под козырёк и говорить „есть“. Причём сами не заметим, как».

О своих опасениях Влад молчать не стал, рассказал Каси, но та заверила, что отец так не поступит:

— Нам потребуется только охрана, — объясняла девушка. — Если бы мы действительно полностью положились на Буревестников, тогда — ты прав, остров принадлежал бы им по праву. Но сейчас мы фактически просто наймём их для охраны и сопровождения. Стандартная задача со стандартной оплатой. Я только договорюсь насчёт рассрочки или оплаты непосредственно гелиотропом. Тогда сможем оплатить всё сразу, без проволочек.

На таких условиях земляне были согласны. А Каси, внезапно смутившись, спросила:

— Мы ещё не обговорили другой вопрос. Если у нас общее предприятие, то нужно будет заранее договориться, в каких пропорциях делим доход. И сразу оговорюсь — дело предстоит рискованное. Команда «Стремительной» работает на меня, но я считаю, будет правильным предложить им долю.

— Каси, мы в этом совершенно не разбираемся, — сказал Лопатин, переглянувшись с дядей Сашей и Борном и поймав их растерянные взгляды. Твоё предложение?

— Я понимаю, что без вашего гелиотропа всё было бы невозможно. Поэтому согласна на долю тридцать процентов, — и тут же, будто стремясь поскорее высказать мысль до того, как последуют возражения, зачастила:

— У меня есть возможность напрямую договориться с владельцем верфи, на которой есть тягачи. Кроме того, я неплохо разбираюсь в имперских законах, а ещё — я всё-таки принцесса рода Розмор, поэтому ко мне изначально более лояльное отношение. К тому же я буду договариваться с отцом из своей доли. И ещё — команда, с которой тоже буду делиться я.

— Каси, мы согласны, — перебил Влад. — Торговаться не станем. Тридцать, так тридцать. Только с условием не передавать свою долю посторонним без согласования.

— Договорились, — кивнула Каси. — Я и не хочу ничего передавать. Я бы хотела построить на твоём… нашем острове верфь.

— Это, к слову, хорошая мысль, — вставил дядя Саша. — Я тут подумал, что если мы и дальше будем добывать этот ваш гелиотроп в промышленных количествах, можно будет нормальные самолёты сконструировать… С крыльями, и без парусов. Топлива они будут жрать гораздо больше, но зато — скорость и маневренность… Всегда мечтал о самолётах, — смутился сосед. — Ещё в детстве, когда про Чкалова читал. В кружок авиамоделирования даже ходил.

— Блин, а ведь точно, — размечтался Влад. — Если не экономить на топливе, то можно отказаться от парусов… хотя вряд ли полностью получится. Но, скажем, если на том же авианосце будет что-то нормальное, с крыльями, это ж как круто получится!

— Уважаемые земляне, напомню, что из всех присутствующих кроме вас вообще никто не понимает, о чём идёт речь, — сказала Каси. — А также, что до постройки верфи ещё очень и очень далеко. Однако, Александр, вы меня заинтересовали. Когда у нас будет больше свободного времени, предлагаю обсудить это подробнее. А сейчас, раз уж мы договорились, предлагаю обсудить ближайшие планы.

— Что тут обсуждать, — пожал плечами Влад. — Если ты можешь договориться насчёт тягачей — договаривайся. А нам нужно будет в срочном порядке добывать как можно больше гелиотропа. С запасом. Или сначала насчёт пиратов вопрос будем решать?

Каси ненадолго задумалась, но отрицательно покачала головой.

— С пиратами придётся немного подождать. Как минимум, пока я не поговорю с отцом. Нужно предупредить его, что я буду вести боевые действия от имени рода, плюс, возможно, он сможет выделить кого-нибудь из своих свободных капитанов в помощь. Так что предлагаю с завтрашнего дня вам заняться добычей. Я скажу Хримпу, чтобы подготовил корабль к низким температурам, и попрошу проверить вашего «Ослика»… нет, ну насколько нужно не ценить собственную жизнь, чтобы вот так, на старой развалюхе! — Демонесса явно заставила себя замолчать и вернуться к теме: — В общем, к завтрашнему дню, полагаю, «Стремительная» будет готова. Но сама я с вами не полечу — буду договариваться с владельцем верфи насчёт тягачей. И отцу напишу.

— Ребята, а можно я Хелле всё расскажу? — жалобно попросил дядя Саша. — Не хочу, чтобы она о нас плохо думала.

Вот тут все задумались.

— Знаешь, Александр, я попрошу тебя немного подождать. — Сказала девушка. — Буду откровенна — мне очень хочется, чтобы как можно меньше посторонних знало о вашем изобретении. Но и тебя я понимаю. Ты ведь всерьёз рассчитываешь на благосклонность этой дамы?

Сосед только кивнул. Кажется, даже покраснел слегка. — В таком случае предлагаю отложить этот разговор до того момента, как мы будем готовы отлетать. Тогда, обещаю, я лично подтвержу твои слова. Ей будет проще поверить. Ну и к моей просьбе молчать она отнесётся более серьёзно.

Сосед согласился. Не слишком охотно — его явно угнетало то, что женщина, которая ему нравится, думает о нём плохо, но и правоту Каси он признавал.

Демонесса, убедившись, что земляне находятся под присмотром команды, прихватила Хрёрика в качестве водителя и умчалась куда-то по делам, а троица добытчиков — принимать наказание. Хримп вовсе не забыл о том, кто хозяйничал в его мастерской, и теперь изливал на виновников своё негодование. Долго, методично, перечисляя каждый из «осквернённых» инструментов или станков и не отвлекаясь при этом от работы на «Стремительной».

Указания капитана гремлин — механик воспринял очень серьёзно, и теперь старательно готовил корабль к экстремально низким температурам. Причём получалось у Хримпа значительно ловчее, чем у людей — впрочем, с таким количеством помощников по-другому и быть не могло. Справился буквально за пару часов, потом перешёл на «Ослика». Вот здесь землянам пришлось вновь выслушивать негодование уже почти успокоившегося было гремлина:

— Кошмар! Отряд самоубийц, иначе не скажешь! Вы что здесь натворили, негодяи! Да кто ставит обогреватель в непосредственной близости от распределителя мощностей⁈ Это чудо, это не иначе как чудо — то, что вы до сих пор живы! И я ещё отпустил капитана с вами! Позор на мою голову! Ох, какой кошмар! Однако имя прежнего механика необходимо выяснить. Я непременно должен выразить ему глубочайшее восхищение — это только его стараниями дилетанты не смогли угробить корабль и себя. И моего капитана! Вредители!

В общем, как выяснилось, ошибок земляне при модификации «Ослика» наделали множество, и только везение и добросовестность прежнего владельца спасли их от катастрофы.

Обслуживание Хримп закончил поздним вечером, а уже утром, как и собирались, соединение из двух кораблей отправилось на добычу. Ни Влад, ни дядя Саша, ни, тем более, Борн спорить с решением Каси не стали — какой смысл отказываться от охраны? Гораздо спокойнее, когда тебя страхуют проверенные в бою товарищи.

Несколько спусков-подъёмов, и дневная норма готова. Влад ждал, что обитатели «Стремительной» быстро заскучают, но те, наоборот, чуть ли не гладиаторские бои устроили, чтобы понаблюдать за добычей непосредственно с «Ослика». Сама-то «Стремительная» находилась несколько выше, так, чтобы оставаться над уровнем тумана и наблюдать, не появятся ли сверху какие-нибудь пираты.

— Дядь Саш, ты помнишь, как я в своё время умение телепортироваться получил? — спросил Влад во время очередного подъёма.

— Помню, конечно, — ответил сосед. — Неактивированный гелиотроп поймал… Подожди, ты что, хочешь сказать, что снова того… когда Дружка ловил?

— Не, я ничего, — покачал головой Лопатин. — А вот Дружок — да.

— И что, у нас теперь собака тоже будет эт, как его, телепортироваться?

— Да хрен его знает, — честно признался Влад. — Пока, вроде, никаких изменений. С другой стороны, я-то тоже далеко не сразу понял, что блинкать научился. Ну, телепортироваться. Так что про Дружка мы, может, вообще никогда не узнаем. Я про другое. Такую штуку, получается, можно теперь с любым провернуть. Ты как, не хочешь попробовать?

— Да чур меня! — возмутился сосед. — Ты, Владик, совсем, что ли? А вдруг это опасно? Вдруг я там помру? Ты-то парень молодой, тебе всё нипочём, а у меня уже и возраст, да и печень не идеальная. Растворится эта пакость в крови, а печень и того, не выдержит!

Влад постарался объяснить, что печень вроде бы затрагивать не должно… но быстро заткнулся, потому что сам не знал, как этот гелиотроп сработал.

— И тем не менее, отказываться от возможности усилиться было бы неправильно, — подытожил парень свои неуклюжие попытки объясниться.

— Разумно. Но и вот так, с кондачка я над собой экспериментировать не собираюсь. Давай уж поглядим сначала, как это на Дружке скажется, а потом будем решать. И потом, ты сам сказал, что он сознание потерял, когда гелиотроп поймал? Ты как себе это представляешь? Вдвоём, в обнимку, как Лео с этой девчонкой на Титанике? А если и в тебя влетит? Так вдвоём в бездне и сгинем? Нет уж. Вот малость с делами срочными расплюёмся — тогда попробуем. Платформу нормальную сконструируем с решёткой, или, там окошечком. Но вообще, Владик, я бы на нашем месте не торопился. У нас сейчас как бы и без того проблем хватает.

Последнее замечание нельзя было не признать справедливым, и Влад от друга отстал. Правда, не слишком охотно — очень уж любопытно было поэкспериментировать на ком-то разумном.

«Ладно, вернёмся к этому, когда закончим разбираться с тем, что мы тут наворотили», — решил Лопатин, и больше эту тему не поднимал, только всё следил за Дружком — а ну как тоже начнёт телепортироваться? Или ещё какую сверхспособность обретёт. Очень было бы соблазнительно научиться ещё и способности раздавать.

«Хотя… вот тогда нас точно грохнут, — вдруг подумал Лопатин. — Я бы и сам на месте властей к таким деятелям точно любовью не проникся. Нет уж, в самом деле, лучше пока малость охолонуть. Да и с экспериментами этими… ещё неизвестно, как это на мне скажется. Помнится, в одной книжке, ещё на Земле прочитанной, ничего хорошего способности, передающиеся от камушков, не принесли».

Следующие несколько дней продолжали собирать гелиотроп. С небольшим перерывом — день Влад с дядей Сашей потратили на то, чтобы найти Шмякку. Всё-таки слово нужно держать. Гоблиншу нашли быстро и забрали из социальной службы тоже без труда — достаточно было заключить с ней официальный контракт.

Шмякка была очень довольна, особенно когда познакомилась с Тришкой. Расцвела, можно сказать, как та роза, и про людей мгновенно забыла.

— Ой, какой хорошенький! — радостно воскликнула гоблинша, и сразу полезла обниматься.

— Вы кого тут завели⁈ — рявкнул обескураженный Тришка. — Вы чего это⁈ А ну отстань! Отстань, говорю, у меня жёны есть! Восемь штук, мне больше не надо!

Но Шмякка считала, что где восемь, там и для девятой место найдётся. Пришлось её временно изолировать — днём оставляли в ангаре, обеспечив школьными учебниками и едой, а по ночам отправляли дежурить на «Ослика». Для охраны и чтобы не лезла «сеггсом трахаться» уже к людям, которые тоже начивали в ангаре. Впрочем, от своей идеи соблазнить Тришку Шмякка явно тоже не отказалась — просто затаилась на время, выжидая нужного момента. А Влад с некоторой завистью смотрел, как девчонка старательно осваивает школьную программу. Ему бы и самому не помешало.

Нужное количество гелиотропа было давно собрано, но Каси как в воду канула — просила продолжать работать и не отвлекать её от важных дел, так что вскоре в ангаре «Стремительной» собралось больше тонны дефицитного топлива. Кажется, даже команда начала недоумевать, куда делась капитан, и чем таким важным занята, но тут демонесса, наконец, появилась. Правда новости принесла неоднозначные:

— Нам придётся действовать ещё быстрее, — Владу до сих пор не доводилось видеть девушку настолько мрачной. — По определённым причинам я не хочу обращаться к отцу. И прошу вас не спрашивать об этих причинах. Придётся обходиться своими силами. План нужно ускорить.

Девушка говорила слегка бессвязно — явно тема ей крайне неприятна. Что-то её ужасно взбудоражило, и Влад догадывался, что именно.

«Похоже, батюшка уже раскатал губы на наш остров, — с досадой подумал Лопатин. — И фантазии дочери о том, как там всё обустроить, его не сильно заинтересовали. Не говоря уже о том, чтобы делиться с какими-то непонятными землянами».

Парень даже порадовался, что всё так разрешилось — самой Каси он уже привык доверять, а вот её отец Влада заранее настораживал. Если не сказать — пугал. Могущественный демон, владелец частной армии. Можно сказать — местный олигарх. С такими лучше не связываться — сожрёт и не заметит.

— С тягачами тоже облом? — вот этот вопрос парня волновал. Он уже успел найти в паутине изображения этих мастодонтов. Явно очень мощные штуки, и чем их можно заменить Лопатин пока не представлял.

— Нет, отчего же, — покачала головой девушка. — С дядей Валдриком я договорилась. Собственно, и договариваться было не нужно, так сложилось. Так что можем отправляться — вот только я ума не приложу, что делать с охраной. И ладно бы только охрана! Нам ещё нужен сенс, и я не представляю, где его брать!

Глава 24

«Люди — совершенно невыносимые существа! — думала Каси. — Особенно Влад! Вот зачем он подобрал эту гоблиншу⁈ Обещание они давали! А зачем давали⁈ Терпеть не могу этих вечно озабоченных мелких зелёных… грах чим шил!» — девушка вспомнила ругательство из лексикона Хеллы.

Последние дни выдались очень суетными. Первым делом необходимо было в срочном порядке уволиться со службы. Процедура, в целом, не сложная, но времени занимает много — пока ещё бумаги пройдут все инстанции! Всё-таки имперская бюрократия крайне нетороплива. Даже для свободного охотника процедура увольнения в штатном режиме занимает две недели. Каси справилась за два дня — и это при том, что у неё корабль в личной собственности. Что было бы, если бы «Стремительная» принадлежала адмиралтейству — страшно подумать!

Помимо увольнения со службы пришлось ещё выделить время на общение с наземной полицией. На следующий день после освобождения землян девушке позвонил капитан городской полиции, и попросил о встрече. Пришлось соглашаться — игнорировать его было бы не вежливо, тем более, в свете того, что она наговорила в береговой охране.

Капитан вежливо, но твёрдо попросил временно приостановить действия, связанные с поиском пиратов.

— Госпожа Касиодорра, я понимаю, что у вашей семьи есть какие-то планы, связанные с пиратами. Однако, если эти планы не связаны с безопасностью рода Розмор, я бы попросил не устраивать боевых действий в городе. Мы сейчас ведём разработку банды, обосновавшейся в Орочьей свободе. Если поторопиться, можно упустить главных фигурантов. По нашим сведениям, там работает целый картель. Мы наблюдаем за ними довольно давно, и, должен заметить, действия ваших подчинённых помогли нам значительно продвинуться, но сейчас ещё слишком рано для решительных действий!

— Понимаю и не хочу нарушать ваших планов, — кивнула Каси, с трудом сдерживая радостную улыбку. Разбираться ещё и с пиратами не хотелось совсем. Однако нужно было держать лицо, поэтому девушка продолжила: — Однако и вы поймите меня — у семьи Розмор тоже есть планы. Мне не нравится, что на материке, в центре имперских владений обосновались пираты, которые позволяют себе нападать на мирных граждан.

— В том-то и дело, что обычно они стараются не гадить там, где живут, вы их очень умело спровоцировали, — улыбнулся капитан, но тут же вновь стал серьёзным. — Госпожа Касиодорра, это сведения не предназначенные для широкой общественности, поэтому надеюсь, дальше вас они не уйдут. У нас есть серьёзные подозрения, что ниточки управления пиратским картелем тянутся в одну недружественную страну. Если сейчас эти ниточки обрубить, будет очень неприятно. Мы работаем в тесной связи с разведкой, а это, сами понимаете, уже вопросы безопасности государства. Так что я вынужден настаивать.

Дальше упираться было бессмысленно, и Каси, внутренне ликуя, согласилась оставить пиратов в покое.

«Недружественная страна — это у нас светлорождённые, — размышляла демонесса. — И разведка… Ох, земляне умеют обратить на себя внимание! Нашли, с кем связаться! В это варево лучше вообще не соваться! Как бы ещё не аукнулась нам эта авантюра…»

А дальше пришло время заниматься подготовкой экспедиции. Начать демонесса решила с дяди Валдрика — очень, как после выяснилось, удачное решение. Только в тот момент она этого ещё не понимала.

— Привет-привет, малышка! — хозяин верфи был искренне рад дочери старого друга. — Ты всё-таки решила воспользоваться моим предложением насчёт станков? Они тебя ждут, я своих слов на ветер не бросаю!

