Мастер Масок 3

Глава 1

— Не останавливайся. Держи концентрацию, в случае чего я помогу. Больше энергии. Направь её всю в структуру металла и следи, чтобы не произошло перекосов. Давай, парень! Я уверен, что у тебя всё получится. — говорил Горностай, каждый раз, когда я пытался создать эпическую маску.

Таких попыток было уже семь. И после каждой я получал сильнейший откат, после которого крайне тяжело восстанавливался. Правда, нужно было потерпеть всего пару часов, а потом ко мне на помощь приходил человек в маске Дуба. Эта маска обладала способностью исцелять. Но была гораздо слабее маски Богини, так что имелись кое-какие ограничения. Поэтому и приходилось терпеть эти два часа.

Семь провалов, но Горностай даже не думал давать мне передышку. За неделю он умудрился подтянуть моё мастерство до тридцатого уровня. Мне предоставлялись лучшие материалы и самоцветы, гораздо лучше тех, что имелись у Антоновых.

Все эти самоцветы были доставлены из Великой империи. Там они считались дешёвками, которые никому не нужны. А среди великих домов Северной империи за один такой самоцвет могла разгореться настоящая война.

Чего только стоили Чароиты чистотой в сорок процентов. Изумруды под пятьдесят процентов и так далее.

Правда, у отступников не было тех же Аметистов и Бриллиантов. Горностай сказал, что эти камни крайне редки и для Великой империи.

Про мою маску и вставленные в неё самоцветы он ничего не спрашивал. Впрочем, на это не было времени. Постоянная работа с артефактом создателя и больше ничего. Я даже ел прямо за верстаком, не прекращая работу.

И вот сегодня, после пары часов беспокойного сна передо мной появился очередной слиток платины и эскиз маски необычайной красоты.

Эскиз был выполнен в уже отлично знакомом мне стиле. Так рисовал отец. Да и его заметки нельзя было спутать с кем-то другим.

— До этого ты работал, полагаясь только на свою фантазию. Возможно, ошибка была именно в этом. Это эскиз маски Павлина. Учитель собирался создать её для дочери Протектора Нефилимов. Тем самым заручившись его поддержкой. Но что-то не срослось и маска так и осталась лишь эскизом. Сам видишь, какие умения и характеристики хотел в неё заложить учитель. На мой взгляд, самоцветы выбраны не совсем удачно, но не вижу ничего критического и в этих. А теперь дерзай, я буду тебе помогать.

После этих слов, даже не умывшись я взялся за работу, погрузив леву, руку в ящик с энергонами.

И вот прошло уже больше двух часов, а я всё занимаюсь маской. И это огромный прогресс, в сравнении с предыдущими попытками. И не из-за того, что мне помогает более сильный мастер. И не из-за того, что я работаю по эскизу отца.

Когда открыл глаза, я уже был уверен, что сегодня у меня всё получится. Понятия не имею, откуда появилось это чувство, но оно было. Поэтому я пропускал слова Горностая мимо ушей и делала всё, как чувствовал сам.

Вспоминал все наставления отца, полученные из мануала. Слова Аверия. Собственный опыт и секреты, что передал мне Горностай за это время.

Но в этом и была моя главная ошибка. Я старался всё делать по уже проторённым схемам, которыми пользовались другие. Это отлично подходило для масок более низкого качества. А для эпической необходимо было совершенно другое. Для создания такой маски я должен действовать не по шаблону. Должен найти верный путь и двигаться по нему.

И этот путь был найден. С огромным трудом, но мне всё же удалось его отыскать.

Платина оказалась невероятно сложна в обработке. Её структура была настолько неоднородной, что пришлось выравнивать её буквально по миллиметру, продвигаясь со скоростью беременной улитки. Также я обнаружил множество посторонних примесей, которые раньше не замечал. Пришлось удалять их все, значительно сокращая вес металла. Но это было некритичного. Его вполне хватит на маску Павлина.

Маску, которая будет завораживать всех одним своим видом. Заставлять замирать сердца всех, кто только посмотрит на её разноцветные перья. Изящный клюв и манящие глаза, обрамлённые огромными ресницами. Это была невероятно сложная работа, которая не вписывалась ни в один шаблон. И именно поэтому я уже смог продвинуться так далеко.

Форма маски уже была готова и оставалось украсить её. Сделать самую сложную работу. Горностай продолжал подбадривать меня, порой пытаясь помочь и вмешаться в процесс создания. Но я каждый раз останавливал его.

— Если что-то не получается, лучше остановись, я перехвачу процесс. Зачерпни больше энергии, ты теряешь концентрацию.

Голос Горностая звучал фоном, а я делал то, что считал правильным. Вместо увеличения энергетического потока, наоборот, уменьшил его и принялся создавать тончайшие перья. Каждое отличалось от предыдущего. Не похожее на остальные. И каждое несло в себе скрытую силу. Даже я пока не знал, какую именно. Это раскроет лишь владелец маски.

Я уже не сомневался, что мне удастся её создать. Очередной этап на пути становления великим мастером был пройден. И пройден гораздо быстрее, чем я думал. Но это ещё не всё. Этого слишком мало, чтобы заставить прислушиваться к себе сильных мира сего. Вернее, сильных Северной империи. Хотя бы для того, чтобы привлечь внимание отца.

— Остановись! — внезапно раздался дикий вопль Горностая и он потянулся ко мне силой Чароита. Но Бриллиант Тишины заблокировал эту попытку помешать мне. А всё из-за того, что я начал создавать сразу пять энергетических контуров, что было против всех правил. Везде говорилось, что любой металл, кроме легендарного, способен выдержать лишь три контура. Но я чувствовал, что Павлин способен на большее. Всего три контура никогда не смогут раскрыть его истинную силу. Здесь необходимо было пять.

— Как? — только и смог произнести Горностай, когда понял, что у меня получилось. Все пять контуров заняли своё место, образовав бесперебойную передачу энергии по всей поверхности маски. Оставалось только создать пазы под самоцветы и всё будет завершено. Вот только в этой маске они были не нужны.

Рядом со мной стояло несколько корзин с самоцветами, на которых я и тренировался. Туда я и запустил руку, ухватив сразу горсть. Даже не разбирал, какие именно. Это совершенно неважно. Положил самоцветы на маску, и они начали растворяться в ней. Так было нужно. Это позволит перьям павлина обрести цвет, напитаться силой и стать тем уникальным умением, которое я как мастер заложил в маску.

Прошло несколько томительных минут, пока самоцветы полностью растворились в маске, стали с ней одним целым и заняли своё место в структуре металла. Я уже ждал, когда перед глазами вылезет информация о завершении работы, но этого не происходило. Необходимо было сделать что-то ещё. И сделать это как можно быстрее пока ещё оставалась энергия.

Я чувствовал, что достиг своего предела и если попытаюсь ещё немного подзарядить артефакт создателя, то вырублюсь. А вместе с этим уже готовая маска Павлина будет разрушена.

Даже не понял, как рука потянулась улицу, но занявшая своё место маска Тигра сразу всё прояснила. Пару несложных манипуляций и перед глазами появилась надпись.

Маска Стихийного Павлина создана. Качество эпическое. Уникальная, улучшенная.

Уровень мастерства повышен на 3. Текущий уровень мастерства — 33.

— Получилось. — произнёс я и вырубился.

* * *

— Я же вам говорил, что парень — настоящая находка. Посмотрите на эту маску. В ней нет ни одного самоцвета, но по своей мощи она не уступит даже легендарной маске. И он смог поставить на неё своё клеймо. — восторженно произнёс Горностай, показывая всем морду оскаленного тигра, выгравированным на внутренней стороне маски Павлина.

— В Великой империи всего два мастера способны клеймить маски. — задумчиво произнесла Морейн.

— Но это всего лишь маска эпического качества. Не понимаю, чему ты так радуешься. — сказал Зелёный Ящер.

— Маска эпического качества, которая по своим характеристикам превосходит большинство легендарных масок, что имеются на вооружении у сильнейших родов Северной империи. Эта маска даёт своему владельцу возможность использовать практически все стихии. А благодаря личному клейму мастера она может быть улучшена. Ты хоть представляешь, какие это перспективы? Да одна эта маска может помочь с осуществлением наших планов.

— Маска — это очень хорошо. — взял слово Пеликан. — Но для нас сейчас гораздо важнее то, что происходит в императорском дворце. Почему мы все собрались здесь вместо того, чтобы ударить по главной шахте Бернадотов. Мне пришлось очень дорого заплатить за эти сведения.

— Это ловушка. И я вам уже говорила об этом.

— Как говорила и о том, что выведение главной шахты из строя ударит по Бернадотам так сильно, что они уже не смогут оправиться. — парировал Пеликан, который всегда был самым радикальным из отступников.

— Не смогут. Но сейчас у нас просто нет необходимой мощи, чтобы нанести шахте действительно серьёзный урон, который невозможно будет устранить.

— У нас почти сотня бойцов в эпических масках.

— Которыми они совершенно не умеют пользоваться. Любой опытный боец Великого Дома справится с тремя нашими бойцами. А защищать главную шахту отправятся все, кого только смогут привлечь. Хотя нам достаточно будет и одной Судьи.

— Хватит! — тихо произнёс Горностай, вкладывая в свои слова силу. — Морейн права, сейчас слишком рано атаковать главную шахту. Но вот пощипать более мелкие нам под силу. Пока не выйдем на Александра, и не заручимся его поддержкой, даже думать не стоит о прямой атаке на Бернадотов. Думаю, что ещё пару недель и парень будет готов навестить отца. Его навыков вполне хватит, чтобы пройти все испытания, чтобы попасть в отделение ложа Драконов.

— Даже тебе не хватило на это семи лет. А говоришь, что мальчишка справится всего за месяц.

— Он Арсеньев. — пожал плечами Горностай. — В его жилах течёт кровь первых великих мастеров, что зародили само искусство создания масок. Похоже, что Николаю, в отличие от отца, достался талант от предков.

* * *

Проснулся в довольно странном состоянии. Словно вчера весь день только и занимался тем, что сражался на пределах возможностей. И сражался с очень умелыми противниками.

Вот что значит, перешагнуть на следующую ступень мастерства и создать маску эпического качества.

Стоило мне только светить ноги с кровати, как дверь в комнату тут же открылась.

— Секунда в секунду, как и говорила Морейн. — произнёс, вошедший в комнату Горностай. — Как ощущения, после первой эпической маски?

— Отвратительные. Словно вчера меня весь день пинали. Причём все кому не лень. А таковых было очень много.

Горностай рассмеялся и бросил рядом со мной маску Павлина. В комнате было достаточно света, поэтому я по достоинству смог оценить, как переливались цвета на перьях. Словно они были настоящими, а не сделанными из металла.

Все эти сумасшедшие цвета дали самоцветы, что пошли на создание маски. Даже не представляю, сколько их было. Но очень много. Боюсь, если я сделал бы нечто похожее у Антоновых, то меня навсегда оставили в должниках. Цена даже одного самоцвета, что я вчера использовал нереально высокая.

— Я после своей первой эпической маски неделю не мог подняться. Тело, словно парализовало, а в голове была такая каша, что даже представить страшно. Эпические маски тем и отличаются от всех предыдущих, что мастер вкладывается в них гораздо сильнее. Прорабатывает намного глубже и, соответственно, использует столько энергии для создания, что потом приходится долго восстанавливаться. Но я смотрю, ты вполне бодр. Получается, что намного лучше меня в деле создания масок.

Эти слова Горностая заставили меня нахмуриться. Я совершенно не уверен, что действительно лучше его в мастерстве. Скорее всего, здесь дело в родовом артефакте создателя. Я уже успел убедиться, что он в сотни раз лучше артефактов, что имеются в распоряжении Антоновых. Да и у других великих домов наверняка артефакты не лучше.

А вот какой у самого Горностая я понятия не имею. И нужно это исправить.

— Ты можешь мне дать свой артефакт создателя?

Горностай посмотрел на меня, как на идиота. При этом маски на нём не было. Что случалось довольно редко. Он был единственным среди отступников, кто показал мне своё настоящее лицо.

— Нет, Коля. Больше никогда не проси об этом других мастеров. Артефакт создателя для нас является самым сокровенным, что только может быть. В Северной империи полно подделок, которые многие мастера считают отличными инструментами, но настоящие артефакты создателя делаются только в Великой империи. И делают их на заказ. Исключительно под мастера. Я уверен, что Александр позаботился о тебе заранее и оставил подходящий перстень. С тем дерьмом, что в ходу у мастеров Северной империи, ты никогда не добился бы столь потрясающих результатов.

— Хочешь сказать, что у тебя тоже артефакт из Великой империи?

— И тоже подарок твоего отца. Учитель первым делом позаботился, чтобы у меня был хороший инструмент для работы. Запомни, ты никому и ни при каких обстоятельствах не должен передавать свой перстень. Всегда скрывай его, что бы ни случилось. Особенно если попадёшь в застенки тайной канцелярии. Первым делом, что они пытаются сделать — это забрать артефакт создателя. Они нашли способ, как ломать их, превращая отличный инструмент в жалкую подделку.

Я посмотрел на руку и там появился перстень. Горностай также посмотрел на мою руку, но тут же отвёл взгляд, словно боролся с собой. Он понимал, что мой артефакт создателя гораздо лучше его. И то, что он тупо не сможет им воспользоваться.

— Посмотри, какая маска у тебя получилась. Я впервые вижу нечто подобное. Сегодня нужно будет выбрать человека, которому ты доверишь её. А ещё нам предстоит небольшое дело. Мы собираемся напасть на одну из шахт Бернадотов. Подорвать добычу энергонов. Пощупать и лишить их ещё пары эпических масок. Лучше всего прийти в себя после создания эпической маски, это вступить в настоящий бой. Ты с нами?

Глава 2

Я решительно кивнул, принимая предложение Горностая. Возможность проверить себя в настоящем бою против бойцов Великого Дома была слишком соблазнительной, чтобы отказываться. К тому же мне не терпелось увидеть маску Стихийного Павлина в действии.

— Отлично, — кивнул Горностай. — Нападение запланировано на эту ночь. С нами пойдет группа поддержки из трех десятков бойцов в более слабых масках. Их задача — внести хаос и замешательство в ряды охраны шахты, отвлекая на себя внимание.

Он извлек из складок плаща свернутый лист бумаги и расстелил его передо мной. Это был схематичный план одной из шахт Бернадотов с пометками и условными знаками.

— Здесь основной энергоузел. Если мы его выведем из строя, добыча энергонов на этой шахте будет парализована на долгий срок. Туда и устремимся в первую очередь.

Горностай ткнул пальцем в центр схемы, где было обозначено несколько помещений, соединенных между собой трубами и кабелями.

— Оставим без энергии всю эту систему. Затем туда проникнут наши люди и разнесут все подчистую.

Какое-то время мы изучали план вместе, отмечая потенциальные точки обороны противника и пути отхода. Когда все было окончательно продумано, Горностай поднял взгляд:

— Остался последний вопрос. Кому мы передадим твою маску Павлина? Для масштабного дела она будет как нельзя кстати. Предлагаю выбрать наиболее надежного бойца из наших рядов.

Я не стал долго раздумывать. Мысленно перебрал личности членов отряда Отступников, с кем уже был знаком. Горностай? Нет, его сила и без того велика. Остальным я толком не доверял, да и маски у всех казались достаточно сильными для подобных сражений.

В итоге я остановился на Морейн. Эта женщина явно имеет немалый боевой опыт. Но при этом ее собственная маска не отличается особой боевой мощью. Завитки, линии, формы без четких очертаний. Уж не знаю, что там было зашифровано, но явно не сила разрушения. Если один из самоцветов — Опал Воспоминаний, то значит уже минус один боевой слот.

— Морейн, — произнес я твердо. — Ее мастерство и опыт будут как нельзя кстати для такой маски.

Горностай нахмурился, услышав мой ответ. Стоящий рядом с ним Ящер даже присвистнул.

— Ты уверен? — с сомнением протянул Горностай. — Морейн, конечно, опытный боец, многое пережила, но в последнее время она не сражалась.

— Зато у нее есть мудрость и хладнокровие, — парировал я. — А маска Павлина откроет ей массу новых возможностей. Вкупе с ее внушением и прочими умениями это будет просто разящая сила.

Горностай призадумался, свесив бровь. Наконец пожал плечами:

— Как скажешь. Твоя маска, твой выбор. В конце концов Морейн и раньше брала на себя управление сильнейшими артефактами Отступников. Посмотрим, что из этого выйдет.

На том мы и порешили. Остаток дня я провел в своей комнатушке, восстанавливая силы после создания эпической маски. Но к ночи вновь почувствовал прилив бодрости и даже нетерпение перед грядущими событиями.

Когда стемнело, нас созвали в просторный зал, где уже были собраны все остальные бойцы, назначенные на операцию. Горностай еще раз обрисовал план действий. Затем взмахом руки подозвал ко мне Морейн.

— Только на эту вылазку, а дальше по ситуации. Если позволишь…

Женщина поняла о чем говорит Горностай и протянула руку, чтобы тот отвязал маску.

Следом Морейн приняла из моих рук маску Павлина. Ее пальцы скользнули по металлическим перьям, любуясь игрой красок и оттенков.

— Прекрасная работа, — кивнула она мне. — Я ощущаю могучую силу в этом артефакте. Великолепное творение мастера.

Она без колебаний кивнула, а я согласился с сообщением артефакта Создателя о привязке маски к ней. Передо мной тут же раскрылись два пылающих глаза Павлина, окруженные ярким оперением.

От маски повеяло холодом. Морейн вскинула руки, и в ее ладони появились ледяные осколки. Затем сменились каплями дождя, вихрями воздуха и язычками пламени.

— Да… — прошептала Морейн. — Эта действительно… Невероятно! Спасибо. Отныне я буду предана маске Павлина всей душой.

В этот самый миг я ощутил некое внутреннее потрясение, что не часто случалось со мной в последнее время. Словно маска Павлина была чем-то намного большим, чем просто артефакт, созданный мастером. Как будто она обрела собственную душу, и… Ей нравился новый хозяин.

Когда все было готово, я подумал, что облик тигра будет слишком заметен и меня быстро опознают.

Отойдя чуть дальше, накинул капюшон и, сосредоточившись, активировал артефакт Создателя, выбирая конфигурацию Дымчатого Леопарда, что была вручена мне Судьей. Турмалин, Сапфир и Обсидиан — великолепное сочетание самоцветов.

Я провел рукой у лица, сменив маску. Внутренний мир тут же преобразился. Все звуки резко обострились, тени обрели четкость, а воздух вокруг меня потек струйками дыма.

Горностай, что был рядом, увидел, как моя маска сменилась под капюшоном и нахмурился.

— Откуда у тебя маска Дымчатого?

— Всего лишь маскировка, — отмахнулся я. — Нельзя идти на дело в привычном образе. Могут опознать и все дело пойдет прахом. А Леопард, как вы говорили, был среди Отступников, так что вопросов не должно возникнуть.

Горностай не сводил с меня глаз. Кажется его удивила такая резкая смена. Он отметил еще одну мою способность, но вопросов задавать не стал.

Сам же я не мог отделаться от тревоги. Если заметят образ Леопарда то однозначно доложат Судье… Вполне вероятно, что она сразу обо всем догадается. Ведь именно Судья вручила мне эту маску в самом начале нашего сотрудничества.

С другой стороны, именно она направила меня сюда. Так что пусть пожинает плоды.

Вскоре все члены отряда были готовы. Мы выдвинулись из убежища по извилистым тоннелям и лабиринтам подземных ходов, пока не достигли ближайшей канализационной системы города. После этого двигались уже открыто по глухим переулкам и промышленным кварталам к назначенной цели.

Шахта Бернадотов представляла собой огромный комплекс зданий за мощным забором с колючей проволокой поверху. Повсюду виднелись вышки с охраной и передвижные патрули. Совсем неплохая оборона, как я заметил.

Но это нам было только на руку. Чем больше суматохи, тем лучше.

Горностай разделил нас на две группы. Первая во главе с ним самим и Морейн в маске Павлина и Пеликаном должна была пробить себе путь к энергоузлу и вывести его из строя. Вторая группа вместе со мной и Зеленым Ящером отвлекала бы охрану на себя, создавая панику и хаос.

Я ощутил, как по венам заструилось предвкушение битвы. Турмалин источал серые струйки дыма, застилавшие окрестности. Сапфир придавал прыти и остроты реакции. А Обсидиан казалось излучал мощную защиту, и жаждал поглотить энергию.

Операция началась одновременно с нескольких точек. Со всех сторон на территорию шахты бросились мелкие группы бойцов, одетых в маски ястребов, соколов и хищных зверей. Их цель была проста — поднять шумиху, завязать драки и отвлечь охрану Бернадотов на себя.

Воздух тут же прочертили светящиеся шары огня, молнии и прочие проекции самоцветов. Грохот взрывов и звон сирены все нарастали. Патрули бросались на нападавших, но те лишь дразняще уворачивались и убегали вглубь территории, ведя непрерывные сражения.

Мы с Ящером свою группу прямо к главным воротам шахты. Вокруг сгустился дым, застилая все помехи. Сквозь него я рассмотрел вооруженных охранников на дальних вышках, вскинувших оружие.

Стоило одному из них вскинуть оружие, как я метнулся вперед, становясь плотной тенью в тумане. Сапфир дал мне скорость, сравнимую с настоящим смерчем. Обсидиан возвел вокруг броню, способную выдержать пули диковинного оружия.

В два стремительных прыжка я преодолел всю дистанцию от ворот до вышки и взмыл в воздух. В тот же миг Обсидиан поглотил град выстрелов, что должны были впиться в мою плоть.

Вражеские стрелки отпрянули с воплями ужаса, когда я приземлился на вышку. Молниеносный взмах дымчатых когтей Турмалина — и они рухнули, даже не вскрикнув. Все же постоянные тренировки с самоцветами не просто дали мне возможность орудовать определенными из них. Используя покрытие я будто бы знал все особенности Турмалина и Обсидиана. Даже если использовал их впервые.

Раздались крики других охранников, оповещавших о прорыве оборонительного периметра. Я спрыгнул с вышки и врезался в цепь бойцов, несущихся к главным воротам.

Тут уже в дело вступил Ящер и остальные бойцы. Дым реял вокруг нас плотной стеной, а благодаря одному из Ростовых — окрашивался в зеленоватый оттенок, создавая невероятное давление. Сполохи внезапных вспышек сверкали сквозь пелену, сопровождаемые воплями и лязгом клинков.

Я не беспокоился. Сила была на моей стороне. Из марева вынырнул вооруженный охранник и попытался было выстрелить в меня, но я уже взмыл в воздух, уворачиваясь от пули и опрокинул его на землю. Следом и сам прижавшись к земле, я метнулся со всей скоростью Сапфира, петляя между бойцами.

Выскользнул из клубов дыма, резко остановился и взметнул над полем боя новые тучи. Они завихрились, сметая охрану и унося их прочь в воздушный вихрь. Затем столб рассеялся, открывая моему взору поверженных бойцов в самых разных позах.

Я окинул взглядом остальных. Те бойцы Отступников, что дрались в слабых масках птиц и мелких животных, прижались к стене под натиском охранников. Но Зеленый Ящер тут же пришел на подмогу, выкашивая противников своими ядовитыми атаками, словно сено в осенний сезон.

Рванув к нему я злобно посмотрел на него.

— Без лишних убийств!

Но в ответ получил лишь смех.

— Скажи это долбанному императору, который приказал убить всю мою семью, включая стариков и детей! Я буду убивать столько, сколько захочу!

Внезапно пространство шахты сотрясся от оглушительного взрыва, донесшегося из глубины комплекса! Взметнулись тучи пыли и дыма, окутав близлежащие строения.

— Кажется у второй группы проблемы! — рявкнул Ящер, насторожившись. — Иди, к ним! А эту мелочь я и сам доем.

С этими словами он рванул к охранникам, которые уже напирали второй волной.

Не раздумывая, я кивнул и бросился к пролому в ограде, что образовал взрыв. Весь комплекс содрогался от раздававшихся один за другим взрывов, и откуда-то изнутри шахты уже доносились отголоски боя.

Я ворвался в комплекс.

Бросив вокруг дымовую завесу, начал пробираться вперед. На одно мгновение обзору открылась вся внутренняя часть шахты, окутанная пылью и клубящимся дымом. Развороченные строения, горящие завалы, бегущие фигуры охранников и отступников.

Я заметил в гуще сражения пылающее великолепие маски Павлина, окруженное цепочкой бойцов в масках зверей и птиц. Словно солнце посреди хаотичной ночи.

Морейн раздавала направо и налево сокрушительные удары всех стихий, какие только мог вообразить разум. Снопы огня вспыхивали повсюду, куда она взмахивала рукой. Контуры причудливых зверей вырастали из земли, хватая врагов в смертельные объятия. Водяные потоки, дуновения ветра, молнии — все стихии были у нее на подчинении благодаря самоцветам Павлина.

Но даже безумной мощи маски не хватало, чтобы сдержать противника, имевшего численное превосходство. Морейн отбивалась, но уже начала сдавать позиции под натиском бойцов Бернадотов.

Тут же, использовав скорость Сапфира я очутился возле нее. Горностай и Пеликан сражались плечом к плечу чуть дальше, отбиваясь от наседавших врагов. Их маски тоже не отличались скромностью, посылая во все стороны целый фейерверк из ударов.

Завидев меня, Горностай одобрительно кивнул:

— Рад, что ты к нам присоединился, Леопард! Шахту изнутри охраняют эпические маски. Вон тот парень, скорпион, очень опасен!

Мой артефакт создателя тут же выдал подробную информацию о маске противника:

Обнаружена маска Красного Скорпиона, эпическое качество, улучшенное исполнение. Материал — титановый сплав.

Горностай тут же рванул на выручку Пеликану, который сдерживал высокого крепкого бойца Бернадотов, вся фигура которого была облачена в ярко-красную броню с длинными загнутыми жвалами. Жвала эти постоянно вспыхивали то ли язычками пламени, то ли небольшими электрическими разрядами.

Скорпион размашисто рассекал оружием воздух, вынуждая нас рассредоточиваться и отступать. Тело его то и дело окутывалось зыбким маревом, словно излучая невыносимый жар. А летающие вокруг разряды сминали и рассеивали мощные атаки Павлина.

— Павлин! — рявкнул я сквозь рев сражения. — Ударим вместе! Я отвлеку его!

Женщина лишь коротко кивнула, перехватив мой взгляд и тут же вновь сосредоточившись на противнике. Стиснув кулаки, я бросился в бой.

По броне Скорпиона тут же заплясали всполохи моего Турмалина, окутывая его дымом и стараясь лишить воздуха. В тот же миг я нанес несколько молниеносных ударов, создав когти из дыма. Этот прием я не раз видел у Отступников. Сначала у Кота, потом у Россомахи. Сапфир подстегивал мои движения, заставляя перемещаться быстрее, чем способен уловить человеческий глаз. Однако мои атаки лишь царапнули по броне.

Скорпион взревел, тщетно пытаясь разогнать дым вокруг себя и вслепую отбиваясь от моих атак. В этот миг Морейн нанесла удар, вложив в него всю мощь Павлина.

Снаружи все это выглядело просто невероятно. Перья маски разгорелись всеми цветами радуги, и вокруг Скорпиона разразилась настоящая буря из воды, огня, ветра и молний! Целый смерч из бушующих стихий, чья невероятная сила была умножена благодаря моему отвлекающему маневру.

Крик вознесся к потолку пещеры, когда Скорпиона подхватил этот вихрь. Сверкая тысячами бликов, он отлетел прямо на стену пещеры!

БАМ!!! Удар был настолько мощный, что весь комплекс шахты сотрясся, а каменную кладку одной из стен снесло начисто!

Пылевое облако рассеялось и я увидел, как Скорпион был буквально вмят в скалу, а его маска разлетелась на куски от сокрушительной силы удара. Морейн покачнулась и вздрогнула, ее маска Павлина потускнела, видимо, полностью истратив свои силы.

— Я… не ожидала… такой мощи… — пробормотала она.

Но на этом сражение не закончилось! Остальные бойцы Бернадотов, оставшись без предводителя, с новой силой бросились в атаку! Обрушивая на нас тучи ударов со всех сторон. десяток разгоряченных жаждой мести масок!

Я снова вступил в схватку, отбиваясь от их выпадов. Заслонил собой Морейн, ставшую легкой целью. Огонь, вода и воздух вспыхивали вокруг в бешеном танце.

Откуда-то сбоку ко мне пробился Горностай.

— Нужно поторопиться!

— У нас есть час до того, как придет возможное подкрепление.

Тут раздалась очередная серия взрывов, разворотив один из коридоров вдалеке.

Свет мгновенно потух.

— Отлично, энергоузел поврежден! Можем закругляться.

Я откинул очередного бойца с помощью дыма и, подхватив Морейн под руку двинулся к выходу.

Но оттуда до нас донесся полный ужаса вопль одного из отряда:

— Они здесь! Третий отряд Бернадотов уже здесь! Все пропало!!!

Горностай выругался сквозь зубы, сплюнул кровь и оскалился.

— Как это возможно⁈ — взревел Пеликан, прикончив своего противника и прикрывая нас сзади. — Мы рассчитали точное время, они не могли оказаться тут так быстро!

Еще один взрыв сотряс своды пещеры, и пылевые тучи поглотили передние ряды бойцов противника.

А когда мы наконец выбрались наружу — стало очевидно.

Шахта взята в окружение. Выход отрезан. Оставалось лишь драться до последнего, пока мы не вырвемся или не падем замертво!

Взгляды Горностая и Пеликана говорили, что они прекрасно понимают ситуацию. Горностай рыкнул что-то нечленораздельное и жестом позвал меня следовать за ними.

Глава 3

— У тебя же есть Аметист? Сможешь скрыть вместе с собой одного человека? — спросил у меня Горностай, когда мы вновь вернулись в шахту.

Другими отступниками сейчас командовали Пеликан и Зелёный Ящер. И они готовились биться до конца. Похоже, что прибывшие маски Бернадотов были очень сильны.

— Ты хочешь сбежать и бросить здесь всех? — спросил я, не став отказываться от того, что имею в своём арсенале Аметист.

— Ты должен забрать Морейн. Она отведёт тебя на запасную базу. Без неё наш план обречён на провал. Сидите на базе и ждите, пока я не вернусь. Коля, ты должен справиться. После того как разберёмся здесь, отправимся на встречу с учителем. Теперь у меня есть что показать ему. Уверен, что ты сможешь повлиять на отца. Возьми. Это доказательство того, что Бернадоты решили пойти не только против своих благодетелей, но и против своих же граждан. Решили сдать империю варварам.

С этими словами Горностай достал из кармана несколько оплавленных артефактов создателя. Хоть они и были в дерьмовом состоянии, но даже так сразу становилось понятно: они гораздо лучше тех, что выдают великие дома своим мастерам.

— На этой шахте была одна из тайных баз, где Бернадоты создавали неучтённые маски. Я уже уничтожил их все. Мастеров пустил в расход и нашёл у них эти перстни. Варвары уже пустили свои корни даже здесь. Северная империя падёт очень скоро.

Дальше Горностая окутала фиолетовая пелена, и он направился на выход. Следом за ним поднимались все камни, что здесь валялись. Он собирался драться насмерть. Ну а я отправился на поиски Морейн. Благодаря маске Павлина отыскать её оказалось не так сложно. А чтобы подобраться, пришлось очень постараться.

Морейн уже вступила в схватку с масками Бернадотов. Понятия не имею, с кем она сражалась, но сейчас её со всех сторон окружали земляные хлысты, которые, словно змеи, пытались обвить свою жертву и пленить её.

Воспользовался меткой боли, чтобы привлечь внимание Морейн, а после этого смог подойти к ней, воспользовавшись слой Бриллианта Тишины. Достаточно было окутать себя его покрытием, чтобы земляные плети осыпались, коснувшись меня.

Когда оказался рядом с Морейн, спрятал нас в тенях. Удерживать одновременно силу двух самоцветов было очень трудно. Необходимо валить отсюда, пока я ещё был в состоянии двигаться. Только женщина была другого мнения и начала сопротивляться, отталкивая меня от себя.

— Горностай попросил вытащить тебя. Велел отправляться на запасную базу и ждать его там. Если не пойдёшь сама, то потащу силой. Маска, вышедшая из-под моей руки, отлично подходит для этого.

— Помоги мне забрать маску Червя, и я пойду с тобой. — выпалила Морейн, создавая вокруг нас защиту из воды. В неё врезалось несколько огненных шаров, создавая облако пара. — Я не уйду без этой маски. Она принадлежала моему другу, погибшему за вашу империю.

Я действительно мог вырубить Морейн и утащить её отсюда силой, но куда идти дальше, не имею понятия. А препираться с ней — это только терять время. Проще уже будет помочь разобраться с этим Червём.

— Сможешь продержаться минуту? — дождавшись, пока Морейн кивнёт, я продолжил. — Тогда отвлекай на себя его внимание, а я постараюсь управиться максимально быстро.

Держать тени только на себе было во сто крат легче. Я выдохнул с облегчением, когда отошёл от Морейн. Теперь оставалось найти этого червя, что сделать в разразившемся сражении было довольно проблематично. Но не для мастера.

Секунд десять потребовалось, чтобы установить местонахождение нужного бойца, а затем ещё полминуты, чтобы подкрасться к нему в тенях. При этом я постоянно удерживал активированным покрытие Бриллианта Тишины. Это позволяло сводить на нет всё, что встречалось мне и прилетало с обеих сторон.

Морейн отлично справлялась с отвлекающим манёвром и забрасывала Червя всем, чем только могла. Молнии, вода, лёд, ветер, огонь и даже земля. Всё шло в ход.

Уверен, что женщина вышла бы победители из этой дуэли, но времени ждать её окончание нет.

Оказавшись рядом с Червём на расстоянии удара, я сменил конфигурацию маски и выжал из турмалина всё, что он только мог дать. Самоцвет при этом превратился в пыль, наградив меня болезненным откатом, но свою задачу выполнил.

Невероятно плотное копьё из дыма пробило грудь Червя, после чего резко расширилось, разрывая его тело практически на пополам. После таких ран точно не живут.

Я подскочил к уже мёртвому телу, стараясь не думать о том, что только что сделал, и не смотреть на результат. Забрать маску у мертвеца было легко. Гораздо сложнее было уйти целым. Заметив смерть своего соратника, бойцы Бернадотов обрушили свою ярость на меня. Пришлось выходить из теней, чтобы забрать маску.

Я смог уйти, в последний момент, снова нырнув в тень. Но всё равно успел получить несколько болезненных ударов по покрытию. Даже Бриллиант Тишины смог поглотить их все. Онемение растеклось по левой ноге, да и спина немного ныла.

У бойцов Бернадотов есть неплохие самоцветы. Раз они смогли меня пробить. Или просто я стал слишком самонадеянным. Что было больше похоже на правду.

Спину и левую ногу саднило, но я не обращал на это внимание. Выжимал из себя всё, на что был способен.

Оказавшись рядом с Морейн, снова растянул силу аметиста на двоих. И только после этого позволил себе заговорить.

— Маска у меня. Отдам её на базе. Теперь валим отсюда. Похоже, Бернадотов очень разозлились после смерти Червя.

Сказав это, я схватил женщину за руку и потянул в сторону, где сражение было менее интенсивным. Но сделал всего десяток шагов и едва не упал. Повреждённая нога подкосилась, и лишь благодаря Морейн я смог остаться в вертикальном положении.

— Твоя нога… — шепнула Морейн, и только после этого я посмотрел вниз.

Штанина до колена была оторвана, а икра выглядела так, словно её драли бродячие собаки. В горячке боя я не обратил внимание на боль, почувствовал лишь онемение. А вот сейчас, когда увидел, что случилось, она пришла наверстать упущенное.

Морейн действительно оказалась очень опытным бойцом и, даже не раздумывая, создала пламя на руке и начала прижигать мою рану. Я взвыл от боли и оттолкнул женщину от себя.

Толком не понимая, что творю, я сменил конфигурацию Теневого шута и обратился к силе Изумруда Жизни. Действовал на пределе своих возможностей, продолжая удерживать силу Аметиста. Боль отступила, а раны начали стремительно затягиваться. Такое я видел только в исполнении Богини. Но удивляться буду потом. Нужно уйти живым и вытащить Морейн.

Женщина выпала из-под действия Аметиста и уже отбивалась от чьих-то атак. Пришлось её возвращать, тратя на это стремительно исчезающие силы.

— Сколько же у тебя ещё секретов? — произнесла Морейн, увидев мою ногу.

— Я долго не продержусь. Так что поспешим.

* * *

— Отступники сделали ход. Только я не могу понять, чего они хотели этим добиться? — задумчиво произнесла Судья, читая только что предоставленный отчёт.

Она находилась в кабинете одна. Лишь статуя Фемиды выступала в роли безмолвного собеседника. И сила её маски, что заставляла весы склоняться под тяжестью размышлений своей хозяйки.

— Оставили Бернадотов без шахты. Одной из самых паршивых, что у них есть. Потеряли почти два десятка своих людей. Пусть они и были слабаками, но всё же…

Переведя взгляд на отчёт, Судья убедилась, что Бернадоты отлично подготовились. Смогли разместить свои боевые отряды масок в непосредственной близости от шахты. Поэтому реакция была молниеносной. С того момента, как поступил сигнал об атаке, прошло всего восемь минут и отряд уже прибыл на место.

— Сами же смогли убить всего шесть бойцов Бернадотов, при этом уничтожив две маски эпического уровня. Это в разы меньше, чем во время предыдущих вылазок. Так уничтожалось минимум по восемь масок. А ещё несколько захватывал Горностай. Вот и в этой атаке участвовал Горностай и Зелёный Змей. Эти двое и собрали самый богатый урожай жертв.

Снова пробежавшись глазами по отчёту, Судья закусила губу. Что-то здесь не сходилось. Имелся огромный пробел в части информации, что касалась смерти одного из бойцов Бернадотов — Червя. Бойца, специализирующегося на защите и обладающего способностями по управлению магией земли. Его маска была конфискована после боя с отступниками. Тогда же было установлено, что этот человек прибыл из-за великой пустыни.

Судья и раньше подозревала, что радикальные группировки Великой империи решили подорвать её энергетическую стабильность, но теперь эти подозрения начали принимать всё более чёткие очертания. Противостоять этим силам будет невероятно сложно, если вообще возможно. По крайней мере, без помощи покровителей Северной империи. Необходимо связаться с Драконом. А как это сделать сейчас, Судья не знала. Как не знала, где вообще находится дракон.

После встречи со Скуратовым он отправился в Протекторат и всё ещё находился там. Связаться не получалось даже по дипломатическим каналам.

— Игра становится слишком опасной. Всё больше и больше действующих лиц, которые преследуют только свои интересы.

Чаши весов замерли, придя в равновесие. Это могло означать только одно. Пора действовать. Больше нельзя полагаться на других. Необходимо взять всё в свои руки и защитить империю от посягательств извне. Это прямая обязанность настоящего правителя Северной империи. Обладателя сильнейшей маски в этой части континента.

* * *

— Шахта Бернадотов была атакована отступниками. — начал докладывать дяде Кирилл Антонов.

Он сейчас находился в столичном поместье рода. Где через пару часов должны собраться представители сильнейших домов империи и обсудить дальнейшее развитие государства. То, как они его видят. Как хотят, чтобы оно выглядело.

Это собрание проводилось уже в пятый раз. В тайне от действующей власти. В тайне от Скуратова, Судьи и их людей. Обеспечить подобную конфиденциальность было невероятно сложно. И смог справиться только Кровавый Ворон.

Вот и сейчас он занимался укреплением защиты, в то время, как племянник докладывал о случившемся.

— Шахта — одна из самых слабых. Но всё равно ее вывод из строя больно ударит по добыче энергонов. По предварительным данным, она уже упала на три процента. Возможна корректировка до пяти.

Лазарь присвистнул, прекрасно понимая, какие убытки будут нести Бернадоты. Но ему совершенно не было дела до чужих денег. К тому же императорский род точно не обеднеет. Смогут найти средства, чтобы заткнуть даже подобную дыру. Им не привыкать.

— Среди нападавших был Горностай и Зелёный Ящер. А также новая маска — Павлина. Очевидцы утверждают, что её носитель мог использовать для атаки любые стихии. И судя по мощи ударов, камни на одном уровне с лучшими самоцветами северной империи. Как бы вообще, не привезённые из-за великой пустыни.

— Твои осведомители уверены? Они способны так легко определить чистоту самоцветов? — прервав молчание, спросил Лазарь.

Раз он это сделал, дело действительно очень серьёзное.

— Один из осведомителей, бывший подмастерье, и сам раньше носил эпическую маску. За годы своей работы он научился довольно точно прикидывать чистоту камней по стихийным атакам. Так что не доверять ему у меня нет причин. К тому же у нас гостит его дочь. Взяли её на стажировку ещё три года назад.

— Молодец. Нельзя доверять людям, предварительно, не позаботившись о страховке. Получается, что у отступников появилась новая маска. Не мог её создать Горностай?

— Ты сам прекрасно слышал слова Александра. Его ученик потерпел удачу, и навсегда лишился возможности создавать сильные маски.

— Хочешь сказать, что создателем Павлина является Николай? Горностай за столь короткий срок смог сделать то, на что другим учителям требуются годы?

— Не забывай, кто был учителем Горностая. Откуда он прибыл и какими знаниями обладает. Но это всё не важно. Николай также участвовал в том нападении. Мой осведомитель видел, как его нёс на руках Павлин. Уже за пределами сражения.

— Ты понимаешь, что Александр будет считать нас виноватыми, если с парнем что-нибудь случиться? А в этом случае мы не только лишимся его покровительства, но и можем повторить участь Ростовых.

— В таком случае нам необходимо найти Николая. Я сейчас же подниму всех наших масок.

— Можешь сильно не торопиться. Парень точно жив. — Глава дома вытянул руку и на ладони появился кровавый сгусток, который мерно мерцал внутренним светом. Кровавый Ворон никогда не полагался на судьбу. И на этот раз он решил перестраховаться и оставил в парне частицу своей силы. Благодаря ей он всегда мог узнать, жив Николай или уже нет. — А ещё свяжись с Александром и расскажи ему обо всём. Если ему дорога жизнь сына, то он сам разберётся с отступниками. Возможно, даже отблагодарит нас. И его благодарность может стать решающей в нашем противостоянии с Бернадотами. Они точно не выстоят против объединения шести великих домов. Тем более, если на нашей стороне выступит куратор от Великой империи. Используй амулет связи. Сейчас не время экономить.

— У нас остался последний амулет. — скривившись от досады, произнёс Кирилл Андреевич.

— Лучшего момента, чтобы использовать его может и не появится. На сегодняшнем совете я смогу обойтись и без тебя. Найди Николая и расскажи всё, что посчитаешь нужным. Он поможет нам заручиться поддержкой куратора. А, возможно, и Ложи Драконов.

Услышав это название, Кирилл Андреевич замер. Он не мог себе представить, что дядя рассчитывает на подобную поддержку. Даже тайная полиция боялась этой организации. Но сомневаться в действиях дяди было глупо. С тех пор как он встал во главе рода, Антоновы стали одним из сильнейших родов в империи.

* * *

— Ты уверен, что стоит доверять мальчишке? Мы же вообще ничего о нём не знаем, кроме того, что его отец — один из выходцев с проклятых земель. — спросил Зелёный змей, когда они с Горностаем остались вдвоём.

Заварушка сегодня выдалась знатная. Он убил многих верных псов империи. И плевать на раны, что получил сам. Его яд справится с ними. А судя по Горностаю он не разделял радости друга.

— Мальчишке мы можем доверять в той же степени, что и Морейн. Поэтому я и отправил их вдвоём. Она с нами уже больше года и за это время не получила моего доверия. А сейчас это проверка. Я дал ей в руки ключ, благодаря которому она сможет договориться с Александром. Договориться без нас. Бросить империю и преследовать лишь свои интересы. Мне до сих пор не удалось выяснить, для чего на самом деле она вышла на нас. Почему с такими навыками и ресурсами решила вступить к отступникам?

— А мне плевать на её интересы. После прихода Морейн мы стали по-настоящему сильны. Только благодаря ей нам удалось так развернуться в последнее время. И только благодаря ресурсам из Великой империи столько человек согласились перейти на нашу сторону. Столько мастеров, которые никогда не видели столь качественных артефактов. Ты же сам об этом говорил.

— Говорил. — согласился с другом Горностай. — Но это не отменяет того момента, что я не доверяю Морейн. Она же в любой момент сможет ударить нам в спину.

— И поэтому ты позволил мальчишке отдать ей маску Павлина? Увидев её в бою, могу точно сказать, что она не сильно уступает легендарным маскам. Парню удалось создать настоящий шедевр.

— Вот именно потому, что эту маску создал Николай, я и отдал её Морейн. В случае чего я смогу её контролировать. Всё же отец Николая был моим учителем.

Глава 4

Мы с Морейн продвигались сквозь бесконечный лабиринт туннелей и катакомб, простирающихся под улицами столицы. Казалось, этим извилистым путям не было ни конца, ни края. Повсюду горели тусклые факелы, их дрожащее пламя отбрасывало тени, танцующие на каменных сводах.

Во мраке подземелий трудно было сориентироваться. Морейн шла впереди, ведя меня за собой через бесчисленные развилки и повороты. Ее уверенные шаги эхом разносились по тоннелям.

Наконец, впереди забрезжил отсвет огней. Скоро мы выбрались в просторный зал, очевидно служивший некогда святилищем для каких-то древних церемоний.

У дальней стены алели угли походного костра, отбрасывая багровые отсветы. Вокруг этого импровизированного очага сидела горстка людей, их лица скрывали маски, но обычные, не артефакты. Они настороженно воззрились на нас, едва мы показались из тоннеля.

Но увидев маску леопарда заметно расслабились.

Меж тем Морейн усадила меня на ближайший ящик и принялась осматривать мою ногу, покачав головой:

— Надо бы обработать рану. Рискованно было пытаться вытащить нас оттуда. Могли запросто оба поплатиться.

Изумруд помог справиться с самым худшим, но я не так хорош в его использовании, так что мне все еще требовалось обработать рану.

Морейн принялась аккуратно отдирать ошметки ткани, приставшие к ране. Это было весьма болезненно, но я лишь стискивал зубы, прогоняя наваждения темноты, что норовили накрыть голову.

Наконец, усилиями Морейн рана была очищена. Я с содроганием взглянул на изуродованную плоть ноги, пусть больше и не кровоточащую, но все еще воспаленную.

— У нас нет бинтов, так что придется обойтись подручными средствами… — произнесла Морейн, окидывая понимающим взглядом костер и сгрудившихся рядом людей.

Один из них неловко поднялся и протянул ей тощий узелок. Морейн развернула его — в нем оказались засушенные травы и коренья какие-то, источавшие резкий запах.

Следующие несколько минут она посвятила приготовлению мази из этих ингредиентов, что-то туда добавляя и перемешивая в котелке над огнем.

Когда состав был готов, она нанесла его на мою рану. Я вздрогнул — смесь жгла кожу. К счастью, боль быстро утихла, а от мази повеяло прохладой, унимая воспаление.

— Изумруд творит чудеса, — произнесла Морейн с нескрываемым уважением. — Но пренебрегать лечением полностью не стоит.

Я поблагодарил ее кивком. Сырость подземелий пробирала до костей, в голове стоял шум от адреналина и чудовищных усилий последних часов.

А сквозь пелену усталости меня вдруг обуяло беспокойство за Горностая. Ведь он, вместе с Пеликаном и Ящером остался сражаться с бойцами Бернадотов и их подкреплениями. Неужели его и вправду удалось так просто сокрушить целому отряду профессионалов?

Вдруг я ощутил болезненный укол совести. А действительно ли я волнуюсь о жизни Горностая? Или все, что меня заботит — его судьба как инструмент для встречи с отцом? Осознание ударило, точно хлыстом по лицу.

С тех пор как меня вовлекли в этот безумный мир масок, похоже, я и сам начал постепенно мыслить как они. Приобретать те же черты. Беспощадность, расчетливость, циничность… Холодный прагматизм, изгоняющий жалость и сострадание.

Всего месяц назад я содрогнулся бы от мысли бросить союзника на произвол судьбы. Однако сейчас испытываю скорее досаду, нежели истинную тревогу. Как будто Горностай — нужен лишь для достижения моих целей, ничего более…

Я отогнал эти мысли.

— Что-то тревожит тебя? — голос Морейн был спокойным. Женщина сидела напротив, пристально разглядывая меня из-под своей маски.

Я помотал головой, давая понять, что все в порядке. Но Морейн так просто не отступила:

— Думаешь о том, что случилось с Горностаем и остальными после нашего ухода? — ее голос стал жестче, в нем зазвучали стальные нотки. — Не бойся, парень, они опытные бойцы. И если Бернадоты их перебьют, то они заберут с собой на тот свет как можно больше масок… — она надолго замолчала, уставившись на пляшущие язычки костра. А когда продолжила, в ее голосе звучала неприкрытая злость. — Была бы моя воля, я бы перебила всех Бернадотов до единого!

Она запнулась, опустила взгляд. Поняв, что я смотрю на нее в недоумении, Морейн качнула головой:

— Это длинная история. Просто поверь… Бернадоты — худшие из тварей, что могут ходить по земле. Люди, недостойные жизни. И если у меня будет шанс — я уничтожу их целиком, до последнего ублюдка.

Я осторожно кивнул, не решаясь задавать излишних вопросов. В этой Морейн, что сейчас открылась предо мной, было нечто зловещее, наводящее жуть. Холодное пламя ненависти пылало в ее очах, и не хотелось становиться тем, кто его разожжет.

По спине пробежал озноб. Снова навалилась усталость и жуткий холод подземелья. А прежде чем я успел хоть что-либо сказать, Морейн неожиданно вновь заговорила:

— Ты не спросил, почему Горностай велел вытащить именно меня. У него на то были причины, верно?

Я молча кивнул. В самом деле, это можно было счесть загадкой — отчего Горностай так упорно желал увидеть Морейн в безопасности? Она как будто читала мои мысли.

Протянув руку, она сняла маску и положила на колени.

