Один раз — не вампир. Книга 4

Глава 1

Я остановился на вершине невысокой, но крутой горы, через которую переваливала дорога, и осмотрелся.

Над головой раскинулось усеянное звездами небо, а внизу открылась небольшая живописная долина, сплошь обжитая людьми. Всего в полукилометре впереди возвышалась стена обычного средневекового города, перед ней слева расположился огромный и очень богатый замок, а справа не менее богатый монастырь, ощетинившийся десятком шпилей храмов, увенчанных положенными на бок священными восьмёрками.

На ближнем же краю долины виднелся огороженный частоколом трактир. В общем, передо мной предстала некая квинтэссенция средневекового общества — замок феодала, город с торговцами и ремесленниками, монастырь со святошами, и трактир, как символ путников, наемников и авантюристов. Только самой большой части общества, а именно крестьянам, здесь не нашлось места.

Сейчас ворота всех этих символов местного мира были распахнуты, и по всему обширному пустырю между ними шныряли десятки людей. И в этом не было бы ничего необычного, если бы не время. Я прикинул, что сейчас примерно часа так три после полуночи, и все люди должны спать. А все ворота должны быть надёжно заперты.

Затем внимательнее всмотрелся в освещенный кучей костров пустырь и мрачно покивал, поняв по какому поводу такая суета. Плотники заканчивали возводить высокий помост, на который уже водрузили спил ствола мощного дерева. И даже с воткнутым в него топором с широким лезвием. Похоже, утром какого-то знатного типа ждёт одна неприятная процедура. Почему знатного? Потому что ради простолюдина или даже мелкого дворянина так стараться стали вряд ли бы. А вот казнь представителя баронского, а то и графского, рода положено обставить с подобающей торжественностью.

Я поморщился и начал спускаться по крутому склону. Дорога здесь делала пару петель, чтобы телеги смогли осилить крутой спуск-подъем, так что у меня было время очень хорошо рассмотреть замок. Даже правильнее сказать, мощный замок с пристроенным к нему дворцом. Вся территория была окружена парком, невысокой стеной и широченным рвом, заполненным водой.

И весь комплекс сиял уймой магических фонарей, а еще и музыка до меня донеслась. Кажется там заканчивался какой-то праздник, а может и бал. По крайней мере из ворот одна за другой выезжали кареты, чтобы всего через пару сотен метров нырнуть в ворота городка.

Очень странно. Нет, что окрестные владетели не поехали в свои замки по темноте, вполне разумно. Но почему не остались в гостях, или просто не подождали часа три до рассвета, а предпочли перебраться в городские трактиры?

Впрочем, мне-то какое дело. В жизни местного высшего общества я разбираюсь так себе, да и что-то не особо хочется вникать.

Я наконец спустился в долину и вскоре дошёл до распахнутых ворот трактира. И тут случились два события. Первое — кто-то из рабочих уронил другому на ногу тяжеленную балку, тот возмущённо завопил, ему ответили. Ситуация осложнялась тем, что здесь работали несколько бригад плотников, и кажется они были конкурентами. В общем, уже через несколько секунд ор стоял несусветный. И первые звуки ударов по мордам донеслись.

А второе — из ворот трактира на меня неожиданно вышел парень в красивой форменной куртке, украшенной двумя значками. Один в виде двух перекрещенных шипастых булав, а второй значок лейтенанта. И я этого офицера инквизиции неплохо знаю, хоть и только в лицо. Но самое плохое то, что и он меня прекрасно знает. И не только в лицо, но и по имени:

— Дим из Лорденики! — завопил офицер.

И ладно бы только завопил, но этот гад доказал хорошую выучку, мгновенно выхватив из сумки на поясе боевой артефакт и долбанув в меня ветвистой молнией. Я тоже не увалень, так что успел среагировать и от большей части заряда увернулся. Но и той части, что всё-таки попала в меня, мне мало не показалось. Тряхнуло здорово! Человека от такого вырубило бы надолго, а то и вообще, убило бы нафиг. Но я даже сумел подскочить к противнику и впечатать ему в челюсть отличный удар, костей не сломав, но в нокаут гадёныша отправив.

Вот только моя заёмная жизненная энергия резко потратилась на преодоление последствий заклинания, и я сильно захотел глотнуть крови. Но пока не критично, так что решил подзаправиться чуть позже, а сейчас быстро огляделся и понял, что никто нашей скоротечной схватки не заметил. Мы были далеко от освещённых мест, да ещё под частоколом трактира, и для глаз людей здесь слишком темно. Да и все смотрят на драку плотников. И слушают отчаянную ругань.

Я приподнял начавшего приходить в себя парня за грудки и прошипел ему в лицо:

— Ты что делаешь, козёл? Забыл, как я спас тебя и Зирру из заложников? Такая-то у тебя благодарность?

— Простите, сэр Дим! — прошептал тот. — Я просто испугался. Но больше не повторится! И можно я пойду, а то меня сильно ждут в замке.

Он пошарил рукой и подтянул к себе кожаный портфель, который выронил во время нашей схватки. Довольно наглое поведение, надо сказать, но что поделать. Этот тип знает, что я не убийца и кровь не пью. Да и пускать её лишний раз не люблю. Так что максимум чего он опасается, что я набью ему морду. И кажется, по моему виду инквизитор понял, что всё к этому и идёт, потому что вдруг жалобно попросил:

— Сэр Дим! Прошу вас, не бейте меня хотя бы по лицу! Мне надо явиться аж к архиепископу, а он, говорят, очень строг и любит чтобы все вокруг соответствовали внешним видом своим должностям.

— Архиепископу? — удивился я. — Что здесь происходит, что такая шишка явилась?

— Утром здесь собираются казнить очень важную и знаменитую убийцу, Жарру по прозвищу Добрая.

И тут я понял, что всё. Я пришел. Пришёл к очередным приключениям. Позволить убить Жарру я не могу, потому что… Да потому что мы с ней разок переспали, если так можно назвать короткую интрижку в забитой ингредиентами для зелий каюте.

— Рассказывай! — приказал я.

Парень сразу оценил мой ставший злобным вид и тут же скороговоркой выдал всё что знал:

— Её вчера поймали в Гросане и привезли сюда. Один из убитых ею был родственником здешнего графа, и тот решил казнить её. Но так как она из баронского рода и сильнейшая магичка, то при казни должны присутствовать высокопоставленный священник и представитель инквизиции. Вот меня и отправили сюда, да так спешно, что я ночью скакал с двумя солдатами в сопровождении, освещая дорогу магическим светляком из артефакта.

Я посмотрел в ворота трактира и сообразил, что солдаты остались там, а этот придурок подался в замок, но наткнулся на меня. Вот только одно мне совсем не понятно…

— Зачем такая спешка? — строго спросил я.

— Не знаю, сэр Дим, — испуганно потряс головой парень.

Ну понятно, что он не в курсе… Этот тип неплохой вояка, но голова ему нужна только чтобы в неё есть. Фиг бы кто такого повысил до лейтенанта. Но парнишке повезло, что на него положила глаз генерал Зирра, большая любительница молочных мальчиков, которых среди выпускников тренировочных монастырей инквизиции хватает.

Я уже достал из сумки верёвку и скомандовал:

— Снимай куртку! Рубаху тоже. Её суй в рот и давай свои лапы! Нет, подожди. Чуть позже рот тебе заткну…

Пока разбирался с инквизитором, задал ему ещё несколько вопросов, после чего достал бутылку с убойной перегонкой ленди, которую сам обычно не пью, а держу только на крайний случай.

Этот похожий на коньяк напиток был специально разработан одним прайдом вампиров, чтобы снабжать их жизненной энергией между кровопитиями. Одна беда, в нём градусов около пятидесяти, а я ходить «под мухой» не люблю. Вот и приноровился перегонять ленди на две фракции. В одной градусов двадцать, и это уже более-менее. А вот во второй все восемьдесят процентов спирта. Полбутылки этого пойла я и влил в лейтенанта. Пусть поспит, а то вдруг его учили выпутываться из верёвок.

Затем мы зашли в пустой двор трактира, и уже мало что соображающий парень показал мне на окно комнаты на втором этаже, которую он снял для себя. Я туда легко влез, а затем и придурка поднял на верёвке. На всякий случай заклинил замок комнаты, чтобы никто случайно не припёрся, и вылез через окно.

Но у меня оставалось ещё одно дело. Я сделал лицо попроще и вошел в зал трактира, где несмотря на позднее время ещё сидело несколько постояльцев, да и взял себе комнату. И в ней я оставил две сумки. В одной были вещи мои и пленной шпионки дар-озоров, а в другой она сама.

И эта девица меня здорово выбесила. Нет, поначалу всё шло хорошо, я сумел вычислить её, отловил, и допрашивал половину прошлого дня. А вот затем она попыталась сбежать, для чего обернулась в дикую кошку неизвестной мне породы. Похожую на рысь, но с длиннющим хвостом. Ещё и странной масти — белой с зелеными полосками. И надо сказать, что обращение пленной в зверя оказалось для меня сюрпризом, хотя это довольно логично, что в разведку на чужой континент послали не обычную девушку дар-озоров, а оборотницу.

Убежать паршивка не сумела, но здорово порезалась стеклом, а затем в результате нашей борьбы мне в рот попала её кровь, сделав меня чуточку больше вампиром, чем я был до этого. Впрочем, не в первый раз, и я знаю как мне вернуться к прежнему состоянию. Но это долго… Да и надоело уже.

А шпионка в награду получила ошейник, который не даст ей обернуться обратно, вдобавок я нёс её в сумке. Та сначала упрашивала меня простить её и дать возможность обернуться в девушку, но потом затихла. Ещё бы. Сумку, которую при желании можно назвать и рюкзаком, я нёс на спине, и площади контакта хватило, чтобы понемногу вытягивать из оборотницы жизненную энергию. А её в дар-озорах очень мало, как и в другой известной мне человекоподобной расе — эфили. В несколько раз меньше чем в людях.

Так что теперь чёртова кошка впала в сонную кому и проснется не раньше чем через несколько часов. Но я к тому времени уже спасу Жарру, так что вытяну энергию снова, пока буду нести шпионку дальше.

Через несколько минут я вылез опять через окно и направился в сторону замка. На мне был надета куртка инквизитора, а в руках его портфель. На полпути я чертыхнулся, сообразив, что забыл спросить имя придурка-лейтенанта. Порылся в портфеле, но нашел только письмо из гросанского отделения инквизиции, в котором сообщали, что отправляют в распоряжение архиепископа Чибуэсо офицера, даже не указав имени. Причем на срок, угодный святоше, что заронило у меня подозрение, что этот парнишка никому нафиг не нужен. Ну да… он же был адъютантом и любовником генерала Зирры, а та сейчас в тюрьме, если ещё не перевели на вечное поселение в монастырь. А нечего было пытаться шантажировать аж целую королеву.

Глава 2

Я вошел в замок и представился как лейтенант инквизиции Дим Лагаль. Под этим именем я совсем недавно ходил в разведывательный поход на Альгион, и вроде бы особо нигде его не засветил. Меня сразу проводили в уже почти опустевший бальный зал, поражавший своими размерами для этого примитивного мира. На украшенных яркими, но примитивными картинами стенах ещё горели несколько магических фонарей, обеспечивая приятный полумрак, а в дальнем углу на возвышении всё ещё сидели уставшие музыканты. Правда трудился только один из них, наигрывая на клавесине какую-то медленную, кажется танцевальную, мелодию.

А вот в ближнем углу зала стояли несколько очень важных шишек. Судя по всему, хозяин дворца и какие-то другие владетели в дорогущих нарядах и, как я понял, сам архиепископ Чибуэсо в расшитой золотом белоснежной шёлковой мантии. Слуга доложил о моем приходе, и вся тусовка окинула меня высокомерными, но удовлетворенными взглядами. Кажется инквизитор им был очень нужен, но и считать мелкого офицера ровней себе важные шишки не собирались.

Но черт с ней, с тусовкой! Удивило, что меня даже как-то инструктировать не стали, но это может потому, что вельможи были заняты важной беседой, а затем вообще всей толпой удалились в соседнюю комнату. А я перехватил какую-то служанку, которая тут же попала под моё очарование вампира и радостно была готова сделать что угодно… Хоть в постель со мной отправиться, хоть ответить на вопросы. Первое мне может и было надо, потому что мой вампирий голод после схватки с инквизитором был очень силён, а пить ленди я опасался. Мне предстоит сложная операция, и надо сохранить мысли ясными.

Но получать энергию от девушки — это дело не быстрое, так что я только спросил:

— Красотка, а подскажи-ка мне, где держат леди Жарру?

— Ах! Это так ужасно! Так ужасно, лорд офицер! — зачастила девица, на всякий случай назвав меня «лордом», то есть наделив титулом. — Леди Жарра Добрая такая ужасная убийца! Но всё равно её жалко. Ей же утром отрубят голову. И туда соберется весь город. Это так ужасно! Так ужасно! И… надо будет пойти пораньше, чтобы занять место получше.

— Так где? — повторил вопрос я.

— Ой, лорд офицер. А я и не знаю. Её вчера привезли уже вечером и куда-то заперли. А два часа назад на балу объявили, что сразу после рассвета всех приглашают на казнь, но почти все гости почему-то вспомнили, что у них есть неотложные дела.

Я махнул рукой служанке, чтобы бежала по своим делам дальше, и задумался. Что-то тут нечисто. С чего это почти все соседние владетели не пожелали смотреть на одно из любимых средневековых развлечений? Не хотят быть замешанными даже самым краем? Но почему?

Тут ко мне подошел старикан в рясе монаха и с портфелем в руке. И я невольно обратил внимание, что заклепки и другие металлические детали на портфеле сделаны аж из золота. Мы обменялись приветствиями, и я сразу заметил, что этот монах чем-то очень сильно напуган. Да так, что его чуть ли не трясёт. Впрочем, долго строить догадки мне не пришлось, потому что старикан произнёс:

— А вы тот юноша, которого отправили на заклание вместе со мной?

— С чего это? — удивился я.

— Ну как же! А вы что? Не знаете, что нас ждёт?

Монах аж воспрянул духом, поняв, что я ещё не в курсе какой-то проблемы, и принялся объяснять:

— Вчера людям графа удалось поймать в Гросане леди Жарру Добрую. Как вам наверняка известно, она убила несколько своих друзей и сидела в тюрьме. Но её оттуда выручили, а граф принял это за оскорбление, потому что один из убитых был его двоюродным племянником.

— Ну и что? — пожал плечами я. — Как-то неубедительно.

— А вы не так просты, юноша! — погрозил мне пальцем монах. — Но да, графу просто необходимо свершить деяние, о котором будут говорить в высшем свете. Видите ли, он недавно участвовал в войне и попал в плен к амазонкам. Те с удовольствием отпустили его за выкуп, но сами понимаете, авторитету графа как воина был нанесен немалый ущерб. Вот он и пытается восстановить его с помощью казни сильнейшей магички и знаменитой преступницы. А чтобы создать видимость легитимности суда, он пригласил важного представителя церкви — аж архиепископа!

— А жрецу нафига это сдалось? — не понял я.

— Мой патрон, архиепископ Чибуэсо, очень заинтересован в поддержке от графа. Да и повысить авторитет в среде наиболее строгих жрецов ему тоже не помешает. А всё потому, что Его Преосвященство нацелился в лидеры одной фракции в нашей церкви Пресветлого, и не ладит с самим Первосвященником и его приближенными.

— Ого! — удивленно приподнял брови я. — А ничего так, что вы всё это мне рассказываете?

— Вам можно, юноша, — как-то даже удовлетворенно произнес старикан. — Ведь нас обоих скоро убьют.

Я снова удивленно приподнял брови, а собеседник продолжил:

— Да, да! Я нисколько не преувеличиваю. Видите ли, молодой человек, когда леди Жарру схватили, она сразу сказала, что она теперь послушница в Ордене Лежачей Башни. И при ней действительно обнаружили жетон этого ордена. А знаете что это означает?

— Что? — подбодрил рассказчика я.

— Тайный Орден не простит казни, а по сути убийства, их члена. Нет, они обычно не покрывают преступников, но в случае ареста их члена, даже взяв его с поличным над трупом, судить его можно только в присутствии представителя из руководства Ордена. Об этом знают все важные персоны в мире. Нет, графу и архиепископу ничего особо не грозит, потому что они смогут договориться с магистрами Ордена. Ну сделают уступку-другую, но не сильно много, ведь послушница пташка невеликая. Но Орден не может уронить свой авторитет, поэтому они должны будут подослать убийц к двоим замешанным.

— Именно к двоим? — уточнил я.

— Да! К двоим. Так принято, чтобы не уронить авторитет этой тайной организации. Нет. Они могут убить и больше замешанных, но в данном случае ограничатся именно двумя. И мы с вами, юноша, идеальные жертвы. Вы вместе с офицерским званием получили всего-навсего личное ненаследственное дворянство, а я вообще простой монах. Но в любом случае мы не знатные, но и не простолюдины, так что великие люди, такие как граф и архиепископ с одной стороны, и магистры Ордена Лежачей Башни с другой, сойдутся в том, что нами можно пожертвовать.

— Ого! — проворчал я. — А вы здорово информированы!

— Да, юноша! Меня зовут брат Шихалий, и я всю свою жизнь прослужил секретарём у Его Преосвященства архиепископа Чибуэсо. Но в последней год Его Преосвященство решил возглавить оппозицию самому Первосвященнику, и я сообразил, что это может оказаться вредно для моего здоровья. И я упросил отпустить меня в монастырь, надеясь дожить свои годы в тишине и безмятежности, — старик показал движением головы на окно, за которым виднелись шпили монастыря. — Но… как видите… Его Преосвященство не простил меня за то, что я решил оставить службу, и решил использовать меня в последний раз, для чего вызвал вчера из монастыря. Взял своим секретарём в этот замок. Я пойду с ним исповедовать леди Жарру перед казнью, потому что она весьма важная персона, и исповедников должно быть минимум двое. Вы же должны будете присутствовать при казни сильного мага как представитель инквизиции. А потом нас убьют люди Ордена. И все будут довольны таким разменом. Послушницы Ордена на двух мелких сошек, замешанных в её казни.

Я всмотрелся в лицо монаха, который сверлил меня торжествующим взглядом, и еле удержался, чтобы не рассмеяться. Действительно, я просто не понял, что должен был ужаснуться таким перспективам, так что на лице моего информатора быстро проступило глубочайшее разочарование. И тот ворча что-то про то, что я настолько туп, что даже не понял что доживаю последние дни, удалился.

А я оглядел зал, даже разведывательный круг сделал, ненавязчиво заглядывая во все незапертые двери, и вскоре пристроился в кресле около маленького столика. И это место я выбрал потому, что оно было совсем рядом с небольшой комнатой, куда как раз и ушли граф с другими владетелями и архиепископом. Стена здесь тонкая, разговаривали эти типы громко, считая шёпот унижением для своего достоинства, а слух у меня очень острый. Вампирий.

Да, я даже легко разделял разные звуки. Музыку из дальнего конца зала, болтовню слуг, которые шныряли тут и там, ну и безусловно не предназначенный для чужих ушей разговор самозваных судей.

Впрочем, ничего особого, что я ещё не знал, не прозвучало. Но по контексту я понял, что действительно старикан-монах мне не наврал. Графу надо поднять авторитет, а архиепископ нуждается в поддержке.

Но слушал я всё-таки не зря, потому что из разговора вельмож сделал важный вывод, что у архиепископа Чибуэсо есть один изъян. Этот тип очень любит деньги. Нет, почти все люди любят деньги, но некоторые знают где нужно остановиться, а другие при возможности получить большую сумму вообще теряют способность ясно мыслить. Так вот, этот чёртов архиепископ был как раз из вторых.

По крайней мере он очень настаивал, чтобы собравшиеся владетели оказали его церковной фракции всестороннюю помощь. И политическую, и финансовую. На первую вельможи в общем соглашались, а вот со второй вышла заминка. Архиепископ даже чуть ли не орал, пытаясь усовестить собеседников и выжать из них лишние пару тысяч золотых.

И такая деталь про Чибуэсо очень меня заинтересовала. Настолько, что я смог окончательно выстроить в голове план спасения моей случайной любовницы.

Глава 3

Вскоре переговоры не сказать, что закончились, но перешли в вялотекущую фазу. Затем слуги принесли в переговорную комнату кучу еды, и вельможи принялись набивать животы, уже не обсуждая ничего интересного, а просто злословя над несчастной дамой, которую я про себя называю Миледи, в том числе и за то, что у Жарры на плече есть татуировка-клеймо, изображающая виселицу. Клеймо убийцы.

Но долго скучать мне не пришлось, потому что к столику, около которого я полулежал в мягком кресле, явились две девушки. Молодые и красивые, в белых бальных платьях с довольно скромными вырезами на груди. Я встал, представился и изобразил небрежный поклон, что вызвало на лицах девушек явное недовольство. Но ненадолго. Обе попали под моё очарование вампира, поэтому уселись поближе и принялись болтать. И друг с другом, но в первую очередь всё-таки со мной.

Я подумал было, что неплохо было бы употребить красоток, потому что пара часов у меня есть. Исповедовать преступницу пойдут перед самой казнью, да и владетели в соседней комнате, я так понимаю, жрать настроились не по-детски.

Отвечая на вопросы, я заодно внимательно осмотрел девушек и сделал несколько выводов. Обе усталые и даже немного мокрые. Они после окончания бала ходили в комнату для мытья и проводили себя в порядок. Ещё бы! Девчонки протанцевали несколько часов, а ночи сейчас душные. Теперь снова явились в зал, собираясь здесь дождаться казни, которой и ужасались, и в то же время пропускать не планировали. И платья они, кстати, не меняли, а те здорово промокли от пота за время бала. Девчонки, конечно, вылили на себя до чёрта духов, но я обонянием вампира легко разделяю запахи.

Мне даже в голову пришла мысль, что если вынуть девушек из платьев, то они станут пахнуть совсем хорошо. Ага. Как идеальные жертвы.

Но я всё-таки решил, что не буду употреблять красоток. Я же твердо собрался начать новую жизнь, а не продолжать создавать проблемы девицам. Нет, если вдруг… и если они не дуры, и нам не засветиться даже перед слугами, то сумеют выкрутиться. Но всё равно. Хватит мне уже бегать за каждой юбкой.

Ещё я обратил внимание, что на некотором отдалении от нас за другой столик сели две немолодые дамы, которые время от времени посматривали на девушек и на меня. Но ничего пока не предпринимали.

Я продолжал болтать с девчонками, но краем уха принялся слушать и разговор немолодых женщин, и через пять минут уже знал всё. Одна из девушек была дочкой местного графа, а другая её кузиной и дочкой соседнего барона. А две немолодые дамы оказались дуэньями. Дальними родственницами девчонок. На данный момент обе вдовствовали, своё в молодости отгуляли, а теперь смотрели за подопечными, чтобы те не прыгнули к кому-нибудь в кровать. По крайней мере до замужества. Ну или если прыгнут, то не засветились. Именно так. В высшем свете гадюшник ещё тот, и изменой считается только если застали именно в кровати с любовником или любовницей. Ну или кто-то сам проболтается. Причем явно, а не намёками.

Ладно, в любом случае я решил, что на этих красоток точно рот разевать не буду, хоть мне и очень нужна жизненная энергия. Но потерплю, не впервой.

И тут наш разговор свернул на очень интересную тему.

— А вы, сэр Дим, давно служите в инквизиции? — спросила дочка хозяина замка.

— Год, — пожал плечами я.

— А вы же видели живого вампира? — заблестели глаза у девчонки.

— Доводилось, — усмехнулся я, про себя добавив, что в зеркало смотрюсь регулярно.

— А вы не знаете про одного? Знаменитого Дима из Лорденики ещё не поймали?

— Кстати, вас зовут так же как и его, — хихикнула вторая девушка.

Я только развел руками, а красотки совсем разошлись. Понизили голоса так, чтобы дуэньи их не слышали, и наперебой продолжили:

— А правду говорят, что все девушки, у которых пил кровь этот вампир, остались в восторге от него?

— Думаю да, — усмехнулся я. — Хотя он кровь не пьет, как известно.

— А я бы вот хотела, чтобы он выпил моей крови! — прошептала другая… жертва…

— Ты что! — вдруг аж взвилась первая. — Нам такое невместно! Дим из Лорденики не благородный.

— То есть если бы был благородным, то можно? — чуть не рассмеялся я. И еле удержался, чтобы не добавить, что Дим из Лорденики уже несколько месяцев как коронный граф.

— Тогда да, — кивнула девчонка.

— Ну что ты! — прошептала подружка. — Если никому не говорить, то можно хоть с простолюдином. Мне матушка говорила, что главное не попадаться.

Они ещё немного поспорили, но в итоге пришли к согласию, что да. Если разок, то можно хоть с кем. Но важно соблюдать одно правило, закрутив интрижку хоть со слугой. Знатная дама обязана выказывать презрение простолюдину. Всегда и при любой возможности.

А я вдруг поймал себя на мысли, что уже еле сдерживаюсь, чтобы не увести девушек в присмотренную комнату, по соседству с той, где засели владетели. Там и слышать всё можно, если опять что-то важное начнут обсуждать. И диван там хороший. Да и обе дуэньи как-то разом уснули в мягких креслах, и только что не храпели.

Но чёрт! Надо держаться! Даже если жертвы всё делают для того, чтобы этими самыми жертвами стать.

И тут одна девушка вдруг спросила другую, перескочив на тему красоты:

— А ты уже нашла себе новую служанку вместо той, которая сожгла тебе локон щипцами при завивке?

— Увы нет, хороших служанок сейчас не найти. Да эта ещё и знает всё, что мне надо. Как-никак приставлена ко мне сколько я помню себя, и даже много баловала меня в детстве. Но я приказала выпороть негодяйку. И вообще думаю, что слуг надо почаще пороть. Это им явно пойдет на пользу.

И все очарование от красивых девчонок разом прошло. Ну ничего себе! Впрочем… Ничего нового я не услышал. Но главное другое, а именно то, что эти дуры искренне считают других людей грязью под ногами. Так мало того, ещё и считают, что это даёт им право делать всё, что заблагорассудится. Ещё бы! Ведь они выше слуг в пищевой цепочке. Ну а если так, то я-то вампир. Я ещё выше в пищевой цепочке! И нечего размякать. Вот напротив меня сидят две девицы, считаться с интересами которых я резко расхотел. За их слова буду считать их людьми только во вторую очередь, а в первую — источником жизненной энергии. Кормом!

Приняв решение, я ещё раз внимательно осмотрел зал. Дверей здесь дофига, и за несколькими из них находятся выходы в довольно большой, очень ухоженный парк.

Я сделал несколько вдохов-выдохов, добившись от себя спокойной охотничьей злости, и улыбнулся девушкам хищной улыбкой вампира, вызвав у обеих какой-то испуганно-восторженный писк. И взгляды… Как кроликов на удава.

Но подставлять жертв я всё равно не собирался, поэтому строго распорядился:

— Так, красотки. А давайте-ка выйдем в парк. На луну полюбоваться.

Мы вышли, провожаемые кучей любопытных взглядов слуг. Затем я снова строго посмотрел на девчонок и приказал:

— Сейчас обходите по саду всё здание и ждёте меня с той стороны. И не стойте на виду.

Сам вернулся в зал, покосился на спящих дуэний, затем обратил внимание как поскучнели слуги. Ну да… Они-то думали, что мы все вместе сбежим в какую-нибудь беседку. А нет… Вот он я.

Но я снова садиться в кресло не стал, а покинул зал через противоположную дверь, вышел на улицу, нашел девушек, а дальше влез через окно в нужную комнату. Первым делом запер ведущую в бальный зал дверь, а затем втащил жертв внутрь. Ну а дальше… Дальше дело техники.

А вот через полтора часа пришлось здорово посуетиться. Небо уже окончательно посветлело, и я расслышал как в соседней комнате владетели стали заканчивать ночной завтрак, посмеиваясь, что Жарре осталось жить два часа.

Я приказал девушкам одеваться, но не тут-то было. Обе уже чуть не спали, и любое движение заканчивали не успев начать. Я было удивился, с чего это я вытянул так много энергии, но нет. Не больше чем обычно, а девушки просто устали. Утро уже, и даже ведущие ночную жизнь благородные уже валились с ног.

Но с помощью тихой ругани и шлепков я, путаясь в мудрёных платьях, как-то сумел одеть девушек, спустил их на улицу и приказал возвращаться в зал. А сам сначала прибрался в комнате, а затем тоже вернулся в тронный зал с другой стороны. И очень вовремя. Владетели уже выходили из комнаты, так что я только кинул взгляд на уже крепко спавших в креслах жертв, а затем подошел к архиепископу.

Ограничился совсем неглубоким поклоном, какими приветствовали друг друга знатные персоны, получив в ответ от старика недовольный взгляд. Что ж он так? Скромному служителю Пресветлого стоит довольствоваться любой формой уважения. Но это я так… ворчу про себя.

А дальше святоша заявил мне сварливым тоном:

— Я смотрю вы, лейтенант, не спешили сюда. Мы ждали вас вечером, и это очень безответственно, являться в последний момент.

Дальше старый хрен подвигал носом и добавил:

— А судя по тому, что от вас разит дамскими духами, вы или проводили время в обществе продажных женщин, или пьянствовали, и теперь пытаетесь скрыть духами запах перегара. А скорее всё вместе. Я сегодня же подниму вопрос перед вашим начальством в Гросане о строгом взыскании для такого неисполнительного служащего.

Я еле сдержал в себе хохот и быстро оглянулся, заметив, что рядом с нами в бальном зале посторонних нет. Даже монаха-секретаря не видно. Но тот скорее всего постеснялся толочься в роскошном помещении и ждет за дверями дворца. Да и вообще, разговор пошел как по заказу в нужном мне направлении, так что я слегка понизил голос и возразил:

— Э-э-э… Ваше Преосвященство, я просто не мог выехать раньше. Пришлось явиться сюда сразу после скачки на лошади. Времени привести себя в порядок у меня не было, поэтому я попросил слугу побрызгать на меня духами, но этот идиот перепутал, и облил меня женскими.

Попутно я скользнул взглядом по девушкам, от которых и «унаследовал» мощный аромат духов. Те так и спали в креслах, не проснувшись даже от суеты, возникшей при явлении в зал важных персон. А вот дуэньи уже продрали глаза и очень подозрительно, даже с каким-то недоумением всматривались в подопечных, да и в меня, явно о чём-то догадываясь. Хотя почему, я не понимал. Вроде бы я провернул операцию по получению энергии филигранно, без проколов.

Но это не так и важно. Гораздо важнее разговор с архиепископом. А тот как раз ехидно спросил:

— И что же вам, лейтенант, не позволило выехать вовремя?

— В Гросане невероятное происшествие в епископате, — добавив живости в голос соврал я. — Еле вырвался из всей этой суеты. И не думаю, что кто-то там до сих пор смог сомкнуть глаза.

— И что же случилось? — в голосе старого интригана прозвучало беспокойство. Ещё бы! Он привык быть в курсе всех значимых событий, а тут такое…

— Вчера уже к вечеру приехал посланник от вампиров. Ну тех, которые сбежали из Лендийского герцогства. И представляете, они предложили невероятную кучу сокровищ, прося взамен тысячу бочек ленди. Ещё и имели наглость написать, что этот напиток позволяет им пить меньше человеческой крови, так что дать им его — дело богоугодное. И в списке сокровищ упомянули самые большие в мире бриллиант и изумруд. Нет! Каковы наглецы! Откуда бы они их взяли?

И я отметил, что у старого гада аж руки затряслись. Он, как очень информированный тип, просто не мог не слышать, что упомянутые камушки пропали вместе с мешком дорогущих украшений несколько месяцев назад, когда был убит султан Багента. И убит он был довольно примечательно — из самого богатого человека в мире выпили кровь. Всю. До последней капли.

А вот простой лейтенант инквизиции это знать мог вряд ли. Но я как раз и рассчитывал, что упомянуть только часть фактов будет совсем не лишним для усиления правдоподобности выдуманной мною сказки. Но всё-таки старикан ещё не потерял мозги от жадности, поэтому посмотрел на меня с подозрительным прищуром и спросил:

— А откуда такая мелкая сошка как вы знает про посланника и письмо?

— Так это же… — я развел руками и сделал лицо попридурковатее. — Я же был адъютантом Её Высокопреосвященства генерала Зирры, вот… вот и остались связи.

Тут был самый тонкий момент в моей лжи. Святоши, когда дело касается денег, лишних стараются в такие дела не посвящать, так что слухи хоть и расползаются, но не так быстро. А Зирра была большой шишкой, но именно сейчас «отдыхает» в тюрьме, а может уже и на вечном поселении в монастыре.

— Так вы, молодой человек, один из тех негодяев, с которыми эта выскочка Зирра жила во грехе? — злобно чуть ли не прошипел архиепископ.

Я удивился, с чего это старый хрен решил отклониться от темы. И как бы не соскочил с крючка. Но тут же сообразил, что опытный интриган так берет паузу на обдумывание главной новости. Заодно пытается вывести меня из равновесия. Так что я опустил плечи и постаравшись добавить блеющую нотку в голос произнес:

— Я уже раскаялся в содеянном, Ваше Преосвященство.

Но старый хрен не унимался:

— Надо же! Эта заблудшая дочь церкви не только творила прелюбодеяния в невероятных количествах, но ещё и присвоила обращение, какое даже я себе не позволяю! Надо же! Она требовала чтобы её называли Высокопреосвященством! Какая наглость!

Я отметил про себя, что куда более серьезное преступление, а именно шантаж в особо крупном размере, на котором Зирра и погорела, этот тип даже не упомянул. Ну да! Что такого-то? Подумаешь, шантаж… Это же ради денег, значит этому святоше дело духовно близкое, и не грех почти.

Наконец Чибуэсо обдумал новость, так что вернулся к теме сокровищ, аж простонав:

— Но эти дурни из епископата ведь не согласятся… И прогонят гонца! Пресветлый! Я должен немедленно отправиться в Гросан!

Я еле удержал удовлетворенную улыбку. Старый хрен заглотил наживку, и больше в моих словах не сомневается. Так что подсёк, выдав даже каким-то скучающим тоном:

— Они собирались устроить совет уже сегодня… — демонстративно взглянул в окно, где восток уже окрасился алым, и добавил. — Уже часа через два.

Я прикинул, что если гнать коней, то карета как раз за это время до Гросана и доедет. А алчный архиепископ больше всего боится, что гонцу откажут, и тот сразу покинет город. Ещё бы. Тому в городе неуютно, хоть гонцом и должен выступать человек. И его отпустят, конечно, хоть и не просто так. Сначала поездят по мозгам, а потом выгонят. Вот и должен доверенный человек успеть перехватить посланника. А найти ленди архиепископ сможет. Не тысячу бочек, конечно, но это же только начало торга. Главное не потерять контакт.

Тут мы оба заметили, что к нам по коридору ковыляет старый монах-секретарь. Архиепископ резко взмахнул рукой, и тот чуть не побежал. Ну как побежал… Я хожу быстрее. А Чибуэсо опять простонал:

— Но что же делать? Казнь закончится не раньше чем через те же два часа! И я не могу покинуть это… мероприятие раньше!

Я изобразил на лице готовность и предложил:

— Вы можете послать в Гросан секретаря, а я схожу с вами исповедать преступницу, и проводить её на плаху, как положено по божьим законам.

— Вы не можете! — чуть не рыкнул архиепископ, как будто я виноват в их дурацких правилах. — Нужен или пардий, или монах! А вы солдат.

Я чертыхнулся про себя, потому что не подумал о такой проблеме. Монах, значит, нужен. Или пардий, то есть священник, имеющий право служить в храме и выполнять всяческие обряды. Но я быстро нашел выход и проникновенно произнёс:

— Вы знаете, Ваше Преосвященство, я как раз вчера обдумывал моё поведение… Ну это… Грех прелюбодеяния с леди Зиррой… и решил, что для его искупления мне стоило бы стать пардием.

— Может всё-таки монахом? — подозрительно уставился на меня старикан. — Это было бы куда лучшим искуплением.

— Ну вы скажете тоже, — развел руками я. — Я офицер сейчас! И с личным, хоть и ненаследственным дворянством. Податься в монахи будет как-то через чур!

Чибуэсо кинул на меня злобный взгляд, но вероятно сделал вывод, что не ошибся, посчитав меня наглым и тупым. Но также решил, что сокровища вампиров стоят того, чтобы на многое закрыть глаза, так что гаркнул секретарю, когда тот ещё даже не доковылял до нас:

— Отдай портфель юноше, а сам беги и прикажи закладывать мою карету! Ты поедешь в Гросан.

Глава 4

Через десять минут я закончил писать одинаковый короткий текст на двух пергаментных свитках, где главным было то, что «Сэру Диму Лагаль присваивается сан пардия единоличным решением Его Преосвященства Архиепископа Чибуэсо».

Один предназначался мне, а второй для архива. Правда, затем старый хрен вспомнил, что назначаемого пардия надо проэкзаменовать, и это могло стать настоящей проблемой. Я же ни молитв, ни обрядов совершенно не знаю. Но тут к нам приковылял брат Шихалий, и архиепископ просто пришлёпнул печати, затем я убрал второй свиток в портфель и вручил тот секретарю.

— Ждите меня на улице! — рыкнул мне Чибуэсо, и я понял, что ему надо проинструктировать секретаря, и мои уши при этом будут точно лишними.

Я кивнул, но прежде чем уйти кинул взгляд на всё также спящих девушек, а вот затем обратил внимание, что обе дуэньи уже вскочили из своих кресел, и смотрят на меня как на врага человечества. Ещё и вампирьим слухом расслышал как одна спросила другую:

— Но почему ты решила, что этот негодяй переспал с нашими подопечными?

— Почему? — прошипела вторая. — Разуй глаза! На наших дурах надеты чужие платья! Как ещё они могли обменяться ими?

— О, Пресветлый! — чуть не взвыла первая. — Нам же за это… Я не хочу ехать в дальнее поместье!

— Я тоже!

— А может… Может мы не будем говорить никому? — вдруг выдала здравую мысль первая.

— И верно, — согласилась вторая. — Сами выпорем паршивок. Да, выпорем. А потом научим как им надо будет действовать.

— Научим, не впервой! — хихикнула подруга, а затем прищурившись посмотрела на меня. — Вот только этого негодяя ещё как-то поймать бы.

Дальше я слушать не стал, а решил поскорее смыться, пока дамы окончательно не пришли к логичной для них мысли, что я и для них был бы очень интересен. Очарованию вампира не прикажешь.

Через четверть часа я стоял около главного входа во дворец и смотрел, как в богатую карету на подгибающихся ногах забрался по самую макушку наинструктированный брат Шихалий, кучер привстал со своей скамеечки и издал раскатистый вопль:

— Ир-р-р-р-ра!

После чего щелкнул в воздухе кнутом, и шестерка запряженных попарно коней рванула чуть не в галоп, сразу развив офигенную для гужевого транспорта скорость. Вслед погнали жеребцов шестеро латников со знаками бесконечности на блестящих доспехах.

Правда кучер показал себя совсем не идиотом. Сначала изобразил рвение, а вот перед выездом из ворот дворца резко осадил лошадей, потому что вся дорога дальше была запружена народом. Кажется весь ближайший городок собрался посмотреть на казнь. И пришли заранее, потому что всем хотелось занять места поближе, чтобы не пропустить никакой детали из редкого зрелища.

В общем, сейчас несмотря на ранее время, на пустыре между городом, дворцом-замком и монастырём жизнь била ключом. А так как дворец стоял на невысоком холме, то я мог в подробностях рассмотреть всё поверх невысокой стены. По периметру уже виднелись яркие полотняные крыши временных торговых палаток. Разносные продавцы всякой съедобной и не только ерундой шныряли между людьми. Но не только они. В толпе собирали богатую жатву и карманники. Но не все успешно.

Двоих только что поймали, и теперь затащили на помост, где привязывали к специальной вертикальной раме с целью обработки кнутом перед отправкой на каторгу. Этакий разогрев публики перед главным представлением.

Я огляделся и удовлетворенно покивал. Большая часть солдат из дворца и замка тоже на пустыре. Как и слуг видно совсем немного. А для моей операции, чем меньше будет свидетелей, тем лучше.

Сейчас на мне поверх куртки инквизитора была надета очень богатая мантия пардия, которую мне дал напрокат архиепископ Чибуэсо из собственных дорожных запасов. Сам он проводил глазами карету и решительно направился к молодому солдату из графской гвардии, который терпеливо ожидал нас в сторонке.

Мы прошли на территорию замка, и вскоре спустились в сырой и здорово воняющий подвал. Прошли полсотни метров по мрачным коридорам, и сопровождающий передал нас тюремщику. Жирному немолодому мужику с огромной связкой ключей на поясе.

В тесной грязной комнатке сидели ещё аж четверо солдат, и я решил для себя, что они здесь редкие гости. Но видимо из-за важной пленницы граф распорядился усилить охрану тюрьмы.

Тюремщик проводил нас к обитой стальными полосами двери, отпер и зашел первым. И я с удивлением заметил, как мужик чуть не в пояс поклонился заключенной. И с чего бы это? Хотя… если подумать… Жарра же сообщила, что она послушница Ордена Лежачей Башни. Вот и боится тюремщик, как бы его не включили в список подлежащих показательной ликвидации мелких сошек, причастных к убийству магички.

А предстояло именно убийство, как я для себя уже разобрался. Граф хоть и имеет немалые права на своих землях, но смертный приговор даже простолюдину обязан утверждать в королевском суде. Что уж говорить о знатной персоне.

Тюремщик вышел, поклонился уже нам и чуть не рысью ринулся к своей комнатке. Я зашел в камеру вслед за архиепископом и поморщился. Комната была по сути каменным мешком с малюсеньким окошком под самым потолком. Но уличному свету помогала пара магических фонарей, так что освещения более чем хватало. Прямо на каменном полу сидела фигура в черном балахоне с накинутым на голову капюшоном. Руки девушки были растянуты в стороны и прикованы цепями к противоположным стенам.

Явно сильную магичку боятся. Хотя мне и непонятно пока, почему она ничего не наколдовала, ведь магу мысли руки требуются при колдовстве разве что как вспомогательный инструмент. А наручники, насколько я понял, были из обычной стали.

Но тут девушка подняла голову, и я сразу понял, что она находится под каким-то сильнейшем зельем. По крайней мере взгляд был здорово расфокусирован, и Жарре пришлось потратить немало усилий на то чтобы просто всмотреться в наши лица.

Святоша собирался было начать свою речь, но девушка успела вперёд, с изрядным ехидством в голосе проворчав:

— О! Я вижу, мне решили оказать снисхождение, и не позорно отрубить голову на площади перед толпой черни, а казнить через скармливание вампиру.

— Что за ерунду ты несешь перед лицом смерти, неразумная дщерь Пресветлого⁈ — возмущенно завопил Чибуэсо. — Какому ещё вампиру?

— Вот этому, — с усмешкой показала движением головы на меня Жарра. — Довольно известному в этих краях Диму из Лорденики, хотя он и другими именами пользуется. А если вам, архиепископ, хватит чувства такта оставить нас вдвоём, то моя смерть в руках этого вампира будет превосходной!

Я во время этой ехидной речи расслабленно стоял за спиной жреца и не удержался от улыбки. А ещё и клыки на верхней челюсти вырастил. Не знаю зачем. Просто из хулиганства. Но когда Чибуэсо резко оглянулся на меня, то сказать ничего не смог, а собрался только завопить. Но кто ж ему даст-то?

Я молниеносным движением заткнул жрецу рот, сначала ладонью, а затем и припасенным обрывком рубахи настоящего инквизитора. После чего снял со святоши мантию, повалил его на пол, прижал ногой, чтобы не дёргался, и за пару минут разомкнул отмычками кандалы на руках чуть не визжащей от счастья девушки. На место заключенной приковал переодетого в балахон смертника архиепископа, а Жарре приказал надеть на себя дорогую мантию.

— Вот зелье, которым меня опоили, чтобы не могла колдовать, — девушка показала мне на бутылочку, стоящую в углу камеры. — Его хватает на пару часов. Но боюсь, что если влить его в старого хрена, то тот все равно орать сможет. Или слишком энергично дергаться, так что тюремщик может и заинтересоваться.

При этом Жарра наклонилась за зельем, но не удержала равновесие и упала бы, если бы я её не подхватил. В итоге сунул бутылочку себе в карман, а девушку прислонил к стене.

А сам повернулся к святоше, который выпучив глаза потряс головой, как бы говоря, что согласен сидеть тихо, лишь бы я его не прибил, но мне хотелось гарантий понадежнее. Так что я достал из портфеля, который так и таскал с собой, бутылку с остатками крепкой восьмидесятиградусной перегонки ленди и влил в архиепископа. Это должно его вырубить на достаточный срок. Главное, чтобы не окочурился от передоза. Но не думаю, что ему тут долго сидеть придётся.

Прежде чем покинуть камеру, я потребовал от Жарры пройтись, и даже на тесном пространстве понял, что девушку изрядно шатает. Чёрт! Такого я не предусмотрел. Капюшон скроет её лицо от посторонних, но вот походку увы… Но что делать?.. Ждать, пока девушку отпустит противомагическое зелье, нельзя. И никакого противоядия у меня нет.

Так что пришлось нам выходить, понадеявшись на невнимательность стражи. Правда, я взял Жарру за локоть, и дойдя до комнаты надзирателей со вздохом произнес:

— Осужденная очень бурно раскаялась, так что у Его Преосвященства даже сердце прихватило. Сейчас сходим к лекарям, а потом сразу на место казни. А вы ждите конвой и не мешайте несчастной молиться.

Солдаты ошеломленно поклонились и закивали, но когда мы отошли всего на пару шагов, тюремщик кинулся к двери камеры и приник к глазку. Ну и ладно. Все что он рассмотрел, это так и сидящую на полу фигуру в черной накидке, с опущенной головой. Как раз поза для молитвы.

Мы вышли на улицу, и там нас ждал сопровождающий. Пришлось строго приказать:

— Идёмте к месту казни! Надо освятить помост после наказания воров.

Солдат растерянно кивнул и пошагал к воротам, а я с досадой заметил, что на другом конце двора уже стоит отряд из двух десятков пехотинцев и десятка закованных в броню всадников. Явно конвой. И ждет кого-то из начальства. Похоже, оставшееся у нас время пошло на минуты.

Когда мы покинули территорию сначала замка, а затем и дворца, я приказал солдату идти к трактиру, пояснив:

— Там у нас запас святой воды. И быстрее шагай!

А вот в трактире я со спутниками сразу поднялся в комнату, где лежали мои вещи, не мудрствуя двинул солдату в челюсть, отправив в глубокий нокаут, связал его, а Жарре приказал переодеваться в рясу монаха, которую я всегда таскаю с собой. А вот мне простой рясы не досталось, а идти по дороге в мантии пардия или тем более архиепископа явно не стоит. Ну ладно, буду наёмником, как обычно.

Я подхватил сумки с вещами и с оборотницей-шпионкой, которая ещё даже не проснулась, и мы выскочили в пустой сейчас двор трактира. Лишь пара слуг стенали у ворот, только с такого расстояния имея возможность наблюдать за ожидаемой казнью.

Я же чертыхался, злясь на себя за то, что не подумал о транспорте. Жарра шла с трудом, и вообще долго не прошагает, а нам надо очень сильно спешить. Нести же её на руках, идея вообще фиговая. Наемник, несущий монаха — зрелище, которое встречные забудут не скоро.

Впрочем, делать нечего. Я перелез через частокол трактира в дальнем углу двора, и девушку перетащил. Зато здесь никого не было, так что я взял спасенную на руки и кинулся в лес. Да ещё и в гору, которая огораживала долину с этой стороны.

Уже через несколько десятков шагов я влетел в густые заросли, поэтому перекинул Жарру на плечо, что вызывало возмущенный вопль девушки:

— Дим! Мне больше нравится, когда ты несёшь меня на руках, а не на плече, одним местом в небо! Тебя не учили как джентльмен должен носить даму?

— Вампир жертв носит именно так, — усмехнулся я. Но затем всё-таки объяснил. — Тут много кустов и мне нужна свободная рука, чтобы раздвигать ветки.

Жарра попробовала ещё повозмущаться, хоть и больше в шутку, но тут нас прервали. Из совсем ещё близкого замка донеслись рёв боевых труб и яростные вопли. Но я уверен, что засечь нас смогут разве что магическим поиском, хотя вряд ли озаботились снять слепки ауры у девушки, которую собирались убить.

Хотя через несколько минут сообразил, что в замке наверняка есть охотничьи собаки, но чтобы пустить тех по следу, сначала надо этот самый след найти. Минимум полчаса на это потребуется. Да и потом, так быстро бежать в гору как я, егеря точно не смогут.

За считанные минуты я достиг вершины горки и ринулся вниз, да так быстро, что Жарра даже завизжала. И умолкла только после того, как я сильно шлепнул её по заднице. Не стоит привлекать внимание, тем более что внизу я разглядел парочку деревень и поля, на которые уже могли выйти крестьяне.

Вскоре я наткнулся на тропу и бежать стало совсем легко. Но дальше виднелась дорога, на которую мне пожалуй не надо, чтобы не попасться никому на глаза. А значит придется как и раньше, ломится через лес, здорово заросший кустарником.

И тут я вылетел на маленькую полянку, на дальнем краю которой стояла красивая девушка, из всей одежды на которой было только узкое полотенце, которое она прижимала к груди обеими руками. Нижняя часть свешивалась до середины бёдер, тем самым скрывая самое интересное.

— О, сэр воин! — тут же закричала красотка. — Если вы бросите мне два золотых, то я поймаю каждый одной рукой!

Я резко остановился. Впрочем, на то, чтобы понять что именно я вижу, мне и секунды не потребовалось. А затем я принялся обшаривать взглядом кусты, пытаясь рассмотреть лепрекона. И вскоре заметил небольшую ауру нежити за листьями. А затем и самого паршивца рассмотрел. Тот был в своей истинной ипостаси — кого-то похожего на пушистого хомяка сантиметров так двадцати ростом.

— О, сэр воин! — продолжила иллюзия девицы, тут же поумерив запросы. — Можно и серебрушки кинуть.

А я всмотрелся в лепрекона, некстати подумав, что это же какой-то потерявший память осколок духа или чего-то ещё, оставшийся от убитого дайлиали — представителя великой расы, которая когда-то безраздельно властвовала в этом мире. И подумал я именно о том, что если бы могущественные маги знали, в кого могут обратиться после смерти, то явно предпочли бы развеяться без остатка.

И этот нечестивец, кстати, самый умный из тех его сородичей, кого я встречал. По крайней мере полностью голую иллюзию без предоплаты показывать не хочет.

А как бы девица тем временем уже без энтузиазма пробормотала:

— Ну может хоть два медяка бросишь?

— Я сейчас в тебя самого чем-нибудь брошу, — произнёс я, демонстративно смотря на самого лепрекона.

Тот вышел из-за куста и проворчал:

— Ну да, на девицу смотреть не хочешь, а я ведь такую шикарную иллюзию разработал. Хотя о чём это я? Ты же тащишь куда-то монаха. И тут я тебе помочь ничем не могу. Наколдовывать иллюзию голого парня мне и в голову не приходило.

— Внимательнее смотри, — усмехнулся я. — И обрати внимание, что я тебя самого легко заметил.

Лепрекон на секунду замер, всматриваясь в меня, а затем удивленно протянул:

— Да ты же вампир! Ну тогда ладно. Извини, что я так плохо подумал о тебе с этим монашком. Приятного аппетита!

— Где дорога на Гросан? — спросил я, решив, что дальше любезничать с этим хреном мне незачем.

Лепрекон показал лапой чуть в сторону и даже пояснил, что надо пройти в том направлении пару миль, то есть три километра.

Ну я и побежал, вдруг обратив внимание, что Жарра притихла. А девушка действительно уснула даже в такой неудобной позе. И ничего неожиданного. Вряд ли она спала хоть минуту за прошедшие сутки, да и нервы ей потрепали изрядно. А тут оказалась в безопасности… пригрелась… Хотя, добежав до дороги, мне всё-равно пришлось её разбудить, чтобы путников не шокировать.

Впрочем, ковылять девушке пришлось всего ничего, потому что я быстро нанял крестьянина на телеге, и тот довез нас до Гросана. Ещё полдень не настал, когда мы вошли в огромный торговый город, и Жарра повела меня к Лазурной башне, в которой мне побывать пока не довелось. Сразу после ворот она скинула рясу монаха, оставшись в красивом брючном костюме, да и зелье её уже отпустило, но девушка всё равно с удовольствием висела на моей руке, да ещё вцепилась покрепче, похоже чтобы я не смылся. И планы у нее на остаток этого дня были очень грандиозные, но из тех, которые посторонним не озвучивают и не показывают.

Глава 5

Лазурная башня нашлась на дальней окраине Верхнего города, и здорово удивила меня своей архитектурой. Этакий пятиэтажный широкий цилиндр с покрытыми причудливыми архитектурными излишествами стенами ярко-голубого цвета. Причем первое впечатление у меня сложилось из разряда «маги чудят», и похоже архитектор именно этого и добивался.

И что интересно, несмотря на крайне экзотический вид, в глаза эта башня совершенно не бросалась, будучи с двух сторон отгороженной стенами верхнего города, с третьей стороны прикрытой массивным строением какой-то мануфактуры, а с четвертой — несколькими деревьями с разлапистыми кронами.

Мы прошли в незапертую калитку в ограде из стальных прутьев, и Жарра постучалась в монументальную дверь из какого-то голубого от природы дерева. Пришлось подождать несколько минут, а затем нам открыл здоровенный мужик в костюме слуги, который на магичку вылупился как на приведение.

— Подготовь мою комнату, — без высокомерия, но строго приказала Жарра. — И гостевую для… э-э-э… сэра Дима. Воду нам обоим. А потом сходи в лавку и купи лучшей еды, да побольше. У меня сегодня великий праздник!

Жарра ушла пока к себе, но сказав, что через полчаса ждет меня в её комнате, а я оставил вещи и пленную в выделенной мне комнате и отправился в специальное помещение, приспособленное для мытья. Но когда возвращался оттуда, вдруг наткнулся аж на самого сэра Протазана, важную шишку Ордена Лежачей Башни.

Я вежливо поздоровался, а тот хмуро кивнул мне и проворчал:

— Я рад, что вы, сэр Дим, всё-таки решили принять моё приглашение вступить в наш Орден. Но сейчас я очень занят. Вынужден сообщить вам, что известную вам по походу на Альгион леди Жарру сегодня убили, хотя негодяи и обставили это как казнь.

Я пока говорить про спасение девушки не стал, потому что хотел уяснить для себя одну вещь. Так что без излишних политесов и спросил:

— А Орден будет мстить за убитую послушницу?

— Откуда вы знаете, что она послушница? — нахмурился собеседник, и добавил. — Была… Или вы как-то нашли способ узнать кое-что про наш Орден?

— Нашел, — кивнул я. — И немного узнал. Ну так что? Вы найдёте и убьёте всех, кто замешан?

Тянуть дальше я не стал, потому что понял, что сэр Протазан сам ничего конкретного не расскажет. Но может хоть на прямые вопросы ответит.

— А почему это вас так интересует, сэр Дим? — нахмурился немолодой мужчина. — Я не замечал, чтобы вы были особо близки с леди Жаррой. Или я чего-то не знаю?

— Хочу выяснить для себя, насколько Орден защищает своих членов, — усмехнулся я. — От этого будет зависеть степень моего интереса к вам.

Мы зашли в богато обставленный кабинет, и хозяин буквально рухнул в монументальное кресло, махнув мне рукой на гостевой стул. И начал говорить:

— Итак, сэр Дим… Вижу, что вы пока ещё не приняли решение вступить в Орден. Но вы откуда-то знаете про похищение и убийство леди Жарры, и даже желаете отомстить за её смерть. И для этого хотите заручиться нашей поддержкой, потому что одному вам непросто добраться до важных персон.

— Да как вам сказать… — усмехнулся я. — Я и один с такими задачами в целом справляюсь. Но я скорее хочу вашей помощи, чтобы убедиться, что послушница ордена может рассчитывать хотя бы на месть за её убийство.

Сэр Протазан снова нахмурился. Похоже ему не понравилось, что не только Орден проверяет рекрута, но и тот имеет наглость проверять всех их на вшивость. А я ещё и добил, заявив:

— Вопрос простой. Если я соберусь свернуть пару-тройку вельможных шей, на какую поддержку от вас я могу рассчитывать?

— На любую, но только в том случае, если вы получите от нас приказ эти шеи сворачивать, — рыкнул хозяин. — Но не беспокойтесь! Мы накажем как минимум непосредственных исполнителей.

Я скептически пожал плечами, и кажется сэр Протазан понял, что его организация проверку на вшивость не прошла, так что уставился на меня тяжелым взглядом. Но тут в кабинет постучали, и после приглашения буквально ворвался знакомый мне адъютант, удивленно кивнул мне, а затем вручил командиру малюсенькую бумажку, какие обычно отправляют почтовыми птицами, и прошептал:

— Вести о… о вчерашнем деле.

Похоже он не хотел при мне называть даже имён, но хозяин кивнул, и парень выскочил за дверь. А сэр Протазан прочитал записку, затем выдохнул, откинулся на спинку кресла и проворчал:

— Вы устроили спектакль, сэр Дим, чтобы проверить нас. И я недоволен таким самоуправством от моего будущего подчиненного. В этой записке, — он потряс бумажкой, — написано, что несколько часов назад вампир Дим из Лорденики чуть не с плахи снял леди Жарру.

Я пожал плечами и с усмешкой ответил:

— С Жаррой вы поговорите сами, когда она закончит приводить себя в порядок. А я пока скажу только, что вашим подчиненным быть не желаю. Вы верно заметили, что проверку не прошли. За убийство вашей подчиненной вы готовы были договориться об отступных с графом, и показательно прибить парочку шестёрок. Так что, ну нафиг.

— Вы наглеете, сэр Дим! — рыкнул хозяин.

— Нет, я готов с вами сотрудничать, и может даже соглашусь стать… ну допустим магистром в вашем ордене.

— Для этого надо здорово потрудиться, — саркастически ответил Протазан. — Вдобавок магистр Ордена Лежачей Башни должен быть знатного рода. И не только. Ещё он должен принести огромную пользу нашему делу.

— Ну я не из знатного рода, но титул у меня есть, так что можете считать меня основателем именно такого рода. Позвольте преставиться, перед вами Первый Коронный Граф Галонии, лорд Дим Катан.

— Что? — выпучил глаза хозяин. — Как вы ухитрились?

— Не важно. Проверьте в геральдических записях. А по поводу нанесения пользы… и причинения добра человечеству… Я нашел шпионку дар-озоров, и уже начал допрашивать её. Так что составьте список вопросов, и я получу на них ответы, если шпионка их знает.

Сэр Протазан даже вскочил из кресла, а я продолжил:

— Но вам я её не отдам. Я же сказал, что хочу стать магистром Ордена. И цель у меня одна — я хочу получить душу от вашего покровителя дайлиали. И помните, что сведения о дар-озорах будут моим подарком ещё без всяких условий. А вот затем, для дальнейшего сотрудничества, я хочу гарантий, что душу мне всё-таки дадут.

Сэр Протазан покивал, но к его чести, угрожать мне, требуя отдать шпионку, не стал. Скорее всего потому что ему не чуждо понимание справедливости, хотя может ещё и потому, что не был уверен, что справится со мной, даже с помощью находящихся в башне подчиненных. Причём одна из них — сильнейшая магичка леди Жарра — ещё неизвестно на чьей стороне выступит. А скорее всего даже и известно. Нетрудно догадаться, что девушка очень благодарна мне за спасение.

И тут нас опять прервали. В комнату после короткого стука снова ворвался адъютант и выпалил:

— Сэр Протазан! Срочные новости из инквизиции! И… они могут быть интересны и сэру Диму.

Хозяин кабинета мрачно кивнул, и парень продолжил:

— Только что поступили непроверенные новости, что в город проникли несколько вампиров из разгромленного Лендийского прайда. Объявлен план по устройству контура для отлова вампиров. Но… метод разрабатывала генерал Зирра, а она же… в монастыре. И без неё ничего не получается. Вряд ли до утра сумеют перекрыть город, и вампиры успеют смыться.

— Не беспокойтесь, — махнул рукой я. — Нет в Гросане вампиров. Это я придумал… чтобы спасти Жарру. Но я всё равно срочно покину вас. Приду как суматоха инквизиторов уляжется.

Я встал, кивнул на прощанье и быстро прошел в выделенную мне комнату. Там схватил сумки, одну с вещами, а другую со шпионкой дар-озоров, и дальше не мешкая двинулся к городским воротам. Но по пути ко мне привязался адъютант, которого сэр Протазан послал проводить меня с целью услышать от меня хотя бы самое важное о дар-озорах.

Ничего важного скрывать я не стал, и быстро пересказал, что уже узнал от шпионки. Да там ценного-то было всего ничего. Главное то, что дар-озоры никакой сверхмагией не владеют, и в большинстве своём о нападении на наш материк не помышляют. Да и вообще имеют на своём континенте кучу не особо мирно сосуществующих государств. Ну всё как и у людей.

Так мы дошли до городских ворот, а те и перекрыть ещё не успели, полностью подтверждая слова адъютанта, что без руководства генерала Зирры гросанская инквизиция стала просто вооружённой толпой, так что мне даже не пришлось перелезать через городскую стену.

Солнце стояло ещё высоко, когда я постучал в ворота замка Чиль. Зашёл в гостеприимно приоткрытую створку, обратив внимание, что у новых слуг Толяна есть определенные преимущества. Парень хоть и обладал интеллектом на уровне овоща, чем сильно уступал прежнему подростку-слуге, но здорово выигрывал в силе, поэтому ворота открывал быстро. Я прошел в тронный зал и застал хозяина ещё только надевающим свои доспехи.

— Привет! Мне нужна комната для важного и опасного заключённого, — с ходу в карьер начал я. — Но для размещения без излишних строгостей. И это всё секретно, сразу предупреждаю.

Рыцарь ошеломленно покивал и ответил:

— Комнату найдём. Слугам говорить не буду, а всё что нужно подам пленнику сам. Это не зазорно для рыцаря, если у него нет оруженосца. А у меня надёжного слугу забрала кузина.