— Нет, дядя Валдрик, — улыбнулась девушка. — Станки, как я надеюсь, мне очень скоро понадобятся, но сейчас я по другому вопросу. Ты говорил, воспользоваться тягачами — не проблема, был бы гелиотроп…

— А что, уже готово? Так быстро? — искренне удивился демон. — Энкратос мне только вчера написал, утверждал, что сможет обеспечить топливо где-то в течение месяца — двух…

Чем Каси всегда гордилась — так это своим самообладанием и умением не теряться от неожиданности в стрессовых ситуациях. Вот и сейчас девушка даже движением глаз не выдала, насколько она ошарашена.

— Просто торопиться нужно, дядя Валдрик, — сказала девушка. — Сам понимаешь, дело сложное. Вот и приходится спешить. Так как, можно готовиться? И скажи по оплате вы как договорились, а то у нас с отцом сейчас связь плохая. Со вчерашнего дня барахлит.

— Да уж, очень выгодное предполагается приобретение, я вчера уже выразил твоему батюшке восхищение. Что касается оплаты — мы ведь друзья, так что наживаться на вас было бы с моей стороны просто нечестно. Стандартный договор аренды, — пожал плечами Валдрик. — Расценки ты знаешь.

— Не против, если и за аренду гелиотропом отдам? — спросила девушка. — По бартеру?

— Только рад буду! — восхитился Валдрик. — Вот Энкратос любитель навести тумана! А мне говорил, что свободных средств мало, нужно готовиться! Сейчас скажу Булочке оформлять договор. На имя отца или сразу на род Розмор?

— Давай на моё, — непринуждённо сказала Каси. — Так будет быстрее и проще. А про отца — это он по привычке шифруется, ты же знаешь. Не любит доверять важную информацию переговорникам. Он уверен, что их всех прослушивают.

— На твоём месте я бы не говорил об этом с такой иронией, — хмыкнул демон. — Достоверно никто не знает, но это и настораживает. Я бы, например, даже сотню золотых на то, что не прослушивают, не поставил. Хотя, скорее всего, отслеживают только ключевые слова…

О том, что некоторых, особенно значимых персон могут прослушивать и не по ключевым словам, Валдрик не сказал, но Каси поняла, что это подразумевается само собой.

«Нужно будет в будущем тщательнее следить за тем, что говорю. Как минимум — через тот переговорник, что используется на тверди, у корабельных-то связи с материком нет». — Каси старалась думать о чём угодно, только не о предательстве отца. Сейчас время неподходящее. Демонессе очень не хотелось, чтобы дядя Валдрик понял, что она сейчас действует не от имени отца, а от своего собственного. Потому что вполне возможно, тогда он ей в тягачах откажет. Договаривался-то он с отцом!

Однако дядя Валдрик, видно, и подумать не мог, что Каси где-то могла сама раздобыть такую прорву гелиотропа, так что ничего не заподозрил. Секретарша по имени Булочка, — опять гоблинша! — принесла уже заполненный договор. Каси внимательно прочитала и не нашла никаких подводных камней. Договор заключается именно между Касиодоррой и Валдриком, как частными лицами. Стоимость аренды совсем небольшая по причине того, что топливом тягачи обеспечивает заказчик. А вот команды остаются те, что на тягачах изначально присутствовали, потому что где ещё можно набрать столько разумных за вменяемое время Каси просто не представляла. Впрочем, Валдрик не слишком возражал — во-первых, ему действительно была очень выгодна оплата гелиотропами, так что увеличение арендной платы демона только порадовало. Во-вторых — демон признался, что сейчас команды не слишком заняты, и больших сложностей оттого, что служащие поработают на стороне, не будет.

— Ребята очень профессиональные, умеют обращаться с такого типа кораблями, — объяснил мужчина. — Поэтому получают полное жалование даже во время простоя. Дороже выйдет, если они начнут от меня разбегаться. Правда, сейчас они малость скучают от безделья, так что, полагаю, даже рады будут дополнительному заработку.

— Вы только предупредите их об опасности, хорошо, дядя Валдрик? — попросила Каси. — А то сами понимаете, идти придётся далеко, да и эльфы… Всякое может случиться.

— Не переживай, всё будет в порядке, — улыбнулся демон. — И страховка для семей погибших у меня предусмотрена в любом случае. Так что команды тебе передаю в полном составе, за исключением сенса — батюшка твой говорил, у вас свой есть. Впрочем, сенса я бы тебе в любом случае не дал — он у меня всего один, и нужен здесь.

Улыбка с лица Валдрика исчезла, и он продолжил уже другим, раздражённым тоном:

— Представляешь, Каси! Только что разработали прекрасный корвет. Отличный корвет, даже уже опытную партию подготовили, пять штук — чудо, а не машины. Скорость даже чуть выше, чем у тех, что на вооружении, при этом бронирование чуть ли не в полтора раза лучше! И, вот ведь оказия, как раз в этот момент флотские направляют нам цидульку о том, что корветы им не нужны, а нужны лёгкие фрегаты! И практически в те же сроки! Вот только лёгкий корвет и фрегат — это несколько разные корабли, не находишь⁈ И при этом меня лично вызывает император и просит не игнорировать просьбу флотских! Как можно так работать⁈ У меня всё конструкторское бюро скоро в могилы ляжет, независимо от природного срока жизни! У сенса вовсе скоро мозг через уши вытечет! Где я тогда буду искать нового⁈

— Да, конечно, — слегка невпопад ответила девушка. Каси чувствовала, что на лице вместо улыбки получается что-то совсем непохожее, и очень надеялась, что собеседник не обратит внимания. Даже не смогла толком отреагировать на жалобы бедного владельца верфи.

«Сенс! Где мы возьмём сенса⁈»

Спрашивать у дяди Валдрика было бы совсем уже глупо, так что Каси промолчала. Эту проблему придётся отложить на потом. Демонессе ещё хватило самообладания, чтобы попрощаться с владельцем верфи, не показав смятения. Тягачи уже завтра начнут готовиться к отлёту, и Каси очень надеялась, что до того, как корабли уйдут, дядя Валдрик с отцом не станет связываться, а для этого необходимо вести себя как ни в чём не бывало.

Девушка вышла с верфи, уселась на пассажирское сиденье, и только тогда позволила себе расслабиться. Растеклась по просторному, предназначенному для орка сиденью, как морское животное медуза.

— Поехали домой, Хрёрик, — попросила демонесса.

— Какие-то сложности, капитан? — пробасил орк. — На тебе лица нет!

— Всё нормально, но надо подумать. Тягачи у нас будут. А остальное… в общем, сейчас меня лучше не трогать. Семейные дела, Хрёрик, а то бы я поплакалась тебе в жилетку.

— Понял, капитан, молчу, не отсвечиваю, — кивнул орк, и придавил педаль газа.

Больше Хрёрик ничего не спросил, и Каси была ему за это очень благодарна. Молча высадил возле дома, проводил в квартиру, велел не раскисать ещё двадцать минут и ушёл. Но через десять минут вернулся с успокаивающим сбором и кучей готовой еды.

— Всё, капитан. Еда у тебя есть, пей чаёк и отдыхай. Теперь можешь раскисать, — сказал орк и деликатно удалился.

Ну, Каси и раскисла — прорыдала целый час. Первым порывом было написать отцу, какой он негодяй, и как отвратительно он поступил с собственной дочерью, но девушка задавила это желание. Не сейчас. Отцу она всё выскажет когда-нибудь потом, а сейчас лучше этого не делать. Всегда лучше держать противника в неведении относительно своих действий. Воспринимать собственного отца как противника было ужасно, но к этому стоило привыкать.

«Я понимаю, что он не желает мне зла. Он ведь действительно не может знать, что я сама справилась», — пыталась успокоить себя Каси… и не получалось.

«Я ведь просила подождать! Совсем недолго, только пока я не поговорю с землянами. Но он всё решил за меня, сам. Как всегда. Ему лучше знать. Ладно, папочка. Один раз я решила, что всё себе надумала, и что нужно забыть старые обиды. Больше такой ошибки я не совершу. И острова тебе, батюшка, не видать!»

Утром Каси проснулась в боевом настроении. Она ещё не знала, как они станут выкручиваться, но была твёрдо уверена — справятся. Нужно только действовать быстро. Немного опасалась реакции землян — вдруг они разочаруются в таком ненадёжном партнёре? Ведь когда заключали договор, Каси пообещала, что не только организует тягачи, но и охрану найдёт. Теперь же выходит так, что охрану взять просто негде — других знакомств, кроме отца, среди наёмников у Каси нет. Вот среди свободных охотников — полно, но они на то и свободные, что их так просто не соберёшь. Другие задачи, другие способы работы — не армия.

Земляне никаких претензий предъявлять не стали. Наоборот, кажется, даже обрадовались таким изменениям планов. Впрочем, Каси не сомневалась — когда они поймут, насколько она подвела компанию, претензии появятся. То, что у них нет бойцов — это полбеды, а вот сенс… слишком редкие это специалисты. Отправляться в экспедицию без сенса не то чтобы совсем бессмысленно, однако шансы на успех начинают стремиться к совсем небольшим величинам, и что с этим делать Каси не знала.

— А зачем нам сенс? — недоумённо спросил Влад, когда она рассказала о проблеме. — Это ведь такие специальные разумные, которые чуют появление новых островов, я правильно понимаю?

— Правильно, — кивнула демонесса. — На станциях слежения сенсы очень ценятся, правда, встречаются редко, и обычно совмещают эту работу с какой-то другой. Это вообще очень полезные разумные, в любой сфере деятельности. Просто их очень мало. Например, на верфи — сенс может почувствовать слабую точку. Представь — инженеры задумали новый корабль. Его долго разрабатывают, конструируют. И вот, корабль готов. Пока только в чертежах. Что делают на Земле дальше?

— Как что? — удивился дядя Саша. — Строят корабль, проводят испытания, потом отправляют на доработку и устранение замечаний, если это возможно…

— У нас так же, — кивнула Каси. — Только перед этим чертежи изучает сенс. Заранее находит слабые места, руководствуясь интуицией и сверхчувственным восприятием. Испытания, конечно, всё равно необходимы, но времени разработка нового корабля занимает на порядки меньше. Впрочем, это работает и с уже готовыми — сенс может почувствовать брак в конструкции… вот только для такого их никто не использует. Слишком мало специалистов.

— Ну, а нам-то сенс зачем? — не понял Влад. — Мы, вроде, ничего не собираемся разрабатывать.

— Зато мы собираемся тащить на огромное расстояние остров средней классификации. Вы ведь не представляете, как происходит транспортировка? Остров нужно закрепить. И если бы это был просто кусок камня, а ещё лучше — металла, всё было бы просто. Но остров имеет неоднородную структуру. Если неправильно закрепить, он может просто развалиться — и хорошо, если на две части. А если больше? А если он совсем рассыпется? Для этого и нужен сенс, который покажет, куда вбивать крепления. Остров — устойчивая структура, но только пока остаётся на месте, и пока на него не действуют сторонние силы. Если перетаскивать его без сенса, мы его можем просто не дотянуть.

— Засада, — расстроился дядя Саша. — Я как-то и не думал, что всё так сложно.

— А у меня есть один знакомый сенс, — сказал Влад. — Дядь Саш, помнишь, мы в метро встретили, в первый день ещё? И Борн её видел. Я с ней иногда переписываюсь в паутине.

— Это та страхолюдина, что ли? — старший землянин явно удивился. — Ну ты даёшь!

— Вот. В общем, я у неё спрошу. Может, найдётся среди её знакомых кто-нибудь, кто захочет подработать?

«Опять какая-то дама! — неприятно удивилась Каси, — Всё время они вокруг него крутятся!»

— Попробуй, — кивнула девушка. — И если у тебя есть знакомые наёмницы — тоже будет очень хорошо.

— Нет, больше я никого не знаю, — покачал головой землянин. — Если только тех гоблинш спросить… но не хотелось бы.

— Каси, мы можем кинуть клич среди отставников, — предложил Ори. — Свободных охотников.

— И я у своих поспрашиваю, — предложил напарник землян — Борн. — Только это ведь корабли нужны. На вашу «Стремительную» много народа не поместится, да и толку с этого…

— Справедливое замечание, вот только я ничего поделать не могу, — огрызнулась Каси, — Хотя…

Мысль, которая пришла ей в голову, была довольно рискованная — в плане раскрытия перед отцом. С другой стороны, риск минимален. Договор-то уже заключён, причём лично с ней, так что формально у дяди Валдрика не будет повода что-то менять, даже если он что-то заподозрит. При этом, если получится договориться, можно будет разжиться несколькими боевыми кораблями. Правда, остаётся вопрос с командами для них, но уж на пять корветов команду они набрать смогут. Не слишком большие корабли, пусть и не чета её «Стремительной», но Ори обладает обширным кругом знакомств, должен найти.

— Вот что, Ори. Ты занимайся поисками людей, — скомандовала Каси. — А остальных я бы попросила продолжить добычу гелиотропа. Я понятия не имею, сколько нужно, постараюсь сообщить вечером, но — немало. И вот что. То, что у нас уже есть, я забираю!

Владелец верфи был очень удивлён, когда Каси явилась на тяжёло нагруженном арендованном грузовике.

— Каси, ты с ума сошла⁈ Почему без охраны⁈ И почему так много⁈ Договаривались же частями!

В договоре действительно было прописано, что оплата будет происходить в три этапа — аванс, который должны были забрать дня через два, потом основная сумма — после того, как тягачи передадут заказчику, ну и где-то четверть — по возвращении. Каси решила, что лучше заплатить всё сразу. Продемонстрировать платёжеспособность, чтобы сомнений не возникло.

— Дядя Валдрик, я просто опять с просьбой, поэтому решила вот так. Задобрить вас хочу! — честно призналась девушка.

— Чтобы меня задобрить, тебе не нужно таскать ко мне гелиотроп тоннами, девочка! — улыбнулся демон. — Я и так готов помочь малышке Каси всем, чем могу!

— Дядя Валдрик, вы говорили, у вас пять корветов опытных не пристроены. Не могли бы вы их мне продать? Тоже за гелиотроп!

Вот теперь Валдрик по-настоящему удивился. Долго пытался выспросить, нет ли у Энкратоса каких проблем, не терпел ли он поражений в последнее время. Каси уверяла, что ничего такого не требуется, и корветы нужны ей лично. Иногда правда — это наилучшее оружие. В конце концов, так ничего и не добившись, демон согласился. Тем более, флотские всё равно опытные корветы выкупать не слишком рвалось. Император, конечно, обещал этот вопрос уладить, но, как известно, некоторые императорские распоряжения могут исполняться годами, а деньги нужны уже сейчас.

— Хорошо! Забирай. По себестоимости. Только учти, Касиодорра, себестоимость у них очень приличная. Это опытные экземпляры, в серию они не пошли. Ручная сборка практически. Я начинаю опасаться, что род Розмор разорится!

— Не разорится! — беспечно махнула рукой счастливая Каси. — А корабли мне очень нужны! Спасибо, дядя Валдрик, ты меня просто спас!

Глава 25

Каси приехала в ужасном настроении, раздала указания, забрала весь добытый гелиотроп, и умчалась обратно — добывать корабли для команды, которую ещё только предстояло набрать. Следом за ней ушёл Ори. Старпом также вид имел сосредоточенный и не слишком радостный, и Влад разделял его настроение. Выходило так, что для того, чтобы нормально подготовиться, нужен ещё месяц, по меньшей мере. При этом Каси очень торопилась и, самое главное, самому Лопатину тоже очень хотелось поскорее отправиться в путь.

«Такое чувство, что мы куда-то очень опаздываем! — поймал себя на странной мысли Влад. — Или, наоборот, отсюда надо поскорее валить?»

— Знаешь, Владик, мне кажется, экспедиции не так положено собирать. Читал я пару раз про такое, ещё у нас, на Земле, как пытались на шару в какую-нибудь Антарктиду отправиться. Если всё вот так вот в спешке, добром это обычно не заканчивается.

— Ага, я тоже. Читал, в смысле, — покивал Влад. — Только сдаётся мне, если не будем суетиться, нас опередит дражайший папенька. То-то у нас Каси носится как нахлыстанная! Главное, сама же отцу всё рассказала, а теперь расстраивается.

— Злишься на капитана? — спросил Тришка. Гоблин, как всегда — не мог не прокомментировать подслушанный разговор.

— Какой смысл? — пожал плечами Лопатин. — Злиться — неконструктивно, всё равно уже ничего не исправишь. Остаётся только надеяться, что всё нормально сложится.

— Всё равно злишься, — кивнул Тришка. — Вы, человеки, до сих пор не поняли, с кем имеете дело. Она — долгоживущая. По нашим меркам живёт практически вечно. И я до сих пор не видел ни одного долгоживущего, который бы относился к короткоживущим на равных. Большинство нас просто не замечает — что им сотня наших лет? Другие презирают — это в основном у светлорождённых так заведено, но и к нам лезет. И только такие как капитан, очень-очень молодые, всё ещё не видят большой разницы между нами и ими. И к вам она тоже относится как к равным — после того, как вы проявили себя там, на острове. К отцу она именно поэтому и обратилась — ждала, что он будет думать так же. Забыла, что демоны относятся оркам, гоблинам и прочим, как к бабочкам — однодневкам.

— Не знаю, что у них там произошло, но такое ощущение, что он и к ней так же относится, как к короткоживущим, — пробормотал дядя Саша.

— А ты как думал? Ему хрен знает сколько тысяч лет. А Каси… даже по нашим меркам она ещё очень молодая. Конечно, он будет относиться к ней, как к несмышлёному ребёнку!