— По его словам, Бернадоты настолько утратили человечность, что даже не постеснялись пустить в ход предателей. — я показал ей оплавленные перстни, что получил от Горностая.

Морейн покачала головой, вглядываясь в изуродованные перстни. Я же прикидывал, что они значат для нее самой. Ведь она из той самой Великой империи. Должно быть, знает толк в артефактах создателя и их изготовлении.

Помолчав еще немного, Морейн посмотрела мне прямо в глаза:

— У нас нет выбора теперь, кроме как продолжить борьбу. Ты должен вернуться в поместье Антоновых, а я займусь некоторыми делами. Через пять дней мы встретимся в нашем укрытии под церковью Святой Матери. Горностай и остальные — если выживут, конечно — также будут там. Нам необходимо решить, как поступить дальше.

Я снова кивнул, соглашаясь с ее предложением. В самом деле, мне стоило ненадолго вернуться к Антоновым — ведь матушка находилась у них, и из-за этого я не мог полностью примкнуть к отступникам.

Тайная полиция всегда будет иметь рычаг давления на меня, пока матушка оставалась в руках одного из Великих Домов. Я не мог порвать с семьей, как бы мой путь ни сложился дальше. Это самое дорогое, что у меня было.

К тому же само пребывание у Антоновых позволяло мне играть на два фронта. С одной стороны, я был лояльным слугой Дома, подчиняющимся их воле. А с другой держать связь с Отступниками и не потерять их из виду.

Когда нога перестала ныть, я наконец поднялся.

Покинув подземное убежище Морейн, я выбрался из катакомб на поверхность. Холодный ветер пробирал до самых костей, но сейчас на него даже не приходилось обращать внимания. Вскоре я уже стоял у ворот особняка Кирилла Андреевича.

Однако постучать я не успел. Меня заметили раньше — распахнулась дверь парадного входа, и в следующий миг я оказался в объятиях Лизы. Она буквально налетела на меня. Ее лицо было очень обеспокоенным.

— Где тебя черти носили⁈ — выкрикнула она, не в силах скрыть перепуганный вздох облегчения. — Отец мне ничего не говорит! Феликс тоже. Вообще никто ничего не говорит! Раньше я все узнавала первой, но теперь… В чем дело?

Ее внезапный порыв застал меня врасплох. Прежде я не замечал в Лизе подобной тревоги, привязанности. Она волновалась за меня? Но разве был в этом какой-то смысл? Не скажу, что мы столь близки.

Но теперь именно эти чувства читались в ее зеленых глазах, что так жадно всматривались в меня сейчас. От девушки исходило нечто новое, необычное… Некое напряженное возбуждение, никогда прежде ею не выказываемое.

В ее взгляде был страх — страх утраты чего-то невероятно важного. И внезапно я смутно уловил: для Лизы это важное — я сам.

Но лишь смутно, ибо в тот миг во мне самом не было ни единого чувства. В голове было столько мыслей, так что я воспринимал происходящее со странным отчуждением. Словно со стороны.

— Я выполнял поручения главы дома, Лиза, — произнес я сухо, отстраняя ее руки. — Все в порядке.

Оставив Лизу с недовольным лицом, я прошел в дом, борясь с нахлынувшей апатией.

В одной из дальних комнат я приметил матушку, которая сидела, склонив голову над пряжей. Игла ловко порхала в ее натруженных руках, создавая причудливый узор. На ее лице застыло умиротворенное выражение безмятежности, столь чуждое той бурной жизни, что начала закручивать меня в свой водоворот.

Я застыл на пороге, жадно впитывая этот образ матери, погруженной в размеренный, давно знакомый труд. Сколько бессонных ночей провела она за этим же самым занятием в нашем скромном доме, когда отец был еще с нами? Теперь передо мной сидела хранительница того мира, давно ушедшего и безвозвратно потерянного.

Как же мне хотелось подойти, обнять ее. Но какая-то сила сковывала меня, не давая шагнуть вперед. Словно разверзлась пропасть между нашими мирами, и я не имел права потревожить матушку, чтобы не обрушить последний оплот тишины и покоя в ее жизни.

Я так и замер в дверях, боясь нарушить эту идиллию. Внезапно за моей спиной раздались шаги.

— А вот и ты!

Кирилл Андреевич выглядел как всегда властным и спокойным, в чем несомненно подрожал своему дяде.

— Рад видеть тебя в добром здравии, Николай.

Он проследил за моим взглядом и улыбнулся, словно прочитал мысли.

— Помни, Антоновы держат слово вне зависимости от сменившихся обстоятельств. Можешь быть уверен — твоей матушке ничего не угрожает. Пойдем, нам нужно обсудить кое-что важное.

Я кивнул и последовал за Кириллом Андреевичем в противоположное крыло особняка.

Кирилл Андреевич предложил мне присесть у огромного каминного очага. Сам же он опустился в кресло напротив, закинув ногу на ногу и барабаня пальцами по подлокотнику.

В его пристальном изучающем взгляде я не находил ни тревоги, ни злости. Напротив, лицо Василиска было самой невозмутимостью. Какое-то время он молчал, просто разглядывая меня, а затем произнес ровным тоном:

— Ты не донес Тайной Полиции о предстоящем нападении на шахту Бернадотов. Почему?

Я едва не вздрогнул от неожиданности. Значит, он все знал. Но вида не подал, скрывая смятение:

— У меня не было возможности связаться с полицией все произошло слишком быстро.

Кирилл кивнул, его брови чуть дрогнули:

— Ясно… Ну что ж, должен сказать, как бы то ни было — это весьма здравым решением с твоей стороны!

Его губы неожиданно расплылись в одобрительной улыбке.

— Узнай об этом Тайная полиция, и шахта была бы сейчас в ходу.

Я растерянно заморгал, выходит, Антоновы не против, если Бернадоты сдадут позиции.

Угадав мое состояние, Василиск вскинул успокаивающе ладонь:

— Знаю, все это выглядит крайне подозрительно. Но сейчас мы подошли к критическому моменту, от исхода которого зависит очень многое… В том числе судьба всего нашего Дома.

Он подался вперед, заглядывая мне в глаза с каким-то безумным напряжением:

— Скажи прямо, Николай. На чьей ты стороне?

Его вопрос повис в воздухе, налитый невыносимой тяжестью и бременем выбора.

На чьей же действительно я был стороне? Отступники, Антоновы, Тайная Полиция, да и внутри отступников все было не так просто. Каждый преследовал какие-то свои цели, а я повис между всеми ними.

Медленно, тщательно взвешивая каждое слово, я заговорил:

— С самого начала я на стороне своей семьи. Матери… — сделав паузу, все же добавил. — И отца. Дорогих мне людей. И я делаю все для их безопасности.

— Когда-то твой отец сказал мне одну очень важную вещь: у мастера масок не может быть сторон. Он не служит никому, кроме своего ремесла и собственного пути. Это было буквально за пару дней до того, как он пропал, представляешь?

На лице Василиска не дрогнул ни единый мускул. На смену напряжению пришло какое-то странное спокойствие. Он откинулся на спинку кресла и несколько раз медленно кивнул:

— Что ж, прекрасный ответ… Я верю тебе, Николай. Как и верю в то, что ты знаешь, что делаешь.

Он поднялся, жестом отпуская меня:

— Ступай и отдыхай. Сегодня был тяжелый день, а завтра с самого утра нам предстоит долгая дорога. Дворецкий покажет тебе выделенные покои.

В эту ночь мне почти не спалось. Я ворочался с боку на бок, все думая о том, кто же на самом деле прав? Сторон так много, но надо ли занимать одну из них? Может и вовсе пойти своим путем. В груди все сжималось от предчувствия чего-то огромного и неизбежного.

Утром, едва забрезжил первый солнечный луч, меня уже разбудили и предоставили новый костюм. Василиск ожидал меня на выходе, облаченный в строгий черный костюм и длинный плащ. Я с удивлением отметил, что при нем не было привычной охраны — лишь водитель поджидал в машине у крыльца.

Не проронив ни единого лишнего слова, Кирилл Андреевич жестом велел мне следовать за собой. Мы прошли мимо вестибюля и вышли наружу, к машине.

— Поездка предстоит долгая, — произнес Василиск, глядя в окно.

Вскоре мы оставили позади поместье ехали через всю столицу по окраине, прошло более трех часов.

Остановилась машина где-то далеко за городом, у лесной тропы. Но на этом путь не закончился. Мы с Василиском последовали по ней, глубже в лес.

Кирилл Андреевич вел меня сквозь буреломы и подлесок. Там, среди истрепанного кустарника, едва виднелись очертания старой калитки.

Василиск молча приложил ладонь к металлическому распятию, что венчало эту дверцу, и меж кривых перекладин пробежала рябь силового поля. Едва оно успокоилось, мужчина с видимым облегчением потянулся к замку.

— Даже не знаю, как тебе все это объяснить, — произнес он раздумчиво, отворяя калитку. — Пожалуй, будет лучше если ты все увидишь своими глазами.

Мы вышли на укромную лесную опушку, за которой виднелись болотные топи. Влага конденсировалась в тумане, клочья которого едва успевали рассеиваться на солнце.

Прямо перед нами возвышался одинокий дом — приземистая деревянная постройка, увенчанная остроконечной черепичной крышей. Вокруг нее простиралась заросшая клочьями седой осоки поляна, на которой медленно чадил висячий дымок от лачуги.

У калитки дома стояла внушительная фигура в длинной темно-алой мантии. При нашем приближении она обернулась, приветливо взмахнув рукой. Даже сквозь капюшон я узнал главу Дома.

— Здравствуй, племянник. Ты как раз вовремя, — раздался непринужденный голос Лазаря Антонова, на что Василиск кивнул и поприветствовал в ответ.

Я встретился с ним взглядом, вдруг охваченный неясным предчувствием.

Он кивнул мне в знак приветствия и жестом предложил войти в дом. Я переступил порог. А сердце все безумно колотило, будто бы сейчас случится нечто страшное.

…и в тот же миг оно замерло в груди, а все мысли разом покинули меня.

За дверью одинокого дома, стояла внушительная фигура человека в широкополой шляпе и длинном дорожном плаще. При виде меня он кивнул. И в тот миг, когда встретился с его пристальным изучающим взглядом, то понял, что вижу перед собой отца…

Александра Арсеньева…

Глава 5

— Вижу, что тебе пришёлся по нраву мой подарок. — даже не поздоровавшись, заговорил отец. — Значит, я не ошибся. Ты смог это сделать. Что же, давай посмотрим, насколько хороша легендарная маска, чей рецепт передавался в нашем роду на протяжении трёх сотен лет.

Сказав это, отец провёл рукой по лицу, на пальце вспыхнул артефакт создателя, и его шляпа разлетелась на лоскуты, разорванная величественной золотой маской дракона. Вокруг него мгновенно появилось пламя и покатилось во все стороны, уничтожая всё на своём пути.

В последний момент я успел надеть маску шута, сейчас точно не до выбора конфигурации. Аквамарин поделился со мной силой, окружив тело водяным покровом, и атака отца ничего не смогла мне сделать. Зато хибара, в которой он меня поджидал, перестала существовать.

Сила этого пламени была невообразимой. Старые доски сгорали за мгновение, оставляя после себя Лишь пепел. Через пару секунд мы стояли на открытом пространстве.

— Неплохо. — произнёс отец и медленно начал подниматься в воздух. — А что ты ответишь на это? В какой степени смог адаптироваться к оставленным мною самоцветам?

На этот раз никакого огня не было. Голова дракона запрокинулась назад, междуего рогов начало зарождаться свечение, и вскоре в небо устремился ослепительный росчерк, который взорвался где-то в вышине, создавая едва различимый белёсый купол.

Понятия не имею, какого размера был этот купол, но он точно накрыл лесок, в котором мы сейчас находились. А когда края купола коснулись земли, перед глазами вылезла надпись.

Активирована ультимативная способность маски Золотого Дракона — Зона Охоты.

В зоне охоты все способности других масок снижены на 80%. Способности самоцветов снижены на 50%. Способности Золотого Дракона увеличены на 20%. Также он получает полную неуязвимость от физических и стихийных атак.

Желаете нейтрализовать способность — Зона Охоты? С текущим уровнем мастерства вы сможете нейтрализовать действие Зоны Охоты на 0,34 секунды

Раз так мало, то нельзя пока использовать эту способность. Боюсь, что второго шанса у меня не будет. Ну а то, что все характеристики снижены, так ничего страшного. Всё равно я не могу пользоваться полной силой самоцветов. Даже не могу тем, что осталось после урезания их на 50%.

Мне даже стало весело. Хотя, казалось бы, столько не видел отца и при встрече он нападает на меня. Проснулся азарт, который я испытывал во время боя с Лебедем. Тигр рвался в бой. А Теневой шут радостно хихикал, где-то внутри. Он предвкушал отличную битву, и возможности заполучить в свою коллекцию образ маски отца.

— Неужели ты уже решил сдаться? Не разочаровывай меня, сын. Арсеньевы не такие слабаки.

Лёгкий взмах рукой, и в мою сторону устремилось с десяток огненных копий. Ерунда. Герман со своими камнями отлично подготовил меня к подобному. Даже не пришлось прибегать к помощи маски. Смог увернуться от каждого копья, а одно и вовсе попытался перехватить и бросить обратно в отца. Но огонь потух, стоило ему соприкоснуться с водяным покрытием.

Даже сам, не желая того, я вновь создал много пара. Понятия не имею, что хочет от меня отец, но атакует он на полном серьёзе. Поэтому и я не буду сдерживаться. Нужно только подобраться к нему поближе и тогда использовать силу аметиста вместе с бриллиантом тишины. Одного удара мне будет вполне достаточно.

Пар продолжал скрывать меня от отца. Впрочем, и я его не видел. Но прекрасно помнил, где он должен находиться. Несколько водяных капель сорвались с моих рук и устремились в то место. Сам же я уже давно был в движении, заходя к отцу слева. Максимально ускорился, благодаря сапфиру и подогнал себя изумрудом, из-за чего едва не свернул себе шею, попав левой ногой в яму.

Той самой, что была ранена червём. Резкая боль прострелила её, я же вытянул перед собой руки и создал воздушную волну, которая не только не позволила мне долбануться лицом об землю, но и вернула в вертикальное положение. А ещё она разогнала пар, чтобы я увидел, вернее, не увидел отца.

А в следующее мгновение ощутил опасность сзади. Быстро развернуться и заблокировать удар я не успевал. Да и сделать это с вновь повреждённой ногой просто нереально. Опасность нарастала, и мне ничего не оставалось, кроме как воспользоваться силой Бриллианта Тишины, а сразу после этого спрятаться в тенях.

— Неплохо. Ты способен сражаться, находясь в моей Зоне Охоты. А ещё смог заблокировать один из моих сильнейших приёмов. Он забрал уже множество жизней гораздо более опытных носителей, чем ты, Николай. И они бы никогда не совершили столь глупую ошибку. Продолжать оставаться на месте, после того как уйти в тень. Да и подобные трюки бесполезны против драконов. Даже самые слабые из нас могут прекрасно видеть всё, что происходит в тенях.

К этому моменту я уже смог найти отца и видел, как сверкнули глаза на его маске. Вот только смотреть он совершенно в другую сторону. Гораздо левее того места, где я находился. И к своему удивлению, когда я посмотрел туда же, то увидел себя.

Задействовано умение — Теневой Фантом

Вылезло перед глазами, и я сперва не понял, как это вообще получилось? Мало того что впервые слышу об этом умении, так ещё оно и само активировалось.

Аметист теней таким образом реагирует на Астролит Света, что установлен в маске Золотого Дракона

Выдал мне артефакт. Только я всё равно ничего не понял. Выходило так, словно самоцветы способны мыслить. Словно они разумны. Но это был полный бред. С которым у меня сейчас нет времени разбираться.

— А сейчас готовься, я покажу, на что в действительности способен Золотой Дракон. Маска, созданная одним из величайших мастеров прошлого — твоим прадедом.

Тело отца окутало золотое свечение, от которого мне сразу стало дурно. Меня начало трясти. Должно быть, это — страх. И я испытываю его впервые в жизни. Мне не было так страшно, даже в тот момент, когда висел на одной руке над бетонным покрытием аэровокзала. Где-то из глубины доносился яростный рёв тигра. Он был в ярости, что кто-то посмел напугать меня. Только мы должны пугать остальных. И плевать, что перед нами величественный дракон. Тигр ничем не уступит ему. Горло мягкое у всех. Стоит только подобраться к нему, и добыча уже не уйдёт.

А помимо Тигра там ещё был и шут, которого продолжала забавлять эта драка. Ему нравилось, что дракон был настолько серьёзен.

Золотое сияние продолжал усиливаться, пока не собралось в одной точке перед отцом. Примерно на уровне его груди висел шар размером с яблоко. Из этого шара во все стороны вырывались золотистые лучи, которые исчезали, пролетев несколько десятков сантиметров. Чем-то это было похоже на крошечное солнце.

— Лучше всего с тенью справляется солнечный свет. Он уничтожает любую тьму и моих врагов. — произнёс отец, и шар устремился в моего клона.

— Нет! — раздался истошный вопль, и перед клоном материализовалась Лиса, раскинув руки в стороны. В этот момент крошечное солнце бросилось в сторону фантома.

Вот же дура! И зачем она сюда полезла? Решила защищать подделку, лишь подставляя себя под удар. И спасти её мог только я.

Желаете поменяться местами с Теневым Фантомом?

«Да! Желаю, мать вашу!»

Дальше всё происходило настолько быстро, что даже ничего толком не понимал. Действовал на автомате.

Переместился на место фантома и увидел перед собой Лису, раскинувшую руки в стороны. Она собиралась принять на себя удар отца. Только она точно ничего не сможет ему противопоставить. Маска Лисы не была предназначена для подобного. Она скрытник. Удары из засады и шпионаж. Вот для чего предназначалась маска Лисы.

Атака отца уже почти достигла нас, когда я схватил Лису и отшвырнул её в сторону, там мелькнуло что-то красное, но толком я не разглядел. В этот же момент накинул на себя покрытие Бриллианта Тишины и просто встретил солнце ударом кулака.

«Активировать метку Боли» — мысленно произнёс я и отца повело в сторону. Он стремительно начал снижаться, а его руку охватывало алое свечение. Артефакт создателя нагрелся до такой степени, что я ощутил запах горелой плоти.

Но главное было сделано: я смог достать отца. Смог показать, что кое-что умею. Пусть это и было умение, доступное всем в роду.

А затем я и сам ощутил невероятную боль, что разлилась по всему телу.

К вам применено умение, Метка боли. Заблокировать его невозможно

Но мне и не нужно этого. Я уже смог доказать отцу. И смог спасти Лису. Это было главное.

С глухим стоном я упал на колени, наблюдая за тем, как Золотой Дракон сумел справиться с собой и остановиться возле самой земли. Он аккуратно встал на неё, словно соскочив с небольшой ступени, оправил пиджак и начал смеяться. Одновременно с этим боль отпустила меня. Её место заняла неимоверная усталость. Таким я не ощущал себя ещё ни разу, даже после отката быль гораздо лучше.

В висках стучало, сердце пыталось выпрыгнуть из груди, дыхание спёрло, словно вокруг резко закончился воздух, а всё тело била крупная дрожь. Меня бросало то в жар, то в холод. А перед глазами плясали разноцветные огни.

Но всё резко успокоилось, когда в разноцветный танец вплелась капля крови. В одно мгновение она заполнила собой всё поле зрения, а затем исчезла, словно втянувшись в меня.

Обнаружено воздействие маски Кровавого Ворона. Использовать Бриллиант Тишины, чтобы нейтрализовать его?

Этот вопрос я проигнорировал. Не нужно ничего нейтрализовывать. Лазарь Антонов помог мне. Понятия не имею, что конкретно он сделал, но привёл меня в порядок, и не дал потерять сознание.

— С тобой всё в порядке? — налетела на меня Лиза, принявшись осматривать и ощупывать. Подобная забота с её стороны очень льстила, но сейчас для этого очень неподходящее время и место.

— Спасибо, Лазарь. Николай ещё очень слаб. Как мастер и как носитель. Но это легко поправимо. Раз он смог в полной мере овладеть нашем родовым артефактом создателя, то сможет легко восполнить все пробелы. К тому же если я помогу ему.

— А ты поможешь? — с трудом выдавливая из себя слова, спросил я.

— Всё будет зависеть только от тебя. Мои друзья сообщили, что ты ввязался в крайне опасную авантюру. Одновременно решить иметь дело с отступниками и тайной полицией. Хоть я и не могу ничего плохого сказать о Судье, но работать на неё слишком опасно. А теперь поднимайся, поговорим в более подходящем для этого месте. Лиза, ничего я с ним не сделаю, отпусти уже. Поговорим и верну тебе его в целости и сохранности. Рад, что нашёлся тот, кто смог заставить тебя переживать. Даже Лиса не смогла защитить тебя от нормальных, человеческих чувств.

Я посмотрел на Лизу и готов поклясться, что под маской она залилась румянцем. Но девчонка даже не подумала отойти и отпустить мою руку, в которую она вцепилась мёртвой хваткой. Это заставило покраснеть уже меня. Хорошо, что на лице была маска.

Какие глупости. Только что дрался с отцом, которого не видел четырнадцать лет, а теперь стою и смущаюсь оттого, что оказался небезразличен одной, очень таинственной и взбалмошной особе.

— Лиза, отправляйся домой и не выходи из своей комнаты. Когда вернусь, у нас состоится очень серьёзный разговор. — прервал мои глупые мысли Василиск. Его слова поддержал Кровавый Ворон, мягко отстранив племянницу от меня кровавыми нитями. Со стороны это выглядело довольно жутко. Но лишь до тех пор, пока Лиса парой ловких движений не перерезала все нити, появившимся из ниоткуда ножом.

— Хватит. Или я пойду вместе с Николаем, или он никуда не пойдёт!

На этот раз расхохотались все, кроме нас с Лизой. Причём смеялись они довольно долго, а мы стояли и переглядывались, не понимая, что происходит. Первым успокоился отец.

— Обещаю, что мы обсудим с Кириллом вашу помолвку. А ещё обещаю, что твой жених будет присутствовать на свадьбе. Живой и здоровый. Мастер, которого приняло родовое кольцо, сможет постоять за себя. А если потребуется, и за тебя. Что он уже сегодня доказал. А теперь, будь хорошей девочкой и послушай своего отца.

Готов поклясться, что отец воздействовал на Лису, иначе как объяснить то, что она моментально отпустила меня и исчезла, скрывшись в тенях.

— Обязательно зайди ко мне. Я буду ждать. — шепнула она мне на ухо и затем исчезла.

— Запомни, сын — любое слово данное Арсеньевым, выполняется, чтобы ни случилось. Елизавета знает об этом и поэтому не стала больше глупить.

— Когда ты уходил в ту экспедицию, то обещал скоро вернуться и привезти мне много всего интересного. Получается, что ты нарушил своё слово.

Отец снял маску и посмотрел мне в глаза. Посмотрел так, что мне стало стыдно. Обычно мама пользуется вот таким взглядом, когда разочарована во мне. Когда я сделал какую-нибудь глупость и теперь ей придётся идти к соседям и извиняться. Но я выдержал этот взгляд и не отвёл глаза. В ответ я попытался передать всё, что чувствовал эти годы. И особенно после того, как встретил его на аэровокзале, но он просто ушёл.

Тигр внутри меня начинал яриться всё сильнее, и в какой-то момент я сам начал рычать. Отец вздрогнул и отвёл взгляд.

— Невероятно сильная кровь. — с трудом расслышал я, а затем он заговорил уже достаточно громко. — Поговорим об этом позже. Сейчас есть более важные дела. Следуйте за мной.

Отец развернулся и двинулся в сторону, где должен быть расположен чёрный ход у стоявшего здесь дома. Там среди высоких деревьев, угадывалась едва различимая тропинка.

Следом за отцом пристроился глава Дома Антоновым, а в спину меня толкнул Кирилл Андреевич.

— Просто поговори с отцом. Он способен помочь нам всем. Разобраться с отступниками и Бернадотами. — сказал он.

* * *

Шли мы минут двадцать. Тропинка была проложена среди переплетённых между собой ветвей деревьев. Не было видно даже клочка неба, а дорогу освещали разбросанные под ногами энергоны. Понятия не имею, кто и что с ними сделал, но они светились и без всяких приспособлений. Но это было не самым удивительным.

Тропинка закончилась неожиданно резко. Выйдя из-под защиты деревьев, я застыл с открытым ртом.

На большой поляне стоял дирижабль. Не махина, которая перевозить пассажиров, а маленький. Вот только выглядел этот дирижабль куда внушительнее любого, что я когда-либо видел. Даже военные дирижабли империи в сравнении с этим малышом казались простыми игрушками.

Весь дирижабль был закован в металл. Гандола выполнена в виде морды золотого дракона. Точная копия маски отца, увеличенная в сотни раз. Глаза дракона горели, а из его ноздрей вырывался пар. Но это было ещё не всё. В том месте, где должен располагаться машинный отсек, также горел огонь на полученный из энергонов.

Благодаря Лизе я уже знал, что Дирижабль готов к взлёту.

— Прошу на борт. Там никто не помешает нашему разговору. — сказал отец и первым взбежал по ступеням, приложив руку к стене, после чего толстая металлическая дверь отъехала в сторону, открывая просторный предбанник, отделанный деревом.

— Мы будем ждать здесь. Помни, о чём я тебе говорил. — сказал Кирилл Андреевич и направился к дяде, который встал слева от трапа, словно обычный охранник.

Отец повернулся, ещё раз окинув меня взглядом, а затем шагнул в свой дирижабль, и я последовал за ним.

* * *

— Военные засекли возвращение куратора. — доложил Скуратов своему господину.

Бенедикт Бернадот в этот момент занимался тем, что рассматривал свою коллекцию самоцветов. В ней не было ни одного камня ниже 50% чистоты. Отсутствовали всего два самоцвета, среди известных в Северной империи — Бриллиант и Аметист.

Если последний было нереально получить в этой части континента, то последний имелся у Антоновых. И забрать его было одной из целей императора. В этом он рассчитывал на помощь куратора. Всё же он долгое время провёл в их доме. Если бы ни это, император уже давно бы забрал нужный самоцвет силой.

— И куда он отправился? — смахнув пыль с рубина спросил император.

— Мы не смогли проследить. Вы же знаете, что наши средства слишком примитивны для этого. Дирижабль куратора оснащён передовыми разработками Великой империи.

— Но всё равно варвары с лёгкостью сбивают подобные дирижабли и держат военных, нашего сюзерена в страхе. — усмехнулся Бернадот.

— Мне об этом ничего не известно. Но наши военные не способны уследить за ним.

— Завтра к тебе придёт человек, который поможет разобраться в этой проблеме. Вместе вы найдёте, где находится куратор, и наведаетесь к нему в гости. Принеси его артефакт и постарайтесь захватить дирижабль в целости. Он станет флагманом флота Северной империи. Протекторат и Орден пожалеют о том, что решили посягнуть на наши земли. Все они станут моими вассалами.

Скуратов стоял, стиснув кулаки и сжав зубы. Он прекрасно понимал, что нападение на куратора равносильно объявлению войны Великой империи. Бунту, что поднимает зазнавшийся вассал. С таким не церемонится. Рубят голову, в назидание остальным. А в том, что у Великой империи хватит на это сил, Скуратов ни капли не сомневался.

Как и не сомневался в том, что выполнит приказ императора. Верность, самая большая слабость Скуратовых.

Глава 6

Тяжелая металлическая дверь со скрипом отъехала в сторону, открывая взору роскошный интерьер дирижабля. Я сделал шаг внутрь, оказавшись в просторном холле, отделанном благородным темным деревом с затейливой резьбой. Повсюду виднелись рунические узоры, чьи загадочные линии излучали слабое свечение в полутьме.

Отец не заставил себя ждать, кивнув мне вслед. Дверь за нами хлопнула, отрезая нас от внешнего мира.

— В последнее время это место стало для меня домом, — негромко произнес Александр, окидывая взглядом помещение. — Пройдем дальше, там удобнее.

Он повел меня по коридору, мимо тускло освещенных ниш со старинными артефактами и свитками. Каждое творение было истинным шедевром, созданным руками величайших мастеров. У меня перехватило дыхание при виде этих сокровищ.

С одной стороны, казалось, опасно перевозить с собой такие богатства. Но с другой — этот дирижабль был буквально передвижной крепостью.

Наконец мы оказались в неком подобии роскошной гостиной. Небольшие окна давали небольшой обзор тому, что происходит снаружи.

Едва мы переступили порог, как комнату тряхнуло, заставив поколебаться старинные гобелены в углу. Дирижабль ожил, низко загудев двигателями.

— В воздухе всегда безопаснее, — спокойно сказал отец.

В этот момент мы оторвались от земли. Дирижабль лишь на миг замер в воздухе, а затем рванул с места, унося нас куда-то прочь. Стремительно поредевшие деревья в окне смазались в неразборчивую зеленую муть, а затем и вовсе исчезли, оставляя лишь мрак ночного неба.

— Ну вот, теперь никто нам не помешает, — произнес Александр, садясь в мягкое кожаное кресло. Дирижабль вновь содрогнулся, давая понять, что набрал необходимую высоту. — Присаживайся, сын. У нас впереди долгая беседа.

Я, все еще изучая это причудливое место, потому что никак не ожидаешь увидеть внутри летающего судна настоящие комнаты, как в обычном доме, прошел вперед и сел в кресло напротив отца.

— Итак, на чьей ты стороне, Николай? — повторил он вопрос Василиска, пристально всматриваясь в меня поверх сцепленных в замок рук.

Взгляд отца буквально испепелял меня своей тяжестью, но в этот раз я был готов дать ответ. Ибо в моей душе сейчас было лишь одно — уверенность. То, что стало моей путеводной звездой в этой буре событий, где столь могущественные силы сталкивались в битве за власть.

— Я на стороне своей семьи, — твердо произнес я, встретившись с отцом взглядом. — На стороне матушки и тебя, если ты решил наконец вернуться.

Александр тепло улыбнулся, несмотря на мою попытку поддеть его. Он едва заметно кивнул в знак одобрения.

— Ты наверное хочешь знать, почему я ушел четырнадцать лет назад? — вдруг спросил он, поудобнее устраиваясь в кресле. — Давай, пожалуй, начнем с этого, чтобы у тебя сложилась полная картина. Но заглянем еще дальше в прошлое. Сразу к тем временам, когда я был молод и местами наивен.

Я невольно подался вперед в своем кресле, чувствуя, что сейчас отец поведает нечто крайне важное. Раскроет завесу тайны над прошлым, которая, признаться, мучила меня много лет.

— В те времена я был на подъеме своей карьеры мастера масок, — начал Александр, откинувшись в кресле. — Меня называли едва ли не гением, ибо создавать шедевры было для меня столь же естественно, как для прочих — дышать. Я стремительно взбирался по ступеням мастерства, оставляя позади даже самых опытных мастеров, что годами оттачивали свое искусство.

Он усмехнулся, видимо припомнив что-то.

— Вот был же юнцом самонадеянным! Считал, что уже тогда овладел искусством на все сто процентов, оставалось лишь набраться опыта. Как же я ошибался… Легко миновал преграды, которые для многих становились роковыми. И, разумеется, такой взлет привлек к моей персоне внимание тех, кто смотрит на мир с истинных высот.

В его голосе проскользнула горечь вперемешку с тенью былого восторга. Отец встретился со мной взглядом, от которого мурашки пробежали по спине.

— Полагаю, кое-кто уже рассказывал тебе о существовании Великой Империи? Империи, которая на протяжении трех тысяч лет правит нашим континентом из-за моря бесконечных песков? Так или иначе, в те юные годы я стал прислушиваться к зову из-за гигантской мертвой пустыни, которая словно сама тянула меня в свои бесплодные объятья.

На миг он замолчал, а затем хлопнул ладонями по подлокотникам и наклонился вперед:

— Тогда для меня открылся новый мир, сын! Целая цивилизация, настолько развитая, что мы все на ее фоне кажемся жалкими племенами недоразвитых обезьян, Я через те обжигающие пески и посвятил себя изучению масок и артефактов, бывших за гранью доступного простому человеку даже в самых смелых его грезах.

Я впитывал каждое его слово, едва ли даже моргая. Великая Империя, о которой упоминала Морейн, та самая, кто хотел проглотить и наш Дом.

— По взгляду вижу, что многое тебе уже известно, — подхватил мой ошеломленный вид отец. — Видишь ли, даже там, получив необходимые ресурсы я смог достаточно быстро превзойти многих мастеров, так что выбился к самым верхам. В своей опрометчивости я не раз и не два клялся в верности несгибаемым правителям Великой Империи, желая лишь одного — получить как можно больше знаний и навыков. Я был почти безумен в своем стремлении постичь вершину мастерства.

Он вновь умолк, подавшись назад и протер двумя пальцами переносицу. Казалось, сейчас он вновь переживает свои былые ошибки, хотя вряд ли те решения можно было назвать неверными. Тонкие морщины на его лице, прорезавшие когда-то гладкие щеки аристократа, придавали ему вид крайней усталости.

— Но я не видел дальше собственного носа, сын. Порой люди так слепы к очевидному… Обучившись всему, что годами могла мне дать Северная империя, я продолжил свое восхождение к вершинам мастерства. Пока не достиг самой высокой точки. Места, для многих недосягаемого. В эти дни высшие правители самой Великой Империи оказали мне великую честь, назначив меня куратором Северного континента.

Отец кинул на меня лишь один взгляд, но я подался вперед, всем своим вниманием показывая, что жажду услышать о сути этого момента. Ведь не зря же тема куратора столь щепетильно обходилась даже в разговорах Морейн — беглеца из Великой Империи.

— Куратор — это агент на службе Империи, отбираемый из числа немногих величайших Мастеров, — пояснил Александр, видя мое недоумение. — По древнему закону, Великая Империя оставляет за собой контроль над магическими ресурсами других государств, какие содержатся в их подчиненных территориях. И главная обязанность куратора — следить за тем, чтобы эти ресурсы использовались должным образом. Не расходовались, но взращивались, понимаешь? Быть наблюдателем от лица Императора над колониями Великой Империи, словом и кнутом удерживая их в кругу послушания. А самой важной колонией Империи для меня стала наша Северная земля. Место, где я родился.

Я переваривал эти сведения в молчании. Да, теперь многое начинало вставать на свои места.

— В те дни я считал великой удачей получить столь значимую должность, — продолжил повествование Александр, погружаясь в воспоминания. — Но вернувшись сюда, случилось так, что я встретил твою мать. Потом появился ты. И лишь спустя годы я узнал, что к чему.

Огонь в его глазах разгорелся злостью. Я видел, как отец силится сдержать нечто такое, что всей тяжестью сейчас нависло над его душой.

— Меня вызвали в саму столицу Империи, к одному из десниц Патриарха. И он раскрыл мне истинную цель, для которой меня прислали на эти земли. Подготовить их к окончательному поглощению Империей.

Конечно, по словам Морейн я знал, что это было далеко не так. Узнал и отец, но видимо поздно.

— Вся эта чертова сказка про «колонию» была лишь прикрытием для простейшего процесса добычи ресурсов для продолжения бесконечной войны Империи! Ничего более.

Александр поднялся с кресло, яростно сверкая глазами.

— С тех самых пор все стало лишь вопросом времени! Здешние Императоры и их Великие Дома были обречены на гибель. Пока они служили источником энергии для Империи, их оставляли в живых. Но стоило лишь ресурсам региона истощиться, как их поглощали.

— Так почему же тогда… — выдавил я сдавленно, сглотнув тяжелый комок в горле.

Александр отвернулся и снова сделал несколько шагов по гостиной, молча постояв у окна. А затем отозвался глухим и невероятно усталым голосом.

— Когда я узнал об этом проекте, что готовит Империя для наших земель, то не мог больше служить ей. Я понял, во что был так глубоко вовлечен и сколько ошибок совершил в погоне за знанием и силой. Но уйти просто так я тоже не мог — за мой отказ сотрудничать немедля бы казнили и тебя с матерью. Но сделать вид, что я бросил вас было бы недостаточно. Нужно было на самом деле уйти из семьи, чтобы через годы, даже если я совершу ошибку — вас не тронули.

— Так вот почему… — пробормотал я едва слышно, перебирая в памяти те события четырнадцать лет назад. То неожиданное исчезновение отца, когда он ушел в экспедицию, и больше не вернулся. Просто растворился, не оставив ни единой зацепки.

Мамины слезы и горькие причитания, моя растерянность и обида. Все обрело поразительную ясность теперь, когда загадка наконец была разгадана. Александр Арсеньев вынужден был бросить нас с матушкой, чтобы обезопасить от происков безжалостной Великой Империи.

— И уже не важно было, как высоко я поднялся и кем являлся — борцом за великую цель или же слепым орудием в чужих руках! Я все равно стал предателем собственной семьи, предателем всего, что было для меня когда-то свято. Они воспользовались тем, что для меня имело значение, и сыграли на моих слабостях.

Александр обернулся, его взгляд наполнился новым блеском. Словно он переживал весь тот горький опыт заново.

— Я не мог спасти вас иначе, как только разыграв ту ужасную трагедию. Инсценировав свое отречение и уход от семьи, используя слабость своего характера. Вновь впав в пучину одержимости своим ремеслом и позволив ему поглотить себя целиком.

Александр замолчал, остановившись прямо передо мной. Стиснув крепкую ладонь на моем плече, он заглянул мне прямо в глаза.

— Это было самым мучительным, что я когда-либо делал в своей жизни, сын. Но зато теперь вы были в полной безопасности. Ибо я сделал все, чтобы в глазах Империи выглядеть недостойным мужем и отцом. Человеком, променявшим семью на искусство масок.

Я сидел, не в силах вымолвить ни слова. Душа моя сейчас переживала целую бурю противоречивых чувств. Вот он, мой отец, что столько лет был для меня лишь отблеском далекого воспоминания. Я передумал все, что только можно до этого момента. Но в итоге…

Как много оказалось за его поступком, пусть тогда для меня таким жестоким и бессмысленным! И в то же время я не мог не почувствовать вспышку гордости — мой отец всегда был настоящим героем, что рисковал ради семьи, преодолевая немыслимые преграды.

— Так значит, ты не крал деньги у Антоновых? И маску тоже? — с облегчением выдохнул я.

Отец внезапно расхохотался.

— Крал? Конечно же нет! — произнес он. — Все оказалось совсем не так, как ты сперва увидел, верно? Думаю, Антоновым нужен был предлог, чтобы удержать тебя рядом. За это мне еще предстоит их отблагодарить.

Я озадаченно кивнул, все больше убеждаясь, что вокруг сплошная игра теней, в которой правда переплетается с ложью самым причудливым образом.

Отец вновь отошел и выпрямился у окна. Его грудь вздымалась в глубоком размеренном дыхании.

— Что касается причин, по которым ты столкнулся со мной именно здесь и сейчас… Думаю, догадаться нетрудно. Ты дал верный ответ, что на стороне своей семьи. И я тоже, сын, всегда буду только на стороне нашей семьи. Ведь вы с Олей мне дороже всего на свете.

Отец коротко глянул на меня и улыбнулся одними глазами.

— И именно поэтому мое возвращение сюда было продиктовано тем фактом, что твоя жизнь оказалась в опасности. Ты завис между очень сильными игроками. Отступники, Великие Дома, Тайная полиция и Бернадоты… И пора бы распутать этот клубок.

Последние слова прозвучали весомо, напоминая, что за спиной отца долгие годы опыта. Он видел истинную картину происходящего насквозь.

Я прикусил губу, ощущая, как тайная радость от встречи с отцом начинает смешиваться с новыми тревогами. Но все же решился задать вопрос, что не давал мне покоя уже некоторое время:

— Я ценю это, отец. — только и смог сказать, кивнув ему. — Спасибо.

Александр кивнул, продолжая глядеть в окно, из которого уже начинали проступать первые проблески надвигавшегося рассвета.

— Как бы я ни старался, во мне все равно будут видеть лишь изгнанного предателя своей семьи. И как бы много великих дел ни совершил — все они станут ничтожными, если я потеряю последнюю ниточку, связывающую меня с истинным домом.

— Отступники размахивают саблей, но не посмеют ударить по-настоящему, — вернулся Александр к насущному. — Ведь Бернадоты наделены поистине немыслимой силой от Империи. Один неверный шаг, и их просто размажут по стене. Что же касаемо Антоновых… Полагаю, у них похожий путь. Разве что более мягкий и постепенный, нежели у Отступников. Но столь же бесперспективный в данный момент.

Тут мне вспомнились слова Горностая о перстнях Создателя, найденных на шахте Бернадотов. И о том, что они подозревали связь с Варварами Запада! Я поспешил поделиться этим с отцом, пересказывая все в мельчайших деталях.

Тот выслушал меня со свойственным ему невозмутимым спокойствием, после чего лишь махнул рукой с легкой улыбкой:

— Что ж, если эти подозрения являются правдой, то для нас с тобой все только к лучшему, — кивнул он.

— Что же ты предлагаешь? Как нам следует поступить?

Александр сделал жест рукой, призывая меня следовать за ним. Мы прошли вновь к окну, и отец замер, задержав взгляд в ночном небосводе.

— У нас есть две разрозненные силы — Антоновы и Отступники, — заговорил он негромко. — И обе они достаточно могущественны, чтобы попытаться решить ситуацию в одиночку. Но неизбежно потерпят крах.

Он перевел на меня суровый взгляд:

— Даже если все Великие Дома объединятся, им вряд ли хватит сил на подобное противостояние. Ведь среди них найдутся предатели, которые предпочтут остаться на стороне императора и Бернадотов. К примеру, Бенуа точно не рискнут потерять милости Императорского двора. А там еще Тайная полиция. И судья, чья маска… В прочем не важно.

Осознание нахлынуло на меня, когда я сопоставил все факты воедино. Отец был прав — лишь объединенными силами можно было попытаться свергнуть Бернадотов.

— Ты предлагаешь устроить встречу между Отступниками и Великими Домами? — выдохнул я, удивляясь масштабности задуманного отцом плана.

— В лице Антоновых. Да. Вот только сам я не смогу выступить посредником в переговорах. Слишком много связано со мной — как с куратором Великой Империи, мне нужно оставаться в тени. Я и так слишком сильно рискую.

Он сделал выразительную паузу, окинув меня цепким взглядом. Я нетерпеливо кивнул, призывая продолжать.

— Но ты, вполне можешь, — решительно провозгласил Александр. — Станешь связующим звеном между Великими Домами и Отступниками.

Я ошарашенно воззрился на отца, не веря своим ушам.

— Послушай, — негромко продолжил Александр, видя мое замешательство. — Ты уже успел заручиться доверием обеих сторон. Отступники готовы принять тебя как одного из свои. А Антоновы видят в тебе будущее своего Дома. Ты стал козырной картой в грядущей схватке, о которой сами еще не ведаешь! К тому же, как будущий жених…

— Отец! — прервал я его шутку.

— Ладно-ладно, — усмехнулся тот. Но если серьезно, то тебе под силу примирить эти две силы, направив их против общего врага. У них одна цель, просто разные методы и гордыня, что не позволит объединиться.

— Хорошо, — наконец кивнул я. — Я посмотрю, что можно сделать. Скоро состоится встреча, если все же Горностай с Пеликаном смогли вырваться из той ловушки.

— Горностай очень живучий. Порой думаю, что стоило сделать ему маску таракана. В прочем, на этом и остановимся. Устрой переговоры, а дальше будем отталкиваться от этого.

Некоторое время мы стояли молча, глядя в окно, пока отец снова не нарушил тишину.

— Как там Ольга? — будто с неким страхом спросил отец.

Мне вдруг стало невыносимо жаль его. Все эти годы у него даже не было возможности увидеться с ней.

— Матушка здорова и как прежде прекасна. Разве что седина в волосах проглянулась, но ей даже идет. В остальном она такая же упрямая и своенравная, как и прежде, — рассмеялся я. — Она до сих пор зла на тебя, но не так давно, когда вспомнила о тебе… В ее глазах я увидел тяжелую тоску.

Александр перевел на меня взгляд и улыбнулся.

— Что ж, надеюсь, что скоро я смогу увидеть ее без лишней скрытности.

— О, тогда приготовься очень и очень долго извиняться, отец! Тебя будут отчитывать по полной программе.

Глава 7

Разговор с отцом затянулся на несколько часов. И я даже не заметил, как пролетело время. Понял об этом, когда яркие солнечные лучи начали лезть в глаза. А затем и сам отец спохватился, сказал, что слишком долго задержался здесь.

— К вечеру я должен быть в столице протектората. Назревает очень серьёзное противостояние, которое я могу остановить на начальной стадии. Не знаю, сколько времени это займёт, но ты должен следовать нашему плану. Покажи отступниками и Антоновым, что они находятся в одной лодке и в равных условиях. Стоит кому-нибудь начать давить на свою сторону сильнее, и все пойдут ко дну.

— Я сделаю всё необходимое. Только мне нужно стать сильнее, чтобы и самому иметь возможность противостоять сильным противникам.

— Что тебе для этого нужно? Даже я не знаю, что же представляет собой маска Теневого Шута.

— Мне нужны эпические маски для того, чтобы она стала сильнее.

— Поглощение? — удивился отец. — Раньше я только слышал о том, что существуют маски, которые можно сделать сильнее. Такая маска у Великого императора, но единственный мастер, которому дозволено касаться её, целиком и полностью предан правящей династии. Иначе и быть не может, он находится под полным контролем Маски Разума. Благо, что у неё имеются ограничения, иначе вся империя превратилась бы в послушных рабов императора.

Я смотрел на отца и пытался понимать, что он говорит. А он сравнивал мою маску Теневого Шута, созданную мастером неумехой, с маской правителя сильнейшего государства на континенте. Это просто невозможно. Не могу я сделать такую маску. И только сейчас вспомнил то, что говорил отец во время нашего сражения.

— Почему ты говорил, что я единственный, кто смог совладать с родовым артефактом создателя?

— Потому что это так и есть. Этот перстень, — отец взял мою руку, и артефакт создателя проявился против моей воли. Но я был не против этого. — был создан основателем нашего рода. Создан на землях Великой империи в те времена, когда никакой империи ещё и не существовало. Легенды гласят, что шесть великих мастеров того времени собрались вместе и общими усилиями смогли создать эти артефакты. Самые первые перстни создателей. И один раз них сейчас твой. В то время его носил сам Агриппа Арсеньев. А после него больше никто из рода так и не смог подчинить артефакт своей воле.

— И ты? — не удержался я от глупого вопроса, но мне необходимо было услышать это от отца.

— И я. Пытался сделать это много раз, но всегда терпел неудачу. Однажды еле оклемался. Столь сильным оказалось нежелание артефакта подчиняться мне. Он просто ломал любую маску, что я пытался сделать. А на тот момент я уже с лёгкостью создавал эпические маски. Поэтому ты должен понимать, какое сокровище находится в твоих руках, Николай. Сокровище нашего рода и всего человечества. Я знаю ещё об одном артефакте создателя, созданного вместе с нашим. И оно находится в руках лучшего мастера континента. Некогда моего учителя. Остальные перстни были утеряны в бесконечных войнах, что ведутся на континенте.

После этих слов дирижабль дёрнулся и я ощутил, что мы спускаемся. Он словно сам прекрасно знал, куда нужно лететь и что делать. Я не видел, чтобы отец как-то управлял им, отдавал команды и всё в этом роде.

— Вот мы и прилетели. Время прощаться, сын. Вот, возьми. —в руках отца появился какой-то медальон, на длинной цепочке. На нём был выгравирован золотой дракон на фоне солнца. — Это амулет связи. Очень сложный в производстве артефакт, но он может передавать информацию на любое расстояние. Работает по принципу перстня создателя, просто направь в него энергию, а дальше сам разберёшься. После того как амулет будет использован, он уничтожится. Поэтому свяжись со мной лишь в крайнем случае, когда твоей жизни или жизни Ольги что-то будет угрожать. Или когда получится свести отступников и Антоновых. Возможно, к тому моменту я уже завершу свои дела. А пока…

Отец не успел договорить, дирижабль тряхнуло, и по ушам резанул лязг металла. Затем каюта резко дёрнулась. Меня впечатало в стену. Рядом ударило кресло, раздался звон бьющегося стекла, и весь мир начал крутиться. Но длилось это недолго. Дирижабль упал, заставив меня застонать.

В следующую секунду отец оказался рядом и поднял меня. Он уже был в маске. Глаза горели яростью, а из приоткрытой пасти шёл лёгкий дым.

— Похоже, что Бернадоты решили сделать первый шаг. Только они осмелятся напасть на меня. — пророкотал Дракон. — Постарайся оставаться в тени.

Сказав это, отец отпустил меня и вылетел из каюты, разбив окно. Мне оставалось только надеть маску и воспользоваться силой Аметиста.

Выбравшись из дирижабля, увидел развернувшееся сражение, и оно поразило меня. Впервые вижу, как сражаются обладатели действительно сильных масок. Зрелище было впечатляющее и в то же время ужасающее.

Нападавших было человек десять, и возглавлял их тот старик, что судил мой поединок с Лебедевым.

Старик схлестнулся с Кровавым Вороном, в то время, как отец сдерживал остальных. Он в одиночку подавлял их своим пламенем, но не мог пробиться через общую защиту.

— Нашла. — послышался едва различимый голос Лизы. — А теперь нам необходимо свалить отсюда как можно быстрее. Пока серьёзные дяди разбираются между собой и не заметили двух слабаков, спрятавшихся в тенях.

Девушка схватила меня за руку и потянула в сторону, но я не собирался уходить.

— Я должен помочь.

— Единственное, что ты должен — это остаться в живых. Александр уже передал мне всю необходимую информацию. Пусть я и не говорю желание работать с подонками типа Горностая, но если это поможет общему делу, то согласна.

— Ты не понимаешь! Отпусти меня. Не вынуждай прибегать к крайним мерам.

Как бы я ни хотел применять метку Боли, но Лиза просто не оставляет мне выбора.

— Давай! — ничуть не испугалась девушка. Хоть я и не видел её, но прекрасно представлял выражение лица и огонь, загоревшийся в зелёных глазах.

— Там отец!