Через несколько минут мы стояли в маленькой комнатке на верхнем этаже донжона, и я с удовлетворением отметив, что окна с решетками, а дверь надёжная, и запирается не только на замок, но и снаружи на засов, вытряхнул из сумки прямо на каменный пол крупную дикую кошку неизвестной мне породы. Только в последний момент заметил, что та вся в крови. Впрочем, Толян, который стоял рядом, особого внимание на это не обратил, сразу решив, что это охотничья добыча.

И я уверен, что поступаю верно, посвящая хозяина в эту тайну. Я не вправе привезти к рыцарю пленную и не пояснить ему кто это. Да и вообще, Толян, при всех его недостатках, проявил себя как очень хорошо умеющий беречь чужие секреты. По крайней мере его кузина, заодно королева Галонии и от случая к случаю моя любовница, так до сих пор и не знает, что я иномирянин. По местным понятиям — вампир.

— Это оборотница, — принялся пояснять я. — В основной ипостаси она девушка дар-озоров. Здесь она маскировалась под человеческого парня, и довольно успешно. Сейчас она в ошейнике, поэтому обернуться не сможет. Плюс я вытянул из нее жизненную силу, пока нёс, так что очнется она только через несколько часов. И тогда будь внимателен. Запросто порвать может. А лучше заходи к ней в доспехах. Ну и смотри чтобы не выскочила, а то фиг поймаем. Да, зовут её Сальяна. Можно даже леди Сальяна, потому что она из графского рода.

— Понял, командир! — серьезно кивнул рыцарь. — Буду с ней вежлив, но внимателен. Прежде чем отпереть сюда дверь, буду запирать выход на лестницу. И… командир, а она симпатичная?

Я усмехнулся, но пояснил без лишних комплиментов для пленной:

— На любителя. У нее на коже зеленые полоски. Хотя в целом мордашка ничего так, но фигура… Она же с меня размером. И если ты схватишься с ней, когда она будет в человеческой ипостаси, то однозначно проиграешь. Даже женщина дар-озоров сильнее обычного человеческого мужчины. Но есть у этой расы и изъян. Очень низкая выносливость, так что в случае драки с дар-озором надо уходить в глухую оборону и ждать пока противник не выдохнется.

— Спасибо, командир! — чуть не вытянулся по стойке смирно парень. — И за пояснение, и за доверие. Я оправдаю его и послужу на благо человечества!

А я оказал даже больше доверия, чем парень ожидал — оставил ему ключ от ошейника. Просто подумал… Я собираюсь сходить за големом-лошадью, а потом может быть пойду по следам бродячих артистов, с которыми уехала внучка дракона, тощая до ужаса девушка по имени Кейси. А некоторые оборотни не могут долго находиться в одной ипостаси. Даже с ума сойти могут, не имея возможности сменить ипостась. Причём я даже не знаю сколько эта конкретная оборотница может не оборачиваться. Может её предел — сутки-двое. Мучить пленную я не собирался, так что если моя отлучка затянется, то пусть будет возможность снять ошейник без меня.

Затем я позволил себе трехчасовой сон, потому что на ногах уже двое суток без отдыха, а ближе к вечеру двинулся на север. Там в тридцати километрах от нас расположен уединённый монастырь, который в первую очередь известен тем, что в нём находится очень крупная алхимическая и артефакторная лаборатория, и живут несколько церковных алхимиков и артефакторов. Кстати совершенно не монахов, как мне рассказывала красивая и мстительная дочь ангела Мишуаль. Просто у слуг Пресветлого все их лаборатории и мануфактуры организованы как монастыри. Есть вольнонаемные или отягощенные высокими церковными званиями специалисты, и есть толпы братии, используемые как почти бесплатная неквалифицированная рабочая сила.

Про этот конкретный монастырь я знал от невероятно красивой и умной девчонки достаточно, чтобы спланировать операцию по похищению голема. Так что явился к воротам через два часа после заката и постучал. Ждать пришлось долго, слушая ленивое погавкивание пары собак, пока наконец не открылось смотровое окошко.

— Чего тебе? — буркнул немолодой мужской голос.

Я стоял в накинутой монашеской рясе, причем и капюшон на нос натянул. Но теперь открыл на несколько секунд лицо и изобразив усталый голос пробормотал:

— Пустите переночевать, братья в вере.

— Не положено! — отрезал монах. — Вон деревня виднеется, там в храме тебя пристроят. А у нас важные мастерские.

Я ожидал такой ответ, поэтому достал из сумки бутылку с восьмидесятипроцентной перегонкой ленди, поболтал ею в воздухе и заговорщицки прошептал:

— Да ладно тебе! Мне тут один сын Пресветлого, из тех кого он особо отметил высоким титулом, пожаловал бутылочку настоящего ленди! И если у тебя, брат, найдётся какая-никакая закуска, то мы могли бы хорошенько причаститься во славу Пресветлого.

Уже через пять минут я сидел в сторожке, и старался дышать ртом, так сильно здесь воняло немытым телом, окуренным каким-то аналогом ладана. Под ногами крутились две мелкие собаки, а хозяин торжественно водрузил на стол только что выдернутую с грядки немытую редьку и две деревянные кружки.

Я выставил бутылку, заодно подумав про себя, что такая чудовищная закуска — прямое оскорбление невероятно дорогому напитку. Даже моей кустарной перегонке.

Но что делать… Я не мелочась сразу всю бутылку и разлил по кружкам. Сторож изобразил на брюхе лежачую восьмерку, спешно пробормотал что-то, что должно было сойти за молитву, и сделал большой глоток. И замер, выпучив глаза. Ну да… восемьдесят градусов — это не церковное винишко.

Монах что-то промычал, а затем смахнул слезу, схватил редьку и откусил изрядный кусок, обдав меня ядреным ароматом корнеплода. Слезы из глаз сторожа хлынули уже сплошным потоком, тот кое-как отдышался и пробормотал:

— А у знатных-то губа не дура! Такое зелье пьют и не морщатся. Я как-то по молодости видел.

Я изобразил, что отпил из своей кружки, но даже имитировать какие-то эмоции не стал. Не вижу смысла. Хозяин каморки уже всё равно от выпивки не откажется. Так и вышло. Монах попивал горючую жидкость сначала из своей кружки, а затем и из моей начал. А потом и рухнул мордой на стол.

Я бросил собакам по куску твердокаменной копченой колбасы из своих дорожных запасов, чтобы они меня окончательно полюбили, затем выскочил из каморки на свежий воздух, и через минуту уже рассматривал ездового голема, стоявшего в отдельном сарае.

Ну что сказать. Пока стоит, от коня не отличить. Особенного от рыцарского тяжеловоза, укрытого попоной от ушей до копыт. Единственное — глаза голема были прикрыты густой стальной сеткой, но бывает что и обычным коням надевают что-то подобное, чтобы во время рубки лицом к лицу не искушать противника ранить животное подлым приёмом. Голему на такую опасность начхать, а вот с внешним видом его неживых глаз всё плохо.

Я заглянул под попону и понял, что и ноги выше полуметра тоже очень так себе похожи на лошадиные. Ну да ладно. Это чудовище при внимательном осмотре в любом случае с лошадью не перепутать. Но Мишуаль говорила, что у него есть режим собственной охраны, когда он никого кроме хозяина к себе не подпустит на расстояние удара копытом. А бить, в отличие от обычной лошади, голем может в любую сторону. Главное не забывать предупреждать конюхов в трактирах, да и везде, где мне надо будет его оставлять.

Я обошёл голема, и тут обратил внимание, что деревянный пол под ним усыпан тонким слоем песка. А когда произнес команду активации, то коняга стукнул передним копытом, и со всего его тела с тихим шелестом посыпался песок. Что ж… буду надеяться, что это накопилось, пока он долго стоял, иначе так теряя массу, голем закончится за считанные недели.

Конь в ожидании чуть тряхнул головой и переступил ногами. Тоже специальный режим, чтобы не стоял совсем неподвижно, вызывая лишние подозрения.

— Новое имя — Рыдван, — четко произнес я, и как бы конь кивнул.

Ну что ж… необходимые процедуры я выполнил, поэтому взял голема под уздцы и вывел из сарая. Затем открыл ворота и оказался на ночной дороге. Запер за собой ворота, вскочил в седло и послал искусственного коня вперед, тут же обратив внимание на одну недоработку.

Рыдван хорошо видел дорогу перед собой даже в темноте и копыта ставил куда надо. Но вот на расстоянии уже в несколько метров нормально проложить путь ночью не мог. Мишуаль говорила, что у этого голема есть два зрения. Одно в обычном свете, и благодаря ему голем не полезет в кусты, в реку или в овраг. Если его туда не послать специально, конечно. Как и обычную лошадь.

Но у этой магической твари есть и ближнее зрение, основанное на видении энергетических структур. Именно оно управляет тем, куда голем будет ставить копыта. И это зрение работает как в полной темноте, так и через тонкие преграды. К примеру, если вырыть яму, прикрыть её ветками и замаскировать травой, то обычный конь попадется в такую ловушку, а вот этот голем нет. Неплохое преимущество.

Ещё голем немного превосходит обычную лошадь по ходовым характеристикам на дальние расстояния. Может бежать со скоростью до двадцати километров в час около ста километров в сутки. А вот затем ему надо давать длительное время накопить запас маны, или быстро зарядить, с чем справится любой маг мысли или рун. До получаса можно держать скорость аж в сорок километров в час, пока слишком быстрый бег не израсходует весь запас маны.

Вдобавок у Рыдвана какая-то невероятная грузоподъемность. На него можно нагрузить аж до полутора тонн груза, и разве что подковы будут изнашиваться быстрее, ну и запас хода снизится, но вовсе не пропорционально нагрузке.

Но есть и недостатки относительно обычной лошади. Первое — та же скорость. Обычный конь может разогнаться и быстрее сорока километров в час. Второе — голем не умеет галопировать. Третье — он не прыгает, так что преодолеть даже низкий заборчик или неширокий овраг не сумеет. Что сможет переступить обычным шагом, то и сможет. Четвертое — голем не умеет плавать. Нет, не утонет, потому что за счет вставок из коры пробкового дуба имеет положительную плавучесть, но сам грести не умеет, так что в воде его можно только буксировать.

Ну и я забыл про главное преимущество голема, к примеру, для рыцаря. Его довольно сложно повредить. Ни стрел, ни копейного удара он не боится, так что для рыцаря это по сути идеальный транспорт.

Глава 6

Я лихо проехался рысью по дороге, и задолго до рассвета явился к воротам замка Чиль. Настроился на долгое ожидание, но нет, уже через пять минут на балкон надвратной башни вышел сам Толян, убедился что это я, и распорядился открыть ворота. А затем минут пять цокал языком, когда осматривал моего коня-голема.

После чего вдруг пробормотал:

— Сэр Дим, я вынужден покаяться перед вами. Я же чуть не упустил вашу пленную, и только её благоразумие и добрая воля не позволили ей сбежать.

Я удивленно приподнял бровь и проворчал:

— Быстро ты… Но ладно, рассказывай.

— Когда вы ушли вчера, я через час заметил, что леди Сальяна пришла в себя. Она сразу попросила меня снять ошейник и вернуть ей одежду. Но я помнил про ваш запрет и отказал ей в этой просьбе. Тогда она попросила у меня воды для мытья и какой-нибудь еды. Я принес ей воду и оставил её одну на полчаса, потому что леди Сальяна сказала, что стесняется мыться при мне даже будучи в ипостаси мирги. Мирги — это так называются эти звери на континенте дар-озоров.

— Дальше, — кивнул я.

— Я принес ей жаренную курицу, и она опять попросила дать ей поесть в одиночестве, потому что она леди и не может обедать когда на неё смотрят. Но что интересно, она попросила нож и вилку, и показала мне что может брать приборы пальцами даже в ипостаси мирги. Я был поражен, сэр Дим, ведь я раньше никогда не имел чести общаться с оборотнями, а особенно с оборотницами.

Я снова кивнул, подумав, что у меня этого общения навалом. Может потому, что оборотни наиболее активная часть людей, или просто не пойми почему. Может мне так везёт. А Толян продолжил:

— Потом мы долго общались, и леди Сальяна много спрашивала про вас. Я рассказал про ваши подвиги, ведь вы же мне не запрещали. А в какой-то момент леди Сальяна вдруг замурлыкала. Вы не представляете, сэр Дим, как же она мурлыкает! Я был поражен, какая же она замечательная девушка, настолько, что попросил её выйти за меня, после того как вы, сэр Дим, решите освободить её.

Я не удержался от усмешки, и спросил:

— Но ты же даже не видел её в человеческой ипостаси. Да и знаком с ней на тот момент был часа три, если не ошибаюсь.

— Плохая девушка не может так мурлыкать, сэр Дим! — пафосно заявил рыцарь, а затем внезапно погрустнел и закончил. — А потом она попросила меня принести ей одежду и снять ошейник. И… Я не знаю почему, но я это сделал. Она попросила меня отвернуться, обернулась в девушку и оделась. А вот после этого она попросила меня обернуться к ней лицом и сказала, что не хочет нападать на меня со спины и… И напала. И она очень быстро выиграла нашу схватку. Я даже сделать ничего не успел. А она рассмеялась, отпустила меня, сказала что просто хочет чтобы ты, сэр Дим, понял, что она могла сбежать, но не стала этого делать, потому что обещала тебе больше не пытаться сбегать.

— Ну что? Желание жениться не пропало?

— Не пропало! Но… Но увы, сэр Дим. Леди Сальяна сказала мне, что мне семнадцать, а ей уже двадцать шесть. И её совершенно не устраивает разница в возрасте в полтора раза.

Я кивнул, про себя подумав, что шустрая, но деликатная шпионка ещё умолчала про то, что Толян туповат, да и ростом чуть не на голову ниже неё. Ну да ладно… У меня появились очень интересные вопросы к этой завидной невесте, так что надо их поскорее задать.

Дождавшись рассвета, я поднялся в комнатку к пленной, открыл дверь и девушка тут же вскочила ко мне навстречу, бросив шитьё. Да, она как раз была увлечена этим мирным занятием. Мы обменялись приветствиями, и Сальяна даже не дожидаясь вопросов, принялась говорить:

— Да, моя вторая ипостась, мирга, умеет гипнотизировать мурлыканьем. А ещё я клянусь тебе, что не буду пытаться сбежать. И потому что обещала, и потому что мне здесь нравится, особенно если ты мне разрешишь гулять по замку. Пусть не сейчас, а после того, как поймёшь, что я не буду делать ничего плохого. И ещё, раз уж я живу у тебя, то прошу, когда будешь в городе, купить мне одежды. Ты не поверишь, насколько я мечтаю надеть нормальную женскую одежду! Мне так надоело скрываться за три года. Да, вот список того, что мне надо.

Девушка протянула мне листок, исписанный двумя колонками, озаглавленными «Очень надо» и «Желательно». Нет, ничего особенного там не было… но… но сам факт! Пленная совсем обнаглела!

А Сальяна пояснила:

— Сэр Тоилян мне много рассказал про тебя, и я решила, что ты не обманываешь, что не отдашь меня церковникам или ещё кому-то. Ну а раз так, то меня устраивает жить у тебя. А какие варианты? Вернуться домой я не могу, прятаться на этом континенте всю жизнь не хочется. Так что я приняла взвешенное и твёрдое решение.

— Ладно, — немного подумав, проворчал я. — Сейчас я отдохну, и мы поговорим о том, что ты утаила от меня позавчера. А потом я подумаю, как к тебе относиться. Но пока посидишь под замком.

— Что ж делать… Ты вправе не доверять мне. Но может быть следующей ночью ты разрешишь мне погулять в ипостаси мирги? Сэр Тоилян показал мне из окна двор замка, и я поражена какое чудесное озеро он себе обустроил! А мирги — это же полуводные созданья. Да, в природе эти кошки отлично плавают и ныряют.

Я только рукой махнул, вдруг сообразив, что Сальяна кажется обучена забалтывать собеседников и в ипостаси девушки. Но со мной такое не пройдет, чёрт побери. А то глазом моргнуть не успеешь, как эта девица возьмет инициативу в свои руки. Проще говоря — на шею усядется.

Я кивнул на прощанье, заодно обратив внимание на довольную улыбку на симпатичном лице, раскрашенном несколькими зелеными полосками. Кажется девушка считает, что её вживание в наш коллектив идёт вполне успешно.

Но пока я хотел наконец отдохнуть, точнее просто поесть, помыться и пару часов поспать, хоть сейчас ещё и утро. А в обед решу, чем мне заняться дальше.

К сожалению, слуга сказал мне, что из еды в замке остались только каша и хлеб. Что ж делать, я выдал Толяну несколько золотых «на содержание пленной», заодно пояснив, что и всем в замке надо начать нормально питаться, раз уж я выбрал его своей временной базой.

Но пока продукты закупят… Пока приготовят. Так что сейчас я сходил только помыться, да и пришел в свою комнату, мечтая завалиться на кровать. Однако меня ждал неслабый сюрприз. Матрас с кровати был снят и положен на пол. Естественно с постельным бельём. И на нём лежала Сальяна, картинно прикрытая только краешком одеяла. А на мой вопросительный взгляд она тут же проворковала, изобразив дурочку:

— Ах, Дим! Я подумала, что должна извиниться за то, что напоила тебя своей кровью, а это же важно для тебя. И ещё, я же обещала тебе не скрывать своих умений. Вот… сообщаю, что я умею вскрывать замки. Увы не все. Ошейник я открыть не смогла, больно на нём замок хитрый. А вот комнаты отпираю на раз. А на засов меня запереть ты забыл.

— Если ради извинений, то… одевайся и возвращайся в свою комнату! — проворчал я.

Ещё чего не хватало! Я привык, что нравлюсь девушкам, хоть в немалой степени и за счет магического очарования тьмы. А эта нахалка заявляет, что просто желает так со мной расплатиться за плохое поведение. Хотя если подумать, то скорее всего здесь есть и второе дно. Сальяна хочет привязать меня к себе. Хоть капельку. Чтобы я защищал её. Нет, я ничего плохого ей не желаю, но и играть по её правилам что-то не хочется.

Так что я ещё и доходчиво показал пальцем на дверь, после чего девушка встала и ворча принялась одеваться.

Я отвернулся к окну, но всё-таки решил спросить:

— А зачем ты постель на пол перетащила?

— Чтобы кровать не сломать, — фыркнула шпионка.

— Да мы вроде оба не сильно тяжелые, — пожал я плечами.

— Намекаешь, что я с вашего мужчину размером? — усмехнулась полосатая девушка. — Впрочем, я не обижаюсь. Я нормальная для женщины дар-озоров. Но именно моя раса и есть причина, по которой я постелила на полу.

Я вопросительно посмотрел на уже застегивающую рубашку пленную, и та опять усмехнувшись пояснила:

— Вот тебе ещё сведения о нас. Они никак к ценным не относятся, потому я и не говорила раньше. В постели… ну… в общем, у нас происходит борьба. И нешуточная. Иначе неинтересно. Так что твою кровать мы точно сломали бы. И это ещё одна причина, почему мне нужен именно ты. Ты сильнее меня, в отличие от остальных человеческих мужчин. А ты… Ты меня выгнал!

Сальяна посмотрела на меня с какой-то надеждой, вероятно рассчитывая, что я передумаю, но я только ещё раз указал на дверь. И шпионка, гордо вскинув голову, удалилась в свою камеру.

А я наконец отоспался, а затем сходил и уже своим решением выпустил девушку, чтобы не ломать комедию, что она сидит под замком. Только попросил её скрыть косметикой полоски на открытых участках кожи, потому что слугам в таком виде ей показываться нельзя. После этого мы вместе с Толяном пообедали. Причем я обратил внимание, что рыцарь изо всех сил ухаживал за пока ещё пленной. Так мало того! Каждый раз, когда она отвечала вежливой улыбкой, бросал на меня торжествующие взгляды. Ну да, Толян свято верит в свою неотразимость перед дамами, и считает, что уводит у меня девушек.

Затем до вечера я беседовал с Сальяной, узнавая всё что только можно о дар-озорах. И бывшая шпионка охотно отвечала, пояснив мне, что верит, что люди не собираются нападать на её соплеменников. А если она даже и расскажет мне что-то опасное для жителей западного материка, то я и сам не буду сообщать этого плохим людям.

Закончился опрос уже почти и не пленной моим разрешением ей поплавать во дворе-бассейне замка, благо уже настала ночь, и слуги отправились спать. Сальяна обернулась, и белая с зелеными полосками кошка с огромным удовольствием поныряла в превращенном в бассейн дворе замка.

А затем она свечой выскочила на мостик, на котором я её ждал, энергично отряхнулась, специально окатив меня веером брызг, после чего попросила:

— Дим, а можно я поныряю в подвале донжона? Я видела дыру, которая ведёт туда, точнее оттуда, потому что из неё в бассейн поступает вода. Но лезть в неё не рискнула, потому что развернуться если что не смогла бы. А я дышать под водой не умею. Но я всегда мечтала понырять в пещерном озере. Здесь, конечно, не пещера, но опасность щекочет нервы, ведь если не успеть вернуться, то воздуха там взять будет негде.

Я пожал плечами, не понимая именно такого удовольствия. Да и вообще, я как чуть-чуть вампир могу не дышать полчаса, но пока мне как-то в голову не приходило устраивать подводные заплывы. Но причин не выполнить просьбу я не видел, так что взял магический фонарь, и мы отправились в подвал донжона. Точнее, ни в какой не подвал, потому что остановились на первом этаже.

Я посмотрел на лестницу, которая и должна была вести в подвал, но сейчас вровень с полом там стояла вода. Чистая и даже холодная, так что я по жаре с удовольствием помочил в ней руки.

— Не хочешь поплавать со мной? — игриво спросила девушка в ипостаси мирги.

Я только покачал головой. Но с улыбкой, вдруг подумав, что такие заигрывания мне нравятся больше, чем попытки отдать долг.

Но… не место здесь. Нет, если кто-то будет приближаться, оба услышим, но… Не особо чистый каменный пол… В общем, как-то это негигиенично. Да и вообще… Если думать головой, то от этой умной шпионки мне лучше держаться подальше.

Я бросил прямо в воду фонарь, тот медленно опустился на лестницу и осветил тёмные воды магическим сиянием. Сальяна ещё посмотрела на меня, пофыркала, но затем нырнула, подхватила фонарь кончиком хвоста и уплыла куда-то в глубины подвала.

Но так-то подвал под донжоном не особо большой, поэтому я видел перемещающиеся отблески, и не беспокоился что эта балда утонет. А если начнет, то я успею её достать. Плаваю я куда хуже мирги, но разыскать её если что смогу.

Ныряльщица явилась через пять минут, как-то странно посмотрела на меня, отдышалась и снова уплыла, так и таская за собой фонарь, в петлю которого просунула кончик хвоста.

Снова явилась через три минуты, выбралась на пол, отряхнулась, ещё раз обдав меня веером брызг, и произнесла:

— Дим, там в одном месте часть кладки странная. Похоже на дверь, щели вокруг которой замаскировали каким-то раствором. Тот размок и отвалился. Но я… Я не смогла её открыть.

Я посмотрел в хитрые кошачьи глаза и принялся раздеваться, только в последний момент вдруг сообразив, что это может быть примитивная попытка заманить меня в воду. Просто… не понятно, почему она решила поделиться обнаруженным секретом. Игра в честность? Или и вправду такая честная. Вроде как леди лишний раз стараются не врать.

— Нет, Дим, я не стала бы скрывать находку, — будто подслушав мои мысли почти промурлыкала кошка. — Но сначала хотела сама посмотреть что там.

Я кивнул, а Сальяна вдруг начала по-настоящему мурлыкать, да так что эхо разнеслось в просторном помещении первого этажа донжона. И я вдруг почувствовал, что эта оборотница мне ужасно симпатична, если не сказать больше. А затем у меня начал усиливаться вампирий голод, так что я сообразил что к чему, аккуратно взял миргу за холку, приподнял и строго сказал:

— А ну прекращай!

— Ладно… — развела крепкими лапами та. — Зато буду знать, что на вампира мой гипноз не действует.

Я разделся до трусов, которые у меня вполне приличные, что-то типа плавок, и медленно спустился в воду, по пути подумав, что я за год жизни в этом мире ни разу свою способность долго не дышать не испытывал. Да я вообще нигде не купался. Тут это не принято. А позагорать на бережку — идея совсем дурацкая. Для вампира-то. Солнце для меня не смертельно, но всё равно неприятно. Так что если мне и загорать, то только под луной.

Мы совсем немного проплыли под водой, а затем Сальяна показала мне на теперь подводную дверь, которую я впрочем и сам уже хорошо видел. Я провел пальцами по открывшемуся из-за отвалившейся замазки стыку, и сразу понял, что это просто стальная дверь, оклеенная сверху толстыми кусками камня.

Раньше она была вделана в стену подвала, и пользовались ей редко, вероятно каждый раз замазывая по периметру каким-то гипсом, по цвету подходящим под окружающий раствор. Но теперь тот отвалился, и я даже заметил что с одной стороны есть удобная выемка, в которую можно засунуть пальцы. И засунул, а дальше упёрся в стену ногами и с трудом распахнул дверь, за которой оказался крошечный тамбур, тоже заполненный водой, конечно же.

Но в стене были выдолблены даже не ступени, а выемки под руки и ноги. Что-то вроде примитивной лестницы. Но нам это было не нужно, потому что я просто всплыл чуть вверх и вынырнул. Но дальше все-таки пришлось подниматься по этим ступенькам на уровень второго этажа донжона.

Кошка ловко карабкалась за мной, и через несколько секунд мы оба оказались в тесной комнатке. Причем с хорошим воздухом, что намекало, что здесь имеется вентиляция. А ещё почти вся она была занята несколькими огромными тюками шёлка, явно из Шаньшаня. Ценность немалая!

Эта ткань здесь стоит не как в средневековье в моём прошлом мире, но тоже недёшева. А с учётом количества, я прикинул, что здесь её не на одну тысячу золотых.

Кроме тканей обнаружилась ещё охапка дорого украшенного оружия, по виду работы кузнецов Багента. Ну и единственная сумка, из которой я кроме разных мелочей вытащил толстую тетрадь. Вот только прочитать ничего не смог, потому что язык шаньшаньцев, на котором оказался написан текст, так и не выучил. Да и не собирался, по правде говоря.

Я оглянулся на спутницу, которая обвела сокровища сияющим взглядом, и пробормотала:

— Всю жизнь мечтала найти пещеру разбойников. Жаль, что она в чужом доме.

Я кивнул, потому что даже мысли закрысить найденное у меня не возникло. Будем считать, что Толяну повезло. По настоящему повезло. Теперь этот дурень богат. Хотя… Зная его, что-то мне подсказывает, что непрактичный рыцарь быстро найдет куда пристроить шальные деньги.

Но в любом случае, минимум треть я у него заберу для себя и Сальяны.

И тут крупная, похожая на рысь с длиннющим хвостом, кошка, только белая с зелеными полосками, поднялась на задние лапы, и через секунду напротив меня стояла крепкая девушка, с меня размером. Тоже с зелеными полосками по всему конечно же голому телу.

Но стояла девушка недолго. Она взвизгнула и кинулась на меня. И с чего это? Сальяна так-то в курсе, что я в любом виде сильнее её. Но уже через секунду я понял, что я настоящий идиот! Оборотница не напала на меня. Точнее напала, но с совсем другой целью.

И догадаться на самом деле было не трудно, потому что первым же движением Сальяна вцепилась в мои трусы и сорвала их с меня, просто-напросто растерзав крепкими пальцами. А я… Точнее мои принципы. Они куда-то испарились.

Но ладно… Здесь хотя бы есть целая куча шёлка, а не голый каменный пол…

Правда, через полчаса я вовремя заметил, что Сальяна уже совсем без сил. Так быстро, потому что она дар-озор, а в них жизненной энергии в несколько раз меньше чем в людях. Что ж делать… Пришлось нам прекращать.

И тут возникла проблема. Обессиленная Сальяна не смогла обернуться в миргу, ещё и пробормотав:

— В этой ипостаси я плавать умею, но во много раз хуже. Может тогда я посплю здесь, пока не наберусь сил?

Но меня такое не устраивало, так что я просто отбуксировал девушку в нормальное помещение первого этажа донжона, дал ей свою рубашку, сам натянул штаны, и так мы смогли нормально добраться до своих комнат. Впрочем… могли хоть голыми ходить. Ночью всё немногочисленное население замка Чиль честно спало.

Глава 7

Утром, ещё до завтрака, я позвал Толяна к затопленному входу в подвал донжона и рассказал о находке, добавив:

— Скорее всего это контрабанда, а может и добыча разбойников. И оставили там этот шёлк не так давно, судя по тому что пыли на нем было совсем немного.

— Надо сообщить в канцелярию Её Величества, — сразу задрал нос рыцарь. — Может найдутся хозяева.

Ожидаемо… Рыцарские принципы. В случае разбойничьего клада Толян оставит себе добычу, только если не найдутся хозяева. Хотя всё-таки наиболее вероятно, что это контрабанда, а значит всё теперь принадлежит владетелю этих земель, то есть самому Толяну.

— Не спеши, — проворчал я. — Вот попрошу перевести с шаньшаньского, что в тетради написано, может что-то и прояснится. У меня есть надежные переводчики.

— Хорошо. А как всё это из тайника достать? — спросил парень.

— Потом раздобудем кожаные мешки, и я вытащу всё, — вздохнул я, начав раздеваться.

Ну да, что бы в итоге не решили, но доставать всю кучу шёлка придется именно мне. А тетрадь-то мне нужна раньше всего остального, так что её я сейчас и притащу в обычном походном бурдюке.

Заодно я приволок оружие, благо что ему от воды хуже не станет.

Рыцарь восхищенно поцокал языком над отделанными золотом и драгоценными камнями железяками, а вот затем приятно удивил меня:

— Если окажется, что всё найденное возвращать не надо, то треть будет ваша, сэр Дим, а треть леди Сальяны. По правилам воинских отрядов. Я считаю, что это справедливо!

Меня такой расклад более чем устроил, но в ближайшие дни ничего с кладом решили не делать. Ведь соваться в Гросан, где в университете учатся Аласи и Онила, две оборотницы из Шаньшаня, которым я могу доверить перевод записей в тетради, мне нельзя. Там же как раз вампиров ищут.

Несколько свободных дней я решил посвятить изучению основного языка дар-озоров. Но так… Именно что по самому краю. Язык оказался мало похожим на человеческие языки, и сильно убиваться, а точнее тратить кучу времени, мне не хотелось.

Целый день мы занимались в моей комнате, причем дважды Сальяна потребовала прерываться на любовные паузы, как она выражалась. И на эти полчаса приходилось снимать матрас с постельным бельем с кровати, иначе ту точно сломали бы.

И обучение даже за один этот день мне надоело до чёрта! Как-то я привык к более активной жизни.

А на утро я проснулся от игры на лютне и пения. Оказывается, это Толян выкинул фокус. Он плавал на лодке под окном Сальяны и пел серенаду. И вот как назвать человека, который поёт серенаду на рассвете?

— Придурок! — так и назвала парня хихикающая девушка, пробравшись в мою комнату. И добавила. — Ты же сейчас уедешь по делам? Вот я и пришла за нашей половиной часа.

— Почему ты решила, что я уеду? — удивился я.

— Ну… Не решила, а надеюсь, что ты помнишь про мою просьбу купить мне вещи по списку, — хихикнула оборотница. — Нет, я не наглею, на самом деле. Если без шуток, то я просто уверена, что ты в замке сидеть неделями не будешь. Ты очень деятельный.

Впрочем, девушка не ошиблась. Я и вправду собирался съездить к Гросану. И именно не в сам город, потому что там же инквизиторы должны были установить периметр для ловли вампиров, про которых я сочинил дезинформацию, а брат Шихалий привёз её в епископат.

И я как раз хотел посмотреть, как этот периметр установили. Мне очень интересно знать как именно ловят вампиров. Чтобы быть готовым если что.

Со мной пожелал отправиться Толян, что мне не очень-то понравилось. Нет, я был не против ехать со спутником, но именно сейчас получалась какая-то фигня. Рыцарь в полных доспехах, а рядом я в кожаной куртке наёмника. И все встречные должны будут решить, что едет рыцарь с оруженосцем. И вроде меня это не должно бы задевать, но только если рыцарем выступает не Толян, у которого мозги явно отстают от физического развития.

И самое неприятное, что виноват в неприятной ситуации я сам, потому что не пожелал купить себе дорогую одежду, которая всем будет показывать, что я тоже знатный. Граф, как-никак, хоть и не владетельный.

Но с другой стороны, я всё равно уже представился в Ордене Лежачей Башни, что я граф, так что придётся соответствовать. Единственное — меня смущало, что по хорошему мне нужна броня, а я натягивать на себя кучу железа не желаю. В общем, надо хорошенько подумать, как и условности соблюсти, и привычный образ жизни, а точнее тип одежды, сильно не менять.

Но сейчас я плюнул на мнение окружающих и поехал рядом с Толяном как оруженосец. И меня, кстати, порадовало, что мой конь-голем никакого удивления ни у кого не вызывал, а значит странности в его аллюре в глаза особо не бросаются. А странности были, причем связаны они с тем, что Рыдван бежал очень плавно, не как обычный конь. Но если никто особо не замечает, то и ладно.

Мы быстро доехали до Гросана и действительно обнаружили вокруг города неплотное оцепление из церковных солдат и инквизиторов, с редкими вкраплениями магов и пардиев. Но не это главное в оцеплении. Самое опасное для нежити, и в том числе вампиров, даже если они еще почти люди, это невидимая преграда, совместно наколдованная кучей магов. Стоит в неё попасть нежити, как преграда замедлит врага рода человеческого, окружив почти непроницаемой изнутри стеной, и конечно же подаст сигнал.

Так что я остановился вдалеке, потому что даже приближаться может быть опасно. Там же ещё и поисковые заклинания, настроенные на вампиров, должны колдовать, и хотя те очень медленные, но всё равно лишний риск ни к чему.

Толян хоть и собирался ехать дальше, но предпочёл пока остаться со мной. Чтобы не торчать на виду, мы сели у окна в небольшом трактире в километре от стен города, и принялись наблюдать. Из более-менее интересного я отметил, что через ворота людей впускали и выпускали, только всех покидающих Гросан проверяли, брызгая на них святой водой, хотя при работающем контуре это явно лишнее. Похоже на то, что простые солдаты просто перестраховываются.

Но периметр я рассмотрел быстро, а дальше наблюдать стало скучно, а ещё и Толян изо всех сил рвался в город, так что я решил, что сейчас поеду обратно, а рыцарь пусть валит куда хочет и ищет приключения на свой бронированный зад.

Однако мы не успели. Вдруг раздался колокольный набат, затем над городом возникли несколько струек дыма, которые быстро разрастались, а среди магов и солдат оцепления начала распространяться суета, быстро превратившаяся в панику. Нет, обученные вояки не бросились бежать, но стали сбиваться в кучки, кажется занимая оборону. Но против кого?

И тут чуть в стороне от нас сразу за городской стеной мелькнули друг за другом несколько вспышек боевых заклинаний, а затем прямо через стену шустро перебралась человекоподобная фигура, чёрная, но покрытая всполохами пламени. В неё сразу стали стрелять заклинаниями несколько магов, но монстр, в котором было не меньше трех метров роста, от части магических выстрелов уворачивался, а часть принимал на себя, но кажется особо не страдал.

Он кажется собирался атаковать один из маленьких отрядов инквизиторов, но потом всё-таки обошел его стороной и быстро двинулся от города, к видневшейся в паре километров деревне.

Я никак не мог понять, что это такое, но тут Толян прошептал в каком-то экстазе:

— Демон! Клянусь Пресветлым, это же настоящий демон! Сэр Дим, это же настоящий подарок для меня! Пресветлый услышал мои молитвы и дал мне шанс совершить настоящий подвиг!

Тут и я сообразил, что да, это наверняка демон и есть. Причем из тех, которые изредка возникают на месте убитых людей или других живых существ, если те умерли плохо, и очень сильно хотели отомстить обидчикам. И что-то мне совсем не хочется воевать с такой тварью. Тут нужны маги, потому что простой воин ничего такому противопоставить не сможет.

Но сэр Толян уже выбежал из зала трактира, вскочил на своего коня, отвязал закрепленное за седлом копье и ринулся наперерез твари. Я чертыхаясь тоже залез в седло и поехал чуть позади, размышляя, на что этот придурок рассчитывает. Но и бросить его одного я не могу. Вот и приходится выступать в роли оруженосца, чёрт побери!

Тем временем Толян приблизился к демону, который тяжело шагал по полю, время от времени разбрасывая в стороны сгустки пламени. Но двух придурков на конях он не пропустил и развернулся навстречу. Толян завопил что-то бодрящее и послал своего тяжеловоза в атаку. И у него даже получилось воткнуть копье прямо в середину огромного тела. Но вот дальше демон швырнул в него сгустком пламени, но не попал, потому что умный конь сразу рванул в сторону.

Тогда монстр махнул другой рукой, и в рыцаря полетели дымящиеся камни, по крайней мере так я для себя обозвал это заклинание. И один из снарядов попал в Толяна, сразу вышибив того из седла. Ещё и частично оглушив.

Монстр торжествующие поднял вверх передние лапы и взревел. Затем схватил торчащее из груди копье и переломил его. Хотя мог и не утруждаться, потому что и оставшаяся в теле часть, и та что оказалась в руке, вспыхнули пламенем и стали быстро превращаться в угли.

А демон уставился на ворочающегося на земле Толяна и шагнул к нему. Но я уже принял решение, заодно рассмотрев, что к нам приблизился отряд магов на конях, в сопровождении десятка латников. Правда, те близко подъезжать не стали, а спешились и построились в линию, и только тогда медленно двинулись вперед. Но слишком медленно. Так они демона никогда не настигнут.

Так что я тоже спрыгнул с Рыдвана, отбежал в сторону, подобрал пару камней и метнул в монстра. Попал, конечно, с моей-то силой и ловкостью, хотя кидал метров с тридцати. Затем метнул еще пару комков земли, потому что камней под ногами больше не было. А вот после этого пришлось здорово попрыгать, потому что демон обратил внимание на моё оскорбительное поведение, и стал швырять огненные сгустки и россыпи дымящихся камней в ответ.

Заодно я стал отступать к строю магов, а те даже замахали руками и стали орать:

— Давай его к нам, парень!

Но я и сам это понимал. Также как понимал, что когда эти типы начнут швырять свои заклинания в демона, на линии огня лучше не стоять. А то маги особой меткостью редко могут похвастаться, хотя очень любят переоценивать свои умения. Поэтому увернувшись от очередного выстрела монстра и рассмотрев краем глаза, что колдуны вскинули руки в атакующих жестах, рванул что есть сил в сторону. Но всего шага три, а дальше резко замедлился. А то ведь на коротком расстоянии внимание вряд ли обратят, а вот если я буду бежать очень быстро достаточно долго, то могут и догадаться, что я не совсем человек.

Но пронесло. Всё внимание было приковано к монстру, которого через пару секунд накрыло облако каких-то искр и молний. Вложенная магическая мощь оказалась более чем достаточной, поэтому вскоре на землю рухнула подергивающаяся туша. Подёргалась ещё немного и затихла. Я уже быстро шагал к поверженному Толяну, заодно наблюдая краем глаза за обстановкой вокруг. Ну что сказать. Народ, ставший свидетелем схватки, ликовал.

Я подошел к Толяну, поднял забрало и догадался, что тот плох, плюс уже без сознания. Влил ему в рот одно из моих лечебных зелий, а дальше задумался. Вроде как положено снимать доспехи и проводить другие реанимационные процедуры. И не сказать, что я о них совсем ничего не знаю, но как-то не сильно хочется. А что делать? Придурок опять пострадал, и не бросать же его помирать.

Но тут ко мне подбежали маг и две магички, которые, насколько я понял, специализировались на медицине, так что я не скрывая довольного вздоха отошел в сторону. Народу вблизи уже суетилось немало, особенно вокруг туши демона, из которой кажется что-то выковыривали на магические ингредиенты. Я сходил и забрал наших коней, точнее коня Толяна и моего голема, да и начал тихонечко отступать к трактиру.

И тут меня из-за спины взяли за локоть, и знакомый голос радостно произнес:

— Ну вот ты и попался, вампирюга!

Я скосил глаза на сияющую как начищенный золотой девушку в лёгких доспехах и со значками инквизиции и лейтенанта. Филла, дочка и бывшая адъютант также бывшей генерала Зирры хотела продолжить что-то говорить, но я легонько потянул её, и мы оказались между двумя здоровенными тяжеловозами.

Да, я принял неприятное решение. А что мне ещё делать? Нет, сам я сумею смыться даже из толпы воинов и инквизиторов, тем более, что от меня никто бегства не ожидает. Но вот терять Рыдвана жалко, потому что на нём мне не ускакать, и сам тот не сможет убегать с нужной скоростью, а главное уворачиваться от магического огня преследователей. Поэтому я понадеялся, что если прижму этой симпатичной девчонке сонные артерии, то удастся её усыпить, выдать это за обморок, и тогда уже спокойно смыться.

Но тут девушка приятно удивила меня. Оказавшись между коней, она оценила, что нас почти не видно, поэтому порывисто поцеловала меня и зашептала:

— Ты такой герой! Нет, твой товарищ тоже смелый, но ты ещё и умный! Я просто мечтаю как окажусь в твоих объятьях! Пошли к трактиру, а то если я отпущу тебя, ты опять сбежишь, и я лишусь часика очень горячей любви. А потом как раз вас награждать будут.

Мы и пошли. Я особенно радовался, что Филла, когда у неё был реальный шанс поймать меня, точнее указать на меня огромной толпе опасных для меня магов и вояк, делать этого не стала. Похоже девчонка куда лучше, чем я о ней думал.

Час в трактире прошёл замечательно, хотя очень уж быстро. А потом в дверь замолотили, и молодой женский голос прокричал:

— Сэр оруженосец! Вас ждут для чествования. Вы не ранены? А то что-то долго приводите себя в надлежащий вид.

Мы оба оделись за минуту, а затем Филла первой выскользнула за дверь, ещё и показав язык какой-то девушке со значком инквизиции на доспехах. Кажется они были знакомы. А если учесть, что в инквизиции не так много народу служит, то может они были вообще из одного выпуска инквизиторского тренировочного монастыря.

А через несколько минут я стоял на поле. Рядом со мной установили носилки с Толяном, который уже пришел в себя, но его голова вместе с челюстью была замотана бинтом, так что парень мог только мычать.

Напротив нас встала очень представительная делегация. В середине напыщенный немолодой тип со знаком полковника инквизиции, а рядом с ним несколько офицеров и магов. Ещё с десяток пардиев и даже один епископ. А чуть дальше толпились простые инквизиторы и просто набежавшие горожане.

— Мы собрались здесь, чтобы выразить признательность молодому доблестному рыцарю, который не побоялся вступить в поединок с демоном, и поразил того! — пафосно произнес главный. — Это позволило нашим магам догнать подлое порождение ада и уничтожить его, пока оно не напал на беззащитную деревню.

— Ещё стоит отметить оруженосца, — кивнул на меня старый маг, один из тех, которые собственно демона и убивали. — И я бы сказал, что его вклад оказался не меньшим.

Я внутренне поморщился. Ну чёрт побери! Попал в оруженосцы к этому придурку Толяну. С другой стороны, может это и лучше. Называться коронным графом было бы не самым умным поступком перед сборной солянкой инквизиции всех окрестных земель. Особенно с учетом того, что некоторые наиболее сообразительные посматривают на меня как-то слишком задумчиво.

А когда я наткнулся на ошарашенное лицо «молочного мальчика», который какое-то время был адъютантом и любовником генерала Зирры, а ещё знает вампира Дима из Лорденики в лицо, то совсем успокоился. Пусть я лучше останусь оруженосцем для всей этой толпы. Тем более парень выдавать меня вроде не собирается. Понимает, что я буквально на днях спас его от серьезных неприятностей, когда его хотели замарать в казни леди Жарры.

Тем временем в нашу честь прозвучало ещё несколько речей, хорошо что коротких, а затем настало время наград:

— Доблестный сэр рыцарь… — прокричал один из офицеров, за которым адъютант держал несколько свитков. А вот затем замялся, потому что Толян своего имени произнести не мог.

— Лорд Тоилян барон де Чиль, — помог я.

И тут я заметил как поскучнели лица пардиев. Ну да, баронство Чиль здесь совсем недалеко, и они несомненно в курсе к какому королевству оно относится. К Галонии. А это маленькое государство — настоящее бельмо на глазу церкви. Ещё бы! Еретическое королевство прямо в центре земель Запада.

Но делать нечего. Войны с Галонией нет, так что награждение продолжилось.

— Барон де Чиль награждается званием рыцаря-сподвижника инквизиции! То есть благородного воина, который не служа в рядах инквизиции, принес значительную пользу делу борьбы с тьмой!

— Оруженосца не забудьте, — проворчал тот же маг. — Как вас зовут, молодой человек?

— Сэр Дим Катан, — неохотно ответил я.

— О! Вы тоже благородный, хотя по неизвестным причинам не носите знаков принадлежности к сословию прирожденных воинов. Значит сэру Диму Катан тоже положено звание рыцаря-сподвижника.

Нам выписали эти вроде как не такие уж и никчемные, как я понял по серьезным кивкам вояк, почетные звания, а затем главный закончил:

— Ну и лорду Тоиляну вручается скромная награда в виде двадцати золотых.

— Пятидесяти, — раздался из толпы голос Филлы.

Полковник раздраженно завертел головой, но кто сказал, кажется не понял, а другие офицеры стали кивать и бормотать, что да, за такой подвиг обычно награждают полусотней золотых. Так что нам дали увесистый мешочек именно с такой суммой.

Глава 8

Затем Толяна погрузили на телегу, я привязал его коня позади и запрыгнул в седло своего голема. Пора уже смываться отсюда, чтобы никто лишнего не вспомнил, особенно об одном вампире, которого ещё совсем недавно здорово разыскивали.

Мы отъехали всего с полкилометра, когда меня догнала Филла на коне. Я придержал мой транспорт, чтобы нас не слышал возница, и вопросительно посмотрел на девушку.

— Дим! — широко улыбаясь начала она. — Я хочу тебя попросить. Очень сильно попросить выручить мою маму из монастыря. Ну очень надо! Мы не будем даже думать о том, чтобы пытаться и дальше ловить тебя. Даже наоборот! Ты сможешь всегда рассчитывать на нашу помощь! Я навещала её неделю назад, и она сказала, что я могу пообещать это от её имени.

— Хм… Ещё бы пообещали не лезть в дела королевства Галония.

— Ого! — хитро прищурилась лейтенант. — Твои интересы распространяются не меньше, чем на целое королевство!

Я пожал плечами, так что девчонка тут же быстро произнесла:

— Неважно! Я гарантирую тебе что мы обе вообще забудем, где Галония находится! Только помоги! Мама сможет восстановить свой статус, потому что у нее много сторонников в инквизиции и даже в высших церковных сферах во Фринеции, но только если она сама напомнит должникам о своем существовании.

Я кивнул, догадываясь, что очень любвеобильная дамочка могла накопить немало связей. А может и возможностей для шантажа. Лейтенант же продолжила:

— Да и вообще, пусть это прозвучит излишне пафосно, но вызволив леди Зирру из монастыря, ты окажешь немалую услугу всем людям! Она очень хорошо командовала инквизицией Гросанского епископата, и имела большое влияние во всей инквизиции. А на смену ей назначили этого полковника… Он очень правильный, но просто дурак. Ведь демона выпустили по его недосмотру. Да! Именно он виноват!

Я удивленно приподнял бровь, и Филла продолжила:

— Когда в епископат явился секретарь архиепископа Чибуэсо и стал наводить справки, кто отвечает за переговоры с посланником вампиров, сразу вспыхнула паника. Ещё бы! Вампиры не отправили бы посланника издалека, потому что людям они не доверяют. А значит они и сами в Гросане. У нас такое началось! Объявили тревогу и стали организовывать периметр вокруг города по методу генерала Зирры. Нет, начальство его так не называет, но все маги и рядовые инквизиторы именно так и говорили.

Я кивнул, подумав, что Зирра, хоть и отличается очень… неприличным поведением… э-э-э… ну совсем как я… но дамочка очень умная.

— Так вот, — горячилась девчонка, — без неё ничего не смогли. И долго возились, и не смогли никого обнаружить. Но тут… Один старый наёмник, из тех, кого городские власти привлекли в помощь, ходил в патруле со своей собакой, натасканной на поиск нежити, и наткнулся-таки на вампира. Но… Сам этот мастер Тро, как его зовут, даже пытаться брать нежить не стал, но указал на него. И вампира загнали в какой-то дом. А вот потом… Такой тупости от полковника никто не ожидал. Дом обложили дровами и просто подожгли. Вампир упокоился очень плохо, и на его месте возник демон. Такое бывает, если убивать кого-то… неправильно.

Я кивнул. В этом мире с казнями очень сложно. Тут же уйма всяких бесов и демонов, которые только и ждут, чтобы явиться на выплеск боли и проклятий.

— Демон прорвал оцепление, поджог несколько домов, а потом вырвался за стены города. И повезло, что этот монстр имел сильную защиту, но не очень сильную атаку. Убил всего шесть человек. Но он набирал силу и мог здорово развернуться в деревне. А тут вы… Кстати, ты можешь познакомить меня с сэром Тоиляном? Он дурак, конечно. Но смелый.

Филла показала на Толяна, который как раз чуть привстал на телеге и смотрел на нас. На меня с восторгом, а на Филлу с каким-то обожанием. И я даже поёжился. Ведь эта весёлая девушка… всем хороша… Но что-то мне подсказывает, что если Толян в своём стиле попробует сделать ей предложение, то в храме очутится уже через час. А уже через год-другой у него будут такие развесистые рога, что ворота в замке придётся расширять.

Я не желаю зла ни Филле, ни Толяну… Но за последнего мне просто страшно. Так что я проворчал:

— Дополнение к моим требованиям. Этого придурка ты тоже вычеркиваешь из сферы своих интересов.

Филла сначала изобразила надутые губки, но быстро вспомнила, что она сейчас выступает как просительница, так что энергично закивала и произнесла:

— Ладно! Я на всё согласна! — и веско добавила, похлопав ресницами. — На всё! Абсолютно на всё!

Я только усмехнулся, но спросил у девчонки в каком монастыре держат её мамашу и всё-таки махнул рукой, соглашаясь. Ну что делать? Я же добрый, чёрт побери!

А через пару минут Филла вдруг глупо, причем скорее картинно, захихикала и произнесла:

— А ты знаешь ещё невероятную новость?

— Не знаю, — проворчал я. — И… Филла, прекрати прикидываться дурочкой. На меня такое не действует.

— Дим! — чуть не заверещала девчонка. — Я же не тебя обдурить хочу! Я просто тренируюсь! Всем нравятся глупенькие девушки. Меня мама научила. Думаешь, она смогла бы достичь таких высот в инквизиции, причём в постоянном соперничестве с мужчинами, если бы не скрывала своего ума? А кто я, чтобы спорить с ней?

— Ладно, что за новость? — проворчал я.

— Представляешь, Дим, ты пардий! — девушка картинно округлила глаза, но затем опомнилась и уже без таких спецэффектов пояснила. — Когда в Гросан приехал брат Шихалий, секретарь архиепископа Чибуэсо, то он кроме того, что поднял бучу насчет вампиров, ещё и сдал в делопроизводство несколько бумаг. Ну и среди них единоличное решение архиепископа о возведении тебя в сан пардия. И… Кому надо спорить с важной шишкой из Фринеции из-за такой ерунды? Тебя и утвердили. Просто мимоходом. А когда всплыло, что ты известный вампир Дим из Лорденики, то уже мало кто связал пардия Дима Лагаль с тобой. Да и вообще, это назначить пардия может или собрание важных шишек епископата, или архиепископ своим решением. А чтобы лишить сана — это надо здорово заморочиться. А кому это надо? Его Преосвященство архиепископ Чибуэсо, когда узнал, что никакого посланника от вампиров не было, поехал к себе, во Фринецию, а остальные забыли. Ещё бы! У нас же такое началось!

— Ну и? — поторопил я.

— Что «и»? — пожала плечами девчонка. — Если ты не отмочишь что-то этакое как пардий, то о тебе и не вспомнят. И ещё… Дим! Или правильнее «отец Дим»?

— Лучше «брат Дим», — рассмеялся я.

— Ладно! Но главное то, что если мне потребуется исповедаться, то я знаю к кому обратиться. Ты же не отнесешься ко мне слишком строго?

— Отнесусь, — проворчал я. — И не за грешки, а за то, что обратишься.

— Да ну тебя! — отмахнулась Филла. — Я же и не грешу почти. Только с тобой. А так-то мне мама объяснила, что надо сдерживаться, пока замуж не выйду. Иначе заработаю славу, и никто не поведётся из хоть сколько-то значимых потенциальных женихов. Вот потом…

Я усмехнулся на такие признания, а лейтенант вдруг спросила:

— Дим, а ты не думал насчет жены?

— Даже не мечтай! — возмутился я. — Нафига ты мне сдалась с твоим «потом»!

— Ну с таким мужчиной можно и пересмотреть принципы…

— Я просто боюсь, — усмехнувшись закончил я. — Я же и башку свернуть могу за всякие «потомы». Зачем мне грех на душу? Мда… на душу, которой у меня нет.

Филла поёрзала в седле, затем кинула парочку взглядов на всё также восхищенно пялящегося на неё Толяна, но вспомнила, что только что мне обещала, а ещё заметила, что я задумчиво кручу пряжку оружейного ремня, из чего сделала правильные выводы. Так что постепенно успокоилась, и дальше ехала уже болтая на нейтральные темы.

Ещё через полчаса девчонка покинула нас и поскакала к Гросану, где продолжалась операция по отлову вампиров, а мы с Толяном продолжили путь и к вечеру прибыли в замок Чиль.

Там нас встретили слуги и меня лично леди Сальяна. Причем я понимаю, что она не влюблена в меня, и это просто замечательно, и под очарование вампира не попала, что для не человека вполне ожидаемо, но всё равно её радость при виде меня была приятна. И радость была не наигранная. Похоже я вполне устраивал бывшую шпионку как добрый пленитель. Да есть и ещё объяснение — ей уже осточертело прятаться, а сейчас всё было довольно просто. Так почему бы не переспать раз-другой, чем более, что я намного удобнее для очень сильной девушки дар-озоров, чем любой человеческий мужчина, который всегда проигрывал бы ей в силе.

На утро я убедился, что Толян идёт на поправку, и никакая помощь ему не требуется, поэтому отправился в очередной поход по окрестным землям. Сейчас у меня были три задачи. Доехать до монастыря и вытащить оттуда леди Зирру, проследить путь бродячих артистов и выловить внучку дракона-дайлиали, начинающую магичку Кейси, а затем мне надо вернуться в Гросан, и там сначала купить себе одежду и доспехи, положенные вельможе, а затем явиться в Лазурную башню, где попробовать договориться с представителем тайного Ордена Лежачей Башни. Не факт, что получится, именно поэтому мне и нужна Кейси. Если вернуть её дедуле-дракону, то можно попробовать договориться о душе для меня и с ним.

В общем, если у меня будут выходы аж на двух дайлиали, то вероятность успеха в получении души и окончательном вживании в этот мир резко повышается.

Я быстро доехал до уединённой долины между низкими горами, и рассмотрел издалека монастырь, обнесенный каменными четырехметровыми стенами. И хотя выглядел он как крепость, даже угловые башни имелись, но как-то не впечатлил. Я такие стены могу преодолеть даже без веревки. Достаточно взять в руки крепкую палку, и оттолкнувшись от неё я подпрыгну и смогу схватиться за край стены. А втянуть себя наверх для меня вообще никаких проблем.

Но сначала требовалась разведка. Я оставил коня в лесу и подкрался к деревьям, росшим всего в десятке метров от стены. Взобрался повыше, и двор монастыря оказался у меня перед глазами. Время было ещё утреннее, и судя по перестуку деревянных ложек по глиняным мискам, который доносился из распахнутых окон самого большого помещения, монашки заканчивали поздний завтрак.

А через полчаса большинство монашек вышли через ворота и разбрелись по обширным виноградникам, которые обступали монастырь с двух сторон. Но не все покинули защищенный стенами комплекс зданий. Во двор вышли две бодрые старухи, а за ними плелась и Зирра. И выглядела она так себе. Опущенные плечи, упертый в землю взгляд. Мне даже стало жалко эту женщину, которую я помнил очень яркой, наглой и полной жизни. Можно даже сказать переполненной жизненной энергией.

И причин для такого настроения у бывшей, а может и не совсем бывшей генерала было достаточно. В руках она с трудом несла тяжелый камень, в который был вбит штырь с петлёй. И камень был соединен с толстой ржавой цепью, заканчивавшейся на босой ноге вынужденной послушницы этой обители невест Пресветлого.

Ещё одна из старух держала в руке плётку, которой чуть позже не преминула и воспользоваться, как-то даже лениво вытянув заключённую по спине, а затем по ягодицам. После чего Зирра вышла на середину двора и поставила камень на землю. Цепь оказалась достаточно длинной, и теперь женщина могла ходить между несколькими бочками, которые она и продолжила готовить к скорой закладке виноградного сырья под вино.

Старухи же встали на колени и принялись молиться. Но не долго. Вскоре им надоело, они сели рядышком на лавку и принялись лениво трепаться, искоса поглядывая и иногда покрикивая на Зирру. Но и это дело надолго их не заняло. Солнце поднялось уже высоко и здорово припекало, так что монашки быстро перегрелись и задремали. А затем и крепко уснули, выдавая мощные рулады храпа.

Зирра сразу резко сбавила темп работы, а я посмотрел на всё это, и принял решение. Я же как думал. Прикинуться пардием каким-нибудь. Может бумагу подделать, что направлен для беседы с заключённой. Ну и вывести даму, как я совсем недавно проделал с Жаррой. Причём ту пришлось доставать из куда более защищенного места.

Но теперь я ещё раз окинул взглядом эту богадельню, которую нормальной тюрьмой назвать язык не поворачивается, и решил не мудрствовать. Пока хоть каким-то препятствием для похищения бывшей генерала выглядели только две собаки, валявшиеся в тенёчке. Но нисколько не сторожевые волкодавы, а просто кабысдохи. Но если я перелезу через стену, то они несомненно залают.

Но с таким бороться проще простого. Я достал из сумки пару кусков колбасы из сухпайка, хорошенько продырявил их ножом и накапал в разрезы обычного усыпляющего зелья, которое у меня предусмотрительно было с собой.

Перекинул колбасу через стену, и собаки с удовольствием её сожрали. А через пять минут и уснули. Я же подошел под стену, с помощью палки подпрыгнул, и подтянулся. Затем соскользнул во двор монастыря, пригнулся и между бочек подобрался к Зирре.

И надо сказать, генерал, увидев меня, повела себя как опытная воительница. Не только не испугалась, а даже темп скобления очередной бочки не изменила. Только радостно прошептала:

— Сэр Дим! Как же я рада видеть тебя!

Я молча кивнул, после чего за минуту отмычкой вскрыл замок на босой ноге женщины, а затем кивнул на стену. Мы быстро прокрались к каменной преграде, и я все так же с помощью палки забрался наверх. Затем свесился, схватил вставшую на перевёрнутую бочку заключённую за руку и втянул к себе.

И тут операция дала хоть не запланированный, но вполне ожидаемый сбой. План у меня был слишком уж спонтанный, так что чего-то такого я в принципе почти ожидал. До нас донесся яростный вопль:

— Убегают! Держите!

Во двор из главного здания выскочила монашка в обшитом серебряным кантом балахоне, и не долго думая швырнула в нас каким-то шаром из артефакта. Магический снаряд за секунду долетел до стены и с грохотом разорвался, осыпав всё вокруг переливающимися всеми цветами радуги искрами. Не думаю, что это оружие было предназначено убивать, но качественно оглушать — это без сомнения.

И хорошо, что мы уже спрыгнули со стены наружу. Да и то пара искр, описав дугу, попала на меня, и надо сказать меня очень здорово дёрнуло. А всего одна искра попала в Зирру, и та мешком рухнула на траву без сознания. Я подхватил женщину на руки и рванул в лес. Коня-голема я оставлял недалеко, и добежал за пару минут. Причём уже через минуту спасенная пришла в себя, но виду подавать не стала. Похоже ей понравилось, что я несу её на руках.

Затем я посадил Зирру в седло, сам взял Рыдвана под уздцы и бодренько побежал прочь. Чуть позже выдал женщине рясу пардия, и так мы дошли-доехали до какого-то городка. Там я купил спасенной нормальную одежду, и спросил, куда её доставить.

— А вот, в соседний город, — махнула рукой женщина. — Там есть пост инквизиции, и у меня там хорошие связи. Мы можем ничего не опасаться и остаться там до утра.

Я посмотрел в хитрые глаза дамы, и только головой покачал, проворчав:

— Маленькая поправка. Ты одна будешь там в безопасности. Я поеду дальше… по своим делам.

Дама только повздыхала, но больше неприличных предложений мне делать не стала. Только в очередной раз поблагодарила и подтвердила, что лично мне больше в этих землях инквизиции опасаться не надо.

Этот хлопотный день ещё не закончился, когда я в одной из деревень сидел в трактире и беседовал с хозяином заведения. Сначала задал пару ничего не значащих вопросов, а затем спросил:

— У вас с месяц назад останавливались бродячие артисты. Вот я и хочу узнать, куда они отправились дальше.

О том, что циркачи останавливались здесь, я узнал от детей, но к сожалению, те не смогли сказать куда маленький караван поехал дальше. Нет, обычно дети наблюдательные, но не в этот раз. Вся мелюзга была в диком восторге от представления, так что любой вопрос о цирке вызывал только восторженные вопли про фокусника, клоуна и дрессированную кошку.

И трактирщик оправдал мои ожидания, не настолько переполненный восторгом от случившегося месяц назад представления. Он зло посмотрел на меня и проворчал:

— А тебе какое дело, господин наёмник, до этих противных Пресветлому фигляров?

Я догадался, что среди взрослого населения здесь воспоминания о бродячих артистах не особо приятные. А значит, если я хочу что-то узнать, то по-доброму отзываться о них не стоит. Но и шельмовать по сути незнакомых мне людей не хотелось, так что я только многозначительно пробурчал:

— Да есть у меня к ним один вопрос.