Владу было бы очень интересно ещё посплетничать. Не про Каси даже, а в целом про отношения между долгоживущими и короткоживущими. Судя по тону того же Тришки он ведь совсем не думает, что демоны и прочие эльфы для короткоживущих — это кто-то вроде богов. Иногда даже что-то презрительное проскальзывает… впрочем, с Тришкой никогда нельзя быть уверенным наверняка — он вообще гоблин ужасно язвительный, если не сказать — ядовитый. В общем, потрепаться с друзьями хотелось сильно, тем более, что в последнее время было не до того — гелиотроп добывали в промышленных масштабах. Впрочем, и на это опять не было времени.

Тенебрисе Эсфирре парень писал редко. Как-то неловко было вот так общаться с едва знакомой дамой, тем более, такой странной. И всё-таки время от времени он интересовался, как у неё дела, задавал какие-то ничего не значащие вопросы. Эсфирра, такое ощущение, не слишком-то стремилась к общению — и это несмотря на то, что сама взяла обещание, что он будет писать. Вот и сейчас парень не слишком рассчитывал на какой-то внятный результат, написал только чтобы использовать все возможности.

«Здравствуцй, Эсфирра. Скажи, у тебя нет среди коллег и знакомых свободного сенса, который не против немного заработать?»

Ответ пришёл практически мгновенно:

«Ммм, я всё-таки не ошиблась! Здравствуй, Влад. Зачем тебе нужен другой сенс? Чем тебе не нравлюсь я?»

«Просто был уверен, что ты работаешь. Ты говорила, что очень занята».

«И именно поэтому у меня накопилось много дней отпуска. Я давно ждала возможности потратить их с пользой и интересно. Но за свою помощь я потребую награду».

У Влада отчего-то сложилось чёткое впечатление, что Эсфирра этого предложения ждала. Даже не спросила, куда и зачем требуется сенс! Эту непонятность требовалось обязательно прояснить, даже с риском спугнуть оказавшегося таким сговорчивым ценного специалиста.

«Эсфирра, ты даже не спросишь, куда и зачем⁈ У меня сложилось впечатление, что ты заранее знала, что я к тебе обращусь. А про награду — хотелось бы знать, что именно ты хочешь».

«Ты просто не понимаешь, кто такие сенсы, Влад, — ответила Эсфирра. — Когда я вас увидела — сразу поняла, что с вами нужно держать связь. Это невозможно объяснить, прости. Поэтому и награду я потребую потом — когда пойму, что именно мне нужно. Могу только обещать, что это будет тебе по силам и ты согласишься».

Когда Влад рассказал о результатах переговоров друзьям, в комнате повисло молчание.

— Ты что, человек, нашёл тенебрису⁈ — спросил Хримп. — У нас будет сенс — тенебриса?

— Зараза, я начинаю подозревать, что сделал что-то не так, — Влад почувствовал себя неуютно. — Вы чего, ребят? Не нужно было? Так я могу написать, что отбой, извините…

— Да нет, ни в коем случае, — глаза у гремлина были ещё больше и ещё желтее, чем обычно. — Просто тенебрисы — это очень закрытый и загадочный народ. Ты не найдёшь здесь ни одного, у кого были бы друзья — тенебрисы. Про них никто ничего не знает, они очень редко появляются в империи, а уж тех, что живут здесь постоянно, и вовсе единицы. И тут появляется человек, без году неделя в империи, и вдруг выясняется, что у него есть знакомая — тенебрис. Странно всё это.

Влад объяснил, что его заслуги в знакомстве здесь нет никакой — это она сама, руководствуясь какими-то своими сверхчувственными озарениями решила подружиться с недавними провалившимися. Но всё равно окружающие смотрели с некоторым недоверием.

Эсфирра явилась всего через час, причём была уже готова к путешествию! По крайней мере внушительный чемодан, который тащил за ней кто-то из портовых служащих об этом явно сигнализировал.

— Это моя походная спальня, — объяснила тенебриса. — Полагаю, вам будет интересно посмотреть, как спят тенебрисы. Для других видов это очень необычное зрелище.

Тенебриса оттащила чемодан в уголок, чем-то там щёлкнула, и он развернулся в странную конструкцию, изрядно напоминающую кожистое яйцо с полупрозрачными стенками. По размеру выходило так, что для того, чтобы в этом яйце уместиться, Эсфирре нужно будет скрутиться в клубок, как кошке.

— А обычным способом ты не спишь? — Влад, как всегда в общении с Эсфиррой, не давил порывы спросить какую-нибудь чушь. Просто потому, что пару раз тенебриса указывала ему на то, что сдерживать любопытство — глупо.

— Могу, но это некомфортно. Полагаю, как если бы тебе пришлось спать на твёрдом полу.

— Ага, — кивнул Лопатин. — Только мы пока не вылетаем. Там ещё не всё подготовлено.

— Я понимаю, — кивнула тенебриса. — Ничего, я подожду здесь. Полагаю, мы можем отправиться в любой момент — не хочу его пропустить. И добавлю — мне кажется, нам лучше бы поторопиться. В любом случае, я подожду здесь. Мне будет интересно посмотреть на ваши сборы. Я люблю наблюдать за разумными, вы — интересны.

Забавно было видеть, как тихо и аккуратно стараются вести себя с Эсфиррой окружающие. Вообще-то, страшную даму старались обходить по широкой дуге, особенно после того, как она вдруг решила перекусить. Процесс приёма пищи у тенебрисов выглядел… скажем так, очень хищно. Влад решил, что если бы не был закалён просмотром всяких ужастиков, непременно впечатлился бы до мокрых штанов. Но и так выглядело жутковато — слишком уж кровавая трапеза.

Впрочем, долго любоваться новым членом команды не пришлось — нужно было добывать гелиотроп. Все опасались, что Эсфирра пожелает узнать, куда это они улетают, аж на двух кораблях, но ту это, казалось, совсем не интересует, так что рабочий день прошёл как обычно. Зато по возвращении их ждал небольшой скандал. И ругался, что странно, Ори, который при знакомстве с сенсом не присутствовал.

— Влад! — старпом, похоже, с большим нетерпением ждал возвращения товарищей — встретил их прямо возле трапа. — Давай отойдём. Поговорить нужно!

Было очень хорошо заметно, что орк на взводе. У Влада даже мысль мелькнула, что сейчас ему будут бить лицо — и не у него одного, потому что дядя Саша с Борном парня одного не отпустили, пошли вместе. Ори покосился на них неодобрительно, но промолчал. И бить Влада тоже не стал. Просто вывел за рукав из ангара:

— Я понимаю, что найти сенса — задача нетривиальная, тем более, в такие короткие сроки! Понимаю, что выбора у нас всё равно нет, хотя тенебрис — это за гранью добра и зла! С ними же вообще непонятно, как обращаться! От них можно вообще любой реакции ждать, даже на самое невинное замечание, или просто действие!

Пожилой орк был на взводе, и Влад уже приготовился услышать, что сейчас тот сообщит, что Эсфирра кого-то убила. Обошлось:

— Короче, я не понимаю, как мне теперь набирать народ в команду! Она уже отправила в бездну трёх кандидатов! Отличных, между прочим ребят!

— Как⁈ — ужаснулся Влад. И остальные дядя Саша с Борном тоже явно перепугались.

— Ну, в смысле прочь, восвояси, — досадливо поморщился Ори. — Просто явилась во всей красе, оскалилась, и не пускала, пока те не убрались! Мало того, что мы так народ не наберём, так теперь ещё обо мне слухи по городу пойдут, что я народ кидаю!

— Странно. Мне показалось, что она очень адекватная, — удивился Лопатин. — Да и остальные, сам понимаешь, ничего против неё не имеют. Надо с ней поговорить.

— Вот и поговори! А то я с ней, как ты понимаешь, вообще никак объясниться не могу! Хотел через паутину, так она только скалится и головой качает!

«Точно! Орки же её не слышат!» — вспомнил Лопатин, и поспешил обратно в ангар — разбираться.

Эсфирра вела себя как ни в чём ни бывало. Приветливо улыбнулась Владу, когда тот подошёл — парень решил, что это действительно может смотреться угрожающе, если не знать, что она просто копирует людскую мимику.

— Кхм, Эсфирра, тут это, Ори переживает. Ты не подумай, пожалуйста, что он ругается или что-то такое, но как-то так выходит, что матросы, которых он хотел нанять, тебя испугались.

— В самом деле? — удивилась тенебриса. — Значит, всё получилось именно так, как я хотела.

— А… а зачем ты хотела, чтобы они испугались?

— Затем, что у них были неприятные намерения. Не знаю, какие, но они не были рады, что их пригласили. Не испытывали добрых чувств к приглашавшему. Я подумала, что в предстоящем предприятии таких разумных лучше избегать. Кстати, Влад, нельзя ли мне узнать подробности этого предприятия? Я знаю, что это будет что-то очень интересное и увлекательное, но мне хотелось бы знать больше.

Лопатин извинился, и пообещал обязательно рассказать о том, чем предстоит заняться, но потом — сначала нужно было рассказать Ори о причинах, по которым она выгнала некоторых кандидатов. Парень предполагал, что с этим будут проблемы, но старпом, услышав о том, что тенебриса не просто глупо шутила, а руководствовалась своими соображениями, хоть и помрачнел, но возражать не стал.

— Значит, уже началось, — пробасил орк. — Я-то надеялся, что пока обойдётся. Что ж, в таком случае — передавай ей мою благодарность. Хотя забудь, сам скажу. Меня-то она понимает. Но как же это паршиво!

— Ори, можешь объяснить толком? — попросил Влад. — Ты предполагаешь, что к нам пытались затесаться шпионы?

— Угу. И это очень плохо. К тем, кто неинтересен, шпионов не отправляют. Бездна! Где мы прокололись, вот, что интересно! И кто именно нами заинтересовался! Потому что кандидатов на самом деле уже набирается просто дохрена! Так что, получается, с этой тенебрисой нам повезло вдвойне. И мне, опять-таки, очень интересно, что забыла сильнейший сенс в нашей странной компании!

Этот вопрос был интересен всем. Особенно — Каси. Демонесса, когда узнала, кто именно является обещанным Владом сенсом, приняла вид задумчивый до невозможности. И ещё, почему-то очень обрадовалась, однако объяснять причины своей радости наотрез отказалась.

— Я немного знаю о тенебрисах, — протянула девушка, когда Влад и Ори поделились с ней своими сомнениями. — И исходя из того, что знаю, подозревать её в том, что она — засланная, не стоит. Тенебрисы все обладают способностями сенсов. Может быть из-за этого они в принципе не могут осознать концепцию предательства, да и вообще лжи. То, что они себе на уме — это факт, другие виды так и не могут их до конца понять. Слишком разные культуры — то, что для нас кажется само собой разумеющимся, для них — тёмный лес. И наоборот. Но если она согласилась работать с нами, значит, она не работает и не будет работать на кого-то, кто является нашим недоброжелателем. Просто не сможет. Так что с этой стороны подвоха можно не ждать. А вот то, что она советует отправляться как можно быстрее, лучше принять к сведению. Советами сенсов не стоит пренебрегать… Как у нас с командой?

С командой пока что было не очень. Тех, кого не отсеяла Эсфирра, набралось на два корвета. Ещё три пока оставались без команды.

— Может, завтра, или послезавтра наберётся, — предположил Ори. — Слухи разойдутся…

— Нет времени, — покачала головой Каси. — У нас вот-вот начнутся проблемы, я чувствую, как утекает время.

— Капитан, объяснись, в чём дело⁈ — не выдержал Ори. — Ты что, эти корабли украла?

— Нет, — мрачно ответила демонесса. — Всё честь по чести, договор, оплата. Корабли сейчас официально принадлежат мне, тягачи — на моё имя. Вот только мастер Валдрик уверен, что договаривается с отцом. Я не врала прямо, но… я не знаю, как поступит Валдрик, когда всё выяснится. И что сделает отец — тоже.

Ори схватился за голову.

«Кажется, всё несколько хуже, чем мне представлялось», — подумал Влад.

— Так чего ты молчала⁈ Выходим завтра же! Пока нас не остановили!

— Капитан! А давай ты гоблинаф набиреш? У нас тама много гоблинаф. Даже мальчики есть, все хотят матросами на корабль. Все умелыи, сильныи, тока работы неть. Давай у нас на островах спросим? — Это Шмякка, о которой Влад, если уж откровенно, в последние дни подзабыл, тихонько проскользнула между говорившими, и, подёргав Каси за штанину, высказала своё предложение.

Каси явно была на взводе и Шиякку до последнего момента не замечала. Демонесса дёрнулась от неожиданности, уставилась на неё крайне недовольно, даже агрессивно — Влад давно заметил, что демонесса Шмякку отчего-то недолюбливает. Но сдержалась, не накричала.

— Так, тягачи идут медленно, — пробормотала девушка. Горы гоблинов в стороне, но если сходить на «Стремительной»… А это идея!

— Тогда всё. Завтра ранним утром выходим. Сегодня успею припасов набрать. Тягачи уже у нас? — уточнил Ори.

— Да, на стоянке. Только команду дать.

— Тогда надеюсь, за ночь ничего не произойдёт, — кивнул старпом. — Выходим утром. Но бездна меня побери, если мне прежде приходилось участвовать в столь безумной авантюре!

Влад ещё хотел сказать старпому, чтобы сплюнул трижды — прямо будто за язык что-то тянуло, но не сказал. Потом думал — может, всё же нужно было? В таком деле суеверия — это совсем не плохо.

С тех пор, как «Стремительная» вернулась, вся команда, вместо того, чтобы по обыкновению разбрестись по своим квартирам, обосновалась в ангаре. Места достаточно, расположиться несложно. Да, немного не хватает уединения — Влад и сам прекрасно помнил, как сильно ему после долгого рейса хотелось остаться в одиночестве хотя бы на ночь. Но аврал есть аврал — народ прекрасно понимал, что для полноценного отдыха сейчас не время. К тому же так было проще не проговориться — ребята действительно боялись что-нибудь кому-нибудь ляпнуть и испортить всё дело. А так — очень удобно. В общем, вся компания сосредоточилась в одном месте, и только Каси предпочитала ночевать дома. Впрочем, у девушки были дела в городе, ей так действительно было удобнее, чем в порту.

Наверное, с ними со всеми сыграла злую шутку привычка расслабляться между рейсами. Это в воздухе могут быть враги, пираты, и прочие опасности, а на материке что может случиться? Только земляне да Борн пока не привыкли к такому режиму. Именно поэтому они и среагировали первыми, когда у всех одновременно вдруг сработали переговорники в режиме «тревога». Пока команда «Стремительной» ошалело крутила головами, пытаясь сообразить, что происходит, Влад, только увидев имя на экране, уже заорал:

— Каси в беде! Да просыпайтесь, чего вы спите, козлы! Там с вашим капитаном что-то случилось!

Глава 26

Каси всё никак не удавалось заснуть, несмотря на то, что жутко устала. Сама понимала, что перед важным делом лучше хорошенько выспаться, но мысли не давали успокоиться. Давненько Каси не приходилось так выматываться! Казалось бы, во время игр с авианосцем неделями спала урывками, потом — бой, и ещё один. Но тогда всё было хотя бы ясно — где враги, а где друзья. За эти несколько дней на тверди пришлось всего лишь несколько раз провести переговоры, да решить несколько дел. Но как же это было тяжело! Изображать, что всё хорошо перед командой, играть и выкручиваться во время визитов к Валдрику, и, главное, постоянно давить мысли об отце.

«Это всё нервы», — успокаивала себя девушка. — «Из-за отца, из-за того, что приходится юлить и изворачиваться… но ничего. А ещё — предстоящий поход. Ещё неизвестно, наберём ли мы команды в гоблинских горах, и если наберём, то что это будут за команды? Авантюра — это слабо сказано. Отправляться в поход с неслётанными командами… одна надежда — в бой идти не придётся. По крайней мере, не сразу — учиться будут в процессе движения. Бездна, лишь бы в шторм не попасть! Если нас разнесёт в стороны, корветы мы больше не найдём!»

Каси заставила себя выкинуть мысли из головы. Так можно додуматься до того, что этот поход вообще не стоило затевать.

«Вот только это шанс. Стать совладельцем острова, разом воплотить мечты…» — демонесса была уверена, что если они смогут преодолеть трудности на начальном этапе, дальше будет намного проще. Главное — не ошибиться.

«Фактически Влад всё правильно сделал, как бы я ни возмущалась. Сейчас никак нельзя предавать широкую огласку его изобретению. Мы должны стать достаточно сильными, чтобы с нами считались. Интересно, почему Влад так легко согласился, чтобы я участвовала в деле на правах партнёра? Понимает, что один не справится?»

Мысли скакали с одной темы на другую, заснуть никак не удавалось. Каси уже пожалела, что вообще уехала домой.

«Надо было остаться в порту. Переночевала бы вместе со всеми, в ангаре. Нет, решила использовать последнюю возможность, чтобы побыть одной? Ну что, стало тебе спокойнее?»

Уютная квартирка на пятом этаже показалась вдруг слишком большой, пустой и тихой. Такого за Каси не водилось с раннего детства, а вот, поди ты, слух будто обострился, Каси даже стала различать тиканье часов на стене. И это тиканье казалось угрожающим. Остро захотелось включить свет и какую-нибудь музыку, просто чтобы не лежать в тишине. А ещё лучше — собраться поскорее, и уехать в порт, к своим. Плевать, что уже ночь, плевать, что нужно будет придумать объяснения, отчего она так спешила — не рассказывать же, в самом деле, что ей просто не спалось? Девушка даже разозлилась на себя — ну нельзя же вот так поддаваться собственным переживаниям!