— И мой тоже! Они отличные бойцы, и мы должны верить в них. Если ты не пойдёшь со мной, то даже не думай о помолвке!

Эти слова ввели меня в ступор, чем и воспользовалась Лиза, усилив напор. Я даже не понял, что следую за ней, всё дальше отдаляясь от сражающихся. Повернулся в ту сторону и сразу же пожалел об этом. Невероятно яркая вспышка ударила по глазам, ослепляя меня и выбивая из тени. То же самое произошло с Лизой, но она хоть не ослепла.

— Твой отец очень серьёзен. Бернадоты прислали своих людей на верную смерть. Приготовься, впереди ждёт засада.

Ответить я ничего не успел, как рука Лизы исчезла. Я по-прежнему ничего не видел. Пропустил через тело силу изумруда и только после этого стал приходить в норму. Вновь ушёл в тени, но это было уже бесполезно. Со всех сторон ко мне приближались люди в форме тайной канцелярии. Пусть у них и были маски не самого хорошего качества, но их было очень много. И они уже видели, где я нахожусь.

Практически одновременно со всех сторон в меня устремились разнообразные атаки. Огонь, молнии, вода, лёд, камень. Чего там только не было. И мне точно от этого не увернуться.

Покров Бриллианта Тишины занял своё место, а я вышел из тени и одновременно с этим активировал силу аквамарина. Два водяных хлыста взметнулись в моих руках и сразу трое противников упали замертво, перерубленные водяной стихией.

Следом упали ещё двое, став жертвами Лисы и её кинжалов. Бойцы тайной полиции были опытны и отлично владели своими масками. Только мы с Лизой оказались им не по зубам.

Несколько минут скоротечного боя и посреди кровавого побоища остались стоять всего два человека. Два бойца в масках — Лиса и Тигр. Даже сам не заметил, как использовал именно эту конфигурацию.

— А теперь уходим. Больше мы ничем не можем им помочь. — сказала Лиза и побежала дальше, но упала буквально через пару шагов. На правом бедре виднелся глубокий разрез, из которого стремительно вытекала кровь.

Твою же мать! Подумал я про себя и кинулся помогать Лизе. Бросать её здесь точно нельзя. Тупо истечёт кровью.

— Будет очень больно. — сказал я, зажигая на ладони крошечный огонёк, который в следующее мгновение устремился в рану, прижигая её и останавливая кровотечение.

Лиза схватила меня за руку и сжала её, но не произнесла ни звука, а затем она потеряла сознание. Схватив её на руки, я бросился к месту, где должна стоять машина. Но вместо одной там стояло штук десять, и все принадлежали тайной канцелярии. В двух сидели водители,. Уже через минуту мы ехали в сторону города.

Уговорить водителя оказалось довольно легко. Стоило мне вырвать дверь у одной машины, а вторую разрубить водяным хлыстом. Второго водителя я просто вырубил. Он не нападал на нас. А я не убийца.

Дорогу к базе первого отряда я запомнил, поэтому отправились мы сперва туда. Дозе необходима помощь Богини. Девчонка так и не пришла в себя, и я боялся за её жизнь, даже сильнее, чем за жизнь отца. Только в этот момент осознав, что она мне на самом деле очень дорога.

Машину остановили возле ворот, но стоило мне показаться, как нас пропустили.

— Быстрее к Богине. — крикнул я Пиявке, когда выскочил из машины, и стал доставать Лизу.

— Она у себя, латает Гиену. А ты где успел отдать машину тайников? Да ещё и с водителем.

— Кровавый Ворон и Василиск сейчас сражаются со стариком в человеческой маске и другими бойцами тайной полиции. Это трофей.

Уж принялся ругаться, но я его не слушал. Вбежал в дом и помчался на второй этаж.

— Тигр? Лиса? — удивился Роман, над которым хлопотала Богиня. Судя по тому, что я видел, он уже получил необходимую помощь, и сейчас накладывали повязку.

А вот Богиня не стала ничего спрашивать. Сказал мне, куда положить Лизу, и принялась за лечение.

— Чего у вас там произошло? — спросил меня Роман, когда Богиня выставила нас за дверь.

— Похоже, что Антоновы вступили в противостояние с тайной канцелярией.

* * *

Закончив с Лизой, Богиня вышла к нам и начала засыпать меня вопросами. После чего она распорядилась собрать всех бойцов на базе первого отряда и принялась готовиться к отражению атаки тайной канцелярии. Больше всего Богиня боялась Судьи. Поэтому сразу всем сказала, что если заявится эта женщина, то они даже не думали вступать с ней в схватку. Её на себя берёт Богиня. Только у неё есть реальный шанс дать отпор сильнейшему бойцу правительства.

Меня Богиня оставила присматривать за Лизой и приказала не выходить из комнаты. Поэтому, когда девчонка пришла в себя, я был рядом. Стоял и смотрел в окно, как бойцы готовятся к отражению правительственной атаки.

— Спасибо. — тихо произнесла Лиза, заставляя меня повернуться. Она была очень бледной, но её жизни точно ничего не угрожало.

— Больше никогда так не поступай так глупо.

— Если бы я так не поступила, то ты отправился помогать отцу. Ведь так? — я коротко кивнул. — Тогда я считаю, что поступила правильно. По-другому тебя невозможно было утащить оттуда.

— И ради этого ты позволила себя ранить? А мне потом ещё и пришлось прижигать рану. Не будь у меня рубина, чтобы тогда делать? Ты бы просто истекла кровью!

— Но он у тебя был. — ничуть не смутившись, ответила Лиза.

Сейчас она была именно той Лисой, что залезла ко мне в комнату ночью. Ничего не осталось от Лизы Антоновой, утончённой аристократки, которая грезит полётами. Боец в маске, который готов подставиться под удар, но лишь бы выполнить поставленную задачу. А её задачей было вытащить меня с поля боя.

Очень хотелось подойти и отвесить Лизе подзатыльник, как это порой делала матушка, когда я слишком сильно косячил и потом не признавал свою вину. Спорил с ней и утверждал, что всё сделал правильно. Только сейчас, оказавшись на месте матушки, я понял, как же сложно сдерживаться. А ведь я потом обижался на неё за эти подзатыльники. А сейчас понимаю, что должен благодарить.

— Я ни капли не сомневалась, что ты не бросишь меня. И это было действительно очень больно.

— Извиняться не буду. — буркнул я, после чего Лиза рассмеялась. Именно Лиза, а не Лиса. И смеялась она так заразительно, что я сам не смог сдержать улыбки.

— Мне бы маску проверить, что-то самоцветы снова стали барахлить. — отсмеявшись, сказала Лиза. И на руке материализовала свою маску.

Я тяжело вздохнул и взял маску, активируя артефакт создателя. В первую очередь я мастер, и работа помогает отвлечься от дурных мыслей. Лиза это прекрасно понимала, поэтому и попросила меня взглянуть на её маску, которая была в полном порядке.

Но всё равно я немного придержал её, делая вид, что продолжаю работать. Просто я не мог собраться с духом и спросить её: те слова о свадьбе были правдой или нет? И когда только был готов, с улицы послышались радостные крики.

Я выглянул в окно и увидел Василиска в компании Кровавого Ворона. Отца с ними не было. Было видно, что Антоновы идут с огромным трудом, поддерживая друг друга. Но всё равно они шли с гордо поднятыми головами, показывая, какими должны быть настоящие аристократы.

— Я уверена, что Александр также в порядке, и вы обязательно скоро встретитесь.

Вернул маску Лизе и оставил её. А сам поспешил к Василиска и Кровавому Ворону. Они должны рассказать, что с отцом.

* * *

— Скуратов и его отряд не смогли справиться с куратором. На его стороне выступил Кровавый Ворон. — раздался едва уловимый голос в кабинете императора, и затем вновь наступила тишина, которую нарушал лишь скрип ручки по бумаге.

Похоже, что Бернадотам придётся лично вступить в противостояние, которое обещает быть беспрецедентно жестоким. Император не надевал своей маски уже очень давно. Но он не сомневался, что сможет противостоять Золотому Дракону. А вдвоём с Судьёй они точно с ним справятся. Главное, убедить эту взбалмошную женщину, что само существование Золотого Дракона ставит под угрозу империю и её жителей.

— Где сейчас находится моя названая сестра? — произнёс император в пустоту. Через мгновение дверь в кабинет открылась, и на пороге появился слуга.

— Занимается отчётами.

— Пригласите её ко мне и подготовьте доспехи. Возможно, совсем скоро они мне понадобятся.

Глава 8

Я шагнул в небольшую уютную комнатушку, где царил приглушенный свет. Пахло травами и смесью лекарственных настоев. В центре помещения стоял низкий диванчик, на котором полулежал Лазарь Антонов, глава Великого Дома. Его торс был перевит толстыми бинтами, пропитанными засохшей кровью. Взгляд хмурый, губы плотно сжаты, словно боль никак не желала отступать.

Богиня, закутанная в просторную мантию, склонилась над ним, осторожно обновляя повязки и используя силу изумруда.

Кирилл Андреевич сидел в углу, подперев подбородок рукой и глядя устало в одну точку.

Он также выглядел весьма плохо. Было видно, что стычка с цепными псами Бернадотов изрядно их потрепала.

Заметив меня, он кивнул, приветственно махнув другой рукой.

— Где отец? — выпалил я, с трудом сдерживая нетерпение. — Что с ним?

Богиня отвлеклась от своего занятия и бросила на меня внимательный взгляд, но ничего не сказала.

— С Александром все в порядке, — заверил меня тот усталым тоном. — Немного потрепало, конечно, но он жив и невредим. Благодаря его помощи мы и смогли вырваться.

Я облегченно выдохнул, ощутив, как огромная тяжесть упала с плеч. Лишь теперь до меня дошло, насколько сильно я боялся худшего.

— Он снова покинул империю, — продолжил Кирилл Андреевич. — Сам понимаешь, оставаться здесь для него слишком опасно после всего случившегося. Пусть все и так знают, что он куратор, но теперь уже не важно. Видимо Бернадоты наплевали на все правила и начали какую-то свою игру.

Я кивнул, соглашаясь с его словами.

В этот миг Лазарь Антонов тяжело вздохнул и приоткрыл глаза.

— Сегодня нам вряд ли стоит ждать новых нападений со стороны тайной полиции, — прохрипел он, пытаясь отвлечься от боли. — И в ближайшие пару дней тоже. Имперцы понесли серьезные потери, они не сунутся так сразу. К тому же нападение на Великий Дом спровоцирует других, посеет смуту. Каждый из Домов будет думать, что он на мушке. Бернадоты слишком умны для таких глупых действий.

Лазарь прикрыл веки, собираясь с силами. Богиня продолжала точечно излечивать его раны, руки женщины источали изумрудное сияние, на секунду даже показалось, что из ее рук прорываются лозы каких-то растений, накладываясь на рану.

— Но вот только теперь уже ничего не будет как раньше, — наконец продолжил глава Дома, снова взглянув на меня. Его зрачки пылали воинственным огнем. — Кирилл, передай всем отрядам приказ быть в полной боевой готовности и направляться к главному особняку. Теперь император узнал, что Антоновы встали против него. Может не в ближайшие пару дней, может не так открыто, но мы должны быть готовы ко всему.

Я кивнул, чувствуя, как волнение закипает во мне. Все идет к развязке, к началу открытого противостояния.

— Думаю, отец не успел полностью ввести вас в курс дела, — заговорил я, скрестив руки на груди. — Он хотел объединить силы Великих Домов и Отступников для совместного удара. Только так у нас будет хоть какой-то шанс противостоять Бернадотам.

Лазарь нахмурился, словно прикидывая что-то в уме. Он повел бровью, пристально изучая мое лицо.

— Идея и впрямь неплоха, — после долгой паузы произнес он. — Вот только не все в империи примут ее должным образом. Переговоры с этими сепаратистами будут тяжелыми, я полагаю.

Я сжал кулаки, чувствуя прилив уверенности.

— Я готов к ним, — твердо заявил я, глядя Лазарю прямо в глаза. — Антоновы доверились мне, и я докажу свою преданность делу.

Богиня вздрогнула, будто уронив что-то, и удивленно воззрилась на меня. Кирилл Андреевич лишь покачал головой, словно не удивляясь моим словам.

Лазарь же изучал меня некоторое время, барабаня пальцами по боку дивана. Затем его губы дрогнули в слабой улыбке.

— Хорошо, парень, — наконец кивнул он. — Раз так, я поговорю с Волынскими и Прозоровскими. Они согласятся на переговоры. А ты подведи к переговорам Отступников. Если это и вправду наша последняя надежда, то стоит попытаться.

Я глубоко вздохнул, чувствуя, как внутри вскипает странное, ни на что не похожее чувство. Было видно, что Лазарь не просто доверял мне, а опирался на мои действия. А это дорого стоило.

— Ты хороший парень, Николай, и достойный мастер. Александр сделал правильный выбор, решив положиться на тебя. И лично я надеюсь, что ты не подведешь.

Я кивнул в молчаливой благодарности.

— А что насчет дворецкого третьего отряда? — неожиданно подал голос Кирилл Андреевич, до того лишь безмолвно смотрящий на меня. — Он, конечно, уже давно ушел из тайной полиции, но, думаю, до сих пор является осведомителем.

Лазарь перевел на племянника пронзительный взгляд.

— Устранить, — спокойно и безапелляционно произнес он. В его тоне не было ни капли сомнения или угрызений совести. — Не рискуем. Особенно когда речь идет о нашем выживании. Сейчас мы буквально чуть ли не враги всей империи. Думаю Скуратов уже доложил своему хозяину.

Я поежился, ощутив, как внутри закипает неприятный холодок. Лазарь произнес эти слова так, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся. Для него убрать собственного дворецкого было столь же естественно, как раздавить букашку или вырвать сорняк из сада.

Кирилл Андреевич кивнул, привычно не возражая главе Дома.

— Будет исполнено, — сухо ответил он, поднимаясь с места. — Я займусь этим немедленно.

— Лучше поручи дело Гиене, — бросил напоследок Лазарь. Он тяжело вздохнул и опустил голову на подушку, будто дальнейшие расспросы его уже утомили. — Парень знает свое дело и справится со всем тихо и быстро.

Кирилл Андреевич снова коротко кивнул и покинул помещение, оставив меня с Лазарем и Богиней.

Некоторое время в комнате висела напряженная тишина. Богиня убрала использованные бинты и принялась тщательно протирать руки от засохшей крови. Ее мягкие, плавные движения странно контрастировали с теми холодными суровыми приказами, что отдал Лазарь всего минуту назад.

Впереди маячила долгая, тернистая дорога. Но сейчас как никогда я ощущал в себе силы преодолеть любые препятствия. Ибо помимо долга передо мной встала великая цель — защитить наш дом, нашу империю, нашу свободу!

* * *

Воздух в подземном убежище Отступников словно наэлектризовался от едва сдерживаемых эмоций. Мерцающие энергоновые лампы отбрасывали причудливые блики на стены из грубо отесанного камня, создавая зыбкие тени в углах. На гранитном столе для переговоров были разложены заляпанные чернилами карты и планы, испещренные пометками.

Когда я предложил провести переговоры с Антоновыми и другими Великими Домами для совместного удара по Бернадотам, в воздухе повисло тягостное молчание.

Зеленый Ящер первым нарушил тишину, гневно ударив ладонью по столу:

— Это самая бредовая идея из всех, что я когда-либо слышал! — в его голосе слышалась явная угроза.

Горностай, чья зверская маска мерцала красными бликами в полутьме, стремительно вскинул руку, призывая к молчанию.

Пеликан, выглядевший все еще не очень, в отличие от остальных, что успели восстановиться после битвы с Бернадотами, лишь кашлянул, бросив на меня неоднозначный взгляд из-под маски.

— Почему ты думаешь, что Великие Дома согласятся на союз с Отступниками? У нас весьма разные способы достижения целей, которые, к слову, тоже не очень-то и схожи.

Подобно всем остальным, Морейн видела в Великих Домах всего лишь системных рабов Империи.

Я перевел дыхание, чувствуя на себе всю тяжесть настороженных взглядов.

— Обстоятельства переменились, — начал я, бросив выразительный взгляд на Горностая. — Вы видели истинное лицо Бернадотов. Они даже сами по себе представляют смертельную угрозу всем нам! Великие Дома не готовы терпеть такого правителя.

Я выдержал паузу, давая присутствующим осмыслить мои слова.

— Видите ли, теперь у Великих Домов и Отступников общий враг. Объединение сил — единственное, что может дать нам преимущество. Бернадоты слишком сильны, чтобы справиться с ними в одиночку.

— Болтовня! — гаркнул Ящер, сплюнув на пол. — Они просто используют нас! В случае победы нас — ослабленных после битвы просто раздавят. А в случае поражения — просто скинут всю вину, и даже если кому-то удастся выжить — то он будет в бегах до конца своих дней! Я был среди них, я знаю что за интриги среди Великих Домов. Там нет ничего кроме гордыни и эгоизма.

— Достаточно! — вдруг разразился Горностай, все еще хранивший молчание. — Твоя ненависть ослепляет тебя. Подумай, кто предложил идею с этими переговорами? Николай всего лишь передает слова своего учителя. Думаешь, Арсеньев не взвесил все риски прежде, чем согласиться? Когда только вы успели встретиться?

В наступившей тишине я хмыкнул. Горностай прекрасно понимал ситуацию. Буквально читал ее, несмотря на то, что я не упоминал об отце. Его вопрос я оставил без ответа.

— Я считаю, что мы должны попробовать, — решительно продолжил я, встречаясь с упрямым взглядом Ящера. — Великие Дома открыто бросают вызов Бернадотам. Но даже объединенные силы всех домов вряд ли смогут полностью уничтожить их власть. Но вместе у нас будут все шансы.

Взгляд Горностая одобрительно сверкнул из-под маски. Похоже, он начинал проникаться моим планом.

— И что дальше? — проскрипел Пеликан, все еще сомневаясь. — Допустим, мы убьем этих гадов и изгоним их отродье. Но со временем на их место придут другие правители, столь же преданные Великой Империи! Как тогда не допустить новый виток угнетения?

Я метнул на Пеликана взгляд, в котором читалось крайнее изумление:

— Так вы вообще думали об этом? О том, что будет после падения Бернадотов? Какое-то видение у вас есть на этот счет или вы просто решили махать саблями?

— Хрен тебе! — огрызнулся Пеликан, но слова мои наверняка заставили его призадуматься. Увы, не это было их главной проблемой.

— План был лишь освободиться от марионеток на верхушке и прекратить поставки ресурсов Великой Империи, — спокойно сказала Морейн.

— Вот поэтому нам и нужно объединиться с Великими Домами, — терпеливо повторил я. — Когда вся эта тирания падет, останется чистый лист, на котором мы напишем новое будущее нашей империи! Ну и к тому же, нужно как-то противостоять им.

— Великая Империя не будет применять силу. Им попросту некогда, не хватит ресурсов воевать еще с кем-то помимо варваров. Даже если это не столь сильная Северная Империя, — кивнула Морейн.

— В любом случае, если выйдет, вам придется объединиться с Великими Домами. — выдохнул я.

Пальцы Зеленого Ящера забарабанили по столу, и он наконец прорычал:

— Ну допустим. Допустим, что мы и впрямь их выкинем, Бернадотов с их прихвостнями. Но что потом? Не окажемся ли тогда изгнанными отбросами?

— А вот это уже нам стоит обсудить на переговорах с Великими Домами. Вам не кажется? Каждая сторона заручится теми или иными гарантиями. — в конечном счете кивнул я.

На некоторое время в зале повисла звенящая тишина.

— Я готов на это пойти, — негромко произнес Горностай, ни к кому в отдельности не обращаясь. — Ибо вижу здесь единственный шанс достичь то, чего мы так долго добивались. А там, глядишь, мы уж сами сообразим, что делать в новой реальности.

Зеленый Ящер фыркнул и отмахнулся, но не стал возражать. Пеликан лишь проворчал что-то невразумительное, выказывая нежелание продолжать спор. После короткого обмена взглядами все присутствующие кивнули, соглашаясь с предложением.

Прошло пару дней, прежде чем условились о месте и времени встречи с Великими Домами. Место было выбрано нейтральное, куда мы прибыли самым скрытным образом. И вот теперь я сидел на низенькой каменной скамье, наблюдая за происходящим в качестве нейтральной стороны.

С одной стороны — Отступники: Морейн, Горностай и Ящер. Все в масках. Причем Морейн была в созданном мной Павлине, словно показывала, что готова к не очень хорошему исходу переговоров.

Напротив них у стола сидели трое людей из Великих Домов. Я узнал Лазаря Антонова, в чьей фигуре, увенчанной маской угадывался знакомый облик Кровавого Ворона. Судя по всему, именно он возглавил делегацию от Домов.

Рядом разместились двое незнакомцев. Мужчина, облаченный в дорогое одеяние словно сошедший со старинной гобеленовой вышивки. Его маска изображала брутального человека с нахмуренными бровями и суровым взглядом.

А вторым оказалась женщина в просторных балахонистых одеждах вполне обычного на вид фермера. Маска ее была поистине чудной работы — лик благородной дамы навевал атмосферу загадочности. Ее взгляд казался отрешенным и помеченным некоей печатью глубокого трагизма.

До этого облик человека запечетленный на маске казался мне редкостью. Однако сейчас артефакт создателя говорил мне, что каждая маска была легендарной и, к тому же, модифицированной.

Трое глав Домов с тревожным ожиданием взирали на пришедших.

Лазарь Антонов заговорил первым, выпрямляясь во весь рост:

— Мы были весьма удивлены тому, что вы согласились на эти переговоры. Тем не менее, Великие Дома согласны, что нам есть, что обсудить. Поэтому мы готовы выслушать вас и надеемся на ответную услугу.

— Если вообще возможно договориться с тем, кого уже много лет считают мертвым. Если он сбежал, когда убивали его семью, что мешает сбежать с поля боя сейчас?

Повисло молчание. Я видел, как за спиной Горностая Ящер непроизвольно посмурнел, машинально направив ладонь к поясу.

Речь шла о нем.

Он хотел ответить, но Горностай осадил его.

— Может оставим оскорбления для врага? Иначе нам придется считать вас этим самым врагом.

Напряжение нарастало, несмотря на то, что тон Лазаря был достаточно спокойным.

Всему виной две остальные маски от которых прямо-таки осязаемо исходила аура враждебности.

Минута тишины тянулась за минутой.

— Жаль, что мы начинаем таким образом, — произнес я, обводя всех взглядом. — Но дальше так продолжаться не может!

Как не странно, но меня слушали. Даже два незнакомых мне человека. Видимо, Лазарь что-то сказал обо мне, иначе не вижу ни одной причины слушать парня в эпической маске, которого никто не знает.

— Не важно, как вы относитесь друг к другу, но порознь мы обречены! — отчеканил я, вновь поочередно вперившись во взгляды удивленных вождей. — Ни Отступники, ни вы, Великие Дома, никто не сможет победить поодиночке!

На меня были устремлены взоры всех присутствующих — жадные, настороженные. Атмосфера в зале сгустилась, будто перед грозой.

— Именно поэтому, — продолжил я увещевающим тоном, — мы все должны сплотиться воедино!

Горностай привстал, одобрительно кивая. Зеленый Ящер осмотрелся по сторонам, видимо пытаясь осмыслить мои слова.

А с противоположной стороны стола Кровавый Ворон обменялся долгим, изучающим взглядом со своими товарищами. Остальные сохраняли гробовое молчание.

Горностай негромко заговорил, обращаясь к остальным Отступникам:

— После падения Бернадотов откроется возможность переустройства империи уже на новых началах. Отступники должны получить гарантии, что им будет предоставлена свобода действий в новом мире. Зона влияния, где мы сможем спокойно жить и развиваться.

— Великие Дома готовы рассмотреть данное предложение. Самое главное наладить внутренний поток ресурсов и прекратить их вывод в сторону Великой Империи. Равно как и прекратить любое сотрудничество с Протекторатом и прочими государствами Империи. Мы создадим собственную автономию в рамках этих границ.

Я видел, как глаза Горностая вспыхнули из-под маски, словно это было именно то, чего он ждал. Морейн кивнула с видимым облегчением.

Воздух в зале постепенно разрядился. Присутствующие перестали сверлить друг друга подозрительными взглядами. Каждая из сторон высказалась и, похоже, пришла к удовлетворительному консенсусу.

— Тогда нам стоит обсудить план действий по противостоянию императорской семье и тайной полиции.

Глава 9

Переговоры вышли очень трудными. В основном из-за того, что ни Отступники, ни представители Великих Домов не могли разделить между собой шахты Бернадотов. Делили шкуру неубитого медведя и потратили на это непростительно много времени. В итоге так и не смогли договориться. Было решено, что решения этого вопроса будет отложено до возвращения отца.

Он сказал, что вернётся в течение двух недель и приведёт с собой помощь. Поэтому главной задачей для вновь образованного союза было продержаться эти две недели. Пока Бернадоты зализывали раны, но долго это не продлится. У них имелось сразу две маски, способные исцелять. И столько же было у Великих домов.

Как-то совсем неравноценно. И это предстояло исправить мне. Оказалось, что Горностай весьма ограничен как мастер. И дело не в том, что ему не хватает уровня мастерства, а в том, что однажды он взялся за слишком сложную работу и не справился с ней. Откат оказался настолько сильным, что ему навсегда закрылась возможность создавать даже эпические маски, не говоря уже о легендарных. У меня такого ограничения не было. Что я уже доказал, создав маску Павлина.

Маска, способная исцелять, могла быть не ниже эпического уровня. В идеале она должна быть легендарной, но мне такое пока не под силу. И времени, чтобы повышать мастерство также не было. Поэтому буду работать с тем, что есть. К тому же под руководством Горностая я уже создал одну эпическую маску, а значит, и ещё несколько вполне мне по плечу.

Объединившись, Великие дома и Отступники смогли предоставить лучшие материалы, какие только были в Северной Империи. Несколько сотен слитков Тантала и изумруды с чистотой не ниже сорока процентов. Это было действительно очень много для Северной империи.

Необходимо было создать маску для целителя, и единственное, что мне пришло в голову — это маска с красным крестом. Знак, который известен абсолютно всем. Он имеется на всех местах, где можно получить медицинскую помощь. Только одной формы было недостаточно, необходимо было продумать маску, именно для лечения. Поэтому я попросил Кровавого Ворона попросить Богиню, дать мне осмотреть свою маску.

— Ну и задачу ты мне задал. Боюсь, что даже я не смогу уговорить её передать тебе маску. Да, даже снять её. Богиня находится на особом положении и равна мне. Я могу только попробовать, но ничего не обещаю. — ответил мне господин Лазарь.

— В таком случае позвольте мне пойти с вами и попытаться её уговорить?

Антонов просто пожал плечами: явно не имея ничего против. Но было видно, что он не считает, будто и у меня получится уговорить Богиню. Возможно, мне и не придётся её уговаривать. Достаточно будет и того, что я просто посмотреть на её маску немного ближе, коснусь её, попробую воздействовать артефактом создателя.

Все маски Антоновых были переброшены в поместье Кирилла Андреевича. Оставлять бойцов на разрозненных базах быль слишком опасно. Впрочем, сейчас все Великие дома стянули своих бойцов в одно место. Слышал об этом краем уха, так что толком ничего не знаю.

На территории поместья Антоновых дежурили хмурые бойцы. Здесь же я встретил и Давида Валентиновича в компании потрёпанного Романа.

— Это тебя так, дворецкий? — спросил я у Гиены, который сразу же зарычал и едва не бросился на меня с кулаками. Его остановил только взгляд Кровавого Ворона.

— Все мы прекрасно знали, что он не разорвал всех связей со своей бывшей работой, поэтому старались держать язык за зубами в его присутствии.

— А также было очень выгодно скармливать нужную для нас информацию тайной полиции. — добавил Давид. — Порой удавалось провернуть отличные комбинации прямо под носом у законников. Но сейчас даже лучше. Избавимся от них разом и, наконец, искренним эту нелепицу с запретом на разглашение информации о масках.

— Моя маска сильно повреждена. Старик был отличным бойцом, у которого я многому научился. — немного успокоившись, всё же произнёс Роман.

— Если в поместье найдутся необходимые материалы, то я восстановлю все повреждённые маски.

Гиена благодарно кивнул и ушёл, едва слышно произнеся.

— Бернадоты ответят мне за смерть старика.

— Роман считал дворецкого кем-то вроде своего старшего товарища. В какой-то степени, даже наставника. Поэтому ему очень сложно было исполнить приказ. Я сам хотел это сделать, но он остановил меня.

И это была только одна из многих трагедий, которые случились по вине правящего Дома. По вине Великой империи и всех, кто следует за ней. Именно поэтому я сейчас нахожусь здесь.

Больше никого из третьего отряда я не встретил, а когда оказался в доме, то едва устоял на ногах после того, как на шее повисла Лиза. Даже не ожидал от неё подобного, и судя по удивлённому лицу Кровавого Ворона, не я один.

— Я волновалась, что переговоры могут стать очередным побоищем. Рада, что всё прошло хорошо. — Лиза улыбнулась мне, так что сразу на душе потеплело, а потом обратилась к главе Дома. — Все бойцы собраны на территории поместья. Мы сможем удерживать здесь оборону довольно долго. Запасов еды, воды и медикаментов хватит на пару месяцев. Ещё бы нам мастера, и тогда вообще мощно ни о чём не переживать.

— Спасибо. Но мастера я вам дать сейчас не могу. Наш слишком сильно занят, а другие дома своих не отдадут. Придётся обходиться тем, что имеете.

— Я восстановлю все повреждённые маски, немного позже. Это не проблема. А сейчас мне необходимо встретиться с Богиней.

— Я отведу. — сказала Лиза, схватила меня за руку и потянула на второй этаж.

Где-то здесь находилась и матушка, но сейчас встречаться с ней я не хотел. Иначе я не сдержусь и расскажу ей всё про встречу с отцом. О том, почему он нас бросил и что до сих пор не любит. А это сильно ударит по матушке, чего я не хотел. Вообще, заберу её отсюда. Пускай находится рядом со мной. Так я смогу её защитить. Даже если противник окажется слишком сильным, всегда можно скрыться в тенях и сбежать от него.

Лиза остановилась перед одной из многочисленных дверей второго этажа и сделала шаг в сторону.

— Она до сих пор ворчит на меня из-за последнего ранения. Поэтому дальше сами.

Кровавый Ворон отодвинул меня в сторону и вошёл в комнату, а только потом туда вошёл я. Женщина сидела за столом и что-то быстро писала. Она сидела к нам спиной и даже не повернулась, когда открылась дверь.

— Я считаю ваше решение ошибочным. Мы не должны воевать с Бернадотами. Погибнет слишком много людей. Я не смогу спасти всех нуждающихся.

— Тебе и не нужно будет этого делать. Николай создаст ещё несколько масел для целителей. Именно за этим мы и пришли к тебе.

— Боюсь, я не смогу вам ничем помочь. Я ничего не понимаю в создании масок. Умею только пользоваться своей. Если нужно помочь с исцелением, то это без проблем.

— Вы мне очень поможете, если позволите изучить вашу маску. Просто посмотреть на неё. Пяти минут мне вполне хватит.

Богиня повернулась к нам, и я вздрогнул. Маску она держала в руках. А на меня смотрело изуродованное лицо, больше всего похожее на свечной огарок. Пустые глазницы, отсутствие носа и оголённая верхняя челюсть. Это было очень страшно.

— Эту маску создали специально, чтобы спрятать моё лицо. — голос Богини звучал очень странно. Без маски ей было трудно говорить. — А всё из-за того, что мой отец решил, что я не могу связать свою судьбу с главой Дома Антоновых. Что он слишком стар для меня. Позволь представиться Николай, меня зовут Артемия Бернадот. И сейчас я решила выступить против своего отца. Возьми мою маску, если она поможет тебе. Это меньшее, что я могу сделать, для спасения жизней бойцов нашего дома.

Я был ошарашен таким поворотом. Но взял маску и активировал артефакт создателя.

Перстень позволить мне осмотреть структуру маски, разобрать все энергетические линии и каким образом были установлены самоцветы. А ещё я понял, что мастер, создавший эту маску, сильно отличался от всех мастеров, чьи работы мне довелось увидеть. Слишком тонко и красиво всё было исполнено.

— Благодарю, Артемия. — сказал я, возвращая маску Богине. — Кто создал эту маску?

— Одна странствующая женщина, что решила помочь изуродованной во время несчастного случая девушке. И за это отец приказал четвертовать ту женщину, чем навлёк проклятье на весь наш Дом. Тогда я и поняла, что в империи и необходимо менять правителя, и пришла к Лазарю. А ещё принесла с собой тайны отца. Надеюсь, они помогут вам в противостоянии.

Богиня уже надела маску, и её голос вернулся в норму. Должно быть, она постоянно поддерживает себя силой изумрудов.

— В мастерской есть всё необходимое. Через полчаса мы возвращаемся на базу отступников. — заговорил Лазарь. Он давал понять, что хочет остаться с Богиней наедине. И я не буду им мешать.

Лиза ждала за дверью, и я попросил её собрать все маски, которым требуется восстановление. Полчаса — это очень мало, но постараюсь разобраться хотя бы с самыми сильными повреждениями.

— Твоя матушка спрашивала, когда ты заглянешь к ней. — перед тем, как уйти сказала девушка.

— Не сейчас. Можешь ей сказать, что со мной всё в порядке, но пока не могу прийти к ней из-за работы. Слишком её много навалилось в последнее время.

Лиза кивнула и поспешила к бойцам. Я же направился в мастерскую. Дорогу смог найти без проблем.

А через пару часов уже находился на базе отступников с первой заготовкой в руках. Маску, как у Богини мне пока рано делать, а вот её урезанную копию вполне.

* * *

— Николай, просыпайся. — послышался едва различимый голос Морейн, и я ощутил лёгкие удары по щекам.

Не спал два дня, работая над масками для целителей, и меня теперь будят, стоило только закрыть глаза.

— Николай, вставай. Нам нужно уходить. База была раскрыта. На поверхности сейчас идёт бой с тайной полицией. Горностай прислал меня за тобой.

— Какой ещё бой? Ведь вы говорили, что у нас есть несколько дней, перед тем, как они решатся напасть. И как они смогли нас так быстро найти? — тут же вскочил я, прогоняя сон.

— Ты проспал почти три дня. За это время успело произойти многое. В том числе и несколько серьёзных сражений. Без твоих масок мы бы потеряли многих. Сможешь снова спрятать нас в тенях? Отправляемся в поместье Антоновых. Там пока тихо, да и оборона организована куда лучше, чем здесь.

Маска Теневого Шута уже была на мне. Взял Морейн за руку и активировал Аметист. На удивление практически не ощутил напряжения. Хотя раньше скрывать в тенях кого-то ещё было очень трудно. А потом вспомнил, как создал сразу четыре эпических маски Малого Лекаря. Они вышли идеальными, с усилением на сорок процентов силы самоцветов и всех лечебных эффектов. За это мне дали сразу пять уровней мастерства. А вместе с ними повысилась и сила самоцветов, что я могу высвободить.

Если раньше я мог использовать самоцветы, подаренные отцом, только на пятнадцать процентов от ох максимума, то сейчас эта цифра выросла втрое. И всё из-за того, что смог достичь 35 уровня мастерства. По моим прикидкам, 40 уровня будет достаточно, чтобы использовать силу самоцветов на 85%. И 50 уровня для 100%.

Вот и получается, что я стал в разы сильнее, создав четыре эпические маски. Даже не представлял, что может быть так легко находится в тенях.

Оказавшись наверху, я даже позволил себе немного помочь защитникам и убил несколько бойцов Бернадотов. Они отчего-то сразу засветились и начали орать, что у предателей появился теневик, после чего стали бить по площадям. Но мы к тому моменту уже были далеко.

Горностай и другие Отступники здесь точно справятся. Бойцы Бернадотов мне не показались сильными. Да и их маски выглядели паршиво, что можно легко разглядеть даже невооружённым взглядом. Как-то это было мало похоже на полноценное нападение. Скорее, на какой-то отвлекающий манёвр.

— Слышно что-нибудь о происходящем с Великими Домами? — спросил я у Морейн, когда мы отошли от боя уже достаточно далеко. Даже небыли слышны звуки взрывов и крики раненых.

— Если ты о Бернадотах и их цепных псах, то они пока не рискуют нападать на Дома. К чему-то готовятся и мы никак не можем понять, к чему именно. Пока, в открытую против них выступили только Антоновы, так что нападать на другие Великие Дома им точно нет никакого смысла. А Антоновы подсуетились и подписали договор о взаимной защите сразу со всеми, кто согласился выступить на нашей стороне. Причём подписали эти договоры публично. И в них прописано, что они должны защищать друг друга от любой угрозы. Вот теперь Бернадоты ломаю голову и тянут с нападением на Антоновых.

— А как же тайная полиция? Как же Судья?

— Они не будут действовать без указки императора. А вот Судья уже сделала ход. Она пригласила Кровавого Ворона на разговор. Опять же публично, чтобы все об этом знали.

— И он согласился? Это же явная ловушка. Эта женщина очень сильна. Даже я не смог понять принцип работы её маски.

— Нами было принято решение согласиться на встречу. Это позволит нам ещё не много потянуть время. До возвращения твоего отца осталось чуть больше недели. Не волнуйся, Кровавый Ворон сможет выбраться из любой передряги. Его маска позволяет это сделать без проблем.

— Но только не с Судьёй. Рядом с ней все маски начинают вести себя странно и отказывать владельцу. Из боя я тебя вывел, дальше сама. А мне необходимо перехватить Кровавого Ворона. Нам нельзя его терять.

Сказав это, я обратился к изумруду и получив от него силу, бросился со всех ног к поместью Кирилла Андреевича. Дорогу от базы Отступников я прекрасно знал.

Глава 10

Я мчался по ночным улицам со всех ног, едва касаясь земли. Силы Изумруда Жизни подстегивали мои мышцы, наделяя сверхъестественной прытью. Мимо проносились размытые силуэты домов и деревьев, слившиеся в один бесконечный поток.

Все мысли вихрем кружились в голове. Образ Судьи, воплощение самой справедливости, оставил у меня неизгладимый след в памяти.

Я ощущал, как глубоко внутри разгорается пламя беспокойства. Судья была слишком могущественна и непредсказуема. Способна ли ее остановить даже легендарная сила Кровавого Ворона, главы Дома Антоновых?

Все рассказы ребят из третьего отряда не могли быть приукрашены, уверен, они говорили правду, когда рассказывали о невероятной силе Судьи.

Я отогнал эти мысли. Бесполезно сомневаться или отчаиваться. Мое дело — действовать! Иначе Кровавый Ворон, ключевая фигура в ломком союзе против Бернадотов, может погибнуть. И тогда все наши надежды рухнут подобно карточному домику.

Впереди уже забрезжили огни поместья Антоновых. Стражники на воротах безмолвно расступились, завидев мою маску Тигра. Должно быть, Богиня уже всех предупредила.

Миновав парадный двор, я ворвался в главное здание. Здесь царил полумрак — похоже, слуги куда-то запропастились.

Следовало поторопиться!

Богиня обнаружилась в одной из задних комнат.

— Где господин Лазарь? — с ходу выпалил я.

— Он уже покинул поместье. Тебе разве не сказали о предстоящей встрече?

— Сказали… Но я надеялся его перехватить.

— Судья предложила Лазарю встретиться в одном из ее зданий к западу от города, — произнесла Богиня. — Один из административных корпусов тайной полиции. Насколько я знаю, его использовали раньше, а сейчас он в запустении. Видимо, Судья решила возродить старые традиции.

Я кивнул, вбирая каждое слово. Видимо, встреча была подстроена таким образом, чтобы запугать врага обстановкой. Знакомой, вселяющей дрожь страха для любого жителя Империи, прекрасно знакомого с методами работы тайной полиции.

— Я отправлюсь прямо сейчас, — решительно заявил я. Страшно подумать, каким был бы расклад в случае промедления. Судья, бесспорно, уже успела бы разделаться с Лазарем.

Но не все потеряно. Моя задача — успеть вовремя. Во что бы то ни стало!

— Нет, Коля. Это встреча лишь между Судьей и Кровавым Вороном. Если там появится кто-то из наших, это все усугубит. Лазарь сможет уйти от Судьи в случае чего. А так он хочет понять, насколько она враждебна.

Я замахал головой.

— Меня никто и не увидит. А в случае чего, Лазарю не помешает помощь.

Богиня медленно кивнула, посмотрев на меня сложным взглядом.

— Спасибо, — внезапно поблагодарила она меня.

* * *

Здание тайной полиции возвышалось мрачной громадой на фоне кромешной тьмы. В ночи его контуры смазывались до состояния мрачной зубчатой тени, нависшей над землей. Зарешеченные окна подобно бездонным провалам утягивали взор внутрь.

Я двигался, прижимаясь к стенам и стараясь не привлекать внимания. Аметист Теней скрывал мое присутствие, погружая в миражи кромешной тьмы. Силуэты охранников проплывали совсем рядом, однако казались безликими тенями.

Раз за разом я поддавался искушению бесшумно вывести их из строя, чтобы потом без проблем можно было отступить. Но каждый раз одергивал себя. Нельзя привлекать к себе лишнего внимания — пусть даже самого незначительного.

Чутье подсказало мне верный путь. Я прошел мимо погребенного в подвалах гаража с ржавыми остовами поддонов и дальше — вглубь здания. Там, в глубине, разверзлось полутемное чрево тренировочного зала для специальных отрядов.

За колоннами, вздымавшимися к потолку, расплывались силуэты еще большего количества охранников. Они не столько охраняли периметр, сколько в совершенном молчании наблюдали за происходящим в центре громадного зала.

И там, ослепляющей гроздью света, находился источник моего беспокойства.

Судья, восседала в мягком кресле бесстрастно глядя на весы, что стояли на столе рядом. Несмотря на распростертую позу, ее облик излучал уверенность и властность — она чувствовала себя спокойно.

Тут же, чуть поодаль было достаточно много людей, которые сидели словно зрители, пришедшие на театральную постановку. Они не были владельцами масок, но знали об этом ночном мире, также, как например хозяин Красной Лилии Егерь и его дочь.

Я стоял, замерев в тени, наблюдая за разворачивающейся сценой. Сердце гулко билось в груди, отдаваясь пульсирующим эхом в висках. Каждое мое чувство было обострено до предела, готовое уловить малейшее движение.

Лазарь Антонов, облаченный в свой черный камзол, сидел в нескольких шагах от Судьи. Его кроваво-красная маска источала зловещее сияние, отбрасывая причудливые блики на стены.

Я заметил, как напряглись плечи Лазаря, когда Судья наконец-то заговорила. Ее голос был низким, твердым, лишенным каких-либо эмоций:

— Максимилиан Скуратов мертв, — произнесла она, окинув Кровавого Ворона изучающим взглядом. — Убит куратором Александром, защищая честь Нашей империи.

На миг повисла звенящая тишина. Лазарь сделал медленный вдох.

— Значит, вы все-таки решились объявить себя открытыми мятежниками, — неожиданно резко бросила Судья. — Предали присягу и обагрили руки кровью верного имперского чиновника! Северная империя все больше погружается в пучину раскола.

— А чего вы ожидали, нападая на куратора? — в тон ей парировал Лазарь. В его голосе звучала неприкрытая ярость. — Нам лишь оставалось защищаться! А если вспомнить, что случилось с семьей Ростовых, то наши действия обретают вполне объяснимый характер.

— Вы позволили себе слишком много свободы, — с нажимом произнесла Судья, не обращая внимания на взрывные реплики Антонова. — Восстав против воли императора, вы попрали основы справедливости.

Ее ладонь соскользнула к весам, мягко поглаживая чашу. В этот миг весы едва заметно качнулись, придя в движение.

— Это уже не подпольные заговоры, это открытая вражда, — негромко продолжила Судья. Ее голос обрел металлические нотки, а облик вновь излучал энергию власти. — Бунт, который следует немедленно пресечь. Бернадоты — законная императорская семья, которой вы присягнули на верность. Объявив о непослушании, вы встали на стезю предательства. И вам остается лишь два пути. Склонить колени перед высшей справедливостью или пасть в бою, как и заслуживают мятежники! Император готов дать дому Антоновых шанс.

По залу словно прокатилась волна убийственной силы. Я почувствовал, как волоски на моих руках встали дыбом, а внутри разгорелся первобытный страх. Огромными усилиями я подавил рвущегося наружу тигра.

Лазарь сидел неподвижно, глядя на Судью из-под своей маски. Его кулаки были крепко сжаты.

— Сейчас Северная Империя, словно шахта, которую хотят взорвать, потому что все ресурсы из нее почти выкачали, — вдруг заговорил он, а в его голосе звучала твердость стали. — Это вы, слепые фанатики, извратили само понятие справедливости! Жажда власти Бернадотов огромна, но жажда власти Великой Империи не имеет границ, и вы готовы пожертвовать целым миром во имя этой бредовой идеи! А ты знаешь, что Бернадоты снюхались с Варварами? Врагами Великой Империи! Какой был прок нападать на куратора? Они кусают руку, которая их кормит.

Судья приподняла бровь, одарив Антонова изучающим взглядом. Ее пальцы отстучали по подлокотнику кресла короткий ритм.

— В ваших устах это звучит почти убедительно, — мягко протянула она. — Но вы упускаете из виду основополагающий фактор. Вся эта империя, каждый ее гражданин и провинция — лишь малая часть великого механизма. Механизма, что крутится веками, питаемый потоками энергонов и жизнями миллионов. Вам не выйти из этого замкнутого круга, не разрушив всю систему. А значит…

Она медленно поднялась с кресла и широко распахнула руки.

— Любое ваше сопротивление есть не более чем детская блажь! Даже если я позволю вам уйти и вы победите, что, конечно, вряд ли, то через пару лет вокруг вашей шеи вновь сомкнется ошейник. Это будет либо Великая Империя, либо варвары, не важно.

В этот миг атмосфера в зале резко накалилась. Судья сделала решительный шаг вперед, подняв руку в угрожающем жесте. Что-то сверкнуло в ее ладони…

Я дернулся было, готовый к бою. Вмешаться, прикрыть Лазаря, устранить угрозу любой ценой! Каждый мускул моего тела звенел от напряжения, ожидая лишь возможности хоть как-то повлиять на исход.

Однако Лазарь даже не шелохнулся. Он спокойно выдержал яростный натиск Судьи, глядя ей прямо в глаза.

— У вас перед глазами вся картина, — проговорил он размеренно, словно учитель наставляющий непутевого ученика. — Империя, великий неостановимый механизм, что веками крутит одни и те же жернова. Каждое ее действие порождает все новые и новые циклы насилия, страданий и крови. Разве это может быть справедливым?

Его голос окреп, в нем зазвучали властные нотки:

— Сейчас, в эту самую секунду, все зиждется на простом выборе! Мы можем свернуть с этого изматывающего пути, положив конец бессмысленной вражде. Или продолжать крутиться по змеиной спирали, раз за разом сталкиваясь с ужасающими последствиями собственной жестокости.

Антонов перевел дух и шагнул еще ближе к Судье. Он возвышался над ней, нависая подобно грозовой туче.

— Я предлагаю сделать выбор в пользу мира, — отчеканил он, вперив в Судью пылающий взор кроваво-красной маски. — Нам представился последний шанс сойти с этой дороги смерти и отчаяния! Откажись от своих хозяев, повернись лицом к истине, женщина! Ибо в наших силах преобразить Северную империю в процветающий оплот благополучия для всех! Это станет возможным без Бернадотов!

На миг Судья смутилась, утратив свой бесстрастный вид. Ее рука дрогнула, сжимая предмет, все еще укрытый в ладони.

А затем она расхохоталась, запрокинув голову. Ее смех был колючим и высокомерным, наполненным ядовитой издевкой.

— Великолепно! — прошипела она сквозь смех. — Вы и впрямь научились держать речи, господин Антонов! Браво, браво!

Судья сделала шаг назад, вновь усаживаясь в кресло. Ее глаза недобро сверкнули из-под маски.

— Однако вы продолжаете жить в иллюзиях, не ведая истинных основ системы! — Ее голос похолодел. — Ваши мечты о благоденствии — не более чем фантазии. В сущности вы точно так же жаждете величия, хотите встать во главе империи. Просто пытаетесь обрести его иным путем, развеяв ту основу, на которой все это держится.

Чаши весов, стоявших на столе, медленно заходили вверх и вниз. Сияние заиграло вокруг них, пульсируя в такт движению.

— Даже сейчас вы не замечаете своего заблуждения, — процедила Судья из-за плотно сжатых губ. — Ошибку, которую совершили уже много столетий назад. Просто задумайтесь, Великий Дом Антоновых! Разве все ваши предки, взрастившие род в его нынешнем величии, пошли против системы? Отринули ее саму?

Она откинулась в кресле, ее фигура застыла в напряженной позе.

— И вот теперь вы согласились на встречу, чтобы склонить меня встать на вашу сторону, — с нажимом продолжила Судья. — Однако в том-то и ирония, что вы по-прежнему продолжаете извечную борьбу великих родов за блага империи! Вы хотите возвыситься над всеми остальными, обладать неограниченной властью и свободами. Лишь по-своему видите способ преобразить систему, но не в силах разбить ее оковы.

В этот миг ее ладонь распахнулась, и из нее вылетело нечто ярко-сверкающее. Я еле успел моргнуть, как воздух наполнился слепящим светом, рассыпавшимся тысячами искр.

— Я же хотела дать вам шанс вернуться на истинный путь. Сохранить свою жизнь и жизнь своих подчиненных, — эхом раздался ее голос.

Лазарь попятился, вскинув руки к маске. По всему залу прокатился вихрь, заставив все вокруг завибрировать.

А когда россыпь сверкающих брызг рассеялась, я был ошарашен увиденным.

Передо мной стояли не люди, а безвольные марионетки. Все эти наблюдатели по периметру зала обрели серый безжизненный окрас. Их глаза остекленели, движения стали резкими и нарочитыми. Словно неведомая сила извлекла из них самое существо, оставив лишь пустые оболочки.