— Ага! Значит и у тебя к ним счёты! — воодушевился трактирщик.

— Так куда поехали? — перебил я, подозревая, что нормального ответа не получу.

— Туда, — неожиданно всё-таки ответил хозяин. И пальцем ткнул в одно из окон. — На Вешки, но там не останавливались. И я тебе так скажу, что и у нас им не стоило торчать. Сволочи просто!

Я кивнул, скрыв усмешку. А трактирщик вдруг разинул рот, в котором сверкнули два белых передних зуба в окружении здорово пожелтевших. И пояснил:

— Я в городе два золотых за новые зубы отдал! Маги дерут за свои зелья нещадно! А всё из-за какой-то ерунды! У них там были танцовщица и акробатка. Нет, девок у них было три, но последняя какая-то костлявая, да и не выступала она, а вот первые две очень даже миленькие. И я… э-э-э… пришел после представления, чтобы всего-то поговорить с танцовщицей. А мне! А меня! Ты не поверишь, но меня клоун избил!

Я скептически посмотрел на мужика, догадываясь, что тот умолчал о ряде событий между попыткой поговорить с девушкой и полученными люлями от клоуна. И уместились туда скорее всего сначала вежливый отказ от девчонки, но так как деревенские простаки не всегда понимают вежливость, то затем грубый посыл. Ещё подтверждение предложения убираться уже от папаши танцовщицы, который в этой труппе выступал в амплуа клоуна. И это папаша зря придумал — лично послать настойчивого ухажёра, ведь клоуна никто не хочет воспринимать серьезно. Но возможно силач, от которого селянину получить в морду не стыдно, был занят, вот и пришлось потрудиться папаше. Причём крепкий циркач ещё не смыл клоунский грим и не переоделся, итогом чего стало то, что трактирщик огрёб именно от клоуна. И больно, и дорого как оказалось, да ещё и позорно.

Но так-то это не важно уже. Меня заинтересовало другое, а именно то, что мужик сказал о двух девушках, кроме тощей Кейси, а ведь в труппе была только одна. Уж это-то я запомнил, когда видел этих циркачей год назад, да и Толян мне совсем недавно рассказывал. И тут до меня дошло. Да ведь артисты просто мастерски меняют внешность! Но всё-таки спросил, чтобы окончательно убедиться:

— А сколько их всего, циркачей этих?

— Да голов пятнадцать, — махнул рукой трактирщик. — Даже непонятно как все дармоеды в две повозки умещаются…

Ага… умещаются, я думаю, нормально. Все пятеро. Точнее, сейчас шестеро, если считать и Кейси, которая за каким-то чёртом решила поездить с цирком.

Глава 9

Дальше я так и пошел по следам бродячих артистов, с удивлением отметив, что те тщательно игнорировали замки владетелей, где им можно было ожидать самые большие гонорары. Крестьяне-то и простые горожане смотрели представления с большим удовольствием, но бросать деньги не спешили.

Хотя после того как я узнал о ещё паре стычек циркачей с местными жителями, до меня стала доходить вся глубина проблемы, с которой столкнулись артисты. Ещё год назад у них одной из главных артисток была девчонка. Симпатичная и задорная. И она, кстати, обеспечивала немалую часть сборов.

А вот теперь девчонка немного подросла и превратилась в девушку. И артисты столкнулись с немалой проблемой. Многие зрители желали продолжить общение с красоткой после представления. А девушка по рукам идти не захотела, и в этом её поддержали родители.

И если наглым крестьянам можно было просто дать в морду, то в городе, где есть стража, которая будет защищать горожанина от пришлых бродяг, а уж тем более в замке феодала, кулаками не отмашешься.

Вот и применили артисты хитрый манёвр — девушка переодевалась в мальчишку-подростка в мешковатом наряде, а так как она была мастером гримировки и подделки жестов, то проблема с приставаниями отпадала. Но появлялась другая. И так невеликие сборы совсем падали.

А превратить девушку снова в девчонку почему-то не получалось, и я догадался, что это из-за того, что у красотки сочетались худощавая фигура с весьма внушительной грудью. И это также объясняло почему на неё так западали. А если наряжаться в мешковатую одежду, то артистка сразу растеряет весь шарм.

И только в замке Чиль артисты рискнули показать свою главную жемчужину, с первого взгляда определив, что Толяна им бояться не надо.

В общем, всё говорило о том, что у этих циркачей настали трудные времена. И может поэтому они приняли какое-то предложение от Кейси. Вот только какое, я и предположить не мог.

За три дня я проехал по следам маленького каравана по широкой дуге и в итоге вышел к большой реке, на другом берегу которой стоял Гросан. Я конечно знал, куда еду, но всё время думал, что циркачи рано или поздно свернут. Но нет. Дорога здесь упиралась в паромную переправу, и трудившиеся на ней мужики подтвердили, что пару недель назад перевозили два ярко раскрашенных фургона, четырёх лошадей и шестерых человек.

Шестым был тощий подросток, и я сразу догадался, что это Кейси.

Так как поиски вампиров уже закончили, и периметр из заклинаний, магов и солдат сняли, то я тоже переправился в Гросан. И городские стражники, взяв с меня медяк за въезд в город, также подтвердили, что фургоны были. И их особенно запомнили, потому что артисты не хотели платить за въезд, ссылаясь на какое-то постановление магистрата, что барды освобождаются от такой пошлины.

Мелкие финансовые дрязги меня не интересовали, так что я двинулся на ближайший базар, который оказался памятным мне Дровяным рынком. И тут меня ожидала сначала показавшаяся мелкой проблема. Циркачи сюда не приезжали. Я посетил ещё пару рынков поблизости, но и там никто эти фургоны не видел, а их не заметить совершенно невозможно. Почему начал именно с рынков? А потому что бродячие артисты именно на них и дают свои представления.

В итоге я решил начать отслеживать путь циркачей заново от поста стражи, потому что там они точно побывали.

Дело затянулось. На поиски возможных свидетелей, а именно мальчишек и пьянчуг, я потратил остатки дня, но всё-таки выяснил, что фургоны проехали немного в сторону центра города, затем въехали в складской район, частично заросший кустами, и всё. Оттуда не выезжали.

Ещё пару часов потратил на осмотр складов, которые по большей части представляли из себя огороженные площадки, заваленные строительным камнем, лесом, и другими подобными малоценными товарами. Имелось всего два больших строения, куда можно было фургоны спрятать. Их я осмотрел, прикинувшись приказчиком купца, ищущим склады в аренду. Но всё зря. Фургонов не было.

Повезло мне уже на закате, когда один из сторожей, судя по морде большой любитель горячительных напитков, пожаловался, что его отлупили циркачи.

— Что? — удивился я. — Неужели клоун?

— Не знаю, — развел руками тот. — Они были в обычной одежде.

— А почему тогда циркачи?

— Так они были на своих телегах. Разрисованных. Остановились, сняли тенты и надевали их навыворот. Я предложил помочь. Но они отказались, хотя я и просил-то только немного налить. Ещё и сказали, что за мной смотреть придётся, чтобы не спёр чего-нибудь. Я возмутился, ведь я честный человек. И… ну так… немного поругались, а потом мне двинули в морду.

Я дал мужику пару медяков за информацию и двинулся к центру города, размышляя, что похоже Кейси меня переиграла. Куда поехали отсюда два самых обычных фургона, как стали выглядеть повозки после выворачивания тентов, никто не вспомнит. В городе этого добра навалом. Плюс две недели прошло.

Но нафига? Знала, что я буду искать её? Или прячется от кого-то другого? Чёрт! В любом случае, найти замаскировавшихся циркачей в огромном городе нереально.

Но я разработал новый план. Разыскал на главном рынке местных артистов, которые не бродяжничали, а жили здесь, и поговорил с одним парнем, который выступал как акробат и фокусник, вдобавок и выглядел как первостатейный пройдоха. Да и имя у него было подходящее — Куля.

Тот, когда узнал, что я интересуюсь конкурентами, попробовал повыделываться, но мне поиски уже осточертели, так что я просто двинул ему в морду. И это здорово помогло. Мы в итоге договорились, что тот если что-то узнает про нужный мне цирк, то сообщит в университет студенткам-художницам Аласи и Ониле. За что получит золотой.

А этот тип точно узнает, но только если пропавшая труппа всплывёт в городе или в его окрестностях снова как бродячий цирк.

А дальше… Я оценил вечернее время и отправился к поместью мастера Тро. Тот был дома, так что мне пришлось выманить Лалису в заросли около ручья, где мы и провели несколько часов до полуночи. Два часа как любовники, и ещё часа два мне пришлось рассказывать про недавний бой с драконом, а ещё и с демоном.

И кажется я переборщил, потому что Лалиса серьезно задумалась о том, чтобы отправиться со мной. Ещё бы! Я же так интересно живу! Но я, хоть и не без труда, но убедил девчонку всё-таки закончить обучение у дедули, чтобы стать совсем полноценной воительницей.

Переночевал я в трактире, а утром сразу возвращаться в замок Чиль передумал. У меня оставалось ещё одно важное, и надо сказать, не особо приятное дело в Гросане. Мне просто-напросто требовалось купить одежду, по местным меркам абсолютно необходимую для титулованного.

Сейчас я ношу прочную кожаную куртку, укрепленные кожаными нашивками штаны, воинские ботинки и широкополую кожаную шляпу. С учетом висящего на поясе отличного меча, выгляжу на успешного, несмотря на молодой вид, наёмника. В крайнем случае могу сойти за мелкого дворянина — как я их называю, идальго.

Могу прицепить на шляпу две белые ленточки, и тогда мой статус сразу повысится до опытного охотника на нежить и других монстров.

Могу накинуть потёртую рясу монаха с капюшоном, и здорово замаскироваться.

Но после года жизни в этом мире я решил, что мне пора заняться окончательным вживанием в этот мир — добыть себе особую добавку к физическому телу, которая позволит мне обеспечивать себя собственной жизненной энергией. И окончательно перестать быть иномирянином, который без этой жизненной силы будет выброшен в родной мир. Причём по частям. Мелким частям. На уровне молекул или атомов. Но местные никакими такими терминами не пользуются, а просто называют эту добавку душой. В общем, мне нужна душа.

Один из способов получить её — добиться высокого положения в Ордене Лежачей Башни. Стать магистром Ордена, что возможно только для титулованного. Причем титул у меня есть, осталось принять необходимый внешний вид.

И не сказать, что это невозможно. Деньги у меня есть. Огромная сумма для наёмника, но так себе для графа. Хотя основная проблема заключается в том, что мне не хочется обзаводиться гардеробом. Хотя бы потому, что мне его держать негде.

Я даже начал понимать Толяна, который всегда ходит в полных латных доспехах. Хотя, понимать — это я так… Таскать на себе пару-тройку пудов стали — удовольствие ниже среднего.

Вот я и задумался, как мне приодеться, чтобы и графу было не стыдно в таком в высший свет явиться, и чтобы в случае боя одежда давала хоть какую-то защиту, и чтобы не истекать литрами пота под бронёй. Да и не вонять как скунс по итогам дня, проведенного внутри панциря.

Этот вопрос я прямо и задал одному торговцу в богатой лавке в Верхнем городе Гросана, как здесь называется центральная часть, отделенная стеной от Нижнего города.

Тот внимательно осмотрел меня и замялся. Я понял причину такого скепсиса, поэтому вытащил из сумки увесистый кошелек и встряхнул. И даже открывать не пришлось, потому что торгашу хватило и звона. Звона большого количества золотых монет, который тот ни с чем перепутать просто не мог.

И началось шоу. По-другому назвать это я не могу. Сначала мне показали украшенные золотом доспехи, хотя я сразу говорил, что кучу стали таскать на себе не желаю. Тогда торговец приказал принести очень интересный вариант. Как раз то, что мне и надо.

— Колет из кожи чёрного болотного кабана! — восторженно рекламировал товар лавочник, а может и купец, я с трудом разделяю эти профессии. — Добывается в центре Проклятых земель. Каждый поход туда, если вы не знали, Ваша Светлость, сопряжен с огромным риском. Достаточно сказать, что возвращается только половина отрядов охотников, которые рискуют заходить так далеко.

Я только кивнул, соглашаясь, что всё мне сказанное даже можно посчитать правдой. Ну так… наполовину, если не на треть. Про этого кабана я читал. Добывают его не в центре Проклятых земель, конечно, куда вообще никто не суётся, но в средней части. Хотя всё равно впечатляет. Я лично не заходил дальше тридцати километров. И возвращаются с добычей в девяноста процентах случаев, иначе бы желающие так подзаработать быстро закончились. Но речь идет, конечно, об очень сильных отрядах, как минимум с тремя-четырьмя боевыми магами.

Да и представленный мне предмет брони на колет походил мало. Скорее уж на обычную куртку, но богато украшенную золотом и драгоценными камнями. Хотя куртка меня устраивает даже намного больше. Она прикрывает не только торс, но и бёдра, что даёт серьёзные преимущества в реальном бою.

— Эту кожу обрабатывают маги, и она держит удар не хуже стали! — продолжал торговец. — Вдобавок даёт неплохую защиту от заклинаний! Не извольте сомневаться, Ваша Светлость! Эта броня достойна короля!

Я кивнул, соглашаясь. Про свойства этой кожи я как-то читал, но особо не вникал. Больно уж она дорогая. А лавочник тем временем показал на полный комплект, включающий богато украшенные штаны, ботинки и шлем, разложенные на столах, и озвучил цену.

И мне осталось только пожать плечами. Это для наемника я очень состоятельный. А вот даже для рядового короля, денег у меня очень мало. Даже десятой части от требуемой суммы не наберётся. Ну даже если учесть, что торговец раза в два задрал цену, за которую готов будет уступить эти по-настоящему великолепные вещи, то всё равно, у меня даже близко такой суммы нет.

Я покачал головой и проворчал:

— Уважаемый, вы не поняли. И у вас осталась последняя попытка, после чего я пойду искать то, что мне нужно, дальше. Мне надо что-то, что не вызовет неприятие в высшем свете, но при этом даёт хоть какую-то защиту, и не стоит как целое имение.

Купец ни единым словом или жестом не показал, что разочарован, да и с чего бы? Я всё равно пришёл с очень солидной суммой, которую готов потратить. Так что через четверть часа передо мной лежал очень мало отличающийся по виду от прежнего комплект.

— По виду не отличить! Только кожа обычная бычья, и заклёпки не из серебра, а из стали, покрытые сверху золотом, — заливался торгаш. — Ну и защита, хоть не высшего уровня, но…

Я жестом прервал словоизлияния, размышляя, что это как раз то, что мне и надо. По сути подделка для знатного нищеброда, как наверняка подумал про меня купец. Денег нет, но пыль в глаза пустить требуется. Хотя насчет нищеброда — это ещё как сказать. Такая одежда стоит тоже очень не мало, хоть и не дает защиты стали, а главное не поможет против магической атаки. Но в любом случае, когда я изъявил желание всё это померить, вокруг меня закрутился целый хоровод. И сам торговец, и старший приказчик, и какая-то весьма сексапильная девица, причем в платье с таким декольте, что одно неловкое движение, и грудь рискует выскочить наружу.

Я проворчал, что мерить буду сам, поэтому торговец и приказчик понятливо выскочили за дверь, а вот девица осталась. А я только головой покачал над такой предприимчивостью. Дело в том, что я по обрывкам прозвучавших ранее фраз уже понял, что девица — дочка торгаша, а только что выскочивший за дверь приказчик — её муж.

И что получается? Эти хитрые торгаши сообразили, что меня предложенный вариант брони, пригодной и для повседневной носки, заинтересовал, вот и готовы подсунуть мне дочку одного, и жену другого, лишь бы я не особо торговался. И ведь не сказать, что это как-то особо удивило меня. Даже десяток золотых, которые они могли надеяться получить с меня сверх обычного торга, с лихвой покроет моральный ущерб. Это с точки зрения простых средневековых торгашей.

А ещё и девица уже попала под моё очарование вампира, сладкий зов тьмы, который поражает тех, кто не против кинуться в любовные приключения. Но меня как-то это всё не порадовало. И наличие мужа с папашей, чуть ли не со свечами в руках около дивана, который я заметил за небрежно задёрнутой шторой, да и вообще, что меня посчитали таким предсказуемым. А главное… Чёрт! Я регулярно употребляю девиц в этом самом смысле. Но не так же! Это уже перебор даже для вампира! Да и вообще, надо чаще пользоваться головой на плечах!

Так что я буквально вытолкал помощницу за дверь и сам примерил одежду, которая вполне годилась и как защитная. Достаточно лёгкую, чтобы в ней можно было постоянно ходить, и богато выглядящую, так что в ней вполне можно явиться хоть на королевский приём.

Затем я долго торговался, хоть и не люблю это дело. Но в этот раз цена вопроса была очень уж высока, а куда потратить сэкономленные в результате получасового сотрясания воздуха золотые, я найду. В итоге собрал покупки в специально приобретенную сумку, которую чуть позже повесил под брюхо голема. Там, прикрытая попоной, она у меня и будет храниться, потому что в большинстве случаев я буду пользоваться своей старой одеждой, конечно. Незачем привлекать кучу внимания, путешествуя по дорогам в виде вельможи, да еще и без свиты.

Чуть позже я прошелся по более простым лавкам и купил-таки женскую одежду для Сальяны. И на этом торговые дела в Гросане посчитал законченными. А значит можно навестить двух моих оборотниц, которые учатся в местном университете на факультете Изящных Искусств. Точнее, они туда совсем недавно поступили, сбежав от наставника, который разыскал их и хотел продолжить учить всему на свете, но в первую очередь магии.

Ещё в колледж при университете сдали Мун, тринадцатилетнюю девчонку, которую мне навязали как рабыню в Багенте. Я-то её сразу освободил и отдал на воспитание Аллии, и так получилось, что стал считать её своей названной сестрёнкой, хотя самой Мун это очень не нравится. А недавно у безбашенной девчонки проснулся талант к магии зелий, и самозваная пардия вынуждена была спровадить её в колледж.

Глава 10

С Мун я и решил начать. Нашел два близко расположенных трактира недалеко от университета, в одном снял хорошие апартаменты, из него и отправил мальчишку-слугу с запиской в университет. Сам же сел у открытого окна в зале второго трактира, почти напротив первого. У меня просто были опасения, что за Мун могут отправить «хвост». А всё потому, что могут знать, что названный брат девочки — известный в этих землях вампир. Мало ли… Аллия мне рассказывала, что куратором в группе начинающих ведьм пристроилась её бывшая однокурсница по учебному монастырю инквизиторов, списанная из боевого отряда по ранению.

В общем, есть немалая вероятность, что несколько магов из университета могут попробовать меня поймать.

Время я назначил с запасом, но сам сел в засаду пораньше. И не зря. Ещё за час до нужного времени я заметил маленькую фигурку Мун, которая медленно шла к трактиру. И шла не одна. Вот только сопровождали её не какие-то преподаватели колледжа, а две озорные нахалки — Аласи и Онила.

Я только головой покачал, пока не понимая, что это значит. Причем две шаньшаньские оборотницы были в образе девочек-подростков, что для них проще простого. Низкий рост и худощавое телосложение, плюс умело нанесенная на лица косметика, которая скрывала слегка монголоидные черты лица, вдобавок одежда… С первого взгляда она казалась до крайности вызывающей для средневекового общества. Короткие юбки, не прикрывающие и коленей. Это сразу приводило в шок почти всех прохожих.

Но со второго взгляда становилось понятно, что это не юбки, а просто длинные полы блузок. А на ногах у девушек узкие штаны, что тоже крайне не принято. Но так получалось, что бёдра-то прикрыты, так что и докопаться особо не до чего. Хотя я все равно подозреваю, что половина встречных бабок пытаются вразумить негодяек, но это только кажется просто.

Девушкам, которым сейчас можно дать по виду лет по четырнадцать, на самом деле по двадцать одному году, и языки они успели наточить до бритвенной остроты. А ещё они весьма сильные магички, причем в магии мысли, самой сильной и единственной пригодной для боя. Да, сильные, особенно когда работают в паре. Но необученные, потому что ужасно ленивые и избалованные.

Сейчас на плечах у них висели переносные мольберты, а на шеях болтались значки студенток факультета Изящных Искусств Гросанского Университета. И их вид обманул в первую очередь Мун. Тринадцатилетняя девчонка явно не была раньше знакома с оборотницами, но вот… Ко мне они пришли все втроём. А когда я начал различать о чем они говорят, то сначала выругался себе под нос, а затем решил не выходить навстречу, а послушать.

— А ты уже умеешь колдовать? — как раз спросила Аласи, вероятно решив перейти от предварительного забалтывания жертвы к получению информации, потому что нужный трактир был уже совсем недалеко.

— Да, — важно надувшись ответила Мун. — Я даже сама без всякой помощи сварила настоящее зелье.

— Ах! — картинно прикрыв рот в показном восхищении, выдохнула Онила.

При этом две наглые оборотницы переглянулись, но незаметно для девчонки. Так мало того, ещё и подмигнули друг другу.

— А что за зелье? — спросила первая.

— Отворот, — махнула рукой Мун, как бы показывая, что «ерунда», хотя такие зелья относятся к среднему уровню.

— И как? Работало? — изобразила восхищение Онила.

Я подумал, что может стоит вмешаться, забрать Мун, а оборотницам попозже задать трепку. Но… Какой смысл?

Похоже, Аласи и Онила до этого дня не знали, что в колледж при университете отправили связанную со мной девчонку, иначе уже давно втерлись бы к ней в доверие. А вот сегодня скорее всего случайно услышали, как посыльный спрашивал девочку, которую хочет увидеть брат по имени сэр Дим. И сразу сопоставили факты. Может не были точно уверены, что это именно я, но решили проверить. И попали в точку.

А значит попозже ничто не помешает им вытянуть всё из совсем не глупой, но недостаточно опытной Мун. Да они разведут на болтовню почти любого! Так что я лучше послушаю, что они именно сейчас хотят вытянуть.

— Не очень… — проворчала тем временем Мун. — Точнее, зелье-то работало, но приворота на Аллии не было. Точнее она не привораживала Дима. Но зелье её немного… подтравило… И Аллия выдала мне.

Мун вздохнула и непроизвольно сделала жест как бы прикрывая попу, по которой ей тогда прилетело очень здорово.

Оборотницы переглянулись, и Онила спросила:

— А Аллия это кто?

— Она моя опекун. И она аж целая пардия.

— Такая взрослая?

— Да нет, — отмахнулась девочка. — Всего-то на несколько лет старше нас. Ей недавно двадцать исполнилось.

— И уже пардия?

— Ну да. Пардия, хоть и в деревне. А пристроил её туда Дим.

— А что за деревня?

— А, тут недалеко, — махнула рукой девочка. — Малые Островки. Но она хорошая пардия! Деревенские её очень любят. Вот только… Была бы не такой красивой.

— Почему? — тут же подсекли крючок наглые оборотницы хором.

— Потому что Дим на неё внимание обращает, а на меня нет… — вздохнула глупая «рыбёшка».

— Но Дим же твой брат, — очень натурально изобразила удивление оборотница в лису Онила.

— Ну это они так потребовали, чтобы я всем говорила. А так-то Дим мой хозяин.

— Хозяин? — кажется по-настоящему удивилась Аласи, чьей первой ипостасью была кошка.

— Да, меня отдали ему в рабыни в Багенте. Брат отдал, в виде откупа.

— И что? Ты так и осталась его рабыней? — уточнила Онила.

Глаза обеих нахалок просто сверкали. Ещё бы! Такие жареные факты про меня узнали.

— Нет, Дим сказал, что я свободна. Но я не хочу.

— Почему не хочешь?

— Потому что тогда он бросит меня. Да он и так бросил. Сначала к амазонкам пристраивал, потом Аллии отдал, а сейчас меня вообще в колледж сдали.

— Не нравится в колледже?

— Нравится. Но с Димом было бы лучше. Нет… здесь неплохо. И магию учить буду. А это здорово, уметь варить зелья! — Мун окинула взглядом оборотниц, остановилась на мольбертах и добавила. — Куда круче чем эти ваши искусства.

— Это да, — покивали нахалки, незаметно переглянувшись и обменявшись ослепительными улыбками.

Ещё бы им не улыбаться. Они такие сильные прирожденные магички, какой Мун не станет никогда, даже если у неё неплохие способности. Ведь магия зелий — самая слабая из всех разновидностей колдовства.

— Но всё-таки почему Дим не оставил тебя себе? — решила продолжить допрос Аласи.

— Потому что он говорит, что я мелкая. Но когда подрасту, я напомню ему, что я его рабыня! А у хозяина тоже есть обязательства!

— Кровь будешь давать? — вдруг как бы невпопад спросила Онила.

— Нет. Дим кровь не пьет, — отмахнулась Мун. А вот затем до нее дошло. Она удивленно всмотрелась в лица спутниц и тихо спросила. — Откуда вы знаете что он вампир?

— Слышали… — пожала плечами Аласи. — Случайно слышали. Кто же не знает знаменитого Дима из Лорденики.

Мун кажется начала подозревать, что её дурят, поэтому зло посмотрела на паршивок и процедила:

— Знаете что… Шли бы вы… куда собирались! А то вокруг Дима много всяких вьётся! Но вам ничего не светит! Вы тоже мелкие для него.

— Ну да… — картинно повздыхали мои девушки. — Куда уж нам… Мы же зелья не варим…

Они какими-то обиженными взглядами всмотрелись в лицо Мун, а потом Аласи вдруг задумчиво произнесла:

— А может нам тоже попроситься к нему в рабыни? Глядишь, дождётся когда мы подрастём…

Мун чуть не рыкнула, и кажется хотела отвесить пинка нахалке, но Онила быстро произнесла:

— Ладно! Кто ж нас возьмёт… Ну пошли мы…

Оборотницы чуть не побежали по улице, но через несколько шагов сбросили скорость, обмениваясь хитрыми взглядами и еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. А когда проходили мимо «моего» трактира, я встал у окна и показал им кулак. Нахалки чуть не взвизгнули и дальше уже побежали. И нет, я не верю, что они испугались. Но всё-таки не ожидали, что я здесь, а побежали от переполнявших их эмоций.

Мун тем временем вошла в указанный в записке трактир, так что я ещё раз оглядел улицу, убедился что настоящей слежки нет, и вошёл туда следом.

С Мун мы поговорили в зале. Но ничего особенного, просто часик пообщались. Единственное, я с удивлением и даже какой-то радостью отметил, что Мун стала относиться ко мне спокойнее, хотя только что говорила оборотницам, что имеет на меня планы.

А через час я распрощался с девочкой и поднялся в снятые апартаменты, размышляя, как мне пригласить в них Аласи и Онилу. Они же вроде ушли из Университета с мольбертами. Похоже рисовать что-то, скорее всего архитектурное. Студентов должны посылать на такие задания. Ну ладно… Отправлю записку и буду просто ждать.

Но ждать не пришлось, как и писать записку, потому что обе нахалки сидели в моих апартаментах. Да ещё в ипостасях кошки и лисы. Больших, размером с человека, и конечно же с большими ушами. И я догадался, что они пытались подслушивать мой разговор с Мун в зале.

Обе тут же с визгом кинулись ко мне, прыгнули на руки, и наперебой начали рассказывать всё и обо всём. Кажется пытались заболтать меня. Из дельного сообщили только, как оказались в комнате. Конечно же наблюдали, куда пошла девочка, да и я туда зашёл. Пробрались через черный ход, спросили служанку, где я остановился, и вскрыли замок.

Ну вот такие они… Наглые, шустрые… и замечательные!

А затем я сообщил оборотницам, что проклятья, отталкивающего от меня девушек, на мне больше нет, после чего обе умолкли, обменялись хитрыми взглядами и тут же прямо у меня на руках обернулись в девушек. Конечно же абсолютно голых и без маскирующей косметики.

До дальнейших разговоров у нас дошло только через два часа. И первым делом я спросил:

— А зачем вы устроили допрос Мун?

— Ну Дим! — завопила Аласи. — Нам же интересно, а ты нам ничего про других своих девушек не рассказывал. А теперь мы хотя бы знаем про Аллию и про Мун.

— Мун не моя девушка. Поэтому не морочьте ей мозги! — проворчал я.

— И не станет, — хихикнула Онила. — Она же уже прославилась в своём колледже. Да так, что их куратор выпорола дурочку.

Я недоумевающе приподнял бровь, и оборотница пояснила:

— У них есть и мужская группа, и та с девчачьей много пересекается на занятиях. Так вот, твоя рабыня…

— Она не рабыня, — возразил я.

— Ну ладно, твоя воспитанница познакомилась там с одним мальчиком. И чего там было, неизвестно, но она подговорила его сбежать, пожениться и жить долго и счастливо.

— Ну нифига себе! — поразился я.

— И знаешь, Дим, — хихикнула Аласи. — У них бы всё получилось. Это я в смысле побега. Мун отличный план разработала. Одного не учла. Этого парнишку оказывается здорово охраняют, так что нашли магическим поиском.

— Магическим поиском? — пожал плечами я. — Но это же было очевидно, что так искать будут. Особенно если детишки смылись из колледжа при университете, где магов… дофига там магов.

— Нет! Мун конечно же знала, что могут искать по ауре. Но она спёрла одно очень сильное зелье под названием «Аква Аурина Абсолюто», которое на неделю защищает даже от самого мудрёного поиска по ауре. Однако парнишку искали очень хитрым методом, который снимает следы от ауры, остающиеся на дороге, по которой человек шёл.

— Да хоть со стен домов, мимо которых проходил, — подхватила Онила. — Это что-то вроде поиска с собаками, но по ауре. И это уровень архимага, причём специализирующегося именно на поиске.

— Ого! — удивился я. — Действительно мощно! Я о таком способе даже и не знал. С чего так серьезно искать стали?

Оборотницы переглянулись, и Аласи дальше темнить не стала, пояснив:

— Да, так и искали, и многие в университете были поражены, что так расстарались ради какого-то ученика колледжа. Но сам понимаешь, причины были. И ещё какие! Кого-то другого может вообще искать не стали бы, но не женишка твоей воспитанницы. А всё потому, что этот парнишка оказался каким-то принцем. Но Мун он этого раньше не рассказывал, так что они попозже из-за этого разругались, потому она сегодня и стала нам втирать про рабыню. Но их размолвка, судя по всему, ненадолго.

— А после поимки, обоим кураторы устроили много незабываемых впечатлений, — продолжила Онила. — Ведь это в университете свобода. Хочешь — учись, а не хочешь — вали на все четыре стороны. А в колледж детишек сдают родители или власти поселений, где те набедокурили. Вот и нет у них права уйти.

— Кстати! — с мурлыкающими нотками в голосе добавила Аласи. — Ты нас похвалить должен. А все потому что ты дурень! С чего ты решил, что Мун к тебе отпустили бы по записке? Вообще-то там дисциплина, и мелюзгу просто так с территории не выпускают. Но мы уже подозревали Мун, поэтому когда та пришла к куратору отпрашиваться, то подслушали, потом сказали той дамочке…

— Ага! Дамочке, — захихикала лиса. — Она младше нас вроде бы. Но выглядит очень солидно. Так вот, мы сказали, что проводим её подопечную, и проследим, чтобы всё было хорошо, в смысле чтобы не смылась.

— И вам отдали девчонку? — удивился я. — Я видел как вы были одеты когда шли сюда. И как накрашены.

— Когда разговаривали с куратором, мы были чуть посолиднее по виду. И взятку дали.

Я удивленно приподнял бровь, так что Аласи пояснила:

— Нарисовали её портрет. А мы уже что-то можем, хотя до тебя нам далеко, конечно.

— А ещё мы эту девицу заболтали, — подхватила Онила. — В общем, когда захочешь снова увидеть Мун, то шли записку для неё, но нам. Мы уже всё организуем. Можешь просто нам написать, а мы уж найдем способ вывести Мун. Да мы вообще её теперь будем иногда брать выгуливать. Она же нам, как оказалось, не чужая, а в этом колледже что-то со строгостью переборщили.

— Хотя, чего ещё ожидать от заведения для исправления детишек, у которых пробудилась способность к магии зелий, и они уже попробовали что-то сварить. А самое главное, что у них получилось. И после этого у них уже два основных варианта дальнейшего пути — или сварить из собранного в соседнем овраге сырья что-то такое, что от начинающего колдуна или ведьмы только ботинки останутся, или через несколько лет лишняя работа для инквизиции по отлову очередного дикого мага.

— Да этот колледж инквизиция и организовала. И финансирование идет аж из Фринеции из управления церковных тюрем. Но так-то в колледже режим не строгий, не пугайся. Просто кому они ещё нужны будут, кроме тюрем и инквизиции, если вырастут на вольном выпасе… А в инквизиции есть… была одна мозговитая генерал. Так она и решила, что для всех лучше будет как-то обучать эти самородки и держать при этом в строгости.

Я выматерился про себя, поняв, что Аллия многого мне не договорила, куда именно она засунула Мун. Но с другой стороны… Она же права!

Но всё-таки уточнил:

— А в подмастерья магов разве не вариант?

— Нет конечно! Подмастерье должен быть тихий и исполнительный. А эти уже настоящие волчата, попробовавшие крови.

— Ведьмачата, хлебнувшие зелья своего изготовления, — поправила подружка.

Я минуту помолчал, переваривая новости, а весёлые дочки бога торжествующе переглядывались, радуясь что так просветили меня насчет моей воспитанницы.

— И именно тогда, когда твоя рабыня сумела смыться из колледжа, да ещё и парнишку прихватить, тогда мы на неё и обратили внимание, — добавила Аласи. — Так-то студенты на мелюзгу из колледжа и не смотрят. А тут мы случайно подслушали как она с другими девчонками цапалась. Ей вменяли в вину, что она раскатала губу на целого принца, и чуть не похитила того, хотя, по-правде говоря, у них взаимно. Мун же проходит там по категории экзотической восточной красавицы. Так вот… твоя воспитанница отбрехивалась, и когда эти мелкие обалдуйки мерились задницами… ну в смысле кто круче, в том числе козыряя родственниками, Мун упомянула очень боевитого брата, который в одиночку ходит вокруг Проклятых земель. Ну тут мы уже сразу смекнули, что там за брат. Но поговорить сразу не получилось, а сегодня мы услышали как её курьер спрашивал. Тут уже мы удержаться не смогли.

— А в Малые Островки мы сходим, — вдруг провокационно хихикнула Онила. — Там же храм знаменитый.

— Чем же он знаменитый? — удивился я.

Девчонки переглянулись, но придумать, чем храм знаменит, сходу не сумели. А я проворчал:

— Узнаю, что туда шастали, выдам по задницам!

— Ну сильно не побьешь, — рассмеялись обе нахалки. — А несильно даже интересно. Нас же никогда не били. Мы же дочки бога.

— Кстати, дочки бога, — задумался я. — А вы что-то про дайлиали, который покровительствует Шаньшаню, знаете?

— Про кого? — округлили глаза девушки. — Что ещё за дайлиали?

— Ну… так называются те самые демоны или ангелы, которые самые сильные в мире, — попытался пояснить я.

Но дальше выяснилось, что эти две дурочки действительно ни черта не знают, хотя их статус в Шаньшане самый высокий, какой только может быть. Куда выше королевского. И кажется девчонки в первый раз пожалели, что всю жизнь только развлекались и хулиганили, хотя могли получить доступ к самым секретным знаниям. Не просто так, конечно, а сначала получив образование и проявив интерес к наукам.

Глава 11

Но долго оборотницы грустить об упущенных возможностях не стали, а продолжили провоцировать меня:

— И вообще, может мы в эти Малые Островки подадимся, когда нас из Университета выгонят. Попросимся в помощницы к пардии.

— А могут выгнать? — удивился я, решив проигнорировать пассаж про помощниц пардии. — Не справляетесь?

— Ха! Ещё как справляемся! Да на нас там чуть ли не молятся. Ты же нас рисовать хоть немного научил. Но это «немного» куда круче, чем умеют там профессора. Нет, в Университете уровень нормальный. Лепят и обтёсывают скульптуры неплохо. Но вот с рисованием полный… зад.

— А выгонят нас за шутки, — развела руками лиса. — Мы же и понимаем, что не надо границ переходить, но остановиться не можем. Нас спасает только то, что никто не знает, что мы магички. Вот и не могут понять, кто усыпил лучшую даму-профессора с кафедры боевой магии мысли, сделал ей макияж как дорогой куртизанке, надел на неё юбку с разрезом до талии, и…

— И это всё перед тем как к ней на открытый семинар должны были прийти студенты и другие преподаватели. Те и пришли. А проснулась она за секунду до этого. Но… мы же не злодейки всё-таки. Мы же понимали, что к чему. Ей в общем понравилось, но сказать она такое не могла, потому что это же… ну не принято.

— А почему тогда считаете, что ей понравилось? — усмехнулся я.

— А она потом четыре дня не умывалась.

Заболтавшись, я чуть не забыл ещё про одно дело к моим девчонкам. Хлопнул себя по лбу и достал из сумки тетрадь, обнаруженную в тайнике в замке Толяна. Оборотницы тут же вцепились в неё, да так что чуть не разорвали, но потом уселись рядышком и принялись читать. Но уже после второй страницы на их озорных мордашках проступило разочарование.

— Да это просто какие-то скучные записи купца, — чуть не зевнув, пояснила мне Аласи.

— Там купил, тут продал… — подхватила Онила.

— Читайте, давайте, — проворчал я. — Это же не просто записи, а… Я вам потом расскажу, как эта тетрадь ко мне попала.

Девушки сразу оживились и пожелали сначала рассказ от меня. Но я, зная подружек, настоял чтобы они сначала закончили с переводом. Да и вообще, потребовал, чтобы они переводили мне вслух. По одной странице каждая, чтобы не так скучали.

И действительно сначала шли просто записи закупок и продаж. Достаточно подробно, и за длительный срок. Хотя это и понятно. Судя по всему хозяин тетради постоянно ездил в основном по одному маршруту, возя товары из Шаньшаня в Галонию, по пути заезжая в Багент, и обратно.

Вот только очень быстро я догадался, что это записи не самого купца, а приказчика, который торговал на деньги хозяина. И возил этот тип контрабанду, потому что записей об уплате таможенных пошлин не встречалось, а вот расходы на «подарки» нужным людям были вписаны очень аккуратно.

Действительно скучные записи. Но со второй половины тетради текст стал намного интереснее. Это были уже не записи торговых операций, а по сути справочник контрабандиста. Были подробные описания нескольких троп, по которым можно было перебраться через горы, разделяющие разные территории, окружающие Проклятые земли, так чтобы миновать таможни.

Я мало чего понимал. Дело в том, что когда я ходил по Кольцевой дороге вокруг этих самых Проклятых земель, то никаких таможенных постов не встречал. Только у багентцев со стороны степи и у амазонок со стороны Багента были посты, но оба скорее просто пограничные, а не таможенные.

Чуть яснее мне стало, когда по нескольким строкам я сообразил, что записи являются переложением древних текстов, относящихся к очень старым временам, примерно пять веков назад, когда эфили только покинули территорию, которая теперь называется Проклятыми землями, и там начала постепенно заводиться нежить.

Вот какие-то сведения из тех времен и передаются от поколения к поколению контрабандистов.

Ещё меня заинтересовали подробные описания нескольких мест, где по непонятным причинам не работает поиск. Обычный магический поиск по ауре человека. И хоть сейчас мне это не требуется, потому что я уже умею прятаться от простого магического поиска, но мало ли… Может когда-нибудь меня попробуют найти сильные маги. В общем, я переписал эти сведения в свою тетрадь с рецептами зелий.

С оборотницами я пообщался ещё пару часов, сразу вспомнив наше совместное путешествие. От их болтовни кажется башка начинала распухать!

В конце же дал им горсть золотых, просто на расходы, и попросил сообщить мне, если им принесут известия о пропавшей труппе циркачей.

И обе паршивки даже не спросили, что мне надо от этого передвижного балагана, но судя по засверкавшим глазкам, подумали самое интересное… Про девушку. И в общем-то они были правы. А что не спросили — это как раз самое плохое. Значит точно сами сунут в это свои любопытные носы. И я даже усомнился, что правильно поступил, попробовав наладить связь через двух паршивок. Но… другого способа связи у меня просто-напросто нет.

— А как мы тебе передадим сообщение? — спросила Аласи.

— Отправьте курьера для меня в замок Чиль, — вздохнул я, начав подозревать что как бы сами они не явились.

Но девушки энтузиазма от возможного путешествия не проявили, но покивали, а потом Онила хихикнула:

— Хорошо, отправим тебе письмо. Но ты же часто в Гросане бываешь? Давай мы ещё… ну допустим, на шпиле ратуши напишем слово… нехорошее. О таком будут говорить, и ты поймешь, что у нас есть новости.

— Только попробуйте! — рыкнул я, ничуть не сомневаясь, что эти нахалки с такой задачей точно справятся. У них и опыт уже есть.

И на этом приятная часть этого дня закончилась, потому что дальше мне предстоял деловой визит в Лазурную башню. Хотя… Там же наверняка Жарра ждет меня с самыми горячими намерениями.

Я дошел до гросанской резиденции Ордена Лежачей Башни, постучал в дверь из голубого дерева, и меня проводили в гостевой холл. А через несколько минут туда явился адъютант сэра Протазана и сообщил:

— Мой патрон будет через три дня. Он уехал в Лежачую Башню, и как раз по вашему вопросу, сэр Дим.

— А почему ваша резиденция так называется? — заинтересовался я.

— Хм… — развел руками парень. — Вообще-то об этом говорить не принято… Но вы уже почти один из нас, поэтому не вижу причин не поделиться с вами. Дело в том, что она действительно лежит на боку.

— Что-то больно приметная штаб-квартира для тайного ордена, — удивился я.

— Вы знаете, сэр Дим, — довольно улыбнулся адъютант. — Она хорошо защищена магически, поэтому даже окрестные жители о ней не знают.

Затем парень достал исписанные листы бумаги и попросил меня ответить по пунктам, что я выяснил о дар-озорах. Я лениво пробежался по списку, и дальше под мою диктовку адъютант записал ответы на большинство вопросов. Часть я знал, но на многие отвечал одной фразой «шпионка не в курсе таких вещей». Ещё бы! Куча вопросов касалась подробностей о боевой магии этих здоровяков. Нет, что-то люди видели во время войны на Альгионе, но конечно же хотелось узнать и про возможности магов других государств дар-озоров, а не только про приплывавших захватчиков. И подробности важные — количество магов, их уровень. Сальяна же мне рассказывала только про бывшее своё королевство, а про соседей ничего особо и не знала.

Я ещё подумал, что даже если бы я и узнал такие важные подробности о всех дар-озорах от Сальяны, то раскрывать их не стал бы. Ведь такие сведения по настоящему ценны только при подготовке вторжения. Знать, что могут противопоставить захватчикам жители далекого западного континента.

Тут же вспомнилось, что Орден Лежачей Башни имеет тесные связи с церковниками. Настолько тесные, что эту тайную организацию можно рассматривать как обособленное подразделение при церкви. Наверняка созданную в своё время для разных дел, заниматься которыми самим жрецам вроде как не к лицу. Для операций, которые никак не укладываются в их догмы, даже при самом широком толковании.

По результатам беседы я пообещал задать шпионке вопросы из отдельного списка, который мне тут же накидал адъютант. Это были такие вопросы, которые я как-то и не сообразил задать. Например, что она знает о дайлиали, которые покровительствуют дар-озорам, подробности об основных религиях западного континента, и другая подобная ерунда.

Затем я отправился в замок Чиль, куда доехал сразу после заката. Встретил меня Толян, как обычно наряженный в свои полные стальные доспехи, и приказал накрывать стол для ужина. И я сразу насторожился, увидев, что слуги принесли два комплекта посуды. Так что без лишних политесов чуть не рыкнул:

— А что случилось с Сальяной? Она всё-таки сбежала?

— Нет, сэр Дим, — развёл руками парень. — Её забрали.

Я мрачно посмотрел на хозяина замка, и тот принялся рассказывать:

— Два дня назад ко мне в гости приезжала кузина Дилла.

Я кивнул, пока мало что понимая. С чего это королеву понесло в заштатное баронство? Неужели у неё опять какие-то неприятности? Толян тем временем продолжил, да ещё и заговорщицки понизив голос:

— Её Величество оказывается была в курсе, что вы привезли в мой замок девушку. И после обеда мы имели конфиденциальный разговор, сначала втроём. И Её Величество прямо спросила леди Сальяну, кто она вам. А та ответила, что она ваша пленница. Тогда кузина сказала, что она ваша сеньора, поэтому хочет знать, за что и при каких обстоятельствах вы пленили леди Сальяну. Ну и та ответила, что она разведчик дар-озоров. После этого они долго разговаривали уже вдвоём, а затем кузина сказала мне, что забирает леди Сальяну себе. И она имеет на это право как ваша сеньора. Вам же даст награду за такую ценную пленную, сразу как вы явитесь в её дворец.

Я чертыхнулся. Вот так поворот! А я как-то даже и не в курсе был, что королева может выкинуть такой номер. И ещё… Откуда Дилла прознала про девушку? Хотя… если подумать… Я посмотрел на старого слугу, который теперь исполнял обязанности аж кастеляна замка, и выругался про себя. Дилла меня здорово провела, потребовав от этого старикана отправлять ей письма, сообщая важные новости обо мне. А я дурень именно потому, что привез в замок Чиль девицу. Нетрудно догадаться, что имеющая виды на меня королева сразу этим заинтересуется.

Причём Сальяна не первая девица, которую я привозил в этот замок. Была ещё Кейси. Но внучка дракона так плохо выглядела, что старый слуга не посчитал, что она может быть моей девушкой.

И самое паршивое, что и обвинить слугу мне не в чем. Нет, я не кровожадный, но старикану уже давно пора на покой. Выпнуть из замка, и пусть доживает свой век в скромном домике в какой-нибудь деревне. Но причин-то для таких крутых мер я именно для себя сейчас не нахожу. Тот вроде служит Толяну, но и королева для него не пустое место. Да и стучит он не на хозяина, а на меня. А я же не простой феодал, а коронный граф, по сути должностное лицо, назначаемое монархом. То есть в данном случае сеньора потребовала от чужого слуги, но её подданного, чтобы тот докладывал о важных событиях, касающихся её вассала.

И слугу наказывать за такое как-то и не уместно. А вот Дилле, по-хорошему, неплохо бы выдать по первое число, чтобы не смела следить за мной.

Но уже через пару минут я понял, что Дилле «ни по-хорошему, ни по-плохому» выдавать не буду, по крайней мере в ближайшее время, потому что Толян сверкая глазами сообщил:

— Ещё кузина оставила письмо для вас, сэр Дим. И конфиденциально сообщила мне одну новость, которая пока держится в тайне от подданных. Она ждёт ребёнка. Будущего принца.

Я мрачно кивнул, догадываясь, что оказался совсем в дураках. Ребёнок мой, без всяких сомнений, но выдавать его будут за наследника несостоявшегося мужа Диллы, который пару месяцев пробыл королём Галонии. И Толян, конечно, не в курсе таких подробностей. Об этом никто кроме меня и Диллы не знает. Слишком опасная тайна.

Я вскрыл отданный мне хозяином конверт и прочитал письмо от Диллы. Впрочем, ничего интересного там не было. Девушка пеняла мне за то, что я не удосужился приехать к ней и вступить в должность командира гвардии, которая меня всё ещё ждёт. Ещё королева написала, что леди Сальяна ей очень понравилась, и они здорово поладили. А так как даже девушка дар-озоров отличается невероятной силой, то королева может быть даже назначит её своей личной телохранительницей.

Ещё раз внимательно перечитав послание, я сделал два вывода. Первое — Сальяна мудро скрыла, что мы были любовниками, а второе — она также не сообщила Дилле, что я иномирянин. И меня даже как-то настораживать это стало. Дилла наверное единственная из моих девушек, которая не знает, что я вампир. Причем все, кто знает меня в её окружении, в курсе моей тайны. Даже трудно представить, что королева захочет сделать со своими личными слугами-подростками, которых забрала у Толяна, а также с самим Толяном и с Сальяной, когда всё-таки узнает такую пикантную подробность про меня.

Впрочем, ладно. Я махнул рукой на все эти проблемы, только сделал себе зарубку в памяти, больше в замок Чиль девиц не возить. А пока я отдохну здесь три дня, и поеду на переговоры с сэром Протазаном. Да может с ним вернётся и леди Жарра. И тогда я уже начну основной этап борьбы за душу.

На следующий день я сделал очень полезное дело, выйдя к воротам замка, когда несколько купцов, прослышав о внезапной платежеспособности барона, который продал часть найденного в тайнике оружия, привезли продукты. Приехали кучно, хоть и являлись конкурентами, потому что не посмели злить хозяина, ошиваясь у ворот и надоедая ему поочерёдно.

И я правильно не стал доверять Толяну, который лично осматривал предложенные припасы, чтобы сразу и заказы сделать на следующий раз. Один из купцов привёз заплесневевшие сыры, выдавая их за какой-то невиданный сорт.

Я дал нахалу в морду и сказал, чтобы ноги его больше около замка не было. Остальные купцы были здорово воодушевлены расправой над конкурентом, а один, смекнув с кем надо общаться насчет поставок дорогих продуктов, пригласил меня в свой фургон, и пока я дегустировал деликатесы, по большому секрету рассказал, что Её Величество Дилла Первая сильно обидела соседнего монарха. Тот проезжал через Галонию с семьёй и приближенными, и не был принят королевой по причине того, что та за день до этого подалась на моление в какой-то монастырь.

А ведь этот король не просто сосед, но еще и дальний родственник её покойного мужа. И более того, в свите короля был его родной брат, граф, и Его Величество хотел сосватать Диллу за родственничка. А что? С одной стороны граф, а с другой аж целый принц, мужчина видный. Молодая королева за ним будет как за каменной стеной. А тут вон что, умотали Их Величество помолиться так не вовремя.

И я сразу догадался об истинной причине визита Диллы к Толяну. Она просто спряталась в замке кузена, чтобы с наименьшими потерями продинамить соседнего короля с его планами отжать её трон, который она честно заработала своим умом.

Нет, понятно, что королева могла прямо отказать потенциальному жениху, но… Зная повадки местных владетелей, монархов в том числе, нетрудно догадаться, что соседний король мог объявить войну, посчитав себя оскорбленным отказом состоятельной вдовушки выйти за его братца.

Так что Дилла выкрутилась филигранно. И пусть сосед оказался обижен, но предъявить набожной королеве нечего. Я бы и сам не смог придумать более изящного выхода из этой ситуации. Хотя нет. Поразмышляв минуту, я всё-таки придумал более надёжный выход, причём как бы мне не пришлось его и реализовывать, потому что я практически уверен, что положивший глаз на трон Галонии сосед просто так не остановится. Тогда мой план и пригодится.

План же у меня простой. Подстеречь монарха на охоте, когда рядом будет не сильно много телохранителей, да свернуть ему башку. Тогда соседям станет на некоторое время не до Диллы. А если попозже снова вспомнят о своих планах, то процедуру можно и повторить, мне недолго.

Глава 12

Больше ничего в баронстве Чиль не происходило, но я был рад просто побездельничать. Правда побездельничать мне удалось всего два дня, потому что именно на второй день в обед прискакал наёмный посыльный из Гросана, который передал мне конверт, в котором был лист мятой бумаги всего с парой строчек:

«Сроч но приезжай! Это касается твоего задания нам. Всё плохо. В трактире „Тайна книжника“ сними комнату с окнами на Университет и вывеси в окно что-нибудь белое. Мы увидим и придём.»

И подпись, точнее подписи:

«А и О»

Пока быстро собирал вещи, я размышлял над иронией, которая нежданно проскользнула в письме. Подписи А и О выглядели как инициалы тех, кто отправил послание, но на самом деле были настоящими именами девчонок. В Шаньшане чем выше положение человека в обществе, тем короче ему положено имя. И короче, чем у моих подружек, имя только у верховного бога шаньшаньцев, потому что имени у него вообще нет.

Уже через два часа я был в Гросане и заселился, как и просили, в трактир. Вывесил в окно запасную рубашку, спустился в зал, и через полчаса туда ворвались мои оборотницы. Я думал, что они будут встревожены, но ошибся. Только не эти озорные девчонки! Они сели с двух сторон от меня и заговорщицки хихикая принялись шептать мне каждая в одно ухо:

— Представляешь, пришел тот акробат, которого ты нанимал, чтобы разузнать о бродячем цирке.

— Да, пришёл такой и вызвал нас к воротам Университета.

— Мы пошли по улице, и он начал рассказывать.

— И так на нас смотрел, гадёныш, что сразу появилось желание оторвать ему кое-что лишнее.

— Но мы решили потерпеть, ты же говорил, что он должен сказать, где интересные тебе циркачи, и за это мы отдадим ему золотой.

— А он сказал, что знает, где нужные тебе люди, но потребовал золотой вперёд.

— А мы и решили отдать. Почему нет? Мы, если что, усыпили бы его и забрали бы золотой, если бы вздумал обмануть.

— Мы свернули в один безлюдный переулок, достали наш кошелёк и отдали ему золотой.

— А этот козёл, когда увидел сколько у нас денег, потребовал отдать ему всё. Вот урод! Ещё и добавил, что мы теперь будем всегда отдавать ему все наши деньги, раз такие богатые.

Я здорово напрягся, хотя тут же понял, что прямо сейчас причин для беспокойства нет. Именно в этот момент. Девчонки-то рядом со мной и вполне довольные жизнью. Но всё-таки проворчал:

— Ну кто же показывает весь кошелёк. Надо было отложить один золотой заранее. Да и вообще, зачем было идти с этим типом в переулок? Я же не говорил, что он хоть сколько-то надёжный. Но ладно. Я разыщу его и… и оторву башку.

— Ой, ерунда! — отмахнулась Аласи. — У нас и магия есть сильная, и амулеты с боевыми заклинаниями теперь имеются Мы же не совсем дурочки и не у себя в Шаньшане, где на нас дыхнуть лишний раз боятся. Но слушай дальше!

— Да! — подхватила Онила. — Слушай! Этот идиот ещё сказал, что мы должны будем спать с ним. Раз уж он такой крутой. Ну мы удивились и спросили, а не боится ли он, что ты ему много чего лишнего отчекрыжишь. А он ответил, что уже договорился с «ребятами», что тебя убьют. А ту девку, что ты поручил ему найти, продадут в гарем, потому что она красивая очень. А она и вправду такая красивая?

На последних словах глазки девчонок прям засверкали.

— Чего? — нахмурился я. — Я ему про циркачей говорил.

— А ну да. Но это мы потом уже поняли. А сначала этот чёртов Куля только про девушку сказал. Ну тут мы уже здорово злые были, встали с двух сторон от него и… Мы же тебе показывали одно наше заклинание? Ну то… чтобы летать, и всё такое. Раньше мы им только друг друга могли отталкивать и притягивать. А теперь мы это заклинание ещё доучили. Можем и других людей так двигать. И очень быстро. Смотри!

Мы, пока болтали, уже поднялись на второй этаж и зашли в мою комнату. Девчонки стояли передо мной, а теперь сделали каждая шаг, оказавшись по бокам от меня, и направили на меня ладони. В следующее мгновение я почувствовал сильное давление, как будто меня прессом сжали. Хотя не так. Двумя мешками с песком. Так будет правильнее, потому что давило это заклинание как что-то не особо твёрдое.

А затем я почувствовал как у меня начал нарастать вампирий голод, из-за сопротивления магическому воздействию. Говорить мне было трудно, но я поступил хитрее — сделал шаг вперед и выскочил из тисков. Обернулся к девчонкам и погрозил им пальцем. А те разочаровано протянули:

— Нет. На тебя совсем плохо действует. Ты же вампирюга, и у тебя сопротивление магии ого-го. Но того акробата мы сжали даже сильнее, и на него подействовало очень даже неплохо.

— А вас не оттолкнуло друг от друга? — удивился я, вспомнив как одна из девчонок ловко каталась при мне на подносе. — Да и сейчас в первую очередь вас должно было откинуть отдачей.

— Нет! Вот если бы мы были с одной стороны от него, то да, оттолкнуло бы. Но мы были с двух сторон и друг за друга зацепились этим же заклинанием.

— А этому гаду стало очень весело! У него даже какие-то кости сломались. Но мы успели прекратить давить и стали его допрашивать.

— Да! И тут он уже рассказал как дело было. Молчать не решился, поняв, что нам выдавить из него всё дерьмо проще простого. Да и сломанные ножки способствовали говорливости. В общем, он всё сказал. И адрес твоей девушки тоже назвал, конечно. Но давай ты нам сначала про эту циркачку расскажешь? Ведь нам же интересно!

— И пока не расскажешь, мы тоже говорить не будем!

— Не тяните! — улыбнулся я. — И для разнообразия просто расскажите по-порядку.

Оборотницы повздыхали, но все мы понимали, что долго молчать подружки точно не смогут, так что они продолжили:

— Этот акробат очень захотел обещанный тобой золотой и принялся искать бродячий цирк. И умно искать. Обошёл базары, расспрашивая лавочников, которые продают всякую фигню для бардов и других таких же типов. И на одном рынке ему сказал лавочник, что к нему приходила девчонка из труппы, про которую все, кто в этом вращается, знают. Да, девчонка, которая с родителями-циркачами ездила по всему Западу. И она хотела продать ему несколько вещей… Ну таких… Которые циркачам нужны, а для другого не требуются. Ящик с двойным дном… шпагу со втягивающимся клинком… другую такую же фигню.

— Реквизит, — подсказал я.

— Точно! Но лавочник выкупать эти вещи не стал, потому что они очень уж особенные. Мало кому нужны. Но договорился с девушкой, что возьмет их на продажу. Вдруг кто позарится. И сказал, что девчонка эта очень красивая, но тупая. Да, зовут её Сесиль.

Я кивнул, припоминая, что именно так зовут девчонку-циркачку из бродячего цирка, с артистами которого я тусил вечером в один из первых дней в этом мире. Но решил уточнить:

— А почему лавочник решил, что она тупая?

— Она была очень хорошо одета, и этот реквизит ей продавать смысла не было. Он яркий, но стоит медяки, и там возни больше будет. Да ещё и на доверии хитрозадому торгашу. Кто помешает тому сказать, что продал в десять раз дешевле, чем на самом деле выручил за этот хлам.

— Да! Именно так! Тупая она. А затем твой нанятый акробат поспрашивал рыночных мальчишек, где живёт эта красотка, и вскоре нашёл склад за высоким забором, который сдает одна вдова купца. Посмотрел через забор и увидел там две повозки с тентами. Ярко разрисованными тентами.

— Значит циркачи, после того как спрятались, вывернули тенты обратно, — задумчиво покивал я. — Но ладно. Дальше рассказывайте.

— Этот акробат решил, что золотого, который ты ему обещал, очень мало для него. Ведь здесь же какая-то тайна, а значит на этом можно здорово погреть руки. Он навестил вдову купца, которая и сдавала этот склад, переночевал с ней и заодно узнал всё про этих бродячих артистов.

— Они приехали пару недель назад, после чего все циркачи купили себе хорошую одежду, вместо поношенной, что у них была. И вся эта семейка, а они родственники, интересовалась, можно ли купить где-нибудь в соседних деревнях трактир. И купчиха помогла им. Подыскала хороший трактир в одной деревне неподалёку. Те и купили, и неделю назад всей семьей туда ушли. Только девушка осталась, потому что она пошла в служанки к какому-то подростку, который был с циркачами и остался на том складе.

— А тот подросток очень странный. Всегда ходит в плаще с натянутым на нос капюшоном и лица не показывает. Даже сам не разговаривает, явно чтобы его голос не запомнили. А общается он так — шепчет на ухо этой самой служанке, с которой всегда выходит с того склада, и та уж говорит.

Я пока мало что понял, поэтому решил дальше послушать моих оборотниц, а те буквально расцвели и продолжили:

— Так вот, Дим! Похоже ты опоздал с этой красоткой. Явно эта гимнастка не просто служанка у этого подростка. Зачем бы ей это было надо, если вся её семья обзавелась трактиром? Да и одевается Сесиль теперь слишком хорошо для девушки, которая просто прислуживает.

— Не опоздал, — хмыкнул я. — Тем более, что Сесиль меня и не интересует. Мне нужен как раз этот как бы подросток. На самом деле это девушка. Она очень худая. Как скелет. Ещё она сильнейшая магичка и внучка дайлиали.

Кошка и лиса, как я часто называю оборотниц, даже если они в ипостаси девушек, переглянулись и начали набирать воздух в лёгкие, явно враз сочинив десятки вопросов. Но я резко приказал:

— А ну быстро продолжили рассказывать! А про эту девушку я больше, чем уже сказал, вам всё равно говорить не буду.

— Ладно… — проворчала Аласи. — Ещё Куля узнал, что этот подросток… хм… Ну пусть будет подросток, раз все её за него принимают… Так вот, он интересовался покупкой дома в Гросане. Хоть и в Нижнем городе, но очень хорошего. И даже дал этой самой вдове десять золотых как предоплату за посредничество. И дал легко… Это так сказал акробат. Ну в смысле, что не трясся над значительной суммой и даже расписку не потребовал.

— И этот козёл решил, что такой шанс упускать нельзя, — подхватила Онила. — У него были знакомые воры, и он договорился, что банда уже этой ночью нападёт на склад и убьет подростка. Заберут деньги, а служанку продадут в гарем в Багент. Но ещё банда должна была убить тебя, потому что до тебя, по их мнению, могли дойти слухи об убийстве, и ты мог начать мстить. А непонятный наёмник, который будет совать свой нос куда не надо, им не нужен.

Я чертыхнулся и задумался. Да уж… Даже трудно сказать, кто из троих оказался тупее. Бывшая циркачка Сесиль, не от большого ума позарившаяся на медяки, и невольно выдавшая укрытие. Кейси, поселившаяся в не самом благополучном районе города и засветившая очень немалые деньги, интересуясь дорогим особняком. Вдобавок образ себе придумала хуже некуда. Не трудно догадаться, что закутанный в плащ подросток привлечёт кучу внимания.

Но самым тупым, похоже, оказался я. И именно потому, что навёл на девушек городское отребье. Нет, я просто нанял рыночного артиста, чтобы найти пропавший цирк, но мог бы догадаться, что в случае накладок этот гадёныш может начать свою игру. И игру, в которой лишних убивают без раздумий.