«Ты боевой капитан, а ведёшь себя, как вчерашняя школьница перед экзаменами!» — отчитала себя демонесса. — «Либо ты немедленно прекращаешь эту тихую истерику, либо…»

Угрозу для себя придумать Каси так и не успела, потому что в комнате вдруг появился новый звук. Едва-едва слышный — демонесса даже не сразу смогла понять, что в самом деле слышит это пощёлкивание.

«Щёлкает, как будто споры ежевика сонливого», — подумала девушка. Нервное состояние, которое всё никак не давало заснуть, начало уходить, и Каси уже почти начала засыпать, когда вдруг вспомнила:

«А что у меня может щёлкать, как сонный ежовик⁈»

Встать оказалось тяжело — сонливость никак не хотела проходить. Девушка схватила стакан воды с прикроватного столика, половину отпила, половину плеснула на покрывало, которое приложила к лицу. В голове чуть-чуть прояснилось, и от этого стало только страшнее — значит, она ничего не придумала. Это действительно сонный ежовик.

Каси, не отрывая от лица мокрое покрывало, дошла до кухни, распахнула холодильный шкаф. Взгляд метался по полкам. Демонесса схватила бутылку с молоком, сделала несколько глотков. Молоко оставалось тут с тех пор, как она вернулась с острова, и несмотря на холод, давно превратилось в простоквашу. Не важно — проблемы с пищеварением можно будет пережить. Главное, даже кислое молоко нейтрализует эффект ежовика.

Этот гриб вообще считается абсолютно безопасным. Его споры продаются в аптеках — некоторые используют его в качестве мягкого снотворного. Достаточно одной-двух спор, чтобы отлично проспать всю ночь. Вот только Каси до сих пор проблем с засыпанием не испытывала, так что ничем подобным никогда не пользовалась. Споровиков в её доме сроду не водилось, тем более, в таких количествах — пощёлкивание всё продолжалось, а значит, воздух по-прежнему насыщался сонным газом.

Скривившись от неприятного привкуса во рту, девушка отбросила в сторону уже ненужное покрывало, и побежала обратно в спальню. Первым делом накинула домашний халат — влезать в уличную одежду некогда, схватила переговорник, но воспользоваться не успела — услышала очень характерный щелчок — дверь открывается.

Переговорник отправился в карман халата, вместо него Каси схватила абордажную саблю и метатель — они всегда рядом с кроватью лежат, по привычке, сформировавшейся на «Стремительной».

Девушка рванула в коридор. Успела как раз вовремя — дверь начала открываться.

Стрелять Каси начала сразу, как увидела нападающих. Выстрел, ещё один. Массивная фигура в проходе начала заваливаться. Девушка прыгнула вперёд, не дожидаясь, пока похититель, — а это было уже очевидно, повалится на пол. Врезалась в тело плечом, дважды выстрелила — и опять не промахнулась. Её появления не ждали, так что второго орка она тоже подстрелила. Тот, первый тяжело навалился на спину, но Каси даже не пыталась сбросить — пусть спину прикрывает, а она сильная, постоит…

Неизвестно, сколько орков было сзади, а перед ней обнаружилось трое. Первого она уже подстрелила, а дальше начались сложности — эффект внезапности уже прекратился. Кто-то ударил её по руке, выбивая метатель. Девушка инстинктивно махнула хвостом, но привычного эффекта не последовало — боевой нахвостник остался дома. Орк отшатнулся от удара по глазам, что спасло уже саму Каси — противник промахнулся, тяжёлый кулак мазнул по скуле. Однако орк остался жив и вот-вот придёт в себя. Между тем ещё один уже готов был ударить. Девушка полоснула саблей по шее — не слишком надёжно, но хотя бы сабля не застрянет, и рванулась вперёд, сбрасывая с себя, наконец, тяжёлое тело взломщика.

Задержать её не успели, и Каси побежала к лестнице, вот только сзади уже что-то кричали. Явно в переговорник, а значит, врагов больше, чем она успела увидеть.

«Внизу ждут, точно, — пронеслась мысль, — значит, наверх!»

Однако ждали её гораздо ближе. Правда, противник был всего один, вот только он был готов к встрече, а Каси чуть не попалась. Повезло. Сетка из укреплённых металлизированных нитей блеснула в воздухе и если бы демонесса в этот момент не взмахнула рукой с зажатой в ней саблей — для баланса, то быть бы ей спутанной. А так достаточно было всего лишь довернуть руку, и сетку рассекло. Почти. Часть всё-таки намоталась на руку. Каси снова ткнула бросившему сетку хвостом по глазам, и рванула мимо противника вверх по лестнице. На ходу пыталась сбросить сетку — гадкая, мерзкая штука. Разорвать — не реально, её и разрезать-то удалось только благодаря тому, что сабля у Каси тоже не простая.

Сзади тяжело затопали. Каси рвалась вверх и одновременно пыталась сбросить клятую сетку с руки. Наконец, путы удалось сорвать, и демонесса, круто развернувшись, прыгнула обратно, вниз по лестнице. Швырнула порванную сетку в ноги преследователю. Тот не ожидал такой наглости от жертвы, споткнулся и умер, насадившись горлом на саблю. Снизу уже спешили бандиты. Дожидаться их Каси не стала — снова побежала наверх.

Никогда Каси не думала, что на неё нападут на тверди, поэтому путей отхода не продумывала. Но на крышу, бывало, ходила. Просто под настроение. Полежать ночью на тёплой черепице, разглядывая причудливые всполохи и переливы сияния в тёмном небе. Девушка прекрасно знала, что люк на чердак не закрывается, но также знала, что на чердаке кто-то из нынешних и прошлых хозяев хранит старую мебель. Сейчас Каси молила судьбу, чтобы старая, но тяжёлая рухлядь оставалась на месте.

Заскочила на чердак, прихлопнула люк. Шкаф был на своём месте — огромный, тяжёлый, и очень-очень старый, с давно облупившимся лаком. Впрочем, внешний его вид девушку не интересовал. Поднатужившись, Каси повалила шкаф на бок, так что он привалил дверь. Через пару секунд — забарабанили, но было уже поздно. На всякий случай демонесса подтащила ещё тяжёлый комод, свалила сверху на шкаф.

Теперь появилось время подумать.

Первым делом Каси достала переговорник из кармана халата, набрала код общей тревоги по команде. Подумала немного, стоит ли вызывать полицию, и отказалась от этой идеи.

«Вряд ли нападающие связаны с официальными структурами. Но всё равно лучше поберечься. — Каси, почувствовав себя в относительной безопасности, принялась срочно соображать. — Скорее всего — результат наших с землянами дел. Кто-то что-то пронюхал, и решил захватить главного в компании. Это связано с добычей гелиотропа, либо с островом. Вероятность одинаковая. И оба варианта — очень плохие. Интересно, как скоро ребята здесь появятся? И ещё — не попытаются ли меня обойти сверху?»

Выходов на крышу кроме того, который она завалила, в доме нет, но Каси не обольщалась — забраться наверх можно и по-другому. Но сначала — ответить на вызов — ребята, как всегда, среагировали быстро — уже через десять секунд переговорник просигнализировал о звонке. Удары в люк прекратились, так что Каси ответила:

— Я у себя, сейчас на чердаке. Количество нападающих не знаю. Троих упокоила, но их больше. Пытались усыпить и похитить. Есть вероятность, что обойдут с крыши.

— Понял, капитан! Продержись ещё десять минут! Мы идём!

Десять минут — это совсем недолго, но сидеть просто так было скучно, да и опасно. Вдруг всё-таки обойдут? На месте похитителей поняв, что быстро и тихо взять жертву не выйдет, Каси отступилась бы. Слишком много проблем несёт чрезмерная настойчивость. Вот только уверенности не было, а сидеть и ждать, когда её зажмут на тесном чердаке, было не в характере демонессы.

На крыше никого не оказалось, а вот внизу какая-то подозрительная возня наблюдалась. С торца дома, там, где окон меньше всего. Ночью даже демоны видят не так хорошо, как днём, так что нормально разглядеть, что происходит у Каси не выходило, однако ясно — активность ничего хорошего не сулит.

«Хорошо, что не стала в полный рост смотреть», — подумала девушка, отползая от края.

— Ори, они что-то с торца возятся, — прошептала девушка. — Внизу, на предпоследнем этаже. Похоже, собираются взбираться.

— Ясно, Каси. Мы уже близко. И вот что, тут Влад говорит — посмотри соседние крыши. Если поймут, что не могут тебя достать, могут попытаться убить.

Об этом Каси не подумала. Соседних домов было не так, чтобы много — район достаточно богатый, дома стоят редко. Ближайший с таким же количеством этажей — на другой стороне дома.

В этот момент над краем парапета появилась орочья физиономия. Каси рефлекторно махнула саблей, орк молча полетел вниз. Шлепка она не услышала, как и вопля — удар получился очень удачный, нападающий был мёртв ещё в полёте.

— Они, похоже, пытаются влезть через соседскую квартиру, — Каси не стала держать друзей в неведении относительно изменений в своём положении. — Пройдусь по периметру…

Догадка оказалась верной — помимо того неудачливого на крыше уже были ещё четверо. Они старательно брали девушку в клещи. Орки были вооружены метателями, а у двух были такие же сетки, как та, первая, в которой Каси едва не запуталась. Демонесса врагов заметила вовремя — ещё немного, и её бы увидели. Вот только отступить обратно к окну на чердак уже не вышло бы, враги были между ней и лазом внутрь.

«Впрочем, так всё равно лучше, чем на чердаке», — подумала Каси, прячась за трубой вентиляции.

Пока что её не заметили — орки не слишком хорошо видят в темноте. Однако долго прятаться на пустой крыше не выйдет.

«Значит, надо нападать».

Каси выбрала того, что был ближе к краю, потому что к нему на помощь могут прийти только с одной стороны. И ещё — потому что у него сетка. Передвигаться тихо девушка умела — её не услышали до последнего момента. Правда орк слепым не был. Увидел, как к нему метнулось что-то из тени, попытался бросить сетку, но Каси этого уже ждала. Низко наклонилась, пропуская сетку над головой, рубанула по ногам.

Орк взвыл от боли, повалился на крышу. Можно было столкнуть, но Каси не стала. Не из жалости. Всё равно не боец, а своими воплями будет отвлекать товарищей.

Каси снова метнулась дальше, в надежде, что оставшиеся противники не поймут, что произошло. Тщетно — за спиной раздалось громкое «Вот она!», а затем топот. Девушка метнулась в сторону, надеясь нырнуть в подвал, но не успела. Ноги заплела метко брошенная сетка, и она рухнула на пол, чуть не выронив саблю. Попыталась вскочить — тщетно. Развернулась на спину только для того, чтобы увидеть над собой похитителей.

— Изворотливая тварь! — прошипел один из похитителей. — Бросай сабельку, рогатая. А то я тебе её вместе с рукой отстрелю!

Самое время, чтобы впасть в отчаяние, но, оказавшись на спине Каси увидела не только орков. Над крышами домов медленно летела «Стремительная». Медленно — потому что корабль всё-таки не предназначен для полёта над твердью. Но это уже не важно, главное — сейчас придёт помощь. Похитители просто не успеют.

Должно быть, облегчение, слишком явственно отразилось у неё на лице. Один из орков оглянулся, увидел корабль.

— Бездна! Уходим, опоздали. Эта тварь подмогу вызвала. — И рванул прочь.

Второй тоже глянул на стремительную.

— Стоять! Тогда её надо грохнуть! Инструкции забыл⁈

Чтобы пристрелить разумного, который не может сопротивляться, много усилий не требуется. Вот теперь Каси стало по-настоящему страшно и тоскливо. «Стремительная» ещё слишком далеко. Не смогут ребята помешать её убить. Орк достал метатель, начал наводить… и вдруг упал. А через мгновение Каси услышала раскатистый выстрел земного оружия.

Впервые в жизни девушке захотелось упасть в обморок от облегчения. Сегодня вообще много чего происходило впервые. Её ещё ни разу не пытались украсть, она никогда не была так близко к смерти… Но Каси, конечно же, не позволила себе такой слабости. Больно укусила себя за руку, чтобы заставить встряхнуться, и принялась осторожно срезать с ног сетку. Подошла к орку, который собирался её прикончить — мёртв, с гарантией. С такой дырой на месте лица не живут.

«Интересно, кто стрелял?» — вяло подумала девушка. — «Расстояние даже сейчас очень большое! даже для земного оружия».

И тут по крыше кто-то затопал. Каси подскочила, выставила саблю вперёд.

— Эй-эй! — Влад поднял руки, защищаясь. — Не надо меня убивать! Всё уже, на крыше их больше нет. Один только, раненый.

— Это ты меня спас? — спросила девушка.

— Ну да, — кивнул землянин. — Я переместился сразу, а то мы совсем медленно летели. Никакого терпения! Но, короче, крышей промахнулся, на соседнюю попал. Зато оттуда всю ситуацию хорошо было видно. А потом — сюда, к тебе. Каси, давай, может, на «Стремительную»? А то мне как-то неуютно здесь вдвоём.

«Похоже, он тоже здорово перепугался», — подумала демонесса. Она давно заметила, что Влад, когда он нервничает, становится очень словоохотлив.

— А ты не промахнёшься? — осторожно спросила девушка. — Далековато. Я уже подумала, что вы не успеете.

— Нет, я на шахте натренировался. И дальность у меня теперь почти километр, и грузоподъёмность больше. Давай руку. И это, Каси, ты халатик запахни, ладно? — попросил землянин.

Каси только теперь вспомнила, что практически не одета. Ничего, кроме халата просто не успела накинуть. Нападавших стесняться смысла не было, а вот теперь стало очень неловко. Впрочем, Влад не стал заострять внимание на конфузе. Дождавшись, когда демонесса поправит одежду, протянул руку и в следующее мгновение Каси, наконец, оказалась на родной «Стремительной».

— Капитан, наконец-то! — радостный крик Ори потонул в восторженном рёве остальной команды — девушка вдруг поняла, что у неё слёзы на глаза наворачиваются от умиления.

— Ребята, я в каюту, переоденусь! — подавив всхлип, сказала девушка. — Нужно пленного взять, хотя бы одного.

Однако с пленными ничего не получилось. Влад, прихватив в помощь Леннарта и Хрёрика, переместился обратно на крышу, однако никого живого не нашёл. Даже тот раненый, которому демонесса чуть не перерубила ноги, оказался мёртв — похоже, убегающий добил. И это было очень плохо. Простые бандиты так поступать не стали бы.

Впрочем, и так было очевидно, что на неё напали не грабители с улицы. Вот только одно дело знать, что это «не простые бандиты», и совсем другое — пленный, которого можно было бы подробно допросить и узнать, что известно врагу. И кто этот враг! В какой-то момент Каси даже подумала, что это может быть даже отцовские люди. Потом отбросила мысль. Похищение — возможно, если уж дорогому папеньке настолько наплевать на мнение дочери. Но не убийство, а ведь Каси чётко слышала — тот, кто пытался её убить, действовал не по личной инициативе. Приказ был убить, если нет возможности захватить.

Ещё час «Стремительная» висела над домом — всё это время ребята обыскивали окрестности в поисках кого-нибудь из нападающих. Но тщетно. Полиция так и не появилась — впрочем, ничего удивительного. Сама она её так и не вызвала, а соседи — тем более. В этом районе живут по большей части разумные, которые привыкли справляться с проблемами самостоятельно, не надеясь на помощь государства.

— Ребята, уходим, — попросила Каси. — И вообще — нам нужно уходить сегодня же. Тягачи уже готовы, так что идём к верфям. Что-то мне надоело отдыхать на тверди.

Глава 27

Убраться, наконец, с материка было чертовски приятно. Влад прекрасно понимал, что в предстоящем полёте их тоже не плюшки с сахаром ждать будут, но всё равно радовался. Материк Лопатину смертельно надоел. Как-то не так Владу представлялся визит в империю прежде. Нет, он не ждал, что провалившихся в ад землян здесь будут встречать с хлебом-солью. Наоборот, если взглянуть на ситуацию отстранённо, люди получили даже больше, чем ожидали. Подъёмные, бесплатное лечение и обучение, возможность без особых сложностей встроиться в местную жизнь. За это Влад был по-настоящему благодарен. Вот только проблем, как оказалось, в империи не меньше, чем на оставшейся где-то в необозримой дали родине.

«Впрочем, что ты хотел? — объяснял себе Влад. — Идти против течения, и чтобы всё было легко и просто? Тут не рай с розовыми понями. Где угодно если начинаешь чем-то выделяться, у тебя начинаются проблемы. Жил бы как положено, никто бы тебя не трогал, а раз решил повыпендриваться — получай полной ложкой. Хорошо хоть Каси за нас вписалась, а то бы точно не выгребли. За что и получила…»

Перед демонессой было неловко. Как ни крути, напали на неё именно из-за землян. Впрочем, девчонка совершенно не обижалась — видно, тоже решила, что куш стоит риска.

«А какой куш? — спросил себя Лопатин. — Ну то есть мы притянем остров поближе к империи. Если, конечно, ещё притянем. Что дальше-то? Каси, похоже, считает, что он станет нашим по умолчанию. Дескать, кто притащил, тот и владелец. Остаётся только понять, согласится ли с этим её отец. И ладно отец — согласится ли с этим империя, вот что интересно?»