— Но в итоге вся эта встреча вышла лишь попыткой увильнуть от неминуемой расплаты, — раздался жесткий голос Судьи, гремящий как рык разъяренного хищника. — Я надеялась, что вы прозреете, Кровавый Ворон. Но увы, сила традиций по-прежнему слепит вам глаза!

Она вновь взмахнула рукой, и одна из чаш весов вспыхнула ослепительным светом. По всему залу разлилась вибрация, заставившая меня зашататься.

В следующий миг эта вибрация сгустилась в тугую волну удара, понесшуюся прямо в Лазаря Антонова! Мощнейший толчок силы, способный вмять человека в камень!

Лазарь с трудом отклонил удар, а рука, с покрытием, которую он использовал тут же окрасилась кровью.

Следом Кровавый Ворон подался вперед и сцепился с Судьей в яростном поединке! Их силуэты смазывались, от постоянного движения. Лазарь безостановочно осыпал врага ударами, но тщетно — ни один из них не достигал цели.

Каждый выпад Кровавого Ворона просто наталкивался на невидимую преграду, от которой ало вспыхивали силовые кольца. Судья вихрем проносилась сквозь его атаки, парируя каждый удар так, словно наперед знала все замыслы противника. По залу то и дело пробегали волны дрожи.

Внезапно волна силового импульса отбросила Лазаря на несколько метров. Он покатился по полу, сшибая чьи-то безвольные фигуры.

— Так вот как вы понимаете честность и справедливость! — рявкнул он, вскакивая на ноги. — Заманили в ловушку под видом публичной встречи.

Судья лишь повела плечом, ее маска сверкнула отблеском силы.

— Справедливость лишь одна — это слово императора. Я ничем не обязана перед тем, кто предал его.

Она вновь взмахнула рукой, и на этот раз хлынул целый поток искрящейся энергии, я так и не смог понять, что за самоцветы она использовала! Лазарь попытался отскочить, но часть разряда все же захлестнула его, вспыхнув ярким пламенем!

Кровавого Ворона отнесло в сторону, заставив удариться спиной о колонну.

В эту секунду нечто дикое, первобытное проснулось во мне! Ярость, клокотавшая где-то в самой глубине, разом вскипела, грозя разметать все преграды!

Подчиняясь этому зову, я перестал думать и сосредоточился только на маске Судьи, будто все остальное больше не имело значения. Выпустив на свободу всю силу Аметиста, я создал направленный поток теней, что вмиг преодолел разделявшее нас расстояние.

Ни единая преграда не смогла остановить эту лавину! Тени прошли сквозь все силовые барьеры, хлынув на Судью и поглотив ее целиком! В одно мгновение я оказался лицом к лицу с самим воплощением абсолютной силы.

Ее глаза полыхнули бешенством, и в следующую секунду какая-то невидимая сила ударила меня со страшной мощью, отбрасывая назад! На этот раз я по-настоящему ощутил всю мощь Судьи, маска Тигра треснула, а ребра захрустели от ужасного напора.

Но я достиг своей цели. Судья была на мгновение ослеплена, я же ринулся к Лазарю.

Глава 11

Оказавшись возле Кровавого Ворона, я потянулся к нему тенями. Нужно скрыть его и валить отсюда. Но вместо привычного напряжения, не ощутил вообще ничего. Да и тени повели себя очень странно. Они превратились в густой кисель, прорваться сквозь который быль невероятно трудно.

Обнаружено воздействие??? Воспользоваться Бриллиантом тишины и отменить воздействие?

Ошибка. Отменить воздействие невозможно.

Вылезло у меня перед глазами, и я на мгновение замер. Даже перестал пытаться освободиться. Система не смогла определить, каким самоцветом на меня воздействовала Судья. И даже Бриллиант Тишины с чистотой в 78% здесь был бесполезен.

Да что это за сила такая и как её побороть?

Палец на левой руке обожгло резкой болью, что привело меня в чувства. Накатило отчаяние, которого я не испытывал ещё ни разу в жизни. Просто хотелось сдаться и даже не пытаться противостоять подобной силе. Но артефакт создателя был против этого. А ещё против был Тигр. Его ярость позволила мне скинуть с себя тягостное отчаяние. А смена конфигурации маски, позволила привести её в порядок.

Маска позволила мне окутать нас с Кровавым Вороном водяным покровом. А по всему помещению начали метаться водяные снаряды. Их было так много, что Судье в любом случае не увернуться от всех и придётся защищаться.

— Оставь эти бесполезные попытки, мальчик. — раздался голос Судьи, когда я вновь собирался скрыться в тенях.

Пускай воздействие неизвестного самоцвета всё ещё не было устранено, но я должен попробовать это сделать.

— Вам отсюда уже не выбраться. Лазарю — живым, тебе со своей маской и артефактом создателя. Они станут отличным подспорьем в борьбе с сепаратистами, что решили захватить власть в империи. А ты будешь нашим козырем, во время разговора с Куратором. Отец не сможет бросить сына.

Кисель вновь вернулся и попытался сдавить нас ещё сильнее, но водный покров он не смог преодолеть, а продолжающие разлетаться снаряды снижали давление. Сколько ещё я смогу так продержаться, было непонятно. Да и что с Антоновым тоже. Он не лежал без сознания. Грудь еле вздымалась, маска исчезла, лицо было в крови. Его срочно необходимо доставить Богине.

Я же стал гораздо сильнее как мастер. Так почему не могу ничего сделать? Должен быть выход. Раз самоцветы бесполезны против Судьи, значит, необходимо использовать силу кольца. Оно уже смогло помочь мне. Помогло с коллекторами, затем на аэровокзале и вот сегодня. Только я понятия не имею, что нужно делать.

Есть возможность избавиться от этого воздействия?

Даже не надеясь на ответ, спросил я. Но ответ был. Да такой, что я не смог сдержаться и начал кричать.

Алая волна силы окутала меня, причиняя чудовищную боль. Казалось, что меня решили сварить заживо, а заодно и отбить получше прямо в кастрюле.

Волна перекинулась на Антонова, и он выгнулся дугой, раскрыв рот в немом крике. Дальше она начала распространяться по всему помещению, уничтожая силу Судьи.

От боли все мысли перемешались, но каким-то непостижимым образом я всё же смог получить силу Изумруда Жизни. Боль мгновенно начала отступать. А вместе с этим пришло понимание, что необходимо срочно уходить.

Судья сейчас сражалась с выплеснувшейся из меня неизвестной силой. Мельком взглянул в её сторону и увидел, как бешеного скачут чаши весов, не в состоянии определить, чья возьмёт. Но сама Судья была совершенно спокойна. Она просто стояла и смотрела на меня.

— Бросившие вызов Бернадотам умрут. У тебя ещё есть шанс остаться в живых, мальчик. Переходи на мою сторону. И тогда я гарантирую безопасность тебе и твоей матери. Ты станешь очень уважаемым человеком в империи. Сможешь основать новый Великий Дом. Войти в круг элиты Северной империи.

— Обойдусь. — с трудом выдавил я из себя, после чего окутал нас с Антоновым тенями, с трудом взвалил его на плечо и поспешил свалить отсюда, пока Судью сдерживал сила артефакта создателя. Потом буду разбираться с тем, что это было.

Когда накатила алая волна и пришла боль, перед глазами появлялось много текста, но я просто был не в состоянии его прочитать. Отмахнулся, и всё исчезло. Возможно, удастся вспомнить хоть что-нибудь. Эта сила могла противостоять Судье. Смогла совладать с маской, которая с лёгкостью подавила силу моих самоцветов. Лучших в Северной империи. Хотя в этом я уже не был уверен.

Боль до конца не ушла, но сейчас она помогала мне. Помогала тащить Лазаря, стиснув зубы. Вот же все они болваны. Даже я, ничего не соображающий сопляк, сразу понял, что никакого разговора не будет. Что Кровавого Ворона приглашают в ловушку. Что Бернадоты этим ходом в один мир смогли ослабить своих противников. И ослабить невероятно сильно. Смерть Кровавого Ворона ударит по Великим домам и отступникам невероятно мощно. Потеря столь сильной маски может склонить чашу весов в сторону Бернадотов.

Снова эти проклятые весы! Чтобы им пусто было. В следующий раз я уничтожу их. Разобью на мелкие осколки, и Судья уже ничего не сможет нам сделать.

Даже сам не заметил, как Тигр снова принялся яриться. Вкупе с силой Изумруда Жизни это прибавило мне сил, и теперь ноша уже не казалось такой тяжёлой. Я даже смог перейти на бег. Тени окутывали нас, поэтому можно было не бояться, что кто-нибудь заметит нас и бежать кратчайшим путём.

Не знаю, сколько времени потребовалось, чтобы добраться до поместья Антоновых, но когда оказался возле ворот, то просто упал. Упал прямо под ноги охране, которая моментально всё поняла. Они схватили Кровавого Ворона и понесли его к Богине, а рядом со мной появилась Лиза.

— С тобой всё в порядке? И что случилось с дядей, почему он в таком состоянии?

Похоже, что никто не собирался посещать девчонку в бредовую задумку Лазаря. И появление Кирилла Андреевича это подтвердило.

— Тебе это не нужно знать. — сказал Василиск, положив руку на плечо дочери. — Дядя выполнял свой долг перед родом. Перед нашим союзом. Похоже, что мы допустили ошибку. Слишком недооценили противника. Но нет ничего непоправимого. Главное, что дядя жив. Богиня сможет ему помочь. Сходи и проверь, как обстоят дела у наших передовых отрядов.

Лиза собралась было возразить отцу, но тот просто посмотрел на неё и этого оказалось достаточно. Кирилл Андреевич отправлял дочь подальше, чтобы поговорить со мной.

— Следуй за мной, Николай. — сказал Василиск и скрылся в доме.

Оказавшись в кабинете Кирилла Андреевича, не спрашивая, я завалился на диван, прихватив с собой графин с водой, который мгновенно оказался пуст. Мне сразу же стало легче, но усталость никуда не делась.

— Ты совершил крайне глупый поступок. Дядя отлично знал, что его может ждать ловушка и был готов к этому.

— Но он не был готов к тому, что сила Судьи окажется гораздо больше его собственной. Она заманила его в ловушку и захлопнула её. Если бы меня не оказалось рядом…

— Если бы тебя не оказалось рядом, то всем нам жилось гораздо спокойнее. Ты должен понимать, что помощь Александра зависит только оттого, находишься ты в безопасности или нет. Случись, что с тобой, и наше сопротивление обречено. Без помощи Золотого Дракона мы не сможем справиться с Бернадотами. Не сможем отбиться от тайной полиции. От Судьи. От самого императора. Мы даже не представляем, какими способностями обладает его маска. Бернадоты не использовали её в бою

— Кровавый Ворон слишком важен, чтобы вот так терять его. Вы даже не представляете, насколько сильна Судья.

— А ты даже не представляешь, насколько важен сам. — тяжело вздохнул Кирилл Андреевич. Молниеносное движение рукой и на его лице появилась маска.

Обнаружено воздействие Болотного Опала. Желаете использовать Бриллиант Тишины, чтобы нейтрализовать воздействи е?

Желать я желал, только уже был не в состоянии даже подумать об этом, дурман окутал мысли и уносил меня в страну, где нет усталости и боли. Где мне будет хорошо. Последнее, что я успел сделать, это убрать амулет отца в хранилище артефакта создателя.

* * *

— Сколько человек ты можешь собрать прямо сейчас? Мне нужны все эпические маски, что у нас только есть. — совершенно спокойно спросила Судья у своего заместителя, когда оказалась в штаб-квартире тайной полиции.

Выглядела она отвратительно. Одежда превращена в лохмотья. Открытые участки кожи были красными, словно женщина получила сильнейший ожог. Из-под маски капала кровь.

— Госпожа, я сейчас же вызову целителя.

— Не стоит. Выполняй приказ, который я отдала. Нам необходимо наведаться в гости к Антоновым. Они перешли черту. Через час все должны быть собраны.

Судья не стала задерживаться, возле здания её уже ждала машина. Теперь необходимо навестить брата. Он должен дать Судье своих лучших бойцов. Они покажут всем, что затевать восстание — самая глупая идея, которая только могла прийти в голову. Антоновы разделят участь Ростовых, и всё сразу успокоится.

Чаши весов сейчас замерли в хрупком равновесии, но совсем недавно они показывали Судье, что принятые ей решения правильные. Что Кровавый Ворон должен умереть, а вот мальчишку необходимо оставить в живых. Он станет там ключом, который позволит сохранить империю в нынешнем виде. Позволит выйти из сложившейся ситуации победителями и удержать империю от краха.

До дворца они доехали за десять минут. Все старались спрятаться завидев машину тайной полиции. Судья не стеснялась применять свою силу, чтобы разогнать всех с дороги. Сейчас нельзя терять время. Необходимо ударить, пока есть такая возможность.

— Госпожа, чем обязаны, чтоб неожиданному визиту? — спросил невозмутимый слуга, рискнувший преградить дорогу Судье. В покои императора было запрещено входить даже ей. Защитный барьер мгновенно отрезал путь Судье.

— Скажи брату, что ситуация может выйти из-под контроля. Мы рискуем потерять всё, если не начнём действовать прямо сейчас.

Левая чаша весов перевесила правую, и в этот момент двери в покои императора открылись.

— Здравствуй, сестра. Как же давно я тебя не видел. Выглядишь не лучшим образом.

— А ты, наоборот, выглядишь великолепно, брат. Только я не понимаю, для чего ты нацепил эти доспехи?

Левая чаша весов склонилась ещё ниже, давая понять Судье, что нужно действовать незамедлительно. Барьер был снесён за мгновение. Охрана императора даже не поняла, как это произошло. И как они поменялись местами с Судьёй.

Женщина стояла рядом с императором, а охрана осталась по другую сторону защитного барьера, который они сами и возвели. Только контроль над барьером уже перешёл к Судье. Она положила руку на плечо брата и металл под её рукой заскрипел.

— Что ты делаешь⁈ — завопил император, наблюдая затем, наипрочнейший металл сминается, словно тонкая фольга. Император уже начал ощущать, как металл вплотную подобрался к его плоти. Ещё немного, и плечо императора сомнётся также легко. Но этого не произошло.

— Что за глупость ты собрался совершить? Решил выйти в реальный бой? Надеешься, что фамильные доспехи смогут тебя защитить?

— Это артефакт, подаренный Великим императором. Он обязательно защитит меня от любой опасности.

— Он не может защитить тебя даже от старшей сестры, так чего говорить про реальный бой. Даже не думай, что отправишься сражаться. Ты нужен мне во дворце. Должен показать всем, что власти Бернадотов ничего не угрожает. Кроме тебя, никто не сможет это сделать. Если понадобится, то я сделаю тебя послушной марионеткой.

На лице императора отразился ужас. Он даже не подумал надеть свою маску, что сразу же свело все усилия Судьи на нет. Но она и рассчитывала на такую реакцию брата. Слишком хорошо она его знала. Того, кто привык делать всё чужими руками.

Во главе империи должна была встать она, когда отец скоропостижно скончался в постели с тремя наложницами. Но на тот момент она уже возглавляла тайную полицию и прекрасно понимала, что, кроме неё, никто не справится с этой задачей. Да и брата необходимо было пристроить. Бесполезный увалень, что только и мог крутить, растрачивая баснословные средства на развлечения.

Тогда Судья впервые воспользовалась силой своей маски в отношении кровного родственника. Использовала весы равновесия, чтобы изменить брата. Сделать его подходящим на роль императора. Но со временем даже самая сложная магия начинает ослабевать.

Именно поэтому Судья и поспешила во дворец. Она знала, что старые установки начинают слетать одна за другой, что брат может решиться на необдуманный шаг и тогда Бернадотам точно не выстоять. Сильнейшая маска северной империи достанется сепаратистам, и тогда империя перестанет существовать. По крайней мере, в том виде, в котором она просуществовала последние пять веков.

— Прости брат, но я вновь вынуждена заняться тобой. Это будет после того, как разберусь с Антоновым. А пока отдохни. Не выходи никуда из своей комнаты. Если ослушается меня, то умрёшь.

Судья посмотрела брату в глаза и слегка оттолкнула его. Забряцал металл доспехов, брат попятился и принялся махать руками, чтобы не упасть. Но удержаться на ногах ему так и не удалось. За спиной возникли весы, об которые он и споткнулся. Чудовищный грохот наполнил собой покои императора. Брат упал, а вот весы даже не сдвинулись с места. Сейчас их чаши были уравновешены.

— Если ты попытаешься ослушаться меня, весы послушания примут меры. Стоит хоть одной чаще перевесить, и все на этаже потеряют рассудок. Мне гораздо проще будет потом создать для тебя новую личность, чем постоянно бороться с упрямым козлом. А ещё ты должен уяснить себя, что выполнять мои приказы нужно беспрекословно. Поэтому ты сейчас передашь мне ключи от сокровищницы, и я заберу оттуда все эпические маски, что мы смогли накопить за годы правления. Ситуация крайне серьёзная и требует кардинальных мер.

* * *

Приходить в себя, когда лежишь на чьих-то коленях, крайне приятно. И даже тот факт, что в голове гудит, а во рту всё пересохло, совершенно не портит этого. А потом ещё и столь знакомые руки начали гладить меня по голове.

— Матушка, ты давно сидишь со мной?

— С того момента, как Кирилл Андреевич принёс тебя. Зачем же ты, сынок, так поступаешь? Неужели тебе совсем не жалко мать? Я уже давно немолода и здоровье совсем не то. Может и сердце отказать, если сильно буду волноваться.

— Чего ты такого говоришь? Ты у меня ещё совсем молодая. А волноваться из-за меня не стоит. Я уже давно большой мальчик и могу за себя постоять. Да и без меня у них ничего не получится.

— Что ты такое говоришь⁈ Перебила меня матушка. — Кирилл Андреевич мне сказал, что ты слишком усердно трудишься. Практически не отдыхаешь. Вот и получилось, что довёл себя до такого состояния, что заснул у него в кабинете. Он сам отнёс тебя в одну из гостевых комнат, а потом и я подошла.

Значит, я слишком много работаю и уснул от усталости? Что же, потом скажу за это спасибо Василиску, а вот за то, какими методами он решил меня остановить, точно спасибо говорить не буду. Сейчас необходимо узнать, как дела у Богини, а дальше уже связаться с отцом и рассказать ему о сложившейся ситуации. Но сперва убедиться, что на нас сейчас не двигается армия во главе с Судьёй. В этом случае мне сперва необходимо будет спасти матушку. Ещё бы и Лизу с ней отправить. Но разве же Лиса пойдёт на подобное? Уверен, что она будет сражаться в первых рядах. И тогда мне придётся её прикрывать. Больше не могу позволить, чтобы её ранили.

— Кирилл Андреевич тебя не обманул. Но впредь я обещаю, что буду отдыхать достаточно долго. Вот разберусь с возложенной на меня работой и тогда вообще пару месяцев буду только и делать, что отдыхать. А ты не волнуйся, я уже в полном порядке. Отдохнул на славу. Спасибо тебе, мам.

Я быстро встал, поцеловал матушку в щеку и отскочил, пока она снова не сцапала меня в объятия.

— А теперь прости, мне нужно бежать.

Оказавшись в коридоре второго этажа, я сразу же бросился вниз. А там и на улицу, мне сейчас нужен был Феликс, только на него я могу рассчитывать. Только он способен помочь повлиять на Антоновых и заставить их просить помощи у союзников. Да даже у тех же Отступников.

Вместо Феликса я встретил Борю, который что-то жевал.

— Ты зря его ищешь. Все командиры отрядов, вместе с Антоновым, ушли из поместья полчаса назад, выглядели они мрачно, но решительно. Наверное, решили пока мы здесь, всё равно ничего не делаем, сгонять в город и сходить там в нормальный ресторан. Жаль меня не взяли.

Последние слова толстяка затерялись в резком свисте, что накрыл собой поместье, доставляя не самые приятные чувства. Похоже, что поместье всё же подверглось нападению. Что же, Тигр внутри меня уже начал яриться. И я не стану его сдерживать.

Глава 12

Я выбежал наружу, и первое, что бросилось в глаза — это группа людей в черных одеяниях, надвигающаяся на поместье. Их было около сотни, и возглавляла процессию сама Судья в сопровождении дюжины элитных бойцов. Вокруг них полыхало марево силы — все они были облачены в эпические маски невиданной мощи.

— Ого, — присвистнул рядом Роман, поправляя маску Гиены. — Даже не представляю, где им удалось раздобыть столько эпических масок. Если уж достать столько тяжело, можно представить, каково будет сражаться с этой армией.

В следующее мгновение к нам присоединились остальные бойцы Антоновых.

— Какой же там беспорядок, — холодно произнес Давид. — Убирать и убирать.

— Они уже перебили нашу охрану, а значит остались только мы, — хрустнул пальцам и Кеша.

Бойцы второго и первого отрядов также потянулись к нам, их маски самых разных зверей и птиц сияли, ловя блики заходящего солнца.

Противники приближались, выстроившись ровным строем. Сопровождавшие Судью элитные бойцы вели их вперед.

Герман взмахнул рукой, и поместье тут же окутало темно-фиолетовое марево.

— Следи, чтобы ни один камешек не коснулся дома! — бросил он дворецкому.

Тот кивнул и в следующее мгновение надел маску, которая выглядела как лицо уставшего мужчины в очках. Артефакт источал едва уловимое сияние.

— Дом Антоновых! — раздался голос Судьи будто повсюду. — Вы нарушили правило о неразглашении мира масок, а также пошли против императорской семьи Бернадотов.

Ее слова разносились, словно гром среди ясного неба.

— А посему, именем его императорского величества вы приговариваетесь к полному уничтожению.

Однако в ответ вместо какого-либо страха и молчания раздался громогласный смех.

— Чтоб прибить таракана, ты притащила целую сумку тапок. Хорош базарить, нападай! — взревел Гиена, и в ту же секунду вокруг всех бойцов Антоновых засияли ауры самоцветов.

Все понимали, бой неизбежен. Поэтому подбирать слова уже не было никакого смысла.

Битва разразилась в ту же секунду! Волна нападавших ударила в наш строй, но была встречена мощным контрударом. Воздух наполнился рычанием, воплями и всполохами магии!

Я бросился в гущу схватки, призывая помочь мне силу Тигра. Чувства обострились, каждое движение стало резким и отточенным. Три огненных шара мелькнули в моей ладони, и я швырнул их вперед, поражая ближайшего неприятеля. Его отбросило назад сквозь ряды товарищей.

Рядом вспыхнуло облако ядовитого дыма. Я отпрянул, кашляя, и тут же сменил конфигурацию маски, призывая Дымчатого Леопарда. Сапфир усилил меня скоростью, Обсидиан же защитил от яда.

Два новых противника бросились на меня сквозь туман, и я ударил их водяным хлыстом. Один из бойцов отлетел не успев защититься, на его груди появился широкий кровавый разрез, но второй лишь споткнулся и тут же вскочил на ноги, отвечая ударом своего клинка.

Лезвие разрезало воздух, я едва успел отскочить. Турмалином удалось создать густое облако дыма, скрыв меня в его клубах. Враг ударил наугад, но разрезал лишь пустоту!

Я метнулся ему за спину и рубанул сгустком дымчатых когтей по незащищенной спине. Противник рухнул ничком, из раны хлынула кровь.

Бой разгорался со страшной силой. Вокруг меня все смешалось в единый хаос из воплей, ударов, вспышек стихий!

Обернувшись, я заметил Давида, что сцепился с двоими бойцами разом. Маска Борзой создавала вокруг него водяные глефы. Старик яростно отбивался, не пропуская ни единого выпада. Однако вот поток электрических разрядов впился в незащищенный бок, заставив того пошатнуться.

Туша Бориса ввалилась в гущу схватки, ломая сопротивление ударами каменных глыб прямо из-под земли. Рядом Антип в маске барсука помогал Роману, нанося удары невероятной точности и силы, появляясь то тут, то там. Кажется ему все же удалось добиться скорости, близкой к телепортации.

Их противники отвечали с не меньшей яростью. Четверо бойцов с ног до головы покрытых какой-то защитной чешуей присоединились к атаке на Романа, осыпая того градом ударов. Клинки тайной полиции то и дело свистели в воздухе.

Я ринулся на помощь, но тут же сам оказался в окружении. Трое здоровенных бойцов в чудовищных масках скалящихся обезьян преградили мне путь. Вокруг них замерцали контуры невидимого поля силы — эти твари обладали поистине нечеловеческой мощью.

Первый из них взревел и ринулся вперед, создавая плотную воздушную волну. Я отбил его атаку дымным щитом, но все равно пошатнулся под ее натиском. В следующий миг двое других уже накинулись на меня с двух сторон разом, покрыв свои клинки пламенем!

Снова прибегнув к силе Леопарда, я смог уклониться от их выпадов. По телу рассыпались ожоги от шлейфов их ударов, но сила Изумруда Жизни помогла мне не обращать на них внимания. В мгновение ока я развернулся и выпустил два мощнейших шквала воздуха под двумя разными углами.

Первая обезьяна, что атаковала меня, отлетела в сторону, сраженная моим ударом. Однако вторая приняла на себя мою атаку и продолжила наступать, сбив меня с ног.

Мы покатились по земле, сцепившись и осыпая друг друга хаотичными ударами. В дымном облаке, что окружало нас, ослепительно сверкали лезвия других сражений.

Я снова сменил конфигурацию маски.

Каждая клеточка моего тела налилась силой Тигра. Я вызвал в руках пылающие огненные шары и принялся наносить безжалостные удары.

Человек в маске обезьяны взревел, но в итоге отпрянул, потеряв сознание.

Я поднялся на ноги, и замер в оцепенении.

Вот уж чего чего, а увидеть в рядах тайной полиции Их я точно не ожидал.

Передо мной во всем своем великолепии предстал полностью превратившийся оборотень. Огромный массивный волк с пастью, обильно ощерившейся клыками. Отвратительная мерзость, потому что в отличие от картинок в сказочных книгах с этой твари лоскутами слазила кожа, а местами на теле оставались какие-то человеческие черты.

В следующую секунду тварь атаковала, невероятным прыжком преодолев разделявшее нас расстояние. Уйти в сторону я не успевал — пришлось встретить оборотня лоб в лоб!

Его горячее смрадное дыхание обжигало лицо, я ощущал ужасающую мощь той силы, что сокрылась за этой личиной. С трудом удерживая равновесие, я снова сменил конфигурацию и заблокировал плотной завесой дыма когтистые лапы чудовища.

Оборотень всем телом налег на меня, стремясь вогнать в землю. Тигриная ярость до предела обострила мои движения, и все же моя плоть была слишком хрупка для чертового кошачьего глаза.

И вдруг волк отпрянул, оторвавшись от меня и замерев на задних лапах. Позади него показался Роман, окутанный кровавым маревом. Конечности оборотня обвились сдерживающими контурами. Гиена выматерился и едва успел отскочить в сторону, когда новая тварь бросилась на нее, разрывая петли!

Я поднялся, тяжело дыша. Окинул взглядом поле битвы, не находя ни единого просвета в сплошном хаосе. Собратья дрались с неимоверным отчаянием, но неприятельских сил было больше.

И тогда прямо на головы этой лавине обрушилась новая волна защитников! Феликс и другие командиры, что ранее покинули поместье, рассекли строй противника сокрушительным натиском!

Кирилл Андреевич в маске Василиска. Лиза ведущая за собой еще несколько бойцов в масках, которых я видел впервые. Эдуард, глава второго отряда, в ореоле сверкающего пламени.

Это лишь на миг выровняло ситуацию, однако затем произошло нечто ужасающее. Судья взмахнула рукой, и мощнейший всплеск энергии разлился по полю битвы!

Вражеские эпические маски вспыхнули ярче, обретая больше силы. Их владельцы тут же сорвались с мест, удвоив свою прыть.

Какого… Что за самоцветы у этой женщины. Как она проворачивает все эти трюки?

В тот же миг показался еще десяток врагов которые использовали кошачий глаз! Огромный паук с клыкастой пастью, человекоподобные змеи, еще какие-то полузвери, полу… невесть что.

— Видать Бернадоты раскрыли свои резервы масок с Кошачьим Глазом, — выплюнул сквозь зубы кровь Феликс, неожиданно оказавшийся рядом со мной. — Десятилетиями они конфисковали все подобные самоцветы, а в итоге используют против нас.

Однако Василиск уже умудрился прикончить одного из них. И тоже отскочил в мою сторону.

— Мы попали к ним в зубы, Коля! — рявкнул он, отмахиваясь от очередного монстра. — Придется уходить! Ты помнишь о чем я тебе говорил?

Я стиснул зубы, грудь вспыхнула огнем решимости. Отступать было некуда, я понимал это совершенно четко. В конце концов, сдаться — значит потерять все!

— Нет, — сурово произнес я. — Я никуда не уйду! Буду сражаться здесь до самого конца!

Взгляд Василиска обжег меня, затем он кивнул, а после заговорил Феликс.

— Если уж суждено помереть в бою, то заберу с собой как можно больше! Давненько не дрался на полную.

Я выдохнул сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как по вискам струится горячий пот. Воздух вокруг звенел от летящих во все стороны смертоносных зарядов, взрывов и рыка сражающихся масок.

Феликс ринулся вперед, прямо в гущу сражения, навстречу сразу двум мерзким тварям. Вокруг него заискрились разряды молнии.

— Эй, шавки, как насчет выбрать противника по силе⁈ — взревел он.

Оборотни дико взревели, получив первые ожоги от его молний, и тут же обрушили на железного Феликса град ударов.

Однако Железный был не из робкого десятка! Он нарочито медленно отступал, парируя их удары и помечая тварей все новыми и новыми ожогами. Желтые молнии с оглушительными раскатами летали по всей округе.

И вдруг, словно из ниоткуда прямо в бок одному из оборотней ударила мощнейшая фиолетовая волна силы! Тому, что хотел напасть на Феликса сзади. Тварь отлетела в сторону, проделав борозду в земле.

Я увидел, как из дымного марева появился Герман, чья маска Скопы мерцала сиреневым светом. Его руки окутывали фиолетовые потоки силы Чароита.

— Давно не сражались с тобой спина к спине, командир, — усмехнулся он, вставая рядом с Феликсом.

Тот тоже оскалился и они вдвоем продолжили битву.

Меня обдало новой горячей волной — с другого фланга прямо к нам рвалась новая волна тварей, которые не пренебрегали и своими. Как минимум двоих бойцов тайной полиции они заставили лежать на земле истекая кровью!

Маски этих тварей вросли прямо в голову, словно заменяя лицо.

В ту же секунду они накрыли нас своим безумным натиском. Воздух вокруг задрожал от ударов. Силы были совершенно не равны, эти твари словно жаждали голыми руками вырвать наши сердца.

Передо мной возникла гигантская фигура Бориса, который выставил вперед каменный щит и с яростным ревом врезался в строй чудовищ. Другие наши бойцы уже сцепились с новыми противниками, их маски ярко полыхали, осыпая тварей разрядами всех стихий.

Рядом с Борисом возникли Роман и Давид. Они яростно наступали, поливая чудовищ. С другой стороны появились Кеша и Антипом. Они бросились в ту же схватку, беспощадно ломая строй тварей.

Раздался вопль Лисы, и я увидел, как ее окутала волна пламени. Антип мгновенно среагировал, появившись рядом и оттолкнув ее, сам подставляясь под удар. Его правая рука покрылась волдырями.

Две твари, похожих на огромных ос, внезапно налетели на Бориса, однако тот успел вовремя заметить угрозу и подставил вперед еще один каменный щит. Тень фиолетовой энергии промелькнула у его бока — Герман вовремя пришел на помощь другу.

К Давиду присоединился Феликс, и оба они как ураган врезались в очередную волну чудовищ. Их окружало марево силы, вырывающейся из самоцветов масок.

Наши союзники отчаянно сражались, расшвыривая врагов и ломая любое их сопротивление! Однако силы все равно были неравны.

Все больше бойцов тайной полиции присоединялось к схватке. Новая волна тварей и бойцов в масках накрывала на нас, и мы просто не успевали их сдерживать. Я метался из стороны в сторону, перехватывая атаки, но так и не мог толком приложить ни одного оборотня.

Лиза пронзительно вскрикнула, уворачиваясь от целой россыпи жутких жал, и я понял, что маска на ее лице дала небольшую трещину. Она была на пределе.

Раздался нечеловеческий хрип боли — Давид рухнул, на одно колено. Феликс тоже получил несколько ранений, его плечо истекало кровью.

Я понял — так дальше продолжаться не может. Мы слишком слабы, чтобы победить в этой бойне! Даже опыт наших бойцов во владении масками не может обеспечить должной защиты.

Со зверским рыком я вернул себе Тигра, чувствуя как его неистовая ярость охватывает жаром мою грудь. Я уже было рванулся на помощь Лизе, но меня опередил Василиск, защищая свою дочь. И тут мой взгляд зацепился за самую главную угрозу.

Судья с маской весов надменно взирала на наше кровавое побоище, стоя чуть поодаль, будто была уверена в победе и знала, что ее вмешательство не требуется.

Сволочь просто не хотела марать руки.

Ее силуэт расплывался в окутывающем все облаке дымной пыли, однако я четко видел ее облик.

— Это все ты, — прошипел я зло, впиваясь в нее горящим взглядом.

Как по щелчку, все мое существо вдруг окатила ледяная волна спокойствия и решимости. Ярость Тигра слилась с холодным гневом Леопарда. И все это подогревалось каким-то далеким смехом Теневого шута.

Я шагнул в ее сторону.

— Коля, не дури, тебе не справиться! — рявкнул на меня Василиск, заметив то, как я смотрю на Судью.

Но я уже не слушал его. Кивнув самому себе, я прыгнул в сторону. В следующее мгновение Аметист поглотил меня целиком своим покровом, и я исчез из поля видимости, растворившись в тенях.

Роман сражался с двумя огромными оборотнями, вставшими на задние лапы. Феликс был окружен тремя чудовищными тварями с пастями, ощеренными клыками. Даже Кирилл Андреевич, был окружен вражескими бойцами, едва сдерживая их натиск.

Я продолжал идти, пока наконец не увидел ее — Судья стояла чуть поодаль, с видимым весельем наблюдая за кровавой бойней.

Воспользовавшись покровом теней, я в два прыжка очутился прямо перед ней и снял невидимость. Судья медленно повернула голову, ее маска излучала ауру безжалостной силы.

— Решил сдаться мне лично, Николай? — язвительно спросила она, вскинув бровь.

Я ощерился, чувствуя как Тигр рвется наружу:

— Нет, просто подумал, что если отрубить голову змее, то хвост перестанет дрыгаться.

Судья расхохоталась, запрокинув голову:

— Вот как, значит я змея?

В ту же секунду я атаковал, призывая силу Турмалина. Дым ринулся в сторону женщины рядом клинков.

Однако она лишь лениво отмахнулась, и моя атака разбилась о невидимый барьер! Затем ее ладонь сомкнулась в кулак, и волна чистой энергии сбила меня с ног!

— Ты не дорос тягаться со мной, ничтожество, — прошипела Судья, нависая надо мной подобно черной туче. — У Кровавого Ворона, может, и был шанс. Может быть твой отец смог бы победить меня. Но уж точно не ты!

Ее маска излучала волны могущества, буквально давящие на меня всей своей мощью. Я почувствовал себя совершенно беспомощным, подавленным этой нечеловеческой силой.

— Даже немного жаль, что я не могу убить тебя, — продолжила Судья почти ласково. — Но вот покалечить…почему бы и нет?

Внезапно передо мной замигали строки системного предупреждения:

Обнаружено воздействие??? Воспользоваться Бриллиантом Тишины и отменить воздействие?

Длительность: 0.05 секунды.

Катастрофически мало времени! Но все же возможность была в отличие от нашей прошлой встречи. Неужели я стал чуть сильнее? Или же это маска адаптировалась под силу Судьи?

Однако, это было не все. Еще одна строка замигала на периферии зрения. Я сглотнул, глядя на последние слова этого сообщения.

Артефакт Создателя заберет 5 лет вашей жизни.

Я замер, пытаясь осмыслить весь ужас ситуации. Передо мной Судья, повелительница вершащая правосудие над всей Северной Империей. Ее мощь настолько чудовищна, что мне даже близко не устоять против нее.

И все же…была одна возможность. Шанс, который мог все изменить. Но цена…я едва не забыл как дышать, представив себе, что потеряю целых 5 лет собственной жизни. И как артефакт это сделает?

Судья уже замахнулась для удара. В ее глазах полыхало пламя торжества — она явно считала меня сломленным.

Я посмотрел прямо в ее безжалостные глаза. Перед моим взором промелькнули лица всех, кто сражается — Лиза, Василиск, Феликс, весь третий отряд. Если Судья победит, их всех ждет ужасная смерть.

А Северная империя? Что станет с ней, если кукловоды вроде этой надменной женщины продолжат вершить дела согласно своим больным амбициям и жажде власти?

Я активировал Бриллиант Тишины, глядя, как расширяются от удивления глаза Судьи, что потеряла на миг контроль.

Рванув вперед, я потянулся вперед, касаясь ладонью ее маски.

Мгновение прошло, и весь мир будто взорвался. Передо мной ярче вспыхнули огненные строки:

Желаете перехватить контроль над маской Правосудия? Нужен физический контакт!

Внимание! Маска и ее носитель в десятки раз сильнее. За контроль над ней Артефакт Создателя заберет 5 лет вашей жизни.

Я стиснул зубы так, что заходили желваки. И прорычал в пустоту в ответ свое согласие:

— ДА, ЖЕЛАЮ!

Глава 13

— Несите их на первый этаж. — послышался приглушённый голос Богини, когда я начал приходить в себя.

В висках стучало. Всё тело болело, но главное — я был жив.

Последнее, что я запомнил, это то, как смог перехватить контроль над маской Судьи и дать приказ ей перестать действовать. На большего моих сил не хватило. Всего за один бой я стал старше на десять лет.

Послышались громкие шаги, затем стон и хлопок дверью. После этого я открыл глаза и сильно пожалел об этом. Свет раскалённой молнией ворвался в мой мозг, вызывав сильнейшую боль. Я застонал.

— Всё хорошо, сейчас полегчает. — оказавшись рядом со мной, сказала Богиня.

Прохладные руки легли мне на голову, и боль немного стала отступать. Но до конца она так и не утихла. Зато я смог спокойно открыть глаза и едва не слетел с кушетки, на которой лежал. Рядом со мной лежала Судья. Уже без маски.

Ей оказалась женщина старше матушки. И её лицо мне показалось смутно знакомым. Словно я видел его раньше множество раз.

Грудь женщины тяжело вздымались, всё тело слегка дрожало, а глаза под закрытыми веками устраивали дикую пляску.

— Почему она здесь? Почему её ещё не убили? — схватив Богиню за руку, спросил я.

— Разве я могу позволить убить родную тётю? Она уже не представляет для Антоновых опасности. Никто не знает, что ты сделал, но смог уничтожить одну из сильнейших масок Северной империи. Возможно, сильнейшую. Удар был такой силы, что досталось абсолютно всем бойцам в масках. Что с нашей стороны, что со стороны Бернадотов.

Я вновь попытался вспомнить, что же произошло. И в этот момент перед глазами вылезло.

Легендарная, уникальная, улучшенная Маска правосудия успешно поглощена. При поглощении были уничтожены все материалы.

Уровень Маски Теневого Шута повышен до 50.

Добавлено новый слот конфигурации.

Желаете применить маску Правосудия, как одну из конфигураций?

В хранилище добавлены два Опала чистотой 89 и 91%

Новый слот для конфигурации и поглощение маски Правосудия. Понятия не имею, как я смог это сделать. Как смог снять маску с Судьи и ещё поглотить её? Причём сделать это уже в полубессознательном состоянии. Но по всему выходило, что мне охренеть, как повезло. Отдать даже десять лет жизни за подобное не жалко. Я смог нейтрализовать нашего сильнейшего врага. Теперь Бернадотам придётся очень тяжело. Но мне на них наплевать. Они прислали бойцов уничтожить нас. Уничтожить Антоновых и всех, кто вступится за них. Уничтожить Матушку. А этого я им уже никогда не прощу.

Невольно начал рычать, но ласковые руки Богини успокоили меня, начав гладить по волосам.

— Я целитель и не могу отказать в помощи. Даже если передо мной враг. Пойми это, Николай. Благодаря тебе нам удалось отбиться. Но это был только один бой. В котором нам удалось одержать верх.

— Спасибо, радость моя. Позволь, дальше я поговорю с Николаем наедине. — раздался едва различимый голос Кровавого Ворона.

Я смог повернуть голову и увидеть, как ещё на одной кушетке, накрытый окровавленной тканью, лежит Лазарь Антонов. Выглядел он ужасно. Словно уже умер, но решил вернуться на пару мгновений, чтобы поговорить с наследниками. И одним из них сейчас был я.

— Николай, не позволяй Лазарю слишком напрягаться. Всё же я не настоящая Богиня и даже моих сил недостаточно…

Для чего именно Богиня так и не сказала. Я видел, как из-под маски начали капать слёзы. А затем она вышла из комнаты.

— Вот и хорошо. — произнёс Кровавый Ворон. — Боюсь, что дальнейшую борьбу вам придётся вести без меня. Легендарная маска — это не привилегия, полученная за столетия существования рода, а тяжкое бремя, которое оказалось мне не по плечу. Не перебивай меня. — строго сказал Антонов, когда я хотел возразить. Он не может вот так нас оставить. — Сейчас я держусь лишь на остатках силы Кровавого Ворона. Повреждения оказались слишком серьёзными. Богиня не в состоянии восстановить уничтоженные внутренние органы, которых у меня практически не осталось. Вместо них, я сейчас наполнен циркулирующей кровью. Кровью поверженных мной врагов. Скуратов и его ребята оказались для меня слишком серьёзными противниками. После Богини ты первый, кто узнал об этом. Возьми.

На руках у Кровавого Ворона появилась его маска. Выглядела она как-то странно. Потускнела и казалась невероятно хрупкой. Словно стоит её коснуться и разлетится вдребезги. И это Легендарная родовая маска Антоновых. Что-то здесь явно было не так.

— Наверное, ты думаешь, почему я не отдаю эту маску кому-нибудь из Антоновых? — заговорил старик. А сейчас Лазарь выглядел именно дряхлым стариком. — Всё очень просто: они ещё не готовы. Никто из моих родичей не справится с Кровавым Вороном. Маска сама выбирает себе хозяина. И когда таких нет, мы отдаём её на хранение. Эту маску я получил от предшественника твоего отца. А теперь отдаю тебе. Помоги Антоновым не исчезнуть в разразившейся войне. Быть может, однажды Кровавый Ворон вновь будет служить Антоновым. И моя последняя просьба, — голос Антонов стал едва различим, словно дуновение ветра. — Позаботься о Лизе. Не дай ей наделать глупостей.

Маска Кровавого Ворона выпала из безжизненной руки и гулко начала прыгать по паркету, оставляя в нём глубокие вмятины. Словно она весила очень много.

На этот звук в комнату вошла Богиня. Она подошла к бездыханному телу и упала рядом с ним на колени. Маска исчезла с изуродованного лица, и убитая горем женщина дала волю своим эмоциям. Дикий крик боли разнёсся по поместью Антоновых. Судья рядом со мной вздрогнула гораздо сильнее, словно её ударили током. А за дверью послышались звуки торопливых шагов, и через несколько секунд дверь снова отворилась. На пороге стоял, держась за левое плечо Кирилл Андреевич.

— Николай, забери маску. Дядя говорил со мной по этому поводу. Кандидатуры на роль хранителя лучше тебя не найти. Через двадцать минут мы убираемся из поместья. Если не сможешь идти сам, то тебя понесут. И спасибо, ты спас нас всех.

Сказав это, Василиск покинул комнату, и только когда он уходил, я заметил, что у него нет левой руки. Её оторвало по локоть. Культя была замотана окровавленной тканью. Атака Бернадотов забрала сегодня много жизней, и никто не остался целым.

Подняться я смог самостоятельно. Даже забрать маску Кровавого Ворона и выйти из комнаты. Я не боялся оставлять Богиню одну в компании Судьи. Она осталась без маски и не сможет ей навредить. К тому же родная тётка. Оказывается, что гроза всех масок Северной империи — сестра императора. Вот почему мне показалось таким знакомым её лицо. Я очень часто смотрел на императора, изображённого на банкнотах. Отчеканенного на монетах и в любом месте, где был уместен его портрет.

В доме было очень тихо, хотя сейчас, должно быть, всё наоборот, раз мы собираемся уходить из поместья. Ноги слушались плохо, но я всё равно решил осмотреться на этаже. Возможно, смогу найти матушку. Изумруд жизни начал делиться своей силой, и стало немного легче. С увеличением уровня Теневого Шута самоцветы должны отдавать мне больше энергии. Теперь я могу использовать больше 50% их чистоты. А это гораздо сильнее подавляющего большинства всех самоцветов, что используют в Северной империи.

Убирать маску Кровавого Ворона в хранилище артефакта создателя мне не хотелось. Отчего-то я боялся этого. Боялся, что потом не смогу её оттуда извлечь. Словно со смертью своего прошлого хозяина маска потеряла нечто очень важное. Что позволяло ей быть уникальным инструментом в умелых руках. Словно она стала лишь блёклой тенью себя прошлой и может не справиться с пребыванием в хранилище. Она отдала всё, чтобы поддержать жизнь в Лазаре Антонове, и теперь необходимо время, чтобы маска вновь обрела силу. Нашёл какую-то тряпку и завернул маску в неё.

Оказавшись возле двери в комнату, где в последний раз я видел матушку, на мгновение остановился, не зная, что ей сказать. Уверен, что никто в поместье уже не остался в незнании. Существование масок, кровавые разборки и война с императорским Домом. И я участвую в этой войне на ведущих ролях.

Несколько раз вдохнул и открыл дверь, чтобы встретиться с пустотой. Матушки здесь не было. На одиноко стоящем стуле лежала белая ткань, на которой кто-то начал вышивать яркие цветы.

— Коля? — послышался за спиной голос матушки, и я повернулся. Она резко остановилась, словно наткнулась на прозрачную стену, затем поднесла руки к губам и заплакала. — Как же я рада, что с тобой всё в порядке.

Матушка бросилась мне на шею и принялась целовать в щёки, при этом причитая, что она очень сильно боялась. Боялась за меня. Боялась, что я могу больше не вернуться. Что она больше никогда меня не увидит. И что я поступлю с ней так же, как и отец. А только стоял и думал, что необходимо её увезти как можно дальше от всего этого. Увезти в Протекторат или на земли Ордена. Туда, где наше противостояние с Бернадотами её точно не коснётся. И прекрасно понимал, что это невозможно. И что стоять так долго, мы не можем. Василиск говорил об эвакуации, и её время практически подошло.

Осторожно отстранил матушку от себя и посмотрел в её заплаканные глаза. В них я видел страх и печаль. И больше всего на свете мне хотелось, чтобы матушка сейчас улыбнулась. Улыбнулась одними глазами: как она это умеет делать.

— Ты стал старше. — сказала она, коснувшись моей щеки. И это прикосновение стало хуже пощёчины. Напомнив мне о сожжённых годах. — И совсем перестал меня слушаться.

В коридоре показался Кирилл Андреевич и просто кивнул мне. Этого было вполне достаточно.

— Нам необходимо уходить. — сказал я матушке. — Найди Лизу и не отходи от неё далеко. Я буду рядом с Кириллом Андреевичем.

— Николай, обещай мне, что не будешь лезть на рожон. — строго произнесла матушка. Слёзы уже исчезли из её глаз, вместе с болью и тоской,. Сейчас я видел в них лишь решимость.

— Обещаю, что останусь живым. — ответил я и поцеловал матушку в лоб, после чего поспешил следом за Василиском.

Из комнаты Богини выносили тело Кровавого Ворона, завёрнутого в алый саван. А на улице нас уже ждал Феникс. Пламя навсегда поглотило бывшего главу Дома Антоновых, а его пепел подхватил ветер, подпитываемый силой Чароита. Сегодняшний день стал предзнаменованием грядущих событий, и никто не знает, какими они окажутся. Но каждый из присутствующих был уверен, что сделает всё возможное, чтобы отомстить за погибших сегодня.

Уже через полчаса процессия из трёх десятков машин прибыла к какому-то разрушенному строению в нескольких километрах от столицы. Кругом было заброшенное поле. Стояли несколько развалившихся домов, торчали коряги давно засохших деревьев, и посреди всего этого запустения нас ждал Горностай.

— Здесь все выжившие? — спросил отступник, окидывая нас взглядом.

— Всех раненных мы захватили с собой. — ответил ему Василиск, который после смерти дяди стал новым главой дома. Других Антоновых я рядом с нами не видел. Даже Лизы. Но она и ещё шесть масок сейчас кружат рядом с нашим отрядом, выступают в роли разведки. А матушка под надёжной охраной Феликса.

— В таком случае добро пожаловать в подполье. Отступники приветствуют вас в своих рядах. Теперь мы в одном положении. Сигнал уже был подан, и скоро мы соберём армию, которая снесёт Бернадотов и всех, кто выступит на их стороне. Освободит Северную Империю от гнёта и тирании.

— Отлично сказано, только нам не нужны воодушевляющие речи. Нам необходимо позаботиться о раненых. Ещё далеко не всем оказана помощь. — перебил Горностая Василиск.

— Что же, заносите раненных первыми. Среди нас есть специалисты, которые помогут им.

Горностай подошёл к одному из разрушенных зданий, коснулся какого-то кирпича, и через несколько мгновений перед ним открылся проход, ведущий куда-то вниз.

— Вот оно, настоящее подполье. Добро пожаловать в город крыс и нарушителей закона.

Идти по широкой лестнице было совсем несложно, но вот её длина пугала. Я сбился со счёта на сто восемнадцатой ступени, и после этого пришлось спускаться ещё немало. На каменных стенах висели энергоновые лампы, так что мы всё прекрасно видели: впереди шли люди с носилками, на которых лежали самые тяжелораненые. Антоновы не оставили никого из своих людей. А всех раненых людей Бернадотов они добили. За исключением Судьи. Её бессознательное тело лежало на одних из насилок. Рядом с ней шла Богиня. После сожжения Кровавого Ворона она не произнесла ни слова. Молча ходила между ранеными и облегчала их страдания.