Так вот. Я не должен был связываться с городским… ну не дном, конечно, но придоньем, куда артиста можно легко отнести. Потому и идиот!

Ну ладно. Будет на будущее наука. А сейчас ещё не поздно исправить все ошибки.

— Так, девчонки, — проворчал я. — Этого фигляра, я надеюсь, вы спрятали? Пойду… побеседую…

— Спрятали, — захихикали оборотницы. — В куче навоза. Видишь ли… Когда мы этого Кулю закончили допрашивать, то решили ещё немного его помять. Очень уж он нас разозлил. Но… немного увлеклись, так что Куля сдох.

Я посмотрел на озорных девчонок, но никакого раскаяния или сожаления после убийства на их весёлых мордашках не заметил. Впрочем… если о ком и сожалеть, то не о таком подлеце.

Следующие два часа мы замечательно провели в постели, заодно я выспросил подробности, вытянутые девчонками из акробата про городскую шайку воров, которые решили переквалифицироваться в убийц.

И на закате направился в дальний конец Нижнего города Гросана, где раскинулись… ну не трущобы, но кварталы весьма сомнительные и небезопасные, особенно ночами. По пути вспоминал, что я за год жизни в это мире узнал про обычаи и повадки городского дна.

В целом я знал немало, ведь в трактирах, где я обычно и ночевал, народ собирается всякий. И картина получалась не особо впечатляющая. В городах мешают нормальной жизни людей в основном воры и грабители. Срезать кошелёк, обнести дом, когда хозяева отлучились, ограбить прохожего на ночной улице… в общем, это предел злодеяний. Убийства случаются редко, ведь если сильно досаждать властям, те могут и на услуги мага расщедриться, а маг быстро отыщет попутавших берега злодеев.

Нет, есть здесь и по-настоящему опасные разбойники. Но те встречаются обычно в отдаленных малонаселенных местах.

И ещё. Воры имеют два очень важных «табу» — а именно не связываться с владетелями и магами. Никто не знает, не примутся ли те мстить даже за вывернутый карман, даже если там и нашлась-то всего пара серебрушек.

Из всего этого получался неприятный вывод. Если бы Кейси назвалась магичкой, то в её сторону обычные грабители и смотреть побоялись бы. Но девчонка зачем-то скрывается, вот и могла попасть в огромные неприятности.

Я дошёл до очень подозрительно выглядящего трактира, зажатого между двумя высокими зданиями складов, но прежде чем зайти внутрь, достал зеркальце и всмотрелся в собственное лицо. Аласи и Онила перед расставанием здорово разрисовали меня своей косметикой, и из зеркала на меня уставился какой-то здорово потёртый жизнью немолодой мужик. Весь в морщинах и шрамах. И это было необходимо, чтобы во мне не заподозрили наёмника Дима, который и нанял пройдоху Кулю. Наверняка же он описывал мою внешность своим новоявленным подельникам.

Убедившись, что ничего не размазалось и не потекло, я убрал зеркальце и зашёл в трактир. Жизнь там била ключом. Причем судя по виду посетителей и по вони, ключ бил не иначе как из прорванной канализации.

Я нашел удобный столик, за которым скучала за пустыми пивными кружками парочка алкашей, кинул на столик мелкую монету и проворчал:

— Угощаю. Но не за этим столом.

Те понятливо закивали, схватили монету и ушли к стойке. А я незаметно вытер лавку и сел спиной к стене. Вскоре передо мной стояли кружка пива и плошка с острыми сухариками. И ни к чему из этого я прикасаться точно не хотел. Этот трактир реально очень дерьмовый, и могу спорить на что угодно, что посуду здесь вообще не моют.

Впрочем, в зале было очень темно, и меня остальные посетители вообще еле видели. А вот я, с моим вампирьим зрением, легко мог наблюдать за всеми. А вампирьим слухом всё слышал, легко разделяя беседы за разными столами.

Через полчаса я уже знал всё что мне надо. Трактирщик, сидевший за отдельным небольшим столиком у лестницы на второй этаж, в курсе, что нужная мне банда решила провернуть серьезное дело, но деталей не знает. Но знает, что дело ожидается с трупами. Именно это он обсуждал с тремя молодыми наёмниками, которые, судя по их разговорам чуть позже, были изгнаны из отряда авантюристов за жёсткие косяки и теперь решились на рискованное дельце.

И судя по всему, именно им собирались поручить убить меня. Воры-то оказались трусоватыми, как и положено этим подонкам. Убить подростка и продать девушку — это запросто. А вот даже неожиданно напасть на наёмника, за которого меня принял Куля, побоялись.

Но три молодых наёмника были пока не в курсе деталей задания, и никакого согласия не давали. Воры в трактир ещё не явились, так что эти дурни пока сели за соседний со мной стол и обсуждали, стоит ли связываться с «холодным» делом, как на сленге называли убийства, но пока сошлись во мнении, что сперва надо узнать, кого им хотят заказать.

Ладно… раз эти придурки пока заказа не приняли, то я их не трону. И возможно сегодня они получат отличный урок, что не за все наймы стоит браться. А получат они его уже совсем скоро, потому что в трактир как раз явилась нужная мне банда из пяти воров и грабителей. Они перекинулись несколькими фразами с трактирщиком, спросили не появлялся ли Куля, после чего поднялись на второй этаж, заказав в комнату побольше выпивки.

Глава 13

Я уже совсем было собрался начать операцию, которая мне представлялась весьма простой, но тут за мой столик на противоположную скамейку вдруг пристроился какой-то мальчишка, по виду бродяга, и тонким гнусавым голосом заканючил:

— Дядь, а дядь! Дай глотнуть!

Он показал на кружку пива, стоящую передо мной. И хоть я из неё пить и не собирался, но… Ну не давать же алкоголь несовершеннолетнему. Уже через секунду я опомнился, что мы не в моём прежнем мире, а здесь такое в порядке вещей, но всё равно… Чем-то морда этого мальчишки мне не нравилась. Очень не нравилась. Я моргнул и всмотрелся тщательнее, с удивлением заметив что-то неуловимо знакомое в чумазой морде бродяжки. Но нет. Его самого я точно не встречал. Но… такое впечатление, что хорошо знаком с его родственником. Что-то очень характерное в чертах лица, но я никак не мог понять, что именно.

Ладно… Может просто показалось. Так что вместо ответа я предъявил подростку кукиш, но тот расстраиваться и не подумал. А уже через секунду я и понял, почему. Этому гаденышу нужно было совсем не пиво. Потому что он повёл себя очень странно. Завопил:

— Дядь! У тебя на плече сколопендра! Дай я её скину!

Он за секунду обежал стол, но я уже что-то заподозрил, и первым делом положил руку на сумку на ремне, где у меня лежат разные мелочи, и часть денег. И в следующую секунду по моей руке скользнули тонкие пальцы. Я попытался схватить вора, но тот ловко отдернул руку, а затем бросился к выходу.

А я бросился вслед, потому что этот гаденыш всё-таки обдурил меня. Раз я не позволил ему спереть кошелёк, то он схватил мою сумку с припасами и главное с ленди. Вот такой хитрозадый ворюга!

Я вылетел на улицу и заметил, что вор уже поднимается по стене склада, цепляясь за неровности кладки, сжимая ремень моей довольно тяжёлой сумки в зубах. Даже я с вампирьей силой и ловкостью, плюс с моим опытом скалолазания, такого провернуть не смог бы. И как здорово этот паразит всё рассчитал! На земле я его быстро догнал бы. Но не на стене.

Впрочем, я долго раздумывать не стал, а выхватил метательный нож, и через полсекунды острый клинок воткнулся в тощий зад вора. Тот как раз уже навалился животом на край крыши, и через мгновение окончательно сбежал бы. И сумку бы унёс. Но не в этот раз!

Подросток завопил и скрылся-таки на крыше, но перед этим выронил мою сумку, которая упала очень неудачно. Это я понял по звону стекла. Ругаясь себе под нос подошел и поднял остро пахнущую ленди сумку, которая упала на какой-то камень, и обе бутылки ленди разбились. И у меня осталась с собой только маленькая фляжка в кармане, но в случае серьезного боя это очень и очень мало.

Впрочем, никакого серьезного боя мне не предстоит, поэтому я вернулся в зал трактира и прошёл прямо к трактирщику, обратив внимание, что народ за столиками веселится, хотя и сдержанно. А что, у какого-то залётного типа один из местных стырил сумку, весело же! Но сумка у меня в руках, значит не так и весело.

— Что, приятель, — хохотнул трактирщик. — Чуть не упёр твои вещички Чумазый Лунк? Ты его часом не прибил около моего трактира? А то придётся возиться, посылать кого-нибудь оттащить подальше.

Я отрицательно помотал головой и проворчал, стараясь изображать сиплый голос. Очень посредственно изображать, но хотя бы надеясь, что по голосу не догадаются, что мой возраст намного меньше, чем я сейчас выгляжу.

— Я к Косому Празу. Он искал исполнителя…

Трактирщик сразу подобрался, но ничего не заподозрил, потому что сам искал в определенных местах наёмного убийцу по поручению главаря банды. Вот, трое уже сидят в зале, но слух-то разошелся по всему дну Гросана. Так почему бы кому-то ещё не прийти. А так как выглядел я очень даже серьезно, то мужик мариновать меня ожиданием не рискнул, а только кивнул, встал и направился вверх по лестнице, махнув мне рукой идти за ним. Через полминуты он постучал, распахнул дверь, и я заглянул внутрь комнаты, попав под внимательнее взгляды пятерых опытных воров и грабителей, решивших переквалифицироваться в убийц и разбойников.

А дальше… Дальше я тянуть не стал. Схватил за шкирку трактирщика и закинул его в комнату, после чего выхватил меч и рыкнул:

— Кто тут Дима хотел убить? Ну я пришёл.

Бандиты повскакивали, но куда им! Это на ночных улицах, да втроем на одного прохожего, они смелые. А опытный воин, каким я себя не без оснований считаю, порубил всех шестерых всего за минуту. Точнее я не рубил даже, а наносил колющие удары. Ну нет у меня желания потом отмываться от брызг крови. И больше всего времени из этой минуты у меня заняло вытаскивание главаря из-под кровати. А тот не только буквально ввинтился в тесное пространство, но ещё и отчаянно пытался прикрыться уже поражённым мной подельником.

Но я, пару раз безрезультатно ткнув мечом, сменил тактику, и просто отшвырнул кровать в сторону, после чего и проткнул визжащего вора.

Закончив расправу, я выскочил в коридор, добежал до конца и вылез в окно. Хотя мог и не спешить особо. Никто на помощь банде не кинулся, конечно. Но и не пропустили происшествие мимо ушей. Орали и разбегались так, что в дверях застряли. И из воплей я понял, что особо впечатлило публику то, что через щелястые доски потолка на головы посетителей начала капать кровь.

Я дошагал до стены Верхнего города, перелез через неё, и вскоре был около квартиры бывшей генерала инквизиции Зирры, с которой живёт и нужная мне её дочка, лейтенант Филла. Не сказать, что сильно нужная, но… если мне надо где-то скоротать ночь, то почему бы не с этой девушкой.

И скоротал очень замечательно. Заодно узнал, что её мамаша сейчас во Фленции, добивается восстановления себя в правах генерала. Я лениво поинтересовался, а как эта шустрая дамочка может провернуть такой номер. Отменить приговор суда.

— Ой! — отмахнулась Филла. — Она же с моим папашей решает.

— Так он вроде особо настаивал на том, чтобы её заперли в монастырь, — удивился я.

— Ты не понял. Она не с мужем решает, — захихикала лейтенант. — А с моим настоящим папашей. А тот здорово поднялся за последние годы.

Я пожал плечами, вроде как не желая вникать в перипетии внутрицерковной политики, но Филлу будто распирало изнутри, так что она буквально выпалила:

— Очень сильно поднялся. Он теперь Первосвященник.

Я внимательно всмотрелся в озорное лицо девушки и только головой покачал. Оказывается я прямо сейчас сплю с дочкой наверное самого влиятельного типа в этом мире. Ну пусть внебрачной, но всё равно. Ну и поворот!

А ещё понятно, почему Зирра не могла рассчитывать, что её вытащат из монастыря без моей помощи. Ещё бы! Первосвященник и знать не желает о давней любовнице, как и о её, да и своей, внебрачной дочери. Но вот если ему нанести визит и попугать оглаской, то предпочтет откупиться помощью.

Кроме приятного вечера, я ещё попросил Филлу добыть для меня концентрат ленди. Ведь именно этот полуфабрикат, который получается при выдерживании сырья в бочках двенадцать лет, и из-за испарения почти не содержит спирта, для меня самый удобный источник жизненной энергии.

Девушка клятвенно пообещала приложить все силы. Точнее попросить мать, когда та вернётся, приложить силы, чтобы добыть для меня концентрат.

Утром я наконец отправился с визитом к Кейси, по пути размышляя, как мне её убедить вернуться к дедуле-дракону. И картинка в голове у меня не складывалась. Эта тощая как скелет девушка ухитрилась где-то добыть до чёрта денег и собирается покупать дорогой особняк. Как-то это слабо вяжется с желанием вернуться к дедуле с его жуткими методами воспитания магов.

Я дошёл до нужного склада, подтянулся на заборе и… и обалдел. Внутри просторного двора возвышался небольшой домик и стояли два цирковых фургона. Лошадей не было, как и конюшни, но было кое-что намного более интересное.

На вытоптанной площадке перед фургоном танцевала красотка. Танцевала что-то похожее на латиноамериканский танец, очень энергичный и сексуальный. И даже задорная мелодия звучала из очень качественной музыкальной шкатулки.

Одета девушка была в очень открытое и короткое платье, а на её лицо был нанесен яркий сценический макияж. Рядом сидела кошка и с явным неодобрением наблюдала за танцем. А я вот наоборот, глаз от красотки оторвать не мог, сразу сообразив, что этот танец девушка конечно же на публике не исполняет. Здесь такого просто не поймут.

— Чёрт, Дим! — проворчал я сам себе. — Хватит разевать рот на всех девушек! Ты же решил начать новую жизнь! У тебя и так куча девчонок, которые принимают тебя таким, какой ты есть. Не строй планов на гимнастку и танцовщицу!

Но посмотреть-то можно. Заодно я подумал о том, что Сесиль наверняка помнит меня. И ещё она просто не может не знать, что я иномирянин. Вампир. А циркачи очень сильно боялись нежить год назад. Вряд ли что-то изменилось.

Ладно… Мне нужна Кейси, а той на такие условности плевать. Я дождался пока Сесиль закончит танец и уйдет в фургон, перемахнул забор и направился к дому, надеясь что циркачка не заметит меня, а то как бы визжать не начала.

Первой меня заметила кошка, и среагировала очень характерно. Выгнула спину, распушила шерсть и зашипела. И обычно кошки на меня так не реагируют, даже сейчас, когда я чуть больше вампир, чем обычно. Но эта животина, похоже, как-то специально натаскана на нежить. Не отогнать врага рода человеческого, конечно, но хоть предупредить хозяйку.

И предупредила. Из фургона выглянула Сесиль и на её лице проступило невероятное удивление. А затем настало время удивляться мне. Девушка пугаться не стала, но всё-таки завизжала. Но не от ужаса, а от восторга, кинувшись ко мне и повиснув у меня на шее.

— Дим! — быстро шептала она. — Я всегда верила, что ты придешь за мной! Я же тебя год ждала! И вот! Так рада, что не напрасно!

Я реально оторопел. И что это? Девушка видела меня больше года назад и всего несколько часов, пока её папаша уговаривал меня присоединиться к их труппе. Что? Так сильно попала под очарование тьмы, что её до сих пор не отпустило? Или она реально несусветная дура?

Тем временем акробатка-танцовщица разглядела недоумение на моём лице, на секунду нахмурилась, и уже спокойнее произнесла:

— Нет, я не претендую на то, чтобы быть с тобой всегда. Я же знаю, что ты вампир, и такое невозможно. Но у тебя же куча девушек в западных землях, почему бы мне не стать ещё одной.

И я опять ни черта не понимал. И в первую очередь то, почему Сесиль меня не боится. Ей как простой циркачке, по сути простолюдинке с кучей суеверий, присущих малограмотным низам общества, такое просто по статусу положено.

А девушке тем временем надоело ждать пока я обмыслю её поведение, так что она еле заметно вздохнула и решительно потянула меня к фургону. А я… Я просто внутренне махнул рукой на сомнения, да и пошёл следом. Действительно! Чего тупить? Я давал себе зарок не обманывать девчонок, а тут всё прозрачно. Так какие проблемы. Тем более, что девушка очень красивая. В меру высокая, очень стройная и спортивная. Из образа тоненькой гимнасточки выбивалась только довольно внушительная грудь. Ну просто картинка, а не девушка!

Забравшись в фургон, я всё-таки нашёл в себе силы осмотреться. И был приятно удивлён, как здесь всё продумано! Не фургон даже, а передвижной дом. Есть несколько откидных кроватей из бамбука, который в Шаньшане используют повсеместно, но не на Западе. Пара шкафчиков для посуды и одежды. И даже совмещенный с душем туалет, отгороженный шторкой из латаного-перелатаного, а потому наверняка купленного по дешёвке, шёлка. Ёмкостью для воды служил кожаный бурдюк. Это я хорошо рассмотрел, потому что Сесиль первым делом меня в этот душ и потащила. И я даже обратил внимание, что вода не просто лилась на землю, а кажется скапливалась в какой-то ёмкости под полом фургона. Очень удобно при стоянке в черте города, чтобы не разводить свинарник под колёсами.

Я обратил внимание, что Сесиль смывать грим не собирается, и удивлённо приподнял бровь, на что девчонка шепнула:

— Мне очень нравится мой сценический образ!

Ну ладно… нравится, так нравится. Какие проблемы. А через пять минут нам стало не до образов, потому что девушка расстелила на полу фургона тонкий матрас. И очень правильно, что на полу. Мы не дар-озоры, у которых во время секса целые битвы разворачиваются, но всё равно бамбуковые откидные кровати для такого, что случилось, никак не предназначены.

А через два часа я вдруг услышал шаги снаружи и еле успел накрыться одеялом, как полог фургона резко откинулся, и на меня уставилась акробатка. И я сразу понял, что это именно она. Просто узнал черты лица. Без грима.

Но задать вопрос загадочной девице, которая лежала рядом со мной и с улыбкой смотрела на вошедшую, не успел, потому что настоящая циркачка наконец рассмотрела моё лицо в полумраке фургона, отшатнулась и отчаянно завизжала:

— А-а-а! Помогите! Вампир ест мою госпожу!

После чего лихо помчалась к воротам, продолжая оглашать окрестности паническими воплями. Я, кутаясь в простыню, выскочил следом, и хотел уже рвануть вдогонку, уверенный, что с вампирьей скоростью, если даже и не успею настигнуть дурочку до двери в заборе, то уж отпереть замок она точно не успеет.

Но тут из-за полога фургона высунулась рука, показала на беглянку сложенными в щепоть пальцами, и та споткнулась, после чего рухнула на траву. Но хорошо рухнула, ничего себе не повредив. Гимнастка страховаться умеет отлично, даже во сне.

Я обернулся к моей нежданной любовнице и проворчал:

— Ты невероятно изменилась, Кейси.

— Спасибо! — нахально кивнула мне девушка.

Я укоризненно посмотрел на неё, поэтому внучка дракона расщедрилась на объяснение:

— Я пользовалась целебными эликсирами, поэтому быстро пришла в норму.

— А рост?

— К счастью было ещё не поздно, и я смогла подрасти. Зелья, с помощью которых амазонки вымахивают в здоровенных тёток, творят чудеса!

— Да уж… выглядишь замечательно, — натянуто улыбнулся я.

— Спасибо! Сейчас на мне грим, но поверь, я и без него очень даже ничего. Уж не хуже Сесили точно. И ничего удивительного! Моя мать в своё время была самой красивой из тысяч амазонок. И я попросила Сесиль научить меня танцевать. Правда же, я теперь неплохо двигаюсь?

— Более чем неплохо! Только… вот какого чёрта ты решила обмануть меня? — нахмурился я, собирая свою одежду.

— Ну… извини, — рассмеялась девушка. — Я заранее знала, что ты приближаешься к этому складу, потому что поставила сторожевой контур на твою ауру. А этот контур я могу поставить на тысячу шагов. Вот и успела подготовиться. Изобразить из себя гимнастку. А саму её успела отослать. Да, я выучила несколько новых заклинаний.

— А проклятье?

— Я его временно перекинула на соседку, — девушка махнула рукой в сторону забора, тоже с неохотой принявшись одеваться. — Потом заберу.

— Кстати… — задумался я. — А почему ты просто не перекинула заклинание на какого-нибудь старикана. С себя-то ты можешь это сделать навсегда.

— Могу, но нельзя. Я же внучка дайлиали. У меня ещё остаётся какая-то непонятная связь с духовным миром. Нам такие вещи творить очень не стоит.

Я кивнул, приняв эти слова к сведению. Именно что приняв, а не поверив. Очень может быть, что это проявление неких верований дайлиали, про связь с миром. Так-то они твари ещё те, и такое воротили, что какое-то проклятье — пшик просто. Если бы они были так тесно связаны с некими загадочными великими силами, то те их уже давно на ноль помножили бы.

Но чёрт! Главного-то я не услышал, хотя догадываюсь, что это. Но лучше мне это услышать от Кейси. Я добавил строгости в голос и произнёс:

— Но это всё относится к ответу на вопрос «как». А мне ещё интересно и «зачем».

— Ну я же догадываюсь, зачем ты пришёл, — усмехнулась Кейси, застегивая последние пуговицы на платье. — Ты хочешь вернуть меня дедуле. А я не хочу возвращаться. Ты же видел, до какого состояния довёл меня этот старый хрен. И я сама считала это нормальным. Но именно что в прошедшем времени. В общем… я не хочу возвращаться.

— Ну так я в любом случае силой тебя не поволок бы. Зачем любовь изобразила?

— Да кто тебя знает, — пожала плечами девушка. — Может и силой поволок бы. А теперь так делать точно не стоит, потому что ты нарушил одно из требований дедули. И дайлиали на такое точно рукой не махнёт.

— Я нарушил? — усмехнулся я.

— Я тебя тоже насильно в постель не тащила, — ехидно парировала начинающая магичка. — И ты прав насчёт «изобразила любовь», но по крайней мере мне не пришлось прикидываться, изображая страсть. Она у меня искренняя. Видишь ли… Ты мне очень понравился. А когда уж я посмотрела на Толяна, а затем и на простых людей, когда мой цирк ехал по деревням. И наслушалась про повадки благородных… Ко мне-то не приставали, а вот к Сесиль… В общем, поверь, им до тебя даже близко не подняться. Никогда. Да, как бы смешно не звучало, но самый приятный мужчина из всех кого я видела — это вампир.

Я покивал, догадываясь, что хитрая девушка забалтывает меня. Так что решил ещё кое-что уточнить.

— А зачем тебе этот цирк? И откуда деньги?

— Всё очень просто, — пожала плечами магичка. — Я хотела уйти от Толяна, но как? И куда? Одной мне далеко не уйти было, мира-то я достаточно хорошо не знаю. Ты же меня оберегал от всех проблем, пока мы путешествовали. Циркачи меня с собой, конечно, не взяли бы. Поэтому я предложила купить их цирк.

— А деньги?

— Дала аванс, сколько у меня было, и сказала, что остальное отдам немного позже. Мы доехали до одного города, где есть представительство наёмниц-амазонок. И… И у меня есть особый пароль. Я его назвала и договорилась, чтобы эти воительницы дали мне очень много денег. А они потом придут в одну башню около пещеры дракона, и им там дадут очень сильные артефакты. Вот такая сделка.

Я кивнул, задумавшись, не мамашку ли Кейси я видел в той башне. По возрасту так вполне подходит. А девушка продолжила:

— Циркачи уже давно искали способ, как им остепениться. Дела у них шли очень так себе. Вот и согласились на все мои условия. Месяц или два работать на меня, всё так же давая представления. А когда я наконец хоть немного разобралась что здесь и как, и окончательно определилась, что хочу для себя, то мы приехали в Гросан, и я их отпустила. Они купили трактир тут неподалёку. А вот Сесили я предложила быть моей служанкой. Очень мне понравилось, как она научила меня танцевать и двигаться. Да и вообще девушка хорошая, хоть и глупая. И она с радостью согласилась, потому что уж кого устраивала свободная жизнь, так её. А родители быстро ей жениха подыскали бы. В той же деревне какого-нибудь состоятельного крестьянина или мельника.

Глава 14

Кейси подошла к бывшей циркачке и сняла своё заклинание сна. Дальше она долго уговаривала девушку успокоиться, и пыталась объяснить, что вампир, то есть я, никого не ел. Но до простого мозга акробатки всё равно кажется не дошло. Но хоть психовать она перестала, и пошла к дому, чтобы приготовить завтрак. Но меня обошла по очень широкой дуге.

А я размышлял, что не ошибся, верно предположив реакцию на вампира простой девушки. И может очень правильную. Это же именно я особенный вампир, а другие ведь действительно пьют кровь. Иногда и до последней капли.

Ещё я размышлял, что про вариант что-то получить с дракона-дайлиали можно окончательно забыть. Тот ни за что не примет довод, что его внучка меня обдурила. Ему важен сам факт. И по хорошему, мне стоило бы злиться на Кейси, но… но что-то не получалось. Да и не хотелось. Я бы всё равно не вернул её дракону без её согласия. А девушка просто хочет жить как нормальный человек, а не подопытной у выжившего из ума тысячелетнего дайлиали.

Затем мы позавтракали, и я предупредил Кейси, чтобы была осторожнее, покупая дорогой дом, и живя при этом в плохом районе. А ещё лучше не скрывать того, что она магичка. Тогда простых бандитов можно не бояться.

Кейси же похвасталась мне, что уже подобрала и даже купила отличный дом. В Нижнем городе, но в одном из лучших районов. Хотя переедет туда только через месяц, после того как там закончат ремонт. Но и сейчас она очень даже хорошо защищена сторожевым контуром и боевой магией. А ещё у них есть кошка, которая выдрессирована в том числе и на охрану. Предупредит хозяйку, если рядом окажется посторонний. Причём любой посторонний, не только вампир.

Ещё молодая магичка переживала, что придётся бросить фургоны. Я удивился было, но Кейси пояснила, что такого продуманного дома на колёсах в мире наверняка больше нет. А ещё она со смехом показала мне очень большой тайник, который я не заметил, проведя два часа в фургоне. Оказывается, циркачи время от времени баловались контрабандой, для чего устроили тайник, который никто не смог найти, хотя бывало что фургоны осматривали очень внимательно.

Тайник представлял из себя двойной потолок. Стойки, на которых держался тент, были сделаны из очень прочного дерева и могли выдержать несколько сотен килограмм. Потолок был двойной с промежутком аж в полметра. И заметить этот очень даже большой тайник было почти невозможно, потому что полог в задней части, через который можно было попасть с земли внутрь фургона, был только в половину высоты тента. Вот и получалось, что сравнить высоту снаружи и внутри было очень сложно. А еще хитрецы прорезали в тенте несколько дырок, что вполне объяснимо для много повидавшей ткани. А вот для того, чтобы изнутри дырки просвечивали сквозь тайник, в них были вставлены стеклянные трубки, покрытые серебром. По сути зеркальные тоннели.

Вот и получалось, что любой стражник, заглянув в фургон, видел скарб, среди которого ничего крупного не спрячешь, а в потолке видел несколько дыр, сквозь которые просвечивало небо. Ну и заподозрить, что потолок не в толщину ткани, никто не мог.

Вот такой это был совершенно уникальный фургон, который Кейси было жалко бросать. Второй-то фургон был самым обычным, и с легко снимаемым тентом, потому что он выступал сценой во время представлений.

Завтракали мы долго, так что даже служанка немного привыкла ко мне. По крайней мере обходила меня не вдоль стенки, но все ещё постоянно осеняла себя священными восьмёрками. Хотя не только себя, но и меня, когда оказывалась за моей спиной. Это я понял по весёлым взглядам Кейси.

А под конец девушка сообщила мне адрес своего свежекупленного дома и пригласила заходить когда пожелаю. Ещё и как-то загадочно добавила:

— Мне понравилось тебя удивлять. У тебя такое лицо было! Так что заходи почаще, может сумею ещё что-нибудь придумать.

Меня как-то насторожило такое признание, но что делать… Девушки меня окружают очень неординарные! Вот и не знаю, что и от кого ожидать. И это может даже хорошо… Ведь как раз сейчас я могу наблюдать, как на меня реагирует обычная, предсказуемая Сесиль. Тут уже никакое очарование тьмы не поможет.

После завтрака я распрощался с Кейси и с её так окончательно не оправившейся от ужаса служанкой, и отправился в Лазурную башню, размышляя, что у меня остался только один выход на дайлиали. Ну что ж… один тоже неплохо.

По пути я заскочил в трактир, где оставил моего коня-голема, и переоделся в дорогую одежду, достойную если не короля, то принца точно. Ну ладно… минимум состоятельного барона. Мне в Ордене надо держать себя как коронному графу, и внешне соответствовать.

Но в гросанской резиденции тайного ордена сэра Протазана не оказалось, что не удивительно. Тот планировал только завтра вернуться из их таинственной штаб-квартиры. Правда мной снова решил заняться его адъютант, засыпав очередной порцией вопросов про дар-озоров. А затем он с загадочным лицом сообщил мне, что сегодня вечером в Лежачей Башне должно состояться собрание всех Магистров Ордена, на котором сэр Протазан хочет поднять вопрос обо мне. Хотя парень, который, как я понял, был немного в курсе дел этой организации, с явным сожалением добавил, что скорее всего Магистры моё желание стать одним из них серьезно не воспримут. Да и ходатайствовать за меня перед ангелом-покровителем Ордена вряд ли согласятся.

Я только пожал плечами, но проворчал:

— Если ничего нормального не предложат, то фиг вам, а не сотрудничество.

— Вы не понимаете, сэр Дим, — аж горячился адъютант. — Никто же не будет возражать, если вы согласитесь сделать карьеру в нашем Ордене. А с учетом того, что вы вампир, это уже само по себе немало! И так, шаг за шагом, вы сможете подняться в иерархии. А со статуса рыцаря-сеньора уже можно будет рассчитывать на то, что Верховный Круг Ордена согласится попросить за вас нашего ангела-хранителя. А тот совершенно точно дайлиали, и может быть согласится дать вам душу.

— А сколько у вас статусов? — заинтересовался я.

— Восемь. Священное число. Послушник, адепт, узревший, рыцарь, рыцарь-сеньор, вице-магистр, Магистр и Великий Магистр.

— Если на каждый шаг потребуется хотя бы года по два, то из послушника до рыцаря-сеньора придется расти лет восемь, — усмехнулся я и припечатал. — Нет. Это не серьезно!

— Первые ступени можно преодолеть и быстрее, — замялся парень, а затем вздохнул и добавил. — На самом деле не все аккуратно проходят все ступени. Нет, раньше так и было… Но уже давно некоторые знатные братья начинают сразу с вице-магистра.

— Ну так какие вопросы, — рассмеялся я. — Я коронный граф, и в Галонии выше меня только королева.

— Не всё так просто, — развёл руками адъютант, имени которого я кстати до сих пор не знал. Похоже в этом ордене принято шифроваться даже там, где совсем и не обязательно. — Учитывается ещё древний род, прежние заслуги, родственные связи… А вы же иномирянин, и титул получили совсем недавно.

— А у тебя какой статус? — резко спросил я.

— Хоть это и не положено сообщать вне нашего круга, но ладно… — вздохнул парень. — Я рыцарь-сеньор.

Я только усмехнулся, окончательно сделав для себя вывод, что в этой шарашке обычные проблемы средневекового общества, да и не только. Наверняка этот парень родственник своего шефа, а тот из какого-то высокородного семейства. И если к Протазану у меня вопросов нет, тот реально умный и опытный, то чем этот юнец заслужил высокий статус, непонятно. Точнее, понятно, что не заслуживал, а просто получил с должностью адъютанта. Чисто по-родственному.

Но с другой стороны. Пусть Орден Лежачей Башни и начал потихоньку тухнуть, но в землях запада он всё равно наиболее организованная сила. Ведь неспроста, когда у всех здесь здорово припекло зады после высадки дар-озоров на Альгионе, именно сэра Протазана назначили командовать сводным разведывательным отрядом.

Время было уже обеденное, и я решил уходить, но тут в зал, в котором мы сидели, неожиданно вошла Жарра. Одета она была в запылённый дорожный костюм, что говорило о том, что девушка только что приехала. И была здорово чем-то воодушевлена. Но как только увидела меня, сразу изменилась. Замерла в дверях, напряжённая как статуя, а затем чуть ли не процедила:

— Сэр Дим! Рада, что застала вас. Я же не отблагодарила вас за моё спасение. И сейчас самое время это сделать.

Я недоумевая встал из кресла и кивнул. Адъютант тоже вскочил на ноги и удивлённо переводил взгляд с магички на меня, кажется тоже не понимая, почему Жарра так холодно поприветствовала меня. Кажется раньше она отзывалась о своём спасителе куда теплее.

— Прошу подождать минуту, — чуть ли не прошипела девушка и вышла.

Вернулась она действительно быстро, протянула мне шкатулку и произнесла:

— Надеюсь это удовлетворит вас, и я с чистой совестью смогу считать, что отдала долг жизни.

Я только пожал плечами, но шкатулку взял, после чего подхватил свою сумку и откланялся. Выйдя на улицу, раскрыл шкатулку, и усмехнулся. Внутри лежал клочок бумажки, небрежно вырванный из блокнота. И на нём неаккуратным почерком, явно в спешке, было написано:

«Дим! Прости за представление. Так надо. Объясню чуть позже. Подожди меня, пож алуйста, в трактире „Бычий рог“ в двух кварталах отсюда к центру. Я там буду через час-два.»

Сидеть в трактире я не хотел, поэтому прошёлся по городу. А чтобы не терять времени, купил большие кожаные мешки, в которых достану шёлк из тайника в замке Толяна. Заодно нанёс визит одному купцу, про которого знал, что тот торгует тканями, и договорился, что ему этот контрабандный шёлк можно будет сбыть, и без излишней скидки. А всё потому, что тот был знаком с купцом, дочка которого сбежала полгода назад на Альгион. Телохранительницей безмозглой девчонки была одна из моих девушек Лалиса. И я помог ей спасти дурочку.

Правда называться другом Лалисы я не стал, опасаясь, что купец может быть в курсе, что командовал той спасательной операцией вампир. Но я выглядел как вельможа, и сослался на то, что хорошо знаю старого Тро — бывшего наёмника и деда Лалисы, а сейчас известного в Гросане мастера оружия, натаскивающего молодежь на владение любым смертоносным железом.

Вот такими связями я стал обрастать в этом мире! Нет, понятно, что цепочка получилась слишком длинной, но даже такая, как я надеялся, позволила мне выторговать несколько лишних процентов от будущей сделки на несколько тысяч золотых. А всё потому, что знакомый даже через пятые руки — уже не совсем посторонний, и можно хоть как-то рассчитывать, что этот шёлк не спёрли со склада конкурента.

Дела немного затянулись, и в трактир «Бычий рог», я опоздал на час минимум. В зале никого не было, но когда я спросил леди Жарру, служанка сразу проводила меня в роскошные апартаменты на третьем этаже, где я аж оторопел от обстановки.

Богато обставленный холл, а через распахнутые сейчас двери видны две роскошные комнаты. В одной стоит гигантская ванна, а в другой кровать, на которой можно всемером разлечься. Ещё и куча больших зеркал на стенах и даже на потолке.

Встретила меня сияющая Жарра в халате, но это похоже, чтобы служанку не шокировать. А когда заперла входную дверь, то скинула халат и оказалась в полупрозрачном микроскопическом платье, под которым просвечивало кружевное бельё.

И я даже знаю откуда такие наряды взялись в средневековом мире. Моя первая знакомая в этом мире, оборотница Селена не зря ходила в мой бывший мир и изучала моду. И я мимоходом порадовался, что в её портняжной мастерской уже научились шить кроме белья ещё и платья.

Ещё я обратил внимание, что магичка, которую я про себя называю Миледи, стала выглядеть заметно лучше, чем в походе на Альгион. Нет, она и тогда была весьма симпатичной, но… Очень уж усталой. Настолько, что я при первой встрече дал ей лет так тридцать с хвостиком, хотя теперь знаю, что ей от силы двадцать восемь. И тогда такой вид женщины был вполне объясним, если знать, что последние пять лет она провела в тюрьме.

Но теперь девушка буквально сияла, и выглядела от силы на двадцать-двадцать два. Одним словом — магичка. Плюс, не пренебрегающая омолаживающими заклинаниями.

Тем временем Жарра пригласила меня для начала к богато накрытому столу и принялась рассказывать:

— Я сегодня вернулась из этой чёртовой Лежачей Башни…

— А она и вправду лежит на боку? — перебил я.

— Да, как ни странно. Причём всё выглядит так, будто башня строилась в своё время как нормальная, вертикальная. И очень огромная. Но кто-то её очень аккуратно уронил… Вот и получилось, что ходишь по бывшим стенам, а в главном зале, занимающем целый этаж, стены и потолок цилиндрические. Только на полу устроили что-то вроде помоста, а то ходить было бы совсем сложно.

— Ого! — выразил удивление я.

— И она и вправду как-то замаскирована, потому что находится в довольно населённом месте. Но там что-то нечисто. В одном городке приезжаешь в замок местного феодала, приткнувшийся к скале. Дальше едешь с километр по тоннелю, и попадаешь через бывший подвал в башню. Можно было бы предположить, что башня под землёй, но скала не такая большая, а ехать надо горизонтально, не углубляясь. И ещё… Из окон открывается вид как будто с большой высоты на какие-то неизвестные земли. Но балконов нет, да и окна не открываются. В общем, там здорово начудили какие-то очень сильные маги.

— Дайлиали?

— Не знаю. Но думаю, что там есть какой-то хитрый портал, который отправляет визитёра под землю, а в окнах иллюзии, а может и оптические порталы. Но не забивай себе голову ерундой! Давай уж я объясню своё поведение сегодня. Я подслушала в этой башне, что магистры хотят предложить тебе какое-то очень важное задание, но не сильно горят желанием видеть в своём кругу.

— Кто бы мог подумать! — усмехнулся я.

— Это да, — звонко рассмеялась Жарра. Как-то даже слишком звонко. Очень для неё не характерно.

Настолько не характерно, что я даже заподозрил, что девушка приняла что-то… хм… расширяющее сознание. Очень уж она отличалась от той вечно встревоженной магички, которой я её видел раньше. Хотя есть и другое объяснение. В первый раз мы с ней оказались в такой исключительно интимной обстановке. Может просто окончательно расслабилась и стала прежней. Той девушкой, которой она была, прежде чем стать жестокой убийцей, Жаррой с ироничным прозвищем Добрая. Плюс не стоит отбрасывать моё очарование вампира, под которое красотка попала с огромным удовольствием, причём даже зная про него.

А магичка тем временем продолжила:

— Я немного послушала… поговорила со слугами… и сделала для себя пару выводов. Орден Лежачей Башни уже совсем не тот, что был когда-то. Нет, стариканы-магистры имеют огромные связи как среди светских властей Запада, да и остального человеческого мира, так и среди церковников. Но вот… на тонкую тайную работу способен только один из них. Сэр Протазан. Ещё у Ордена есть с полсотни воинов, но те просто исполнители. А сейчас перед ними встала важнейшая задача, и как к ней подступиться, никто не понимает. Даже сэр Протазан. Вот и хотят поручить её тебе.

Девушка умолкла, так что я выждав минуту поторопил её:

— Ну и что за задача?

— Дим! Прости! — вдруг развела руками магичка. — Но я подумала… Если я тебе сейчас расскажу, то завтра, когда ты будешь разговаривать с сэром Протазаном, он догадается, что ты в курсе проблемы. А он очень проницательный. Так что пусть это останется для тебя секретом ещё на один день. Ведь он сразу поймет, кто поделился с тобой информацией. А я сегодня разыграла представление, что недовольна тобой, как раз по этой причине. Я просто хочу чтобы нам обоим поручили эту операцию. А если сэр Протазан заподозрит, что у нас отличные отношения, то не рискнет поручить дело двоим новичкам. Побоится, что мы можем затеять свою игру.

Я кивнул, а девушка обошла стол, села мне на колени и чуть ли не промурлыкала:

— Я специально, когда вчера узнала про задание, изобразила негодование, заявив что тебе собираются пообещать ранг рыцаря-сеньора, а мне максимум «узревшей». А сегодня разыграла сдержанное недовольство перед адъютантом.

— А на задание собираются отправить именно оперативника и мага? — уточнил я.

— Оперативника? — не поняла Жарра. — Разведчика, умеющего работать как головой, так и руками. Это ты. Но там несомненно нужен будет и маг, так что я хочу в твой отряд. А если бы магистры знали, как мы друг к другу относимся, то точно подыскали бы тебе другого колдуна. У Ордена есть парочка, хотя они намного слабее меня.

— Здорово придумала! — похвалил засиявшую девушку я.

— Это что! — снова рассмеялась она. — Я ещё придумала, как мне отблагодарить тебя за спасение!

Я ещё раз окинул взглядом самые роскошные апартаменты для свиданий, какие мне доводилось видеть, и только вздохнул. И это не укрылось от магички. Но она не стала расстраиваться, а только еще раз рассмеялась и прошептала:

— Нет, свидание не благодарность. Это я просто так захотела. Может ты не понимаешь, но я живу как в пустыне. Никто не хочет со мной общаться. Репутация. Я же чудовище. Так что ты идеальный сердечный друг для меня, потому что ты ещё больший монстр, чем я. В глазах всех окружающих, конечно.

Девушка прижалась ко мне, а затем резко отстранилась и загадочным шёпотом произнесла:

— А благодарностью будет то, что я научу тебя магии. Самой сильной из всех, имеющихся в нашем мире, и единственной пригодной для боя. Магии мысли. И научу за один день. Да! Ты завтра выйдешь отсюда, уже умея колдовать парочку заклинаний. Потом потратишь месяц-другой на их оттачивание, и станешь непобедим! Вампир, воин, разведчик, а теперь ещё и маг!

— Ого! — удивился я.

И было от чего. Эту магию надо учить годами, и я даже уже настраивал себя на то, что мне придется постараться ради такого. А для придания себе уверенности в необходимости таких усилий я вспоминал бой с демоном, когда тот шутя чуть не убил Толяна, а я всё что смог сделать — это привести магическую тварь под удар колдунов инквизиции.

Глава 15

И тут Жарра сумела меня ещё раз удивить, и в этот раз очень неприятно, зловеще прошипев:

— Но для этого тебе надо будет выпить моей крови!

Я хмуро посмотрел на девушку, рассмотрел в её лице какое-то предвкушение, и догадался, что она просто мечтает стать настоящей жертвой вампира. Чтобы не энергию я от неё получил от занятий любовью, а именно выпил несколько глотков крови. Хотя я не прав. Ей надо и то, и другое. И что получается? У этой красавицы есть изрядная склонность к мазохизму? Однако… Не сказать, что я в восторге и от таких открытий, а особенно от того, что если я буду пить кровь, то очень скоро стану обычным вампиром, которому для получения жизненной энергии никакого секса или ленди не хватит. А через какое-то время и душа уже не потребуется. Монстра, переродившегося в нежить, душой уже не исправить.

Я ещё раз посмотрел на чуть не подпрыгивающую у меня на коленях девушку в полупрозрачном платье и крошечном белье под ним, да и махнул рукой. Ну и пусть. Пусть мечтает. Относиться к ней хуже из-за этого я не стану, тем более, что эта девчонка реально хочет помочь мне стать намного сильнее. Но всё-таки и на поводу идти я не буду. А значит надо просто объяснить.

— Видишь ли, Жарра, — начал я. — Я уже трижды пил кровь. Все разы не по своему желанию. Просто так получалось. И да, при этом я буквально чувствую, как у меня на несколько минут резко усиливается… хм… пусть будет работа мозга. Я реально готов решать сложнейшие задачи. Может и магию понять можно будет именно в эти мгновения. Но… Если часто пить кровь… Да не то чтобы часто. Даже если редко, но всё-таки пить, то я превращусь в настоящего вампира.

— Но за три раза же не превратился, — проворковала красотка.

— Я после каждого совершал путешествие вокруг Проклятых земель по Кольцевой дороге и возвращался к прежнему состоянию.

— Подумать только! — поражённо выдохнула магичка, враз став чуть серьёзнее. — А я и не знала. А я ведь нашла в библиотеке Лежачей Башни записи… Точнее копии. Видишь ли, иномиряне попадают в наш мир сколько люди помнят себя. И все они становятся вампирами, те кто выживает, конечно. И за сотни лет их не раз пытались изучать. Вот я такие записи и откопала. И там были описаны эксперименты по попыткам обучить вампиров магии. Да и сделать из них людей.

— Ого! — заинтересовался я.

— Вот и «ого», — развела руками девушка. — Магии научить получалось, а вот не то чтобы сделать человеком, но даже просто остановить обращение в монстров не получалось. Максимум, что получалось, это держать под замком и поить кровью. Но… Крови им требовалось всё больше и всё чаще. А через несколько месяцев им требовалось уже и убивать для получения нужной порции жизненной энергии. И вот тут уже наступала стабилизация.

— Угу, — кивнул я. — Пить кровь раз в неделю, а раз в два месяца убивать. А между кровопитиями пить ленди. Видел таких. Именно так существовал прайд вампиров в Лендийском герцогстве.

— Да, — кивнула магичка. — Но даже были попытки удерживать вампира без кровопития, а как ты… Через контакт с аурой человека. Но… Действительно, в заключении так вампира можно держать хоть сколько-то времени. Но вот на свободе… Никто, с кем пытались сотрудничать, а среди иномирян попадались и учёные, которые были интересны нашим исследователям, не продержался больше полугода. Рано или поздно срывался и начинал пить кровь. Ты уникальный. Ты уже больше года держишься.

— Я считаю, это связано с тем, что я люблю людей.

— Что, серьёзно? — усмехнулась Жарра, после чего зло добавила. — А я вот считаю большинство из нас настоящим дерьмом.

— А я считаю вас моим стадом. С чего бы крестьянину ненавидеть своих овец? — рассмеялся я. Затем оценил вытянувшееся лицо девушки и добавил. — Это шутка. Просто шутка.

— Но только отчасти, — задумчиво протянула магичка. — Впрочем… Это только подтверждает, что я была права, догадавшись на чём мы с тобой сошлись. Я монстр в глазах остальных людей. А ты ещё большее чудовище, чем я, поэтому идеален для меня!

Я лично не считал, что мы как-то особо сошлись с Жаррой, но и возражать не стал. Скорее всего она просто под впечатлением от спасения, а потом отпустит. На влюбчивую девушку эта магичка не похожа, да и характер у неё несомненно циничный и даже жёсткий. И тараканов в голове хватает. Впрочем, я уже твёрдо уверен, что все мои более-менее постоянные девушки с этими самыми тараканами. У кого их нет, те вампира боятся как огня.

Нашу дискуссию о природе вампиров и об обучении магии мы всё-таки перенесли, потому что сколько можно-то? Мы тут на свидание собрались, хотя времени у нас оказалось очень много, а всё потому что Жарра, как сильнейшая магичка, оказывается уже выучила очень мощное защитное заклинание, и у меня вытягивать энергию из неё не получалось. И под моё очарование тьмы она больше не попадала. Но я не переживал на эту тему. Ну сильнейшая магичка, ну не получаю я энергию… Зато мы смогли провести в кровати остаток дня и ночь.

И это оказалось очень необычно для меня. За последний год это был первый случай, когда я провёл с девушкой в кровати столько времени, и она не впала в сонную кому. Единственным напрягающим моментом оказалось то, что красавица всё время просила, чтобы я выпил её крови, да и вообще хотела «пожёстче». Вот такой заскок.

Но всё-таки времени обдумать обучение магии мысли у меня было достаточно, и я решил для себя, что обязательно этим займусь. Но сейчас вопрос упёрся в то, какие именно заклинания я хочу выучить.

— Тебе надо одно защитное, — размышляла девушка, лёжа в кровати во время перерыва, — одно ударное с физическим уроном и одно ударное против монстров, которые имеют защиту именно от физического урона. Беда в том, что учить три заклинания слишком сложно. Да даже и два намного хуже, чем одно.

— Поясни именно про урон, — попросил я.

— Ты можешь ударить магией по сильному зверю, с которым не справишься сталью. К примеру по гронгу. Мечом ты ему вряд ли быстро нанесешь достаточный урон. А вот молниями запросто. С твоей скоростью будешь уворачиваться и сохранять дистанцию, а несколькими молниями убьешь. Что касается магических созданий, то тут сложнее. Среди них есть призраки, личи, да те же драконы и окончательно переродившиеся в чудовищ вампиры, которые имеют сильное сопротивление магии. И с ними молнией можно справиться только очень сильной. Такой уровень тебе придется тренировать годами.

Я кивнул, вспоминая как Кейси сумела приморозить дракона. Но я понимаю, что до уровня внучки дайлиали мне не дорасти никогда. Но мне в голову пришла одна мысль, так что я заявил:

— Защитное лучше буду использовать на рунной магии, тем более, что одно я уже начал учить.

— Начал? — заинтересовалась магичка и добавила. — Я догадываюсь что на Альгионе тебя пробовала учить Мишуаль.

— Я выучил только способ прятаться от магического поиска, — проворчал я. — А сопротивление, которое мог выучить, слишком слабое. У меня собственное куда сильнее.

— Давай я лучше я научу тебя варить одно зелье… — задумчиво протянула Жарра. — Оно правда долго не хранится и ингредиенты для него дорогие, но их всегда можно носить с собой и варить зелье только тогда, когда тебе известно, что скоро предстоит схватка с колдуном.

Я кивнул, вспомнив, что Миледи не только очень сильная магичка мысли, но и великолепно владеет самой простой из четырёх видов магии — зельеварением. Простой-то простой, но на высоком уровне способной на очень интересные вещи.

— Отлично, — согласился я. — А по поводу ударного заклинания. Есть ли что-то такое, что может создать поток очень жаркого пламени и выстрелить им?

— Закрученная огненная стрела, — кивнула Жарра. — Может прожечь дыру в каменной стене, но маленькую. Вполне подходит против зверей, а вот против нежити не годится. Те сквозную дырку диаметром в сантиметр даже не заметят.

— А сделать так, чтобы заклинание рассеивалось, но делало дырку пусть в сантиметр диаметром, но сантиметров в десять глубиной?

— Можно и так. Надо поставить рассеивание, срабатывающее при соприкосновении с препятствием. И не только физическим, но и аурным, как у призрака. Но зачем? Стрела будет не взрываться, а именно рассеиваться, разбрасывая остатки заложенной маны. Чистой же маной вреда не нанесёшь.

— А поместить внутрь кусочек меди или серебра?

— Ого! — задумалась девушка, сразу ухватив идею, которую я «позаимствовал» у кумулятивного снаряда. — Жар внутри огненной стрелы будет достаточный, чтобы удар наносился уже расплавленным металлом. От меди толку будет мало, так как простого зверя тебе в десять раз проще пробить стрелой навылет, или на сколько хватит её силы. А вот против тех, кто имеет сопротивление магии — самое то! Если это дракон, к примеру, то можно и струёй меди приложить так, что ему мало не покажется. А вот нежить только серебром. На медь им плевать. Только выстрел у тебя будет довольно дорогим.

— Не дороже жизни, — проворчал я.

— Я разработаю такое заклинание, — довольно произнесла магичка. — Его точно никто не придумывал, потому что магу правильнее бить именно заклинаниями. А вот для тебя, пока ты не развил достаточную магическую мощь, будет в самый раз. И не сомневайся, я сумею разработать новый вариант заклинания, потому что очень хорошо учила не только боевую магию, но и теоретическую.

Я кивнул, вспомнив, что Жарра была одной из лучших выпускниц какой-то очень крутой магической академии. А девушка добавила:

— Но потом тебе придётся всё-таки выпить моей крови. Иначе учить это довольно сложное заклинание будешь год, а то и два. А в момент кровопития у тебя будет всплеск мыслительной активности и ты суть ухватишь за несколько минут. Потом только месяцок потренируешься, чтобы закрепить.

Я посмотрел в сверкающие от предвкушения глаза девушки и только кивнул. Чёрт! А ведь она права. Придется мне выпить её крови. Причём в первый раз чётко понимая, что я делаю. Ну что ж… Один раз — ещё не вампир.

Наутро Жарра быстро собралась и ушла в Лазурную башню. Я же пошатался по городу и явился туда уже после обеда. Как раз подгадал к возвращению Протазана, и уже через пять минут сидел в его кабинете. И наш разговор начался весьма неожиданно. Нет, ничего особенного, но хозяин кабинета вдруг решил представиться:

— Меня зовут лорд Шарани, — резко выдал Протазан.

При этом он всматривался в моё лицо, а затем перевёл взгляд куда-то себе на колени, где у него судя по всему что-то лежало, что я не видел из-за стола. Всмотрелся, нахмурился и спросил:

— Сэр Дим, откуда вы знаете моё имя? Я всегда представлялся вам как сэр Протазан.

И я здорово удивился. Это что? Какая-то проверка? Но какой в ней смысл? Тем более, что я имени этого типа и не знал. Но… получается проверка на то, что кто-то мог мне его сказать. А кто? И тут ответ вроде как один. Сказать как зовут человека, скрывающегося под псевдонимом сэр Протазан, мне могла только Жарра. Вот здорово! Получается это проверка на то, общаюсь ли я с этой магичкой. И зачем нужна такая проверка, девушка мне вчера рассказала. Нам хотят поручить одно дело, но не хотят чтобы мы, как говорится, спелись.

Но проверку-то я не прошёл, похоже, хотя Жарра мне имени командира не называла. Ладно… По хорошему, я вообще могу послать этого типа с его проверками, но мне надо получить задание от Ордена. Да и Миледи подставлять не хочется, а ей тоже имеет смысл проявить себя, чтобы не торчать в адептах пару лет. Так что я решил на конфликт не идти, а пожал плечами и произнёс:

— Я не знал как вас зовут. Но что вы лорд, и что ваше имя начинается на «Ша» знал. Еще в первый день нашего знакомства ваш адъютант почти проговорился.

— Однако… — проворчал собеседник. — То-то я смотрю, что артефакт показал, что вы частично знали, что я сообщил. Ладно… Теперь поясню, зачем я назвал своё настоящее имя. Я собираюсь взять вас в мой отряд, а бойцы должны знать настоящее имя командира.

— Буду знать, — кивнул я.

— И вам не любопытно кто я по происхождению? — даже как-то удивился Протазан.

— Не особо.

— Я принц, — чуть ли не рыкнул лорд Шарани. — Двоюродный брат правящего короля Лорденики.

— Ого! — решил проявить нужную эмоцию я. А что? Сэр Протазан очень дельный человек, но похоже у него сейчас проявился один пунктик. И вполне ожидаемо. Быть достаточно близким родственником аж целого короля, это не пустяк. Так что можно и не показывать, что мне на это по большому счёту начхать.

А хозяин кабинета посверлил меня суровым взглядом и резко сменил тему нашего пока предварительного разговора:

— Так вот, сэр Дим, перед нашим орденом сейчас в полный рост встала одна проблема. И проблема очень серьезная. Я бы сказал, чрезвычайно важная для всего человечества. Да! Именно так! Если её не решить, то люди уже через несколько лет как минимум понесут тяжелейшие потери, а как максимум, будут наполовину истреблены, а остатки попадут в вечное рабство.

— Я весь внимание, — проворчал я, но в серьезность вопроса с ходу не поверил, поэтому даже подпустил капельку иронии. — И буду рад в меру сил поучаствовать в спасении человечества.

— Всем нам потребуется приложить все наши силы, и даже больше! — пафосно заявил Протазан. — Орден Лежачей Башни уже кинул все свои силы в невидимую для посторонних глаз битву! Вот и вам предлагается выступить на фланге наших сплочённых рядов, возглавив маленький отряд наших лучших бойцов. А если вы добьётесь заметных успехов, то наградой для вас станет высокий статус рыцаря-сеньора нашего Ордена, и Великий Круг Магистров попросит нашего ангела-покровителя, который является дайлиали, выслушать вашу личную просьбу.

— Вы знаете, — проворчал я, — дракон-дайлиали, который является покровителем амазонок, в своё время выслушал меня только потому, что я пришел в его пещеру и не нагадил там на пол за полдня ожидания. Да и вообще, я считаю, что к просьбе Магистра Ордена Лежачей Башни ваш покровитель прислушается намного вероятнее. Поэтому, в случае если я смогу внести заметный вклад в дело спасения человечества, я хочу статус именно Магистра. Да и вообще, если я буду командовать аж целым флангом в невидимой битве, то это как раз по статусу именно Магистру.

— Вы ещё даже не узнали, что мы хотим вам поручить, но уже имеете наглость требовать крайне высокий статус, — проворчал Протазан.

— Лучше сразу обозначу, — развел руками я. — А то как бы не получилось, что вы раскроете мне секретные сведения, а потом мы не сойдемся в награде. Но я весь внимание. В общем, готов услышать задание.

— Задание действительно серьезное… — вздохнул хозяин кабинета, внезапно успокаиваясь и откидываясь на спинку кресла. — Надо похитить пятерых принцев из пяти королевских домов Запада. Но это не преступление, не смотрите на меня так. Принцы сейчас по сути в заложниках, так что похищать их придётся не из родных дворцов.

— Однако, — поражённо протянул я. — Действительно, задачка не самая тривиальная.

Но затем я ещё раз всмотрелся в торжественно-напряжённое лицо Протазана и подумал, что так-то ничего особенного пока не прозвучало. Здесь не то что принцев, даже королей особо не берегут. Ну дикое средневековье. Для короля нормально и участвовать в военном походе, и даже возглавить атаку рыцарей. Принцы же вообще расходный материал. До взросления от силы половина доживает. Ну не доросло здесь общество до того, чтобы считать монархов и членов их семей чем-то полубожественным.

Так что если какой-то вампир похитит парочку принцев, то никакой всемирной ненависти можно не ожидать. Особенно если похитит по серьезной, общественно полезной причине. Нет, в обиженных королевствах лучше не попадаться, но… вампиру вообще попадаться ни при каких обстоятельствах не стоит. Так что я усмехнулся и иронично проворчал:

— Но дело действительно серьёзное. Знаете, если бы речь шла о пяти принцессах, то я бы мог хотя бы совместить полезное с приятным. А в случае принцев… Всё намного хуже. Только работа, и никакого удовольствия. Так что… Меньше чем на звание Магистра я не соглашусь. А если будут отягчающие обстоятельства, то сразу прошу вас обдумать, а не может ли Орден освободить вакансию Великого Магистра.

— Всё шутите! — чуть не рыкнул сэр Протазан. — Но ладно. Если вы добьётесь успеха, то я имею полномочия предложить вам звание Почётного Магистра. В нашем Ордене уже были случаи присвоения этого звания. И оно даже выше простого Магистра, но вы не будете иметь права голоса на собраниях Великого Круга Ордена. Но прошу отнестись к заданию, которое я… мы хотим вам поручить, максимально серьезно, а не изображать из себя клоуна. Клоуна, который прославился на весь Запад, портя девиц!

— Вампиры, которые ведут себя серьёзно, — с ехидной усмешкой возразил я, — пьют кровь. Так что я предпочту быть клоуном. А серьезнее я стану, когда вы расскажете мне, наконец, детали задания.

Глава 16

Сэр Протазан позвонил в колокольчик, приказал вошедшему адъютанту приготовить две чашки кофе, и продолжил рассказ:

— После того как войскам людей удалось без особых проблем сбросить дар-озоров, захвативших Альгион, в море, среди многих правителей и влиятельных людей в церкви возникло большое желание организовать ответное нашествие на их материк.

— Не ответное, — поправил я. — А просто разбойный набег. Ещё бы не возникло такое желание. У дар-озоров уйма золота. У них оно даже дешевле серебра. Но торговать — это же примитивно. Куда проще отобрать. Но я вообще считаю, что и торговать не стоит. Рано или поздно кто-то из купцов нарвётся… Да и вообще, что хорошего будет для денежной системы человеческих государств, если золото обесценится?

— Вы и такими категориями можете мыслить, сэр Дим? — покачал головой командир. — Я удивлен уровнем ваших аналитических способностей.

— Обращайтесь, если что, — хмыкнул я.

— Посмотрим. Так вот, торговать тоже много желающих оказалось. К счастью, представителям церкви удалось захватить все оставшиеся от альгионцев карты, поэтому никто из купцов не смог сразу отправиться в плаванье. Вдобавок сохранению пути в тайне способствовало то, что сами островитяне держали путь к западному материку в тайне и карт было ограниченное количество. Да и запрет на поиски нового пути к землям дар-озоров успели принять. Но вы же понимаете… Рано или поздно кто-нибудь заново проложит путь. Исследует морские течения и преобладающие ветра.

— Или сообразит, что через полярные широты туда попасть совсем просто, — усмехнулся я.

— Это да. Но это проблема на ближайшие столетия. И это если не принимать во внимание то, что и сами зеленые гиганты могут устроить ещё не один набег. Но сейчас перед нами встала одна очень близкая проблема. Некоторые епископы Пресветлого, из тех которые… не очень ладят с Первосвященником и его приближенными, решили организовать Бесконечный поход на дар-озоров.

— Ого! — удивился я. — Совсем недавно здорово обделались с тем походом фанатиков, даже не покидая нашего материка, и хочется повторить?

— Вы, сэр Дим, очень неуважительно отзываетесь о желании верных сынов Пресветлого донести сияние его покровительства до язычников.

— Угу. Особенно до кучи государств, которые Первосвященника абсолютно признают. Например, не чужой вам Лорденики. Если бы это королевство, славящееся ремесленниками, не наняло амазонок и не договорилось с шаньшаньцами и оборотнями Салаца, то на месте процветающего города сейчас были бы развалины, по которым бродили бы немытые засранцы-рыцари, кинувшиеся в поход только ради грабежа.

— Однако, какое нелицеприятное у вас мнение о воинской элите Запада, сэр Дим, — проворчал магистр. — А ведь вы и сами теперь относитесь к вельможам.

— В Бесконечном походе вы меня не увидите. Даже не приглашайте, — усмехнулся я.