Мысль о том, что все юридические вопросы стоило выяснять до того, отправляться в дорогу, Влад отбросил. Некогда было, да и не стала бы Каси такой ерундой страдать, если бы не знала всех нюансов. Это они с дядей Сашей в местном законодательстве лопухи, а вот демонесса явно более-менее подкована. Однако вопрос требовалось прояснить. Правда, времени на прояснения, как всегда, не хватало.

«Стремительная» отходила ночью, потому что желающих дожидаться утра не нашлось. Пока пролетели над портом, Влад переместился в ангар в компании с Борном и спешно вывел «Ослика». Да, кораблик не слишком скоростной и совсем не вооружённый. За «Стремительной» поспевать будет не просто. Зато именно на нём стоит установка по добыче гелиотропа. Влад ни на секунду не верил, что гелиотроп им не понадобится в дороге, и вся остальная команда с ним была согласна. А «Стремительная» всё равно сильно не разгонится — они ведь не одни летят, а вместе с тягачами, отрываться от которых будет неразумно.

Двумя кораблями добрались до верфи. Работники были немного удивлены столь ранним приездом, но это ерунда по сравнению с командами корветов, которые внезапно узнали, что придётся распределиться аж на пять кораблей. Впрочем, выслушав объяснения, что это ненадолго — только до гоблинских островов, народ успокоился.

Так, под тоскливую матершину команд корветов, отошли от материка. Тоскливая — потому что сил на изобретательную и весёлую у них не было — и так-то обошлись только потому, что на гелиотропе не экономили и парусов не ставили. Только самые необходимые, без которых совсем не обойтись. Влад после того, как пропала материковая связь, не удержался от облегчённого вздоха — до последнего опасался, что в последний момент что-нибудь сорвётся и весь их эпический поход придётся отложить или вовсе отменить. Например, явится отец Каси, или владелец верфи вдруг изменит решение и отменит их договор. Судя по тому, как напряжено было лицо демонессы, она полагала такой исход вполне вероятным.

Караван, однако, никто так и не остановил, и теперь, после того, как отошли от материка, официальных препон можно было не опасаться. Влад стоял, опираясь на фальшборт и смотрел на удаляющуюся громаду материка. За несколько часов она изрядно уменьшилась, но от этого масштабы ощущались даже более явственно. Когда над тобой нависает громада, которую ты даже взглядом охватить не можешь, всё-таки не то впечатление.

«Красиво всё-таки. Большой, подсвеченный снизу гелиотропом кусок земли. Горы, долины… Почему это возможно? Какими законами всё это управляется? А ведь есть законы, иначе наша идея с магнитом бы не сработала. Получается, здесь тоже — космос. Только такой странный — с воздухом, пригодным для дыхания, и вместо планет — материки и острова. И свет не от солнца, а просто так. Интересно, это место так же бесконечно, как и наш, земной космос? И если да, то кого ещё можно здесь найти?»

— О чём думаешь, Влад? — парень даже не вздрогнул — привык, что вокруг есть куча народу, который движется так незаметно, что услышать невозможно. Эсфирра тоже как-то обходилась без посторонних звуков. Да и вообще тенебриса обычно была ненавязчива — Лопатин, грешным делом, чуть не забыл о столь драгоценном сенсе и был очень удивлён, когда обнаружил её кокон в трюме. Будить пугающую даму не стал, но она, видно, сама проснулась.

— О бесконечности вселенной, — ответил парень. — И о том, есть ли здесь ещё жилые анклавы вроде Ойкумены. А ты почему здесь?

— Ваш корабль почти пустой, а на «Стремительной» много народа, — пояснила тенебриса. — К тому же мне стало интересно, что это за установка у вас тут построена. Это из-за неё вы так спешите?

— Отчасти, — кивнул Лопатин. Он и не надеялся, что для кого-то в экспедиции их секрет таковым и останется. С Каси этот вопрос обсудили — демонесса тоже понимала, что сохранить тайну не получится, поэтому решили, что и стараться не стоит. Незачем возбуждать в разумных лишнее любопытство. Особо объявлять для всех ничего не станут, однако и скрываться — тоже. Так, по крайней мере, народ всё воспримет как должное. А по возвращении, если всё сложится удачно, излишняя информированность команды уже не будет иметь такого значения.

Так и не дождавшись развёрнутого ответа, тенебриса сказала:

— Это правильно, что мы спешим. Чем быстрее доберёмся — тем лучше. — И когда Влад повернулся, чтобы спросить, добавила: — Не спрашивай, почему. Я ведь уже говорила — я не провидец. Только чувствую.

«Даже не знаю, завидовать ей, или нет», — подумал Лопатин. — «С одной стороны, интуиция — это очень удобно, с другой — ускориться-то мы всё равно не можем!»

Где-то к обеду, когда караван уже достаточно удалился от тверди, Каси вызвала Влада — его способности к мгновенным перемещениям теперь обещали стать востребованными. Обычно-то процедура перемещения с корабля на корабль занимает достаточно много времени, и уж точно не на ходу. Наличие телепортера обещало здорово сэкономить время.

— Влад, ты в гоблинские горы с нами? — спросила Каси. — Стремительная останется тут, и ваш «Ослик» — тоже. Пойдём на корветах.

— С вами, конечно! — возмутился Лопатин. — Вдруг там тоже что-нибудь случится!

— Здесь тоже может случиться, — слегка недовольно ответила демонесса. Владу показалось, что она не слишком рада его решению. — Хорошо. Тогда собирайся. Через час будем отходить. Надеюсь, за это время на караван не нападут!

Спустя час Влад перенёс дядю Сашу, Эсфирру и Каси с Хрёриком и Леннартом на один из корветов, которым пока даже имена не давали. И вот тут начался аврал. При таком жутком недостатке людей, на счету были каждые руки. Если двигаться по прямой с той командой, что есть, корветы ещё могли, то маневрировать… В общем, уже через пару часов Лопатин сильно пожалел, что решил лететь. Так впахивать парню до сих пор не приходилось. А ещё через четыре часа корабли поймали нужный поток и стало возможно немного выдохнуть.

— Долго нам лететь? — спросил Лопатин у демонессы.

— Ещё пять часов, — ответила Каси. Девушка тоже здорово вымоталась. — На островах будем ближе к темноте. Не знаю, получится ли набрать команду на следующий день, но если всё будет хорошо, то обратно отправимся только послезавтра. Ох, я даже боюсь представить, кого мы там наберём!

— А какие сложности? — Владу в самом деле было интересно.

— Это гоблинские острова! — пояснила демонесса, как будто всё должно было быть сразу понятно. — Ну вот посмотри на свою Шмякку. Она же совсем дикая! Я не о том, что глупая, но у них там ни образования нормального, плюс ещё эта ужасная манера коверкать слова так, что даже непонятно, что говорят! Гоблины вообще очень сильно деградировали, когда провалились сюда. Долгое время жили обособленно, вернулись чуть ли не в каменный век. Потом большая часть присоединилась к империи, а оставшиеся так и продолжают прозябать на своих островах. Разумеется, империя их всё равно защищает, но они упорно продолжают считать, что должны идти своим путём!

— Так может, правы они? Ну, про свой путь и всё такое.

— Знаешь, Влад, возможность идти своим путём была у них, когда они находились на Земле. А здесь это невозможно в принципе, потому что во-первых, кроме них здесь полно всяких других жителей, во-вторых, собственных ресурсов у них слишком мало. Когда гоблины жили на Земле, она была почти полностью покрыта водой. Видел у них перепонки между пальцами?

Влад кивнул — не часто доводится послушать экскурс в историю Бездны, а Каси явно настроилась рассказать что-то крайне любопытное.

— Большую часть времени в воде проводили, вот и появились за миллионы лет. При этом под воду они окончательно так и не перешли, остались наземными существами. К тому времени, как сюда провалились, ухитрились настолько испортить собственную среду обитания, что почти вымерли, так что в Бездне их было всего несколько сотен тысяч особей. Острова у них маленькие и очень бедные. Как можно развиваться в такой ситуации? Как по мне, их правители просто не хотят терять власть, вот и внушают подданным сказки про то, что гоблины лучше всех и должны построить своё великое государство. На деле же, бедные подданные готовы воспользоваться любой возможностью, чтобы убраться на большую твердь. Так что команду мы там наберём, в этом я даже не сомневаюсь, а вот что это будет за команда… впрочем, как бы там ни было, гоблины быстро учатся. Особенно самки.

— А у вас, демонов, так не считают? — спросил Лопатин. — Ну, что нужно идти своим путём?

— Демоны в этом мире несколько дольше, чем другие. Разные ходили мнения, разные предлагались пути развития. Сейчас принято считать, что выжить можно только вместе. Ты ещё мало где бывал, но обычно моновидовые государства живут хуже, чем такие, как наше. Мы стараемся использовать положительные качества друг друга, и подавлять отрицательные. Кто-то считает, что это насилие, но как по мне — без насилия невозможно развитие.

Они ещё долго рассуждали о судьбах жителей бездны — разговор получился интересный, и Влад, пожалуй, послушал бы Каси ещё, но они уже подходили к островам.

После рассказа демонессы Лопатин ждал, что на гоблинских островах они увидят что-то крайне печальное. Трущобы, скажем, и толпы голодных гоблинов с табличками «Ищу работу за еду», но внешне всё выглядело достаточно прилично. Как только они достигли зоны действия передатчиков, с ними связались, спросили цель визита. Каси ничего не скрывала, рассказала как есть — идут, чтобы набрать команды на корветы. На удивление, никаких вопросов и возмущения у официальных властей не возникло. Оператор просто ответила «Принято», и указала маршрут, куда лучше отправиться.

Влад, естественно, поинтересовался, отчего так — почему местные власти не против, что их граждан сманивают?

— Ну, во-первых, попробовали бы они быть против, — объяснила демонесса. — Всё-таки они находятся под крылом империи, без нас они бы просто не выжили — весь гелиотроп бы разграбили светлорождённые и другие пираты. Кроме того, им от этого даже лучше — избавятся от лишних граждан, которым не нашлось места на острове, или кто не хочет жить по местным правилам. Зачем такие нужны-то? Ладно бы ценные специалисты были…

И когда они пришвартовались в указанном месте, — ещё несколько часов ударного труда! — никаких трущоб, не оказалось. Вполне мирный, даже пасторальный пейзаж. Возле порта раскинулся городок — у самого подножья горы. Много низеньких домиков, покрытых пальмовыми листьями, аккуратные, вымощенные камнем дорожки среди зелени. Сойдя на твердь Влад почувствовал себя очень высоким — только потом сообразил, что всё вокруг построено с учётом гоблинского роста. После империи, где, наоборот, всё рассчитано на здоровенных орков, разница ощущалась очень сильно.

— Идёмте в гостиницу, — вздохнула Каси. — Правда, сразу предупрежу — поспать нормально сегодня не выйдет. У них и гостиницы на гоблинские размеры рассчитаны. Не хотят подстраиваться. Так что на кровать лучше вообще не ложиться — либо сломаешь, либо всё равно не выспишься, потому что даже ноги вытянуть не получится!

Демонессе, очевидно, уже доводилось побывать в этих местах, и она от визита ничего хорошего не ждала. А вот Владу пока нравилось — как будто в какую-то игрушку вдруг попал компьютерную. Да и ощущать себя великаном было забавно. Ровно до тех пор, пока им не повстречались местные жители. Точнее — жительницы. На Влада с дядей Сашей смотрели.

«Хотя нет, смотрят — это слабо сказано. Пялятся! Кажется, я понимаю, что чувствует студентка инъяза, случайно зашедшая на физфак!»

— Владик, у меня дурные предчувствия, — пробормотал сосед. — Не нравится мне, как они смотрят. Мы зачем вообще сюда высадились? Надо было на корвете переночевать! Может, ещё не поздно?

— Поздно! — ответила Каси. — Они уже знают, что вы здесь. На корвет тоже проберутся.

— Так что ж ты не предупредила⁈ — возмутился дядя Саша.

— В каком смысле? — демонесса сделала недоумённое лицо. — Насколько я понимаю, Влад уже имел возможность оценить гоблинскую любвеобильность. Да ты и сам от этой вашей Шмякки вечно шарахаешься.

Дядя Саша промолчал. Влад тоже не нашёлся, что сказать. Парень уже и думать забыл об этой особенности гоблинских дам. Шмякку игнорировать оказалось совсем несложно, тем более, она в последнее время сосредоточила своё внимание на Тришке, и отчего-то Лопатин был уверен, что рано или поздно она соплеменника дожмёт. И потом, одно дело игнорировать одну Шмякку, и совсем другое — кучу встречных дамочек.

«Блин, шею же свернёт!» — испугался Лопатин, глядя, как одна из местных жительниц споткнулась и покатилась под горку с тропинки. Ничего удивительного — смотреть лучше вперёд по ходу движения, а она голову чуть ли не на сто восемьдесят градусов повернула — всё не могла взгляд оторвать от «красавчиков». Впрочем, гоблины, как оказалось, крепкие существа. Пострадавшая легко вскочила, отряхнулась немного, и, плюнув на изначальную цель, с решительным видом двинулась в сторону пришельцев.

— Вот что, ребята. Давайте малость ускоримся, — нервно предложил Влад. — Каси, где тут гостиница?

— А ты куда-то торопишься? — невинно спросила демонесса, замедляя шаг.

— Каси, нам нифига не до шуток! — возмутился дядя Саша.

К облегчению землян, демонесса не стала затягивать с подтруниваниями, и действительно ускорила шаг. Гостиница оказалась маленькой и тесноватой, но к посетителям там отнеслись очень приветливо. Даже расстарались и нашли кровати, подходящие по размерам. Правда, комнат в одном конце коридора отчего-то не нашлось.

— А ничего, мне нравится, — недобро улыбнулась демонесса. — В прошлый мой визит они не были такими предупредительными. Полезно всё-таки иметь в команде таких-то красавцев!

— Каси, хорош издеваться! — не выдержал Влад. Ему уже не было смешно — особенно после того, как оглянулся на администраторшу. Она послала вслед людям такой смачный воздушный поцелуй, что чуть с ног не сбила. — Лучше придумай, как нам эту ночь пережить! Я не хочу всю ночь «сеггсом трахаться»!

— А что так? — демонесса была сегодня особенно язвительна. — Мне казалось, в прошлый раз тебе это времяпрепровождение понравилось!

— Может и понравилось, но повторять не хочу! — прошипел Лопатин. — Сделай что-нибудь!

— Чем я вам помогу⁈ Буду охранять ваш сон от назойливых воздыхательниц?

— Ну хотя бы! Пусти нас к себе ночевать! Дядь Саш, переживём как-нибудь без кроватей?

— Да я на дереве ночевать готов! — ответил сосед. — Затрахают же! У меня уже возраст не для таких развлечений! А вот чего ты, Владик, кочевряжишься, я не понимаю.

— Дядь Саш, ну хоть ты-то!

Ночь прошла тревожно. По коридору всё время кто-то шастал, шёпотом переругивался, но к ним так и не постучался — всё-таки демонессу тут опасались. А вот комнаты землян явно за ночь открывали, и не раз. Влад спускался в трактирный зал с ужасом и предвкушением неприятностей. Однако сегодня отношение к ним разительно поменялось. Теперь на землян смотрели хоть и заинтересованно, но гораздо спокойнее. Да и общались не как с рок звёздами. Зато Каси, напротив, получила просто массу поклонения.

В первый момент вся троица никак не могла понять, что поисходит, и только потом до дяди Саши дошло.

— Каси! Да ведь они решили, что ты того, нас обоих это-самое. Гарем у тебя, короче, мужской. И тебя теперь тут уважают до невозможности. Надо думать, среди них очень почётно двух мужиков-то сразу иметь, когда самим наоборот одного на фиг знает сколько народу делить приходится.

Тут дядя Саша запнулся — видно, дошло, что демонесса может оскорбиться, и он поспешно добавил:

— Только ты это, Каси, ты не обижайся, ладно? Мы ж не думали, что так получится!

Каси промолчала — только обожгла дядю Сашу и Влада гневным взглядом. Тем более, как раз подошли Леннарт и Хрёрик. Орки тоже быстро заметили, что Каси теперь все превозносят, и гадали, отчего такие изменения. Демонесса сказала, что не знает. Причём таким тоном, что землянам сразу стало ясно — своих предположений лучше не высказывать. Вряд ли Каси так уж пеклась о репутации, среди своих-то, но терпеть неизбежные шутки тоже не желала.

Между тем, найм отчего-то не задался. Нет, желающих было достаточно, и даже проверку Эсфирры кандидатки проходили легко, вот только были эти кандидатки совсем не лучшие. Влад, конечно, себя к опытным воздухоплавателям не причислял, но если желающий наняться одет в лохмотья и даже говорить толком не может, причём явно по причине излишних возлияний, любому станет ясно — что-то здесь не так.

Пожалуй, если бы не взлетевший за ночь авторитет Каси, так и пришлось бы брать тех, кто есть. Однако в какой-то момент администратор гостиницы отозвала в сторону демонессу, и что-то ей долго рассказывала. Вернулась капитан мрачная и расстроенная.