Когда лестница закончилась, я даже сперва не поверил. Мы оказались на широкой улице. А по-другому назвать вырубленные в каменной толще проём и нельзя назвать. Настоящая улица с жилыми домами, ярким освещением и десятками жителей, что вышли нас встретить. Были все эти жители с оружием в руках. Многие в масках, но даже чисто визуально могу сказать, что это паршивые маски. Да и не видел я здесь никого из соратников Горностая.

— Эти люди стали жертвами имперского режима. Все они лишились многого и хотят расквитаться с Бернадотами. Вы будете жить рядом с ними, поэтому советую подружиться. Ресурсы у нас ограничены, но хватит на всех. К тому же сегодня мы планируем наведаться на имперские склады и разжиться всем необходимым. Раненые и их сопровождающие, следуйте за мной. Тигр и Василиск тоже. Все остальные пока можете здесь осмотреться. Вам покажут, где можно расположиться и всё прочее.

Сказав это, Горностай двинулся вперёд по улице, и мы поспешили за ним.

— От Александра не было вестей? — спросил отступник, когда я догнал его. В руках он держал такой же амулет, что дал мне отец. Только мой был яркого, серебряного цвета, а амулет Горностая почернел, словно его бросили в костёр.

— Никаких. У него ещё есть время. Я уверен, что отец вернётся с подмогой.

— Возможно, она нам и не понадобится. Сильнейший боец Бернадотов устранён. Мне уже успели доложить, что ты смог уничтожить маску Судьи. Это многое меняет. Теперь нам можно не опасаться попасть под её удар.

— У Бернадотов и тайной полиции ещё достаточно масок, и никто не знает, какой силой обладает маска императора. — вмешался в наш разговор Василиск.

— Поэтому мы ещё и не напали на императорский дворец. Сейчас наша главная цель — информация. Как только получим её, можно выступать. Надеюсь, к тому моменту учитель вернётся. Если он выступит на нашей стороне, то не стоит опасаться даже маски императора.

— А вот и наш юный мастер. — сказал Горностай, когда мы свернули на другую улицу, где были установлены верстаки и стояли стеллажи с материалами. Здесь же находились семь мужчин. Все уже довольно старые, и у каждого на руке было кольцо создателя.

— Знакомься, Николай, это мастера, согласившиеся пойти против Бернадотов. Все они способны создавать эпические маски. Здесь лучшие материалы, что нам удалось достать. Необходимо помочь нашей армии стать сильнее. А с вами господин Антонов, хочет встретиться друг детства. Следуйте за мной. И наши целители находятся там же.

— Очень интересно посмотреть на то, что умеет сын выскочки Арсеньева. — сказал один из мастеров, и остальные его поддержали.

Что же, раз они так хотят, то пускай потом не обижаются, что сын выскочки обскакал их.

Глава 14

Прошла напряженная неделя, но для меня время словно слилось воедино. Дни и ночи смешались, все мои мысли были поглощены работой над масками. Энергоны, металлы, самоцветы — все это заполнило мое существование. Каждый раз, когда я выныривал из этого безумного водоворота, чтобы прийти в себя, то обнаруживал рядом таких же одержимых своим ремеслом людей.

Мастера Отступников сперва относились ко мне настороженно, даже с некоторой долей пренебрежения. В конце концов, что может знать о мастерстве сопляк вроде меня?

Но стоило мне лишь приступить к работе, и все их сомнения рассеялись подобно дыму. Старики быстро признали, что я вхож в самые тонкие тайны создания масок ничуть не хуже их. И даже превосхожу кое в чем.

Так что предвзятость сменилась настороженным уважением. Никто не отказывался поделиться со мной наработками многих лет жизни. Тайнами артефакта, известными лишь немногим мастерам.

Старина Гаммель, седовласый мужчина с цепким острым взглядом, посвятил меня в изощренное искусство обработки сплавов.

Угрюмый Петр показал мне, как надлежит создавать в структуре самого металла контуры силы, позволяющие преобразовывать саму сущность стихий самоцветов. Это я знал и сам, но все же пара хитростей оказались мне неизвестны.

Старик Терон предал тайные рецепты приготовления растворов для нанесения на маски. Так они становились крепче и менее подвергались загрязнению. Такое бы точно понравилось Давиду.

Другие мастера тоже приоткрыли завесу над своими секретами. Уильям учил настраивать четкие энергетические линии. Крепкий Геральт освоил со мной приемы сплавления и закалки тантала. А старик Глен поведал секреты внедрения сложных самоцветов фиолетового спектра.

Да, оказывается самоцветы делились по цветам, и те, что были в одном спектре работали друг с другом лучше.

Горностай также щедро делился со мной своими обширными познаниями, не жалея времени на обучение. За эту неделю напряженного обмена знаниями я впитал гораздо больше, чем за все предыдущие месяцы.

Моя практика шла рука об руку с теорией. Мы создавали маски одну за другой, совершенствуя и модифицируя их с каждым новым экземпляром.

Словно дети одной семьи, мои творения начинали обретать близкий мне личный отпечаток. Но в то же время, каждая новая маска отличалась своим особым характером и способностями благодаря вкладу разных мастеров.

За это время было создано около тридцати эпических масок, что было на самом деле очень большим количеством. К тому же по качеству они явно превосходили рядовые эпические маски.

Все это время Горностай вместе с ближайшими соратниками вроде Пеликана и Зеленого Ящера вели разведку в Столице и за ее пределами. Недавно Бернадоты ввели там чрезвычайное положение и комендантский час. По их словам всюду снуют патрули тайной полиции в компании элитных бойцов императора. Похоже, они напуганы не на шутку после уничтожения Судьи.

Ее кстати тоже ищут, причем не стесняются переворачивать все верх дном. Поместье Антоновых так вообще сравняли с землей. Все же вовремя мы оттуда ушли.

А кроме того, к императорской семье присоединился Дом Бенуа, самый могущественный и богатый из тех, что отказались присоединиться к Антоновым. Так что помимо людей из тайной полиции, которых пусть и осталось не так много, но это все еще были опытные бойцы, в патрули входили и маски этого дома. У Великих Домов всегда водились мощные маски, а финансовые возможности Бенуа, по словам Горностая, просто феноменальны.

Что же, теперь для поиска припасов приходилось совершать по-настоящему опасные вылазки в город и его окрестности. Несколько раз наших разведчиков чуть не накрыли патрули, но все миновало благополучно.

Тем не менее, Горностай был уверен, что пока нужно продолжать скрытно накапливать ресурсы. Собирать больше бойцов и маневрировать. Бернадоты сами напортачили достаточно, лишив себя такого серьезного союзника как Судья. Теперь они в панике ищут возможность исправить ситуацию.

Однако в какой-то момент для них это станет невозможным. И вот тогда, как говорит Горностай, мы должны будем ударить со всей мощью. Пока же нужно набраться сил для решающей атаки.

Василиск полностью разделял эту тактику. Призывая нас не поддаваться на провокации и ждать своего часа.

И вот, наступила ночь, когда мои знания и умения достигли апогея. После изнурительных дней и ночей работы я наконец ощутил, как артефакт создателя обновил свою информацию:

«Мастерство создания масок достигло 50 уровня! Вы получили возможность создавать легендарные маски!»

Конечно, большая часть уровней пришла ко мне после поглощения маски Правосудия, но с этой силой требовалось еще освоиться, чем, собственно, я и занимался всю эту неделю.

Но теперь…

Теперь я действительно мог гордо называть себя Мастером Масок, потому что отныне любые материалы были мне подвластны.

Руки мои задрожали, а сердце забилось быстрее от предвкушения. Горностай говорил, что почти все мастера, пройдя полувековой путь создания масок, оказались не в силах справиться с высшим пиком нашего ремесла.

Но попытаться я должен был обязательно. Ведь у нас оставался слиток легендарного металла — орихалка! Я вспомнил, как неделю назад восхищался этим сокровищем. На маленьком блестящем слитке чуть ли не играла радужная рябь, настолько идеальной была его структура.

Этого металла хватит только на создание одной легендарной маски. И ее я должен сделать сам, не полагаясь ни на чье мастерство, кроме своего собственного!

Я осмотрелся по сторонам, убедившись, что сейчас со мной нет ни единого мастера. Все они покинули мастерскую на ночь, оставив меня одного. Хорошо, сегодняшняя попытка должна была стать лишь моей.

Прихватив слиток орихалка, я отправился в специально выделенную мне комнату с крепким столом и простым топчаном для сна.

Зажег энергоновые лампы и уселся за стол. Затем призвал к себе родовое кольцо артефакт Создателя и сосредоточился.

Дыхание выравнивалось, все посторонние мысли стекали прочь, оставляя мой ум предельно ясным и пустым.

Перед взором возник слиток орихалка. Я увидел его структуру во всех деталях — каждую частицу, каждую связь. В моем сознании они вспыхивали подобно звездной карте.

Сначала было необходимо избавиться от всех примесей и выровнять его структуру.

Я потянулся к артефакту Создателя, черпая из его глубин поток первозданной энергии. Она всколыхнулась в моих руках, переливаясь бликами, после чего я вложил ее в структуру слитка.

Тот завибрировал, отзываясь на мои действия. Потоки энергии очищали состав орихалка, убирая одну примесь за другой.

В этом процессе не было никакой спешки. Каждое новое звено идеальной структуры металла вступало в резонанс с моим артефактом Создателя. Я не торопился, ведь понимал, что эта работа должна стать вершиной моего ремесла. Лучшее, что я способен выдать на данный момент в себя вберет именно эта маска.

Несколько часов этой тонкой, выматывающей работы — и передо мной предстала безупречная решетка орихалка! Даже в своем нынешнем состоянии это было подлинное чудо, способное запечатлеть любую форму с абсолютной точностью.

На это чудо я возложил свое первое касание творения. Проведя ладонями над очищенным металлом, я обрисовал в уме будущую оболочку маски. Образ размытого очертания тигра с распахнутой пастью.

Решил не мудрить. Поскольку с Тигром я уже работал дважды, к тому же можно будет заменить конфигурацию старого тигра в Теневом Шуте. И потом, самым важным для меня была семья. А Тигр был гербом моей семьи, потому я и чувствовал некую особую связь с этим животным.

Артефакт откликнулся мгновенно! Слиток орихалка окутало алое сияние, и в этот миг начался процесс формовки металла. Подобно воску он потек между моих рук, обретая поразительную гибкость и податливость.

Я видел, как возникают контуры массивной тигриной головы, ощущал каждый ее изгиб, вживлял собственное предчувствие в структуру. И вслед за этим помимо формы также начал прокладывать энергетические контуры.

В какой-то момент я совсем забылся работать. Как говорил один из мастеров отступников «вошел в состояние потока». Сердце билось в ровном ритме, как и мое дыхание. Я был полностью сосредоточен на этой работе.

Лишь раз я позволил себе остановиться передохнуть и пополнить энергией артефакт Создателя. После чего процесс пошел дальше, приобретая все новые поразительные обороты.

Без остановки форма маски воплощалась все ярче и четче. Металл наливался силой, сами жилки орихалка словно сплавлялись в единое существо. Все контуры очерчивались безукоризненно резко вплоть до каждого выступа и острого выреза зубастой пасти.

А затем в кульминации процесса дыхание маски соединилось с моим воедино. Я ощутил, как будто в нее вливается частица моей души. Сосредоточие ярости и свирепой звериной силы, что жила во мне подобно сокровенному огню.

И уж не знаю, это первая маска тигра пробудила во мне подобные качества, или же они всегда были внутри меня. Но Тигр, бушующий внутри меня, заполнил форму маски своей ипостасью. И я увидел его! Распахнутые оскаленные челюсти идеального хищника застыли перед моим взором.

Это было беспредельно прекрасное и в то же время опасное создание, готовое разорвать все на своем пути! Я обошел вокруг стола, любуясь рожденным шедевром.

Затем сфокусировавшись, проделал в масштабных челюстях тигра специальные пазы для внедрения энергетических каналов. Всего пять вместо привычных трех, что было пределом для прежних масок.

Перед моими глазами вспыхнула информация артефакта:

Легендарная маска Белого Тигра создана.

Маска является Безупречной. Каждый самоцвет вставленный в нее будет дополнительно очищен на 7%

Активные способности самоцветов также усилены на 10%.

Количество слотов для самоцветов: 5.

Маска имеет безупречную структуру и модифицирована самим мастером до максимального уровня.

Мастерству создания масок присвоен 55 уровень

Я не мог поверить своим глазам! То, что поначалу казалось практически недостижимым, теперь предстало передо мной в своем великолепии. Легендарная маска Тигра, плод моих неимоверных усилий.

Создание маски даже на таком высоком уровне подарило мне целых пять уровней мастерства. Но на это даже особо не хотелось обращать внимания.

Маска была совершенна до безупречности. Ни единого изъяна в структуре металла, каждый изгиб каждой линии создавал впечатление дикой первобытной мощи. Даже сама маска, казалось, источала звериную ярость, готовую вырваться наружу.

Самоцветы, что будут вставлены в нее, обретут невиданную прежде силу. Каждый слот повышал чистоту камня на 5 уровней. Рубин в 50% чистоты станет рубином 55% после помещения в маску.

А их собственные способности также усилятся на целых 10 процентов. Я не мог даже вообразить, какова будет мощь этой маски с подобающими самоцветами.

Пять слотов вместо обычных трех позволят попробовать новые комбинации. Причем каждый слот обладал своей уникальной конфигурацией усиления, присущей только моей легендарной маске.

Нужно еще будет решить, стоит ли вставлять в него Опалы, что я достал из маски Судьи.

Дело в том, что эти Опалы явно отличались от болотного, что в маске Василиска. Во-первых они были золотыми, во-вторых, именно благодаря им Судья умела вертеть людьми, как марионетками. Василиск же так не мог. Я боюсь представить, какие вообще способности дарует этот самоцвет, особенно в паре и с такими огромными процентами чистоты.

Опал специализировался на контроле разума. От чтения мыслей до навязывания их и контроля.

Теперь я понимал, что та безумная сила, с которой я столкнулся, приблизившись к Судье по сути была давлением на мой разум.

И самое страшное, что от такого никак невозможно защититься, если у тебя нет Бриллианта Тишины.

Но теперь ни одна сила не сможет устоять перед обновленным тигром.

Тут в мастерскую неожиданно вошла Лиза. Стоило мне завидеть девушку, как я поспешно убрал легендарную маску Белого Тигра в пространственный карман артефакта Создателя. Почему-то мне не хотелось афишировать мое новое творение, по крайней мере, пока.

— Коля, не мог бы ты взглянуть на мою маску? — попросила Лиза, пересекая мастерскую и опускаясь на низкий топчан, где я иногда отдыхал между работами. — Кажется она нуждается в починке.

Девушка выглядела измотанной, словно только что вернулась с тяжелого задания. Волосы были растрепаны, а под глазами залегли тени усталости. Но при этом Лиза ничуть не утратила своей первозданной красоты — разве что стала еще более хрупкой, нуждающейся в заботе.

Кивнув, я взял протянутую маску Лисы и принялся изучать ее повреждения с помощью артефакта Создателя. Большинство из них были совсем незначительными, но требовали моего внимания.

— Знаешь, Коля, а ведь наше знакомство как раз началось с того, что ты починил мою маску, — неожиданно заговорила Лиза, разглядывая меня своими большими зелеными глазами.

Я оторвался от работы и встретился с ней взглядом:

— Да, ты тогда еще бесцеремонно вломилась ко мне в комнату. Вот только я и представить не мог, что Лиса передо мной — это та самая Лиза, что учится пряже у моей матушки.

На ее губах заиграла легкая усмешка:

— Да, жизнь полна разочарований, — протянула она с ноткой игривости.

Я лишь покачал головой, возвращаясь к починке маски:

— Я не разочарован. Даже рад, что Лисой оказалась именно ты. Иначе мне было бы тяжело выбирать между вами.

Это была, конечно, шутка. Но Лиза все равно тихонько отозвалась:

— Дурак.

Чем вызвала у меня улыбку.

Некоторое время я работал в тишине, пока Лиза не нарушила молчание:

— Мне тяжело было потерять дядю Лазаря. Он всегда хорошо ко мне относился и именно он дал добро на то, чтобы я стала бойцом в маске. Иначе отец никогда бы не позволил.

Я кивнул, понимая всю важность этих слов. Мир масок был крайне опасным, а потерять близкого человека — ужасающий удар.

— Это действительно рискованно, — согласился я, бросив на Лизу короткий взгляд. — Особенно сейчас, когда на кону стоят жизни всех близких людей.

Она решительно мотнула головой, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос.

— Я не могу сидеть в стороне, пока все остальные рискуют жизнями! Мой долг биться бок о бок с нашими людьми.

В который раз я поразился ее решимости и упорству. Лиза обладала характером воительницы, смелой и бесстрашной. Впрочем, даже самые храбрые воины нуждаются в отдыхе.

В это время я закончил ремонт ее маски. Аккуратно положив артефакт на верстак, я шагнул к Лизе и протянул ей готовую работу.

— Как всегда безупречно! — одобрительно заметила девушка, забирая свою маску. Затем она откинулась на топчане, потянув меня следом.

Я сел рядом, не сопротивляясь. В следующее мгновение Лиза обняла меня и уткнулась лицом в плечо, а я поневоле ощутил аромат ее волос.

— Пообещай мне не умирать, — внезапно произнесла она еле слышным шепотом.

Мне стало не по себе от этой просьбы. Внутри все сжалось.

— Только если ты пообещаешь тоже самое, — все же ответил я, обнимая Лизу в ответ.

Некоторое время мы сидели в молчании, прижавшись друг к другу. Неожиданно защитное кольцо маленькой комнатки показалось мне самым безопасным местом на свете. И я постарался насладиться этим чувством как можно дольше.

Лиза поделилась еще парой историй из жизни первого отряда. Я слушал вполуха, проваливаясь в забытье под мерный шепот ее голоса. Усталость последних дней с неимоверным напряжением давала о себе знать.

Не заметив, как это произошло, я в конце концов провалился в сон, уже не чувствуя ничего вокруг. Последним, что запомнил — тепло и аромат волос Лизы, когда моя голова соскользнула на ее плечо, а сознание погрузилось в блаженную пустоту.

Глава 15

— Не надоело ещё целыми днями пропадать в мастерской? — раздался за спиной голос Горностая. Я как раз доделывал уже вторую за этот день эпическую маску. После поднятия мастерства до 55 уровня делать это стало гораздо легче.

Словно эти пять уровней отвечали именно за эпические маски. За работу с материалами этого уровня. Даже все старики стали ходить и коситься на меня. Сами они с трудом могли очистить даже одну маску. А некоторым и вовсе на создание эпика требовалось несколько дней. И всё это время они не отдыхали и не могли отойти от рабочего места.

Как подумаю об этом, так сразу в дрожь бросает. Простоять несколько дней, без еды, воды и практически не двигаясь. А вот мне таких трудностей испытать не довелось. В обед закончил маску жука-рогача. Будет у нас ещё один силач, типа Кеши. А вот сейчас почти завершил Гончую. Давиду явно нужен напарник. А нам разведчик, который сможет убежать от кого угодно. И вот когда оставалось нанести на маску последние штрихи, в мастерской появился Горностай. Был он в гордом одиночестве, хотя обычно один практически нигде не появляется. Рядом с главой Отступников обычно находятся минимум пара человек охраны. Даже не знаю, от кого они его здесь собрались защищать.

— Ты сам сказал, что нам необходимо по максимуму усилить армию, которая свергнет правительство Бернадотов и спасёт Северную Империю. Так что не надоело. Чем больше хороших масок я сделаю, тем выше будут наши шансы на победу.

— Здесь ты прав. Но я вижу, что ты уже на пределе. Ещё несколько масок, и можешь выгореть.

— Глупости какие-то. Что вообще значит, можешь выгореть? Устану, отдохну и дальше снова возьмусь за работу.

Я уже был на финишной прямой, и этот разговор едва не заставил меня ошибиться. Поэтому быстро показал Горностаю, чтобы он немного помолчал. Тот всё понял и принялся наблюдать.

Я же наметил последнюю энергетическую линию и принялся выводить её, стараясь сделать как можно толще. Чем толще линия, тем лучше через неё будет проводиться сила самоцветов. В этой маске камни выдадут минимум восемьдесят процентов своей мощи. В то время как в масках редкого качества этот уровень не превышает и пятидесяти процентов. А вот в легендарных уже приближается к максимальным значениям. В маске Белого Тигра он и вовсе равен 100%.

Маска Гончей Тени успешно создана. Уровень мастерства повышен на 1. Уровень мастерства 56.

Вот и славно. Не только завершил маску, но и получил за это ещё один уровень мастерства. Похоже, я начал улыбаться, и вопрос от Горностая не заставил себя долго ждать.

— Чего такой довольный? Маска вышла лучше, чем ты рассчитывал?

— Маска вышла в точности такой, какую я и хотел сделать. Просто получил ещё один уровень мастерства.

— И какой у тебя уже? — спросил Горностай. Мне показалось, что в его голосе слышно сожаление. Вот только непонятно из-за чего?

— Пятьдесят шестой. Поэтому две эпические маски для меня это не чрезмерная нагрузка. С такой я вполне справляюсь. Так что отдых мне пока не нужен.

— Здесь ты не прав. Когда-то я был таким же, как и ты. Стремящимся создавать маски без перерыва. Рвался вперёд в освоении мастерства и получал один уровень за другим. Твой отец не мог нарадоваться такому ученику. Но однажды, когда я уже приближался к пятидесятому уровню. Когда уже строил планы того, какой станет моя первая легендарная маска, Александр запретил мне прикасаться к материалу. Запретил делать вообще любые маски. И всё это произошло после того, как он взял в руки мою последнюю работу.

Я и сам не заметил, как замер, слушая рассказ Горностая. И даже не из-за того, что там говорилось об отце.

— Он посмотрел на эту маску и сказал, что видит, насколько сильно я вымотался. Что я нахожусь на грани и должен остановиться. Иначе меня ждут очень серьёзные последствия. Вплоть до того, что я могу потерять часть уровней, и навсегда лишиться возможности создавать легендарные маски.

Горностай замолчал и подошёл к верстаку, на котором осталось ещё немного металла, после создания мной маски. Он взял остатки и положил их на открытую ладонь левой руки. Проявился артефакт создателя и через пару мгновений металл уже был расплавлен. Даже я не могу сделать это так быстро. Должно быть, талант Горностая в создании масок был действительно очень выдающимся.

— Как ты понял, я не смог сдержаться. Да и как это вообще сделать, когда до заветной цели остаётся всего один шаг? Твой отец оказался прав во всём. Я был на пределе и сам этого не осознавал. Поэтому, когда собрался создавать маску, которая и должна была выступить в роли последней ступени перед заветной целью, я сломался. Откат был такой силы, что я несколько дней провалялся без сознания. А когда пришёл в себя, с ужасом осознал, что уровень моего мастерства упал до тридцатого и больше я не смогу его поднимать. Моя мечта умерла, став жертвой моей же жадности. Жадности до похвалы, до признания, до силы. Ведь самые сильные носители масок это Мастера. Уверен, что ты не знал об этом. Да и некому было рассказать тебе это.

Весь металл стёк с руки Горностая, и он взял горсть энергонов, принявшись впитывать их энергию. Я же просто стоял и слушал.

— А стать сильнейшим бойцом возможно лишь в маске, созданной собственноручно. Чужая работа будет плохо тебя слушаться и отдавать не всю себя. Даже вставь в неё сильнейшие самоцветы, и ты всё равно проиграешь бойцу, который сражается в маске собственного изготовления. Тебе очень сильно повезло, Коля. Ты можешь создать для себя легендарную маску. Но только не совершай моих ошибок. Иначе эта возможность ускользает от тебя. Утечет сквозь пальцы, как этот металл. — Горностай указал на улицу, что собралась на верстаке под его рукой. — Сейчас я и сам могу сказать то же самое, что Александр мне в тот раз. Я видел маску, которую ты сейчас делал. И видел, что ты на пределе. Ещё пара дней, и случится непоправимое. Поэтому тебе нужен отдых. И если ты не послушаешься меня, то просто пожалуюсь твоей маме. Скажу, что ты работаешь на износ и не хочешь никого слушать.

Я невольно рассмеялся, представляя, как Горностай жалуется на меня маме. Но длился смех совсем недолго. Если всё в действительности так, как говорит Горностай, то мне необходимо сделать передышку. Отложить на время создание масок. К тому же мы уже выполнили и перевыполнили все планы по созданию эпических масок.

— Что же, мамочка. Раз ты говоришь, что мне пора сделать перерыв, значит, я его сделаю. Вроде ты хотел что-то предложить?

Горностай с сожалением провёл рукой по верстаку, тронул уже застывший металл, размял между пальцев опустевший энергон, превратив его в горстку серого песка.

— Мы собираемся наведаться в гости к Бенуа. Лишить Бернадотов последнего союзника. Заодно этим ударом мы покажем остальным Великим Домам, что пришло время выходить из подполья. Не одним же нам сражаться с Бернадотами и их прихвостнями? План уже был разработан, и тебе нашлось в нём место. Бенуа не те противники, которых можно бояться. Даже получив маски от Бернадотов, они не представляют для нас большой опасности. Это будет показательная порка, чтобы деморализовать противника. Можно сказать, что начало первой стадии генерального сражения. Пойдут все сильнейшие бойцы Антоновых. И мои ребята.

— Тогда я в деле.

Здесь и думать было нечего. К тому же у меня есть кое-какие вопросы к Бенуа. Конкретно к одному представителю этого Великого Дома, который однажды уже получил от меня отличный урок. Да и Лиса не откажется пообщаться с ним в другой обстановке.

— Вот и отлично. У тебя есть несколько часов, чтобы отдохнуть. Пойдём ночью. Необходимо будет пробраться незамеченными через половину города, напичканного патрулями тайной полиции.

— Насчёт этого можешь не переживать. Меня точно никто не сможет увидеть.

— На это и был расчёт. Вы с Лисой пойдёте самыми первыми и в случае чего будете помогать остальным, оставаться не замеченными. Придётся убивать. Ты готов к этому.

— Готов, — совершенно не раздумывая, ответил я. Я уже убивал и смогу сделать это снова. Теперь на кону стоит слишком многое.

— В таком случае иди отдыхай. Я пришлю за тобой человека, когда будем готовы выступать.

Горностай ещё раз окинул взглядом верстак, тяжело вздохнул и ушёл. Мне же оставалось прибраться, ещё раз посмотреть на получившуюся маску. Подправить пару моментов, которые мне не нравились, и только после этого отправился в свою комнату. Действительно, необходимо было хоть немного отдохнуть. Последние дней пять я спал лишь урывками. Слишком был поглощён работой и совсем забываю про отдых. Пару раз даже заснул, прямо за верстаком.

Через десять минут я уже подходил к своему топчану, возле которой меня ждала матушка. Неужели Горностай всё же пожаловался ей? Быстро он работает. Вот увижу и выскажу всё, что я о нём думаю. Тоже мне маленький ребёнок, маме пожаловался.

— Коля, я уже думала, что ты не приедешь. Снова останешься работать в мастерской. — сказала матушка, стоило ей меня только увидеть.

— Решил немного отдохнуть. Рад тебя видеть. Ты, как всегда, отлично выглядишь. Жаль, что только я могу оценить твою красоту. Жаль, что отец не может этого сделать.

— Ты снова? Я же просила не напоминать мне об этом человеке. — матушка сделала вид, что обиделась, и даже отвернулась от меня, но не выдержала больше пяти секунд и повернулась. — Я знаю, что намечается что-то серьёзное. И уверена, что ты будешь в этом участвовать. Пыталась узнать у Лизы или Кирилла Андреевича, но они ничего мне не говорят.

И я не скажу. Не нужно матушке знать о том, что мы собираемся напасть на Бенуа. Разобраться с Великим домом, примкнувшим к Бернадотам. Это опасное задание, и может произойти всё что угодно.

— Нет, я не буду тебя просить, рассказать мне о том, что вы собираетесь делать. — правильно поняла моё молчание матушка. — Я просто хочу попросить тебя быть осторожным. И ещё возьми это. Он всю жизнь помогал мне и обязательно поможет тебя.

Матушка завела руки за голову, и через пару мгновений сняла с себя цепочку, на которой висел прозрачный камень в замысловатой оправе, похожей на когтистую лапу какого-то монстра. В детстве мне всегда нравился этот кулон, и я просто его у матушки поиграть. Но она говорила, что это подарил ей один очень дорогой человек, и просил никогда не снимать. И вот она отдаёт этот кулон мне.

— Это ведь подарок отца? — спросил я, и по лицу матушки понял, что попал в точку. — Даю слово, что вернусь целым и невридимым. Уже скоро всё разрешится, ты сможешь вернуться в поместье и продолжить жить прежней жизнью.

— Она уже никогда не будет прежней. — покачала головой матушка. — Но я уверена, что всё будет, как ты и сказал. Главное, береги себя.

Матушка подошла и застегнула цепочку у меня на шее, после чего спрятала кулон под рубашкой. Поцеловала меня в щеку и ушла. Я же лёг отдыхать. Совершенно не хочется пострадать из-за того, что был слишком уставшим.

* * *

— Ты с нами? — разбудил меня голос Феликса. — Если да, то поднимайся. Двадцать минут на сборы, и выступаем.

Двадцать минут — это очень много. Я был готов уже через пять. Всё это время Феликс стоял возле моего топчана и ждал.

— Я так понимаю, что матушка попросила тебя присмотреть за мной? — спросил я у здоровяка, когда уже был готов. Он коротко кивнул.

— И не только Оля. Ты единственный мастер, способный создавать легендарные маски. Горностай уже успел всем рассказать об этом. Поэтому весь третий отряд сегодня будет отвечать за твою защиту. Не нужно лезть на рожон, иначе нам придётся эвакуировать тебя. Получены очень чёткие указания на этот счёт.

Значит, вот как всё уже повернулось. Единственный мастер, способный создавать легендарные маски. Вот только материалов для создания таких масок у нас нет и неизвестно, когда появятся.

— Я уже пообещал матушке, что буду осторожен. Тебе ничего обещать не буду. Прекрасно осознаю опасность, что мне грозит. Я уже не тот зелёный новичок, которого ты встретишь кулаком в морду и могу за себя постоять.

— В этом никто из нас не сомневается. Как и в том, что твой тигр порой может быть слишком импульсивным. Николай, не позволяй маске брать над собой верх. Ты должен быть главным.

— Так оно и есть. — улыбнулся я. — А теперь пойдём. Заглянем в гости к Бенуа. Есть у меня одно незаконченное дело с наследником этого дома. Однажды он даже вызвал меня на дуэль.

Глаза Феликса округлились от удивления, а я пожал плечами и двинулся вперёд. Правда, ещё не знаю, куда идти. Но для этого у меня есть Феликс.

Бенуа сегодня ждёт действительно серьёзное испытание, которое они не смогут пройти. Антоновым и отступникам удалось собрать отряд из пятидесяти трёх бойцов в эпических и легендарных масках. Как минимум у Зелёного змея, Пеликана и меня были легендарки. А у остальных далеко не простые эпики. Все были настроены очень серьёзно. Особенно Лиса, которая сразу же подошла ко мне. Нам предстояло быть в авангарде. Помочь остальным оставаться незамеченными как можно дольше. А для этого находить и устранять всех наблюдателей.

— Ты точно готов к этому? — спросила у меня Лиза.

И это хрупкая девушка, аристократка, но это в обычной жизни. А ночью она превращается в грозного командира первого отряда масок Дома Антоновых, способного без колебания убить любого противника. Сегодня я буду работать вместе с ней и Вороной. Только мы могли передвигаться незаметно.

— Я не буду колебаться. — ответил я Лизе, после чего она взяла меня за руку и сжала её.

— Сегодня нам предстоит разобраться с досадной помехой, — заговорил Василиск, привлекая к себе всеобщее внимание. — Уничтожить Дом Бенуа. Они считают, что Бернадоты находятся на своём месте и управляют Северной империей очень хорошо. Правильно и справедливо. Но нам прекрасно известно, что это пустые слова. На самом деле Бенуа польстились на маски которыми их снабдили Бернадоты и тайная полиция. Да, они лишились одного из своих сильнейших бойцов, но по-прежнему очень сильны. Настолько, что Великие Дома опасаются нападать на них без надлежащей подготовки. И одним из её этапов станет уничтожение Бенуа. Вы всё прекрасно знаете, что нужно делать. Разбиваемся на отряды и вперёд. Сегодняшняя ночь станет последней для Дома Бенуа.

Глава 16

Я шагнул вперед, ощущая предвкушение грядущей битвы. Рядом со мной двигалась Лиза, ее маленькая фигурка то и дело растворялась в тенях, оставляя лишь смутные очертания. Чуть поодаль следовала еще одна тень — Ворона, наша третья союзница в этой вылазке.

Мы приближались к огромному поместью Бенуа, раскинувшемуся за чертой города. Высокие каменные стены с зубцами и сторожевыми вышками окружали внутренний двор и здания особняка. Судя по всему, Бенуа серьезно укрепили свою резиденцию после того, как присоединились к Бернадотам.

Впереди уже виднелись силуэты охранников в темной форме. Они неторопливо патрулировали периметр, держа наготове странные ружья с длинными стволами. Лиза прошептала мне на ухо:

— Эти ружья — новые разработки Бернадотов. Видимо, они уже успели передать их Бенуа вместе с новыми масками. Я видела один прототип раньше — они стреляют зарядами из сжатых энергонов. Мощность выстрела сравнима с огненным шаром рубина чистотой в сорок процентов из-под рук опытного бойца эпической маски.

Я кивнул, активируя Аметист Теней. Мы с Лизой окутались покровом невидимости и бесшумно приблизились к ограде. Ворона осталась в некотором отдалении, ожидая наших сигналов.

Двое охранников как раз поравнялись с нами. Они о чем-то негромко переговаривались, полагаясь на периметр и не подозревая о том, что враги уже рядом.

В следующее мгновение, прежде чем они успели отреагировать, я выбросил вперед руку, создавая густое облако дыма из Турмалина. Оно поглотило обоих охранников, заставив захрипеть и начать судорожно отмахиваться.

Я метнулся вперед как вихрь, нанося молниеносные удары, не встретив сопротивления. Охранники рухнули друг на друга, повергнутые сокрушительными ударами моих дымных когтей.

Лиза тем временем уже преодолела ограду и принялась бесшумно расправляться с двумя другими часовыми у ближайшей башни. Девушка двигалась с поразительной ловкостью и быстротой, почти не издавая ни звука. Ее кинжалы мелькали бликами в редких отсветах фонарей.

Вскоре после этого мы с Лизой очутились у главных ворот огромной, кованой, стальной конструкции. Мы принялись изучать ее, обнаружив механизм открытия изнутри.

Действуя четко и слажено, мы вскоре заправили основной рычаг и смогли с минимальным скрипом распахнуть створку ворот настолько, чтобы пропустить всех наших людей.

Ворона подала сигнал, и наши союзники бросились вперед, двигаясь так быстро и бесшумно, как только возможно. Вереница теней проскользнула в ворота, растекаясь по двору.

Я оставался прикрывать их отход вместе с Лизой. Девушка подхватила одно из ружей упавшего часового и с любопытством принялась его изучать.

— Оно заряжено, — наконец произнесла она шепотом. — Думаю, сейчас мы увидим, на что оно способно.

Как будто в ответ на ее слова, по двору вдруг прокатился оглушительный вопль тревоги! Со всех сторон послышался топот ног, звон доспехов, лязг оружия.

— Похоже, нас ждали, — процедил я.

В следующее мгновение все вокруг осветилось ярким светом множества энергоновых фонарей. Словно кто-то развел в темном небе огромный костер!

С высоких стен и башен поместья посыпались бойцы в полных доспехах. В руках они держали те самые ружья, а у многих на лицах были маски самого разного вида и уровня силы.

Прямо по нам ударил настоящий ураган из энергетических зарядов! Я увидел, как огненные сгустки сминают наших людей, вышвыривая их с двора обратно на улицы! Некоторые рухнули замертво, поверженные силой нового оружия.

Я едва успел откатиться в сторону, создав вокруг себя дымный кокон. Лиза, не дрогнув, открыла ответный огонь из трофейного ружья. Яркие импульсы начали вспарывать поток атакующих бойцов.

Прорвавшись через ворота во двор, наши люди тут же сцепились с охраной Бенуа. Двор вспыхнул сотнями огней ударов всех стихий!

Сверкали огненные всполохи молний, вставали из земли каменные валы, с оглушительным ревом проносились воздушные смерчи!

Я выдохнул, позволяя звериной ярости Белого Тигра обуять мое сознание. Силы стихий захлестнули мое тело, придавая невероятную резкость движениям. Я метнулся вперед, чудовищным ударом опрокидывая целую группу вражеских бойцов.

Вокруг бушевала настоящая буря сражения. Воздух звенел от ударов всех стихий, обрушивающихся один за другим. Полыхали всполохи ослепительных молний и огня, волны воды вздымались к небу и рассеивались паром.

Мое внимание привлекла целая группа противников в мощных эпических масках. Один из них изображал огромного быка с вздыбленной холкой и свирепо искаженной мордой. Самоцветы на нем ярко полыхали, создавая вихри огненных языков.

Рядом с ним фигура в маске волка с оскаленной пастью, увенчанной клыками. А третий враг был облачен в маску ящера, покрытого чешуей и шипами.

Трио смертоносных эпических масок ринулось на меня разом, осыпая ураганом ударов. Языки пламени вспыхивали у меня перед глазами, воздух вспарывали острые как бритва лезвия воздушных потоков. А вслед за ними мощные кулаки Ящера сминали камень стен, оставляя глубокие выбоины!

Я уклонился, ловко лавируя между ударами и используя покров дыма Турмалина, чтобы запутать противников. Хлестнул волна электрических разрядов, заставив Быка с ревом попятиться. Тут же навстречу ему ринулись когти из сгущенного тумана!

Эпическая маска Волка решительно контратаковала, разрывая пелену серого облака. Но я вовремя ушел в перекат, уворачиваясь от сокрушительных объятий.

На меня нахлынула новая волна ярости Белого Тигра. Казалось его безудержная хищная натура переполняет меня.

Я развернулся и со всей мощью обрушил на Быка смертоносную стихию Аквамарина! Тугие водяные жгуты со свистом рассекли воздух, бросая могучую фигуру наземь. Враг рухнул подобно ошеломленному быку, сбитому одним ударом!

Ящер яростно ринулся на меня, вращая вихри из острых осколков камня. Самоцветы на его чешуе ярко полыхали, придавая движениям маски нечеловеческую мощь. Я закрылся щитом из сгущенного дыма, поглощая первые удары.

Однако за ними последовал такой вихрь камнепада, что мой щит не выдержал и был разметан в клочья. Меня начало захлестывать градом булыжников, оглушая и принуждая защищаться ударами огненных всполохов.

В этот миг из пылевого облака на меня обрушился Волк! Но в последнее мгновение я ушел в ускорение Сапфира, сделав резкий рывок в сторону.

Волк просвистел в ничтожном расстоянии от меня и тут же получил мощным ударом ноги, усиленной турмалином в бок. Фигура отлетела как снаряд, врезаясь в стену дома.

Не теряя ни секунды, я развернулся к Быку, что уже поднимался на ноги. С ревом ярости я призвал огненные всполохи из Рубина.

Пламенные потоки хлынули к Быку, встречаясь с его собственной мощью этой же стихии. Завязалась невероятная дуэль двух огней.

Однако я не позволил увлечься. Стоило мне лишь мановением руки позвать на помощь могучие потоки Аквамарина, как пламя Быка было сметено в одно мгновение! Нечеловеческая мощь вращающихся водных потоков подхватила и унесла моего врага к стене, с силой ударив мордой об стену так, что маска треснула на две половины и упала на землю.

В этот миг я понял, что масса самоцветов в легендарной маске дает мне неоспоримое преимущество над обычными эпическими творениями. С моей нынешней силой противостоять мне могли лишь такие же владыки особых масок.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове за мгновение, а я тем временем отразил новую атаку взбешенного Ящера. На сей раз это был рой из множества небольших камней, которые полетели в меня со всех сторон сразу.

Я прикрылся могучим куполом вихревого воздушного потока, ставшего для пикирующих снарядов пустым пространством. Осколки рассыпались по всему двору, ни один так и не достиг меня.

Зато в то же мгновение я контратаковал, сметая Ящера с ног ураганным порывом из того же самого вихря. Поднял как можно выше и опрокинул мордой в землю, ломая очередную эпическую маску.

Меж тем во двор уже хлынуло подкрепление самого Бенуа. Десятки вооруженных бойцов в относительно слабых масках выбегали отовсюду — окон, дверей, с крыш. Все они мчались в нашу сторону, намереваясь растерзать вторженцев количеством, если не удастся силой.

Вокруг меня сражались верные товарищи. Где-то вдалеке метался из стороны в сторону Горностай. Его маска делала его кровожадным, и он буквально изрисовал свою часть двора кровью противников.

Феликс с Германом же действовали слажено и точно, подавляя противников грубой силой. В отличие от них, Давид со своим новым напарником держался поодаль, и вырубал тех, что нападали со слепых зон его боевых товарищей.

Подкрепление чашу весов не перевесило, но нам придется задержаться тут дольше, чем планировалось. И едва я собирался ринутся на помощь своим, как увидел, как в дверях главного особняка появились три фигуры, облаченные в мощные боевые маски.

Одна из них состояла из каменных наплывов, больше напоминая горгулью. Другая же изображала массивный каменный монумент с причудливыми изгибами и резными линиями. А третий боец был скрыт под маской свирепо ощеренной горилы.

— Молодой господин, не выходите вперед! — завопил один из прислужников, заслоняя собой массивную фигуру бойца с маской Гориллы. — Вы слишком ценны для дома!

— Я не собираюсь сидеть сложа руки, когда мой дом сражается! Это бесчестно для наследника.

Под маской я улыбался. А вот и ты, наследничек. Кажется тогда я недостаточно тебя унизил, победив на дуэли.

Но перед этим мне, похоже мне предстояло принять вызов сразу трех свежих эпических воинов! Впрочем, не в первый раз. Я стряхнул остатки каменной крошки с костюма и приготовился биться.

Первым атаковал тот, что был в маске монумента. Огромная фигура невероятным броском пересекла двор, нацелившись прямо в меня! Я увидел, как от нее потекли наружу золотистые ленты энергии.

Если эта хитрая магия дотянется до меня, то мощь эпической маски обрушится сполна. Я не позволил бы ей достичь меня и призвал могучие порывы дыма.

Смерчи встретили и буквально смели золотые руны, рассеяв их в стороны. Сама же фигура монумента была грубо отброшена моим воздушным ударом, отлетев и впечатавшись в крепостную стену.

Но вот Горгулья уже обрушила на меня свою атаку более стремительно. Из ее каменных ладоней сыпались настоящие вихри скальных обломков и булыжников!

Я ушел в перекат, а воздух передо мной тут же отсек рубящим полумесяцем могучего огненного всполоха.

А следом послал дымные когти в Горгулью, заставив ее удариться лицом об землю под тяжелым натиском этой атаки.

Тут же почувствовал опасность со спины и резко развернулся, но с удивлением увидел, как Лиса уже отшвырнула от меня противника ветряным потоком.

— Не заигрывайся, — буркнула она. — Мы возьмем их на себя.

Тут же из-за ее спины появилась Ворона.

Я коротко кивнул и двинулся к Горилле, что стоял все это время у входа. Ну и нелепо же выглядел Бенуа с этой маской. Сам худой, высокий, с тонкими руками. Ему бы со способностями к фехтованию зубочисткой и такой комплекцией подошла бы маска какого-нибудь хорька, но точно не мощной гориллы.

— Ты кажется какой-то важный боец да? — рявкнул он и направил руки в мою сторону.

С ладоней Бенуа сорвался вихрь в мою сторону, но я ловко увернулся от него.

Горилла фыркнула и вновь призвала силу ветра. На этот раз вихри были куда мощнее и целенаправленнее. Воздушные потоки буквально вгрызались в каменные плиты двора, вздымая целые тучи пыли и мелких обломков.

Я едва успевал уворачиваться, когда один за другим эти смертоносные вихри проносились в опасной близости. Горилла яростно работала кулаками, направляя их мощь то влево, то вправо, пытаясь зацепить и смести меня с ног.

В один миг удар все же достиг цели. Мощный порыв ударил меня в грудь, отбросив на несколько метров. Я впечатался спиной в каменную кладку, ощутив, как из легких выбило весь воздух.

Однако преимущество Белого Тигра было на моей стороне. Оправившись за мгновение, я призвал плотный кокон из сгущенного дыма. Турмалиновый щит поглотил следующую атаку Гориллы, заставив мощные вихри рассеяться.

Не останавливаясь, я тут же нанес ответный удар — полумесяцем разрезающих лезвий из того же тумана. Горилла ревела, пытаясь отмахнуться, но длинные порезы уже украсили ее доспехи. А я без промедления добавил туда атаку огненного шара.

Пламя окатило врага, заставив попятиться. Тот яростно взревел, явно не ожидая такой прыти от меня. Я же не собирался останавливаться на достигнутом.

В следующее мгновение мощная волна силы хлынула сквозь мои кулаки. Все тело окуталось вихревым покровом, а пространство двора сотрясла ударная волна.

Горилла ахнул, инстинктивно пытаясь закрыться

Мой удар разбил его защиту и безжалостно вгрызся в тело. Не останавливаясь я ударил снова. И потом еще раз.

Парень отлетел в сторону, сметенный моей атакой. Сама каменная стена особняка разверзлась трещинами от силы моего напора! Горилла пробила ее насквозь, ударившись о внутреннюю кладку со страшной силой.

Ее искореженная маска отвалилась, разлетевшись вдребезги. А я уже шагал в образовавшийся пролом, вслед за поверженным врагом.

Внутри царил полумрак, освещенный лишь парой тусклых светильников. Горилла, все это время бывший не кем иным, как Жаном Бенуа, кое-как приподнялся на одно колено. Его лицо было расцарапано, губы окровавлены, но в остекленелом взгляде читалось все то же высокомерное презрение.

Я снял маску Белого Тигра, позволив ему увидеть меня в истинном облике. Глаза Бенуа округлились в шоке и непонимании:

— Ты!.. — только и смог выдохнуть он, прежде чем я нанес молниеносный удар ногой ему в живот!

Бенуа скрючился, задыхаясь, когда я навис над ним, схватив за грудки:

— Ты со своим надменным высокомерием нажил себе опасного врага, Бенуа! — прошипел я ему в лицо, чувствуя, как во мне вновь закипает ярость. — Думал, мы с тобой квиты после той дуэли? Видишь ли, Лиза стала для меня очень важным человеком, и я тут подумал, что недостаточно тогда тебя избил за твои оскорбления.

Тот беспомощно закивал, его губы тряслись в попытке что-то сказать. Наверняка собирался взмолиться о пощаде.

Я криво усмехнулся и поднял его повыше, пригвоздив к стене. Бенуа захрипел, беспомощно болтая ногами в воздухе.

— Да ты не посмеешь даже…

Крепко сдавив его шею я заставил парня закашляться. Лицо его стало пунцовым. Глаза расширялись все больше, когда в его тупую голову приходило осознание, что я не собираюсь разжимать руку.

— П…прости, — прохрипел он. — Прошу, не убивай…

Я улыбнулся, наконец ослабив хватку. Жан упал на колени тяжело закашлявшись и хватаясь за горло.

— О, я не буду убивать тебя, жалкий червь, — процедил я сквозь зубы, наслаждаясь ужасом в его глазах. — Но хочу кое-что попробовать. И ты самый подходящий кандидат.

С этими словами я поменял конфигурацию маски, позволяя лику Судьи проступить у меня на лице. Бенуа задрожад от самого ее вида.

— Что⁈ Судья? Но как… как это может быть? Как у тебя оказалась маска Судьи?

Я молча шагнул в сторону Бенуа.

На его щеках проступили мокрые дорожки — он принялся молиться, бессильно взывая ко всем известным Богам.

Глава 17

Чисто по наитию я выпустил силу маски и направил её в трясущегося парня. Для меня она выглядела как волна белого света, проникающего куда угодно, даже в разум людей.

Как только волна коснулась Бенуа, то перед глазами появились весы: правая чаша слегка перевешивала левую. Это означало, что у меня всё получилось. Что я смог взять человека под контроль. Теперь парень был в моей власти. Оставалось только понять, насколько она сильна. Что я вообще могу сделать с человеком в таком состоянии.

— Держи, теперь она твоя. — произнёс я, бросая Бенуа одну из недавно сделанных масок. А конкретно, маску Шимпанзе. Получилось весьма иронично, но эта обезьяна явно подходила Жану гораздо больше. На гориллу он совсем не тянет.

Парень поймал маску, и я сразу же произвёл привязку.

— Надевай маску. — отдал я очередной приказ, и он выполнил его не колеблясь. — А теперь атакуй меня со всей мощи, что только сможешь выдать из этих самоцветов.

Чистота самоцветов там должна быть порядка десяти процентов. Даже если не получится перенаправить атаку при помощи маски Судьи, я смогу защититься. Никакого риска не было. Но нужно было спешить, бой продолжался. И, судя по крикам, к Бенуа скоро должно подойти подкрепление. Нас здесь ждали. Готовили ловушку, в которую мы заявились добровольно.

Жан вытянул в мою сторону руку, и с неё сорвалась ослепительная молния. Только ударила она совсем не в меня. В этот момент в белой пелене, словно появился путь, по которому и ушла молния. Я понятия не имею, куда она делась. И как этим управлять, тоже было пока непонятно. Следом за молнией последовали водяные кинжалы, которые постигла та же участь. И каждая последующая атака не могла ничего мне сделать.

Тем временем правая чаша всё сильнее перевешивала. И когда она была практически в самом низу, действие маски Судьи прекратилось. Его можно было продлить, уравновесит свои, но как это сделать — непонятно. Да и времени на это уже нет. Главное, я уже понял, что могу использовать маску. Хотя бы для того, чтобы меня не достали чужие атаки.