— Наш Орден выступал против этого похода. Но дело теперь уже прошлое. И одним из итогов неудачного Бесконечного похода явилось то, что влияние Первосвященника в церкви Пресветлого сильно ослабло. А его противники для окончательного укрепления своего влияния решили организовать Бесконечный поход на дар-озоров.

— Сплавать в один конец, — усмехнулся я. — Вряд ли кто-то имеет шансы вернуться.

— Да, я тоже так считаю. И нам, в смысле всему человечеству, очень повезло, что достаточного количество мореходных кораблей нет во всех землях Запада. Да и у соседей тоже. После гибели флота Альгиона их всего осталось не более двух десятков. Но противники Первосвященника решили построить флот. Флот из пяти сотен кораблей, на которых на западный континент могли бы отправиться до ста тысяч лучших воинов запада.

— Не надорвутся? Полтысячи кораблей, — удивленно покачал головой я.

— Уже наняты лучшие корабелы нашего континента и выжившие альгионские мастера. Под их руководством закладываются две сотни верфей на западном побережье.

— Сжечь нафиг! — махнул рукой я.

— Этот вариант нами рассматривался. Но увы. Он слишком очевиден, и охрана верфей будет более чем достаточной. Так вот. Года через три огромный флот будет готов. Мы предупреждали всех заинтересованных, отталкиваясь от сведений, которые вы получили от шпионки дар-озоров, что западный континент достаточно плотно заселен. И я анализировал сведения, в результате чего пришёл к выводу, что шпионка не наврала. У них есть пара десятков государств, и население хоть и меньше, чем у людей, но более чем достаточное для того, чтобы уничтожить даже стотысячную армию наших рыцарей и магов.

— А потом разъяренные гиганты нанесут ответный визит, может даже на кораблях из флота людей, и здесь им противостоять будет некому.

— Нет, какие-то войска здесь останутся, но потеряв в походе лучших воинов, а особенно магов, люди не продержатся и года. Именно эта опасность и нависла над всеми нами, — твердо заявил Протазан. — Но есть и хорошая, обнадеживающая для всех… э-э-э… информация. Среди сторонников похода на дар-озоров нет единства. Особенно это касается самых западных королевств. Им и сил на строительство огромного флота придётся потратить больше других, и дар-озоры ответный набег начнут с них. В общем, тамошние короли сильно сомневаются. Но так получилось, что архиепископы, которые противостоят Первосвященнику, взяли пятерых принцев их трех королевств дальнего запада и двух, расположенных в центре наших земель, вроде как на обучение, но по сути в заложники.

— Что за ерунда, — удивился я. — Принцы это, конечно, пташки немалые, но ни один король не пойдет на поводу у шантажистов, которые удерживают даже наследника. Подумаешь… Настрогает новых принцев.

— В целом вы верно понимаете ситуацию, сэр Дим, — кивнул сэр Протазан. — Хотя некоторое давление оказывать всё равно можно, особенно если правители ещё не приняли твердого решения. Но главное другое. Видите ли. Священники, которые удерживают принцев, они же имеют возможность влиять на несформировавшиеся характеры. А затем они могут… устранить сомневающихся королей и посадить на трон уже лояльных им наследников.

— Ого! — покачал головой я. — Что-то я о таком варианте и не подумал.

— Я рад, что мне удалось хоть в чём-то вас удивить, — усмехнулся пожилой воин и интриган. — Так вот, ваше задание, сэр Дим — найти где держат принцев, похитить их и некоторое время прятать. А потом мы найдём способ вернуть их родителям.

— А им по сколько лет? — решил уточнить я.

— От одиннадцати до четырнадцати.

— Так… — задумался я. — Найти… подумаю… Похитить вообще не проблема. А вот как их прятать, ума не приложу. Их же наверняка будут очень сильно искать, причём магическим поиском.

— А для этого я дам вам леди Жарру. Она очень сильная магичка.

— Я буду думать, сэр Протазан, — решил не соглашаться с ходу я. — Да, и ещё, если я всё-таки возьмусь, то наградой мне должно быть звание Почётного Магистра Ордена Лежачей Башни и просьба от вашего Круга Магистров к дайлиали-покровителю Ордена выслушать меня. Я хочу, чтобы вы подтвердили эти требования.

— Подтверждаю, — мрачно кивнул Магистр.

— А леди Жарре вы дадите звание рыцаря-сеньора.

Я заметил как Протазан подозрительно прищурился, поэтому пояснил:

— Не хочу быть ей должен. А в случае успеха достойную награду должны получить все.

— Согласен. Значит леди Жарра станет рыцарем-сеньором.

Я покинул кабинет и медленно пошёл к комнате Жарры, размышляя, чем мне лично может грозить такое наглое сование носа в политику, причём между двумя немалыми силами. Первосвященником и оппозицией. Плюс ещё и короли могут неправильно отреагировать на похищение целой пачки принцев. Причём речь идет о всех монархах Запада.

Но с другой стороны… Я вампир, и в любом случае нигде в обществе под своим именем появиться не могу. Так что переживу.

Ещё мне пришла в голову мысль, что магистры Ордена здорово схитрили, поручив это задание двоим по сути изгоям. Вампиру и знаменитой убийце. Тем, кому репутацию потерять просто невозможно.

И всё равно, получается я здорово рискую независимо от успеха операции. Если на меня ополчатся много влиятельных персон, то моя жизнь сильно усложнится. И всё ради разговора с дайлиали. А ведь разговор ещё вовсе не означает, что мне кинутся выдавать душу.

Но с другой стороны… Я остановился и принялся для наглядности загибать пальцы. Ревнивая Селена, шебутная Лалиса, религиозная Аллия, безбашенные Аласи и Онила. Это пять моих самых любимых девушек. Не надо забывать и Мун, которую я считаю сестрой. Ещё есть всё-таки неравнодушные мне интриганка Дилла, хитрюга Мишуаль, циничная Жарра, умная Кейси, парочка невезучих амазонок Маргаритка и Свечка, расчётливая Филла.

Пальцы закончились ещё до конца перечисления, а ведь наверняка я смогу припомнить ещё не одну девушку. Но количество не важно. Главное то, что у меня есть за что любить этот несовершенный средневековый мир. А значит и спасение его от уничтожения дар-озорами, которые будут очень разъярены возможным походом к ним — дело очень даже меня касающееся.

Я пришёл к Жарре, и сходу рассказал ей про задание. И про опасность с головой нырнуть в политику не забыл упомянуть. На последнее магичка только пожала плечами, затем попросила меня подождать и ушла к Протазану.

Явилась через четверть часа. Раскрасневшаяся и довольная. И даже не пытаясь спрашивать моего мнения потащила меня в маленькую комнатку, где стояла ванна, полная воды. Дальше одной рукой принялась расстегивать пуговицы на своей одежде, а ладонь второй направила на ванну, и вода в центре аж вскипела.

— Сходила, поскандалила, что тебе пообещали награду лучше моей, — попутно рассказывала девушка. — И ты не поверишь, командир пообещал мне звание вице-магистра в случае успеха. Но главное, он не считает, что мы легко сговоримся. А то как бы не дал тебе в помощь другого мага. У него в личном отряде есть парочка, хоть и намного слабее меня.

Девушка стянула рубашку и проворчала:

— Ну чего стоишь? Что, в одежде в ванну полезешь?

— Я сначала планировал обсудить операцию, — хмыкнул я.

— А я уже устала тебя ждать! — парировала нахалка. — А операция… Мы же не знаем ни черта. Может неделю думать придётся, только чтобы понять, куда этих принцев спрятали. Точнее, откуда начать искать.

Через полчаса, которые мы очень интересно провели в слегка горячей воде, Жарра вдруг размечталась во время короткого отдыха:

— Как хорошо! Ты такой монстр! Надеюсь, что я тебе не надоем даже когда ты получишь всё, что желаешь. Душу, богатое графство, красавицу жену. И тогда я буду время от времени похищать тебя на денёк-другой. И тебя даже не будет тревожить совесть, потому что… похищение и есть похищение.

— А справишься? — рассмеялся я.

— Когда ты перестанешь быть вампиром, у тебя не будет ни единого шанса против очень сильной магички, — хихикнула девушка и брызнула на меня водой.

— У меня всегда будут шансы! — с усмешкой ответил я.

— Но ты же всё равно дашь мне шанс тебя похищать! — рассмеялась и Жарра. — Ты не похож на тугодума.

А я почему-то задумался, что если я когда-то женюсь, то может так статься, что похитительницы в очередь выстроятся. И нафига в такой ситуации жениться, спрашивается. С играми в похищения. Но эти соображения надолго у меня в голове не задержались, потому что меня как будто молнией осенило. Я даже на несколько секунд замер, а затем медленно произнёс:

— Моя сестрёнка недавно похищала принца. Из закрытого колледжа, по сути места заключения для распоясавшихся детишек с магическими талантами. Так вот, вопрос, неужели на западе много принцев, которые не сидят в своих дворцах. Тем более в детской тюрьме по сути.

— Закрытый колледж — не тюрьма, — возразила Жарра.

— Это как посмотреть. Режим, конечно, намного мягче, но финансируется он через управление тюрьмами церкви.

— Серьезный довод, — кивнула магичка. — А твоя сестрёнка глупа. Даже не принца могли искать по ауре, тем более если этот колледж хоть чуточку тюрьма.

— Нет, она это учла, — возразил я. — Спёрла у университетских магов зелье «Аква Аурина Абсолюто».

— Ого! — удивленно приподняла брови Жарра. — Знаю такое. На неделю так смещает все линии в ауре, что найти не сможет даже архимаг. И стоит оно… Твою сестренку в настоящую тюрьму не упекли?

— Нет, только по заднице розгами получила, когда их поймали.

— Ей повезло, что университетские маги разгильдяи. Они на свои эксперименты переводят уйму дорогущих ингредиентов и стоимость зелий не считают. Но не важно. Скажи лучше, как беглецов поймали?

— По следам ауры, которые оставались на дороге.

— Чего⁉ — рассмеялась Жарра. — Аура не оставляет следов. Только с частями тела. Если, к примеру, кровь будет из раны капать. А просто так нет никаких следов.

— И тем не менее, — развёл руками я. — Именно так и сказали довольные маги, которые выследили юных влюблённых, прежде чем надрать им задницы.

Магичка задумалась, покачала головой и медленно протянула:

— Припоминаю одно заклинание. Оно накладывается на человека примерно на месяц. После чего из ауры раз в пару секунд выстреливаются особые энергетические сгустки, которые на расстоянии до сажени… э-э-э… до двух метров прилипают к любому неживому объекту. Дороге, забору, дому. И по этим следам можно пройти.

— Ну вот, — усмехнулся я. — А говоришь, не бывает следов. И эти сгустки к одежде случайных прохожих не прилипают?

— Но это не след от ауры! Это результат заклинания. И к одежде они не прилипают, потому что она внутри ауры хозяина. А любая аура метки быстро рассеивает. И ещё. Это заклинание очень сложное. Уровень архимага, да и то его мало кто знает, потому как на его изучение требуется много времени. Так вот. Там точно именно эти принцы. И их охраняют архимаги. Архимаги на службе церкви. На простого, никому не нужного принца, да ещё и проштрафившегося и сидящего в детской тюрьме, никто так тратиться не будет.

Я серьезно кивнул, быстро выстроил в голове план и, чтобы не откладывать дело в долгий ящик, собрался вылазить из ванны. Для начала схожу к университету, вызову моих оборотниц и поручу им выяснить как можно больше про принцев и охрану.

Но просто так вылезти из воды у меня не получилось. Жарра со смехом наколдовала вокруг нас вязкий воздух, так что я ткнулся в упругую преграду, и постарался схватить девушку за какую-нибудь часть тела. Но и это не вышло. Каждое движение встречало сопротивление, будто я находился в очень вязкой жидкости. Пока размышлял, как мне приструнить разошедшуюся магичку, как та уже сняла очень опасное заклинание и проворковала:

— Иди, но сегодня энергию не бери ни с какой из своих девиц. Надо тебе быть максимально голодным. Вампирьим голодом. И жду тебя вечером. Я научу тебя боевому заклинанию в теории, а потом ты выпьешь моей крови и за минуту освоишь его. А голодным тебе надо быть, чтобы удовольствие от выпитой крови было максимальным.

Я кивнул, обратив внимание, что Жарра опять под сильнейшей защитой, так что жизненных сил я из неё не вытянул. И девушка не жадничала, а таким способом хотела вынудить меня пить её кровь. Ну такая она… Мечтает побыть жертвой.

Я быстро собрался и уже через час сидел в трактире около Гросанского Университета, повесив на окно запасную рубашку. Ждать пришлось часа два, пока ко мне не явились мои оборотницы.

— Здорово, что ты навестил нас! — зачастила повисшая у меня на шее Аласи.

— Но у нас всего полчаса, — подхватила Онила. — Потом нас ждут на семинаре, и пропускать его мы не хотим.

— Представляешь! — восторженно пропищала оборотница в кошку Аласи. — Факультет Изящных Искусств собрал деньги, раздобыл артефакт портала и тайком отправил одного талантливого пятикурсника в бывший твой мир, чтобы он научился красиво рисовать. Вот! Тот неделю назад вернулся, в тайне от всех нарисовал несколько картин и сегодня будет показывать, чему научился. У нас ажиотаж жуткий. Самую большую аудиторию взяли, и то все не влезут, но нам как лучшим студенткам зарезервировали места.

— А какие слова на объявлении, которое висит в холле Университета и приглашает на семинар! — добавила оборотница в лису Онила. — Кубизм… Абстракционизм…

— Что? — усмехнулся я, и добавил. — Вы, прежде чем идти на этот семинар, купите помидоров. Да побольше.

— Зачем? — удивились девчонки.

— Там поймете зачем, — уже не сдерживаясь рассмеялся я. — Не ошибётесь.

— Помидоры на мозги благотворно действуют? — предположили девчонки.

— Да! Очень! — кивнул я, ничуть не сомневаясь, что такое радикальное искусство в средневековом мире совершенно точно не поймут. И даже горе-художнику я делаю одолжение, потому что если его не закидают помидорами, то захотят начистить морду. А при большой толпе народа запросто могут и прибить.

Глава 17

Оборотницы спрыгнули с меня и явно собрались раздеваться, но я успел чуть не выкрикнуть:

— Стойте! У меня очень важный вопрос! Про того принца и его товарищей. Мне надо знать как их охраняют.

— Зачем? — хором спросили миниатюрные красотки.

— Мне надо их похитить. Спасти. Пятерых принцев.

— О! Тебе повезло, потому что мы уже всё про них узнали, — заверещали девчонки. — И даже догадались что там именно принцы. Живут каждый в своей комнате, их здорово охраняют, но никому не говорят, кто они. Хотя многие уже знают, конечно. И мы их тебе выведем.

— А они пойдут? — насторожился я. — Да и вообще, как бы вам не спалиться.

— Не спалимся! Мы замаскируемся, а охрану усыпим.

— Архимагов?

— Мы дочери бога, не забывай. Мы усыпляем кого угодно, если вдвоём колдуем.

— А как вы убедите их пойти с вами.

— Проще простого! — рассмеялась Аласи. — У нас пару дней назад читал лекцию по богословию один монах из очень строгого ордена.

— Орден Бесшумного Набата, — хихикнула Онила. — И в их ордене набат действительно бесшумный, потому что у них звенеть нечему.

— Это орден кастратов. Так вот, он сильно убеждал всех вступать к ним. Сейчас все студенты под впечатлением, но естественно туда никто не рвётся. А твоя сестрёнка Мун ещё и пошутила, пустив слух, что мальчиков из нашего колледжа будут туда отправлять… вроде как на воспитание. Сейчас все они здорово дрожат.

— Так вот, ты нам сейчас напишешь письмо… распоряжение об отправке этих принцев в тот орден. Мы усыпим охрану и наставников. Точнее, всех усыпим. Потом принцев попинаем и разбудим. Покажем им это письмо, и побегут они за нами как миленькие.

— Кстати, твоя Мун уже помирилась со своим женихом. Она их кастрацией пугнула, а потом увидела как те боятся, пожалела… Ну и как обычно. Простила за обман, что он не говорил ей сразу, что принц.

— Ну всё? — хором спросили девчонки. — Важные вопросы порешали?

После чего отпрянули от меня, встали друг напротив друга и запели очень быстрый мотив «ля-ля-ля». И тут же взметнулись в вихре движений. Расстегнули пуговицы, каждая на подружке, а потом быстро стянули друг с друга одежду.

Я уже видел такой экспресс-стриптиз, но он мне никогда не надоедал конечно же. Хотя цель этого отрепетированного танца была не поразить меня, а в первую очередь очень быстро раздеться, ведь для оборотней это может быть критически важно в случае опасности. Но всё равно, смотреть на такое я готов вечно!

И в этот раз девчонки тоже обернулись, в первую очередь таким образом заменяя мытьё. Потом обернутся опять в девушек, но как будто из бани. Любая грязь и пот не принадлежит телу оборотней и не остаётся при смене ипостаси.

Но в этот раз девушки оборачиваться не спешили, а на минуту остались в виде огромных кошки и лисы, по размеру человеческих тел.

Тут же понюхали воздух, затем подошли ко мне на задних лапках и понюхали еще раз:

— Пахнет мылом, — сказала подруге кошка. — И много. Значит недавно из ванны.

— А ещё от него просто несёт девицей, — подхватила лиса. — Значит точно в ванне развлекался. Не из кувшина обливался.

— И девицей новой. Расскажешь? — это вопрос уже ко мне.

Но я только с улыбкой покачал головой. Хотя потом насторожился и спросил сам:

— А вы откуда знаете как не новые пахнут?

— Ну не про всех знаем… — проворчала лиса. — Но ту магичку, которую хотели бандиты убить, мы видели.

— Да! Сходили к складу, где она прячется.

— А что такого? Мы же просто проверить, что у неё всё хорошо. А то мало ли… Отребья в Гросане много.

— И мы удивились, что ты назвал Кейси тощей. Очень такая симпатичненькая.

— И она нас в гости пригласила, когда её дом закончат ремонтировать.

Тут я уже не удержался и чуть не рыкнул, схватив оборотниц за пушистые холки:

— Так вы посмотреть ходили или знакомиться?

— Ходили посмотреть. Но у неё оказывается стоит охранный контур, и она нас засекла. Ну не убегать же. Так что мы очень мило посидели за чаем. Вчетвером с её служанкой.

— Служанка такая дурочка! Представляешь, она тебя боится!

— Но такая ловкая! И фокусов кучу знает! А уж танцует! У-у-у!

Я только головой покачал, радуясь что хоть про живущую в этом же городе Лалису шебутные девчонки не знают. Мне-то что, а вот Лали не имеет таких широких взглядов. И нет, про меня она знает достаточно, но всё равно. В случае явления к ней дочек шаньшаньского бога, могла и лица им набить. Или хотя бы попытаться.

Дальше оборотницы обернулись в девушек, и мы провели замечательные двадцать минут. А я даже как-то и забыл, что мне именно сегодня получать энергию не стоит. Когда же вышли из трактира, девчонки рванули к университету, но по пути всё-таки заскочили в лавку и купили целую сумку помидоров.

Я же направился в трактир, где оставил моего коня-голема. Взял его и приехал к складу, где временно жила Кейси. Постучал в дверь около ворот, и через несколько минут мне открыла служанка.

А дальше случилось странное. Девчонка несомненно посмотрела в глазок, кому открывает, но всё равно распахнула дверь. И сразу же тихонько взвизгнула, отскочила на пару шагов и прошептала в ужасе:

— Пришёл вампир есть мою госпожу!

Впрочем, я уже рассмотрел на её лице все признаки попадание под очарования тьмы, но в то же время и страх. Ну ладно. Я же сюда по делу пришёл. Да и вообще, на девиц я больше не охочусь. На новых девиц.

Через пару минут пришла Кейси и с удивлением уставилась на уже заведенного во двор Рыдвана, сразу поняв что это такое.

— Ого! — покачала головой внучка дракона-дайлиали. — Ну и механизм! Даже в наших артефактных мастерских такое сделать не смогли бы. По крайней мере сразу.

— Вот, а мне попался случайно лишний, — пояснил я. — Хочу у тебя попросить фургон.

— Хочешь основать цирк? — рассмеялась магичка. — А что! У тебя точно получится. Ты такой затейник!

При этом девушка взяла меня за руку и потащила в дом. А там прямо в спальню. И меня поразил сам факт, что меня тащат даже не удосужившись хотя бы пригласить.

Я удивленно приподнял бровь, на что Кейси промурлыкала:

— Тебе нужен фургон, а мне нужен ты. Неплохая же сделка?

— А по заднице? — проворчал я.

— За что? Дим! Я амазонка. Не размером, силой и тупостью, конечно. Но я по духу амазонка. А для амазонки проявить инициативу в любви нормально.

— Но не требуя её в обмен за… за фургон.

— Ты прав, — слегка сдулась девушка. — Это я ступила.

— Ещё как! — кивнул я.

— Так… Значит ещё в чём-то ошибаюсь… Дай угадаю…

Девушка посмотрела мне в глаза, после чего пожала плечами и проворчала:

— Ну да, ты прав. Одно дело, если я тебя обманула, и мы переспали. А если любовь была уже осознанно, то да. Мой дедуля будет иметь намного больший зуб на тебя.

Я честно говоря ни о чём таком не думал, но слушал внимательно. Кейси сама насочиняла себе чего-то и теперь выдает интересную информацию. А дракон… Мне к нему являться смысла уже нет. Так что, кто там проявлял инициативу в любви, а то и вообще обманул другого, значения не имеет.

Но Кейси после нашего пусть не конфликта, но разногласий, стала вести себя вполне прилично, и согласилась отдать мне фургон без всяких условий. Даже позвала Сесиль и попросила её научить меня запрягать коня, да и показать несколько фокусов и рассказать нюансы жизни бродячих циркачей. А сама магичка ушла в комнату домика при складе и сказала, что продолжит ежедневное изучение магии.

Ну а я занялся цирковыми науками. Раз уж я поеду в раскрашенном фургоне, то надо соответствовать образу. Обучение азам циркового искусства затянулось, и я в какой-то момент сам не заметил, как красотка гимнастка-танцовшица оказалась у меня в объятьях. Причём она и боялась меня, и безумно желала любви одновременно. Ну а раз так, то что ж поделать… Я же не железный.

Но уединялись мы только час, а затем к нам присоединилась Кейси. И я конечно же прогонять её не стал.

Уже после заката я покинул гостеприимный склад, управляя фургоном с запряженным в него големом. По совету Сесиль, мы сделали из тента второго фургона ещё одну попону, и накрыли ей неживого коня. Зато теперь не складывалось впечатление, что в повозку циркачей запрягли рыцарского коня. Просто тяжеловоза, который тоже украшен рекламной тряпкой.

По пути я заехал в большую продуктовую лавку, разбудил приказчиков и закупился большим количеством припасов из непортящихся продуктов. Потом потревожил торговцев одеждой и запасся кучей вещей, в том числе и на подростков, предположив что одежда в походе потребуется всем. Ещё написал и попросил отправить утром курьером записку Толяну, в которой оставил указания, кому и за сколько можно продать шёлк. Доставать его из-под воды, конечно, будет некому, но я указал в каком месте можно разобрать стену на втором этаже донжона, чтобы попасть в тайную комнатку.

Ещё я потревожил оружейника и запасся десятком метательных ножей с бороздками для зелий. Вдруг придётся при похищении принцев усыплять охрану. Так что лишним такое оружие не будет, а нужный густой состав точно есть у Жарры.

Затем я оставил фургон и коня-голема в снятом на скорую руку складе недалеко от университета, и явился в Лазурную башню уже далеко после полуночи. И сразу прошёл в комнату Жарры.

— Ого! — встретила меня магичка язвительным возгласом. — Я его жду, понимаешь ли, чтобы научить сильнейшему заклинанию. А он, не иначе, всех своих девиц обошёл. И про мою просьбу не заправляться жизненной силой конечно же не помнит.

— Чёрт! — выругался под нос я, действительно чувствуя себя невероятно хорошо. Ну да… Четыре девушки, как-никак…

А я и забыл, что мне надо было поститься. Хотя… я и так не мог за день набрать очень уж сильный вампирий голод. И Жарра не могла этого не знать.

Я посмотрел в насмешливые глаза девушки и понял, что она точно знает, что я не в нужном для радикального обучения состоянии. Да и не мог так проголодаться.

Но я не учёл, что имею дело с магичкой. Она подняла руки и в меня ударили потоки какого-то заклинания. Не знаю, что оно должно было сделать, но мой вампирий голод начал резко возрастать, борясь с магической атакой.

Через пять минут я почти рыкнул:

— Стой! Уже почти предел!

— Тогда слушай, — кивнула Жарра, прекращая колдовать.

Дальше она час рассказывала мне, что я должен почувствовать, как распределить потоки маны внутри себя, и как сформировать заклинание. Это была, конечно, теория, а вот затем дошло дело и до практики.

Жарра встала с кресла и подошла ко мне, а я вздохнул и достал нож.

— Нет, — покачала головой девушка. — Ты, конечно, можешь порезать мне руку и глотнуть крови оттуда. Но я как преподавательница имею право на награду за мои труды. Поэтому мы сейчас пойдем в кровать, ты вырастишь себе клыки и прокусишь мне вену на шее. И уже оттуда глотнёшь крови.

Что ж… Пришлось так и сделать. И в этот раз невероятное удовольствие от кровопития оказалось сильнее, чем во всех предыдущих случаях. Вероятно сказалось, что я впервые пил кровь осознанно, да ещё и уже был чуть больше вампиром, чем обычно, после того как мне случайно попала в рот кровь Сальяны.

У меня в голове вспыхнули невероятные фейерверки. Казалось, что вся Вселенная лежит у моих ног. И нет задачи, которая мне сейчас не по плечу. Я быстро обуздал эйфорию и принялся вникать в заклинание, встраивая его в свой мозг и даже во всё тело. И у меня получилось. После чего я вышел из состояния кровавого аффекта, посмотрел на Жарру которая лежала запрокинув голову, и по её шее стекала струйка крови. Да уж сцена ещё та!

И я обратил внимание, что девушка тоже получила невероятные ощущения. Уж не знаю почему. Когда вампир кусает жертву, та получает удовольствие, особенно если не напугана или не усыплена. Но у Жарры всё было как-то с перебором. Похоже она сама убедила себя, и соответствующе настроила. И вот результат.

А затем мы занялись любовью, потому что обоих нас переполняла энергия. А через час магичка стала требовать, чтобы я укусил её ещё раз. А я вот здорово этого опасался. Два кровопития без снятия последствий — это уже не мало. Еще раз-другой, и я могу стать уже совсем настоящим вампиром. Я попытался объяснить это подруге, хотя она и так это знала, но безрезультатно. Жарра была как будто под наркотиком каким-то.

Так что я не выдержал и строго сказал:

— Спи! Спи уже! Не надо перебарщивать. Спи!

А затем привстал на локте и уставился в умиротворенное лицо любовницы-наставницы. Она действительно спала. Ого! Получается у меня проснулось одно из основных умений вампиров — умение усыплять. Очень важное для кровососов, ведь перед кровопитием жертву желательно усыплять. И дергаться не будет, и орать. А кто-то же может и вообще обделаться. И как после этого вкушать любимый напиток?

Уже через пару часов я растолкал девушку, мы встали и отправились за фургоном. Там переоделись в одежду бардов. Я просто натянул на себя аляповатую куртку, а вот Жарра с улыбкой полностью переоделась в мужской костюм. Причём сценический, даже именно цирковой. Обшитый блёстками и галунами с явным избытком.

Понять что под одеждой скрывается женщина было проще простого, но это не так уж важно. Главное что мы оба намазались гримом, который именно что изменил наши черты лица. Не сильно, но хоть как-то. Главное, что если встретится кто-то знакомый, то сразу нас узнать не сможет. А встретиться могли, ведь мы ехали к университету, и там Жарру могли знать. Сильных колдунов мысли не так много, а знаменитую убийцу знают все маги. И просто сидеть внутри фургона не выход. Точнее, сидеть можно, но любой важный прохожий может без затей заглянуть в фургон таких малоуважаемых людей, как бродячие циркачи.

Ещё только рассветало, когда мы подъехали к университету, и стали ждать. Вскоре к нам приблизилась целая процессия. Впереди шли две высокие девушки в плащах с натянутыми на носы капюшонами. И я порадовался, что мои оборотницы подошли к делу очень серьезно. Даже привязали к обуви специальные скамеечки и стали высокими. И лиц принцам они явно не показывали. Да и голоса изменили специальным магическим зельем.

За девушками шагали пятеро подростков, и по их виду сразу было заметно, что это вельможи. Твердая походка, суровые и даже слегка презрительные взгляды, кинжалы на поясах. Одежда, правда, была очень скромная на первый взгляд, но на самом деле весьма не дешёвая.

Я слез с козел фургона, затем быстро объяснил принцам, что им надо спрятаться в двойном потолке фургона, и те хоть неохотно, но подчинились. Особенно добавился энтузиазм, когда откуда-то издалека донёсся короткий крик, и Аласи произнесла глухим, даже каким-то неживым голосом:

— Быстрее, юноши, ваших одноклассников уже начали кастрировать.

Затем она подмигнула мне, поднесла губы к моему уху и прошептала:

— Мы наняли кухонного мальчишку, чтобы тот кричал каждые пять минут.

Я кивнул, вскочил на козлы и послал фургон на восток. Именно через восточные ворота мы решили покинуть город, потому что там всегда выезжает много повозок, и… В первую очередь для нас очень важно, что туда ведут достаточно широкие улицы и одни из ворот в восточной стене города очень широкие, так чтобы в них могли проходить повозки в два ряда. Въезжающие и покидающие город.

А нам важно, чтобы похищаемые принцы ни где не приближались к мостовой, к стенам домов и к аркам ворот ближе чем на два метра. После того как охрана проснется и обнаружит похищение, по следам аурных заклинаний преследователи дойдут именно до места, где мы погрузили подростков в фургон. Точнее, под его матерчатую крышу, возвышающуюся над землёй метра на два с половиной.

Дальше маги будут внимательно смотреть на мостовую и стены, но следов не обнаружат, поэтому начнут обшаривать город, в поисках меток от своих заклинаний. И начнут конечно же с арок ворот. Но я надеюсь, что мы нигде не засветимся.

После неудачи, преследователи наколдуют уже прямой поиск по аурам принцев. Но и в этом случае у них ничего не выйдет. Но только если мы будем постоянно двигаться, не останавливаясь нигде больше чем на два-три часа.

И нам нужен именно месяц по двум причинам. И чтобы прекратило действовать заклинание, оставляющее магические следы, и чтобы Жарра наложила на похищенных очень сложные заклинания, которые окончательно сдвинут все значимые линии в аурах. После этого принцев станет невозможно найти даже самому сильному архимагу. Я на себе постоянно поддерживаю защиту от простого поиска, но в случае наследников королей, вокруг которых закрутились интриги континентального уровня, защищаться надо намного тщательнее.

Без особых проблем мы проехали всего минут пять, а затем я обратил внимание, что верх фургона слегка шатает. Присмотрелся внимательнее и прислушался, после чего проворчал спутнице:

— Эти чёртовы принцы не лежат спокойно. Ещё и спор затеяли.

— Принцы… — философски пожала плечами Жарра. — Их не устраивает, что их вывозят не в каретах, или верхом на боевых конях. Считают, что тайник фургона циркачей унижает их достоинство. Твои подруги молодцы! Как-то убедили их вообще сбежать и без вопросов залезть в узкую щель в тенте.

Я кивнул и послушал ещё немного. После чего сделал вывод, что из пятерых есть только один адекватный. Он же старший в компании, лет так четырнадцати на вид. В принципе это уже тот возраст, когда и в военные походы ходить начинают, так что этот парнишка хоть немного уже набрался ума. А ещё он, как я понимаю, и есть дружок Мун. Может и она немного помогла прочистке вельможных мозгов. Она может, ведь моя названная сестренка очень боевая и своего добиваться умеет. Росла в бедном квартале Багента, полгода училась у амазонок, да и вообще умная.

Остальные четверо кажется завидовали старшему товарищу, и судя по разговорам, как раз за то, что тот сумел плюнуть на мнение окружающих и поддерживает дружбу с простолюдинкой. И даже строит планы на свадьбу в не сильно отдаленном будущем. Ещё незрелые принцы делили места под крышей фургона, конкурируя за щелки и дырки в ткани тента, через которые можно было смотреть вокруг.

И самое фиговое, что они увлекались и качали лёгкий тент. Я отдал вожжи Жарре, забрался в фургон, открыл замаскированный клапан и заглянул в тайник. На меня уставились десять глаз, и я шикнул:

— Так! Быстро все успокоились! Лежать смирно и разговаривать очень тихим шёпотом.

Затем мне пришло кое-что в голову и я добавил:

— А лучше спите. Да, спите! Всем спать!

И эти подростки действительно уснули, повинуясь моему приказу. Или лучше сказать моему недавно обретенному умению вампира. Умению усыплять.

А это умение очень полезное, хотя для боя и не годится. Если человек возбужден, то не поддастся такому приказу. А вот уставший, полусонный или хотя бы расслабленный очень даже. Эти же принцы, как я понимаю, не спали большую часть ночи. Ну вот пусть теперь и спят, по крайней мере пока мы не выедем из города.

Глава 18

Я вернулся к улыбающейся магичке, которая поняла что я сделал, и забрал вожжи. А девушка потянулась, а затем вдруг внезапно спросила:

— А эти твои подружки, они кто?

— Просто девушки, — пожал плечами я, не желая рассказывать моим подругам друг про друга.

— Да не просто, — развела руками Жарра. — У них очень странные ауры. Я бы даже сказала — поразительные.

Я вопросительно посмотрел на спутницу, припоминая, что подробно видеть ауры могут только очень сильные маги. Обычный колдун подробно видит только какие-то фрагменты, по которым может, к примеру, рассмотреть болезнь. Хотя чего я туплю, Жарра очень сильная магичка, и похоже прочитала на Аласи и Онилу очень сложное заклинание, в результате чего и рассмотрела их ауры в подробностях.

А девушка добавила:

— Точнее, у них одна аура на двоих. А такого не бывает. Никогда.

— Поясни, — попросил я.

— Не знаю как попроще… — усмехнулась магичка. — Я наколдовала видение ауры и просто увидела. У тебя, к примеру, аура молодого мужчины с изрядными способностями. Ну это из того, что я могу определить. Так-то я не великая специалистка по аурам. Я больше боевыми заклинаниями всегда занималась. А у этих девушек одна аура на двоих. И когда они двигаются, она всё время меняется.

— То есть их легко разоблачить? — насторожился я.

— Нет, — усмехнулась девушка. — Подробно видеть ауры может очень мало кто. Всего несколько архимагов у людей и может пара десятков у эфили. Ну и дайлиали, конечно. Встретить любого из упомянутых, у твоих подружек шансы минимальны.

— Ну тебя вот встретили, — усмехнулся я.

Жарра промолчала и только вздохнула. А я решил дальше эту тему не развивать, поняв, что она вспомнила, что могла вырасти в очень сильного и уважаемого архимага. Повисла неловкая пауза на несколько секунд, после чего магичка произнесла:

— Первое следствие, которое пришло мне в голову… Их вообще невозможно найти магическим поиском по ауре. Они же не стоят всегда в одной позе относительно друг друга. Аура меняется. И… Дим, кто они? Не поделишься?

— Всего-навсего дочки бога шаньшаньцев, — усмехнулся я, решив не скрывать от подруги и боевого товарища эту тайну.

— И что? — не поняла Жарра. — Ты же не можешь верить во всякую религиозную чушь. Мало ли кого жрецы назовут дочками.

— Они ещё воплощения каких-то великих сил.

— Даже так? — в глазах моей спутницы мелькнул жгучий интерес. — Ну и подружки у тебя! Но ты точно не ошибся?

— Мне так сказала про них одна эфили.

— Эфили. Ты встречал эфили? — удивление Жарры нарастало как снежный ком.

Я кивнул, понимая её удивление. Одна из двух рас, созданных когда-то из людей, этих самых людей недолюбливает. И виноваты в этом именно люди, точнее церковники, решившие несколько сотен лет назад объявить войну крайне скептически относящимся к вере в Пресветлого голубокожим красавчикам.

Теперь те живут только на небольшом континенте на юго-востоке от нашего, и гостей не жалуют. Хотя есть несколько купцов среди людей, которым не запрещено плавать на один остров, специально выделенный для торговли.

И хотя никаких попыток напасть на них уже давно не предпринималось, в первую очередь потому, что у эфили много очень сильных магов, но тесных межрасовых контактов так и не возникло. Потому что память у эфили хорошая. По крайней мере они хорошо помнят, как их вынудили покинуть земли, которые теперь называются Проклятыми. Причём я подозреваю, что если бы голубокожие тогда пожелали воевать, то легко отбили бы любые атаки людей. Но не пожелали. Кровопролитию они предпочли отступление на свой материк.

А люди получили Проклятые земли. Точнее, покинутые эфили земли снова стали населены нежитью, как и было до того, как голубокожие их «вылечили».

Мы всё так же ехали по пустым из-за очень раннего времени улицам, а Жарра помолчав несколько минут, начала говорить:

— Да, получается что эти девушки просто уникальные. Обычно воплощения великих сил очень себе на уме. Живут своими парами вдали от людей, владеют невероятно сильной магией, и гостей не жалуют. А шаньшаньцы, выходит, научились как-то мириться с одной такой парой, перерождающейся поколение за поколением.

— Изучала этот вопрос? — заинтересовался я. — Мне вот интересно, что за силы такие.

— Знаешь, сильно не интересовалась, но слушала курс лекций. Как возникла наша вселенная. Теории, конечно. И самое интересное, что наши учёные почерпнули основные мысли из вашего мира. Большой взрыв, расширяющаяся Вселенная, и так далее. Знаком с этим?

Я кивнул, а магичка, явно довольная тем, что кому-то интересны глубоко теоретические вещи, которые она изучала в университете, продолжила:

— Но у нас дополнили вашу теорию тем, что в нашем… хм… измерении или параллельной вселенной… Если упростить, то у нас из первозданного хаоса возникло несколько особых сил. Всегда парами, противостоящими друг другу. И именно они дали нашему миру магию. Но магия была очень неустойчивой. То одна была сильнее, то другая. Пары сил бесконечно боролись, и в магии царил полнейший хаос. А дайлиали в свое время научились эти пары сил примирять. Они выбирали из своей расы особых представителей и делали их воплощениями этих сил. И силам это понравилось, не воевать постоянно.

— Они разумные? Эти силы, — спросил я.

— Неизвестно. Если и разумные, то очень чуждые нам. Но равновесие может быть… пусть будет удобным, и неразумным силам. Вот для примера. Солнце пытается схлопнуться из-за огромной массы, и одновременно расшириться из-за давления собственной энергии. И две силы находятся в равновесии. Им это удобно. Победи одна, и Солнце или сожмётся, или взорвётся.

— Понял, — улыбнулся я.

— Ну хорошо. Вернёмся к нашим противостоящим парам магических сил. Дайлиали научились их примирять и получили стабильный магический мир. Вот только одна беда. Сами они ничего с избранными парами из представителей своего народа поделать не могли. Те постоянно обретали невероятное могущество и… у них всё время возникали войны. Нет, дайлиали уничтожали воплощения сил, когда те шли вразнос, но и боролись за них, пытаясь привлечь на службу разным правителям. Дайлиали становилось всё меньше и меньше. В постоянных войнах население снизилось с миллиардов до миллионов. Но в какой-то момент они нашли решение.

Я с интересом слушал, а воодушевленная Жарра рассказывала, вообще почти перестав обращать внимание на город вокруг:

— Это основная причина, зачем они перенесли в наш мир людей. Из них в первую очередь стали выбирать пары воплощений этих великих магических сил. А люди… у людей нет возможности существенно воспользоваться силами. Нам далеко до великих магов дайлиали. И силам тоже понравилась стабильность. Настолько, что они сами стали искать себе воплощения. Когда умирает одна пара, связанные с ними силы ищут новую. И как правило выбирая из детей, живущих поблизости и максимально похожих на прежние воплощения.

— В Шаньшане дети бога… воплощения сил, всегда оборотни, но пол пары постоянно меняется.

— Вероятно силы не различают наш пол, — рассмеялась Жарра, и уточнила. — А эти девушки, получается, оборотницы?

— Да, — проворчал я. — И что-то я растрынделся. Это их тайна.

— Не бери в голову, — улыбнулась Жарра. — Я легко могла бы это узнать из разных источников, но… просто не интересовалась. Но мне одно непонятно. Почему эти девушки ещё среди людей? Обычно парочки, которым повезло или не повезло стать воплощениями великих сил, ещё в детстве постигают какие-то невероятные истины, с которыми ни с кем никогда не делятся, замыкаются на свою пару и уходят из мира. Становятся отшельниками.

И тут я задумался. Да уж! Явно А и О, как по настоящему зовут моих девчонок, что-то постигают. Как минимум они постоянно изучают какие-то невероятные заклинания, причём я подозреваю, что они просто хотят… и получают. Но никаких великих мыслей я за ними не замечал. По крайней мере, они ни разу не проговаривались. А они ведь не молчат. Ну разве что когда спят. Так что я ещё подумал и выдал мысль:

— Похоже, они вообще не думают. Лишний раз. И ещё они очень ленивые.

— И им повезло, что они такие, — рассмеялась Жарра. — Иначе бы уже не желали видеть никого. И ещё повезло, что ты их вывез из Шаньшаня. Жрецы наверняка хотели заставить из думать о великих вопросах бытия. А ты… ведь ты просто спишь с ними? Так?

Я пожал плечами, не жалея углубляться в такие вопросы, а магичка продолжила:

— И я представляю, как подгорают зады у жрецов безымянного бога Шаньшаня. Ведь если эти девчонки не вернутся на родину, то когда они умрут, я надеюсь от старости, новая пара появится рядом с местом их смерти. И Шаньшань лишится вечно перерождающихся детей бога, за которых воплощения великих сил и выдают.

Мы немного помолчали, глядя на просыпающийся город вокруг. Наконец Жарра произнесла:

— И лучше будет, если ты не позволишь им и дальше начинать думать. А ведь ты упускаешь этот момент. Они же поступили в Гросанский Университет? Так? А там много думают, знаешь ли.

— Они на Факультете Изящных Искусств, — проворчал я. — И похоже не особо думают.

— Это тебе только кажется так, — вздохнула Жарра. — Может ты не понимаешь, как влияет на мировоззрение человека просто окружение. Даже дворник в университете куда умнее дворника в церкви, не говоря уж о какой-нибудь бане.

— Я понял, — вздохнул я. — Вот разберёмся с принцами, и заберу их. Нефиг учиться. Я их лучше сам буду учить рисовать.

— Вот и правильно, — рассмеялась магичка. — Но если ты вдруг думаешь, что можешь что-то получить от великих сил, то зря. Пока ни у кого это не получалось. Общепринято среди учёных, что повлиять на великие силы можно только одним способом. А именно убить все воплощения. И убивать детей, в которых силы будут пытаться воплотиться. И тогда рано или поздно силы перестанут пытаться искать воплощения, а затем начнут враждовать, как и было тысячи лет назад. И у нас настанет магический хаос. А может магия и вообще покинет мир. Как минимум она будет не пригодна для колдовства. Но сам понимаешь, такое никому не нужно. У нас, кстати, есть теория, что в твоём бывшем мире силы так и не научились примирять, потому у вас и нет магии.

Тут нашу умную дискуссию прервали. И довольно неприятным образом. Из переулка вышли пять человек и встали перед нашей повозкой. Я натянул вожжи, и Рыдван резко затормозил, не дойдя до заслона несколько метров.

В первый момент я подумал было, что в колледже, откуда мы похитили принцев, уже обнаружили пропажу и подняли тревогу, и это было бы странно. Вся охрана должна ещё спать под заклинанием, не говоря о нормальных преподавателях и учениках.

Но тут же я понял, что этот отряд никакого отношения к принцам не имеет. Состоял он из одного городского стражника в косо застегнутой бронированной куртке, который вдобавок чуть не спал на ходу, и четырех очень бодрых мужиков, от которых здорово пахнуло кровью.

Но ещё через секунду я понял, что пахнет кровью животных, и получается, что перед нами мясники, что вполне логично. Мы как раз проезжали квартал, снабжающий Гросан мясом.

— Эй, бард! — крикнул главный из горожан. — Нам надо осмотреть твою повозку.

Требование было довольно наглым, но легитимность ему придавал представитель городских властей, так что я только пожал плечами и проворчал:

— Надо, так посмотри. А что случилось-то?

— Ищем одного паразита, — чуть не рыкнул старший в этой полубанде добрых бюргеров, заглядывая в нашу повозку. — Мальчишку-бродяжку по имени Чумазый Лунк. И за него, говнюка, наша гильдия даёт в награду аж целый золотой.

Я здорово удивился, сразу вспомнив мелкого вора, которого недавно ранил метательным ножом в зад, только так сумев отстоять свою сумку. И ещё некстати вспомнил, что этот паразит совсем без добычи не остался. Ножи у меня хорошие, и соответственно дорогие. И мне даже стало интересно, чего он такого спёр, что его минимум полночи ищет куча народа, ведь явно этот патруль не единственный. Да ещё и стражу подкупили, чтобы не нарываться на драки с не посвященными в проблему жителями соседних кварталов.

— За всего или за голову тоже? — усмехнулась тем временем Жарра.

— За живого, конечно, — даже как-то ошарашено пояснил другой мясник. — Мы же не того… чего… тудысь. Зачем он нам дохлым сдался?

— Да всяко может быть. Вы же из мясного квартала, — хмыкнула девушка. Но посмотрев на начавшие наливаться кровью морды самозваных стражей, смягчила толстый намёк. — Славящегося своей решительностью на весь город. Чего он такого отмочил?

Стражник, который прислонившись к стене, лениво отрабатывал время, за которое заплатили даже не ему, а начальству, хохотнул, а третий мясник на одном дыхании выдал:

— Петуха сожрал, паразит. Вот нам надо его поймать, выпороть кнутом на площади, да на каторгу и спровадить.

— За петуха? — удивился я, в первый раз слыша о такой кровожадности в целом не особо жёстких законов Гросана.

— По облаве больше похоже на быка, — добавили магичка. — Или минимум свинью.

— Ну куда бык в такого дрища влезет? — махнул рукой старший. — Нет, его вчерась вечером в женской бане застукали, да посадили в крепкий сарай для хранения колбас при нашем гильдейском трактире, чтобы утром, значится, на площади выпороть, хоть наши бабы и против были. Но меньше чем на розги коллехтив не согласился.

— А он, значится, ночью как-то петуха к себе приманил, костёр развёл, да пожарил и сожрал, — подхватил второй.

— Что ж вы петуха в каталажке держали? — рассмеялась Жарра. — Или он тоже в бане был застукан?

— Зачем в бане, — развел руками мужик. — Петух рядом в сарае был, а этот паразит его как-то приманил. Ну и сожрал, значица. А после полуночи, хозяин решил проведать птичку, не нашёл, но на запах жаркого отпер сарай, а паршивец у него между ног проскользнул. А трактирщик один был и уже не смог его словить.

— А петух у нас не простой, — рыкнул старший. — Это был бойцовский петух, и сегодня должен был бой состояться его с петухом из квартала оружейников. И мы агромадные деньги уже на бой этот поставили и даже посреднику передали. А теперича всё, получат их оружейники ни за хвост собачий.

У меня просто на языке завертелась куча язвительных комментариев, но я решил на приключения не нарываться, поэтому просто воспользовался освободившейся дорогой и послал Рыдвана вперёд. И только отъехав метров на сто, мы с Жаррой переглянулись и расхохотались. Но не учли утренней тишины, и незадачливые мясники услышали нас. Но в погоню кидаться не стали, вероятно уже не в первый раз сталкиваясь с такой реакцией от жителей соседних кварталов.

Мы проехали ещё с полкилометра и миновали квартал мясников, встретив ещё один такой же патруль, который тоже не преминул сунуть носы в наш фургон. А вот через квартал я резко натянул вожжи, и Рыдван встал как вкопанный, да так что Жарра, не ожидавшая такого, чуть не слетела со скамейки. Хорошо что я успел придержать её.

— Что случилось? — встревоженно спросила девушка.

— Вон, — кивнул я на тёмный переулок. — Идут трое и ведут этого самого Лунка Чумазого. А я кое-что понял. И дурак, что не понял уже давно.

Тут из переулка вышли три типа полубандитской внешности. И двое из них крепко держали за плечи тощего мальчишку со связанными руками. Ноги несчастного тоже были связаны, но так что тот мог мелко шагать. Рот же был явно заткнут грязной тряпкой и поверх завязан, скрывая нижнюю половину лица.

— Эй, — обратился я к людям, хотя обычно таких называю сбродом. — Ведёте сдавать мясникам?

— Да, бард, — хохотнул главный в компании. — И получим золотой! Уж мы найдём как им распорядиться, так что не пытайся примазаться. Хотя, если вечером приедешь со своим цирком в наш квартал, то может пара медяков вам и перепадёт.

— А это ничего так, — усмехнулась Жарра, — что вы хотите сдать по сути своего?

— Зомби из Проклятых земель ему свои! — отмахнулся грязной рукой мужичок. — Приблудный он. И в наш коллектив никак вливаться не хочет.

Мальчишка промычал сквозь кляп что-то гневное, а я сунул руку в карман и достал золотой, добавив к нему десять серебряных монет, что увеличило сумму в полтора раза, и протянул главарю, проворчав:

— Я выкупаю его.

— Если пожалел и выкупаешь, то только за три золотых, — сразу оживился один из проходимцев, державших добычу.

— Нет, — щербато рассмеялся главарь. — По морде вижу, что ты бард при деньгах, да и не раздумывая решил этого засранца спасти. Так что так. Пять золотых и твою бабу на час.

Он показал пальцем на Жарру, которая не показывая виду мгновенно сложила пальцы в особом жесте, явно начав готовить очень убойное заклинание, которое оставит от уродов разве что ботинки. Но я уже спрыгнул и, не сдерживая сил, раздал три сильнейших удара, выбивая зубы, ломая челюсти, а самих гадов отправляя в глубочайший нокаут.

После чего схватил мальчишку за шкирку и закинул в фургон. Тот замычал и стал показывать головой на сумку, которая выпала из рук главаря, так что её я тоже закинул в повозку. А когда мы продолжили путь, Жарра спросила:

— Что? Пожалел бродяжку? Не думаешь что зря? Я таких навидалась… Как бы чего не выкинул. И хорошо если просто сопрёт что-нибудь, прежде чем убежать.

Я пока говорить ничего не стал, а передал ей вожжи и забрался внутрь фургона. Поднял сжавшегося у стенки Лунка за шкирку на ноги, просунул палец в одну из дырок на рукаве его грязной до ужаса рубахи и резко рванул. Посмотрел на грязную кожу предплечья, хмыкнул, достал из своей сумки бутылку с восьмидесятиградусной перегонкой ленди, которую держу разве что на крайний случай, и полил немного на руку мальчишки. После чего оторвал от его же рубахи кусок ткани и сильно потёр.

И вот теперь показал результат с любопытством заглядывавшей внутрь фургона Жарре. Снова хмыкнул, сообразив, что для глаз человека здесь слишком темно, и включил магический фонарь.

Глава 19

— Задница Пресветлого! — выдохнула магичка, уставившись на пятно ярко-голубой кожи на руке бродяжки.

— А я же когда ещё в первый раз его увидел, всё не мог понять, кого он мне напоминает чертами лица, — усмехнулся я. — А сегодня мы разговаривали об эфили, и мясники говорили, что он петуха приманил как-то… Но я всё равно не догадался. А вот когда снова его увидел, картинка и сложилась. Эфили, чёрт побери!

Я окинул взглядом тощую понурившуюся фигуру и добавил:

— Причём скорее всего девчонка.

И тут Лунк вскинул голову и очень энергично ею помотал.

— Дёргаться не будешь? — спросил я. — Тогда развяжу. Выедешь с нами из города, и вали куда хочешь. Но если желаешь, я могу спросить… спросить кое-кого, кто может быть согласится тебя приютить.

Мальчишка… или всё-таки девчонка ещё раз помотала головой, и я принялся перерезать верёвки, размышляя, что я всё-таки верить ей не собираюсь. Потому и знакомую мне немолодую эфили леди Хелиаль даже упоминать пока не стал. Да и перед воротами я эту бродяжку усыплю, чтобы чего не выкинула сдуру.

Закончив с веревками, я с трудом удержался от того, чтобы не вытереть руки, которыми прикасался к изгвазданной до крайности одежде, после чего вытащил из ящика оставшийся от циркачей детский сценический костюм. Яркий и латаный-перелатаный, но хоть чистый, и подал его бродяжке, проворчав:

— Переоденься. А своё сложи в мешок, и потом заберешь.

Хотел было отвернуться, но не успел. Похоже не страдающий стеснительностью босяк в два движения стянул с себя одежду, и я обратил внимание, что он сам был не настолько грязным, как мне показалось, а ещё, что это всё-таки мальчишка эфили.

Я кинул взгляд на хихикнувшую Жарру, которая, не забывая следить за дорогой, всё-таки бросала любопытные взгляды на нас, а сейчас улыбалась, похоже тому, что я так ошибся с полом эфили. А я что? Можно подумать, я их много видел.

Дальше я снова сел на скамейку кучера рядом с магичкой, а мальчишка пристроился сразу за передним пологом, как я ему и приказал. И наконец пришло время для разговора.

— Хочешь чтобы мы тебе помогли или просто уйдёшь за воротами города? — первым делом спросил я. — В любом случае отдавать тебя церковникам мы не собираемся, но и оставаться в Гросане тебе нельзя, по крайней мере среди обитателей городского дна.

— От помощи не откажусь, — пару секунд подумав, произнёс подросток. И столько достоинства прозвучало в этих словах, что Жарра снова хихикнула. Ещё бы. Уж от кого таких интонаций не стоило ожидать, так от грязного бродяжки.

— Тогда рассказывай кто и откуда, — строго приказал я. — Не забудь и рассказать, какого чёрта ты делаешь в Гросане. Да ещё воровством занялся. И не ври и не темни. От этого зависит, согласимся ли мы тебе помогать.

— Меня зовут Лункиен из рода Белой Акации, — начал мальчишка и на пару секунд умолк, вероятно ожидая что мы как-то среагируем на его слова. Но ни мне, ни Жарре названия родов эфили ничего не говорили, поэтому я просто кивнул, приглашая продолжать. — Но я буду рад, если в человеческих землях вы будете называть меня Лунк.

Я снова кивнул. Парнишка излишне щёки не надувает, и сам предложил называть его укороченным именем, а у эфили это очень не принято. Хотя о чем это я? Он и так назывался в Гросане Лунком, даже более того, Чумазым Лунком.

— Мои родители служат жрецами в главном храме Бога Животных, и от меня потребовали принести клятвы и поступить в храм помощником жреца. А я не хотел, но меня спрашивать и не собирались, — даже как-то обиженно произнёс Лунк. — Вот я и сбежал. Сначала пробрался на наш корабль, который плыл на торговый остров. А там так же тайком сел на человеческий корабль.

— Сколько тебе лет и как ты выдаешь себя за человека? — поинтересовалась магичка.

— Мне двенадцать. Я перед побегом взял… несколько зелий. Одно спрятало мою ауру от поиска, а другое позволяет менять цвет кожи.

— Спёр, короче, — подвел резюме я. — И по результатам твоего побега, я так понимаю, возвращаться тебе не хочется?

— Именно так, сэр. Я был бы рад, если бы вы позволили мне остаться с вами. Я правда ничего особо делать не умею, но согласен научиться.

— С чего такое доверие? — удивилась моя спутница.

— Вижу, что вы люди… нормальные.

— А ты? — спросил я. — Я так понимаю, заповедь «не укради» для тебя пустой звук.

— Нет! Нет! — завопил подросток. — Я не воровал. Точнее, не воровал часто. И я могу дать клятву, что ни в коем случае не украду ничего у вас. И не сделаю ничего во вред.

— Что значит «не воровал»? — не поверил я, потому что сам еле отнял у него свою сумку. Да и вообще, на что он тогда жил?

— Я за месяц жизни в Гросане украл всего четыре раза, — принялся скрупулёзно перечислять подросток. — Два раза у воров, один раз украл еду у старушки, но она не бедствовала и всё равно всё не съедала, и последний раз подманил и съел петуха.

Я только улыбнулся про себя на такую классификацию краж. Хотя и сам согласен, что воров считать за добропорядочных людей нельзя. Но всё равно. Впрочем, меня мало волновали прошлые грешки мальчишки, а в том, что тот не будет воровать у нас, был почти уверен. Клятвы для эфили не что-то, дающее стопроцентную гарантию, но и не мало. Всё так же как и у людей. Но всё-таки уточнил:

— А попытка спереть сумку? В одном трактире несколько дней назад, — я уже был уверен, что Лунк не сопоставил меня с тем немолодым наемником в трактире, который ранил его метательным ножом в зад. Но если мои вопросы даже позволят парнишке узнать меня, то мне в целом всё равно.

— Да, пробовал. Но я перечислил только удачные попытки. Да и спереть сумку я пробовал у настоящего бандита. В том трактире другие и не собираются. По крайней мере я так думал, что он бандит.

— И кем же он оказался? — чуть ли не промурлыкала Жарра, подмигнув мне.

— Знаменитый вампир Дим из Лорденики. Так потом шептались в нашем квартале. Он там досуха выпил трактирщика и шестерых воров. Где-то они ему дорогу перешли.

— И как в него столько влезло? — рассмеялась магичка. — Но ладно. Скажи лучше, почему ты такой грязный? Помыться всегда можно найти способ.

И тут Лунк сильно покраснел, а затем вздохнул и тихо произнёс:

— Я же учился у одного старика-вора… На карманника учился. Да и общался с такой… публикой. А они подозревали что… что я девчонка. Я же не человек, вот они и путали, как сэр…

— Дим, — подсказал я, и вспомнил, что мы сами не представились. — Меня зовут сэр Дим, а это леди Жарра.

Мальчишка вскочил на ноги и поклонился, после чего закончил:

— Вот и пришлось мне ходить всё время очень грязным, чтобы и мысли не возникало хватать меня.

Мы помолчали с минуту, и наконец магичка произнесла:

— Ну что ж… Я могу предложить взять Лунка слугой в наш поход. Посмотрим на него… А потом или я, или ты заберем его в слуги. Ну или что-то поинтереснее предложим. Это как проявит себя. А я заодно ещё и поспрашиваю его про жизнь эфили.

— Ладно, — пожал плечами я, и заметив впереди широченные городские ворота, добавил. — А пока, Лунк, слушай первое распоряжение — спи!

— Что? — не понял мальчишка.

Я несколько раз повторил команду, но фиг-то там. Мальчишка был здорово на взводе и магия вампира на него не подействовала. И только когда широко улыбающаяся Жарра наложила на него обычное усыпляющее заклинание, мешком рухнул на дно телеги.

Ворота были уже близко, но нам предстояло ещё немного постоять в очереди, так что я без суеты засунул Лунка в тайник к принцам.

Выехали из города мы без проблем, хотя наш фургон осмотрела не только стража, но и горожанин из гильдии мясников. Похоже к поискам злостного пожирателя петухов те отнеслись с очень большим энтузиазмом.

После ворот я хотел послать Рыдвана бодрой рысью, чтобы поскорее доехать до Кольцевой дороги, до который было по прямой километров двадцать, а с учётом кривизны этой, по сути объездной, дороги, все сорок.

Но не тут-то было, стоило мне разогнать цирковой фургон всего до десяти километров в час, как его начало немилосердно трясти. Причём я видел, что по таким дорогам кареты ездят и быстрее, но тут же сообразил, что у нашей повозки не было даже намёка на любые рессоры. Причём прочности ходовой части по моим прикидкам хватало с запасом, но тряска при хоть сколько-то заметной скорости по весьма колдобистой дороге получалась просто невероятная. Я побоялся, что аж шестеро подростков под крышей могут так летать, что порвут уже старую и местами протёртую ткань.

Но я нашёл выход, хоть и очень так себе. Сначала спустил из тайника Лунка, растолкал его, затем разбудил всех принцев и приказал им спускаться. А когда все сели внизу, вот тогда и послал моего коня-голема с нормальной беговой скоростью, километров так двадцать в час.

А дальше наслаждался ветром в лицо, причём Жарра сразу перебралась ко мне на колени, только прокричав, что иначе отобьет себе всю попу о жёсткую лавку. А сзади раздавался какой-то звон, но это явно от скромных запасов посуды, имевшихся в мешках, и возмущённые вопли принцев. Но буквально через несколько минут те нашли всё-таки себе всякие крепления, за которые можно было ухватиться, да и устойчивые позы подобрали, и притихли. И это, кстати, вполне ожидаемо. Они же не какие-то рафинированные принцы эпохи позднего Возрождения, а вполне себе средневековые. Эти и сражаться умеют уже неплохо, и к трудностям походов хоть немного приучены. По крайней мере ни одной жалобы не прозвучало.

Так мы мчались часа три, сбрасывая скорость только когда миновали деревни. Ну да, народ здесь к гонкам по улицам непривычен. Запросто кто-нибудь под корыта или колёса может кинуться.

Вот в случае кареты — там всё по другому. Селяне сразу стараются разбежаться, освобождая дорогу, так что жертвой дорожно-транспортного происшествия может стать разве что курица.

А вот видя фургон циркачей, всё получалось с точностью наоборот. Дети с визгом кидались на дорогу, только в последний момент освобождая путь коню. Ну и как тут поедешь быстрее обычной скорости пешехода?

Но дети — это ещё ладно. Они просто суету создавали. Хуже было, когда на деревенской улице попадался какой-нибудь парень. У того сразу вспыхивало неудержимое желание показать свою альфо-самцовость, так что эти дурни выходили на середину проезжей части. Причем на дороге вдали от селений никто таких номеров не выкидывал, а всё потому, что зрителей не было.

И я понял наконец, как непросто живётся циркачам. Хотя уже с первого парня, который хотел помешать мне проехать, выработал неплохую тактику. Сначала вытягивал нахала кнутом по заду. Тот тут же кидался в драку, но я просто спрыгивал со скамейки кучера, затем не произнося ни слова просто бил придурка в челюсть, аккуратно, но сильно, отправляя в нокаут.