— Она говорит, с недавних пор на островах часто гостят светлорождённые, — объяснила девушка. — С подарками. И теперь было дано неофициальное распоряжение — мужчин с острова не выпускать. А, главное, тех, кто работал в империи, обратно не пускают. Раньше большинство местных жительниц рассчитывали заработать в империи, найти несколько таких же деятельных подруг, а потом вернуться и найти мужа. Теперь эта дорога, получается, закрыта, так что нормальных матросов мы здесь не найдём. Придётся обходиться тем, что есть.

Новость была неприятная. Соискательницы продолжали идти одна за другой, и одна другой хуже. Самые опустившиеся личности, Влад таких и на Земле-то терпеть не мог.

— Каси, а если пустить слух, что у нас там люди есть? — спросил Лопатин. — Ну, куда мы летим. Там же, вообще-то, народу полно было. Женщин, сама помнишь, меньше, чем мужиков, так что выбор у них будет шикарный…

Лопатин специально не слишком понижал голос, и это сработало сразу. Куда-то убежала администратор гостиницы, но очень быстро вернулась, уже переодетая и с небольшим чемоданчиком. И сразу заявила, что страсть как хочет устроиться матросом на корабль, тем более опыт в юности был. А следом потянулись дамы очень серьёзной наружности. И опытные!

— Влад, ты — гений! — радостно воскликнула Каси вечером. Команды на корветы были набраны полностью, причём как минимум половина имела опыт работы на летучих кораблях. Обратно на соединение с основными силами возвращались без всяких авралов.

Глава 28

Полёт проходил достаточно спокойно, что не могло не настораживать.

«Если всё идёт нормально, значит, вы чего-то не знаете» — эту истину Влад в последнее время вспоминал всё чаще.

Команды на корветах довольно быстро притерлись, тягачи тоже двигались спокойно и без эксцессов, да и в целом путешествие больше напоминало морской круиз. Только официантов с коктейлями нет, а так — один в один, такая же скука. Каси даже пару раз устраивала манёвры для корветов — просто чтобы потренироваться, ну и развеять скуку.

Тягачи двигались втрое быстрее расчётного — так быстро, что даже «Ослика» пришлось брать на буксир — он такую скорость не вытягивал, не хватало мощности двигателей. Напротив, у тягачей мощности было предостаточно, просто обычно такую скорость они не развивали в целях экономии. Командир соединения поначалу тоже ворчал и пытался объяснить Каси, что расходовать ценный гелиотроп таким образом — напрасная трата ресурсов:

— Госпожа Касиодорра, нам незачем так торопиться! — увещевал пожилой орк. — Остров от нас никуда не денется, а если мы истратим весь гелиотроп на то, чтобы гнать тягачи, нам потом просто не хватит топлива, чтобы тянуть остров! Мне вообще кажется эта затея сомнительной, ваши же планы по ускорению полёта делают её вовсе невыполнимой. Если вы боитесь, что остроухие конкуренты успеют раньше нас — напрасно. Вам ведь прекрасно известно, что туда был отправлен флот для охраны!

— Капитан Фальгрим, не беспокойтесь о гелиотропе, — раздражённо отвечала Каси. — Это ведь не ваша проблема. Я прекрасно знаю, что делаю. Так что, пожалуйста, ускорьте движение, а остальное оставьте!

Фальгрим неохотно согласился, но периодически продолжал возмущаться — дошло до того, что он и со старпомом «Стремительной» связывался и даже с землянами — решил, что демонесса сошла с ума и попытался воздействовать на неё через команду. Но в конце концов так и отступился — за две недели пути тягачи в таком режиме сожрали просто прорву гелиотропа, но при этом запасы, которые хранились на тягачах, так и не были использованы. Фальгрим явно был изрядно озадачен, но возмущаться перестал.

Объяснялось всё просто — установку по добыче гелиотропа прямо в полёте перенесли на «Стремительную», чья скорость была всё-таки несколько выше, чем у буксиров, и по дороге каждый день добывали новый гелиотроп. Эта процедура вскоре превратилась в единственное доступное развлечение — слишком скучно проходила дорога.

— Радуйся, что всё так тихо и спокойно, — говорила Каси, когда Влад жаловался на скуку. — Вспомни, как было в прошлый раз!

— В том-то и дело, что я не на скуку жалуюсь! — отвечал Лопатин. — Просто предчувствия какие-то тревожные. Как будто не успеваем. И Эсфирра тоже молчит.

После того, как караван от материка, Влад не мог не поинтересоваться у тенебрисы, прошло ли у неё ощущение, что они опаздывают. Тенебриса это упоминала мимоходом, но Влад не мог проигнорировать. Спросил, однако Эсфирра отвечать отказалась. Сказала только, что всё равно ничего изменить нельзя, так что сейчас эти её ощущения не имеют никакого значения.

— Я уже много раз говорила, Влад, что я — не провидица. У меня есть очень развитая интуиция, которой я умею пользоваться. Но это — не более, чем интуиция. Иногда её недостаточно, чтобы сказать что-то определённое.

Но Влад отчего-то был уверен — всё она знает, просто говорить не хочет. И от этого было только тревожнее.

— Нельзя требовать от сенса больше, чем он может дать, — поучительно объясняла демонесса на жалобы Лопатина. — И вообще, я не понимаю, отчего ты так нервничаешь? Ты ведь всё равно не можешь сейчас ничего изменить, так зачем изводить себя переживаниями?

Влад это понимал, и даже согласен был, вот только всё равно нервничал.

Караван, между тем, всё сильнее удалялся от материка. Постепенно дорога перевалила за середину. Влад, наконец, нашёл себе занятие — взялся читать о практическом применении гелиотропа. Благо, в чём в чём, а в гелиотропе теперь недостатка не было, и Лопатин решил, что было бы неплохо понять, что это вообще такое, и как его использовать. К сожалению, разобраться оказалось сложно. Паутина недоступна, а учебники, которые парень всё-таки прихватил во время торопливых сборов, оказались слишком простыми. Для младших классов, получается. Правда, и из них Влад смог почерпнуть условно — полезное знание.

— Получается, если подать импульс энергии на гелиотропную пыль, она не в состоянии эту энергию удержать, и в результате происходит взрыв, — задумчиво пробормотал Лопатин. — Я-то думал, там какие-то сложные преобразования, а на самом деле… Дядь Саш, ты сильно занят⁈

Дядя Саша занят не был. Сосед тоже малость дурел от скуки и оттого, что так и не объяснился с комендантшей Хеллой до отлёта. Поэтому в новую затею включился с большим энтузиазмом.

— Смотри, — объяснял Лопатин. — Как у них снаряды в пушках устроены? По факту практически так же, как у нас, только вместо пороха — гелиотроп, а вместо капсюля — проводник этой тонкой энергии. При выстреле с инициирующего гелиотропа подаётся напряжение, отчего заряд взрывается, болванка летит в цель. Есть более сложные заряды, в которых внутри болванки тоже гелиотроп с инициирующим кристаллом, который свою энергию выпускает при столкновении с препятствием. Ну, как у нас, на Земле.

— У нас ещё замедление можно выставить, высоту подрыва и ещё какие-то дополнительные параметры, — добавил дядя Саша.

— Может быть. Не суть. Это уже сложные снаряды, и они на порядок дороже и оттого на порядок реже. А ещё, у них тут очень экономят гелиотропы, поэтому снаряды маломощные.

— Всё понимаю, только не понимаю, к чему ты это ведёшь, — честно признался дядя Саша. — Хочешь сам делать снаряды, только более мощные?

— К тому, что у нас «Ослик» сейчас практически балластом идёт. Установку мы на «Стремительную» перетащили, так что он у нас теперь только как воздушная спальня для Эсфирры. Ну и для нас. А нам с тобой делать нечего — я уже от скуки и дурных предчувствий на стенку лезу. Давай попробуем ракету сделать?

— Вот так, на ходу⁈ Владик, это ж… а хотя как, говоришь, он взрывается? Если замешать с чем-нибудь, можно горение замедлить… Только как бы не спалить «Ослика» такими-то экспериментами.

— Не спалим! Мы аккуратненько. Дядь Саш, мы ж всё равно ничего не делаем, а так хоть занятие себе найдём! Превратим «Ослика» в плавучую мастерскую. То есть в летучую.

— Владик, твоя страсть к прогрессорству меня пугает всё больше и больше, — вздохнул сосед. — Конечно, я в деле. Но попомни мои слова — мы так рано или поздно допрыгаемся. Вон, из-за установки чуть в тюрягу не сели, а до этого чуть не прибили нас. К чему нас твои ракеты приведут⁈

— А я с Владом согласен, — Борн, не сильно любил, когда мнения землян по каким-то вопросам расходились. Лопатин подозревал — из-за того, что приходилось думать и принимать самостоятельное решение, а молодой орк это сильно не любил. Не то чтобы не умел — кем-кем, а дураком Борн не был. Просто ему было лень самому думать. А ещё он всегда предпочитал действие бездействию. — Это ж круто, что мы гелиотроп добывать научились. Вон какая движуха началась! Жду не дождусь, как вернусь в свою школу, весь такой крутой и даже с долей земли на целом острове, и всем учителям скажу: «А вы говорили, я в Орочьей свободе сгину!» И с ракетами этими всё круто будет!

— Ты хоть знаешь, что такое «ракета»? — подозрительно спросил дядя Саша.

— Понятия не имею, — махнул рукой Борн. — Но ясно, что что-то взрывающееся. Вы, земляне, походу, круто там у себя на Земле всё взрывать научились. И вообще всякое убивающее ловко придумываете. Судя по автоматам. Так что будет весело!

Влад потом ещё не раз вспоминал эти слова — про то, что будет весело. Скучать действительно не пришлось. Следующие две недели троица «бездельников» переоборудовали многострадального «Ослика». Точнее, только трюм. Там и раньше дядя Саша хранил небольшой запас инструментов и всяких материалов — из тех, что куплены на материке, а также большую часть наворованного с родного острова. За два дня общими усилиями вся эта куча хлама превратилась в аккуратную мастерскую — любо-дорого посмотреть. Даже у Влада руки зачесались что-нибудь такое сотворить, хотя он искренне считал, что растут они у него из задницы.

Однако до собственно конструирования ракет было ещё очень далеко. Начать решили с подбора состава. В чистом виде гелиотропная пыль просто взрывается, как топливо для ракеты не подойдёт. Нужно, чтобы горела помедленнее.

К тому времени суетой землян заинтересовалась не только Эсфирра, но и Каси.

— Так, — задумчиво пробормотала демонесса. — Принцип того, что вы хотите сделать, я, кажется, поняла. Это кошмарно расточительно, но для нас экономия уже не слишком актуальна, так что тут я согласна. Наверное, даже, интересный проект. Я только понять не могу — как у вас вообще хватило ума додуматься проводить эксперименты на корабле⁈ Деревянный корабль, самое страшное на котором — это пожар. И вот, безумная троица решила построить кустарную лабораторию по созданию взрывчатых смесей на корабле. Прямо в полёте. Честно — кто бы рассказал, подумала бы, что это какой-то странный анекдот.

— Да нормально всё будет, Каси! — дядя Саша свой скепсис за прошедшие пару дней растерял. Всё-таки заниматься чем-то полезным гораздо интереснее, чем спасаться от скуки учебниками и парой случайно попавшихся под руки местных романов. — Мы же с осторожностью, с соблюдением всех мер безопасности. И потом, у нас вон Эсфирра есть. Предупредит, если что-то не то намешаем!

— А испытывать вы как собираетесь? — спросила Каси.

— По чуть-чуть можно и прямо на палубе, — пожал плечами Влад. — А если крупное… да не дойдёт до крупного, мы уж прилетим скоро.

— Только в моём присутствии, — вынесла вердикт девушка. — И Леннарта ещё сюда переведём, он, если что, с ожогами хорошо справляется. А я прослежу, чтобы вы ничего не наворотили!

И Влад понял, что демонесса тоже мается от скуки и не против развлечься. Полёт в этот раз не только землянам казался скучным.

«Эсфирра — это, конечно, что-то, — думал Влад спустя пару дней, когда у них начало получаться. — Понятно теперь, отчего сенсы так ценятся. И тем удивительнее, что нам так легко удалось сенса найти. Точнее, она сама нас нашла».

Владу, порой, даже приходили в голову мысли, что за такую удачу придётся расплачиваться. Он прекрасно помнил, что Эсфирра упоминала об этом. Говорила, плата окажется по силам, и, вроде бы, даже упоминала, что Влад эту плату отдаст охотно. Однако настолько доверять словам тенебрисы парень ещё не научился, и поэтому немного переживал.

Пользоваться её способностями, правда, не стеснялся. Очень удобно, когда большую часть экспериментов даже не нужно проводить. Достаточно высказать предположение в присутствии сенса, и та либо отрицательно качает головой — в таком случае лучше не тратить ценные ингредиенты, всё равно ничего хорошего не получится. Либо, наоборот, кивает, и тогда — определённо стоит попробовать.

Иногда, правда, случаются накладки. Как в тот день, когда они случайно изобрели гелиотропный термит.

Несколько дней до этого их преследовали неудачи — даже если Эсфирра кивала на очередное предложение, выходило всё равно что-то неудобоваримое. Либо горение слишком медленное, либо наоборот. Получался тот же взрыв, пусть с какими-то необычными свойствами. Дядя Саша таким способом уже изобрёл светошумовую гранату — как оказалось, если смешать гелиотропную пыль с обычным песком, и подать на эту смесь энергию, она взрывается с очень громким хлопком и яркой вспышкой. Полезно, но несколько не то, что требуется.

Чаще всего получалась бесполезная ерунда. Естественно, в первую очередь земляне стали пробовать ингредиенты с земли. Прежде всего — порох, тротилл, ну и более простые вещества вроде той же серной кислоты из аккумуляторов. Тщетно. Даже в смеси с земным порохом гелиотроп никаких необычных свойств не демонстрировал. После того, как вменяемые идеи закончились, принялись за местную химию. Каси, которая поначалу изображала строгого контролёра, тоже увлеклась, и высказывала идеи. Вот и теперь девушка предложила смешать пыль гелиотропа с сахаром. Все дружно покосились на Эсфирру — без особой надежды, потому что это уже какая-то алхимия получается, а та неожиданно кивнула. Да ещё и с энтузиазмом — Влад уже успел для себя составить градацию её кивков.

Сахара на «Ослике» не было — все припасы хранились частью на «Стремительной», частью на тягачах. Однако с телепортером это не было проблемой. Сбегали за сахаром, вернулись. Влад высыпал граммов пятнадцать в плошку, и начал аккуратно вмешивать гелиотропную пыль. Понемногу, но не забывая смотреть на Эсфирру. Наконец, та сказала:

— Хватит.

— И что же у нас должно получиться? — пробормотал Лопатин. Вопрос был риторическим, потому что тут Эсфирра никак помочь не могла. Нужно было выяснять самостоятельно.

Отправились на палубу — тоже по давно заведённому правилу. Помня, как долго все ловили зайчиков после свето-шумового состава, все надели тёмные очки. Влад с дядей Сашей — земные, а Каси самодельный местный аналог. Массово в Ойкумене такие приспособления не делаются за отсутствием солнца.

Влад аккуратно поднёс активатор, заранее готовясь отскочить, если рванёт слишком сильно. Однако взрыв в этот раз оказался совсем не таким впечатляющим, как даже у чистой гелиотропной пыли. Зато жаром пыхнуло так, что Лопатин даже через толстую перчатку почувствовал. Ну и лицо здорово опалило — показалось на секунду, что ресницы сгорят. Обошлось. А вот металлическому подносу, который использовался для экспериментов, пришёл конец. Как и палуба под ним. Позже выяснилось, что состав прожёг насквозь весь корабль, и очень хорошо, что ничего важного по дороге не задел.

Открытый огонь на воздушном корабле — ситуация, на самом деле, не слишком редкая. По крайней мере — на военном, так что средства пожаротушения предусмотрены изначальной конструкцией и поддерживаются в порядке всегда. «Ослик», конечно, тоже был такой системой оборудован — мука порой бывает поопаснее пороха, так что прежний хозяин к безопасности относился строго. Автоматическая система в трюме сработала мгновенно, а занявшуюся палубу дядя Саша резко потушил уже земным огнетушителем — специально каждый раз во время экспериментов стоял наготове и вот, пригодилось.

— Так, всё, — сказала Каси после того, как всё проверили и убедились в отсутствии непоправимого ущерба. — Думаю, все со мной согласятся, что эксперименты нужно сворачивать. Неизвестно, что может получиться в следующий раз.

— Мои извинения, — коротко сказала Эсфирра. — Я не могла предположить, что получится столь разрушительное вещество. Чувства подсказали мне, что результат будет полезным…

— Он действительно полезный, ты не ошиблась, — кивнул Влад. Парень всё ещё был малость ошеломлён скоростью, с которой прогорел сначала стальной лист, потом палуба, да и весь остальной корабль. Причём система пожаротушения с самой смесью ничего сделать не смогла — только с последствиями. — Эта штука будет похлеще напалма! Но, пожалуй, от экспериментов лучше действительно воздержаться. А жаль. С ракетами-то так и не получилось! Топлива как не было, так и нет.

— Будет ещё время эти ваши ракеты изобрести. Всё бы вам изобретать!

Эксперименты свернули, потому что напуганы были все. Да и в любом случае, дорогу скоротали — очень скоро должен был появиться остров, буквально со дня на день.