Тигр занял своё место, и голова в маске шимпанзе покатилась по полу. Наша дуэль завершена. Как и в тот раз, я вышел победителем. Теперь необходимо помочь остальным. К тому же Тигр рвался в бой, его ярость переполняла меня. Необходимо от неё избавиться. И убить пару врагов — лучший способ.

Выскочив в прошлом, я сразу же ударил с двух рук водяными хлыстами. Один ударил в металлическую нагрудную пластину, пробив её насквозь, а второй даже не заметил сопротивления и перерубил какому-то бедолаге в форме Бенуа, обе ноги. Жалеть врага нельзя. Иначе он оклемается, накопить сил и ударить тебе в спину.

Кругом творилось что-то невероятное. На одного нашего бойца приходилось минимум четверо бойцов Бенуа. Понятия не имею, где они вообще взяли столько бойцов и тем более, столько масок. Должно быть, наёмники. Но для наёмников эти люди слишком хорошо сражаются. Слишком сильно они выкладываются и не берегут свои жизни.

Вот сразу пять человек в звериных масках окружили Василиска, и через пару мгновений все упали замертво, надышавшись его яда. На другом конце битвы практически то же самое сделал Зелёный Ящер, только его яд раздел тела людей, превратив их в обглоданные куски мяса. Жуткое зрелище, которое решил убрать какой-то огневик, устроив сразу несколько, внушительных огненных факела. Под удары попали и наши, и бойцы Бенуа.

В меня устремилось сразу несколько атак, которые пришлись в туманный покров, а потом я и сам скрылся в тенях. С одним Бенуа уже было покончено. Осталось найти остальных и прикончить их. В этом случае сопротивление сразу же заглохнет. Солдаты не смогут долго продержаться без командира. Они тупо не будут знать, что делать дальше и начнут сдаваться.

Сколько я не пытался найти, ничего не выходило. Никаких командиров точно не было. Бойцы Бенуа бросились на нас без оглядки. Все, кто ждал в поместье. Но я всё никак не мог найти никого, кто мог бы походить на командира. Там и маска должна быть лучше, чем у других. Как минимум эпическая. Даже у Жана маска явно выделялась на фоне остальных. А он был всего лишь наследником.

Пока искал, несколько раз помогал нашим, выныривая из тени, нанося удар и снова и скрываясь. Каждый мой удар отнимал жизнь. Но на войне по-другому просто не может быть. Невозможно сохранить все жизни. Невозможно добиться победы не убивая.

Мои поиски увенчались успехом совершенно неожиданно. Очередной выход из тени, быстрый удал, забрал жизнь ещё одного бойца Бенуа, и в этот момент, я ощутил сильнейшую опасность. Успел в последний момент отпрыгнуть в сторону и увидел, как прямо из воздуха появилась рука с длинным кинжалом. Кинжал ударил точно в то место, где секунду назад находился я. Рука исчезла, но я уже увидел цель. Активировал маску Судьи, и энергия захлестнула прятавшегося в тенях человека. Чаши весов вновь начали своё движение, но это и неважно. Невидимка уже вышел из тени. Им оказался человек в маске Чёрного Богомола. Огромные фасеточные глаза отсвечивали фиолетовым, а мощные жвала были выполнены так искусно, что казалось, словно они действительно могут двигаться. Могут спокойно перекусить человеческую шею.

— Ты убил слишком много моих людей. — раздался слегка присвистывающий голос.- Пора и тебе отправиться к ним на небеса.

Жвала действительно слегка раздвинулись по сторонам, и между ними стала зарождаться крошечная, раскалённая добела точка. Ни в коем случае нельзя, чтобы она попала в меня. Тогда не поможет ни один покров. Даже Бриллиант Тишины будет здесь бесполезен. Оставалось надеяться только на скорость и реакцию.

Точка закончила формироваться и к этому моменту я уже прыгал в сторону. Сбив собой пару человек, приземлился довольно мягко, для того, чтобы по ушам ударил чудовищный грохот, а всё вокруг начало засыпать каменными обломками. Здание поместья Бенуа перестало существовать. И всё это из-за крошечной, раскалённой добела точки.

А между тем Богомол снова растворился в тенях. И это было уже очень опасно. Такая атака сможет прикончить даже обладателя легендарной маски. Единственный способ, который я видел, это вытащить Чёрного Богомола из теней при помощи маски Судьи. Вот только воздействовать мне придётся сразу на всех сражающихся. И что будет в этом случае, невозможно предсказать. Но другого выбора просто нет. Все слишком заняты своими битвами, и я один видел Богомола, который к тому же охотиться именно за мной.

Сперва сам ушёл в тень, чтобы не подставляться под удар, а когда вышел, то мгновенно нацепил маску Судьи и начал выдавливать из неё всё, на что только был способен. На этот раз левая чаша весов стремительно начала падать, но гораздо быстрее белое свечение заполнило собой всё видимое мной пространство. В местах, где оно проходило, резко менялась картина боя. Стихийные атаки исчезали в одном месте и появлялись в другом. Люди не могли понять, что происходит и почему их удар вдруг прошёлся совершенно в другое место. Многие останавливались и пытались понять, что происходит. Но для меня было важнее всего, что в тридцати метрах появился Чёрный Богомол, который также не мог понять, что происходит. Сила Турмалина наполнила меня, усиленная Сапфиром, она позволила оказаться рядом с Богомолом за пару мгновений, а дети в дело пошли дымные когти, обёрнутые в покров из силы Аметиста Теней. Комбинированная атака столкнулась с мощной защитой. От этого столкновения во все стороны полетели чёрные искры, а следом за ними меня просила кровь. Защита противника пала. Грудь Богомола выглядела ужасно. Он простоял ещё секунду и начал падать.

Дальше мне потребовалось совсем мало времени, чтобы забрать маску у уже мёртвого человека и отправить её в хранилище. Ещё одна легендарная маска, которая поможет нам в борьбе с Бернадотами. Её я точно не стану поглощать. Нам нужна сила, что способна создать столь мощный импульс. Стены императорского замка довольно толстые. Но десяток таких зарядов точно пробьёт в них подходящую для атаки дыру.

Сила маски Судьи уже перестала действовать, и сражение вернулось на круги своя. Только у оборонявшихся больше не было командира. Многие видели, как я прикончил Богомола, и первые бойцы Бенуа уже решили все бросить и сбежать. Оставить себе жизни. Наши мгновенно воспрянули духом и стали давить с утроенным рвением.

Но что-то не давало мне покоя. Слишком это было легко. Слишком просто мы сюда попали. Слишком просто я убил двух Бенуа. И слишком слабые маски им выдали Бернадоты. Один только Богомол мог представлять для нас реальную опасность. Но его больше нет.

Рядом появилась Лиза, слегка припадая на левую ногу и придерживая левую руку. Затем нарисовался Горностай, удерживая силой Чароита несколько десятков масок. К нему присоединились зелёный Ящер и Морейн. Оба в крови. И непонятно своей или чужой. Послышался заливистый смех Гиены. В стороне промчались водяные гончие Давида, бросившиеся в погоню за решившими сбежать. Следом за гончими в небо устремился огненный феникс, подписываемый сильнейшим ветряным потоком.

— Как мы и думали — это была отлично спланированная ловушка. — Заговорил Горностай. Бернадоты очень глубоко залезли в свои запасы. Собрали всех, кто способен управляться с масками, и бросили их против нас. Приготовьтесь. Это была разминка, главное сражение впереди.

— Может, лучше отступить? — спросила Морейн и, к моему удивлению, Лиса поддержала её.

— Нам некуда отступать. Враги наступают со всех сторон. И единственный способ, не подставить спину под удар, атаковать самим. Попытаться прорвать окружение и вырваться из западни.

— Или просто прикончить всех врагов. — хохотнул Гиена. Многие из тех, кто слышал этот разговор, поддержали его. А вот сильнейшие из нас были не согласны.

— Для нас это невыполнимая задача. Слишком много противников. Наши маски не выдержат. Мы сами не выдержим этого сражения. — сказал Кирилл Андреевич, который оказался рядом, разобравшись со своим противником. Постепенно рядом с нами появлялось всё больше бойцов. Практически все имели раны. Кто-то серьёзные, кто-то пустяковым, но было понятно, что нас тупо задавят числом.

— И что вы предлагаете делать? Бежать нельзя, сражаться тоже. Мы же не можем просто взять и провалиться под землю? Не можем взмыть в небеса и улететь отсюда? Мы ничего этого не можем. — сказал я.

— Зато мы можем дать тебе и другим важным фигурам возможность. Выложиться по полной и пробить для вас проход, а затем задержать противника. — сказал Зелёный Ящер, и рядом с ним встали сильнейшие наши бойцы. На их лица была видна решимость, и готовность умереть. Только, что мы сможем, если потеряем их? В этом случае ничего не помешает Бернадотам подавить восстание. Нас просто раздавят. Те бойцы, что останутся, не смогут действовать также эффективно. Рано или поздно все мы будем уничтожены.

— Это не вариант. Без вас сопротивление обречено. У нас больше нет сильных масок и бойцов, способных управляться с ними.

— У нас просто нет другого выбора. Если ты останешься жив, то Александр поможет, и тогда есть все шансы свергнуть Бернадотов. Но если ты погибнешь, боюсь, твой отец может повернуться против нас.

Василиск говорил это совершенно серьёзно, и даже Горностай согласно кивал. Только ученик отца не собирался вот так просто идти насмерть.

— Понятия не имею, каким образом у тебя получилось сохранить маску Судьи и потом использовать её, но это наш шанс вырваться из окружения. Ты уже можешь управлять ей?

Для всех присутствующих слова Горностая оказались шоком. Они тут же уставились на меня. Я чувствовал, как у многих появилась надежда. Надежда на то, что сегодня они все же останутся живы. И эта надежда была в моих руках. Только я не особо понимал, как управляться с ней.

Сменил конфигурацию маски, показывая один из своих самых сокровенных секретов. Теперь я был в маске Судьи. Раздались удивлённые возгласы, а Гиена захохотал, так громко, что многие вздрогнули.

— Ты прав, я смог сохранить маску Судьи. Смог восстановить её и даже привязать к себе. Но использовал её я всего пару раз, и толком так и не смог разобраться, как она работает. Что за силу даёт.

— Это же был ты, когда всё на поле боя перевернулось с ног на голову? Ты активировал силу маски Судьи? — спросила Морейн, которая явно знала больше остальных. Я просто кивнул, чем поразил новую волну возгласов. — Ты сможешь повторить это?

— Нужно время для восстановления способности. И я понятия не имею сколько. А ещё мне необходимы материалы для восстановления энергии маски.

Энергоны и минимум десять самоцветов чистотой не ниже 30%

Вылезла перед глазами подсказка артефакта. Во время боя я даже не подумал спросить у него. И только сейчас понял, как сильно затупил. Ведь у меня есть такой потрясающий инструмент, как артефакт создателя и его система. Мануал оставленный отцом. И я пытаюсь найти способности маски методом проб и ошибок. Пытаюсь понять, как она работает, и какие умения даёт. А можно было просто спросить у системы. И, возможно, получил бы ответ сразу.

— Много энергонов и десять самоцветов с чистотой не ниже 30%. — произнёс я.

Сразу же послышался треск сломанного железа, воздух нагрелся и рядом с Горностаем начала почти горка расплавленного металла. Он уничтожал добытые в бою маски. Работал Горностая невероятно быстро. Мне до подобной скорости ещё очень далеко. Буквально за пару минут, он смог уничтожить все собранные маски.

— Возьми. — в мою руку упали несколько десятков самоцветов. В основном стихийные. Но было и несколько Кошачьих Глаз. Все с чистотой под 40%.

Бернадоты совершенно не заботятся о жизнях своих соратников. Им плевать на установленные запреты. Что в очередной раз доказало нашу правоту.

— Всем пройтись по территории поместья и собрать энергоны. Здесь было много фонарей, ружья и другая техника. Все, срочно несите Николаю. — начал давать распоряжения Кирилл Андреевич.

Ко мне подошла Лиза и протянула небольшой мешочек, в котором лежал всего один энергон. Невероятно крупный. Таких я раньше ещё никогда не видел. Он один сможет заменить пару ящиков источников энергии.

— Перед тем как уйти, твой отец подарил мне этот энергон и сказал, что в нём скрыта великая сила. С тех пор я с ним никогда не расставалась. И вот пришло время. Используй эту силу, чтобы вывести нас из окружения.

Лиза сняла маску и потянулась ко мне, в последний момент я тоже успел оказаться без маски, чтобы получить мимолётный поцелуй. А затем рыжая плутовка поспешила отойти. Мне уже начали приносить первые энергоны. И судя по тому, как споро шло дело, необходимо уже приступать.

Первым достал огромный энергон и взял в руку все Кошачьи Глаза. Артефакт создателя активировался и начал уничтожать самоцветы, направляя освободившуюся силу на маску Судьи. В этот момент она была надета на мне. Сперва ощущалось лёгкое покалывание, но с каждой секундой оно нарастало. И уже через минуту я готов был выть от боли. Но сдерживался, чтобы никого не пугать.

У людей появилась надежда, и я не могу её разрушить своими криками.

Маска Судьи нагрелась и словно стала сплавляться с моей плотью. Было невероятно больно, но я терпел.

Процесс установления связи с маской запущен. Текущий уровень 43% из 100. Для продолжения процесса необходима энергия и подходящие материалы.

Огромный энергон был выжат полностью, как и уничтожены все Кошачьи глаза. Но к этому времени возле меня уже высилась приличная горка мелких энергонов, которая продолжала увеличиваться. А в руке появилась следующая партия самоцветов. Всё, что передал мне Горностай. Пускай система сама выбирает, какие ей подойдут.

Времени у нас оставалось совсем мало. Уже были слышны первые стычки передовых отрядов с нашими разведчиками. А ещё я ощущал нечто странное. Словно где-то очень далеко была помощь. Только необходимо её дождаться и сделать это возможно, только использовав всю силу маски Судьи. Выжав из неё и из меня всё возможное.

Что же я готов. Теперь необходимо подпустить врага поближе.

Глава 18

Всё пошло наперекосяк. Даже непонятно, как именно это случилось. Битва с войсками Бенуа набирала обороты, когда один из наших разведчиков ворвался за стену и с ужасом в голосе описал наших новых противников.

— Варвары! — воскликнул он, едва переводя дыхание. — Северные варвары пришли из-за Великой Пустыни! Их сотни!

Я оторопел от его слов, не веря собственным ушам. Северные варвары? Здесь, в сердце империи? Но как такое возможно?

— Варвары? — переспросила Морейн, ее глаза расширились от страха. — Но как? Почему они здесь?

Горностай сплюнул на землю, лицо его помрачнело.

— Не удивительно, если все это часть плана Бернадотов. Они ввязались в сговор с варварами за спиной у Великой Империи.

Повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь отдаленными звуками сражения. Все мы знали, насколько ужасающей силой обладают легендарные воины варварских орд.

— Северные варвары… — зловеще прошептала Морейн. — Их маски созданы из бесценных реликвий древности, из костей легендарных зверей и самой первозданной магии. Они не просят силы у самоцветов — они ее берут, подчиняя камни своей воле!

— Их предки были одними из первых и самых великих мастеров, — мрачно подтвердил Горностай. — Если такие легенды окажутся среди войск Бернадотов…

Он не закончил фразу, но все мы прекрасно понимали, что это значит. Разгромное поражение, скорую гибель для всех нас.

— Подождите, но как варвары могли проникнуть так далеко? — возразил я. — Ни одна армия не смогла бы просочиться через кордоны и блокпосты!

Горностай бросил на меня тяжелый взгляд:

— А ты не понимаешь? Бернадоты готовились к этому годами. Пока мы вели партизанские вылазки, они тайно переправляли силы варваров через Великую Пустыню. Накапливали их здесь, в сердце империи, формируя ударный кулак. И вот теперь он обрушился на наши головы!

Я сглотнул от осознания этой чудовищной правды. Получалось, что восстание Отступников лишь отвлекло внимание великоимперских сил, позволив Бернадотам почти в открытую пригласить древнего врага обрушиться на нас.

— Если мы их не остановим, — сурово заключил Горностай. — То они сотрут с лица земли не только Северную Империю, но и скорее всего всех остальных.

В тот самый миг, когда эти слова повисли в воздухе, я почувствовал, как сила маски Судьи вспыхнула во мне ярчайшим пламенем. Словно сработал некий таймер, и вся ее энергия высвободилась разом!

Процесс установления связи с маской завершен на 100%

Прочитал я в тусклом сиянии перед глазами, и тут же навстречу нам через крепостную стену хлынули первые волны варваров.

Я ахнул, завидев их воочию. Громадные исполинские фигуры в доспехах воителей, сплетенных из самой первобытной магии. Их маски были подлинными шедеврами древнего мастерства — зубастые пасти драконов, звериные морды, лики полузверей-получудовищ.

Каждое движение этих варваров источало первобытную мощь и звериную ярость. Их самоцветы просто пылали нечеловеческой энергией, далеко превосходящей все, что я видел прежде. Их было видно даже сквозь маски.

Моя хватка на маске Судьи усилилась, а взгляд заметался в поисках путей к отступлению. Но повсюду уже клубились тучи пыли и дыма, разгоралось пламя, слышались первые крики ужаса наших людей, столкнувшихся с этим неприятелем лицом к лицу.

Великий бой был неизбежен. И мы все это понимали.

Я сжал губы, пытаясь усмирить волнение. Сейчас предстояло вложить все силы в маску Судьи, ибо она была нашим последним шансом! Соединить ее мощь с моей волей, чтобы направить ее в самое сердце этой угрозы.

Рядом послышался крик Кирилла Андреевича.

— Черт вас всех подери!

В то же мгновение он коснулся земли ладонью — и волна зеленоватого тумана разом окутала все поле боя! Ядовитое марево вязко расстилалось вокруг нас, затушив первые вспышки огня.

— Отец, нет! — раздался душераздирающий крик Лизы, заставивший меня вздрогнуть.

Я ошарашенно повернулся к ней — и понял. Кирилл Андреевич использовал способность своей маски Василиска ценой собственных жизненных сил! Наделив все вокруг своей ядовитой силой и медленно истощая себя в последнем отчаянном порыве.

— Я помогу. У нас маски одного типа. — послышался голос слева. Ящер рванул к Василиску и теперь они оба поддерживали эту страшную атаку.

Теперь передо мной разверзлась бездна времени. Несмотря на то, что мощь двух наших бойцов была действительно велика — она лишь ненадолго замедлила варваров.

Я шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как меня переполняет ярость вперемешку с благодарностью. Кирилл Андреевич использовал все, чтобы дать нам отсрочку. И проклятье, мы ее используем!

Выпрямившись, я проорал что было мочи:

— Используйте это по максимуму! Нужно продержаться любой ценой — помощь уже в пути!

Так на самом деле и было. Потому что я уже разломал амулет, что дал мне отец, а значит он придет на помощь.

Нужно было лишь выиграть немного времени.

Варвары, чьи конечности едва шевелились под вязким покровом яда, продолжали идти вперед. А мы в это время сумели сгруппироваться, осознать ситуацию и занять позиции для контратаки.

Я стоял посреди хаоса битвы, наблюдая, как первые ряды северных варваров прорываются сквозь ядовитый туман, созданный Кириллом Андреевичем и Зеленым Ящером. Их огромные фигуры, закованные в причудливые древние доспехи, казались порождениями самого страшного кошмара. Маски на их лицах словно жили своей собственной жизнью — глаза светились неестественным пульсирующим светом, а клыки и рога двигались, как настоящие, лязгая при каждом движении.

Один из варваров, облаченный в массивную маску медведя с горящими алыми глазами, поднял руку, и я с изумлением увидел, как засветились ярким, почти ослепляющим светом.

И это были не самоцветы маски. Этот свет исходил из доспехов.

То есть доспехи тоже были артефактом!

Но вместо того, чтобы просто высвободить стихийную силу, как это делали мы, варвар словно вытянул ее из камней, сформировав в воздухе пульсирующий сгусток чистой энергии. Этот сгусток, переливающийся всеми цветами, он швырнул в нашу сторону с невероятной силой. Там, где он упал, земля вздыбилась, превратившись в острые каменные шипы, прорастающие прямо из-под ног наших бойцов.

'Невероятно, — пронеслось в моей голове. — Они действительно подчиняют самоцветы своей воле! Это не просто использование силы, это… что-то совершенно иное!

Рядом со мной раздался оглушительный грохот, от которого задрожала земля — это Феликс обрушил на варваров настоящий шквал молний. Электрические разряды плясали вокруг его тела, сливаясь в ослепительные дуги, которые, казалось, могли расколоть небо. Воздух наполнился запахом озона и горелой плоти. Несколько врагов упали, их тела дымились, но на их место тут же хлынули новые, словно бесконечный поток.

— Держать строй! Не дайте им прорваться! — проревел Феликс, отбиваясь от гиганта в маске волка с горящими зелеными глазами. Молнии Железного встречались с когтями из чистой энергии, высекая снопы искр и создавая вокруг них настоящее световое шоу.

Чуть поодаль я увидел Германа, окруженного фиолетовым сиянием телекинеза. Он левитировал в воздухе, его глаза светились неестественным светом, а вокруг него кружили обломки камней, оружие и даже тела павших врагов. Все это он швырял в варваров с невероятной скоростью и точностью. Но даже его невероятные способности не могли сдержать бесконечный натиск врага — один из варваров в маске быка, чьи рога светились зловещим красным светом, пробил его защиту и нанес сокрушительный удар.

Герман рухнул на землю, из его рта хлынула кровь, окрашивая траву в алый цвет. Я бросился было к нему, но путь преградил еще один враг — огромный варвар в маске кабана с клыками, покрытыми рунами.

Краем глаза я заметил Гиену, который носился между варварами, словно безумный вихрь. Его когти, усиленные энергией самоцветов, оставляли глубокие раны даже на мощных доспехах врага. Его безумный смех разносился по полю боя, заставляя содрогаться даже самых стойких бойцов. Но даже в этом смехе я слышал нотку отчаяния — враги были слишком сильны, их было слишком много.

— Ха-ха-ха! Давайте, ублюдки! Покажите, на что вы способны! — кричал Гиена, уворачиваясь от очередного удара и нанося свой. Но даже его невероятная скорость и ярость не могли сдержать бесконечный поток врагов.

Феникс, глава второго отряда, взмыл в воздух на огненных крыльях, созданных силой его маски. Он парил над полем боя, словно живое воплощение гнева и мощи. Его руки двигались в сложном танце, и с каждым движением на варваров обрушивался настоящий огненный шторм. Пламя ревело, пожирая все на своем пути, но варвары словно стряхивали с себя огонь, как обычную воду.

— Горите, твари! — кричал Феникс, его голос звенел от напряжения. — Горите в адском пламени!

Но даже его невероятная сила была не бесконечна. Один из варваров, чья маска напоминала голову дракона, метнул в Феникса копье, окутанное странной синей энергией. Оно пробило огненный щит нашего товарища с ужасающей легкостью. Я с ужасом увидел, как Феникс падает, оставляя за собой дымный след и капли крови.

Чуть поодаль Кирилл Андреевич, все еще поддерживающий ядовитый туман, сражался с двумя варварами одновременно. Его движения становились все медленнее, силы явно были на исходе. Пот струился по его лицу, смешиваясь с кровью от множества мелких ран. Один из врагов, гигант в маске, похожей на череп какого-то древнего чудовища, пробил его защиту и нанес глубокий удар в бок. Василиск пошатнулся, но продолжал стоять, его глаза горели решимостью.

— Лиза, держись! — прохрипел он своей дочери, отбиваясь от очередной атаки. — Мы не сдадимся!

Повсюду я видел, как наши бойцы отступают под натиском варваров. Их невероятные способности и древние маски давали им огромное преимущество. Мы теряли позиции, теряли людей… Воздух был наполнен криками боли, лязгом оружия и ревом стихий.

Я тяжело выдохнул, чувствуя, как волнение подступает к горлу. Сердце колотилось как безумное, в ушах шумело. «Так, сосредоточься» сказал я себе, сжимая кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

Я должен вложить всю свою волю в посыл. Если Судья контролировала людей, то и я смогу. Я должен.

Сконцентрировавшись на маске Судьи, я почувствовал, как ее сила наполняет меня. Это было похоже на прилив невероятной энергии, от которой покалывало кончики пальцев и кружилась голова. Каждая клеточка моего тела, казалось, вибрировала от переполняющей ее силы. Я вскинул руки, направляя эту силу на варваров, чувствуя, как она течет сквозь меня подобно бурной реке.

Потребовалось невероятное усилие воли, чтобы удержать контроль. Я чувствовал, как силы покидают меня, словно вытекая вместе с этой энергией. Из носа проступила кровь, мышцы дрожали от напряжения, но я продолжал давить. Один за другим, около двадцати варваров замерли, их глаза на мгновение потускнели, а затем загорелись новым, чужим светом. Они резко развернулись, готовые выполнять мои приказы.

— Что происходит? Николай, что ты делаешь? — услышал я удивленный возглас Горностая где-то рядом.

Я не мог ответить — все мое внимание было сосредоточено на контроле. Малейшее ослабление концентрации могло привести к потере власти над этими могучими воинами. Подчиненные мне варвары бросились на своих же товарищей, сея хаос в их рядах. Начался свирепый и ужасный бой — варвар против варвара, древняя сила против древней силы.

Я видел, как один из контролируемых мной воинов в маске медведя сцепился с гигантом в маске лося. Их схватка была подобна столкновению двух стихий — земля дрожала под их ногами, а воздух звенел от ударов. Медведь вырывал куски земли и швырял их в противника, а Лось отбивался рогами, окутанными странной зеленой энергией.

Но остальные варвары быстро поняли, что происходит. Без колебаний они начали убивать своих же, попавших под мое влияние. Я смотрел с ужасом, как моя маленькая армия тает на глазах, не в силах ничего сделать. Каждая смерть контролируемого мной варвара отзывалась болью в моей голове.

— Николай, берегись! — пронзительный крик Лизы вырвал меня из оцепенения.

Я едва успел увернуться от удара огромного топора, который рассек воздух в миллиметрах от моего лица. Контроль над варварами был потерян, и теперь передо мной стоял гигант в маске какого-то циклопа. Его единственный глаз горел яростью.

Быстро сменив маску на Белого Тигра, я приготовился к бою. Пусть так, то я лишил врага как минимум двадцати человек.

Тело изнывало от боли, но я не обращал на это внимание. Сейчас остановиться — означало лишь смерть.

Варвар взревел, и этот рев, казалось, сотряс само небо. Он бросился на меня, занося свой чудовищный топор, окутанный темной энергией.

Я ушел в сторону, чувствуя, как лезвие рассекает воздух в миллиметрах от моего лица. Порыв ветра от этого удара взъерошил мои волосы. Тут же контратаковал, выпустив когти из дыма. Они оставили глубокие борозды на доспехах варвара, но тот, казалось, даже не заметил этого.

Его следующий удар я встретил водяным щитом, созданным силой Аквамарина, но сила атаки была такова, что меня отбросило на несколько метров. Я перекатился и вскочил на ноги, чувствуя острую боль в груди — видимо, ребра не сдержали удар. Каждый вдох отдавался болью, но я заставил себя сосредоточиться на враге.

Варвар надвигался на меня, словно живая гора. Я призвал силу Рубина, окутав свои руки пламенем, и бросился в атаку. Мои огненные удары встречались с его топором, высекая снопы искр. Воздух вокруг нас накалился до такой степени, что, казалось, вот-вот вспыхнет.

Мы кружили по полю боя, обмениваясь ударами. Я был быстрее и маневреннее, но каждый удар варвара грозил разорвать меня на части. Один раз он все же достал меня — его топор чиркнул по моему плечу, оставив глубокую рану. Боль пронзила все тело, но я заставил себя не обращать на нее внимания, тут же направляя туда силу Изумруда.

Все резервы моих сил и сил самоцветов уходили на то, чтобы продержаться хоть еще немного.

Боль придала мне сил. Я отпрыгнул назад и, собрав всю мощь Белого Тигра, выпустил чудовищный поток дыма, спрятав внутри него водяное копье. Он ударил варвара прямо в грудь, пробив его доспехи.

Гигант пошатнулся, но все еще стоял на ногах. Я видел удивление в его глазах — видимо, давно никто не мог нанести ему такой урон. Но я уже готовил следующий удар, понимая, что второго шанса может не быть.

Призвав силу Сапфира, я метнулся вперед. Мир вокруг меня замедлился, я видел каждую деталь, каждое движение врага. Мои когти, усиленные энергией Турмалина, вонзились прямо в горло варвара, туда, где маска не защищала кожу.

Послышался хрип, а затем верзила рухнул на землю. Его маска треснула и развалилась, открыв изумленное лицо. В его глазах я увидел отражение своей маски — оскаленную морду Белого Тигра, залитую кровью.

Только один… а таких еще десятки

Я оглянулся, и увидел, как буквально каждый из моих товарищей сражался на исходе своих сил. Все были покрыты ранами и теряли кровь.

Морейн выжимала из маски Павлина все, что только можно было, но этого недостаточно.

Не думал, что после всего, что я прошел, мне доведется столкнуться с настолько могущественным противником.

— Коля! — Горностай буквально схватил меня за шиворот, отбрасывая назад, а сам подставил барьер чароита под удар массивной каменной глыбы. — Уходи. Прямо сейчас, если ты уйдешь в тенях, то сможешь вместе с отцом остановить все это. Просто отринь свою чертову честь и уйди. Забери с собой кого-то одного, может двоих, если сможешь. И уходи!

Фиолетовый барьер замерцал и исчез.

Я тут же рванул вперед, окутывая руку сразу несколькими слоями плотного дыма и ударил по очередной атаке, в этот раз водной стихии, защищая Горностая.

Хотел сказать ему, что он идиот.

Но не успел.

Внезапно мое внимание привлекло какое-то движение на краю поля битвы. Сквозь дым и пыль я разглядел высокую фигуру мужчины, появившегося словно из ниоткуда. Его осанка и уверенные движения сразу выдавали в нем лидера. Он был облачен в массивные доспехи, украшенные рунами, а его маска напоминала морду бегемота.

Этот воин отдавал команды, его глубокий голос разносился над полем боя, перекрывая шум сражения. Варвары, казалось, воспряли духом, услышав его, их атаки стали еще яростнее.

Следом он вскинул руку, и небо словно в миг заволокло тяжелыми тучами.

— Проклятье… — послышался голос Морейн. — это их командир!

Однако в тот же миг с противоположной стороны поля боя раздался оглушительный рев. Я резко повернулся, и мое сердце пропустило удар.

Там, в клубах дыма и пыли, появились пять фигур. Пять воинов в масках драконов, чья мощь ощущалась даже на расстоянии. Их присутствие словно изменило саму атмосферу вокруг, наполнив воздух электричеством.

Во главе этой группы шел человек в маске Золотого Дракона. Мой отец. Он пришел!

Рядом с ним, словно верные стражи, шли еще четыре воина: в масках Черного, Изумрудного, Красного и Пурпурного Драконов.

— Ложа Драконов… — услышал я изумленный шепот Горностая рядом со мной.

Его голос дрожал от благоговейного страха и восхищения. Я никогда не видел его таким потрясенным.

Варвары тоже заметили новоприбывших. По их рядам прокатилась волна неуверенности, некоторые даже сделали шаг назад.

И тут случилось нечто невероятное. Мой отец поднял руку, и с его ладони сорвался луч ослепительного света, что в мгновение расчистил небо. Он был подобен самому солнцу, спустившемуся на землю. Этот луч прорезал поле боя, сметая все на своем пути.

Варвары, попавшие под удар, буквально за мгновение превратились в пепел. Их тела, казавшиеся неуязвимыми для наших атак просто испепелило.

Я стоял, ошеломленный этим зрелищем. Сила, только что продемонстрированная отцом, казалась невероятной, почти божественной.

Горностай рядом со мной кивнул, его глаза были широко раскрыты.

— Теперь ты видишь, Николай, — произнес он тихо, — почему твой отец считается одним из сильнейших носителей масок во всем мире. И почему Ложа Драконов вызывает такой страх и уважение. Я рад, что они на нашей стороне.

Глава 19

Следом за золотым лучом последовали ещё четыре. Они были немного слабее атаки отца, но также эффективно убивали варваров.

— Всем собраться вместе! — послышался зычный голос Горностая. У нас был шанс, пока варвары в замешательстве. Шанс занять оборону и перегруппироваться. Варваров было слишком много. Сомневаюсь, что даже драконы смогут переломить ход битвы. К тому же у варваров были и свои драконы. А их командир и вовсе встретил четыре из пяти лучей и смог подавить их силу.

Многие из наших разобрались со своими противниками, воспользовавшись шансом, подаренным Ложей Драконов. Они спешили к нам. Спешили. Подбирая раненых товарищей. Тех, кого ещё можно было спасти.

Вот Гиена подхватил сразу двоих — Василиска и Зелёного Ящера. Феликс завалил на плечо Борю, который сейчас выглядел так, словно не ел ни разу в жизни. Сплошные кожа да кости. Лиза хромала, таща за собой кого-то из первого отряда. Ранены были абсолютно все. Ещё полчаса, и нас бы снесли. Втоптали в землю и превратили в пыль. Досадная помеха, которую пришлось выкорчёвывать с корнем. Но полчаса у Варваров не было.

Первоначальный шок начал быстро проходить. И в нас полетели новые атаки, но они наткнулись на Изумрудную стену барьера, что возвёл один из спутников отца. От барьера к нам потянулись изумрудные нити, которые несли в себе силу исцеления.

Мимо пронеслось ещё несколько смертоносных лучей, забирая жизни варваров. Но на этот раз их командир оказался готов к этому. Он взревел, перекрывая своим криком все остальные звуки. Сердце пропустило несколько ударов, и сразу после этого и без того огромный воин начал раздаваться в размерах. Его тело окутало яркое сияние, и все атаки драконов, притянулись к сиянию, словно к магниту. Пасть бегемота распахнулась и поглотила их.

Мы ничего не могли сделать. Только смотреть, как сражаются настоящие титаны. Именно так сейчас представлялись драконы и бегемот. Пять ящериц, против одного великана. Пять мастеров, против искуснейшего воина, что смог подчинить своей воле не только маску, но и камни. Невероятно чистые и могущественные. Даже моя способность не могла показать, какие камни вставлены в маске Бегемота.

Его рёв заставил варваров прийти в себя и вновь броситься в атаку. Броситься под убийственные удары Ложа Драконов. Но драконы не спешили.

После того как командир варваров проглотит все их атаки, они больше не тратили силы.

— Ты как? — спросил я у Лизы, подставляя ей своё плечо. Израненные бойцы стояли, готовые в любой момент вновь броситься в бой. Умереть, но забрать как можно больше жизней противника.

— Бывало и хуже. Сегодня точно не собираюсь умирать. Лучше позаботься о своих ранах. Вон, как тебе плечо разворотили.

Я лишь отмахнулся от слов Лизы. Изумруд Жизни отлично справляется с тем, чтобы я мог и дальше сражаться. А боль придаёт мне злости. Самое то, чтобы прикончить ещё несколько варваров.

— На мне всё заживает очень быстро. Когда придёт время, уходи в тень и возвращайся на базу отступников. Ты единственная, кого я могу попросить позаботиться о матушке.

— Ты так говоришь, словно собираешься помереть здесь. И это мне очень не нравится. Я не собираюсь оставаться без жениха, ещё до объявления помолвки. Пойдём вместе со мной. Отец…

Что именно Лиза не договорила, посмотрев в сторону дряхлого старика, в которого превратился Кирилл Андреевич. Даже несмотря на то, что он находился в маске, всем было прекрасно это видно. Морщинистые руки, покрытые кровью, сильно дрожали, как и все тело Василиска. Его волосы полностью побелели, а некогда гордая и прямая осанка, превратилась в сгорбленный крючок. Но даже в таком состоянии он всё ещё хотел сражаться. Не собирался отступать. Рядом с ним и Зелёным Змеем крутилось облако, наполненное ядом.

Всё это происходило на фоне продолжающегося сражения. Драконы промчались мимо нас, обрушивая свою мощь на варваров. Они умирали, но даже не думали останавливаться. Не думали бояться, и шли на смерть с высоко поднятой головой.

— Не ожидал, что Бернадоты зашли так далеко. Теперь ничто не помешает мне, как Куратору привлечь их к ответу. — раздался голос отца, слегка приглушённый маской. Я даже не заметил, как он подошёл к нам. — Но поговорим об этом потом. Возьми сын и активируй его при помощи артефакта создателя. Ты должен остаться жив, что бы ни случилось. Этот командир Варваров превосходит драконов по силе.

Больше отец ничего не сказал, он сунул мне в руки, какой-то металлический шар и взмыл в небо, бросившись в сторону Бегемота, который всё ещё продолжал увеличиваться. Он уже вымахал выше поместья Бенуа. Ещё несколько энергетических лучей ударили в Бегемота и были поглощены. А затем его доспехи резко поглотили все свечение, и я ощутил опасность. Такую же, как и при первой встрече с Горностаем. Тогда нам удалось спастись с огромным трудом. А сейчас единственным шансом на спасение был предмет, переданные отцом.

Я положил руку на шар и активировал артефакт создателя.

Найдена портативная установка защитного поля. Уровень Легендарный. Создан артефактором Агриппой Арсеньевым. Родовой, улучшенный. Радиус действия десять метров. Разрешение на использование подтверждено. Активировать артефакт?

Конечно, активировать. Тут и думать нечего. Сразу после этого ощутил, как из меня вытягивают всю энергию, что была. Из всех камней и масок. Даже из тех, что находились в хранилище. Но этого было всё равно недостаточно, чтобы напитать артефакт. Тогда я отдал ему приказ забирать энергию у всех, до кого сможет дотянуться. В одно мгновение начали пропадать маски с лиц бойцов. Они не понимали, что происходит. Но так было нужно.

Отец уже подлетел к Бегемоту, в его руках появился ослепительный золотой меч, который был в несколько раз больше его самого. Как только это произошло, Бегемот нанёс свой удар. Невероятно плотная волна смертоносной энергии устремилась в нашу сторону. Устремилась в отца, но перед ним возникло защита, созданная другими драконами. Она смогла выдержать удар и рассыпалась через пару мгновений. Как раз к этому моменту энергии было собрано достаточно и активировался защитный артефакт.

Но десять метров оказалось слишком мало, чтобы прикрыть всех. Изумрудная защита исчезла, полностью поглощённая атакой Бегемота. И сразу же исчез лечебный эффект. Послышались стоны раненых, но они быстро стихли. Под удар Бегемота попала Морейн. Я видел, как в одно мгновение она осталась без кожи. А затем её словно раздавил великан. Кровь брызнула во все стороны. Таких Бойцов, как Морейн было очень много. От всех остались лишь кровавые ошмётки.

— Это чудо, что мы остались живы. — произнёс Горностай. Также не в состоянии поверить, что такое возможно.

Энергия в установке истощена. Для последующего её использования необходима подзарядка.

Вылезло перед глазами. Со своей задачей артефакт справился. Смог сдержать один удар Бегемота. А второй ему уже не позволят нанести. Отец обрушил на противника чудовищный меч, заставляя того отойти. Отойти прямо в ловушку, подготовленную другими драконами.

Я понятия не имею, когда они только успели её оставить. Но великан оступился, его охватили всплески энергии драконов, сковывая, словно цепями. Ни его доспех, ни его маска, ни воля, способная подчинять себе сильнейшие самоцветы, ничего не могло противиться этой силе. Бегемот замер на месте, и в этот момент меч отца вонзился ему в глаз. Послышался оглушительный треск, маска бегемота раскололась, и в следующее мгновение рвануло.

Мощнейшая ударная волна начала сносить вовсе на своём пути. Поместье Бенуа в одно мгновение начало превращаться в руины. Я видел, как над нашими головами пролетел отец, отброшенный чудовищным взрывом. Как несколько каменных осколков ударили по нам, забирая очередные жизни. И уже собрался прощаться с Лизой, когда перед нами встали две фигуры. Одна могучая, а вторая совсем тщедушная. У Феликса и Бори уже не осталось энергии в масках, но они всё равно решили защитить нас.

Практически одновременно они пронесли руку к лицу, призывая свои маски. А затем ударная волна накрыла нас. Накрыла всех, кто сегодня пришёл разобраться с Бенуа и попал в столь многослойную ловушку. В которой Бернадоты собирались разобраться со всеми проблемами сразу. Это последние мысли, что промелькнули у меня в голове, перед тем, как наступила темнота.

* * *

— Мои воины погибли, хотя ты говорил, что среди отступников нет никого, кто сможет на равные противостоять им. Ты должен понимать, что были потрачены огромные ресурсы, которые теперь необходимо восстановить. Не просто восстановить, а увеличить минимум втрое, чтобы всё компенсировать.

Тщедушный человек, в каких-то старых шкурах сидел за императорским столом и ковырялся в ногтях небольшим кинжалом. При этом он даже не смотрел на своего собеседника, всячески показывая своё недовольство. И был этим собеседником император Северной империи. Альфорно Бернадот. А его собеседником был всего лишь мелкий военачальник могущественной империи варваров, что обрушилась на протектора Северной империи и совсем скоро должна поработать её.

Представители варваров связались с Бернадотами ещё до начала правления Альфорно. Тогда они показали, насколько велика разница в силе между крошечной империей, которую более крупный игрок использует в качестве энергетического донора. Показали более радужные перспективы, что появятся у столь небольшого и слабо защищённого государства, если оно сменит хозяина. Начнёт сотрудничать с варварами. Поставлять энергоны им. Отец Альфорно увидел эту выгоду и заключил новое соглашение. В обход бывших хозяев Северная империя начала снабжать варваров энергонами. Для этого даже были инициировано уничтожение нескольких энергоновых шахт, что позволило высвободить часть ресурсов для поставок варварам.

Взамен они начали вводить в Северную империю одну из своих боевых частей. Клан Драанта. И его глава сейчас сидел в кабинете императора Альфорно, на его месте и отчитывал правителя. А ведь это его воины оказались настолько слабы, что проиграли отступникам. Проиграли кучке отбросов, которые осмелились восстать против Бернадотов. Но сейчас не время идти против варваров. Они ещё нужны Альфорно. Сперва они должны разобраться с отступниками, а уже потом он разберётся с ними. Для этого уже всё было готово. Пусть гибель сестры внесла огромные коррективы в его план, но Бернадоты всё равно возьмут своё.

— Мы увеличим поставки энергонов втрое. А ещё сверху добавим по пять килограммов базовых самоцветов. Уверен, что этого будет достаточно для компенсации потерь, понесённых вашим племенем.

— По десять килограммов. На этом континенте самоцветы слишком паровые. Только и годятся, что на выплавку в доспехи. Их невозможно использовать в масках. Не понимаю, как ваши мастера работают с таким убожеством.

— У них просто нет выбора. — пожал плечами Альфорно. — Ещё я хочу предложить вам тонну энергонов из моих запасов. Это будет плата за уничтожение оставшихся отступников. Их осталось совсем мало, и один мощный удар вполне может помочь мне навсегда забыть об этой проблеме. Что, в свою очередь, позволит перейти к плану по скидыванию ярма Великой империи.

— Это наша главная задача. — согласился варвар. — Перекрыть поставку энергонов, и тогда противник не устоит. Только для этого необходимо разобраться с куратором. И, как ты понимаешь, сделать это будет очень сложно. Куратор показал себя и убил одного из моих лучших воинов. Я взращивал его с рождения. Вскармливал силой самоцветов и подбирал лучшие артефакты.

Опять началась торговля. Проклятый варвар. Уже вытряс из Альфорно непростительно много, но ему всё мало. Но ничего. Совсем скоро он захлебнётся в собственной жадности. Энергоны и самоцветы Северной империи полезут у него из глотки.

— Вы же понимаете, что все шахты работают на пределе. Мы физически не сможем добывать больше энергонов. К тому же нам необходимы люди, чтобы искать новые месторождения. Но сейчас я не могу выделить и одной группы для поисков. Все заняты на добыче.

— Это все пустые отговорки. У тебя тысячи бесполезных подданных, которые только и занимаются, что пируют, развлекаются и тратят деньги. Схвати тысячу таких бездельников и сможешь получить одного хорошего добытчика. Десять тысяч, и вот у тебя уже готов отряд.

— Народ начнёт роптать, а потом поднимет бунт.

— Затопи их в крови, и никто не посмеет тебе возразить. Правитель не должен быть очень жестоким. Его должны бояться. Удержаться на вершине власти может только сильный.

— Так и есть. Но я всё равно не могу пойти против своих граждан. Я пока не готов к этому. Слишком мало сил нам удалось скопить. И если вы не поддержите меня. Если не разберётесь с отступниками, то для подготовки потребуется ещё несколько десятилетий.

— Это, слишком много. Мы и так непростительно долго возимся с Северной империей. Великий шаман уже несколько раз обращался ко мне. Торопил. Но ничего так и не изменилось. Я даже впал в немилость и лишился части своих сил. Скажи спасибо, что не требую компенсировать и эту потерю.

Варвар, наконец, прекратил ковыряться в ногтях и посмотрел на императора. Альфорно невольно отпрянул от него, встретившись взглядом с жёлтыми глазами, практически лишенными зрачка. Вместо него, была лишь небольшая горизонтальная полоса, по которой проскакивали возмущения. Император видел подобное только в больницах, на медицинских аппаратах.

— А что скажет Великий шаман, если мы подарим ему три шахты? Только вам необходимо будет самим организовать добычу энергонов. Использовать для этого лишь своих людей.

Альфорно выложил на стол козырь, который он приберегал уже очень давно. И сейчас наступил самый подходящий момент, чтобы его достать. К тому же на шахтах уже всё готово. Любой варвар, который войдёт внутрь уже будет обречён. Когда императору понадобиться, он сможет убить их одним щелчком пальцев. В Северной империи имеются специалисты, которые способны устроить ловушку даже для сильнейших варваров.

— Великий шаман будет рад такому подарку. Я лично отберу людей, которые начнут добычу.

— В таком случае предлагаю не медлить и прямо сейчас отправиться к шахтам.

— Только сперва я отберу воинов, которые положат конец отступникам. Раз это они мешают тебе начать осуществлять наш план, то нужно их просто уничтожить.

— Не зря именно ваше племя отправили к нам на помощь. — широко улыбнулся император Альфорно, предвкушая, с каким удовольствием он будет щёлкать пальцами.

Глава 20

Я медленно приходил в себя, ощущая каждой клеткой тела невыносимую боль. Глаза с трудом открылись, и первое, что я увидел — это размытый силуэт склонившейся надо мной Лизы. Ее рыжие волосы были спутаны и покрыты пылью, на лице застыло выражение тревоги и облегчения одновременно.

— Коля! Ты очнулся! — воскликнула она, и я почувствовал, как ее теплая рука сжала мою. — Я так боялась…

Я попытался ответить, но из горла вырвался лишь хрип. Лиза тут же поднесла к моим губам флягу с водой. Живительная влага пролилась в пересохшее горло, и я наконец смог говорить.

— Что… что произошло? — спросил я, пытаясь приподняться.

Лиза мягко удержала меня.

— Лежи, тебе нужно отдохнуть. Мы победили, Коля. Бенуа уничтожены, варвары разбиты. По крайней мере один этот отряд.

Воспоминания о битве обрушились на меня лавиной. Чудовищный взрыв, гибель многих наших товарищей, невероятная мощь Ложи Драконов и моего отца. Я закрыл глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

— Кто? — только и мог спросить я, боясь услышать ответ.

Лиза на мгновение замолчала, и я почувствовал, как ее рука задрожала в моей.

— Мы потеряли многих, Коля. Морейн… она погибла, защищая других. Эдуард тоже не выжил. Герман… он в критическом состоянии, Богиня борется за его жизнь.

Я сжал зубы, чувствуя, как горечь утраты сдавливает горло. Столько жизней, столько друзей… И все из-за жажды власти Бернадотов.

— А твой отец? Горностай? Остальные? — спросил я, открывая глаза и встречаясь взглядом с Лизой.

— Они живы, — ответила она, слабо улыбнувшись. — Потрепаны, но живы. Твой отец и другие драконы сейчас совещаются с Горностаем и выжившими лидерами отступников. Ситуация… сложная.

Я попытался сесть, игнорируя боль в теле. Лиза помогла мне, поддерживая за плечи. Только сейчас я заметил, что мы находились в какой-то палатке, вокруг лежали раненые.

— Расскажи мне все, — попросил я, сжимая руку Лизы. — Я должен знать.

Она глубоко вздохнула и начала рассказывать. Оказалось, что после взрыва, уничтожившего лидера варваров, остальные захватчики были быстро подавлены объединенными силами отступников и Ложи Драконов. Бенуа были полностью разгромлены, их поместье превратилось в руины.

— Но это была только часть проблемы, — продолжила Лиза, и ее голос стал серьезнее. — Твой отец и другие драконы обнаружили, что основные силы варваров находятся совсем недалеко, в северной пустыне. Они готовятся к полномасштабному вторжению в империю.

Я почувствовал, как холодок пробежал по спине.

— Но зачем? Почему сейчас?

— Энергоны, — ответила Лиза. — Варвары узнали, что Северная империя — основной поставщик энергонов для Великой империи. Они хотят захватить источник и тем самым выиграть войну. Но есть одна проблема — варвары не умеют добывать энергоны сами. Поэтому они действуют хитростью и обманом.

Я задумался, пытаясь осмыслить услышанное.

— И Бернадоты заключили с ними союз… — догадался я.

Лиза кивнула, ее лицо помрачнело.

— Судя по всему Бернадоты уже давно вступили в сговор с варварами. Они тайно поставляли им энергоны в обмен на поддержку в борьбе против Великой империи. Бернадоты планировали использовать варваров, чтобы свергнуть власть Великой империи, а затем… Не пойму, как они хотели избавиться от варваров.

Я почувствовал, как гнев закипает внутри меня.

— Предатели… Они готовы уничтожить всю империю ради своих амбиций!

Лиза сжала мою руку, пытаясь успокоить.

— Именно поэтому мы должны действовать быстро. Ложа Драконов предлагает ударить по варварам, потеря этого отряда уже неплохо ударила по ним.

Я начал понимать всю серьезность ситуации.