Но в любом случае я был безумно рад, когда мы выехали наконец на Кольцевую дорогу. Она покрыта большими белыми плитами, и несмотря на возраст в пять сотен лет, сохранилась великолепно. По ней мы помчались уже почти с комфортом. А то что может выскочить какая-нибудь нежить, так это вообще не проблема. Ни для меня, ни для Жарры.

Впрочем, по дневному времени никто не выскочил. Мы лихо миновали южный участок западных земель, промчались мимо похожих на двухсотметровые каменные пальцы скал, на вершинах многих из которых угнездились монастыри, и вот впереди замаячило ущелье, которым западные земли людей и заканчиваются.

Ну а перед самым ущельем раскинулся огромный трактир, огороженный частоколом. Он мне хорошо знаком, и не только мне. Все путешественники и купцы останавливаются здесь на ночлег перед тем как отправиться в южные степи.

Но сейчас время было даже не полуденное, так что я здорово удивился, заметив через распахнутые ворота, что просторный двор занят доброй сотней повозок. Да здесь же собралось штук пять караванов! А столько проезжают этот участок Кольцевой дороги минимум за неделю.

Я даже лихо осадил Рыдвана у ворот и обратился к парочке возниц, отчаянно скучавших с бутылкой крепкой настойки на брёвнышке снаружи частокола:

— Уважаемые, а что за митинг?

— Сам ты этим твоим митимингом пришибленный, тудыть-растудыть через гриву, — обстоятельно принялся отвечать старший. — Сидим мы тута, па-а-анимаешь, уже считай неделю. А всё потомуть, что у кочевников в степи хан завёлся. Совсем великий. Собрал войско голов в пятьсот, но помнит, басурман, что в набег на нас столько маловато. Вот он и решил хоть в земли эти сходить, в Проклятые. Ну и сходили. Сначала ничего так. Порубили немало зомбей со скелетами. Но потом на них налетели твари похлеще. Но ничего так, были старые советники у дурня-хана. Почти все кочевники спастись сумели. Так… полсотни голов там оставили, но это ничё так.

— И в чём именно проблема? — поторопил я мужика, который выдав слишком длинную речь, присосался к бутылке.

— А в том, что там сейчас прямоть по Кольцевой, значицца, дороге, много чего шастает.

— Да может уже не шастает, — развёл руками более молодой мужик, кажется наёмный охранник, только сейчас без доспехов. — Неделя прошла уж.

— Это тебе своей башки пустой не жалко! — напустился на него старый возница. — А наши купцы товаром богатым рисковати не желаюти! Вот и ждут. Ждут графа одного с войском. Сто рыцарей! И маги при них. Скинулись купчины щедро, зато проедем мы под охраной хорошей.

Я окинул ещё раз взглядом заставленный купеческими повозками двор трактира, и подумал, что этот возница рассказывает сейчас сказку, которую сочинили для него и остальных простых возчиков и охранников начальники караванов. Если здесь случился такой серьезный набег нежити из глубин Проклятых земель, то торговцам в десять раз проще проехать в Шаньшань и Багент, куда купцы и ездят, через север. А заплатить сильному войску за зачистку южной части дороги — это просто выкинуть деньги. И помочь тем конкурентам, кто поедет после них.

Так что ждут они пока один из графов, который бредит воинской славой, сам отправится уничтожать нежить. А они уж потом… вслед войску. Но мне это не особо интересно. Нам надо проехать здесь, а про набеги нежити я слышал, и не раз. За неделю все сильные твари уже убрались в глубину Проклятых земель. Им близко к краю очень не уютно.

Так что я приготовился отправить Рыдвана вперед, но старый возчик успел спросить:

— А вы чаво? Ждать с нами не будете?

— А чего ждать, — усмехнулся я. — У нас денег, чтобы заплатить свою часть за сопровождающее войско нет. Так что мы и так проедем, думаю. Нет там уже нежити.

Дальше мы без проблем проехали ущелье, а через несколько километров доехали до гигантского каньона, глубиной в километр и шириной метров в двести. Переехали его по построенной в незапамятные времена плотине и попали в степи.

А вот здесь уже стоило смотреть в оба. И пусть сильной нежити здесь быть уже не должно, через неделю после нашествия, но единичные твари есть несомненно.

И первая атака на нас произошла уже через час. Сначала в небе показались четыре точки, и мы сразу поняли, что это никакие не птицы.

— Только бы атаковали, — кровожадно чуть ли не прорычала Жарра.

— Так хочешь их убить? — спросил я, не испытывая особых эмоций.

— Ты не поверишь, Дим, — пояснила девушка. — Я же нежить вообще ни разу не била. В моём университете только теорию учили, как их уничтожать. А на практику в Проклятые земли так и не сподобились сходить.

— Первый же скелет твой, — рассмеялся я.

— Скелет? Нет, это слишком мало. А вот некрохимеры… Ты не против, если я их приманю?

— Не против, — кивнул я, пока не понимая, о чём речь.

— Только не вмешивайся! Прошу! — заверещала магичка. — Ну если меня не достанут, конечно.

Жарра наколдовала какой-то очень яркий и сыплющий вокруг искрами шар, который и запулила прямо в небо над нашими головами.

Затем крикнула мне остановить повозку и соскочила со скамейки кучера. Отбежала на сотню метров в сторону и послала в небо еще один такой же шар. Хотя может уже и не нужный. Четыре точки уже быстро приближались к нам, несомненно начиная заход для атаки. Причём, если я правильно понимаю, не собираясь атаковать физически, а штурмуя цель дистанционно.

Через полминуты Жарра с восторженным визгом скакала по траве, уворачиваясь от разрывов ядовито-сиреневого цвета. Но не только. Несколько снарядов она взяла на воздушный щит.

Я, сидя на козлах, размышлял, не пора ли мне вмешаться, но вмешаться в воздушный бой я мог только магией. Попробовал соорудить атакующее заклинание, которое выучил меньше суток назад, и надо сказать, у меня даже почти получилось. Я круговым движением правой ладони закрутил ману, создав ярко сияющий перегретый кокон, затем левой рукой вкинул внутрь серебряную монету, тут же заметив как она расплавилась и приняла форму тонкой нити, затем волевым усилием послал магический кумулятивный снаряд вперед. Но… Вот незадача. Пока я все это проворачивал, моя цель, а именно какая-то летающая тварь, размером, да и формой больше всего напоминающая корову с крокодильей пастью и с крыльями, уже вышла из зоны поражения.

Так и получилось, что мой снаряд разорвался вдали от атакующих, но испугав парочку. И кажется я только помешал Жарре. Она же уже всё рассчитала, а теперь цели бросили формировать круг в небе, отдалились и пошли на второй заход. И всё равно это им помогло мало. Моя магичка, уже приноровившаяся к упреждению при стрельбе, да и выбравшая наиболее эффективные заклинания, быстро сбила всю нежить. Затем уселась рядом со мной, вся такая довольная и раскрасневшаяся, и первым делом быстро прокричала, посмотрев на мою попытку наколдовать магический снаряд с серебряным сердечником:

— Ты не так закручиваешь! Не так! Ты пытаешься сделать два полных круга как будто и вправду крутишь спираль. А надо рукой разве что обозначить. Крутишь в голове! Ты должен был это понять! Давай! Наколдуй кручение на меня. Полоборота! Всего полоборота. И не бойся, я легко отражу твою атаку.

Я посмотрел на девушку, после чего сосредоточился и попытался в уме сказать себе «закручиваю», ну и жест рукой обозначил. Ну не полоборота, но одним точно ограничился, удержавшись от попытки продолжить движение.

И тут случилось странное. Жарра заверещала, затем сделала сальто в бок, свалившись с козел на плиты дороги, и со стоном принялась подниматься.

— Прости! — воскликнул я, спрыгивая и поднимая подругу. — Ты же сказала, что я тебя не пробью магией, вот я и не сдерживался.

— Ты и не пробил, — охая и потирая бока, простонала Жарра. — Ты не пробил магией. Но чем-то пробил. Я даже понять не сумела, как ты меня скрутил. Давай ещё раз!

— Давай попозже, — проворчал я, подсаживая девушку в фургон. — И ты, и я устали. А на нас может ещё не раз нападут. И давай дальше уже без тренировок. Убиваем напавших максимально быстро и эффективно.

— Какие слова ты знаешь, — иронично промурлыкала магичка. — Но ладно. Отложим тренировки до спокойного безопасного места.

Глава 20

Мы продолжили путешествие, и ехали бодрой рысью, которую легко поддерживал мой голем, часа три. Причём я с удовлетворением обратил внимание, что ни мальчишка-эфили Лунк, ни пятеро принцев никаких вопросов нам задавать даже не пытались. Я так понимаю, что их здорово впечатлили наши боевые навыки, но спрашивать, кто мы такие сильные, они пока не решились. Ну и хорошо. Общаться ни с кем я не горел желанием. Что-то последние дни оказались переполнены событиями.

За все три часа на нас дважды нападали различные твари, но мы легко убивали одиночных нежитей, даже не останавливая движения.

Сделали привал на час, за который Жарра зарядила голема, и теперь тот мог бежать еще сотню километров. И я прикинул, что так заряжая Рыдвана, мы сможем сделать круг по Кольцевой дороге всего за трое суток. И это с учётом часовых остановок время от времени. Я могу всё это время не спать, а остальные отдохнут прямо во время движения. И пусть повозку здорово трясёт даже на ровных плитах, покрывающих дорогу, но ничего. Приспособятся наши пассажиры, если спать захотят. В крайнем случае или я помогу сонной магией вампира, или Жарра что-нибудь наколдует.

Ещё мне пришла в голову мысль, что мне очень нравится путешествовать с очень сильным магом. Но чтобы не зависеть от такой поддержки, мне и самому стоит все силы бросить на освоение заклинаний. Да и резерв развить, чтобы коня-голема подзаряжать смог.

Степь вокруг медленно поднималась, и судя по всему километрах в десяти впереди должен был открыться гигантский обрыв в пустыню. И тут я заметил в сотне метров от дороги в нормальных землях одиноко стоящего коня. Очень маленького, грустного, и судя по всему привязанного. Я остановил фургон и бегом направился к животному, только за несколько шагов до него разглядев и всё остальное. А именно маленький лагерь из единственного старикана-степняка с обмотанной окровавленной повязкой ногой, который ножом пытался выкопать довольно обширную яму, но пока смог углубиться в землю только сантиметров на десять.

Одежда старика, чистая на вид, но даже как-то картинно дырявая, вдобавок обшитая перьями, сухими растениями, и другой такой же фигнёй, плюс лежащий рядом небольшой бубен, сразу выдавали в нём шамана.

— О, чужеземец! — произнес шаман усталым, но вполне осмысленным голосом, когда я приблизился. — Сами великие духи предков послали мне тебя перед смертью.

— А можно пропустить вводную часть? — проворчал я, вспоминая, что степняки могут быть очень многословными. — Ты ранен, смотрю…

Я кинул взгляд на коняшку, который только самую капельку перерос обычного осла, и заметил, что у того одна нога у копыта тоже замотана окровавленной тряпкой. Скользнул взглядом по примятой траве и сразу определил, что в нескольких шагах отсюда пару часов назад развернулась схватка. Там и сейчас валялись два трупа нежити, похожей на шестиногих ящериц, размером со среднюю собаку.

А старикан-то молодец. Убил двух тварей, но те к несчастью успели укусить его самого, а самое плохое и коня. Вот и пришел бы шаману конец, если бы мы мимо не проезжали. Я махнул рукой Жарре, чтобы она подъехала на фургоне поближе, и проворчал:

— Смерть откладывается, уважаемый.

— Ты не понимаешь, о доблестный воин-чужеземец, — продолжил гнуть свою линию шаман. — Я не могу идти, и коня бросить не могу. А скоро здесь будут другие твари из стаи, чьи разведчики напали на меня. Поэтому тебе надо уходить, чужеземец, но прошу оказать мне последнюю услугу. Возьми мой бубен. Он непростой!

Старик выдохся от своей речи, поэтому умолк, пытаясь отдышаться, а я иронично проворчал:

— Ну да, кто же видел простой бубен шамана.

— Нет, этот совсем особенный! Это знаменитый Великий Бубен Зла. И он должен оставаться целым, потому что если он будет уничтожен или повреждён, то ко всем людям придёт великая беда.

— Прямо ко всем-всем? — удивился я.

— Ну ко всем степнякам, — старик уселся поудобнее, взял бубен в руки и протянул мне. Я желания брать инструмент не выразил, а только скептически приподнял бровь, и шаман тихо добавил. — Ну как минимум к людям моего стойбища.

— Ну а мне тогда куда упёрлось это счастье? — пожал плечами я, краем глаза наблюдая как со спины ко мне подошла Жарра.

— Возьми Великий Бубен Зла, о чужеземец! — пафосно заявил шаман. — За это я отдам тебе шесть золотых монет, которые есть у меня, и младшую правнучку в жёны, если ты доедешь до моего стойбища. Да даже если и не доедешь, её привезут туда, куда ты скажешь.

Я только энергично помотал головой, просто представив себе, что мне вот так, на полном серьезе, привезут какую-то девицу. Причём не просто так, а чтобы та стала моей женой.

— Давай так, старик, — вступила в разговор Жарра, сразу считав мои эмоции. — Я могу взять у тебя бубен хоть бесплатно. И правнучка твоя никому тут не упёрлась.

— И что ты сделаешь с бубном? — заволновался старикан. — Помни, что в нём уже десять тысяч лет сидит страшный демон, который, если освободить его, уничтожив или повредив бубен, принесёт неисчислимые бедствия в мир.

— Да ну! — усмехнулась магичка. — Я уже наколдовала видение аур на твой бубен и могу предложить свою версию. Бубен действительно старый. Лет триста ему. И пока кожа какой-то нежити, которая на него пошла, была свежей, в неё подселили мелкого беса. Если бубен сжечь или порезать, то бес действительно освободится. И если у него будут хоть какие-то силы, что далеко не факт, то он может успеть обматерить тебя, ну или плюнуть на голову. На большее его точно не хватит. А потом он развеется и вернётся в свой бесовской астрал, где их миллиарды.

Шаман выпучив глаза смотрел на девушку, выдавшую такую речь, наконец чуть пришёл в себя, показал растопыренную пятерню и спросил:

— А лими… миляярд этот ваш, это сколько, ежели в руках считать?

— Боюсь, что рук всех людей в мире не хватит, — спрятала улыбку Жарра. — Так что давай свой бубен, и я его сожгу без всяких последствий для твоего стойбища, где бы оно ни находилось.

Но шаман тут же прижал бубен к груди и заявил:

— Не отдам его тебе, о дочь демонов! А отдам только чужеземному воину, который говорит со мной на понятном языке, — старикан кивнул на меня. — И бубен должен сохраняться целым, чтобы беда не пришла в мир. И правнучка моя будет справедливой ценой за его обещание.

Я только головой покачал, прекрасно понимая, что так торговаться мы здесь можем хоть до вечера, так что окинул ещё раз взглядом окрестности и проворчал:

— Короче! Бубен оставь себе, как и правнучку. Мы сейчас погрузим тебя вместе с конём в телегу. А дальше… Искать ваши стойбища, которые конечно же сейчас откочевали далеко на юг, мы не будем, но отвезём тебя в Багент. Там я заплачу за комнату в трактире, да и за лечение тебя с коняшкой, и спокойно отлежишься. За это время отряд западных рыцарей подчистит нежить, и ты через недельку сможешь вернуться.

Старик только вздохнул, но важно произнёс:

— Благодарю тебя, о благородный чужеземец. Не столько за себя, сколько за моего скакуна, который прошёл со мной тысячи миль по нашим степям. А бубен я тебе всё-таки попробую всучить вместе с правнучкой, потому что ты сам не понимаешь, от какого счастья отказываешься.

Я решил, что старикан уже заговаривается. Ну да! Такое нести. Так что поднял шамана и запихнул в фургон, скомандовав смотревшим на нас во все глаза принцам отволочь его в переднюю часть повозки.

Затем хоть с трудом, но поднял коня, и тоже засунул в фургон. И эта демонстрация силы вампира сопровождалась хихиканьем Жарры, которую, впрочем, развеселили скорее взгляды подростков. Ну да. Конь хоть и мелкий, но килограмм триста в нём было.

Мы выехали на дорогу, но не успели даже разогнаться, как на белые плиты вдруг вылетела стая некро-ящериц, та самая, парочку из которых и одолел шаман. Те шли по следу своих разведчиков, но совсем немного не успели.

Я нисколько не боялся этих тварей, так как это простая нежить, можно даже сказать — безобидная. Но это в сравнении с реально опасными монстрами из середины Проклятых земель. Я их раньше не встречал, но читал про многих, и запомнил главное — именно эти твари быстрые, но не прыгают, и укусить своими очень сильными зубами могут только на высоте максимум метр от земли. Соответственно, в случае встречи с ними лучше всего забраться на дерево, но просто сидеть не рекомендуется, потому что ящерки могут довольно быстро перегрызть ствол любой толщины. Сейчас же мы все в повозке, и можно в расслабленном режиме перебить всю стаю.

Но через минуту я понял, что здорово недооценил противника. А именно, когда одна из тварей прямо на ходу вцепилась в колесо, сделала с ним пару оборотов, и только потом оторвалась и покатилась по белым плитам. Но к сожалению, и колесо пострадало, что я определил по паре крупных щепок, оставшихся на дороге… И ещё я подумал, что сам же только что вспоминал, что дерево, на котором сидит их возможная пища, для этих ящериц не преграда.

Да и если они приноровятся кусать моего голема за нижнюю часть ног, то и ему рано или поздно перегрызут что-нибудь. Тот хоть не деревянный, но кто этих некротварей знает, вдруг сообразят атаковать Рыдвана.

— Уничтожаем всех скорее! — крикнул я Жарре.

Магичка ответила мне воинственным воплем, после чего выглянула из-за заднего полога фургона, и до меня донёсся сплошной треск боевых заклинаний. Из всей стаи мне достался только один мелкий монстр, который нацелился было на переднее колесо, но я наклонился на скамейке кучера и достал его мечом, одним ударом разрубив напополам.

Я заглянул внутрь фургона и посмотрел на принцев, которые сидели вдоль одного борта, сжимая в руках кинжалы. Лунк сидел у противоположного борта, а шаман спал, усыплённый вместе со своим конём магичкой.

Затем остановил взгляд на бубне и попросил Лунка подать мне его. Покрутил в руках и несколько раз легонько стукнул пальцами в потемневшую от времени кожу инструмента. Бубен отозвался низким гулом, а затем у меня в голове зазвучал голос:

— Эй! Хватит стучать! Я готов ответить на твои вопросы, шаман!

— Хм… — мысленно ответил я, не придумав ничего более умного.

— Эй! Ты не шаман! — снова зазвучало у меня в мыслях. — Или ты теперь новый шаман? А старик где? Его наконец сожрали? А почему бубен не сожрали?

— Никого не сожрали, — ответил я. — И со стариком ты скоро воссоединишься.

В голове у меня раздался отчётливый стон, а затем и просьба прозвучала:

— Слушай! Давай договоримся! Ты уничтожаешь бубен, а я… Ну я что-нибудь для тебя сделаю.

— Что именно? — заинтересовался я.

— Всё что угодно после того как ты уничтожишь бубен! Его можно или сжечь, или порезать на куски.

И я отчётливо понял, что демон, заключённый в этот инструмент, врёт. Поэтому задумался и спросил:

— А если сначала услуга от тебя, а потом освобождение?

— Э-э-э… - замялся дух. — Пока я сижу здесь, я могу только отвечать на вопросы.

— Ну расскажи мне, как иномирянин может получить душу, — решил воспользоваться моментом я.

Настала тишина, которую я прервал парочкой ударов по коже. И тут же мне ответил отчаянный вопль:

— Не стучи! Ты не понимаешь! Это для тебя звук тихий, а я как будто внутри колокола оказываюсь. И я думал как тебе ответить. Ладно! Слушай! Я не могу ничего тебе рассказывать, потому что ничего не помню. Но ты можешь задавать мне конкретные вопросы. И если у меня всплывёт в памяти что-то, то я тебе отвечу.

— Именно так ты помогаешь шаману?

— Да! Стараюсь! Но откуда мне знать, на каком пастбище будет трава лучше? Вот и не можем мы договориться. Спрашивай что-то, что может знать дух дайлиали.

— А ты дух дайлиали?

— И да, и нет, - мгновенно ответил бес. — Я помню, что оба ответа и верные, и не верные.

— Ты осколок духа дайлиали?

— Да! — в этот раз голос беса звучал даже радостно. — Вот правильный вопрос и правильный ответ. Мне даже самому интересно стало.

— Что ты знаешь про души людей? — попробовал новый заход я.

— Ничего!

— Дайлиали могут делать души д ля людей?

— Да!

— У кого из живущих сейчас дайлиали можно попросить сделать душу?

— Вот докопался, - прошипел бес. — Проще вопросы задавай. Откуда мне знать, кто из наших сейчас живёт. Я не могу знать миллионы дайлиали.

Я кивнул, поняв, что если из этого духа и удастся что-то вытянуть, то с очень большим трудом. И он невольно ответил на незаданный вопрос. А именно, что этот бес не в курсе, что дайлиали осталось в мире всего несколько десятков. Скорее всего его убили ещё когда их были миллионы.

Что ж… Вряд ли я узнаю от этого беса что-то из современности. А древняя история и тайны мироздания — вещь, конечно, интересная, но не факт, что осколок сознания древнего мага сможет такие ответы дать.

Тут мои размышления прервала Жарра, которая крикнула мне из задней части фургона:

— Что-то я переборщила с магией. Выбросы энергии заклинаний почувствовали монстры куда посерьезнее тех ящериц. Гони!

Я выглянул из-за тента, всмотрелся назад и увидел облака пыли чуть в стороне. А затем и заметил несколько тварей, которые мчались на двух ногах и напоминали помесь страуса с тираннозавром. И рост они взяли явно от вторых — метра так четыре.

Стая здоровенных нежитей может впечатлить любого, поэтому я бросил бубен на спящего шамана и погнал Рыдвана на максимальной скорости. Впрочем, гнать, привставая на козлах и щёлкая кнутом, в случае когда в повозку запряжен голем, совершенно бесполезно. Я дал команду двигаться максимально быстро, и Рыдван тут же разогнался километров до сорока в час. И собственно всё. Я даже мог вообще бросить вожжи. Голем без лишних команд прекрасно держался на середине дороги.

А вот дальше бой пошёл по уже стандартному сценарию. Монстры, двигаясь только ненамного быстрее фургона, медленно догоняли нас, еще и растянувшись в цепочку, и Жарра поочередно награждала их огненными шарами, которые сильными разрывами сбивали преследователей с ног, ещё и ломая тем кости. Очень неправильный способ борьбы с нежитью, потому что та оставалась при своей нежизни. Но у нас было маловато сил для качественного истребления тварей. Но в любом случае, быстро повреждения те не зарастят, а значит отряд рыцарей, который должен будет заняться зачисткой степного участка Кольцевой дороги, легко с ними справится.

Мы даже успели закончить с напавшей на нас стаей до конца степи. И Рыдван не растратил свой запас маны, хотя нам и пришлось остановиться на два часа, чтобы магичка смогла подзарядить голема.

А затем мы достигли края степи, которая километровым обрывом переходила в пустыню. Я уже не раз любовался замечательным видом, а вот мои спутники ещё не видели такого великолепия.

Мы даже остановились на несколько минут, чтобы все смогли насладиться видом частично каменистой, частично песчаной пустыни. И огромным городом Багент, который занимал изрядную часть пустыни, примыкая к Кольцевой дороге. Вдобавок здесь вдоль дороги стояла крепостная стена на всём протяжении.

— Много слышала про Багент, — произнесла Жарра, стоя рядом со мной, — но никогда бы не подумала, что он так красиво выглядит с высоты.

— Внутри тоже ничего, — улыбнулся я. — Хотя и частично. Есть целые кварталы, состоящие из огороженных глиняными стенами домов с плоскими крышами. И если в других кварталах выпячивают богатство, даже если его нет, то в этих создаётся впечатление, что люди нищенствуют. Ну и кроме прочего, багентцы не любят иностранцев. Точнее, считают их всех ниже себя, и не стесняются это показывать. Так себе город для жизни. И это если не считать невероятной жары.

Девушка оказалась вполне удовлетворена моим описанием, и просить заехать в город на несколько часов не стала, хотя поначалу кажется хотела.

Глава 21

Мы спустились из степи в пустыню по гигантскому рукотворному пандусу, высотой в километр и длиной в четыре. А внизу нас остановил пост кого-то вроде пограничников. Я заранее приказал принцам спрятаться в тайнике, но не опасаясь чего-то, а не желая вызывать лишних подозрений. Я-то с Жаррой и Лунк были наряжены в одежду, положенную бардам, как скопом называют всех представителей свободных профессий, а принцам я такого даже предлагать не стал. Им очень невместно изображать циркачей, а значит попадаться на глаза представителям властей им точно не надо.

На посту наш фургон осмотрел еле двигающийся от жары и от природной лени десятник, и потребовал заплатить серебряную монету за въезд во владения Солнцеликого султана. Но тут я уже возразил, недовольный самоуправством стражника. Дело в том, что Кольцевая дорога не принадлежит никому, а значит брать плату за проезд по любому её участку нельзя.

Совсем не доблестный страж сначала покивал, а затем проворчал что-то насчет того, что циркачам не стоит так умничать, и помахал рукой. Из башни вышли четверо солдат, и я понял, что сейчас придётся драться.

Но пока те дошли до нас, я пять раз произнёс «Спите!», и те действительно уснули, попадав на песок. Они и так уже почти спали на ходу, и для моего умения вампира справиться с ними оказалось вполне по силам. Сам десятник уснул прямо на плитах дороги.

— Ого! Даже не думала, что умение вампира усыплять может подействовать на солдата, когда тот на службе, — шепнула мне на ухо Жарра.

И именно шепнула, потому что за нами конечно же наблюдали и все пять принцев, и Лунк. Ну и пусть. Так-то они все должны решить, что солдат усыпила магией Жарра. А что не делала никаких жестов, так это вовсе не обязательно при использовании магии мысли.

Мы продолжили путь, и потеряли только четверть часа, заехав в трактир, или караван-сарай, как их здесь называют. Тот стоял за городом, но и за стеной, огораживающей Проклятые земли. Там мы разбудили шамана и оставили лечиться. И его коня тоже, конечно же. Причём когда я занимался выгрузкой, хоть и не крупной, но всё-таки лошади, выскочил хозяин трактира и принялся кричать, что я «настоящий богатырь» и мне надо выступать в национальных багентских состязаниях по борьбе. Естественно я даже ничего отвечать не стал. Ещё не хватало конкурировать с их борцами за внимание немолодых дам.

Дальше мы проехали через пустыню по несусветной вечерней жаре, и уже на закате через длинный тоннель под горами попали в земли амазонок. Я ожидал кучу вопросов от дежурящих в башне на границе их земель воинственных дам, но нет, в этот раз они только окинули наш фургон взглядами из бойниц, и никто даже не вышел.

Так что я проехал ещё немного, и около встреченного прямо у дороги водопада, образованного крошечной, сбегавшей с гор речушкой, устроил привал на пару часов, чтобы все смогли помыться после путешествия по пустыне.

Дальше мы ехали ночью, и на нас даже выскочил одинокий скелет. Но я даже будить Жарру не стал, а сам спрыгнул на дорогу и слегка размялся, убив нежить. И это было всё приключение. Уже ближе к полуночи мы попали в джунгли Шаньшаня, и до утра ехали по верещащему на тысячи голосов лесу.

А вот утром, когда мы приблизились к обширной поляне, на которой я несколько месяцев назад вернул шаньшаньцам слона, нас поджидало очень неожиданно зрелище.

Жизнь на поляне кипела. По периметру стояло несколько десятков хижин из бамбука, а в середине поляны строилось что-то очень большое. Из плит камня чёрного цвета. А когда я разглядел двух молодых парней, чуть ли не подростков, которые деловито командовали стройкой, то тут же сдвинул шляпу на глаза и пояснил удивлённо посмотревшей на меня Жарре:

— Я тут немного начудил, и меня назначили на должность алай-гуру. Это такой авторитет для крестьян.

— И что? — нахмурилась магичка, пока ничего не понимая.

— Эти двое парней из той троицы, которая напросилась ко мне в ученики.

— Что? Серьезно? — чуть не расхохоталась девушка.

После чего ловко соскочила со скамейки кучера и подошла к начальникам строителей. Минут пять говорила с ними, затем вернулась, и я послал голема вперёд. А Жарра похихикала и принялась рассказывать:

— Спросила у этих ребят. Они действительно старшие ученики великого алай-гуру Дима Катана. Третий сегодня в каменоломнях, руководит заготовкой стройматериала. Могу поздравить, Дим, у тебя теперь более тысячи последователей, и они кроме основного занятия по кручению хвостов коровам, решили соорудить в твою честь храм.

— Они несчастным коровам эти хвосты не оборвали? — проворчал я, пытаясь осмыслить новость.

— Нет, не оборвали. И они даже не ищут коров, что поначалу было для них проблемой. Но теперь крестьяне сами зовут твоих последователей, чтобы приобщиться к великой мудрости алай-гуру. Но слушай дальше. Твой храм будет без украшений из золота и драгоценных камней, отличаясь от храмов безымянного бога шаньшаньцев и его дочерей. Ведь алай-гуру — само воплощение скромности и справедливости. Но храм строят из чёрного камня. А знаешь почему?

— Ну? — буркнул я, прерывая картинную драматическую паузу.

— Потому что ты воплощение тьмы! Представляешь, Дим, ты назначен местным народом на роль лидера тёмной стороны. А всё потому, что они знают, что ты вампир. Их сразу просветили некоторые из жрецов, хоть и не должны были. Но когда здесь стало известно, что именно ты увёл дочерей бога, то эта новость быстро расползлась по всему Шаньшаню.

— Офигеть! — только развёл руками я. — Нежданно попал в тёмные властелины.

— Ну в данном случае «тёмный» вовсе не синоним «злу», — снова похихикала магичка. — Они как рассуждали. Повелитель света безымянный бог тратит свои силы на покровительство высшим кастам — оборотням, жрецам и воинам. Ещё немного перепадает торговцам с ремесленниками. А низшая каста, крестьяне, оказалась обделена его сиянием. Вот и явился к ним тёмный алай-гуру. Добрый и справедливый.

— Ну хоть так, — несколько успокоился я.

— А теперь неожиданные выводы. И уже лично мои. Благодаря поклонению тёмной стороне божественной магии, твои последователи легко борются с нежитью. Нет, они нисколько не союзники со скелетами и зомби, как можно было бы предположить. Даже более того, именно они приступили к очистке ближней части Проклятых земель. И их вера помогает им уничтожать нежить. Также как жрецы Пресветлого могут наносить удары светлой божественной силой, так эти ребята могут бить тьмой, и нежить к ней даже более чувствительна. Она не готова к таким атакам. Это довольно сложная теория… Я учила только краем. Недаром же некроманты могут тьмой подчинять нежить. А твои последователи вместо подчинения её уничтожают.

Я кивнул, правда пока мало понимая, а Жарра продолжила:

— Второй вывод. Когда ты случайно атаковал меня непонятным заклинанием, это была атака именно божественной магией. Ты можешь её применять, а так как священный жест у твоих последователей — круг, то круговым движением ты можешь её активировать. Но будь осторожен. Последователей у тебя пока маловато, поэтому и запас божественных сил очень скромный.

— Проще говоря, эти парни намолили мне как лидеру их секты божественную силу, также как прихожане в церквях намаливают силу и себе, и пардиям, — подвёл резюме я.

— Именно! — уже во весь голос рассмеялась девушка. — А ты не хочешь явиться к своим последователям и воодушевить их на свершения?

— Не в этот раз, — проворчал я. — Я же просто послал ко всем чертям этих троих тогда. И сейчас я не готов серьезно отнестись ко всему этому. Вот обдумаю на досуге, тогда можно будет и навестить… храм…

— Ты говоришь как настоящий мудрый алай-гуру, — кивнула магичка. — И очень скромный. Так что крестьяне в тебе не ошиблись. А вот жрецы могут строить козни, имей в виду. Конкурентов они очень не любят.

Я только плечами пожал, и дальше мы некоторое время ехали молча, каждый думая о своём.

Еще через пару часов мы достигли гигантского моста через морской пролив, и я очень задумчиво осмотрел маленький городок ведьм на острове. Я с этими тварями враждую, и может сейчас стоило бы нанести удар по их логову, пользуясь случаем, что со мной едет очень сильная магичка. Но я хорошенько подумал, и решил так не делать. И не потому что боялся не справиться. Я думаю, что этот крошечный городок Жарра могла бы если не разрушить, то уж поджечь точно.

Но с другой стороны, кроме двух-трёх десятков оставшихся сильных и злобных ведьм, там еще обитают более сотни ведьм намного слабее, плюс мужья всех. И хоть вся эта кодла и слова доброго не заслуживает, но если они не убийцы, то мне их уничтожать явно не стоит. А то действительно стану каким-нибудь тёмным властелином. Достойным храма из чёрного камня. А ведь от тьмы к злу путь короткий. Хотя и от света он не сильно длиннее, если судить по почти всему руководству и большей части пардиев церкви Пресветлого.

Но пока ехали по мосту, я придумал шикарный план, как спровоцировать атаку на нас. И атаковать будут уже именно те ведьмы, которых уничтожать надо обязательно. Я попросил Жарру уйти внутрь фургона, а к себе на скамейку кучера позвал Лунка, который для экономии сейчас использовал зелье, меняющее цвет кожи, только на лицо и кисти рук. Приказал ему замотать лицо шарфом, а рубашку расстегнуть. И когда мы достигли городка, то я, точно зная, что за нами наблюдают, остановил Рыдвана и с Лунком подошел к краю моста, вроде как осмотреть город.

И ведьмы совершенно точно увидели своего врага Дима из Лорденики и рядом с ним мальчишку-эфили, что легко было понять, посмотрев на грудь и живот парня, которые сияли идеально голубым цветом между распахнутых пол рубашки. Главное, чтобы принцы в фургоне этого не заметили. Посвящать их в то, что наш с Жаррой слуга принадлежит к расе эфили, точно не стоит.

Налюбовавшись на городок, состоящий из одного кольцевого дома, а главное продемонстрировав себя, мы сели обратно в фургон и продолжили путь. Я как обычно правил Рыдваном, а все остальные сидели под тентом и выполняли мой приказ внимательно смотреть через щели на небо, чтобы не пропустить атаку.

И уже через четверть часа началось.

— Сзади приближаются двадцать семь ведьм, — доложила мне Жарра, потирая руки. — Летят кучно, поэтому я сначала шибану разрывным шаром в центр их стаи. Убить вряд ли кого смогу, но многих собью на землю.

— Отлично, — кивнул я. — Лунк! Садись на козлы и управляй Рыдваном, чтобы он бежал зигзагами. Старайся по плитам дороги, но если кустов рядом нет, то смело выезжай на обочины, чтобы делать зигзаги пошире. Это чтобы если ведьмы будут обстреливать фургон, труднее было попасть. Жарра стреляет из-под тента, а я спрыгну и буду ловить тех, что будут сбиты на землю.

А уже через минуту, когда тесная толпа летящих на мётлах ведьм приблизилась метров на триста, Жарра пульнула огромным огнешаром, который разорвался почти в середине стаи. Я тут же спрыгнул на дорогу и помчался к сбитым ведьмам. Остальные орали как сумасшедшие и конечно же разлетелись по всему небу.

Дальше Жарра постреливала слабыми шариками огня по тем, которые приближались к фургону, но таких было мало. Но это и хорошо. Я больше всего опасался, что какая-нибудь склянка с едким зельем попадёт в фургон и натворит бед.

Я же быстро рубил падавших на землю ведьм, уворачиваясь от обстрела, что с моей вампирьей скоростью и ловкостью особой проблемы не составляло. Схватка вышла горячей, но довольно короткой, и по её итогу три ведьмы улетели обратно к городку, а три вперёд, явно к жилищам их заклятых дружков — колдунов из башен.

И получалось, что двадцать одну ведьму мы уничтожили. Отличный бой! Я не поленился пробежаться и посчитать убитых, аккуратно отрубая каждой голову, чтобы не поднялись личами. Ещё я собирал ножи. Ведьмы обычно ничего ценного с собой в свои полёты не брали, кроме ножей. Но каждый был очень дорогим. Или из магически изменённых рогов животных, или из кристаллов, в крайнем случае просто богато украшенная золотом и драгоценными камнями сталь.

Правда я нашёл только девятнадцать ведьм, а значит две, будучи сбитыми, затаились. Спаслись от смерти. Ну ладно. Девятнадцать тоже очень хорошо. И можно считать, что город ведьм лишён почти всех своих опасных обитательниц, и сможет восстановить силы только лет так через пятьдесят.

Мы продолжили путь, и я обратил внимание, что принцы смотрят на меня с Жаррой как на, ну пусть не богов, конечно, но на невероятных героев. Ещё бы! Им на всю жизнь хватит воспоминаний, как они видели бой сильнейшей магички и непонятного воина, обладающего невероятной силой и ловкостью, аж с целой толпой очень опасных ведьм. Я даже заподозрил, что эти подростки могут догадаться, что я вампир, но вроде бы нет, не сумели сопоставить факты. А мои способности скорее всего списали на магические зелья.

К обеду мы достигли башен учёных-колдунов. Или, может быть правильнее, чёрных магов. Я опасался, что нас ждёт засада, но нет. Когда мы доехали до первой башни, Жарра послала поисковые заклинания и с удивлением произнесла:

— Башни пустые. Похоже колдуны испугались и решили где-то спрятаться.

— Может стоит обшарить? — задумчиво произнёс я, оглядывая жилища магов, совмещённые с лабораториями.

— Думаю что бесполезно. Всё унесли, — пожала плечами магичка. — Я не смогла обнаружить ничего магического внутри. Да это и логично. Время у этих типов было, и они всё ценное унесли.

— Ну что ж… — проворчал я. — Было бы слишком много счастья для одного дня.

— Ну немного счастья я попробую ещё организовать, — засмеялась Жарра.

После чего прошептала заклинание, явно помогая словами мысленному усилию, и послала в основание первой башни тёмно бордовый сгусток. Грохнуло здорово, а затем башня начала оседать, сначала медленно, а затем уже и быстро, с грохотом рассыпавшись грудой камней.

— Эти башни с тонкими стенами. Довольно непрочные, — прокомментировала девушка. — Их укрепляли магией, но артефакты тоже унесли. Вот я и могу их легко разрушить. Жаль только, что на шестнадцать оставшихся башен у меня уйдет не менее четырёх часов. Очень уж мощные заклинания надо использовать.

— Значит подождём, — окинул взглядом фронт работ я. — Ты молодец!

— Буду подтверждать прозвище Жарры Доброй, — зло сверкнула глазами магичка.

В следующие часы девушка подкапливала ману, затем колдовала очень сильное разрывное заклинание и била им в основание башен. Стоящие дальше оказались прочнее первой, и на них уходило по два удара. Но это поначалу. Затем Жарра нашла правильную точку удара и рушила жилища зловредных магов с одного выстрела.

Я же взял на себя охрану, и расположившись на матерчатой крыше фургона осматривал окрестности, чтобы хозяева сносимого поселения не явились. Но, вопреки ожиданию, колдуны напасть не пожелали. Не решились вступить в бой. Ну и ладно. Надеюсь, что им не удастся легко обустроиться где-нибудь неподалеку. А нигде в населённых местах таких тварей терпеть не будут.

Но наконец, когда время уже шло к вечеру, мы смогли продолжить путь. За сутки проехали и таёжные места, которые порадовали нас глубокой холодной осенью, но по крайней мере комаров было мало. Затем быстро проехали по уже заснеженной тундре, и там я надеялся встретить знакомого мне йети. Да, можно сказать, что знакомого. Поначалу он гонялся за мной, потом я за ним, а сейчас была надежда, что он кинется на фургон, и тут уж мы с Жаррой убежать ему не дадим. Но нет, чёртов монстр даже не показался, вероятно посчитав фургон с непонятным количеством народа внутри не стоящей риска целью.

После тундры мы миновали территорию свободных баронств, утопающую в богатых красках золотой осени. И уже пришлось держать ухо востро, потому как здесь даже встречались города, стоящие почти на Кольцевой дороге. А значит нашим спасённым принцам никому на глаза показываться не стоит. Соглядатаев среди местных жителей более чем достаточно.

Глава 22

После баронств мы проехали Лорденику, и наконец к вечеру достигли границы Салацкого княжества, где правят оборотни. А ещё здесь живёт одна оборотница, с моим отношением к которой я никак не могу определиться. Точнее, отношение это я могу охарактеризовать как любовь, но какую-то странную. Это я для себя уже уяснил. Я бы хотел видеть Селену среди своих девушек, но она на роль «одной из многих» категорически не согласна. Вот собственно и причина конфликта. По хорошему, мне уже стоило бы признать, что у нас ничего путного не получится, и нечего полоскать мозги девушке.

Впрочем, я уже и не делаю попыток как-то наладить с ней отношения, так что решение, получается, принято. Я свободолюбивый вампир, и осесть на правах мужа оборотницы в Салацком княжестве, где меня согласны терпеть, не хочу. И это если не учитывать планов Верховной жрицы Луны, которую поддерживает брат-князь, на выведение породы супер-оборотней, для чего нужен вампир — одна штука, и оборотница, можно одна, а лучше две, главное, чтобы с древней кровью. И таких здесь именно две. Две двоюродные сестры, две Селены.

А ещё все эти планы здорово усложняют мои путешествия мимо Салаца. И даже объехать этот участок дороги по Проклятым землям не вариант. Местность здесь на небольшом участке очень уж неровная. Вся в оврагах, обрывистых холмах и скалах, это если не говорить об иной раз очень густых лесах.

И предчувствие надвигающихся неприятностей особенно усилилось, когда я заметил целый посёлок за частоколом, построенный на границе Салаца. Раньше здесь было пусто, затем построили бревенчатую башню с одним пристроенным домом, а теперь добавили ещё пяток домов, и обнесли всё частоколом. Вот такой крошечный посёлок пограничников, хотя нафига он вообще нужен, я не представлял. Но иной раз закрадывалась мысль, что одной из целей было поймать меня. А потом князь оценил удобное место, куда можно под благовидным предлогом выселять тех, кто вроде ничего плохого не сделал, но в столице стал нежелательной персоной.

Сейчас при приближении нашего фургона из ворот вышли два дружинника, старый со значком десятника, и молодой, и встали поперек дороги, очень доходчиво показав, что нам надо остановиться. Я окинул взглядом доспехи, здорово напоминающие древнеримские тем, что ноги и руки вояк остаются голыми. И такую странную защиту здесь носят потому, что её можно очень быстро скинуть. А дальше дружинник обернется в огромную собаку, которых они сами называют волками. И станет многократно сильнее даже самого лучшего человеческого воина.

Я ещё раз окинул взглядом парочку, преградившую путь, затем перевел взгляд ещё на три головы в шлемах, выглядывающие из-за частокола, и изменил своё мнение, что сюда высылают неугодных. Среди дружинников князя если такие и есть, то один-два, но никак не пятеро. А значит здесь серьезный пост.

Я перевёл взгляд на Жарру, и та подмигнула мне в ответ, прошептав одними губами:

— Похоже нам предстоит драка. Вот прям задницей чувствую. Я-то смогу утихомирить этих бугаёв в любой ипостаси, но только если ты сумеешь меня прикрыть хоть на минуту. Они обучены драться с магами, и после первого заклинания атакуют меня с четырех сторон. Нет, за спиной у меня фургон, так что с трёх. Я смогу отвечать только одному за раз, а два направления надо прикрыть тебе. Сможешь?

— Смогу, — кивнул я. — Только постарайся никого не убить.

— Это само-собой, — кивнула Жарра. — Хотя хвосты им поотрывать стоило бы. Ты только посмотри на эти морды! Столько самоуверенности во взгляде даже у королей не встретишь.

Я лихорадочно размышлял и наконец придумал кое-что на предстоящую схватку. Но времени самому готовиться не было, поэтому я незаметно шепнул в фургон:

— Лунк! Достань из моей сумки метательные ножи с бороздками и смажь все зельем из бутылочки с номером девять. И будь готов подать их мне как скажу.

Зелья приготовила Жарра ещё перед началом операции, и вот настало время одним воспользоваться. Зельем, которое может надёжно усыпить противника, если попадёт напрямую в кровь.

После этого я слез с телеги и пошел вперёд.

— Представьтесь, — лениво протянул молодой дружинник. — Кто и куда.

— Дум Акробат, — ляпнул первое, что пришло в голову я. — Со мной женщина и шесть подростков. Едем из Лорденики на юг…

Старший просто кивнул, а вот младший как-то очень недобро усмехнулся. И я вдруг понял, что здорово прокололся. И я же даже догадываюсь, что у этих типов за воротами сидит один в ипостаси волка, и тот нюхом прекрасно различает всех нас, потому что ветер как раз восточный, то есть от повозки к форту.

И ведь я именно что-то такое и предполагал, не став скрывать количество людей в фургоне, и не пытаясь прятать принцев в тайник. Но не учёл, что лошадь эти чёртовы оборотни не чувствуют, а значит возник огромный вопрос, что же у нас стоит между оглоблями.

— Ладно, — проворчал тем временем главный. — Зайди в форт. С тобой хочет поговорить один человек.

— Спасибо, но нет, — усмехнулся я. — Ваш человек может и сам выйти.

Настала минута тишины. Я не мог понять, с чего это оборотни такие терпеливые, но вдруг заметил, что те незаметно считывают какие-то знаки, которые им подают из башни. И уже стало окончательно понятно, что драки не избежать, но я всё равно не хотел нападать первым. Не хочется оказаться зачинщиком схватки, а первый удар я сумею отбить в любом случае.

И тут из ворот вышла очень хорошо знакомая мне девушка. Селена Чапага. Непокорная дочка боярина и двоюродная сестра моей Селены. Причём эта из сестёр скорее вредная, чем добрая. Но умная и храбрая. По крайней мере она набралась смелости, чтобы уйти от папаши, и вдобавок исхитрилась возглавить внешнюю разведку княжества. Точнее она её и создала, несмотря на возраст в двадцать лет. И разведка даже худо-бедно работала, а для средневековья так просто великолепно.

Но сейчас я обратил внимание, что девушка хоть и одета в дорогой брючный костюм, который можно с натяжкой отнести к воинскому, но без цепи со знаком княжеского десятника на шее, которую всегда носила с огромным удовольствием.

— Привет, Дим! — чуть ли не промурлыкала Селена, приблизившись. — Что ж ты не захотел заглянуть в гости? Нет, мне нетрудно и самой выйти к тебе, но… Я просто не хотела тебя компрометировать. Ты же с девушкой.

Нахалка кивнула Жарре, которая даже не шелохнулась, и продолжила:

— Впрочем, как обычно. Ты здесь проходишь или проезжаешь всегда с девушками. То с одной, то с двумя. Но в этот раз рекорд! У тебя же в повозке сидит шестеро, и наши нюхачи определили их как или подростков, или девиц. Но так как ты в извращениях замечен не был, то рискну предположить, что ты обзавёлся-таки гаремом. Но не бойся, я не буду этого рассказывать моей сестрёнке и твоей невесте Селене.

И понятно было как ясный день, что эта злобная Селена именно что пыталась скомпрометировать меня в глазах спутницы. И скорее всего просто из паршивого характера. Но мне играть в эти игры не хотелось, особенно ожидая драки, так что я проворчал:

— Говори что хотела, да мы поедем.

— Можно тебя на минуточку на конфиденциальный разговор? — вдруг понизила голос девушка. — И не беспокойся, я попрошу дружинников вернуться в форт.

И Селена именно что попросила дружинников, но, похоже, пока говорила ещё и подмигнула им, что я видеть не мог. По крайней мере оба как-то криво усмехнулись и всё-таки ушли. Но не далеко. Встали в воротах. Впрочем это мало что меняет. Оборотни в звериной ипостаси очень быстры, и лишний десяток метров нисколько не уменьшил вероятность драки.

Мы отошли на полсотни метров вперед по дороге, и Селена со вздохом принялась рассказывать:

— Дим! У нас всё плохо. Князь вытурил меня из командиров разведки. Когда понял, что это не игрушки взбалмошной девицы, а полезный отряд, то назначил командиром своего человека, а мне предложил работать под его началом. Ну я поскандалила, конечно. Вот меня и сослали в этот форт. Вроде как командовать, но именно самим фортом. Дружинники мне не подчиняются, так что командую я двумя слугами. Вот такая у меня замечательная карьера.

Девушка кажется ждала от меня сочувствия, но я только пожал плечами, показывая, что принял к сведения. Селена грустно посмотрела на меня, вздохнула и продолжила:

— У сестры дела получше, но не сильно. Она так и распоряжается в нашей мастерской по пошиву белья, но… От нас обеих требуют, чтобы мы вышли замуж за вампиров, которых перенесут из твоего мира.

— Князь совсем берега попутал, — проворчал я. — И его сестра, Верховная Жрица.

— Это да, — обрадовалась девушка на моё проявление эмоций. — Уже двоих мне привозили. Первого я загрызла после минуты разговора, а второй выслушал мою речь о своих куцых правах, после чего сбежал. Он напал на ребёнка и выпил его кровь, хорошо хоть не всю. Но после этого его разорвали даже не волки-дружинники, а простые горожане. А так как узнали, что он явился из крепости Луны, то есть портал открывали жрицы, то и крепость чуть не сожгли. Так… один храм только спалили. А дружинники просто разогнали народ, но даже никого не схватили. Вроде как не смогли, но на самом деле сочувствовали бунтарям. И князь никому ничего предъявить не смог, а вообще сделал морду топором, что он вроде как не в курсе был, что его сестричка учудила.

— Надеюсь ей хорошо прилетело, — усмехнулся я.

— Нет, к сожалению. После этого мы сказали, чтобы нам вампиров-женихов не таскали, ибо у нас есть право самим своей жизнью распоряжаться. Но нам стали вредить. Меня вот разжаловали. Нашу лавку закрыть грозятся. Так что Дим, мы с сестрой решили сбежать из Салаца. И даже несколько швей, которые ещё семьями не обросли, готовы с нами уехать. Вот только куда?

— Если требуется совет, то сразу в голову приходит только Шаньшань, — задумался я. — Там оборотней как грязи.

— Вот только они другой породы. Ты же в курсе, что мы люди, которые обращаются в животных, а они именно животные, которые обращаются в людей.

— По-моему, один фиг, — пожал плечами я. — Разница проявится только после смерти. Вы в любом случае в гробу будете в человеческом обличье, а они в виде животных.

— Да уж… Такого доходчивого объяснения различий между нами я ещё не встречала, — как-то напряжённо хихикнула Селена. — Но суть не в этом. Нас там примут, конечно, но мы будем даже не вторым сортом. Чужаки вне каст. Так что нафиг Шаньшань. Лучше уж где-нибудь в баронствах прятаться. В горах. Но ты же понимаешь… Мы хотим жить полной жизнью!

— А знаешь, что… — уже серьёзно задумался я. — А отправь письмо в Гросан. Там командует инквизицией генерал Зирра. Напишешь ей, что Дим из Лорденики попросил позволить жить вам в этом городе. Деньги у вас есть?

— Есть, — кивнула Селена. — На обзаведение и даже на дом с мастерской хватит. Но Дим! Получается, что ты можешь по сути потребовать немалую услугу от этой дамы-генерала?

— Ну значит и откроете там мастерскую. И да, я могу по сути потребовать таким способом отдать долг, — проворчал я и задумался, что надо бы предусмотреть ещё один момент. — Только ни в коем случае ничего не говорите её адъютанту Филле. Вообще, и пишите именно генералу в собственные руки, и просите принять вас саму Зирру. Без свидетелей.

Девушка кивнула, но по её сверкнувшим глазам я понял, что про Филлу вообще зря стал говорить. Только внимание этой хитрой оборотницы акцентировал. Ну дурак я! Но с другой стороны, Селена Чапага и Филла без всякий сомнений споются. Обе умные, деятельные, хитрые, наглые… так что точки соприкосновения и искать не придётся. А я… Я не могу не помочь моей Селене, которой в том числе и из-за меня устроили в родном городе «весёлую жизнь». Хотя на себя мне не надо наговаривать. Раньше её вообще использовали, не спрашивая её мнения.

Я посмотрел в довольное лицо оборотницы, понял, что разговор окончен, поэтому кивнул и пошёл обратно к повозке. Селена шла рядом, а когда я запрыгнул на козлы, только досадливо прикусила губу.

Но тронуться мы не успели, потому что два дружинника быстро вышли из ворот и опять встали перед нами.

— Всё нормально, — проворчала бывшая командир разведки княжества. — Я уже поговорила, пускай едут.

— Кроме твоей просьбы, — уважительно кивнул ей старший, — у меня ещё есть приказ от князя.

— Что! — взвилась Селена. — Он опять решил заняться сватовством? Неужели не понял, что от его медвежьих потуг только хуже?

— Вас с кузиной это не касается, — усмехнулся вояка. — А тебе, Дим из Лорденики, вместе со всеми спутниками всё-таки придётся поехать в Салац. К князю.

Я незаметно протянул руку за спину, и Лунк вложил в неё перевязь с ножами. Повисла короткая пауза перед уже неизбежной схваткой. И паузу опять прервал старший дружинник, которого похоже распирало от важности порученной ему миссии, так что он довольно произнёс, смотря именно на Селену:

— Видишь ли, несколько дней назад в одной из фракций Церкви Пресветлого возникла хоть и секретная, но очень сильная паника. Кто-то похитил пятерых принцев, которых держали по сути в заложниках. Перед этим какой-то идиот-епископ решил их кастрировать, так что могли и сами сбежать. Но как-то очень уж хитро обманули охрану. А значит им помогли. И знаешь, одним из подозреваемых оказался Дим из Лорденики. Нет, новый командир нашей разведки проверял многих, но угадал именно с этим… вашим дружком. Попробовали искать амулетом с его кровью, но Дим что-то сделал со своей аурой, и поиск точное направление не показывал, а только примерное. Но и этого хватило чтобы понять, что он быстро едет вокруг Проклятых земель. Вот князь и послал меня сюда, проверить, что за спешка. И знаешь, княже угадал! У нас здесь есть один человек, который раньше нюхал вещи двоих принцев. И эти подростки здесь! В фургоне! А князь просто мечтает со всеми похищенными встретиться. Так что… — оборотень уставился уже на меня, — Дим! Ты или добровольно едешь со всей ватагой, или сначала получив по шее.

А дальше всё завертелось очень быстро. Через частокол перемахнули три огромных волка и кинулись к нам. Селена же завизжала:

— Дим! Я не виновата! Я не знала!

Но кроме вопля она ухитрилась и помочь. Кинулась навстречу одному из волков и тот вынужден был затормозить, чтобы не сбить девушку. И ему пока повезло. А вот двоим другим не очень. Жарра воинственно завопила и швырнула между ними в плиты дороги здоровенный огненный шар, кажется такой, которыми она недавно рушили башни. Тот разорвался с оглушительным грохотом, раскидав двоих оборотней так, что те пролетели метров по десять и тряпками покатились по плитам дороги. Но это не надолго, конечно. Скоро оклемаются. Хотя может и не успеют.

Третий волк яростно рыкнул и лапой отбросил взвизгнувшую Селену в кусты. Но и всё, Жарра кинула на него заклинание вязкого воздуха, и огромный монстр принялся с трудом протискиваться сквозь слегка мутную преграду, которая охватила его со всех сторон, и только хвост не попал в зону заклинания, и теперь яростно вращался, так выражая эмоции хозяина.

Я метнул в него нож, смазанный сонным зельем. И нож пролетел без помех, вонзившись в мохнатую грудь, потому что применённое заклинание оставляет воздух проницаемым снаружи. А зелье, оно не подействует быстро, поэтому непосредственно в скоротечном бою мало полезно. Но вот не позволить оборотню преследовать нас — очень даже.

Десятник яростно выматерился и принялся срывать с себя доспехи, сразу оценив, что в человеческой ипостаси он мне нисколько не противник. Молодой дружинник рядом не отставал. Но и я не тупил, а за секунду преодолел разделяющие нас метры и двинул в челюсти обоим. И эти удары отправили вояк в очень качественный нокаут.

— Дим! — завопила Жарра. — Ещё двое с востока!

Я кивнул, уже и сам видя, как энергично колышутся кусты со стороны Проклятых земель. Поэтому кинулся наперерез, догадываясь, что мне надо дать десяток секунд магичке, чтобы наколдовать новые заклинания. Так что выхватил меч и ринулся в бой.

Но против двоих оборотней выстоять даже считанные секунды очень не просто. Особенно доходчиво это понимаешь, когда из подлеска на тебя бросаются два мохнатых монстра, каждый из которых десяток латников раскидает и не запыхается.

И я некстати обратил внимание, что эти оборотни были просто на загляденье. Один белоснежной масти, а другой огненно-рыжей, такой цвет даже на хорошей лисе не увидишь. Первый летел на меня, собираясь сшибить простым таранным ударом, но я подпрыгнул и зацепился за нависавшую над поляной ветку. И такой простой манёвр обманул противника, потому что тот точно рассчитал, где я должен был приземлиться, и даже когтистой лапой махнул. Но я качнулся на ветке и приземлился ему на спину, лицом вперёд.

Второй собрался было подскочить и схватить меня зубами, но белый крикнул:

— Баран! Беги сомни магичку! С этим я и один прекрасно справлюсь.

И тут же покатился по траве, надеясь прижать меня. Но я перескочил сначала на мохнатый бок, по пути рубанув мечом по задней ноге, но неудачно. Густая шерсть хорошо задерживает именно рубящие удары. Нет, я прорубил и шерсть, и кожу, но серьезного урона мышцам не нанёс. Тут надо колоть, и много раз.

Но некогда мне с этим дружинником заниматься. Я извернулся и прыгнул на рыжего, который уже стартовал в сторону Жарры, но достал только кончик хвоста, за который и уцепился. А дальше взмахнул мечом и отрубил роскошный пушистый хвост, можно сказать красу оборотня. Тот взвизгнул и не выдержав унижения, хотел было развернуться и схватить меня зубами, но повинуясь воплю белого: «На колдунью!», снова ринулся к фургону.

А я с трудом увернулся от клацнувших зубов первого оборотня, но тот всё-таки достал меня когтистой лапой по плечу, шутя разорвав прочную кожу куртки и выбив целый веер кровавых брызг.

Жарра тем временем подготовила новые заклинания и сначала накрыла рыжего вязким воздухом, а затем влепила мощную молнию в белого. Я даже испугался, как бы не прибила, так что сначала кинул в каждого по смазанному снотворным ножу, а затем использовал на белом лечебный амулет. А то действительно, протянет ещё лапы, а мне это надо?

Глава 23

Я окинул взглядом наш фургон и заметил, что все принцы выскочили на плиты дороги и стояли ощетинившись кинжалами, не успевая разобраться в перипетиях скоротечной схватки. А вот Лунк поступил куда умнее, он сел рядом с магичкой на скамейку кучера, сжимая в руках топор, и был готов броситься навстречу оборотню, если таковой прыгнет на девушку. Очень опасная тактика, ведь и прибить могут. Или специально, или невзначай. Но сейчас ему повезло, потому что противники закончились.

Я сбегал до нокаутированных противников, да и раскиданных первым взрывом оборотней, которые только начали приходить в себя, и во всех потыкал ножами с сонным зельем. Заодно и собрал те, которые метал во время схватки. А затем приказал принцам лезть в фургон, а сам кинулся в форт, точно зная, что мне надо. Чуть не взлетел по лестнице в верхнюю комнаты башни, схватил клетку с двумя почтовыми соколами и так же бегом вернулся обратно.

Я уже почти добежал до нашей повозки, когда наперерез мне кинулась Селена, схватила за рукав и шепнула:

— Украденные… э-э-э… взятые соколы сэкономят время, но мало. Есть ещё двое из этого десятка, которые бегут сюда. И один погонится за вами, а второй побежит в Салац. Могут успеть перехватить из столицы по дальней дороге, она выходит на Кольцевую отсюда километрах в сорока.

Я кивнул Селене, затем поднял с дороги почему-то брошенный мною именно здесь отрубленный рыжий хвост, с улыбкой вручил его Жарре, которая такой подарок приняла, но еле удержалась, чтобы не расхохотаться.

Затем я прыгнул на козлы и погнал Рыдвана, но всего-навсего на обычной беговой скорости. Километров двадцать в час. Про вторую дорогу я хорошо знаю, и понимаю, что погоняя неживого коня на максимальной скорости, мы до неё просто не доедем. Энергия, точнее запас маны, у голема закончится намного раньше. А Жарра заряжает его не быстро, да ей надо и беречь ману, на случай если преследователи нас догонят.

А через несколько минут Лунк крикнул:

— За нами погоня!

Я выглянул из-за края фургона и увидел бегущего на расстоянии аж в километр волка. Точнее оборотня, конечно. И этот поступил очень умно. Не приближался, понимая, что один против магички с прикрытием из вампира ничего сделать не сможет, а вот наблюдать за нами он может запросто.

Ну что ж… Проклятые земли на этом участке мне немного знакомы, да и хоть сколько-то пригодны для езды на повозке, так что я выбрал участок поудобнее и свернул на восток. Прямо к нежити, хотя её днём должно быть немного, да и так близко к Кольцевой дороге в основном слабой.

Рыдван бодро потащил фургон по высокой траве и даже мелким кустам, правда трясло нас сейчас просто невероятно. Я сказал Жарре уйти под тент, чтобы не упала со скамейки, а сам вцепился в сиденье обеими руками, только иногда направляя голема.

А через несколько минут оказалось, что я немного ошибся, посчитав такой объезд безопасным. Похоже нежить или слышала грохот повозки, или чуяла слишком большую толпу людей, но начала атаковать нас со всех сторон. Первым выскочил скелет, но неудачно. Сначала попал под копыта Рыдвана, а затем и колеса по нему проехались, раздробив кости.

Затем на нас попытались броситься четверо зомби, но те просто не успели. Скорость у них очень так себе, так что сразу и отстали. А вот через несколько минут на нас вылетел призрак, и очень неслабый. И первым делом он завопил, совмещая акустическую атаку с ударом по душам всех живых. Хотя не всех. Я живой, но души у меня нет, так что только поморщился от мощного давления на уши.