— Вообще-то уже можно было бы заметить, — пробормотал как-то Тришка. — Мы далеко ещё, да, и погода начинает меняться, воздух не так прозрачен, поэтому не видим. Завтра-послезавтра появится…

Сказано было небрежно, но земляне беспечным тоном Тришки не обманулись. Да и остальные, кто слышал, тоже насторожились. И конечно, ни на следующий день, ни через день остров так и не увидели. Вперёдсмотрящий смог что-то разглядеть только спустя четыре дня, вот только это был не остров. Это был авианосец эльфийской постройки.

— Мы не успели, — сказала бледная от злости и разочарования Каси. Они нас опередили. Вот почему на меня напали перед отлётом. Хотели задержать.

— Как они так быстро подсуетились? — Влад спрашивал, но на самом деле ему было неинтересно. Просто нужно было что-то говорить, чтобы не думать. Родной остров. Город, в котором он прожил всю жизнь. Последняя ниточка, связывавшая его с далёкой Землёй. Лопатин не надеялся вернуться, и даже не хотел этого. Но этот остров…

— Разведка, — ответила Каси. — Как только мы сообщили об обнаружении, эльфы уже обо всём узнали, и сразу начали действовать. В отличие от нас. Им столько подготовки не нужно было.

— А что с охранным флотом⁈ Туда же капитан Грин уходил. Неужели не справился⁈ — Спросил Ори. Каси только плечами пожала — ей-то откуда знать?

— Так что… всё, возвращаемся? — это дядя Саша подал голос. Пожилой землянин тоже выглядел — краше в гроб кладут. «Как бы с сердцем плохо не стало», — мелькнула у Влада мысль.

— Мы их заметили, — ответила Каси. — И они нас — тоже. А тягачи быстрее не разгонятся. Уйти просто так нам не дадут.

— Нет уж, — сказал Влад. Растерянность вдруг прошла. В груди заворочалась тугая, тяжёлая злоба. — Это не они не дадут нам уйти. Это мы не дадим им уйти. Как там говорил наш лидер на Земле? Не можешь избежать драки — бей первым? Каси, ты не против, если мы сбросим в бездну ещё один авианосец?

Глава 29

«Стремительная» шла на полной скорости прямо на строй вражеских кораблей, и даже не собиралась маневрировать. Их нелепое нападение, похоже, привело противника в замешательство — не каждый день шлюп так смело идёт в атаку на два десятка «пираний».

— Новейший авианосец «Осиный улей», — сквозь зубы пояснила Каси, когда они приблизились. — Только полгода как поступил на вооружение светлорождённых. У наших ребят не было шансов. Только «Пираний» на борту, сорок штук, и ещё пятнадцать «Гончих». И ещё «Оводы». Не помню сколько. С такой силой они просто не могли справиться, тем более, при поддержке авианосца.

«Так какого хрена сюда отправили такой маленький флот, от которого всё равно никакого толка⁈» — хотелось спросить Владу, но он промолчал. Каси точно не виновата, что их с дядей Сашей родной остров окончательно провалился в бездну. А вот к империи у Лопатина были вопросы. Но это потом, позже. Сейчас нужно было уничтожить остроухих тварей. И ещё — выжить.

Там, на авианосце, появление противника, конечно заметили. Навстречу вышли два десятка тех самых «Пираний». Кораблики маленькие, едва ли треть от размеров не самой большой «Стремительной» Вполовину меньше знакомых уже «Гончих», однако вооружены по словам Каси не хуже, а ещё очень маневренные. Сейчас, когда противник сам идёт в руки, спешат навстречу только на гелиотропном ходу. Единственная мачта не только без паруса, но и сама сложена, чтобы уменьшить сопротивление воздуха.

— Хорошие машины, — продолжала рассказывать Каси напряжённым голосом. — На коротких дистанциях, пожалуй, лучше наших аналогов. Только применение очень узкое — они не могут далеко отходить от авианосца. Почти полностью отсутствует автономность. Даже просто держать максимальную скорость и воевать долго не смогут. Они получились слишком неэкономичными. За высокую маневренность приходится платить.

Встреча «Стремительной» и своры «Пираний» должна была произойти на расстоянии десяти километров от авианосца. Остроухие поторопились — не хотели дать добыче уйти. Уверены были, что сейчас тягачи начнут разворачиваться и убегать во все лопатки, а боевое прикрытие останется, чтобы задержать преследователей. Чего они точно не ожидали, так это того, что тягачи продолжат движение как ни в чём не бывало. Но это ладно. Вот то, что рехнувшийся шлюп вырвется вперёд и отправится навстречу, готовясь атаковать этих самых «Пираний» — вот это был настоящий сюрприз.

Хотя на самом деле никто «Пираний» атаковать не собирался, только они об этом пока не знали. Сейчас все двадцать юрких корабликов расходились широким полукуполом — готовились к встрече. Если уж безумный шлюп сам идёт в руки, они постараются, чтобы он не передумал в последний момент.

И «Стремительная» тоже готовилась. Где-то в недрах машинного отделения гремлин — механик Хримп носился, как бешеный, и из его рта непрерывно исторгалась площадная брань. А на палубе в это время точно также, не переставая, матерился дядя Саша — весь потный и покрытый сладкой пылью.

— Мать честная, я похож на чёртову сладкую булочку! Ненавижу сладкие булочки! — Сахарная пудра оседала на лице, смешивалась с потом и становилась липкой. Влад не стал говорить соседу, что на самом деле он похож не на булочку, а на наркомана в последней стадии ломки. Даже глаза такие же красные, с прожилками. И предлагать помочь — тоже не стал. Помыться сейчас толком негде и некогда, а устраивать акт самосожжения, если произойдёт вдруг цепная реакция, Влад не собирался.

Противники всё сильнее сближались. Оставалось меньше километра. «Стремительная» находилась почти в центре условной полусферы, в которую выстроились противники. Ещё несколько минут — и начнут стрелять. Пушки у «Пираний» не слишком мощные, но их много. Против перекрёстного огня со всех сторон шлюп долго не выдержит.

Ещё минута, и «Стремительная» окажется в зоне действия артиллерии противника — по крайней мере, тех, кто находится выше. Пора маневрировать, но шлюп продолжает идти прямо, будто не замечая врагов. Каси на капитанском мостике стоит невозмутимо, и только лёгкий румянец выдаёт её возбуждение.

— Форсаж, — спокойным голосом говорит демонесса, комментируя свои действия.

Шлюп как будто получает пинка — скорость мгновенно увеличивается втрое. Противник такого явно не ожидал. Такое мощное ускорение — это для малых кораблей. Для тех же «Щук», «Гончьих» и «Пираний». Шлюпы тоже могут ускоряться, но не настолько сильно. Да и не нужно им обычно.

«Надеюсь, выдержит», — с некоторым беспокойством думал Лопатин, прислушиваясь к скрипам и стонам корабля. Всё-таки «Стремительная» действительно не рассчитана на такое ускорение, и вряд ли даже такой кудесник как Хримп мог хорошо подготовить корабль за такое короткое время.

Сюрприз удался. Конечно, «Пираньи» среагировали почти мгновенно. И тоже ускорились, вот только у них нет возможности двигаться так быстро слишком долго — просто не хватит запаса гелиотропа. А на «Стремительной» — хватит.

Боя так и не случилось. Они просто пролетели сквозь неплотные порядки вражеской мелочи, не изменив курса, а те теперь вынуждены догонять. Фора получилось совсем небольшая, но и скорости равны. Догнать неожиданно шустрый шлюп на прямой даже пираньи не в состоянии. Вот «Гончие» — те могли бы, однако они ушли чуть другим курсом — так стремились не дать уйти тягачам. Командование противника решило, что для «Стремительной» будет достаточно одних «Пираний».

Шлюп нёсся к вражескому авианосцу с ускорением, которого от него никак нельзя было ожидать. Влад, на месте вражеского командующего обязательно насторожился бы — с чего бы маленькая по сравнению с авианосцем скорлупка так торопится навстречу смерти?

«А впрочем, что он может сделать? Убраться куда подальше? Так не успеет! А охранение отчего-то не выпускает».

Каси упоминала, что помимо перечисленных «Гончих» и «Пираний», у этого типа авианосцев в штате должно быть ещё несколько совсем мелких «Оводов», которые вовсе не отходят от корабля дальше, чем на пару километров, не имеют парусов, зато имеют какой-то зачаток крыльев — явно попытка сконструировать нечто вроде самолётов, но только в условиях жёсткой экономии топлива. Так вот, этих самых «Оводов» отчего-то не было, ни одного. Вместо них в воздух поднялись недостающие «Пираньи».

— Вот они куда делись! — обрадовалась Каси. — Хотя нет. Всё равно мало, всего пять штук…

— Учитывай, что на них тоже может быть земное оружие, — напомнил Лопатин. — Если они не идиоты, то собрали с острова всё ценное.

— Поучи меня ещё! — буркнула Каси. — Сами-то это не забудьте учесть, когда пойдёте. К слову, приготовьтесь, осталось минут пять.

Влад уже и так был готов. Дядя Саша закончил расфасовывать смесь по мешочкам. Инициирующие устройства тоже готовы — это Хримп постарался. Конструкция получилась жутко неудобная, да и опасная, но ничего лучше придумать в условиях цейтнота не получилось. И так-то едва успели. Абордажная группа уже собралась на палубе — Тришка, Хрёрик, Леннарт и Ори. Влад как-то даже не ожидал, что старпом отправится с ними, однако Каси сама настояла:

— Должен же среди вас быть хоть один здравомыслящий индивид! Ори, проследишь за ними, хорошо? Влад, я надеюсь, ты понимаешь, что Ори — главный?

Лопатин не спорил — сам всё понимал. Как и то, что его бы вовсе не пустили на абордаж, если бы не способности. Как ни крути, а опытные вояки больше подходят для того дела, которое им предстоит. Борн вот остаётся на «Стремительной», и дядя Саша — тоже, хотя оба всеми силами рвутся в бой. Влад был здорово удивлён таким поведением соседа. Он-то считал, что дядя Саша — человек спокойный. Даже немного флегматичный. Это он, Лопатин вечно нервничает, переживает, расстраивается и рефлексирует. Дядя Саша — не такой, он эмоциям не поддаётся.

Как бы не так! Потеря острова по соседу ударила неожиданно сильно. Он как-то разом постарел, осунулся. Лицо побледнело, под глазами круги образовались. Однако впадать в отчаяние и рвать на себе волосы землянин не стал. Вместо этого занялся делом — как безумный принялся готовить термит.

Насчёт пяти минут Каси слегка ошиблась. Они приблизились на нужное расстояние раньше.

— Так, всё. Можем переходить, — сказал Влад, и распахнул объятия. Ну да, не слишком пафосно, но другого способа перенести не такую уж маленькую компанию парень не знал.

Мгновение, и они на палубе противника. Здесь их не ждут. Даже замечают не сразу. Пока Влад приходит в себя после трудного перемещения, остальные уже действуют. Хрёрик и Леннарт бьют из ручных метателей — они тише, чем автоматы. Ближайшие матросы падают, не успев понять, отчего умерли, где-то раздаются крики…

В прошлый раз Влад не успел оценить, насколько огромен авианосец. Впрочем, тот и был вдвое меньше — ничего удивительного, устаревшая машина. К пиратам редко попадают новейшие разработки. «Осиный улей» был вдвое больше. Парусов почти нет, на таком корабле привести парусное вооружение в походное положение — дело нескольких часов. Просто не успели ещё. В момент, когда абордажная группа переместилась на авианосец, около тысячи матросов сновали по палубе, носились по вантам. Суета стояла страшная, и даже появление диверсантов заметили не сразу. И Ори успел сообразить, как этим воспользоваться.

— Уходим, уходим! — рявкнул старпом, и первым рванул к трапу. Как Ори успел этот трап заметить, Влад понятия не имел. Видно, опыт сказывался.

Абордажники среагировали мгновенно. Леннарт, которому было поручено следить за землянином, схватил того за локоть и потащил — Влад едва успевал переставлять ноги, чтобы не рухнуть. Ссыпались по лестнице.

— Держись позади! — рявкнул Леннарт. — Но не вздумай отстать!

Они бежали по тесному коридору, поворачивали на развилках, и опять бежали. Первые несколько минут никакого сопротивления не было. Слишком неожиданно появились диверсанты, команда авианосца просто не успела отреагировать.

На очередной развилке Ори, резко затормозил. Влад опять не успел отреагировать, чуть не впечатался в спину шедшему впереди Леннарту. Послышался треск метателей, в стену напротив поворота несколько раз что-то мощно ударило. Ори сорвал с пояса гранату, швырнул. Бахнуло. Орк рванул за поворот, выпуская очередь из автомата — пришло время земного оружия. Следом за Ори рванули остальные, на ходу добивая раненых.

— Не задерживаемся! — кричит Ори. — Пока они не опомнились и не организовали сопротивление! Влад, здесь спускаемся, а то влезем прямо в расположение десанта!

«То есть, Ори даже понимает, куда мы бежим⁈» — поразился Влад. Сам Лопатин уже после третьей развилки заблудился, и вернуться той же дорогой вряд ли сумел бы. А Ори, оказывается, прекрасно понимает, куда бежит! И судя по тому, как кивают, остальные — тоже.

Удивление не помешало достать из рюкзака мешочек с термитом, взрезать его, и рассыпать содержимое по полу. Щелчок активатором, волна жара, и в полу появляется неровное отверстие вполне приличных размеров.

— Зараза, лишнего прогорело, — пробормотал Ори, глянув вниз. — Хрёрик, доставай верёвку, а то мы так до самого днища свалимся!

— Ребят, вы чего? — удивился Лопатин. — Нам на следующий уровень, да? Ну давайте, обнимемся, что ли.

Успели вовремя. Влад, перед тем, как переместиться, как раз успел увидеть, как из коридора навстречу выбегает целая толпа вражеских матросов. Много!

— Бегом, бегом! — рявкнул Ори, как только они оказались внизу. — Быстрее!

И добавил:

— Бездна, надо запомнить, что этим можно пользоваться не только чтобы с корабля на корабль перемещаться! Ты, Влад, не молчи. Нужно говорить, если видишь, что кто-то дичь творит! Я-то как привык действую!

— Я и сказал, — пожал плечами Лопатин. — А что, надо было раньше?

— Нет, всё правильно. Не тормозим, резче!

На нижней палубе их ещё не ждали. Снова несколько минут бега до тех пор, пока не упёрлись в заслон. Ещё одна граната, пара коротких очередей, и путь свободен. Вот только задержка всё равно сказалась — Влад услышал ругань и топот за спиной. Развернуться, полоснуть очередью, швырнуть гранату.

— Бегом! — орёт старпом.

И снова бегут. Влад уже окончательно потерялся. Несколько заслонов снесли сходу, не задерживаясь. Пару раз натыкались на более серьёзное сопротивление, и тогда Ори, не вступая в драку, требовал либо перенести их за спину врагам. Или же диверсанты просто прожигали очередную неаккураткую дыру и уходили ещё ниже.

— Да сколько можно! — не выдержал Влад. — Этот авианосец что, бесконечный⁈

— Пятнадцать палуб, землянин, — буркнул Ори. — Мы — на седьмой. Но сразу спускаться не стоит, а то успеют среагировать. Жаль, разделиться нельзя. Было бы неплохо ещё к маневровому машинному отправить кого-то, оно ближе и разрушить проще.

Они даже думали об этом, когда готовились к нападению. Зачем лезть в самые глубины корабля, если достаточно уничтожить сравнительно небольшое машинное отделение маневровых двигателей одного из бортов? После такого авианосец в любом случае не сможет нормально двигаться. Ни о какой погоне, конечно, речи уже идти не будет. Но что имперцы, что земляне твёрдо решили — эльфы отправятся в бездну, все. Никаких полумер.

Влад вспомнил, как побледнел дядя Саша, когда понял, что их острова больше нет. Вечно спокойный, даже флегматичный, сосед и теперь вёл себя, как ни в чём не бывало. Но постарел. Разом, как будто не пятьдесят пять ему, а все семьдесят. Даже, как будто, седины в волосах стало больше, хотя Лопатин прекрасно понимал — просто кажется. Всё-таки не каждый день человек теряет последний осколок родины. Влад и сам старался об этом не думать лишний раз — сосредоточился на том, чтобы уничтожить тварей, которые лишили его дома. Всё остальное — потом.

Абордажники, между тем, продолжали продвигаться вперёд. Не то чтобы не встречали сопротивления — просто враг пока не мог приспособиться к их тактике. Впрочем, когда они подошли к машинному отделению, стало ясно — цель диверсии остроухие прекрасно разгадали. Эльфы — не идиоты, понимали, куда так оголтело рвутся вражеские диверсанты. Вот только и здесь сработала инерция мышления — основные силы, сосредоточились на этаже с машинным отделением.

— Давай, Влад. Пропали им тут дыру! — долгий бег неизвестно куда закончился как-то резко и неожиданно. Они остановились в каком-то техническом помещении — трубы, какие-то машины, котлы… Лопатин не смотрел. Сорвал с пояса ещё один мешочек. Взрезал, рассыпал, активировал.

Снизу раздался короткий вопль — на несколько голосов. Впрочем, вопль быстро затих — термиту всё равно, что прожигать — дерево, металл, или плоть разумного. Тот, на кого попало, быстро заткнулся. Зато в дыру снизу полетели стрелки метателей. Влад, неосторожно сунувшийся, чтобы посмотреть, едва успел отшатнуться. И то, в голову что-то больно ударило. На секунду показалось, что всё. Леннарт отдёрнул его подальше, внутрь полетели гранаты.