— Значит, нам нужно собрать как можно больше бойцов и нанести удар по варварам, пока они не оправились?

— Да, — подтвердила Лиза. — Если мы не остановим их сейчас, они захватят Северную империю. И тогда…

Она замолчала, не в силах произнести ужасающую перспективу.

— Все жители станут рабами, которые должны добывать энергоны — закончил я за нее, чувствуя, как внутри все сжимается от этой мысли.

Мы сидели в тишине некоторое время, осмысливая ситуацию. Я смотрел на Лизу, отмечая следы усталости и боли на ее лице. Она тоже пострадала в этой битве, но держалась невероятно стойко.

— Как ты? — спросил я мягко, поднимая руку и осторожно касаясь ее щеки.

Лиза прильнула к моей ладони, закрывая глаза.

— Я в порядке, Коля. Просто… это все так ужасно. Столько смертей, столько разрушений. И это только начало.

Я притянул ее к себе, игнорируя боль в теле. Лиза уткнулась лицом в мое плечо, и я почувствовал, как ее тело содрогается. Все напряжение последних дней, страх потерять меня, ужас от пережитой битвы — все это наконец прорвалось наружу.

Я гладил ее по спине, шепча слова утешения. В этот момент я поклялся себе, что сделаю все возможное, чтобы защитить ее и всех, кто мне дорог. Чего бы это ни стоило.

Через некоторое время Лиза успокоилась и отстранилась, вытирая глаза.

— Прости, — пробормотала она. Я должна быть сильнее.

— Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю, — сказал я, глядя ей в глаза. И мы справимся с этим вместе.

Лиза слабо улыбнулась и кивнула. В этот момент полог палатки отодвинулся, и вошел Горностай. Его обычно уверенный вид был нарушен — одежда порвана и испачкана кровью, на лице свежие шрамы.

— Николай, ты очнулся, — сказал он, подходя к нам. — Хорошо. Нам нужен каждый боец, особенно такой талантливый мастер масок.

Я попытался встать, но тело все еще не слушалось. — Я готов помочь чем смогу. Что нам нужно делать?

Горностай присел рядом с нами.

— Сейчас идет совещание. Твой отец и другие драконы рассказывают о ситуации с варварами. Нам нужно собрать все доступные силы и нанести удар в ближайшие дни. Но прежде всего, нам нужны маски. Много масок.

Я понял, к чему он клонит.

— Вы хотите, чтобы я создал новые маски для бойцов?

— Скорее обновил, — кивнул Горностай. — Твой талант сейчас бесценен. Ты единственный, кто может создавать маски легендарного уровня. Нам нужно вооружить наших бойцов лучшим, что только возможно.

Я задумался. Создание масок требовало огромных усилий и энергии, особенно в моем нынешнем состоянии. Но выбора не было.

— Я сделаю все, что в моих силах, — сказал я твердо. Но мне понадобятся материалы и энергоны.

— Все будет, — заверил меня Горностай. Мы собрали все, что смогли найти в поместье Бенуа и на поле боя. Плюс то, что у нас было в запасе. Этого должно хватить.

Я кивнул, чувствуя, как решимость наполняет меня новыми силами.

— Когда начнем?

— Как только ты будешь готов, — ответил Горностай. — Но не торопись. Тебе нужно восстановиться.

В этот момент в палатку вошел мой отец, Александр. Его золотая маска дракона была слегка помята, но все еще излучала невероятную мощь. Он снял ее, и я увидел усталое, лицо.

— Сын, — сказал он, подходя ко мне. — Я рад, что ты в порядке.

Александр положил руку мне на плечо, и я почувствовал, как по телу разливается тепло. Его энергия, энергия легендарного мастера масок, проникала в меня, исцеляя раны и восстанавливая силы.

— У нас мало времени, — сказал он серьезно. — Ситуация критическая. Варвары готовятся к полномасштабному вторжению. Если мы не остановим их сейчас, последствия будут катастрофическими.

— Какой план?

Отец улыбнулся, и в его глазах мелькнула гордость.

— Ты вырос сильным мастером, Николай. Твой талант сейчас нужен как никогда. Мы с Горностаем обучим тебя некоторым секретам создания легендарных масок. Но главное — твое собственное мастерство и интуиция.

Наконец я почувствовал себя лучше после поддержки отца и поднялся на ноги. Мы вышли из палатки, и я увидел, как вокруг кипит деятельность. Бойцы готовили оружие, целители заботились о раненых, разведчики сновали туда-сюда с докладами. Воздух был наполнен напряжением и ожиданием.

Лиза шла рядом со мной, ее рука крепко сжимала мою.

Я благодарно улыбнулся ей. Вместе мы направились к импровизированной мастерской, где уже были собраны все доступные материалы для создания масок.

Следующие несколько дней слились для меня в один бесконечный поток работы. Я создавал маски почти без остановки, вкладывая в каждую все свое мастерство и силу. Отец и Горностай помогали мне, делясь секретами и техниками, о которых я раньше даже не подозревал.

Лиза была рядом постоянно, помогая с мелкими деталями, подавая инструменты и материалы, поддерживая меня, когда силы были на исходе. Ее присутствие придавало мне сил, напоминая, ради чего я работаю так усердно.

Каждая созданная маска была шедевром. Я вкладывал в них не только свое мастерство, но и частичку души, зная, что от этих масок будет зависеть жизнь наших бойцов и судьба всей империи.

Между работой я узнавал новости о подготовке к предстоящей битве. Горностай и другие лидеры отступников собирали все доступные силы. К нам присоединялись бойцы из других Великих Домов, люди, готовые сражаться за свою свободу. Даже часть сил тайной полиции перешла на нашу сторону, осознав предательство Бернадотов.

Отец и Ложа Драконов продолжали совершать вылазки против варваров, не давая им возможности полностью подготовиться к вторжению. Но мы все понимали, что решающая битва неизбежна.

На пятый день непрерывной работы я создал свою последнюю маску. Это была маска льва, величественная и мощная. Я вложил в нее все, что узнал за это время, все свое мастерство и силу. Когда я закончил, то почувствовал, что выжат полностью.

Отец подошел ко мне, положив руку на плечо.

— Ты превзошел все мои ожидания, сын, — сказал он с гордостью. — Эти маски изменят ход битвы.

Я устало улыбнулся, чувствуя странное удовлетворение.

— Надеюсь, этого будет достаточно.

— Должно быть, — ответил отец серьезно. — Потому что время пришло. Варвары начали движение. Мы выступаем на рассвете.

* * *

Золотые лучи заходящего солнца пробивались сквозь высокие витражные окна тронного зала императорского дворца, окрашивая мраморные колонны и мозаичный пол в теплые оттенки. Император Альфорно Бернадот восседал на массивном троне, украшенном драгоценными камнями и замысловатой резьбой. Его лицо, обычно исполненное надменности и уверенности, сейчас выражало едва скрываемое беспокойство.

Перед троном стоял высокий, мускулистый мужчина с длинными черными волосами, заплетенными в множество косичек. Его кожа была покрыта татуировками. Это был Рагнар Железный Кулак, один из самых влиятельных вождей варваров.

— Ваше императорское величество, произнес Рагнар с едва уловимой насмешкой в голосе, — Мои люди недовольны. Вы обещали нам богатые земли и неограниченный доступ к энергонам. Но пока мы видим лишь пустые обещания и жалкие подачки.

Альфорно напрягся, его пальцы сжались на подлокотниках трона.

— Мы выполняем наши обязательства, Рагнар, — ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. — Но такие вещи требуют времени. Мы не можем просто взять и отдать вам половину империи.

Рагнар усмехнулся, обнажив ряд острых зубов.

— Время? У нас его нет, император. Мои воины жаждут битвы и добычи. Если вы не можете предоставить нам то, что обещали, мы возьмем это сами.

В этот момент двери тронного зала распахнулись, и в помещение вошла императрица Елена Бернадот в сопровождении своего сына, наследного принца Максимилиана. Елена была высокой, статной женщиной с огненно-рыжими волосами и пронзительными зелеными глазами. Максимилиан, юноша лет восемнадцати, унаследовал внешность матери, но в его взгляде читалась неуверенность и страх.

— Что здесь происходит? — властно спросила Елена, окидывая взглядом напряженную сцену.

Альфорно поднялся с трона, приветствуя свою супругу.

— Мы обсуждаем детали нашего… соглашения с нашими союзниками.

Рагнар повернулся к императрице, его глаза сузились.

— Соглашения? Скорее, вашего предательства, императрица. Вы обещали нам власть над этими землями в обмен на нашу помощь в борьбе с Великой Империей. Но теперь, когда мы здесь, вы пытаетесь обмануть нас.

Елена выпрямилась, ее глаза сверкнули.

— Осторожнее со словами, варвар. Ты говоришь с императорской семьей.

Напряжение в зале достигло критической точки. Максимилиан нервно переминался с ноги на ногу, его рука инстинктивно потянулась к рукояти церемониального меча на поясе.

Рагнар заметил это движение и расхохотался.

— Что, мальчик? Думаешь, сможешь справиться со мной своей игрушкой?

Альфорно поспешно вмешался, пытаясь разрядить обстановку.

— Давайте все успокоимся. Я уверен, мы можем найти компромисс, который удовлетворит обе стороны.

Но было уже поздно. Рагнар резким движением сорвал с пояса свою маску — жуткое изображение оскаленной волчьей пасти — и надел ее. В тот же миг воздух в зале наполнился тяжелой, удушающей энергией.

— Хватит пустых слов, Бернадот, — прорычал варвар сквозь маску. — Мы пришли за тем, что нам причитается. И мы это возьмем.

Альфорно отступил на шаг, его рука потянулась к собственной маске, спрятанной в складках мантии. Но Рагнар оказался быстрее. Одним молниеносным движением он преодолел разделявшее их расстояние и схватил императора за горло.

— Отец! закричал Максимилиан, выхватывая меч. Но не успел он сделать и шага, как двери тронного зала снова распахнулись, и в помещение ворвались десятки варварских воинов, все в масках, источающих первобытную силу.

Елена, не теряя ни секунды, активировала свою маску — изящное изображение морды куницы. Воздух вокруг нее заискрился, и она метнула в Рагнара сгусток ослепительного пламени.

Варвар отшвырнул Альфорно и едва успел уклониться от атаки императрицы. — Взять их! — проревел он своим воинам.

Началась хаотичная битва. Максимилиан, несмотря на свою неопытность, храбро сражался, прикрывая отца, который все еще пытался надеть свою маску. Елена, окруженная вихрем огня, держала на расстоянии сразу нескольких варваров.

Но силы были слишком неравны. Варвары, чьи маски были созданы из древних, могущественных материалов, постепенно теснили императорскую семью.

— Мы должны уходить! — крикнула Елена, отбивая очередную атаку. — Альфорно, активируй защитный механизм!

Император, наконец справившийся со своей маской, кивнул. Он прикоснулся к одной из колонн, и часть стены за троном с грохотом отъехала в сторону, открывая потайной ход.

— Максимилиан, быстро! — скомандовала Елена.

Юный принц неохотно отступил к проходу, продолжая отбиваться от наседающих врагов. Все трое нырнули в проход и тут же яростное пламя ударило по верхушке, заваливая его.

Сверху слышались гневные ругательства, но после Рагнар сказал, что плевать, Правитель, что бросил свой престол — не стоит внимания.

Какое-то время они шли по длинному тоннелю, после чего добрались до выхода который вел в небольшую рощу за пределами дворца. Здесь их уже ждал отряд верных гвардейцев с лошадьми.

— Ваше величество, — поклонился командир отряда, — Мы надеялись что вы сможете уйти, поэтому ждали вас здесь. Весь дворец окружен варварами… Говорят, сам Великий Шаман прибыл.

Альфорно на мгновение задумался, глядя на дворец вдалеке. Его лицо исказила гримаса боли и ярости.

— Значит эти идиоты решили взять все в свои руки. Проклятье. С одной стороны Варвары, а с другой…

— Куда мы направимся, ваше величество? — склонив голову спросил командир.

— На север, — наконец ответил Альфорно. — Видимо придется пойти на крайние меры, чтобы не отдать всю империю.

— Что ты задумал? — спросила Елена.

— Просить помощи у Отступников.

С этими словами император вскочил на коня. Максимилиан последовал его примеру, бросив последний взгляд на дворец.

Отряд галопом понесся прочь, оставляя за собой город, погружающийся в хаос. Варвары захватили императорский дворец, но война за Северную Империю только начиналась.

А в тронном зале, среди обломков и следов ожесточенной битвы, Рагнар Железный Кулак поднял с пола корону Бернадотов. Он повертел ее в руках, а затем с презрительным смехом надел на себя.

— Теперь это наша империя, — прорычал он своим воинам. — И мы возьмем от нее все, что пожелаем.'

Варвары взревели в ответ, празднуя свою победу.

Глава 21

Я стоял в импровизированной мастерской, вытирая пот со лба после очередного сеанса создания масок. Отец работал рядом, его руки двигались с невероятной скоростью и точностью, создавая очередной шедевр. Напряжение витало в воздухе — мы все понимали, что времени остается все меньше.

Внезапно полог палатки отодвинулся, и внутрь заглянул один из разведчиков отступников. Его лицо было напряженным, а в глазах читалось удивление.

— Простите за беспокойство, мастер Александр, Николай, — начал он, переводя взгляд с меня на отца. — У нас… неожиданные гости. Император Альфорно Бернадот со своей семьей и небольшим отрядом. Они просят встречи.

Я замер, не веря своим ушам. Бернадоты? Здесь? Отец медленно отложил инструменты и повернулся к разведчику.

— Ты уверен? Может ловушка? — спросил он спокойно, но я чувствовал, как напряглись его плечи.

Разведчик кивнул.

— Да, господин. Они ждут у границы лагеря. Горностай уже там. Мы прочесали окрестности и окружили их, никаких признаков, что это ловушка — нет, они не выказывают агрессии.

Отец посмотрел на меня.

— Пойдем, Николай. Нужно выяснить, что происходит.

Мы быстро вышли из мастерской. По пути к нам присоединилась Лиза, ее глаза горели любопытством.

— Это правда? Бернадоты здесь? — прошептала она мне.

Я кивнул, чувствуя, как внутри закипает гнев. Эти предатели, из-за которых погибло столько наших друзей, теперь пришли к нам?

Мы подошли к границе лагеря. Там уже стоял Горностай, скрестив руки на груди. Перед ним — небольшая группа людей. Я сразу узнал Альфорно Бернадота — высокого мужчину с властным лицом. Рядом с ним стояла женщина с огненно-рыжими волосами — очевидно, его жена. За ними — молодой парень, наверное, их сын, и пара десятков гвардейцев.

Лица Бернадотов были измучены, одежда порвана и испачкана. Они явно проделали долгий путь.

Горностай повернулся к нам и насмешливо хмыкнул.

— А, вот и вы. Коля, мастер Александр, наши, кхм… гости хотят поговорить.

Альфорно шагнул вперед.

— Николай Арсеньев, слава о вас быстро набирает обороты, — начал он, но я не выдержал.

— Как вы смеете приходить сюда⁈ — выпалил я, сжимая кулаки. — После всего, что вы сделали!

— Николай, подожди, — произнес отец, положив руку мне на плечо. Но я не мог остановиться.

— Вы предали империю! Заключили сделку с варварами! Из-за вас погибли наши друзья!

Лицо Альфорно исказилось.

— Ты думаешь, я не знаю это⁈ — прорычал он. — Думаешь, я не понимаю, какую ошибку совершил⁈

— Тогда зачем вы здесь? — спросил я, пытаясь успокоиться.

Альфорно глубоко вздохнул.

— Потому что теперь речь идет о выживании. Варвары предали нас. Они захватили дворец, убили многих наших людей. Если мы не остановим их, вся империя падет.

Наступила тишина. Я посмотрел на отца и Горностая — их лица были серьезны.

— Расскажите нам все, — наконец произнес отец. — С самого начала.

Мы отвели Бернадотов в отдельную палатку. Там Альфорно рассказал нам о сделке с варварами, о том, как он надеялся использовать их силу, чтобы избавиться от влияния Великой Империи, а потом и от самих варваров. И о том, как все пошло не по плану. Игра вышла слишком сложной и его сил не хватило. Хотя, признаться, цели были не такими уж и низменными.

— Я не думал, что они окажутся настолько сильны, — признался он. — И не знал, что может произойти… вот так.

— И теперь вы пришли к нам за помощью, — подытожил Горностай. — После всего, что сделали. Думаешь можно просто извиниться и все будет в порядке?

Альфорно кивнул.

— Я знаю, что не заслуживаю вашего доверия. Но у меня есть то, что может помочь в битве против варваров. Не думаю, что вы вот так просто сдадитесь им на милость. Я не прошу спасать меня. Я прошу позволить мне вам помочь и встать с вами в одни ряды.

Он наклонился ближе.

— В одной из заброшенных шахт есть тайник. Там хранятся древние маски невероятной силы. Если мы сможем использовать их, у нас появится шанс.

Я недоверчиво посмотрел на императора.

— И вы просто так отдадите их нам?

— Не просто так, — ответил Альфорно. — В обмен на защиту моей семьи. Я хочу, чтобы после победы вы отпустили нас.

— Если победа будет, — мрачно заметил Горностай.

Отец задумчиво потер подбородок.

— Эти маски… они действительно настолько сильны? Почему я никогда не слышал об этом тайнике?

Альфорно кивнул.

— Древние артефакты, созданные первыми мастерами нашей империи. Они выходят за рамки понимания всех мастеров. Тайник — это секрет императорской семьи, который передается из поколения в поколение. Его запрещено вскрывать. Однако если…

— Если империя стоит на грани уничтожения, то можно, — понял отец. — Не думал, что в мире масок будет что-то, что способно меня удивить.

— Но есть одна проблема, — продолжал бывший император. — Эти маски обладают способностью подавлять разум носителя. Мало кто может справиться с их силой.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Маски, способные подавить разум? Звучало опасно. Но тут меня осенило. Правда придется постараться.

Если воздействовать на каждую маску артефактом создателя, и задействовать после Бриллиант Тишины… это могло сработать. Бриллиант мог подавлять не только самоцветы, это я уже выяснил, сражаясь с Судьей.

— Я знаю, как с этим справиться, — сказал я, переглянувшись с отцом.

После долгого обсуждения было решено отправиться за масками. Нашу небольшую группу составили я, отец, Альфорно, Горностай и еще несколько бойцов отступников.

Путь к заброшенной шахте был долгим и напряженным. Мы двигались быстро, опасаясь встречи с варварами. Кто знает, как далеко они уже проникли в империю. Альфорно шел рядом со мной, и я чувствовал на себе его взгляд.

— Ты очень талантливый мастер, Николай, — наконец произнес он. — Я слышал о твоих способностях. Даже как-то странно, что я упустил такой самородок у себя под носом.

— От кого слышали? — спросил я настороженно.

Альфорно слабо улыбнулся.

— У императора свои источники. Знаешь, я всегда восхищался искусством создания масок. Жаль, что сам не обладаю таким талантом.

Я промолчал, не зная, что ответить. Часть меня все еще не доверяла этому человеку.

— Я понимаю твою злость, — снова заговорил Альфорно после паузы. — Ты имеешь полное право ненавидеть меня. Как и весь народ Северной Империи. Но поверь, я никогда не хотел, чтобы все обернулось… так. Я делал все, чтобы защитить свой дом.

— Тогда зачем вы вообще связались с варварами? — не выдержал я.

Альфорно вздохнул.

— Власть, Николай. Она меняет людей. Заставляет делать ужасные вещи. Я думал, что смогу переиграть всех — и Великую Империю, и варваров. Но в итоге сам оказался пешкой в чужой игре.

Я посмотрел на него и увидел в его глазах искреннее раскаяние. Это немного смягчило мой гнев, но не погасило его полностью.

Наконец, мы добрались до заброшенной шахты. Вход был завален камнями, но Альфорно уверенно повел нас к скрытому проходу.

— Осторожнее, — предупредил он, когда мы начали спускаться в темноту. — Здесь могут быть ловушки. Так что ступайте строго за мной.

Мы осторожно продвигались по узким туннелям. Воздух был спертым и пыльным, под ногами хрустели камешки. Наконец, мы вышли в просторную пещеру.

— Вот мы и пришли, — произнес Альфорно, указывая на массивную каменную дверь в дальнем конце пещеры.

Он подошел к двери и провел рукой по замысловатому узору. Раздался щелчок, и дверь медленно отъехала в сторону.

То, что мы увидели внутри, заставило меня затаить дыхание. Огромный зал был заполнен стеллажами, на которых располагались десятки, если не сотни масок. Но не простых — каждая излучала ауру древней силы.

— Невероятно, — прошептал отец, осторожно беря в руки одну из масок — изображение оскаленной морды какого-то чудовищного зверя. — С этим… мы действительно можем дать отпор варварам. Чуть ли не каждая из этих творений — легендарный шедевр, который по силе не уступает маскам из Ложи Драконов.

Я подошел ближе, разглядывая артефакты. Здесь были маски всех форм и размеров — от небольших, похожих на человеческие лица, до огромных, напоминающих головы драконов или демонов.

— Эти маски, — начал объяснять Альфорно, — Созданы из материалов, которых больше не существует в нашем мире. Они впитали в себя силу древних времен, когда магия была куда более могущественной, а самоцветы в десятки раз чище.

Я осторожно взял одну из масок — изображение хищной птицы с острым клювом. В тот же миг я почувствовал, как по моему телу пробежала волна энергии. Это было похоже на удар током, только… приятный?

— Осторожнее, — предупредил Альфорно. — Они могут попытаться захватить контроль над твоим разумом. Ведь в каждой из них содержится частичка души.

Я кивнул, вспомнив о Бриллианте Тишины. Сконцентрировавшись, я активировал его силу, создавая вокруг себя защитный барьер. Эффект был мгновенным — я почувствовал, как давление маски ослабло, но ее сила осталась.

— Бриллиант и правда может помочь. Но на всю Северную Империю он есть только у тебя, тебе придется поддерживать его купол, чтобы наши люди могли пользоваться этими масками.

Отец, конечно, сразу понял, как я собирался устранить проблему с контролем разума.

— Я справлюсь.

Мы начали отбирать маски, которые могли бы помочь в предстоящей битве. Каждая из них была уникальна и обладала своими особыми способностями.

— Всю свою жизнь я думал, что постиг мастерство, пусть и в теории. Но глядя на это — понимаю, что все еще совершенно глупый ребенок.

Альфорно наблюдал за нами с смесью гордости и печали во взгляде.

— Я надеюсь, что они помогут исправить мои ошибки, — тихо произнес он.

Когда мы закончили, у нас было около семи десятков масок невероятной силы. Этого должно было хватить, чтобы дать отпор варварам. Остальные не подходили нашим людям, либо из-за энергоконтуров, либо из-за того, что попросту убивали носителя после использования.

Мы вернулись в лагерь, неся с собой бесценный груз древних масок. Как только мы прибыли, я приступил к работе. Используя свой артефакт создателя и силу Бриллианта Тишины, я начал подготавливать маски к использованию, подавляя их способность контролировать разум носителя.

Это была утомительная работа, требующая огромной концентрации. Каждая маска была уникальна, и мне приходилось подстраиваться под ее особенности. Отец помогал мне, его опыт оказался неоценим.

Пока мы работали, в лагере царило оживление. Бойцы с нетерпением ждали, когда смогут примерить легендарные артефакты.

Наконец, когда последняя маска была готова, мы собрали всех на большой поляне. Я встал перед ними, чувствуя на себе сотни взглядов.

— Эти маски, — начал я, — обладают невероятной силой. Но помните, что сила идет рука об руку с ответственностью. Используйте их аккуратно и не забывайте о концентрации.

Мы начали раздавать маски, тщательно подбирая каждому бойцу подходящий артефакт. Я видел, как менялись лица людей, когда они надевали маски — в их глазах загорался огонь решимости и уверенности.

После раздачи масок был созван совет. В большом шатре собрались главы выживших Великих Домов, лидеры отступников и, к моему удивлению, Альфорно Бернадот. Атмосфера была напряженной — старые обиды и недоверие все еще давали о себе знать.

Горностай первым нарушил тишину:

— Итак, у нас есть армия, вооруженная древними масками. Что дальше?

Отец, сидевший рядом со мной, подался вперед:

— Нам нужно действовать быстро. Варвары уже захватили столицу, но основные их силы все еще на границе.

— Верно, — кивнул Альфорно. — Великий шаман варваров сейчас во дворце, но его армия еще не вошла в империю полностью.

— Тогда нужно ударить по границе! Разбить их основные силы, пока они не соединились с теми, кто в столице. — медленно кивнул я.

В шатре поднялся гул голосов, каждый из глав Великих Домов пытался высказать свое мнение. Наконец, я поднял руку, призывая всех к тишине:

— Послушайте, — начал я, когда все затихли. — Мы не можем позволить варварам объединить свои силы. Но и бросаться в лобовую атаку тоже нельзя.

Я подошел к карте, разложенной на столе:

— Предлагаю разделиться. Основные силы ударят по границе, а небольшой отряд разведчиков отправится в столицу, чтобы следить за второй частью сил. И если они вдруг начнут движение, сразу сообщат нам, дабы исключить удара в спину.

Наступила тишина, все обдумывали мое предложение. Затем отец медленно кивнул:

— Это может сработать.

Горностай хмыкнул:

— Рискованно, но другого выхода у нас все равно нет.

Постепенно все согласились с этим планом. Когда совет закончился, я вышел из шатра, чувствуя, как на плечи давит груз ответственности. Завтра на рассвете мы выступаем. От наших действий зависит судьба всей империи.

Лиза подошла ко мне и взяла за руку:

— Мы справимся, — тихо сказала она.

Я посмотрел на нее и улыбнулся. Да, вместе мы сможем все. Завтра начнется решающая битва, и мы будем готовы.

Глава 22

Рассвет только начал окрашивать небо в нежные оттенки розового, Но мы уже несколько часов летели на дирижаблях к границе. Воздух был прохладным и свежим, но я чувствовал, как внутри меня нарастает напряжение. Сегодня решится судьба всей Северной Империи.

Я оглянулся на наши силы. Бойцы были мрачны и сосредоточены, их лица скрывали древние маски невероятной силы. Отец был впереди, его золотая маска дракона сияла в лучах восходящего солнца. Рядом со мной держалась Лиза, ее маска лисы делала ее почти невидимой в утренних сумерках.

— Ты готов? — тихо спросила она, сжимая мою руку.

Я кивнул, чувствуя, как маска Белого Тигра наполняет меня силой и уверенностью.

— Мы справимся, — спокойно ответил я, хотя внутри все сжималось от предвкушения.

Мы высадились подальше от границы, чтобы не быть замеченными, после чего шли несколько часов, пока наконец не достигли нужного места. Там, на горизонте, мы увидели их — армию варваров. Огромную, бесконечную, как море черных доспехов и чудовищных масок.

Судя по разбитому лагерю, они были тут уже достаточно давно. И, видимо, Бернадот долгое время просто закрывал глаза на наличие армии прямо у нас под богом.

— Боги… — выдохнул кто-то рядом со мной.

Варвары заметили нас. По их рядам прокатился рев, от которого задрожала земля. Их маски были настоящими произведениями искусства — я видел оскаленные пасти саблезубых тигров, рогатые морды древних носорогов, головы гигантских птиц. Каждая маска излучала первобытную мощь и ярость.

Отец вышел вперед, его золотая маска засверкала.

— Сегодня мы сражаемся за нашу землю, за наш народ! — прогремел его голос. — Покажем этим варварам, на что способны истинные пользователи масок!

Наши ряды взорвались криками. Я почувствовал, как адреналин бурлит в крови. Тигр внутри уже рвался в бой.

И тогда началось.

Отец первым ринулся в вперед. Из его рук вырвался ослепительный луч солнечной энергии, прорезав ряды варваров. Десятки врагов пали, не успев даже поднять оружие. Небо озарилось золотым сиянием, когда отец взмыл вверх, расправляя энергетические крылья и отбрасывая тени на поле битвы.

Я последовал за ним, не в силах сдерживать жажду битвы. Мир вокруг словно замедлился. Я видел каждое движение врагов, каждый взмах их оружия. Уклоняясь от ударов, я наносил свои — быстрые, точные, смертоносные. Когти из чистой энергии турмалина рвали доспехи и плоть, оставляя за собой след разрушения.

Первый варвар, вставший на моем пути, носил маску древнего медведя. Его огромные лапы, усиленные энергией самоцветов, обрушились на меня с невероятной силой. Я едва успел уклониться, чувствуя, как воздух свистит рядом с моим ухом. Используя свою скорость, я обошел его сбоку и нанес серию быстрых ударов по уязвимым местам, которые видел, благодаря поглощенным Теневым Шутом самоцветам, а также своим знаниям энерголиний в масках. Маска медведя треснула, и варвар рухнул на землю с глухим стоном.

Не успел я перевести дух, как на меня налетели сразу трое противников. Их маски изображали древних хищных птиц — с острыми клювами и горящими глазами. Они атаковали синхронно, их движения были явно отточены годами тренировок. Я чувствовал, как сила моей маски напрягается до предела, пытаясь противостоять их натиску.

Один из варваров взмыл в воздух, его крылья, созданные энергией самоцветов, рассекали воздух с оглушительным свистом. Он пикировал на меня, его клюв сиял смертоносной энергией. В последний момент я откатился в сторону, и клюв варвара вонзился в землю, оставив глубокую воронку.

Воспользовавшись моментом, я призвал силу Турмалина. Плотное облако дыма окутало двух оставшихся противников. Они закашлялись, их движения стали менее точными. Я не стал терять времени и атаковал, используя всю мощь Белого Тигра. Огненные и Водяные удары были подобны вспышкам молний. Через несколько секунд оба варвара лежали на земле, их маски разбиты вдребезги.

Но третий враг все еще кружил в небе. Я знал, что не смогу достать его, находясь на земле. И тогда я вспомнил об одной из способностей моей маски, что появилась, когда я ее улучшал — создавать энергетические проекции. Сосредоточившись, я создал огромного тигра из чистой энергии. Он взмыл в небо, преследуя летающего варвара. Их схватка была подобна танцу — изящному и смертельному. Наконец, мой энергетический тигр настиг противника и вцепился в него своими призрачными клыками. Варвар с криком рухнул на землю, его маска разлетелась на осколки.

Рядом со мной сражалась Лиза. Ее маска делала ее почти невидимой — она появлялась из ниоткуда, нанося молниеносные удары, и вновь исчезала. Я старался держаться рядом, прикрывая ее от особо опасных противников.

— Сзади! — крикнула она, и я резко развернулся.

Передо мной возник огромный варвар в маске мамонта. Его бивни сияли плотной энергией. Он замахнулся огромной булавой, но я успел уклониться.

Резко развернувшись, я использовал Бриллиант Тишины, на мгновение заставив вихри, созданные варваром остановиться. В руках сверкнул клинок, который тут же вошел под маску ошеломленного резко наступившей беспомощностью противника.

Маска мамонта треснула, но варвар все еще стоял на ногах. Его глаза горели яростью, и он начал заряжать мощную атаку. Я видел, как энергия концентрируется в его бивнях, готовая разорвать меня на части.

Черт, неужели клинок пошел по касательной? Кажется я отвлекся и ослабил действие Бриллианта.

— Лиза, сейчас! — крикнул я.

Она поняла меня с полуслова. Используя свою невидимость, Лиза подкралась к варвару сзади и нанесла точный удар по основанию его маски. В тот же момент я выпустил мощный пламенный заряд прямо в лицо противника. Комбинированная атака оказалась слишком сильной — маска мамонта разлетелась, и варвар с ревом рухнул на землю.

— Неплохо, сын! — крикнул отец, пролетая мимо меня. Его золотые крылья сияли в лучах солнца, а из рук вырывались потоки ослепительного солнечного света.

Я увидел, как он сражается с тремя варварами одновременно. Их маски изображали существ, которые также были похожи на драконов, хоть и сделаны в более грубой форме. Битва в небе была поистине эпической. Золотые лучи солнечной энергии отца сталкивались с потоками тьмы, огня и льда. Небо озарялось вспышками невероятной силы, и я чувствовал, как земля дрожит под ногами от мощи их столкновений.

Отец двигался с невероятной грацией и скоростью. Его атаки были безжалостными. Один за другим варвары падали, сраженные его силой. Но на их место приходили новые, и я видел, как даже предводитель Ложи Драконов начинает уставать.

Битва кипела вокруг нас. Другие члены Ложи Драконов сражались с невероятной силой и мастерством. Черный Дракон создавал вихри тьмы, поглощающие целые отряды врагов. Изумрудный призывал силы природы — земля под ногами варваров превращалась в зыбучие пески, а деревья оживали, хватая врагов своими ветвями.

Но варвары не сдавались. Их было слишком много, и каждый был опытным воином с древней, могущественной маской. Я видел, как один из них — в маске гигантского орла — взмыл в воздух и обрушил на наши ряды шквал молний. Несколько наших бойцов пали, их крики боли затерялись в общем хаосе битвы.

— Нужно сбить его! — крикнул я отцу.

Он кивнул и взмыл в воздух. Началась эпическая воздушная дуэль — золото против серебра, солнце против молний. Я не мог оторвать глаз от этого зрелища, но реальность боя быстро вернула меня на землю.

Трое варваров окружили меня — в масках каких-то динозавров, которые выглядели поистине страшными. Их глаза горели яростью и жаждой крови.

— Сегодня ты умрешь, щенок, — прорычал один из них, его голос был низким и рокочущим.

Я не ответил, сосредоточившись на предстоящем бое. Он атаковал первым — быстро и стремительно. Я едва успел уклониться, чувствуя, как лезвия, созданные из ветра, рассекают воздух в миллиметрах от моего лица. Его скорость была невероятной, и я понял, что не смогу долго противостоять ему в прямом столкновении.

Второй же попытался поймать меня своими рогами, но я перепрыгнул через него, используя его же силу. Приземлившись на спину варвара, я нанес мощный удар по его маске, выбрасывая львиную долю энергии Рубина. Раздался треск, и трицератопс с ревом боли отшатнулся. Его тело окутало пламя. Но маска все еще держалась, и я знал, что он скоро оправится.

Последний, очень похожий на тиранозавра оказался самым опасным. Он двигался, оставляя за собой фиолетовый шлейф и то и дело атаковал меня множеством ударов, в которых я узнал Чароит. Бой затягивался и силы покидали меня. Маска Белого Тигра требовала огромных затрат энергии.

Я попытался использовать свою скорость, чтобы измотать противников, заставляя их налетать друг на друга после неудачных атак. Но они были слишком опытны для таких трюков. Они двигались синхронно, не давая мне ни секунды передышки.

Первый варвар снова атаковал, и на этот раз его когти оставили глубокие царапины на моей руке. Боль пронзила меня, но я не мог позволить себе отвлечься. Используя оставшиеся силы, я создал вокруг себя вихрь Сапфира, отбросив всех трех противников.

Но они быстро поднялись на ноги, готовые продолжать бой. Я тяжело дышал, понимая, что на большее меня вряд ли хватит. И тогда я увидел ее.

Лиза пробивалась ко мне сквозь толпу врагов. Ее маска была повреждена, с лица текла кровь. Она сражалась отчаянно, но я видел, что она тоже на пределе.

— Коля! — крикнула она, отбиваясь от двух варваров в масках саблезубых тигров.

Видя ее в опасности, я почувствовал прилив новых сил. С яростным ревом я вложил всю свою энергию в один мощный удар. Поток энергии Аквамарина и Рубина вырвался из моих рук, соединяясь в невероятный танец воды и пламени, сметая всех трех варваров. Не теряя ни мгновения, я ринулся следом, атакуя когтями из дыма.

В этот раз вышло намного лучше. Один за другим варвары лишились своих масок, а следом и жизней. Все же Легендарная маска имела огромную мощь.

Я бросился к Лизе, расчищая путь силой. Добравшись до нее, я создал вокруг нас защитный купол из плотного тумана.

— Ты в порядке? — спросил я, осматривая ее раны.

Лиза кивнула, тяжело дыша.

— Их слишком много, Коля. Мы не сможем долго продержаться.

Я огляделся. Она была права. Несмотря на нашу силу и древние маски, варвары продолжали прибывать. За каждого поверженного врага появлялось двое новых. Я видел, как наши ряды редеют. Один из Драконов — Красный — уже пал, его тело лежало, окруженное десятками поверженных варваров.

Его смерть была ужасной. Я видел, как он сражался с пятью варварами одновременно, его огненные атаки сжигали все на своем пути. Но один из врагов, носивший маску древнего морского чудовища, сумел пробить его защиту. Огромные челюсти какого-то небывалого существа, созданного этим варваром, сомкнулись на шее Красного Дракона, и его пламя погасло навсегда.

Половина отряда Бернадотов тоже была уничтожена. Я видел, как Альфорно, бывший император, сражается с отчаянной храбростью, но даже его маска, кстати говоря, тоже существа, похожего на величественного дракона, не могла долго противостоять натиску врага.

Горностай и оставшиеся в живых отступники держались из последних сил. Их маски были повреждены, многие были ранены. Но они продолжали сражаться, понимая, что отступать некуда. Я видел, как Горностай, используя свою маску, проскальзывает между врагами, нанося смертельные удары. Но даже его невероятная скорость и хитрость не могли противостоять бесконечному потоку врагов.

Чароит заставлял конечности противников ломаться, однако более сильные тут же активировали защиту, и фиолетовые всполохи разбивались о них яркими искрами.

Зеленый Ящер, один из сильнейших бойцов отступников, создавал вокруг себя облака ядовитых испарений. Варвары падали десятками, но на их место приходили новые. Я видел, как Ящер начинает уставать, его движения становятся все медленнее.

Тем временем Маска Белого Тигра требовала слишком много энергии. Еще немного, и я не смогу ею управлять. Мои руки дрожали, а в глазах начало темнеть.

И тогда я вспомнил о маске Судьи. Ее сила могла переломить ход битвы. Но использовать ее было опасно — она могла поглотить меня, превратить в бездушное орудие. Могущественное орудие, позволяющее повелевать чужим разумом, но с риском выжечь свой собственный.

Я посмотрел на Лизу, на отца, все еще сражающегося в небе, на наших товарищей, отдающих свои жизни за свободу. И я понял, что у меня нет выбора.

— Лиза, — сказал я, снимая маску Белого Тигра. — Что бы ни случилось, помни — я люблю тебя.

Ее глаза расширились от понимания.

— Коля, нет! Это слишком опасно!

Но я уже достал маску Судьи. Она пульсировала в моих руках, словно живое существо.

— Прости, — прошептал я и надел маску.

В тот же миг мир вокруг меня изменился. Я видел нити судьбы, связывающие всех участников битвы. Я чувствовал силу, способную изменить ход истории. И я знал, что должен использовать ее, чтобы спасти наш мир.

Подняв руки, я позволил силе Правосудия течь через меня. Чаши весов появились за моей спиной, огромные, видимые всем. Одна чаша для нас, другая — для варваров.

[Внимание, использование Маски Правосудия сверх меры приведет к уменьшению срока жизни]

[За каждую секунду использования вы будете терять один год жизни]

[Вы уверены что хотите использовать маску?]

Даже Судья не использовала ее так, как хотел использовать я. Просто не могла, ведь у нее не было артефакта создателя. Верно говорят, лишь мастер способен открыть весь потенциал маски. Может оно и к лучшему, иначе я бы никогда не победил судью.

— Да, — со скрежетом в зубах произнес я, указывая в сторону варваров. — Надеюсь, пяти секунд будет достаточно.

Глава 23

[Синхронизация Маски Судьи и Артефакта Создателя завершена. Активирована полная мощность. Внимание: использование приведет к значительному сокращению жизненного срока носителя.]

Я ощутил, как невероятная сила наполнила каждую клеточку моего тела. Мир вокруг словно замер, и я увидел нити судеб, связывающие всех участников битвы. Гигантские весы за моей спиной начали медленно наклоняться в нашу сторону, потому что на нашу чашу я возложил свои драгоценные годы жизни. Сама реальность прогибалась под волей Правосудия.

Подняв руки, я направил эту силу на варваров. Первая волна энергии прокатилась по полю битвы, и я увидел, как нити судеб наших врагов начали рваться одна за другой. Варвары падали, словно подкошенные невидимой косой. Их тела корчились в агонии, когда сама справедливость обрушивалась на них всей своей мощью.

Я видел, как один из варваров, носивший маску древнего мамонта, вдруг застыл на месте. Его глаза расширились от ужаса, когда он понял, что больше не контролирует свое тело. Медленно, против своей воли, он поднял свое оружие и обрушил его на своих же соратников. Крики боли и удивления разнеслись по полю битвы, когда десятки варваров пали от рук своего же товарища.

Другой варвар, в маске саблезубого тигра, вдруг упал на колени, схватившись за голову. Из его глаз, ушей и рта хлынула кровь, когда сила маски Правосудия буквально разорвала его разум на части. Его тело содрогалось в конвульсиях, пока жизнь не покинула его окончательно.

Целый отряд варваров в масках древних птиц вдруг взмыл в воздух, но не по своей воле. Я видел ужас в их глазах, когда они поняли, что больше не контролируют свой полет. Они поднимались все выше и выше, пока воздух не стал слишком разреженным для дыхания. А затем, словно марионетки с обрезанными нитями, они рухнули вниз, разбиваясь о землю.

Варвар в маске древнего крокодила вдруг обнаружил, что его кожа начинает затвердевать и покрываться чешуей. Он в ужасе смотрел, как его тело медленно превращается в камень. Сила его маски обратилась против него самого, и он закричал, пока он не стал живой статуей, застывшей в этом немом крике.

Следом земля раскололась и из нее хлынула магма. Это был один из лидеров отряда, который использовал силу против своих же, десяток варваров увязли в этой огненной ловушке, чтобы остаться в ней навсегда.

Я чувствовал, как с каждой секундой моя жизненная сила утекает, словно песок сквозь пальцы. Но я не мог остановиться. Правосудие требовало свершения, а я был лишь его инструментом.

Один за другим наши противники погибали, даже не представляя, что именно их убивает.

Небо над полем боя потемнело, и с него начали падать сияющие звезды. Каждая такая звезда, касаясь варвара, мгновенно испепеляла его, оставляя лишь горстку пепла.

Целые отряды варваров вдруг начинали сражаться друг с другом, их разум был затуманен силой Правосудия. Они рубили и кололи друг друга с той же яростью, с которой минуту назад атаковали нас.

Пять секунд растянулись в вечность. Когда последняя песчинка моей жизненной силы упала на чашу весов, они наконец окончательно склонились в нашу сторону. Поле битвы превратилось в настоящий ад. Сотни тел варваров лежали на земле, их маски разбиты, а жизни оборваны силой Правосудия.

Я упал на колени, чувствуя, как кровь подступает к горлу. Мое тело горело, словно охваченное невидимым пламенем. Я закашлялся, и изо рта хлынула струя крови.

— Коля! — Лиза подскочила ко мне, подхватывая меня под руки. Ее лицо было бледным от ужаса и усталости.

Я не мог ответить. Мир вокруг меня кружился, и я с трудом мог сфокусировать взгляд. Я видел, как отец и Горностай спешат к нам, их лица искажены смесью удивления и страха.

— Невероятно, — прошептал Горностай, оглядывая поле битвы. — Я и не подозревал, что в маске Судьи скрыта такая сила.

Отец опустился рядом со мной, его золотая маска была покрыта трещинами и кровью.

— Сын, — его голос дрожал. — Как ты себя чувствуешь?

Я попытался ответить, но вместо слов из горла вырвался лишь хрип. Я снова закашлялся, и на землю упали новые капли крови.

— Нужно отнести его к целителям, — сказала Лиза, поддерживая меня. — Он слишком много сил потратил.

Но не успели мы сделать и шага, как вдалеке показалось новое войско. Новая сотня варваров маршировала к нам, их маски сияли в лучах заходящего солнца. Впереди шел огромный воин в маске, похожей на череп какого-то древнего чудовища. Великий шаман Северных Варваров собственной персоной.

— Нет, — прошептал отец. — Как это возможно? Разведчики должны были предупредить нас!

В этот момент к нам подбежал один из связистов, его лицо было бледным от страха.

— Господин Александр, — выпалил он. — Весь разведывательный отряд, что должен был отслеживать движения варваров в императорском дворце — мертв. Мы только что получили сообщение.

Я почувствовал, как отчаяние охватывает меня. У нас не было сил на еще одну битву. Я едва мог стоять, не говоря уже о том, чтобы сражаться.

— Нужно перегруппироваться, — прохрипел я. — Те, кто меньше всего пострадал, должны принять первый удар. Остальным… нам нужно время. Мне нужно немного передышки, прежде чем… — я снова закашлялся, выплевывая сгусток крови. — Прежде чем я снова…

— Нет! — отрезал отец, его глаза сверкнули из-под маски. — Я не позволю тебе снова расходовать свое долголетие. Мы будем сражаться до последнего, и если нам суждено погибнуть, то погибнем все вместе.

Я хотел возразить, но силы окончательно покинули меня. Мир вокруг потемнел, и я почувствовал, как падаю. Последнее, что я услышал, был крик Лизы, зовущей на помощь.

Когда я пришел в себя, то обнаружил, что лежу на походной койке в одной из палаток лазарета. Вокруг суетились целители в масках, усиленных лучшими изумрудами в империи. Их руки светились зеленым светом, когда они работали над ранеными.

Я попытался подняться, но острая боль пронзила все тело.

— Лежи спокойно, — услышал я голос Лизы. Она сидела рядом, держа меня за руку. — Тебе нужен отдых.

— Что… что происходит? — спросил я, с трудом ворочая языком.

— Варвары пока не атакуют, — ответила Лиза. — Похоже, смерть стольких их соратников заставила их задуматься. Но это лишь вопрос времени.

Я кивнул, чувствуя, как тяжесть ситуации давит на меня. Мы выиграли битву, но война была еще далека от завершения. И я не был уверен, хватит ли у нас сил на еще одно сражение.

— Коля, — Лиза наклонилась ко мне, ее глаза были полны слез. — Пожалуйста, не делай так больше. Я не могу потерять тебя.

Я сжал ее руку, чувствуя, как комок подступает к горлу.

— Прости, — прошептал я. — Я не мог поступить иначе.

В этот момент в палатку вошел отец. Его золотая маска была снята, и я увидел усталость и тревогу на его лице.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, подходя к моей койке.

— Бывало и лучше, — попытался пошутить я, но вместо смеха с губ сорвался лишь болезненный стон.

Отец покачал головой.

— Ты не представляешь, какой риск на себя взял. Использование маски Судьи на полную мощность… это могло убить тебя.

— Но не убило, — возразил я. — Я контролирую ее.

— Сколько? — тихо спросил отец.

— Пять лет. И до этого еще пять… — выдохнул я, ощущая, насколько весомым был этот десяток утерянных лет.

— Это слишком высокая цена, сын.

— Другие платят за это жизнями, — посмотрел я куда-то в сторону.

В этот момент в палатку ворвался Горностай. Его лицо было бледным от волнения.

— Они начали движение, — выпалил он. — Варвары готовятся к атаке.

Отец выпрямился, его лицо стало жестким.

— Сколько у нас времени?

— Не больше часа, — ответил Горностай.

Я попытался подняться, но Лиза мягко удержала меня.

— Тебе нужен отдых, — сказала она. — Мы выиграем время.

Я посмотрел на нее, на отца, на Горностая. Все они были измотаны, ранены, но в их глазах горела решимость. Я понял, что не могу подвести их. Не сейчас, когда на кону стояла судьба всей империи.

— Я постараюсь прийти в себя, если нет, то продержитесь еще полчаса после начала битвы, — сказал я, стиснув зубы от боли. — Я встану на ноги.

Отец хотел возразить, но я остановил его взглядом.

— Это мой выбор, отец. И я готов заплатить любую цену за нашу победу.

Он долго смотрел на меня, а затем медленно кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Но помни, что ты не один. Мы все здесь, и мы будем сражаться вместе.

После он повернулся к Горностаю.

— Идем. Попробуем выиграть немного времени. Переговоры еще никто не отменял.

Лиза тоже встала, я хотел ее остановить, но она посмотрела на меня таким взглядом, что и ежу было понятно — она не согласится.

* * *

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в кроваво-красные тона. Поле битвы, усеянное телами павших воинов, погружалось в тревожные сумерки. Александр Арсеньев, Горностай и Альфорно Бернадот вышли вперед, возглавляя небольшой отряд уцелевших бойцов. Их лица были измождены, доспехи покрыты кровью и грязью, но никто не мог отобрать у них решимость и отвагу.

Перед ними, словно темная туча, надвигалась армия варваров во главе с Великим Шаманом. Его маска, напоминающая череп древнего чудовища, внушала ужас даже самым храбрым воинам.

Александр сделал шаг вперед, его золотая маска дракона тускло блестела в угасающем свете дня.

— Мы пришли говорить, — произнес он громко, его голос разнесся над полем битвы. — Довольно крови пролито сегодня.

Великий Шаман остановился, его глаза за маской сверкнули недобрым огнем.

— Говорить? — прогремел он, и его голос был подобен раскату грома. — О чем нам говорить, жалкие людишки? Вы осмелились противостоять нам, и за это заплатите своими жизнями. Думаете, если разгромили пару наших отрядов, то можете беседовать с нами на равных? Ничтожества!

Горностай выступил вперед, его маска придавала ему хитрый и опасный вид.

— Мы не хотим войны, — сказал он. — Мы защищаем свой дом. Неужели нельзя найти способ решить вопрос мирно?

Альфорно Бернадот, чья маска была покрыта трещинами, добавил:

— Мы готовы обсудить условия. Возможно, мы сможем прийти к соглашению, которое удовлетворит обе стороны.

Великий Шаман рассмеялся, и этот смех был подобен скрежету металла по камню.

— Соглашение? — прорычал он. — Единственное соглашение, которое нас устроит — это ваша безоговорочная капитуляция и рабство. Вы будете добывать для нас энергоны, пока не испустите последний вздох.

Александр напрягся, его рука непроизвольно потянулась к оружию.

— Мы никогда не согласимся на это, — твердо сказал он. — Мы будем сражаться до последнего.

Великий Шаман поднял руку, и его армия замерла в ожидании.