Заглянул в фургон и увидел, что все мои спутники лежат, хоть в сознании, но здорово оглушённые. И не звуком, конечно. Тот вполне переносим, а магическим ударом.

Так что пришлось мне останавливать Рыдвана, дальше спрыгивать на траву и, взяв в одну руку меч, а в другую кинжал, изображать из себя мельницу, очень быстро рубя призрачное тело духа. Оружие сопротивления совсем не встречало, но серебро, щедро нанесённое на клинки, своё дело делало, разрывая магические связи в теле призрака.

Перед тем, как окончательно развеяться, тот издал особенно мощный вопль, но я был готов и даже уши успел закрыть ладонями. Затем потряс головой и постепенно возвращающимся слухом услышал грызню всего метрах в ста за нами.

Сначала подумал, что это преследовавший нас оборотень схватился с зомби, но потом сообразил, что те остались в километре позади. А затем расслышал короткий собачий взвизг, и кинулся на помощь. И очень вовремя. На преследователя напали две очень сильные твари — личи. А эти нежити, как и призраки, не имеют физических тел, плюс колдуют, стреляя отбирающими силы зеленоватыми сгустками и ледяными сосульками, так что оборотень уже почти проиграл схватку. И только то, что личи днём в разы слабее, чем ночью, помогало ему хоть как-то сопротивляться.

Я налетел на личей со спины и быстро порубил их, так же как призрака за несколько минут до этого, только намного быстрее, потому что эти твари куда менее живучи.

Затем подошел к тяжело дышащему оборотню, лежащему на боку в луже крови от ран, оставленных ледяными сосульками, и произнёс:

— Оборачивайся, и прошу к нам, в фургон. А если поклянёшься не вредить, пока не проедем ваше княжество, то и связывать не буду.

И тот сразу обернулся в молодого парня, и уныло побрёл за мной. Я выдал ему запасной плащ, и тот всё-таки произнёс клятву вести себя хорошо. Я не особо верю в клятвы, но тут случай особый. Если этот дружинник всё-таки нападёт на нас, то всё равно одолеть меня не сможет, особенно будучи в ипостаси человека, но князь похвалит, конечно. А вот товарищи ему этого никогда не простят. Даже если ничего не скажут в лицо, но за своего больше считать не будут.

Мы проехали по Проклятым землям километров сорок за три часа, и нападала на нас только нежить, а вот преследователи так и не догнали. Похоже ждали на Кольцевой дороге, и их было не достаточно много, чтобы послать кого-то навстречу. И это вполне объяснимо. Князь, или его боярин, который в курсе этой операции, мог распоряжаться только особо доверенными дружинниками, не посвящая в дело всю дружину. Кто-то ведь точно проболтается, и князь вместо приятных бонусов от участия в судьбе принцев мог получить огромную головную боль от заинтересованных королей и от церковников. Нет, Салац и так вне закона, но и переводить вялое противостояние в активную войну точно не стоит.

Затем мы выехали на Кольцевую дорогу, и я обратил внимание, что наша повозка стала как-то подозрительно поскрипывать и похрустывать. Ну да, так промчаться по бездорожью… И я даже радовался, что циркачи сделали или раздобыли себе такой прочный фургон.

Мы были уже рядом с землями западных королевств, поэтому я отпустил дружинника, даже дав ему одежду, нож и немного денег, чтобы смог нормально добраться до своих. Ещё и клетку с почтовыми соколами всучил. Нам они ни к чему, так что пусть отнесёт птиц обратно. Парень рвался узнать, как сможет вернуть мне деньги и вещи, но я отмахнулся и сказал, чтобы отдал Селене Холка. Она передаст при случае.

Дружинник пошагал обратно на север, а мы продолжили путь на юг. И уже скоро я с огромной радостью определил, что снова стал намного меньше вампиром, вернувшись к состоянию, в каком был через неделю после того, как попал в этот мир. Как будто вообще не пил крови. Древняя магия Проклятых земель снова сработала!

Ехали мы всю ночь без остановки, и уже поздним утром достигли трактира на южной границе западных земель, около которого проезжали всего четыре дня назад. Я даже посчитал про себя, что мы ехали со средней скоростью около двухсот пятидесяти километров в день, и это с учётом постоянных стычек. Неплохо, и тянет на рекорд скоростной гонки по Кольцевой дороге.

И я отметил, с каким удивлением на нас посмотрел греющийся на солнце возница, от которого я узнавал новости. А караваны, получается, так и не двинулись. Впрочем, довольно ожидаемо. Даже если рыцари уже начали зачищать степной участок Кольцевой дороги, всё равно им это не на один день работы.

Мы миновали ущелье и по дамбе пересекли гигантский каньон. А вот дальше я принялся высматривать хоть что-то, напоминающее дорогу. Так и не высмотрел ничего приличного, поэтому свернул между двумя холмами на юго-запад, чтобы дальше двигаться к одному месту, где можно спуститься на дно каньона даже на повозке, до которого, как я смотрел по карте, было километров сто пятьдесят.

И нам надо добраться туда, чтобы спрятаться. Именно там находится одна из аномалий, если верить старым записям контрабандистов. Аномалия, в которой по неизвестным причинам абсолютно не работает никакой магический поиск. И там нам надо посидеть месяц, пока с принцев не спадёт заклинание, оставляющее следы. А ещё Жарра наколдует на всех принцев очень медленное заклинание, которое сдвинет все значимые линии в аурах и надёжно скроет их от магического поиска на полгода.

Нет, мы могли бы и ездить это время, но месяц в фургоне, где сейчас теснились семь человек, это слишком. А семь потому что на скамейке кучера теперь ехал я один, и то благодаря моей вампирьей выносливости. Всех остальных даже четырехдневное путешествие по хорошей дороге окончательно доконало.

Но и меня это здорово достало. Четверо суток почти без перерывов сидеть на жёсткой скамейке — это не та жизнь, о которой я мечтал. Да я бы с большим удовольствием эти четверо суток шагал на своих двоих!

А теперь вообще началось именно настоящее тяжёлое средневековое путешествие по бездорожью. Сейчас здесь начало осени, сухой и жаркой. Трава вымахала аж до пояса, но это не та трава, по которой в порыве романтических настроений хочется пробежаться, раздвигая стебли. Уже частично пожухлая прямо на корню, скорее бурая, чем зелёная, жёсткая и пыльная. А ещё полная колючек, которые с огромным удовольствием набьются по все щели в одежде, которые смогут обнаружить.

И я радовался, что Рыдвану было начхать на такой враждебны растительный мир. Он упрямо переставлял ноги и тянул фургон, в котором чуть не летали все пассажиры. И да, чуть не летали, потому что степь совсем не была ровной. Кочек и колдобин здесь хватало. Я поддерживал скорость всего километров семь в час, но фургон трясло и болтало немилосердно. А ещё постоянный надрывный скрип колёс, которые хоть и держались, но кажется из последних сил.

В обед Жарра потребовала от меня длительный привал, чтобы все подростки, да и мы тоже, смогли отдохнуть. Я как раз обратил внимание на зелёные кусты и подъехал к крошечному озерцу, где все поочередно смогли смыть пыль.

Начали без затей мы с Жаррой, как командиры отряда. Но нет, только мылись, потому что девушка чуть не простонала:

— Дим! Я люблю пожёстче! Даже более того, мне нравится, чтобы ты скрутил меня как настоящий вампир жертву, не спрашивая на что я не готова. Но не сейчас. Я чувствую себя отбивной! Или даже маслом, только что покинувшим маслобойку.

После нас пошли мыться подростки, сначала принцы, а последним Лунк. И это тоже объяснимо. Мальчишка под одеждой имеет голубой цвет кожи, и скрывает то, что он эфили. Так что пришлось ему ждать всех, хотя принцы, надо отдать им должное, приглашали его с собой, не выпячивая то, что их статус в нашем отряде был «спасаемых», а его вроде как слуги. И именно слуги, потому что на оруженосца очень хлипкий на взгляд людей парнишка ну никак не тянул.

Но меня все эти материи интересовали слабо. Главное, что мы едем к промежуточной цели нашего путешествия, а кто и как будет заботиться о своих секретах, это дело меня если и касается, то очень незначительно.

После обеденного отдыха мы продолжили путь, и нам пришлось огибать несколько холмов, а также искать в оврагах, которые во влажный сезон несут дождевые воды к каньону, достаточно пологие спуски и подъемы.

Так и получилось, что за первый день путешествия по степи мы преодолели от силы километров пятьдесят к нашей цели. На ночь остановились около очередного ручья, Жарра поставила охранный контур, и мы с ней наконец смогли уединиться в стороне от фургона. Но не надолго, хотя магичка могла с защитой от моего вытягивания энергии спать со мной хоть всю ночь. Но ей именно что надо было поспать, а мне стоило посидеть на часах.

Утром мы продолжили путь, такой же медленный и выматывающий. Степь мне совершенно не нравилась. Море травы вокруг, но взгляду не за что зацепиться, чтобы сказать себе «это зрелище стоит лишений пыльного путешествия».

Но небольшое развлечение всё-таки случилось. Я пару раз заметил, что за нами наблюдают, судя по всему кочевники. И так грамотно прятались в складках холмов, что издалека заметить торчащую над травой голову было очень не просто. И это при том, что эти типы даже с лошадей не слезали. Я конечно же понял, что они наш фургон не заметить не могли, как и то, что у нас один мужчина, одна женщина и аж шестеро детей.

Постарался припомнить, что знаю про кочевников, и получалось, что если это местные племена, то им просто любопытно. На путников они не нападают. А вот если это разведчики более южных жителей степей, то те могут и с нехорошими целями интересоваться. Тем и воинственности хватает, и наглости не занимать.

Хотя, всё равно не страшно. Вряд ли сюда просто так прикочевала целая орда, а с небольшим отрядом мы с Жаррой справимся. Одна из сильнейших боевых магичек и вероятно самый сильный воин из людей, как я, не без оснований, о себе думаю, способны отбиться от небольшой армии. Как минимум заставить отступить, посчитав, что ожидаемая добыча не стоит потерь. И неожиданно напасть у них шансов нет.

А к обеду пейзаж вокруг стал чуть веселее. В первую очередь стала ниже трава, всего по колено, хотя такая же пожухлая и унылая. Стали встречаться кипы кустарников и даже небольшие рощицы деревьев около оврагов, по которым ручейки, правда, не текли, но дно было влажное. Но не сказать что воды совсем не было, мы даже пару раз переезжали через малюсенькие речушки.

Ещё и дорога, если так можно назвать хоть сколько-то ровную местность между холмами, по которой мы пробирались, неожиданно вывела нас к краю каньона, который здесь расширялся метров до пятисот.

— Его края сложены из очень прочных пород, — рассказывала мне Жарра, вспоминая лекции по географии, — поэтому не осыпаются. Как такое образование могло возникнуть, имеется только один ответ. Его прорубили, по другому и не скажешь, древние маги дайлиали. Или специально делали, или так получилось, когда они собирали континент из осколков разных земель вокруг некоего поселения или храма, где сейчас и находится центр Проклятых земель. Вероятно у них получилась небольшая нестыковка, и они её по каким-то причинам исправлять не стали.

Я с интересом слушал, а девушка перешла к самому интересному:

— Ещё есть легенды… Ну как легенды, кое-кто утверждает, что это некие сведения от дайлиали, попавшие к людям очень давно, но сейчас из-за утери первоисточников, скорее относящиеся к легендам. Так вот, некоторые предполагают, что в этом каньоне есть входы в невероятно огромную сеть пещер, которая простирается под всеми степями. И время от времени предпринимались попытки найти эти входы. И знаешь, действительно находили немало пещер, но те довольно быстро заканчивались, хотя их исследовали магией земли, так что замаскированные или заваленные проходы не заметить не могли.

— Давно исследовали? — заинтересовался я.

— Давно. Лет пятьсот-семьсот назад, когда на месте Проклятых земель ещё было цветущее княжество эфили. А потом от эфили потребовали убраться. Церковники тогда были очень воинственными и иноверцев рядом терпеть не желали. Мало кто верил, что в стычке людей и эфили нам что-то светит, но случилось неожиданное. Синекожие за несколько недель собрались и вернулись на свой континент. Бросили немало ценного, но те, кто кинулся, чтобы прибрать это к рукам, столкнулись с невероятно сильной нежитью, которая полезла из самого центра. А эфили даже предупреждали об этом. Там в центре есть некий огромный комплекс зданий, огороженных гигантской стеной, куда эфили так и не сунулись, потому что там обитала очень сильная нежить. Но синекожие сдерживали монстров. А после их исхода те повылазили и… охотники за брошенными сокровищами пополнили ряды слабой нежити.

Я с интересом слушал, потому что сейчас мне рассказывали научную точку зрения на те давние события, а не страшилки церковников или сказки простолюдинов.

— Нежить частично сдерживается магическим барьером, который создаёт Кольцевая дорога, но как ты знаешь, монстры всё равно постоянно пробираются в нормальные земли, где их рано или поздно уничтожают. А на дне каньона их бить некому, поэтому там нежити развелось немало. Не сильно много, кстати, потому что нападать ей там не на кого, но изредка в каньоне встречается кое-что очень сильное. И нежить особенно привлекает магия, поэтому исследования пещер прекратили.

Глава 24

Дальше мы ехали всё время недалеко от границы каньона, чему способствовала довольно ровная местность. Даже речушки, которые здесь иногда встречались, имели неглубокие русла. А всё потому что под тонким слоем земли здесь находится очень твёрдая скальная порода. Холмов стало намного меньше, но зато появилось много скал, которые торчали из земли то неровными фигурами, то высокими пальцами почти идеальной формы.

Наша скорость изрядно возросла, и я прикинул, что уже завтра мы должны достигнуть некоего спуска в каньон.

На ночлег мы остановились у небольшого озера, образованного речушкой, заполнившей почти идеально ровную чашу в скальной породе. И местность стала откровенно приятнее. Травы было намного меньше, потому что встречалось много голого камня, на котором земля не удерживалась. Но и нормальных участков с грунтом хватало, и растущая на них трава просто радовала. Зелёная и мягкая, будто весенняя. Совсем не степные пожухлые стебли.

И на ночлег нам пришлось остановиться рано. Лопнул один из ремней, которыми оглобли крепятся к лошади, кажется это называется «постромки», но я совсем не уверен в правильности термина. Но чинить ремень мне это не помешало. Заодно обратил внимание, что и другие части сбруи в плохом состоянии, так что занялся и ими.

Уже после полуночи я сидел у прогоревшего костра и краем уха слушал тихое посапывание Жарры, завернувшейся в одеяло. Подростки все скопом дрыхли в фургоне, который стоял метрах в пятидесяти от нас, чтобы детишки не услышали лишнего из нашего времяпрепровождения вечером.

Ещё я время от времени посматривал на звёздное небо и слушал нескончаемый концерт насекомых, которые так-то не умолкали и днём. Но скучно мне не было, потому что уже десять минут я наблюдал, как какой-то кочевник пытался украсть Рыдвана.

Сейчас горемыка после очередного удара копытом с трудом поднялся с земли, поохал и приступил к следующей попытке. Он уже не по разу пробовал подходить к голему с трёх направлений, а сейчас решил-таки зайти со стороны хвоста. Вообще-то даже я в курсе, что к лошадям так не подходят, но у этого мужика вариантов больше не оставалось.

Он приблизился к тылу голема, шепча что-то явно успокаивающее, и даже ручонки протянул. Ещё шаг, и тяжёлая попона взметнулась. Шмяк! Это немаленькое копыто впечаталось в корпус дуралея. Тот отлетел на пару метров и затих.

Я решил, что пора вмешаться, а то этот тип какой-то слишком упорный, и без чувства самосохранения. Подошёл ленивой походкой к пострадавшему, обратив внимание, что тот всё-таки набрался сил и даже сумел сесть.

— Помочь? — спросил я.

— Чем ты помочь кочевнику, рожденному в седле, чтобы разобраться с конь, западный человек мочь? — произнёс тот по-русски с жутким акцентом.

В свете луны я всмотрелся в лицо неудачливого вора и присвистнул, вдруг узнав этого старикана. Именно он пытался нанять меня, чтобы я поймал русалку, которая уменьшила… хм… один орган его хану. Сильно уменьшила, лишив того любой надежды на секс с кем-либо крупнее мыши.

Я включил фонарь, и старикан теперь тоже узнал меня. Он с трудом поднялся на ноги и произнёс:

— Ты тот охотника на твари, который не смочь помочь мой великий хан. Но если ты помочь мне с этот конь, то я быть готов признать, что ты не совсем никчёмный.

— Помочь спереть моего же коня? — усмехнулся я.

— Не спереть, западный человека! — напыжился собеседник. — Взять! Здесь земля мой хан сейчас. И вся конь здесь принадлежать ему.

— Интересный взгляд на собственность.

— Да! Правильный обычай. Чтоб ты знать, западный человека, вся конь везде в мире принадлежать кочевника.

— Что, прям все кони ваши? — я постарался не расхохотаться.

— Да! Вся-вся конь принадлежать кочевника. Только нечестный человеки, живущий не в степь, не отдавать конь нам. А сейчас конь на земля мой великий хан, поэтому он именно тот хан, который брать этот очень сильный и большой конь!

Мне внезапно надоели препирательства. Этот старый хрен юмора, похоже, вообще не понимает, но трындеть готов хоть до утра. Я хотел было прогнать старикана, хоть парой пинков, если тот слов понимать не захочет, но внезапно вспомнил, как сегодня Жарра чуть не весь вечер ворчала, обвиняя меня в том, что я подобрал в долгое путешествие совсем неподходящие припасы. А я что? Просто как-то не подумал за всей подготовкой к похищению принцев. Купил три вида круп, твёрдый сыр и копчёную до состояния камня колбасу. Ещё мешок сушёных сладких фруктов. Именно такие продукты я и ношу всегда с собой, как сухой паёк. Но ем это не часто, предпочитая и завтракать, и обедать, и ужинать в трактирах. Вот и не подумал о разнообразии, просто прикинув объем обычных закупок на семь человек и на месяц.

И такая диета всем осточертела всего за шесть дней, а нам же ещё три недели надо продержаться. Я и сам с удовольствием поел бы что-то поинтереснее, подростки тоже, но они всё-таки воспитывались в первую очередь как воины, поэтому гундеть не решились. Лунк тоже не выделывался, с его-то правами слуги. Но вот девушка сегодня вечером оттянулась за всех. А я ещё сдуру попробовал возразить, что брал не портящиеся припасы. Жарра особо прошлась по моей несообразительности. Ведь она сильнейшая магичка, и сохранять любые продукты для неё проблем не составляет.

И хорошо ещё, что она проворчалась когда мы оказались наедине, чтобы не ронять мой авторитет в отряде. А оттянулась «в сарказм» она знатно, даже сравнив наши запасы с питанием в тюрьме, хотя никогда при мне даже не упоминала того, что ей пять лет пришлось просидеть за массовое убийство. И ей ещё повезло, что пользуясь чрезвычайной ситуацией на Альгионе, сэр Протазан сумел вытащить её из заключения, чтобы заметно усилить сводный отряд разведчиков, а заодно и свой личный отряд.

Размышления привели меня к интересной мысли, и я спросил:

— А твой хан до сих пор не снял заклинание русалки?

— Нет, неумелый охотника на монстра, — даже как-то торжественно произнёс дедок. — Моя хан очень шибко велик. И его великий беда не мог помочь ни один шамана. Но эти подлый шамана много трепать языки, и теперь вся степь знать про великий беда моя великий хан.

— Ладно, — усмехнулся я. — Пусть твой хан придёт сюда утром. Со мной великая магичка, и она наверняка сможет снять заклинание русалки. Но… Кстати, а деньги у твоего хана есть?

И старикан, который при словах о магичке невероятно воодушевился, даже вскочил на ноги, точнее кряхтя поднялся, после вопроса про деньги тут же скис. Но признаваться в неплатежеспособности — это не в обычаях кочевников, так что он нашёл силы чтобы расправить плечи и важно изречь:

— Моя хан шибко сильно велик. Настолько велик, что грязь не прилипать к его стопам. А золото — это грязь, как учат великий мудрецы.

— Ну ладно, — чуть не расхохотался я. — Тогда возьмем продуктами. Итак… Если нам удастся снять заклинание, то вы дадите нам… Первое… лучшего мяса сто килограмм…

Я задумался, что знаю о кухне кочевников, и получилось, что знаю не так уж и мало. В трактирах иногда предлагали их продукты. Творожный сыр у них отличный, и лепёшки тоже. Так что я прикинул требуемые припасы на восьмерых на месяц, это с небольшим запасом, и произнёс:

— Про мясо уже сказал… Ещё сыров разных сто пятьдесят килограмм, лепёшек пятьсот штук.

— Это много очень! — удивленно округлил глаза степняк. — И не съесть столько вам. Вас же только восемь.

— Не твои проблемы, — проворчал я.

— Пусть будет столько! — важно кивнул старикан и поковылял к своей низкорослой лошадке, стоявшей чуть в стороне. — Но делать долго надо. До вечер завтра. А за сыр придётся послать к соседи. Много очень хочешь.

Я пошёл рядом, чтобы посветить фонарём, а то этот недотёпа еще свалится в какую-нибудь яму. По пути мне подумалось, что торчать здесь еще сутки не хочется, так что я спросил:

— А ваше стойбище далеко?

— Близко совсем, за тот холм, — показал пальцем с грязным ногтем старик и добавил. — И соседи близко. Место здесь шибко хороший.

— О! — кивнул я. — А ваш хан всё-таки в авторитете, раз такое шикарное место урвал.

— Да, наш хан шибко велик! — напыжился собеседник, но тут же грустно добавил. — Но в такой хороший место мы не кочевать раньше. Не пускать злой завистник. Здесь на дневной переход до самой Змеиный скала степь ящеров.

— Змеиная скала? — заинтересовался я, потому что в записях контрабандистов было как раз написано, что спуск на дно каньона начинается в Скале Змей.

— Да. Там очень много змея. И шибко ядовитый. Никто туда не ходить.

— Ясно, — кивнул я. — А что за ящеры здесь?

— О! — как-то мечтательно прикрыл глаза старикан. — Очень вкусный ящер. И бывать шаман, который уметь приручать ящер, тогда кочевник ездить на ящер. Ящер большой, почти как твой конь.

Я покосился на Рыдвана, на которого показывал старик, и вспомнил, что видел у кочевников ездовых травоядных динозавров. Не очень огромных, примерно с быка. А собеседник тем временем продолжил грустным голосом:

— Но недавно великий беда появляться в степь. Шибко сильный демон приходить в степь ящеров. Собирать всех ящеров в стая, и те не давать охоться на них.

— Демон? — удивился я. Ещё бы. Раньше я о демонах-пастухах как-то не слышал. Но тут же заподозрил, что старикан преувеличивает по привычке, так что может обозвать демоном кого угодно, так что решил уточнить. — А как этот демон выглядит?

— Демон выглядеть как козёл, — остановился и расставил руки в сторону на максимальный размах собеседник. — Вот такой огромный и волосатый козёл. И с железный ошейник. Наши батыр ездили бить демон, но тот совсем шибко бодаться. И прыгать высоко. Выбивать из седла самый сильный батыр. И потом бодать в разный часть тела.

Старикан эмоционально потёр зад, скорее всего из сочувствия к пострадавшим, вызванным эмоциональным пересказом событий, ведь вряд ли он сам относится к лучшим батырам. А я задумался, припоминая, что я сам приложил руку к явлению этого «демона», а вообще-то обычного козла. Хотя… не совсем обычного. Тот был какой-то северной породы, и вправду отличался крупным размером, повышенной косматостью и отвратительным характером.

Ну да ладно, чёрт с ним, с козлом. У меня появился план, как нам не терять завтрашний день в ожидании, так что я произнёс:

— Давай так сделаем. Пусть твой хан прямо сейчас приезжает. И если получится снять заклинание, то я уже завтра до полудня буду ждать от вас продукты.

Так и порешили. А уже через час явился сам хан, молодой кочевник с необезображенным интеллектом лицом, и зевающая Жарра чуть ли не походя рассеяла заклинание русалки. Хан сначала недоверчиво пошарил рукой в штанах, затем пришёл в неописуемый восторг, так что даже пару минут скакал как сайгак и восторженно орал так, что разбудил всех подростков.

А на сладкое предложил мне продать ему такую полезную магичку за целое стадо овец. Я кинул взгляд на зло прищурившуюся девушку, и заподозрил, что сейчас может случится что-нибудь такое, от чего этот придурок сразу забудет про шутку русалки. Но нашел неплохой выход, сам двинув дурню в морду и таким образом в зародыше урегулировав торговый спор.

На следующий день мы всё утро принимали припасы, которые подвозили кочевники. Жарра сразу накладывала на них консервирующие заклинания, а принцы и Лунк раскладывали по фургону, стараясь чтобы и для них самих место осталось. Закончили только к полудню, и сразу двинулись дальше на юго-запад. Я ещё до ночи планировал добраться до Змеиных Скал, но через несколько часов мы натолкнулись на препятствие. Широкую долину между холмом и краем каньона перекрыла целая армия. Штук сто ящеров, которые издалека и вправду походили на крупных быков, но имели не только большее количество рогов на бронированных головах, но и роговые пластины по всему телу.

И стояли ящеры как-то очень уж многообещающе. Наклонив головы, так что мы при дальнейшем приближении рисковали нарваться на сплошной частокол рогов, причём ничто не мешает тому побежать навстречу.

Но вопрос решился опять же проще простого. Жарра наколдовала огромный разрывной огнешар и выстрелила так, что тот разорвался чуть впереди строя ящеров, мгновенно обратив всех в бегство.

А вот затем во внезапно наступившей тишине раздалось громкое блеяние, и мы увидели на вершине холма козла. И я не ошибся, это был именно тот козёл, которым я подменил невесту багентского султана.

И сейчас эта скотина смотрела очень грозно, обещая нам изрядные неприятности. Но… как-то не убедительно. Это кочевников он со своим войском может гонять, но не опытного борца с нежитью, и одну из сильнейших магичек этого мира.

После несостоявшейся стычки мы ехали до вечера, пока не попали в весьма примечательную местность. Прямо на краю ущелья стояла огромная скала с внушительной трещиной по-середине, а рядом несколько скал поменьше. Небольшая река, прежде чем обрушиться в ущелье водопадом, разливалась крошечным озерцом, а во время дождей даже подтапливала обширную поляну. Трава здесь росла на загляденье и встречались кусты. И я сразу заметил парочку змей, гревшихся на раскалённых за день камнях.

А ещё и Жарра поёжилась и произнесла:

— Ого! Здесь ощущение чего-то неприятного. И скорее всего такое создаёт парочка призраков.

— Я ничего не чувствую, — ответил я, и добавил. — Впрочем, ожидаемо. Призраки чаще всего давят именно на душу. Но сделаем так. Сейчас разобьем лагерь в сторонке, а затем я схожу и поищу здесь спуск на дно ущелья. Может и призраки вылезут, тогда я их прибью.

— А змеи? — нахмурилась магичка. — Они вроде бы ядовитые.

— Я немножко вампир и отравить меня очень сложно, — пожал плечами я.

Так и сделали. Разбили лагерь, который как и всегда состоял из фургона, в котором спали все шестеро подростков, и расстеленной чуть в стороне подстилки из толстой ткани для нас с Жаррой. Но бояться нам здесь было нечего, тем более что магичка всегда ставила охранное заклинание, и через него пробраться кому-то крупнее мыши незамеченным просто нереально.

Я уже в сумерках отправился на разведку. Без особых проблем миновал змей, не наступив ни на одну, да и было их здесь не так уж много. Дошёл до скал, нашёл что искал и вернулся в лагерь, где поделился информацией с подругой:

— Змей здесь не так много, так что они не могут быть истинной причиной, почему кочевники сюда не совались. А вот аура страха, создаваемая призраками, это уже серьезнее. И этого достаточно, чтобы в проход на дно ущелья сунулся только самый смелый местный житель. Кстати, призраки так и не вылезли, что может говорить о том, что или я им не интересен, или они вообще довольно слабые, и всё на что способны, это пугать. А проход находится между двумя скалами, и это рукотворная дорога, пробитая в стене ущелья серпантином, а для разворотов она даже углубляется в скальную стену ущелья. Повозка там без проблем пройдёт.

Спуск начали утром, и он поначалу никаких опасений не вызывал. А вот затем на очередном развороте мы заметили лежащую на один виток дороги ниже насквозь проржавевшую саблю. Но причин для остановки я не видел, поэтому продолжили ехать. Когда же мы поравнялись с брошенным несколько лет назад оружием, то из какой-то щели в скале вылетел призрак и очень громко завыл. А ещё он очень здорово долбанул своей магией по душам всех, кроме меня конечно же. Подростки в кузове фургона завопили, но не только они. Жарра завизжала и ринулась было подальше от очень сильного приведения. Но дальше-то был обрыв, высотой лишь немного меньше километра.

Но я легко поймал магичку и закинул в фургон. Сам же бросился к призраку и, пару минут помахав мечом и кинжалом, разорвал серебром все его внутренние связи, от чего враг развеялся.

— Вот и раскрылась ещё одна загадка Змеиных скал, — проворчал я успокоившейся девушке, когда мы продолжили путь дальше. — Наверняка репутация у этого места плохая и потому, что те, кто рискнул сюда сунуться, не возвращаются. А происходит это так — человек чувствует страх, но если преодолеет его, то легко минует змей, которые никакой охраны не несут. Да и в любом случае, если задаться целью, их можно довольно быстро перебить. Но любопытный исследователь неминуемо находит дорогу на дно ущелья и начинает спускаться. А после нескольких петель серпантина выскакивает этот древний и злобный призрак, и пугает, причём очень сильно, особенно потому что неожиданно. И всё. Любопытный исследователь сам прыгает в пропасть.

— Это говорит о том, что призрака здесь поставили специально, — проворчала Жарра. — Но ни в жизнь не поверю, что его ни разу не обнаруживали за тысячу лет, если не больше. А для сильного мага убить такую нежить не проблема. Нет, одиночного мага призрак может так скинуть в пропасть, но бывают же и отряды. Более того, если идет не просто любопытный дурень, а отряд, то он как раз и будет двигаться, выслав вперёд разведку.

— Значит призрак здесь после каждого отряда заводится новый, — усмехнулся я. — Да даже и древние контрабандисты, которые оставили записи, попавшие мне в руки, могли так справляться с привидением, правда теряя разведчика.

— Это говорит о том, что в этой скале спрятан артефакт, который приманивает привидение или сверху, или даже снизу ущелья, — заинтересованно произнесла Жарра. — Жаль что найти его очень не просто. Иначе бы уже давно забрали.

Глава 25

Так за неспешной беседой, мы спустились на дно ущелья, и тут мои догадки о ловушке подтвердились, потому что нас встретил целый отряд скелетов, причём очень слабых, по причине раздробленных от падения с огромной высоты костей. Обломки скреплялись, конечно, магией, которая позволяет подниматься нежити, но это всё равно уже не то.

Я внимательно осмотрел всё вокруг и великодушно разрешил подросткам убить по парочке нежитей. Мне не жалко, а им впечатлений надолго, да и свой авторитет я приподнял. А это никогда не будет лишним, особенно с учётом, что нам здесь придётся сидеть еще минимум три недели.

А что придётся сидеть, меня уверила Жарра, когда наколдовала поиск и подтвердила, что это место действительно особенное. Магический поиск здесь не работает. Но вот по какой причине, она и сама представляла с трудом, так что я даже не стал вникать.

Мы нашли удобную скалу чуть в стороне от спуска, но и подальше от водопада, чтобы шум воды не мешал. Ещё с этой скалы открывались входы в три грота, и в один я завёл фургон и Рыдвана, второй выделил подросткам, а третий достался нам с Жаррой.

Первым делом я наладил охранную службу из принцев, хотя вроде как и не требовалось. Но я решил, что им полезно будет, да и вообще, дно загадочного ущелья не то место, где можно полагаться только на магический охранный контур, тем более что магия здесь ведёт себя необычно.

Также распределил дежурства, включавшие в себя готовку еды, мытьё посуды и уборку в лагере. К ним подключил ещё и Лунка, но на равных с принцами, хоть он и числился у нас в отряде именно слугой.

Затем занялся разведкой местности, и вскоре обнаружил в паре километров вход в пещеру. Причём довольно широкий. Вернулся в лагерь и сообщил, что займусь исследованием.

— Ну занимайся, — пожала плечами девушка, которой наш поход уже порядком надоел, да и перспектива сидеть три недели на дне ущелья не радовала. — А я пас. Просто не люблю пещеры. Да и надо чтобы в лагере всегда был кто-то из нас. Мало ли. Может кто припрётся.

Я согласился и отправился на разведку один, хотя Жарра и предлагала отложить это тупое по её словам времяпрепровождение, а скорее времятеряние. Все равно никакого входа в великую сеть пещер под всей степью я не найду.

Но я откладывать не стал. До вечера времени было ещё навалом, так что приступил к исследованию пещеры. И собственно говоря, часа за четыре всю её облазил, решив для себя, что действительно просто зря потерял время. Пещера оказалась очень извилистой, хотя большинство проходов были широкими. Но я обратил внимание, что в нескольких местах потолок не пойми на чём держится, а значит в любой момент на голову может обрушиться не одна тонна породы. И завалы камней подтверждали, что здесь такое не раз случалось.

Так что к вечеру вернулся в лагерь, и остаток времени потратил на тренировку моей магии. А с наступлением темноты нас атаковали. Сначала сработал дальний фрагмент сторожевого контура с северо-восточной части ущелья. Жарра поставила его аж в километре от лагеря, и сейчас предупредила меня, что к нам идёт нежить. Через четверть часа сработал уже ближний контур, а сразу после этого завопил часовой, что видит сияющие во тьме глаза. Четыре штуки.

Я в отличие от подростка видел и обеих тварей, сразу определив, что они довольно опасные. Что-то похожее на болотного дракона, которого я как-то убил. Но у того было три пары ног, а у этих намного больше. Этакие толстенные змеи полуметрового диаметра и длиной метров в десять. Ну и с десятком пар ног. Я заорал, чтобы все подростки сидели в своём гроте, а сам хотел было кинуться в бой, предполагая, что в принципе таких порождений древнего некроманта одолею.

Но тут Жарра завопила мне, чтобы не лез на линию огня, а затем выпустила друг за другом несколько похожих на веретено огненных копий. Ещё и разрывных, и с эффектом напалма. Одну тварь убила сразу, да и вторая добежать до нас не успела.

— Ерунда, — отмахнулась девушка, когда я выразил ей восхищение такой эффектной расправой над опасными монстрами. — У них, как оказалось, почти не было сопротивления к магии, вот и прошло всё так легко. А вот если бы было, то тебе пришлось бы помахать мечом.

А затем ехидно добавила:

— Да, пустить в дело сталь, раз ты не сообразил первым делом ударить магией. Для чего учишь-то?

Я согласился, что она права, и решил всё время здесь потратить на отработку именно магии. Раз уж есть хороший учитель, и у нас уйма свободного времени.

Дальше потекли трудные и однообразные дни. Я тренировал моё боевое заклинание, попутно не забывая заниматься магией рун, и даже зельеварением. У Жарры был с собой небольшой запас очень дорогих ингредиентов, которые она вытребовала у командира сэра Протазана из запасов Ордена Лежачей Башни для этой операции, и она обучила меня варке одного очень ценного зелья высшего уровня. Оно давало на несколько часов очень сильную защиту от магии. Из недостатков можно было отметить только то, что начинало действовать зелье не сразу, а минут через пять после употребления внутрь. И хранилось оно не больше месяца. Да, цена за одну порцию получалась просто астрономическая, так что надо сильно думать, прежде чем связываться с приготовлением. Ну и надо упомянуть, что вкус у зелья был отвратительный, впрочем последнее характерно для большинства таких препаратов.

Вообще-то магичка еще пару недель назад обещала научить меня приготовлению этого зелья, но тогда у нас до него руки так и не дошли. А вот теперь как раз. Времени оказалось навалом.

Жарра, конечно же занималась ещё и тем, что накладывала на принцев заклинание, которое надолго защитит их от любого магического поиска. Это занимало у неё не более часа в день, но колдовство было рассчитано на месяц. А быстрее никак, потому что, как цинично прокомментировала девушка, если сразу так сильно перекорёжить ауры, то принцы могут «передОхнуть», именно с ударением на «о».

Так прошли десять дней, и я неожиданно сделал для себя вывод, что Жарра, которую я вроде как знал, и Жарра настоящая, оказались очень разными людьми. Просто девушке надоело играть в жертву вампира, и она всё чаще проявляла властный, неуживчивый и жёсткий характер. Хотя скорее пыталась, так как я ей развернуться не позволял. А ещё я кажется стал догадываться, что прозвище «Добрая» магичка заработала задолго до убийства друзей-предателей.

А имея желание жёстко распоряжаться всем до чего дотянется, но не имея возможности, Жарра всё чаще пребывала в плохом расположении духа. Пару раз мы с ней поцапались, а на десятый день девушка мне вообще заявила, что вампира ей хватило по самую макушку, и переехала жить в фургон. Хотя перед этим она и добавила, что помнит, что я её спас, и я всегда могу рассчитывать на неё, если потребуется помощь почти архимага.

Ну что ж делать, я продолжил тренировки, а на одиннадцатый день и развлечение подвалило. Точнее прибежало прям днём, в виде облезлого вокина, довольно широко распространённого в Проклятых землях магически измененного волка. Хотя обычно они живут стаями, но и одиночки не что-то совсем уж редкое. А этот похоже упал в ущелье уже из нормальных земель, да ещё и как-то ухитрился выжить, пролетев добрый километр от края до дна, но может там деревья растут с богатыми кронами.

Вокин сунулся было к лагерю, но вдруг развернулся и бросился бежать. Мне его поведение показалось странным, хотя может тот как-то понял, что Жарра хотела приголубить его заклинанием.

Я уже наскучался и, как мне казалось, уже чуть не позеленел от постоянной учёбы, так что взял свою сумку и отправился на охоту. Может поброжу денёк вдали от лагеря, и с Жаррой у нас снова наладится. Ну хоть немного. А то ведь нам обоим понятно, что мы друг друга устраиваем, но не всё время. Скажем так, просто перебрали с дозой нашего общения.

Я быстро дошёл до обнаруженной мною ещё в первый день пещеры, и увидел, что вокин сидит перед входом. И это меня здорово насторожило. Выглядит всё так… как будто меня заманивают в пещеру.

Так что пришло время остановиться и подумать. И первое, что пришло в голову, это то, что вокины твари очень опасные и дрессировке не поддающиеся. А значит его подчинили. И кто это мог сделать? Ответ очевиден… Или очень сильная нежить или колдун.

Ах, как некрасиво этот кто-то поступил! Но и просто вернуться в лагерь не вариант. Оставить такого опасного противника, умеющего подчинять, под боком — идея хуже некуда. Можно, конечно, позвать Жарру, но… в случае схватки с сильнейшим магом, как бы первый удар не прилетел в неё. Я-то хоть имею хорошие шансы увернуться от атаки «железом», а магия… Против магии надо просто хорошенько подготовиться.

Я изобразил, что роюсь в сумке, а сам незаметно выпил антимагическое зелье. И так осторожничал я, потому что догадывался, что за мной могут наблюдать. А так пусть думают, что я искал ножи, снабжённые серебряными иглами, остающимися в теле. Отличное оружие против нежити.

Затем я уже не таясь начертил на себе пару десятков рун, добавив и антимагической защиты рунной магией.

Ну что ж… Теперь можно и повоевать. Я медленно пошёл к пещере, и вокин нырнул внутрь. Я тоже шагнул под свод пещеры, остановился и осмотрелся. Пока здесь ещё хватает освещения, но соваться вглубь будет совсем глупо. Я в полной темноте не вижу, а левитировать перед собой фонарь не умею. И светлячки не изучал.

Впрочем, похоже ждут меня именно здесь. Не пытаясь заманить подальше. Это я решил, рассмотрев перед первой развилкой вокина. Дохлого вокина, который уже никого никуда не заманит.

Я вздохнул, затем продолжая следить за стенами пещеры, наклонился и поднял парочку увесистых камней. Быстро метнул оба в чуть разные стороны, и… понял, что снова наклоняться мне не придётся.

Около одной из стен, от которой булыжник отскочил, не долетев добрые три метра, быстро проявилась из какой-то невидимости огромная туша. И очень мне хорошо знакомая.

— Ну ты совсем охамел! — громогласно проревело чудовище. — В меня! Камнем!

Я на пару секунд опешил, рассматривая знакомого мне дракона, покровителя амазонок. Длина метров пятнадцать, хотя половина приходится на хвост. Весь покрытый тёмно-красной чешуёй, с крепкими лапами и впечатляющей пастью. Крылья тоже имеются, но как эта тварь летает, я не видел. А самое поганое это то, что на самом деле это не дракон, который животное, а дайлиали, создавший себе тело человека, оборотня в дракона.

Но наконец я отморозился и произнёс:

— Да вот… Хотел проверить, что вокин не прикидывается, но промахнулся немного.

Дракон злобно посмотрел на меня, но говорить что-то про то, что вокин валяется совсем в другой стороне, не стал. А я добавил:

— Но тоже неплохо получилось.

Правда зачем такое сказал, даже сам не понял. Явно сдуру. Ведь злить дракона явно не в моих интересах. Хотя что-то мне подсказывает, что эта гадина не просто так летела сюда, да ещё и искала дохлого вокина, делала из него зомби и устраивала мне засаду. О том, что вокин был дохлым уже довольно давно, я стал догадываться, когда моего носа достиг характерный запашок, хотя насчет того, что именно дракон делал зомби, а не просто подчинил уже готового, я могу только догадываться.

Но главное не это. Меня внезапно посетила умная мысль, что если уж этот дайлиали, да в таком грозном обличье, нашёл меня, но не просто атаковал наш лагерь, а стал утруждаться с засадой, то может всё не так уж и плохо. По крайней мере на первое можно ожидать разговор, а вот попытка прибить меня отложена на второе.

Нет, еще остаётся вариант, что этот тип по каким-то своим причинам не пожелал убивать остальных людей в лагере, ведь насколько я знаю, он не особо кровожаден. По крайней мере, вопреки мнению амазонок, приносимых или точнее приводимых ему жертв, он не жрал, а просто селил в своём тайном посёлке.

Но всё равно есть шанс, что переговоры могут закончиться и более-менее мирно, а я вот… нарываюсь. Так что я постарался сделать морду поприветливее и пробормотал, и тоже не подумав:

— Отлично выглядите.

Тут уже ящер не выдержал и заревел:

— Что⁉ Что ты несешь⁈ Мне такого не говорили уже тысячу лет! Ты что? Совсем со скалы рухнул? Или… Или что? Хочешь, чтобы я сделал себе женское тело, и планируешь переспать со мной, как это провернул с моей внучкой? Хотя я же прямо запрещал тебе!

Тут мне стоило бы подумать хорошенько и постараться объяснить, что Кейси обдурила меня, может этот хрен и принял бы такой довод. Но вместо этого я выдал, энергично помотав головой:

— Нет, нет! Трансвеститы меня не интересуют.

И я даже не подумал, что этот термин из бывшего моего мира может быть неизвестен в этом, но ошибся. Кажется дракон всё прекрасно понял, доказав что в совершенстве владеет русским. Он яростно рыкнул и встал на задние лапы, уткнувшись башкой в потолок пещеры. А затем в меня ударила молния. Но… но я её даже не почувствовал. И это могло говорить только о том, что дракон не собирался убивать меня, поэтому не вкладывал много маны в это заклинание. А раз удар был так себе, то моя полученная от зелья защита, наложившаяся на защиту от магии рун, и всё вместе добавленное к моему магическому сопротивлению вампира, полностью поглотили ожидаемый урон.

Я даже ничего сообразить не успел, как дракон долбанул уже очень мощной молнией, и теперь часть урона мне прилетела, здорово дёрнув, но хорошо хоть с ног не сбив. А ещё мой вампирий голод резко усилился, и я даже подумал, что с такими драками я ленди не напасусь. А ведь я уже три недели пополняю жизненную энергию только этим напитком, потому что Жарра всегда пользовалась защитой от моего вампирьего умения вытягивать энергию.

И как ни странно, к внезапному обострению конфликта я оказался не готов, поэтому просто кинулся в сторону. Но не в сторону выхода из пещеры, потому что понимал, что на просторе эта многотонная тварь легко может меня приложить лапами и хвостом. Это не говоря о зубастой пасти.

Я кинулся вглубь пещеры, одной рукой доставая из сумки магический фонарь, а другой срывая с ремня и откупоривая фляжку с ленди, чтобы пополнить запас жизненной энергии.

И дракон не просёк моего манёвра. По крайней мере первый огнешар послал как раз к выходу из пещеры, а вот вторым накрыл меня. Но опять же, долбанув через всю магическую защиту, тот только усилил мою жажду.

Следующим прилетело заклинание вязкого воздуха, создавшее вокруг меня очень уплотненный воздух, эффект от которого по идее не должен был уменьшаться из-за моего запредельного магического сопротивления.

Он и не уменьшился, так что я ткнулся в вязкую стену. Но при контакте с моей аурой, заклинание плавилось как воск, поэтому я всего за секунду буквально просочился сквозь вязкую преграду и кинулся дальше, чуть не наступив на мощно воняющий труп вокина-зомби.

— Ах ты ж гаденыш! — уже как-то даже восторженно взревел дракон.

А я почувствовал сильнейший удар по рёбрам, который мне стоил не меньше чем пары-тройки трещин в костях, и полетел на каменистый пол. Но быстро пришёл в себя и вскочил. И что за новинки в бою? Оказывается этот гад, сообразив что прямым магическим ударом меня не достать, решил действовать через материальные объекты. Подхватывал камни левитацией и швырял в меня.

Следующий камень я пропустил под собой, подпрыгнув, после чего решил применить своё единственное боевое заклинание. Левой рукой выхватил из кармана серебряную монету, а правой кистью сделал круговой жест, помогая своему сознанию создать вытянутый сгусток очень горячего пламени. Закинул внутрь монету и мысленным усилием послал получившийся сэндвич из узкого веретена пламени с начинкой из расплавленного серебра вперед с очень большой скоростью.

Дракон как раз стоял на задних лапах, и с удивлением смотрел, что это я такое сооружаю. Ведь боевые заклинания, которые имеют такой маленький диаметр поражения, практически бесполезны. Нет, человека таким можно очень сильно ранить, а то и убить, но человек, если он без магической защиты, прекрасно поражается и куда более простыми молнией или огнешаром. А вот нежить или бронированные монстры, против которых магу и имеет смысл применять сильные заклинания, слишком маленькую рану и не заметят. Но я-то хитрил, добавляя к заклинанию серебро, которое к тому же, попав в цель или даже в ауру врага, разбрызгивалось за счет взрыва самого заклинания и могло нанести серьезный ущерб нежити.

Как оказалось и дракону такой удар не понравился. Магическая защита у него была отличная, так что моё огненное веретено ткнувшись в ауру ящера, рассыпалось искрами. Но тонкая струйка из расплавленного серебра полетела дальше и даже смогла пробить пластины на брюхе противника.

— Идиот! — взвыл оборотень-дракон, кажется сразу определив, чем я его приголубил. — Я же не нежить! Но всё равно ты меня разозлил! Ну теперь держись!

Мне этот бой казался каким-то ненатуральным. Кажется этот гад не имел цели прибить меня, потому что пока все применённые им заклинания оказались довольно слабыми. Нет, он и мощными меня сейчас пробить не смог бы, но те, которые в меня прилетали, я даже почти и не замечал.

А вот теперь пришло время попрыгать. Многотонная туша, если налетит, запросто и по камням может размазать.

Дракон постарался отрезать меня от выхода из пещеры, но я туда и не собирался. Выбраться на свежий воздух, это дать преимущество противнику, которому даже в просторной пещере было тесновато. Ну не тесновато, но разогнаться негде.

Я рванул вглубь пещеры, по пути всё-таки зажигая фонарь, и понимая, что тот поможет больше противнику, чем мне, потому что я-то дальше десятка шагов всё равно видеть не буду, а вот для противника я буду как на ладони.

Но дракон внезапно помог мне, для начала швырнув вперёд несколько осветительных шариков, которые просвистели мимо меня и прилипли к стенам и потолку.

Дальше я снова скакал, потому что дракон то рывком кидался вперёд, хотя в проходе ему было особо не развернуться. То швырял в меня булыжники левитацией, ну и огнешарами тоже постреливал, хотя не в меня, а в стены, явно сообразив, что от тех могут отвалиться камни и какой-то да попадёт в слишком шуструю для него цель.

И такая тактика по вызыванию обвалов дала-таки плоды, но не такие, на которые рассчитывал дракон. Обвал получился куда масштабнее, чем он хотел.

Я еле успел выскочить из-под рушащихся глыб, которые от меня оставили бы только лепёшку, а вот дракон не успел. Я отбежал на безопасное расстояние и наблюдал, как на ревущего монстра обрушиваются сотни тонн породы. И размышлял, что так-то дракон тварь крепкая, и вряд ли его совсем раздавило. Но поломать могло неслабо. И что теперь? Окочурится или всё-таки откопается?

Глава 26

Оказалось, ни то ни другое. В какой-то момент груда щебня и огромных валунов вдруг просела, а всего в нескольких шагах от меня возникла человеческая фигура. Высокий старик с длинными белыми волосами на непокрытой голове и без бороды, как можно было бы ожидать. И в длинном ослепительно белом балахоне. И я уже видел этого типа, точнее дайлиали в человеческом теле.

Старикан долго стоять не стал, а взмахнув рукой всадил в меня какой-то мощнейший поток магии, даже крох которого, прошедших сквозь мою магическую защиту, хватило, чтобы мой вампирий голод резко усилился.

И я принялся молниеносно делать две вещи. Выхватил фляжку с ленди и сделал глоток, а за ним другой. И кинулся вперед, чтобы другой рукой двинуть старикану в челюсть. Но наткнулся на какую-то невидимую жёсткую стену и отлетел, еле удержавшись на ногах. Но фляжка выпала у меня из руки и тёмный напиток быстро растёкся лужицей по полу пещеры.

— Ага! — радостно завопил противник. — Я тебя пробиваю, а ты меня достать не сможешь! Я победил!

Я так не считал, но и просто стоять смысла никакого, поэтому выхватил еще одну серебряную монету и выпустил второй магический снаряд, но целился не в голову и не в грудь, а в колено, рассудив, что бой изначально был больше похож на какое-то соревнование… или меряние силами, хоть это и звучит глупо. С одной стороны великий колдун дайлиали, а с другой обычный человек. Ну не совсем обычный, но всё же…

Но в этот раз заклинание натолкнулось на ту же стену и разорвалось слишком далеко, а брызги серебра только немного подпалили белое одеяние, дальше наткнувшись на второй слой защиты.

Не видя вариантов как-то достать противника оружием или магией, я решился на последнее, что у меня имелось в запасе. Выставил вперёд руку и просто пожелал ударить силой, которою называют божественной. Затем сделал круговое движение кистью по часовой стрелке.

И случилось невероятное. Старикан завопил, и повинуясь моему жесту совершил полоборота, оказавшись головой вниз, а затем упал и впечатался затылком в каменный пол пещеры.

Покряхтел, повозился, наконец сел и принялся разминать шею, ворча:

— Что-то я староват для такого. Но как? Как ты смог? А мне же теперь придётся делать себе защиту от тёмной божественной магии. Раньше не нужна была, потому что последние тёмные культы разогнали лет семьсот назад.

— Могу повторить, чтобы стало понятнее как, — произнёс я, хотя был совсем не уверен, что моего запаса этой тёмной благодати хватит на вторую попытку. Как-то без огонька молятся мои ученики. Ученики великого алай-гуру.

— Ладно. Давай поговорим, — произнёс дайлиали, вставая. — Я собственно для этого тебя и разыскал.

— Разыскали? — решил прояснить я, жестом показывая на выход из пещеры через другой проход, который к счастью оказался без завалов. — Но здесь же…

— Не работает поиск? — рассмеялся старик. — Ну если есть мозги, то и это решаемо. Меня, кстати, зовут Лорд Ребу. Я дайлиали. Отец-создатель и покровитель амазонок. Член Изумрудного сообщества. Изумрудное сообщество дайлиали — это те, которые имеют интересы на континентах людей и эфили. Те, что живут на западном континенте, относятся к Рубиновому сообществу. И прошу не путать сообщество с кланом. Мы не единое целое, а просто иногда действуем, учитывая интересы друг друга.

Я кивнул, не ожидав такого подробного представления, а Лорд Ребу поднял палец и важно произнёс:

— При официальном знакомстве положено представиться всеми именами и всеми важными званиями.

— Дим из Лорденики, он же Первый коронный граф Галонии Дим Катан, алай-гуру Шаньшаня… Ещё рыцарь-сподвижник инквизиции, — пожал плечами я, подумав что говорить про Орден Лежачей Башни пока преждевременно, как и про то, что меня прочат в святые нежитеборцы таёжные жители.

— Впечатляет, — усмехнулся дайлиали. — Особенно для вампира.

— Так как всё-таки нашли? — решил повторить очень важный вопрос я.

— Я решил найти тебя примерно три недели назад, — важно произнёс старикан. — Запустил поиск, но понял только, что ты быстро едешь вокруг Проклятых земель. Решил подождать пока остановишься, но следующий поиск через несколько дней показал… ничего не показал. А поскольку следов выплеска смерти я не обнаружил, то предположил, что ты в одной из аномалий. А дальше достаточно было осмотреть их одну за другой.

Я просто кивнул, хотя на языке прям вертелся вопрос, а какого фига этот старый хрен, которому до людей очень мало дела, так озаботился моими поисками. Но лучше подожду когда сам скажет зачем искал.

Мы остановились около большого валуна у самого выхода из пещеры, и я достал бутылку с ленди, потому что после такой шикарной драки мне очень сильно была нужна жизненная энергия.

Дайлиали с интересом посмотрел на бутылку, поэтому я из простой вежливости достал кружку и другую бутылку. Уже с восьмидесятиградусной перегонкой ленди. Ну а что? Мне такое пить разве что от великой жажды, а старикан в крайнем случае полечится. Не переводить же на него ценный продукт.

Лорд Ребу сделал большой глоток и на секунду замер. Но виду не подал, а только слегка покачал головой, вроде как показывая, что впечатлён. Ну и наконец заговорил о самом важном:

— Вот, хотел с тобой получше познакомиться. И дать поручение.

— Познакомиться? — удивился я. — Мы же встречались.

— Тогда ты мне был неинтересен.

— А теперь стал интересен? — удивился я.

— Да, мы же скоро станем родственниками. Вернее уже стали.

— Чего⁉ — я вдруг начал что-то подозревать, но догадка была такая… очень уж фиговая.

Но дракон в человеческой ипостаси сразу расставил все точки над «i», вздохнув:

— Я думаю, что это не худший вариант для меня. Да… Не худший. Особенно с учётом того, что ты смог выдержать бой со мной. Не худший вариант зятя из всех возможных вариантов, из которых могла выбрать Кейси.

А мне захотелось очень сильно материться. Особенно потому, что я понял, что сам подал мысль этой девчонке, когда она была ещё страшной как смерть. Дал ей прочитать про зелье эфили, которым королева Дилла отменила действие моего препарата «от детей». Ну эта магичка чёртова и решила повторить трюк.

— Кейси прислала соколиной почтой письмо матери, порадовав, что та скоро станет бабушкой. А та сообщила мне, что я стану прадедушкой, — тем временем закончил Ребу.

— Мне бы кто сообщить удосужился, — проворчал я.

— Даже так? — удивился дракон.

А затем в его глазах мелькнуло понимание и он расхохотался, да так что я покосился на потолок пещеры. Как бы опять что-нибудь оттуда не упало. А дайлиали вытер слёзы и произнёс:

— Ну значит и поделом тебе! Не только тебе девок портить. А Кейси же амазонка по происхождению, хоть размером и не похожа, да и умом куда сильнее. Но для них как раз в порядке вещей не спрашивать, а решать всё единолично. Но я всё-таки дам тебе поручение. Когда вы поженитесь, ты заставишь Кейси вернуться в посёлок, в котором живут мои люди. Вы вместе, конечно, приедете. Да, заставишь, потому что она сама вряд ли захочет. А ты справишься даже с амазонкой, я уверен.

Я хотел было высказать много чего насчет женитьбы и отправки на вечное поселение в тайный посёлок этого старого хрена, но вдруг решил не рубить сгоряча. Лучше я всё обставлю с пользой для себя. Пора и мозги включить, которые у меня сегодня явно отдыхали. Так что я осторожно произнёс:

— Я так и сделаю, если невесту смогу уговорить.

— Ну и отлично, — улыбнулся дайлиали и опрокинул в себя всю кружку с убойным напитком.

А я спрятал улыбку, уже выстроив себе линию защиты, когда этот старый хрен явится на разборки, почему я его очередное требования не выполнил. Дело в том, что у меня уже есть невеста, оборотница Селена Холка, которой я сделал предложение, сам того не зная, ещё в первый мой день в этом мире. Просто подарил две монеты и букет из красных и белых цветов, а это здесь считается за предложение «руки и сердца». У меня случайно вышло, но дайлиали к таким символам относятся очень уважительно. Ещё подобное предложение я сделал двум оборотницам из Шаньшаня, и тоже случайно. Так вот, уговаривать никого из них на мой брак с Кейси я и не собираюсь, а значит моё обещание Лорду Ребу зависает на неопределённый срок. А саму Кейси я вообще ни о чём спрашивать не собираюсь. Как она меня не спросила, паршивка этакая.

Дракон уже здорово окосел, поэтому я поспешил задать главный для меня вопрос:

— А вы можете сделать мне душу?

— Что, душу? С чего бы мне её тебе делать? — удивился старый хрен.

— Ну как будущему родственнику, — развёл руками я.

— В принципе да, как будущему зятю, я бы сделал… А то вампир… вампир это как-то… неэстетично… — кивнул дайлиали. — Но видишь ли в чём дело, я не умею.

— Вы же сильный маг! — не захотел поверить такому ответу я.

— Ну да, сильный. Кучу заклинаний знаю. Но что б ты знал, родственничек… Работа с модернизацией разумных… Ну это… эфили или дар-озоров из вас налепить, а также вечную жизнь даровать, ну или даже душу. Это всё высшая магия, доступная только великим магам дайлиали.

— А вы кто? — нахмурился я.

— Я? — напыжился старикан. — Я куда умнее их всех! Потому что я выжил в той бойне последней войны, в которой всех настоящих магов дайлиали перебили ко всем демонам. Да, Дим! Во всей Вселенной не осталось ни одного мага нашего рода.

— Но вы же колдуете, — не захотел верить такому ответу я. — И очень сильно. Так кто же вы?

— Кто? — расхохотался уже пьяный чуть не в стельку лорд Ребу. — Я служил при одном принце-маге нашего племени… и я подавал к столу… Но ты же понимаешь, что мы в основном физическими телами не пользовались. Тебе и не понять, что я подавал, да и как выглядел наш стол… Но чтобы ты понял, то я на ваш человеческий манер, был виночерпием.

— Чёрт! — чуть не заорал я, начиная догадываться об огромной ошибке.

Ещё бы. Дайлиали не отказывались помогать своим верным сторонника из людей. Но они не делали души вампирам раньше, когда святоши и учёные пытались как-то с теми работать. Вдобавок, я действительно не слышал, чтобы какой-то дайлиали наградил особо выдающегося сторонника ну пусть не вечной жизнью, но хоть лишней сотней лет молодости.

Но… может этот бывший виночерпий просто привирает, чтобы добавить себе значимости? Так что я спросил:

— А покровитель Ордена Лежачей Башни кем был?

— По вашему… посудомой, — хохотнул старикан.

— Богиня Луны, покровительница оборотней Салаца?

— Швея!

— Четверо покровителей Церкви Пресветлого?

— Их на самом деле шестеро. Три служителя и три служительницы борделя. Хе-хе. Непыльная у них была работёнка. Но их услуги были по карману только магам, конечно.

Последние слова старикан уже еле выдавил из себя, а затем покачнулся и рухнул на землю. Я посмотрел на пустую бутылку из-под восьмидесятиградусной перегонки ленди и вздохнул. Жаль что такой информатор так быстро набрался. Это я не подумал. Но с другой стороны, если бы он не был так пьян, то про своих дружков-дайлиали и про себя так много лишнего вряд ли бы разболтал.

Я слегка попинал Лорда Ребу по ноге и почесал затылок. А теперь-то что мне с ним делать?

Тут раздалось шуршание камешков под подошвами ботинок, и к пещере подошла Жарра, на которой было навешано столько защитных заклинаний, что аж воздух слегка рябил.

— Ого! — произнесла девушка и показала мечом на старикана. — Кто это?

— Дайлиали… дракон… покровитель амазонок, — пожал плечами я.

— Что ты с ним сделал? — насторожилась магичка.

— Напоил, — развёл руками я.

— Между прочим, — прищурилась Жарра, — я вижу как у него сереет аура. Он умирает. Кажется ты переборщил со своим великим колдунством.

Я в очередной раз чертыхнулся и полез за лечебными зельями, но магичка произнесла:

— Я его полечу куда эффективнее. Да и в любом случае, помереть рискует только человеческое тело. Дух дайлиали только обалдеет, поняв, что он наверное первый из их расы, кто ухитрился отбросить копыта от перепоя. А потом новое тело сделает.

— Лучше бы его так не удивлять, — подумал я, опасаясь как бы мне не оказаться крайним в таком приключении древнего духа.

И тут тело вдруг исчезло, я нахмурился было, но Жарра пояснила:

— Спасательный телепорт. Сработал, когда повреждения тела превысили определённый порог. Значит он сейчас у себя дома, и над его телом работают поддерживающие и лечебные заклинания. Дня через два он будет готов отблагодарить тебя. И ты уверен, что он не захочет начать с пары огненных потоков божественного уровня?

— Думаю, нет, — улыбнулся я. — Мы неплохо поладили.

— Надеюсь, ты расскажешь мне, — улыбнулась девушка.

— Ну… — изобразил раздумья я. — Вечером в нашем гроте, думаю будет самое то.

— Да это понятно, — поцеловала меня магичка. — Как на такого вампирюгу можно злиться?

* * *

Оставшиеся дни, которые требовались магичке, чтобы закончить свое хоть не самое сложное для неё, но долгое заклинание, прошли скучно. Одни непрекращающиеся тренировки, которые мне уже надоели до чёртиков. Ну что поделать, если характер у меня такой. Не ленивый, но неусидчивый. Долго заниматься одним и тем же делом быстро надоедает. Хотя, надо признаться, у всех лентяев похожие отговорки.

Да и надо сказать, что моё настроение здорово портили мысли о том, что я зря понадеялся на дайлиали. Решил заслужить их расположение и получить за это душу. А эти бывшие слуги, оказывается, такому не обучены. Как там пелось в одной песне?… «Кроме мордобития никаких чудес».

Наконец настал день, когда мы все погрузились в фургон, и голем потащил его по серпантину вверх. Так и добрались до верхнего края обрыва, а дальше миновали сначала Змеиные скалы, а затем и степь ящеров. Здесь мы снова видели всё собранное козлом стадо, но попыток агрессии животные не предпринимали.

К вечеру выехали в уже обычные степи, где встречались с великим ханом, и встали на ночлег на прежнем месте. Остановились рано, потому что здесь место хорошее, приятное во всех отношениях, а дальше снова начнётся унылая степь.

И оказывается, нас здесь ждали. Ещё до заката к нам подъехала аж целая делегация, возглавляемая помощником великого хана, с которого Жарра сняла заклинание русалки. Но как я понял, старикан сейчас выступал только как представитель хозяев, то есть того кочевья, которое сейчас пасло свои стада в этих местах.

И меня сразу насторожило, когда я рассмотрел среди нескольких мужчин закутанную в несколько слоёв ткани фигурку. Ещё и сидевшую в обычном седле боком, это когда обе ноги с одной стороны. И я готов спорить на что угодно, что это именно девушка. И вот нафига её сюда везут?

Оказалось, что везли конечно же неспроста. С одной из лошадей спрыгнул какой-то хорошо одетый мужчина, подошёл к нам и на вполне нормальном русском сказал:

— Мой дед умер две недели назад. Он был великим шаманом. И у него был бубен, который прозвали Бубном Зла. Перед смертью он сказал, что в нашем кочевье нет никого, кто справится с этим бубном. Но ещё он сказал, что духи выразили ему великое благоволение, несколько недель назад послав доброго чужеземца. Ты спас его и не позволил, чтобы нежить из Проклятых земель растерзала Бубен Зла, освободив заточенного внутри демона. И шаман обещал отдать бубен тебе.

— Может он и обещал, но я на такое не соглашался, — покачал головой я.

Но возражал я не особо сильно. Так… Скорее не желая, чтобы меня пытались использовать. Хотя если подумать… Этот бес в бубне, он же очень информированный, хотя память его какая-то клочковатая. Но наверняка можно немало узнать, задавая правильные вопросы. Вдобавок я уже знаю от Жарры, что бес этот самый обычный, не особо опасный. Просто запугал владевших бубном шаманов, вот те и боялись, что если бубен повредить, то бес высвободится и устроит им «весёлую» жизнь.

Меня больше напрягало, что шаман же мне и оплату обещал за согласие взять бубен. Но эту мысль я обдумать не успел, потому что степняк подтолкнул ко мне девчонку, которую уже сняли с коня и чуть ли не принесли к нам поближе. Стянул с неё покрывало, и я увидел злые глаза, замотанный платком и несомненно заткнутый кляпом рот, а ещё связанные руки. А по тому, что она не шагала, а мелко прыгала, можно догадаться, что связаны ещё и ноги.

— Шаман сказал, что в уплату за избавление нас от Бубна Зла отдаст тебе правнучку, — тем временем вещал мужик, сунув бубен подмышку девушки. — Так что всё перед тобой чужеземец. И бубен, и правнучка. Она и красивая, и домашнюю работу знает, и умная, и наездница отличная. Настоящая дочь рожденных в седле кочевников!

Я ещё раз посмотрел в мечущие молнии глаза девчонки, которой было лет так шестнадцать-восемнадцать на вид, вздохнул и проворчал:

— Ладно, чёрт с вами. Давайте бубен, а правнучку шамана везите обратно.

Я ещё и покосился на Жарру, которая стаяла в двух шагах, и до этого с интересом наблюдала за представлением. Заметив мой взгляд, она скрестила руки на груди и произнесла голосом, который был настолько злым, что возможно тоже когда-то стал одной из причин прозвища «Добрая».

— Вы совсем охренели, конямирождённые! Это мой мужчина, по крайней мере сейчас. А вы ему какую-то девку предлагаете. Да я же сейчас с вами такое сделаю, что ваш Бубен Зла вам цветочками покажется!

Все гости сразу напряглись, да надо сказать и я тоже. И приготовился на всякий случай, если Жарра начнёт колдовать, кинуться на неё и вырубить. Ещё чего не хватало! Я видите ли «её мужчина».

Ещё и девушка подлила масла в огонь, как-то ухитрившись выплюнуть кляп и чуть глуховатым из-за мешающего платка голосом выкрикнуть:

— Да сдался мне твой мужчина! Я вообще не хочу, чтобы меня отдавали в награду кому-то, кто согласился взять их сраный бубен!

Кочевники тем временем отступали спиной к коням, а потом разом развернулись, попрыгали в сёдла и погнали лошадок в степь. Только внук шамана выкрикнул напоследок:

— Можешь хоть всё на траву бросить! И бубен, и девушку. Это уже нас не касается. Что ты и с кем делать будешь.

Глава 27

Я взглянул на девчонку, которая уже с каким-то страхом смотрела на нас с Жаррой, явно догадываясь, что её сейчас может и не прибьют, но запросто могут бросить здесь. И не факт, что какое-то племя согласится принять связанную с Бубном Зла девушку.

А магичка вдруг спокойно улыбнулась и произнесла:

— Извини, Дим, я просто их пугнуть хотела. А девушка… Делай с ней что хочешь.

— А что мне с ней делать? — развёл руками я. — Пристрою куда-нибудь. Не впервой.

— Ну если так, — кивнула Жарра, — то я её могу взять служанкой. А может и помощницей. Если захочет, конечно.

Степнячка энергично закивала, а магичка продолжила:

— А ты забирай Лунка. Мы же через три-четыре дня расстанемся. Да, расстанемся. Не надолго, думаю, просто мне надо отдохнуть от всей нашей банды. Так что будет справедливо, что мы никого не бросим, а всех пристроим.

Тут мы оба посмотрели на наш фургон, около которого стояли пятеро принцев и чуть в сторонке Лунк. Мы были достаточно далеко, поэтому нашего спора с кочевниками подростки не слышали, хотя и смотрели во все глаза.

Но не все смотрели. Чёртов мальчишка-эфили стоял чуть в сторонке и, выставив ладони, кажется колдовал, потому что я буквально почувствовал по его позе, как тот пыхтит от натуги. И объект колдовства был уже почти рядом. Точнее шёл от небольшой кипы кустов. И был это очень хорошо знакомый мне козёл. Очень лохматый и в стальном ошейнике.

Я даже догадался, что эта чёртова скотина решила отомстить людям, которые унизили его, разогнав войско ящеров. Что он хотел сделать уже не важно, потому что попался под колдовство эфили, и сейчас подрагивая от напряжения, делал шаг за шагом к Лунку, хотя явно против своей воли.

— Ну ничего себе! — выдохнула Жарра, которая подняла с травы брошенный степнячкой бубен и задумчиво вертела его в руках, но отследила мой взгляд. — А парнишка-то силён! На таком расстоянии нелояльное животное подчинить.

Но будто накаркала. Вдруг в одно мгновение диспозиция изменилась. Козёл всё-таки сумел сбросить магическое подчинение, встал на дыбы, отчаянно мекнул и кинулся на Лунка, выставив вперёд острые рога. Мальчишка завопил и в последний момент подпрыгнул, приземлившись на спину скотины, конечно же спиной вперёд.

Дальше они мчались уже вдвоём. Козёл с сидящим на его спине и орущим мальчишкой. И мчались они к нам. Точнее к Жарре. А та что-то растерялась и ничего не кинула магического. А может не хотела в наездника случайно попасть.

Но всё-таки в последний момент девушка, как заправский тореадор, отскочила в сторону и с размаху насадила бубен на рога, которые сейчас были как раз задраны вверх. Потом всё произошло в секунду. Я схватил за шкирку Лунка, сдёрнув с козла, а само животное с разбегу залепило лбом в девушку-кочевницу. А та и убежать или отскочить не смогла, со связанными-то ногами. Только развернулась, так что получила мощный удар по заднице и с визгом полетела на траву.

А козёл отбежал чуть в сторону, кажется хотел развернуться, но передумал и стремглав бросился в степь.

— Чёрт! — завопила Жарра. — У него же бубен с бесом! А тот до чёрта всего знает!

Впрочем, она тоже знала что делать. Выставила вслед беглецу ладонь, и с руки сорвалась молния. Но козёл как будто почувствовал, сделав немыслимый пируэт, даже покатившись по траве. Затем продолжил бегство.

Жарра совсем по-солдатски выматерилась и выпустила целую очередь из небольших, но явно весьма мощных огненных шариков. Но беглец кажется знал, куда попадёт каждый, и увернулся от всех.

— Дим! — завопила Жарра. — Бес из бубна кажется вселился в козла. Не могло животное так магию чувствовать. Нам он очень нужен!

— Нужен, — вздохнул я. — Но фиг мы его сейчас поймаем. А нам надо принцев сдать.

Ещё до рассвета мы продолжили путь, и я здорово гнал Рыдвана, не обращая внимания, что на кочках степи фургон шатало как корабль во время шторма. Очень уж мне надоел этот поход! Одно плохо — скамейка здорово била по заду на каждой колдобине. Но переживу, с вампирьей-то регенерацией. Жарра сидела у меня на коленях, потому что так ей было мягче, а принцы, Лунк и девушка, которую звали Камиень, летали внутри фургона, когда уставали держаться за всё что попало под руки.

В общем, когда после обеда второго дня мы выехали на Кольцевую дорогу, все вздохнули с облегчением. А затем мы лихо промчались по дамбе через каньон, в котором просидели три недели, миновали ущелье, и подъехали к огромному очень хорошо знакомому мне трактиру.

Впрочем, останавливаться я там не планировал, что вызвало печальный вздох у всех спутников, когда я это сообщил. А я просто хочу до утра оказаться в Гросане и сдать чёртовых принцев сэру Протазану. Пусть он сам уже дальше разбирается, как закрутить интриги по возвращению парнишек родителям. Я своё дело сделал. И самое дерьмовое, что похоже зря так убивался. Ну поговорю я с дайлиали, который покровительствует Ордену Лежачей Башни. И что? Душу он мне сделать не сможет. Куда ему! Этот тип не был великим магом, а занимал наверное самую фиговую должность среди всех выживших представителей великой духовной расы. Он мыл посуду. Где посуда, и где души!

Ехали мы быстро, но не так чтобы. Нормальная крейсерская скорость для Рыдвана — километров двадцать в час. И тут вдруг из внутренностей фургона высунулся Лунк и тихо сказал:

— Сэр Дим! Леди Жарра! Нас преследуют.

— Кто? — сразу насторожился я.

— Рыцарь! — отрапортовал парень.

Я выглянул из-за края фургона, хмыкнул и натянул поводья. После довольно резкой остановки моего голема, спрыгнул на белые плиты, радуясь возможности размять ноги, и пошёл навстречу преследователю.

Тот тоже осадил коня, спрыгнул, звякнув полными доспехами, и отрапортовал:

— Здравствуйте, командир!

— Привет, Толян, — кивнул я. — Какими судьбами?

— Сэр Дим! — чуть не в струнку вытянулся довольный рыцарь, которому всего семнадцать лет, да и ростом он не вышел, как и умом. Всё ушло в рыцарские принципы в самом дубовом варианте. — Мне две недели назад прислала письмо леди Кейси. Она просила передать вам конверт с посланием, и написала, что вы будете проезжать на цирковом фургоне мимо того трактира. Я конечно же не преминул выполнить мой долг перед вами и отправился в трактир. Даже нанял двух мальчишек, чтобы они неотрывно смотрели на дорогу, и всё равно, вы так быстро проехали мимо, что я еле успел вас догнать.

Парень протянул мне измятый и воняющий потом конверт, который он держал у себя под броней, не иначе. И я, пока вскрывал послание, подумал, что Кейси тоже отследила меня, как и её дедуля-дракон. Не совсем отследила, но догадалась, где я буду проезжать. А фургон она мне сама и дала.

Я прочитал письмо и только пожал плечами. Девушка писала мне, что со мной хочет поговорить её дед. И просила меня, когда я увижу его, не начинать бой, потому что тот если и нападёт, то только для острастки. Ну что ж… Опоздало предупреждение. Но зачту его как плюс этой паршивке, надувшей меня.

Я поблагодарил Толяна и сказал, чтобы тот не провожал нас. У нас свои дела, а он пусть едет к себе в замок. Но парень попросил меня сопровождать нас хотя бы до первого поворота на запад. На дорогу, по которой можно попасть в Гросан.

А я только махнул рукой, соглашаясь. Нет, фургон циркачей сам по себе привлекает всё внимание, а уж если рядом едет рыцарь в полных доспехах… Но с другой стороны, почему знатный вояка не может быть очарован какой-нибудь гимнасточкой?

Было и ещё соображение. Уже вечер, и из Проклятых земель может вылезти что-нибудь неприятное. И пусть рыцарь справится со слабой и даже средней нежитью, но бывает, что вылазит и что-то сильное. А этот же идиот слово «отступить», в смысле «сбежать», просто не знает. Так что пусть проедет с нами, благо на Кольцевой дороге и днём кого-то из людей встретить сложно, а уж в сумерках так и подавно.

Мы продолжили путь и миновали кучку скал, в виде огромных каменных пальцев, с монастырями на вершинах половины из них, затем уже совсем приблизились к нужному перекрёстку, когда нам навстречу со стороны Проклятых земель выехал десяток амазонок.

Я сначала здорово напрягся, а затем заметил чуть дальше большой воинский лагерь, причём прямо в Проклятых землях. И напрягся ещё больше. Амазонки — одни из лучших воинов этого мира, и если у них будут к нам претензии, то мало не покажется.

Тем временем встречающие приблизились, и я рассмотрел, что командует ими немолодая дама, которую я год назад победил в поединке. Надо же! Было время, когда поединок даже с амазонкой имел для меня смысл. Теперь я уделал бы такого противника шутя. Да, прошёл год и я здорово набрал силы и умений. Это не говоря о том, что и магию изучил.

— Приветствую, Дим! — взмахнула рукой женщина. — А это ведь действительно ты! Наша наблюдательница в последнем трактире засекла артефактом твою спутницу по ауре и прислала сокола. А ведь ты нам нужен. Точнее, нашей княгине.

Я покосился на Жарру, которая досадливо покусывала губу, догадавшись, что кто-то поставил сторожок именно на её ауру, а амазонка вдруг заговорщицки понизила голос и добавила:

— И княгиня сказала, чтобы мы передали, что у неё послание от твоего командира, прозвище которого состоит из названия оружия. И наша старая грымза ещё добавила, что это для того, чтобы ты нас тут всем десятком в бараний рог не скрутил. А что? Ты уже и так можешь?

Я кивнул, после чего дама задумчиво прошептала:

— Вот почему умные люди говорят, что нежить надо гасить пока она ещё слабая.

Я остановил фургон напротив лагеря, спрыгнул на каменные плиты дороги и пошёл в строну кучи костров и лежанок рядом с ними. Только краем глаза отметил, что Толян перекинулся парой слов с какой-то амазонкой из кучки, которая вроде как стала охранять нас с тыла, после чего пристыженно переехал на своём тяжеловозе за нашу повозку, а нахальные дамочки о чем-то оживленно шушукались, время от времени взрываясь вспышками язвительного хохота.

Лагерь амазонок впечатлял. Да их же здесь полтысячи! Не меньше. Ну понятно, почему они не побоялись встать в Проклятых землях. Местная нежить для них как желанная разминка.

— У нас здесь место сбора, — поясняла провожатая. — Многие наши закрыли наймы, и скоро мы двинемся к себе. Но наша командир пока потребовала стоять здесь. И я уже задумываюсь, не из-за тебя ли, парень?

Отвечать я ничего не стал, потому что мы уже прошли среди рядов лежанок, и вышли к единственной палатке, около которой у костра сидела крупная некрасивая девица, которую я тоже узнал. Княжна, побитая мною первой в тех поединках год назад.

Она бросила на меня злой взгляд и скрылась в палатке. Через пару секунд вышла и кивнула мне на вход.

Внутри меня встретила мощная очень немолодая дама, для разнообразия наряженная не в доспехи, а в брючный костюм из дорогой ткани. И в стальной короне на голове.

— Вот ты какой, Дим из Лорденики, — с усмешкой кивнула она. — Впрочем, некогда мне тут воздух сотрясать. Слушай и услышь! Один мой старый знакомый, сэр Протазан, попросил меня перехватить тебя со спутниками. И передать письмо.

Амазонка протянула мне конверт, в котором оказалось послание всего из одной строки: «Езжайте сразу в Лежачую Башню».

Я кивнул, а дама вдруг подмигнула мне и произнесла:

— Вы там великие дела воротите. Но если жопа пригорит, то приезжай ко мне. Просто погостить. Как твой командир, сэр Протазан, когда-то приезжал.

Я кивнул, но говорить ничего не стал, а молча вышел из палатки. Обратно мы шли, когда лагерь освещался уже в основном кострами. И тут я встал как вкопанный, потому что своим ночным зрением вампира увидел такое! Точнее, одну девушку.

Свернул в боковой проход, и сопровождающая двинулась за мной, пояснив:

— Здесь у нас пленные. Вот ждут, пока за них выкуп привезут. Есть и рыцари, и вельможи всякие, но больше, конечно, наёмников. За них и просим-то мало, а всё равно собирают со скрипом.

Я остановился у маленького шалаша чуть в стороне от кишащего пленными пятачка, и улыбнулся девушке, которая вскочила мне навстречу. И тут же повернулась чуть боком, чтобы скрыть изрядный застарелый фингал на половину лица.

— Привет, Лалиса! — произнёс я.

— Ох, Дим! — ответила девушка. — Вижу, ты опять на подвигах.

— Героическая девка, — хохотнула моя сопровождающая. — Была в одном отряде наемников, который охранял шахту. А наши девки были в найме у их противника. И мы тот отряд знаем. Хороший отряд. Мы их уже дважды били. Но и они разок наших отделали. А в этот раз наша полусотня как налетела на их десяток, так те сразу понятливо оружие побросали. Ну как заведено. Боя там и не было. Одна эта… Пока командир не крикнул бросать оружие, успела всадить болт из своего арбалета. И не поверишь! Прямо в зад одной из наших.

— Не в зад, а в бедро, — проворчала Лалиса. — Я же спереди стреляла.

— Не важно! В общем ей двинули слегка, и вот. Теперь ждём выкуп, — отмахнулась амазонка.

— А можно я этот ваш выкуп оплачу? — спросил я.

— Да почему нельзя-то? Сейчас крикну девкам, чтобы сказали, сколько хотят.

Пока ждали нужную амазонку, Лалиса развела руками и с досадой произнесла:

— Эх, Дим! Как же мне не везёт! Дед отправил меня в надёжный отряд, чтобы опыта набиралась. Ну я и набралась, как видишь… На второй день нас и того… И какая же гадость! Я же уже второй раз облажалась. И только когда с тобой в Альгион плавали, всё хорошо прошло. Пиратов настреляла.

К нам уже подошла ещё одна важная амазонка, которую я тоже знал, хотя только в лицо, и все мы слушали с интересом. А затем моя сопровождающая воскликнула:

— Так ты та самая девка, что с вампиром пиратов настреляла? Ого! А что сразу не сказала?

Амазонка повернулась к только что подошедшей и спросила:

— Отпустишь героическую девку с нашим вампиром, чтобы подешевле?

— Хм… — задумалась та. — Да даже бесплатно отпущу, но с нагрузкой.

Женщина свистнула, показала что-то на пальцах, и вскоре к нам подошли две очень хорошо мне знакомы девушки.

— Вот… ученицы… Маргаритка и Свечка. И они всё… Не получат имён.

Девушки посматривали то смущённо на меня, то виновато на наставницу, а та продолжила:

— Нет, так-то они вполне себе готовые как воительницы. Но у нас же правило простое. Проявить себя. А они… Что ни бой, так какая-то напасть. То одну ранят, а вторая её прикрывает, то наоборот. И так уже пять раз. В общем, наши девки их уже считают невезучими. А такие в отряде точно не нужны. И им сейчас один путь — на мирные ремёсла садиться, а это для них позор страшенный. Так что вот, Дим из Лорденики! Забирай свою Лалису совсем без выкупа, но с ней и этих двух дур. И тебе три девки лучше одной, и им хоть не позориться.

Я посмотрел на смущенно улыбнувшихся мне здоровенных девиц, и только вздохнул. Чёрт! Ну и куда я их? А хотя… Воительницы они неплохие, так что отдам Дилле, королеве Галонии. Будут дворец охранять.

Так и пошли мы дальше целой толпой. И надо сказать, что видеть лицо Жарры, когда мы подошли к фургону — это много стоило. Но магичка только проворчала, показав пальцем в небо:

— Дим, мне кажется, если тебя на Луну послать, то ты и оттуда девок приведёшь!

А вот Толян повёл себя странно. Он соскочил с коня, опустился на одно колено перед Лалисой и принялся что-то с жаром ей говорить. Я хотел было напрячь вампирий слух и послушать, но потом отбросил эту мысль. Что он говорит, и так ясно. А Лалиса сама уже не маленькая. Могла бы и по морде этому парнишке сразу двинуть, за то что он её бросил прямо перед обещанной свадьбой.

Но Лалиса слушала хоть и без особого интереса, но по крайней мере слушала.

Я кивнул головой Маргаритке и Свечке на фургон, потому что у них кроме одежды были только мечи и ножи, а броня и кони принадлежали отряду. Затем подождал пару минут и крикнул Лалисе тоже садиться.

Рассказал Жарре про послание от сэра Протазана, и мы решили, что переночуем в каком-нибудь трактире, чтобы не ломиться ночью в Лежачую Башню, до которой было всего часа четыре быстрой езды.

Правда я не хотел случайностей, поэтому располагаться на ночёвку в поле не стал, а около первого же городка спросил про маленький уединённый трактир. Встреченный в такое позднее время какой-то хорошо одетый пьянчуга махнул рукой в сторону и пояснил:

— Там можно отлично переночевать. И никого не бывает обычно, потому как дорого.

Я не понял, что нам рекомендуют, но проверить-то недолго. Так и получилось, что мы уже ближе к полуночи выехали к красивой усадьбе, постучали в ворота, и нам открыли, и даже согласились выделить всем просто королевские апартаменты за весьма значительную сумму. Я махнул рукой, потому как все мои спутники уже совсем измотались, а затем спросил:

— А что это за заведение у вас?

— Странноприимный дом для молельцев при храме святого Угария, — пояснила мне немолодая женщина, так стреляя глазками, что я понял, что моё очарование вампира попало на очень подготовленную почву. — Наш святой на весь Запад знаменит, как один из самых больших защитников благообразного поведения, чего так не хватает молодёжи.

Я ещё раз кинул взгляд в обещающие очень горячую ночь глаза встречающей, и начал догадываться, что может молодёжи здесь что-то и впаривают про благостное поведение, но и про греховные развлечения не забывают. Впрочем, такое в церкви встречается сплошь и рядом. Причём, чем богаче храм и подворье, тем меньше там этой самой благодати. Ну да, откуда деньгам браться, если досконально следовать всему, что понаписано в священных книгах.

А ещё меня насторожило имя святого. Угарий… Уж не от слова ли «угорать» оно произошло? Вот, к примеру, про святую Куролесию мне немало известно, так почему бы у этого типа тоже не могло быть говорящего имени?

Но угорать при храме святого Угария мне не хотелось, да и вообще я планировал было навестить Лалису, но когда я вышел из банной комнатки, девушка уже сидела в главном зале на первом этаже в компании Толяна и двух амазонок. И как мне пояснили чуть позже, Маргаритка и Свечка настояли на выпивке за мировую, потому что та амазонка, в которую влепила болт из арбалета моя подруга, была как раз Маргаритка. Но дело было в бою, так что причин для недовольства не было. А вот причина выпить оказалась очень даже уважительная.

А минут через пять ко мне в комнату постучался Толян и подмигивая попеременно обоими глазами прошептал:

— Сэр Дим! А я ведь вымолил прощение у вашей сестры, и она согласилась выйти за меня. Прямо не откладывая, завтра на рассвете. Тем более, что храм здесь очень знаменитый. Очень праведный и почитаемый по всему Западу.

Я кивнул, подавив раздражение. Лалиса мне очень нравится, но я понимаю, что ей хочется чего-то большего. А этот придурок Толян почему-то до сих пор называет её моей сестрой. Ну идиот он. Девушка же, похоже, окончательно разочаровалась в воинской профессии. Ну не везёт ей, бывает. А скорее, это обычная жизнь наёмника. То ты на стороне победителей, а то наоборот. И хорошо, если жив остался. Так что я вполне понимаю, что Лалисе понравилась перспектива стать баронессой. А здесь храм под боком. Точнее мы на его территории, так что Толян ничего выкинуть успеть не должен. А вот после свадьбы куролесить ему уже не позволят его принципы.

Но Толян сказал ещё не всё что хотел. Он сделал заговорщицкое лицо и добавил:

— Сэр Дим! Но вы же помните, что я наложил на себя обет не пить ничего, что пьянит. Но… ну вы же понимаете… Такое событие… А вы, как командир, можете приказать.

— Слушай приказ, боец! — чуть не гаркнул я. — Обет не пить спиртного прекратить! Выполнять!

Глава 28

Толян покивал и умчался в зал, откуда его приветствовали восторженные вопли амазонок, из которых также следовало, что к компании присоединился сам пардий местного храма, заглянувший чтобы обсудить детали завтрашнего обряда.

Я же направился в комнату Жарры. Ладно. У нас последняя ночь перед расставанием надолго. А расставание будет действительно долгим… Очень уж мы надоели друг другу.

Солнце только вставало, когда я услышал стук сначала в дверь моей комнаты, а затем и в дверь Жарры. Я кое-как натянул штаны и рубашку, после чего зевая открыл дверь, за которой обнаружилась служанка.

— Сударь! — зачастила она. — Уже началась служба в храме по причине великого праздника, чествования шестого мирного подвига святого Угария, когда он отказался от бесплатной выпивки. А перед службой состоится венчание! И ваш товарищ, сэр Тоилян, просил подойти вас. Вроде как благословить сестру.

Я выматерился себе под нос и, размышляя, а хочу ли я идти на эту чёртову свадьбу, принялся нормально одеваться. И причин для ворчания была куча… свадьба подруги… спать хочу… Надо же! Я не выспался. Мне и спать надо всего четыре часа в сутки, но сегодня получилось только два. Жарра была в ударе и всю ночь накладывала на себя бодрящие заклинания. Зато сейчас её и колоколом не разбудишь.

Я спустился в зал странноприимного дома для богатеев и присвистнул. Один стол валялся на боку, а другой вообще разломили на два куска. Всюду кости и пустые бутылки. Неплохо Толян с девушками оттянулись!

Из храма донеслось многоголосое пение, и я хотел продолжить путь, чтобы не опоздать, но тут встал как вкопанный. Просто увидел такое! Такое! Под крайним столом спала Лалиса, причём её кто-то заботливо укрыл плащом, а под голову положил сапог.

Я бросился к девушке, но только прикоснулся к плечу, как она открыла глаза. И выглядела она вполне бодренькой и выспавшейся. И даже синяка не было, вероятно после втирания магической мази.

— Ой, Дим! — воскликнула девушка. — А что? Уже утро? Я вчера выпила пару бокалов и похоже уснула.

А я ни черта не понимал, но на всякий случай ругнулся под нос и кинулся к двери. Влетел в храм и замер в дверях, услышав заветное для многих.

— Об-быевл-лау вас-с-с муж-ж-жем и жён-н-нами, — еле выговорил пардий в измятой и облитой вином парадной мантии. Этот святоша был настолько пьян, что стоял только потому, что его подпирали под оба бока служки, стараясь отворачиваться, когда тот на них дышал.

Напротив него стоял Толян, которого за каждую руку держали Маргаритка и Свечка. И все они были в абсолютно невменяемом состоянии. Я уверен, что никто из них вообще не понимал, где они находятся и что делают. Но говорить, кажется, ещё недавно могли, потому что согласие-то дали, судя по тому, что народ в храме разразился натужными поздравлениями молодожёнов. И паства тоже пребывала в прострации, наблюдая творящееся непотребство, но две здоровенные невесты, между которыми был зажат жених, плюс изрядный фингал под глазом пардия, к лишней свободе слова не располагали.

Пардий постарался изобразить священную восьмерку на троицу, но не довёл жест до конца, вывернулся из рук служек, и рухнул на пол. А за этим тройной грохот сообщил, что и молодожёны тоже посчитали церемонию законченной, а значит можно и отдохнуть.

— Идиот! — раздался у меня из-за спины вопль Лалисы. — Баран! Скотина!

Я кинулся на девушку, схватил её в охапку и поволок к комнатам. А ещё прижал ей сонные артерии. Пусть поспит и успокоится. И я догадываюсь, что произошло. Самый стойкий к алкоголю пардий единственный из компании вспомнил, что должен на рассвете кого-то обвенчать. Вот и увёл всех, кого собрал. Ну и получилось, что получилось. И хоть в Церкви Пресветлого не принято многожёнство, но… не сказать что совсем недопустимо.

Я уже почти дошёл до отдельного входа в апартаменты, когда мне навстречу выскочила Жарра. Здорово взвинченная и растрёпанная.

— Дим! — зачастила она. — Ты куда тащишь Лалису, да еще и усыпить пытаешься? Я думала у вас добровольно было… Или она как молодая жена упирается? А ты решил хлебнуть крови напоследок? Но если надо усыпить, могу помочь магией.

— Не надо меня усыплять! — чуть не прорычала начинающая неудачливая воительница, и уже опытная невеста, но именно по этой причине тоже неудачливая. — Да и вообще, идите все к чёрту! Я вообще, сейчас уйду из вашего идиотского отряда! Вернусь в Гросан к дедуле.

Я посмотрел на девушку, у которой было-то вещей, только что на ней надето. Ни оружия, ни денег амазонки ей не оставили. Ну допустим всё, что надо для путешествия, я ей дать могу, но она же сейчас в таком состоянии, что просто не дойдет. Или убьет кого-нибудь, или её прибьют.

А Жарра тем временем чертыхнулась и продолжила:

— Вот чёрт, о какой-то ерунде говорю. Я же чего бежала. Эту богадельню окружает элитный отряд церковников.

Я удивленно приподнял бровь, осматривая двор, а магичка добавила:

— Я почуяла очень сильное колдовство. Оказалось, что это маги накладывали защиту на их вояк. Ну да, про меня может не знают, но подозревают. И это точно церковники. Я поднялась повыше, девушка показала на декоративную башенку над крышей гостевого дома, — и рассмотрела прячущихся за воротами воинов, колдунов и пардиев. И пару магов узнала. Мы пересекались ещё… э-э-э… ещё в прошлой жизни.

Я отпустил, наконец, Лалису и начал усиленно думать. Итак… Нас выследили. Скорее всего в трактире при въезде в западные земли был соглядатай и от церковников из враждебной фракции. И они догадались, что принцев вывезли в цирковом фургоне. Ну да, просто кто-то сообщил о нашей поездке по Кольцевой дороге. А циркачи там никогда не ездят. Ну ладно… Я сглупил, но как можно было выбраться по-другому, я и сейчас вариантов лучше не вижу.

Сейчас же… Я обратил внимание, что в середине двора стоит карета, и от неё ко входу в странноприимный дом идёт благообразное семейство вроде бы простолюдинов, но очень состоятельных и при власти. Точно при власти, потому что на шее главы семейства висела золотая цепь с гербом какого-то города и знаком бургомистра.

Какие-то служки храма снимали с крыши кареты сундуки, а кучер недовольно поторапливал:

— Давайте живее! Мне уплачено только за дорогу сюда, а не за ожидание пока вы трясёте своими задами вместо работы. Это вам чем медленнее работать, тем лучше. А я служу в конюшне с наёмными каретами. Время для меня равноценно серебру!

Тем временем семейство приближалось к главному входу в гостевой дом, и около них буквально увивалась моложавая дама из мелкого начальства этого храмового гнездовья святого Угария. И не переставая трещала:

— Вот увидите! У нас всё очень благообразно и чинно! Вы сможете помолиться недельку, и ничего не будет вас отвлекать от праведных мыслей.

Глава семейства только кивал, не показывая эмоций, его супруга надувалась от таких речей как индюк, а вот две взрослые дочки, которые шли за родителями, морщили лица, явно не в восторге от богомольных перспектив.

Тут встречающая распахнула дверь, и глазам гостей предстал разгромленный залитый вином зал. Но женщина стояла спиной, и увидев удивление, которое стало проступать на лицах гостей, слегка виновато протянула:

— Немножко не прибрано. Это у нас ночью пардий исповедовал одного очень воспитанного молодого барона. Тот приехал уже поздно вечером и изъявил желание не откладывая обвенчаться со своей красавицей невестой. Они как раз закончили венчание и сейчас будут выходить.

Тут торжественно зазвонили колокола, главные ворота храма распахнулись, и появилась процессия. По четверо монахов пыхтя несли за руки-ноги сначала новоявленного мужа, а за ним жён. И было им нелегко. Толян хоть и мелкий, но в стальных доспехах, а амазонки сами по себе очень мощные, и весят как крепкий мужик.

Я схватил за руки Лалису и Жарру и потащил к карете, проворчав под нос:

— Надо спешить, а то как бы гости не захотели вернуться на той же карете, что приехали.

Возница смотрел на представление разинув рот, но я бесцеремонно ткнул в него ножнами и произнёс:

— Уважаемый, вы свободны? — дождался ошалелых кивков, сунул ему золотой и твёрдо распорядился, не предполагая никаких отказов. — Сейчас эта дама придёт с детьми, и вы повезёте их куда скажут. Это не очень далеко. Потом отдадите сдачу.

Мы отошли чуть в сторону, и я пояснил магичке:

— Я, Лалиса и Лунк поедем в фургоне, за нами погонятся. А ты тогда с принцами и Камиень спокойно выезжайте. А Толяну и его жёнам никто ничего не сделает. Они вообще не в курсе наших дел.

Жарра убежала, а я кивнул Лунку, который разинув рот тоже смотрел на вынос молодожёнов, и мы быстро прошагали к фургону, который так и стоял на заднем дворе. Все погрузились, я сорвал кнут, который висел на специальном крюке, но с големом в упряжке конечно же не требовался, привстал на скамейке и издал подслушанный вопль лихого кучера, надеясь привлечь как можно больше внимания:

— Ир-р-р-р-р-ра!

Щелкнул кнутом и послал Рыдвана на максимальной скорости, километров так сорок в час. Голем за секунды домчался до запертых задних ворот, через которые доставляли припасы, ударил в них грудью, буквально вынеся створки, и вылетел на дорогу.

Та, к сожалению, была совсем не пустой. От близкого города тянулась цепочка прихожан, которые скоро здорово пожалеют, что пропустили свадьбу заезжего барона. Но пока видя цирковой фургон, люди уступать дорогу не спешили. Ну да, как обычно. Артисты люди малоуважаемые, так что важным бюргерам и их жёнам убираться с пути не пристало.

А ещё и одна дама в дорогом плаще, которая медленно шла к калитке рядом с воротами, просто застыла, разинув рот. Но всего на мгновение. Тут же сунула руку под плащ и вытащила с короткой богато украшенной палкой. И эта палка называется жезл. Магический жезл, из тех, которые некоторые маги используют для помощи при колдовстве. Ого! Значит командир окружившего подворье элитного отряд церковников решил послать кого-то внутрь под видом мирной прихожанки!

Я взмахнул кнутом, но в последний момент пожалел и решил не бить даму по красивому лицу. Но получилось тоже не плохо. Кнут обвил даму вокруг бёдер и кончиком стегнул по заду, и очень сильно. Магичка сразу про все заклинания забыла и с воплем рухнула на дорогу.

Эта расправа имела и ещё один эффект. Прихожане на дороге сразу забыли про спесь и с воплями бросились врассыпную, так что фургону больше никто не мешал.

Но не долго. Всего метров через двести из кустов с обеих сторон дороги шагнули два воина в лёгких доспехах и с арбалетами в руках. Синхронно встали на одно колено на обочинах и, со слившимися в один щелчками, разрядили своё оружие. И хорошо что они стреляли в коня, не зная что бывших заложников в фургоне нет. А ранить или убить принцев было бы очень плохим результатом армейской операции.

И залп из двух болтов должен был сразу убить лошадь, но не голема, конечно. Рыдван как ни в чём не бывало продолжил бежать, а вояки вскочили, лихорадочно пытаясь перезарядить оружие. Но мы уже проносились между ними, и я ударом кнута сбил одного с ног.

Расслышал из-за спины вопль Лалисы:

— Арбалет! Мне нужен арбалет!

Поэтому лихо сместился на скамейке и схватил второго за шиворот. Пока тот ехал с нами, болтая ногами в воздухе, отобрал у него оружие и закинул в фургон. Ещё сорвал колчан с болтами, а более ненужного вояку отшвырнул в кусты.

На первом же перекрёстке я свернул на боковую дорогу в обход городка, ещё и удачно ведущую в направлении на Гросан, и фургон, не снижая скорости, бешено подпрыгивая на ухабах и поднимая тучи пыли, продолжил путь.

А через километр с нескольких направлений за спиной начали выскакивать верховые отряды, и уже через пару минут я прикинул, что вояк здесь около полусотни. И среди латников заметил несколько магов и парочку пардиев.

Преследователи довольно быстро догоняли нас, потому что хороший конь может скакать заметно быстрее рыси Рыдвана. Вот за спиной щелкнул арбалет, а затем раздалась яростная ругань Лалисы, потому что опытный воин, скакавший первым, успел прикрыться щитом.

Второй выстрел оказался удачнее, и один из преследователей, поймав болт в бок, в седле хоть и удержался, но сразу выбыл из погони.

И тут сзади загрохотало. Первый разрывной снаряд впечатался в попону голема, но тот, в отличие от лошади, не обратил на удар внимания, только чуть вильнул на бегу. Второй грохнул сзади, повозку сильно тряхнуло, а затем я с удивлением проводил взглядом колесо, которое не только оторвало взрывом, но и с ускорением послало вперёд. А ещё оно было объято пламенем. Ну очень красиво, если бы это было не наше заднее колесо.

Над головой у меня загудело пламя, и я оглянувшись заметил, что вся крыша фургона объята пламенем. Похоже преследователи решили, что если поджечь тент, то от принцев особо не убудет. В крайнем случае можно будет потом откачать магией.

— Ко мне! — заорал я. — Оба! Быстро!

Схватил высунувшихся Лалису и Лунка за шкирки, вскочил на ноги и прыгнул на круп Рыдвана. Сел сам, хоть седла и не было сейчас, но не важно, посадил Лалису, так и не бросившую арбалет, перед собой, а мальчишку сзади, после чего выхватил меч и в два удара перерубил постромки.

Погнал голема вперёд, а за нами кувыркался, разбрасывая искры, горящий и потерявший ещё одно колесо фургон. И отлично. Дорогу он перегородил хоть не полностью, но на скаку его теперь не объехать. Правда выгадали мы от силы минуту, если не считать нескольких преследователей, которые скакали по полю вдоль дороги.

Я разглядел густые и, насколько я знаю, довольно колючие кусты, к обширным зарослям которых мы как раз подъехали, и послал Рыдвана прямо в самую гущу. Нормальная лошадь в такое точно не полезет, даже если за уздцы её вести, а голему было, конечно, всё равно. Но это голему, так что я на всякий случай крикнул спутникам:

— Ноги подожмите!

Так мы проехали пару сотен метров, миновали кусты, и я надеялся что скоро выберемся в редкий лес, который заметил чуть в стороне. И тут на нас вылетел немолодой, но очень бодрый пардий, который изначально то ли не успел к развлекухе, то ли сразу пытался обойти нас по очень широкой дуге.

Святоша наставил на меня здоровенный серебряный священный символ в виде сияющей восьмерки и радостно заорал:

— Отведай, нежить, божественной силы Пресветлого!

Мне так-то нечего было бояться жреческого колдовства, но и что-то с этим типом в любом случае надо делать. Иначе ещё долго будет под ногами путаться. А Лалиса хоть и не выпустила арбалет из рук, но на ходу никак не могла его перезарядить, потому что тот был хоть и неплохой машинкой, но обычной конструкции, взвести которую можно только стоя.

Я выставил руку навстречу восьмёрке пардия и сделал круговое движение, мысленно пожелав атаковать. И случилось неожиданное — уже века не встречавшееся в этом мире противостояние божественных сил. Я так понимаю, светлая магическая сила жреца, намоленная прихожанами различных храмов, столкнулась с моей, которую мне дарили последователи шаньшаньского алай-гуру.

И хоть божественные силы обычным зрением не разглядеть, но при встречном ударе они обратились в сноп искр, белых и чёрных, которые осыпали всех, но больше всё-таки святошу. Похоже, мои молельцы старались куда качественнее, как минимум искреннее.

Часть моего удара достигла и самого пардия, скрутив его душу. Да так что жрец вывалился из седла, ещё и вопя в ужасе:

— Горе! Чёрные боги вернулись в мир!

Мы проехали на максимальной скорости лес, затем поле, и выехали к небольшой речушке, но с очень обрывистыми берегами. Перебраться через неё нечего было и думать, что на обычном коне, что на моём големе, который вообще взбираться на кручи не умеет. Так-то глубины здесь было немного, но проблему представляли именно берега.

К счастью недалеко обнаружилось большое село за внушительным частоколом, а рядом мостик. Очень паршивенький и трухлявый. Но это даже лучше.

Я проехал по нему на Рыдване, затем соскочил на землю и достал из сумки последнюю бутылку восьмидесятиградусной перегонки ленди. А когда принялся лить её на почерневшие доски, заметил, что на меня смотрят три старухи, которые выбрались вроде как полоскать бельё, но похоже просто хотели провести побольше времени вдали от домашней суеты.

Когда я чиркнул огнивом и раздул трут, все бабки вскочили на ноги, а когда поджёг мостик, то хором заорали:

— Ироды! — показывая пальцами на меня и спутников.

Я и вправду не люблю творить зло, так что выхватил из кармана золотой и бросил на бережок, под ноги селянкам, считая, что это вполне приличная плата за мост, который всё равно уже пора было чинить.

Бабки проводили глазами сияние жёлтой искорки, прочертившей дугу и шлепнувшейся на песок, следствием чего стали пальцы, которые сменили целеуказание с нас на пятерых латников, которые подскакали к мосту, и резко осадили коней, не имея возможности быстро потушить пожар. А селянки ещё и пронзительно завопили:

— Ироды! Гонятся за хорошими людьми!

Лалиса уже перезарядила арбалет и воинственно завопив выпустила очередной болт. Но латник, выбранный как цель, подставил под снаряд маленький стальной щит, и девушке осталось что только яростно и возмущенно завопить.

Мы поехали дальше, и преследователей больше заметно не было. Но вот незадача. Я почувствовал, что Рыдван начал терять силы. А значит нам надо через километр найти укрытие для него. Сами продолжим путь, а за големом я вернусь попозже.

Тут нам очень кстати попалась водяная мельница, так что я проехал через ворота в заваленный дровами задний двор, соскочил на землю и быстро сказал подбежавшему хозяину.

— Мой конь постоит здесь. Я попозже его заберу. А ты готовь повозку, отвезешь нас в Гросан.

Мужик покивал, вполне удовлетворенный двумя серебряными монетами, которые я подбросил на ладони, но смотрел в основном всё-таки не на них, а на два болта, которые по самое оперение застряли в нагрудной части попоны моего коняги.

Я чертыхнулся, выдернул болты, отчего из-под ткани на землю просыпалось немного песка, и добавил:

— И не подходите к нему. Сильно лягается.

Впрочем, немного подумав, я решил оставить на мельнице и Лунка. В Гросане ему лучше не появляться в ближайшее время, да и здесь у него отличная работёнка для оруженосца — охранять коня господина.

А уже через две минуты я и Лалиса сидели в повозке, которая и так готовилась везти муку в какой-то город, но теперь сын хозяина получил инструкцию, кому отгрузить товар в Гросане, чтобы совместить два дела. И нас отвезти, и о торговле не забывать.

Глава 29

Гросан встретил нас приятной осенней сонливостью. По крайней мере, около одних из южных ворот, через которые мы въехали, царила благостная тишина. Я машинально отметил, что что-то в силуэте города мне кажется странным, но особо размышлять было некогда. Мы быстро пошли к поместью мастера Тро, потому что уже успокоившаяся Лалиса хотела вернуться к дедуле. Только по пути то и дело злобно шептала себе под нос, что будет учить кастрирующие удары. Чтобы с одного раза отчекрыживать подлецам-самцам, к которым именно сейчас относила всех без исключения мужчин, все «лишние» органы.

Сам я к Тро конечно же не пошёл, но издалека посмотрел как Лалиса нырнула в калитку, затем развернулся и пошагал к центру города, раздумывая куда бы податься. И вариантов хватало.

Можно навестить Кейси и высказать всё, что я думаю о её способе обзаводиться детьми, но… а смысл?

Можно сходить к университету и вызвать на пару-тройку часов двух озорных оборотниц, а может они перед этим и Мун смогут вывести. Но с названной сестрой мне пока болтать не хотелось, подозревая, что та уже может быть в курсе, что её сердечного дружка-принца именно я похитил. А операция ещё не завершена и посвящать в детали не сильно сдержанную на язык девчонку не стоит.

Можно ещё сходить к адъютанту и дочке генерала Зирры, весьма аппетитной Филле. Но та наверное именно сейчас на службе, так что зайду лучше вечером. Тем более, что мне надо пополнить запасы ленди, которыми шальные инквизиторши обязались снабжать меня без ограничений.

Пока думал, дошёл до Лазурной башни, но там ожидаемо, кроме слуг и охраны, обнаружился только адъютант. Впрочем сходил не зря, потому что узнал только что принесённые соколом новости. Жарра со служанкой и принцами без лишних приключений доехали до Лежачей Башни. Меня там тоже ждут, но не срочно, потому что основная часть операции по срыву Бесконечного Похода на дар-озоров ещё только начиналась. А значит и магистры всей толпой смогут собраться не скоро.

Так что я решил сначала пройтись немного по лавкам, чтобы и изношенную одежду обновить, да и свадебный подарок Толяну, Маргаритке и Свечке поискать. А там, глядишь, и определюсь, к кому из девчонок сегодня податься. Много их у меня, и это радует!

И тут я встал как вкопанный на середине улицы, вдруг рассмотрев, что на верхушке главной городской башни, снабженной часами и колокольней, несколько рабочих, вися на верёвках, закрашивают любовно написанное идеальным шрифтом знаменитое русское слово из трёх букв.

А ещё и какой-то горожанин, заметив мой интерес к зрелищу, остановился рядом и с какой-то даже гордостью за свой город произнёс:

— Опять демоны лютуют. Человеку такое сделать никак не под силу. На такой-то высоте, и чтобы никто их самих не заметил. Полторы недели назад в первый раз надпись появилась. Её закрасили, но вот. Вчера снова демоны постарались.

Я встревоженно кивнул, догадавшись что так Аласи и Онила сообщают мне, что у них есть что-то важное, что требуется срочно сообщить мне.

И тут мои обострившиеся мыслительные способности вдруг подсказали мне, что же я такое странное видел в силуэте города. Я аж закашлялся, чтобы подавить волнение, и спросил случайного собеседника:

— А куда делся главный городской храм? Его же купол со шпилем и огромной восьмёркой вроде как был рядом с колокольней.

— Ну дык… — воодушевился бюргер. — Упал храм. Уже две недели как.

— Чего? — затупил я, помня этот храм как очень огромное и монументальное строение, которому жить да жить… В смысле, стоять и стоять было ещё века. — Как упал?

— На землю, — оживился мужик, наткнувшись на свежие уши, которые можно наполнить новостями. — Ночью рухнул так, что весь город вздрогнул. И внутри задавило пятнадцать пардиев и епископов. Как наших, так и гостей. Пятнадцать душ отправились к Пресветлому. И все как на подбор. Ни одного служки, одни важные святоши.

Я чертыхнулся и двинулся к университету. Пожалуй мне очень срочно надо пообщаться с подружками-оборотницами. Надпись точно их рук дела. А вот храм… И насчет него у меня есть очень серьёзные подозрения.

Около университета я снял комнату в уже знакомом трактире «Тайна книжника» и повесил с внутренней стороны окна запасную рубашку, которую хорошо видно из окон студенческого общежития.

Ждать мне пришлось долго. Похоже, Аласи и Онила или на занятиях были, или в городе что-то делали. Только уже ближе к вечеру ко мне без стука вломились две шальные девчонки и отбросив на кровать толстые книги, которые зачем-то несли в руках, повисли на моей шее.

— О! Рады тебя видеть! — верещала оботница-кошка Аласи.

— Да! Тебя так долго не было! Но Дим, ты так воняешь! — подхватила лиса Онила.

Я кивнул, вспомнив, что после дня приключений забыл помыться, а ещё я не отрывал взгляда от названий книг. Длинных и путанных, как здесь любят называть научные трактаты. Но если коротко, то одна была по расчёту несущих конструкций зданий, а другая по прочности строительных материалов. И что-то сомнений, кто именно уронил храм, у меня уже почти не оставалось.

Первым делом я сбегал в специальную комнатку для мытья и заказал ужин в комнату, а через час мы уже в кровати, приступили к беседе:

— Что вы можете сказать мне о храме? — не стал ходить вокруг да около я.

— Ой! — отмахнулись девчонки. — Ну мы это сделали, мы. Но давай мы тебе по порядку расскажем.

Я кивнул, и оборотницы наперебой зачастили:

— Мы же с твоей Аллией познакомились. Она приезжала навестить Мун, и мы… ну так случайно на неё наткнулись.

Я мрачно кивнул, уже давно зная, что с этих паршивок станется влезть куда не просят. Более того, они только этим и занимаются, похоже. И просить их, так не делать, бесполезно. Девчонки несомненно любят меня, но считаться с моим мнением даже и не пытаются. Да и ни с чьим.

— Но на самом деле она приехала на крупный симпозиум пардиев и других святош со всего Запада. Тут их было человек триста. Самых влиятельных жрецов средней руки. Тех, которые с паствой непосредственно работают, так сказать «на земле». Ну и епископы важные явились. Чтобы этих пардиев воодушевить и научить что правильно говорить прихожанам. Аллию конечно же не приглашали, но она сама просочилась на их шабаш. А в главном храме были эти пардии, ну и самые влиятельные горожане.

— А Аллия, — подхватила другая оборотница, когда первая остановилась перевести дух, — не только туда пробралась, но ещё и на трибуну вылезла. И толкнула короткую речь, но такую, что все чуть не попадали. Что пардии не должны денег брать ни за какие службы, а питаться тем, что прихожане по своей воле пожертвуют. Ну и золота избегать. А серебро только как оружие против нежити в руках держать.

— Да! Скандал случился знатный. Потому что все об этом в священных книгах читали, но придумали уже кучу оправданий, почему церковь золото любит, хотя золото притягивает не Пресветлого, а демонов.

— Аллию повязали, лишили сана тут же, и заперли в тюрьме. И постановили, что раз она такую ересь понесла, то ей надо доказать свою правоту в древнем монастыре одном, где есть коридор, в котором особые плитки на полу чередуются. Часть обычные, а часть педали. Наступишь, и сверху рухнет огромная плита, так что хоронить проверяемого можно будет в ведре. Но если тебя ведёт Пресветлый, то ты ни разу не ошибёшься, шагая.

— А педалей много и коридор длинный. Так вот, мы как об этом узнали, то сразу пошли её выручать. Плёвое дело. Охрану усыпили и вытащили твою подружку, на всю голову больную своим Пресветлым. Ну пообщались маленько, не без этого, конечно. Но мы же уже и так знакомы были. Сели думать, куда ей, ведь в Малые Островки ей путь был заказан. Но она сама и придумала. Ушла в Галонию, там же еретики какие-то. Но нам она потом весточку прислала, что с ней лично королева говорила. И почему-то Дилла Первая эту дурочку фанатичную сделала пардией в дворцовой часовне, и ещё аж своей личной духовницей назначила.

— Чёрт! — чуть не проорал я, кажется догадываясь на чём сговорились девушки. Не иначе как-то всплыло, что Аллия хорошо меня знает. Нет, что мы иногда спим, она вряд ли стала говорить, не дура. Но Дилла явно по причине знакомства со мной приблизила бывшую инквизиторшу. А ещё Аллия неплохой боец, и получается всегда рядом будет лишний телохранитель, тем более полезный, что от пардии никто владения сталью не ждёт.

Оборотницы мой вопль не пропустили и как-то вкрадчиво спросили:

— Дим, а Дилла… О! Вот мы дуры! Так Дилла тоже твоя девушка!

— Не вздумайте припереться в Галон! — рыкнул я. — Даже чтобы рядом со столицей не отирались!

— Ну что ты, — захихикали девчонки. — Мы же не коронные графини, кто ж нас к Её Величеству допустит.

— Ну разве что Аллия поспособствует.

Я принялся раздавать шлепки визжащим и хихикающим паршивкам, так что мы в итоге на некоторое время прервали разговоры.

— Ладно, — через полчаса продолжила Аласи. — А потом мы были очень злые на главных святош, и решили их проучить.

— А мы как раз начали учить архитектуру, — подхватила Онила. — Мы же на Факультете Изящных Искусств, а там и такие лекции есть. И мы как раз заинтересовались не только красотой строений.

Девушки показали на заумные тома, которые сейчас валялись на полу, и продолжили:

— Ну мы сходили в главный храм и подумали… Подумали… И вдруг поняли, что его можно легко уронить. Надо просто подрубить основные несущие конструкции в восемнадцати точках. Ну и…

— Нет! Сначала мы решили туда подлых епископов заманить. Поэтому наколдовали иллюзию огромной кучи сокровищ. Которые вроде как подкинули в центр главного зала храма. И записку положили рядом, что вампиры, из прайда который разгромили в Лендии, раскаялись и решили пожертвовать неправедно нажитое церкви. Ну все важные святоши там собрались. И всех посторонних выгнали.

— А мы наколдовали на все восемнадцать критических точек… это… как правильно сказать… Мы телепортировали оттуда куски вещества. Вот храм и рухнул.

— Вы такие заклинания знаете? Телепорт из многих точек? Иллюзия, которую даже в руки взять можно? Откуда? — поразился я.

— Ну так… Просто захотели и изучили.

И тут я задумался. Что же получается? Эти две оборотницы, дочери бога шаньшаньцев и парочка загадочных воплощений невиданных сил хаоса, которые ни о чём кроме озорства раньше не думали, вдруг взялись за ум. И очень успешно взялись. Не арифметику принялись учить, а сразу строительную инженерию и материаловедение. Причём въехали в тему за считанные дни, хотя учёные пыхтят над таким годами. Ещё они шутя, просто пожелав, учат сильнейшие заклинания. И что получается?

А получается очень плохая вещь! Я сразу вспомнил, как Жарра мне рассказывала, что воплощения великих сил не живут среди людей. Они постигают какие-то нереальные истины, и всё.

В случае шаньшаньских детей бога, их предшественники просто сидели в храме, как статуи. Другие парочки воплощений живут в скитах или пещерах. И перерождение случается с воплощениями ещё в детстве. Это только мои оборотницы что-то задержались. А теперь вот, начали вызревать. И об этом ещё свидетельствует и то, что они нисколько не сомневаясь в своих действиях и просто в своём праве принимать такие решения, приговорили к смерти пятнадцать святош. Приговорили и казнили. И хоть эти жрецы были ещё теми подлецами, но не каждый судья готов выносить такие приговоры. Да ещё и приводить в исполнение.

Ещё я подумал, что так-то Аласи и Онила колдуют не сказать что сильно. Та же Жарра куда более сильный маг. Но оборотницы шутя сочиняют и применяют очень сложные заклинания. И применяют их очень умно. Не надо взрывать огромный храм, что по силам только толпе архимагов. Достаточно из ключевых точек убрать по чуть-чуть вещества. Не надо подчинять пятнадцать приговорённых, достаточно сделать иллюзию, в которой мощи немного, а вот сложность запредельная, ведь я догадываюсь, что золото в куче и ощущалось в руках, и звенело при пересыпании.

Я чертыхнулся и сделав лицо попроще произнёс:

— Так, девочки, у вас в общаге не осталось ничего ценного?

— У нас там наши любимые вещи! Одежда… Да! Она очень ценна для нас. А что? Почему ты спрашиваешь?

— Мы сейчас уезжаем. Далеко.

— Почему? — заверещали оборотницы. — Нам понравилось учиться!

— Вам не идёт, — проворчал я. — Еще морщины на ваших прекрасных лбах появятся.

Мы спорили ещё полчаса, но в итоге договорились, что встретимся у этого трактира через два часа. Девчонки хотели сдать в библиотеку кучу книг и ещё какие-то дела доделать. Ну и пожитки собрать. Надо же! У подружек даже пожитки появились.

Но я согласился на такую потерю времени только потому, что у меня было очень важное дело. Я выскочил из трактира и чуть не бегом отправился в Верхний город. Правда ни генерала Зирры, ни её дочки дома ещё не было, так что я припёрся прямо в главное здание инквизиции. Кивнул дежурному офицеру, который кажется знал меня в лицо, по крайней мере смотрел очень удивлённо. Но к генералу меня проводили.

И Зирра тут же распорядилась, чтобы мне принесли целый ящик концентрата ленди — самого идеального напитка для пополнения жизненной энергии. Он получается, когда ленди выдерживается двенадцать лет в бочках, и спирт за это время почти весь испаряется. И жизненной силы в концентрате в два раза больше, чем в напитке, который перед розливом в бутылки разбавили спиртом.

Пока инквизиторы суетились, генерал рассказывала:

— У нас тут такое творится! Мы, инквизиция, в высшие сферы не лезем, но слухи… слухи… Кто-то похитил пятерых принцев, а я ведь даже не знала, что их держали в колледже, который я сама основала, но сразу передала под управление департамента тюрем. Потом кто-то разрушил храм. Надписи эти странные.

— Точно не знаете? — усмехнулся я.

— Ну это не моё дело, — рассмеялась генерал. — У меня и своих проблем хватает. Тут же ещё написала мне одна оборотница из Салаца. Селена её зовут. И попросила чтобы ей позволили с двоюродной сестрой перебраться в Гросан. И мастерскую по пошиву белья перевезти. А для того, чтобы я отказать даже и не думала, эта девушка на тебя сослалась.

— Было дело, — развёл руками я.

— Да ничего. Оборотни не нежить. А вокруг этих девушек какая-то возня в Салаце была. Культ Луны в этом замешан наверняка. Так что пусть лучше под боком у нас живут. Всем спокойнее будет.

Я догадался, что Зирра хочет, чтобы я рассказал ей, что там была за возня, но подумал, и решил что незачем ей знать. А генерал продолжила, вдруг резко заявив:

— Мне тут шепнули, что следы загадочных магов, которые похищали принцев, разрушили храм, и другое подобное творили, похоже ведут в университет. Там сейчас очень внимательно изучают всех студентов и преподавателей с Факультета Магии.

Я хмыкнул, окончательно уверившись, что уже через час уведу из города оборотниц. А то как бы и до остальных факультетов дело не дошло, когда на магическом ничего не нароют церковные сыщики. А они не дураки, больше чем уверен.

А генерал кажется догадываясь, что я хоть отчасти в курсе всего рассказанного, вдруг откинулась на спинку стула и вздохнула:

— И у меня ещё личная беда. Дочка сбежала, паршивка.

— Чего? — оторопел я. — Если думаете, что я в курсе, то нет.

— Знаю, что ты не в курсе… Она же в Галон подалась. Извинилась перед королевой за меня. Хотя какого чёрта ей это потребовалось, я так и не поняла. И Её Величество великодушно простила нас обеих. А ещё они так хорошо пообщались, что Филла поступила к ней на службу. Налаживать инквизицию, потому как они же еретики, и мы с ними дел вести не можем. А им иногда нужны специалисты нашего профиля, ведь как оказалось, Дилла Первая ужасно боится вампиров.

Я постарался не показать, что удивлён, хотя с чего бы… Так-то все люди боятся вампиров. Ну кроме тех девушек, которые меня хорошо знают. Я же хороший, кровь не пью, даже когда предлагают. И в постели хорош… В общем, себя похвалить всегда приятно.

Впрочем, мне было уже пора, так что я попрощался с генералом и пошёл забирать Аласи и Онилу. Мы пешком вышли из города, зашли на одну ферму, которая занимается разведением лошадей, и я купил оборотницам одного коня. Двух они сами не захотели, предпочитая ездить вдвоём. И это никого не удивляло, потому что невысокие и очень стройные девушки нарядились в подростков, а две мелкие девчонки на одной лошади — это нормально.

Затем доехали и дошли до мельницы, да там и заночевали, потому что мой голем ещё не зарядился. Утром я отправил Лунка на телеге мельника в замок Чиль к Толяну, потому что в предстоящем путешествии он мне точно не нужен.

А я и оборотницы отправились к Кольцевой дороге, и дальше по ней на север. Путь привычный, только Салацкое княжество объедем по Проклятым землям, а больше проблем не ожидается. Нам надо в тайгу, в город, где меня очень уважают. Ещё местные приземлённые жители и слыхом не слышали ни про какие науки. Я же собираюсь организовать там досуг для девчонок, задарить их мехами, которые они очень любят, да хоть театр открыть, чтобы у воплощений великих сил даже мыслей не возникало заниматься чем-то кроме развлечений и хулиганства.

Но нет, сам я с ними не останусь. Мне ещё надо искать способ обзавестись душой, да и вообще, от постоянного общения с шебутными и не умолкающими оборотницами я же с ума сойду.

Так что дел впереди невпроворот! Главное кровь не пить, хотя… если придётся ещё срочно учить заклинания… то разок можно себе позволить. Но если один раз — то это ещё не вампир!

Content

Один раз — не вампир. Книга 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29