— Куда лезешь, человек⁈ — рявкнул Тришка. — Хочешь, чтобы мы все здесь остались⁈

Влад ощупал голову. Повезло! Скользнуло по черепу, по касательной. Рана кровила жутко, но, вроде, ничего опасного.

Пока он разбирался, жив, или уже умер, остальные без дела не стояли. Взрывы гранат изрядно проредили собравшихся внизу. Орки с воплем попрыгали вниз — и плевать, что термит и дальше всё проплавил. В этот раз дыра получилась шире, так что жать телепортера не стали — взяли разбег, и перескочили. Да и сопротивляться толком некому было после гранат.

Лопатин тоже переместился вниз, однако его помощь пока не требовалась. Тришка уже занял позицию на выходе в коридор. Швырнул предпоследнюю гранату, и теперь только периодически постреливал, не давая защитникам ворваться в машинное отделение. Орки в это время обильно «удобряли» удобряли термитом какие-то огромные машины. То ли двигатели, то ли ещё что-то важное.

Влад, убедившись, что несколько минут гоблин продержится, тоже принялся избавляться от лишнего термита.

— Ну что, пора полетать, — злобно ухмыльнулся Лопатин, и щёлкнул активатором. Одновременно то же самое проделали орки. Пыхнуло диким жаром. Влад успел увидеть, как что-то рвануло, отбросив стоявшего поблизости Хрёрика к стене, а потом раздался ещё один взрыв, и свет выключили.

В себя Лопатин пришёл резко. Кто-то тёр его за уши и одновременно больно щипал за нос. Парень открыл глаза и увидел над собой закопчёную окровавленную физиономию Леннарта.

— Подъём, инвалид! — У Леннарта на лице была лёгкая паника. — Ты уже минуты три валяешься! Валим отсюда, пока не рухнули вместе с ними!

Корабль падал. Очевидно, какие-то вспомогательные двигатели продолжали работать, так что падал он ещё и криво и медленно. Но уничтожение машинного отделения — это приговор. А значит, действительно пора было уходить.

Влад пополз к Ори, прихватив по дороге бессознательного Хрёрика. Того как взрывом отбросило, так он и не встал. Хорошо, рядом лежал. Кое-как сползлись все вместе. Осталось переместиться. Влад зажмурился, и постарался оказаться как можно дальше. Всё равно, где — лишь бы дальше.

Мгновение, и они снаружи. Холод обжигает дыхание. Влад резко распахивает глаза, только для того, чтобы убедиться — они где-то внутри тумана. Пока он лежал без сознания, авианосец упал слишком глубоко.

— Это плохо, да? — спросил Ори.

Влад ничего не ответил, вместо этого снова переместился. Вверх, как можно выше. И ещё раз. Туман остался внизу — где-то в полукилометре.

— Вообще да, хреново, — сказал Лопатин. — Кто увидит «Стремительную» — скажите.

За последнее время, Влад очень хорошо прокачал свою способность. Теперь максимально он мог переместиться на километр. И с грузом. После тяжёлой тележки с рудой даже трое орков и мелкий гоблин в довесок не казались такими уж тяжёлыми. Однако усталость уже чувствовалась, а «Стремительную» всё никак не удавалось рассмотреть. Ветер в ушах потихоньку усиливался — тяготение над бездной не слишком велико, но скорость падения всё равно постепенно увеличивается. Судя по всему, пока он валялся без сознания, повреждённый авианосец опустился очень глубоко. Влад ещё раз переместился выше.

— Ну⁈ — «Стремительную» всё никак не было видно. Ещё и кровь из рассечённого лба мешала — никак не разглядеть.

— Вон она! — Крикнул Леннарт.

Влад проследил за взглядом лекаря и выругался. Далековато. Переместился раз, другой, третий. Родной кораблик ощутимо увеличился в размерах. Вот только опять течёт кровь носом, да и в голове такое знакомое ощущение. Как будто её что-то распирает изнутри.

— Что, хреново? — спокойно спросил Ори. — Если можешь переместиться один, перемещайся. Незачем гибнуть всем.

— Да отстань ты ещё, под руку будет говорить! — возмутился Лопатин.

Парень прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Стремительная приближалась. Их, похоже, заметили, и теперь очень старались облегчить работу. Кажется, шлюп двигался даже несколько быстрее, чем если бы просто падал.

— Что, всё? — печально спросил теперь уже Тришка. — А я так и не трахнул Шмякку! А ведь уже почти собрался!

— Да заткнитесь вы! Не видите, она нас догоняет!

Влад чувствовал, что голова вот-вот лопнет. Чувствовал, что сил почти не осталось, а кровь из носа течёт непрекращающейся струйкой. Но они сейчас действительно падали медленнее, чем летела к ним «Стремительная»!

— Охренеть! — пробормотал Ори. — С ума сошла! Она сейчас все движки сожжёт!

«Стремительная» шла почти вертикально, носом вниз. Может, Каси успела бы их догнать до того, как они скроются в тумане. Но рисковать не хотелось. Влад вперился взглядом в кораблик и очень, очень сильно захотел оказаться на нём. На твёрдой, родной палубе, где его ждёт Дружок, дядя Саша. И Каси.

В ноги что-то больно ударило, и Влад повалился на спину, а сверху его придавил кто-то из орков. Да так, что даже дышать не получалось.

— Каси, убирай форсаж! — заорал Ори изо всех сил. А Влад боролся с дикой дурнотой. Так хреново ему было всего несколько раз в жизни.

«Всё-таки я сильно перенапрягся с последним прыжком», — подумал парень.

Леннарт, — а это он придавил собой Влада, — уже поднялся, и теперь хлопотал над Хрёриком. Тот пока так и не пришёл в себя, но, судя по спокойной физиономии лекаря, ничего критичного с орком не случилось.

Влад заставил себя подняться. Не сразу, по частям. Сначала перевернулся на живот, приподнялся на ладонях, подтянул под живот колени. Раскашлялся, заливая палубу кровью Кажется, не только из носа. По лицу прошлись мягким, тёплым и слюнявым языком.

— Фу, Дружок! — пёс выглядел встревоженным. Поскуливал, смотрел с такой тоской, будто вот-вот завоет.

— Влад! — Голос у Каси тоже был встревоженный. — Александр умирает!

— Что⁈

Немощь и дурнота были забыты. Влад вскочил, пошатнулся.

— Не знаю, что с ним. Когда рухнул авианосец, а вы не появились, он охнул, свалился. Я не разбираюсь в человеческих болезнях!

Влад поспешил на мостик. Леннарт, оставив в покое раненого Хрёрика — тоже. Сосед сидел в кресле. Бледный. Губы — синие. Влад глянул ногти на руках — то же самое.

— Сдаётся мне, всё, Владик, кончаюсь, — прошептал дядя Саша.

— Чего у тебя, дядь Саш, сердце?

— Кажись, да. Никогда не жаловался, а тут вот…

— Леннарт!

Лекарь, уже раздобывший где-то свою медицинскую сумку, уже и так хлопотал вокруг пожилого землянина. Послушал сердце, померял давление. Дал обезболивающее. Дядя Саша слегка расслабился. Влад с надеждой взглянул на орка, но тот только руками развёл.

— Сердце — это для меня слишком сложно. Я — не хирург. А у него инфаркт. Кажись, всё, отбегался землянин. Что ж ты так? — он укоризненно взглянул на дядю Сашу.

— Сам себя ругаю, — прошептал сосед. — Видать, ненадолго островок наш переживу. Ну и хрен с ним. Главное, этим тварям отомстили.

— Хрен. Там. Плавал. — Отчеканил Лопатин. — Я тебя, дядь Саш, не отпускал, понял? И помирать не смей. Каси! Нам нужно спуститься вниз. Леннарт, Хрёрик, кто там? Готовьте установку.

— Ты что задумал⁈ — спросила Каси.

— Если медицина не поможет, значит, поможет гелиотроп. Девственный, — сказал Лопатин.

Каси молча отошла к штурвалу. Стремительная снова клюнула носом.

— Леннарт, делай, как он говорит, — велела демонесса.

— Да с чего вы взяли, что это вообще, поможет⁈ — возмутился Тришка.

— Ни с чего, — ответила демонесса. — Но Влад прав, это может помочь.

«Не может помочь, а точно поможет!» — подумал Лопатин, но вслух сказал:

— Ты только продержись, дядь Саш! Лежи сейчас, не двигайся. Всё сами сделаем, только не шевелись пока, и не делай ничего!

Самое сложное оказалось уложить дядю Сашу на платформу и привязать к ней. Сосед не сопротивлялся — просто не мог. Но вид имел крайне недовольный и скептический.

— Дал бы ты мне, Владик, помереть спокойно? Что ты меня мучаешь?

— Дядь Саш, просто заткнись, ладно? — попросил Лопатин. — Знаю я таких болящих. Когда хреново — помереть готовы, даже хотят. Выздоровеешь — будешь ещё извиняться, что вёл себя как капризная девочка.

— Ну-ну. — Сосед только губы поджал. Влад не обижался.

Доводилось общаться с тяжело больными — всякое в жизни бывало. Все они ведут себя одинаково — и мужчины, и женщины. В какой-то момент, когда организм идёт в разнос, больному человеку действительно хочется, чтобы всё уже побыстрее закончилось. А ещё — чтобы его не трогали. Но ни того, ни другого Влад дяде Саше разрешить не мог. Не хотел.

— С тобой пойду, дядь Саш, — пояснил он другу. — Так что не переживай.

Сосед промолчал.

«Стремительная» опускалась всё ниже. Борн уже начал крутить педали — заранее, видно, чтобы время не терять. Влад перешагнул на платформу, она начала спускаться. Каси разогналась, видно от нервов. С разгону шлюп спустился значительно ниже необходимого — даже туман уже поредел. Мороз пробирал через толстые руковицы и ватник.

— Дядь Саш, ты как? — спросил Влад. — Сейчас должен гелиотроп полететь, так ты не пугайся.

— Я вижу наш город, — сказал вдруг сосед, и Лопатин подумал — всё. Предсмертные галлюцинации начались.

— Дядь Саш, ну потерпи! — парень почувствовал, что голос у него плачущий и самому противно стало. Вот ещё, рыдать. Не девочка ведь! — Только не помирай, ну пожалуйста!

— Да ты сам вниз глянь, балда! — прошипел сосед и закашлялся.

Влад отшагнул к краю платформы, заставив её опасно накрениться, перегнулся… и тоже увидел родной город. Он был совсем недалеко — чуть ниже, и в стороне. Всего несколько километров в сторону. Дядя Саша вдруг вскрикнул, дёрнулся, и обмяк. Влад не испугался — успел заметить, как в лицо соседу влетела яркая звёздочка гелиотропа.

— Каси, поднимайте нас обратно, ладно? — попросил Влад в переговорник. — А вот выше взлетать пока не нужно. Мы остров наш нашли.

Эпилог

Город опускался в бездну. Медленно-медленно. Едва ли на сотню метров за день, но все живые, кто оставался в городе, понимали, что обречены. С каждым днём становилось всё холоднее. Перед лицом скорой смерти недоверие исчезло, да и взаимных упрёков тоже больше не было.

Люди и орки очень долго боролись за то, чтобы выжить. Отбивали атаки остроухих сволочей. Почти парализовали их работу. И потом, когда орки лишились последних кораблей, всё равно не сдались. Местные жители помогали, чем могли, по крайней мере, часть. Те, у кого хватало мозгов, чтобы сообразить — остроухие сволочи пришли их убивать.

Капитан Грин сейчас, спустя столько недель, понимал — если бы не земное оружие, остров был бы сброшен в бездну гораздо раньше. Всё-таки эти провалившиеся оказались вполне настойчивыми и упорными, когда прижало. Без особых сантиментов перестреляли тех полоумных, которые до последнего верили в милосердие светлорождённых. Показали, где взять хорошую, мощную взрывчатку и снаряды. Даже где-то откопали пушку, которая изрядно потрепала флот светлорождённых.

Грин удручённо покачал головой — если бы эту пушку использовали раньше, до того, как они лишились собственных кораблей, может, всё сложилось бы иначе. И люди ещё утверждали, что эта пушка — устаревшее оружие. Чуть ли не столетней давности.

«Страшно представить, какие монстры у них считаются современным оружием», — покачал головой орк, кутаясь в одеяло. Очень хотелось спать — последние дни выдались особенно тяжёлыми. Светлорождённые как с цепи сорвались, чувствуя, что большая часть добычи так и останется для них недоступной. Остроухие сволочи смогли собрать гелиотроп только с самого центра острова — по краям им не дали защитники.

«Да и с центра… эта музейная „сорокопятка“ изрядно проредила „Гончих“ и другую мелочовку противника. Даже авианосец заставила держаться подальше!»

Как же его парни замучились таскать пушку с одного края острова на другой! Теперь-то уж всё. Город опустился слишком низко — остроухие вряд ли ещё раз рискнут выйти на свой мерзкий промысел. Слишком холодно — по крайней мере, там, снаружи. Да и в помещении уже некомфортно.

Орк зябко поёжился. Стальная печь жарила вовсю, раскалилась докрасна. Местные называли её странным словом «буржуйка». Хорошая штука, вот только сейчас даже она не помогала. Ещё двадцатью километрами выше печь вполне справлялась, а сейчас — всё. Слишком холодно снаружи, там даже железо от мороза стало хрупким. Теперь, чтобы прогреть комнату, нужно что-то побольше.

Можно было бы отправиться на поиски ещё одной печки, но Грин не видел в этом необходимости. Ещё миль пятнадцать, и остров опустится в ядовитый слой, так что умрут обитатели острова не от холода, а от отравления. И с этим поделать ничего нельзя. Местные, где-то раздобыли шикарные противогазы — в Ойкумене таких не делают. Надеются прожить подольше. А вот Грин в этом необходимости не видел. Да и сколько ты в этом противогазе просидишь? Глубина ядовитого слоя — больше сотни миль, как утверждают учёные. Что там дальше — неизвестно, те глубины для имперской науки пока остаются тайной.

«Может, кто-то из людей и узнает. Они упорные, эти человеки. Сдаваться просто не умеют. Поразительная воля к жизни! И это у жалких провалившихся, никчёмных по умолчанию…»

Мысль была прервана неожиданным сотрясением. Грин вздрогнув, почувствовал, как подпрыгнуло кресло под задницей, задрожала и зазвенела посуда в шкафу.

— Морт! — рявкнул капитан, мгновенно проснувшись. — Что там⁈

— Уточняю у наблюдателей, капитан! — отозвался адъютант. — О, бездна!

— Да что там, побери тебя древний⁈

— Капитан, на нас рухнул авианосец! — очумелым голосом проговорил Морт. — Ребята сообщают, упал где-то за Северными воротами. Ну, как местные называют.

— Что за бред⁈ — поразился капитан Грин. — С чего бы авианосцу падать?

* * *

Энкратос прожил довольно долгую жизнь даже для почти бессмертного демона, и очень насыщенную. Не удивительно, что с каждым столетием остаётся всё меньше вещей, которые могут по-настоящему удивить. Тем более — обычная беседа по переговорнику.

— Валдрик, повтори. Тут, похоже, связь барахлит. — Попросил демон.

— Я говорю, тягачи ушли, уже неделю как, — сказал старый товарищ.

Глупо было надеяться, что дело в ненадёжной связи. На самом деле Энкратос всё прекрасно слышал, только поверить не мог.

— С каких пор ты работаешь без предоплаты? — спросил Энкратос. — Ты ведь говорил, у тебя просто нет гелиотропа?

— Так ты ж прислал! Старый хитрец, тоже ведь говорил, что выбираешь последние резервы, а оказывается — вполне хватает, даже на то, чтобы выкупить экспериментальную серию корветов. Кстати, зачем тебе нужны корветы? Машины чудесные, но у тебя, вроде бы нет нехватки во флоте!

— Корветы лишними никогда не бывают, — сказал Энкратос. — Значит, говоришь, тягачи уже ушли… К слову, Валдрик, не мог бы выслать копию договора? А то Каси, паршивка такая, забыла.

— Да просто забегалась девочка, — ответил владелец верфи. — Должен заметить, ты её не по возрасту нагружаешь! Не мне учить тебя, как воспитывать детей, но как по мне — это перебор. Договор вышлю, конечно!

— Тогда жду, друг мой. А пока — конец связи, у меня тут дела.

Через пять минут Энкратос уже читал договор, который заключила его дочь.

«На своё имя, как частного лица. Даже не как наследница рода Розмор, поэтому моё подтверждение и не потребовалось. А Валдрик, конечно, ничего не заподозрил. Но где эта паршивка взяла столько гелиотропа⁈ Уму непостижимо!»

Отложив «материковый» переговорник, Энкратос схватил привычный, корабельный:

— Молт, готовь «Утреннюю звезду». Мы срочно отправляемся на материк. И вот ещё что, кто у нас там свободный? Передай, чтобы готовили малый флот к дальнему переходу. Марвин? Пусть будет Марвин, но тогда пусть дополнительно пару фрегатов прихватит, мало ли.

«Тягачи не могли уйти далеко. Слишком медленно двигаются, перехватим их на полдороги, если не раньше. Но где Каси взяла столько гелиотропа? Во что она ввязалась⁈»

Content

Матвей Курилкин
Адский вояж

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Эпилог