— Тогда вы все умрете, — произнес он с холодной жестокостью. — Варвары! Уничтожьте их всех!

С оглушительным ревом армия ринулась вперед. Земля задрожала под их ногами, воздух наполнился криками и лязгом оружия.

Александр, Горностай и Альфорно переглянулись. В их взглядах читалась смесь отчаяния и решимости.

— За Северную Империю! — крикнул Александр, активируя свою маску Золотого Дракона.

— За свободу! — подхватил Горностай, его тело окуталось вихрями фиолетовой энергии.

— За наш народ! — завершил Альфорно, и его маска засияла последним блеском былого величия.

Отступники, измотанные предыдущей битвой, но не сломленные духом, бросились навстречу варварам. Воздух наполнился вспышками энергии, когда маски обеих сторон активировались в полную силу.

Александр взмыл в воздух, его золотые крылья расправились во всю мощь. Он обрушил на врагов поток солнечного пламени, испепеляя первые ряды варваров. Но их было слишком много, и на место павших тут же вставали новые.

Горностай скользил между врагами, его маска делала его почти неуловимым. Он наносил точные удары своим Чароитом, выводя из строя одного варвара за другим. Но даже его невероятная скорость и ловкость не могли противостоять бесконечному потоку врагов.

Альфорно Бернадот, несмотря на свой возраст и ранения, сражался с отчаянной храбростью. Его маска, хоть и поврежденная, все еще обладала значительной силой. Он создавал вокруг себя поле энергии, отбрасывая варваров, но с каждой минутой его силы таяли.

Внезапно море варваров расступилось, и вперед вышел огромный воин в вытянутой маске акулы. Это был Рагнар, верховный военачальник варваров.

— Александр Арсеньев! — прогремел его голос. — Я слышал о тебе, Золотой Дракон. Сразись со мной и покажи, на что ты способен!

Александр повернулся к Рагнару, чувствуя, как в нем закипает ярость.

— С удовольствием, — ответил он, спускаясь на землю.

Они сошлись в центре поля битвы, и вокруг них словно образовалась пустота. Даже в разгар сражения никто не смел приближаться к этим двум титанам.

Рагнар активировал свою маску, и вокруг него закружились потоки воды. Они формировались в причудливые фигуры, среди которых Александр с ужасом узнал очертания гигантской доисторической акулы — мегалодона.

— Узри силу древних морей! — прорычал Рагнар, и водяной мегалодон ринулся на Александра.

Золотой Дракон едва успел уклониться. Он взмыл в воздух, обрушивая на Рагнара потоки солнечного пламени. Но вода, окружавшая варвара, словно поглощала эту энергию.

Александр понял, что прямая атака не сработает. Он начал кружить вокруг Рагнара, пытаясь найти слабое место в его защите. Но варвар не давал ему такой возможности.

Водяной мегалодон атаковал снова и снова, его огромные челюсти щелкали в опасной близости от Александра. Золотой Дракон уворачивался, но с каждым разом это давалось ему все труднее.

— Ты силен, Арсеньев, — прогремел Рагнар, — но ты не можешь победить силу древних океанов!

Александр стиснул зубы. Он понимал, что Рагнар прав — вода была естественным противником огня и света. Но у него не было выбора. Он должен был победить, чтобы защитить своего сына.

Собрав все свои силы, Александр создал вокруг себя ореол ослепительного света. Температура вокруг него начала стремительно расти.

— Возможно, я не могу победить океан, — прокричал он, — но я могу его испарить!

С этими словами он выпустил невероятно мощный поток энергии, направленный прямо на Рагнара. Вода вокруг варвара начала кипеть и испаряться, водяной мегалодон заметно уменьшился в размерах.

Рагнар зарычал от ярости и боли. Он попытался восстановить свою водяную защиту, но жар был слишком силен. Варвар начал отступать, впервые за всю битву показав признаки страха.

Но Александр не собирался давать ему передышку. Он продолжал атаковать, его свет становился все ярче и ярче. Земля под ногами Рагнара начала плавиться, превращаясь в стекло.

— Это невозможно! — прорычал варвар, пытаясь защититься остатками своей водяной силы. — Ты не можешь быть настолько силен!

— Я сражаюсь не только своей силой, — ответил Александр, продолжая наступать. — Со мной сила всех, кто верит в нашу победу. Сила моего сына, который готов отдать свою жизнь за наш народ. И эта сила превосходит любую древнюю магию!

С этими словами Александр выпустил финальный луч света, который пробил защиту Рагнара и ударил прямо в его маску. Раздался оглушительный треск, и маска акулы раскололась на части.

Рагнар упал на колени, его тело дымилось. Он поднял голову, и в его глазах читалось неверие и страх. Но затем его губы растянулись в жуткой улыбке.

— Ты силен, Золотой Дракон, — прохрипел Рагнар, медленно поднимаясь на ноги. — Но я не просто так стал верховным военачальником варваров.

С этими словами он сорвал с пояса вторую маску — на этот раз она изображала морду неизвестного древнего хищника. Не теряя ни секунды, Рагнар надел ее.

— Если мне суждено умереть, — прорычал он, активируя новую маску, — то я умру как воин и заберу тебя с собой!

Маска хищника засияла ярким светом, и тело Рагнара окуталось энергией, похожей на электрические разряды. Его мускулы напряглись, и в следующее мгновение он ринулся на Александра с невероятной скоростью.

Александр едва успел среагировать. Он попытался взлететь, но Рагнар был слишком быстр. Варвар преодолел разделявшее их расстояние за долю секунды, и его рука, окутанная молниями, устремилась к груди Золотого Дракона.

Время словно замедлилось. Александр видел, как сверкающие когти Рагнара приближаются к его сердцу. Он попытался создать защитный барьер, но было слишком поздно.

Рука Рагнара пробила грудь Александра. Золотой Дракон почувствовал острую боль, а затем — странное онемение. Он посмотрел в глаза своему противнику и увидел в них смесь триумфа и обреченности.

— Вместе, — прошептал Рагнар, — мы отправимся в чертоги предков.

Александр понял, что это конец. Но если ему суждено умереть, он заберет с собой этого варвара. Собрав последние силы, он активировал всю мощь своей маски.

Вокруг них вспыхнуло ослепительное солнечное пламя. Оно окутало обоих воинов, становясь все ярче и горячее. Александр чувствовал, как его тело начинает растворяться в этом свете, но не ослаблял хватку, удерживая Рагнара рядом с собой.

— Для меня честь умереть от рук такого противника! — взревел оскалившийся Рагнар.

Пламя поглотило их обоих, превращая в сияющий столп света, видимый со всего поля битвы.

— Отец! — раздался громкий голос через все поле боя.

Это был голос Николая, который, собрав последние силы, выбрался из лазарета и теперь стоял на краю поля, не веря своим глазам.

Глава 24

Я с трудом поднялся с койки в лазарете, каждая клеточка моего тела кричала от боли. Воздух был пропитан запахом крови и отчаяния, а снаружи доносились звуки ожесточенной битвы. Собрав последние силы, я заставил себя двигаться, понимая, что не могу оставаться в стороне, когда мои друзья и соратники сражаются за наше будущее.

Выйдя из палатки, я был ослеплен ярким светом заходящего солнца. Когда глаза привыкли, передо мной развернулась картина настоящего ада. Поле битвы было усеяно телами павших воинов, земля пропиталась кровью, а воздух наполнился криками боли и лязгом оружия. Среди этого хаоса я увидел его — моего отца, сражающегося с огромным варваром в маске древнего хищника.

Они двигались с невероятной скоростью, их удары были подобны вспышкам молний. Золотое сияние маски отца сталкивалось с темной энергией варвара, создавая вокруг них настоящее светопреставление. Я видел, как отец пытается использовать всю мощь Золотого Дракона, но варвар каким-то образом противостоял ему, отражая атаки с нечеловеческой силой.

Внезапно время словно замедлилось. Я увидел, как рука варвара, окутанная молниями, устремилась к груди отца. Мое сердце замерло, когда я осознал, что сейчас произойдет.

— Отец! — крик вырвался из моей груди, полный отчаяния и ужаса.

Но было слишком поздно. Рука варвара пробила грудь отца, и я увидел, как его глаза расширились от боли. Мир вокруг меня рухнул, время остановилось. Я почувствовал, как внутри меня что-то оборвалось, и дикая, первобытная ярость начала заполнять каждую клеточку моего существа.

Не помня себя, я надел маску Белого Тигра и активировал силу Аметиста, растворяясь в тенях. Я мчался к отцу, игнорируя боль и усталость, движимый лишь желанием спасти его, защитить, отомстить. Но судьба распорядилась иначе.

Прежде чем я успел добраться до них, в небо ударил ослепительный столб солнечного света. Он был настолько ярким, что на мгновение затмил само солнце. Я был вынужден закрыть глаза, чувствуя, как волна энергии прокатилась по полю битвы, сбивая с ног и друзей, и врагов. Когда свет погас, и я снова смог смотреть, их обоих уже не было. Мой отец и варвар просто… исчезли, растворились в этой вспышке божественного пламени.

— Нет! — крик, полный боли и отчаяния, вырвался из моей груди. — Отец!

Горе и ярость смешались во мне, превращаясь в чудовищную, неконтролируемую силу. Я больше не был собой — маска Белого Тигра словно слилась со мной, превращая меня в воплощение хищника жаждущего крови. Я ринулся в бой, движимый лишь местью.

Варвары падали под моими ударами один за другим, словно тряпичные куклы. Я рвал их когтями, созданными из чистой энергии Турмалина, разбивал их маски, не чувствуя ни усталости, ни боли. Каждый убитый враг лишь разжигал мою ярость еще сильнее, толкая меня все дальше за грань человечности. Легендарная маска наполняла меня силой, способной противостоять им.

— Это за моего отца! — рычал я, разрывая очередного варвара на части. — За всех, кого вы убили! За каждую каплю крови, пролитую на моей земле!

Я не знаю, сколько времени прошло. Мир вокруг меня превратился в размытое пятно крови и ярости. Я слышал крики своих товарищей, видел, как они сражаются и падают, но не мог остановиться. Меня охватило безумие битвы, и я был уверен, что умру здесь, но заберу с собой столько врагов, сколько смогу.

Но вскоре что-то изменилось. Я почувствовал, как воздух вокруг стал тяжелым и густым, словно наполненным невидимым туманом. Странное ощущение пробежало по коже, заставляя волосы встать дыбом. Что-то неестественное, чуждое этому миру начало проникать на поле битвы.

Подняв глаза, я увидел его. Верховный шаман варваров стоял на возвышении, его фигура казалась огромной и зловещей. Маска, похожая на череп какого-то древнего чудовища, светилась зловещим, пульсирующим светом. Он медленно поднял руки к небу, и я почувствовал, как по коже пробежали мурашки от ужаса и предчувствия чего-то ужасного.

— Духи предков! — прогремел его голос, эхом разносясь по полю битвы. Казалось, сама земля дрожала от его слов. — Услышьте мой зов! Пробудитесь от вечного сна и придите на помощь своим детям! В час нужды мы взываем к вашей силе и мудрости!

Воздух вокруг шамана начал искриться и дрожать, словно реальность трескалась под напором его воли. Я с ужасом увидел, как из ниоткуда начали появляться призрачные фигуры. Они были похожи на варваров, но их тела были полупрозрачными, мерцающими, словно сотканными из лунного света. Их глаза светились нечеловеческим огнем, в котором читалась мудрость веков и жажда битвы. Каждый дух носил маску, подобную тем, что были у живых варваров, но еще более древнюю и пугающую. Я видел лики давно вымерших животных, морды чудовищ, которых не существовало в нашем мире уже тысячи лет.

— Нет… — прошептал я, чувствуя, как холодок страха пробежал по спине. — Это невозможно… Такого не может быть…

Но это была реальность, ужасная и неоспоримая. Духи предков ринулись в бой, и началась настоящая бойня. Наши бойцы, уже измотанные предыдущей битвой, не могли противостоять этой новой угрозе. Призрачные клинки проходили сквозь любую защиту, древняя магия разрывала реальность вокруг нас.

Я видел, как один за другим падали мои товарищи, их крики боли и отчаяния разрывали мне сердце. Горностай, всегда такой быстрый и неуловимый, был окружен тремя духами. Он отчаянно пытался уклониться от их атак, но призрачные клинки прошли сквозь его защиту, оставляя глубокие, светящиеся раны. Я видел ужас в его глазах, когда он понял, что это конец. Один из духов, носящий маску зубастой твари, вонзил свои призрачные клыки в горло Горностая, но в последний момент тот смог увернуться, получив тяжелое ранение, а не неминуемую смерть.

Недалеко от него я увидел Зеленого Ящера, окруженного облаком ядовитых испарений. Он отчаянно пытался сдержать натиск духов, но его яд не действовал на призрачных воинов. Один за другим они проходили сквозь его защиту, нанося удары своими эфемерными клинками. Я видел, как глаза Ящера расширились от боли и неверия, когда один из духов пронзил его грудь. Он упал на колени, его маска треснула и рассыпалась, обнажая измученное лицо последнего из семьи Ростовых, который знал, что проиграл свою последнюю битву.

Пеликан, всегда такой гордый и неприступный, был прижат к земле огромным призрачным медведем. Я слышал хруст костей, видел, как его тело содрогается в агонии. Он пытался бороться, используя последние крупицы силы, но это было бесполезно. Дух медведя разорвал его на части, и крик Пеликана оборвался, превратившись в жуткое бульканье.

Повсюду я видел, как гибнут наши люди. Бойцы, с которыми я сражался бок о бок, падали один за другим, не в силах противостоять этой древней, нечеловеческой силе. Их маски разбивались, словно стекло, а жизни испарялись, прерванные острыми клинками. Воздух наполнился запахом крови и смерти, криками боли и отчаяния.

— Коля! — услышал я знакомый голос и обернулся.

Лиза сражалась неподалеку, ее маска лисы была покрыта трещинами, а сама она едва держалась на ногах. Я видел кровь, стекающую по ее лицу, видел отчаяние и страх в ее глазах. Она пыталась использовать свою невидимость, но духи, казалось, могли видеть сквозь любой обман.

Я бросился к ней, пытаясь пробиться сквозь море призрачных воинов. Но в этот момент один из духов атаковал ее. Лиза попыталась уклониться, но была слишком медленной, слишком измотанной. Призрачный клинок прошел сквозь ее защиту, оставляя глубокую рану.

— Лиза! — закричал я, подхватывая ее падающее тело. — Держись! Прошу, держись!

Я попытался оттащить ее в безопасное место, но духи окружали нас со всех сторон. Их призрачные клинки проходили сквозь мою защиту, оставляя болезненные, жгучие раны. Я чувствовал, как силы покидают меня, но не мог сдаться. Не мог позволить Лизе умереть.

В этот момент я увидел Альфорно Бернадота. Бывший император, несмотря на свои раны, все еще сражался. Его маска была наполовину разбита, лицо залито кровью, но он не отступал.

— Беги, Николай! — крикнул он, бросаясь между нами и духами. — Спаси ее! Я задержу их!

— Альфорно, нет! — попытался остановить его я, но было поздно.

Бернадот активировал свою маску на полную мощность. Волна энергии разошлась от него, отбрасывая духов. Я видел, как его тело начинает светиться изнутри, как энергия самоцветов прожигает его плоть. Он кричал от боли, но продолжал стоять, защищая нас.

— Прощай, Николай, — услышал я его последние слова. — Прошу, искупи мои грехи. Спаси нашу империю. Я верю в тебя.

С этими словами Альфорно Бернадот исчез в море призрачных клинков. Я видел, как духи накинулись на него, разрывая его тело на части. Но даже в смерти он продолжал сражаться, его энергия взорвалась, уничтожая десятки призрачных воинов.

Я стиснул зубы. Но у меня не было времени на скорбь. Лиза нуждалась в помощи, и я должен был спасти ее, чего бы это ни стоило.

Я подхватил ее на руки и бросился к лазарету, уворачиваясь от атак духов. Каждый шаг давался с трудом. Раны, нанесенные призрачными клинками, горели огнем, словно отравленные. Но я не мог остановиться. Не сейчас.

Наконец, я добрался до палатки целителей и передал Лизу в их руки. Ее лицо было бледным, глаза закрыты, но я видел, как слабо поднимается ее грудь. Она все еще жива, и это давало мне силы продолжать борьбу.

— Позаботьтесь о ней, — сказал я целителям, поворачиваясь к выходу. — Сделайте все, что в ваших силах.

— Коля, нет… — прошептала Лиза, пытаясь удержать меня. Ее голос был слабым, но в нем слышалась мольба. — Не уходи… Пожалуйста.

Я сжал ее руку, чувствуя, как сердце разрывается от боли и решимости. Мне хотелось остаться с ней, защитить ее, но я знал, что должен вернуться на поле боя.

— Я должен, Лиза, — сказал я, глядя ей в глаза. — Я должен остановить это безумие. Ради тебя, ради всех нас. Я обещаю, что вернусь. Просто… держись. Борись. Ради меня.

С этими словами я вышел из лазарета и вернулся на поле боя. То, что я увидел, заставило меня содрогнуться. Духи предков почти полностью уничтожили наши силы. Тела моих друзей и соратников лежали повсюду, их маски разбиты, их жизни оборваны. Выжившие отчаянно пытались сопротивляться, но их было слишком мало.

Я видел, как один из духов, носящий маску гигантского орла, поднял в воздух одного из отступников. Он кричал от ужаса, пытаясь вырваться из его призрачных когтей. А затем дух просто разжал лапы, и воин упал с огромной высоты, разбиваясь о землю.

Другой дух, в маске какого-то древнего морского чудовища, создал вокруг себя сферу воды. Я видел, как наши бойцы тонули в этой сфере, не в силах вырваться из ее хватки. Их тела дергались в конвульсиях, пока жизнь не покидала их.

Повсюду царил хаос и смерть. Я чувствовал, как отчаяние начинает овладевать мной. Как мы можем победить этих призрачных воинов? Как можем противостоять силе, неподвластной нашему пониманию?

В этот момент я почувствовал, как артефакт создателя на моей руке завибрировал, откликаясь на мои вопросы. Перед глазами появилось сообщение, которое заставило мое сердце замереть:

[Внимание! Обнаружена возможность поглощения духов, созданных с помощью Камня Предков. Маска Теневого Шута в сочетании с артефактом создателя способна абсорбировать эти сущности. Однако нагрузка на тело носителя будет экстремальной. Шанс успешного поглощения всех духов при нынешнем состоянии без летального исхода: 15%. Желаете активировать эту способность?]

Я замер, осознавая всю тяжесть выбора. Пятнадцать процентов… Это было почти верной смертью. Я подумал о Лизе, лежащей раненой в лазарете. О своем отце, исчезнувшем в столбе света. О всех друзьях и соратниках, погибших в этой битве. А затем я посмотрел на поле боя, где призрачные воины продолжали сеять смерть и разрушение.

Если есть хоть малейший шанс остановить это, я должен его использовать. Пятнадцать процентов это много. Это намного больше, чем ноль, так что…

— Да, — прошептал я, активируя маску Теневого Шута. — Я согласен.

В тот же миг я почувствовал, как невероятная сила наполняет мое тело. Маска Теневого Шута засияла ослепительным светом, и я ощутил, как меня словно разрывает на части. Боль была невыносимой, каждая клетка моего тела кричала от агонии. Но я заставил себя сосредоточиться, понимая, что это мой единственный шанс.

Я поднял руки, и вокруг меня образовалось поле чистой энергии. Оно пульсировало и переливалось всеми цветами радуги, словно живое существо. Духи предков, словно почувствовав угрозу, повернулись ко мне. Я видел страх и ярость в их глазах, видел, как они готовятся атаковать.

— Идите ко мне, — прошептал я, раскрывая объятия. — Вашему времени пришел конец. Пора вернуться в мир мертвых.

Духи ринулись на меня со всех сторон, их призрачные клинки сверкали в воздухе. Но вместо того, чтобы ранить меня, они начали растворяться в энергетическом поле. Я чувствовал, как их сила вливается в меня, наполняя каждую клеточку тела невероятной мощью.

Боль усилилась, и я закричал, чувствуя, как меня разрывает изнутри. Казалось, что мое тело не выдержит этого потока энергии, что я сгорю заживо. Но я не мог остановиться. Один за другим духи исчезали, поглощаемые маской Теневого Шута, как до этого происходило с масками и самоцветами.

Я видел их лица, искаженные яростью и страхом. Слышал их крики, полные боли и отчаяния. Чувствовал их силу, древнюю и могущественную. Каждый поглощенный дух добавлял новый слой к моей боли, но также и новый уровень силы.

Я видел историю этих древних воинов, их жизни и смерти. Видел битвы, которые они вели тысячи лет назад, чувствовал их радость побед и горечь поражений. Все это вливалось в меня, становясь частью моего существа.

Не знаю, сколько времени это продолжалось. Секунды растянулись в вечность, наполненную болью и силой. Я чувствовал, как мое тело изменяется, как энергия духов преобразует меня на клеточном уровне. Казалось, что я умираю и рождаюсь заново одновременно.

Когда последний дух исчез, поглощенный маской Теневого Шута, я упал на колени, тяжело дыша. Вокруг меня царила тишина. Поле битвы было усеяно телами, но больше не было ни одного призрачного воина. Я сделал это. Я поглотил их всех.

[Поглощение завершено. Уровень мастерства повышен до 100. Уровень маски Теневого Шута повышен до максимального.]

Я с трудом поднял голову, читая сообщение перед глазами. Я чувствовал себя опустошенным и наполненным одновременно. Каждое движение причиняло боль, но в то же время я ощущал в себе силу, способную двигать горы.

Но прежде чем я успел осознать произошедшее, появилось новое сообщение:

[Доступно объединение всех поглощенных масок и духов предков для создания маски божественного уровня. Выберите шаблон.]

Я замер, не веря своим глазам. Маска божественного уровня? Я даже не знал, что такое возможно. Это выходило за рамки всего, что я знал о масках и их создании. Это был шанс получить силу, способную изменить мир.

Но прежде чем я успел что-то решить, мир вокруг меня начал темнеть.

Со всех сторон меня обступили воины варваров, и главным противником среди них был Верховный Шаман

Глава 25

Я медленно поднялся на ноги, чувствуя, как каждая клеточка моего тела пульсирует от переполняющей ее энергии. Варвары окружили меня плотным кольцом, их глаза горели яростью и жаждой крови. Во главе их стоял Верховный Шаман, его маска древнего чудовища источала ауру первобытной силы и ужаса. Воздух вокруг нас, казалось, потрескивал от напряжения, словно перед ударом молнии.

Сообщение артефакта создателя все еще мерцало перед моими глазами, предлагая выбрать шаблон для создания божественной маски. Не раздумывая ни секунды, я выбрал Теневого Шута — маску, которая стала для меня по сути пропуском в мир масок. Это был подарок, оставленный отцом, и так я отдавал ему честь. В тот же миг я почувствовал, как маска Белого Тигра растворяется, уступая место чему-то новому, невероятно мощному.

Серая безликая маска материализовалась на моем лице, и я ощутил, как сила, превосходящая все, что я когда-либо испытывал, наполняет меня. Это было подобно тому, как если бы все звезды вселенной вдруг оказались заключены в моем теле. Каждый нерв, каждая мышца пела от переполняющей их энергии.

Варвары на мгновение отпрянули, явно удивленные внезапной трансформацией. Я видел замешательство в их глазах, смешанное с настороженностью и страхом. Их руки крепче сжали оружие, а тела напряглись, готовые к атаке.

Верховный Шаман шагнул вперед, его рука легла на рукоять кинжала, искусно украшенного древними рунами. Лезвие тускло блеснуло в сумеречном свете, и я почувствовал исходящую от него угрозу.

— Все кончено, мальчишка, — прогремел его голос, полный высокомерия и презрения. — Мы добиваем последние остатки ваших жалких защитников. Если хочешь, чтобы хотя бы раненые сохранили свои никчемные жизни, просто сдайся. Признай наше превосходство и склони голову перед силой варваров!

Я почувствовал, как губы под маской растягиваются в усмешке. Они и представить себе не могли, какая сила теперь течет в моих венах. Это было подобно тому, как если бы муравей угрожал слону.

В следующее мгновение мое тело окутали багровые линии артефакта создателя. Они пульсировали и переливались, словно живые, заставляя варваров невольно отступить. Воздух вокруг меня заискрился, наполняясь почти осязаемой энергией.

Перед моими глазами вспыхнуло новое сообщение, и я жадно впился в него взглядом:

[Маска Бога Хитрости и Обмана создана. Слотов для самоцветов: 0. Энергетические линии отсутствуют. Именная маска доступна лишь ее создателю.]

На секунду я оторопел. Маска без слотов и энергетических линий? Как такое возможно? Она же окажется бесполезной!

Но следующие строки расставили все по своим местам, и я почувствовал, как волна восторга и благоговейного трепета прокатывается по моему телу:

[Магия самоцветов заменена на особые свойства.

Свойства маски:

— Создание неотличимых от оригинала иллюзий (от поглощения Аметиста): Способность создавать иллюзии настолько реалистичные, что они неотличимы от реальности. Эти иллюзии могут обмануть не только зрение, но и все остальные чувства.

— Возведение абсолютной защиты против атак масок низшего уровня (от поглощения Бриллианта Тишины): Способность создавать непроницаемый барьер, отражающий любые атаки масок, уровень которых ниже божественного.

— Подавление действия самоцветов в радиусе 50 метров (от поглощения Бриллианта Тишины): В пределах этой зоны все самоцветы теряют свою силу, делая маски бесполезными.

— Ускоренная регенерация (от поглощения Изумруда Жизни): Способность исцелять любые раны ценой собственной энергии.

— Подчинение масок низшего уровня (от поглощения маски Судьи): Возможность контролировать действия носителей масок более низкого уровня, заставляя их подчиняться воле владельца божественной маски.

— Поглощение и усиление энергии близлежащих самоцветов (от маски Белого Тигра): Способность вытягивать энергию из самоцветов в непосредственной близости и усиливать ее в несколько раз.

— Использование и усиление силы любых самоцветов в радиусе действия: Возможность заимствовать силу любых самоцветов в пределах досягаемости и многократно усиливать их эффекты.

— Манипуляция реальностью: Способность изменять окружающую действительность в небольших масштабах, создавая или уничтожая материю.

— Чтение мыслей: Возможность проникать в сознание других существ и читать их мысли.

…]

Список свойств продолжался и продолжался, я просто не успевал прочитать их все. Каждое новое свойство заставляло мое сердце биться быстрее от осознания той невероятной силы, которая теперь была в моих руках. Но самое главное было в конце:

[Божественная маска восстановила 10 утраченных лет жизни носителя.]

Я почувствовал, как новая сила наполняет меня, словно мое измученное тело исцелилось ото всех тяжелых ран. Это было подобно тому, как если бы я заново родился, но сохранил при этом весь свой опыт и знания.

Варвары, видя мое преображение, решили действовать. Я увидел, как они активируют свои маски, готовясь атаковать. Воздух наполнился гулом активируемых самоцветов, а вокруг варваров начали формироваться ауры стихийных сил.

Но теперь это вовсе ничего не значило. Я вскинул руку, чувствуя, как сила божественной маски течет сквозь меня, и вокруг возникло невидимое поле. В тот же миг все варвары замерли от шока и непонимания. Я видел, как они пытаются использовать силу своих масок, но ничего не происходило. Их самоцветы, еще мгновение назад пылавшие энергией, теперь были тусклыми и безжизненными.

— Что за чертовщина⁈ — прорычал один из них, сдирая с лица бесполезный кусок металла. Его глаза расширились от ужаса, когда он понял, что лишился своей силы.

Другой варвар, огромный воин в маске медведя, попытался активировать свою маску снова и снова, но безрезультатно. Я видел панику в его глазах, когда он осознал, что его сила, его гордость, его преимущество — все это исчезло в одно мгновение.

Осознав, что их маски больше не действуют, варвары с яростными криками бросились на меня, занося мечи и топоры. Их лица исказились от ярости и отчаяния. Они были готовы рвать меня голыми руками, если потребуется.

Но я лишь поднял вторую руку, привыкая к силе, которая отзывалась на каждую мою мысль еще до того, как она прозвучала в моей голове. Словно эта маска была частью меня.

— Кажется, вы не поняли, в какой ситуации оказались, — произнес я, и мой голос, усиленный силой маски, разнесся над полем битвы подобно грому. Земля под ногами варваров задрожала, а небо над нами потемнело, словно отзываясь на мои слова. — Вы больше не играете первой скрипкой. Теперь вы слабее! На колени!

В тот же миг маска Горностая, лежащего неподалеку, засияла фиолетовым светом. Я почувствовал, как его энергия устремилась ко мне, словно ручей к реке. Это было подобно тому, как если бы сама сущность Чароита влилась в меня, наполняя каждую клетку моего тела своей силой. Приняв ее, я направил эту силу во все стороны, и она разлетелась подобно взрывной волне.

Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Каждый варвар на поле боя, словно подкошенный, рухнул на колени. Их лица искажались от невидимой боли, глаза расширились от ужаса. Казалось, само небо давило им на плечи, не позволяя подняться.

Я видел, как они пытаются сопротивляться, как их мышцы напрягаются до предела в попытке встать. Вены на руках, шеях и лицах стали явственно проступать. Каждый из них не желал унижения. Но разве я мог поступить иначе, после всего, что они сотворили? Сила божественной маски была неумолима. Она давила на них, словно гора, не оставляя ни единого шанса на сопротивление.

Верховный Шаман, этот могучий воин, наводивший ужас на целые армии, тоже не смог устоять. Хоть и упал на колени последним. Его маска древнего чудовища больше не казалась такой устрашающей. Я видел страх в его глазах, смешанный с яростью и непониманием.

Я подошел к нему. Каждый мой шаг оставлял на земле светящиеся следы, словно я шел по звездному небу. Положив руку на его маску, я ощутил, как энергия течет сквозь мои пальцы. Это было подобно тому, как если бы я держал в руках само время.

Одним движением я заставил маску расколоться на сотни осколков, обнажая испуганное лицо вождя варваров. Осколки медленно падали на землю, словно хлопья пепла после великого пожара.

— Что… что у тебя за маска? — прошептал он, и в его глазах я увидел неподдельный страх. Впервые за все время я увидел, как этот могучий воин дрожит. — Что это за сила?

Я обвел взглядом поле битвы, усеянное телами павших товарищей. Горе и гнев вспыхнули во мне с новой силой, заставляя энергию божественной маски бурлить и клокотать внутри меня.

— Эта сила… Она не для завоеваний, — ответил я, чувствуя, как каждое мое слово отдается гулом вокруг. Воздух завибрировал, словно от невидимых струн. — Она для защиты того, что тебе дорого. Таким, как вы, этого не понять.

Я снова посмотрел на Верховного Шамана, и мой голос стал холодным, как лезвие клинка.

— Вы убили множество моих друзей и соратников. За это понесете справедливое наказание.

Я щелкнул пальцами, и позади меня материализовались огромные весы правосудия — наследие поглощенной маски Судьи. Они были величественны и ужасающи одновременно, их чаши сияли неземным светом. Варвары в ужасе смотрели на это проявление высшей справедливости, понимая, что их судьба решена.

Весы качнулись, и чаша варваров стала неимоверно тяжелой. Я чувствовал, как сама судьба вынесла свой вердикт.

В тот же миг энергия чароита, усиленная божественной маской, хлынула по полю боя подобно смертоносному потоку. Она была подобна живому существу, жадному до крови и мести. Я видел, как она обвивается вокруг шеи каждого варвара, слышал хруст ломающихся позвонков.

Варвары пытались сопротивляться до последнего. Ярость в их глазах, не иссякала. Даже в таком состоянии они пытались дотянуться до своего оружия, а их руки царапают землю в тщетной попытке спастись.

Один за другим они падали замертво, их глаза, полные ужаса, навсегда застывали, глядя в пустоту. Я чувствовал, как жизнь покидает их тела, как их души уносятся прочь, оставляя после себя лишь пустые оболочки.

Верховный Шаман был последним. Он смотрел на меня, и в его глазах я видел понимание. Понимание того, что его время пришло, что эпоха варваров закончилась.

— Ты… ты уничтожишь нас всех? — прохрипел он, чувствуя, как энергия чароита сжимается вокруг его горла.

— Нет, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Я уничтожу лишь тех, кто пришел с мечом на мою землю. Остальные получат шанс жить в мире. До тех пор, пока они не ступят на мою землю со своими низменными желаниями.

С этими словами энергия чароита сомкнулась окончательно, и Верховный Шаман испустил последний вздох. Его тело обмякло, глаза закатились, и он рухнул на землю, присоединившись к своим павшим воинам.

Когда последний варвар испустил дух, над полем битвы повисла гнетущая тишина. Я стоял, тяжело дыша, чувствуя, как сила божественной маски медленно успокаивается внутри меня. Это была победа, но победа, оплаченная огромной ценой.

Я оглядел поле битвы, усеянное телами павших. Варвары, еще недавно такие грозные и непобедимые, теперь лежали безжизненными куклами. Их маски, разбитые и бесполезные, валялись рядом с ними, немыми свидетелями их поражения.

Постепенно, очень медленно, выжившие защитники Северной Империи начали приходить в себя.

Я видел, как они с трудом поднимаются на ноги, поддерживая друг друга. Их лица были измождены, покрыты кровью и грязью, но в глазах теплилась искра жизни. Отступников осталось слишком мало — едва ли треть от тех, кто вступил в эту битву. Каждый выживший старался помочь тем, кто был рядом, невзирая на ранги и прежние разногласия.

Воздух был наполнен стонами раненых и тихими всхлипываниями тех, кто оплакивал павших товарищей. Победа далась нам слишком дорогой ценой, и никто не смел радоваться открыто. Лица выживших были серьезны и сосредоточены — они понимали, что впереди еще много работы.

Мой взгляд упал на тело, лежащее среди группы поверженных варваров. Сердце сжалось, когда я узнал Кирилла Андреевича, отца Лизы. Его маска была разбита, а тело изранено, но даже в смерти он выглядел величественно. Он сражался до последнего, забрав с собой множество врагов.

Неподалеку я заметил Горностая. Он еще дышал, но его состояние было критическим. Я поспешил к нему, осторожно помогая подняться.

— Николай… — прохрипел он, с трудом фокусируя на мне взгляд. — Что это была за маска? Откуда у тебя такая сила?

Я помедлил, прежде чем ответить:

— Это наследие моего деда в виде артефакта создателя и отца в виде маски шута. Я лишь смог все это объединить.

Горностай слабо усмехнулся, в его глазах мелькнуло восхищение:

— Ты полон сюрпризов. Все-таки хорошо, что я не убил тебя при первой встрече тогда, в доках.

Я помог ему дойти до импровизированного лазарета, где уже суетились целители, пытаясь спасти как можно больше раненых. Там я увидел Лизу — она металась между ранеными, помогая, где могла. Вот же… Даже будучи раненой она не могла усидеть на месте. Лиса — как она есть.

Когда наши взгляды встретились, она замерла.

— Коля… — прошептала она, подбегая ко мне. — Ты жив!

Я крепко обнял ее, чувствуя, как напряжение последних часов начинает отпускать.

— Мы победили, Лиза, — тихо сказал я. — Мы наконец победили.

Но затем я отстранился, глядя ей в глаза. Я знал, что должен сказать это:

— Лиза… твой отец… Он до конца сражался ради тебя и своей родины.

Она замерла на мгновение, а потом медленно кивнула. По ее щекам потекли слезы, но она не стала рыдать открыто.

— Я понимаю, — тихо произнесла она. — Когда мы шли сюда, то, как и все, понимали, что наша жизнь лишь песчинка, которую может снести бурным потоком войны. Но мы все равно шли.

Я сжал ее плечо, пытаясь передать хоть каплю утешения:

— Не волнуйся. Его жертва не была напрасной.

Затем я отстранился, чувствуя, как сила маски снова начинает пульсировать внутри меня. Еще нужно было сделать кое-что важное.

— Куда ты? — спросила Лиза, видя, что я направляюсь к выходу.

— Не волнуйся, я ненадолго, нужно закончить одно дело, — ответил я, не оборачиваясь.

Я вышел из лазарета и направился к стене, что означала границу Северной империи. В ней зияла огромная дыра, пробитая варварами. Да, будто бы камень способен сдержать силу маски.

Но это может так было раньше, сейчас же все будет иначе.

Холодный камень под моими пальцами казался живым. Благодаря маске, я чувствовал, как эта стена идет по всей границе, опоясывая всю империю подобно древнему стражу.

Я тяжело выдохнул, прислоняясь к стене обеими руками. Мысли роились в голове, но одна была четче всех остальных:

«Раз уж такая сила в моих руках, я просто обязан озаботиться тем, чтобы больше никакие варвары не смели вторгнуться сюда.»

Я активировал наследие Бриллианта Тишины, чувствуя, как энергия начинает течь сквозь меня в стену. Медленно, но неуклонно, я начал возводить абсолютную защиту — непроницаемый барьер, который окутает всю Северную Империю.

Энергия текла и текла, а я стоял, не двигаясь, полностью сосредоточенный на своей задаче. Часы шли, а я все продолжал свою работу. Я знал, что это необходимо. Я понимал, что больше нет в этом мире масок божественного уровня, а значит, нет того, кто сможет этот барьер разбить.

Когда последняя капля энергии влилась в барьер, я наконец отстранился от стены, пошатнувшись от изнемождения. Теперь Северная Империя была под защитой, которую не сможет преодолеть ни одна сила в этом мире. Я выполнил свой долг.

Усталость навалилась на меня, но я чувствовал удовлетворение.

Усевшись прямо на землю, я посмотрел в бескрайнее ночное небо и провел ладонью по лицу, рассеивая маску.

— Я все сделал, отец. — тяжело выдохнул я, опустив взгляд и закрыв глаза. — я сделал все как нужно.

Глава 26

Над Северной Империей воцарилась тишина, настолько глубокая и всеобъемлющая, что казалось, будто сам воздух застыл в ожидании. И вдруг, словно первый луч солнца, пробивающийся сквозь тучи после долгой бури, в небе над столицей появилось сияние. Оно начало разрастаться, переливаясь всеми цветами радуги, постепенно охватывая весь горизонт.

Люди на улицах замерли, запрокинув головы и раскрыв рты от изумления. Торговцы забыли о своих товарах, ремесленники отложили инструменты, даже вечно спешащие чиновники остановились, не в силах оторвать взгляд от этого невероятного зрелища.

Сияние становилось все ярче, и вскоре оно начало принимать форму. Словно гигантский купол, оно накрыло всю империю, от края до края. Его поверхность переливалась и мерцала, напоминая поверхность мыльного пузыря, но в миллионы раз более величественного и прекрасного.

Многие старейшие мастера, империи смотрели на это с благоговением и уважением.

— Невероятно! — воскликнул один из них, его глаза блестели от возбуждения. — Это… это высшее мастерство! Я никогда не видел ничего подобного!

— Посмотрите на эти энергетические потоки, — прошептала женщина мастер, ее руки дрожали, когда она указывала на едва заметные линии, пронизывающие купол. — Они… они идеально сбалансированы. Как такое возможно?

— Это не просто защитный барьер, — произнес старейший из мастеров, Его глаза, почти ослепшие от возраста, сейчас горели ярче, чем когда-либо. — Это… это само воплощение силы маски. Кто бы ни создал это, он превзошел все, что мы когда-либо знали ою этом мастерстве.

На границах империи, где еще недавно бушевала битва, теперь царило совсем другое настроение. Варвары, те немногие, кто остался за пределами купола, в ужасе смотрели на это сияющее чудо. Их лица, еще недавно искаженные яростью битвы, теперь выражали лишь страх и благоговение.

— Великие предки… — прошептал один из военачальников, его руки дрожали, когда он опускал свой боевой топор. — Что это за сила?

— Мы… мы не можем сражаться с этим, — произнес другой, его голос дрожал. — Это безумие.

Без единого слова, словно по негласной команде, жалкие остатки варваров начали отступать. Их ряды, еще недавно такие грозные и непоколебимые, теперь распадались, как песчаный замок под волной прилива.

Далеко на западе, в златоглавом дворце Великой Империи, Император стоял у огромного окна, глядя на горизонт. Его взгляд был устремлен вдаль, словно он мог видеть сквозь тысячи миль, разделяющие его и Северную Империю.

— Ваше Величество, — раздался голос за его спиной. Советник, вечно взволнованный и суетливый, подошел ближе. — Мы получили донесения. Варвары разбиты. Но… но это не главное. Там произошло что-то невероятное. Какая-то сила… Мы должны действовать немедленно! Пока они ослаблены после битвы, мы можем…

— Молчи, — тихо, но властно произнес Император. Его голос, обычно громкий и уверенный, сейчас звучал задумчиво. — Ты не понимаешь, что произошло.

— Но, Ваше Величество…

— Подумай, — Император повернулся к советнику, его глаза блестели от какого-то внутреннего огня. — Варвары, с которыми мы воевали десятилетиями, разбиты. А теперь над всей Северной Империей возник барьер, которому нет равных в истории. Что это говорит нам?

Советник замолчал, его лоб наморщился от напряжения.

— Это говорит нам о том, — продолжил Император, — что там появился носитель маски, чья сила превосходит все, что мы знали раньше. И знаешь, что мы должны сделать?

— Напасть, пока они не оправились? — неуверенно предположил Марсоветникк.

Император рассмеялся, но в его смехе не было веселья, лишь какая-то горькая мудрость.

— Нет, мой друг. Мы должны отправить дипломатическую миссию. С богатыми дарами и предложением дружбы. Потому что, — Император положил руку на плечо советника, — если там появился кто-то, способный на такое… Нам лучше быть его друзьями, чем врагами.

* * *

Я стоял посреди поля битвы, все еще не до конца осознавая произошедшее. Божественная маска Бога Хитрости и Обмана ощущалась на моем лице как вторая кожа, переполняя меня силой, которую я даже не мог до конца осмыслить. Вокруг меня лежали тела павших варваров, а в воздухе все еще витал запах битвы — горький и металлический.

Медленно, словно пробуждаясь от долгого сна, ко мне начали подходить выжившие. Их лица были измождены, покрыты кровью и грязью, но в глазах горел огонь надежды и благоговения. Они смотрели на меня так, словно я был не человеком, а божеством, спустившимся с небес.

Среди них я заметил знакомую фигуру — один из мастеров Ложи Драконов, тот самый, чья маска сияла изумрудным светом. Он медленно приблизился ко мне, его движения были осторожными, словно он боялся спугнуть видение.

— Великий мастер, — произнес он, склонив голову. — Позволь мне обратиться к тебе.

Я кивнул, все еще не привыкнув к тому, что ко мне так обращались, и тому, как теперь звучал мой голос — глубокий и резонирующий, словно сама реальность вибрировала в такт моим словам.

— Говори, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягче.

— Я… я прошу твоего дозволения остаться в Северной империи, — произнес он, и я увидел, как его руки слегка дрожат. — Я знаю, что не имею права просить об этом, но…

Я нахмурился, не понимая, почему он спрашивает моего разрешения. Ведь я не правитель, не император. Я просто… просто мастер масок, который волею судьбы получил невероятную силу.

— Почему ты спрашиваешь моего разрешения? — спросил я, искренне недоумевая.

Мастер поднял голову и посмотрел мне в глаза. Затем, медленно и осторожно, он снял свою маску. Я увидел лицо пожилого мужчины, изборожденное морщинами мудрости и опыта. Но его глаза… его глаза сияли, словно в них отражался свет луны.

— Потому что теперь ты — хранитель этой земли, — просто ответил он, и на его губах появилась легкая улыбка. — Ты создал то, что превосходит все наши знания и умения. Ты стал тем, кем мы, Ложа Драконов, стремились стать веками. И я хочу учиться у тебя, служить тебе, помогать тебе строить новый мир.

Его слова поразили меня до глубины души. Я почувствовал, как тяжесть ответственности опускается на мои плечи, но вместе с тем и невероятное воодушевление. Я понял, что теперь моя жизнь изменилась навсегда, и что передо мной открывается путь, о котором я даже не мог мечтать.

— Конечно, — ответил я, чувствуя, как на меня накатывает волнение, от осознания всей ответственности. — Конечно, ты можешь остаться. И не только ты. Все, кто хочет помочь построить новое будущее для нашей империи. К тому же…

Я посмотрел туда, где в последний момент видел солнечную вспышку.

— Друг моего отца — мой друг. И я буду рад, если ты расскажешь мне о нем побольше. Каким он был.

Мастер улыбнулся шире.

— Спасибо, великий мастер, — произнес он, снова склонив голову. — Ты не пожалеешь об этом решении. И да, конечно, я расскажу, когда будет время.

В тот момент я еще не знал, насколько пророческими окажутся его слова.

* * *

Следующие годы пролетели как один миг, наполненные событиями, которые навсегда изменили лицо Северной империи. Я основал Великий дом Арсеньевых, который стал символом новой эры — эры открытости и прогресса.

В империи, где практически ни один великий дом не уцелел — это оказалось достаточно просто.

Первым и самым важным шагом стало обнародование существования масок. Я помню тот день, когда заставил магистрат столицы выпустить эту новость. Тогда же по радио отовсюду рассказали все о масках, о самоцветах, о силе, которую они дают.

Я видел, как менялись лица людей изо дня в день — от недоверия и скептицизма до изумления и восторга.

Прошло не так много времени, прежде чем люди приняли эту новость и привыкли к ней. Теперь эта сила не принадлежала лишь избранным. Отныне каждый гражданин империи мог использовать, чтобы сделать свою жизнь лучше.

Разумеется, разрешены были только самые простые маски, обычного и необычного качества.

Реакция была неоднозначной. Некоторые восприняли новость с энтузиазмом, другие — с опаской. Но со временем, когда люди начали видеть, как простенькие маски с самоцветами помогают в быту — облегчают тяжелый труд, помогают в лечении болезней, упрощают повседневные задачи — скептицизм сменился принятием и даже восторгом.

История о том, как я запечатал границы империи и спас ее от варваров, разлетелась по стране со скоростью лесного пожара. Барды сложили песни, художники написали картины, изображающие момент, когда купол света накрыл империю. Я стал своеобразным героем в глазах народа, символом надежды и защиты.

Что, конечно меня сильно смущало, такое внимание было в новинку. И благо Лиза была рядом и успокаивала мои волнения.

Однако, основательно все изменилось в тот день, когда ко мне, главе Великого Дома Арсеньевых пришла делегация из магистрата столицы. Их лидер, пожилой мужчина с длинной седой бородой, встал передо мной на колени.

— Господин Арсеньев, — произнес он торжественно. — Мы пришли с просьбой от имени всего народа Северной империи. Мы просим вас стать нашим императором.

Я был поражен. Несмотря на всю мою силу, несмотря на все, что я сделал, я никогда не стремился к подобной власти.

— Но почему я? — спросил я, все еще не веря своим ушам.

— Потому что вы спасли нас, — ответил старик. — Потому что вы дали нам новую надежду, новое будущее. Потому что вы — тот лидер, в котором нуждается наша империя. Ваша информация о масках и то, что вы освободили империю от гнета варваров — стало нашим шагом к обретению суверенитета.

Я долго размышлял над их предложением. Мысль о такой ответственности пугала меня. Но потом я вспомнил слова отца, его веру в меня, его жертву. Я вспомнил всех тех, кто погиб, защищая нашу землю. И я понял, что не могу отказаться.

— Я принимаю вашу просьбу, — сказал я наконец. — Я стану императором. Но не ради власти или славы. Я сделаю это ради нашего народа, ради нашего будущего.

Коронация была грандиозным событием. Вся столица была украшена цветами и флагами. Люди съехались со всех уголков империи, чтобы увидеть, как я принимаю корону.

Но для меня самым важным было не это. Самым важным было открытие Императорской Школы Мастеров Масок, которую я основал сразу после коронации. Я помню, как стоял перед первыми учениками — молодыми ребятами с горящими глазами, полными надежд и амбиций.

— Вы здесь не для того, чтобы просто научиться создавать маски, — сказал я им. — Вы здесь для того, чтобы научиться менять мир к лучшему. Каждая маска, которую вы создадите, должна нести в себе частичку вашей души, вашего желания сделать этот мир лучше.

Я лично преподавал в этой школе, передавая ученикам все свои знания и опыт. Видеть, как загораются их глаза, когда они создают свою первую маску, было одной из величайших радостей в моей жизни.

Но самым счастливым днем для меня стал день моей свадьбы с Лизой. Я помню, как она шла ко мне по проходу, прекрасная в своем белом платье, с сияющими от счастья глазами. Я помню, как дрожал мой голос, когда я произносил клятву.

— Лиза, — сказал я, глядя ей в глаза. — Ты была рядом со мной с самого начала. Ты верила в меня, когда я сам в себя не верил. Ты сражалась рядом со мной, рисковала жизнью ради меня. Забавно, ведь кажется еще вчера ты ворвалась в мою комнату ночью, заставив меня осмотреть твою маску, и сегодня… Посмотри где мы?

Девушка улыбнулась, глядя куда-то в сторону от смущения.

— Я рада, что в ту ночь пришла познакомиться с новым мастером Антоновых.

Новость о нашей свадьбе разлетелась по всей империи. Люди праздновали на улицах, словно это была свадьба каждого из них. Я получал поздравления со всех уголков страны — от простых крестьян до наследников, что пытались возродить утратившие силу Великие Дома.

Годы шли, и я правил империей, стараясь быть мудрым и справедливым правителем. Я использовал силу своей маски, чтобы защищать наши границы, но никогда не для того, чтобы угнетать или подавлять. Я стремился сделать Северную империю местом, где каждый мог бы жить в мире и процветании.

Были трудности, были вызовы. Но с каждым годом империя становилась сильнее, богаче, счастливее. И каждый раз, глядя на сияющий купол над нашей землей, я вспоминал тот день, когда все началось. День, когда в мою комнату ворвались Герман и Феликс, а после я получил артефакт создателя. День, когда я встал на путь, который привел меня сюда.

И я знал, что где-то там, за гранью этого мира, мой отец смотрит на меня и улыбается, гордясь тем, кем я стал.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Мастер Масок 3

Content

Мастер Масок 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene